Прототип 2.0 | Часть I

Пролог

— Боюсь… он не проснулся. Сэр.

— Что?

Ржавое недовольство в вечно ржавом голосе заставило докладчика едва заметно передернуть плечами. Но он не первый и далеко не последний раз пришел сюда с отчетом. Новости бывали и плохими. Как сейчас.

— Прототип два-ноль не пришел в сознание, сэр. Он не проснулся в расчётный срок и по-прежнему находится в больнице.

— Сколько ещё таких?

— Только он, сэр. К счастью, остальные успешно прошли первые обследования. Некоторых выписали и направили на обучение. Скоро первые из Спящих появятся в рядах проходчиков.

Уильям Аткинсон нахмурился, его пальцы отбили по столу недовольную дробь. По небольшому, тщательно охраняемому офису прошел и тут же стих шепоток. Все прекрасно понимали: Спящий, который не проснулся, это большая проблема и большая дыра в изначальных расчетах. Хоть Ассоциация и позиционировалась как нечто единое, её отделения соперничали между собой.

Далеко не всем достались Спящие.

А тут ещё и один из них оказался пустышкой. Ложился мертвым грузом, ведь перестать поддерживать его и его семью не могли.

«Что теперь делать?» — вопрос висел в воздухе, как будто был написан у каждого над головой. Ответ на него, впрочем, тоже был очевиден: ждать. Но сказать это в лоб Аткинсону, когда у него настолько испорчено настроение, — задача, граничащая с увольнением.

— Что же, — неожиданно для всех подал голос молодой мужчина в белом врачебном халате. Он не был частью местного руководства, не был и кем-то из коллектива. Для него не нашлось даже стула. И все же его слова имели силу, Аткинсон не посмел перебить. — Продолжайте наблюдение. Не проснулся сейчас — проснется позже. Образец два-ноль был уникален сам по себе. Неудивительно, что и реакция подопытного на него уникальна. Наша задача проявить терпение и отследить результат. Даже если его не будет. Мы готовы ждать. Год, два, десять.

— Немедленно докладывайте о любых изменениях, — прорычал побагровевший Аткинсон. — Успокойте его семью. Узнайте, возможно, им нужно дополнительное финансирование или что-то такое. Ссориться с ними рано, шум нам тем более не нужен. Его и так с лихвой хватит.

— Будет исполнено, сэр. Есть специальные приказы для его наблюдателя?

— Никаких. Вы слышали — мы просто ждём. Вопрос решен. Где доклад о первой оценке братьев шестьдесят-ноль и шестьдесят-два? В текущих обстоятельствах его значение приоритетно. Ресурсы, выделенные на обучение два-ноль, переведите в них. Сила за теми, кто пришел в себя раньше. Нам повезло, что в Японии оказались трое, и я не собираюсь терять преимущество. С дефективным разберемся потом.

В офисе согласно закивали, и докладчик включил проектор, чтобы вывести данные на экран. Братья показали себя многообещающей боевой силой едва ли не в первый день, и рассказ о результатах первых проверок должен был улучшить настроение Аткинсона хоть немного.

Человек в белом халате, так и не отлипший от стены, немного послушал и вышел прочь. Задерживать его никто не стал. Никто и не мог. Охрана лишь почтительно поклонилась, передавая сданные на входе вещи.

Глава 1

День начался как-то не так. Возможно, тому виной прошедший с утра ливень и пасмурная погода, от которой тянуло в сон. А может, принесенный из промышленных районов смог. Дождь должен был прибить всю грязь, умыть воздух и улицы, но ветер и «блага цивилизации» оказались сильнее природы. В такие дни Акеми больше всего хотелось уехать куда-нибудь в другую часть города.

Или вовсе на Окинаву.

Тем временем близился апрель*, и беспокойство с каждым днем поднимало голову выше и выше. Еще в начале каникул Акеми была полностью уверена в результатах экзаменов, но теперь эта уверенность истончилась. Все же старшую школу она выбрала одну из самых сильных в Осаке. А упор на экономику и иностранные языки мог потребовать гораздо, гораздо, гораздо большие баллы, чем она набрала! И что тогда делать? Как быть, если все её труды вдруг окажутся напрасными?

Поступать в обычную старшую школу, где когда-то учился её старший братец, Акеми совсем не хотела. Во-первых, она обычная. Обычная — это не то, это скучно. А во-вторых…

Во-вторых, Акеми никогда не забудет, как её брата увозила из ворот этой школы отвратительно белая машина скорой помощи. В тот день тоже всё было неправильно, сломано, серо. Никто не знал, что делать дальше. Надежда на врачей оказалась напрасной. Осталась только на чудо.

Электричка замедлила ход, перед окнами появились бетон и стекло станции, диктор объявил больницу Хандай. Акеми вышла на автомате. Привычки делали своё дело, и, чтобы добраться до места, ей даже не пришлось выныривать из собственных мыслей. Ноги сами знали дорогу — за прошедшие два года они сделали по ней уже много тысяч шагов.

Принять отсутствие брата для Акеми оказалось непросто. Родители могли не появляться дома целыми днями: работа требовала от них очень много. Поэтому за Акеми присматривал брат. Он заставлял делать уроки, ходил на родительские собрания и даже неплохо умел готовить. Когда выяснилось, что брат один из Спящих, для него выделили отдельную палату. Все расходы взяла на себя Ассоциация. Акеми не могла понять, почему и зачем, но радовалась, что хотя бы в этом их семье помогли. И старалась бывать здесь так часто, как позволяла учеба.

Теперь она будет рядом, пока брат не проснется.

Здание Университетского госпиталя всегда казалось Акеми обычным и странным одновременно. Оно походило на какой-то конструктор, собранный капризным ребенком. Между двумя аккуратными высокими зданиями будто силой вставили третье, пониже и подлиннее, оно зашло неправильным паззлом, да так и осталось. Уже потом сделали главный вход, всякие стойки, приемные, какие-то этажи, где Акеми никогда не была. Раз за разом её путь пролегал по одному маршруту и неизменно приводил к одной-единственной двери.

Той, на которой горел специальный электронный замок.

А рядом висела уже затёртая временем и ежедневной уборкой табличка: «Сато Юки»

***

[Прототип 2.0]

[Настройка системы обучения]

Юки несколько раз моргнул и поспешил отвести взгляд от потолка. Увы. Проклятые надписи, слишком похожие на системные сообщения любимой ММОРПГ, никуда не делись.

— Похоже, вчера кто-то переиграл… — буркнул Юки в пустоту и снова попытался перевести взгляд.

Буквы послушно появились на светлой стене с нейтрально-полосатыми обоями.

Стоп.

— Да брысь ты! Понял я уже, понял.

Буквы моргнули и правда исчезли. Теперь Юки мог вдоволь любоваться безвкусными блеклыми обоями. Чужими, черт возьми, обоями! И чужой комнатой. Один за другим разум осознавал окружающие предметы: светлую тумбочку, вазу с цветами, капельницу, в сердцах чуть не скинутую на пол, больничную койку. Больничное… всё!

А ведь говорили родители: до добра игры точно не доведут. Надо было слушать и вовремя делать выводы. У кого теперь узнавать, где он и что с экзаменами? Юки точно помнил, что сдал их все. Но теперь всерьез задумался: где реальность, а где сон?

От полнейшей паники его спасла открытая кем-то дверь.

Вошедшая девушка покачнулась да так и застыла на входе. Из ослабевших пальцев выпал пакет с яблоками и чем-то еще. Фрукты бодро покатились по полу, пока не уткнулись в стену.

Голос гостьи звучал совсем слабо, но удивительно знакомо. Вся она была знакомой, родной. Просто как-то вытянулась и слишком похорошела. Была именно девушкой, а не озорной девчонкой с двумя криво завязанными хвостиками.

— Ю… Юки?

— Акеми? Ты ведь Акеми, да? А почему… — взгляд невольно прошелся вверх-вниз по фигуре, выгодно подчеркнутой платьем в обтяжку. — Кхе. Как-то ты постройнела, сестрёнка.

Но вместо ответа Акеми сделала неуверенный шаг вперед. Еще один. И бросилась к больничной койке, обняла, вцепилась, будто боясь отпустить. Потерять. Уткнулась в шею, вдруг заревела в голос. На шум прибежала дама в медформе, всплеснула руками и опять куда-то исчезла.

Наверное, скоро здесь будет людно.

Наверное, это не так уж и важно.

Юки мягко обнял сестру в ответ, провел рукой по длинным шелковым волосам, улыбнулся неуверенно, тепло и несколько горько:

— Видимо… что-то случилось, да? Ты повзрослела.

— …года, — всхлипнула в плечо Акеми и подняла голову. Заплаканные красные глаза, полные детского невыразимого счастья. — Ты спал два года. Держись теперь… Врачи от тебя долго еще не отстанут. И ро-родители. И… И… И Рю… В смысле Сайто-кун сюда заходил. Часто-часто… И…

Она всхлипнула и снова уткнулась в плечо. Только пальцы на спине сжались сильнее.

А перед глазами опять висело совершенно лишнее, ненужное сейчас. Ненужное вовсе:

[Получено задание]

[Найдите Наблюдателя]

[Оставшееся время 47:51:35]

Через некоторое время буквы растворились и остался лишь таймер. Ненавязчиво, в стороне, он совершенно не мешал обзору. Примерно как часы на этих новомодных очках-экранах с дополненной реальностью.

Раздражал просто неимоверно.

Не будь у Юки других проблем, он бы все отдал, чтобы стереть проклятый таймер к черту. А вместе с ним и систему. Интересно, сколько всяких ученых поковырялось у него в голове за эти два года? И кому теперь говорить спасибо за оригинальную шутку?

Судя по приближающемуся грохоту каблуков в коридоре, ответы скоро придут сюда сами.

Вся толпа влетела в палату почти бегом. Юки даже негромко хмыкнул. В голову сразу пришло с десяток сцен из американских мультяшек, где персонажи пытаются войти в одну дверь. Но врачам нужно держать себя, демонстрировать спокойствие, профессионализм и невозмутимость.

Так что посмеяться не вышло.

— Прошу прощения, — улыбнулся вошедший первым мужчина в очках. Представительный. В возрасте. Наверняка умный. — Кажется, мы помешали счастливой встрече.

— Гото-сэнсэй! — встрепенулась Акеми, вскочила и торопливо поклонилась. — Юки, он твой лечащий врач.

Юки вставать не стал, встретив вошедших полупоклоном. Прямо так. Сидя. Верх неуважения, конечно, но раз уж он тут на правах больного, можно и покапризничать. Тем более, в палате как-то сразу стало шумно и тесно. А очередное сообщение перед глазами испортило настроение окончательно:

[Найдите Наблюдателя: задание выполнено]

[Система обучения завершила настройку]

[Новый уровень!]

[Ожидаю подтверждения информации о классе]

[Распределение характеристик невозможно]

Отлично. Кто бы сомневался, что странным Наблюдателем окажется этот Гото-сэнсей? Не могла же им быть давешняя медсестра или родной дядя? Единственный из трех, кому Юки был действительно рад:

— Дядя Такеши! Неужто вы сменили работу и теперь во врачах?

— Ха-ха! Не, малыш, это совсем не моё. Однако я рад, что решил заглянуть к тебе по дороге!

Дядя добродушно рассмеялся, подошел и тоже обнял. Тепло и надежно. Юки обязан был поддержать сестру, но сам, пожалуй, хотел поддержки не меньше. Повышенное внимание незнакомцев ему не нравилось совершенно. Происходящее тоже.

Дядя, к слову, совсем не изменился.

Только волосы отрастил. И очки теперь не снимал с носа.

— Ну что? Каково проснуться известной всему миру звездой?

— Что? — аж охрип Юки. Похоже, со своими думами о поддержке он поспешил. — Какой «звездой»? Плохая шутка, дядя…

— Да уж не до шуток! Сотню Спящих — и ту знали все. А ты единственный непробуждённый! Нет, сейчас, конечно, всё тихо. Но СМИ-то узнают. Говорю тебе точно — узнают!

Юки прямо почувствовал, как от лица отхлынула кровь. Голова от таких новостей пошла кругом. Должно быть, побледнел он выразительно и очень быстро. Дядя мигом перестал смеяться. Сестра сделала было шаг ближе, но её подвинул врач.

— Сато-доно только проснулся, — негромко проговорил Гото-сэнсей. — Ему нужно тщательное обследование, психологическая помощь и спокойствие. Спокойствие, ясно? Позвольте нам рассказать, что и как изменилось в мире за прошедшие годы. Не стоит сейчас перегружать юношу ненужной и пустой информацией. Тем более пугать.

Дядя понимающе кивнул, взял за руку Акеми и прежде, чем Юки успел возразить, медсестра выпроводила обоих из палаты. Сразу стало нервозно, пусто.

Пожалуй, Юки здорово повезло, что первой его увидели не врачи и не персонал, а родная сестрёнка.

___________

*В Японии учебный год начинается в апреле.

Глава 2

Итак, он остался один на один с Наблюдателем.

Юки послушно сидел на койке и ждал, когда Гото-сэнсей все запишет, измерит, наконец отключит навязчиво пиликающее оборудование.

Сидел и думал, пока было время.

Во что он все-таки влип?

Как себя вести?

Если Юки считает врача Наблюдателем — значит ли это, что он всерьез воспринял непонятные надписи? Может, они видны кому-то еще? Но тогда сестра непременно бы рассказала. Хоть что-то.

За два года некую систему сделали частью обыденной жизни?

Нет, вряд ли. Одно дело очки дополненной реальности. Совсем другое, когда видишь что-то непонятное без всяких устройств. Второе больше похоже на сумасшествие. Или шизофрению. Или еще какой-нибудь замечательный диагноз. Стоит потом поискать на себе странные шрамы, которых не было раньше. Сотня Спящих и все остальное, о чем мельком обмолвился дядя, это ведь не просто так. Если целых сто человек уснуло одновременно, о случайности нет и речи. Расспросить бы этого Наблюдателя, узнать подробности произошедшего, чей это план и к чему он должен привести.

Но…

Осталось маленькое последнее «но»: вдруг Юки ошибся?

Или действительно сошел с ума. Чем гадать сейчас, проще действительно пойти напролом. Главное поизящней. Чтобы было куда отступать.

— Простите, Гото-сэнсей… — Юки подал голос неуверенно, несколько торопливо. Чувствуя сомнения, сам себе отсек путь назад. — Вы Наблюдатель?

— Что? — врач встрепенулся и ответил абсолютно непонимающим взглядом. — Наблюдатель? Ну… Я присматривал за тобой эти два года. Так что, думаю, можно и так сказать. А что?

— Нет, ничего. Просто подумал, вдруг кто-то вас ищет.

— Ха-ха. Меня всегда кто-то ищет. Работа такая. Кому-то нужны ответы, кому-то отчетность, кому-то помощь…

— А по квесту не ищут?

— По квесту? Прости, Сато-кун, я не очень хорош в молодежном жаргоне… Ты скажи лучше, — он опустился на корточки перед сидящим на койке Юки, — как себя чувствуешь? Два года под капельницей без движения, без нормальной ежедневной деятельности — это не шутки. Признаюсь, выглядишь ты гораздо лучше, чем я ожидал. Если бы не недавняя слабость… Тебя что-то напугало в словах дяди?

— А, это… — Юки неуютно передернул плечами. — Ну, знаете… Не люблю я все эти камеры, внимание. Даже фотоаппарат. Когда… Когда мы ставили в школе сценку, я смог нормально выступить только из-за костюма зебры. Он был закрыт, и никто не знал, что я — это я. А так обычно я где-то за кулисами. В стороне спокойнее, тише и лучше.

— Понятно, — улыбнулся Гото-сенсэй. — Акеми-чан говорила, что ты весьма застенчив. Не беспокойся так сильно. Уверен, найдется способ оградить тебя от навязчивых журналистов и ТВ-камер. А потом вся эта шумиха схлынет. Но ты не ответил, как твое самочувствие?

— Да нормально. Выспался хорошо. Пожалуй, голоден.

— Тогда я попрошу тебя встать и пройтись немного по комнате.

Юки пожал плечами. Надо — так надо. Тем более капельницу уже убрали. Перед глазами всплыла очередная надпись:

[Анализ данных]

[Оценка стартовых характеристик]

Но врач воспринял заминку по-своему:

— Не волнуйся, сначала встань. Убедись, что нет головокружения. Только затем делай шаг. Если что, я тут рядом.

Голова не кружилась. Юки чувствовал себя просто великолепно. Гораздо лучше, чем в иные дни раньше. Не болел даже затылок, хотя за окном было пасмурно, и в такую погоду Юки привык справляться с мигренью.

Но на месте всё равно пришлось постоять. Сто раз ответить, что всё в порядке. Под внимательным навязчивым взглядом Гото-сэнсея сделать с десяток шагов по комнате, несколько приседаний и даже попрыгать на месте.

Разумеется, без всяких неприятных последствий.

Юки понимал, что это неправильно. Он прекрасно знал: после двух лет бездействия мышцы должны вести себя совершенно иначе. Но специально притворяться больным не хотел.

Если притвориться — его наверняка задержат в больнице на день или два или больше. А Юки хотелось домой. В свою привычную комнату, за свой привычный рабочий стол к не менее привычным книгам и учебникам.

Даже если сейчас они бесполезны.

[Стартовые характеристики]

[ХП: 100]

[МП: характеристика отсутствует]

[Выносливость: 70]

[Усталость: 3]

Усталость, а не выносливость? Интересно, когда это он успел устать? Такие простейшие физические упражнения не могли дать эффекта. В школе Юки выбрал дзюдо, а в свободное время ходил к ребятам на карате, чтобы кроме захватов поставить себе пару ударов. Уметь защищаться, конечно, неплохо.

Но иногда бывает так, что нужно бить морду.

И карате для этого подходит гораздо лучше. Когда-то Юки пробовал себя и в кендо, но результатов почти не добился.

— Что же, что же… — тем временем задумчиво скреб подбородок Гото-сэнсей. — С этим сложно спорить: физически ты выглядишь прекрасно. Одышки нет. Мышцы функционируют нормально. Зрение, координация… Каким бы странным это ни казалось. Знаешь, Сато-кун, в каждом из Спящих за время сна произошли какие-то изменения. К примеру, у двух других японцев покраснели волосы. Как позже выяснилось — и глаза. То, что в тебе нет изменений, казалось мне странным. Но теперь я понимаю, что они есть. Просто незаметны нашему глазу.

— Я могу идти домой?

— Нет-нет! Ни в коем случае!

Гото-сэнсей снова встрепенулся и теперь стал похож на взъерошенного суетливого воробья. Он чуть ли не подбежал к Юки, усадил его обратно на койку и возвысился рядом неподкупным стражем двери. Как будто Юки сейчас подскочит и убежит прочь по своей воле.

Хотя он мог бы.

Но описанные дядей перспективы останавливали вернее суетливого врача. По крайней мере, в больничной палате больше никого нет. И никого кроме своих сюда не пустят.

— Прежде, чем ты сможешь вернуться домой, нужен тщательный осмотр. Ты еще не знаком с миром вокруг, это тоже важно. Знакомство, поверь мне, необходимо!

— Что, за два года наступило будущее? — не удержался от смешка Юки. — По воздуху летают машины? Дополненная реальность стала частью жизни каждого, а на глазах мы носим линзы с экранами?

— У тебя очень хорошее воображение, Сато-кун, — улыбнулся врач. — Увы. Прогресс, конечно, шагает вперед, но не так быстро. Если уж ты заговорил о будущем… мир вокруг скорее сделал шаг в прошлое. По улицам ходят стражи с катанами, топорами и луками. Некоторые носят доспехи, в моду вошли амулеты…

Гото-сэнсей как-то странно вздохнул и развел руками:

— Думаю, Сато-кун, об этом тебе лучше расскажет другой специалист. Валентин. Он старше тебя всего на пару лет. Ещё интерн, но какой! Надо сказать, он подает огромные надежды и давно стал гордостью Университета.

— Дайте угадаю, — хмуро вклинился в похвалу неизвестного Валентина Юки. — Психиатр?

— Ну… Да. Не стоит думать чего-то плохого. Даже если ты выглядишь нормально и как будто совершенно не нервничаешь, я уверен, ты взволнован и даже напуган. Как только ты покинешь стены больницы, нервное напряжение может выйти из-под контроля. Помощь специалиста сейчас обязательна. Она вовсе не означает, что ты «ненормальный».

— Но я ведь из этих Спящих. По-моему, это само по себе значит, что я ненормальный.

— Валентин расскажет тебе и о них тоже, — мягко улыбнулся Гото-сенсэй. — А теперь пойдем. Чем раньше мы начнем обследование, тем быстрее его закончим! Пока ты ничего не ел, стоит сдать основные анализы… А! Если почувствуешь слабость, головокружение, любое отклонение — сразу же сообщай мне! Твое состояние может быть нестабильно. Возможно, поначалу ты будешь уставать быстрее обычного. Это нормально. Абсолютно нормально!

[Усталость: 27]

Очевидно, система учитывала еще и моральное. Юки искренне не хотел тащиться на какие-то там процедуры, общаться с этим Валентином и чего-то еще. Наоборот. Он буквально жаждал, чтобы его оставили в покое и не дёргали всякими глупостями. Если смотреть с такой стороны, устал Юки на все пятьдесят… А может и восемьдесят.

Действительно гораздо быстрее обычного.

Глава 3

Осмотр.

Осмотр.

Осмотр.

Уже через каких-то полчаса Юки казалось, что от внимания врачей не ускользнул ни один сантиметр тела. Из него выпили несколько пробирок крови, попросили сдать другие анализы и торжественно вручили два контейнера: когда сможет — но лучше сегодня. Несколько раз повторили однотипные глупые вопросы и даже предложили поставить порнуху.

— А может, того, ближе к вечеру? — тихо спросил красный как рак Юки, и Гото-сэнсей сжалился. Уточнил только, что этот анализ в любом случае нужен. Без вариантов.

Экзекуция временно закончилась.

Пришло время обеда, которому Юки был рад гораздо больше. Организм проснулся окончательно и очень хотел есть. Однако без «сюрпризов» не обошлось. Несмотря на все обследования и подтверждение прекрасного физического состояния, на обед подсунули какую-то кашу. Питательную, как выразился Гото-сэнсей. Специальную. Чтобы желудок не напрягать.

Как у всего лекарственного или полезного, вид и вкус у неё оставляли желать лучшего.

Домой захотелось ещё сильней.

[Усталость: 57]

…услужливо сообщила система. От неё Юки тоже устал, но со всем остальным принимал за мирную фоновую неприятность. Квестов она больше не подсовывала. А значит не надо было напрягаться и думать что будет, если задание провалить. Или вообще отказаться делать. Если систему можно игнорировать, это будет идеальным вариантом их совместного существования.

[Усталость превысила 50%. Эффективность специальных умений снижена вдвое]

Отлично. Знать бы еще, что за умения.

[Специальные умения недоступны до подтверждения класса]

Кажется, эта система тупа, как пробка. Искусственный интеллект, заточенный, возможно, под единственную задачу. Система обучения или что-то такое было в самом первом из сообщений? Зато кое-что стало яснее: каким бы ни был этот странный «класс», он определен заранее и, очевидно, выбора Юки никто не даст.

Он поблагодарил Гото-сэнсея, зашел, наконец, в свою палату один и позволил себе усмешку. Прислушался к ощущениям. Усмехнулся еще раз.

Просто удивительно, с каким спокойствием он воспринимает всю эту чушь. Сон длинной в два года, прекрасно работающий организм, система, опять же… Но удивляться этому спокойствию не стоило. Юки быстро нашел ответ на вопрос «Почему?»

Верить во всю эту чушь он точно не собирался. В душе будто стоял блок, стена или щит, защищающий разум от всей этой нереальности. Воспринимая происходящее как само собой разумеющееся, Юки вдруг понял, что это действительно просто слишком реалистичный сон.

Как проснется — бросит к черту ММОРПГ и отправится на тренировку. Или еще куда. Весь этот навеянный игрой бред надо вытрясти из головы, выдуть, выкинуть, вычеркнуть раз и навсегда.

А раз Гото-сэнсей официально объявил послеобеденный перерыв, Юки может со спокойной совестью провалиться в сон.

Чтобы вынырнуть из него обратно в свою реальность.

[Усталость: 79]

Дрема накрыла мгновенно. Юки не успел осознать очередное глупое сообщение, как провалился куда-то во тьму. Сразу появилось столь любимое им чувство сплава по медленной спокойной реке. Незримая вода ласкала, успокаивала и почему-то отзывалась в ушах стуком колес электрички…

Следом за лаской пришли тепло и уют.

Какие-то образы смешивались в чехарду голосов и красок. Школа, экзамены, рейд в игре, родители и сестрёнка, Сайто — интересно, как лучший друг изменился за это время? И сдал ли экзамены он… У Сайто с учебой всегда было плохо.

Вскоре чехарда сменилась иными образами. Перед глазами мелькала листва, под копыта вороного коня рвано ложилась старая разбитая дорога. Вот копыто попало в очередную яму. Мир завертелся, взорвался искрами боли, но Юки удачно перекатился и тут же бросился бежать. В лес. Пешком. Сквозь низкие ветви, крапиву и норовившие попасть в глаза ветви.

— Родерик!!!

Настырный. Продажный. Предатель. Мразь. Лис всегда прекрасно бегал. Проклятый оборотень в своей звериной шкуре плохой противник в лесу.

Но Юки уже знал вкус его крови.

— Родерик, стой! Послушай!..

Юки обернулся. Уверенно выбросил руку в отточенном жесте. Лис ничего не сделает с этой магией. Лису нечем теперь защититься. На жесткое безжалостное решение душа откликнулась пустотой:

— А-ап-чхи!

Юки вздрогнул и проснулся.

Сон сковал тело вязкой паутиной. По лбу стекал холодный пот, дыхание срывалось с губ так, будто Юки и правда бежал черт-те сколько по лесу. Спина и плечо болели. Все же неудачно он приземлился, когда верный Ворон подвернул ногу…

Юки мысленно чертыхнулся и помотал головой. Нет никакого Ворона! Нет предателя Лиса. Определенно надо было вовремя послушать родителей и удалить проклятую игру.

Не-ет, дождался, пока крыша окончательно съедет.

— Тысячу извинений… — Юки снова вздрогнул и перевел взгляд на кресло в углу. Его совершенно нагло занимал незнакомый мужик в белом халате. Очередной врач. Вошел без стука, когда Юки спал.

Напугал до чертиков.

Только сейчас Юки понял, что его трясло мелкой дрожью.

— Не хотел тебя будить, Сато-кун. И пугать тоже. Еще раз прошу прощения, но эта простуда… и эта погода… — он снова чихнул, но в этот раз аккуратно и тихо. Да и «мужиком» на поверку вовсе не выглядел. Скорее уж парнем на пяток лет старше самого Юки.

— Я думал, у меня тихий час.

— О, разумеется. Но час прошел. И даже два. Будить тебя не хотелось, вот я и решил подождать.

— Но почему не снаружи?

— Это все же больница, — пожал плечами неизвестный. — А ты пациент, состояние которого очень важно. И не только для нас. Меня зовут Валентин, к слову. Гото-сэнсей должен был предупредить…

— Да. Предупредил. Сато Юки, рад знакомству. Прошу прощения, но умыться я хоть могу?

— О, конечно! Туалет справа по коридору, всё рядом. Не забудь только электронную карточку — без неё не войдешь в палату.

— Угу… — Юки скосил глаза на тумбочку и стянул с неё подписанный пропуск. Признаться, он успел про него забыть.

Настроение же ползло вниз, даже не думая останавливаться. Надежда на «всего лишь сон» провалилась с треском. Перед глазами висела очередная запись. В этот раз побольше всех остальных:

[Открыт уникальный навык: Регенерация (пассив.)]

[Восстановление здоровья ускорено: в 50 раз]

[Эффект усталости снижен]

[Сон многократно ускоряет действие навыка]

[Выполнено скрытое задание: Изучить первый навык]

[Новый уровень!]

[Ожидаю подтверждения информации о классе]

[Распределение характеристик невозможно]

Юки отмахнулся от неё как от назойливой мухи. Но вышло как-то судорожно. Карту в руках пришлось сжать так сильно, что побелели костяшки пальцев. Зато дрожь она больше не выдавала.

На негнущихся ногах Юки вышел из палаты и почти бегом бросился к туалету. Снова посмотрел на себя в зеркало — такое же, как и прежде, лицо, даже щетины нет. Только глаза изменили оттенок на светлый изумительный голубой.

До сна этого не было.

До сна Юки не верил. Юки не хотел верить и сейчас.

Но все щиты, блоки, надуманные стенки вдруг куда-то делись. Дверь ближайшей кабинки захлопнулась за спиной, подтолкнула к стерильно-белому унитазу. И Юки стошнило. Остатки обеда канули в синюю от очистителя воду. Живот крутило знакомой нервной болью — в сотню раз хуже того, что творили экзамены.

Хотелось домой. По-прежнему хотелось домой! Но теперь Юки боялся туда возвращаться. Ведь даже если родители и Акеми оставили всё как было…

«Его» комнаты больше нет.

А может, и дома тоже.

Теперь он чужак, застрявший в прошлом и с трудом проснувшийся в собственном будущем.

Глава 4

Валентин встретил слишком внимательным понимающим взглядом и стаканом воды:

— Это легкое успокоительное. Держи. Уверяю, сейчас не стоит отказываться от подобной помощи.

Юки хмуро взглянул в серые участливые глаза, вздохнул и кивнул. Руки ещё дрожали, так что в стакан пришлось вцепиться сильнее, а пить мелкими аккуратными глотками.

Стекло всё равно пару раз неприятно ударило по зубам.

— Ну вот, отлично. А теперь садись — в ногах правды нет. Или ложись. Как удобней. Тебе, думаю, сейчас в голову лезут просто сотни вопросов. А еще другие мысли. Мрачные. Темные. Не буду тебе лгать: за два года многое изменилось. Твои близкие успели привыкнуть, что тебя рядом нет, и эта привычка не сотрется радостью выздоровления. Не так быстро. Ты ведь понимаешь?

Судорожный кивок. Юки не хотел говорить. Чужие слова больно били по натянутым нервам. Но в то же время почему-то становилось легче. Одно дело грузить самого себя догадками, загонять в угол мрачными предположениями.

Другое — когда тьму вывалили перед тобой огромной кучей, и её нужно просто разгрести.

Подходящей лопатой.

Если есть лопата — можно придумать, как за неё лучше взяться. С чего начать. И даже куда двигаться дальше.

За это Юки был искренне благодарен. Может, психологи тем и берут, что могут наплевать на пациента и говорить в лоб? Метко. По делу.

Наплевал ли этот Валентин?

Да кто его знает.

Опыт мог подсказать ему верный шаг. И он наверняка знал, что так будет лучше.

Юки снова кивнул и нарушил, наконец, тишину: Валентин терпеливо ждал ответа.

— Гото-сэнсей… Что-то говорил про людей с катанами и возвращение самураев. Вы про них должны мне рассказать?

— Не совсем, — Валентин улыбнулся и налил себе чаю. Только сейчас Юки заметил поднос с чайником и чем-то сладким. Оказывается, в палате божественно пахло свежей выпечкой. — Но о них мы поговорим позже. Может быть, ты сам хочешь с чего-то начать?

— Да. Ещё как. С той части, где я спокойно возвращаюсь домой.

— Буду честен, эта часть вряд ли у нас с тобой запланирована.

— Что, запрёте меня тут, как подопытную крысу? — Юки уже рычал. Чувствовал, как снова теряет над собой контроль. Но каким-то чудом не срывался на крик, а с очередным глотком внутри грудной клетки расплылось вязкое липкое спокойствие.

— Тоже мимо, — Валентин понимающе улыбнулся. — Разумеется, когда будут готовы результаты анализов и итоги обследования, тебя выпишут. Ну, я должен буду еще подтвердить, что ты морально устойчив и не станешь делать глупостей.

— Кидаться на окружающих с обнимашками?

— Ты один из Спящих, Сато-кун. Особенный. Как бы я ни хотел тебя обнадёжить, успокоить или помочь — тебя не оставят в покое. Ты вернешься домой, к семье, безусловно. Но жизнь уже не будет такой, как раньше. И ты должен это принять. Эти два года не вернутся из ниоткуда. Никто не отмотает время назад. Весь мир не станет делать вид, что всё как прежде. Надеюсь, твои близкие тоже не станут. Сейчас твоя задача, Сато-кун, преодолеть свои страхи. Свою обиду. Разочарование. Злость. Тебе нужно привыкнуть жить с тем, что есть. И потерянное за эти два года восстановится само.

— Красиво говорите. По мне — слишком уж радужно. Даже с учетом этих ваших Спящих. Вы обещали быть честным, разве нет?

— Года три или четыре назад, Сато-кун, некоторые видные деятели науки в разных странах независимо друг от друга обнаружили определённое… явление. Назовем так. Правительства сориентировались быстро. Информация была засекречена. Сами ученые вошли в состав некой организации. Сейчас она известна как Ассоциация. Само явление назвали Слиянием.

Валентин замолк, будто ожидая от Юки какого-то ответа, вопросов или чего-то ещё, но Юки даже не поднял глаз. Смотрел на дно стакана и болтал в нём остатками воды. Слушать он слушал. Но мысли были далеки от всяких там Ассоциаций и Слияний.

— Время шло, Слияние затрагивало наш мир всё сильнее и сильнее. Стало появляться много людей, утверждающих, что видят призраков.

— Таких всегда было много…

— Нет. Не таких. И не так много. Сначала их поднимали на смех, конечно. Отнеслись прямо как ты сейчас. Но людей становилось всё больше, а некоторые явления скрыть было уже невозможно. Тогда Ассоциация и заявила о себе открыто. Где-то неделю спустя проснулся первый из Спящих.

— Какое совпадение.

— Насколько я понимаю — ничуть. Суть слияния, Сато-кун, проста. Где-то в условном пространстве рядом с нами есть другой мир. Он оказался опасно близок к границе нашего. И продолжает сближаться. Из-за этого то тут, то там, возникают своего рода дыры, соединяющие оба мира. Наш мир — мир прогресса, технологий и науки. Их мир — мир магии и множества разумных рас…

Тут Юки не выдержал и расхохотался в голос. Нет, он, конечно, ожидал всякого. Хотя даже представить не мог, как Валентин станет успокаивать и убеждать принять реальность. Но такое…

— «Вас снимает скрытая камера»? — весело спросил Юки и повнимательней огляделся. — Не помню, как это шоу называется. Вы точно психолог? Простите, Валентин-сэнсей, но из нас двоих нормальным себе кажусь только я. Я, конечно, геймер и в целом люблю фэнтези. Но не настолько.

Однако врач даже бровью не повел. Спокойно переждал вспышку веселья, затем открыл принесённую с собой внушительного вида папку и передал Юки прошитые вырезки из газет, журналов, может быть даже книг:

— Считай, это было введение. Я знаю, ты любишь читать. А ещё я общался с твоей семьёй и друзьями… Вот и решил, что чем меня слушать, тебе будет проще ознакомиться так. Прочитай все, хорошо? Я посижу пока в этом кресле и не буду тебе мешать.

— Я могу прочитать и без надзора… — хмуро буркнул Юки. Но папку взял.

— Думаю, будет лучше, если здесь останусь я, а не включённая камера. Пойми, мы должны видеть твою реакцию. Да и… когда я тут — проще задать вопросы, разве нет?

Аргумент с камерой был убедителен. Юки непроизвольно съежился, обвел ещё одним быстрым взглядом потолок, потом пол. Все углы. Каждую деталь интерьера, пока, наконец, не остановился на цепком взгляде Валентина. Интуиция подсказывала, что что-то с этим человеком не то. Но стоит ли ей верить в сложившихся обстоятельствах — Юки не знал.

Чуть помедлив, он опустил взгляд на бумаги. Обложки не было. Первая страница — газетная вырезка с позапрошлого лета, кричавшая о «буме ведьм и экстрасенсов». За ней ещё несколько аналогичных на других языках. Неведомый составитель этого странного сборника приложил к каждой аккуратно напечатанный перевод.

— Это собрали специально для меня? — вырвался у Юки вопрос. Ведь если задуматься, такая работа очень долгая, кропотливая, может быть, даже нудная.

— Не совсем. Подобные сборки на разных языках готовились для каждого из Спящих. В твоем случае её просто дополняли каждый раз, как в мире происходило что-то значимое.

— Ясно…

На очередной странице бросились в глаза огромная яркая фотография и заголовок: «Магия среди нас!». Юки непроизвольно фыркнул, мгновенно вспомнив Поттера со всякими магглами, законами и угрозами. Фотография, правда, не двигалась. Важный американец на ней застыл перед микрофоном, объектив поймал вымотанный взгляд и огромные синяки под глазами. На заднем плане, распахнув рты и глаза, безмолвными карпами внимала толпа. Важные слушатели в пиджачках. Все пухлые, с зализанными назад волосами. Как на подбор.

Юки даже не мог понять, что такого отвратительного было на этом фото. Политиков фотографируют каждый день и публикуют в интернете пачками. Но здесь… Может, потому что американец вовсе не выглядел политиком. Умные глаза, серьезное лицо, опрятная неопрятность. Костюм сидел, но видно было, насколько он непривычен.

«Официальный представитель МАИССЯ Артур Беларт выступил сегодня на международной конференции…»

— Что за М-А-И-С-С-Я? — пожалуй, присутствие Валентина и правда было удобным. Привыкнуть к нему оказалось нетрудно: как и у самого Юки, у этого человека был прямо талант сливаться с окружением. С другой стороны, внимание к себе он удерживать тоже умел, если надо. Это вызывало определенную зависть.

— Та самая Ассоциация. Журналисты быстро отказались от сложной аббревиатуры. Как там? Ассоциация… Нет, Международная Ассоциация по исследованию Слияния и связанных явлений. Что-то такое. Честно сказать, не уверен. Я полное название читал всего пару раз и было это довольно давно…

— И Беларт-сан её лидер?

— Нет, конечно. Представитель, некое публичное лицо. Надо сказать, сейчас, кроме него, назначены представители для каждой из стран. Не говоря уже о том, что филиалы Ассоциации есть во всех крупных городах. Они координируют деятельность проходчиков, регистрируют новые отряды, отслеживают разломы и… кхе… Да, я увлекся. Прости, Сато-кун. Вижу, ты мало что понял, но дальше все эти моменты объяснены лучше, чем сейчас скажу я. Пожалуйста, продолжай читать.

Но в этот раз Юки даже и не подумал снова возвращаться к тексту. Теперь уже интуиция не говорила, а буквально кричала, что с этим Валентином что-то не то. Конечно, чтобы понять, насколько хорош специалист, нужен опыт общения с такими специалистами. Однако…

— Вы очень много знаете про все это, да? — как бы между прочим спросил Юки. И постарался не отводить взгляда от глаз Валентина.

Увы, не сработало. В ответ всё та же вежливая нейтральная улыбка, за которой не читалось вообще ничего:

— На самом деле тебе это может рассказать кто угодно. Сестра, друзья, родители, дядя… Профессиональный проходчик, кстати. Тебе уже много раз это говорили, но к миру снаружи придется готовиться. То, что за два года стало частью обыденной жизни для любого из нас, тебе кажется странным. Это нормально.

Юки не стал отвечать. Только нахмурился. С такими аргументами сложно спорить. Может быть, если бы на месте Валентина был дядя Такеши, было бы проще.

Жаль, на сидящее внутри «что-то» все эти аргументы не действовали совершенно. Но ответить на них было нечем. И оставалось только читать, читать, читать, время от времени задавая вопросы.

Больше всего Юки понравилась статья про разломы. Некий Крейг Лоу сделал целую подборку ярких красочных фотографий, в каждой из которых легко было заподозрить грамотный профессиональный коллаж. Акеми увлекалась фотографией — вернее, просмотром их в интернете, — и одно время буквально фанатела от серии работ с зеркалами. Люди фотографировались на природе, и зеркала выглядели окошками в другие миры.

Но в тех работах стекло было целым.

А на этих — разбивалось осколками, в каждом из которых отражалось вовсе не окружение. Особенно Юки впечатлил разлом, снятый ночью в лесу: в разбитой зеркальной глади виделась желто-синяя пустыня и яркий закат.

В остальном… Геймер в Юки уснуть не успел. И всё это выглядело именно одной из сотен ММОРПГ. Разломы, которые надо закрывать, пока из них кто-нибудь не вылез. Разломы, которые надо зачищать, потому что из них успел кто-то вылезти. Группы из нескольких человек, формируемые по неизменному «танк-ДД-поддержка»… Чем не данжи и конста на проход?

— Вас точно не нанимали родители, чтобы отучить меня от онлайн игр?

Вопрос прозвучал как-то безнадежно. Если ради «психотерапии» для одного ребёнка кто-то создал подобный мир и провел такую огромную работу, этому кому-то лучше бы зарабатывать в киноиндустрии там. Или в тех же играх. Не говоря уже, что такое лечение по стоимости влетело бы в весь их дом.

Это точно не метод экономного — иногда даже слишком — отца. Гораздо дешевле отправить переигравшего ребенка в деревню. Месяц работы в поле, и недуга как ни бывало.

Валентин, вон, даже не стал отвечать. А сам Юки только вздохнул и отложил в сторону папку. Читать еще оставалось прилично, но желудок уже требовал своего. Да и Гото-сэнсей успел пару раз заглянуть, справиться как дела и исчезнуть обратно.

— Думаю, Сато-кун, продолжим мы уже завтра? — как будто прочитал мысли Валентин.

— Да… спасибо. Валентин-сэнсей, я могу еще спросить?

— Конечно.

— Возможно, это прозвучит жестоко, но почему здесь почти ни слова об оружии? Не поймите меня неправильно, я не предлагаю «перестрелять их и не париться», но ведь против магии аргумент — прогресс. Пара ракет, танк, и всякие там эльфы с лучниками не смогут ничего. Знаете, ещё мем по сети ходил…

— Это сложный вопрос, Сато-кун. Не все наши технологии работают там. Да и… Как думаешь, как люди будут защищаться от людей с оружием?

— Ну, построят там укрепления, спрячутся где-нибудь, — пожал плечами Юки. Он понимал, насколько наивно звучат его слова, но ведь если упростить, все так и есть?

— А сколько людей смогут защититься от пулемётной очереди просто подняв руку?

— Э… Думаю, только Нео.

— Вот в иномире таких Нео хватает. Для этого разговора время ещё не пришло, Сато-кун. И не думаю, что придет — ты всё поймешь и узнаешь сам. Как ты уже прочитал, Спящие — это особо восприимчивые к магии люди. Все они изменились физически и стали проходчиками. Многие открыли в себе невероятные возможности. Ассоциация всячески поддерживает Сотню и… Я бы на твоем месте не стал от этого отказываться. Даже если сейчас в тебе практически нет изменений, а сила никак не проявляется, она может проявиться позже. Так уже было. Твоим способностям нужен правильный толчок. А моя задача — подготовить тебя к последствиям.

Юки в очередной раз просто кивнул. Он специально не стал ничего спрашивать, когда читал про Спящих. Ведь каждое слово из тех заметок порождало в нем огромный диссонанс. Такой горячий и резкий, будто внутри сидел кто-то ещё и отвергал почти каждое слово. Валентин и все эти вырезки старательно уверяли Юки, что Спящие — это чудо, особо восприимчивые люди, первые маги в немагическом мире, но…

Интерфейс-то был вполне обычным.

Вряд ли эльфы знакомы с ММОРПГ.

Глава 5

Юки продержали в больнице целых пять дней. При этом время посещения было строго ограничено. На первую встречу с родителями Гото-сэнсей выделил всего лишь час. Потом ещё один под влиянием Валентина, за что Юки был искренне благодарен.

Беседы с самим Валентином тоже никуда не делись. Они становились дольше, дольше и дольше. Вроде как интерн, вроде как подающий надежды психотерапевт — или всё же психолог? — совершенно не ощущался Юки врачом. Скорее сэмпаем, с которым легко общаться. Такие обычно становятся близкими друзьями, стоящими самого глубокого и искреннего доверия, либо… Делают легче душу, а потом исчезают.

Валентин, скорее всего, окажется из вторых.

Но Юки будет искренне рад сделать ему в конце года подарок. Позволил бы случай.

Просто удивительно, как быстро общение с Валентином стало чем-то естественным и легким. Куда лучше видеокамер, которыми угрожали вначале. Один раз за спором прошла почти целая ночь, пока делавшая обход медсестра не выгнала Валентина прочь. Это было даже забавно. Разъяренная женщина не могла повысить голос, тем более ночью, но пылала возмущением так, что шепот вырывался чуть ли не с пламенем.

Понемногу становилось лучше.

Хотя Юки так и не мог сказать точно: принял он реальность или до сих пор считает происходящее дикой шуткой воображения? Зато живот болеть перестал.

У происходящего в мире, тем временем, была и тёмная сторона. Когда Юки наткнулся на статью о первом артефакте, который Ассоциация пропустила в открытое пользование, он только посмеялся. Штуку, способную за ночь вылечить средней глубины царапину, продали с аукциона за три миллиарда евро. Три миллиарда! За невзрачный камень, облагороженный чем-то вроде постамента.

Следующая статья о нём датировалась месяцем позже. Счастливый покупатель обнаружил, что камушек обладает чем-то серьёзнее простых заживляющих свойств. Для него магия была последним средством спасти себе жизнь. Справиться там, где современная медицина оказалась бессильна.

И магия справилась.

За неделю тот мужчина полностью излечился. Ещё через две открыл частную клинику, которая окупила все затраты на артефакт почти мгновенно. О ней-то и писалось в статье. А ещё о невероятной цене: гарантия исцеления стоила сотни тысяч евро.

Следующая статья сообщала, что владелец артефакта и все его пациенты убиты отчаявшимся человеком, которому не хватило денег.

Еще одна о том, как другой артефакт случайно нашли где-то в Корее: мальчишка решил поиграть с «блестящим камушком» и случайно спалил полгорода. Новую статью Юки просто перелистнул, едва увидев фотографию.

Магия сводила людей с ума. Началась «магическая лихорадка», как обозвали её СМИ вдогонку за «золотой». Кто-то даже пророчил очередные Клондайк с Эльдорадо. Ассоциации пришлось создавать боевые корпуса, блокировать доступ к разломам. На силовые меры властей некоторые тоже ответили силой… Не говоря уже о том, что в руках каждого из государств начал накапливаться ещё один капитал. Магический, да. Сила, давление которой на мировые весы стала неоспорима.

Юки не хотел обо всём этом думать. Он всегда считал, что политика далека от такого маленького скромного человечка, как он. Далека достаточно, чтобы не влиять на его жизнь. Да, время от времени на что-то росли цены, а учебник истории дополнялся всякими событиями, но… Но и всё. Это не причина вляпываться по горло в грязь интриг и денег. Во всяком случае до тех пор, пока Юки не встанет во главе семьи.

Валентин в чем-то соглашался. Слушал. Кивал. Но пропускать статьи не позволил.

— Это реальность, — твердо сказал он, уже без обычной улыбки. — Её ты должен понимать в первую очередь. Ты Спящий. Один из тех, кто сам по себе обладает невероятной силой. Некоторые из вас уже имеют силу и влияние на мировом уровне. И ты должен понимать: у особенных всегда есть враги. Человеческая зависть сама приведет их к тебе. Ты должен уметь различать их. И уметь защищаться.

— Этому вы тоже будете учить, Валентин-сэнсей?

Но врач только качнул головой и кивком велел возвращаться к чтению.

После всех этих бесед Юки готовился увидеть «снаружи» все, что угодно. И был даже несколько разочарован, когда не увидел ничего нового. Акеми что-то жужжала на ухо, родители в красках расписывали предстоящий ужин, а Юки осматривался по сторонам и замечал разве что новый асфальт по пути к дому. Той небольшой выбоины, по которой он отмечал примерные полпути до школы, больше не было.

Странно одетые люди попались им всего пару раз и больше напоминали компанию с какой-нибудь косплей-вечеринки: обычные рубашки и джинсы, а поверх них нагрудник, кольчужная жилетка или кожанка со стальными вставками. У некоторых катаны на поясах, у других огнестрел в довесок. Кто-то действительно впечатляющий встретился лишь раз. И то впечатлял не столько он сам, сколько его нагината — хищная, опасная. Оружие, в котором чувствовалось оружие, а не заточенный кусок стали. Юки даже проводил её взглядом.

Родной дом познал, наконец, ремонт.

Юки сразу заметил новый пульт рядом с двумя привычными. Значит, поменяли освещение. Хотя вделанные в потолок лампы выглядели как прежде. Разве что посветлее.

Изменились обувь и одежда: вместо цветастых ярких курточек Акеми на вешалках появилось что-то посдержанней, а рядом с мамиными туфлями на каблуках — еще одни, поменьше и ниже. Зонтик с пандами тоже куда-то исчез. Его место занял новый, в радужную полоску.

Зато неизменно встречавшая всех Лина — плюшевая розовая панда — осталась на месте. Увидев её Юки невольно улыбнулся, выдохнул и снял, наконец, обувь. Под ногами привычно скрипнула доска пола. Каким бы ни был ремонт — основных привычных мелочей он не коснулся.

— Юки, дорогой, — мама мягко погладила по волосам и подтолкнула в спину, — давай в свою комнату, переоденься и ждем тебя внизу.

— Акеми-чан, а ты сразу вниз, помоги маме с ужином.

Отец прошел вперед и кивком велел идти за собой. В комнату Юки он заходил редко с тех пор, как тот закончил младшую школу. Так что сегодняшний день можно считать особенным.

Хотя… Особенным он и был, как ни смотри.

— Ну вот. Добро пожаловать домой, Юки. Ты, наверное, заметил — в доме был небольшой ремонт. Поменяли часть освещения, полностью заменили сантехнику, ещё разные мелочи… Но твою комнату я не трогал. Здесь всё как прежде.

— Кроме неизменного бардака, — улыбнулся Юки. Даже фигурки кто-то, мама или Акеми, аккуратно расставил на полки по сериям. Сам он всегда ставил их по размеру. И две свои любимые — на самый верх. Плакаты из разных игр и аниме немного выцвели. Огромные наушники аккуратно висели на мониторе, стул был задвинут… Интересно, компьютер хоть включится после двухлетнего сна? — Спасибо, пап.

— Ты в порядке?

— Думаю, да… Только… Могу я сделать ремонт и тут тоже? Валентин-сэнсей говорил, что мне стоит изменить окружение. Мне кажется, он прав, и так будет лучше.

— Как скажешь — это твоя комната. Поговорим с тобой завтра, я выделю бюджет и сделаешь всё сам на свое усмотрение.

Юки улыбнулся и кивнул. В отличие от Акеми, его с детства учили управлять деньгами. Отец вообще относился к ним порой слишком серьезно. Что-то хочешь — накопи, заработай. Сам компьютер был подарком на день рождения, зато наушники и крутую игровую клавиатуру с мышью Юки купил себе сам. А позже добыл железо получше: любимые игры требовали производительности.

И всё же что-то было неправильно. Неуютно. Отец чуть постоял рядом, кивнул, то ли Юки, то ли себе, потрепал по волосам и вышел. Комната опустела. Опустела совсем. Даже если сюда приходили, каждая вещь казалась брошенной. От всего веяло запустением и одиночеством.

Юки потоптался на месте, огляделся, зачем-то провел рукой по подушке, потом достал из шкафа чистое бельё и поспешил всё перестелить. Жаль, запасного покрывала не было. Может, ну к черту европейский стиль и последовать примеру родителей? Футон, вделанный в стену шкаф, минимум мебели, минимум вещей, ничего лишнего…

Юки оглянулся на компьютер, фыркнул и покачал головой.

Ну уж нет. От своего верного инструмента и друга он не откажется. Ещё не время.

Будто соглашаясь, машина подмигнула индикаторами и зашумела давно не чищенным кулером.

Запись первая

— Прототип два-ноль пришел в сознание, успешно прошел реабилитацию и сейчас вернулся к семье.

— О, замечательно! — голос, впрочем, совершенно не соответствовал такому простому и светлому слову. — А теперь скажите, Наблюдатель, почему СМИ узнали об этом раньше нас?! Почему все узнали об этом раньше, чем вы изволили выйти на связь?!

— Ну, так уж вышло. Я решил задержать доклад Ассоциации, чтобы собрать больше данных.

— И?

Повисла небольшая пауза. Докладчик знал, что новости не обрадуют Ассоциацию, и явно не стремился заканчивать скупой отчет.

— Отвечайте, чёрт бы вас побрал, Наблюдатель!

— И ничего.

— То есть как — ничего?

— Явных изменений в организме подопытного пока нет. Разве что поменялся цвет глаз. Однако после двухлетнего сна малец проснулся как ни бывало. Ха! Да он просто встал и пошел. Врачи попросили его сделать ряд физических упражнений — без проблем. При этом сами показатели остались на том же уровне… Он не стал сильнее или выносливей. И все же я нашел ещё одну странность.

— Странность? Не преобразования?

— Странность. Я сверил результаты исследования с медицинскими данными двухлетней давности. Несмотря на некоторые проблемы со здоровьем в прошлом и хроническое заболевание, сейчас Сато Юки полностью здоров. С заложенной в него способностью такой эффект ожидаем. Я предлагаю счесть это за влияние на организм носителя.

— А внешние проявления?

— Пока никаких. Очевидно, нужен катализатор его способностей. Может подойти угроза ему или окружающим. Это сработало в большинстве случаев со Спящими. Однако проверять его в более жестких ситуациях, я уверен, рано. Как сообщил Валентин-доно, его общее состояние крайне неустойчиво. Нужно время. Так что свой доклад я закончил.

— Хорошо. До связи. Не сводите с него глаз, Наблюдатель. Вы сами знаете: проект два-ноль один из самых примитивных. Это вам не ювелирная работа семидесятых. Даже если провалится основной эксперимент, нужно выжать из него максимум данных. Пусть придёт в себя. Позже, с согласия Валентина, вы получите официальное разрешение действовать жёстче.

— Да-да, буду ждать. Бывайте.

Экран моргнул. Изображение стянулось в нитку и пропало. На мгновение в небольшом кабинете главного японского отделения Ассоциации повисла тишина. Ответственные за сбор данных переглянулись и молча взялись за свою работу. С папки «Прототип 2.0» наконец можно было стряхнуть пыль. Уже сейчас образец слишком отличался от остальных. Практически никаких внешних преобразований… с подобным Ассоциация столкнулась впервые. С учетом оригинальности образца это беспокоило.

Беспокоило сильно.

— А мы можем доверять Наблюдателю? — вопрос прозвучал тихо, в воздух, как бы невзначай.

— Думаю, да. Он не первый год с нами работает. И не просто так назначен в проект.

— Но все же, Сато Юки…

— Это не наша проблема. Перешли доклад выше. Аткинсон ждёт ещё со вчерашнего выпуска новостей. Укажи ещё, что для точности работы нам нужна информация от Валентина. Может, сумеет как-то договориться…

— Думаешь, Валентин откажется? С огненными братьями, помнится, проблем не было.

— Валентин себе на уме. И терпеть не может, когда с него пытаются что-то спрашивать. Вот и думай: повезло нам, что он ведёт парня, или наоборот.

Ответа так и не прозвучало. Тишину небольшого кабинета заполнил бодрый стрёкот клавиатуры. Нужно было обновить несколько форм и начать разрабатывать программу в соответствии с первыми отчетами от системы.

Как только Наблюдатель сможет найти подходящий катализатор, оценить способности Сато Юки станет гораздо проще.

Значит — и развить тоже.

Глава 6

Ужин вышел великолепный.

Отец расщедрился на прекрасную элитную говядину, да и мама как будто превзошла саму себя. Такого пира Юки не помнил со времен единственного приема, на который отец взял его с собой.

Одно но: за столом было тихо. Даже Акеми, которая раньше с шумом отбирала самый вкусный и самый большой кусок, в этот раз молча, с улыбкой, ела свою порцию.

Непривычно.

С одной стороны, домашний уют и семейное тепло никуда не делись. А с другой… Юки все-таки чувствовал себя лишним. Отец включил телевизор, появился какой-то фон и стало легче. Ужин сменился десертом. В честь возвращения Юки даже открыли коллекционное саке, которое хранилось в семье на особый случай.

Юки надеялся, что «случаем» станет его совершеннолетие, и он сможет попробовать этот божественный — по словам отца и дяди — напиток.

Увы.

А потом вечер кончился. Родителям с утра на работу: небольшой, со скрипом выделенный начальством отпуск подошел к концу. У Акеми через пару дней закончатся каникулы и начнется старшая школа. Юки не мог не подкалывать сестру, но думал об этом с какой-то тянущей пустотой внутри. Для него старшая школа закончилась уже давно, а университет так и не начался. Отец наверняка был очень этим расстроен, хотя и не подавал виду. Старший сын обязан получить достойное образование и наглядно показать, что способен взять на свои плечи заботу о семье.

Теперь придется потерять год.

И вообще неясно, что будет в будущем. Ведь Валентин пророчил Юки судьбу проходчика. О том же несколько раз заикался и дядя. Как сбивчиво, чуть ли не краснея, рассказала Акеми, Сайто тоже подался в проходчики. Юки сильно подозревал, что друг попросту провалил экзамены и воспользовался ситуацией. Но ему было по-своему проще. Сайто жил с матерью в огромной для двоих квартире через пару улиц от дома Юки. Хотару-сан — его мать, — конечно, работала. Но семье наверняка стало гораздо легче, когда работу получил сам Сайто. Он и раньше думал, что провалить экзамены будет лучше.

Зарплата проходчиков, говорят, неплохая.

Ассоциация много сделала, чтобы к разломам могли подойти только люди с лицензиями. А получить последнюю было не так уж легко. Свои требования, свои экзамены, всякие психологические тесты, учения и ещё много разного. Если предсказания Валентина сбудутся, то Юки скоро светит всё это в двойном, а то и тройном объеме.

Зато лицензию дадут сразу. И сразу лучшую из.

Спать не хотелось.

Юки выключил свет, чтобы не беспокоить семью, но сам даже не стал ложиться. Рассеяно лазал по сайту японского отделения Ассоциации, прокручивал новости, зачем-то прочитал о зарегистрированных отрядах Осаки. Их, кстати, оказалось совсем немного. Судя по всему, большинство предпочитало сбиваться в случайные группы, формируемые самой Ассоциацией по рангам и умениям «свободных» проходчиков. Для Юки это было в высшей степени странно. Онлайн-игры научили его, что конста в десятки раз успешнее и быстрее справляется с данжем. А главное — без серьезных потерь.

Разве это правило не работает в жизни?

Потом Юки вбил в строку поиска «Спящие», покрылся холодным потом и вырубил компьютер. На всякий случай даже залез под одеяло, как будто оно могло спасти от внимания со всех сторон света.

Имя Сато Юки было везде.

Везде!

Судя по всему — самый популярный запрос в гугле за прошедшие дни!

«Проснулся непробужденный» — шикарная новость! И под каждой заметкой десятки тысяч комментариев. Запоздало вспомнив выключенный до сих пор телефон, Юки загнал его под кровать. Подальше. В самый тёмный и дальний угол, не знавший даже затерянных в пространстве носков. Ему казалось, что стоит включить устройство — как полетит множество звонков, сообщений и чего-то ещё. Наверняка все, кому надо, уже давно узнали, как связаться с японским школьником по имени Сато Юки.

Все, о чём говорил дядя Такеши, сбывалось!

Оставалось надеяться, что лица во всех этих записях нет, не было и никогда не будет. Оказаться запертым в собственном доме вспышками камер и осадой журналюг Юки хотелось меньше всего на свете. Гото-сэнсей говорил что-то там про влияние Ассоциации и защиту личных данных. Вот неплохо бы ей начать защищать! Хорошо хоть проклятая система всё это время молчала, и Юки не видел ни одного сообщения, кроме ставших привычными полосок ХП и стамины. Последняя появилась не сразу. Юки как-то подумал, что раз усталость — фактор влияющий и в чем-то определяющий, неплохо было бы видеть выносливость как таковую, а не получать через раз эти идиотские оповещения.

Вот и нарисовалось. Желтым, как и положено. ХП, соответственно, красным. Мана наверняка стала бы синей, если бы была доступна. И после этого Юки должен поверить, что систему придумали эльфы?

Ну уж нет.

Он скорее найдёт главное меню, а там кнопку «О разработчиках».

Внезапная мысль молнией вспыхнула в голове и заставила вынырнуть из-под одеяла. Конечно! Как он не подумал об этом сразу? Создатели чего-то настолько гениального, как эта система, просто не могли не вшить в неё пару строк о себе любимых. Так может, стоит разбудить демона?

— Система! — вышло шепотом и не очень уверенно, однако перед глазами тут же появилось сообщение:

[Настроить голосовой вызов?]

— Эм. Нет. Я же буду выглядеть идиотом…

Юки так и представил себе, как внезапно останавливается в середине боя и орет в пустоту: «Система!». К счастью, его ответ приняли:

[Отклонено]

[Введите запрос]

— Кто тебя создал? — вопрос сорвался с языка сам, сходу. Юки не хотел над ним думать и боялся упустить удачу. Увы, она всё равно куда-то сбежала:

[Доступ к информации закрыт]

[Введите запрос]

— Эм, ладно… Каковы твои функции?

[Система обучения «Прототип 2.0» отвечает за помощь в развитии и освоении оригинальных навыков класса]

— Тогда дай окно выбора класса. Я его ещё не взял.

[Класс определен — ожидается подтверждение]

— Хорошо. Какой именно класс мне присвоен?

[Доступ к информации закрыт]

[Введите запрос]

— Вот, зараза… Как я должен чему-то там обучаться, если даже не в курсе, чему?!

[Получено задание: открыть базовый класс]

[Награда 1: бонус ХП — 1000%]

[Награда 2: бонус Выносливости — 1000%]

[Награда 3: Новый уровень]

Как информативно. Интересно, сколько раз нужно ткнуть палец иголкой, чтобы умереть по версии системы? Или этот «бонус ХП» каким-то чудом спасёт от рубящего удара мечом? Юки вздохнул и тряхнул головой. Взбудораженное воображение честно показало картины возможного будущего. Пока что абсолютно безрадостные.

Окно системы растаяло. Взгляд сам собой уперся в стенку за ним, отметил невзрачные серо-синие обои — местами ободранные, — криво висящий плакат с Адзуки Михо, Асуну по соседству…

Да ну её, эту систему. Пусть подавится любой проходящий мимо ёкай.

Первое, что необходимо Сато Юки, хороший ремонт.

В жизни тоже.

Глава 7

Утро наступало медленно, тягуче. Серо.

И очень холодно.

Кутайся не кутайся в одеяло, душу оно не согреет. С каждой новой мыслью, новым звуком, новым часом привычная с детства комната становилась все более и более чуждой. Выключенный было свет Юки включил вновь и не стал гасить, даже когда рассвело.

Сиреневый полумрак, раньше красивший обои в глубокий синий, теперь сделал их мрачнее, чем ночью.

Как сказал Валентин, мир не будет притворяться, что всё как прежде. Сейчас родной дом не принимал Сато Юки. Либо сам Юки так и не смог сюда вернуться.

Зубы скрипнули слишком громко в рассветной тишине, и Юки уткнулся лицом в подушку. С силой выдохнул. Вдохнул, почувствовав легкий недостаток воздуха. Избавиться от этих мыслей он не мог. Они терпеливо дождались, когда Юки останется наедине со старым-новым домом, и накинулись как пираньи.

Следом пришла бессонница.

Внизу зашумели родители. Отец уедет чуть раньше — его всегда встречает машина. Мама выйдет позже и будет на станции как раз вовремя, чтобы сесть точно в третий вагон и направиться в любимый офис. Скоро на столе останутся только сиротливые завтрак и бенто. Обязательно с пандами. Мама очень любила панд. Говорила, что именно благодаря одной из них повстречала отца.

Юки снова вздохнул и перевернулся обратно на спину. Сполз ниже на кровати, закинул ноги на стену… перевернулся, с головой нырнул под одеяло.

Мысли догнали и там.

Вся ночь прошла в этой пустой бесполезной гонке, будто возня могла как-то помочь. Она даже время толком не убивала. Утро наступало целую вечность.

Шум машины. Голоса. Стук двери. Снова шум…

Семь тридцать.

Интересно, во сколько теперь встает Акеми? Раньше Юки приходилось её будить, чтобы сестричка успела нормально позавтракать, а не выбегала из дома с бутербродом в зубах. Но как будет теперь?

Ответом на этот вопрос стал звон посуды. Юки натянул шорты, попавшуюся под руку майку и тоже направился вниз: если сестрёнка уже проснулась — оттягивать начало дня нет смысла.

— Доброе утро! — к огромному удивлению Юки, бодрая Акеми как раз хлопотала у плиты. Завтрака и бенто на столе не было. Видимо, мама не стала их готовить.

— Утра, — откликнулся Юки. — По-моему, ты впервые встала раньше меня. Продолжаем праздник?

— Ну… — Акеми неловко улыбнулась, вытерла руки полотенцем, чтобы замять паузу. — Я первое время в школу опаздывала. Раньше ведь только ты следил… Потом мне влетело. Мы с мамой решили, что мне лучше вставать вместе с ней и готовить всем завтрак. Так я совсем перестала опаздывать…

— А, ясно… — вот так вот. То, что ему непривычно, оказывается, давно стало правилом этого дома. — Ты молодец. Тамаго-яки?

— Да! Пока что это единственное, в чем я могу тебя превзойти! Ну, попытаться могу уж точно. Папа ворчит — ему всегда то пересолено, то «формы нет»…

— Соуса много льешь, — фыркнул Юки. С отцом он бы сейчас согласился, но говорить об этом Акеми не стал. — Чуть меньше — и все твои проблемы исчезнут.

— Покажешь потом?

— Конечно.

Сестрёнка широко улыбнулась и уселась напротив. За свою порцию она взялась с удивительной жадностью — будто и не было вчера целого пира.

— Какие сегодня планы? — нарушил тишину Юки, когда на столе уже стоял чай. Надо сказать, с уходом родителей ему стало легче. Исчезло какое-то давление, незаметное до этого, но оказавшееся таким явным сейчас. Ни отец, ни мама понятия не имели, что делать с вернувшимся сыном…

Юки невольно вздохнул и помотал головой. Время таких мыслей — ночь! Испортить завтрак он им не даст.

— Не знаю… — задумчиво отозвалась Акеми. Юки чувствовал её растерянность и смущение, но сестрёнка хотя бы не закрывалась. — Как раз Ханами… Не хочешь к замку? Даже странно, так много людей приезжают к нам его посмотреть, а мы сами там были пару раз в жизни — и не ради замка вовсе.

— О, это синдром местного жителя! Думаю, так в любом городе: что приезжим диковинка — местным обычно.

— Не пойдем?

— Почему, можно. Вдруг именно там мне в голову придет идея идеального ремонта?

— Ой! — Акеми подскочила как ошпаренная и бросилась к небольшому столику в коридоре, на котором стоял телефон. — Какая же я!.. Чуть не забыла! Вот, держи.

Юки с удивлением принял из её рук простой белый конверт. В таких обычно дарят деньги на всякие праздники. Впрочем, деньги там и оказались. С короткой запиской: отец уже успел подумать о ремонте и выделил соответствующий бюджет. Что ж… двадцать тысяч. Вряд ли Юки мог рассчитывать на большее. Главное, этого точно хватит, чтобы переклеить обои. Именно они раздражали больше всего. После бессонной ночи эту сине-серую гадость хотелось содрать, разорвать в клочья и сжечь. А уж со всей остальной обстановкой можно разобраться потом. Частями, как когда-то обновлял себе компьютер.

— Спасибо, Акеми! Теперь границы ремонта определены — можно ни в чем себе не оказывать.

— Совсем-совсем? — понимающе поддела сестрёнка.

— А то! Если повезет, мне даже хватит на новый диван. Осталось только дождаться дядю. Он обещал зайти к часу, если работы не будет.

— А без него в город точно нельзя? — Акеми едва заметно надулась и принялась крутить одну из вечно непослушных прядок волос. — Я тебе столько хочу рассказать… И про школу, и вообще. Нет, я, конечно, не против дяди! Но при нём ведь всё не расскажешь. Особенно… — она на миг покраснела и расстроено фыркнула, — ай, при нём вообще ничего не расскажешь!

— Так расскажи сейчас! — усмехнулся Юки. С самого пробуждения ему упорно казалось, что сестрёнка что-то скрывает и хочет признаться одновременно. Она то смущалась, то начинала разговор, но тут же заворачивала тему непредсказуемо и глупо. Или злилась не пойми на что, прямо как сейчас.

С другой стороны, со времени пробуждения Юки на каждом шагу мерещились секреты и недоговорки. Так что все такие мысли он гнал прочь. Прогнал и теперь, попросту сменив тему:

— Сама ведь слышала, без «сопровождения взрослых» мне пока никуда. Ре-а-би-ли-та-ци-я. Чтоб её… Хотя, признаюсь, мне выходить пока что не хочется.

— Да ладно тебе. В интернете ничего плохого не пишут. Все гадают, какая у тебя сила и что ты будешь делать дальше. Кто-то на что-то ставит… Кто-то спорит. Но информации почти никакой! Короткая заметка, что ты проснулся и где все это время спал.

— Думаешь, не узнают? — с потаенным ужасом уточнил Юки. — Меня, знаешь ли, глаза выдают.

— Ну конечно же нет! Глаза и глаза. Мало ли… Давай лучше про школу, а? Ты такой красивый фестиваль пропустил! Самый красивый из всех! Наш клуб объединился с кулинарным и мы сделали настоящий французский ресторан. Даже мама пришла посмотреть! Правда, едва успела к концу…

Следующие минут тридцать Юки мог спокойно пить чай, изображать на лице искренний интерес и кивать в нужные моменты. Страсть сестры к фотографии никуда не делась, но при этом за сам фотоаппарат она практически не бралась. Зато подружилась с фотошопом, освоилась с фильтрами и эффектами. Тематические подборки кадров со всяких стоков — платных и нет — в её руках превращались в атмосферные коллажи. И, судя по всему, оформлением французского ресторана она могла гордиться по праву.

Увы, показать и рассказать всё, что хотелось, Акеми не успела: раздался звонок в дверь. Гостей никто не ждал, но силуэт по ту сторону матового стекла Юки узнал сразу. По лицу сама собой расплылась радостная улыбка — этой встречи он ждал. Ждал ещё как.

Глава 8

— Ох, ё! Ну и глазищи! Мама заценит, она уже раз сто спросила, когда ты к нам явишься, — с порога выдал Сайто, от души пожимая руку. Юки только фыркнул и размял пальцы: хватка у друга за это время стала сильней. Ощутимо. — И ваще, Голливуд сдохнет от зависти!

— Да ну. Готов спорить, цвет не так заметен.

— Спорь-спорь! Ничего, скоро привыкнешь. Или уже?

— А кто его знает… — отвечать на второй вопрос, оставшийся между строк, Юки не стал, он так и повис в воздухе. Конечно, Хотару-сан ждала его в гости, но, помня отчуждение родителей, Юки совсем не хотел увидеть что-то подобное в глазах неизменно приветливой, тёплой и яркой женщины. Раньше Хотару-сан заботилась о Юки не меньше, чем о собственном сыне. Но два года — это два года.

Юки непременно заглянет в гости. Но потом, сильно потом. Когда научится принимать последствия. А сейчас… Можно просто перевести тему и задать самый дурацкий вопрос:

— Ты с работы?

Ответ был очевиден. Сайто с легкостью вписался бы в ту странную компанию, которая встретилась по пути из больницы: джинсы, высокие тяжелые ботинки, куртка с усиленными локтями и нагрудник поверх. Исцарапанный, грязный. На поясе ножны, слишком короткие для катаны, и кобура. Само собой, не пустые.

— Зацени, а? — Сайто прошел в дом и лихо развернулся, обнажив вакидзаси. — Кто бы знал, что гениальный танк в игре окажется крутым ДД в жизни?

— И что, часто приходится драться? И где катана?

— Ну… — Сайто неопределенно пожал плечами, спрятал клинок и принялся расшнуровывать ботинки. — Бывает. А катаны нет. Пока так.

Больше Юки спрашивать не захотел. Из кухни выглянула Акеми, быстро поздоровалась, скороговоркой протараторила что-то про чай и мгновенно исчезла обратно. Только Юки её и видел. Сайто и вовсе едва удостоил Акеми взглядом.

Успели поссориться? Или опять просто кажется?

Юки вздохнул.

Спросить он не решился. Сейчас он слишком плохо понимал, что происходит на самом деле, а что подкидывает в мысли сошедшее с ума воображение.

Сгустилась знакомая неловкость. Несмотря на яркую встречу, Юки впервые в жизни не знал, о чем говорить с лучшим другом. Не устраивать же допрос, в самом деле?

— Пойдем наверх? — только и предложил он.

— Ага, го. Посмотрим, во что превратилась твоя нора под властью сестры!

— Да ни во что… Но отец одобрил ремонт, им в первую очередь и займусь.

— А Ассоциация что? — в лоб спросил Сайто. — Ты же Спящий.

Без всяких вопросов, совершенно привычно, Сайто вошел в комнату и оседлал стул.

— Спящий и спящий, — пожал плечами Юки. — Из больницы выпустили — на том спасибо. Знал бы ты, как меня уже достали.

— Уж представляю! Ты ж в инет заглядывал? В любой подборке новостей — ты на первом месте!

— Ну, спасибо.

Сайто довольно расхохотался, но включать компьютер не стал. Было видно, он тоже чувствует себя скованно. Но эта граница стиралась гораздо быстрее, чем с родителями или даже сестрой.

Спустя несколько минут Акеми принесла чай и данго, улыбнулась и тут же снова исчезла. Сайто — как всегда — с аппетитом запихнул в рот все три шарика сразу, с трудом прожевал и жадно запил чаем, наплевав на кипяток.

Что-то в этом мире не меняется.

Что-то будет, как прежде, и никто повлиять на это не в силах. Даже время. На душе вдруг стало так легко и спокойно, что Юки рассмеялся. Смысл переживать о потерянных годах, если проснулся — и всё важное на своём месте? Лучший друг, родная сестра, всегда непосредственный и весёлый дядя. Родители… ну… Пусть что-то и пошло не так, что-то кажется неправильным, но основа ведь цела, верно?

А когда основа цела, остальное собрать уже проще. Разберется. Привыкнет.

Сайто вздрогнул от заливистого смеха, чуть не подавился и посмотрел на Юки совершенно неодобрительно. Прожевал. Проглотил. Перестал напоминать хомяка, торопящегося с запасами на зиму, и хмуро выдал:

— Че ржешь? Не делай так больше. Напугал, ёпт.

— Да так! — фыркнул Юки. — Расскажешь мне о своей работе? С чего ты вообще подался в проходчики?

— Ну а че? Экзамены, сам понимаешь, я провалил. Правда, не с треском. Всего пары баллов не хватило — личная ачивка! Но работать мышцами мне как-то проще, чем головой. Началась вся эта муть с разломами, объявили первый набор на обучение — людей-то надо откуда-то брать? Вот я и решил — моё.

— Действительно твоё?

— Еще как! Это, брат, круче, чем данжи с констой проходить! Настоящий азарт, настоящая схватка. Стрёмно, да. Иногда совсем жопа. Но многого стоит, поверь. Типа спорта и соревнований.

— Ну, на соревнованиях жизнью не платишь.

— А тут теперь тож, — пожал плечами Сайто. — Я знаю уже, куда соваться стоит, а куда нет. Разломы, они же разные. Есть большие, есть поменьше. Чем дальше от разлома ключ, тем он больше. В такие соваться уже не надо, велик шанс, что придется отбирать ключ у разумных. Вот там страшно, да. Я драться умею, убивать научили, но…

Сайто передернул плечами. Помолчал. Снова усмехнулся и спросил теперь сам:

— Ну а ты? В игре был?

— А толку? — вздохнул Юки в ответ. — На рейд меня точно не ждут. Да и вряд ли я остался ГМом…

— Стрёмно, значит, — с мерзким пониманием протянул Сайто.

— Нет. Ничего я не боюсь, ясно?

— Ага, кроме журналюг и камер. Я помню, как тебя трясло, когда зебру играл!

— Моя зебра была идеальна.

— Ну-ну. Мастером ты, кстати, остался. Когда на тебя гильда наезжать стала, я сказал, что ты из Спящих. Теперь ты у них символ. Так что зайди, пообщайся. Уверен, тебя там встретят!

— Потом зайду, — буркнул Юки. Сердце пропустило удар и упало еще ниже. Раньше игра была не только интересным хобби, но еще спасением от надоевшего «реала». Теперь желание заходить туда пропало окончательно.

Сайто только развел руками:

— Всегда поражался, как ты умудрился встать во главе наших. С твоей-то общительностью.

— Общительность общительностью, а в ТОП я нас привел.

— А потом мы оттуда с треском слились. Ну, один хрен игра уже того, гг. Вся индустрия резко на спад пошла с магической лихорадкой. Нафига она, если эльфы скоро сами припрутся?

— И что? Видел ты этих эльфов?

— Видел, — кивнул Сайто, — с тех пор в большие разломы и не хожу. Низкие, издалека на детей похожи. Голодающих. Быстрые и трусливые твари. С магами типа друидов. Только у тех эльфов они не баферы, а дд.

Снова повисло молчание. Юки чувствовал, что друг не хочет говорить про ту встречу, вряд ли она закончилась хорошо. И в то же время его каким-то внутренним магнитом тянуло познакомиться со всем этим ближе. Даже если Спящих придумали и создали здесь, иномир наверняка сможет пролить свет на происхождение способности и саму её суть. Если Юки возьмется ходить по разломам, то только ради этого. Но Сайто сейчас спрашивать не стоило. Вряд ли друг будет рад тяжелым расспросам при первой же встрече. Пора переводить тему. На что-то поприятней. На что-то извечно приятное:

— Ладно, ну их к ёкаям, эльфов, — Юки хлопнул друга по плечу и заговорщически ухмыльнулся: — Я слышал, зарплата у проходчиков ого-го!

— П-ха! — тут же «воскрес» Сайто. — Враньё! Нет, у кого-то, может, и ого-го! Но до А-лвла лицензии всех, походу, считают гимпами и платят мало. Хотя, смотря с чем сравнивать. Ну и сильно от разлома зависит. Сначала к разлому прибывает Ассоциация, огораживает территорию, оценивает, потом дает клич на сбор команды. Нам приходят сообщения — отвечаешь, какой-то там движок анализирует инфу по тебе. Подходишь — ты в деле. Не проходишь — ищи другую пати. Такие дела.

— А констой чего не ходят?

— Ходят. Но мало. Она оценивается иначе. Хотя я пару раз был на замещении раненых, идти действительно проще. Жопа вся в том, что одиночке куда-то вписаться легче. Чтобы для консты хватало работы — и денег, ага, — нужен хайлвл и репутация. Ещё универсальный состав. Видящая своя, опять же. Без постоянной видящей пати даже регать не станут.

— Их, вроде, не так уж и мало.

— Их, брат, не так уж и много. Кстати, зацени мне фигню подогнали сегодня… — Сайто похлопал себя по карманам и вытащил небольшой мутный камень. Не то кварц, не то слюда. Осколок спокойно поместился на ладонь, оказался тёплым и практически невесомым.

— Ща будет тебе магия!

С этими словами Сайто встал и задернул специальные плотные шторы. Они не пропускали свет и были некой гордостью Юки. Во-первых, это одна из покупок на самостоятельно заработанные деньги. Во-вторых, свет они и правда не пропускали. Совсем. Комната погрузилась практически в полный мрак. Солнечные лучи бесполезно пытались прорваться сквозь щели, но не могли спорить с мягким сиянием греющего ладонь камушка.

— О, эмнид, — Юки улыбнулся и подкинул его на ладони. — Этот минерал образуется в местах концентрации магической энергии и впитывает излишек. Оттого и светится. Когда магия выйдет — он погаснет. На этой стороне подпитки нет. Хотя можно и поиграть…

Перенаправить энергию в предмет с такой послушной, податливой структурой проще простого. Магическая решётка эмнида с радостью примет и приспособит небольшой заряд. Словно отвечая благодарностью, камушек засиял ярче, как небольшое солнце. Теперь его вполне хватало, чтобы осветить всю комнату.

— Охренеть! — выдохнул Сайто. — Вас, Спящих, чему-то такому учат, да?

— Что? — не понял Юки.

— Ну про эмниды всякие, магическую энергию… Впервые слышу! А ты только проснулся, вопросы задаешь разные. А такой редкий итем сходу определил! Впечатляет. Ты его зарядил как-то, да?

Но Юки только покачал головой и вернул камушек Сайто:

— Нет… Не учат. Не знаю, как-то само пришло в голову. Извини.

— Хм-м… — друг повертел камень в руке, даже не щурясь от света, и сунул в карман. — Знаешь, давай-ка пока забудем про всякие там «эмниды». За лампочку спасибо, конечно. Но… Такие «озарения» лучше держать при себе, не думаешь? Даже если ты Спящий. Я трепать не буду. Посмотрим, какие у тебя активные скиллы, там разберемся.

Кивок в ответ. Немного судорожный, рваный. Вспыхнул свет, и вместе с ним пришло запоздавшее осознание, страх. Снова заболел живот. Юки не понимал, что с ним происходит и откуда взялось «озарение», но если это система — лучше бы она сообщала информацию своими табличками. А не вот так.

Сайто только хмыкнул, даже не напомнив про шторы. Лицо его стало неожиданно серьезным, каким-то мрачным:

— Сходил бы ты, чтоль, в ванную.

— Что? Зачем?

— За зеркалом, — по-прежнему серьезно ответил Сайто. Однако в ванную Юки не пошел — просто открыл дверцу встроенного в стену шкафа.

И выругался. Тихо. Зло. Сквозь зубы.

В темных волосах выделялась тонкая светлая прядь. Голубых глаз системе, видимо, не хватило. В довесок всплыло новое сообщение:

[Изучено умение: Передача энергии]

[Стоимость: 0-100 СТ]

Глава 9

— Ха-на-ми!

Юки открыл дверь и буквально отшатнулся от влетевшего в неё дяди. Настроение у того было хоть куда.

— Ты только подумай, Юки-кун, как символичны в твоем случае цветы сакуры! Их яркость и мимолетность! Их… Ты зачем волосы покрасил? Отец не одобрит, так и знай.

— Э… — Юки машинально тронул посветлевшую прядь и неловко улыбнулся: — Знаю. Но мне хочется перемен. Ну, чтобы я не был таким, как два года назад. И Валентин-сан советовал…

— Хм-хм-хм… Нет, я не против! Сам в молодости любил эксперименты. Но не перебор ли? Ай, ладно! Отец будет возмущаться — пригрози покрасить в зеленый. Будет нокаут! Так что, идем к замку?

— Думаю, да… Акеми-чан тоже с утра хотела… Ты как, Сайто? — друг уже успел спуститься следом и сейчас просто пожал плечами:

— Вай нот. Делать пока нечего, прицеплюсь к вам вагоном.

— Вот и отлично! Собирайтесь!

— Дядя, а чай?

Акеми выглянула из кухни, но дядя только замахал на нее руками. Так что через пару минут небольшая компания двинулась к замку. Пешком. Дядя бескомпромиссно заявил, что идти близко, а молодежи нужна нормальная физнагрузка. Возражать ему не стали: гулять, так гулять.

Но очень скоро Юки вообще пожалел, что вышел из дома.

Замок Осаки сегодня почему-то совершенно не впечатлял. Во второй половине дня стало пасмурно, будто погода чуяла настроение. Прогулка утонула в каком-то мрачном напряжении. Дядя Такеши и Акеми честно старались разрядить обстановку, но выходило не очень. Сайто держался в стороне, отвечал односложно, почти всю дорогу молчал. А Юки казалось, что на него смотрят все — абсолютно все, вплоть до рекламных щитов, — и он боролся с желанием натянуть капюшон поглубже, постоянно оглядывался, вздрагивал от каждого резкого звука.

Легче стало, только когда мимо прошла пара в возрасте. Седая женщина пожаловалась мужу, что «молодежь совсем себя распустила», и Юки непроизвольно выдохнул. Действительно. Просто осветлил волосы, ничего такого. Прядка и прядка. Да и в глаза ему никто не заглядывал, чтобы убедиться в «правильном» цвете.

— Видишь, — Акеми мягко улыбнулась и взяла Юки под руку. — За пределами интернета — тишина. Всё в порядке.

Юки неуверенно улыбнулся в ответ. Почувствовал, как ободряюще сжал плечо Сайто. Надо расслабиться, и тогда, возможно, его первая полноценная вылазка в мир окажется не такой плохой. Акеми молодец, что выбрала именно этот парк. Несмотря на довольно большое пространство и неизменную толпу в это время года, парк Осаки обладал какой-то своей силой и своим уютом. Наверное, всё-таки из-за замка.

Но тут дядя вдруг остановился. Прищурился. Мягко приобнял за плечи и указал куда-то в небо:

— Гляньте-ка. Юки, запомни, так можно сразу узнать крупный разлом.

— Что?

Юки перевел взгляд туда, куда указывал дядя, и нахмурился. Облака как облака. Серая пелена, которая не даст дождя, но не пропустит солнца. Такую погоду Юки не очень любил из-за головной боли, однако ничего странного в ней не было.

Тут глаз зацепило какое-то движение, снизу вверх раскололся воздух. Трещина почти коснулась серости, расширилась на миг, сквозь неё мелькнуло небо иномира — высокое и безоблачное — а потом всё исчезло.

— Вы-ы-ыдох, — спокойно произнес дядя, снова указал на то же место: — Раз, два, три… Вдох.

Из-за деревьев вверх поползла новая трещина. Всё повторилось.

— Что это? — ошарашенно спросил Юки, но ответил в этот раз Сайто:

— Мелкие разломы стремятся сжаться. Они «дышат» внутрь: то сжимаются, то возвращаются на исходную. А вот сильные — наоборот. Так проще всего определить лвл разлома. Чем выше трещина, тем сильней прёт к нам иномир. В такие я не хожу. Там почти всегда смерть — считай, эпик данж.

Тихо ойкнула Акеми и с новым «вдохом» буквально вцепилась в руку Юки. Сайто бросил на неё короткий взгляд и чуть качнул головой.

— Может, пойдем к-куда-то еще? — голос сестры дрожал. Надо сказать, Юки был с ней полностью согласен. Знакомиться с подобной штуковиной сегодня ему не хотелось. И вряд ли когда захочется.

Увы, дядя их мнение совершенно не разделял:

— Наоборот, — строго сказал он. — Ты Спящий, Юки. Почему бы не увидеть ближе то, что может тебя ожидать?

— Сато-сан… Вы ведь не специально привели нас сюда? — холодно вмешался Сайто.

— Что? — брови дяди взлетели вверх. — Нет, конечно! Как и ты, я не получаю оповещений о настолько сильных разломах, Сайто-кун. Но, согласись, глупо упускать такой шанс. Юки должен знать, с чем может столкнуться.

Сам Юки предпочел промолчать. О нем говорили без него. Спорили. Что-то решали. Конечно, это коробило. Но здесь он был желторотым новичком в компании двух профи. Да и голос Сайто, вдруг ставший непривычно жестким, буквально приморозил Юки к месту. Таким друга он ещё не видел.

Ни разу не чувствовал от него явной угрозы. Дядя ответил тем же. Это странное соперничество было выше понимания Юки. Но друг не стал возражать решению старшего, и в итоге просто пожал плечами. Давление ушло.

— Наверняка туда уже кто-то вошел, — с напускной безалаберностью заявил дядя. — Ассоциация всё равно не подпустит нас ближе. Но это стоит увидеть, поверь, Юки. Я даже готов позавидовать: твой первый разлом — полноценная дверь, а не узкая норка!

Юки предпочел бы «норку». Подальше. На фотографии там или в очередных новостях. А дядя уже бодро топал вперед. Судя по всему, проклятый разлом расположился как раз в окружении деревьев сакуры.

Парк замка Осаки в этом году — худшее место для ханами.

Руки Акеми ещё крепче впились в ткань легкой куртки. Так сильно, что Юки чувствовал аккуратно подстриженные ногти. Никто из них троих даже не сдвинулся с места, хотя дядя Такеши успел уйти довольно далеко.

Небо рассекла очередная трещина. Снова появилось и исчезло чужое небо.

— Что думаешь? — спросил Юки в воздух перед собой. Его сковывал собственный страх, вязал по рукам и ногам страх сестры, а дядя вдруг перестал быть неизменной поддержкой. Это раньше он втихаря учил воровать сливы из сада тётушки Ню.

А сейчас?

— Ничего не думаю, — ровно ответил Сайто. Друг определенно изменился, стоило им увидеть разлом. Теперь Юки мог представить, какую цену платят проходчики за разрешение пересечь черту. — Такеши прав, нас не подпустят слишком близко. Сам по себе разлом безопасен: дырка и дырка. Пока из неё не лезут мобы, всё о-кей. Да и… — друг белозубо усмехнулся. Красуясь, обнажил вакидзаси и спрятал обратно. — Если что, побуду вашим героем!

— Ха!

Стало легче.

Но Юки скорее откусит себе язык, чем признается в этом. Он усмехнулся в тон, ободряюще сжал руку Акеми и заставил себя сделать шаг вперед. Если уж двое опытных проходчиков говорят, что бояться нечего, — можно поверить.

Им, а не дрожи сестры и бьющемуся где-то под горлом сердцу.

Разлом был окружен двойным кольцом. Первое — толпа зевак, среди которой то и дело мелькали вспышки фотокамер. Разлом затмил собой и великий исторический памятник, и прекрасные цветы сакуры. Что местных, что туристов тянуло хоть глазком заглянуть в иномир. Врата разлома это вполне позволяли. Большие, размером в три или четыре обычные двери, осыпающиеся по краям осколками «зеркала», они как яркий красочный телевизор показывали лес с бирюзовой листвой. Только вершины деревьев и клочок неба, будто на той стороне разлом стоял под углом.

Второе кольцо — люди Ассоциации. В одинаковой форме, при оружии, обвешанные амулетами и склянками. Оцепление стояло на добром десятке метров от разлома. Неплотное. Даже какое-то «дырявое». Но к нему никто не рисковал подходить слишком близко.

— А…

Задать вопрос Юки не успел. Во вратах обозначилось размытое движение. Из них буквально вывалились двое: девчонка не старше самого Юки и тот самый мужчина, оружие которого бросилось в глаза на пути из больницы. Сейчас опасная хищная нагината выглядела… грустно. Как вернувшийся с войны герой, заплативший за победу неподъемную цену. Обломанное древко, лезвие в паршивом состоянии. Воин не выпустил из рук оружие, и оно до последнего выполняло свою задачу.

Насколько хватило сил.

Мужчина висел на плече девчонки мертвым грузом. Она сама едва стояла с ним на ногах. Стоило пересечь черту разлома, как девушка рухнула на колени. Дрожащей рукой что-то положила на поднос одного из служащих Ассоциации.

Кажется, монетку в сто йен.

— Ключ, — ровным полушепотом пояснил Сайто. — Вещь из нашего мира. Её надо вернуть, чтобы закрыть разлом.

Словно подтверждая эти слова, «зеркало» пошло крупными трещинами. Один за другим осколки впитались в ткань реальности. Проход закрылся. Видимо, навсегда.

Толпа ожила. Боязливый шепот вокруг становился громче и громче. Люди поперли вперед. Заслон сомкнулся.

— Где скорая?! — разрезал этот гам отчаянный голос девчонки.

— А и правда, — нахмурился дядя. — У таких врат должно быть минимум две машины. Я позвоню, на всякий.

С этими словами он принялся пробиваться сквозь толпу, подальше от шума, на ходу набирая номер. Но Юки не обратил внимания. Он вообще мало что замечал вокруг. Даже дрожащая с головы до пят Акеми и страшно-спокойный Сайто не могли перекрыть странное чувство и искреннее изумление.

— Это что… ХП? — не думая, спросил Юки, и подался вперед.

— Что?

Голос друга раздался приглушенно, далеко-далеко. Попытки Акеми удержать за рукав Юки толком не почувствовал.

Над вышедшими из разлома людьми, как в любой из игрушек, висели самые обычные полоски здоровья. Почти полная у девушки. На глазах пустеющая у мужчины.

— Он же умрет за минуты, скорая не успеет, — процедил Юки сквозь зубы.

На пути встал кто-то из Ассоциации, но Сайто сунул ему под нос лицензию. Человек в форме замешкался, Юки легко прошел вперед, Сайто — следом. Только Акеми так и не пропустили.

Все взгляды сошлись на нём одном, но Юки впервые было на это плевать. Его вело что-то другое. Что-то непонятное. Странный азарт, ещё более странное желание увидеть рану, которая так легко и быстро жрала здоровье бывалого воина.

«Живот распорот, — отстраненно пронеслось в голове. — Похоже, недоделкой гоблинов».

Юки не мог этого знать.

Юки это не волновало.

Как в тумане он присел рядом с раненым и без всяких церемоний задрал выбившуюся рубашку вместе с щитком.

— Гоблины, да… — негромко повторил он вслух.

Девушка кивнула:

— Н-нас зажали… у самого р-разлома… б-больше никто…

Странно, но она не мешала. Хотя мужчина явно был ей дорог. И чем-то похож. Отец? Не важно. Не мешал и Сайто. Только подошел ближе, присел рядом и негромко спросил:

— Ты хоть знаешь, что делаешь?

— Нет, — честно ответил Юки.

И протянул ладонь точно над раной.

Золотистое сияние родилось на кончиках пальцев, нитью нырнуло в страшную рану — и та вспыхнула изнутри алым.

Мелькнуло сообщение системы — и исчезло прежде, чем Юки успел прогнать его прочь. Сейчас не до этого. Окно с бесполезными буковками помешает, собьет концентрацию. А вернуть её вряд ли получится.

Собственное ХП Юки замигало красным. «99», «98», «97»… Цифра за цифрой утекало прочь. Чем дальше, тем быстрее. Что-то мешалось на лице, и Юки на автомате стёр кровь из носа.

Зато полоса здоровья мужчины медленно пополнялась. Когда личный счетчик дотикал до «50», края раны начали стягиваться. Опасность жизни ушла. Чужое ХП перестало медленно таять. Юки уже понимал, что его не хватит, чтобы полностью исцелить, но ничего не мог сделать. Способность держала его в странном трансе. В жизни не существовало ничего, кроме стягивающейся плоти и вновь текущей по жилам крови.

К счастью, предел Юки понял не только он.

Без всяких слов Сайто перехватил его руку и попросту отвел от раны:

— Хватит! Ты сам так сдохнешь.

И темнота.

Уже в ней Юки увидел холодную равнодушную запись:

[Открыт класс: Целитель]

[Задание выполнено]

Глава 10

— Родерик!!!

Полный ненависти и боли вопль разнёсся над деревьями, подогнал в спину. Семейные связи оборотней невероятно сильны. Клан не простит того, что Юки сотворил с Лисом. Но лес снова был на его стороне. Корни успокоились, перестали путаться под ногами и прятать тропу. Ветки больше не хлестали по глазам, норовя их выбить. Губы растянула усмешка: редкий случай, когда мир сам помогал его роду.

Но куда идти?

Путь домой закрыт. Ближайшее убежище — тоже: Лис наверняка сдал и его. Оставался только один вариант. Придется слишком много поставить на удачу.

Вопль за спиной обратился свирепым воем. Очаровательная сестричка Лиса, наконец, справилась с эмоциями и смогла нырнуть в свою звериную ипостась. Время истекало. Но Юки уже видел, как сквозь деревья сверкала вода. Единственное, что сможет сбить оборотня со следа.

В руке сам собой оказался короткий нож с зазубренным лезвием. Такой вряд ли кому навредит — он существует, чтобы ранить хозяина. Привычное резкое движение, и на траву плеснула кровь, еще в воздухе оборачиваясь двойником. Над ручьем они прыгнули вместе. По ту сторону приземлился только один.

Разъяренный оборотень крайне опасен, но, увы, столько же глуп. Бросится за запахом без всяких раздумий. Будет нестись напролом до тех пор, пока не настигнет «добычу».

Само собой, Юки не собирался этого ждать. Ручей привел к быстрой, полноводной реке, а она — к высокому водопаду. Мало кто выживет, если спрыгнет отсюда.

К счастью, Юки один из тех, кто мог.

Вода вспенилась, зло зашипела, принимая в себя. Окружила разъярёнными пузырьками и брезгливо выплюнула наверх. Прямо к зависшей над озером надписи:

[Союзник исцелен: + 100 очков опыта]

[Новый уровень!]

Юки только поморщился: проклятая система достала и тут. Яркий летний пейзаж растворился, прохлада воды ушла. В склеившей веки темноте остались лишь равнодушные буквы.

[Целитель: класс подтвержден]

[Задание «Открыть базовый класс» выполнено]

[Пересчет данных с учетом бонусов:

ХП: 1000

Выносливость: 700]

[Новый уровень!]

[Доступно 25 очков характеристик]

[Изучено умение: Малое исцеление

Стоимость: 0-100 ХП | 50 СТ]

[Изучен новый навык: Метка бессмертия (пассив.)]

[Заряд: 2%]

С исцелением все ясно, а вот «метка» привела Юки в искреннее замешательство. Бессмертию он не верил. Как оказалось — правильно. Стоило задуматься об описании, как под сообщением развернулся подробный комментарий: метка могла с определённым шансом спасти от смертельной раны. Чем выше заряд — тем выше шанс.

Неплохо.

[Внимание! Прототип 2.0 показал недостаточный уровень контроля. Все активные умения будут прерваны или заблокированы, если значение здоровья опустится ниже 10%]

Первая разумная мысль от системы. Да, что-то такое просто необходимо. Если бы не Сайто, Юки влил бы ту сотню в лечение, и его собственное здоровье опустилось бы до нуля. Проверять, что дальше, Юки уже расхотелось. Паршивое самочувствие говорило само за себя. Этот параметр вовсе не шутка. Придется учитывать его. И следить всерьез. Спасибо, хоть с жалкой сотни подняли до тысячи. Заодно стало ясно, почему у Юки нет маны. Она действительно не нужна, раз он платит за способности собственной жизнью. Целитель, да? Ну уж… В нормальных играх такое зовется «Маг крови».

В любом случае, этот день многое прояснил. Дядя Такеши был прав, когда тащил их к разлому. Стоит его поблагодарить. Пусть приключение не из приятных, но Юки узнал, кто он такой, что может, какую цену за это платит… и окончательно перестал считать систему дурной шуткой.

Оставалось еще одно непрочитанное сообщение. В отличие от остальных, это было свернуто в яркий, назойливо мигающий восклицательный знак. Стоило задуматься, как он послушно выполз на середину и развернулся очередным окном. Ощутимо больше и шире, чем обычно. В других цветах — из благородного синего в кричаще красное с черным:

[Внимание! Класс «Целитель» запрещает убийство цели.

Нарушение запрета приведет к потере всех классовых бонусов, навыков и умений]

Ещё лучше. Выходит — Юки чистая поддержка, не больше. Его задача держаться в тылу и спасать тех, кто неудачно полез в атаку. Так себе роль.

С другой стороны — лучшая в реалиях их мира. Не нужно убивать, не нужно драться. Его задача — спасать жизни ценой собственного здоровья. Звучит благородно до ванильного привкуса на губах.

Юки прекрасно понимал, что вряд ли все будет так легко и красиво. Даже тупые игровые мобы стремятся убить хилов первыми. В большинстве игр они простая добыча. И задача Юки сделать так, чтобы в его собственной игре он не оказался слишком зависим от остальных.

Тем более, ходить постоянными сформированными группами здесь «не в моде».

Дома нужно будет внимательно прочитать всё, что есть у системы, и подумать. В возможность сбросить характеристики и начать всё с нуля Юки верил примерно так же, как в то бессмертие.

И тоже не зря.

Открывать глаза оказалось тяжело. Темнота склеивала веки, и они ползли вверх неохотно, вязко. А свет ударил неожиданно сильно.

Знакомый потолок.

Знакомые блеклые стены.

Знакомый запах и — к неожиданной радости — знакомое «апчхи» со стороны кресла. Валентин снова был здесь. Ждал. Наверняка прекрасно знал, что Юки давно проснулся и просто лежит, готовится, размышляет.

— Снова простуда? — голос звучал бодро, так что задорное ехидство получилось искренним, от души.

— Конечно, — охотно откликнулся Валентин. — Климат, море, ветер, все такое. Никак не могу привыкнуть.

Оба знали, это простое притворство, но старательно делали вид, что так и надо. «Апчхи» в любом случае лучше фальшивого вежливого «кхе-кхе».

— Как самочувствие? — уже серьёзней спросил Валентин. — Ты всех здорово напугал, Сато-кун. Особенно своего друга. Сайто Рю, кажется?

— Да, он был рядом, когда я… ну…

— Отключился, знаю. Так как себя чувствуешь?

— Ну… — Юки тщательно прислушался к себе, и организм ответил голодным бурчанием. Вроде бы тихим. — Эм… А тут еды нет? В прошлый раз вы приносили булочки…

— Что? — Валентин так искренне изумился, что разом уничтожил свой полузагадочный облик мудрого наставника. Вот так и превращаются в обычных людей. Вопрос, видимо, оказался слишком неожиданным даже для такого специалиста.

— Кажется, мои способности используют мои же силы, — попытался объяснить Юки, остро чувствуя себя в шкуре «Капитана Очевидности». — В общем, всё хорошо, но я хочу есть. Очень.

В подтверждение его слов снова заворчал желудок. На этот раз громко и выразительно. Юки прямо почувствовал, как на щеки заползает предательский румянец. Спасибо, хоть изумление Валентина не позволило тому рассмеяться.

— О… — пара мгновений, негромкий визг молнии, шуршание бумажек — и Валентин извлек из своего портфеля закутанные в плёнку бутерброды. Желудок снова дал о себе знать. Юки казалось, что он не ел минимум пару суток. — Это, конечно, не принятые у вас бенто…

— Блеск! Спасибо! Огромное!

Первый бутерброд исчез мгновенно. Второй так же быстро отправился следом и только на третьем Юки заметил перед собой ещё и стакан воды. В жизнь возвращались краски. Странная ломота, которая бродила по телу с самого пробуждения, исчезла. Юки снова чувствовал себя живым и здоровым, за что был искренне благодарен.

— Спасибо еще раз! Правда, я оставил вас без обеда… Если мне принесут бенто — оно полностью ваше, сэнсей!

— Да полно! — только рассмеялся он в ответ. — Впервые вижу человека, которого так осчастливил бутерброд с колбасой.

Юки только фыркнул и уже размеренно, наслаждаясь вкусом, дожевал четвертый. А Валентин опять просто ждал и что-то записывал в своих бумагах. Наблюдения, небось. Каким бы ни было их общение, не стоит забывать, что перед Юки в первую очередь врач.

И он наверняка кому-то отчитывается.

Тут в голову будто ударила молния. Юки подавился очередным глотком воды и поднял безнадежный, отчаянный взгляд:

— Валентин-сэнсей… Там, ну… У разлома… Были люди, фотоаппараты, и… Я засветился, да? Я совсем засветился? За дверью палаты меня поджидают репортеры и не выпустят даже в туалет?!

— Сато-кун, — попытался вмешаться в поток панических мыслей Валентин и всё же чуть повысил голос: — Сато-кун! Во-первых, пожалуйста, успокойся. СМИ довольно трудно попасть в больницу, а мы с тобой находимся ещё и в особом крыле. Здесь никого не будет, кроме твоих родных и близких друзей.

— Фух… А там? Снаружи?

— Ассоциации передали, что ты не любишь публичность. Само собой, мгновенно удалить всю информацию нельзя, и кто-то успел что-то увидеть или прочитать. Но, уверяю, распространения она не получила. Всё, что касается твоего внешнего вида или личных данных, будет максимально оперативно стираться. И, поверь, Ассоциация своё дело знает.

— А то, что не будет?..

— Согласен, тут сложнее. Но ты и сам должен понимать: интернет безграничен, все углы не вычистить. Да и не стоит этого делать. Ты один из Спящих, человек с определенной известностью. Учитывая твой дар исцеления — единственный дар поддержки из всей сотни, тебе стоит привыкать к определённому вниманию. Советую просто… принять как должное.

Запись вторая

— Вы только посмотрите на это!

Проектор мигнул и вывел на экран один из первых отчётов системы обучения. Первая попытка Прототипа самостоятельно выйти на контакт отмечалась особо. По небольшому кабинету пролетел встревоженный шёпот: надо сказать, Сато Юки выделился и тут.

«Кто тебя создал?» — самый первый из вопросов, который был задан системе.

— Мне кажется, на паренька стоит обратить особое внимание.

— Не знаю, не знаю… Да, это интересно, однако многие Спящие ставили под вопрос свою «особую восприимчивость к магии». Мы были готовы к этому, когда создавали систему. Она — явная брешь, способная у любого вызвать сомнения. А ведь есть ещё и неявные.

— Из ста человек он третий, кто задаёт подобный вопрос в лоб. И единственный, кто задал его в первую очередь. Разве это не кричит о том, что мальчишка хочет докопаться до правды?!

В кабинете снова стало громче, но все мгновенно утихли, стоило Вильяму Аткинсону чуть приподнять руку:

— Вполне возможно, через годик-другой мы дадим ему правду, как дали Вальтеру Кёнигу.

— Иными словами, будем вынуждены всё выложить, пока последствия не стали хуже? — скептически спросил один из ответственных за сбор данных. — Простите мне возможную наглость, но разве Ассоциация не должна понимать, что знание об уязвимостях способностей не дает нам полную власть над самими Спящими? С Кёнигом смогли договориться. Ограничение на его силу довольно просто. Но как быть с Сато Юки, ослабить силу которого нельзя? И не лучше ли обратить внимание сразу и подготовиться к возможным последствиям?

Но Аткинсон только вздохнул и покачал головой:

— Вы были бы правы, если бы на месте Сато Юки был кто-то другой. Тот же Кёниг. Посмотрите сами: Кёниг — умелый хакер, которому на голову свалилась фактически власть над всем, что хранится в электронном виде. Этот человек может завладеть миром, если захочет. Его нынешний уровень близок к этому. Но Сато Юки? Вчерашний школьник? Его сила не опасна для окружающих. Наоборот. Если мы откажем ему — что он сделает? Подарит вечную юность и бессмертие в ответ? Мне кажется это слабым способом давления. Вот взятка — неплохая. И ещё как. Но это вопрос доверия к вам, господа, а не к нему.

— И все же я считаю, что стоит быть внимательней.

— Хорошо. На следующем собрании будет присутствовать его наблюдатель. Попросим еще прийти Валентина. Обсудим. Сейчас же важнее придумать стратегию, как развить навыки мальчика. Чем эффективней, тем лучше. Его способности в числе самых необходимых.

— Позвольте напомнить, что Сато Юки несовершеннолетний, — в этот раз подал голос профессор Ито, лидер команды сопровождения «Прототипа 2.0». — Мы не можем наблюдать его в условиях реального боя без согласия родителей. Право слово, мы в целом мало что можем без согласия его родителей.

— Мальчишку в любом случае необходимо обучить. Подготовка длится достаточно долго… Какого числа он родился? До совершеннолетия осталось не так много времени. Эта задержка может сыграть нам на руку. Назначьте ему хорошего наставника, выберите подходящую «практику», скажем, в специализированном медцентре, и — вуа-ля! Даже без реальных обстоятельств мы сможем собрать прекрасные данные.

— Вам ли не знать, насколько разнятся реакции подопытных? Реальные данные могут опровергнуть все, собранные в тепличных условиях!

— Хватит, — Вильям Аткинсон встал и накинул на плечи пиджак, показывая, что на сегодня он собрание закончил. — Наши дальнейшие действия определит решение родителей Сато Юки. Ваша задача сейчас подготовить характеристики базовых врат, подходящих для «проверки боем». Этот и остальные отчеты я должен увидеть на своем столе до конца дня. Работайте.

Хорошо смазанная дверь мягко закрылась за его спиной. Шум в небольшой переговорной поднялся и тут же затих. Разделяли здесь взгляды руководителя Японского отделения Ассоциации или нет, но что-то говорить до решения семьи Сато действительно было рано.

Глава 11

«Принять как должное».

Принять как должное!

Принять. Как. Должное.

Юки снова накрылся одеялом и сунул голову под подушку. То, что происходило на просторах всемирной сети, походило на цунами. Неотвратимую, грозную, страшную, сметающую всё на своем пути. А тут на пути у проклятого вала информации был он один.

Принять как должное!

Как же!

Впрочем, насчет фотографий Валентин оказался прав. Ассоциация каким-то образом смогла убрать и письменное описание внешности. Юки видел одни только жалобы, что «кто-то блокирует информацию с невероятной скоростью», и тихо радовался.

Интересно, сколько надо пробыть пододеяльным затворником, чтобы про него все забыли? Уйдет в отшельники, построит хижину в непроходимой чаще и будет там жить.

Без интернета и прочих коммуникаций.

Зарастет до неузнаваемости, покроется мхом, заведёт хозяйство, а в хорошую погоду будет подрабатывать каппой на фестивалях, пока не схватит радикулит.

Дикие фантазии прервал стук в дверь. Юки вздрогнул, сжался и попытался уместиться под подушкой весь, но это была всего лишь Акеми:

— Вставай, соня! Ты проспал завтрак! И папа просил зайти к нему, как только ты приведёшь себя в порядок!

Юки только со свистом выдохнул, дотянулся до телефона и посмотрел на часы. Ну да, десять утра. А сегодня ещё и выходной. Родители дома, отец хочет расспросить о даре Юки, увидеть примерную смету на ремонт — которой никто не начинал заниматься — и сказать пару ласковых про «выкрашенную прядь».

Хорошо хоть светлых волос больше не стало. Объяснить сестре или дяде новые пряди будет довольно сложно. А говорить, что это теперь очередная особенность, Юки попросту не хотел.

Хватит с него и голубых глаз. Определённо хватит.

Стук повторился ещё раз, не оставляя выбора. Придётся вставать, выходить из берлоги, так и не успевшей стать истинным убежищем для отшельника. Ну, хоть в своем бурном воображении Юки побывал вдали от интернета и всяких тупых новостей. Стало полегче. А вкусный завтрак, приготовленный мамой, смёл весь негатив назад в бессонную ночь.

Разговору с отцом не суждено было начаться так радостно и легко. Мама с сестрой вышли из небольшой гостиной, не дожидаясь распоряжения главы семьи. И Юки остался с ним один на один за стеклянной гладью журнального столика. Чувствовал он себя при этом чуть ли не голым. Юки терпеть не мог «серьезный мужской разговор» в исполнении отца. Да и разговором это назвать было сложно. Ещё в детстве Юки запомнил, что если отец что-то говорит, надо слушать и соглашаться. Точка. Попытка отстаивать свое мнение ни к чему хорошему не приведёт.

А если покивать и сделать потом по-своему, лучше не попадаться.

В прошлый раз Юки досталось по самое не хочу. Зато первое свидание того стоило. Определенно стоило. Тем более, что и закончилось так, как надо.

Отец начал, что вовсе не удивительно, с многострадального цвета волос. Ну, тут уж ничего не поделать. Юки сидел с самым виноватым видом, покорно кивал в нужных моментах, но на прямое требование перекрасить обратно замялся. Собрался с духом. Выпрямился, подняв глаза на отца, и отказался. Прямо, не утруждаясь даже подбором слов. Отказ всё равно не смягчить, как ни пытайся.

— Что, прости?..

— Отец, я понимаю, твоё недовольство, — чувствуя ледяной ком в груди, начал Юки. Так твердо, как мог. — Но позволь мне оставить всё так. Тем более, если не получится подобрать такой же цвет, будет только хуже…

Тут главное смотреть без вызова, говорить тихо, но уверенно. Всем своим видом показывать, что осознал ошибку, просто прямо сейчас её исправить не можешь.

Не вышло.

Юки шкурой чуял, что отец разозлился ещё сильней. Он был приверженцем традиций, жесткого воспитания. Во всяком случае, когда дело касалось Юки — Акеми давали гораздо больше поблажек. Придётся красить волосы и молиться, чтобы «дар» не проявил себя ещё раз. Страшно представить, что сделает отец, если его сын вдруг станет блондином.

Однако бури так и не последовало. Юки спас звонок в дверь. Настойчивый, длинный. Звук стих, пару мгновений дом провёл в ожидающей тишине, и над головами снова раздалась требовательная трель.

— Сейчас-сейчас! — раздался в коридоре голос мамы. Отец строго посмотрел на Юки, с молчаливым укором покачал головой и тоже направился в коридор. Сегодня гостей не ждали. А неожиданные гости в этом доме всегда были к чему-нибудь важному.

Важным опять оказался Юки.

Двое мужчин не понравились ему сразу. Один одет излишне официально для простого визита, второй и вовсе в форме, подозрительно напоминающей ребят у разлома. Но у тех была обычная, а у этого будто парадная. Или он просто званием повыше.

— Сато Нобуо-сан, — официальный протянул руку отцу, и Юки невольно передёрнул плечами от ржавого голоса, напрасно старавшегося изобразить вежливость. Не хрипотца, не прокуренность, а именно ржавчина. Другое сравнение в голову просто не шло. — Мое имя Вильям Аткинсон. Я руководитель японского подразделения Ассоциации. Мой спутник, Рик Алет, он руководит обучением новых проходчиков.

— Что же, — холодно отозвался отец, едва сжал протянутую руку и тут же отпустил. — Не скажу, что рад вам. Уж простите за прямоту, Вильям-сан. Но я ждал вашего прихода.

Аткинсон чуть склонил голову, дождавшись приглашения, снял обувь и прошел в дом. Алет следовал за ним безмолвной тенью, но отчего-то производил впечатление гораздо лучшее, чем его босс.

— Сато Юки-доно, рад приветствовать вас лично, — на таком же «ржавом», как голос, лице появилось что-то вроде улыбки. Юки замешкался, но пожал руку, ощутив неприятную, липкую хватку. Будто капкан. — Мы долго ждали вашего пробуждения. И теперь, когда стали известны ваши возможности…

— Пройдёмте в гостиную, если не возражаете, — вмешался отец, махом прервав поток ржавого мёда. Юки и раньше не горел желанием знакомиться с этой Ассоциацией. Теперь и вовсе хотел оказаться от неё как можно дальше.

Но вряд ли сможет избежать этого разговора.

И его последствий.

Скорее всего, этого второго, в форме, Юки запомнит на всю свою жизнь. Добрый понимающий наставник — последняя роль, в которой можно его представить.

Глава 12

Разговор не задался с самого начала. Пока мама накрывала на стол, в гостиной и вовсе стояла напряженная тишина. Отец со спокойным льдом во взгляде изучал гостей, Юки занимался тем же самым, но наверняка его интерес и опаска читались в сотни раз лучше.

Сами гости как один смотрели на Юки. От этого внимания зудело между лопатками, крутило желудок. Хотелось найти повод исчезнуть в свою комнату, запереть её на замок и забыть об этих взглядах. Один из которых был тоже ржавым.

Когда на столе заняли свое место чашки с чаем и лёгкий десерт, Аткинсон негромко откашлялся, сделал глоток для вида и сразу перешел к делу:

— Буду говорить прямо, Сато-сан, мы хотели бы как можно раньше увидеть вашего сына в рядах проходчиков. Однако, по законам Японии, несовершеннолетний должен иметь для этого разрешение от обоих родителей. То есть нам нужны ваша подпись и подпись вашей жены вот на этих бланках.

На стол легли две небольшие бумажки, но отец на них даже не взглянул. Юки мысленно перевёл дух: откажется. Всё. В ближайшие несколько месяцев об этом можно не думать. Конечно, потом Ассоциация вернётся снова, будет убеждать, настаивать или даже угрожать, но к тому времени у Юки найдутся свои ответы.

Пусть ему действительно хочется узнать больше, понять, кто и что с ним сделал, кого из него создали и зачем, сейчас Юки к этому не готов. Точка. Даже если в груди тлеет вязкое разочарование.

— Думаю, вы понимаете, что я отказываюсь это подписывать. Юки взрослый парень и скоро сам сможет решать свою судьбу. Но пока это зависит от меня, я не намерен ставить жизнь своего сына под угрозу.

— Об угрозе жизни нет и речи, — максимально вежливо улыбнулся Аткинсон. Он явно не привык получать отказы. И был темпераментным. Весьма. Потому сейчас даже Юки видел, каких трудов стоило этому человеку сдержаться. — Сато Юки-доно пройдёт необходимое обучение. Уверяю, господин Алет сможет рекомендовать лучшего учителя из возможных.

— И чему он будет учить моего сына? Выживать? Или убивать? Я знаю не понаслышке, опытные проходчики высоких рангов прекрасно умеют и то, и другое. А раз мой сын Спящий, ранг вы присвоите наивысший.

— Мне нельзя убивать, — негромко вмешался Юки. И тут же втянул голову в плечи. Сказанные полушепотом слова прогремели не хуже гонга.

— Что, прости? — впервые в этом доме прозвучал голос Рика Алета. Неожиданно мягкий, бархатный баритон сам собой вызывал доверие. А вопрос прозвучал сильно и ровно. Юки захотелось ответить на него уверенней:

— Мне нельзя убивать. Я потеряю дар исцеления.

— Вы уверены в этом, Сато-доно?

— Абсолютно.

— Ты молодец, что сказал сразу, — улыбнулся Рик Алет и кивнул Аткинсону с отцом, будто позволяя им продолжить разговор. Юки растерялся. Он был уверен, что главный как раз этот человек-ржавчина. А, выходит, наоборот?

— Кхе-м… Ну, что же, Сато-сан, — Аткинсон состроил всё ту же натянутую улыбку. — Думаю, один из ваших вопросов мы только что разрешили.

— Второй вы разрешить не сможете, — ровно ответил отец. — Я запрещаю своему сыну пересекать черту разлома. Каким бы ни был его дар, это несоразмерная опасность. Ваши бумаги подписаны не будут.

Аткинсон нахмурился, но сдаваться не пожелал. Разговор обещал затянуться. Может быть, даже слишком. Юки тоскливо порадовался, что перестал быть центром внимания. Надолго ли? Мельком посмотрев на спорщиков, потом — внимательнее — на Рика Алета, он уткнулся взглядом в стекло стола и мысленно обратился к системе. Вряд ли от Юки что-то требуется в этом споре. Участвовать в нём он не хотел. Слушать — тоже.

Терять время впустую не было смысла.

Чем раньше Юки сможет понять особенности своего дара и распределить очки характеристик, тем проще ему будет потом. Каким бы боком ни обернулась вся ситуация.

Итак, Юки определённо нужно здоровье. А где здоровье, там и выносливость: описание характеристики подсказало, что, кроме всего прочего, она даст дополнительное ХП после первого распределения очков. Что дальше?

Убивать нельзя.

Нельзя убивать — нельзя нормально атаковать.

Нельзя нормально атаковать — надо уметь грамотно защищаться.

Что важнее всего ребятам в легкой броне? Правильно, не попадать под чужие удары. Вообще. То есть не принимать, а парировать, уворачиваться, ускользать…

Сила не важна.

Тут нужны ловкость и скорость. Но для системы эти параметры сливались в один. Кроме того, Юки видел и знакомый шанс уклонения — очень важная штука, которую следовало поднимать как можно выше. Как оно работает в реальной жизни, Юки старался не думать. Есть и есть. Может быть, это вообще плацебо — не действует напрямую, но добавляет уверенности.

Юки видел себя в качестве мага в легкой кожаной броне — от тряпок он отказался сразу, — способного быстро передвигаться, быть достаточно незаметным, успешно драпать и держаться достаточно долго, если запахнет жареным.

Что дальше?

За уровень давали пять очков характеристик, из которых нужно максимум отдать в выносливость и здоровье, а оставшееся закинуть в ловкость. Два-два-один казалось более-менее грамотным на старте. Только этот «один» нужно будет отдавать ещё и силе. Раз в два уровня? В три?

Чем больше Юки думал, тем чаще упирался в простейшую необходимость: нужна тренировка. Он не знает на практике, чего стоят его характеристики. Тысяча — это мало? Или много?

Если подумать, «малое исцеление» спасло жизнь человеку. А рана была серьезной. То есть «100 ХП» — это не про маленькую царапину или случайный ожог сестры.

Нет.

Это много.

Тогда тысяча означает успешное спасение десяти человек, можно считать — одного отряда. Для начала не так уж и плохо.

Подумав ещё немного, Юки поймал на себе слишком уж пристальный взгляд Алета и вынырнул из собственных мыслей. Отец и Аткинсон по-прежнему спорили.

Безрезультатно.

Как Юки и думал, этот разговор ничем не закончился. В итоге босс местного отделения Ассоциации чуть ли не вскочил из-за стола, рвано попрощался, попытался вежливо улыбнуться Юки и поспешно ушёл:

— Будьте уверены, Сато-сан, — обернулся он уже в дверях, — меня не устроит поражение в этом вопросе.

Звучало угрожающе. Но Юки совершенно не испугался. Отец, наверное, тоже. Закон был на его стороне, всё было на его стороне, а Сато Нобуо не из тех, кто проигрывает, когда на руках есть козыри.

Однако в дверях задержался Рик Алет, намеренно неспешно зашнуровывая высокие армейские ботинки. Когда он выпрямился, Аткинсон уже хлопнул дверью машины и не мог услышать нового разговора.

— Ваше решение правильно и разумно, Сато-сан, — отец едва заметно кивнул, принимая такое признание. — Однако позвольте и мне сказать пару слов.

— Что же, я слушаю. Вы молчали всё это время. Не хотелось бы, чтобы и ваш приход сюда оказался бесполезен.

— Благодарю. Итак, Сато Юки ещё рано соваться в разломы. Мальчишка, не способный грамотно использовать собственный дар, ещё и с запретом на убийство будет просто обузой. Даже если пройдет минимальный курс обучения. Но учиться нужно. Ваш сын случайно применил свой дар несколько дней назад и едва не заплатил за это жизнью. Мы видели разных Спящих, видели их с разных сторон. Этот «дар»… вовсе не дар, если его не освоить. Подумайте об этом. Хорошего вечера.

Рик Алет пожал руку отцу, кивнул Юки и вышел, чуть не столкнувшись в дверях с Сайто. Друг шарахнулся в сторону, едва заметно побледнел, но приветствовал Алета с искреннем уважением.

Интересно, откуда друг мог знать этого человека? И что это за человек на самом деле, раз Сайто Рю, тот, которого проклинали все школьные учителя за отсутствие воспитания, был с ним вежлив?

Глава 13

— Охренеть! — выдал Сайто, едва закрылась дверь в комнату Юки. — Что здесь забыл Рик Алет?

— Ты учился у него?

— Круче! Я с ним ходил! Считай это хай-лвл, под которого данж ложится, не пикнув.

— Ну, по нему видно, — признал Юки. — Судя по всему, Алет-сан будет меня учить. Или приложит к этому руку.

— Риали?! Ну, брат, ты да-а-ал! Везет, мать, Спящим! Таких, как я, небожители не натаскивают.

Юки скептически передернул плечами и привычно уселся на кровать. Взгляд в очередной раз мазнул по надоевшим обоям. Надо бы и правда закончить смету, рано или поздно отец продолжит прерванный разговор.

Но пока что Сайто был спасением от занудства.

— А кто «натаскивает»?

— Профи рангом повыше. Что-то вроде физкультурной школы, — пожал плечами Сайто и зевнул. В этот раз он пришел в обычной городской одежде, но Юки всё равно казалось, что друг успел побывать в иномире. Чем-то от него веяло. Чуждым.

— Слушай… А ты не ранен, случайно?

— Нет, — Сайто подавился зевком, — че это ты вдруг?

— Да так… хотел проверить, что могу. Уже так, ну, осознанно. Тогда я был… не я.

— Уж я заметил!

— Как бы сказать… Меня вела способность. В общем это, — Юки вдруг смутился и почесал затылок. — Спасибо? Ты, похоже, меня спас.

— Работа у ДД такая, хилов спасать! Так чего ты хочешь? Давай я поцарапаюсь, ты хильнешь. Проблем-то?

— Отдает мазохизмом.

— Тц. Не неси чушь.

С этими словами Сайто обнажил свой вакидзаси, с которым, видимо, не расставался, и провел острием по ладони. Легкая царапина тут же набухла каплями крови. Над головой действительно появилось ХП, но в этот раз Юки не удивился.

Одна проблема:

— Не-а, так не выйдет. Я тебя вылечу, но, наверное, ничего не пойму.

— Почему?

— У тебя ХП не изменилось.

Сайто нахмурился и чуть наклонил голову. Вопросительно так. Требовательно даже. Непонимающе. Юки запоздало прикусил язык. Ему время от времени хотелось рассказать про систему, но лишиться из-за этого лучшего друга?

— Тогда ты тоже что-то сказал про ХП. Действительно видишь что-то вроде полоски?

— Эм… Ну…

С другой стороны, друг на то и друг. Настоящий. А настоящие от таких пустяков не теряются.

— Давай, выкладывай, Юки.

— Ты подумаешь, что я свихнулся.

— Ты Спящий! Вы все на голову странные, это нормально.

— И многих ты знаешь?! — справедливо возмутился Юки.

— Читал и смотрел о многих, — парировал Сайто. — Да и на подготовке рассказывали. Давай-давай, выкладывай.

Юки помолчал. Выдохнул. Глубоко вдохнул.

И смирился.

— А про систему вам не рассказывали? Интерфейс там?

— Как в игре?

— Как в игре.

— Нет, ничего такого. И если бы ты не вылечил того чувака, я бы счел это туповатой шуткой.

— Я тоже счел это шуткой. Сначала. Но он есть. Интерфейс есть. Система есть. Даже статы! Вот у меня сейчас тысяча ХП. А тот единственный скилл, который умею, стоит сотню. Когда ты меня спас — у меня было сто ХП. Я их почти все и влил…

— Нехило ты апнулся. В десять раз! — Сайто тоже помолчал. Развел руками. Прошелся по комнате туда-сюда, зачем-то задвинул стул и посмотрел прямо в глаза. — Признаю, мне сложно принять это всерьез. Так что… Давай, я просто тебе поверю. О-кей?

— Честно, о большем я и не мечтал, — по губам сама собой расплылась искренняя улыбка. — Спасибо. Опять.

Сайто только отмахнулся, подбросил вакидзаси, поймал за рукоять и внезапно вонзил в уже подсохшую царапину. Юки невольно вскочил. Острие прошило ладонь насквозь. На пол потекла кровь, заставив отстраненно порадоваться, что в комнате нет ковра.

— Какого?!

— Теперь-то ХП это сдвинулось?

— Ты совсем сдурел?!

— Ты будешь хилять или нет? — вопросом на вопрос ответил Сайто. — Мне, знаешь ли, больно.

— Да чтоб тебя!

Юки посмотрел на рану как-то беспомощно. Заставил себя успокоиться и поднес к ней руки. С двух сторон почему-то. Что-то внутри подсказывало, что так надо. Но, увы, свечения в этот раз не возникло.

— И?

— Не знаю. Оно не работает.

— Ну, ты говоришь, интерфейс. Так прожми скилл. Делов-то.

Сайто чуть приподнял брови, а Юки посмотрел на него как на умалишенного. Будто сам пару минут назад не рассказывал сбивчиво и криво про проклятую систему. Впрочем, в сказанном был резон. Чувствуя себя окончательным идиотом, Юки поджал губы, но все же выдал:

— Система. Малое исцеление.

[Малое исцеление: активация]

Между ладонями действительно появился свет. Знакомо замигала полоска здоровья: минус один… два… три… Рана затянулась за секунды, и вскоре о ней напоминала разве что кровь на полу.

[Союзник исцелен]

[+ 20 очков опыта]

[Метка бессмертия (пассив.)]

[Заряд: 4%]

Конечно. Как же без очередного идиотского сообщения. Опыта, правда, в этот раз гораздо меньше. Это зависит от количества влитого в лечение здоровья? Или от расстояния до ближайшего разлома? Или от чего-то еще? Возможно, стоит заглянуть в ближайшую поликлинику и попроситься на «практику».

Гадать сейчас не имело смысла.

Юки просто запоминал когда, сколько и за что он смог получить. Само собой, нового уровня сейчас тоже не светило. На незаданный вопрос система услужливо подсказала:

[Уровень 5: 20/700]

Хоть какая-то определенность. Спасибо и на том. Мелькнула полоса выносливости, честно показав те самые «-50 СТ». Не мало. Похоже, эта «плата» стандартная, тратится за само применение… заклинания? Скилла?

В общем, тратится.

И тоже может убить.

Сайто повертел ладонь, внимательно осмотрел, сжал, разжал и улыбнулся во все тридцать два:

— А неплохо! Даже локоть ныть перестал, — он стянул с себя рубашку и довольно ткнул в собственное плечо: — И синяк исчез. Да ты золото, а не спутник! И как? Много оно сожрало?

— Семь.

— Чего семь? Сотен?

— Нет. Просто семь ХП. У тебя самого полоса едва сдвинулась. Смотрелось мерзко, но, похоже, для тебя такая рана пустяк.

— Лестно болтаешь. Руку ломать не буду.

— И не надо, — расхохотался Юки. — Я тебе и так теперь должен. Много! Надо только понять, как его запускать. Ну, молча. При тебе ещё ладно. Но как я на людях с системой говорить должен?

— Л-К-М! — загоготал Сайто. — Горячую клавишу назначай!

Не смешно.

Или очень смешно. Шутка глупая донельзя, но на душе стало легко-легко. То ли от раскрытого секрета, то ли от теплой пушистой благодарности внутри.

Юки фыркнул и тоже рассмеялся. Теперь всё пойдет на лад. Просто обязано. Что бы там ни говорил отец и каким бы ржавым ни был Вильям Аткинсон.

Глава 14

Здоровье: 100 (+10)

Выносливость: 70 (+10)

Ловкость: 71 (+4)

Сила: 47 (+1)

[Подтвердить?]

[Принято]

Надпись мигнула зеленым, цифры в скобках прибавились к остальным, система сделала перерасчет, и число здоровья бодро поползло вверх. Вместо ожидаемых «1100» Юки с неожиданной радостью увидел «1518». Выносливость теперь неплохо подтягивала ХП, и это заставляло чувствовать себя уверенней. По крайней мере, в происходящем есть своя логика.

Всё хорошо до тех пор, пока она работает.

С другой стороны, никаких изменений внутри себя Юки не ощутил. Он даже закрыл глаза и попробовал уйти в медитацию, как учили когда-то. Чуть не уснул. Встряхнулся. Счел за лучшее ещё раз пробежать по всем этим цифрам.

— Ну и… Много оно или мало? — спросил Юки в сумрак комнаты. Система на такие вопросы, к сожалению, не отвечала. Оценивать было по-прежнему сложно. Перед распределением Юки честно отжался, сколько смог. И даже устроил себе пробежку в парке, проверяя выносливость.

Проверка удалась.

Само собой, десятикратную разницу Юки точно определить не мог, но привычная некогда дистанция сейчас далась до обидного легко, в очередной раз заставив задуматься.

Почему он проспал два года?

Что за это время произошло с его телом — и не только с ним?

И, главное, кто приложил к этому руку?

В притянутую за уши «повышенную восприимчивость к магии» Юки не верил. Он рискнул поделиться своими опасениями с Сайто, и тот внезапно подкинул ещё одну мысль. В отличие от домыслов Юки, она вписывалась в нарисованную СМИ картину мира:

— А ты не думаешь, что интерфейс появился позже? — вопросом на вопрос ответил друг. — Тебя изучили, пока ты спал, ну, и прикрутили такую штуку. Чтобы жить проще было. Баф, так сказать. Стартовый бонус.

— А ты не думаешь, что «бонус» как-то слишком много обо мне знает? — Юки все не желал сдаваться, хотя и спорить уже не мог. — Откуда, если не создавался со способностью? Тот же запрет на убийство…

— А хрен ли я знаю? Да только магия, один фиг, подарок иномира. В наших краях её не найти. Хочешь ты того или нет, Ассоциация не могла всё сделать сама. Слишком уж это круто.

«Ассоциация не могла всё сделать сама» — может быть, в этом ключ. Впору придумывать какой-нибудь вселенский заговор, затронувший два мира сразу.

Юки вздохнул и от души хлопнул себя по щекам. Выкинул из головы прокрученные уже сотню раз воспоминания о разговоре.

Не о том он думает. Опять не о том.

Как будто кто-то вроде него сможет повлиять на что-то такого масштаба. Нужно сидеть в своей ячейке общества, способностей, силы и знаний. Старательно её заполнять, чтобы не осталось ни пробелов, ни конкурентов. И только потом можно рискнуть высунуть нос за тщательно отстроенные стены.

Без страха, что его сразу откусят.

***

Опять.

Опять все взгляды устремлены на него. Юки подумать не мог, что храброе заявление «хочу учиться у Рика Алета» обернётся вот этим. Сайто обозвал это место «физкультурной школой», но на деле центр подготовки проходчиков включал множество корпусов, среди которых был даже музей иномира.

Желание учиться отец поддержал. После слов Алета он о многом задумался; как и сам Юки, пришел к выводу, что дар надо брать под контроль. Потому легко согласился, когда Юки осмелился просить разрешения. Ну и смету, наконец, посмотрел. Заодно. Раз уж Юки выпросил себе денег на ремонт, обязан сделать его в лучшем виде. Сегодня как раз поедет выбирать обои…

Если переживёт занятия.

Обычное знакомство с классом, которое проходил любой ученик любой школы, как всегда било по нервам и крутило желудок. Взгляды других — курсантов? — буравили спину. Интерес, пренебрежение, усталость, безразличие. Юки знал: стоит ему произнести своё имя, как все они оживятся и обратятся жадным, болезненным любопытством.

Время на раздумья кончилось. Последний шаг. Поворот. Глубокий вдох. Когда-то Сайто предлагал прятать страх за наглостью. Вот и пришло время использовать дружеский совет по назначению.

— Сато Юки! — слова получились уверенно, чётко. Собственное имя придало сил, чужие взгляды можно не замечать, если смотреть во-он на ту точку на противоположной стене. Что там? Плохо легла краска? Или просто странная тень? — Спящий. Думаю, мне можно не рассказывать о причинах, почему я решил стать проходчиком? Рад знакомству и надеюсь на вашу поддержку!

О, все эти взгляды изменились. Разительно. Резко. Даже зевающий на последней парте парень прикусил язык и воззрился на Юки с искренним изумлением. Не ждали, а? Никто из вас не ждал, да?

Вот и получайте.

Сюрприз.

Таким нехитрым образом заставив себя разозлиться, Юки скинул на время страх и смог вернуться на место. Ни разу не споткнулся. Не вякнул ничего лишнего. Даже говорил без запинок, заиканий и этих неприятных «э-э-э…». Можно выдохнуть. Главное, не выдать дрожащих рук и коленок. Юки не последний, кто должен выступить перед классом. Чуть-чуть. Еще совсем чуть-чуть, и происходящее само заставит остальных отвести эти взгляды…

А вот перемена превратится в ад.

Стоило куратору их группы закончить фразу и объявить перерыв, как Юки оказался буквально в окружении. С одной стороны, здесь почти все были старше, сдержаннее. С другой — это хуже, чем сверстники. Одноклассников хотя бы можно послать, если станет совсем плохо. Хамить старшим претило воспитание. Приходилось искать баланс. Юки старался отвечать односложным «Да-нет-наверное», но поток вопросов никак не кончался. Через каких-то пару минут он превратился в тупую головную боль, плавно перетекающую в уставшее раздражение.

Кто-то даже догадался спросить автограф.

Зато живот болеть перестал.

Просто удивительно, как легко и быстро слова Юки приняли на веру. Конечно, вряд ли кому стукнет в голову притвориться Спящим, но нельзя же совсем списывать со счетов простое желание привлечь внимание? Способ-то беспроигрышный.

К счастью Юки, человек легко привыкает к окружающему, а интерес просто не может быть вечен. Двух перемен хватило новым знакомым, чтобы успокоиться. Демонстративное нежелание общаться остудило интерес. К первой настоящей лекции Юки уже мог свободно дышать, без желания немедленно провалиться сквозь землю или попросту исчезнуть под партой.

Зато его внешность здесь приняли спокойно. Никто не высмеивал посветлевшую прядь, промолчали и про глаза: только одна женщина отметила необычный яркий цвет. Она не была видящей, и это, признаться, очень удивило уже самого Юки. Он думал, на передовую идут только мужчины. Какая радость хрупким девушкам размахивать щитом и мечом или продираться сквозь колючки чужого репейника? Он даже спросил это вслух, но Азуми только рассмеялась и ушла от разговора. В прямом смысле — на своё место. Началась обещанная лекция, в аудиторию вошел преподаватель, и Юки снова пришлось постараться, чтобы справиться с изумлением.

Это была она.

Та девчонка из разлома. Юки не знал ни имени, ни чего-то ещё, но хорошо запомнил лицо: строгое, чуть высокомерное, с родинкой под нижней губой. Только волосы в этот раз были заплетены в две косы. Тогда, кажется, был обычный хвост. А ещё косметика и одежда, создавшие чуть утонченный, но чисто офисный образ. Юбка-карандаш, блузка, ногти с аккуратным маникюром, папка в руках… Просто удивительно, как одежда и косметика могут сделать из нормальной девушки высокомерную стерву.

— Накамура Михо! Видящая, ранг четыре, высший ранг по Осаке! — наплевав на всю привычную этику, девушка бодро сжала ладонь Юки в крепком рукопожатии. Тот даже толком ответить не успел. — Я не сомневалась, что честь учить одного из Спящих выпадет именно мне! Я одна из сильнейших видящих префектуры и, можете быть уверены, смогу оправдать свой статус. Не стесняйтесь задавать вопросы, Сато Юки-доно. Объясню вам всё, что понадобится. И… — она вдруг поклонилась, заставив щеки вспыхнуть от смущения, произнесла уже гораздо тише, только для них двоих: — Вы спасли жизнь моего отца там, у разлома. Спасибо.

Не тратя больше ни мгновения, она прошла сквозь аудиторию к кафедре и приветствовала остальных уже как преподаватель.

Встать.

Поклон.

Сесть на место.

Юки старался скрыть улыбку, но уголки губ все равно упрямо подрагивали, тянулись вверх. Подумать только: в школе мечтаешь избавиться от школы. Но когда она вернулась, пусть и в таком виде, Юки с удивлением понял, что очень скучал. Для него сейчас любое занятие лучше, чем без дела сидеть в четырех стенах.

Глава 15

Накамура Михо умела говорить и не очень умела слушать. Даже больше: Юки с удивлением понял, что девушка привыкла к тому, что её слушают, а она поступает как вздумается. Из тех, чей характер Сайто характеризовал не иначе как «сложный» и обходил за версту. Когда-то в школе была похожая вздорная староста. Натерпелись.

С другой стороны, при каждой такой мысли Юки напоминал себе, что Накамура — опытная видящая и её самомнение оправдано. Говорила она уверенно, явно на основе личного опыта. Их небольшая группа притихла, никаких шепотков, шуршания и других лишних звуков. Только шорох ручки по бумаге да переворачиваемые время от времени листы.

Вопросы Накамура велела задавать потом. После каждой темы она отводила на это несколько минут, и тогда над партами поднималось молчаливое редколесье рук.

Да, Накамура Михо была опытна, не раз входила в опасные разломы, многое видела и многое пережила. Она была в праве говорить то, что говорила, и так, как говорила.

Самая большая проблема для Юки, внезапно, проявилась именно в этом.

Чем дольше шла вводная лекция об иномире, тем сильнее внутри поднималась непонятная циничная скука. За ней — чистейшее презрение. Он ещё мог понять рассказы о магических тварях. Для этой стороны мира, где из разумных рас смогли прижиться лишь люди, а магического фона не было вовсе, логично опасаться непонятных зверей. Ведь их арсенал не заканчивался на шипах, когтях и зубах. Но когда дело дошло до тех же гоблинов, Юки едва удержался от издевательского фырканья. «Опасные существа». «Чтобы справиться с ними, нужны обученные проходчики высоких рангов». «Избегайте встречи…»

Фу.

У гоблинов и без того зашкаливает Мания Величия. Если бы кто-то из их народца мог услышать эти восхваления, гордость скакнула бы до небес. А на деле — крикливые карлики, не отличающиеся умом. Какие-то зачатки магии у шаманов, ничего опасного. Гоблины всегда брали числом, проворством и своей дикой регенерацией. Иногда тупостью. Привыкшие к серьёзным противникам воины не могли предсказать логику действий идиотов…

Юки вдруг почувствовал, что его взгляд стал совсем ядовитым и поспешил отвернуться к окну. Глупо обвинять местных в том, что они так воспринимают новое. Хотя было бы забавно посмотреть на их физиономии при встрече с кем-то из его рода…

— Сато-доно?

Голос Михо буквально выбил из груди странную тёмную иронию, Юки вздрогнул и поднял взгляд:

— Да?

— С вами всё в порядке?

— Ну, да… А что?

— Нет… ничего, — видящая медленно покачала головой. — Прощу прощения, мне показалось. Продолжим лекцию. Итак, разумные существа довольно редко встречают нас по ту сторону мелких разломов, однако если высота превышает три метра, встречу с ними лучше считать неминуемой. Мы всегда должны быть готовы…

Чушь.

Юки нахмурился и втихую ущипнул себя за ногу, чтобы прогнать из головы чужака. Почти в таком же состоянии он рассказывал Сайто про эмнид, и друг тогда правильно заметил — «озарения» лучше держать при себе. Тем более, сейчас чувство было всё же иным.

Почти как во сне, когда за спиной преследовал оборотень, проклиная Юки за убийство брата. Тогда его звали по имени. Но оно терялось в образах, чувствах и чистой ненависти.

Новый щипок. Новая короткая вспышка боли. Юки выкинул из головы всё лишнее и заставил себя вслушиваться в слова Накамуры Михо. Вслушиваться, но пропускать мимо. Только ручка мелькала по бумаге, копируя сказанное в тетрадь. Лекция так лекция. Записывать её в порядке вещей. Осознать сказанное и, важнее, свою реакцию на это он попробует позже.

— Сато Юки-доно, — видящая окликнула его ещё раз в самом конце лекции. — Пожалуйста, задержитесь немного. Мне хотелось бы кое-что у вас уточнить.

Однако после звонка разговор пошёл совсем не об учёбе. Девушка долго изучала Юки внимательным взглядом, заставив смутиться:

— Эм… Накамура-сэнсей?

— Я видящая, — жесткий ответ сбил смущение, пустил по загривку мурашки. — Вижу магию и не только её. Вижу «ключи» разломов, их следы. Потому такие, как я, незаменимы. Но есть кое-что ещё. Все видящие могут видеть ауры магических существ. У вас, Спящих, у каждого свой цвет. Сато-доно, ваш цвет красивый и чистый, лазурь с золотыми искрами. Он сразу пленяет. Тёплый, как высокое летнее небо. Но сегодня на какой-то миг… — она замялась, но взгляд не опустила и продолжила прямо, — он начал темнеть. Я не знаю, что это значит и чем может обернуться, но предупредить вас обязана. Вы единственный Спящий со способностью исцеления. Пожалуйста, будьте внимательней к своему дару. Хорошо?

— Хорошо, — удивленно ответил Юки. — Спасибо.

Она кивнула, ободряюще улыбнулась и поспешила за дверь. А Юки запоздало понял, передернул плечами… Аура, это ведь не игрушки? Если верить книгам и всяким фентезийным мирам, она важна. Почти так же, как жизнь. И для каждого своя… Если аура в тот момент начала меняться, значит ли это, что и сам Юки действительно перестал быть собой?

Страх совершенно иной, потаённый, скользкий и тёмный окутал сердце мокрым холодом. Одно дело бояться нового. Другое — запоздалое осознание произошедшего.

Потерять себя Юки испугался впервые.

Он вышел из аудитории в странном разбитом состоянии. Мир снова ломался, но как-то иначе. Когда Юки очнулся в больнице, ему всё казалось диким продолжением двухлетнего сна. Конечно, реальность пришлось принять и понять. Иначе никак. Но тогда она не ставила под сомнение его собственную личность, рассудок, саму душу.

Тот внутри был циничным, безжалостным, злым. Во снах Юки не было страха, только холодный расчет и кровь. Много крови. Там Юки знал, что его ненавидят, знал, что за ним охотятся. Знал за что. И ненавидел в ответ.

Но здесь, за границами сна, Юки не связывал себя с той реальностью. Боялся связать. Там настоящий он был беспомощным наблюдателем, не мог ни на что повлиять. Значит ли это, что со временем Юки станет «никем» для себя самого?

Ужас снова мазнул по хребту склизким холодом. Едва справляясь с накатившей паникой, Юки юркнул за дверь уборной и судорожно окатил лицо горячей водой. Поднял взгляд. Зеркало честно отразило их красивую лазурную глубину. Лазурь… Цвет его ауры такой же, выходит? Должно быть, это и правда красиво. Интересно, как в его внешности отразятся золотые искры, о которых успела сказать Накамура?

Ответ Юки нашел раньше, чем додумал вопрос. Золото — не золото. А светлых льняных прядей в волосах стало больше.

Похоже, отцу лучше сказать всю правду. Эмнид тогда, воспоминание о гоблинах сейчас. Знания, которых просто не могло быть в голове Юки. Вместе с даром иномира в него без сомнений пробралось что-то ещё. Кто-то ещё. Сильный, опытный, старший. Кто-то, с кем Юки вовсе не хотелось сражаться, да вот только права на себя самого он уступать не намерен.

Запись третья

Вильям Аткинсон уже который час мерил свой кабинет широкими шагами, не желая отпускать измученных совещанием сотрудников.

Наоборот — если в голове Аткинсона возникала какая-то мысль, а нужного человека не было рядом, он посылал за ним и требовал явиться немедленно. Вскоре просторная переговорная была полна народу. Свободных мест за столом не осталось.

А решение так и не было найдено.

— Надавите на них, наконец! — разорвал пришибленное молчание ржавый голос. — У Ассоциации достаточно сил и средств, чтобы поставить на место зарвавшегося клерка.

— Это как минимум незаконно. На самом деле ещё и глупо. Сэр.

Аткинсон остановился и вперил раздраженный взгляд в Рика Алета. С тех пор, как этот человек стал ответственным за обучение новобранцев, его влияние в японском отделении Ассоциации выросло слишком быстро. Не говоря уже о том, что S-ранг и огромный опыт одного из лучших проходчиков в мире делали из Алета… неприятного собеседника. Неприятного для Аткинсона, конечно. Вот и сейчас эту заминку перед лишенным всякого уважения «сэр» наверняка заметили все.

Замерли в страхе, как мыши под веником.

Аткинсон фыркнул. Что Алет, что этот мальчишка Валентин раздражали его до зубовного скрежета. Но конфликтовать с ними открыто было ещё не время.

— Глупо? — рыкнул он. — Что же, может быть, вы и поясните мне эту «глупость»? Или, может быть, вы, господин Алет, не считаете необходимым использовать возможности прототипа два-ноль?

— У прототипа два-ноль с момента, как он очнулся, есть имя, есть желания и страхи. Он не инструмент, а человек. Стоит вам попытаться надавить на его отца — к слову, весьма уважаемого даже в правительстве «клерка», — как Ассоциация лишится всякого доверия в глазах мальчика. Цель у нас одна. Сэр. И я никак не заинтересован в её провале.

Аткинсон дёрнул подбородком, но, чуть помедлив, кивнул.

— Даже у солдафона вроде вас бывают умные мысли, — характер требовал хоть как-то поставить Алета на место. — Хорошо. Надеюсь, хоть в его обучении вы не видите «глупостей» и уже нашли подходящего наставника? Учтите, этот человек должен пользоваться максимальной степенью доверия. И моего. И Ассоциации.

— Ассоциация уже утвердила предложенную мной кандидатуру.

— Что?

Аткинсон снова остановился и вцепился в Рика Алета своим ржавым взглядом. Утвердила? Ассоциация? Без его — Вильяма Аткинсона — визы?

— Вот приказ. Все необходимые моменты уже улажены. Я посчитал, что вас не следует беспокоить фоновыми мелочами с вашей ответственностью и нагрузкой. Сэр.

Кто-то из присутствующих нервно сглотнул. Медленно, как во сне, Аткинсон забрал протянутый ему листок бумаги и вчитался. Конечно же проклятый Алет «посчитал, что не следует беспокоить» — ведь наставником прототипа два-ноль был указан он сам.

Худшая кандидатура, которую Аткинсон никогда бы не утвердил. Прототип два-ноль должен стать отличным экспериментальным материалом, с помощью которого в будущем японское отделение ассоциации смогло бы создавать улучшенных, способных к исцелению солдат. Кроме того, и Аткинсон точно знал это благодаря своему месту и связям, прототип два-ноль был лазейкой к бессмертию. Его нужно было изучать. Плотно, со всех сторон, всеми средствами.

Изучать, а не делать из вчерашнего школьника опытного проходчика.

Причин, по которым Алета утвердили, Вильям Аткинсон пока что не понимал. Но, судя по всему, не входил в число тех, кому Ассоциация о них расскажет.

Глава 16

Руки жгло. Дыхание вырывалось изо рта с надсадным хрипом, но Юки всё равно дышал. Жадно. Борясь за каждый глоток воздуха с таким отчаянием, будто не сможет дышать уже никогда.

Выпрямить руки.

Еще раз выпрямить руки. Отжаться. И всё закончится.

В конце-то концов второй раз его от напряжения стошнить не должно. Это будет совсем позор.

— Слабо, — безжалостно добил Рик Алет, когда Юки рухнул лицом в пол. Отжаться смог, но толку? — Для Спящего результат отвратительный. Ниже среднего — это мягко сказано. Понятно, что ты не подготовлен для боя, но хоть какие-то способности должны быть?

Юки стиснул зубы. Самое поганое, что тот «второй» тоже говорил об этом. В душе жил отголосок сожаления, даже стыда. Тело Юки действительно было гораздо слабее, чем во снах.

Ну и пусть.

Вместо ответа Юки с трудом перевернулся на спину и сделал вдох полной грудью. Руки мелко дрожали. Ноги ещё не отошли от предыдущей «разминки». Рик Алет давно отпустил остальную группу, а Юки досталась только короткая передышка — и новый заход. Передышка — и снова заход. Сообщение о том, что выносливость упала ниже пятидесяти процентов, Юки увидел давным-давно. Теперь перед глазами горело новое:

[Внимание! Осталось менее 10% выносливости.

Штраф 2ХП/сек]

Хорошо хоть вдохи-выдохи ничего не тратили. Регенерация работала. Потраченные очки здоровья быстро восстанавливались. Выносливость тоже. Но медленно. Гораздо медленнее. Вряд ли Юки в ближайшее время вообще сможет встать. На его взгляд такой подход к тренировке был в корне неверным. Конечно, превосходить себя полезно и всё такое. Но всему должен быть предел, разве нет?

Видимо, по мнению Алета, предел наступит, когда Юки отключится к хренам. Или сдохнет. До этого осталось совсем немного. Слова наставника — а Рик Алет был представлен именно так: личный наставник — терялись, забивались ухающим где-то в горле сердцем. В глазах начало темнеть, и Юки с облегчением сдался. Позволил этой тьме поглотить себя.

Тем более во сне регенерация сильнее.

Интересно, обморок от переутомления система считает за сон?

В чувство привело недовольное ворчание желудка. Рядом пахло чем-то съедобным. Юки казалось, что стоит принюхаться — и он назовет состав блюда до последней приправы. Негромко зашуршала упаковка, и Юки не то что сел — перетёк в вертикальное положение, жадно щурясь на бенто в руках наставника. На снятой крышке чётко выделялся значок Ассоциации — незавершённый шестигранник, символизирующий, должно быть, нарушенную границу мира.

Но Юки до него сейчас не было дела. Даже мысль об общей столовой, в которой готовили преподавателям и ученикам, пронеслась как-то мимо. Юки о ней слышал. И всё. В начале тренировки было сказано, что еда будет позже и в столовую идти не придется.

Нет так нет.

Организм Юки прямо кричал, что «позже» уже наступило. Вот прямо сейчас. Рик Алет понял это по одному взгляду, без всяких вопросов. Короткий смешок, шуршание термосумки, и вот он — долгожданный обед. Юки снова толком не осознал, как смёл всё, что было в коробочке. В эти мгновения для него не существовало ничего, кроме еды. Даже вкуса. Вежливость тоже куда-то пропала. Вместо неё с языка сорвалось жадное:

— Ещё есть?!

Как ни странно, Алет спустил фамильярность. Снова усмехнулся и передал Юки вторую порцию. Похоже, в сумке еды было с запасом.

— Валентин предупредил, что ты захочешь есть, — спокойно пояснил Алет, не дожидаясь вопроса. — Не торопись. На всякий случай я взял на тебя три порции и, кажется, не прогадал. В следующий раз попрошу больше мяса. Готов спорить, оно тебе просто необходимо.

— Спасибо, Алет-са… учитель, — смущенно пробубнил Юки, с трудом проглотив слишком большой кусок. — Вы общались с моими врачами?

— Разумеется. Прежде, чем начать твою тренировку, нужно было узнать в каком ты вообще состоянии. К сожалению, они мало что смогли рассказать о твоих способностях. В отличие от остальных Спящих, ты остался самым обычным. Почти.

— Почти?

— Такую изматывающую тренировку проходит каждый Спящий. Это самый быстрый и наглядный способ оценить предел ваших возможностей. А потом — способность к восстановлению. Прошел всего час, Сато-кун, а ты уже в норме. Отличаешься прекрасным аппетитом и явно не страдаешь от боли в перегруженных мышцах.

Юки неопределенно хмыкнул в ответ и поспешил запить сказанное соком. Что ответить наставнику, он не знал. Тело болело, но действительно не так сильно, как должно бы.

Голод оказался сильнее.

[Здоровье: 1518]

[Выносливость: 430/800]

Регенерация сделала свое дело. А повышение характеристик её ускорило. Но говорить это Алету напрямую нельзя. Поэтому Юки просто кивнул и всем своим видом показал, что внимательно слушает дальше.

— Мы воспользуемся этой особенностью в твоих тренировках. Раз ты быстрее восстанавливаешься, тебе нужно меньше времени на отдых. Значит, заниматься ты можешь больше других. Если ты не можешь убивать, Сато-кун, тебе необходимо уметь грамотно защищаться, держать дистанцию, при необходимости выводить противника из строя — аккуратно, почти ювелирно. Думаю, лучшим оружием для тебя станет бо*. Дальше… Тяжелое снаряжение тебе давать нельзя. С ним ты не справишься, да и роль свою выполнять не сможешь. Значит, будем оттачивать интуицию и рефлексы. До конца недели мы будем менять программу тренировки каждый день. Я оценю твои возможности, закажу снаряжение, и тогда займемся работой всерьёз. Вопросы есть?

— Э-э… Да. Насчет снаряжения…

— С тебя снимут все необходимые мерки и сделают минимум два комплекта. Не беспокойся, все будет в пору.

— Простите, я немного не об этом… Как бы… Ну… Я несовершеннолетний, — наставник непонимающе поднял брови, и Юки смутился окончательно. — Работы у меня ещё нет. И… Ну… Денег тоже. Мне не хотелось бы влезать в долг и…

— Спящих во многом обеспечивает Ассоциация, — улыбнулся Алет и внезапно хлопнул по плечу. — Я понимаю, тебя смущают некоторые моменты. Но постарайся привыкнуть. Во всяком случае, такие мелочи, как снаряжение, тебе предоставят по первому запросу. Лучшее из возможного. При большой необходимости могут дать даже артефакты. Вы, Спящие, и так на особом счету. Ты же и вовсе уникален. Я повторю: ты единственный со способностью исцеления. На тебя большие надежды. Есть разломы, которые не смогли закрыть просто потому, что группы погибали, не достигнув цели. Скажу прямо, Сато-кун, если ты станешь проходчиком — жизнь у тебя будет не из простых. А ты станешь. По глазам вижу: ты, парень, из тех, кому всегда нужны ответы.

Юки неловко улыбнулся и кивнул. Как-то быстро наставник угадал, почему он не отказался от идеи стать проходчиком. «Ассоциация не могла всё сделать сама». В его родном мире нет магии. С чего бы всё это ни началось, кто бы ни был виноват — истоки надо искать в иномире. Эта мысль поддерживала, толкала вперед. А рука Рика Алета на плече вдруг придала ещё больше уверенности.

Кажется, Сайто был прав на все сто: с наставником Юки повезло как никому больше.

_______

*Бо (яп. 棒: ぼう) — длинный посох из дерева или бамбука, иногда из металла, либо обшитый металлом. Стандартный окинавский «бо» 182 см. в длину и диаметром примерно 2,5 см. (на самом деле форма коническая и сужается к краям), однако на деле оружие обычно изготавливается под конкретного человека для большего удобства и эффективности. Посох Юки, к примеру, будет укорочен до уровня плеча.

Глава 17

С нового дня начался ад.

Юки сначала не понял весь ужас слов «восстанавливаешься быстрее — тренируешься больше». А когда понял — уже было поздно. Выходных наставник ему не дал. Выходные отличались только отсутствием лекций. Вместо них Юки проводил практически весь день с Риком Алетом и слушал рассказы о реальных рейдах.

Как и сказал Сайто — этот человек был в числе сильнейших. Такой ранг ведёт за собой очень важную штуку: реальный опыт. Юки слушал рассказы наставника с гораздо большим интересом, чем лекции той же Накамуры. Отчасти потому, что живущий внутри «кто-то» признавал каждое слово. В голове Юки в такие моменты не было циничных или язвительных вставок. Наоборот, временами он чувствовал сытое одобрение. Иногда критику, сомнения.

Но вовсе не яд.

Дни потянулись единой чередой, как некогда школьные. Чёткое расписание, чёткий ритм, распланированный от и до день. Физические нагрузки и жёсткая дисциплина сделали своё дело: у Юки не осталось времени для лишнего вроде паники и рефлексий. К косым взглядам в свою сторону и шепоткам за спиной он привык. Один раз даже согласился сфотографироваться, хотя взял слово, что фото в сеть не уйдет.

Сны о чужой реальности больше не появлялись. Юки вообще не мог вспомнить, что ему снилось.

Становилось лучше.

Легче.

Мысли как-то сами по себе приходили в порядок, нервотрепка гасла, на некоторые вещи Юки смотрел теперь под совершенно иным углом. Хотя на последнее повлияли не только физнагрузки.

Практика.

Когда Юки услышал о ней впервые, он был удивлен. Если задуматься, это совершенно логично, что для раненых проходчиков есть свои специальные больницы. Тем более некоторые раны были… специфичны. Но Юки всё равно удивился. В этой больнице нашлось даже специальное отделение для пораженных магией или раненых магическими существами.

Здесь-то Юки и попробовал второй раз в жизни использовать свои навыки при чужих. Само собой, вслух он ничего говорить не стал: мысленно обратился к системе и активировал так же, как тогда с Сайто. Исцеление отдавало столько энергии, сколько нужно, чтобы полностью вылечить раны. В рамках умения. И в этом была проблема. Юки пока не мог контролировать поток. Даже не представлял, как это сделать. Если рассчитанной для заклинания сотни не хватало — а такое было лишь однажды — оно прерывалось само. Шёл откат. Если Юки использовал способность несколько раз подряд, его попросту отключало. Организму было плевать на показатели выносливости и здоровья: дар иномира влиял на что-то ещё, неоцифрованное системой.

Опыт, конечно, капал. Появлялась привычка. Организм адаптировался к новому. Медленно, болезненно, но упрямо и точно.

В какой-то момент Юки поймал себя на том, что больше не обращается к системе. Теперь всё происходило само собой. Со временем обмороки от слишком частого применения дара прекратились. Жизнь окончательно вошла в новое русло.

И всё равно каждый день выжимал Юки до капли. С семьёй он видеться почти перестал, что уж говорить о Сайто. Обещанный визит к нему в гости и встреча с Хотару-сан всё откладывались, откладывались и откладывались. С самим Сайто везло время от времени встретиться в коридорах, переброситься парой слов и тут же разойтись.

Сайто уже давно не ходил на лекции — наоборот, иногда вёл их. От «физкультурной школы» ему нужны были только постоянные тренировки. Как-то друг обмолвился, что только здесь он может нормально упражняться с катаной. Сайто явно не собирался забывать любимое оружие. Но хорошая катана стоила дорого. А плохая могла стоить жизни.

К острому недовольству отца, ремонт пришлось снова отложить. У Юки не хватало на него времени. Как и родители, он теперь появлялся под вечер, чтобы поесть и выспаться, а с утра исчезал на тренировку. Поначалу Юки беспокоился за Акеми, но та как будто справлялась. За два прошедших года она действительно повзрослела и научилась быть самостоятельной.

Отчасти это радовало.

Отчасти — становилось грустно.

Недавняя тоска иногда возвращалась, в такие моменты Юки казалось, что семья не заметит, даже если он пропадет на день или два. Или неделю… месяц… год. Они привыкли жить без него. Возвращение же принесло больше проблем и мороки. Юки серьезно думал снять себе квартиру, как только начнет работать. Тогда он перестанет ощущать себя балластом на шее.

И всё же, вопреки постоянным встречам с новыми людьми, изнуряющим тренировкам и вечной вязкой усталости, эти дни были яркими. Дар развивался, Юки чувствовал это. Хотя система ещё ни разу не писала о новых умениях, уже изученные поднимались на новый уровень.

И даже меняли форму.

Опыт игр буквально кричал, что исцеление — дистанционный навык. Глупо бегать от раненого к раненому по полю боя, чтобы исцелить так, как Юки делает это в больнице. Не факт, что добежишь. Не факт, что вовремя. Способ действовать на расстоянии Юки открыл совершенно случайно благодаря Акеми и своему наставнику, который неизменно загонял до упора.

Обычно Юки плелся домой абсолютно на автомате, не различая дороги. Эдакий мирный зомби. В таком состоянии даже слёзы родной сестры он принял за фоновый шум. Сработала привычка. Слёзы. Крики. Боль. Кровь. В больнице на своей практике он насмотрелся этого столько, что чувства давно притупились. Кроме исцеления, его учили диагностировать раны, определять общее состояние, оказывать первую помощь — руками, а не магией. Юки никогда не видел себя врачом, но не отказывался. Поначалу чужая боль била по нему, от вида некоторых ран мутило. Но даже это оказалось делом привычки.

Юки понял, что кричала сестра, гораздо позже. Осознал, что Акеми очень неудачно упала с велосипеда, а вокруг не оказалось никого, кто мог бы помочь. Неестественно вывернутая сломанная нога, ободранное плечо и рука, залитое кровью лицо… Все это Юки понял потом.

Первой его мыслью было тоскливое, почти неживое: «ещё одну надо вылечить». Усталость съела всё сочувствие, спускаться не хотелось. Больше всего Юки мечтал о том, чтобы — шух! — раны зажили бы сами собой. Он даже поднял руку и щёлкнул пальцами.

С удивлением моргнул, когда с них сорвалась золотая искра.

Она напомнила ему светящихся бабочек из какого-то фильма и тут же приняла свою форму. Акеми перестала плакать. Казалось, весь мир сузился до сотканного из света пушистого мотылька. Вот он сел прямо на ногу сестры, впитался, золотой волной растекся по телу и растворился. Последней едва заметно засветилась рана на лбу, не оставила даже шрама. Видимо, самая легкая.

На какой-то миг стало тихо. Ошарашенная Акеми боялась даже дышать. Дар брата она никогда не видела. Знала о нём — да и только.

— Акеми-чан? Давай, вылезай оттуда, — привёл сестру в чувство Юки. И себя заодно. — Я возьму велик.

Спускаться всё же пришлось. Ноги скользили по траве и мокрой грязи. Должно быть, точно так же соскользнули колёса. Вымазанная с ног до головы Акеми всё ещё всхлипывала, на лице остались следы крови, да и одежда больше напоминала лохмотья. Юки пришлось поднимать сестру на ноги самому. Увы, «Малое исцеление» шок не лечит и даже не способно привести в сознание. Справляться с этими состояниями Юки тоже учили, хотя он не мог и подумать, что первой проверкой навыков станет родная сестра.

— Спасибо… — наконец, тихо сказала Акеми. Трясти её уже перестало, от бледности не осталось и следа. Юки отдал свою куртку, а промокшая теперь висела на руле грязной тряпкой.

— Да брось! Ничего не болит?

— Не-а… Этот твой мотылёк — красивый и тёплый. Будто бы впитал в себя боль… так странно. А что ты чувствуешь, когда, ну, колдуешь?

— Эм, — Юки едва не споткнулся и поправил сползшую куртку сестры. Надо ли ей знать? Хотя и скрывать причин не нашлось: — Я как бы передаю часть своих сил тому, кого лечу. Сам я восстанавливаюсь быстро, и мне почти не вредит. Если лечить много раз подряд, чувствуется слабость, как при болезни. Могу даже отрубиться. А так, как сейчас… Ничего, — он пожал плечами и улыбнулся. Поднял руку, чуть согнул пальцы, и между ними появился светящийся шарик. Два-три очка выносливости позволяют создать довольно яркую «лампочку». Окруженная золотистым ореолом, она становилась холодно-белой к центру. В отличие от исцеления, передачу энергии Юки освоил прекрасно и мог контролировать, как ему вздумается. Все из-за Рика Алета, который первым заметил, что иногда атаки бо как бы бьют током.

В виде «лампочки» энергия была не опасна. Но стоило её во что-то вложить, как она меняла свойства в зависимости от предмета.

Увы, не без последствий.

Первый бо, с которым Юки попытался сделать это осознанно, разлетелся в мелкую щепу.

Зато потом дело пошло. Рик Алет быстро определил, какое оружие подойдет, и заказал посох из белого дуба, чуть укороченный — по плечо. Со слишком длинными Юки совершенно не ладил, но это легло в руки как влитое.

Бо вообще стал неотъемлемой частью жизни. По велению наставника, посох был рядом всегда. Во время тренировки, во время лекций, во время прогулок, даже во сне. Рик Алет мог в любой момент выкрикнуть название стойки, и Юки обязан был её принять. Если ошибался, получал по ногам, рукам, спине, затылку — смотря как и где нарушил баланс. Надо сказать, получать при всех оказалось до ужаса стыдно, и стойки Юки разучил быстро. Так быстро, как только смог.

— Хейсоку! — бросал наставник, проходя мимо по коридору, и Юки вытягивался в обычной стойке готовности.

— Санчин-дачи! — перебивал Рик Алет сам себя, и Юки скользящим движением переводил правую ногу чуть вперед, разворачивал ступни и ставил бо вертикально.

Иногда наставник называл позы чередой по две-три, даже пять, и Юки повторял их причудливым танцем. Потом к ним прибавились базовые движения. Вскоре это захватило Юки с головой. Движения бо всегда плавные, скользящие, четкие. Даже самые резкие выпады в своей совершенной форме были изящными, как легкое па. Когда-то Юки не поладил с кендо как раз из-за неуважения к оружию. Здесь этого неприятия не было. Назвать бо «проклятой палкой», как когда-то обозвал синай, у Юки просто не поворачивался язык.

Продолжение руки.

Продолжение тела.

Продолжение его самого — под жестким руководством Рика Алета Юки, наконец, понял, что всё это не просто красивые слова мастеров прошлого.

И тогда впервые увидел сообщение системы:

[Успешная тренировка. Получено 700 XP]

[Новый уровень!]

Новый уровень, новый уровень, новый уровень. Иногда опыта было больше. Иногда — меньше. За исцеление по-прежнему шли копейки. Юки не гнался за опытом, но каждое новое сообщение его радовало, толкало вперед. Да, это абсолютно игровая система, но ведь в игры и играют потому, что прогресс так легко понять. Чувство достигнутой цели живёт в груди теплым ласковым удовлетворением. Человек от него зависим. Ненасытно хочет ещё и ещё. Хочет чувствовать себя способным и не пустым. А это очень полезно на пути вперёд.

Несколько раз Юки видел сообщение о повышении характеристик без распределения свободных очков. Очевидно, система прекрасно знала состояние его тела и анализировала согласно каким-то своим алгоритмам. Должно быть, имела гораздо большее влияние, ведь те самые характеристики как-то должны были учитываться физически.

Уровень бодро пополз вверх.

К семнадцатому января, когда Юки исполнилось двадцать и он стал совершеннолетним, система показывала цифру двадцать четыре. Против Рика Алета он к тому времени мог обороняться не меньше минуты.

А ещё убедился наверняка: себя он лечить не может.

[Уровень 24: 2075/5300]

[Очки характеристик успешно распределены]

[ХП: 2267]

[Выносливость: 1180]

[Шанс уклонения: 32%]

[Метка бессмертия (пассив.)]

[Заряд: 28%]

Глава 18

— Кампай! — не успела мама наполнить последнюю из оставшихся чоко, как дядя Такеши тут же поднял свою с неизменным тостом.

Пришлось пить.

Вообще Юки думал, что его первый в жизни глоток саке будет совершенно иным, в совершенно иной атмосфере и уж точно с меньшей торжественностью. Но отец решил всё по-своему, и даже мама с Акеми по такому случаю облачились в кимоно.

Они были красивы.

Очень.

Но Юки предпочел бы юбилей попроще. Может быть, даже в чуть иной компании. Сайто, к примеру, был явно не в своей тарелке и периодически бросал взгляды на слишком непривычную для него Акеми. А наставник смотрел на всё происходящее с искренним любопытством любого из иностранцев. Хотя по словам дяди — «пара глотков всё исправят!»

Что ж. Может быть. Жаль, Валентин не пришел, отговорившись работой. Хотару-сан… не приходила на праздники их семьи никогда. Она очень плохо ладила с отцом. Или отец очень плохо ладил с ней. Поначалу доставалось и Сайто, но со временем отец смирился с «неуместным» выбором друзей в школе.

Подогретый алкоголь приятно обжег горло, прокатился по языку бодрящей горечью, согрел нутро. Напиток сам приглашал расслабиться, отдохнуть как должно. В голове едва обозначился приятный шум… и растворился за проклятым предупреждением системы:

[Обнаружен яд]

[Изучено умение: Лечение

Стоимость: 25 ХП, 0-200 СТ]

[Получен навык: Стойкость

К ядам, болезням, проклятиям: снижает время их действия и наносимый урон на 50/сек.

Навык улучшается регенерацией]

[Получен навык: Иммунитет к слабым ядам]

[Яд успешно обезврежен]

Юки сдержанно выдохнул сквозь зубы, молясь, чтобы выражение лица его не выдало.

Прекрасно.

Похоже, «напиться в хлам» Юки в принципе не судьба. Не то чтобы он хотел. Но почувствовать состояние опьянения, расслабиться, может быть, даже узнать себя с другой стороны было бы совсем неплохо.

— Да ладно, не зашло? — Сайто от души хлопнул по плечу. Весь вечер ему приходилось тщательно следить за словами, интонациями и поведением, но с первым же глотком саке оборона дала трещины. — Поверь умудренному опытом мне! Два-три глотка, и ты поймешь, что нет бафа лучше!

— Бафа? — изогнул бровь отец, но его уже чем-то отвлек дядя.

— Ты всего на полгода старше, — фыркнул Юки, улыбнулся и следом за другом поднял уже вновь полную чоко. Мама и Акеми не первый раз встречали гостей. — На умудрённого пока не тянешь.

— Ха! Кампай!

— Кампай! — радостно поддержал весь стол во главе с неугомонным дядей.

Ещё пара тостов, и старшие каким-то чудом втянули в беседу Рика Алета. Отделились небольшим кружком, из которого то и дело слышались то изумление, то смех. Сайто, впрочем, оказался там не лишним и время от времени вставлял свою шутку, совершенно забыв манеры.

Веселье стало весельем.

Когда опустел очередной токкури, мама включила негромкую мягкую музыку. Удивительно, она ничуть не усыпляла. Даже наоборот. Стало совсем шумно. Теперь смех звучал без конца. А Юки чувствовал себя совсем в стороне от веселья.

Юбилей вроде бы его.

А отдыхают совсем без него.

Как будто бы странно или даже обидно, но на деле наоборот. Пусть алкоголь не путал мысли, саке всё равно грело, успокаивало, расслабляло. Юки терпеть не мог находиться в центре внимания. Потеряв излишний официоз, праздник стал как раз таким, каким должен быть. Смотреть со стороны, как искренне веселятся дорогие люди, было гораздо приятнее и светлее.

— Какой-то ты слишком трезвый, — улыбнулась Акеми и села рядом. Веселье оттеснило «скучных зануд» к самом краю комнаты, зато и вид отсюда открывался шикарный. Тем более наставник, оказывается, умело жульничал в карты. Не хуже, чем дядя. — А выпил вроде не меньше Р… Сайто-куна.

— Похоже, я оказался слишком устойчив. А чего ты не играешь?

— На раздевание? — вопросом на вопрос отозвалась Акеми.

— Да? Это я упустил.

Впрочем, первый проигрыш Сайто показал, что сестричка всё расслышала верно. Шутить насчет женского общества Юки не стал. Акеми могла и обидеться. Впрочем, когда игра набрала обороты, мама безжалостно отправила сестру спать. Скоро ушел и сам Юки, тихо злорадствуя, что утро для Сайто и дяди Такеши будет точно не ранним и вряд ли добрым.

Отец с наставником меру знали получше.

И всё же на губах сама собой играла теплая искренняя улыбка. Обучение обучением, но Юки, оказывается, и правда устал. Чего-то такого настоящего, в кругу семьи, ему не хватало.

Ароматы еды уже давно растворились в доме. Мама готовила только на пятерых, дальновидно оставив графин с водой и пару стаканов для дяди и Сайто. Отец с наставником были как огурчики. Праздник их неожиданно сдружил, и теперь оба продолжали прерванный вчера разговор.

До ужаса скучный.

Юки чуть не уронил челюсть, когда понял, что оба на полном серьёзе обсуждают какой-то там экономический финт. От Рика Алета он точно не ожидал знаний, способных поддержать гений отца.

Следующим воскрес Сайто Рю.

Юки понял это по стонам, полным самой настоящей муки. Стоны родились в гостевой комнате, проползли мимо и на время смолкли в одной из двух ванных комнат. Про графин Сайто, кажется, даже не задумался, преспокойно напившись из-под крана. Юки встретил его уже с чистым полотенцем:

— Может, тебе того, в душ?

— Да ну его на… — друг с позеленевшей физиономией открыл было дверь назад в гостевую, но услышал храп дяди и поплёлся наверх. К Юки. Куда же ещё.

Ничего не оставалось, кроме как следовать за гостем и стараться обойтись в этот раз без шпилек. Вовремя ввернуть пару ласковых можно будет потом. Сайто наверняка даст повод.

— У-у-у-у-у… — вой потонул в подушке, и Юки понимающе похлопал по плечу. Что такое похмелье, он не знал. Но выглядело это так, что разглагольствования о «прелестях саке» казались теперь пустой бравадой.

— Воды ещё принести? Там есть. С лимоном…

— Лучше того… хильни, а? Во всех играх похмелье того… дебаф! Вот…

Хильнуть, да? Юки остановился у двери и задумался. Раз новое умение появилось от алкоголя, то лечение должно как раз избавлять от всяких «ядов, болезней, проклятий». Ответ системы тут же подтвердил эту простую догадку.

— Ну, почему бы и нет. Предупреждаю, пробую в первый раз.

И, не дожидаясь согласия, Юки щелкнул пальцами, вновь представив себе мотылька.

Получилось.

Сияние в этот раз было не золотым, а холодным бело-голубым. Пушистая искорка уселась на затылок друга, впиталась… И тот буквально воскрес.

— Юки, ты… — в глазах Сайто было столько искренней благодарности, что Юки даже невольно смутился. Видимо, похмелье действительно страшная штука. — Ты самый лучший друг в мире! Спасибо!

Сайто горячо пожал ему руку и вихрем промчался по коридору туда, где ещё оставались запахи еды.

Юки только усмехнулся. Надо бы потом помочь дяде… И спросить отца с Риком Алетом. Стойкость стойкостью, но они тоже пили.

И оказались благодарны не меньше счастливо уплетающего завтрако-обед друга.

Увы, от серьезного разговора это не спасло, даже наоборот.

— Итак, раз мы теперь все чувствуем себя просто прекрасно, а разговору никто не мешает, — Рик Алет посерьёзнел, и Юки невольно подобрался. Запоздало всплыла мысль, что бо сейчас не при нём. И за это может влететь по самые уши. — Я бы хотел убедиться: ты намерен стать проходчиком, Сато Юки?

По спине пробежался мороз. Такого взгляда от наставника Юки давно не видел — пробирающего, жесткого. Впрочем, ответ здесь знали все, осталось только его озвучить:

— Да, наставник. Я сдам экзамен и подпишу договор.

Губы Рика Алета дрогнули в едва заметной улыбке, но давление ничуть не ослабло. Отец не был рад такому ответу.

— В таком случае, я думаю, стоит предупредить: Ассоциация считает тебя, Юки, очень важной единицей. Будет контроль. Будет всяческая защита, отбор разломов и, конечно, к тебе приставят охрану. Соответствующую по уровню. То есть у тебя будет постоянный спутник, первостепенной задачей которого станет твоя защита.

— И… Кто же это?

— Ассоциация уже составила список кандидатов, он будет рассмотрен на специальном собрании. Из него отберут человек пять, может, семь и предоставят тебе выбор.

— А если уже есть человек, с которым я хотел бы ходить конст… постоянно?

Наставник ответил долгим тяжелым взглядом, в которым было понимание, но не было ни капли согласия. Похоже, здесь и сейчас растёт ещё одна стена, с которой Юки должен как-то справиться. Давать слабину нельзя.

Не опускать взгляд.

Не позволить дрожать ни коленкам, ни голосу.

Не допускать сомнений.

— Я прошу вас, наставник, и вас, отец, пригласить к этому разговору Сайто Рю.

Глава 19

В квадратик верного ответа встала кривая галочка, и Юки в очередной раз размял пальцы. Слушались они неохотно. «Выпускной экзамен» у Рика Алета выжал все соки, тело до сих пор ныло. Ускоренное восстановление тоже требовало времени. С другой стороны, многие тут выглядели не лучше.

Кто-то даже хуже.

Смысла сдавать всякую теорию после боевки Юки абсолютно не понимал. Гораздо проще ведь сначала написать, потом размяться. А заодно и почистить мозги. Но местное руководство решило, что всё должно быть наоборот. Масла в огонь подливали и экзаменаторы, в числе которых была, конечно, Накамура.

— Я дала вам знания, но этого мало! — приветствовала она, пока двое помощников раздавали тесты. — Вы должны уметь их применять в любой ситуации и в любом состоянии.

Ну да. Ну да.

По мнению Юки, тот факт, что они сейчас устали как собаки, вовсе не похож на «любое состояние». Обычный класс остался обычным классом. Лишняя усталость вовсе не компенсирует нервотрепку или адреналин. Давление. Стресс. Паника. Наверняка страх перед проваленным тестом серьезно отличается от страха потерять жизнь.

Или даже от боязни нового.

Почувствовав внутри знакомую циничную тьму, Юки переключил мысли со слов Накамуры на сам тест. Тьма стала ещё циничней. Наверное, этому внутри все вопросы казались смехотворными или попросту глупыми. Время от времени в голове появлялись знания, справедливые для иномира, но, увы, совершенно неуместные в рамках экзамена. Не доказывать же Ассоциации, что он, Юки, знает иномир лучше опытных проходчиков, хотя в разломе ни разу не был?

Возможно, ему даже поверят. Уж точно прислушаются — Спящий. Но вряд ли это приведёт к чему-то хорошему.

Галочка, галочка, еще одна галочка.

Здесь и там надо вписать ответ.

Местами даже попадались тщательно отрисованные иллюстрации или фото. Правда, по словам Накамуры и других преподавателей, практически все фотографии получались иначе, чем реальность. На каких-то искривлялась форма. Другие изменяли цвета и даже отказывались отображать целые объекты.

«Не та оптика, чтобы ловить магическое излучение» — пронеслось как-то раз в голове. Причину Юки прекрасно понял. Но снова оставил при себе. Тем более, она была озвучена без него. Ученые, которые вплотную занимались иномиром, ели свой хлеб не впустую.

Последний лист ушел в руки дружелюбно скалящегося от кафедры Сайто. Преподавательский талант у него отсутствовал напрочь, но тактику боевых групп в каких-то стандартных ситуациях он объяснял на ура. И вообще оказался в числе боевых инструкторов: тренировал новичков на полосе препятствий.

Юки тоже там бывал время от времени.

Один на один с наставником.

То ещё веселье. Нельзя не признать, что оно отлично ставит координацию движений, ловкость, реакцию и даже интуицию. Но, черт, это больно. Очень. Благо, Рик Алет пользовался своими возможностями и полностью закрывал площадку на несколько часов. Свидетелей позора не было. Через некоторое время Юки начал представлять себя в шкуре Цири на тренировках в Каэр Морхене. И, как ни странно, это действительно помогло. Ассоциации с любимой некогда игрой пробудили азарт, а капающий от системы опыт его поддержал.

На итоговой проверке полоса препятствий тоже была. Её требовалось пройти дважды: один раз без оружия, второй — используя ката. Не сказать, что Юки за прошедшие месяцы повторил движения многие тысячи раз, но тело уже было приучено, реагировало бессознательно, как и должно. Стоило Юки взять в руки бо, как в нём что-то менялось, появлялась уверенность в собственных силах. Приходилось признавать: испытать свои навыки в реальном бою очень хотелось. Юки знал, он никогда не станет для кого-то серьёзной угрозой.

Но теперь далеко не каждый мог стать серьёзной угрозой ему.

Будто чувствуя этот новый стержень в ученике, Алет улыбнулся и положил руку на плечо:

— На этом моя основная, стартовая роль окончена. Завтра я представлю тебя на общей тренировке. Это не учебный уровень. Проходчики могут в любой момент приходить в комплекс, чтобы оттачивать свои навыки. Теперь ты будешь работать с ними. Познакомишься с инструкторами, они оценят твой уровень и найдут подходящих противников. Если, конечно, — тут наставник усмехнулся, — ты не найдешь таких сам.

— Благодарю, — с искренним уважением поклонился Юки. — А… Остальное?

— Собрание будет завтра утром. Потом объявят результаты экзаменов. Потом на тебя посмотрят на общей тренировке и, скорее всего, пригласят на встречу с Аткинсоном.

Юки невольно скривился, вспомнив насквозь ржавого человека. Сомнительное знакомство. Оно было мимолетным и не особенно приятным. Птица такого высокого полёта, к счастью, не лезла в обучение. Но, видимо, вполне могла влезть во всё остальное. Тем более Юки светила ещё стажировка в простейших разломах. Накамура не раз и не два давала понять, что к Спящему здесь будет особое отношение, особый подход и особая команда.

Опять.

Всё упиралось в состав людей. Юки не сможет ходить со случайной группой, как это делает большинство проходчиков. К новым людям надо привыкать, а Юки терпеть не мог привыкать. На это нужно время, атмосфера, общение. Желание, в конце-то концов. У группы, собранной за час-два до входа в разлом, всё это было в дефиците. А сам Юки терпеть не мог общение с чужаками и чужаков как явление. Его душило, передёргивало от одной только мысли о случайном отряде, где он окажется один в непривычном обществе, и странном, неизвестном мире.

Глава 20

— Гля, какая тема! Сам Спящий почтил нас своим присутствием!

Тренировка мгновенно остановилась, и взгляды проходчиков как один устремились на «новичка». Юки передёрнуло: опять он в центре внимания. Наставник сдержал слово — тренировочная площадка лежала отсюда как на ладони, хотя лестница была не такой уж высокой.

Пейзаж, надо сказать, впечатлял.

Фактически запертый между двумя зданиями центра подготовки, Юки даже не задумывался, какая здесь огромная территория. Над ней хорошо поработали, создав осколки всевозможных ландшафтов. Рыхлый песок, вода, поросшие мхом скользкие камни, что-то вроде предгорья с бритвенно-острыми осколками породы и даже лес. Бои явно были весёлыми и столь же явно не обходились без травм. Вон, у мужика справа уже разбит нос, кровь заляпала нагрудник и подбородок.

На два десятка человек — только одна знакомая рожа. И эта рожа довольно ухмылялась, зная, какой эффект произвело приветствие.

— Отвали, Сайто. Я вообще думал, ты сейчас в разломе.

— Не, не успел. Быстро набрали, гады. Пришлось сюда тащиться на разминку, — ухмылка стала шире, — и ведь не зря! А, ученик самого Рика Алета?

Юки выразительно фыркнул, деваться было некуда. Во-первых, из-за уважения к наставнику действительно приходилось держать лицо. Втихаря смыться за ближайший камушек и переждать чужой интерес не выйдет.

А во-вторых, про него тут всё равно не забудут. Вон тот с разбитой рожей явно заинтересован познакомиться лично.

Вздох. Щелчок пальцами. Немое изумление тех, кто впервые видит искорку-мотылька, тихий хруст — нос действительно был сломан, — и незнакомый проходчик поклонился с искренней благодарностью на лице.

Благодарность Юки тоже достала. Приелась хуже однообразной еды из столовой. Казалось бы, помогай людям, грейся в искреннем ответном тепле, расти над собой и снова помогай людям.

Но на деле даже это прекрасное чувство обернулось для Юки боком. В больнице его перед каждой практикой приветствовал весь персонал, как опытного и уважаемого мастера. Чудотворца. Сато Юки, вчерашний школьник, чувствовал себя только хуже от незаслуженного признания старших.

Вот и сейчас по лицу скользнула едва заметная тень. Тут же сменилась дежурной маской. Умение носить её пришло само по себе, как необходимое. Такой плохо оформленной защиты хватало, чтобы чужаки на Юки не обижались.

А со своими, к счастью, необходимости притворства не возникало.

Старательно сохраняя невозмутимость, Юки поклонился наставнику и, недолго думая, отошел к Сайто. Понятно, почему Алет сказал, что Юки найдет противника сам. Лучший друг как никогда подходил для первой тренировки и знакомства с площадкой. Рядом с ним вернулась большая часть уверенности, а чужаки перестали быть такими пугающими.

Додзё — оно везде додзё.

Даже если вместо ровных досок пола вокруг вода, трава и камни.

Поклон.

Готовность.

Бой.

Сколько лет прошло с тех пор, как Юки поднимал синай против Сайто? Надо сказать, все попытки были заранее обречены на провал: в отличие от друга, Юки даже не пытался выложиться на полную. Но сейчас все изменилось. Первый же удар показал, что он может уверенно защищаться. Боевой опыт Сайто превосходил в разы, тем более друг знал вкус настоящей опасности и настоящего боя, но пока даже самые сложные удары не достигали цели, раз от разу встречались с белым деревом бо или со свистом проносились мимо.

Будь на месте Сайто Рик Алет, Юки давно бы атаковал.

Открытая спина, открытый удар слева, по ногам с разворота — и движения ката, отточенные достаточно, чтобы найти свою цель.

Но противником в этот раз был совсем не наставник, в силах которого Юки был абсолютно уверен. Вредить другу он не хотел. И Сайто, похоже, что-то почуял. Остановился:

— Должен признать, качнули тебя прилично. Но чего не бьешь? Нет боли — нет пользы, слыхал такое?

— Кого я бить должен? Тебя?

— Стебёшься?

— У меня нет желания вредить своим.

Сайто опустил синай. Медленно, текуче, сделал шаг вперед и без обиняков схватил Юки за ворот:

— Слушай, нуб, это — треня, — по спине пробежали мурашки, Юки снова почувствовал то давление, что исходило от Сайто у разлома. Только в этот раз целью стал сам. — Какой смысл от возни с тобой, если не выкладываешься на полную? О чужой спине будешь заботиться там, в иномире. А здесь, — резкий толчок в грудь и «острие» меча у горла. — А здесь будь добр подтереть сопли и драться.

Юки затылком почувствовал довольный смешок наставника. Сглотнул. И кивнул, искренне надеясь, что в глазах не отражается невольный загнанный страх.

— Тем более, — снова ухмыльнулся Сайто, — тебе еще пару лет расти, чтобы меня серьезно задеть. Даже с крутым тренером — ты лоу-лвл! Усёк?

— Ну уж посмотрим, — справедливо обиделся Юки и перетёк в основную стойку. Нападение. Защита. Из неё легко получится любая ката, на то и основная. Если Сайто надеялся задеть гордость, то у него получилось.

Увы, спорить с реальным опытом Юки не мог.

Шаг, уворот, атака. У Сайто часто были открыты левая сторона и ноги, но друг об этом прекрасно знал. Спустя пару ударов Юки понял, эти бреши оставлены специально. Простейшая ловушка — но как работает в горячке боя! Каждая такая атака захлёбывалась, уводила назад в глубокую защиту. Танец боя затянул, кровь разогналась, а мысли очистились. В них больше не было лишнего. Только противник впереди, вбитые навыки и рефлексы.

Брешь.

Глухой удар дерева. Бо скользит по синаю, заставляя Юки открыться для второго удара. Увернуться. Правильный, четко выверенный шаг. Удар по дуге — Сайто отскакивает, держит дистанцию. Еще один миг всё решит.

Сила сама течёт в дерево бо.

Вспышка.

Упругий удар отзывается в руках, воздух взрывается освобожденной энергией.

Юки очнулся. Наконец удавшаяся атака за шкирку вытряхнула из азарта схватки. Сайто проехался по земле добрый метр и неприятно поздоровался с острым камнем. Тут же оттек в сторону, сел, с трудом удержав равновесие и ошалело уставился на испачканную кровью руку.

— Нехило, блин, — только и выдохнул он. Ухмыльнулся. — Можешь ведь, когда хочешь!

— И чему ты рад? — настроение Юки стремительно портилось. Посылать мотылька он не стал. Подошел, сам осмотрел рану на затылке и поспешил исцелить: кровь друга его вовсе не вдохновляла. — Прости, я… увлёкся.

— На то и треня! — Сайто уверенно встал, размял ушибленное плечо и недовольно глянул на остальных. Только сейчас Юки понял, что его выходка остановила все бои на площадке: — А вам чего? Здесь не арена, зрители и сочувствующие не нужны, ясно?

Кто-то огрызнулся в тон, породив короткую перепалку, другие действительно молча вернулись к прерванному бою. Юки попросту дотянулся до бо, и встал с чётким намерением убраться отсюда восвояси.

— Прости, — ещё раз негромко произнес он, когда Сайто закончил лаяться с последним из «сующих нос в чужие дела». — Думаю, мне пока лучше вернуться в додзё.

— Ещё чего! — вместо ответа Сайто атаковал, неожиданно, со спины, в этот раз Юки чудом успел парировать. — О? Реакция что надо! Хрен тебе, а не побег, Юки! Второй раз ты меня так не уложишь. Выкладывайся на полную, а потом выпьем по пиву.

— Но…

Ответить Сайто снова не дал. Бой начался с новой силой, и как бы Юки этому не сопротивлялся, он разгонялся снова и снова. От второй «супер-атаки» Сайто и правда ушел. До обидного просто. Ухмыльнулся. Мгновением спустя Юки почувствовал, как за шиворот льется холод ближайшей лужи. Удачно его уложили, ничего не скажешь!

Сайто расхохотался, протянул руку и буквально поставил на ноги. Лужа только обиженно чавкнула. А на лице ноющей болью разливался фингал. Наверняка красивый и яркий.

— Мягкая посадка, а?

Юки обиженно фыркнул и поднял бо. Но теперь уже Сайто не спешил возвращаться к бою:

— Себя-то хильни сначала? А то полная хрень выйдет. Я благодаря тебе после каждой шишки с фулл ХП, а ты ещё и на хил силы тратишь.

— Не могу.

— Не понял?

— Я не могу себя лечить. Не действует. Ну, это логично. Лечу-то за счет собственных сил, внешней подпитки нет.

— Надо было сразу сказать.

— Нет боли — нет пользы! — злорадно вернул Юки недавнюю фразу. И тут же почувствовал, что и правда устал. Кого-то лечить и драться одновременно ему было в новинку. Выносливость таяла быстрее, чем на обычных тренировках, и уже подбиралась к пятидесяти процентам. Потому вместо очередной атаки Юки развёл руками и улыбнулся:

— Ты что-то говорил про пиво?

Сайто спорить не стал.

Запись четвёртая

— Я тоже против, — Наблюдатель несколько нервничал в окружении высокого начальства, неуклюже вертел в руках карандаш, но говорил твёрдо. — Сайто Рю, конечно, был многообещающим новичком. Да и сейчас его навыки впечатляют — он не зря назначен инструктором. Но после известного нам всем случая Сайто-кун отказывался от врат выше третьего класса опасности. Не говоря уже о том, что он абсолютно неуправляем для Ассоциации и плохо предсказуем.

Рик Алет пожал плечами:

— Если вы намекаете на трусость, то дело не в ней. Я общался с Сайто и задавал схожий вопрос. Он честно признал, что не видел смысла в лишнем риске. Сейчас, когда его близкий друг фактически обречён на врата высоких рангов, Сайто согласен участвовать. Он подтвердил это мне лично. Его навыки боя нисколько не притупились. А опыт — дело наживное. Никто не отправит Спящего сразу на опасный рейд. Будут стартовые, будут тренировочные. Сайто будет сопровождать его и получать тот же опыт. Рисков здесь нет.

— Его слова — всего лишь слова. Сказанные, замечу, в присутствии Юки.

— Наш Наблюдатель лучше всех знает их обоих, — привычно-ржаво проскрипел голос Вильяма Аткинсона. Здесь и сейчас он не мог принимать решение: вопросы формирования отрядов Спящих контролировала верхушка Ассоциации. Но его мнение уж точно было не последним. — Кроме того, я не вижу необходимости рассматривать кандидатуру Сайто Рю, когда у нас уже выбран телохранитель.

— Глупо игнорировать прямую просьбу Сато Юки. Тем более такую… настойчивую. Фактически он требует и не скрывает этого.

— А вы и без того уделяете мальчику слишком много внимания, господин Алет. Я спрошу ещё раз: вы работаете в интересах Ассоциации или лично заинтересованы добиться доверия человека, в перспективе способного на очень многое? Абсолютное здоровье, долгая жизнь, поддержка на рей…

— Напомню, у Ассоциации сейчас нет рычагов давления на Сато Юки. Он не жаждет силы и уж точно не заинтересован лишний раз подставляться, как это было со стихийными прототипами. Не переносите свои стремления на других, Аткинсон. Сэр. Подобные намёки оскорбительны.

— Чт…

— Достаточно, — приказ прозвучал очень тихо, но Вильям Аткинсон был вынужден прикусить язык и взять себя в руки. — Мы услышали и поняли вас обоих. Как и вас, Наблюдатель. Слово тебе, Валентин.

Валентин, привычно отказавшийся от места за общим столом, подошел ближе к микрофонам и развёл руками:

— Я согласен с Риком. Вильям, конечно, по-своему прав, желая загнать дефектного Спящего под самый строгий контроль. Но психологически это сделает из него врага, а не союзника. Сато Юки не доверяет Ассоциации, у него проблемы в семье — его возвращение спустя два года оказалось тяжелым и для него, и для его родителей. Он только начал привыкать к своей новой жизни, и необходимая поддержка в этом… Сайто Рю. Кроме того, Юки восприимчив, замкнут, не любит незнакомцев, не любит внимания. Даже с присутствием нашего драгоценного Наблюдателя, — Валентин непередаваемо фыркнул и даже чуть поклонился, — справиться с этим будет сложно. А все мы прекрасно знаем, насколько силы прототипов могут зависеть от их морального состояния. Да и… Впрочем, не важно.

— Договаривай, — так же лаконично и холодно приказал экран с изображением Управляющего Совета.

Валентин несколько мгновений буравил его взглядом, но всё же ответил:

— Я хотел сказать, что Сайто Рю — лучший способ проводить все эти ваши… тесты. Вы ожидаете от два-ноль способностей к воскрешению, верно? В каком случае они проявятся лучше: когда нужно будет спасти незнакомого громилу или лучшего, самого близкого друга детства?..

Глава 21

К тренировкам на полигоне Юки привык неожиданно быстро. Буквально на второй день. А уж его самого тут встречали охотнее, чем в больнице: награжденные синяками и ссадинами проходчики выстраивались в короткую очередь на исцеление. Иногда усталость брала своё до самой тренировки, приходилось немного ждать, восстанавливаться.

Вскоре Сайто перестал быть единственным, с кем тренировался Юки. «Супер-атака» — шутка, чтоб её, нашла отклик — генерирующая силу в невидимый удар, стала для местных интересным испытанием. Через некоторое время минимум трое безошибочно чувствовали концентрацию магической энергии и легко уклонялись.

Юки быстро понял, что атака слишком медленная и нуждается в доработке. Или вовсе — переработке. Гораздо больших успехов он смог достичь не выпуская силу из бо, а сохраняя чем-то вроде магической обшивки. Если этой «обшивкой» получится правильно управлять, она позволит расширить радиус, сделать атаки неожиданными и интересными. Звучало это, к сожалению, гораздо проще, чем было на деле.

— Фух… — Юки тяжело выдохнул, ушёл в сторону от очередного выпада и тяжело оперся на бо. — Хрень. Не выходит.

— Всё, стамина в ноль? — ехидно ухмыльнулся Сайто. Его телефон пиликнул, сообщая о новом разломе, но Сайто лишь глянул мельком, скривился и сунул обратно в карман. — Такой данж, блин, упускаю.

— Из-за меня? Иди, если нужно. Скорее всего, я на сегодня закончил.

— П-ха! Много чести, братан! Не, тут главнюки постарались. Тебе вызов от Аткинсона не приходил?

Юки только качнул головой. Специальное приложение на свой телефон он установил недавно, гораздо позже, чем получил лицензию проходчика. Оповещения, наоборот, отключил. Кроме «срочных», которые отключить нельзя, но и в этом разделе всё было тихо.

— Странно, — пожал плечами Сайто. — Я думал, это, ну, к тому разговору на твоей днюхе. Консту будем собирать, всё такое.

— Да консты, как я понимаю, не будет. Нужен «телохранитель», связка. А остальные будут подбираться как повезёт.

— Ага. Хил и танк из клана, остальные рандомы.

— Ты же вроде у нас в дамаг.

— Рядом с хилом и лукарь танкует! — парировал Сайто и кивнул куда-то за спину Юки. — Вон. За мной пришли, стопудняк.

Юки обернулся и поспешил поприветствовать незнакомого ему человека в форме служащего японского отделения Ассоциации. Их одежда отличалась и цветом, и кроем, а на плечах были соответствующие рангу погоны. Кураторы Юки — Уэно Норио и его сестра Рэй-сан — носили похожую, только без оружия и амулетов. Впрочем, Юки их видел-то всего пару раз: когда знакомились и когда оформлялся на практику в больницу.

Проходчики по большей части одевались как им удобней. Из символики у каждого было лишь именное удостоверение, допуск к разломам.

Ассоциация торговала снаряжением, разной атрибутикой и много чем ещё. Сайто её не любил, заказывал свою форму у независимых мастеров, и Юки, признаться, был с ним согласен. Но на деле фанатов Ассоциации хватало. Особенно среди новичков и проходчиков на пособии — тех, кого полностью обеспечивала Ассоциация в обмен на некоторые обязательства.

На Юки подобный ошейник надеть не пытались.

Пока.

Как долго продлится его свобода, он не знал. С другой стороны, чем глубже он окажется в рядах Ассоциации и чем сильнее она будет чувствовать свою власть над ним и его действиями, тем проще будет узнать правду о системе. Возможно, стоило подыграть и тоже купить себе нашивку или чехол для телефона с гравировкой в виде разорванного шестигранника. Показать, что Юки готов верить Ассоциации, встать в её ряды, сражаться на благо человечества и всю прочую чушь, которую с умными лицами говорили дикторы в агитационных роликах.

— Угу, за мной, — тем временем убедился Сайто, махнул рукой и поспешил на выход из тренировочной зоны. Вильям Аткинсон не терпел задержек, это Юки уже знал. Впрочем, лидер японского отделения Ассоциации вряд ли был терпим хоть к чему-нибудь. Очередной встречи с ним Юки не хотел так сильно, что ныло в груди. Но яркое желтое «S+» в графе класса лицензии делало такие встречи обязательными.

Высший ранг присваивался Спящим автоматически. У Сайто вон был «А», что при этом никак не отражало реальную разницу в навыках.

Юки вздохнул, окинул взглядом оставшихся на тренировочной площадке людей и тоже направился к выходу. На пару часов раньше начнет практику в больнице — на пару часов раньше будет свободен. Такого плотного расписания, как в первые месяцы, у Юки уже не было, и он старался чаще бывать дома.

Хотел решить для себя окончательно, что делать дальше. Ремонт, зависший уже на несколько месяцев? Или всё же искать квартиру? Единственная польза от полученного автоматически ранга — хорошая оплата рейдов.

Да и Сайто уже долго просит зайти в гости и встретиться, наконец, с Хотару-сан. Юки хоть и виделся с ней нечасто, она всегда была какой-то незримой поддержкой. Смешно, но когда было сложно с Акеми, школой и даже с понравившейся девчонкой, Юки просил совета вовсе не у своих родителей, а у матери Сайто.

Хотару-сан даже учила его готовить. Всё шутила, что у Сайто талант разве что к разрушению и семейные рецепты доверить некому. Может быть, Хотару-сан сможет подсказать и с квартирой?..

***

День в больнице прошел незаметно.

От раненого к раненому.

От мысли к мысли.

Исцеление давно стало для Юки автоматическим, опыт за практику больше не давали. А вот помощь с отравлениями была пока в новинку: не всегда получалось вызвать именно нужный поток энергии. Юки слабо чувствовал, чем они отличаются, и без помощи системы тратил силы на оба навыка одновременно.

Благодарность.

Поклон.

От машины Ассоциации Юки, как всегда, отказался. Корпус больницы был не так далеко от его дома, а прогулка после однообразных часов всегда шла на пользу. На одном из поворотов, где дорога предлагала срезать через небольшую аллею, Юки как раз заметил машину отца. Похоже, дома они будут почти одновременно. Можно рассчитывать на полноценный семейный ужин и…

Поток мыслей оборвался, стоило Юки свернуть к дому. Сквозь невысокую изгородь было прекрасно видно, как Акеми с кем-то целуется прямо у оставленной нараспашку входной двери.

Этого «кого-то» Юки тоже узнал сразу.

На светофоре показалась машина отца. Мгновение. Зелёный. Юки резко свистнул — ничего больше он бы сделать не смог. Парочка подскочила как ошпаренная. Сайто обернулся. Акеми, увидев брата, явственно покраснела, а сам Юки без обиняков ткнул пальцем на дорогу. Сестрёнка покраснела ещё сильнее, но нырять обратно в дом было поздно: машина прошла поворот, обогнала Юки и через пару мгновений отец свернул к гаражу.

— Ну, отмазать я вас успею… — буркнул под нос Юки и приветственно махнул рукой: — Сайто! Прости, меня чуть задержали в больнице.

— Заставлять гостя ждать у входной двери уже за всякими рамками, Юки, — отец как раз закончил с парковкой, подошел и с силой надавил на затылок, заставив поклониться. — Сайто-кун, прошу прощения. Кажется, за два года мой сын успел забыть о всякой этике. И ваша дружба уж точно не оправдание.

— Прошу прощения, — покорно повторил Юки.

Сайто не успел даже ответить. Хватка отца ослабла. Он кивком отправил Акеми в дом и задержался уточнить:

— Ты останешься на ужин, Сайто-кун?

— Э… Большое спасибо, но я откажусь. Юки, то, что ты просил…

Благо, Сайто придумал причину сам и протянул давешний эмнид. Почему бы и нет? «Лампочка» уже требовала подзарядки. А что это такое и зачем, отец всё равно не знает.

— Спасибо. Ты уверен, что он тебе больше не нужен?

— Конечно. Светлячок из него неплохой, но не более. Тебе он полезней.

— Ага… Ладно, не забудь заехать за мной завтра в восемь.

Само собой, никакой договоренности до этого не было. Но у Сайто не осталось выбора, кроме как невозмутимо кивнуть.

— Заеду. Бывай.

Прощаться пришлось натянуто, скованно. Отец по-прежнему ждал в дверях, и Юки знал, что на этом вечер только начинается. Как же, он ведь не только заставил гостя ждать, но и смутил сестру «неподобающей ситуацией». В её нежном возрасте оставаться наедине с молодым человеком никак нельзя, соседи могут увидеть, не то подумать, а девочке потом волноваться о возможном позоре… Отец такое не спустит.

Если Юки доставалась вся строгость воспитания и часовые лекции по экономике, управлению, теории игр и прочему, то Акеми купалась в лучах искренней отеческой заботы. Которая тоже иногда выходила за рамки. Вряд ли отец готов принять, что дочь почти взрослая и у неё — упаси Боги — может быть парень.

Глава 22

Акеми тихонько постучалась в дверь уже ближе к ночи, когда родители легли спать. Немного помялась на пороге и прошептала:

— Ты, ну… злишься, да?

Юки вздохнул, ответил нарочито отстранённо:

— Скажем так, это не лучший способ узнать, что твоя младшая сестра встречается с твоим лучшим другом.

— Прости, — Акеми всхлипнула, всё же просочилась в комнату и прикрыла дверь. — Я хотела рассказать. Честно… Мы, ну, ещё когда ты был в больнице, начали. Рю как-то проводил меня до дома, было поздно возвращаться. Мы разговорились, потом позвал в кино и… вот.

— Из больницы я вышел ещё той весной.

— Прости…

Виноватый взгляд в пол, красные глаза, из которых с каждой секундой гнетущего молчания рискуют сорваться слёзы. У отца невероятная выдержка, раз он может устраивать такое истязание собственным детям. Юки уже при первом взгляде на сестру понял, что полностью проиграл. Усмехнулся:

— Смотри, не спались отцу. Он тебе устроит покруче, чем мне за ужином — ха! — с отдельной лекцией про «тычинки и пестики».

— Ничего между нами не было! — мгновенно вскинулась Акеми. — Поцелуи не в счет, ясно?

— Давай ещё громче, чтобы весь дом услышал. Не сдам я вас, успокойся. Иначе стоило терпеть этот вечер? Но за тобой должок.

— Ещё какой! Пф. Иногда папа слишком большое значение придаёт традициям, — надула губки Акеми. — Слишком-слишком! Так ты это, не против? Не против Рю? И не будешь читать морали?

— О, морали мне на сегодня хватило. На год вперёд… Я полностью выжат, так что тебе повезло. И уж кому я точно доверяю, так это Сайто. Остальное, скажем честно, не совсем моё дело. Так ведь?

Голос прозвучал достаточно уверенно, бодро. Лицо сестры посветлело. Поверила. Поверила, что всё в прядке, что пронесло, что ничего страшного не случилось.

— Братик! Ты лучший!

Акеми счастливо повисла на шее, чмокнула в щёку и уже без всякого смущения ускакала в свою комнату. Закрылась дверь. Юки повернул замок и тяжело опустился на кровать. Нет, он действительно не был против.

Но узнавать вот так… обидно. Обида эта колола душу, скреблась бессильной яростью, выла тошнотворно-привычным смирением. Что Юки может тут сделать? Новость прошла мимо него. Всё просто — он проспал то время, когда она была новостью. Ещё и отец не поскупился на слова и меры. Деньги на ремонт отобрал… Сказал копить самому, раз теперь Юки совершеннолетний и даже работает.

Идёт время, это нормально. Время присылает Юки счета за те годы, когда он оказался не у дел. Только непонятно, чем по ним платить. Душой? Семьей? Дружбой?

***

Восемь утра наступило как-то сразу. Настроение лучше не стало.

Само утро вышло пасмурным и промозглым, как и положено утру февраля. На живой изгороди поблёскивал иней, лёгкая наледь только-только начала таять: Акеми едва не упала во дворе, когда выбегала из дома в школу. Скорее всего, она оставила завтрак, может быть, даже бэнто, забирать которое Юки не будет.

Оправдается потом спешкой.

Смешно, раньше такого пренебрежения к семье Юки себе не позволял. За этот год очень многое вернулось на круги своя… и ещё большее изменилось безвозвратно. Это тоже оплата. По тем же счетам.

Машина Сайто показалась на дороге почти вовремя. Юки второпях привёл себя в порядок, убрал еду в холодильник и вышел, невольно ёжась от ветра. Бо остался сиротливо стоять в углу комнаты у компьютерного стола. Да, указания наставника пай-мальчик Юки тоже нарушил. Вчерашняя обида стала злостью, просилась на волю, драла заточенными зубами и острыми когтями.

— И куда мы так рано? Тем более в твой выходной? — спросил Сайто, стоило Юки сесть в машину. Приглушенный было двигатель снова заурчал, вырулить из дворов можно и без направления. А там на шоссе разберутся. — Учти, мне в пять читать лекцию.

— Ты вроде любишь поспать. Считай, благодарность.

— Зашибись. Давно у тебя братский комплекс?

— Ага, и правда, — слова обдали горечью. — А ещё я два года провалялся в отключке, можно и не рассказывать о таких мелочах. Срок давности вышел и вообще… чужак. Зря вернулся.

Последнее Юки выплюнул рвано, со всей утренней злостью, удивившись самому себе. К некоторому отчуждению родителей, особенно отца, он давно привык, за столько времени оно сгладилось.

Но Сайто — близкий друг, можно сказать, брат. Его всегда было проще понимать, чем родных. Он всегда лучше понимал, чем родные. Несмотря на пропасть в два года, в общении с ним стен практически не было. Вот почему вчерашний сюрприз так зацепил. Лишний раз напомнил, какой кусок жизни Юки проспал. В прямом смысле. Ткнул мордой, указал место, высунуться из которого уже никогда не выйдет.

Сайто свернул к обочине, мягко вдавил тормоз.

Качнуло.

Смотреть на него Юки не хотел, опасался сорваться, и вместо этого разглядывал в окно серую улицу. Только Сайто не стал церемониться, резко развернул за ворот куртки. Встряхнул:

— Ты сам знаешь, что городишь дурь, верно?

— Наверное… Да.

— Акеми волновалась, что ты не примешь. Я сам из-за этих проклятых двух лет не был уверен, как тебе говорить. Потом завертелась вся эта шняга с Ассоциацией, скиллами, Спящими и остальным. Звучит тупо, но я правда не нашел таймингов рассказать.

— С прошлой весны.

— Да, брат, с прошлой весны! С той самый весны, когда ты чуть не сдох у меня на руках там в парке с перемазанной кровью рожей! Так ясней?

Юки тяжело выдохнул, высвободил воротник и отвернулся назад к окну. Сайто, конечно, прав по-своему.

— Я давно не ходил в нормальные данжи. У меня нет катаны, даже А-ранг нихрена не подтверждён, его надо пересдавать. Уж поверь, мне не до сопливых признаний. С Акеми я сейчас и так вижусь мало. У неё свои дела: экзамены, школа, вся эта муть.

— Ей нет двадцати, к слову.

— Я помню. Зато возраст согласия давно как, — пожал плечами Сайто. — Да и было всего пару раз. Отель я с ней не сниму, ко мне звать — не вариант. А ваши предки афкашут в командировках не так уж часто.

— Ну, хоть тут за честность спасибо.

Юки вздохнул. «Поцелуи не считаются», да? Стоило ли ждать, что сестра всё расскажет?

— Куда мы едем хоть? Я позавтракать не успел.

— Ко мне. Других вариантов нет. Мама сегодня дома, а ты уже который месяц обещаешь зайти. С прошлой весны, ага. Считай, квест принят.

— Принят, так принят, — не стал спорить Юки. Злость ушла, но на душе стало ещё хуже. Встреча с Хотару-сан одновременно лучшее и худшее, что можно придумать.

Машина тем временем остановилась у очередного светофора. Ехать было близко, соседняя улица. Пешком вышло бы быстрей и дешевле.

— Отец тебя сильно нагнул? Как-то вчера совсем жёстко было.

— Переживу. Твоё счастье, что он поверил и спустил всех собак на меня. Если вы попадётесь, ничего хорошего не будет. Мне, к слову, тоже.

— Ха! Тут гг без вариантов, сам знаю! А итем мой как?

Тут Юки промолчал. У него была идея, что делать с эмнидом, но её стоило проверить. А ещё найти хорошего ювелира, способного превратить один кусок минерала в две-три небольшие подвески и не разрушить при этом структуру.

— Не верну, — наконец ответил он Сайто. — Вернее верну, но потом. Считай, ты так извинился.

Сайто хмыкнул. «Лампочка» была ему без надобности, по потере друг скучать не будет.

— Кстати, насчет Акеми, — впереди уже показалась стоянка. Остановка вышла резкой, а голос Сайто звучал преувеличенно бодро. — Я не думаю, что это продлится долго. Теперь я предупредил вовремя?

Юки подавился вдохом. Как назло, вспомнилась та тьма, с которой он сдавал экзамен проходчика. Только в этот раз чувство было уже его собственным и куда тяжелее.

— Не понял? Ты встречаешься с моей сестрой. Младшей сестрой. Причем до вчерашнего дня втихаря. Ты переспал с моей сестрой. Теперь хочешь бросить мою сестру. И невозмутимо мне об этом сообщаешь? Серьезно? Чтобы дать в морду, «братский комплекс» уже и не нужен.

— Ёпт. Ну, слушай… — как-то растерялся Сайто. — Это не я хочу бросить. Это от меня уже полгода как угрожают уйти. Короче, мы в последнее время не ладим. Ей нужны кино, цветочки, другие ивенты. Сопли, романтика, вот-это-вот-всё. А я после тренировок и лекций хочу спать, на крайняк потрахаться, а не слушать трёп про фотки и жрать парфе. Трахаться считай негде. Лёгкие данжи давать перестанут быстро. Сложный данж может растянуться на пару месяцев. Времени с ней на двоих станет ещё меньше. Понимаю, звучит дерьмово, но Акеми мне мозг сожрёт. Она твоя сестра, но это не повод скармливать его весь!

— Зачем ты вообще это начал? Разошлись бы и ладно. Ваши отношения не моё дело, если так уж думать. Зачем мне все эти подробности? Ты же понимаешь, что меня бесит, как я это узнал, а не что я узнал.

— Так успокаивать её кому? — Сайто скривился. — Ты сам когда-то сказал, что пять минут нытья Акеми хуже, чем сутки гринда. Поздравляю, я побывал в твоей шкуре! И ладно нытьё — мне тут ультиматумы ставят. У неё до меня вообще парни были?

— Вот у неё и спроси! — окончательно разозлился Юки. Сайто фыркнул и примиряюще поднял руки:

— Ладно. Второго такого разговора я не хочу, так что… Да, я встречаюсь с твоей сестрой. Да, я влюбился в твою сестру. Вроде как взаимно, хотя и не знаю, на сколько нас хватит. На этом о-кей?

— Делайте уже, что хотите, — с досадой отмахнулся Юки и вышел из машины. Дверца хлопнула слишком громко.

Странный вечер.

Странное утро.

Странный разговор.

Два года назад Юки и в страшном сне не могло присниться, что у Акеми и Сайто что-то выйдет.

А вот вышло.

Что с этим делать? Как реагировать? Отмахнуться полностью нельзя, лезть в подробности не хочется. Узнал — и ладно. Главное, не оказаться между молотом и наковальней. Безопасных зон в ссоре «бывших» не существует. А чью-то сторону Юки занимать не станет.

По спине пробежал холодок. Раньше стены вокруг чувствовались только дома: родители не стремились рассказывать о «пропущенных» годах, и многое Юки узнавал случайно.

Самостоятельность Акеми, снос одной из старых школ, ремонт на чердаке… Юки находил слишком много незнакомого в знакомом и с каждой находкой чувствовал себя всё более и более чужим для семьи и дома. Для своего привычного мира. Именно потому он так часто думал о поисках квартиры. Наверное, по этой же причине так и не начал ремонт.

И по этой же причине боялся ехать сюда, в гости к Сайто. С лучшим другом подобных стен не возникало — раньше — но Хотару-сан — совсем другое дело. Чувствовать себя чужаком в некогда приветливом доме Юки не хотел.

Только выбора у него не было: тянуть ещё дольше он уже не мог.

Глава 23

Двухкомнатная квартира с гостиной и кухней досталась Хотару-сан по наследству, когда Сайто перешел в старшую школу. Квартира-мечта стала для его семьи одновременно и подарком, и проклятием. Хотару-сан едва тянула резко подскочившую коммуналку, но сдавать квартиру или даже комнату отказывалась наотрез. Ситуация стала немного лучше, когда Сайто нашел подработку грузчиком в ближайшей раменной. Там же его иногда кормили, так что семья экономила на всём, включая еду.

Сейчас, конечно, им стало легче.

Сайто рассказывал, что едва дотянулся до А-ранга, начал буквально жить в разломах, чтобы, с одной стороны, получить, наконец, всё, чего не хватало: от нормальной еды и одежды до качественной мебели и техники, а с другой — купить себе машину, сдать на права и накопить хоть какую-то «подушку безопасности».

Но после злополучного рейда, в котором он потерял катану и едва не потерял жизнь, хотя практически не рассказывал об этом, Сайто перестал ходить во врата среднего класса и выше. Доход соответственно упал. Чтобы как-то компенсировать мгновения роскошной жизни, Хотару-сан тоже вернулась к работе. Через некоторое время Сайто предложили должность инструктора, и всё наладилось окончательно: средний заработок, минимум опасности, никаких проблем с жильем. Разве что кредит на машину тянул вниз, но Сайто закрыл его в прошлом месяце.

Юки встречала новая дверь.

Почему-то он отметил это особенно ярко. Почему-то именно при её виде стало настолько страшно, что ноги сами сделали шаг назад.

Но тут дверь открылась — и Юки оказался в крепких объятиях Хотару-сан.

— Ну наконец-то! Рю-сан, ты у меня молодец! Я же говорила! Говорила-говорила-говорила! Проще всего украсть и притащить силой. Ха-ха!

— «Сан»? — удивлённо выдохнул Юки, когда получил свободу.

— Конечно! Мой сын теперь взрослый — главный мужчина в семье! Детские прозвища в прошлом. Ты проходи-проходи. Завтракал? Надеюсь, нет. Я как раз закончила готовить! Впрочем, это ни разу не завтрак. Тут и обед, и на ужин останется, если вы, конечно, задержитесь…

— Мне на работу к пяти, — протянул Сайто, заталкивая слегка ошалевшего Юки в квартиру. Хотару-сан всегда была очень яркой и шумной, но то ли Юки отвык, то ли сегодня она превзошла себя.

Стило снять обувь, и в руки ткнулась кружка с горячим молоком.

— Э… спасибо.

— Пей-пей! Это Рю-сан железобетонный. А на улице холодно. И ночью шел снег. Пушистый-пушистый! Ты видел?

— Нет, боюсь, я уже уснул.

— А зря! Хотя ты, Юки, тоже подтянулся и стал как-то… Сильнее, мужественней? Старше? С твоими глазами небось отбоя от девушек нет, а? Да? Я бы точно влюбилась! Рю-сан рассказывал, но это правда не линзы? И светлые прядки как смотрятся — прелесть просто!

Юки рассмеялся, качнул головой и наконец прошел в гостиную. В ней, как всегда, плавали запахи свежей выпечки и чего-то ещё безумно вкусного. Сайто уже расположился на диване. Уж он-то к щебету матери был привычен. Юки всегда удивлялся, как при такой яркой семье и воспитании из Сайто Рю получился… Сайто Рю.

Не очень общительный, резкий, постоянно огребающий от учителей за драки или хамство.

Юки, невзрачный и слишком вежливый из-за тяжелой руки отца, ещё в младшей школе стал единственным, кто нашел с Сайто общий язык. И, надо сказать, это беспокоило почти всех окружающих. Учителей, одноклассников, родителей. Первое время все были уверены, что Юки стал жертвой обычной школьной дедовщины. Что ему только не предлагали: от психолога и перевода в другую школу до «разговора по душам с обидчиком».

За два года квартира Сайто тоже сильно изменилась, но это как раз не стало сюрпризом. Какое там! Об этом ремонте Юки знал больше, чем обо всём творившемся в родном доме. Всего одно слово про обои, случайно оброненное на одной из тренировок, Сайто превратил в неожиданно яркий рассказ о выборе мебели, дурных продавцах, хороших продавцах и походах по выставочным залам. В таких подробностях и эмоциях, в каких историю мог рассказать только её участник.

Сайто оторвался от души, когда выкидывал всё, что было добыто за бесценок на «прощальных распродажах» и в магазинах «100 йен». А Хотару-сан окружила обновлённый дом двойной заботой. Тут всё буквально светилось уютом и чистотой. Юки даже боялся двигаться и тем более садиться. После всех рассказов любое неосторожное пятно на диване или ковре казалось смертельным ударом для хозяев.

Тем временем на столе одно за другим появлялись блюда, по сравнению с которыми юбилей Юки казался скромным. На первое время не нашлось даже слов, разве что желудок требовательно урчал и желал дотянуться… да хоть до того же тамагояки! Но тарелок, блюд, пиал, соусников, салатников и прочей посуды становилась так много, что невольно рождались сомнения:

— Выглядит замечательно, но… мы точно всё съедим?

— Что не съедим — будет на ужин! — радостно отмахнулась Хотару-сан. — Ты пробуй-пробуй! Особенно салат этот… И скажи, как тебе рис! Он не простой, он с добавкой. Я тут недавно подсмотрела у подруги прекрасный рецепт с черносливом!

Хотару-сан мечтательно вздохнула и бухнула перед Юки полную чашку риса. Пахло от него действительно черносливом, но вот порция…

— Нужна будет добавка — только скажи!

— Э… конечно. Спасибо большое, Хотару-сан.

Юки осторожно ковырнул палочками рисовую гору. Рядом фыркнул Сайто. Смешно ему! Самого-то не пичкают едой за два года.

Уже почти три.

С души, наконец, свалился тяжелый камень. Хотару-сан нисколько не изменилась, встречала всё так же — радостно и светло. У неё не возникало вопросов, что теперь делать с Юки и как с ним общаться. Подобно Сайто, она просто общалась — и всё.

А уж готовить за это время стала только лучше. Нужно будет потом поспрашивать, записать пару-другую новых рецептов. Ведь провал в два года ощущался и тут. Акеми было ещё далеко до кулинарных талантов Юки, а вот мама почти догнала и теперь давала советы, которые самому Юки в голову не приходили. Раньше-то было наоборот!

С каждым кусочком аппетит просыпался, а сомнения в своих силах и желудке — таяли.

Хотару-сан убедилась, что гость не сбежит, уселась напротив и начала бодро рассказывать все новости за прошедшее время.

О подругах и новой работе, о Сайто и страхе за каждый его поход в разлом, о ремонте, уж как без него, о раменной, которая, оказывается, закрылась: хозяин ушел в проходчики вместе с дочкой. У самой дочки открылся дар видящей.

Юки слушал о попытках научиться делать маникюр и каком-то волшебном гель-лаке, о разных прическах, красках, кондиционерах. О том, как у совершенно незнакомой ему женщины родился сын и теперь уже ползает сам, смешно гугукает, пытается говорить. Снова о Сайто, его экзаменах. О больнице, где лежал Юки: первое время Сайто бывал там почти каждый день. О…

С каждым словом глотать становилось всё сложнее, а палочки приходилось держать всё крепче, чтобы не дрожали в руках. Глаза предательски жгло. Внутренний голос бубнил «ты привык, так и должно быть, просто прими, прими, прими, прими» как мантру. До тех пор, пока палочки не остановились над полупустой тарелкой, а Сайто вдруг не окликнул, перебивая мать:

— Юки?

— Дома… тяжело, да? — голос Хотару-сан вдруг стал необычайно мягким. — Из-за отца, должно быть?

Палочки в руках Юки дрогнули, и он предпочел положить их, заодно отодвинув тарелку. Казалось, если он сделает хоть одно лишнее движение, эту боль, застрявшую комком в горле, раздирающую грудь, будет уже не остановить. Юки сам толком не понимал, чего он хочет: орать что есть мочи, ломать всё вокруг, разбить, наконец, лицо Сайто? Или запереться в темноте, там, где его не достанет ни время, ни звуки?

Провалиться обратно в сон, но уже не проснуться.

Глубокий вдох. Выдох. Пустая попытка справиться с голосом.

— Родители, они… Не как вы. Ничего не рассказывают. Всё прячут. Будто за два года ничего не случилось, а то, что случилось, давно можно выкинуть, сделать вид, что оно далеко и меня не касается. Даже Са… — Юки прикусил язык, ещё раз выдохнул. — Вы наоборот рассказываете всё как есть. От этого здесь всё как прежде. От этого я всё лучше и лучше понимаю, что дома просто… не знают, что со мной делать. Простите, думаю мне лучше…

— Конечно, они не знают, что с тобой делать! — Юки хотел было встать, но Хотару-сан и Сайто чуть ли не одновременно надавили ему на плечи, заставив удивлённо плюхнуться назад. — И, конечно, тебе тяжело! Ну, подумай сам, Юки. Посмотри на своего сухаря-отца, а? Он же давно выстроил тебе всю жизнь: учеба, карьера, свадьба, детишки. Ты старший сын, должен стать главой семьи и вести её за собой. Превзойти отца, сделать головокружительную карьеру! И вот это вот всё, что ему очень важно! Ты только вспомни, как и для кого ты учился? С каким удовольствием в детстве отдыхал у нас в гостях? Когда отца рядом не было. Это было и преследовало тебя всегда, даже если ты не замечал, а уж сейчас оно — ух!

— Это не так, и…

— Конечно, он не знает, что с тобой делать! — только усилила напор Хотару-сан. — Его мир сломался, как только ты стал Спящим! Весь идеальный план сломался! А ты растоптал осколки, когда проснулся, но не бросился в ВУЗ, а пошел учиться в проходчики. Прямо как Рю-сан. Для твоего отца, традиционного и консервативного, всё сломано. Перед ним рушится карточный домик, и он не знает: то ли ловить карты и ставить обратно, то ли собрать из них что-то новое. Ему было важно, чтобы ты стал успешным. Успешным, как видит и считает он! Но ты стал Спящим. И пока для всего мира ты особенный, чудо, для твоего отца ты тоже…

— Мам.

Хотару-сан осеклась, поняв, что её занесло. Но Юки договорил и сам:

— …сломанный. Знаю.

— Юки-чан, — тонкие нежные пальцы легко коснулись волос, перебрали одну из посветлевших прядок. — Родители любят тебя. Запомни. Ты не чужой им. Они просто… Это сложно понять, что такое возвращаться в свой дом, когда он уже другой, а своего больше нет.

— Но вы же поняли.

Хотару-сан улыбнулась:

— Просто я однажды уходила. И возвращалась. Дай времени время, Юки. Иначе никак. Покажи отцу, что справишься сам. Что даже без этой устаревшей картины идеального образования и карьеры ты многое можешь, что тобой можно гордиться. И, поверь, он будет. Примет. И холод, с которым ты не справляешься сейчас, уйдет сам. Ты, главное, не сломайся.

— Я думал квартиру снять. Ремонт… этого мало.

— Прекрасная мысль! — Хотару-сан похлопала в ладоши и пододвинула к Юки тарелку с мясом. Пир ведь всё ещё продолжался. — А если дома совсем тяжело, можешь пожить и у нас. Новый диван — прекрасный, удобный, просторный и раскладывается!

— Ха-ха, не сомневаюсь. Спасибо большое, наверное я…

Но тут у Сайто и Юки разом зазвонили телефоны. Длинный мерзкий сигнал требовал открыть сообщение, приглашение в кабинет Вильяма Аткинсона. Через два часа ровно.

Хотару-сан понятливо упорхнула на кухню — превращать пир в бенто. Юки откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза. Жечь и резать их перестало. Хоть с чем-то он справился. Но тут внезапно встал Сайто. Встал и низко поклонился:

— Прости. Я… подумать не мог, сколько по тебе дамага от таких… «сюрпризов», — затем выпрямился и усмехнулся: — Придется лично следить, чтобы ты не сломался. Вспомню свою роль в старой патьке, гильдмастер.

— Пф! Что-то ты поздно, зам!.. Как думаешь, может, получится собрать настоящую гильдию? Раз тут теперь всё это есть — и данжи, и классы.

— Не, дохлый номер. Даже если у нас есть хил и дд, для консты нужна видящая. А их на твой класс три штуки во всей Японии. Смирись: наша судьба — рандомы!

Юки скривился. Чужаков он не любил и вряд ли когда полюбит.

Глава 24

Кабинет Вильяма Аткинсона был таким же ржавым, как и он сам. Причем самым ярким пятном оказалось обтянутое коричнево-красной кожей рабочее кресло. Как будто ржавчина расползалась оттуда по стенам. Или, наоборот, втягивалась со всего кабинета к его хозяину.

Просто удивительно, как отвратительно можно подобрать оттенки и мебель. Хотя в глазах самого Аткинсона эти цвета наверняка были благородными и подчеркивали его величие.

Или кошелёк.

Кошелёк точно.

В контраст обстановке, воздух кабинета был чистый, холодный, почти прозрачный — как в горах. Юки даже показалось, что при коротком приветствии изо рта вырвалось небольшое облачко пара.

Рядом без капли уважения обозначил приветствие Сайто. Друг никогда не отличался вежливостью к старшим. За воспитание всегда влетало от учителей, Хотару-сан знала в лицо вся школа, так часто её вызывали.

Впрочем, со времен детства Сайто научился не хамить в лоб — не без помощи отца Юки. Далекому от порядков и традиций Японии англичанину этого хватило.

— Сато Юки-доно! Рад вас видеть! Рик рассказывал о ваших успехах! От лица Ассоциации я хочу поблагодарить вас за старания и поздравить с успешной сдачей экзамена. С первой попытки! Прошу вас, садитесь, не стойте в дверях…

— Э… Благодарю, — Юки изобразил улыбку, честно надеясь, что её не перекосило от ржавого мёда. Общаться с этим человеком без поддержки отца оказалось ещё сложнее, чем он думал.

В отличие от переговорного зала, который Юки и Сайто прошли по пути, в личном кабинете Аткинсона стояло только одно гостевое кресло. Черное, а не ржавое, как всё окружение. Будто его откуда-то принесли ради встречи.

Именно одно.

Сайто совсем не хотели здесь видеть и не скрывали этого. Оставался лишь вопрос, для чего позвали?

Демонстрация?

Чтобы показать его «место»?

Чуть помявшись, Юки всё же сел. Сайто замер за спиной по правую руку. Вот уж действительно телохранитель.

Смешно.

Или это такая проверка?

Повисла короткая неприятная пауза. Аткинсон кашлянул в кулак, взял в руки какие-то бумажки — наверняка просто для вида — пробежал их глазами и улыбнулся.

— Рик передал нам вашу просьбу. Мы рассмотрели её вместе с лидерами Ассоциации и… полностью приняли! Надеюсь, вы не сомневались в этом, Сато Юки-доно. Ассоциация всегда готова пойти навстречу любому Спящему, если у неё есть такая возможность. А Сайто Рю успешно прошел все предложенные нами проверки.

Проверки?

Юки с трудом удержался, чтобы не обернуться на друга. Сохранил лицо, снова улыбнулся. Играть в вежливость и носить маски в обществе отец учил его с самого детства:

— Большое спасибо, Вильям-сан. Я благодарен Ассоциации за помощь мне и моей семье, когда я спал. И постараюсь сделать всё от меня зависящее, чтобы ваши усилия не были напрасны.

— Ну что вы! Сущий пустяк! Ассоциация заботится о важных людях. А вы очень важный для нас человек, Сато Юки-доно. Однако я надеюсь на ваше понимание: мы утвердили кандидатуру Сайто Рю, но с несколькими… условиями. Спешу заверить, совершенно не обременительными. Ни для вас, ни для вашего, эм, друга.

— Разумеется, я буду рад вас выслушать.

Вот и началось. Юки почувствовал знакомое давление и впервые мысленно поблагодарил отца за его консерватизм, деловой подход к «семейным разговорам» и всё остальное. Неизвестно, как Юки выдержал бы взгляд Аткинсона, если бы не привык выдерживать подобный каждый раз, как осмеливался подойти к отцу с просьбой.

— Что ж… — Аткинсон подцепил один из листов и передал его Юки. Следом на стол легла дорогая ручка. Паркер, небось, заказная. А документы были здесь совсем не для красоты: — Первым делом, я хотел бы попросить вас подписать эту бумагу. Обычное согласие проходчика вами уже подписано, но для Спящих есть ещё несколько документов… Также контракт и дополнительное соглашение, вы можете с ними ознакомиться.

Перед Юки появилась ещё одна тонкая стопка бумаги с печатями и подписями членов Ассоциации на каждой странице.

— Разумеется, вы должны подписать их здесь и сейчас.

— Может быть, обсудить второй вопрос первым будет быстрее? Не хотелось бы задерживать вас сверх меры, — спросил Юки, цепляясь за привитые отцом «приёмы общения», как за спасательный круг.

— Дальнейшее мы обсудим, когда эти бумаги будут подписаны, Сато Юки-доно.

Ржавая улыбка.

Юки спиной почувствовал, как недобро сощурился Сайто и надеялся лишь, что друг не станет вмешиваться в разговор.

— Боюсь, мне нужно время, чтобы всё прочитать.

— Конечно-конечно! Сколько угодно.

Юки перевёл взгляд на первую из бумажек и, наконец, внимательно вчитался в строки. Левый столбец на японском. Правый дублировал на английском. Знания языка Юки в целом хватало, но с молчаливого согласия Аткинсона он всё же достал телефон и включил переводчик. Сайто отошел и облокотился на ближайший шкаф. Аткинсон тут же проявил «участие» и предложил выйти вон.

Сайто не менее участливо отказался. И на классическую улыбочку, само собой, не ответил.

Юки мысленно усмехнулся. Отчего-то стало чуть легче. В конце-то концов, так ли страшен ему этот ржавый мужик и так ли много он требует?

Первой бумагой оказалось дополнительное согласие. Вернее, обязательство не использовать свои силы для нанесения «физического, магического или морального вреда» членам Ассоциации. Бумага запрещала использовать способности для подкупа и давления, для махинаций во вред Ассоциации и всякого подобного зубодробительно-юридического до тех пор, пока «Спящий по имени Сато Юки (далее — Спящий) является сотрудником и неотъемлемой частью организации».

Махинации на благо Ассоциации, видимо, приветствовались.

И ещё: «в случае нарушения этого соглашения Ассоциация в праве применить любые ответные меры».

И ещё: «в качестве приглашения к сотрудничеству и гарантий по договору, Ассоциация предоставляет Спящему любое доступное снаряжение на общую сумму, не превышающую 5 000 000 ¥. Запросить снаряжение можно у кураторов, полный список которых указан в п.VII.5 данного соглашения. Предоставленное таким образом снаряжение считается частной собственностью Спящего и не может быть конфисковано Ассоциацией, её представителями или третьей стороной даже в случае прекращения сотрудничества».

Щедрый подарок.

Забавная бумага, дающая Юки некую взятку, аванс, и требующая от него сотрудничества, верности и лояльности взамен.

Второй документ — договор на десяти листах. Обязательства «S+» класса, обязательства Ассоциации, базовые нормы поведения в разломе, ответственность сторон, всякие компенсации… Если исключить неизбежные особенности, перед Юки был обычный договор найма на работу, фиксирующий сдельную зарплату, страховку и сроки выплат. И обязанности сотрудника, разумеется.

С ним Юки тоже не стал спорить.

А вот следующая бумага… стоило зацепиться глазами за подзаголовок, как где-то глубоко в душе проснулся тот, второй, кто неизменно подкидывал то лишние знания, то лишние эмоции. Но сейчас Юки как никогда понимал бушующую в нём ярость.

Он читал добровольное согласие лечь на лабораторный стол.

Не просто отдать своё тело в случае «непредвиденной ситуации», нет. Обязательство являться в лабораторию по первому зову, делать что скажут и не задавать никаких вопросов. Добровольный «отказ от информированности» был вынесен в отдельный пункт и особо подчеркнут.

Юки сдержал ядовитую усмешку и загнал подальше приходящие на ум слова. Чужие. О, некто внутри был готов ответить, ответить сильно, остро, окончательно. Но сейчас это лишнее. Отстраненно Юки подумал, что показывать козыри и слабости в этом разговоре глупо. Второй неохотно согласился. Утих.

Совсем немного, но справиться с ним стало легче.

Пользуясь этим затишьем, Юки максимально уверенно и так спокойно, как мог, вернул Аткинсону все бумаги. Третью отдельно:

— Прошу прощения, Вильям-сан. К сожалению, это я подписать не могу.

Юки чувствовал, что его голос едва заметно звенит от ярости, но всё же надеялся удержать себя в руках. Удержать ту ненависть, что поднималась в душе. И те образы, что мелькали перед глазами чужими воспоминаниями.

Чужими ли?

— В таком случае, — ржавый мёд голоса мгновенно сменился ржавой же сталью, — мы не сможем утвердить кандидатуру Сай…

— В таком случае, — буквально прорычал Юки, всё же поддаваясь творящемуся в душе безумию, — я не смогу быть проходчиком и работать на вас. Так и передайте своим: прототип два-ноль больше не полезет в пробирку.

Аткинсон побагровел. Даже тяжело привстал на кресле. Вся ржавчина этого кабинета как будто собралась в одной точке, сконцентрировалась для удара. Сайто за спиной напрягся, отлип от шкафа и вернулся к Юки. Но вдруг что-то изменилось, в глазах Аткинсона мелькнуло удивление, даже страх.

— Сато… Юки-доно, вы в порядке?

Юки будто выдернули из омута с кипятком. В нос снова ударил холодный чистый воздух, в голове прояснилось.

— Простите?

— Волосы, — негромко подсказал Сайто, и Юки мгновенно понял, что случилось. Опять пустил эмоции своего соседа слишком близко в себя? Опять говорил не только своими словами. А значит, на голове появилась очередная светлая прядь.

Новая улыбка. Максимально вежливая, как учил отец:

— Прошу прощения, Вильям-сан. Боюсь, мой внешний вид пока слишком сильно выдает мои же эмоции. Уверяю, здесь нет никакой угрозы.

Аткинсон, чуть помедлив, кивнул, принимая объяснение. Кажется, тоже остыл. Посмотрел на неподписанный документ и поднял глаза, больше не делая вид, как он рад встрече и готов «всячески поддержать»:

— Должен заметить, Сато Юки-доно, вы столь же сложный человек, как и ваш отец. Хорошо. Я придержу эту бумагу до тех пор, пока козыри в ваших руках. Надеюсь, вы понимаете, что в любой игре их часто приходится сбрасывать? — Улыбка. На ржавое лицо вернулась ржавая маска вежливости. — Раз мы уладили все формальности, можем приступить ко второму вопросу!

Глава 25

— Так что случилось там, в кабинете?

Сайто честно терпел, пока закончится разговор — благо, всего минут двадцать, — но стоило пройти переговорную, как накинулся с вопросами. Увы, Юки если и мог объяснить, то точно не тут. Не в здании Ассоциации, где у каждой стены наверняка найдётся по паре глаз и ушей.

— Потом, — отмахнулся он и спросил сам: — Слушай, я только сейчас подумал, почему глава японского отделения здесь, в Осаке? Он не должен был вызвать нас в Токио?

— Из-за тебя он в Осаке, единственный хил из сотни, — фыркнул Сайто. — Но вообще я уверен, у него есть точки респа по всем префектурам. Где хочет, там и торчит.

— Может, и так… Есть идеи, кто этот второй сопровождающий, с которым мы должны встретиться у врат?

— Нет. Откуда? Спрошу сегодня в курилке, мож, ходят какие слухи. Должен быть кто-то с опытом больше моего и рангом не меньше. Вряд ли тебе в гварды поставят эску. Расточительно. Вот ашка — то да. Притом ашка с опытом разломов от среднего и выше. Ну, или другой вариант, ашка типа меня: скиллы есть, опыта выше средних особо нет. Не качеством, так количеством. Уверен, им просто нужен человек, готовый отлизывать Ассоциации и лично Аткинсону сколько нужно. Я им насквозь неудобен, — Сайто развел руками. — Дамочка вон сидит, не твой куратор?

— М? О, Уэно-сан! Добрый день. Не думал сегодня вас встретить.

— Сато-доно, Сайто-сан! — женщина поспешила к ним. Она была в своей обычной форме; волосы, забраны в высокий строгий пучок, ни одной лишней прядки. Точно такая же, как в день их знакомства. — Вильям-сан сообщил, что вы сегодня будете здесь и вам может что-то понадобиться из снаряжения. Я отвечаю в том числе за эту часть контракта. Вы можете выбрать из каталога… — она набрала что-то на планшете и развернула его экраном к Юки, — или, если нечто особенное, я провожу на склад. Один прямо тут, на территории. Второй, закрытый, в нескольких часах отсюда. Если нужного на складах Осаки нет, можно заказать доставку, но это не меньше двух дней.

— У меня скоро лекция, со шмотом мучайся сам, — ухмыльнулся Сайто. Юки хмыкнул и удержал его за локоть:

— А вот и нет. Погоди, Сайто… Спасибо, Уэно-сан! Вы как нельзя кстати! Наставник говорил, что уже оставил вам заказ?

— Да, заказ был. Оформлен и оплачен. Суммарно на миллион триста, мы уже вычли из вашего депозита. Вот список… Если нужно что-то ещё, я буду рада помочь с выбором!

— Нужна катана. Уровня «S», плюс-минус.

— Эм… — Уэно-сан немного зависла, Сайто подавился вдохом. Но возразить не успел. — Такие в Осаке есть… несколько… все на закрытом складе. Меньше десятка: работа над ними сложная, каждая уникальна. Позволить их себе могут… не многие, да. Потому куют мало.

Она чуть кивнула Сайто, видимо, прекрасно знала о его истории.

— Полагаю, Сайто-сан едет с нами?

— Лекция у меня, — буркнул тот.

Юки улыбнулся:

— У нас завтра свободное утро. Какое удобное время встретиться с вами на месте? Так, чтобы мы к часу дня были уже в тренировочном комплексе.

— Боюсь, не позже восьми утра. Машина будет в шесть тридцать.

— Мы сами, — поднял руки Сайто. — Просто скиньте ему место встречи.

— Не опоздаем? — подозрительно уточнил Юки.

Сайто скривился, но помотал головой и попрощался. Время у него действительно поджимало.

***

Несмотря на раннее утро и официальные часы работы, небольшой зал с бамбуковыми манекенами в центре был полностью готов. Ради Юки и Сайто персонал подняли на час раньше. Хотя вряд ли что-то в зале требовало дополнительной подготовки, кроме, может быть, как раз бамбука для тамэсигири*.

Гостей тут встречали как самого императора, даже постелили дорожку. Двое женщин в кимоно с шестигранниками Ассоциации, Уэно-сан, снова без брата, и мужчина в классическом костюме-тройке. Он очень сильно выделялся среди всех остальных, но, судя по бэйджу с именем, был здесь главным консультантом.

— Уэно-сан сказала, мы ограничены по времени, — сразу перешел он к делу. — Прошу! Стенды в конце зала — катаны эс-класса. Как вы, должно быть, знаете, их немного, меньше десятка на текущий момент. Одну купили вчера, уже после вашей заявки. Цена начинается от двух миллионов йен.

Сайто выразительно присвистнул, но консультант продолжил с профессиональной невозмутимостью:

— Все катаны эс-класса превосходны, это лучшие работы мастеров. Мы ручаемся за качество и материалы. Однако прекрасно знаем, что у каждого мастера меча есть свои предпочтения. Среди десяти может не найтись нужной… — он нажал кнопку на вделанном рядом с выключателем пульте, и вторая стена с легким шорохом разошлась в стороны, — потому мы подготовили ещё пятьдесят катан а-класса. Некоторые изготовлены теми же мастерами, что и десять первых. Цена начинается от трёхсот тысяч. Но если и среди них не найдется нужной, отберите те, что понравились. Мы постараемся найти варианты для вас.

— Большое спасибо! — Юки подтолкнул внезапно растерявшегося Сайто. — Мы можем посмотреть и проверить любую?

— Конечно! Если возникнут вопросы — пожалуйста, обращайтесь. Бамбука у нас достаточно, не бойтесь повредить его лишний раз. Если нужны соломенные чучела или образцы брони, просто скажите. Пять минут — и всё будет в зале.

— Бамбук норм, — на автомате отозвался Сайто и, наконец, прошел к стене, слишком старательно проигнорировав хвалёный эс-класс. Цены он услышал и, скорее всего, не позволит себе даже коснуться катаны, которая дороже его машины.

Как бы ему ни хотелось.

— Пожалуйста, не торопитесь и выбирайте как следует, — тем временем перехватила слово Уэно-сан, — я займусь подготовкой документов, чтобы потом не тратить на это время. Вам останется лишь вписать артикул на первый лист и поставить подписи. У нас достаточно времени, мы вполне можем успеть обратно к часу!

— Большое спасибо, — улыбнулся Юки, — вы очень нам помогли.

Сайто, само собой, уже не волновали ни разговор, ни документы. Он любил мечи с самого детства, изучал технологию ковки, читал про легендарные мэйто, фанател по самурайским аниме, коллекционировал фигурки Зоро и его мечей отдельно и всё мечтал, когда появится своя собственная катана… Никогда только не думал использовать её по назначению, проливать кровь. Сайто с лихвой хватило бы тренировочного зала, но мир исполнил его мечту по-своему.

Что же, на ближайшее время у друга точно есть занятие. Несколько катан уже легли на небольшой столик у тренировочной зоны. Вскоре по залу разнесся глухой стук упавшего на ковер бамбука. Идеальный ровный срез. Впрочем, Юки был уверен, что любой меч из представленных здесь способен на это. Вопрос лишь в том, какой выберет Сайто. Сейчас от этого зависело гораздо больше, чем удовольствие от тренировки.

А ещё Юки думал, как бы намекнуть, что подарок Ассоциации можно не экономить. Даже наоборот — стоит потратить, пока не отобрали. Договор защищал только уже приобретенные вещи. Всё остальное могло меняться «в силу согласованных обстоятельств».

Клинки эс-класса были оформлены лучше, чем в любом музее. Каждый стенд — произведение искусства, как и каждая из катан. Неповторимые, изящные, легкие и тяжелые, хищные и ажурные, одна и вовсе казалась невесомой, холодной, женской.

Юки из интереса обнажил клинок, сделал пару неуклюжих взмахов, удивляясь, насколько тот на самом деле тяжелый.

Внешность обманчива.

На самом деле Юки звал к этим стендам не только интерес. Было что-то другое, пока непонятное, невысказанное. Он быстро нашел её: катану в ало-черных ножнах со слишком низким ценником для «эски» и выставленную чуть в стороне, как будто отдельно. С клинком было что-то не так, несмотря на заявленное качество и шикарное оформление. Сделав к ней ещё пару шагов, Юки понял, что он чувствовал.

Не чутье, нет.

Откликалась сила.

В этой катане было что-то из иномира, как в том же эмниде или в артефактах. Юки мог чувствовать особенно сильные, хотя видел таких всего два: один использовал наставник, чтобы показать магический щит. Ещё один — Накамура Михо на лекции.

Эта катана была легче первой.

Клинок казался тёплым — даже блики на идеально обработанном лезвии были солнечными, вопреки белому свету ламп. Юки сделал пробный взмах, но не почувствовал ничего необычного ни в самой катане, ни в рукояти. В его руках было что угодно, но точно не артефакт.

Что-то странное было с самой сталью.

Да, дело в сплаве. В том, как с ним работал мастер.

Не скажешь даже, что этот меч сделан человеком, который в жизни не слышал о конденсаторах и проводниках маны. Руда должна быть добыта в верном месте и верно очищена — здесь просто везение. Мастеру привезли подходящий материал, и он смог найти верное сочетание.

Но сама ковка: до закалки внутренняя магическая решетка необычайно хрупка. Работать с драконьими сплавами нужно внимательно, чутко и нежно. Видеть подобное мастерство здесь, в этом ущербном куске мира, где артефактами называют истекающие силой поделки…

— Скажите, — вдруг спросил Юки, не успев остановить внезапно пришедшую в голову мысль: — Тот, кто сделал эту катану, случайно, не слеп?

Консультант чуть приподнял брови, но, помедлив, кивнул.

— С рождения. Это важно?

— Нет, что вы. Простите за мой вопрос, просто хотел подтвердить догадку.

Слеп, конечно. Потому и работа такая точная. А то, что заготовка ещё не готова… Откуда не знакомому с магией человеку знать, что он попросту не закончил работу?

Катана выглядела прекрасно.

Жаль, мечом она ещё не была.

Юки вздохнул, по странному взгляду консультанта понимая, что светлых прядей в волосах опять стало больше. Внутренний голос высказался и ушел, оставив за собой уверенность: катана в черно-алых ножнах стоит гораздо больше, чем за неё просят.

— Сайто, попробуй эту.

— Нафига мне легендарка? — Сайто как раз шел к Юки, держа в руках один из мечей попроще. — Я уже выбрал. Посмотри, если ты согласен — нам тут больше нечего делать.

— Пробуй эту, — Юки пропустил всё сказанное мимо ушей. — Поверь, лучшей ты не найдёшь. Вообще.

— Прошу меня простить, — вмешался было консультант, — но…

Юки совершенно невежливо отмахнулся, поражаясь себе. Сайто глянул на него, задержал взгляд на волосах и вздохнул:

— Ладно, понял я.

Несколько пробных взмахов, кивок. По крайней мере рукоять, длина и вес подошли, а всё остальное…

Взмах.

Бамбук сломался, на пол упало несколько щепок.

Вместо ровного среза — вмятина как от удара тупым топором. Сайто удивлённо осмотрел клинок, за спиной тяжело вздохнул консультант:

— Об этом я и хотел вам сказать, Сато-доно. Прошу прощения, мы сами не можем этого понять, но катана просто… не режет.

— У вас ведь есть всё необходимое для заточки?

— Не, Юки. Тут сама легендарка багнутая. Судя по лезвию, точил её мастер. Я не знаю, в чем дело.

— Совершенно верно, — подтвердил консультант. — Мы неоднократно пытались привести её в порядок, однако, как видите, тщетно.

— Если вы не возражаете, Сайто попробует ещё раз.

— Послушайте, Сато-доно, я уважаю ваши навыки и уверен в мастерстве Сайто-сана. Но заточка катаны — это долгая кропотливая работа, её не сделать за полчаса. Не говоря уже о том… — консультант остановился, споткнувшись о взгляд Юки. Позволил себе усмешку: — Как вам будет угодно. Но, право слово, если Сайто-сан сможет её заточить здесь и сейчас, я отдам эту катану просто так. Вас попрошу заплатить только налог и за документы.

— Благодарю, — улыбнулся Юки, — это будет прекрасный подарок.

И по короткому кивку девушки в кимоно пригласили следовать за ними в одну из подсобных комнат.

_______

*Тамэсигири — дословно: пробный удар мечом. Испытание клинка перерубанием соломенных снопов, бамбука, стальных пластин, шлемов и т.д. Изначально в список тренировочного инвентаря включались осужденные заключенные, к примеру.

Запись пятая

Стук в дверь прервал докладчика, в конференц-зал просочился серый человек в серой одежде с невероятно цепким серым взглядом. Вильям Аткинсон коротко кивнул ему и окончательно остановил отчет по подземельям, отобранным для испытания Прототипа два-ноль.

— Ватанабэ. Мы рады видеть вас сегодня, но можно узнать, что вы здесь делаете? Насколько мне известно, собрание по новым артефактам завтра. В это же время.

— О, я не ошибся, Вильям-сан, но благодарю! Благодарю за заботу. По правде, у меня есть просьба к нашему Наблюдателю.

— Неужели? Может быть, вы выскажете её сейчас, чтобы не задерживать нас и не задерживаться самому?

— Вы так добры! Спасибо! Спасибо и прошу прощения, что прервал доклад. А просьба у меня простая: у Сайто-сана, Сайто Рю, который сопровождает спящего Сато Юки, новая катана. Мне хотелось бы, чтобы Наблюдатель обратил на неё внимание, когда случится бой.

— Новая катана? Рэй? Вы доложили, что в итоге Сато Юки не потратил ни йены сверх заказа от Рика Алета? — Аткинсон на всякий случай проверил документы: — И катаны за ним не числится.

— Всё верно, В-вильям-сан, — тут же поднялась Уэно Рэй. Она заметно нервничала. Настолько сильно, что брат негромко сказал ей что-то ободряющее. — Сато-доно и Сайто-сан провели полтора часа, выбирая катану. П-покупки не было. Трат из депозита не было. Саму катану оформили на Сайто-сана, потому её нет в предоставленных вам документах. Расходы он взял на себя.

— Так и есть, так и есть! — радостно подхватил человек в сером. — В том-то и дело! Меня заинтересовал этот подарок, вот я и пришел.

— Разве вы, Ватанабэ, не отвечаете за всё оружие и снаряжение Японского отделения Ассоциации? — прорычал Аткинсон, которого уже порядком раздражало, что в случае с Сато Юки всё идёт не так с самого начала. — Как ваши люди могли отдать даром катану эс-класса без вашего распоряжения?

— Ах, Тэцу-чан взял ответственность на себя, но я подписал всё, что нужно, как увидел запись. Вы, Вильям-сан, понимаете, в чем дело… Сайто-сан забрал ту катану. Ту самую. Ну, с дефектом. Вы ведь помните, верно? Катана эс-класса, которая не могла никому серьезно навредить. Как мы её ни пытались заточить, она просто не резала.

— Я помню, — сдержано процедил Аткинсон. — И? В руках Сато Юки она магическим образом «излечилась»?

— Так и есть, так и есть! — кивнул Ватанабэ, будто не замечая иронию. — Почти. Её заточил Сайто Рю, но Сато-доно действительно что-то сделал. Возможно, катана теперь артефакт, потому мы и просим господина Наблюдателя узнать, что она может. У меня есть запись, если вы желаете? Желаете?

Запись Аткинсон желал.

Желал ещё как.

Из всех Спящих только Вальтер Кёниг участвовал в создании снаряжения и, надо сказать, сделал на этом круглую сумму денег. Такую, которой хватит, чтобы купить небольшую страну. Хакер с силой управлять электричеством сам по себе был издевкой над миром цифровых технологий. К счастью, на него удалось найти управу.

Позже Ассоциация обнаружила, что по какой-то причине электричество Кёнига лучше всего действует против плотных магических барьеров. Где-то полгода ушло, чтобы создать подходящие контейнеры, затем придать им нужную форму. Форму пули.

Патроны для револьверов и пистолетов начали расходиться на ура у проходчиков а-класса и выше. А сам Вальтер Кёниг теперь был занят на необременительной работе, в обмен на процент с которой он — «так и быть» — больше не развлекался взломом любой попавшейся под руку системы.

Теперь и Прототип два-ноль создает оружие? Как? По данным исследований, он в принципе не может формировать боевой тип энергии. Даже те фокусы, что Сато Юки показывал на тренировочной площадке, не способны нанести вред серьезней пары синяков.

Запрет на убийство сам по себе должен исключить создание оружия.

Увы, запись говорила об обратном.

Запись говорила странное.

Катаной действительно занимался только Сайто Рю, хотя заточкой это, конечно, не назвать. Полировкой — и то с сомнением. Слишком поверхностно. Слишком быстро. Сайто мог с тем же успехом полить меч водой, но, видимо, нужно было более ощутимое физическое вмешательство.

Сато Юки не трогал клинок. Просто положил руки на плечи другу, стоило тому начать работу. И клинок ответил. Камера хорошо предала это: сначала алый, затем холодный синий отсвет по кромке лезвия. Свет продержался всего несколько секунд, затем исчез, будто Сайто смахнул его движением камня. Как только это случилось, работа закончилась.

— Вот! — разорвал оцепенение зала Ватанабэ. — Вот! После этого дефект пропал. Тэцу-чан проверил катану, в ней нет никакой магической активности. По показаниям аппаратуры она точно не артефакт. Но я не верю, слышите, Вильям-сан? Не верю, что этот меч обычный! Должно быть что-то ещё. Должно быть! Не просто же так её выбрал один из Спящих? И этот мальчик, Сайто Рю. Либо меч ему каким-то образом подходит, либо ему каким-то образом подходит сила Спящего, либо сам Спящий может передавать свою силу другим. Столько вопросов! Столько вопросов!

В возбуждении Ватанабэ взмахнул руками, едва не снес микрофон и под заверения, что Наблюдатель присмотрит за клинком, всё же покинул притихший зал.

— В логе Системы это записано как передача энергии, — подал голос лидер сопровождающих проект ученых. — Простая передача энергии в рамках возможностей два-ноль. Можно сказать, он только на ней и работает. Забирает у себя — отдает другим.

— В отчетах речь шла об исцелении, возможном продлении жизни, возможном воскрешении… Никто из вас — никто! — не ставил даже гипотез о работе с оружием.

— Так и есть, господин Аткинсон.

— Сайто Рю прошел все ваши тесты, включая медицинский контроль. Там что-то есть?

— Отклик на магическую энергию обычный. Никаких аномалий. У них с нашим Юки совпадает группа крови, и всё. Однако глупо делать выводы только на этом. На текущий момент мы не можем знать, что случилось.

— Я бы взял на проверку саму катану, — поднял руку один из ученых. — Если это возможно. Поясню сразу: энергия два-ноль могла воздействовать не на Сайто Рю, а на сталь или нечто внутри неё.

— В таком случае, почему он не точил её сам?

— А, это… он не умеет, — ученый развел руками. — В досье Сато Юки указано, что он отказался от кендо ещё в младшей школе. Сейчас он владеет бо. У нашего уникального Спящего просто нет интереса к холодному оружию, нет навыков владения им. Само собой, он не умеет за ним ухаживать. Катана — это всё же не кухонный нож.

В зале снова поднялся шум. Вильям Аткинсон со вздохом открыл записную книжку и сделал там несколько заметок. Закрыл с негромким хлопком, мгновенно вернув тишину.

— Поставьте все необходимые датчики в тренировочных зонах. Отследите каждый шаг Сайто Рю. Любой намек на аномалию, который позволит требовать подчинения контракту, и мы сможем делать с ним и его катаной практически что угодно. Но! Никакого явного интереса. Никаких открытых вопросов. Сато Юки относится к нам с практически явной враждебностью. Его вопрос про создателя Системы… его отказ в дополнительных медицинских исследованиях… его ярость. И это «Прототип два-ноль больше не полезет в пробирку»… — Аткинсон пару раз повернул в пальцах свой любимый паркер. — С мальчишкой сложно. Передайте Валентину, чтобы он поработал над уровнем доверия к Ассоциации. Пусть, наконец, займется своим делом!

— Мы уже пробовали дать ему такую задачу. Боюсь…

— Значит, пробуйте ещё раз! Объясните, что его подопечный похож на крайне несговорчивого ежа. И если так пойдёт дальше, нам придется ломать колючки.

— Как прикажете, сэр…

— Что по разломам? Кратко. Я не в настроении слушать, как вы льете воду.

— Слушаюсь! — так и стоявший у трибуны докладчик спохватился, вернулся назад и пролистал презентацию до конца: — Мы считаем лучшим выбором Кансай, префектура Миэ. Разлом появился чуть меньше недели назад в лесу близ храма Исэ. Небольшой, меньше двух метров в высоту. Благодаря расположению он ещё неизвестен. Оповещения о разломе мы так же не давали. Наши люди оцепили район, сам разлом полностью изучен командой разведки. Ключ в семи часах пути, если идти кратчайшей дорогой. Разумных противников нет. Территория — горно-лесной пояс. На одном из маршрутов есть пространственный переход. Мы проверили, он закрывается на три часа после третьей активации. Это хороший способ разделить группу и проверить Сато Юки в нервной обстановке без поддержки Сайто Рю. Если всё пойдет по плану, с ним останутся лишь видящая и Наблюдатель.

— Хотите заставить его проявить характер? Сразу? И Валентин одобрил этот план?

— Так точно. Он не против. Поставил только условие: чтобы в первой группе было как можно меньше людей, незнакомых Сато Юки. Такой в составе пока один, Жак Михель Дюбуа. Он единственный, кто свободен сейчас из опытных лидеров для групп обучения.

— Француз, — Аткинсон поморщился. — Надеюсь, хоть этот умеет нормально писать отчетность. Хорошо. Давайте что там на подпись.

Глава 26

Отвар из листьев рилли неприятно горчил, и Юки добавил в него ещё мёда. Золотистая нить быстро растворилась в напитке, улучшив вкус, но не улучшив настроения.

— Северный Дом пал, — негромко сказал Лори то, что Юки и так знал. — Ты теперь последний, Родерик. Есть надежда, что кто-то выжил на востоке, но…

— Нет надежды. Кровавый род уничтожен. Бреши ближних потоков теперь без контроля.

— Ты закрыл несколько трещин вчера…

— И ещё три сегодня. Толку? Оба союза хотят нашего падения, Лори. И они своего добьются. Сколько вас осталось, драконы?

— Совет и ещё трое младших.

— Значит, всего десять.

— На самом деле восемь… может быть, семь… — Лори вздохнул. — Я практически не чувствую Рику, скорее всего, её усыпили где-то в горах.

Юки расхохотался. Ядовито и горько, будто настой рилли пропитал его голос:

— Толку от бессмертья без силы и власти? Долго ещё вы собираетесь терпеть?

— Не такая уж власть, раз твой род тоже пал. Как ты выжил?

— Убил предателя. Лиса. Его сестричка поддалась ярости, от неё я легко ушел. А ловушки у трещин слишком предсказуемы. До тех пор, пока с той стороны не лезут люди, я буду жить.

— А потом?

— Что ты хочешь услышать? Надежду? Брось. Как только здесь появятся люди, бреши начнут стихийно расти. Размер. Количество… Ну, это уже не так важно.

— Ты сдался?

— Ты прекрасно знаешь, Лори, я не из тех, кто чтит «великий долг». Если оба Союза хотят нашего падения, пусть жрут плоды. Всё гнилье, которого добивались. С чего я должен спасать убийц?

— Неужели? — Лори фыркнул, на миг из-под стула показалась кисточка хвоста, но дракон быстро вернул себе человеческий облик. — Я не тот, кому ты можешь лгать, а’шши. И я не тот, кто даст тебе лгать самому себе.

Юки передернул плечами. Конечно, Лори лучше всех знал, что он думает и кого ненавидит на самом деле. Знал, что Юки не в силах отвернуться от долга своего рода. Знал слишком много, но это всё действительно больше не имело значения.

— Просто скажи Совету, что от меня толку мало. Меня дождутся у первой же серьезной бреши, там, куда я не смогу не прийти. Мне не хватит сил закрыть трещину. Мне не хватит сил дать отпор полукровкам… Потом Союзы поймут, конечно, что они натворили. Ха! Я не прочь посмотреть на их попытки вернуть всё назад.

— О? Вот и польза бессмертья: я то… чно…

Стол подпрыгнул, горький отвар обжог руку. Образ Лори подернулся темной дымкой, размылся. Голос растворился в окружающих звуках. Юки не мог больше вспомнить ни лица, ни разговора.

Забылись имена.

В уши врезался сердитый автомобильный гудок, ругань Сайто.

Тихая.

Сквозь зубы.

— Доброе, ёпт, утро, — добавил он, выруливая на соседнюю полосу.

Юки моргнул. На языке ещё оставался горьковатый привкус из сна, но он быстро таял. Забывался, как и сам сон. Только душу всё еще сдавливало в холодных тисках тяжелого предчувствия.

Реальность вспоминалась так же медленно. Юки на автомате проверил ремень, дотянулся до бутылки с водой и сделал несколько жадных глотков. Стало чуть лучше.

— Долго я спал?

— Не. Скоро донат за трассу, хоть там дебилов не будет. Смотри, не вздумай опять отрубиться.

— Так скучно ехать или боишься, что уснешь сам?

— Просто использую шанс: в машине ты не оффнешься из разговора.

— Какого?

— Какого? Брось, Юки. Ты сам знаешь, у меня много вопросов. Ты не стал отвечать после сходки у Аткинсона — о-о-кей, там и правда паршивая лока. Ты не сказал, что за фокус с катаной. С тобой вообще творится непонятная хтонь, и меня очень бесит, что я втянут в чертов квест без инфы. Но сначала донат за трассу. Можешь сожрать пока бутеры, мама сделала с большим запасом.

Юки вздохнул и чуть качнул головой. Снова вспомнился привкус настоя из сна: из-за него аппетит пропал окончательно.

Платная трасса в это время оказалась почти пустой, Сайто ускорился, мимо пролетел указатель — они выехали из Осаки.

— Не говори потом, что я не дал тебе пожрать. Итак, что с тобой творится, Юки?

— Хотел бы я знать. Система, пожалуй, меньшая из проблем…

— Но что-то ты знаешь, верно? Там, в разговоре с Аткинсоном, и там, в додзё с катанами, был не ты. Не до конца ты. Каждый раз, как у тебя светлеют волосы, ты — не ты. Что будет, когда ты весь превратишься в блондинку? Звучит как фразочка из шаблонного сёнэна, но я хочу знать: спасать тебя или сразу рубить?

Юки передернул плечами и отвернулся к окну. Он молчал долго, пожалуй слишком. За прошедшие месяцы он мог прятать свои «озарения» от кого угодно, кроме Сайто. Друг знал его слишком хорошо. Видел насквозь.

Беспокойство и страх Сайто были понятны. Ведь Юки боялся и сам с тех пор, как Накамура Михо рассказала, что видела другую ауру.

— Ты много знаешь про Спящих? — наконец, спросил он.

— Не особо. Так, чуваки с зачетными скиллами. А уж кастуют они их сами или от артефакта — не так важно. Да и случаев раздвоения личности за эти годы вроде как не было.

— Или их хорошо спрятали. Хотя я уверен, что не было.

— Уверен, да?

— Ты прав, Сайто, я искал ответы. Гуглил открытые источники, задавал вопросы учителю… Вообще всем, кого мог спросить. Но даже Валентин-сенсей, который, казалось бы, должен знать больше всех, уходил от ответов. Он вообще мастер уводить разговор в сторону. Только на поверхности всё равно что-то есть. О смертях Спящих писали вполне открыто: одна потеряла контроль над силой, ещё двое погибли в разломах… Между всеми Спящими есть много общего, некая система, закономерность, в которую я не вписался.

— Ну, ты дрых на год дольше.

— Дело не в этом. Ты сам не раз и не два говорил, что я особенный. Не только ты, если честно. Мне всё время эти ваши слова не давали покоя. Я не мог объяснить, в чем разница на самом деле.

— Ты хил. Они почти все дд, ну, есть пара саппортов-щитов и крафтер. Но в целом всё очевидно. Даже мне.

— Это не то. Хил и хил. Немного может лечить, например, та женщина из Франции. Ну, которая управляет водой, я забыл её имя… Помнишь новость прошлого марта? Она смогла остановить кровь и спасти жизнь своей видящей. Кто знает, что она сможет дальше? Дело в другом: они все стихийные. Вода, огонь, молния, воздух… У меня этого нет. Из всех Спящих я один управляю жизнью.

— Допустим. Раз сам не будешь, дай хоть мне бутер.

Юки фыркнул и действительно достал из сумки первый попавшийся сверток фольги. По машине разлился вкусный запах, желудок требовательно заурчал. Привкус из сна забылся… Какое-то время в салоне стояло лишь негромкое чавканье.

— «Прототип два-ноль» — так назвала меня система. Если остальные тоже прототипы, то мы первые опытные образцы, на основе которых будут делать что-то более… настоящее. Верно?

— В любом сюжете это оказались бы супер-солдаты, — усмехнулся Сайто. — Честно, у меня других идей нет. Всё это слишком уж очевидно. Не думаю, что только нам. Если у всех вас есть система, то все вы знаете, что «прототипы». Но тогда у Аткинсона говорил эти слова не ты, Юки. Мне повторить мой вопрос?

— Нет, говорил их я. Эмоции были не мои. Воспоминания, образы, мысли… — Юки посмотрел на свои руки. Согнул, разогнул пальцы. Сосредоточился, и на ладони появился шарик пушистого света. Всплыло привычное сообщение системы:

[Активация: передача энергии]

[Расход 5 СТ]

Едва дёрнувшаяся полоска стамины мгновенно восстановилась.

— Раз мы прототипы и раз мы кем-то созданы… у нас у всех есть изначальное сырье. Первая его часть — подходящий человек, носитель. Вторая — магическая составляющая. Третья, должно быть, система. Не знаю, кто прав, я или ты. Может быть, тут и правда какой-то заговор двух миров и проект этот общий… Но со мной сделали что-то другое. Во мне нет стихии. И у меня нет маны. Я управляю жизнью: восстанавливаю чужую за счет своей. Что если «моя» жизнь не моя вовсе? Может, я вообще зомби или вампир какой.

Сайто невозмутимо фыркнул. Если собственные слова морозили Юки изнутри, то Сайто было как будто всё равно. Он слушал, воспринимал, принимал как должное и реагировал на реальность. Мгновенно и чутко, когда надо. Невозмутимо и спокойно, когда слова по сути ничего не меняли.

Других холод и внешний пофигизм часто раздражали, задевали за живое и выводили из себя, порождая споры и ссоры на пустом месте. Но для Юки это спокойствие было поддержкой. Хоть кто-то рядом с ним стоял на ногах, не тратя силы на лишние мысли.

— Для зомби ты слишком бодрый, а для вампира — прикус не тот. Думаешь, в тебя впихнули кого-то живого?

— Скорее кусок кого-то живого.

— О, я читал мангу, где в героя зашили сердце оборотня.

— И я не думаю, что они знают, что он живой, — с нажимом закончил Юки. Его опять передернуло. — Лишних шрамов на мне нет, чтоб ты знал.

— Гы. Мало ли в какую дырку пиха…

— Не смешно! Мне снятся сны, Сайто… Чужие. Но я их не помню. Ко мне приходят знания: я чуть с ума не сошел, когда сдавал экзамен. Ты бы знал, сколько в этой вашей… нашей… теории чуши. Иногда я чувствую чужие эмоции, но я почти научился их сдерживать, разделять. И каждый раз, когда знаний слишком много или эмоции слишком сильные, светлеют волосы, да. Накамура-сан как-то сказала, что цвет моей ауры может меняться. Знаешь, я тогда испугался: подумал, вдруг этот кто-то меня сожрет? Он старше. На десятки лет. Может, на сотни.

— И?

— А теперь я уверен, что он не может.

— Или не хочет, — мрачно поправил Сайто, но Юки покачал головой, всё ещё глядя на светлячка в руке.

— Нет. Не может. Но это только догадки, я… я должен узнать, что со мной сделали. Я должен понять, кем я стал или кем ещё стану, — Юки с внезапной силой сжал кулак и треснул по дверце машины. Прошипел очень тихо, сквозь зубы: — Я ненавижу их, Сайто! Ассоциацию. Это они, больше некому. Мне нужно туда, к ним в центр. Заработать доверие, подняться выше, выше, выше! Выше учителя Алета, выше Накамуры-сан, выше Аткинсона, чтоб он сдо…

Юки осекся. Выдохнул.

Успокоился.

Унял дрожь и загнал глубже ярость. Никому, кроме Сайто, нельзя её видеть. Надо учиться сдерживать себя, носить нужные маски. Отец уже объяснял правила таких игр. Только вот Юки сильно сомневался, что он в этой игре игрок, а не какая-то из фигур на доске.

Первым делом им с Сайто нужно выйти из пешек.

— Я даже не представляю как. Только и могу, что играть в послушного им мальчишку. И это меня тоже бесит.

Сайто сбросил скорость, подчиняясь знаку. Указатель обещал кафе, туалеты и уют придорожной гостиницы через каких-то два километра, но на невысказанный вопрос Юки лишь покачал головой: остановка ему не нужна. Только сам себе усмехнулся — на главные вопросы Сайто он опять не ответил. Да и какой у него был ответ? Он не знал, что произошло в кабинете Аткинсона, не мог ничего объяснить, кроме разве что ярости невольного подопытного.

Такого же, как он сам.

Катана… О катане Юки тоже ничего толком не знал. При нужных ресурсах и правильном обращении из неё можно сделать артефакт. Настоящий артефакт такой мощи, что он будет считаться сильным и в иномире. Это Юки рассказал совсем сбито, кратко, да и Сайто больше не слушал. На оставшийся час дороги в машине повисла гнетущая, тяжелая тишина.

Юки и рад бы уснуть, но теперь ему мешали лишние мысли и лишние страхи. Он понимал беспокойство друга, он понимал глубину задницы, в которую обоих запихнули обстоятельства. Но пока не знал, что делать, кроме как плыть по течению.

Скоростная трасса закончилась.

Машина свернула к храму Исэ, Сайто опустил окна, и в салон ворвался свежий лесной воздух. Мерный гул асфальта сменился шорохом гравия.

— Знаешь, Юки… по мне тут всё просто. Что реал, что игра: наша цель лвлап. Чем выше лвл, тем круче скиллы и квесты. Чем круче квесты, тем лучше лут и эпичней заслуги. А чем эпичней заслуги, тем громче репутация. Теперь я хоть как-то понял, во что ты влип. Хочешь стать первым в Ассоциации и добыть всю инфу? — Сайто ухмыльнулся. — Так пошли станем. Делов-то. Я плох во всяких там стратегиях и планах, тут ты как-нибудь сам. А вот зачистить десяток данжей — работа по мне.

Шорох гравия стих. Сайто отстегнул ремень, забрал с заднего сидения катану и чуть обнажил клинок:

— Вносить дамаг в целом не трудно. Скажи, где рубить, дальше дело за малым.

— Думаешь, всё будет так просто?

— Ага. Мне так точно. А остальное ты как обычно разрулишь.

Хлопнула дверь. Юки проводил друга взглядом, запихнул в рот оставшийся бутерброд и допил воду.

Сайто, чтоб его.

С младшей школы у него всё и всегда слишком просто. Но каким-то чудом неизменно работало. Зеркало над головой отразило в себе это «чудо», Юки поймал собственный взгляд и тоже усмехнулся. В целом Сайто, конечно, прав: реал или игра, за твои возможности отвечает только твой уровень.

А стартовые квесты не раскрывают сюжет и очень редко бывают серьезны.

Да и течение — неплохая штука, если несёт куда надо. Уровень тоже подходящий — тридцатый. Кажется, примерно на таком в ММОРПГ и дают первый квест на серьезные данжи.

Что ж… Start game?