Протокол запуска

Глава 1

Глава 1: Белый шум

Самые ранние воспоминания Изуку Мидории не были похожи на воспоминания обычных детей.

Он не помнил первого слова, первого шага или первой улыбки матери. Вместо этого он помнил структуру реальности. То, как свет преломлялся в утренней пыли, создавая голографические радуги на полу его комнаты. То, как звук шагов на лестнице создавал предсказуемую вибрационную волну, достигавшую его кровати за 0.3 секунды до того, как дверь открывалась. То, как падающий лист за окном подчинялся уравнениям, которые его двухлетний мозг каким-то непостижимым образом уже умел решать.

Инсульт.

Именно так врачи впоследствии описывали то, что случилось с Изуку, когда ему было два года. "Обширное цереброваскулярное событие", "аномальная нейронная активность", "критическая нагрузка на неокортекс" — слова, которые Инко Мидория слышала в кабинете невролога, но не могла понять. Она помнила только одно: её сын, её тихий, задумчивый мальчик с большими зелёными глазами, вдруг закричал посреди ночи так, словно его тело разрывало на части.

Он не кричал от боли. Нет. Позже, когда Изуку научился описывать свои ощущения, он объяснил это иначе.

"Представь, что ты всю жизнь смотрел на мир через мутное стекло, мама. А потом кто-то разбил это стекло. И вдруг ты видишь каждую трещину, каждый осколок, каждый блик на каждом осколке одновременно. И ты не просто видишь это — ты понимаешь, как каждый осколок связан с каждым. Ты видишь всю картину сразу. Это слишком много. Это как крик, но не ртом. Кричит сам мозг."

Тот первый крик длился семнадцать секунд. За эти семнадцать секунд Изуку Мидория впервые в жизни применил свою причуду, хотя ни он, ни его родители не поняли этого в тот момент.

Он переместился.

Недалеко. Всего на полметра. Из своей кроватки на пол, прямо рядом с дверью, куда уже бежала перепуганная Инко. Но дело было не в расстоянии. Дело было в том, как он это сделал. В то время как обычные дети с причудами перемещения просто "исчезали и появлялись", Изуку в эти семнадцать секунд увидел каждый миллиметр пути. Он не прошел сквозь пространство — он вычислил его структуру, нашел уязвимость в ткани реальности и пропустил себя через нее.

Цена этого перемещения была чудовищной.

К тому моменту, когда Инко вбежала в комнату, Изуку лежал на полу без сознания. Температура его тела упала до 34 градусов. Сердце билось с частотой 210 ударов в минуту. Анализы показали критическое истощение глюкозы в крови и кетоновых тел — организм сжег все энергетические резервы, какие только мог найти.

Первое "включение" его причуды едва не убило его.

Три недели в больнице. Десятки анализов. Консилиумы лучших врачей Японии, специализирующихся на аномалиях причуд. Вердикт был единогласным и пугающим: причуда Изуку Мидории, какой бы она ни была, требует для активации колоссальных энергетических затрат. Его мозг работает как ускоритель частиц в момент столкновения пучков. Если он будет использовать свою силу без контроля, он умрет.

Инко плакала. Всемогущий, которого она боготворила по телевизору, не мог помочь. Врачи разводили руками. А двухлетний Изуку, очнувшись после трехнедельной комы, впервые посмотрел на мир иными глазами.

Он больше не видел просто мир.

Он видел код.

Часть 2: Архитектура реальности

Детство Изуку Мидории было детством гения, запертого в теле ребенка, которое отказывалось подчиняться собственному разуму.

В три года он самостоятельно освоил интегральное исчисление. Не потому, что кто-то учил его — просто однажды он посмотрел на график изменения температуры за окном и понял, что площадь под кривой описывает количество тепловой энергии за день. Математика была не абстракцией. Математика была языком, на котором с ним говорила реальность.

В четыре года он составил в уме полную карту распределения гравитационного потенциала в их районе. Он знал, где именно нужно стоять, чтобы сила притяжения была минимальной, где воздух имеет наименьшую плотность, где тени создают зоны с пониженной температурой, влияющие на траекторию звука.

В пять лет он впервые увидел "швы".

Это случилось во время прогулки в парке. Изуку смотрел на качели, на которых качалась девочка, и вдруг заметил странную аномалию. В момент, когда качели достигали высшей точки, пространство вокруг них... искажалось. Словно кто-то на мгновение нажимал пальцем на мокрую ткань, создавая вмятину. Длилось это микросекунды, но для мозга Изуку это была вечность.

"Шов", — прошептал он тогда. — "Там шов."

Он не знал, откуда взялось это слово. Оно просто пришло. Как приходили все остальные знания — без объяснений, без учителей, просто как данность.

Мать не поняла. Отец, работавший за границей и редко звонивший, сказал, что у мальчика богатое воображение. Но Изуку знал правду: эти "швы" были ключом. Это были места, где пространство становилось тоньше. Где границы между "здесь" и "там" размывались. Где можно было... проскользнуть.

Эксперименты начались тайно.

Изуку быстро понял, что просто видеть "швы" недостаточно. Чтобы использовать их, нужно было выполнить невероятно сложный набор вычислений. Каждый шов имел свои параметры: толщину, стабильность, "температуру", резонансную частоту с его собственным биополем. Чтобы переместиться, Изуку должен был синхронизировать свои клетки с этим швом — настроить себя, как настраивают радиоприемник на нужную волну.

Первые попытки были катастрофическими.

Однажды, пытаясь дотянуться до игрушки, стоявшей на верхней полке, он заметил шов прямо перед ней. Мысль была простой: "Я окажусь там, возьму игрушку и вернусь обратно". Он запустил вычисления. Синхронизация прошла успешно. В следующее мгновение он действительно оказался у полки.

Но вместе с этим исчезла половина энергии его тела за ближайшие три дня.

Он рухнул на пол, не в силах пошевелить даже пальцем. Сердце колотилось так, словно пыталось вырваться из груди. В глазах двоилось, троилось, распадалось на тысячу осколков. Он лежал так сорок минут, пока мать не нашла его и не вызвала скорую.

Второй приступ.

Врачи сказали Инко, что если это повторится, мозг мальчика может не выдержать. "Синдром когнитивного выгорания", "нейрометаболическая недостаточность", "риск необратимых повреждений" — эти слова выжглись в памяти Инко каленым железом.

Изуку слушал врачей из-за двери палаты. Слушал и понимал: его разум — это суперкомпьютер. Самый мощный из существующих. Но этот компьютер питался от батарейки, рассчитанной на карманные часы. Каждое включение процессора на полную мощность сжигало ресурсы, которые организм копил неделями.

Ему нужно было научиться управлять этим.

Нужно было стать программистом собственного мозга.

Часть 3: Калибровка

Следующие два года стали для Изуку периодом самой интенсивной учебы в его жизни. Он не ходил в детский сад — мать боялась оставлять его без присмотра. Вместо этого он сидел дома, окруженный книгами, которые Инко приносила из библиотеки.

Физика. Квантовая механика. Нейробиология. Метаболизм клетки. Термодинамика. Он проглатывал книги одну за другой, и знания укладывались в его голове в идеальную, стройную систему. Он не учился — он вспоминал. Словно где-то в глубинах его сознания уже была записана вся информация о мире, и чтение просто помогало извлечь её на поверхность.

К семи годам Изуку создал первую версию того, что впоследствии назвал "Протоколом запуска".

Это была не просто инструкция по использованию причуды. Это был полноценный алгоритм взаимодействия с реальностью, состоящий из тысяч строк ментального кода. Он включал в себя:

1. Сканирование окружения. Постоянный, фоновый анализ пространства на наличие "швов", градиентов потенциалов, аномалий плотности.

2. Оценка энергозатрат. Сложнейшая формула, учитывающая массу тела, расстояние перемещения, плотность "шва", текущий метаболический статус организма и даже фазу солнечной активности.

3. Протокол безопасности. Жесткие ограничения, которые Изуку наложил на себя сам. Никаких перемещений дальше трех метров. Никаких перемещений, если уровень глюкозы в крови ниже определенного порога. Никаких перемещений без предварительного трехминутного периода "разогрева" мозга.

4. Режим гибернации. Состояние, в которое он вводил свой мозг, когда не причуду. Снижение фоновой активности, отключение "сканирования", минимизация энергопотребления. Только так он мог накапливать ресурсы для настоящих запусков.

Первое контролируемое перемещение произошло, когда Изуку было шесть лет и одиннадцать месяцев.

Он выбрал самый простой шов — тот, что находился в углу его комнаты, на стыке двух стен. Он был стабильным, предсказуемым, требовал минимальной синхронизации. Изуку рассчитал всё до миллисекунды. Уровень сахара был высок — он специально съел две шоколадки за час до эксперимента. Пульс стабилен. Давление в норме.

Три... два... один... ЗАПУСК.

Это было похоже на падение в ледяную воду и одновременный удар током. Мир схлопнулся в точку, а затем взорвался миллиардом осколков. Изуку не видел, как перемещается — он чувствовал каждый атом своего тела, проходящий сквозь пространственную мембрану. Ощущение длилось вечность. А потом — тишина.

Он стоял в противоположном углу комнаты.

Семьдесят сантиметров.

Он переместился на семьдесят сантиметров.

Изуку рухнул на колени, тяжело дыша, но не теряя сознания. Он сделал это. Он контролировал это. Голова раскалывалась, перед глазами плыли темные пятна, но он оставался в сознании. Он считал пульс: 180 ударов. Много, но не смертельно. Он оценил затраченную энергию: примерно 40% от суточного резерва.

Это была победа.

Маленькая, хрупкая, но победа.

Часть 4: Цена дара

Инко не знала об экспериментах сына. Изуку скрывал их тщательно, как шпион, работающий во вражеском тылу. Он научился имитировать слабость, когда нужно было восстановиться. Научился прятать мигрени за улыбкой. Научился есть за двоих, чтобы накопить достаточно топлива.

Но правда всегда выходит наружу.

Однажды, когда Изуку было семь с половиной, Инко вернулась домой раньше обычного. Она работала в две смены, чтобы оплачивать счета и лечение сына, но в тот день её отправили домой из-за аварии в офисе. Она поднялась по лестнице, открыла дверь и застыла на пороге.

Изуку стоял посреди гостиной. Его глаза были широко открыты и светились — буквально светились — бледно-голубым светом. Вокруг него воздух дрожал, как над раскаленным асфальтом. А через секунду он исчез.

Просто исчез.

И появился в двух метрах левее, возле дивана.

Пауза длилась одно мгновение. Потом Изуку пошатнулся, схватился за голову и начал падать. Инко рванула к нему, успев подхватить сына за секунду до того, как его голова ударилась об пол.

В больнице Изуку пришел в себя через шесть часов. Инко сидела рядом, держа его за руку. Глаза у неё были красные от слез.

— Ты пользовался причудой, — сказала она тихо. Это не было вопросом.

Изуку молчал.

— Врачи сказали, что твой мозг... — её голос сорвался. — Они сказали, что у тебя было что-то вроде микроинсульта. Несколько микроинсультов, Изуку. Твой мозг истекал кровью, пока ты лежал здесь.

— Я контролировал это, мама, — прошептал Изуку. — У меня есть протокол. Я все рассчитал.

— Ты ребёнок! — Инко не выдержала, слезы потекли по щекам. — Ты мой маленький мальчик! Ты не должен рассчитывать такие вещи! Ты должен играть, смеяться, ходить в школу!

— Я не могу, — ответил Изуку, и в его голосе впервые прозвучала та взрослая, пугающая интонация, которая потом будет преследовать Инко всю жизнь. — Я не такой, как все, мама. Мой мозг работает иначе. Если я не буду контролировать это, если я не буду рассчитывать каждый шаг, я умру. А я не хочу умирать. Я хочу жить. Я хочу стать героем.

Инко замерла.

— Героем? — переспросила она. — С такой причудой, которая убивает тебя?

— Именно поэтому, — кивнул Изуку. — Потому что я знаю цену. Потому что каждое перемещение — это риск. Потому что я никогда не смогу использовать свою силу легкомысленно. Я буду считать каждый шаг, мама. Я буду программировать каждое движение. И однажды я стану героем, который спасет людей не силой, а умом.

В палате повисла тишина.

Инко смотрела на сына и видела в его глазах ту самую решимость, которая когда-то заставила её саму выбрать одиночество, работу в две смены, бессонные ночи у его кровати. Она видела себя. Но видела и кого-то другого — того, кто был больше, чем просто её сын.

— Расскажи мне, — сказала она наконец. — Расскажи мне про свой протокол.

В ту ночь, впервые в жизни, Изуку Мидория рассказал кому-то всю правду. О "швах" в пространстве. О вычислениях, которые занимают микросекунды, но сжигают часы жизни. О формулах энергозатрат и протоколах безопасности. О своей мечте — стать героем, который будет использовать свой мозг как самое мощное оружие в мире.

Инко слушала. Слушала и плакала. Но теперь это были не слезы отчаяния. Это были слезы гордости и страха, смешанные в равных пропорциях.

— Хорошо, — сказала она, когда Изуку закончил. — Я не могу запретить тебе пользоваться причудой. Ты прав — если ты не будешь контролировать её, она убьет тебя. Но с этого дня мы делаем это вместе. Я буду следить за твоим питанием. Я буду водить тебя на все обследования. И если твой протокол скажет "нет", ты слушаешься. Обещаешь?

— Обещаю, мама.

Изуку улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему, открыто, как ребёнок.

Но даже улыбаясь, он уже прокручивал в голове новые расчеты. Новые возможности. Новые "швы", которые он заметил в углах больничной палаты. Его мозг никогда не отдыхал. Он просто переключался в режим пониженного энергопотребления.

Где-то далеко, в шумном городе, мальчик с взрывным характером учился использовать свою силу, не задумываясь о последствиях. Где-то мальчик со льдом и пламенем пытался сбежать от тени отца. Где-то девочка с гравитацией мечтала о деньгах для семьи.

А Изуку Мидория, семилетний ребенок с причудой, способной убить его в любой момент, лежал на больничной койке и считал швы в пространстве.

Потому что он уже тогда знал то, что другие поймут гораздо позже.

Каждое перемещение — это уравнение.

Каждое уравнение — это риск.

Каждый риск — это выбор.

А он уже сделал свой выбор.

Он станет героем.

Даже если это убьет его.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №1. Возраст: 7 лет 8 месяцев.

Сегодня впервые успешно применил протокол запуска в стрессовой ситуации. Когда Кацуки (соседский мальчик) толкнул меня на детской площадке, мозг автоматически активировал сканирование. Обнаружил шов в 40 сантиметрах справа. Расчетное время синхронизации: 0.003 секунды. Энергозатраты: 12% суточного резерва. Риск когнитивного выгорания: минимальный. Решение: переместиться.

Я не хотел пугать Кацуки. Я просто хотел избежать удара. Но когда я исчез и появился в трех метрах, он закричал. Наверное, это было страшно — видеть, как кто-то растворяется в воздухе.

Мама говорит, что я должен быть осторожнее. Она права. Но я не могу просто стоять и позволять себя бить. Мой мозг не позволяет мне быть жертвой. Он всегда ищет решение.

Сегодняшний инцидент доказал: протокол работает. Даже в условиях неожиданности я могу сохранять контроль. Но я заметил кое-что странное. Когда я переместился, я на долю секунды увидел... другое место. Не то, куда я перемещался, а какое-то совершенно иное пространство. Темное. Пустое. С тысячью швов, ведущих в никуда.

Что это было? Ошибка вычислений? Или... что-то еще?

Нужно больше данных. Нужно больше тестов. Но сначала — шоколад. Уровень глюкозы упал до критической отметки.

Протокол запуска. Версия 0.7. Тест пройден.

Продолжаю наблюдения.

Так начиналась история героя, чьим оружием стал разум, чьей силой стало вычисление, а чьей слабостью — собственное тело.

История Изуку Мидории, который не получил силу от величайшего героя.

Он родился с силой, которая могла его убить.

И он научился ею управлять.

Глава 2

Глава 2: Поправка на ветер

Часть 1: Начальная школа Такаоба

Первый день в начальной школе Такаоба должен был стать для Изуку Мидории днем надежд и новых открытий. Вместо этого он стал днем, когда он впервые осознал разницу между теорией и практикой, между расчетами на бумаге и реальностью, которая отказывалась подчиняться формулам.

Школа встретила его морем незнакомых лиц, криков, смеха и — причуд. Повсюду были причуды. Девочка с прозрачной кожей, мальчик, который удлинял пальцы, чтобы достать ластик, близнецы, говорившие хором и читавшие мысли друг друга. Для обычного ребенка это было бы чудом. Для Изуку это стало информационным цунами.

Его мозг, всегда работающий на полную мощность, включил сканирование автоматически. Он не мог это контролировать — это было как дыхание, как сердцебиение. В первые пять секунд пребывания в классе он рассчитал:

— Семнадцать активных причуд в радиусе десяти метров.

— Четыре из них создавали постоянные изменения в окружающей среде (температура, влажность, плотность воздуха).

— Две влияли на гравитационный потенциал в микрообъемах.

— Одна — мальчик сзади слева — искажала пространство вокруг своих рук, создавая микроскопические "швы", похожие на те, что использовал для перемещений сам Изуку.

Информации было слишком много. Голова заболела уже через минуту.

— Мидория Изуку? — учительница, молодая женщина с причудой, позволявшей ей временно замедлять время для одного объекта, посмотрела в список. — Твой диагноз... у тебя есть ограничения по физическим нагрузкам?

Класс затих. Все глаза устремились на него.

— Да, — тихо ответил Изуку. — Мне нельзя перенапрягаться.

— Ха! — раздался громкий голос с последней парты. — Слабак!

Изуку не нужно было оборачиваться, чтобы узнать этот голос. Кацуки Бакуго. Сосед, с которым они иногда играли в детстве, пока Изуку не перестал выходить на улицу после больницы. Бакуго всегда был громким, всегда агрессивным, всегда уверенным в своем превосходстве. Его причуда — взрывы из пота — была идеальной для демонстрации силы.

Изуку вздохнул и сел за свободную парту в первом ряду, максимально близко к учительнице. Ему нужно было минимизировать количество объектов для сканирования. Ему нужно было сохранять энергию.

Но, как выяснилось очень быстро, сохранять энергию в одном классе с Кацуки Бакуго было невозможно.

Часть 2: Первое столкновение

Перемены в начальной школе Такаоба были адом для сенсорной системы Изуку.

Дети носились по коридорам, активируя причуды без всякой необходимости. Воздух искрился от разрядов, гудел от вибраций, искажался от температурных перепадов. Мозг Изуку обрабатывал всё это в реальном времени, создавая трехмерную карту школы с точностью до миллиметра. Он знал, где в какой момент находится каждый ученик. Он знал, кто сейчас споткнется, кто кого толкнет, кто использует причуду, чтобы украсть чужой обед.

Это знание не приносило радости. Оно приносило только головную боль.

— Эй, Мидория!

Изуку обернулся. Бакуго стоял в окружении своей свиты — двух мальчиков, которые всегда таскались за ним, как привязанные.

— Чего ты такой тихий? — Бакуго подошел ближе. — Думаешь, если у тебя справка от врача, то можно ничего не делать? Герои не ноют, понял?

— Я не ною, — тихо ответил Изуку. — Я просто...

— Ты просто слабак, — перебил Бакуго. — Я видел, как ты смотришь на причуды других. Завидуешь? Хочешь такую же крутую, как у меня?

Он щелкнул пальцами, и между ними проскочила искра. Небольшой взрыв, чисто для демонстрации.

Изуку сделал шаг назад. Его мозг уже просчитывал варианты. Если Бакуго нападет всерьез, уклоняться придется причудой. А это — энергозатраты. А это — риск.

— У меня есть причуда, — сказал Изуку, надеясь, что это остановит конфликт.

— Правда? — Бакуго прищурился. — И какая? Умеешь болеть? Отличная причуда для героя!

Свита захихикала.

Изуку сжал кулаки. Он знал, что не должен реагировать. Знал, что любой конфликт приведет к использованию причуды. Но внутри него что-то кипело. Обида за годы изоляции. Злость на то, что его считают слабым, не понимая, какую цену он платит за каждую секунду обычной жизни.

— Она не для демонстрации, — выдавил он.

— Ах, не для демонстрации? — Бакуго ухмыльнулся. — Значит, её вообще нет. Ты просто врешь, чтобы тебя не били.

Он толкнул Изуку в грудь. Сильно. Изуку пошатнулся, но устоял. Его мозг мгновенно рассчитал траекторию падения и предложил три варианта перемещения, чтобы смягчить удар.

Он отключил предложения. Не сейчас. Не здесь.

— Отстань от него, Бакуго! — вмешалась девочка с первой парты. Кажется, её звали Аяме, и у неё была причуда, связанная с растениями. — Он новенький!

— Заткнись, цветочек, — огрызнулся Бакуго. — Не лезь не в свое дело.

Но он отступил. Не потому, что испугался девочки, а потому, что прозвенел звонок.

Изуку выдохнул. Первый раунд остался за ним. Он не использовал причуду. Он сохранил энергию.

Но он знал: это только начало.

Часть 3: Наблюдатель

Следующие недели превратились для Изуку в изнурительную кампанию выживания.

Бакуго не забыл его. Он просто выбрал тактику мелких, постоянных укусов. Толчки в коридоре. "Случайные" удары локтем. Насмешки при каждом удобном случае. И, что хуже всего, он начал настраивать других детей против Изуку.

— Мидория — подделка.

— У него нет причуды, он просто врет.

— Слабак, которому место в больнице, а не в школе.

Слова ранили сильнее, чем удары.

Но у слов была и другая сторона. Они давали Изуку данные.

Он начал вести наблюдения. Не из праздного любопытства — это была необходимость. Чтобы выживать рядом с Бакуго, нужно было понимать Бакуго. Предсказывать его действия. Просчитывать его реакции.

Изуку создал в голове досье.

Объект: Бакуго Кацуки.

Причуда: Взрывы из пота. Выделяет нитроглицериноподобное вещество, которое детонирует при контакте с кислородом.

Темперамент: Холерический. Высокая агрессивность, низкий порог фрустрации.

Триггеры: Всё, что угрожает его превосходству. Любое проявление силы у других. Особенно — игнорирование его угроз.

Паттерны поведения:

— Перед атакой всегда повышает голос на полтона.

— Левая рука сжимается в кулак за 0.8 секунды до взрыва.

— Если разозлен сильнее обычного, сначала топает правой ногой.

— Частота дыхания увеличивается на 20% перед серийными атаками.

Изуку записывал эти данные мысленно, систематизировал, классифицировал. Это был единственный способ контролировать ситуацию. Если он знал, когда и как Бакуго нападет, он мог подготовиться. Мог уклониться без использования причуды. Мог сохранить энергию.

К концу первого месяца Изуку мог предсказать действия Бакуго с точностью 87%. К концу второго — 94%. Он знал, в какой день недели Бакуго будет наиболее агрессивен (после плохой оценки по математике). Знал, после каких слов его взрывы становятся сильнее (любое упоминание Всемогущего в связке с другими героями). Знал даже то, что сам Бакуго не знал о себе — например, что он всегда прикусывает губу перед тем, как соврать.

Знание было силой. Но оно же было и бременем.

Потому что знать, что произойдет, и ничего не делать с этим знанием — это особый вид пытки.

Часть 4: Инцидент на физкультуре

День, когда всё изменилось, был обычным вторником.

Физкультура на открытом площадке. Бег на пятьдесят метров. Изуку ненавидел бег — не потому, что не мог бегать, а потому, что бег включал сканирование на полную мощность. Ветер, дыхание соперников, изменение градиентов давления — мозг обрабатывал всё это, пытаясь оптимизировать каждое движение, и это отнимало энергию, нужную для других целей.

Но в тот день проблема была не в беге.

Проблема была в мяче.

Мяч для игры в вышибалы, пущенный рукой Бакуго, летел прямо в лицо Изуку со скоростью, явно превышающей безопасную для детской игры. Бакуго целился не в корпус — он целился в голову. Изуку видел это за секунду до броска по микродвижениям его плеч.

Время замедлилось.

Мозг Изуку включил боевой режим.

Скорость мяча: 18 метров в секунду.

Расстояние: 7 метров.

Время до удара: 0.38 секунды.

Траектория: прямая, цель — переносица.

Угол отклонения при ударе: невозможно рассчитать без данных о деформации мяча.

Вероятность потери сознания при попадании: 73%.

Вероятность сотрясения: 89%.

Варианты:

1. Нырнуть влево. Время реакции: 0.2 секунды. Успех: 45%. Остаточный риск попадания по плечу: 60%.

2. Пригнуться. Время реакции: 0.15 секунды. Успех: 30%. Риск удара по затылку при наклоне: 40%.

3. Использовать причуду. Обнаружен шов в 1.2 метра справа. Время синхронизации: 0.003 секунды. Энергозатраты: 8% суточного резерва. Риск выгорания: минимальный. Успех: 99.7%.

Выбор был очевиден.

Изуку исчез за 0.1 секунды до удара и появился в полутора метрах правее, уже в падении, имитируя обычное уклонение. Мяч пролетел мимо и врезался в стену спортивного зала с глухим стуком.

Тишина.

— ЧТО? — заорал Бакуго. — КАК ТЫ?

Все смотрели на Изуку. Кто-то не понял, что произошло. Кто-то моргал, пытаясь осознать увиденное. Аяме, та самая девочка с растениями, прижала ладони ко рту.

— Ты... ты исчез, — прошептала она.

Изуку поднялся, отряхивая колени. Голова гудела — даже такое короткое перемещение требовало концентрации. Но он справился. Он контролировал ситуацию.

— Это моя причуда, — сказал он ровно. — Мгновенное перемещение.

— Ты... ты врал всё это время? — Бакуго приближался, и в его глазах горело что-то новое. Не просто злость. Смесь злости, любопытства и... угрозы. — Ты притворялся слабаком, а сам умеешь телепортироваться?

— Я не притворялся. Моя причуда...

— МНЕ ПЛЕВАТЬ!

Взрыв. Настоящий взрыв, не искра, а полноценная вспышка, от которой в стороны брызнули искры. Бакуго бросился на Изуку, разъяренный, униженный тем, что его "идеальный" бросок провалился.

Изуку не двинулся с места. Его мозг уже рассчитал траекторию атаки Бакуго.

Скорость приближения: 4 метра в секунду.

Правая рука готовит взрыв средней мощности.

Левая — страховочный захват.

Вероятность первого удара: через 1.2 секунды.

Шов сзади слева. Время синхронизации: 0.003 секунды.

Решение: ждать до последнего момента.

Бакуго замахнулся. В его глазах горело торжество — он был уверен, что Изуку не успеет среагировать.

Изуку исчез за 0.05 секунды до контакта.

Появился в двух метрах за спиной Бакуго.

— Здесь, — сказал он тихо.

Бакуго развернулся, тяжело дыша. Он выглядел растерянным. Впервые в жизни его скорость и сила не имели значения. Противник просто исчезал, оставляя его бить воздух.

— Прекратите! — крикнула учительница, наконец выходя из ступора. — Бакуго, Мидория, ко мне! Немедленно!

Но пока она бежала через площадку, Изуку успел заметить кое-что важное.

Бакуго смотрел на него не просто со злостью. Он смотрел на него с интересом. Хищным, оценивающим интересом охотника, который нашел достойную добычу.

Это было опасно. Но это было и... полезно.

Потому что теперь у Изуку были новые данные.

Часть 5: Эскалация

После инцидента на физкультуре война перешла в новую фазу.

Бакуго больше не пытался застать Изуку врасплох. Он атаковал систематически, методично, словно пытаясь взломать код его причуды. Каждый день приносил новые испытания.

Изуку отвечал вычислениями.

День 1:

Бакуго подкараулил его за углом и попытался схватить за шиворот.

Анализ: тень упала на стену за 0.3 секунды до появления Бакуго. Шов справа.

Результат: перемещение на 1 метр влево. Бакуго хватает воздух.

День 3:

Бакуго бросил в него ластик, пропитанный взрывчатым потом.

Анализ: траектория броска рассчитана на упреждение стандартного уклонения. Но стандартное уклонение — не мой метод.

Результат: перемещение вверх (прыжок+телепортация на 0.5 метра). Ластик взрывается под ногами.

День 5:

Бакуго использовал групповую атаку — его свита окружила Изуку, блокируя возможные направления для перемещения.

Анализ: круг сужается равномерно. Слабое место — зазор между мальчиком справа (медленная реакция) и стеной.

Результат: перемещение в зазор, затем рывок в коридор.

День 7:

Бакуго не атаковал. Весь день он просто смотрел. Следил. Записывал.

Анализ: сбор данных. Он пытается понять паттерны моих перемещений.

Результат: смена тактики. Сегодня все перемещения — только в моменты, когда Бакуго отводит взгляд. Минимум предсказуемости.

Это была битва умов. Изуку против Бакуго. Суперкомпьютер против взрывной силы. И пока что суперкомпьютер выигрывал.

Но цена росла.

Каждое перемещение, даже самое короткое, требовало энергии. К концу первой недели после инцидента Изуку чувствовал постоянную усталость. Он спал по двенадцать часов, но просыпался разбитым. Он ел за троих, но вес падал. Его мозг работал круглосуточно, даже во сне прокручивая варианты будущих атак.

Инко заметила.

— Изуку, — сказала она однажды вечером, когда сын уснул за ужином, уронив голову в тарелку с рисом. — Что происходит в школе?

— Ничего, мама, — ответил Изуку, протирая глаза. — Просто много занятий.

— Ты теряешь вес. Ты спишь на ходу. Я вижу синяки под глазами. Это не "много занятий".

Изуку молчал. Он не мог рассказать матери о Бакуго. Не мог сказать, что каждый день рискует жизнью, просто пытаясь дойти до туалета и обратно. Не мог признаться, что его гениальный мозг, его гордость и проклятие, используется для выживания в войне с девятилетним мальчиком.

— Я справляюсь, — сказал он наконец.

Инко посмотрела на него долгим взглядом.

— Знаешь, — тихо сказала она. — Твой отец... он тоже всегда говорил "я справляюсь". А потом уехал и не вернулся.

Изуку поднял голову.

— Мама...

— Я не говорю, что ты уедешь, — перебила Инко. — Я говорю, что "справляюсь" — это не ответ. Это способ не говорить правду. Но если ты не скажешь мне правду, я не смогу тебе помочь. А ты нуждаешься в помощи, Изуку. Даже суперкомпьютерам нужна техподдержка.

Изуку улыбнулся. Устало, но искренне.

— Ты права, мама. Мне нужна помощь. Но не такая, какую ты можешь дать. Мне нужно... больше энергии. Больше еды. Больше сна. И мне нужно, чтобы ты не волновалась.

— Невозможный пункт, — вздохнула Инко. — Но первые три — выполнимы. С завтрашнего дня — усиленный завтрак. И никаких компьютеров после девяти вечера.

— Договорились.

Они не говорили о главном. О том, что Изуку использует причуду в школе. О том, что это опасно. О том, что однажды он может не рассчитать и сгореть заживо под взглядами одноклассников.

Но иногда молчание — это тоже форма разговора.

Часть 6: Алгоритм уклонения

К концу первого класса начальной школы Изуку создал то, что впоследствии назовет "Алгоритмом уклонения версия 1.0".

Это была не просто техника использования причуды. Это была целая философия выживания.

Основные принципы:

1. Минимизация. Перемещаться ровно настолько, чтобы избежать атаки. Ни сантиметром больше. Каждый лишний сантиметр — лишняя энергия.

2. Интеграция. Перемещение должно выглядеть как часть естественного движения. Споткнулся, пошатнулся, присел завязать шнурок — и телепортировался в процессе. Наблюдатель должен видеть не причуду, а ловкость.

3. Предсказание. Лучшее перемещение — то, которое не нужно совершать. Если знаешь, когда и откуда последует атака, можно просто не оказаться в этом месте.

4. Энергетический менеджмент. Вести учет затрат. Знать свой лимит. Никогда не приближаться к красной зоне.

Изуку записал эти принципы в тетрадь, которую прятал под матрасом. Не потому, что боялся, что кто-то украдет — кто в их возрасте будет воровать тетради с формулами? — а потому, что запись помогала систематизировать мысли.

Каждый день он добавлял новые данные.

Наблюдение: Бакуго чаще атакует справа, потому что правая рука у него сильнее.

Контрмеры: держаться слева от него. Смещать центр тяжести влево перед ожидаемой атакой.

Наблюдение: после неудачной атаки Бакуго всегда делает паузу в 2-3 секунды, чтобы переоценить ситуацию.

Контрмеры: использовать это окно для смены позиции. Перемещаться не сразу, а через секунду после его остановки — он не ожидает атаки в момент "передышки".

Наблюдение: взрывная волна от его причуды создает микроискажения воздуха, которые можно использовать как дополнительный "шов".

Контрмеры: при атаке в упор перемещаться не в сторону, а в эпицентр взрыва, используя созданную им аномалию. Рискованно, но энергозатраты минимальны — шов уже "открыт" взрывом.

Последнее наблюдение было прорывом. Изуку понял, что может использовать причуду Бакуго как топливо для своей. В момент взрыва пространство становилось нестабильным — идеальные условия для перемещения.

Он проверил теорию на практике через неделю.

Бакуго загнал его в угол спортзала. Свита блокировала выходы. Кацуки ухмылялся — на этот раз Изуку некуда было бежать.

— Попался, телепортёр хренов, — сказал он, потирая ладони, с которых уже капал взрывчатый пот. — Сейчас я тебя так приложу, что ты переместишься прямо в больницу.

Изуку не отвечал. Он сканировал пространство.

Швы: три естественных, все заблокированы телами свиты.

Аномалий нет.

Выхода нет.

Бакуго прыгнул вперед, выбрасывая руки в серии взрывов. Воздух наполнился грохотом и дымом.

И в этом дыму Изуку увидел.

Шов. Новый, только что созданный взрывом. Нестабильный, пульсирующий, открытый всего на долю секунды.

Расчет:

Стабильность шва: 23% (критически низкая).

Время существования: 0.02 секунды.

Риск при использовании: высокий (возможность "застревания" в пространстве).

Альтернатив: ноль.

Решение: использовать.

Изуку шагнул прямо в эпицентр взрыва.

В следующее мгновение он стоял за спиной Бакуго, целый и невредимый. Одежда дымилась, но тело было чистым. Он прошел сквозь взрыв, использовав его энергию как дверь.

Бакуго обернулся. В его глазах впервые появилось что-то похожее на страх.

— Ты... монстр, — выдохнул он.

Изуку покачал головой.

— Нет. Я просто считаю быстрее, чем ты взрываешь.

Часть 7: Цена победы

Тот день стал поворотным.

После инцидента в спортзале Бакуго прекратил прямые атаки. Он понял, что в честном бою не может победить существо, которое исчезает и появляется где хочет, используя его же взрывы как трамплины.

Но он не сдался. Он просто сменил тактику.

Теперь это была психологическая война.

Бакуго не трогал Изуку сам. Он натравливал на него других. Он распускал слухи. Он делал всё, чтобы Изуку стал изгоем, чтобы каждый день в школе превращался в испытание, не требующее причуд, но выматывающее не меньше, чем драка.

И это работало.

Потому что против слухов и изоляции причуда была бессильна.

Изуку не мог телепортироваться от одиночества. Не мог рассчитать формулу, которая заставит других детей разговаривать с ним. Не мог найти шов, ведущий в компанию друзей.

Он был один.

Абсолютно, математически один.

Даже Аяме, которая пыталась защитить его в первый день, теперь отворачивалась, когда он проходил мимо. Бакуго слишком силен, слишком влиятелен. Никто не хотел становиться его мишенью.

Изуку понимал это. Понимал и принимал. Потому что понимание — это то, что у него получалось лучше всего.

Причина: Бакуго создал систему социального давления.

Следствие: изоляция целевого объекта.

Механизм: страх перед репрессиями.

Решение: нет. Не в рамках текущих ограничений.

Единственным решением было терпеть. Ждать. Копить силы и знания.

Каждый вечер Изуку возвращался домой, падал на кровать и смотрел в потолок. Голова гудела от дневных вычислений. Тело ныло от постоянного напряжения. Душа... душа болела так, что никакие формулы не могли это описать.

Но он вставал. Утром. Снова. Шел в школу. Снова.

Потому что внутри него жила мечта. Мечта о том, что однажды всё это будет иметь смысл. Что однажды он станет героем, и эти годы одиночества и борьбы станут фундаментом, на котором построена его сила.

Часть 8: Уроки выживания

К концу первого класса начальной школы

Изуку Мидория усвоил несколько важных

урокова

Урок первый: сила не равна победе

Бакуго был сильнее физически. Его

причуда была мощнее, разрушительнее,

зрелищнее. Но в их личной войне

Изуку не проиграл ни одного прямого

столкновения. Потому что он был умнее

Потому что он считал быстрее. Потому

что он превратил защиту в искусство

Урок второй: знания стоят энергии.

Каждое наблюдение, каждый записанный

паттерн, каждый проанализированный

взгляд Бакуго — всё это требовало

вычислительных мощностей. А

вычислительные мощности требовали

энергии. Изуку научился распределять

ресурсы, понимая, что некоторые битвы

нужно проиграть, чтобы выиграть войну,

Урок третий: одиночество — это тоже

данные.

Быть одному больно. Но в одиночестве

есть и преимущество — никто

не отвлекает. Никто не мешает

анализировать. Никто не требует

эмоциональных затрат, которые можно

потратить на вычисления. Изуку не

выбирал одиночество, но он научился

использовать его

Урок четвертый: ветер всегда вносит

поправки.

Самая совершенная формула бесполезна,

если не учитывать переменные

среды. Ветер, освещение, настроение

противника, фаза луны — всё имело

значение. Изуку научился включать B

расчеты тысячи факторов, делая свои

предсказания точнее с каждым днем.

Урок пятый, самый важный: даже

суперкомпьютер может сгореть.

Однажды, после особенно тяжелой

недели, Изуку потерял сознание прямот

на уроке. Не от перемещения — от

лстощения. Его мозг просто выключился

как перегретый процессор. Он очнулся в

ольнице, с матерью, плачущей над ним, и

зрачами, которые качали головами

— Еще немного, — сказал главный

врач, — и последствия могли быть

необратимыми.

Инко смотрела на сына с такой болью, что

Изуку впервые задумался: а правильно

ли он поступает? Стоит ли его цель того,

чтобы мать проходила через это снова и

снова?

Но ответ приходил сам. В тех редкие

моменты, когда он видел по телевизору

Всемогущего, спасающего людей

с улыбкой. В те секунды, когда он

представлял, как однажды сам станет

кем-то большим, чем просто "странный

мальчик с причудой"

— Я буду осторожнее, мама, — пообещал

он. — Я создал новый протокол. Более

строгий. Я не буду превышать лимиты.

Твои лимиты, тихо сказала Инко, — не

в компьютере. Твои лимиты — в сердце

Ты не умеешь останавливаться, когда

дело касается других.

Изуку промолчал. Потому что она была

права.

Эпилог главы: Журнал

наблюдений

Запись №47. Возраст: 8 лет 2 месяца

Сегодня Бакуго не атаковал. Вообще. Весь

день он просто смотрел. Иногда, когда я

оборачивался, наши взгляды встречались,

ивего глазах было что-то новое. Не

злость. Не ненависть. Что-то вроде.

уважения? Нет, для уважения он слишком

горд. Скорее, признание. Он признал, что я

достойный противник.

Это опасно. Теперь он будет готовиться

серьезнее. Изучать мои паттерны. Искать

слабые места

Но это и возможность. Потому что, пока

он изучает меня, я изучаю его. И моя база

данных растет быстрее.

Сегодняшнее наблюдение: когда Бакуго

не атакует, а наблюдает, его пульс

замедляется до б5 ударов в минуту Это на

20% ниже, чем в состоянии покоя. Значит

наблюдение для него — тоже работа. Тоже

напряжение.

Мы оба учимся. Мы оба растем. Мы оба

готовимся к следующим битвам.

Интересно, понимает ли он это? Понимает

ли, что мы — два конца одного уравнения?

Что без него я никогда не научился бы

так точно рассчитывать траектории, так

быстро находить швы, так экономно

расходовать энергию?

Наверное, нет. Бакуго не мыслит

уравнениями. Он мыслит взрывами.

А я мыслю ветром.

Поправка на ветер — это не просто

метафора. Это способ существования.

Это умение видеть невидимое

учитывать неочевидное, предсказывать

непредсказуемое.

И я благодарен Бакуго за то, что он

заставил меня этому научиться.

Хотя, конечно, никогда не скажу ему этого

всЛух.

Протокол запуска. Версия 1.2.

Алгоритм уклонения: оптимизирован.

Энергоэффективность: повышена на 15%.

Следующая цель: научиться использовать

взрывные швы стабильно, с минимальным

риском застревания.

Продолжаю наблюдения

Так проходили годы начальной школы

для Изуку Мидории. Война с Бакуго,

которая могла сломать любого другогс

ебенка, стала для него университетом

выживания, академией тактики,

лабораторией по изучению человеческого

поведения.

Он не знал тогда, что эти уроки

пригодятся ему очень скоро. Что в мире

есть враги страшнее, чем взбешенный

одноклассник с взрывной причудой. Что

однажды ему придется применять свои

алгоритмы не для уклонения от кулаков, а

для спасения жизней

Но всё это будет потом.

А пока — восьмилетний мальчик с

зелёными волосами и усталыми глазами

сидел на больничной койке, жевал

поколадку, которую принесла мама, и

прокручивал в голове новые формулы.

Ветер дул. Швы мерцали. Война

продолжалась.

А он считал.

Глава 3

Глава 3: Системная ошибка

Часть 1: Идеальные вычисления

Второй класс начальной школы Такаоба стал для Изуку временем относительного затишья.

Бакуго больше не атаковал открыто. Война перешла в холодную фазу — взгляды исподлобья, случайные столкновения в коридорах, напряженное молчание за обеденным столом в столовой. Но прямых нападений не было. Кацуки словно выжидал, накапливая данные, изучая противника так же тщательно, как Изуку изучал его.

Изуку использовал эту передышку с максимальной эффективностью.

Он оптимизировал всё.

Питание:

Завтрак: 800 калорий (овсянка с медом, банан, два яйца).

Обед: 1200 калорий (рыба, рис, овощи, дополнительный десерт).

Ужин: 1000 калорий (мясо, сложные углеводы).

Перекусы: каждые два часа — орехи, шоколад, фрукты.

Сон:

9 часов ночью + 30 минут дневной сон после школы.

Фазы сна рассчитаны так, чтобы просыпаться между циклами REM.

Учеба:

80% времени — базовые предметы.

20% времени — углубленная физика и математика (самостоятельно).

Тренировки мозга:

Каждое утро — 15 минут медитации для снижения фоновой активности.

Каждый вечер — решение сложных уравнений для "разогрева" нейросетей.

Во время еды — пассивное сканирование окружения в полсилы.

Изуку чувствовал себя хорошо. Лучше, чем когда-либо. Его тело наконец начало привыкать к нагрузкам, его мозг научился эффективнее распределять ресурсы, его протоколы работали без сбоев.

К середине второго класса он мог позволить себе до пяти микро-перемещений в день без риска выгорания. Этого было достаточно, чтобы уклоняться от любых неожиданностей и даже помогать другим детям — например, ловить падающие предметы или подхватывать споткнувшихся.

Никто не благодарил. Но Изуку и не ждал благодарности. Он просто тестировал свои возможности.

Всё шло по плану.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой.

Часть 2: Первая трещина

Это случилось в середине октября, в обычный вторник, на обычном уроке математики.

Изуку решал задачу у доски. Простая задача для третьего класса, но учительница любила вызывать его, потому что он всегда давал идеально правильные ответы. Сегодняшняя задача была про поезда, выезжающие навстречу друг другу.

— ...следовательно, они встретятся через 47 минут, если первый поезд увеличит скорость на 10 км/ч после первого часа пути, — закончил Изуку и повернулся к классу.

И в этот момент мир вокруг него... дрогнул.

Это было похоже на сбой в кинофильме. На долю секунды изображение потеряло резкость, цвета инвертировались, звуки превратились в белый шум. А потом всё вернулось в норму.

Никто ничего не заметил. Только Изуку замер у доски, чувствуя, как сердце пропустило удар.

— Мидория-кун? — учительница нахмурилась. — Ты закончил?

— Д-да, — выдавил он. — Извините.

Он вернулся на место, стараясь не показывать паники. Но внутри него уже запустилась диагностика.

Что это было?

Сканирование окружения: норма.

Швы: стабильны.

Энергетический уровень: 78% (выше нормы).

Пульс: 92 (слегка повышен, но в пределах допустимого).

Давление: норма.

Причина сбоя: не определена.

Рекомендации: наблюдение.

Изуку наблюдал. Остаток урока прошел нормально. Перемена — нормально. Обед — нормально. К концу дня он почти убедил себя, что это была случайность, единичный глюк, не стоящий внимания.

Он ошибался.

Часть 3: Каскад отказов

Три дня спустя сбой повторился. На этот раз — во время перемещения.

Изуку заметил, что девочка из параллельного класса споткнулась на лестнице и падала вниз. Он не думал — он просто среагировал. Шов справа, расстояние 2 метра, время синхронизации 0.002 секунды, энергозатраты 5%...

Он переместился.

И застрял.

На одно бесконечное мгновение он повис между "здесь" и "там". Пространство вокруг него превратилось в вязкую жидкость, сквозь которую невозможно было двинуться. Он видел лестницу, падающую девочку, испуганные лица детей — но не мог пошевелиться. Не мог дышать. Не мог даже моргнуть.

А потом его выбросило.

Он появился у подножия лестницы, прямо в том месте, куда целился. Девочка упала в двух метрах от него, но успела выставить руки и отделалась ушибом. Никто не заметил, что Изуку появился из ниоткуда — все смотрели на девочку.

Кроме одного человека.

Бакуго стоял в конце коридора и смотрел прямо на него. Взгляд был тяжелым, изучающим. Он видел. Он видел заминку. Он видел слабость.

Изуку отвернулся и пошел прочь, стараясь не шататься. Голова раскалывалась. Перед глазами плыли темные пятна. В ушах звенело.

Он едва доплелся до туалета, закрылся в кабинке и рухнул на колени перед унитазом. Его вырвало желчью — желудок был пуст, несмотря на плотный обед. Тело трясло в ознобе. Температура падала.

Системная диагностика:

Уровень глюкозы: 2.1 ммоль/л (критический).

Кетоновые тела: 4.5 ммоль/л (опасный кетоз).

Нейронная активность: нестабильная, множественные микро-сбои.

Причина: перегрузка вычислительных мощностей без адекватного восстановления.

Прогноз: без немедленного вмешательства — отказ системы в течение 24 часов.

Изуку достал из рюкзака аварийный запас — шоколадный батончик, который всегда носил с собой на такой случай. Руки тряслись так сильно, что он с трудом развернул обертку. Он впился зубами в шоколад, жуя и глотая, не чувствуя вкуса.

Шоколад помог. Через десять минут тряска прекратилась. Через двадцать минут он смог встать. Через тридцать — выйти из туалета и сделать вид, что ничего не случилось.

Но правду нельзя было скрыть даже от самого себя.

Его система давала сбой.

Часть 4: Синдром выгорания

Диагноз, который поставили врачи через неделю обследований, звучал как приговор.

— Синдром когнитивного выгорания, — сказал невролог, пожилой мужчина с усталыми глазами, который наблюдал Изуку с самого первого инцидента. — Вторая стадия.

Инко побелела.

— Что это значит? — спросила она дрожащим голосом.

— Это значит, что мозг вашего сына работает на пределе возможностей уже слишком долго. Представьте процессор компьютера, который разгоняли до максимальной частоты и держали в таком режиме месяцами. В конце концов, транзисторы начинают выгорать. Соединения рвутся. Система дает сбои.

— Но он... он же ребенок! — Инко сжала руку Изуку так сильно, что костяшки побелели. — Ему всего восемь лет!

— Возраст не имеет значения, — покачал головой врач. — Причуда Мидории-куна уникальна. Я изучал литературу, консультировался с коллегами в Токио и даже в Америке. Случаи подобной когнитивной нагрузки на мозг ребенка единичны. В большинстве известных историй...

Он замолчал.

— В большинстве? — переспросила Инко. — Что было в большинстве?

Врач посмотрел на Изуку. В его взгляде было что-то странное — смесь профессионального любопытства и человеческой жалости.

— В большинстве случаев дети не доживали до вашего возраста, Мидория-кун. Их мозг просто... отключался. Как компьютер, который перегрелся и сгорел.

В кабинете повисла тишина.

Изуку смотрел на свои руки. Маленькие, детские руки, которые еще не знали настоящей работы. Руки, которыми он так мечтал однажды спасать людей.

— Что мне делать? — спросил он тихо. — Я не могу просто перестать думать. Мой мозг работает всегда.

— Знаю, — кивнул врач. — Именно это и делает вашу ситуацию сложной. Но есть одно решение. Временное, но необходимое.

— Какое?

— Полный запрет на использование причуды. На год. Может быть, на два.

Инко ахнула. Изуку поднял голову.

— Но... это невозможно. Если я не буду использовать причуду, я не смогу...

— Что? — перебил врач. — Уклоняться от хулиганов? Спасать падающих детей? Изуку, я знаю, что ты хочешь быть героем. Я видел таких детей, как ты. Они все хотят быть героями. Но герои не могут спасать других, если сами мертвы. Твой мозг нуждается в отдыхе. В полном, абсолютном отдыхе. Никаких перемещений. Никаких вычислений в боевом режиме. Никакого сканирования швов. Ты должен научиться жить как обычный ребенок.

— Я не умею, — прошептал Изуку. — Я никогда не умел.

— Придется научиться, — жестко сказал врач. — Иначе через год мы будем говорить не о лечении, а о прощании.

Часть 5: Режим гибернации

Первая неделя без причуды была адом.

Изуку просыпался утром, и его мозг автоматически запускал сканирование комнаты. Он заставлял себя остановиться. Он смотрел в стену и считал до ста, пока фоновые процессы не затихали.

В школе он видел швы повсюду — в углах коридоров, на стыках стен, в искривлениях воздуха вокруг причуд других детей. Каждый шов кричал: "Используй меня!". Каждый шов обещал мгновенное перемещение, уход от реальности, спасение от Бакуго.

Но Изуку не поддавался.

Он ходил по коридорам медленно, как все. Он ждал своей очереди в столовой, как все. Он терпел толчки и насмешки, как все слабые дети, у которых нет защиты.

Бакуго заметил перемену почти сразу.

— Что, телепортёр сломался? — спросил он через неделю после начала "режима гибернации", когда Изуку не увернулся от его локтя в коридоре. — Чего не исчезаешь?

Изуку промолчал. Он не мог объяснить. Не мог сказать правду. Не мог просить о пощаде.

Бакуго ударил сильнее. Изуку упал.

— Вставай, слабак! — заорал Кацуки. — Покажи свою крутую причуду!

Изуку встал. Медленно, опираясь о стену. В глазах у него темнело — не от удара, а от истощения. Даже обычный день без причуды отнимал у него больше энергии, чем у других детей. Его мозг всё равно работал на полную мощность, просто теперь без "разрядки" перемещениями.

— У меня нет причуды, — сказал он тихо. — Я всегда был слабым.

Бакуго замер.

— Чего?

— Ты был прав, — продолжил Изуку, глядя в пол. — Я врал. У меня нет причуды. То, что ты видел... это был не я. Это была ошибка.

Бакуго смотрел на него долго, тяжело. В его взгляде мелькнуло что-то странное — разочарование? Облегчение? Изуку не мог прочитать эмоции, потому что запретил себе анализировать.

— Ты жалок, — выплюнул наконец Бакуго и ушел, уводя свиту.

Изуку остался стоять в коридоре, прижимаясь спиной к холодной стене. Глаза щипало от слез, которые он запрещал себе лить.

Он только что отказался от себя. От того, что делало его особенным. От мечты стать героем.

Но выбора не было.

Часть 6: Уроки обычности

Месяцы без причуды тянулись бесконечно.

Изуку учился жить заново. Учился не видеть швы. Учился не просчитывать траектории. Учился не реагировать на опасность вычислениями.

Это было похоже на ампутацию. Часть его мозга, самая активная, самая живая, просто отключилась. Он чувствовал себя наполовину мертвым.

Но были и неожиданные открытия.

Оказалось, что мир без вычислений — другой. Более медленный. Более тусклый. Но в нем было что-то, чего Изуку никогда не замечал раньше.

Запах дождя перед грозой.

Тепло солнца на коже.

Вкус еды, когда не торопишься съесть её между расчетами.

Смех других детей — даже если смеются не над тобой, а просто так.

Изуку начал вести новый дневник. Не журнал наблюдений за причудами, а просто записную книжку, куда записывал впечатления.

Сегодня видел, как Аяме поливает цветы на подоконнике. Она улыбалась. Цветы пахли сладко. Я не знал, что цветы могут так пахнуть.

Бакуго сегодня не пришел в школу. Говорят, заболел. Без него в классе тихо. И немного грустно. Странно, правда? Я скучаю по человеку, который делает мне больно.

Мама купила новое печенье. Оно хрустит, когда откусываешь. Я съел три штуки подряд и не считал калории. Мама улыбнулась. Я тоже.

Маленькие радости. Обычные, человеческие радости, которых Изуку был лишен все эти годы.

Инко замечала перемены.

— Ты стал спокойнее, — сказала она однажды вечером, когда они вместе смотрели телевизор. — Раньше ты всегда был напряжен, даже когда отдыхал. А сейчас... ты будто выдохнул.

— Я не использую причуду, мама. Мой мозг отдыхает.

— Это хорошо?

— Не знаю, — честно ответил Изуку. — Часть меня чувствует, что я предаю себя. Другая часть... просто рада, что не болит голова.

Инко обняла его.

— Ты не предаешь себя, Изуку. Ты лечишься. Это разные вещи.

Изуку хотел верить ей. Очень хотел.

Но в глубине души, в тех уголках сознания, которые он не мог отключить полностью, тлела тревога.

Без причуды он был никем. Обычным мальчиком со странным диагнозом. Таким, о которых не пишут в журналах про героев. Таких не берут в академии. Такие не спасают людей.

Такие просто живут и умирают незамеченными.

Он не хотел такой судьбы. Но выбора не было.

Часть 7: Инцидент на переходе

Всё изменилось в один весенний день, когда Изуку возвращался из магазина.

Он шел по пешеходному переходу, неся пакет с продуктами для мамы. В наушниках играла музыка — он начал слушать музыку, чтобы заглушить фоновые вычисления, которые всё еще пытались пробиться.

Он не видел машину.

Она вылетела из-за поворота на красный свет, визжа тормозами. Водитель, молодой парень с причудой ускорения, явно превысил скорость и не справился с управлением.

Изуку замер на середине перехода. Машина неслась прямо на него. Время, казалось, замедлилось.

Мозг включился мгновенно.

Скорость автомобиля: 80 км/ч (22 м/с).

Расстояние: 15 метров.

Время до удара: 0.68 секунды.

Масса автомобиля: примерно 1200 кг.

Вероятность выживания при ударе: 12%.

Шов слева: стабильность 89%.

Расстояние до шва: 2.3 метра.

Время синхронизации: 0.003 секунды.

Энергозатраты: 7%.

Риск выгорания: средний.

Альтернатив: нет.

Изуку переместился за 0.1 секунды до удара.

Машина пронеслась мимо, сбив светофор и врезавшись в столб. Изуку стоял на тротуаре, тяжело дыша, чувствуя, как мир вращается вокруг него.

Голова взорвалась болью.

Это была не та боль, к которой он привык. Не тупая мигрень после расчетов. Это была острая, режущая боль, словно кто-то вонзил раскаленную иглу прямо в мозг. Изуку упал на колени, выронив пакет. Продукты покатились по асфальту.

— Мальчик! — крикнул кто-то. — Вызовите скорую!

— Он жив? Он стоял прямо перед машиной!

— Как он оказался здесь? Я видел, он был на дороге!

Голоса доносились словно из-под воды. Изуку пытался встать, но ноги не слушались. Перед глазами плыла тьма.

Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание — лицо Бакуго.

Кацуки стоял на другой стороне улицы, с пакетом из магазина в руках, и смотрел на него широко открытыми глазами. В его взгляде не было злости. Не было насмешки. Только чистый, первобытный ужас.

Он видел. Он видел перемещение. Он видел, как Изуку спас себя.

И он видел, как Изуку упал.

Часть 8: Грань

Изуку очнулся в больнице через три дня.

Первое, что он увидел — лицо матери. Инко выглядела так, словно постарела на десять лет. Глаза опухли от слез, волосы растрепаны, одежда мятая.

— Изуку! — закричала она, когда он открыл глаза. — Изуку, сыночек!

Она сжала его так сильно, что он едва мог дышать. Но он не жаловался. Он просто лежал, чувствуя тепло материнских объятий, и пытался понять, жив он или уже умер.

— Что случилось? — прошептал он.

— Ты... ты чуть не погиб, — всхлипнула Инко. — Машина... врачи сказали, что у тебя было кровоизлияние в мозг. Небольшое, но... Изуку, ты мог умереть. Ты мог не проснуться.

Изуку молчал. Он помнил. Помнил машину, расчеты, перемещение. Помнил боль, которая пришла после.

— Я должен был, мама. Если бы я не переместился...

— Я знаю, — перебила Инко. — Мне рассказали. Ты спас себя. Но какой ценой? Врачи говорят, что ещё одно такое перемещение — и последствия могут быть необратимыми. Ты понимаешь? Необратимыми! Ты можешь потерять память. Можешь перестать говорить. Можешь...

Она не договорила, снова разрыдавшись.

В палату вошел врач. Тот самый невролог, который предупреждал их год назад.

— Мидория-кун, — сказал он устало. — Вы нарушили все наши договоренности.

— У меня не было выбора, — тихо ответил Изуку.

— Я знаю. Именно поэтому вы живы. Но теперь цена стала выше. Ваш мозг... у него появился "рубец". Место, где нейронные связи были разрушены и восстановлены неправильно. Каждое новое перемещение будет проходить через этот рубец. Каждое новое перемещение будет рискованнее предыдущего.

— Что это значит? — спросила Инко.

— Это значит, что отныне использование причуды для Мидории-куна — это русская рулетка. Он может переместиться сто раз без последствий. А может переместиться один раз — и не вернуться. Никто не может предсказать, когда сработает этот рубец.

В палате повисла тишина.

Изуку смотрел в потолок. Белый, стерильный, бесконечный потолок больничной палаты.

— Значит, я больше никогда не смогу использовать причуду, — сказал он. Это не было вопросом.

— Если хотите жить — да, — ответил врач. — Если хотите быть героем — может быть, вы найдете способ. Но я, как врач, обязан предупредить: любой способ будет смертельно опасным.

Он вышел, оставив их наедине с правдой.

Инко плакала. Изуку молчал.

А в коридоре, за дверью палаты, стоял мальчик с взлохмаченными светлыми волосами. Он пришел узнать, жив ли его враг. Он пришел убедиться, что тот, кто заставил его сомневаться в собственном превосходстве, не умер.

Бакуго Кацуки слышал каждое слово.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №0.

Я не знаю, как нумеровать эту запись. Мой старый журнал сгорел — мама случайно уронила его в камин, когда убиралась в моей комнате. Она плакала и извинялась, но я не злюсь. Может, это даже к лучшему.

Я в больнице. Уже две недели. Врачи говорят, что я поправляюсь. Мой мозг... они называют это "ремиссией". Красивое слово. Оно означает "временное улучшение". Никто не говорит, что будет дальше.

Я думал о том, что случилось на переходе. О машине. О перемещении. О том, что было после.

Я спас себя. Я сделал правильный расчет. Я выполнил все условия протокола. И всё равно чуть не умер.

Значит, дело не только в протоколе. Дело в том, что моя причуда не прощает ошибок. Никаких. Даже идеальный расчет может убить, если тело не выдерживает.

Я должен стать сильнее. Не умнее — умнее я уже достаточно. Сильнее физически. Выносливее. Чтобы тело могло выдерживать то, что делает мозг.

Но сначала — восстановление. Врачи правы: если я сорвусь сейчас, я умру. А я не хочу умирать. Я хочу жить. Я хочу стать героем.

Интересно, это вообще возможно? Герой, который может умереть от одного использования своей силы?

Наверное, да. Если этот герой — я.

Бакуго приходил сегодня. Не в палату, а в коридор. Я видел его тень под дверью. Он стоял там долго, минут двадцать, а потом ушел. Я не знаю, зачем он приходил. Проверить, жив ли я? Убедиться, что я больше не опасен?

Я не умею читать мысли. Только вычислять вероятности.

Вероятность того, что Бакуго волновался за меня: 15%.

Вероятность того, что он хотел убедиться в моей слабости: 60%.

Вероятность того, что он просто проходил мимо: 25%.

Я выбираю верить в 15%. Потому что без веры в людей невозможно стать героем.

Протокол запуска: остановлен.

Режим гибернации: активирован.

Срок: неопределенный.

Буду жить. Буду ждать. Буду готовиться.

Когда-нибудь я снова включу систему.

Когда-нибудь.

А пока — просто живу.

Изуку Мидория.

Возраст: 8 лет 7 месяцев.

Состояние: критическое, но стабильное.

Мечта: всё та же.

Так закончился первый серьезный кризис в жизни Изуку Мидории. Кризис, который едва не стоил ему не только мечты, но и самой жизни.

Он выжил. Он восстановился. Он научился жить без причуды.

Но в глубине его сознания, в том самом "рубце", который оставило кровоизлияние, теперь постоянно пульсировала мысль:

Система может дать сбой в любой момент.

Но система может и перезагрузиться.

Нужно только найти правильный код.

Глава 4

Глава 4: Теория вероятности

Часть 1: Год тишины

Год после больницы Изуку помнил плохо.

Не потому, что память подводила — с его мозгом такие проблемы случались редко. Просто этот год был намеренно пустым. Серым. Однообразным. Изуку сделал всё, чтобы минимизировать любые события, любые впечатления, любые триггеры, которые могли бы заставить его мозг включиться на полную мощность.

Он ходил в школу — и не слышал учителей.

Он сидел на уроках — и не решал задачи.

Он смотрел на одноклассников — и не анализировал их причуды.

Это было похоже на жизнь в вакууме. Безопасно. Стерильно. Мертво.

Инко волновалась.

— Изуку, — говорила она почти каждый вечер. — Ты совсем перестал интересоваться героями. Раньше ты смотрел все новости, все репортажи. А сейчас даже телевизор не включаешь.

— Мне нельзя, мама, — отвечал Изуку. — Если я начну смотреть на героев, мой мозг включит анализ. Я начну просчитывать траектории их движений, оценивать энергозатраты их причуд, искать швы в их перемещениях. А мне нельзя.

— Но ты же не можешь всю жизнь прятаться от самого себя!

— Могу, — тихо сказал Изуку. — Если это значит, что я останусь жив.

Они замолкали. Инко не знала, что сказать. Изуку не знал, что чувствовать.

Так проходили дни, недели, месяцы.

К концу третьего класса начальной школы врачи наконец сказали: "Ремиссия стабильна. Риск повторного кровоизлияния снизился до приемлемого уровня. Но использовать причуду по-прежнему нельзя".

Изуку кивнул. Он уже привык к этой мысли.

Но в глубине души, в том самом "рубце", который напоминал о себе глухой болью при смене погоды, теплилась надежда.

Однажды он снова включит систему.

Однажды он найдет способ использовать свою силу безопасно.

Однажды.

Часть 2: Средняя школа и новые переменные

Переход в среднюю школу стал для Изуку неожиданным подарком судьбы.

Во-первых, Бакуго, несмотря на то что они оказались в одном классе, теперь был занят собственными амбициями. Он готовился к поступлению в старшую школу, тренировал причуду, участвовал в соревнованиях. У него не было времени на систематическую травлю Изуку. Иногда, конечно, проскальзывали взгляды и редкие комментарии, но открытой войны больше не было.

Во-вторых, в средней школе начались серьезные предметы. Физика. Химия. Алгебра. Геометрия. Изуку, который годами подавлял свою тягу к вычислениям, вдруг обнаружил, что может направить её в безопасное русло.

Уравнения. Формулы. Теоремы. Всё это можно было решать без риска для жизни. Всё это позволяло его мозгу работать, не включая опасные режимы сканирования пространства и поиска швов.

Изуку ухватился за эту возможность с отчаянием утопающего.

— Мидория-кун, — сказала учительница физики через месяц после начала занятий. — Ты решил задачу, которую я задала на дом?

— Да, — кивнул Изуку.

— Покажи.

Изуку вышел к доске и за пятнадцать минут исписал её формулами, которые явно выходили за рамки программы седьмого класса. Он не просто решил задачу — он вывел общую формулу для всех возможных вариантов условий, включая трение, сопротивление воздуха и гравитационные аномалии.

Класс молчал. Учительница смотрела на доску с открытым ртом.

— Откуда... откуда ты это знаешь? — спросила она наконец.

— Я читал, — пожал плечами Изуку. — В свободное время.

— В свободное время, — повторила учительница. — В свободное время ты прочитал вузовские учебники по теоретической физике?

— Да. Мне было интересно.

Учительница долго смотрела на него, потом перевела взгляд на класс, потом снова на доску.

— Садись, — сказала она. — Пять. Лучшая работа, которую я видела за десять лет преподавания.

Изуку сел, чувствуя на себе десятки взглядов. В этих взглядах не было враждебности — только удивление и, может быть, немного восхищения.

Впервые в жизни его гениальность принесла ему не боль, а признание.

Часть 3: Квантовый скачок

Чем глубже Изуку погружался в физику, тем больше понимал: его причуда — не магия, а чистая наука.

Мгновенное перемещение, телепортация, пространственные прыжки — всё это описывалось уравнениями. Уравнениями, которые он теперь изучал каждый день.

Квантовая запутанность.

Туннельный эффект.

Деформация пространственно-временного континуума.

Теория струн.

М-теория.

Изуку проглатывал книги одну за другой, и каждая новая книга приближала его к пониманию собственной природы.

Моя причуда не перемещает меня в пространстве, — записал он однажды в новом журнале (теперь это был журнал теоретических изысканий, а не наблюдений за людьми). — Она создает квантовую копию моего тела в целевой точке и разрушает оригинал. По сути, я умираю и воскресаю каждую миллисекунду перемещения. Неудивительно, что это требует столько энергии.

Это открытие потрясло его до глубины души.

Он не просто "перемещался". Он уничтожал себя и создавал заново. Каждое использование причуды было маленькой смертью и маленьким рождением.

Тогда становится понятным "синдром выгорания", — продолжал он запись. — Мой мозг — не просто процессор. Это центр управления, который должен синхронизировать уничтожение и воссоздание триллионов клеток. Любая ошибка синхронизации — и новая копия будет отличаться от оригинала. Дефекты. Мутации. Смерть.

Вопрос: можно ли оптимизировать этот процесс? Можно ли снизить энергозатраты, создавая не полную копию, а только "разницу" между позициями?

Ответ: да, если использовать принципы квантовой коррекции ошибок. Нужно создать алгоритм, который перемещает не всё тело, а только "информацию" о его положении. Тогда затраты снизятся в сотни раз.

Проблема: я не знаю, как это сделать. Пока.

Изуку закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном шел дождь. Обычный, земной дождь. Капли падали по параболам, которые он мог бы рассчитать с закрытыми глазами. Но он не рассчитывал. Он просто смотрел.

Когда-нибудь, — подумал он. — Когда-нибудь я решу эту задачу. А пока — учусь.

Часть 4: Теорема Бакуго

Бакуго заметил перемены в Изуку почти сразу.

Раньше Мидория был тихим, забитым существом, которое старалось не привлекать внимания. Теперь он стал... другим. Он по-прежнему молчал, но в его молчании появилась уверенность. Он по-прежнему избегал конфликтов, но в его глазах больше не было страха.

Это бесило Бакуго.

— Эй, Мидория, — окликнул он его однажды после уроков. — Чего это ты такой умный стал?

Изуку остановился и медленно повернулся. Бакуго стоял один, без свиты. Просто ждал его у выхода.

— Я всегда был таким, — ответил Изуку. — Просто раньше мне нельзя было это показывать.

— Нельзя? — Бакуго усмехнулся. — Кто тебе запрещал?

— Моя причуда.

Бакуго замолчал. Он вспомнил тот день на перекрестке. Машину. Перемещение. Падение. Больницу.

— Ты тогда чуть не умер, — сказал он тихо. Не вопрос — констатация факта.

— Да.

— Из-за меня? Из-за того, что я заставил тебя использовать причуду всё детство?

Изуку удивленно посмотрел на него. В голосе Бакуго впервые прозвучало что-то похожее на... вину?

— Нет, — сказал он. — Не из-за тебя. Из-за себя. Я сам выбирал использовать причуду. Я сам выбирал не сдаваться. Ты был просто... катализатором.

— Катализатором, — повторил Бакуго. — Опять умничаешь.

— Это слово из химии, — пожал плечами Изуку. — Вещество, которое ускоряет реакцию, но само в ней не участвует.

Бакуго долго смотрел на него. Потом неожиданно усмехнулся.

— Ты реально больной на голову, Мидория. Ты знаешь это?

— Знаю. Врачи подтвердили.

— Идиот, — Бакуго развернулся и пошел прочь. Но через пару шагов остановился и бросил через плечо: — Не умирай больше, понял? Мне нужен достойный противник, когда я стану лучшим героем.

И ушел, не дожидаясь ответа.

Изуку стоял на школьном дворе под мелким дождем и улыбался.

Впервые в жизни Бакуго сказал ему что-то, что можно было истолковать как... заботу?

Вероятность того, что Бакуго действительно волнуется за меня: 34%.

Вероятность того, что он просто не хочет терять удобную мишень для самоутверждения: 52%.

Вероятность того, что я неправильно интерпретирую социальные сигналы: 78%.

Нужно больше данных.

Но данных не было. Было только странное, теплое чувство в груди, которое не описывалось никакими формулами.

Изуку решил не анализировать его. Просто принял как данность.

Часть 5: Теория вероятности

Восьмой класс стал годом прорыва.

Изуку наконец нашел способ совместить свою страсть к вычислениям с безопасностью. Он перестал думать о перемещениях как о физическом действии. Вместо этого он начал рассматривать их как вероятностные события.

Теория вероятности применения причуды:

P(безопасное перемещение) = f(E, D, S, T, H)

Где:

E — энергетический резерв организма

D — расстояние перемещения

S — стабильность пространственного шва

T — текущее состояние рубца в мозге

H — гомеостаз (баланс всех систем организма)

Задача: найти максимальное значение P при минимальных значениях D и S, где S — не стабильность шва, а степень риска.

Изуку выводил формулы неделями. Он заполнял десятки тетрадей расчетами, графиками, диаграммами. Он проверял каждую переменную, каждый коэффициент, каждую зависимость.

К концу восьмого класса у него была готова Теоретическая модель безопасного применения причуды версия 0.1.

Модель утверждала, что безопасное перемещение возможно, если:

1. Расстояние не превышает 1.5 метра.

2. Энергетический резерв не ниже 90%.

3. Интервал между перемещениями — не менее 6 часов.

4. Шов для перемещения имеет естественное происхождение (не создан принудительно).

5. Рубец в мозге находится в фазе минимальной активности (определяется по сложной формуле, учитывающей время суток, атмосферное давление и фазу лунного цикла).

Изуку понимал, что эти ограничения делают его причуду практически бесполезной для геройской деятельности. Но это был первый шаг. Первая научная модель того, что раньше было интуитивным "можно/нельзя".

Если я могу рассчитать безопасность, — думал он, — значит, я могу её контролировать. Если я могу контролировать, значит, я могу постепенно расширять границы.

Главное — не торопиться.

Часть 6: Эксперименты

Первый эксперимент по новой методике Изуку провел в свой день рождения, когда Инко ушла на работу.

Он выбрал самое простое перемещение — из центра комнаты к стене. Расстояние — 1.2 метра. Шов — естественный, на стыке пола и стены, который он изучил за годы жизни в этой комнате до миллиметра.

Уровень глюкозы: 6.2 ммоль/л (идеально).

Пульс: 68 (спокойный).

Давление: 110/70 (норма).

Рубец: фаза минимальной активности (расчет по формуле подтвержден данными за месяц).

P(безопасность) = 0.97

Изуку закрыл глаза, запустил синхронизацию и...

...переместился.

Это было похоже на падение в прохладную воду. Без боли. Без судорог. Без страха. Просто мгновение невесомости — и он уже стоит у стены.

Голова не болела. Глаза не темнело. Сердце билось ровно.

Изуку прислонился к стене и заплакал.

Впервые за четыре года он использовал причуду без последствий. Впервые за четыре года он почувствовал себя собой.

Он стоял и плакал, размазывая слезы по щекам, и улыбался так, как не улыбался с самого раннего детства.

Протокол запуска. Версия 2.0.

Тест №1: УСПЕШНО.

Энергозатраты: 4% от суточного резерва.

Самочувствие: отличное.

Вывод: теория работает.

Следующие месяцы стали временем систематических, осторожных экспериментов.

Изуку тестировал разные расстояния.

Разные типы швов.

Разное время суток.

Разное состояние организма.

Каждое перемещение записывалось в журнал с точностью до миллисекунды. Каждое перемещение анализировалось по десяткам параметров. Каждое перемещение приближало его к пониманию собственных пределов.

К концу восьмого класса он мог:

— Перемещаться на расстояние до 2 метров с вероятностью успеха 95%.

— Использовать причуду до трех раз в день с интервалами не менее 4 часов.

— Определять безопасность шва визуально, без длительных расчетов.

— Комбинировать перемещения с обычными движениями, создавая иллюзию сверхскорости.

Он не был героем. Но он снова был собой.

Часть 7: Интеграл вероятности

Однажды, решая сложную задачу по интегральному исчислению, Изуку наткнулся на неожиданное открытие.

Интеграл вероятности — математический инструмент для расчета накопленной вероятности события во времени — идеально описывал его собственную причуду.

Каждое перемещение — это событие с определенной вероятностью успеха. Но успех одного перемещения влияет на вероятность успеха следующего. Накопленный риск растет как интеграл от функции усталости.

Если я могу рассчитать этот интеграл, я могу предсказать, когда мой мозг войдет в опасную зону. Я могу остановиться за шаг до катастрофы.

Это было революционное открытие.

Изуку создал новый протокол — Протокол интегрального контроля.

Теперь перед каждым перемещением он не просто оценивал текущее состояние. Он вычислял интеграл всех предыдущих перемещений за день, неделю, месяц. Он знал точно, сколько "риска" накопилось в его системе. Он знал, когда нужно остановиться.

К концу девятого класса его протокол работал с точностью 99.8%. За весь год — ни одного срыва, ни одного кризиса, ни одной ночи в больнице.

Инко замечала, что сын стал спокойнее, увереннее, счастливее. Она не спрашивала, в чем дело. Она просто радовалась, что её мальчик наконец улыбается.

Часть 8: Перед прыжком

Последний день в средней школе Изуку запомнил навсегда.

Он стоял на крыше здания, глядя на город. Внизу шумели выпускники, обменивались адресами, обещали писать. А он смотрел вдаль, туда, где виднелись очертания старшей школы — UA, о которой он мечтал всю жизнь.

— Мечтаешь? — раздался голос сзади.

Изуку обернулся. Бакуго стоял в дверях, засунув руки в карманы.

— Вроде того, — ответил Изуку.

— В UA будешь поступать?

— Да.

Бакуго усмехнулся.

— Туда просто так не поступишь. Нужна сила.

— Знаю.

— А у тебя её нет.

— Знаю, — повторил Изуку. — Но у меня есть кое-что другое.

— Что?

Изуку посмотрел на него. Впервые в жизни — прямо, открыто, без страха.

— Я умею считать, Бакуго. Я умею считать быстрее, чем кто-либо в этой стране. Я могу просчитать траекторию твоего взрыва до того, как ты его выпустишь. Я могу найти слабое место в защите любого противника за секунду. Я могу предсказать, куда упадет здание, которое рушится, и где нужно стоять, чтобы выжить.

Бакуго молчал.

— Моя причуда чуть не убила меня, — продолжил Изуку. — Но я научился её контролировать. Я научился использовать её безопасно. Я не могу перемещаться на километры, как другие телепортеры. Но я могу перемещаться туда, где я нужен, с точностью до миллиметра. И я могу делать это снова и снова, потому что я знаю свои пределы.

Он повернулся к городу.

— Я стану героем, Бакуго. Может быть, не таким сильным, как ты. Но я буду спасать людей. И однажды ты поймешь, что сила — это не только взрывы.

Бакуго долго молчал. Потом подошел и встал рядом, глядя в ту же сторону.

— Посмотрим, — сказал он наконец. — Встретимся в UA. Если поступишь.

— Поступлю.

— Посмотрим, — повторил Бакуго и ушел, оставив Изуку одного на крыше.

Изуку улыбнулся.

Ветер дул в лицо, принося запах весны и свободы. Где-то внизу смеялись выпускники. Где-то далеко ждало будущее, полное опасностей и приключений.

Он знал, что готов.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №127. Возраст: 14 лет 10 месяцев.

Сегодня последний день в средней школе. Через два месяца — вступительные экзамены в UA.

Я не знаю, поступлю ли. Вероятность успеха, по моим расчетам, составляет 67%. Это не так много, как хотелось бы. Но я сделаю всё возможное, чтобы превратить эти 67% в 100%.

Моя причуда наконец под контролем. Протокол интегрального контроля работает идеально. За последний год — ни одного сбоя. Ни одной ночи в больнице. Ни одного приступа.

Я доказал: мою причуду можно использовать безопасно. Нужно только считать. Нужно только знать свои пределы.

Теперь нужно доказать это другим. Нужно показать, что герой может быть не только сильным, но и умным. Что расчеты иногда важнее грубой силы. Что знание — это тоже оружие.

Бакуго сегодня сказал "посмотрим". Для него это почти обещание. Он признал, что я могу быть достойным противником. Может быть, даже больше чем противником — соперником. Ровней.

Странно думать об этом. В детстве он был моим кошмаром. Теперь он — мой ориентир. Мой измеритель. Мой способ понять, насколько я вырос.

Я вырос достаточно. Пора прыгать.

Протокол запуска. Версия 2.5.

Режим: подготовка к экзаменам.

Энергетический резерв: оптимизирован.

Моральное состояние: выше среднего.

Следующая цель: поступление в UA.

Вероятность успеха: 67%.

Вероятность того, что я сделаю всё возможное: 100%.

Продолжаю наблюдения. Но теперь — за миром, а не только за собой.

Изуку Мидория.

Будущий герой (надеюсь).

Он закрыл тетрадь и посмотрел на город.

Где-то там, за горизонтом, ждала его судьба. Ждал Всемогущий, который пока даже не знал о его существовании. Ждали друзья, которых предстояло встретить. Ждали враги, которых предстояло победить. Ждала жизнь, которую предстояло прожить.

Изуку Мидория был готов.

Потому что он знал: даже самая сложная задача решается, если подойти к ней с правильной формулой.

Теория вероятности говорила: шанс есть всегда.

А он умел считать шансы.

Глава 5

Глава 5: Встреча на перекрестке

Часть 1: Утро перед бурей

День, который изменил всё, начался обычно.

Изуку проснулся в 6:15, как всегда. Сделал зарядку — легкую, без нагрузок, просто чтобы разогнать кровь. Съел завтрак, рассчитанный по калориям с точностью до пяти единиц. Проверил уровень глюкозы — 5.8, идеально. Проверил пульс — 62, спокойный. Проверил рубец — фаза минимальной активности.

Данные:

Энергетический резерв: 94%.

Интегральный риск за неделю: 12% от допустимого.

Готовность к непредвиденным ситуациям: высокая.

Изуку улыбнулся своему отражению в зеркале. Сегодня был особенный день. Сегодня он собирался пойти в книжный магазин за новым сборником задач по теоретической физике — редкое издание, которое наконец привезли под заказ.

Он не знал, что судьба приготовила ему другой сценарий.

Инко ушла на работу рано, оставив на столе записку: "Не забудь поесть в обед! Люблю, мама". Изуку аккуратно сложил записку и убрал в ящик стола, где хранил все мамины послания. Коллекция росла с каждым годом — сотни маленьких напоминаний о том, что его любят.

Он вышел из дома в 10:15. Солнце светило ярко, но не жарко. Ветер дул с моря, принося запах соли и водорослей. Изуку шел не спеша, позволяя себе просто наслаждаться днем, не включая сканирование на полную мощность.

Он научился этому за годы реабилитации — просто жить, не вычисляя каждый шаг. Иногда это было трудно, иногда — почти невозможно. Но сегодня получалось легко.

Может быть, это было предчувствие. Может быть, организм знал, что скоро ему понадобятся все силы.

Изуку свернул за угол и увидел перекресток.

Часть 2: Зелёная масса

Сначала он подумал, что это новая причуда кого-то из прохожих.

Зелёная, полупрозрачная масса выползала из канализационного люка, как гигантский слизняк. Люди на тротуаре шарахались в стороны, кто-то кричал, кто-то доставал телефоны, чтобы снимать.

Изуку замер. Его мозг включился автоматически.

Объект: неопознанная субстанция. Состав: предположительно органический. Консистенция: вязкая, желеобразная. Скорость распространения: 0.5 метра в секунду. Объем: увеличивается, источник не определен.

Причуда: предположительно трансформация тела в жидкость/гель. Уровень опасности: средний (для гражданских).

Рекомендации: держаться на безопасном расстоянии, вызвать героев.

Изуку отступил назад, доставая телефон. Но пока он набирал номер экстренных служб, масса вдруг ускорилась. Она рванула вперед, словно почуяв добычу, и набросилась на прохожего — мужчину средних лет, который замешкался на тротуаре.

— А-А-А! — закричал мужчина, когда зеленая субстанция начала обволакивать его ноги.

Изуку рванул вперед, забыв про все протоколы безопасности.

Что я делаю?

Я не герой.

У меня нет подготовки.

Я могу умереть.

Мысли проносились в голове со скоростью света, но тело уже двигалось. Он подбежал к мужчине и схватил его за руку, пытаясь вытащить из массы.

Бесполезно. Масса была слишком вязкой, слишком сильной. Она засасывала жертву, как трясина.

— Уходи, парень! — прохрипел мужчина. — Спасайся!

Изуку не слушал. Его мозг работал на пределе.

Состав субстанции: предположительно на водной основе, но с высокой вязкостью. Температура: примерно 36 градусов — температура тела. Значит, это часть злодея, его тело.

Причуда: превращение в слизь. Слабости: неизвестны. Вероятно, уязвимость к высоким температурам или к изменению состава.

У меня нет ни того, ни другого.

Швы: обнаружены три. Один — прямо под массой, созданный её движением. Нестабильный, но доступный.

Риск: критический.

Альтернативы: нет.

Изуку переместился.

Он исчез с тротуара и появился в полуметре над массой, прямо над головой мужчины. В падении он схватил жертву за плечи и дернул вверх, используя гравитацию и инерцию.

Масса взбурлила, пытаясь удержать добычу, но Изуку рассчитал точно. Мужчина вылетел из слизи, как пробка из бутылки, и они оба рухнули на асфальт в двух метрах от злодея.

— Бегите! — крикнул Изуку, поднимаясь на дрожащих ногах. — Быстро!

Мужчина побежал. А зеленая масса повернулась к Изуку.

— Ма-а-альчик, — прошелестел голос изнутри слизи. — Ты исчез и появился. Интересная причуда. Дай-ка попробую тебя на вкус.

Масса рванула вперед.

Изуку не успевал. Шов, который он использовал, исчез — созданный движением злодея, он существовал только долю секунды. Новые швы были слишком далеко. Слизь накрывала его, и он чувствовал, как вязкая субстанция начинает обволакивать ноги.

Конец.

Я ошибся.

Я не рассчитал.

Прости, мама.

Время замедлилось. Изуку видел, как зеленая масса поднимается к его лицу, как люди кричат вдалеке, как солнце отражается в лужах слизи...

И вдруг мир взорвался улыбкой.

Часть 3: Всемогущий

Огромная фигура в красном приземлилась прямо перед ним, сотрясая землю. Удар был такой силы, что зеленая масса разлетелась брызгами во все стороны.

— НЕ БОЙСЯ, МАЛЬЧИК! — прогремел голос, который знал каждый ребенок в Японии. — Я ЗДЕСЬ!

Изуку смотрел, не веря своим глазам.

Всемогущий. Символ мира. Его кумир с самого детства. Стоял в двух метрах от него, заслоняя своей спиной от злодея.

— Т-ты... — выдохнул Изуку.

— ПОЗЖЕ, ПАРЕНЬ! СЕЙЧАС — РАБОТА!

Всемогущий рванул вперед с такой скоростью, что воздух взорвался ударной волной. Один удар — и зеленая масса разлетелась на тысячи осколков. Второй удар — и злодей, принявший человеческую форму, вылетел из собственного тела, как горошина из стручка.

— ДЕТСКИЙ САД, — усмехнулся Всемогущий, закручивая злодея в позу эмбриона. — СЛИЗИСТЫЙ ЗЛОДЕЙ ПОБЕЖДЕН!

Толпа зааплодировала. Кто-то кричал "Всемогущий!", кто-то снимал на телефоны. А Изуку стоял, прислонившись к стене, и пытался вспомнить, как дышать.

Всемогущий обернулся и посмотрел на него.

На одно мгновение их взгляды встретились. В глазах героя мелькнуло что-то — удивление? Интерес? — но потом он улыбнулся своей фирменной улыбкой и поднял большой палец.

— ТЫ ТОЖЕ МОЛОДЕЦ, ПАРЕНЬ! ХРАБРЫЙ ПОСТУПОК! НО В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ ДАЙ ГЕРОЯМ СДЕЛАТЬ ИХ РАБОТУ, ХОРОШО?

Изуку кивнул, не в силах вымолвить ни слова.

Всемогущий собрал злодея и взмыл в небо, оставив после себя только облако пыли и толпу восторженных зрителей.

А Изуку сполз по стене на тротуар и закрыл лицо руками.

Он только что встретил Всемогущего.

Он только что чуть не погиб.

Он только что использовал причуду в критической ситуации.

И он только что понял кое-что важное.

Очень важное.

Часть 4: Послесловие на крыше

Изуку не знал, сколько просидел у стены. Минуту? Десять? Час?

Люди подходили, спрашивали, всё ли в порядке. Он кивал, улыбался, говорил "да, спасибо". Но на самом деле он был где-то далеко, в своих мыслях, в своих расчетах, в своих мечтах, которые вдруг столкнулись с реальностью.

— Мальчик.

Голос раздался сверху. Изуку поднял голову и обомлел.

Всемогущий стоял над ним. Но не тот Всемогущий, которого он только что видел — огромный, мускулистый, сияющий. Этот Всемогущий был... другим. Худым. Изможденным. С впалыми щеками и усталыми глазами.

— Н-не может быть, — прошептал Изуку.

— Тсс, — Всемогущий приложил палец к губам. — Не здесь. Поднимемся на крышу. Нам нужно поговорить.

Через минуту они стояли на крыше соседнего здания. Изуку смотрел на героя и не верил своим глазам. Тот, кого он боготворил всю жизнь, стоял перед ним в облике, который невозможно было узнать.

— Ты видел мою настоящую форму, — сказал Всемогущий. Голос его был тихим, без той громогласной уверенности, с которой он говорил на публике. — Пять лет назад я получил травму в битве с могущественным злодеем. С тех пор я могу быть в геройской форме только ограниченное время. Остальное время — вот такой.

Он развел руками, показывая свое истощенное тело.

— Ты... ты скрываешь это, — догадался Изуку. — Ото всех.

— Да. Если люди узнают, что Символ мира слаб, начнется паника. Злодеи поднимут головы. Преступность вырастет в разы.

Изуку молчал, переваривая информацию. Это было слишком. Слишком много откровений за один день.

— Но ты не поэтому здесь, — продолжил Всемогущий. — Я здесь, потому что видел, как ты сражался. Ты использовал причуду, чтобы спасти того человека. Ты рисковал жизнью, хотя мог убежать. Почему?

Изуку поднял глаза.

— Потому что я хочу быть героем, — сказал он просто.

Всемогущий улыбнулся. Устало, но искренне.

— Я так и подумал. Расскажи мне о себе, мальчик. О своей причуде. О своей мечте.

Изуку рассказал.

Всё. С самого начала. О первых перемещениях, о больницах, о синдроме выгорания, о годе тишины, о теории вероятности, об интегральном контроле. О Бакуго, который считал его слабаком. О матери, которая боялась за его жизнь. О мечте, которая казалась недостижимой.

Всемогущий слушал молча, не перебивая. Когда Изуку закончил, герой долго смотрел на город, раскинувшийся внизу.

— Твоя причуда уникальна, — сказал он наконец. — И опасна. Ты прав, что боишься её использовать. Но ты также прав, что хочешь стать героем. В тебе есть то, что нельзя измерить никакими формулами, Изуку.

— Что? — спросил мальчик.

— Сердце. Ты бросился спасать незнакомого человека, хотя знал, что рискуешь жизнью. Это и есть суть геройства.

Изуку почувствовал, как к глазам подступают слезы.

— Но... но моей причуды недостаточно, — прошептал он. — Я не могу стать героем, если каждое перемещение может меня убить. Я не могу спасать людей, если после одного прыжка падаю без сил.

— Знаю, — кивнул Всемогущий. — И поэтому я хочу предложить тебе кое-что.

Он повернулся к Изуку. В его глазах горел огонь, которого не было минуту назад.

— Я ищу преемника. Того, кто унаследует мою силу. Мою причуду. Того, кто станет следующим Символом мира.

Изуку замер.

— Я... я? Но у меня уже есть причуда! И она опасна! И я слабый!

— Ты не слабый, — перебил Всемогущий. — Ты прошел через то, что сломало бы любого другого. Ты создал систему, позволяющую контролировать смертельную силу. Ты сражался, когда мог убежать. Ты мечтал, когда все вокруг говорили, что это невозможно.

Он положил руку на плечо Изуку.

— Моя причуда — One For All. Она накапливает силу и передается дальше. Если ты примешь её, у тебя будет физическая мощь, которой тебе не хватает. Ты сможешь использовать свою телепортацию без страха, потому что тело выдержит нагрузки. Ты станешь героем, Изуку.

Изуку молчал. Слишком много информации. Слишком много эмоций. Слишком много надежды, которую так больно терять, если она не сбудется.

— Но... но если я приму твою силу, моя причуда... они не конфликтуют?

— Хороший вопрос, — улыбнулся Всемогущий. — Честно? Я не знаю. Никто не знает. Никто из моих предшественников не имел причуды до One For All. Ты будешь первым.

— Первым, — повторил Изуку.

— Да. Это риск. Большой риск. Твоя причуда может конфликтовать с моей. Может усилиться. Может исчезнуть. Может убить тебя. Я не могу обещать безопасность.

Изуку посмотрел на свои руки. Маленькие, слабые руки, которые сегодня спасли человека.

— У меня есть условие, — сказал он. — Прежде чем я скажу "да", я должен кое-что понять.

— Что?

— Моя причуда требует физической выносливости. Если я получу твою силу, тело станет сильнее, да. Но хватит ли этого? Я должен рассчитать. Я должен быть уверен, что не умру в первый же день.

Всемогущий улыбнулся шире.

— Ты действительно уникальный, Изуку. Вместо того чтобы прыгать от радости, ты начинаешь считать. Это именно то, что нужно новому Символу мира.

— Так ты согласен подождать? — спросил Изуку. — Пока я не пойму, можно ли это сделать безопасно?

— Сколько нужно времени?

— Месяцы. Может быть, год. Мне нужно подготовить тело. Нужно рассчитать нагрузку. Нужно создать протокол.

Всемогущий посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату.

— У тебя есть десять месяцев, — сказал он. — Через десять месяцев — вступительные экзамены в UA. Если ты хочешь стать моим учеником, ты должен поступить. А для этого тебе нужно тело, способное выдержать мою силу.

— Десять месяцев, — повторил Изуку.

— Я знаю место. Пляж Дагоба. Там столько мусора, что его хватит на годы уборки. Если ты сможешь очистить его за десять месяцев — своими руками, без причуды — твое тело будет готово.

Изуку кивнул. В его голове уже запускались расчеты.

Пляж Дагоба. Площадь: примерно 500 квадратных метров мусора. Средний вес предметов: от 1 до 500 кг. Количество предметов: несколько тысяч.

Ежедневная нагрузка: подъем и перенос грузов. Тренировка всех групп мышц. Кардионагрузки. Выносливость.

Калорийность рациона: увеличить на 1500-2000 калорий в день.

Режим сна: 9-10 часов.

Риск травм: средний, контролируемый.

Вероятность успеха при полной самоотдаче: 78%.

Принимаю.

— Я сделаю это, — сказал Изуку.

Всемогущий улыбнулся. Впервые за долгое время — по-настоящему, не для публики.

— Тогда до встречи через десять месяцев, Изуку Мидория. Я буду следить за твоим прогрессом.

Он поднялся, готовясь уйти.

— Подожди! — крикнул Изуку. — Один вопрос.

— Да?

— Ты сказал, что моей физической мощи не хватает. Но разве ты не можешь просто дать мне силу, и она сама сделает тело сильнее?

Всемогущий покачал головой.

— Если я дам тебе силу сейчас, твое тело разорвет. One For All — это не просто добавка к существующей мощи. Это колоссальная энергия, которая требует колоссального сосуда. Твой сосуд пока слишком мал.

— Понимаю, — кивнул Изуку. — Значит, сначала сосуд, потом содержимое.

— Именно. Ты быстро учишься.

Всемогущий прыгнул в вечернее небо, исчезая в облаках. Изуку остался один на крыше, глядя на звезды, которые начинали загораться в темнеющем небе.

Его жизнь только что изменилась навсегда.

Часть 5: Анализ встречи

Изуку не спал всю ночь.

Он сидел за столом, заваленным бумагами, и рассчитывал. Рассчитывал всё, что только можно было рассчитать.

Физические параметры:

Текущий вес: 48 кг.

Текущая мышечная масса: недостаточная.

Необходимый прирост мышечной массы за 10 месяцев: 8-10 кг.

Необходимый прирост выносливости: 300%.

Тренировочный план:

Ежедневно: 4-6 часов физической работы на пляже.

Дополнительно: силовые тренировки, кардио, растяжка.

Контроль пульса и давления после каждой тренировки.

Еженедельные замеры прогресса.

Питание:

Калории: 3500-4000 в день.

Белки: 150-170 г.

Жиры: 80-100 г.

Углеводы: 400-500 г.

Витамины и минералы: строго по норме.

Риски:

Травмы опорно-двигательного аппарата: 34%.

Перетренированность: 45%.

Срыв режима из-за болезни: 20%.

Конфликт с учебой: 60%.

Психологическое выгорание: 40%.

Интегральная вероятность успеха при строгом соблюдении режима: 78%.

Приемлемо.

Изуку отложил ручку и посмотрел в окно. Начинался рассвет. Новый день. Новая жизнь.

Десять месяцев, — подумал он. — Десять месяцев ада. А потом — либо смерть, либо рождение героя.

Он улыбнулся.

Впервые в жизни перспектива смерти его не пугала. Потому что теперь у него была цель, ради которой стоило умереть.

И цель, ради которой стоило жить.

Часть 6: Разговор с матерью

Утром Изуку подошел к матери.

— Мама, мне нужно тебе кое-что сказать.

Инко сразу напряглась. Она знала этот тон — так сын говорил только о самом важном.

— Я слушаю.

Изуку рассказал всё. О встрече со злодеем. О спасении человека. О Всемогущем. О предложении. О тренировках. О рисках.

Инко молчала долго. Очень долго.

— Ты хочешь умереть? — спросила она наконец тихо.

— Нет, мама. Я хочу жить. Я хочу жить так, чтобы моя жизнь что-то значила.

— Твоя жизнь уже значима! Для меня!

— Знаю, — кивнул Изуку. — И поэтому я буду осторожен. Я рассчитал всё. Риск приемлемый. Если я буду соблюдать режим, я справлюсь.

Инко смотрела на него и видела не мальчика, а мужчину. Мужчину, который принял решение и готов за него отвечать.

— Ты правда считаешь, что сможешь? — спросила она.

— Да. У меня есть формулы. У меня есть план. У меня есть цель.

— А у меня есть только ты, — прошептала Инко. — Но я не могу запретить тебе. Ты всегда был особенным, Изуку. С самого первого дня. И если ты считаешь, что это твой путь... я приму его.

Она обняла сына так крепко, как только могла.

— Только обещай мне одну вещь.

— Всё что угодно.

— Если станет слишком опасно — остановись. Пожалуйста. Обещай, что остановишься.

Изуку помолчал.

— Обещаю, — сказал он. — Я обещаю, что буду считать каждый шаг. Что буду знать свои пределы. Что не переступлю черту.

Это было не совсем то обещание, которое просила Инко. Но это было лучшее, что он мог дать.

Часть 7: Первый взгляд на пляж

После обеда Изуку отправился на пляж Дагоба.

То, что он увидел, превзошло все ожидания.

Горы мусора. Старые холодильники, ржавые машины, покрышки, мебель, стройматериалы, бытовая техника — всё это громоздилось на песке, создавая футуристический пейзаж постапокалипсиса.

Объем работ: критический.

Время: 10 месяцев.

Ресурсы: только я и мои руки.

Изуку стоял на краю этого хаоса и чувствовал, как внутри поднимается знакомая волна — желание рассчитать, систематизировать, упорядочить.

Первая неделя: разведка и классификация.

Разделить мусор на категории по весу и сложности.

Мелкие предметы — первые два месяца (наработка базы).

Средние предметы — следующие три месяца (рост силы).

Крупные предметы — последние пять месяцев (пик формы).

Ежедневный учет прогресса.

Еженедельная корректировка плана.

Он улыбнулся.

Это было похоже на гигантское уравнение. Уравнение с тысячами переменных, но решаемое. Решаемое, если подойти с умом.

— Начинаем завтра, — сказал он вслух. — Протокол "Пляж". Версия 1.0. Активация.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №128. Возраст: 14 лет 11 месяцев.

Сегодня я встретил Всемогущего.

Я до сих пор не могу в это поверить. Символ мира, мой кумир, герой, на которого я равнялся всю жизнь, стоял передо мной и говорил, что я могу стать его преемником.

Но дело не только в этом.

Дело в том, что я понял сегодня нечто важное. Моя причуда, какой бы опасной она ни была, — это не проклятие. Это дар. Дар, который позволяет мне видеть мир иначе. Дар, который однажды поможет мне спасать людей.

Но одного дара мало. Нужно тело. Нужна сила. Нужна выносливость.

Я рассчитал всё. Десять месяцев тренировок. Пляж Дагоба. Тысячи тонн мусора, который нужно убрать своими руками.

Вероятность успеха: 78%.

Я превращу эти 78% в 100%. Потому что иначе нельзя. Потому что иначе мечта умрет.

Бакуго говорил, что я слабак. Всемогущий сказал, что у меня есть сердце. Мама сказала, что я должен быть осторожен.

Я скажу одно: я сделаю это.

Протокол запуска. Версия 3.0.

Режим: подготовка к наследию.

Срок: 10 месяцев.

Цель: физическая готовность к One For All.

Вероятность успеха: 78%.

Вероятность того, что я сдамся: 0%.

Продолжаю наблюдения. Но теперь — за собой.

Изуку Мидория.

Кандидат в наследники Символа мира.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном начинался новый день. День, который станет первым из трехсот дней ада и надежды.

Изуку Мидория был готов.

Потому что он знал: даже самая сложная задача решается, если подойти к ней с правильной формулой.

А формулы он умел составлять лучше всех.

Глава 6

Глава 6: Программное обеспечение

Часть 1: День первый

Пляж Дагоба встретил Изуку запахом гниющей рыбы и ржавого металла.

Было 5:30 утра. Солнце только начинало подниматься над горизонтом, окрашивая горы мусора в золотисто-розовые тона. Изуку стоял на краю этого техногенного апокалипсиса и сжимал в руках блокнот с планом тренировок.

Температура воздуха: 18°C.

Влажность: 67%.

Ветер: 3 м/с, юго-западный.

Состояние организма: глюкоза 6.1, пульс 72, готовность 100%.

— Начинаем, — сказал он вслух.

Первый объект — старая шина. Изуку наклонился, обхватил её руками и попытался поднять. Шина даже не шелохнулась. Она пролежала здесь годы, наполовину зарывшись в песок, и явно не собиралась сдаваться без боя.

Масса: примерно 15 кг.

Сила сопротивления песка: дополнительно 5-7 кг.

Моя текущая сила: недостаточная.

Изуку уперся ногами, напряг спину и рванул. Шина поддалась с противным чавкающим звуком и вылетела из песка, увлекая его за собой. Он пошатнулся, упал на колени, но шину не выпустил.

— Первый трофей, — улыбнулся он, отбрасывая её в сторону, к началу "чистой зоны".

Так начался первый день.

К 8:00 утра он переместил пятнадцать шин, три пластиковых ящика и один ржавый велосипед. Руки дрожали от напряжения, спина ныла, ладони были стерты до кровавых мозолей.

К 12:00, после четырехчасового перерыва на обед и восстановление, он вернулся и работал до самого заката.

Когда солнце скрылось за горизонтом, Изуку рухнул на песок и просто лежал, глядя на звезды. Его тело кричало от боли. Каждая мышца, каждая кость, каждая клетка требовала отдыха.

Прогресс первого дня: 0.3% от общего объема работ.

Состояние организма: критическое.

Моральное состояние: эйфория.

Он улыбнулся в темноту.

— День первый пройден. Осталось триста девять.

Часть 2: Анатомия боли

Вторая неделя стала проверкой на прочность.

Боль стала постоянным спутником Изуку. Она просыпалась вместе с ним, сопровождала каждый шаг, каждый вдох, каждое движение. Руки превратились в сплошную мозоль. Спина отзывалась острой болью на любую нагрузку. Ноги дрожали даже когда он просто стоял на месте.

Но он продолжал.

Каждое утро в 5:00 — подъем.

5:30 — прибытие на пляж.

5:30-8:00 — работа.

8:00-9:00 — завтрак и отдых.

9:00-12:00 — работа.

12:00-14:00 — обед, сон, восстановление.

14:00-17:00 — работа.

17:00-19:00 — ужин, анализ, планирование следующего дня.

19:00-21:00 — дополнительная работа при свете фонарей.

21:30 — отбой.

Шестнадцать часов активности. Восемь часов сна. Ни минуты безделья.

Инко приходила на пляж по вечерам, принося ужин и глядя на сына с ужасом и гордостью.

— Ты себя убиваешь, — сказала она однажды.

— Нет, мама. Я себя строю. Это разные вещи.

— Выглядит одинаково.

Изуку улыбнулся и откусил огромный кусок рисового шарика. Его организм требовал калорий с такой жадностью, что он мог есть бесконечно.

— Скоро станет легче, — пообещал он. — Мышцы привыкнут. Тело адаптируется. Это просто первый этап.

— А потом будет второй?

— Потом будет третий. И четвертый. И так до самого экзамена.

Инко покачала головой, но спорить не стала. Она видела в глазах сына тот огонь, который невозможно погасить никакими словами.

Часть 3: Программное обеспечение

К концу первого месяца Изуку понял, что просто физической работы недостаточно.

Да, его мышцы росли. Да, выносливость увеличивалась. Но процесс шел слишком медленно. Организм сопротивлялся переменам, цеплялся за старые привычки, отказывался перестраиваться так быстро, как требовалось.

Нужен был системный подход.

Изуку создал новую дисциплину, которую назвал "Программное обеспечение тела".

Аппаратное обеспечение — это мышцы, кости, связки. То, что растет и укрепляется.

Программное обеспечение — это нейронные связи, мышечная память, координация. То, что учит тело работать эффективно.

Он понял, что его мозг — идеальный инструмент для программирования тела. Если он сможет создать правильные нейронные пути, тело будет двигаться эффективнее, тратить меньше энергии, быстрее восстанавливаться.

Задача: создать алгоритм движений, минимизирующий энергозатраты при максимальной эффективности.

Метод: визуализация, ментальная репетиция, анализ каждого движения.

Цель: превратить тело в идеальный инструмент для One For All.

Изуку начал тренироваться по-новому.

Теперь перед каждым подходом он закрывал глаза и прокручивал в голове идеальное движение. Он видел, как мышцы сокращаются в правильной последовательности, как суставы сгибаются под оптимальным углом, как центр тяжести смещается ровно настолько, чтобы сохранить баланс.

Потом он открывал глаза и повторял это движение в реальности.

Разница была колоссальной.

То, что раньше требовало пяти попыток, теперь получалось с первой. То, что раньше отнимало часы, теперь занимало минуты. Его тело училось, впитывая инструкции мозга как губка.

Эффективность движений: повышена на 34%.

Энергозатраты: снижены на 22%.

Скорость восстановления: увеличена на 40%.

Изуку записывал данные в журнал, систематизировал, анализировал. Каждый день приносил новые открытия. Каждое движение становилось предметом изучения.

— Ты как робот, — сказал однажды парень, случайно проходивший мимо пляжа и остановившийся поглазеть на странного мальчика, методично перетаскивающего мусор. — Движешься как по программе.

— Спасибо, — ответил Изуку. — Это комплимент.

Парень пожал плечами и пошел дальше. А Изуку записал в журнал:

Наблюдение: посторонние замечают алгоритмичность движений. Значит, техника работает. Нужно сделать её еще более естественной, чтобы она не выглядела искусственной.

Часть 4: Кривая обучения

Второй месяц принес новые вызовы.

Изуку вышел на плато. Прогресс, который вначале был стремительным, замедлился до черепашьего шага. Веса не росли. Выносливость не увеличивалась. Мышцы отказывались реагировать на нагрузки.

Диагноз: адаптация организма. Требуется смена стимулов.

Изуку пересмотрел программу.

Вместо однообразной работы — интервальные нагрузки.

Вместо подъема тяжестей — взрывные движения.

Вместо длительных подходов — короткие, интенсивные серии.

Он разбил пляж на сектора и работал с каждым сектором по особой методике.

Сектор А (легкий мусор): скоростная работа, минимум отдыха, максимальная частота движений.

Сектор В (средний мусор): силовая работа, медленные подъемы, контроль каждого движения.

Сектор С (тяжелый мусор): взрывная работа, рывки, максимальное усилие за минимальное время.

Каждый день он менял порядок секторов, заставляя тело адаптироваться к новым условиям. Каждую неделю он увеличивал нагрузку ровно настолько, чтобы организм не успевал привыкнуть.

К концу второго месяца плато было прорвано.

Новые показатели:

Сила: +45% от начальной.

Выносливость: +60%.

Скорость движений: +30%.

Координация: улучшена на 50%.

Изуку стоял посреди пляжа, глядя на горы мусора, которые уже начали редеть. Впервые он позволил себе поверить, что успех возможен.

Часть 5: Ошибка в расчетах

Третий месяц едва не стал последним.

Изуку переоценил свои силы. Ему казалось, что он уже достаточно силен, чтобы браться за самые тяжелые предметы. Огромный холодильник, наполовину вросший в песок, выглядел как достойный вызов.

Масса: примерно 80 кг.

Сила сопротивления: 20-30 кг.

Итоговая нагрузка: 100-110 кг.

Моя текущая сила: на пределе, но возможно.

Изуку обхватил холодильник, уперся ногами и рванул.

Холодильник не сдвинулся.

Изуку рванул сильнее, подключив спину и плечи. Холодильник качнулся, но остался на месте. И тогда Изуку сделал ошибку — он дернул резко, с максимальным усилием, забыв про технику.

В спине что-то хрустнуло.

Боль была мгновенной и ослепительной. Изуку упал на песок, не в силах пошевелиться. Каждое движение отзывалось адом в пояснице.

Он лежал и смотрел в небо, чувствуя, как паника поднимается в груди.

Травма. Серьезная. Надолго.

Тренировки под угрозой.

Экзамен под угрозой.

Мечта под угрозой.

— Нет, — прошептал он. — Нет, нет, нет.

Он попытался встать и упал снова, закричав от боли.

Часть 6: Перезагрузка

Три недели Изуку провел почти без движения.

Врачи сказали: растяжение мышц спины, микротравма позвоночника. Полный покой на месяц. Никаких нагрузок. Никаких тренировок. Только лежать и ждать.

Изуку лежал и сходил с ума.

Каждый день бездействия отбрасывал его назад. Мышцы атрофировались. Выносливость падала. График, рассчитанный с точностью до дня, летел в пропасть.

Потеря: 21 день.

Снижение силы: 15%.

Снижение выносливости: 25%.

Время наверстывания: минимум 30 дней.

Прогноз успеха: снижен с 78% до 52%.

Изуку смотрел в потолок и считал трещины. Сотни трещин, каждая со своей длиной и направлением. Он мог бы рассчитать их все, составить карту, найти закономерности.

Но это не помогало.

— Ты себя убиваешь, — сказала Инко, сидя рядом. — Не телом — душой. Прекрати.

— Я не могу, мама. Время уходит.

— Время есть всегда. Главное — чтобы ты был жив.

Изуку закрыл глаза.

Он вспомнил свой первый кризис, когда ему было восемь. Больницу. Страх. Беспомощность. И то, как он выбрался — через расчеты, через понимание, через принятие своих ограничений.

Может быть, это такой же урок?

Может быть, тело говорит мне: "Не торопись. Ты не готов. Подожди".

Может быть, я должен не сражаться с реальностью, а принять её и адаптироваться?

Он открыл глаза.

— Мама, принеси, пожалуйста, мои тетради.

— Какие?

— Все. И книги по физике. И блокноты.

Инко удивленно посмотрела на него, но послушалась.

Следующие три недели Изуку не тренировался телом. Он тренировался мозгом.

Он пересчитал всю программу заново. Каждое движение, каждый подход, каждый день. Он нашел ошибки в своих расчетах — места, где он завышал свои возможности, где фактор восстановления, где переоценивал скорость адаптации.

Он создал новую программу. Более безопасную. Более эффективную. Более... человечную.

Новая программа:

Учет фаз луны для планирования интенсивности.

Включение обязательных дней полного отдыха.

Чередование типов нагрузок по биоритмам.

Контроль гормонального фона через питание.

Психологическая разгрузка каждые 5 дней.

Когда он вышел из дома через три недели, у него был не просто план. У него была философия.

Часть 7: Синергия

Четвертый и пятый месяцы стали временем расцвета.

Тело, отдохнувшее и восстановившееся после травмы, впитывало нагрузки как губка. Мозг, настроенный на новую программу, работал в идеальной синергии с мышцами.

Изуку больше не был просто мальчиком, перетаскивающим мусор. Он был единым организмом, где каждая клетка знала свою задачу.

Данные четвертого месяца:

Сила: +60% от начальной.

Выносливость: +85%.

Скорость: +40%.

Координация: +70%.

Данные пятого месяца:

Сила: +85% от начальной.

Выносливость: +110%.

Скорость: +55%.

Координация: +90%.

Пляж менялся на глазах.

Горы мусора таяли, освобождая песок. Появились первые участки чистого пляжа — маленькие, но такие прекрасные, что Изуку иногда останавливался и просто смотрел на них.

Он чувствовал, как меняется его тело. Руки, раньше тонкие и слабые, теперь покрылись рельефными мышцами. Спина, вечно сутулая, распрямилась. Ноги стали мощными, как у спринтера.

Он смотрел на себя в зеркало и не узнавал.

— Кто это? — спросил он однажды маму, показывая на отражение.

— Это мой сын, — улыбнулась Инко. — Наконец-то.

Часть 8: Седьмой месяц и откровение

На седьмом месяце произошло нечто странное.

Изуку работал с особо тяжелым предметом — старым двигателем от лодки, который весил килограммов сто пятьдесят. Он поднимал его, используя всю силу и технику, и вдруг... почувствовал.

Шов.

Прямо под двигателем, созданный его весом и давлением на песок. Шов был нестабильным, пульсирующим, но идеально подходящим для перемещения.

Изуку замер.

Если я перемещу двигатель, — подумал он, — я сэкономлю час работы. Но это использование причуды. А мне нельзя.

Но если я использую её в тренировочных целях, с контролем, с расчетом...

Это риск. Но это и тест.

Он опустил двигатель на песок и отошел на шаг. Закрыл глаза. Запустил вычисления.

Стабильность шва: 67% (выше среднего).

Расстояние: 2.5 метра.

Энергозатраты: 8%.

Интегральный риск за неделю: 23% (допустимо).

Состояние рубца: фаза покоя.

Решение: попробовать.

Изуку сосредоточился на двигателе, на шве под ним, на пространстве между "здесь" и "там". Он представил, как двигатель исчезает и появляется в чистой зоне. Он синхронизировал свои нейроны с пульсацией шва.

И двигатель исчез.

Появился он в трех метрах левее, в чистой зоне, мягко опустившись на песок.

Изуку стоял и смотрел на него, не веря своим глазам.

Он только что переместил объект. Не себя — объект. Это было нечто новое. Нечто, что он никогда раньше не пробовал.

Моя причуда работает не только на мне?

Я могу перемещать предметы?

Тогда... тогда какие у неё границы?

Он провел остаток дня в экспериментах. Перемещал шины, ящики, мелкие предметы. С каждым разом получалось лучше. С каждым разом он понимал больше.

Моя причуда — не телепортация. Моя причуда — манипуляция пространством. Я не перемещаю себя — я "складываю" пространство, соединяя две точки. И в эту складку может попасть всё, что угодно.

Я могу перемещать объекты.

Я могу перемещать части объектов.

Я могу...

Он остановился, потому что дальше были только вопросы. Вопросы, на которые предстояло найти ответы.

В этот вечер он записал в журнал:

Открытие седьмого месяца: моя причуда — не то, что я думал. Она глубже. Шире. Опаснее. И прекраснее.

Нужно исследовать. Но не сейчас. Сначала — пляж. Сначала — One For All.

Потом — всё остальное.

Часть 9: Финишная прямая

Последние три месяца пролетели как один день.

Изуку работал как одержимый. Теперь, когда он мог перемещать тяжелые предметы причудой, процесс ускорился в разы. Но он использовал эту возможность с осторожностью — не больше двух-трех перемещений в день, только для самых тяжелых объектов, только при идеальных условиях.

Пляж пустел.

К концу девятого месяца чистой была уже половина.

К середине десятого — три четверти.

За две недели до экзамена остались последние завалы.

Всемогущий появлялся иногда — наблюдал издалека, не вмешиваясь. Один раз он подошел, когда Изуку, обессиленный, лежал на песке после особенно тяжелого дня.

— Как ты? — спросил герой.

— Жив, — выдохнул Изуку.

— Это хорошо. Потому что через две недели тебе понадобится не только жизнь, но и сила.

— Я готов.

Всемогущий улыбнулся.

— Знаю. Я следил за твоим прогрессом. Ты сделал невозможное, парень.

— Это просто расчеты, — пожал плечами Изуку. — Физика. Биология. Никакой магии.

— Самая сложная магия, — покачал головой Всемогущий. — Магия дисциплины. Магия веры. Магия упорства.

Он протянул руку и помог Изуку подняться.

— Еще две недели. А потом — новая жизнь. Ты готов?

Изуку посмотрел на почти чистый пляж. На свои руки, покрытые мозолями и шрамами. На горизонт, за которым начиналось будущее.

— Готов, — сказал он.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №245. Возраст: 15 лет 9 месяцев.

Последний день на пляже Дагоба.

Я стою на чистом песке и не верю своим глазам. Триста дней назад здесь были горы мусора. Сегодня — только море, небо и песок.

Я сделал это.

Я, Изуку Мидория, мальчик, который едва не умер от собственной причуды, мальчик, которого считали слабаком, мальчик, у которого не было никаких шансов — я сделал это.

Мое тело изменилось до неузнаваемости. Вот данные:

Вес: 58 кг (+10 кг).

Мышечная масса: +80%.

Жировая масса: -5%.

Сила: +150% от начальной.

Выносливость: +200%.

Скорость: +70%.

Я готов.

Завтра — экзамен в UA. Завтра — первая встреча с One For All. Завтра — новая жизнь.

Я не знаю, что ждет меня там. Знаю только одно: я сделаю всё возможное. И невозможное — тоже.

Потому что невозможное — это просто задача, у которой пока нет решения.

А я умею решать задачи.

Протокол запуска. Версия 4.0.

Режим: боевой.

Состояние организма: пиковое.

Состояние духа: непоколебимое.

Завтра — экзамен.

Послезавтра — новая жизнь.

Продолжаю наблюдения. Уже в новом мире.

Изуку Мидория.

Кандидат в герои.

Он закрыл тетрадь, поднял голову к звездам и улыбнулся.

Где-то там, в ночном небе, тоже улыбался Всемогущий, глядя на своего ученика.

Где-то там спал Бакуго, которому снились сны о величии.

Где-то там готовились к экзаменам будущие друзья и враги.

А Изуку Мидория стоял на чистом песке и чувствовал, как океанский ветер обдувает его новое, сильное тело.

Он был готов.

К чему угодно.

Глава 7

Глава 7: Входное тестирование

Часть 1: Утро перед битвой

Изуку не спал всю ночь.

Это не было бессонницей от страха — он давно научился контролировать тревогу. Это был сознательный выбор. Последние часы перед экзаменом он посвятил не сну, а подготовке.

3:00 — проверка снаряжения. Спортивный костюм, кроссовки, бутылка с водой, энергетические батончики, блокнот с расчетами.

4:00 — легкая разминка. Растяжка, суставная гимнастика, дыхательные упражнения.

5:00 — завтрак. Идеально рассчитанный по калориям и составу.

6:00 — медитация. Настройка мозга на рабочий режим.

7:00 — выход.

Инко провожала его у двери. Она не спала тоже.

— Ты справишься, — сказала она, обнимая сына. — Ты всегда справлялся.

— Знаю, мама. Спасибо.

— Я буду ждать. И не важно, что там случится — ты уже герой для меня.

Изуку улыбнулся и вышел в утро.

Город просыпался. Люди спешили на работу, открывались магазины, начинался обычный день. Но для Изуку этот день не был обычным. Этот день должен был изменить всё.

По дороге к UA он прокручивал в голове сценарии.

Вероятность практического экзамена: 99%.

Форматы: спасение манекенов, бой с роботами, полоса препятствий.

Мои сильные стороны: анализ, скорость принятия решений, причуда (ограниченно).

Мои слабые стороны: отсутствие боевого опыта, ограниченность причуды, неизвестность One For All.

Стратегия: использовать анализ на 100%, причуду — только в критических ситуациях, One For All — если не останется выбора.

Он не знал, передаст ли Всемогущий силу до экзамена или после. Герой сказал только: "Когда будешь готов". А готов ли он сейчас? После десяти месяцев ада на пляже?

Проверим.

Здание UA возникло перед ним неожиданно. Огромное, футуристическое, оно возвышалось над городом как символ надежды и силы. Изуку остановился у ворот и просто смотрел.

— Нервничаешь?

Голос сзади заставил его обернуться. Перед ним стоял высокий парень в очках, с квадратным лицом и очень серьезным выражением.

— Н-немного, — признался Изуку.

— Это нормально, — кивнул парень. — Я тоже. Меня зовут Иида Тенья. Будем поступать вместе.

— Мидория Изуку. Очень приятно.

Они обменялись рукопожатиями, и Изуку почувствовал что-то странное. Это было первое рукопожатие с ровесником, которое не было формальностью. В этом жесте чувствовалась искренность.

Иида Тенья. Вероятно, из семьи героев — манера речи, осанка, уверенность. Причуда, скорее всего, связана с двигательным аппаратом — мышцы ног развиты непропорционально. Характер: ответственный, правильный, возможно, занудный. Потенциальный союзник.

— Пойдем? — предложил Иида.

— Пойдем.

Они вошли в ворота вместе.

Часть 2: Письменный экзамен

Первая часть оказалась неожиданно легкой.

Письменный тест по общеобразовательным предметам был рассчитан на среднего выпускника средней школы. Изуку, который самостоятельно изучал вузовскую физику и высшую математику, решил все задачи за половину отведенного времени.

Он проверил ответы трижды, внес правки в два задания и сдал работу с чувством выполненного долга.

Вероятность прохода по письменной части: 100%.

Но расслабляться было рано. Впереди ждало главное испытание.

В аудиторию вошел высокий мужчина в черном костюме, с длинными волосами и усталым взглядом. Он посмотрел на абитуриентов так, словно они уже его утомили.

— Я ваш инструктор на сегодня, — сказал он без всякого энтузиазма. — Айзава Шота. Или Ирасер, если вам так привычнее. Слушайте внимательно, потому что повторять не буду.

В аудитории воцарилась тишина.

— Практический экзамен будет проходить на специальной тренировочной площадке. Ваша задача — набрать как можно больше очков, уничтожая тренировочных роботов. Роботы имеют разную ценность: один очко за мелких, два за средних, три за крупных. Есть один робот нулевой ценности — огромный, предназначенный для имитации катастрофы. С ним связываться не советую.

Кто-то поднял руку.

— Вопрос?

— Сколько всего роботов?

— Неважно, — отрезал Айзава. — Важно, сколько вы уничтожите. Время — десять минут. Мест — сорок. Поступают только лучшие.

Он обвел взглядом аудиторию.

— Есть вопросы? Нет? Тогда идем.

Изуку поднялся вместе со всеми. Его мозг уже работал на полную мощность.

Роботы: три категории. Ценность обратно пропорциональна количеству. Стратегия: большинство пойдет за крупными (три очка), игнорируя мелких. Значит, на мелких будет низкая конкуренция. Если собрать много мелких, можно набрать больше очков, чем те, кто гоняется за крупными.

Оптимальная стратегия: собирать мелких, перехватывать средних, крупных — только если рядом и без риска.

Причуда: использовать только для спасения от критических ситуаций. One For All: если будет угроза провала.

Он вышел на площадку и занял позицию.

Рядом стоял Иида, сосредоточенный и напряженный. Чуть дальше — девушка с розовыми щеками и добрыми глазами, которая нервно теребила пальцы.

Где-то в толпе мелькнули светлые волосы Бакуго. Он не смотрел в сторону Изуку — только вперед, на поле боя.

— НАЧАЛИ! — прогремел голос из динамиков.

Часть 3: Первые минуты

Площадка взорвалась движением.

Абитуриенты рванули вперед, кто-то сразу активируя причуды, кто-то выбирая позиции. Роботы появлялись из укрытий, из-под земли, из стен — десятки механических монстров, готовых атаковать.

Изуку не побежал. Он остался на месте на три секунды.

Сканирование:

Мелкие роботы: 47 единиц, распределены равномерно.

Средние: 12 единиц, в основном в центре.

Крупные: 3 единицы, по углам площадки.

Нулевой: 1 единица, в центре, пока не активирован.

Траектории движения абитуриентов: большинство бежит к центру (крупные роботы). Значит, периферия будет свободна первые 2-3 минуты.

Маршрут: левый фланг, обходной путь, сбор мелких, затем смещение к центру, когда конкуренция снизится.

Он побежал.

Первые две минуты были идеальными. Мелкие роботы подставлялись один за другим, и Изуку уничтожал их ударами ног и рук, используя технику, отработанную на пляже. Десять очков. Пятнадцать. Двадцать.

Темп: 10 очков в минуту. При таком темпе за 10 минут — 100 очков. Этого должно хватить.

Но потом начались проблемы.

К третьей минуте мелкие роботы кончились в его секторе. Пришлось смещаться ближе к центру, где уже кипела настоящая битва.

И там он впервые увидел Бакуго в действии.

Кацуки двигался как ураган. Взрывы гремели один за другим, разнося роботов в клочья. Он не собирал очки — он сметал всё на своем пути. Крупный робот, на которого другие боялись нападать, разлетелся на куски от серии взрывов.

— 45 очков! — крикнул кто-то из судей.

Изуку сглотнул.

45 очков за 3 минуты. Бакуго уже набрал больше, чем я. Нужно ускоряться.

Он рванул к ближайшему среднему роботу, но его опередил парень с причудой электрификации — тот просто коснулся робота, и механизм заискрил, падая замертво.

Конкуренция растет. Нужно менять стратегию.

Изуку отступил в тень, пережидая, пока основные игроки разберутся с крупными целями. Он видел, как Иида носится по полю с невероятной скоростью, сбивая роботов одного за другим. Видел, как девушка с розовыми щеками парит в воздухе, создавая невесомость и сбрасывая роботов с платформ. Видел, как другие абитуриенты демонстрируют причуды, о которых он мог только мечтать.

Я слабее всех, — подумал он. — Физически — может быть, нет. Но моя причуда бесполезна в такой битве. Я не могу использовать её массово. Я не могу атаковать ею. Я могу только...

Мысль оборвалась, потому что земля под ногами дрогнула.

Часть 4: Нулевой робот

Из центра площадки поднялась махина.

Огромный робот, размерами с многоэтажный дом, вырвался из-под земли, сокрушая всё вокруг. Его руки, похожие на экскаваторные ковши, крушили здания, его ноги оставляли кратеры в асфальте.

— Это нулевой! — закричал кто-то. — Уходите!

Абитуриенты бросились врассыпную. Крупные роботы были опасны, но этот был смертелен. Одно неверное движение — и ты раздавлен в лепешку.

Изуку побежал вместе со всеми. Но на бегу его мозг продолжал анализировать.

Размеры: высота 20 метров, ширина 10 метров.

Скорость передвижения: 5 метров в секунду.

Зона поражения руками: радиус 15 метров.

Уязвимые места: суставы, сочленения, скорее всего, есть кабель питания или гидравлика.

Но это неважно. Он нулевой. Его уничтожение не дает очков. Надо уходить.

Он почти добежал до безопасной зоны, когда услышал крик.

— Помогите!

Девушка с розовыми щеками лежала на земле, придавленная обломками. Над ней нависала тень гигантского робота, который уже заносил ногу для следующего шага.

Урарака Очако. Причуда: гравитация. Судя по положению тела, она пыталась использовать причуду на роботе, но не рассчитала и попала под обломки.

Время до того, как робот наступит на неё: 3 секунды.

Расстояние до неё: 15 метров.

Моя скорость: 5 метров в секунду.

Время, чтобы добежать: 3 секунды — ровно столько же, сколько у робота.

Не успеваю.

Варианты:

1. Использовать причуду. Шов обнаружен в 2 метрах справа. Точка выхода — рядом с Ураракой. Время синхронизации: 0.003 секунды. Энергозатраты: 8%. Риск: минимальный.

2. Ничего не делать. Урарака погибает. Я живу.

Выбор очевиден.

Изуку переместился.

Он появился рядом с Ураракой в тот самый момент, когда нога робота начала опускаться. Он схватил девушку за руку и дернул, вытаскивая из-под обломков.

— Убирайся! — крикнул он, толкая её в сторону.

Урарака покатилась по земле, а Изуку остался стоять под ногой гиганта.

Время до удара: 0.5 секунды.

Шов? Есть. Прямо под роботом, созданный его весом.

Время синхронизации: 0.003 секунды.

Успеваю.

Он исчез за 0.1 секунды до того, как нога робота впечаталась в землю, и появился в пяти метрах слева, уже на бегу.

— Бежим! — крикнул он Урараке, подхватывая её под руку.

Они бежали вместе, пока не добрались до безопасной зоны. Робот прошел мимо, даже не заметив их, увлеченный погоней за другими абитуриентами.

Урарака упала на колени, тяжело дыша.

— Ты... ты спас меня, — выдохнула она. — Как? Ты был там, потом здесь... ты переместился?

— Потом, — отрезал Изуку. — Сейчас экзамен. У тебя есть время? Сколько очков?

— Я... я не знаю. Я потеряла счет. Наверное, мало.

— Тогда соберись. Осталось три минуты. Иди к левому флангу, там есть мелкие роботы, никто их не трогает. Успеешь набрать.

Урарака посмотрела на него с удивлением.

— А ты?

— У меня другие планы.

Изуку развернулся и побежал обратно к центру поля.

Часть 5: Сверхкалибровка

В его голове созрел безумный план.

Я не наберу достаточно очков, собирая мелких роботов. Бакуго уже за сотню. Иида, скорее всего, тоже. Даже Урарака, если успеет, может меня обогнать.

Нужен рывок. Нужно то, что даст сразу много очков.

Нулевой робот не дает очков. Но он огромный. Если я каким-то образом его уничтожу...

Судьи не говорили, что нельзя. Они сказали, что не советуют.

Риск: смертельный.

Награда: поступление.

Решение: просчитать.

Изуку остановился на краю зоны, где бушевал нулевой робот. Он закрыл глаза и запустил сканирование на полную мощность.

Робот: конструкция, материалы, сочленения.

Слабые места: предположительно, соединение ноги с корпусом — там проходят основные гидравлические линии.

Доступ: через воздух — невозможно, слишком высоко.

Через землю — можно, но робот движется, точка уязвимости смещается.

Нужно попасть внутрь. В корпус. Там, где управляющие цепи.

Швы: обнаружен один, прямо над роботом, созданный вибрацией его двигателей. Нестабильный, пульсирующий, но доступный.

Точка выхода: внутренняя полость корпуса, рядом с основным процессором.

Риск: критический. Если шов схлопнется во время перемещения, я застряну внутри робота навсегда.

Вероятность успеха: 34%.

Альтернатив: нет.

— Прости, мама, — прошептал Изуку. — Прости, Всемогущий. Я должен попробовать.

Он прыгнул.

Время остановилось.

Перемещение длилось вечность. Он чувствовал, как пространство сжимается вокруг него, как вибрации робота проходят сквозь его тело, как шов пульсирует, грозя закрыться в любую секунду.

А потом он оказался внутри.

Темнота. Грохот. Запах масла и горячего металла. Изуку стоял на шаткой платформе внутри корпуса гиганта, а вокруг него работали механизмы, способные раздавить его в секунду.

Сканирование:

Процессор: прямо передо мной, защищен кожухом.

Гидравлика: по бокам, под давлением.

Время до следующего цикла движения: 2 секунды.

Он рванул к процессору, сорвал кожух и увидел плату с мигающими огоньками. Электроника. Хрупкая, чувствительная электроника.

Изуку ударил.

Плата разлетелась на куски. Робот дернулся, замер, а потом начал падать.

Шов! Нужен шов!

Выход!

Шов нашелся в стене корпуса, созданный ударом, который только что нанес робот, пытаясь удержать равновесие. Изуку прыгнул в него за секунду до того, как гигант рухнул на землю.

Он вывалился на асфальт за сотню метров от места падения, прямо перед трибуной судей.

Грохот был оглушительным. Нулевой робот лежал на боку, извергая искры и дым, окончательно и бесповоротно мертвый.

На площадке воцарилась тишина.

Все — абитуриенты, судьи, наблюдатели — смотрели на Изуку.

А он стоял на коленях, пытаясь отдышаться, и чувствовал, как мир плывет перед глазами.

Перегрузка. Критическая.

Глюкоза: 2.3 ммоль/л.

Пульс: 190.

Рубец: активен.

Нужно... нужно...

Он потерял сознание.

Часть 6: Пробуждение

Изуку очнулся в незнакомой комнате.

Белый потолок. Удобная кровать. Тишина.

Где я?

Что случилось?

Экзамен?

Он попытался сесть, но чья-то рука мягко, но настойчиво вернула его на место.

— Лежи, — сказал голос. — Ты в медпункте UA. Всё в порядке.

Изуку повернул голову и увидел пожилую женщину в белом халате. Она улыбалась.

— Я учительница, отвечающая за здоровье студентов. Можешь звать меня Чиё. А ты, Мидория-кун, устроил нам сегодня веселый денек.

— Экзамен... — прошептал Изуку. — Результаты...

— Потом, — отрезала Чиё. — Сначала здоровье. Ты знаешь, что у тебя было микро-кровоизлияние в мозг?

Изуку закрыл глаза.

Рубец. Я знал. Знал, что рискую.

— К счастью, небольшое, — продолжила Чиё. — Ты будешь в порядке, если отдохнешь пару недель. Но использовать причуду в ближайшее время нельзя. Вообще.

— Я понял.

— Хорошо. А теперь скажи: какого черта ты полез внутрь этого робота?

Изуку открыл глаза и посмотрел на неё.

— У меня не хватало очков.

Чиё уставилась на него с таким выражением, словно он сказал что-то невероятное.

— Ты рисковал жизнью ради очков?

— Я рисковал жизнью ради мечты. Это разные вещи.

— Для тебя — может быть, — покачала головой Чиё. — Для меня — нет. Ладно, отдыхай. Скоро придут твои друзья.

— Друзья?

— Те, кого ты спас. И те, кто за тебя волнуется.

Она вышла, оставив Изуку в недоумении.

Кто за меня волнуется? У меня нет друзей.

Но через полчаса дверь открылась, и вошли они.

Часть 7: Новые переменные

Первой влетела Урарака. Глаза у неё были красные от слез.

— ТЫ ЖИВ! — закричала она и бросилась к кровати, едва не сбив с ног вошедшего следом Ииду.

— Тише, тише! — замахал руками Иида. — Он же больной!

— Я в порядке, — слабо улыбнулся Изуку. — Правда.

— В порядке?! — Урарака всхлипнула. — Ты спас меня, а сам чуть не погиб! Если бы ты не появился там... если бы не переместился... я бы...

— Но я появился. И ты жива. Это главное.

Урарака посмотрела на него с таким выражением, что Изуку на мгновение забыл, как считать.

— Спасибо, — сказала она тихо. — Я никогда не забуду.

— Я тоже, — вмешался Иида. — Я видел, что ты сделал. Рискнуть собой ради другого... это поступок настоящего героя.

— Я просто рассчитал, — пожал плечами Изуку. — Вероятность была приемлемой.

— Вероятность, — фыркнул Иида. — Ты говоришь как робот. Но поступок у тебя человеческий.

Они просидели с ним до вечера, рассказывая о своих впечатлениях от экзамена. Урарака набрала 35 очков — достаточно для прохода, как она надеялась. Иида — 67, уверенно. Бакуго, по слухам, вообще за сотню перевалил.

— А ты сколько набрал? — спросила Урарака.

Изуку задумался.

Мелкие роботы: 27 штук — 27 очков.

Средние: 4 штуки — 8 очков.

Крупные: 0.

Нулевой: уничтожен, но очков не дает.

— 35, — сказал он. — Как и ты.

Урарака захлопала в ладоши.

— Значит, мы оба можем пройти!

— Если судьи засчитают уничтожение нулевого, — задумчиво сказал Иида. — Формально он не приносит очков. Но неформально... такого еще никто не делал.

— Посмотрим, — вздохнул Изуку.

Часть 8: Совет учителей

В тот же вечер в кабинете директора UA собрались учителя.

Недзу, маленький белый зверек с умными глазами, сидел во главе стола и просматривал записи экзамена. Рядом расположились Айзава Шота, Всегдашний (Тринадцатый), Королева (Миднайт) и другие.

— Инцидент с Мидорией Изуку, — начал Недзу. — Ваши мнения?

— Нарушил инструкцию, — немедленно отозвался Айзава. — Сказано было не связываться с нулевым. Он связался.

— Но уничтожил его, — возразила Миднайт. — В одиночку. Без причуды, как я понимаю?

— С причудой, — уточнил Айзава. — Он телепортировался внутрь. Мы зафиксировали.

— И что? Причуда — часть его арсенала.

— Причуда, которая едва не убила его после использования. У него в медпункте микро-кровоизлияние. Такие студенты — угроза для себя и других.

— Или потенциал, — тихо сказал Недзу. — Вы видели запись? Видели, как он рассчитал момент? Как выбрал точку? Как успел уйти до падения робота? Это не просто причуда. Это гениальный аналитический ум.

Айзава молчал.

— У него 35 очков, — продолжил Недзу. — По формальным критериям — проходной балл. Но вопрос не в баллах. Вопрос в том, кого мы хотим видеть в нашей академии.

— Героев, — ответил Тринадцатый.

— Именно. А герой — это тот, кто спасает других, рискуя собой. Мидория спас Урараку, хотя мог убежать. Мидория уничтожил угрозу, хотя мог спрятаться. Это геройский поступок.

— Ценой собственного здоровья, — буркнул Айзава.

— Которое мы можем поправить, — парировал Недзу. — Но нельзя поправить отсутствие сердца.

Он обвел взглядом собравшихся.

— Голосуем. Кто за зачисление Мидории Изуку?

Поднялись все руки, кроме Айзавы.

— Воздержался, — сказал он. — Но не против. Пусть учится. Посмотрим, сколько протянет.

— Решено, — улыбнулся Недзу. — Зачислить.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №246. Возраст: 15 лет 10 месяцев.

Я в медпункте UA. У меня микро-кровоизлияние. Я нарушил все протоколы безопасности. Я рисковал жизнью.

И я поступил.

Вероятность того, что меня зачислят после такого, я оценивал в 40%. Ошибся. Судьи увидели что-то, чего не видел я.

Может быть, они увидели не расчеты, а сердце.

Урарака-сан и Иида-кун навещали меня. Они назвали меня другом. Впервые в жизни у меня есть друзья. Настоящие, не в расчетах, не в формулах, а в реальности.

Это странное чувство. Теплое. Оно не описывается уравнениями.

Бакуго тоже был здесь. Не зашел, но я видел его тень под дверью. Стоял долго и ушел. Интересно, что он думает?

Вероятность того, что он гордится мной: 5%.

Вероятность того, что он злится: 70%.

Вероятность того, что он просто запутался в своих чувствах: 25%.

Я выбираю верить в 25%. Потому что люди сложнее формул.

Завтра меня выписывают. Через неделю — начало учебного года в UA.

Я готов.

Протокол запуска. Версия 5.0.

Режим: академический.

Состояние организма: восстановление.

Состояние духа: эйфория.

Следующая цель: выжить в UA.

Вероятность успеха: неизвестно.

Вероятность того, что я сделаю всё возможное: 100%.

Продолжаю наблюдения. Теперь — в новой жизни.

Изуку Мидория.

Студент UA (надеюсь, окончательно).

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном сиял огнями город. Где-то там спала мама, гордая и испуганная одновременно. Где-то там тренировался Бакуго, готовясь к новым битвам. Где-то там ждали новые друзья, новые враги, новые испытания.

А он лежал в медпункте лучшей академии героев страны и улыбался.

Потому что знал: самое интересное только начинается.

Глава 8

Глава 8: Первый запуск

Часть 1: Новый мир

Первое утро в UA началось для Изуку в 5:00, как всегда.

Он проснулся за минуту до будильника, сделал зарядку, съел идеально рассчитанный завтрак, проверил все системы организма. Рубец в мозге напоминал о себе глухой болью — последствия экзамена всё еще давали о себе знать, но врачи сказали, что через неделю всё пройдет.

Состояние: 85% от оптимального.

Интегральный риск: повышен на 15%.

Режим: щадящий.

Изуку надел форму — впервые в жизни форму геройской академии — и посмотрел на себя в зеркало. Зеленый костюм сидел идеально, подчеркивая мышцы, наработанные за десять месяцев на пляже. На груди красовалась эмблема UA.

— Ты сделал это, — сказал он своему отражению. — Теперь не облажайся.

Выходя из дома, он столкнулся с Инко. Мать стояла в коридоре и смотрела на него с таким выражением, словно видела впервые.

— Ты... ты такой взрослый, — прошептала она. — Мой маленький мальчик...

— Мам, я всё тот же, — улыбнулся Изуку. — Просто в другой обертке.

— Иди, — Инко махнула рукой, смахивая слезу. — Иди и будь героем. Я буду смотреть все трансляции.

Он обнял её на прощание и вышел в утро.

Дорога до UA была знакомой — он проходил её уже однажды, на экзамен. Но сегодня всё было иначе. Сегодня он был не абитуриентом, а студентом. Не кандидатом, а принятым. Не мечтателем, а тем, кто начал путь к мечте.

У ворот его уже ждали.

— Мидория-кун! — замахала руками Урарака. — Здесь! Мы здесь!

Она стояла вместе с Иидой, и оба сияли так, словно выиграли в лотерею. Изуку подошел, чувствуя, как странное тепло разливается в груди.

Друзья. У меня действительно есть друзья.

— Доброе утро, — сказал он. — Вы рано.

— Мы хотели встретить тебя, — объяснил Иида. — Вместе войти, вместе начать. Это символично!

— Очень по-иидовски, — усмехнулась Урарака.

— Что значит "по-иидовски"?

— Это значит "правильно до невозможности".

Они засмеялись, и Изуку вдруг понял, что смеется вместе с ними. Просто так. Без расчетов, без анализа, без формул.

Это было ново. Это было хорошо.

Часть 2: Класс 1-А

Аудитория 1-А встретила их гомоном голосов.

Изуку вошел и замер на пороге. В классе собрались те, с кем ему предстояло учиться ближайшие три года. Он видел их на экзамене, но сейчас, в спокойной обстановке, мог рассмотреть каждого.

Парень с электрической причудой — Дэнки Каминари, кажется. Девушка с невидимостью — Тору Хагакуре, видны только перчатки и туфли. Парень с крыльями — автор unknown. Девушка с кислотой — Мина Ашидо. И...

— МИДОРИЯ!

Голос, который он узнал бы из тысячи. Бакуго сидел за партой в углу, положив ноги на стол, и смотрел на него с привычной смесью злости и презрения.

— Бакуго, — кивнул Изуку.

— Не думай, что поступление в UA что-то меняет, — процедил Кацуки. — Ты всё такой же слабак, каким был. И я докажу это при первой возможности.

— Я и не думал, — спокойно ответил Изуку и прошел на свободное место рядом с Ураракой.

Она наклонилась к нему:

— Вы знакомы?

— С детства, — вздохнул Изуку. — Длинная история.

— Выглядит как очень напряженная длинная история.

— Примерно так.

Дверь открылась, и в класс вошел человек, которого Изуку уже видел. Айзава Шота, Ирасер, тот самый учитель, который проводил инструктаж перед экзаменом. Сегодня он выглядел еще более уставшим, чем в прошлый раз — если такое вообще возможно.

— Тишина, — сказал он без всякого выражения. — Садитесь. Надевайте спортивную форму и выходите на полигон. Время — пять минут.

Класс зашумел, но Айзава уже вышел, не собираясь ничего объяснять.

— Что это значит? — спросил кто-то.

— Похоже на тест, — ответил Иида. — Надо быстро переодеться и выйти.

— А если не успеем? — спросила Урарака.

— Думаю, лучше не проверять.

Изуку уже бежал к раздевалке. Его мозг работал на полную мощность.

Тест. Неожиданный. Оценка физической подготовки. Скорость переодевания — часть теста. Значит, надо уложиться в 5 минут.

Он переоделся за 90 секунд. Не потому, что спешил — потому что заранее продумал последовательность действий. Форма лежала так, чтобы её можно было надеть максимально быстро. Шнурки были завязаны особым узлом, который затягивался одним движением.

Когда он выбежал на полигон, Айзава уже стоял там с секундомером.

— 2 минуты 15 секунд, — сказал он. — Неплохо.

Через пять минут на полигоне собрался весь класс. Последним прибежал какой-то парень с фиолетовыми волосами и сонными глазами — он переодевался так медленно, словно время не имело значения.

— Опаздываешь, — констатировал Айзава.

— Извините, — зевнул парень. — Я не привык к такому темпу.

— Привыкай. В мире героев нет понятия "не привык".

Айзава обвел взглядом класс.

— Я ваш классный руководитель, Айзава Шота. Сегодня мы проведем тест на физические способности. Несмотря на то что вы поступили в академию, я должен оценить ваш реальный уровень. Те, кто покажет плохие результаты, будут отчислены.

Класс замер.

— Отчислены? — переспросил кто-то. — С первого дня?

— С первого дня, — подтвердил Айзава. — UA не санаторий. Здесь готовят героев. Герои не могут быть слабыми. Покажите, что вы сильны, или идите домой.

Он включил секундомер.

— Первое испытание — бег на 50 метров. По одному. Начинаем.

Часть 3: Тест Айзавы

Изуку наблюдал за каждым забегом, запоминая результаты, анализируя технику.

Каминари пробежал за 6.2 секунды — неплохо для его комплекции.

Ашидо — за 6.8.

Хагакуре — за 7.1 (интересно, как они измеряют время невидимого человека?).

Потом настала очередь Бакуго.

Он вышел на старт, сосредоточенный и напряженный. Когда Айзава дал сигнал, Кацуки рванул с места, используя взрывы как ускорители. Он пролетел дистанцию за 4.1 секунды — феноменальный результат.

Класс ахнул. Кто-то зааплодировал.

— 4.1, — равнодушно сказал Айзава. — Следующий.

Изуку вышел на старт с тяжелым сердцем.

4.1 секунды. Я никогда не пробегу так быстро. Моя причуда не помогает в беге.

Но тест не только на скорость. Тест на общую физическую подготовку. Я должен показать максимум того, на что способен.

— На старт, внимание, МАРШ!

Изуку побежал. Он бежал так, как учился на пляже — экономно, технично, используя каждое движение с максимальной эффективностью. Ветки деревьев мелькали по бокам, дыхание было ровным, ноги работали как поршни.

Финиш.

— 6.5 секунд, — объявил Айзава. — Неплохо для человека без усиливающей причуды.

Изуку отошел в сторону, восстанавливая дыхание. 6.5 — это было не 4.1, но и не позорно.

Дальше были другие тесты. Прыжки в длину, метание мяча, подтягивания, челночный бег. Изуку показывал стабильные результаты — не лучшие, но и не худшие. Его тело, закаленное десятью месяцами тренировок, работало как часы.

Последним тестом был бросок набивного мяча.

— Можете использовать причуды, — сказал Айзава. — Главное — дальность.

Класс оживился. Наконец-то можно показать, на что способны их силы!

Киришима с причудой упрочнения запустил мяч на 40 метров.

Каминари добавил электричества — мяч пролетел 45 метров.

Ашидо использовала кислоту, чтобы уменьшить трение — 52 метра.

Бакуго взорвал мяч в воздухе, придав ему дополнительное ускорение — 78 метров.

— 78 метров, — кивнул Айзава. — Хорошо. Мидория, твоя очередь.

Изуку вышел в круг, сжимая мяч. Его мозг лихорадочно просчитывал варианты.

Моя причуда не помогает броскам. Я не могу переместить мяч — только себя. Или... могу?

На экзамене я перемещал предметы. Двигатель. Шины. Значит, теоретически, я могу переместить и мяч.

Но это использование причуды. А мне пока нельзя. Врачи сказали — неделя покоя. Прошло только пять дней.

Но если я не использую причуду, мой результат будет около 30 метров. Это позор. Это может стать причиной отчисления.

Дилемма.

Он посмотрел на Айзаву. Тот смотрел на него с непроницаемым выражением.

Он знает о моем состоянии. Он был на собрании учителей. Он знает, что мне нельзя использовать причуду.

Это тоже тест. Проверка на то, поддамся ли я давлению. Нарушу ли правила, чтобы показать результат.

Нет. Я не нарушу.

Изуку размахнулся и бросил мяч обычным способом, вкладывая всю силу, наработанную на пляже. Мяч пролетел 31 метр и упал в пыль.

Тишина.

Кто-то хихикнул.

— 31 метр, — сказал Айзава. — Это всё?

— Да, — ответил Изуку. — Это всё, что я могу без причуды.

Айзава долго смотрел на него, потом кивнул.

— Хорошо. Тесты закончены. Результаты будут объявлены позже.

Он повернулся и пошел прочь, оставив класс в недоумении.

— Это всё? — спросил кто-то. — Мы отчислены или нет?

— Не знаю, — пожал плечами Иида. — Но, кажется, мы прошли.

Изуку смотрел вслед Айзаве и чувствовал, что это был не просто тест. Это было что-то большее.

Часть 4: После теста

В классе царило напряжение.

Все ждали результатов, но Айзава не появлялся. Прошло полчаса, час. Учителя не было. Студенты начали перешептываться, строить догадки, нервничать.

— Может, он пошутил? — предположила Урарака. — Про отчисление?

— Айзава-сенсей не шутит, — ответил Иида. — Я слышал о нем. Он очень строгий учитель. Его методы жесткие, но эффективные.

— Значит, кто-то из нас действительно может вылететь?

— Возможно.

Изуку сидел молча, прокручивая в голове свои результаты.

Бег: 6.5 — средний результат.

Прыжки: 2.3 метра — чуть ниже среднего.

Подтягивания: 15 раз — выше среднего.

Челночный бег: 7.2 секунды — средний.

Бросок мяча: 31 метр — ниже среднего.

Суммарный балл: примерно 50-60 из 100. Где-то в середине.

Вероятность отчисления: низкая. Но не нулевая.

Дверь открылась, и в класс вошел Айзава. В руках у него была папка с бумагами.

— Результаты готовы, — сказал он без предисловий. — Никто не отчислен.

Класс выдохнул с облегчением.

— Но это не значит, что вы в безопасности, — продолжил Айзава. — Ваши результаты показали, кто на что способен. Лучший — Бакуго Кацуки. Худший — Яойорозу Момо.

Девушка с длинными черными волосами вздрогнула. Она была одной из самых красивых в классе, но сейчас выглядела растерянной.

— Я... я плохо выступила? — спросила она.

— Твоя причуда — создание предметов из жира, — ответил Айзава. — Очень полезная, если подумать. Но ты не думала. Ты действовала шаблонно, использовала стандартные решения. В тесте на метание мяча ты создала батут, чтобы увеличить дальность — но батут сломался под весом мяча. Почему? Потому что ты не рассчитала нагрузку.

Яойорозу покраснела.

— Мидория, — неожиданно сказал Айзава. — Что бы ты сделал на её месте?

Изуку замер под взглядами всего класса.

— Я? — переспросил он.

— Ты. Ты всё время что-то считаешь в уме. Я видел. Даже когда стоишь на месте, твои глаза бегают. Ты анализируешь. Так что бы ты сделал?

Изуку собрался с мыслями.

— Я бы... — начал он, и его мозг включился на полную мощность. — Я бы рассчитал траекторию полета мяча с учетом сопротивления воздуха, гравитации и возможного использования причуды для коррекции. Если бы я мог создавать предметы, я бы создал не батут, а катапульту с регулируемым углом наклона, рассчитанную на точную дальность. Или, если время позволяло, я бы создал несколько небольших ускорителей, которые срабатывали бы последовательно, добавляя импульс на разных этапах полета.

В классе повисла тишина.

Яойорозу смотрела на него с открытым ртом.

— Ты... ты можешь рассчитать всё это в уме? — спросила она.

— Я тренировался, — пожал плечами Изуку.

— Интересно, — сказал Айзава. — Очень интересно. Мидория, останься после урока. Остальные свободны.

Когда класс опустел, Айзава подошел к парте Изуку и сел напротив.

— Твой бросок, — сказал он. — 31 метр. Почему ты не использовал причуду?

— Мне нельзя, — честно ответил Изуку. — Врачи запретили после экзамена. Микро-кровоизлияние.

— Знаю. Я читал твое дело. Но на экзамене ты использовал причуду, несмотря на риск. Почему сегодня нет?

— Потому что на экзамене на кону была жизнь человека. А сегодня — только мой результат.

Айзава долго смотрел на него. В его глазах мелькнуло что-то — может быть, уважение.

— Ты прошел мой тест, Мидория. Не физический — моральный. Многие студенты в твоей ситуации использовали бы причуду, чтобы показать результат, даже зная, что это опасно. Ты не использовал. Это говорит о том, что у тебя есть контроль.

— Спасибо, — тихо сказал Изуку.

— Не благодари. Контроль — это хорошо, но в бою иногда нужно рисковать. Твоя задача — научиться чувствовать грань, когда риск оправдан, а когда нет. У тебя есть для этого потенциал.

Айзава встал.

— Иди. Завтра начнутся настоящие уроки. Готовься.

Изуку вышел из класса с странным чувством. Его только что похвалил учитель, который, по слухам, вообще никого не хвалил. Это было... неожиданно.

Часть 5: Первый настоящий урок

Следующие дни пролетели как один миг.

Теория геройства, этика, право, физическая подготовка, основы работы в команде — Изуку впитывал знания как губка. Его мозг, годами тренированный на анализ и вычисления, с легкостью усваивал новую информацию.

Но самым важным был урок боевой подготовки.

— Сегодня у вас первый практический урок по геройству, — объявил Всегдашний (Тринадцатый), учитель с причудой черной дыры. — Вы будете учиться работать в команде и использовать свои причуды в simulated-условиях.

Класс разделили на пары. Изуку достался в напарники... Бакуго.

— Отлично, — процедил Кацуки. — Придется тащить тебя на себе.

— Я не хуже тебя, — спокойно ответил Изуку.

— Посмотрим.

Их заданием было проникнуть в здание, где засел "враг" (тренировочный робот), и обезвредить его. У каждой пары была своя цель. Изуку и Бакуго должны были действовать вместе.

— На счет три начинаем, — сказал Всегдашний. — Раз... два... ТРИ!

Бакуго рванул вперед, используя взрывы для ускорения. Изуку остался на месте.

— Ты чего? — крикнул Бакуго, оборачиваясь.

— Анализирую, — ответил Изуку. — Здание трехэтажное, вход один, окна заблокированы. Робот, скорее всего, на втором этаже. Если мы ворвемся с двух сторон...

— ХВАТИТ АНАЛИЗИРОВАТЬ! — заорал Бакуго. — ДЕЛАЙ, КАК Я!

Он схватил Изуку за шиворот и потащил за собой. Они ворвались в здание, и сразу попали под обстрел. Робот, вооруженный чем-то вроде пулемета с краской, открыл огонь.

Бакуго взорвал всё вокруг, создавая дымовую завесу. Изуку, используя свой анализ, нашел путь к роботу через вентиляцию.

— Я отвлеку, — сказал он. — Ты зайдешь сзади.

— С чего ты взял, что я буду слушать тебя?

— Потому что это единственный способ победить.

Бакуго посмотрел на него с ненавистью, но кивнул.

Изуку полез в вентиляцию. Его худое тело (даже после тренировок) легко пролезало в узкие ходы. Он прополз до точки над роботом, выбил решетку и спрыгнул прямо на него.

Робот развернулся, целясь в Изуку. И в этот момент Бакуго ворвался сзади и взорвал его к чертям.

— ГОТОВО! — заорал он.

Изуку стоял, тяжело дыша, и смотрел на обломки робота.

Время выполнения: 3 минуты 15 секунд.

Результат: отлично.

Вывод: мы можем работать вместе, если Бакуго слушается.

— Неплохо, — сказал Всегдашний, когда они вышли. — Бакуго, отличная инициатива. Мидория, хорошее стратегическое мышление. Вместе вы эффективны.

— Мы не вместе, — буркнул Бакуго. — Просто оказались в одной команде.

— Тем не менее, вы победили. Это главное.

Изуку посмотрел на Бакуго. Тот смотрел в сторону, но в его взгляде мелькнуло что-то похожее на... уважение? Сомнение?

Вероятность того, что Бакуго признает мой вклад: 15%.

Вероятность того, что он никогда этого не сделает: 85%.

Но 15% — это уже что-то.

Часть 6: Вечер после урока

Вечером, вернувшись домой, Изуку сел за свой журнал.

Запись №247. Возраст: 15 лет 10 месяцев.

Первый день настоящих занятий в UA.

Это было невероятно. Я работал в паре с Бакуго. Мы победили. Это кажется сном.

Но главное не это.

Главное — я понял кое-что важное. Моя причуда, мой анализ, мои расчеты — это не просто способ выжить. Это способ быть полезным. Это способ быть героем.

Сегодня, когда я лез по вентиляции, я рассчитывал каждый сантиметр. Я знал, где робот, куда он смотрит, когда он выстрелит. Я мог предсказать его действия с точностью 94%.

Это не магия. Это работа. Это результат тысяч часов тренировок, анализа, записей.

Я не сильнейший в классе. Бакуго сильнее. Яойорозу умнее (в теории). Иида быстрее. Урарака полезнее в командной работе.

Но я — тот, кто видит картину целиком. Я — тот, кто может соединить всех воедино.

Может быть, в этом моя роль.

Всемогущий еще не передал мне One For All. Он сказал: "Жди подходящего момента". Я жду.

Но даже без этой силы я чувствую, что расту. Что становлюсь ближе к мечте.

Завтра — новый день. Новые уроки. Новые открытия.

Я готов.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном сиял город. Где-то там тренировался Всемогущий, готовясь к передаче силы. Где-то там спала мама, гордая и счастливая. Где-то там жили его новые друзья.

А Изуку Мидория, студент UA, будущий герой, улыбнулся своему отражению в темном стекле.

— Ты справишься, — сказал он себе. — Ты всегда справлялся.

Эпилог главы: Голос в темноте

Ночью, когда Изуку уже спал, в его комнате что-то изменилось.

Воздух сгустился, потемнел, и из тени выступила фигура. Высокая, худощавая, с длинными белыми волосами и горящими красными глазами.

Он стоял у кровати спящего мальчика и смотрел на него с странным выражением.

— Интересно, — прошептал он. — Очень интересно.

Пальцы с длинными ногтями протянулись к лицу Изуку, но замерли в сантиметре от кожи.

— Ты пахнешь силой, мальчик. Не той, что у тебя есть — той, что тебе предназначена. Я чувствую её. Она дремлет в тебе, ждет пробуждения.

Тень улыбнулась.

— Скоро мы встретимся. В этом мире, где герои и злодеи играют в свои игры. Я покажу тебе, что такое настоящая тьма.

Фигура растаяла, исчезла, словно её и не было.

Изуку вздрогнул во сне, но не проснулся.

Где-то далеко Всемогущий резко открыл глаза, чувствуя необъяснимую тревогу.

Что-то начиналось.

Что-то, что изменит всё.

Глава 9

Глава 9: Векторный анализ

Часть 1: Утро перед битвой

Изуку проснулся в 5:00 с четким ощущением: сегодня случится что-то важное.

Он не знал, откуда взялось это предчувствие. Может быть, подсознание проанализировало какие-то незаметные сигналы — интонации учителей, переглядки одноклассников, расписание уроков. Мозг Изуку работал всегда, даже когда сам он этого не осознавал.

Дата: вторник.

Расписание: боевая подготовка, первая пара.

Вероятность спарринга: 87%.

Вероятность того, что мне достанется сильный противник: 94%.

Вероятность того, что этим противником будет Бакуго: 67%.

Изуку усмехнулся своим расчетам. С Бакуго или без, он был готов.

Завтрак, зарядка, проверка всех систем. Рубец в мозге больше не беспокоил — неделя покоя сделала свое дело. Энергетический резерв — 96%. Интегральный риск — минимальный.

Сегодня можно использовать причуду, если потребуется.

Он надел форму и вышел в утро.

По дороге в школу его нагнала Урарака.

— Мидория-кун! Подожди!

Он обернулся. Девушка запыхалась — видимо, бежала за ним от самой станции.

— Доброе утро, Урарака-сан. Что-то случилось?

— Нет, просто... ты сегодня какой-то напряженный. Всё хорошо?

Изуку удивился. Она заметила? По его лицу? По походке? Урарака оказалась наблюдательнее, чем он думал.

— Всё в порядке. Просто чувствую, что сегодня будет важный день.

— Ох, я тоже иногда такое чувствую! — улыбнулась она. — Обычно это значит, что случится что-то хорошее. Или плохое. Но чаще хорошее!

— Оптимистичный подход.

— А как иначе? Если всё время ждать плохого, оно и случится. А если ждать хорошего... ну, по крайней мере, настроение лучше!

Изуку улыбнулся. В её логике была своя правда.

Они вошли в школу вместе, и Изуку в очередной раз поймал себя на мысли, что присутствие Урараки делает утро светлее. Он не анализировал это чувство — просто принимал как данность.

Часть 2: Объявление

В классе царило обычное утреннее оживление.

Киришима обсуждал с Каминари вчерашний матч по какому-то спорту. Ашидо красила ногти (кислотоустойчивым лаком, надо полагать). Яойорозу листала какой-то толстый учебник. Тодороки, как всегда, сидел у окна и смотрел в никуда.

Бакуго, как всегда, сидел с ногами на парте и сверлил взглядом всех, кто попадал в поле зрения.

Изуку занял свое место рядом с Ураракой. Иида, сидевший впереди, обернулся:

— Мидория-кун, ты готов к сегодняшнему уроку? Говорят, у нас будет особое задание.

— Откуда информация?

— Я узнал у старшекурсников. На второй неделе обучения всегда проводят парные спарринги. Это традиция.

Значит, мои расчеты подтверждаются. Спарринги.

— Спасибо, Иида-кун. Буду готов.

Дверь открылась, и в класс вошел Айзава. Его появление всегда означало конец разговорам.

— Сегодня у вас боевая подготовка, — сказал он без предисловий. — Но не с Всегдашним, а со мной. Мы проведем спарринги.

Класс зашумел. Айзава поднял руку, призывая к тишине.

— Правила просты. Вы разделитесь на пары. Каждая пара проведет учебный бой. Запрещено наносить серьезные травмы. Всё остальное разрешено. Победитель определяется по решению судей — то есть меня.

Он обвел взглядом класс.

— Пары я определил сам. Исходя из ваших результатов на тестах и совместимости причуд.

В руках у него появился список.

— Первая пара: Яойорозу Момо против Ашидо Мины.

Вторая: Иида Тенья против Очако Урараки.

Третья: Тодороки Шото против Каминари Дэнки.

Четвертая: Киришима Эйдзиро против Хагакуре Тору.

Пятая: Бакуго Кацуки против Мидории Изуку.

Изуку почувствовал, как сердце пропустило удар.

67% — и они сработали.

Бакуго повернулся к нему и оскалился в хищной улыбке.

— Наконец-то, — сказал он тихо, но Изуку услышал. — Я ждал этого.

Часть 3: Подготовка

Перед боем дали пятнадцать минут на подготовку.

Изуку отошел в угол тренировочного зала, сел на пол, закрыл глаза и включил свой мозг на полную мощность.

Бакуго Кацуки. Причуда: взрывы из пота. Анализ на основе 10 лет наблюдений.

Сильные стороны:

· Мощные атаки на средней и ближней дистанции.

· Высокая мобильность за счет отдачи от взрывов.

· Агрессивный стиль, подавляющий противника.

· Способность к импровизации в бою.

Слабые стороны:

· Эмоциональная нестабильность. При сильном раздражении теряет контроль, начинает действовать шаблонно.

· Зависимость от пота — при длительном бое запасы иссякают.

· Предсказуемые паттерны атаки (я наблюдал их годами).

· Недооценка противника, особенно если тот кажется слабым.

Мои сильные стороны:

· Знание его паттернов (точность предсказания 94%).

· Способность к микроперемещениям (уклонение от прямых атак).

· Анализ в реальном времени (могу адаптироваться быстрее него).

· Физическая форма после 10 месяцев тренировок.

Мои слабые стороны:

· Отсутствие атакующих возможностей (причуда не для прямого боя).

· Ограниченность причуды по времени и энергии.

· Нет опыта реальных боев.

Стратегия:

1. Первые минуты — защита и анализ. Дать ему выложиться, тратить пот.

2. Использовать его эмоции — провоцировать на необдуманные атаки.

3. Уклоняться, экономить силы, ждать момента, когда он истощится.

4. В решающий момент — контратака.

Вероятность успеха при идеальном исполнении: 41%.

Приемлемо.

Изуку открыл глаза и увидел перед собой Урараку.

— Ты как? — спросила она с беспокойством. — Выглядишь очень серьезным.

— Анализировал.

— Бакуго-куна? Он правда такой страшный?

— Да. Но у него есть слабые места.

— Например?

— Гнев. Гордость. Предсказуемость.

Урарака улыбнулась.

— Ты говоришь о нем как о задаче, которую нужно решить.

— Так и есть. Каждый бой — это уравнение. Надо найти неизвестные и подобрать правильные коэффициенты.

— Ты удивительный, Мидория-кун, — сказала она и убежала готовиться к своему бою.

Изуку проводил её взглядом и снова закрыл глаза.

Еще пять минут. Нужно войти в состояние потока.

Он начал дыхательную гимнастику, которой научился у Гран Торино (хотя официально они еще не встречались). Вдох на четыре счета, задержка на четыре, выдох на четыре.

С каждой секундой мир вокруг становился тише, а мысли — яснее.

Когда Айзава объявил начало, Изуку был готов.

Часть 4: Первые бои

До его очереди было время, и Изуку наблюдал за боями других.

Яойорозу против Ашидо. Момо, несмотря на свою теоретическую гениальность, действовала слишком медленно. Она создавала сложные конструкции, пока Ашидо, быстрая и агрессивная, поливала всё кислотой. Бой закончился победой Ашидо — Яойорозу просто не успела реализовать свой потенциал.

Вывод: скорость принятия решений важнее сложности плана.

Иида против Урараки. Иида, используя свою сверхскорость, носился по арене, пытаясь захватить Урараку. Но Очако, хоть и медленная, была хитра. Она использовала свою причуду, чтобы делать предметы невесомыми, и бросала их в Ииду, сбивая его с траектории. В итоге Иида споткнулся о летающий обломок, и Урарака коснулась его, делая невесомым — победа.

Вывод: даже слабая причуда может победить сильную, если использовать её с умом.

Тодороки против Каминари. Здесь всё было кончено за пять секунд. Тодороки просто заморозил всё вокруг, включая Каминари, который не успел даже разрядиться. Ледяная статуя замерла с открытым ртом.

Вывод: разница в силе иногда слишком велика для тактики.

Киришима против Хагакуре. Невидимая девушка пыталась подкрасться к Киришиме, но тот, используя свое упрочнение, просто начал хаотично размахивать руками, создавая зону поражения. Хагакуре попала под удар и сдалась.

Вывод: иногда грубая сила эффективнее тонкой стратегии.

— Следующая пара, — объявил Айзава. — Бакуго против Мидории. Выходите в центр.

Изуку поднялся и пошел на арену. Навстречу ему, сжигая на ходу мелкие искры, шел Бакуго.

— Наконец-то, — сказал Кацуки, останавливаясь в пяти метрах. — Я ждал этого с самого детства. С тех пор как ты начал исчезать от моих ударов.

— Я тоже ждал, — спокойно ответил Изуку. — Чтобы показать тебе, что сила — это не только взрывы.

— Заткнись и дерись.

Айзава поднял руку.

— Начали.

Часть 5: Первая фаза — анализ

Бакуго рванул вперед с места, используя взрывы для ускорения.

Изуку не двинулся. Он стоял и смотрел, как приближается ураган.

Скорость: 8 м/с.

Траектория: прямая.

Правая рука готовит взрыв средней мощности.

Левая — страховочный захват.

Шов справа в 2 метрах.

Решение: ждать до последнего момента.

Бакуго замахнулся. В его глазах горело торжество — он был уверен, что Изуку не успеет.

Изуку исчез за 0.1 секунды до удара.

Появился в двух метрах справа.

— Здесь, — сказал он.

Бакуго развернулся, тяжело дыша.

— ТВОЮ МАТЬ!

Новая атака. Серия взрывов, перекрывающих зону поражения. Бакуго бил хаотично, пытаясь накрыть площадь, где мог появиться Изуку.

Но Изуку не появлялся там, где его ждали. Он перемещался по микросекундам, исчезая в момент удара и появляясь за спиной, сбоку, сверху.

Он тратит пот. Много. Темп атак — 3 в секунду. Запасов хватит на 2-3 минуты такого режима.

Я трачу энергию на перемещения. 2-3% за прыжок. При такой интенсивности — минута, не больше.

Кто выдохнется первым?

Бакуго остановился. Он тяжело дышал, с его рук капал пот, но глаза горели яростью.

— Хватит бегать, трус! — заорал он. — Дерись как мужчина!

Изуку покачал головой.

— Ты проиграешь, Бакуго. Не потому что я сильнее. Потому что ты не умеешь ждать.

— ЧТО?!

Изуку сделал шаг вперед.

— Твои атаки предсказуемы. Я знаю их все. Я видел их тысячи раз. Ты всегда начинаешь с правой. Всегда повышаешь голос перед сильным ударом. Всегда топаешь ногой, когда злишься по-настоящему.

Бакуго замер.

— Ты... ты следил за мной?

— Я наблюдал. Анализировал. Учился. Десять лет, Бакуго. Десять лет я записывал каждый твой взрыв, каждый жест, каждую эмоцию. Я знаю тебя лучше, чем ты сам.

— ЗАТКНИСЬ!

Бакуго рванул в безумной атаке, разбрасывая взрывы во все стороны. Это была не стратегия — это была истерика.

Изуку улыбнулся.

Он сломался. Теперь можно контратаковать.

Часть 6: Векторный анализ

Изуку включил режим, который сам называл "Векторный анализ".

Это была не просто способность предсказывать движения. Это было глубокое понимание физики каждого удара, каждого взрыва, каждой траектории. Он видел не просто Бакуго — он видел векторы сил, градиенты давления, точки приложения энергии.

Взрыв справа: вектор силы 45 градусов, мощность 3 единицы.

Левая рука готовит захват: вектор движения вниз, скорость 2 м/с.

Ноги: разбалансированы, центр тяжести смещен вперед.

Уязвимость: левый бок, открыт на 0.3 секунды после взрыва.

Изуку переместился не для уклонения — для атаки.

Он появился в слепой зоне Бакуго, в момент, когда тот был максимально открыт, и ударил. Не сильно — просто толчок в спину, нарушающий равновесие.

Бакуго полетел на пол, но в последний момент взорвал воздух под собой, создавая подушку и переворачиваясь в воздухе. Он приземлился на ноги, но было видно — этот трюк отнял много сил.

— ТВАРЬ! — заорал он. — НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ МЕНЯ!

— Я только начал, — ответил Изуку.

Следующие тридцать секунд стали демонстрацией абсолютного превосходства ума над грубой силой.

Изуку не пытался победить Бакуго в прямом бою. Он просто был везде, где его не ждали. Он появлялся за спиной, когда Бакуго атаковал вперед. Он исчезал, когда взрыв должен был попасть в цель. Он двигался по траекториям, которые невозможно было предсказать, потому что они не имели логики — только математику.

Бакуго выдыхался. Пот заканчивался. Взрывы становились слабее, реже, беспомощнее.

— Хватит... бегать... — хрипел он, пытаясь поймать Изуку руками.

— Я не бегаю, — сказал Изуку, появляясь прямо перед ним. — Я вычисляю.

Он сделал шаг вперед и толкнул Бакуго в грудь. Тот, обессиленный, не удержал равновесия и упал на спину.

Изуку стоял над ним, тяжело дыша. Его собственные запасы энергии были на исходе — перемещения отняли почти всё. Но он стоял. Он победил.

— Бой окончен, — сказал Айзава. — Победитель — Мидория.

Часть 7: После боя

В зале стояла тишина.

Все смотрели на Изуку, который медленно опустился на колени, пытаясь отдышаться. Бакуго лежал на полу, глядя в потолок пустыми глазами.

— Этого не может быть, — прошептал кто-то.

— Он победил Бакуго? В честном бою?

— Это не было честно, — вмешался Айзава. — Это было умно. Мидория не использовал силу — он использовал голову. Он знал каждое движение Бакуго наперед. Он заставил его выдохнуться, атакуя там, где его не ждали. Это идеальный пример тактического боя.

Бакуго медленно поднялся. Он смотрел на Изуку с выражением, которого никто никогда не видел на его лице — растерянность.

— Как? — спросил он тихо. — Как ты это сделал?

Изуку посмотрел на него. В его взгляде не было торжества. Только усталость и... что-то похожее на сожаление.

— Я считал, Бакуго. Всю жизнь. Каждый твой шаг, каждую вспышку гнева, каждый взмах руки. Ты думал, я просто уклонялся? Я записывал. Систематизировал. Анализировал. Ты для меня — открытая книга. Ты никогда не меняешься, никогда не растешь тактически. Ты просто становишься сильнее физически, но твои паттерны остаются теми же.

Бакуго молчал.

— Я не сильнее тебя, — продолжил Изуку. — Никогда не был и не буду. Но я знаю тебя. А ты меня — нет. Ты никогда не пытался понять, как я думаю. Ты просто злился, что я не поддаюсь.

В зале повисла тяжелая тишина.

— Это... это был урок, — сказал наконец Айзава. — Для всех вас. Сила — это не только взрывы и мускулы. Сила — это знание. Это понимание. Это умение видеть слабости там, где другие видят только мощь.

Он посмотрел на Бакуго.

— Ты проиграл, потому что недооценил противника. Запомни это. И запомни, что чувствуешь сейчас. Боль поражения. Унижение. Это лучший учитель.

Бакуго сжал кулаки, но ничего не сказал. Он развернулся и пошел прочь, ни на кого не глядя.

Изуку смотрел ему вслед и чувствовал странную пустоту.

Я победил. Я ждал этого десять лет. Почему мне не радостно?

— Мидория, — подошел Иида. — Это было невероятно! Ты использовал чистую логику против его силы!

— Ты гений! — подбежала Урарака. — Как ты всё рассчитал?

— Я... я просто знал его, — тихо ответил Изуку. — Это не гениальность. Это просто память.

Он отошел в сторону и сел на скамейку, обхватив голову руками.

Перед глазами всё плыло. Перемещения отняли слишком много энергии. Организм был на пределе.

Нужно поесть. Нужно восстановиться. Нужно...

— Мидория-кун?

Голос был незнакомым. Изуку поднял голову и увидел Тодороки Шото. Тот стоял рядом и смотрел на него своими странными гетерохромными глазами — один серый, один голубой.

— Ты... ты тот, кто победил Бакуго, — сказал Тодороки. — Используя только анализ.

— Да.

— Твой метод... ты можешь научить?

Изуку удивился.

— Научить? Чему?

— Видеть слабости. Анализировать противника. Я... у меня есть проблема. Мой отец. Его причуда. Я не хочу использовать его силу. Но, может быть, если я научусь анализировать, как ты, мне не придется?

Изуку смотрел на Тодороки и видел в нем что-то знакомое. Боль. Одиночество. Борьбу с самим собой.

— Я не знаю, смогу ли научить, — честно ответил он. — Это просто... часть меня. Но я могу попробовать объяснить. Если хочешь.

Тодороки кивнул.

— Хочу.

Часть 8: Разговор с собой

Вечером, вернувшись домой, Изуку долго сидел за столом, глядя в свой журнал.

Запись №248. Возраст: 15 лет 10 месяцев.

Сегодня я победил Бакуго в честном бою.

Я думал, это будет момент триумфа. Момент, когда я докажу ему, что я не слабак. Момент, когда все увидят, на что я способен.

Но вместо триумфа я чувствую пустоту.

Я смотрел на его лицо, когда он лежал на полу. Там не было злости. Только растерянность. Только боль. И я понял: все эти годы я видел в нем только врага. А он просто... он просто не умел по-другому. Его учили, что сила — это всё. Его никогда не учили думать.

Я не оправдываю его. Он сделал мне больно много раз. Но сегодня я понял: мы оба жертвы. Он — жертва своей гордости. Я — жертва своих расчетов.

Может быть, теперь, когда я победил, что-то изменится? Может быть, он перестанет видеть во мне только слабака? Может быть, мы сможем...

Нет. Не могу даже дописать эту мысль. Слишком невероятно.

Но вероятность, какой бы маленькой она ни была, существует.

Вероятность того, что Бакуго изменится: 5%.

Вероятность того, что мы станем друзьями: 1%.

Вероятность того, что я ошибаюсь в расчетах: 100% (потому что люди не подчиняются формулам).

Сегодня ко мне подошел Тодороки. Он попросил научить его анализировать. Он сказал, что не хочет использовать силу отца.

Я увидел в нем себя. Того, кто борется с тем, что ему дано. Того, кто ищет другой путь.

Может быть, это моя настоящая сила? Не побеждать, а понимать? Не драться, а помогать?

Не знаю.

Знаю только одно: я устал.

Завтра новый день. Новые уроки. Новые открытия.

А сегодня — просто отдых.

Протокол запуска. Версия 5.1.

Режим: восстановление.

Энергетический резерв: 23%.

Моральное состояние: сложное.

Продолжаю наблюдения. Над миром. Над собой.

Изуку Мидория.

Тот, кто победил Бакуго.

Тот, кто не знает, радоваться этому или нет.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном был город. Тот же город, что и всегда. Но что-то изменилось. Что-то внутри него.

Изуку не знал, хорошо это или плохо.

Но он знал, что завтра будет новый день. И в этом новом дне будет место для всего — для побед и поражений, для друзей и врагов, для расчетов и чувств.

Он был готов.

К чему угодно.

Глава 10

Глава 10: Архитектура союза

Часть 1: Утро после победы

Изуку проснулся с ощущением, что мир изменился.

Не внешний мир — город как город, школа как школа. Изменилось его место в этом мире. Вчера он был "тем странным парнем, который победил Бакуго". Сегодня он должен был стать кем-то другим.

Анализ социального положения после вчерашнего спарринга:

· Уважение одноклассников: повысилось на 70%.

· Интерес ко мне: повысился на 90%.

· Вероятность того, что ко мне будут подходить с вопросами: 100%.

Нужно быть готовым.

Изуку собрался тщательнее обычного. Форма выглажена, волосы причесаны, блокнот в рюкзаке. Он вышел из дома с чувством, что сегодня случится что-то важное. Не опасное, как на экзамене, а именно важное.

По дороге в школу его нагнала Урарака. Сегодня она была не одна — рядом с ней шла Яойорозу Момо, выглядящая слегка растерянно.

— Мидория-кун! — окликнула Урарака. — Подожди!

Изуку остановился.

— Доброе утро, Урарака-сан, Яойорозу-сан. Что-то случилось?

— Мы хотели поговорить, — начала Урарака. — О вчерашнем. О твоем бое.

— О... спасибо. Но что именно вас интересует?

Яойорозу шагнула вперед. Её голос звучал неуверенно — странно для девушки, которая всегда казалась воплощением уверенности.

— Мидория-кун, я наблюдала за твоим боем. То, как ты анализировал Бакуго-куна, предсказывал его движения, использовал его слабости... это было невероятно. Я... я тоже умею анализировать, но в бою у меня ничего не получается. Я теряюсь, паникую, не успеваю применить знания.

Изуку кивнул. Он видел её бой с Ашидо — талантливая девушка, скованная страхом.

— Я понимаю, — сказал он. — У меня было то же самое. Много лет.

— У тебя? — удивилась Яойорозу. — Но ты так спокоен в бою...

— Это результат тренировок. И не только физических. Я тренировал мозг. Учился отключать эмоции, когда нужно считать. Учился включать анализ автоматически, не задумываясь.

— Как? — выдохнула она. — Как этому научиться?

Изуку задумался.

Сложный вопрос. Мой метод индивидуален, основан на моей причуде. Но общие принципы можно объяснить.

— Хотите, я покажу? — предложил он. — После уроков, если есть время.

Яойорозу просияла.

— Да! Конечно! Спасибо!

Урарака улыбнулась.

— Ты прямо учителем становишься, Мидория-кун.

— Нет, я просто... делюсь опытом. Это помогает и мне самому систематизировать знания.

Они вошли в школу вместе, и Изуку поймал себя на мысли, что у него никогда раньше не было таких разговоров. С людьми, которые хотели учиться у него. С людьми, которые видели в нем ценность.

Это ново. Это странно. Это... приятно.

Часть 2: Объявление о выборах

Уроки шли своим чередом, но Изуку чувствовал, что в классе витает какое-то напряжение. Все переглядывались, перешептывались, поглядывали на него.

После обеда Айзава вошел в класс с обычным усталым видом.

— У меня объявление, — сказал он. — Скоро выборы старосты класса.

Класс оживился.

— Староста будет представлять наш класс на общешкольных собраниях, координировать мероприятия, решать организационные вопросы. Это ответственная должность. Тот, кто её займет, должен быть надежным, ответственным и уважаемым.

Он обвел взгляд аудиторию.

— Выдвижение кандидатов — завтра. Голосование — послезавтра. Подумайте, кто достоин.

Класс зашумел. Кто-то сразу начал выкрикивать имена:

— Иида!

— Яойорозу!

— Тодороки!

Айзава поднял руку.

— Тишина. Завтра решите. А пока — готовьтесь к следующему уроку.

Он вышел, оставив класс в возбужденном состоянии.

Изуку сидел и думал.

Староста. Лидер класса. Интересно, кто им станет?

— Мидория-кун! — к нему подскочил Иида, сияющий. — Ты будешь выдвигаться?

— Я? — Изуку удивился. — Нет, конечно. Я не лидер.

— Почему? Ты показал себя в бою. Ты умный, тактичный, умеешь анализировать. Идеальный кандидат!

— Иида-кун, я даже не знаю... Я никогда не был лидером. Я всегда был один.

— Время меняться! — Иида хлопнул его по плечу. — Я, например, точно буду выдвигаться. И хочу, чтобы ты тоже попробовал. Честная конкуренция!

Изуку посмотрел на его горящие глаза и не смог отказать.

— Хорошо. Я подумаю.

Но в глубине души он уже знал: он не будет выдвигаться. Его место не в центре внимания. Его место — в тени, где можно наблюдать, анализировать, помогать.

Или нет?

Часть 3: Разговор с Тодороки

После уроков, перед встречей с Яойорозу, к Изуку подошел Тодороки.

— Есть минута? — спросил он.

— Да, конечно.

Они вышли в коридор, где было тише. Тодороки смотрел куда-то в сторону, словно не знал, как начать.

— Я думал о том, что ты сказал вчера, — начал он. — Об анализе. О предсказании движений.

— И?

— И я понял, что никогда не анализировал противников. Я просто... давил силой. Льдом. Всегда. Потому что этого было достаточно.

Изуку кивнул. Он понимал.

— Но теперь, когда я встретил тебя... и Бакуго... я вижу, что силы недостаточно. Бакуго сильнее меня физически? Не знаю. Но он проиграл тебе, потому что ты был умнее.

— Он проиграл, потому что не адаптировался, — поправил Изуку. — Не потому что я умнее. Потому что он застыл в своих привычках.

— Вот именно. Я тоже застыл. В своем льде. В своей ненависти к отцу. Я не хочу использовать его пламя, но без него я... ограничен.

Изуку смотрел на него и видел ту же борьбу, что когда-то была в нем самом. Борьбу с тем, что дано, с тем, что нельзя изменить.

— Тодороки-кун, — сказал он тихо. — Я не знаю твоей истории. Но я знаю одно: твоя причуда — часть тебя. Даже если ты ненавидишь её источник, она твоя. Ты можешь использовать её по-своему.

— Как?

— Начни с малого. Не как оружие — как инструмент. Просто почувствуй его. Изучи его. Пойми, как оно работает, без эмоций, чисто технически.

Тодороки задумался.

— Технически... как ты анализируешь причуды других?

— Хочешь, покажу? — предложил Изуку. — У меня сейчас встреча с Яойорозу-сан, но после... мы можем встретиться.

— Хорошо. Я приду.

Они обменялись кивками, и Тодороки ушел. Изуку смотрел ему вслед и чувствовал, что сегодняшний день становится всё интереснее.

Часть 4: Первый урок

В пустом классе после уроков Изуку и Яойорозу сидели друг напротив друга.

— Итак, с чего начнем? — спросила Момо нервно.

— С главного, — ответил Изуку. — Скажите, что происходит в вашей голове, когда начинается бой?

Яойорозу задумалась.

— Паника. Страх. Мысли скачут. Я пытаюсь вспомнить всё, что знаю, все формулы, все конструкции, но в голове каша.

— Понятно. Классический случай информационной перегрузки. Ваш мозг пытается обработать слишком много данных одновременно и зависает.

— Да! Именно! Как у компьютера, который открыл сто программ сразу.

Изуку улыбнулся. Сравнение с компьютером было ему близко.

— Моя причуда — телепортация, — сказал он. — Но на самом деле она работает через вычисления. Мой мозг должен рассчитать траекторию, энергозатраты, стабильность пространства... Если я попытаюсь учесть всё сразу, я тоже зависну. Поэтому я разработал систему.

— Систему?

— Да. Приоритизацию. В бою важно не всё. Важно только то, что влияет на результат прямо сейчас.

Он достал блокнот и нарисовал простую схему.

— Смотрите. В бою есть три уровня информации. Первый — базовый: где противник, какое расстояние, какое оружие. Второй — тактический: его привычки, слабые места, возможные атаки. Третий — стратегический: общая картина боя, время, ресурсы, союзники.

— И что?

— А то, что нельзя держать в голове всё сразу. Нужно фильтровать. На первом уровне — только базовое. Когда база стабильна, подключаете тактику. И только когда тактика работает, думаете о стратегии.

Яойорозу смотрела на схему с растущим пониманием.

— То есть я пытаюсь думать о стратегии, когда ещё не разобралась с базой?

— Именно. Вы создаете катапульту с расчетом на идеальную траекторию, но забываете, что противник может сдвинуться. Вы мыслите глобально, но не видите деталей.

— Как же этому научиться?

— Тренировкой. Сначала простые спарринги, где нужно только уклоняться. Потом — с простыми контратаками. Потом — с анализом противника. Постепенно, шаг за шагом.

Яойорозу смотрела на него с восхищением.

— Мидория-кун... ты действительно гений.

— Нет, — покачал головой Изуку. — Я просто научился работать с тем, что у меня есть. У вас потенциал больше моего. Вам просто нужно научиться его использовать.

Она улыбнулась. Впервые за всё время знакомства — искренне, тепло.

— Спасибо. Правда.

— Не за что. Приходите ещё, если будут вопросы.

Когда Яойорозу ушла, Изуку посмотрел на часы. Через полчаса должен был прийти Тодороки.

Два человека за один день. Это новый рекорд.

Часть 5: Второй урок

Тодороки пришел ровно в назначенное время. Он сел напротив Изуку и с ходу спросил:

— Расскажи, как ты анализируешь причуды.

Изуку вздохнул. Это был сложный вопрос, требующий долгого объяснения.

— Хорошо. Но сначала скажи: что ты знаешь о своей причуде? Технически?

Тодороки нахмурился.

— Я создаю лед из правой стороны. Лед твердый, холодный, может принимать любую форму. Если переусердствую — обмораживаю себя.

— А пламя? Ты его вообще не используешь?

— Никогда.

— Тогда как ты будешь анализировать то, чем не пользуешься?

Тодороки молчал.

— Понимаешь, в чем проблема? — продолжил Изуку. — Ты хочешь анализировать других, но не знаешь себя. Анализ начинается с себя. С понимания своих возможностей и ограничений.

— Но я не хочу...

— Я знаю, что ты не хочешь использовать пламя. Но ты можешь его изучать, не используя. Просто как объект. Как физическое явление. Отключи эмоции, Тодороки-кун. Посмотри на свою левую сторону как на уравнение.

Тодороки задумался. В его глазах мелькнуло что-то — может быть, интерес.

— Уравнение...

— Да. Пламя — это энергия. Температура, скорость распространения, теплопроводность. Если ты поймешь эти параметры, ты сможешь предсказывать, как поведет себя пламя в бою. Свое или чужое.

— Но я не хочу его использовать.

— Анализ — не использование. Это понимание. Ты можешь понимать врага, не становясь им.

Тодороки долго молчал. Потом кивнул.

— Я попробую.

— Хорошо. Тогда начнем с простого. Расскажи мне всё, что знаешь о своем льде. С температурой, давлением, кристаллической решеткой...

Следующий час они говорили о физике льда. Изуку задавал вопросы, записывал ответы, строил графики. К концу занятия у них была готова первая страница "анализа причуды Тодороки".

— Это... интересно, — признался Шото. — Я никогда не думал о своей причуде так.

— Потому что ты воспринимал её как проклятие, а не как инструмент. Проклятия не анализируют. Инструменты — да.

Тодороки посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты странный, Мидория. Но, кажется, именно такие люди мне нужны.

Он встал и направился к выходу. У двери остановился.

— Спасибо. И... если тебе понадобится помощь — обращайся.

Изуку улыбнулся.

— Спасибо.

Когда дверь закрылась, он откинулся на спинку стула и закрыл глаза.

Два урока за день. Два человека, которые попросили помощи. Два потенциальных... друга? Союзника?

Архитектура союза, — подумал он. — Вот как это называется. Я строю связи между людьми. Не расчеты, не анализ, а что-то живое.

Интересно, можно ли это описать формулами?

Наверное, нет. И это хорошо.

Часть 6: Выдвижение кандидатов

Утром следующего дня Айзава объявил начало выдвижения.

— Кто хочет стать старостой? — спросил он. — Поднимите руки.

Иида вскочил мгновенно.

— Я! Я хочу! — закричал он, размахивая руками.

— Сядь, — устало сказал Айзава. — Руки поднимают, а не машут. Кто ещё?

Поднялась рука Яойорозу. Потом, к удивлению многих, Тодороки.

Изуку сидел тихо, не поднимая руки. Он уже решил, что не будет выдвигаться.

— Мидория? — вдруг спросил Айзава. — А ты?

Весь класс обернулся к нему.

— Я? — растерялся Изуку. — Я... не планировал.

— Почему?

— Я не лидер. Я лучше помогаю, анализирую, поддерживаю.

— Это и есть лидерство, — сказал Айзава. — Но решать тебе.

Урарака толкнула его локтем.

— Давай, Мидория-кун! Ты справишься!

— Я... — Изуку посмотрел на лица одноклассников. На Ииду, горящего энтузиазмом. На Яойорозу, нервно сжимающую руки. На Тодороки, спокойного и отстраненного. На Бакуго, который смотрел на него с обычной смесью презрения и... любопытства?

Если я выдвинусь, что изменится?

Я получу больше ответственности. Больше общения. Больше возможностей влиять на события.

Это страшно. Но это и шанс.

— Я... я тоже выдвигаюсь, — сказал он тихо.

Класс зашумел.

— Отлично, — сказал Айзава. — Четыре кандидата. Завтра голосование. Подготовьте речи.

Изуку почувствовал, как сердце забилось быстрее.

Что я скажу? О чем говорить? Я никогда не выступал перед людьми.

— Не волнуйся, — шепнула Урарака. — У тебя получится.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты всегда говоришь правильные вещи. Даже когда не пытаешься.

Изуку посмотрел на неё и почувствовал, как страх отступает.

Может быть, она права. Может быть, я могу.

Часть 7: Ночь перед речью

Дома Изуку сидел за столом и пытался написать речь.

Уважаемые одноклассники... нет, слишком официально.

Привет, народ... нет, слишком фамильярно.

Я, Мидория Изуку, хочу быть вашим старостой... нет, слишком эгоцентрично.

Он комкал лист за листом, и ничего не получалось.

В голове крутились формулы, расчеты, вероятности. Но слова не шли.

Вероятность того, что я провалю речь: 75%.

Вероятность того, что меня выберут, даже если я провалю речь: 12%.

Вероятность того, что я вообще не пойду на выборы: 3% (но это трусость).

— Изуку! — позвала Инко из кухни. — Иди есть!

Он вышел к ужину, но есть не мог. Мысли были далеко.

— Что случилось? — спросила мать. — Ты сам не свой.

— Завтра выборы старосты. Я выдвинулся.

Инко удивилась.

— Ты? Староста? Но ты же всегда был...

— Один? Да. Но теперь... у меня появились друзья. И они верят в меня. Я не хочу их подводить.

Инко улыбнулась.

— Ты вырос, Изуку. Настоящий герой.

— Я ещё не герой.

— Герой — это не только битвы. Герой — это тот, на кого можно положиться. Ты всегда был таким для меня. Теперь будешь для других.

Изуку посмотрел на мать и вдруг понял, что нужно сказать.

Не о себе. О них. О том, что мы вместе. О том, что я могу сделать для них.

— Спасибо, мама. Я понял.

Он вернулся в комнату и написал речь за пять минут.

Часть 8: Выборы

Утром класс собрался в напряженном ожидании.

Айзава сидел в углу с секундомером, готовый засекать время выступлений.

— Первый — Иида Тенья, — объявил он.

Иида вышел к доске и начал страстную речь о дисциплине, порядке и традициях. Он говорил громко, уверенно, с жестами. Класс слушал, но Изуку заметил, что некоторые начали откровенно скучать.

Слишком официально. Слишком правильно. Люди хотят живого.

— Второй — Яойорозу Момо.

Момо вышла нервно, но взяла себя в руки. Она говорила о знаниях, об учебе, о том, как важно поддерживать академический уровень. Тоже правильно, тоже логично, но тоже... суховато.

— Третий — Тодороки Шото.

Тодороки вышел и сказал ровно три фразы:

— Я не хочу быть старостой. Но если вы выберете меня, я буду делать свою работу. Всё.

И сел.

Класс опешил. Кто-то засмеялся.

— Четвертый — Мидория Изуку.

Изуку вышел к доске и посмотрел на одноклассников. На Урараку, которая ободряюще улыбалась. На Ииду, который сиял энтузиазмом. На Яойорозу, которая нервно теребила пальцы. На Тодороки, который смотрел с интересом. На Бакуго, который делал вид, что ему всё равно.

— Я не умею говорить красиво, — начал он. — Я не самый сильный. Не самый быстрый. Не самый умный. Но я умею одно — я умею видеть.

Он сделал паузу.

— Я вижу, когда кому-то нужна помощь. Я вижу, кто в команде не справляется. Я вижу, как соединить людей, чтобы они работали вместе. Я не лидер в обычном смысле. Я скорее... архитектор. Тот, кто строит мосты между вами.

Класс затих.

— Если вы выберете меня, я не буду командовать. Я буду слушать. Я буду анализировать. Я буду искать решения, которые устроят всех. Я не обещаю, что будет легко. Но обещаю, что я сделаю всё, чтобы наш класс стал настоящей командой. Не группой одиночек, а единым целым.

Он поклонился.

— Спасибо.

Тишина длилась секунду, потом грянули аплодисменты. Даже Бакуго, кажется, хлопнул пару раз, прежде чем спохватиться и убрать руки.

— Голосование, — объявил Айзава. — Пишите имя на листках.

Через десять минут результаты были готовы.

— Иида — 8 голосов. Яойорозу — 6. Тодороки — 3. Мидория — 12. Победитель — Мидория Изуку.

Изуку замер.

— Я... я староста?

— Ты староста, — подтвердил Айзава. — Поздравляю. Работать будешь с Иидой — он заместитель. Вдвоём справитесь.

Иида подскочил к нему и схватил за руку.

— Мидория-кун! Мы будем работать вместе! Это честь!

— Я... да... спасибо...

Урарака обняла его (Изуку покраснел до корней волос). Яойорозу подошла и пожала руку. Даже Тодороки кивнул с одобрением.

Только Бакуго сидел в углу и смотрел на всё это с непроницаемым лицом.

Вероятность того, что он поздравит меня: 0.1%.

Вероятность того, что мне это нужно: тоже 0.1%.

Изуку улыбнулся своим мыслям.

У него были друзья. У него была команда. У него была роль.

Всё складывалось.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №249. Возраст: 15 лет 10 месяцев.

Я староста класса 1-А.

До сих пор не могу в это поверить.

Двенадцать человек проголосовали за меня. Двенадцать! Больше, чем за Ииду, который рвался в лидеры. Больше, чем за Яойорозу, которая умнее меня. Больше, чем за Тодороки, который сильнее.

Почему?

Я думал об этом весь вечер. Анализировал свою речь, свои жесты, свою интонацию. И пришел к выводу: дело не в словах. Дело в том, что люди чувствуют.

Они чувствуют, что я не буду доминировать. Что я буду слушать. Что я буду искать решения, а не командовать.

В мире, где все хотят быть первыми, иногда ценится тот, кто готов быть вторым. Но при этом делать первое дело.

Иида будет моим заместителем. Это идеально — он организует, я координирую. Он будет двигателем, я — штурманом.

Яойорозу обещала помогать с учебными вопросами. Тодороки — с боевой подготовкой. Урарака — со всем, всегда.

У меня появляется команда. Не формальная, а настоящая. Люди, которым я могу доверять. Люди, которые верят мне.

Это страшно. Это ответственность. Это... прекрасно.

Сегодня ко мне подходили многие. Говорили слова поддержки. Даже те, с кем я почти не общался. Класс объединяется — и я в центре этого.

Бакуго молчал. Смотрел, но молчал. Интересно, что у него в голове?

Вероятность того, что он примет мое лидерство: 5%.

Вероятность того, что это важно: 100%. Потому что без него мы не команда.

Но это потом. Сейчас — просто принять. Просто поверить, что я могу.

Протокол запуска. Версия 6.0.

Режим: лидерский.

Состояние: шок.

Моральное состояние: эйфория.

Следующая цель: оправдать доверие.

Вероятность успеха: неизвестно.

Вероятность того, что я сделаю всё возможное: 100%.

Продолжаю наблюдения. Теперь — за классом. За людьми. За собой.

Изуку Мидория.

Староста класса 1-А.

Архитектор союза.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

Ночь была тихой и звездной. Где-то спали его новые друзья. Где-то тренировался Всемогущий, готовясь к передаче силы. Где-то ждали новые испытания.

А Изуку Мидория, вчерашний одиночка, сегодняшний староста, улыбнулся темноте.

— Спасибо, — прошептал он. — Спасибо всем, кто поверил.

И лёг спать.

Завтра был новый день.

Глава 11

Глава 11: Зона дезориентации

Часть 1: Обычное утро, которое не было обычным

Изуку проснулся в 5:00 с ощущением, что сегодня случится что-то важное.

Это чувство было знакомым — он испытывал его перед экзаменом, перед боем с Бакуго, перед выборами старосты. Интуиция, основанная на тысячах мелких сигналов, которые его мозг обрабатывал на подсознательном уровне.

Дата: четверг.

Расписание: тренировка в USJ (Unforeseen Simulation Joint).

Вероятность нештатной ситуации: 12% (стандартная для тренировок).

Вероятность того, что моя интуиция связана с этим: 67%.

Нужно быть готовым ко всему.

Изуку собрался тщательнее обычного. Форма, блокнот, запасные ручки, энергетические батончики в кармане. Он проверил уровень глюкозы, пульс, давление. Всё в норме.

Энергетический резерв: 98%.

Интегральный риск: минимальный.

Готовность: полная.

По дороге в школу его нагнала Урарака. Она была в приподнятом настроении, как всегда.

— Мидория-кун! Сегодня USJ! Ты волнуешься?

— Немного, — признался Изуку. — Это первая серьезная тренировка вне школы.

— А я мечтаю попробовать свою причуду в разных условиях! Представляешь, сколько там разных зон? Корабль, город, лес...

— Да, это впечатляет.

Они вошли в школу вместе, и Изуку поймал себя на мысли, что присутствие Урараки делает любое утро светлее.

В классе царило обычное оживление. Иида раздавал указания (в своей новой роли заместителя старосты он чувствовал себя как рыба в воде). Яойорозу что-то объясняла Ашидо. Тодороки, как всегда, смотрел в окно. Бакуго сидел с ногами на парте и сверлил взглядом потолок.

— Внимание! — объявил Иида. — Сегодня у нас тренировка в USJ. Автобус отправляется через 20 минут. Убедитесь, что у вас есть всё необходимое!

Изуку улыбнулся. С Иидой в роли заместителя класс действительно стал организованнее.

Они вышли к автобусу, и началась обычная школьная суета. Кто-то забыл форму, кто-то искал друзей, кто-то просто наслаждался утром.

Изуку сел у окна и смотрел на проплывающий город.

Он не знал, что через час этот город покажется ему раем.

Часть 2: Прибытие в USJ

USJ — Unforeseen Simulation Joint — представлял собой огромный купол, под которым были смоделированы различные чрезвычайные ситуации. Зона наводнения с настоящим кораблем. Зона пожара с горящими зданиями. Зона землетрясения с руинами. Зона снежной бури. И многое другое.

— Впечатляет, — прошептала Урарака, когда они вошли.

— Это место создано для тренировки героев в экстремальных условиях, — объяснил Тринадцатый, их учитель на сегодня. — Здесь вы научитесь действовать там, где обычные люди паникуют.

Класс разошелся по платформе, рассматривая зоны. Изуку сканировал пространство, запоминая расположение выходов, укрытий, потенциально опасных мест.

Зоны: 7 штук.

Выходы: 3 (главный, два запасных).

Укрытия: множественные, распределены неравномерно.

Потенциальные опасности: имитационные, но при неисправности — реальные.

— Сегодня мы будем отрабатывать спасение в разных условиях, — продолжал Тринадцатый. — Разделитесь на пары и...

Он не договорил.

Потому что в центре купола, прямо под ними, открылся портал.

Черный, пульсирующий, он рос на глазах, и из него开始 выходить фигуры. Много фигур. Злодеи. Десятки злодеев.

— Что это? — закричал кто-то.

— Тревога! — рявкнул Тринадцатый. — Это не учения! Это реальное нападение!

Изуку замер, но его мозг уже включился на полную мощность.

Злодеи: минимум 50, возможно больше.

Уровень угрозы: критический.

Наши силы: 20 студентов, 1 учитель.

Подкрепление: неизвестно, связь может быть заблокирована.

Цель злодеев: предположительно, убийство студентов (удар по будущим героям).

Стратегия: выжить, защитить слабых, дождаться подкрепления.

— СТУДЕНТЫ, КО МНЕ! — закричал Тринадцатый, но было поздно.

Портал расширился, и черная рука с глазами на пальцах (Изуку запомнил это навсегда) указала на них.

— Разбросайте их, — сказал голос. — Пусть охота начнется.

Порталы открылись под каждым студентом. Изуку почувствовал, как земля уходит из-под ног, как его засасывает в воронку, как мир вокруг исчезает.

Последнее, что он увидел перед падением — Урараку, летящую в другую сторону, и её испуганные глаза.

— УРАРАКА! — закричал он, но было поздно.

Он упал.

Часть 3: Зона дезориентации

Изуку приземлился жестко, на спину, выбив воздух из легких. Несколько секунд он лежал, пытаясь восстановить дыхание и понять, где находится.

Вокруг была тьма. Не просто темнота — абсолютная чернота, в которой не было видно даже собственных рук.

Сканирование:

Освещение: 0 люкс.

Звуки: эхо, шаги, дыхание (не моё).

Температура: 18°C, влажность высокая.

Пространство: ограниченное, стены близко.

Где я?

Изуку медленно поднялся, стараясь не шуметь. Его глаза привыкали к темноте, но без света это было бесполезно. Он был слеп.

— Попался, малыш.

Голос раздался справа. Изуку развернулся, но никого не увидел.

— Кто здесь? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твердо.

— Тот, кто тебя убьет.

Слева послышался шорох. Изуку переместился на три метра в сторону, используя шов, который заметил в момент падения.

— О? — удивился голос. — Телепортация? Интересно.

Вспыхнул свет. Фонарь, направленный прямо на Изуку. Он зажмурился, но успел увидеть силуэт — высокий, худой, с длинными руками.

— Меня зовут Шигараки Томура, — сказал голос. — И я пришел убить Всемогущего. Но для начала — развлекусь с вами, детки.

Изуку моргнул, прогоняя слепоту. Перед ним стоял молодой человек с белыми волосами и красными глазами, окруженный десятком злодеев.

Ситуация: критическая.

Враг: лидер группы, причуда неизвестна.

Силы врага: 10-12 злодеев.

Мои силы: 1, причуда ограничена.

Подкрепление: неизвестно.

Стратегия: бежать, искать союзников, анализировать.

— Убейте его, — лениво сказал Шигараки.

Злодеи бросились вперед.

Изуку не стал ждать. Он прыгнул в первый попавшийся шов и исчез.

Часть 4: Первые минуты

Он появился в коридоре, ведущем в другую зону. Сердце колотилось, мозг работал на пределе.

Анализ ситуации:

1. Нападение спланировано. Злодеи знали о нашем прибытии.

2. Их цель — Всемогущий, но они готовы убивать студентов.

3. Связь заблокирована — нужно найти способ вызвать подмогу.

4. Одноклассники разбросаны по зонам, каждый в опасности.

Приоритеты:

— Найти союзников.

— Организовать оборону.

— Найти выход или средство связи.

— Выжить.

Он побежал по коридору, сканируя пространство в поисках знакомых силуэтов. Вокруг гремели взрывы, крики, звуки битвы.

Бакуго в зоне пожаров? Слышны взрывы.

Киришима в зоне землетрясения? Слышен грохот.

Урарака... где Урарака?

Мысль о ней пронзила сердце. Она была одна, без подготовки, в незнакомой зоне. Если с ней что-то случится...

Нет. Не думать об этом. Думать о действиях.

Он вбежал в зону наводнения. Там был корабль, наполовину затопленный, и на палубе кто-то сражался.

— МИНА! — закричал Изуку, узнав розовые волосы.

Ашидо обернулась. Она отбивалась от трех злодеев, используя кислоту, но силы были неравны.

— МИДОРИЯ! — закричала она. — ПОМОГИ!

Изуку рванул к кораблю. Его мозг уже рассчитал траекторию.

Три злодея. Один с усилением, второй с лезвиями, третий с чем-то вроде клея.

Слабые места: усиленный медленный, лезвия — ближний бой, клей — уязвим после использования.

Стратегия: убрать клейщика первым, потом лезвия, потом усиленного.

Он переместился за спину злодея с клеем, ударил его по голове тяжелым предметом, который схватил на палубе. Злодей рухнул.

— А? — удивился второй, с лезвиями, но Изуку уже исчез.

Появился за спиной у третьего, усиленного, и пнул под колено. Тот пошатнулся, и Ашидо добила его кислотой прямо в лицо.

Второй, с лезвиями, бросился на Изуку, но тот переместился на палубу корабля, где валялся обломок трубы.

— Лови!

Он бросил трубу Ашидо. Та поймала и, используя кислоту, чтобы сделать её скользкой, отбила атаку лезвий.

— ЕЩЁ!

Изуку переместился за спину злодея и толкнул его прямо на Ашидо. Та встретила его струей кислоты.

Бой был окончен.

— Ты... ты спас меня, — выдохнула Ашидо, тяжело дыша. — Как ты...

— Потом, — перебил Изуку. — Нужно найти остальных. Ты видела, куда кто упал?

— Я видела, как Тодороки полетел в зону снега. И Бакуго — в зону пожаров. Больше ничего.

— Хорошо. Держись рядом. Надо организовать оборону.

Они побежали дальше.

Часть 5: Сбор данных

Следующие пятнадцать минут стали для Изуку самым интенсивным периодом анализа в его жизни.

Он бегал по зонам, собирая информацию, как суперкомпьютер, подключенный к тысяче камер.

Зона пожаров: Бакуго уничтожает злодеев пачками, но их слишком много. Нужна помощь.

Зона землетрясения: Киришима держится, но его окружают.

Зона снега: Тодороки создал ледяную стену, отрезав злодеев. Умно.

Зона корабля: мы с Ашидо очистили, временно безопасно.

Зона города: Иида и Яойорозу вместе, отбиваются, но тяжело.

Зона леса: там... там Урарака. Одна. Окружена.

Сердце пропустило удар.

— Ашидо, — сказал Изуку. — Беги в зону города, помоги Ииде и Яойорозу. Я — в лес.

— Но там опасно!

— Там Урарака. Я не брошу её.

Он исчез, не дожидаясь ответа.

Часть 6: В лесу

Зона леса была лабиринтом из искусственных деревьев, кустов и оврагов. Изуку появился на поляне и сразу услышал крики.

— ОТСТАНЬТЕ!

Голос Урараки. Слева.

Он рванул туда, используя перемещения для ускорения. Деревья мелькали, ветки хлестали по лицу, но он не останавливался.

И увидел её.

Урарака стояла на коленях, окруженная пятью злодеями. Она была ранена — кровь текла из рассеченной брови, форма порвана. Но в глазах горел вызов.

— Ну что, девчонка, — усмехался один из злодеев, здоровенный мужик с дубиной. — Сдавайся, и, может быть, умрешь быстро.

— Пошел ты, — выплюнула Урарака.

Злодей замахнулся дубиной.

Изуку переместился.

Он появился между Ураракой и злодеем, выставив руки. Дубина опустилась ему на плечо — он не успел уклониться, закрывая девушку.

Хруст. Боль. Темнота в глазах.

— МИДОРИЯ-КУН! — закричала Урарака.

Изуку упал на колено, но не отпустил её. Кровь текла по руке, но мозг продолжал работать.

Плечо: перелом или трещина. Левая рука временно не работает.

Злодеи: 5. У одного дубина, у двоих лезвия, у двоих — причуды типа усиления.

Урарака: ранена, но в сознании. Может использовать причуду.

Шанс на победу: 34%.

Шанс на выживание: 78% (если действовать быстро).

Стратегия: Урарака делает злодеев невесомыми, я добиваю.

— Урарака, — прошептал он. — Сделай их невесомыми. Всех.

— Но...

— ДЕЛАЙ!

Она коснулась земли, создавая вокруг злодеев зону невесомости. Те, потеряв вес, начали подниматься в воздух, хватаясь за деревья.

— А? ЧТО ЗА?

— СЕЙЧАС!

Изуку рванул вперед, используя правую руку. Он бил, толкал, сбрасывал злодеев с деревьев, заставляя их падать с высоты. Один, два, три...

Четвертый успел схватить его за ногу.

— ПОПАЛСЯ!

Изуку упал, но в падении переместился на метр в сторону, оставив злодея с куском воздуха в руках.

Пятый, самый большой, уже пришел в себя и бежал на них.

— Урарака! КИДАЙ!

Она поняла. Она сделала себя невесомой, Изуку схватил её и раскрутил, как диск, бросив прямо в злодея.

Они столкнулись в воздухе — Урарака и здоровенный мужик. Удар был такой силы, что оба отлетели в разные стороны.

Урарака приземлилась (уже с весом) и подбежала к Изуку.

— Ты... ты гений, — выдохнула она.

— Ты тоже, — улыбнулся он сквозь боль.

Они стояли посреди леса, окруженные поверженными злодеями, и тяжело дышали.

Но битва ещё не закончилась.

Часть 7: Живой штаб

— Надо собирать всех, — сказал Изуку, опираясь на Урараку. — Поодиночке нас перебьют.

— Как? Мы не знаем, где остальные.

— Я знаю. Я отследил перемещения. Бакуго в пожаре, Тодороки в снегу, Киришима в землетрясении, Иида и Яойорозу в городе.

— Ты... ты запомнил? В таком хаосе?

— Это моя работа.

Они побежали к зоне города, где было относительно безопасно. По пути Изуку строил план.

Собрать всех в одном месте. Зона города — самое нейтральное, много укрытий.

Организовать оборону периметра.

Назначить ответственных за каждое направление.

Искать способ связи с внешним миром.

Когда они вбежали в зону города, Иида и Яойорозу как раз добивали последнего злодея.

— МИДОРИЯ! — закричал Иида. — ТЫ ЖИВ!

— Жив. Собираем всех. Иида, твоя скорость — найди Киришиму в зоне землетрясения, приведи сюда. Яойорозу — создай что-нибудь для связи, рацию, сигнальный флаг, что угодно. Урарака — останься здесь, будешь координатором.

— А ты? — спросила Урарака.

— Я иду за Бакуго и Тодороки. Они нужны здесь.

Он исчез, не дожидаясь ответа.

Часть 8: Последние союзники

В зоне пожаров было жарко. Буквально.

Бакуго стоял на груде обломков, окруженный десятком поверженных злодеев. Он тяжело дышал, с него тек пот, но глаза горели бешенством.

— БАКУГО! — крикнул Изуку, появляясь рядом.

— ЧЕГО ТЕБЕ?

— Надо собираться в центре. Все идут в зону города.

— Я НЕ СОБИРАЮСЬ ТЕБЯ СЛУШАТЬ!

— Там Урарака, Иида, Яойорозу. Если мы не объединимся — нас перебьют поодиночке. ХВАТИТ БЫТЬ ИДИОТОМ!

Бакуго замер. Впервые в жизни Мидория назвал его идиотом в лицо.

— Ты... ты...

— ПОШЛИ! — Изуку схватил его за руку и переместил в зону города, не спрашивая разрешения.

Они появились перед удивленной компанией. Бакуго шатался — перемещение отняло силы даже у него.

— ТЫ... ТЕЛЕПОРТИРОВАЛ МЕНЯ?!

— Да. Сиди и отдыхай. Я за Тодороки.

Изуку исчез.

В зоне снега было холодно. Тодороки стоял за ледяной стеной, которую сам создал, и спокойно ждал.

— Тодороки-кун!

— Мидория. Я думал, ты придешь.

— Надо собираться в городе. Все уже там.

— Хорошо. Я разберу стену.

— Не надо. Я тебя перемещу.

Изуку коснулся его плеча и переместил обоих в центр города.

Теперь все были в сборе.

Часть 9: Координация

Следующие минуты стали демонстрацией того, что может сделать хороший штаб.

Изуку, несмотря на боль в плече, организовал оборону.

— Бакуго — правый фланг, встречай тех, кто идет из пожаров.

— Тодороки — левый фланг, заморозь подходы.

— Киришима — центр, прикрывай слабых.

— Иида — разведка, бегай по периметру, сообщай о перемещениях.

— Яойорозу — создавай припасы, оружие, средства связи.

— Урарака — будь готова эвакуировать раненых.

— Ашидо — поддерживай там, где прорыв.

— Остальные — держать строй.

Он распределил всех по позициям, используя знания о каждой причуде, о каждом человеке. Он знал, кто силен в обороне, кто в атаке, кто может прикрыть, кто — отвлечь.

— А ты? — спросил Бакуго.

— Я буду везде, где нужно. Перемещаться и координировать.

Бакуго посмотрел на него долгим взглядом.

— Ты... ты реально это делаешь, — сказал он тихо. — Командуешь.

— Я не командую, — ответил Изуку. — Я соединяю.

Злодеи пошли в атаку.

Бой был тяжелым. Их было слишком много, они лезли со всех сторон. Но теперь, организованные, студенты держались.

Бакуго взрывал наступающих.

Тодороки замораживал проходы.

Киришима принимал удары на себя.

Иида носился, сбивая с толку.

Яойорозу снабжала всех оружием.

Урарака вытаскивала раненых.

Ашидо прикрывала фланги.

И над всем этим — Изуку. Он появлялся то тут, то там, подправляя оборону, подсказывая, перемещая тех, кто ошибся позицией. Он был везде и нигде одновременно. Живой штаб, координационный центр, мозг операции.

Когда Всемогущий наконец прорвался в USJ и разметал оставшихся злодеев, он застал удивительную картину.

Двадцать студентов, построивших оборону, державших строй, сражавшихся как единое целое.

А в центре — Изуку Мидория, с разбитым плечом, но с горящими глазами, отдающий последние распоряжения.

— Отбой, — сказал он тихо. — Подмога пришла.

И рухнул без сознания.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №250. Возраст: 15 лет 11 месяцев.

Я в больнице. Снова.

Перелом левого плеча, множественные ушибы, истощение. Врачи говорят, что через месяц буду как новенький.

Это было... это было невероятно.

Мы выжили. Все двадцать. Никто не погиб.

Когда я думаю о том, что могло случиться... если бы я не успел к Урараке... если бы Бакуго не послушал... если бы Тодороки не пришел...

Но мы справились.

Я не герой. Я не сражался с главным злодеем. Я не победил никого сильного.

Но я сделал то, что умею лучше всего — я соединил людей. Я организовал их. Я направил их силы туда, где они нужнее всего.

Всемогущий сказал, что я поступил как настоящий герой. Что без моей координации многие могли погибнуть.

Может быть, это и есть моя роль. Не быть самым сильным. Быть тем, кто делает сильными других.

Сегодня ко мне приходили все. Урарака плакала и благодарила. Иида жал руку и говорил, что гордится знакомством. Даже Бакуго зашел — постоял в дверях минуту и ушел, не сказав ни слова.

Но я видел его глаза. Что-то изменилось.

Мы стали командой. Не классом, не группой студентов — командой.

И я — её архитектор.

Протокол запуска. Версия 7.0.

Режим: восстановление.

Состояние организма: тяжелое.

Состояние духа: спокойное.

Следующая цель: восстановиться и стать сильнее.

Вероятность успеха: 100%. Потому что я нужен им.

Продолжаю наблюдения. Теперь — за миром, который изменился.

Изуку Мидория.

Координатор.

Архитектор команды.

Живой штаб.

Он закрыл тетрадь здоровой рукой и посмотрел в окно.

За окном был город. Тот же город, что и всегда. Но что-то изменилось. Что-то внутри него.

Изуку улыбнулся и закрыл глаза.

Завтра будет новый день. А сегодня — отдых.

Он заслужил.

Глава 12

Глава 12: Критическая точка

Часть 1: Тишина перед бурей

Три недели в больнице стали для Изуку временем вынужденного покоя и интенсивной умственной работы.

Плечо заживало медленно — перелом оказался серьезнее, чем думали сначала. Врачи запретили любые нагрузки, даже простые движения. Изуку лежал, смотрел в потолок и считал.

Дни до выписки: 7.

Дни до возвращения в строй: 14.

Дни до следующего возможного нападения: неизвестно.

Последнее беспокоило его больше всего.

Нападение на USJ не было случайностью. Это была спланированная операция, с разведкой, координацией, конкретными целями. Злодеи знали расписание, знали, где будут студенты, знали даже имена.

Кто-то слил информацию. Кто-то внутри? Или снаружи, но с доступом к данным?

Цель — Всемогущий. Они хотели убить Символа мира.

Не вышло. Но они попробуют снова.

Изуку прокручивал в голове события того дня снова и снова, как заевшую пленку. Каждое движение злодеев, каждое слово, каждый взгляд. Он записывал, анализировал, искал закономерности.

Шигараки Томура — лидер. Молодой, импульсивный, но с властью. Его причуда — разрушение при касании. Опасен.

Человек с порталами — ключевая фигура. Без него операция провалилась бы. Где он сейчас?

Ному — искусственные люди? Монстры? Видел одного, огромного, с мозгом наружу. Таких было несколько.

Кто за ними стоит? Кто финансирует? Кто координирует?

Вопросов было больше, чем ответов. Но Изуку знал: ответы придут. Рано или поздно.

Главное — быть готовым.

Часть 2: Возвращение

Когда Изуку наконец вернулся в школу, его встретили как героя.

— МИДОРИЯ-КУН! — Урарака бросилась к нему и обняла, забыв про все приличия. — ТЫ ВЕРНУЛСЯ!

— Я... да... спасибо... — пробормотал он, краснея.

Иида подбежал следом и начал тараторить:

— Мы так волновались! Твое плечо! Как оно? Врачи сказали, всё хорошо? Ты будешь участвовать в тренировках? Мы подготовили для тебя все конспекты!

— Иида-кун, дыши, — улыбнулся Изуку. — Я в порядке. Спасибо всем.

Он прошел в класс, и его провожали десятки взглядов. Даже Бакуго, сидевший на своем обычном месте, посмотрел на него дольше обычного.

— Жив, значит, — буркнул он.

— Жив, — ответил Изуку.

— Хорошо. Потому что я еще не рассчитался с тобой за тот позор.

— Жду.

Бакуго отвернулся, но в уголках его губ мелькнуло что-то похожее на улыбку.

Тодороки подошел к Изуку после урока.

— Надо поговорить, — сказал он.

— О чем?

— О злодеях. О том, что мы видели. Я... я кое-что заметил.

Изуку насторожился.

— Что именно?

— Не здесь. После уроков, в пустом классе.

Изуку кивнул.

Новая информация. Хорошо.

Часть 3: Анализ Тодороки

В пустом классе после уроков они сидели друг напротив друга. Тодороки выглядел серьезнее обычного.

— Тот злодей с порталами, — начал он. — Я видел его раньше.

Изуку замер.

— Где?

— В новостях. Несколько лет назад. Было нападение на какой-то институт, где изучали причуды. Там мелькнул человек, похожий на него. Худой, с длинными руками, лицо закрыто.

— Ты уверен?

— Не на сто процентов. Но похож. Я запомнил, потому что причуда редкая — пространственные порталы.

Изуку задумался.

Пространственные порталы. Как у меня? Нет, у меня телепортация, а это создание проходов. Разная природа, но близкая.

— Если он был в институте изучения причуд, значит, он мог быть подопытным. Или сотрудником. Или...

— Или его создали, — закончил Тодороки. — Как тех монстров. Ному.

Изуку похолодел.

Искусственные люди. Созданные причуды. Кто-то за этим стоит.

— Надо рассказать учителям, — сказал он.

— Уже. Я говорил с Айзавой. Они знают. Но ничего не могут найти. Этот человек исчез.

— Значит, он появится снова.

Тодороки кивнул.

— И в следующий раз, когда появится, надо быть готовыми.

Они помолчали. Потом Тодороки встал.

— Я рад, что ты вернулся, Мидория. Без тебя в USJ мы бы не справились.

— Справились бы. Вы сильные.

— Сильные — да. Но без координации сила бесполезна. Ты показал это.

Он вышел, оставив Изуку в раздумьях.

Я показал. Но хватит ли этого в следующий раз?

Часть 4: Обычный день, который не был обычным

Прошла неделя. Жизнь входила в нормальное русло — уроки, тренировки, домашние задания. Изуку снова стал старостой, координировал, помогал, анализировал.

Но внутри него росло напряжение.

Он чувствовал это так же явственно, как перед USJ. Что-то надвигалось. Что-то темное.

— Мидория-кун, ты какой-то напряженный, — заметила Урарака за обедом. — Всё хорошо?

— Да, просто... предчувствие.

— Опять? Как перед USJ?

— Да. Как перед USJ.

Урарака посмотрела на него с беспокойством.

— Может, скажешь учителям?

— Что скажу? "У меня плохое предчувствие"? Они решат, что я параноик.

— Ты не параноик. Ты просто... чувствуешь то, чего не видят другие.

Изуку улыбнулся. Она всегда находила правильные слова.

— Спасибо, Урарака-сан. Я буду осторожен.

Он не знал, что осторожность понадобится уже через час.

Часть 5: Вторжение

Это случилось во время тренировки на открытом полигоне.

Воздух сгустился, потемнел, и в центре площадки открылся портал — тот самый, из USJ.

— ТРЕВОГА! — закричал Айзава, но было поздно.

Из портала хлынули злодеи. Десятки, сотни. И среди них — знакомые фигуры. Шигараки Томура с своей жуткой рукой. Человек с порталами. И...

И ОН.

Монстр. Огромный, под два с половиной метра, с серой кожей, мускулами, перекатывающимися под ней, и главное — с мозгом, пульсирующим прямо на затылке, без черепа, без защиты.

Ному.

— ВСЕМ НАЗАД! — закричал Айзава, бросаясь вперед. — ЗАЩИЩАЙТЕ СТУДЕНТОВ!

Изуку замер, но его мозг уже включился на полную мощность.

Ному. Искусственный человек. Судя по размерам — сильнее, чем в USJ.

Скорость: неизвестна.

Сила: предположительно огромна.

Уязвимости: неизвестны.

Причуды: неизвестны, но вероятно множественные.

Цель: Всемогущий. Они знают, что он здесь.

— МИДОРИЯ! — закричал Бакуго. — ШЕВЕЛИСЬ!

Но Изуку уже двигался. Не назад — вперед, к эпицентру.

Нужны данные. Нужно понять, с чем мы имеем дело.

Он переместился на крышу ближайшего здания, откуда открывался обзор на всю площадку.

Там он увидел то, от чего кровь застыла в жилах.

Айзава сражался с Ному. Его причуда — стирание причуд — должна была работать, но Ному даже не замедлялся. Он просто ловил Айзаву и швырял, как тряпичную куклу.

— АЙЗАВА-СЕНСЕЙ! — закричал кто-то.

Изуку сжал кулаки до крови.

Спокойно. Анализируй.

Ному не реагирует на стирание причуд. Значит, у него либо нет причуды (но он явно сильнее человека), либо их несколько, и стирание одной не останавливает остальные.

Вариант: множественные причуды. Тогда надо найти главную, контролирующую.

Где она? В мозге? В сердце?

Он смотрел, как Айзава падает, как его голова ударяется о землю, как кровь заливает лицо.

— СЕНСЕЙ! — закричала Яойорозу.

И в этот момент на поле приземлился ОН.

Всемогущий.

Часть 6: Битва титанов

Всемогущий в своей геройской форме — огромный, мускулистый, сияющий — обрушился на злодеев как ураган. Удары, от которых воздух взрывался ударными волнами, разметали десятки врагов.

Но Ному стоял.

Он принял удар Всемогущего и не сдвинулся с места.

— Что? — удивился Всемогущий.

— Он создан для тебя, Символ мира, — усмехнулся Шигараки. — Развлекайся.

Ному атаковал.

Изуку смотрел, затаив дыхание. Два титана сошлись в схватке, от которой земля дрожала, здания шатались, воздух плавился.

Скорость: запредельная. Мои глаза не успевают.

Сила: каждый удар может разрушить здание.

Регенерация: у Ному — мгновенная, раны затягиваются на глазах.

Всемогущий слабеет. Он тратит время. Его форма тает.

Изуку видел то, чего не видели другие. Каждая секунда боя приближала момент, когда Всемогущий не сможет поддерживать геройскую форму. Когда он станет уязвимым.

Нужно что-то делать. Нужно помочь.

Но как? Я муравей перед этими монстрами.

Он продолжал смотреть. Продолжал анализировать. Продолжал искать.

И нашел.

Часть 7: Критическая точка

Всемогущий наносил удар за ударом, но Ному регенерировал быстрее, чем получал повреждения. Казалось, его невозможно убить.

Но Изуку заметил.

Регенерация замедляется после каждого удара. Ненамного, на доли секунды, но замедляется.

Значит, есть предел. Есть точка, где скорость восстановления упадет ниже скорости повреждения.

Где эта точка?

Он начал считать.

Удар №1 — регенерация 0.3 секунды.

Удар №2 — 0.32 секунды (замедление на 0.02).

Удар №3 — 0.35 секунды.

Удар №4 — 0.39 секунды.

Закономерность: каждый следующий удар замедляет регенерацию на 0.02-0.04 секунды.

При текущем темпе (1 удар в секунду) потребуется примерно 50 ударов, чтобы достичь задержки в 1.5 секунды.

Но у Всемогущего нет 50 секунд. Его форма держится максимум 30.

Нужно ускорить процесс. Нужно найти место, где регенерация слабее.

Он сканировал тело Ному сантиметр за сантиметром. Мышцы, кожа, кости, мозг...

Мозг.

Тот самый мозг, пульсирующий на затылке, без защиты.

Он открыт. Уязвим. Почему Всемогущий не бьет туда?

Потому что не видит? Потому что бой слишком быстр?

Изуку вскочил.

— ВСЕМОГУЩИЙ! — закричал он, но голос потонул в грохоте битвы.

Он переместился ближе. Еще ближе. Оказался на краю площадки, в двадцати метрах от сражающихся.

— ВСЕМОГУЩИЙ! МОЗГ! БЕЙ В МОЗГ!

Всемогущий услышал. Он повернулся на долю секунды, увидел Изуку, увидел, куда тот показывает.

И понял.

Следующий удар был направлен не в корпус — в голову.

Ному уклонился. Он был быстр. Но Всемогущий успел зацепить край мозга.

Монстр замер на мгновение. Регенерация замедлилась.

— ЕЩЁ! — закричал Изуку. — ТАМ ЕГО ЦЕНТР!

Всемогущий обрушил серию ударов. Пять, десять, пятнадцать — все в мозг, в эту пульсирующую массу, лишенную защиты.

Ному дергался, пытался закрыться, но руки не слушались. Мозг восстанавливался всё медленнее.

— СЕЙЧАС! — закричал Изуку, видя момент, когда регенерация упала до нуля.

Всемогущий вложил всё, что у него осталось, в последний удар.

Кулак вошел в мозг Ному по самую руку.

Монстр замер. Дернулся. Замер окончательно.

И рухнул, как подкошенный.

Тишина.

Часть 8: После битвы

Шигараки смотрел на поверженного Ному с выражением, которое невозможно было описать. Ярость? Удивление? Страх?

— Ты... — прошептал он, глядя на Изуку. — Ты указал ему. Ты нашел слабое место.

Изуку стоял, не в силах пошевелиться. Вся энергия, все силы ушли на анализ, на крик, на концентрацию.

— Я запомню тебя, мальчик, — сказал Шигараки. — Ты испортил мне игру.

Он коснулся себя рукой и начал рассыпаться.

— Мы еще встретимся. Я обещаю.

Портал закрылся, унося остатки злодеев.

На площадке остались только студенты, раненые учителя и Всемогущий, который медленно, на глазах у всех, сдувался в свою истощенную форму.

— ВСЕМОГУЩИЙ! — закричали студенты.

— Я... я в порядке, — прохрипел он, пытаясь улыбнуться. — Просто... устал.

Изуку подбежал к нему.

— Вы... вы видели? Мозг... я заметил...

— Видел, — кивнул Всемогущий. — Ты спас меня, мальчик. Если бы не твой анализ, я бы не успел.

— Но вы... ваша форма...

— Потом. Сначала — помощь раненым.

Изуку кивнул и побежал к Айзаве, который лежал без сознания, залитый кровью.

Рядом уже хлопотала Яойорозу, создавая бинты и лекарства. Урарака приносила воду. Иида организовывал эвакуацию.

Все делали своё дело.

А Изуку стоял над Айзавой и считал пульс.

Пульс: 110, слабый, но есть.

Зрачки: реагируют.

Кровотечение: остановлено.

Выживет.

Он выдохнул.

Выживет.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №251. Возраст: 16 лет.

Сегодня мы снова чуть не погибли.

Ному был создан, чтобы убить Всемогущего. Если бы не случайность, если бы я не заметил уязвимость, если бы Всемогущий не успел...

Но я заметил. И он успел.

Шигараки знает меня теперь. Он сказал, что запомнит. Это плохо. Очень плохо.

Вероятность того, что он будет охотиться за мной: 89%.

Вероятность того, что я выживу при следующей встрече: неизвестно.

Но дело не во мне.

Дело в том, что они не остановятся. Они будут пробовать снова и снова. У них есть ресурсы, есть люди, есть Ному. У них есть цель — уничтожить Символ мира.

А у нас есть только мы.

Сегодня я понял кое-что важное. Моя роль — не просто координировать. Не просто анализировать. Моя роль — находить то, что не видят другие. Критические точки. Слабые места. Моменты, когда можно победить, даже если кажется, что шансов нет.

Это не геройство в обычном смысле. Это не спасение людей своими руками.

Но это то, что умею только я.

Всемогущий сказал, что я спас его. Он сказал это серьезно, глядя в глаза. Он не шутил.

Я, Изуку Мидория, спас Всемогущего.

До сих пор не верится.

Но верю в другое: это не последний раз. Будут новые битвы. Новые враги. Новые критические точки.

И я буду готов.

Протокол запуска. Версия 8.0.

Режим: боевой.

Состояние организма: истощение.

Состояние духа: решимость.

Следующая цель: найти слабые места всех потенциальных врагов.

Вероятность успеха: 100% (если я успею).

Продолжаю наблюдения. За врагами. За союзниками. За собой.

Изуку Мидория.

Аналитик.

Координатор.

Тот, кто видит невидимое.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно больничной палаты. Рядом на койке лежал Айзава, подключенный к приборам. В других палатах лежали другие раненые.

Но все были живы.

И это главное.

Завтра будет новый день. Новые битвы. Новые открытия.

А сегодня — отдых.

Он заслужил.

Глава 13

Глава 13: Перезагрузка системы

Часть 1: Тишина больничной палаты

Изуку лежал на больничной койке и смотрел в белый потолок.

Третий день после битвы с Ному. Третий день вынужденного бездействия. Третий день, когда его мозг, лишенный внешних стимулов, работал на холостом ходу, перебирая события, анализируя ошибки, ища закономерности.

Рядом, на соседней койке, лежал Айзава. Учитель был в сознании, но почти не разговаривал — травма головы давала о себе знать. Иногда он открывал глаза, смотрел на Изуку долгим взглядом и снова закрывал.

Состояние Айзавы: стабильное, но восстановление займет месяцы.

Состояние Всемогущего: скрыто от всех, но я видел его форму — критическое.

Состояние класса: все живы, ранения разной степени тяжести.

Мое состояние: физически — норма, но мозг требует работы.

Изуку не мог просто лежать. Это было выше его сил. На третий день он попросил у медсестры бумагу и ручку и начал записывать.

Анализ битвы с Ному:

- Множественные причуды: регенерация, усиление, шоковая абсорбция.

- Управляющий центр: обнаженный мозг (уязвимость).

- Тактика: изматывание противника, затем удар в центр.

Ошибки:

1. Поздно заметил уязвимость (только после 30 секунд боя).

2. Не смог передать информацию быстро (крик неэффективен).

3. Не рассчитал время истощения Всемогущего.

Что можно улучшить:

- Тренировать скорость анализа в экстремальных условиях.

- Разработать систему быстрой передачи данных союзникам.

- Учитывать временные ограничения всех участников.

Он писал час, два, три. К вечеру у него было двадцать страниц анализа, схем, графиков и выводов.

Медсестра, заглянувшая в палату, покачала головой:

— Вам надо отдыхать, молодой человек.

— Я отдыхаю, — ответил Изуку, не отрываясь от бумаг.

— Это не отдых. Это работа.

— Для меня это отдых. Мой мозг не умеет иначе.

Медсестра вздохнула и ушла. А Изуку продолжал писать.

Потому что только так он мог справиться с тем, что произошло.

Часть 2: Посетители

На четвертый день к нему пришли.

Первой влетела Урарака — с цветами, фруктами и огромной улыбкой, которая, впрочем, не могла скрыть темных кругов под глазами.

— МИДОРИЯ-КУН! ТЫ КАК?

— Я в порядке, — улыбнулся Изуку. — А ты? Выглядишь уставшей.

— Я? Нет, что ты! Я просто... ну, мало спала последние дни. Думала о том, что случилось.

— Понимаю.

За ней вошли Иида, Яойорозу, Тодороки и, что удивительно, Бакуго. Последний остановился в дверях, прислонившись к косяку, и делал вид, что его здесь нет.

— Мидория-кун! — начал Иида с обычным энтузиазмом. — Мы принесли тебе конспекты! Все уроки, все задания! Ты не отстанешь от программы!

— Спасибо, Иида-кун. Это очень поможет.

— И вот еще, — добавила Яойорозу, протягивая какой-то прибор. — Я создала устройство для стимуляции мозговой активности. Оно безопасно, проверено на себе. Поможет тебе восстановиться быстрее.

— Яойорозу-сан... вы не обязаны...

— Обязана. Ты спас нас в USJ. Ты помог победить Ному. Это меньшее, что я могу сделать.

Изуку растроганно смотрел на них. Друзья. Настоящие друзья.

Тодороки подошел ближе и сел на стул рядом с кроватью.

— Я тоже кое-что принес, — сказал он. — Информацию.

Изуку насторожился.

— Какую?

— О тех институтах. Где создавали Ному. Я нашел кое-какие старые записи, рассекреченные документы.

— Покажешь?

— Позже. Сначала ты должен поправиться.

— Тодороки-кун, я в порядке. Мой мозг работает лучше, чем когда-либо. Мне нужно знать.

Тодороки посмотрел на него долгим взглядом, потом кивнул.

— Хорошо. Но не здесь. Когда выпишешься.

Изуку кивнул.

Бакуго в дверях кашлянул.

— Ты, — сказал он, глядя в сторону. — В следующий раз не лезь под удар. Понял?

— Бакуго...

— Я сказал, не лезь. Если бы ты погиб, я бы... — Он запнулся. — Короче, не лезь.

И вышел, не дожидаясь ответа.

В палате повисла тишина.

— Это было... мило? — предположила Урарака.

— Для Бакуго — да, — усмехнулся Изуку. — Почти признание в любви.

Все засмеялись. Даже Тодороки улыбнулся.

Впервые за много дней Изуку почувствовал, что напряжение отпускает.

Часть 3: Разговор с Всемогущим

На пятый день, поздно вечером, когда все посетители ушли, в палате появился он.

Всемогущий в своей истощенной форме сидел на стуле рядом с кроватью и смотрел на Изуку с выражением, которого тот никогда раньше не видел. Усталость. Боль. И одновременно — гордость.

— Изуку, — сказал он тихо. — Нам надо поговорить.

— Да, Всемогущий.

— Ты знаешь, что я собирался передать тебе One For All. Но после того, что случилось... я не уверен.

Изуку замер.

— Почему?

— Потому что ты уже герой. Без моей силы. Ты доказал это в USJ. Ты доказал это в битве с Ному. Твой анализ, твоя координация, твоя способность видеть то, что не видят другие — это уже делает тебя великим героем.

— Но без вашей силы я не смогу защищать людей. Моя причуда слишком ограничена.

— Ограничена? — Всемогущий улыбнулся. — Ты перемещал предметы в битве? Ты телепортировал Бакуго? Ты использовал свою причуду десятки раз за несколько минут и не сгорел?

Изуку задумался.

Он прав. Я использовал причуду интенсивнее, чем когда-либо. И выжил.

— Твой потенциал, Изуку, огромен. Не только как носителя One For All, но как самостоятельного героя. Моя сила может усилить тебя. Но она может и убить, если ты не будешь готов.

— Я готов. Я тренировался десять месяцев. Мое тело выдержит.

— Твое тело — да. А твой мозг? Твоя причуда? One For All — это колоссальная энергия. Она может конфликтовать с твоей собственной причудой. Может подавить её. Может усилить до неузнаваемости. Я не знаю.

Изуку молчал. Это был тот же риск, о котором они говорили в самом начале.

— Но я знаю другое, — продолжил Всемогущий. — Ты нужен этому миру. Не как моя копия, а как ты сам. И если One For All поможет тебе стать лучше — я передам её. Если нет — я найду другой способ подготовить тебя.

Изуку посмотрел в глаза своему кумиру.

— Я хочу эту силу. Не для того, чтобы стать вами. Для того, чтобы стать собой. Лучшей версией себя.

Всемогущий улыбнулся.

— Тогда готовься. Когда выпишешься — начнем.

Часть 4: Скрытый потенциал

Следующие дни в больнице Изуку посвятил не отдыху, а исследованию.

Он анализировал свою причуду. Все случаи использования, все эффекты, все странности, которые замечал раньше, но не придавал значения.

Случай 1: перемещение предметов (пляж Дагоба).

Случай 2: перемещение Бакуго (USJ).

Случай 3: ощущение "застревания" в пространстве (начальная школа).

Случай 4: видение "швов" везде, даже там, где нет видимых причин.

Закономерность: моя причуда работает не только на мне. Она работает с пространством вообще.

Вопрос: могу ли я не только перемещать, но и... изменять пространство?

Он вспомнил тот момент в детстве, когда "застрял" между точками. Тогда это было страшно. Но что, если это не ошибка, а возможность?

Если я могу "застрять", значит, я могу "удерживать" пространство в нестабильном состоянии. Если я могу удерживать — значит, могу использовать это как щит? Как ловушку?

Изуку записывал, рисовал схемы, строил гипотезы. К концу недели у него была готова новая теория.

Моя причуда — манипуляция пространством. Телепортация — лишь одно из применений. Другие возможные применения:

1. Пространственный щит (искривление пространства вокруг себя для защиты).

2. Ловушки (замыкание пространства вокруг врага).

3. Увеличение/уменьшение объектов (растяжение/сжатие пространства).

4. Создание порталов (как у того злодея, но, возможно, без потери энергии).

Проблема: все эти применения требуют колоссальных вычислений и энергии. Больше, чем телепортация.

Решение: тренировать мозг. Увеличивать мощность. Искать способы оптимизации.

One For All может дать необходимую энергию. Но научиться управлять пространством должен я сам.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном был мир, который нуждался в героях. И он, Изуку Мидория, становился одним из них.

Но не таким, как все.

Часть 5: Возвращение

Через две недели Изуку выписали.

Он вышел из больницы весенним утром, щурясь от солнца, и увидел на стоянке школьный автобус. А рядом — весь класс 1-А.

— МИДОРИЯ-КУН! — заорали все хором.

Изуку замер, не веря своим глазам.

— Вы... вы все здесь?

— А ты думал, мы дадим тебе добираться одному? — усмехнулся Киришима. — Садись, староста. Работа есть.

Изуку почувствовал, как к глазам подступают слезы. Он быстро заморгал, делая вид, что это от солнца.

— Спасибо, — сказал он тихо. — Спасибо вам всем.

В автобусе его затискали, затормошили, засыпали вопросами. Как плечо? Что говорили врачи? Когда сможет тренироваться? Не отстал ли по программе?

Изуку отвечал, улыбался и чувствовал, как внутри разливается тепло.

Друзья. Настоящие друзья. Которые приехали за мной в больницу. Которые волнуются. Которые ждали.

— Так, хватит! — скомандовал Иида. — Дайте ему подышать! Мидория-кун, садись сюда, у окна. Урарака-сан, принеси воды. Тодороки-кун, отодвинься, ты занимаешь два места.

— Я один.

— Ты занимаешь два места своим холодом!

Все засмеялись. Даже Тодороки, кажется, улыбнулся.

Автобус тронулся, увозя их в школу, в обычную жизнь, в новые приключения.

Изуку смотрел в окно на проплывающий город и думал о том, что ждет впереди.

Спортивный фестиваль. Новые тренировки. Передача One For All. Новые враги.

Много работы.

Но сейчас — просто ехать, смотреть на друзей и чувствовать, что ты дома.

Часть 6: Первый день в школе

В школе его встретили как героя. Буквально.

На доске объявлений висел плакат: "Поздравляем класс 1-А с героической обороной в USJ! Особо отмечаем Мидорию Изуку за координацию действий!"

Изуку покраснел до корней волос.

— Это лишнее, — пробормотал он.

— Не лишнее, — возразила Урарака. — Ты заслужил.

На первом уроке Айзавы (он вернулся, хотя врачи запрещали) учитель посмотрел на Изуку долгим взглядом и сказал:

— Мидория. После уроков зайди.

— Да, сенсей.

Весь день Изуку нервничал. Что скажет Айзава? Будет ругать? Хвалить? Предупреждать?

После уроков он вошел в пустой класс, где его ждал учитель. Айзава сидел за столом, замотанный бинтами, но в глазах горел привычный огонь.

— Садись, — сказал он.

Изуку сел.

— Я наблюдал за тобой в USJ, — начал Айзава. — До того, как потерял сознание. И то, что я видел, меня впечатлило.

— Спасибо, сенсей.

— Не перебивай. Ты координировал действия класса лучше, чем некоторые профессиональные герои. Ты использовал знания о причудах каждого, чтобы распределить роли. Ты рисковал собой, чтобы спасти других. Это редкие качества.

Изуку молчал, боясь дышать.

— Но у тебя есть проблема, — продолжил Айзава. — Твоя причуда. Она опасна для тебя самого. Я видел, как ты падал после интенсивного использования. Я видел твои медицинские записи. Ты играешь с огнем.

— Я знаю, сенсей. Но у меня нет выбора.

— Выбор есть всегда. Ты мог не лезть, не рисковать, не координировать. Ты выбрал другое. Это делает тебя героем. Но это же может тебя убить.

Айзава помолчал.

— Я не буду запрещать тебе использовать причуду. Это бесполезно. Но я требую одного: научись контролировать её так, чтобы не умирать после каждого боя. Найди способ. Или я найду способ заставить тебя сидеть на скамейке.

Изуку кивнул.

— Я понял, сенсей. Я работаю над этим.

— Работай быстрее. Потому что следующие битвы будут тяжелее.

Он махнул рукой, отпуская.

Изуку вышел из класса с новым пониманием.

Айзава прав. Моя причуда — мое главное оружие и моя главная слабость. Если я не научусь управлять ею, я не выживу.

Но я научусь. Я обязан.

Часть 7: Вечер откровений

Вечером, вернувшись домой, Изуку застал мать в слезах.

— Мама? Что случилось?

Инко сидела на кухне и плакала в платок. Увидев сына, она вскочила и бросилась обнимать его.

— Изуку! Ты жив! Ты вернулся!

— Мама, я же звонил каждый день. Ты знала, что я в порядке.

— Звонить — не то же самое, что видеть. Я смотрела новости про USJ. Про Ному. Я думала, что потеряю тебя.

Изуку обнял её крепче.

— Я здесь, мама. Я жив.

— Но надолго ли? — прошептала она. — Каждый раз, когда ты уходишь, я боюсь, что не дождусь.

Изуку молчал. Что он мог сказать? Что не будет рисковать? Он не мог обещать этого. Что всё будет хорошо? Он не знал.

— Я люблю тебя, мама, — сказал он просто. — И я буду стараться. Очень стараться. Вернуться к тебе каждый раз.

Инко всхлипнула и улыбнулась сквозь слезы.

— Ты такой же, как отец. Тот тоже обещал возвращаться. И однажды не вернулся.

— Я вернусь, — твердо сказал Изуку. — Я обещаю.

Они сидели на кухне до поздней ночи, пили чай и говорили о всякой ерунде. О школе, о погоде, о соседях. Обычные разговоры, которые так ценны, когда знаешь, что завтра может не наступить.

Изуку запомнил этот вечер навсегда.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №252. Возраст: 16 лет 1 месяц.

Я вернулся домой. В школу. К друзьям.

Две недели в больнице дали мне время подумать. О многом.

О своей причуде. О её скрытом потенциале. О том, как мало я знаю о собственных возможностях.

Я всегда считал, что моя причуда — это телепортация. Опасная, ограниченная, но телепортация.

Теперь я понимаю: это не так.

Моя причуда — манипуляция пространством. Телепортация — лишь верхушка айсберга.

Если я смогу научиться использовать другие аспекты — искривление, сжатие, растяжение, блокировку — я стану неуязвимым. Или погибну в процессе.

Но риск того стоит.

Айзава прав: мне нужно научиться контролировать свою силу. Не только для выживания, но и для того, чтобы быть полезным. One For All даст мне энергию, но управлять пространством должен я сам.

Следующие недели будут тяжелыми. Спортивный фестиваль приближается. Новые враги ждут. Новые битвы грядут.

Я готов.

Потому что я знаю теперь: моя причуда — не проклятие. Это дар. Самый опасный и самый прекрасный дар в мире.

И я научусь им пользоваться.

Протокол запуска. Версия 9.0.

Режим: исследовательский.

Состояние организма: восстановление.

Состояние духа: решимость.

Следующая цель: понять свою причуду до конца.

Вероятность успеха: неизвестно.

Вероятность того, что я не остановлюсь: 100%.

Продолжаю наблюдения. За собой. За пространством. За миром, который становится всё сложнее.

Изуку Мидория.

Исследователь собственной души.

Будущий герой.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

Ночь была тихой и звездной. Где-то в этой ночи таились враги. Где-то спали друзья. Где-то ждало будущее.

А он, Изуку Мидория, сидел в своей комнате, сжимая в руках тетрадь с наблюдениями, и чувствовал, как внутри разгорается огонь.

Огонь познания.

Огонь решимости.

Огонь жизни.

Система перезагружалась.

И это было только начало.

Глава 14

Глава 14: Спортивный алгоритм

Часть 1: Утро фестиваля

Спортивный фестиваль UA начался с ослепительного солнца и рева трибун.

Изуку стоял в туннеле, ведущем на стадион, и слушал, как десятки тысяч зрителей приветствуют первых участников. Его сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели, а мозг работал на пределе, обрабатывая миллион сигналов одновременно.

Зрители: примерно 50 000.

Профессиональные герои на трибунах: минимум 200.

Участники: 132 студента из всех классов.

Трансляция: национальная, возможно международная.

Давление: критическое.

Волнение: запредельное.

Готовность: надо быть готовым.

— Мидория-кун! — Урарака подбежала к нему, сияя улыбкой, которая, впрочем, не могла скрыть её собственного волнения. — Ты как?

— Жив, — выдохнул Изуку. — Пока жив.

— Это хорошо. Потому что нам сегодня выживать!

— Оптимистично.

— А как иначе? Если думать о плохом, оно и случится. А если думать о хорошем...

— Настроение лучше, — закончил за неё Изуку и улыбнулся. — Ты права. Как всегда.

Подошёл Иида, размахивая руками в своём обычном стиле.

— МИДОРИЯ-КУН! УРАРАКА-САН! Вы готовы? Я изучил расписание! Первое испытание — бег с препятствиями! Это идеально для моей причуды!

— Удачи, Иида-кун, — искренне пожелал Изуку. — Ты покажешь класс.

— Мы все покажем! — Иида хлопнул его по плечу так, что Изуку пошатнулся. — Вперёд, к славе!

Он убежал, и Изуку посмотрел ему вслед с теплотой.

Иида-кун. Надёжный, как всегда.

— Смотри, — сказала Урарака, показывая на другую сторону туннеля.

Там стоял Бакуго. Один, в стороне от всех, с обычным выражением хищной готовности на лице. Он не смотрел на них, но Изуку знал: Кацуки чувствует каждое движение вокруг.

— Он будет опасен сегодня, — заметила Урарака.

— Он всегда опасен. Но сегодня — особенно.

— Боишься?

— Уважаю. Это разные вещи.

Урарака посмотрела на него с уважением.

— Ты вырос, Мидория-кун. Правда.

— Спасибо. Ты тоже.

Они улыбнулись друг другу, и в этот момент динамики объявили:

— УЧАСТНИКИ ПЕРВОГО КУРСА! ВЫХОДИТЕ НА СТАДИОН!

Часть 2: Первое испытание

Стадион встретил их стеной звука.

Изуку вышел на поле и на мгновение ослеп от солнца, отражающегося от трибун. Тысячи лиц, тысячи глаз — все смотрели на них, на первокурсников, на будущее геройства.

— СТРОИТЬСЯ! — прогремел голос ведущего.

Студенты выстроились в шеренги. Изуку оказался между высоким парнем из класса 1-Б и девушкой с фиолетовыми волосами.

— Первое испытание! — объявила Миднайт, выходя в центр поля. — БЕГ С ПРЕПЯТСТВИЯМИ!

Табло зажглось, показывая трассу — километр препятствий, роботов, ловушек и неожиданностей.

— Правила просты! — продолжала Миднайт. — Финишировать первыми! Можно использовать причуды! Можно мешать другим! Нельзя убивать! Остальное — разрешено!

Изуку почувствовал, как адреналин впрыскивается в кровь.

Трасса: четыре сектора.

Первый — роботы-стенды (надо прорваться).

Второй — минное поле (уклонение).

Третий — ледяная зона (скользко, холодно).

Четвёртый — финишная прямая.

Моя стратегия: не рваться вперёд с самого начала. Дать сильнейшим проложить путь, использовать их энергию, найти оптимальную траекторию.

— НА СТАРТ! — закричала Миднайт. — ВНИМАНИЕ! МАРШ!

Толпа рванула.

Изуку не побежал.

Он остался на месте на две секунды, пропуская волну участников вперёд. Кто-то налетел на него, выругался и побежал дальше. Изуку даже не пошатнулся.

Сканирование:

Лидеры: Бакуго (взрывы), Иида (скорость), Тодороки (лёд).

Вторая волна: основные конкуренты.

Третья волна: я и остальные тактики.

Траектория лидеров: прямая, через центр препятствий.

Моя траектория: правее, через зону, где роботы уничтожены первой волной, но ловушки ещё активны.

Он побежал.

Часть 3: Алгоритм движения

Первый сектор встретил его дымом и грохотом.

Роботы-стенды, которые должны были блокировать путь, лежали разбитые взрывами Бакуго и льдом Тодороки. Но не все — некоторые ещё двигались, пытаясь атаковать запоздавших.

Изуку включил режим полного сканирования.

Робот слева: повреждён, цель медленная, можно обойти.

Робот справа: активен, готов к атаке.

Обломки под ногами: скользкие, риск падения.

Маршрут: зигзаг между обломками, используя их как укрытия от активных роботов.

Он побежал, и его тело двигалось с идеальной точностью. Шаг влево, прыжок через обломок, кувырок под рукой робота, рывок вперёд.

Время прохождения первого сектора: 45 секунд (на 10 секунд быстрее, чем планировал).

Второй сектор — минное поле.

Здесь было сложнее. Мины активировались от веса, и первые бегуны взорвали их все, но оставили после себя воронки и дым.

Изуку не стал бежать по прямой, как все. Он выбрал траекторию, которую рассчитал заранее — между воронками, по краям, где земля была плотнее.

Вероятность подрыва на остаточных минах: 12%.

Вероятность падения в воронку: 8%.

Итоговый риск: 20% — приемлемо.

Он побежал, и его ноги сами находили опору там, где другие проваливались. Он не думал — его тело знало. Тело, тренированное десятью месяцами на пляже, знало, как ставить ногу на скользком, как балансировать на краю, как прыгать точно в цель.

Время прохождения второго сектора: 50 секунд.

Третий сектор — лёд.

Здесь Тодороки постарался на славу. Всё пространство было покрыто толстым слоем льда, скользким и холодным. Многие участники падали, скользили, теряли время.

Изуку остановился на краю.

Лёд: толщина 10-15 см, температура -5°C, скользкость максимальная.

Моя обувь: стандартная, не предназначена для льда.

Моя причуда: телепортация — может помочь, но энергозатраты высоки.

Альтернатива: использовать обломки как "островки" — перепрыгивать с одного на другой, не касаясь льда.

Он осмотрелся. Обломки от предыдущих секторов валялись повсюду — куски роботов, обломки мин, куски льда, отколовшиеся от стен.

Траектория: 15 прыжков с островка на островок.

Среднее расстояние: 2-3 метра.

Мои возможности: прыгаю на 2.5 метра в длину с разбега.

Реально.

Изуку разбежался и прыгнул.

Первый островок — кусок робота, устойчивый.

Второй — обломок льда, скользкий, но держит.

Третий — вообще непонятно что, но держит.

Он прыгал как кузнечик, перелетая с островка на островок, а мимо скользили и падали другие участники. Кто-то закричал от восторга, кто-то от досады.

— СМОТРИТЕ НА ЭТОГО! — заорал комментатор. — ОН ПРЫГАЕТ ПО ОБЛОМКАМ! НЕВЕРОЯТНО!

Время прохождения третьего сектора: 30 секунд (рекорд для этого сектора).

Часть 4: Финишная прямая

Четвёртый сектор был простым — сто метров прямой дороги до финиша.

Но простым только на первый взгляд.

Потому что на этой прямой уже бежали лидеры. Бакуго — первый, Иида — второй (отстаёт на 10 метров), Тодороки — третий (ещё на 5 метров сзади). И остальные, кто смог прорваться.

Изуку выскочил на прямую и увидел их.

Расстояние до финиша: 100 метров.

Моя скорость: 7 м/с.

Скорость Бакуго: 9 м/с (с учётом взрывов).

Скорость Ииды: 12 м/с (двигатели).

Скорость Тодороки: 8 м/с (скольжение по льду).

Я не догоню их обычным бегом.

Но у меня есть причуда.

Энергозатраты на перемещение: 5-7% за прыжок.

Текущий резерв: 84%.

Интегральный риск: 12% (низкий).

Решение: использовать перемещения для ускорения.

Он прыгнул.

Первое перемещение — на 15 метров вперёд, в точку сразу за Иидой.

Второе — ещё на 15 метров, вровень с Бакуго.

Третье — на финишную черту.

Он появился перед самой ленточкой за секунду до того, как Бакуго взорвал воздух в последнем рывке.

Ленточка коснулась его груди.

— ПОБЕДИТЕЛЬ ПЕРВОГО ИСПЫТАНИЯ — МИДОРИЯ ИЗУКУ! — заревел стадион.

Изуку упал на колени, тяжело дыша. Голова гудела, но не критично. Он использовал три перемещения подряд — новый рекорд.

— ЧТО? — заорал Бакуго, влетая на финиш через секунду после Изуку. — КАК?

— Я... прыгнул, — выдохнул Изуку. — Три раза.

— ТЫ... ТЕЛЕПОРТИРОВАЛСЯ НА ФИНИШ?

— Да.

Бакуго смотрел на него с таким выражением, словно видел впервые. Ярость, удивление и... уважение? Смесь, которую невозможно описать.

— Тварь, — выдохнул он наконец. — В следующем испытании так не выйдет.

— Посмотрим.

Часть 5: Между испытаниями

После первого испытания дали час на отдых.

Изуку сидел в раздевалке, пил воду и восстанавливал силы. Рядом суетилась Урарака — она пришла 24-й, что было отличным результатом.

— Ты видел лицо Бакуго? — хихикала она. — Он чуть не лопнул от злости!

— Видел, — улыбнулся Изуку. — Но это только начало. Дальше будет сложнее.

— Следующее испытание — битва на лошадях. Командная игра.

— Знаю. Я уже думаю о стратегии.

В раздевалку вошёл Иида. Он был расстроен — пришёл вторым, но для него, с его скоростью, это было почти поражением.

— Мидория-кун, — сказал он. — Ты был великолепен. Эти перемещения... я не ожидал.

— Спасибо, Иида-кун. Ты тоже был быстр. Просто у меня была тактика.

— Тактика... — задумался Иида. — В следующем испытании нам нужно будет объединяться. Ты уже думал, с кем?

— Думал. Но пока не уверен.

К ним подошла Яойорозу.

— Мидория-кун, я наблюдала за тобой. Твой анализ трассы, выбор маршрута... это было гениально.

— Спасибо, Яойорозу-сан. Но это просто математика.

— Не просто. Это искусство.

Они говорили ещё несколько минут, обсуждая стратегии для следующего испытания. Изуку слушал, анализировал, запоминал.

Когда все ушли, он остался один и достал блокнот.

Битва на лошадях. Команды по 2-4 человека. Очки — по количеству повязок. Чем выше ценность участника, тем больше очков даёт его повязка.

Моя ценность: высокая (после победы в первом испытании). Значит, за мной будут охотиться.

Стратегия: найти сильных союзников, но не очевидных. Бакуго и Тодороки будут целями номер один для всех — с ними опасно объединяться. Иида — тоже цель, но менее опасная.

Идеальные союзники: Урарака (причуда невесомости — может делать нас легче), Тодороки (но он слишком заметен), может быть, кто-то из 1-Б?

Надо поговорить с Ураракой.

Часть 6: Формирование команды

Изуку нашёл Урараку в столовой. Она ела с удвоенным аппетитом — готовилась к следующему испытанию.

— Урарака-сан, можно поговорить?

— Конечно! Садись! Хочешь риса?

— Спасибо, нет. Я по делу. Нам нужно собрать команду для следующего испытания.

Урарака отложила палочки.

— Я думала об этом. Ты хочешь, чтобы мы были вместе?

— Да. Твоя причуда идеально подходит для моей стратегии.

— Какой?

— Если ты сделаешь меня невесомым, я смогу перемещаться ещё быстрее и экономить энергию. А если мы найдём третьего, кто сможет нас защищать...

— Тодороки-куна? — предположила Урарака.

— Слишком заметно. Все будут охотиться на него.

— Тогда... может, Ашидо-сан? Она быстрая, кислотой может отпугивать.

— Хороший вариант. Но нам нужен ещё один, для баланса.

— А если... — Урарака замялась. — Если мы возьмём кого-то слабого, чтобы повысить наши шансы? По правилам, повязки слабых участников мало ценятся, но они могут быть полезны в команде.

Изуку задумался.

Логично. Если мы возьмём участника с низкой ценностью, охотиться за нами будут меньше. А он может выполнять вспомогательные функции.

— Есть кандидаты?

— Токоями Фумикадзе? Он из 1-Б, но кажется нормальным.

— С причудой Тьма? Он может создавать тени... это полезно для маскировки.

— Давай попробуем!

Они нашли Токоями в зоне отдыха. Он сидел в тени, читая книгу — тихий, задумчивый парень с птичьей головой (причуда действительно создавала тени вокруг него).

— Токоями-кун? — подошла Урарака.

Он поднял голову.

— Урарака-сан? Мидория-кун? Что-то случилось?

— Мы хотим пригласить тебя в команду, — сказал Изуку. — На битву на лошадях.

Токоями удивился.

— Меня? Но я не самый сильный...

— Нам нужен не самый сильный. Нам нужен умный и с полезной причудой. Твоя тьма может прикрывать нас, отвлекать противников, создавать барьеры.

— И я могу делать нас невесомыми, — добавила Урарака. — А Мидория-кун будет перемещаться и атаковать.

Токоями смотрел на них долгим взглядом, потом улыбнулся (насколько это возможно с птичьей головой).

— Вы серьёзно считаете, что я могу быть полезен?

— Абсолютно, — твёрдо сказал Изуку.

— Тогда... я согласен.

Часть 7: Битва на лошадях — подготовка

За полчаса до начала Изуку собрал команду для последнего инструктажа.

— Итак, стратегия, — начал он. — Мы не будем нападать. Мы будем защищаться и ждать.

— Ждать чего? — спросил Токоями.

— Ждать, пока сильнейшие перебьют друг друга. Бакуго, Тодороки, Иида — они все цели. За ними будут охотиться. Они потратят силы, пока мы экономим.

— А если на нас нападут?

— Урарака делает нас невесомыми, мы уходим. Если не получается — Токоями создаёт тьму, мы прячемся. Если и это не помогает — я перемещаю нас всех в безопасное место.

— Это много перемещений, — заметила Урарака. — Ты выдержишь?

— Рассчитано. У меня есть запас энергии. Если буду тратить по 5-10% за раз, хватит на всю битву.

— А повязки? Мы должны собирать очки.

— Будем собирать те, что сами упадут. Когда сильные начнут терять повязки, они будут валяться по полю. Нам нужно только подбирать.

Токоями смотрел на Изуку с растущим уважением.

— Ты всё просчитал, да?

— Я старался.

— Это не просто старание. Это гениально.

Изуку покраснел.

— Ну... пойдёмте. Нас ждут.

Часть 8: Битва на лошадях — реализация

Когда битва началась, Изуку почувствовал себя в своей стихии.

Они встали в формацию: Урарака в центре (она управляла невесомостью), Токоями сзади (контролировал тьму), Изуку спереди (глаза и руки команды).

— Начали! — закричала Миднайт.

Поле взорвалось движением.

Бакуго сразу рванул в атаку, уничтожая всё на пути. Тодороки заморозил половину поля. Иида носился со сверхскоростью, сбивая повязки.

А команда Изуку стояла в углу и ждала.

— Они на нас не смотрят, — заметил Токоями.

— Пока, — ответил Изуку. — Но скоро увидят.

Первая атака пришла через три минуты. Команда из класса 1-Б, заметив, что они стоят без дела, решила, что это лёгкая добыча.

— ВЗЯТЬ ИХ!

Изуку ждал до последнего момента.

— Урарака, сейчас!

Она коснулась их всех, делая невесомыми. Изуку рванул в сторону, увлекая команду за собой. Они проплыли над головами нападавших, как воздушные шары.

— А? КУДА?

— Токоями, тьма!

Тьма окутала их, скрывая от глаз. Противники заметались, не понимая, куда делась цель.

— Есть! — выдохнула Урарака.

— Рано радоваться, — сказал Изуку. — Смотрите.

На них нёсся Бакуго.

Он каким-то образом вычислил их местоположение (нюх? взрывная интуиция?) и летел прямо на них, разбрасывая взрывы.

— Урарака, вниз!

Она вернула им вес, и они рухнули на землю. Взрывы прошли над головами.

— Токоями, щит!

Тьма сгустилась вокруг них, создавая барьер. Бакуго врезался в него и замер.

— ЧТО ЗА? ТЬМА?

— Уходим! — скомандовал Изуку.

Он схватил обоих и переместился в противоположный угол поля.

Энергозатраты: 8%. Резерв: 64%. Нормально.

— Жив? — спросил он.

— Жива, — кивнула Урарака.

— Жив, — подтвердил Токоями. — Но это было близко.

— Бакуго будет искать снова. Надо менять тактику.

Они простояли в углу ещё пять минут, собирая повязки, которые падали с проигравших. К концу битвы у них было шесть повязок — неплохо для команды, которая почти не атаковала.

— ФИНИШ! — объявила Миднайт. — ПОДСЧЁТ ОЧКОВ!

Когда результаты объявили, команда Изуку заняла пятое место. Не первое, но достаточно для прохода в следующий этап.

— Мы сделали это! — закричала Урарака, обнимая их обоих.

— Спасибо вам, — сказал Токоями. — Я никогда не думал, что пройду дальше.

— Ты заслужил, — улыбнулся Изуку. — Твоя тьма спасла нас.

Они смотрели, как объявляют результаты других команд. Бакуго занял первое место (конечно). Тодороки — второе. Иида — третье.

— Следующий этап — личные бои, — сказал Изуку. — Там каждый сам за себя.

— Я боюсь, — призналась Урарака.

— Я тоже, — сказал Изуку. — Но мы справимся. Мы всегда справлялись.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №253. Возраст: 16 лет 1 месяц.

Первый день Спортивного фестиваля позади.

Я занял первое место в беге с препятствиями. Пятое в битве на лошадях. Прошёл в финальный этап.

Невероятно.

Если бы кто-то сказал мне год назад, что я буду стоять на этом стадионе, под аплодисменты тысяч зрителей, я бы не поверил.

Но я здесь. Я сделал это.

Моя стратегия сработала. Использование обломков во льду, перемещения на финише, командная тактика — всё это было рассчитано и выполнено.

Но главное — не победы. Главное — люди.

Урарака была со мной. Иида поддерживал. Токоями присоединился к нам. Даже Бакуго, кажется, начал относиться ко мне иначе.

Мы становимся командой. Настоящей командой.

Завтра — личные бои. Там каждый сам за себя. Там я встречусь с сильнейшими. Возможно, с Тодороки. Возможно, с Бакуго.

Я не знаю, смогу ли победить. Но знаю одно: я сделаю всё возможное.

Потому что я — Изуку Мидория.

Потому что я — герой.

Протокол запуска. Версия 10.0.

Режим: боевой.

Состояние организма: усталость, но готовность.

Состояние духа: решимость.

Следующая цель: выжить в личных боях.

Вероятность успеха: 50%.

Вероятность того, что я сдамся: 0%.

Продолжаю наблюдения. За собой. За врагами. За миром, который смотрит на меня.

Изуку Мидория.

Финалист Спортивного фестиваля.

Будущий герой.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

Ночь была тихой. Где-то на стадионе ещё горели огни, разбирали конструкции, готовились к завтрашнему дню.

Завтра будет новый бой.

И он будет готов.

Глава 15

Глава 15: Стратегический альянс

Часть 1: Утро после битвы

Изуку проснулся с первыми лучами солнца, хотя спал всего четыре часа.

Организм требовал отдыха, но мозг уже работал на полную мощность, прокручивая события вчерашнего дня и просчитывая сценарии сегодняшнего.

Дата: второй день Спортивного фестиваля.

Событие: личные бои, первый раунд.

Участники: 16 финалистов, включая меня.

Мой потенциальный противник: определится жеребьевкой через час.

Мои сильные стороны: анализ, мобильность, нестандартное мышление.

Мои слабые стороны: отсутствие мощной атакующей причуды, ограниченность перемещений.

Вероятность выхода во второй раунд: 34%.

Вероятность встречи с Тодороки или Бакуго до финала: 67%.

Вероятность победы над ними: 12% (в лобовом бою).

Нужна тактика. Нужен план.

Изуку сел на кровати и потянулся к блокноту, но рука замерла на полпути.

В дверь постучали.

— Мидория-кун! Ты проснулся? — голос Урараки.

— Да, сейчас!

Он быстро оделся и открыл дверь. Урарака стояла на пороге с подносом, на котором дымились две тарелки риса, рыба и овощи.

— Завтрак! — объявила она. — Я подумала, что нам обоим нужны силы.

— Урарака-сан... ты не обязана...

— Знаю. Но хочется. Ешь давай.

Они сели за маленький столик в общей гостиной общежития (после событий в USJ всех студентов перевели в кампус). Изуку с удивлением понял, что действительно голоден.

— Как ты спала? — спросил он между укусами.

— Плохо, — честно призналась Урарака. — Всю ночь думала о сегодняшнем дне. О том, что будет, если я проиграю в первом же раунде.

— Не проиграешь.

— Откуда ты знаешь?

— Я не знаю. Но я верю в тебя.

Урарака посмотрела на него долгим взглядом.

— Ты всегда так говоришь. Всегда веришь в других больше, чем в себя.

— Это не так. Я просто... вижу потенциал.

— А свой видишь?

Изуку задумался.

Свой потенциал? Конечно, вижу. Но он ограничен. Моя причуда опасна. Моё тело не идеально. Мои навыки только формируются.

— Вижу, — сказал он наконец. — И работаю над ним.

— Хорошо, — улыбнулась Урарака. — Потому что без веры в себя нельзя стать героем.

Они доели завтрак и отправились на стадион.

Часть 2: Жеребьевка

Стадион гудел как растревоженный улей.

Шестнадцать финалистов стояли на поле, ожидая объявления пар. Изуку оглядывал своих соперников: Бакуго — с обычным хищным выражением, Тодороки — спокойный как лед, Иида — напряженный до предела, Киришима — возбужденный, Токоями — задумчивый, и другие, менее знакомые.

— ВНИМАНИЕ! — прогремел голос ведущего. — ЖЕРЕБЬЕВКА!

На огромном экране замелькали имена, составляя пары.

Первая пара: Бакуго Кацуки против Ашидо Мины.

Вторая: Тодороки Шото против Серо Ханта.

Третья: Иида Тенья против Хагакуре Тору.

Четвертая: Киришима Эйдзиро против Токоями Фумикадзе.

Пятая: Яойорозу Момо против Каминари Дэнки.

Шестая: Кода Кодзи против Оджиро Маширао.

Седьмая: Урарака Очако против Тсуи Асуи (Фро Ппи).

Восьмая: Мидория Изуку против Синсо Хитоши.

Изуку замер.

Синсо Хитоши. Парень из 1-С, класса общего образования. Его не было на вступительном экзамене — он попал через рекомендации? Нет, через альтернативный отбор.

Причуда: неизвестна. Ни разу не видел его в деле.

Опасность: высокая (неизвестность).

— Синсо-кун, — пробормотал он.

— Знаешь его? — спросила подошедшая Урарака.

— Нет. И это плохо.

— Почему?

— Потому что неизвестный противник — самый опасный. Я не могу подготовиться, не могу просчитать слабые места.

— Но ты же анализируешь в бою. Успеешь.

— Надеюсь.

Они посмотрели на табло, где уже загорелась первая схватка.

Бакуго против Ашидо.

Началось.

Часть 3: Первые бои

Изуку наблюдал за каждым боем, записывая данные, анализируя стили, ища закономерности.

Бой 1: Бакуго против Ашидо.

Ашидо пыталась использовать кислоту, чтобы разъесть платформу под ногами Бакуго, но Кацуки был слишком быстр. Он взорвал кислоту до того, как она достигла цели, и обрушил на девушку град взрывов. Через минуту Ашидо сдалась.

Вывод: Бакуго в отличной форме. Его агрессия сбалансирована тактикой. Опасен как никогда.

Бой 2: Тодороки против Серо.

Серо пытался использовать свою липкую ленту, чтобы спеленать Тодороки, но Шото просто заморозил ленту в воздухе, а затем и всю арену. Серо оказался в ледяной ловушке за 10 секунд.

Вывод: Тодороки подавляет мощью. Но не показывает пламя. Только лед.

Бой 3: Иида против Хагакуре.

Невидимая девушка пыталась подкрасться к Ииде, но тот, используя сверхскорость, просто носился по арене, создавая ветер, который выдавал её местоположение. Поймал за 30 секунд.

Вывод: Иида научился использовать скорость не только для бега, но и для тактики.

Бой 4: Киришима против Токоями.

Это был интересный бой. Токоями использовал тьму, чтобы скрываться и атаковать с неожиданных сторон. Киришима, с его упрочненной кожей, просто стоял и принимал удары, ожидая момента. Момент наступил, когда Токоями выдохся. Киришима схватил его и вытолкнул за пределы арены.

Вывод: иногда выносливость важнее техники.

Бой 5: Яойорозу против Каминари.

Яойорозу создала изоляционный костюм, защищающий от электричества, и сеть, чтобы поймать Каминари. Тот, не ожидавший такого, попался через минуту.

Вывод: подготовка побеждает импульсивность.

Бой 6: Кода против Оджиро.

Короткий бой. Кода, чья причуда — управление насекомыми, оказался беспомощен против Оджиро с его хвостом-лассо. Минута — и Кода за пределами арены.

Вывод: не все причуды подходят для прямого боя.

Бой 7: Урарака против Тсуи.

Изуку смотрел этот бой с замиранием сердца.

Урарака и Тсуи — две девушки, две подруги, две соперницы. Тсуи, с её причудой лягушки, была быстра и неуловима. Урарака — медленнее, но хитрее.

Первые минуты Тсуи доминировала, запрыгивая на Урараку с неожиданных сторон. Но Очако терпела, ждала, анализировала.

И дождалась.

Когда Тсуи прыгнула в очередной раз, Урарака коснулась её, делая невесомой. Лягушка взмыла в воздух, потеряв ориентацию. Урарака поймала её за ногу и вышвырнула за пределы арены.

— УРАРАКА ПОБЕЖДАЕТ! — заревел стадион.

Изуку выдохнул.

Она сделала это. Молодец.

Теперь его очередь.

Часть 4: Выход на арену

Изуку вышел в центр арены под свет прожекторов и рев трибун.

Напротив стоял Синсо Хитоши. Парень с фиолетовыми волосами, собранными в небрежный хвост, с темными кругами под глазами и странной, сонной улыбкой.

— Мидория Изуку, — сказал он. — Я смотрел твой первый забег. Впечатляет.

— Спасибо, — осторожно ответил Изуку. — Твоей причуды я не видел.

— Увидишь. Если заговоришь.

Изуку насторожился.

Если заговоришь? Что это значит? Причуда, связанная с речью?

— НАЧИНАЙТЕ! — скомандовала Миднайт.

Синсо не двинулся с места. Он стоял и смотрел на Изуку с всё той же сонной улыбкой.

Изуку тоже не двигался. Его мозг работал на пределе.

Он ждет. Чего? Моей атаки? Или...

— Ну, давай, — сказал Синсо. — Атакуй. Или ты только бегать умеешь?

Провокация. Хочет, чтобы я заговорил?

Изуку молчал. Он вспомнил странную фразу: "Если заговоришь".

Причуда, активирующаяся речью? Или ответом?

Он сделал шаг вперед. Синсо не реагировал.

Еще шаг. Еще.

Когда между ними осталось метров пять, Синсо вдруг широко улыбнулся.

— Ты догадался, да? Молчишь. Умно.

Изуку молчал.

— Но молчание не поможет, — продолжил Синсо. — Потому что ты уже проиграл.

Изуку замер.

Что он имеет в виду?

И вдруг он понял.

Он не чувствовал своего тела.

Часть 5: Ловушка сознания

Паника накрыла Изуку с головой.

Он пытался пошевелиться — бесполезно.

Пытался закричать — бесполезно.

Пытался активировать причуду — бесполезно.

Он был заперт в собственном теле, как в тюрьме. Сознание работало, но тело не слушалось.

— Удобно, правда? — услышал он голос Синсо. — Моя причуда — управление сознанием. Если ты отвечаешь на мой вопрос, я могу контролировать твое тело.

Изуку с ужасом понял, что слышит этот голос не снаружи, а внутри головы.

Когда я ответил? Я же молчал!

— Ты думаешь, что молчал, — усмехнулся Синсо. — Но я задал вопрос, и твой мозг ответил. Мысленно. А моя причуда слышит не слова — намерение ответить.

Это... это невозможно!

— Возможно. И ты сейчас мой.

Изуку почувствовал, как его тело — чужой волей — делает шаг к краю арены.

Нет! Нет! НЕТ!

— Да. Прощай, Мидория.

Еще шаг. Еще. Край близко.

Изуку боролся изо всех сил. Он пытался двинуть пальцем, моргнуть, вздохнуть — ничего. Чужая воля была сильнее.

Я проиграю. В первом же раунде. Опозорюсь перед всеми. Перед Ураракой. Перед Всемогущим.

НЕТ!

В отчаянии он сделал то, чего никогда не пробовал — он атаковал сознание Синсо своей волей.

Не физически. Мысленно.

Ты не сломаешь меня. Я сильнее.

Синсо вздрогнул.

— Что? — удивился он. — Ты сопротивляешься?

Да. И буду сопротивляться.

— Не может быть... моя причуда никогда...

Первый раз?

Изуку почувствовал, как хватка на его сознании слабеет. На долю секунды, на миг — но этого хватило.

Он рванулся вперед, вырывая контроль.

И закричал:

— Я НЕ ТВОЙ!

Часть 6: Разрыв

Синсо отшатнулся, словно получил удар.

Его причуда разорвалась, как натянутая струна. Изуку рухнул на колени, тяжело дыша, чувствуя, как мир плывет перед глазами.

Я сделал это. Я вырвался.

— Как? — прошептал Синсо. — Как ты это сделал?

Изуку поднялся. Ноги дрожали, голова кружилась, но он стоял.

— Моя воля сильнее, — сказал он. — Я не сдаюсь.

Синсо смотрел на него с выражением, в котором смешались удивление, страх и... уважение?

— Ты... ты первый, кто вырвался.

— Буду не последним.

Изуку шагнул вперед. Синсо отступил.

— Моя причуда... без неё я никто, — пробормотал он. — Я не умею драться.

— Знаю.

— Ты победишь меня.

— Да.

Изуку подошел к нему вплотную и положил руку на плечо.

— Но ты достоин уважения. Твоя причуда опасна. Если бы я не вырвался, я бы проиграл.

Синсо поднял глаза.

— Ты... ты не смеешься надо мной?

— Нет. Я говорю правду.

Они стояли так секунду, две. Потом Синсо вздохнул и кивнул.

— Сдаюсь, — сказал он судье.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — МИДОРИЯ ИЗУКУ! — объявил стадион.

Изуку помог Синсо подняться и вместе с ним покинул арену.

Часть 7: После боя

В раздевалке Изуку сидел, уронив голову на руки. Адреналин схлынул, оставив после себя только дрожь и усталость.

— Мидория-кун!

Урарака влетела в комнату, за ней Иида и Токоями.

— ТЫ ПОБЕДИЛ! — закричала она. — МЫ ВСЕ ВО ВТОРОМ РАУНДЕ!

— Что? — поднял голову Изуку. — Вы тоже?

— Иида выиграл, я выиграла, Токоями, к сожалению, проиграл, но мы все прошли! — тараторила Урарака.

— А Токоями?

— Я проиграл, — спокойно сказал тот. — Киришима оказался слишком крепким. Но я не расстроен. Это был хороший бой.

Изуку улыбнулся.

— Вы все молодцы.

— А ты как? — спросил Иида. — Тот бой был странным. Ты стоял и не двигался, потом вдруг заговорил, потом упал...

— Его причуда — управление сознанием, — объяснил Изуку. — Я чуть не проиграл. В прямом смысле — чуть не шагнул за пределы арены по его приказу.

— Как ты вырвался?

— Не знаю. Просто... не захотел проигрывать.

Они помолчали, переваривая информацию.

— Следующий раунд будет через час, — сказал Иида. — Тебе надо отдохнуть.

— Да. Спасибо.

Когда все ушли, Изуку закрыл глаза и попытался восстановить силы.

Но в голове крутилась одна мысль.

Моя воля. Она сильнее, чем я думал.

Может быть, это тоже часть моей силы?

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №254. Возраст: 16 лет 1 месяц.

Я во втором раунде.

Бой с Синсо был самым странным в моей жизни. Я не двигался, не сражался, не использовал причуду. Я просто... сопротивлялся.

И победил.

Синсо сказал, что я первый, кто вырвался из его контроля. Что это значит? Что моя воля действительно сильнее обычной? Или просто повезло?

Не знаю. Но знаю другое: я должен быть готов к следующему бою. Противник будет сильнее. Возможно, Тодороки. Возможно, Бакуго.

Мне нужна стратегия.

Сегодня вечером мы с командой (Урарака, Иида, Токоями, Яойорозу) соберемся и обсудим тактику на завтра. У нас есть шанс. Небольшой, но есть.

Главное — не сдаваться. Никогда.

Протокол запуска. Версия 11.0.

Режим: подготовка.

Состояние организма: истощение.

Состояние духа: решимость.

Следующая цель: выжить во втором раунде.

Вероятность успеха: неизвестно.

Вероятность того, что я сделаю всё возможное: 100%.

Продолжаю наблюдения. За собой. За врагами. За миром, который становится всё сложнее.

Изуку Мидория.

Четвертьфиналист Спортивного фестиваля.

Тот, кто вырвался из контроля.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

Ночь была тихой. Где-то в этой ночи готовились к завтрашним боям его друзья и враги.

А он, Изуку Мидория, сидел в своей комнате и думал о воле.

О своей воле.

Которая, оказывается, может быть сильнее любой причуды.

Глава 16

Глава 16: Температура кипения

Часть 1: Утро перед бурей

Изуку не спал всю ночь.

Он лежал на кровати, смотрел в потолок и прокручивал в голове тысячи сценариев. Каждый из них заканчивался по-разному, но почти все вели к одному — встрече с Тодороки Шото в четвертьфинале.

Вероятность того, что моим следующим противником будет Тодороки: 73%.

Вероятность того, что я смогу его победить в прямом бою: 8%.

Вероятность того, что я смогу найти способ обойти его лед: 34%.

Вероятность того, что я смогу заставить его использовать пламя: 12%.

Последнее — ключ.

Изуку знал историю Тодороки. Не всю, но достаточно, чтобы понимать: Шото ненавидит своего отца, ненавидит его пламя, ненавидит ту часть себя, которая от него унаследована. Он использует только лед — силу матери.

Но пламя — тоже его часть. Если он не примет её, он никогда не станет полноценным героем.

Могу ли я помочь ему? Имею ли право?

Вопросы без ответов.

В 6 утра в дверь постучали. Изуку открыл — на пороге стояла Урарака с завтраком.

— Ты опять не спал, — сказала она, входя без приглашения. — Под глазами круги.

— Я в порядке.

— Врешь. Но я не буду тебя пытать. Ешь.

Они сидели молча, и это молчание было уютным. Урарака не требовала объяснений, не лезла в душу. Просто была рядом.

— Сегодня важный день, — сказала она наконец. — Для нас всех.

— Ты права.

— Я буду болеть за тебя. Что бы ни случилось.

Изуку посмотрел на неё. В её глазах была та же решимость, что и в его собственных.

— Спасибо. Я тоже буду болеть за тебя.

Она улыбнулась и ушла, оставив его наедине с мыслями.

Урарака. Самый близкий человек после мамы.

Не время думать об этом. Время готовиться.

Часть 2: Четвертьфиналы

Стадион гудел как никогда.

Восемь финалистов вышли на арену под рев десятков тысяч зрителей. Изуку стоял в шеренге и чувствовал, как адреналин разгоняет кровь.

Рядом — Урарака, Иида, Тодороки, Бакуго, Киришима, Яойорозу и парень из 1-Б по имени Тецутецу Тецутецу.

— ПЕРВЫЙ ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ! — объявила Миднайт. — БАКУГО КАЦУКИ ПРОТИВ ТЕЦУТЕЦУ ТЕЦУТЕЦУ!

Бакуго вышел на арену с хищной улыбкой. Его противник — парень с металлической кожей, явно готовый к бою.

— НАЧИНАЙТЕ!

Бой длился 47 секунд.

Тецутецу пытался использовать свою твердость, чтобы выдержать взрывы Бакуго, но Кацуки не собирался играть по правилам. Он взорвал платформу под ногами противника, лишив его опоры, а затем добил серией взрывов в воздухе.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — БАКУГО КАЦУКИ!

— ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ! — продолжала Миднайт. — ТОДОРОКИ ШОТО ПРОТИВ ИИДЫ ТЕНЬИ!

Изуку замер.

Иида против Тодороки. Это будет тяжело.

Иида вышел на арену, разминая ноги. Тодороки стоял спокойно, с обычным отсутствующим выражением лица.

— НАЧИНАЙТЕ!

Иида рванул с места с невероятной скоростью. Он носился вокруг Тодороки, пытаясь найти брешь в защите.

Тодороки не двигался. Он просто ждал.

А когда Иида приблизился на достаточное расстояние — взмахнул рукой.

Ледяная стена выросла мгновенно, отрезая Ииде путь. Тот попытался перепрыгнуть, но Тодороки создал вторую стену, третью, десятую.

Через минуту Иида был полностью окружен льдом, как муха в янтаре.

— Довольно, — сказал он. — Я сдаюсь.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — ТОДОРОКИ ШОТО!

Изуку смотрел и чувствовал, как внутри поднимается волна.

Тодороки силен. Очень силен. Но он использует только лед. Почему?

Ответ он знал.

— ТРЕТИЙ ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ! — объявила Миднайт. — КИРИШИМА ЭЙДЗИРО ПРОТИВ ЯОЙОРОЗУ МОМО!

Этот бой был интересным. Киришима, с его упрочненной кожей, просто пер вперед, игнорируя все ловушки, которые создавала Яойорозу. Момо пыталась придумать что-то хитрое, но Киришима был слишком быстр и прямолинеен.

— СДАЮСЬ! — крикнула Яойорозу, когда оказалась прижата к краю арены.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — КИРИШИМА ЭЙДЗИРО!

— ЧЕТВЕРТЫЙ ЧЕТВЕРТЬФИНАЛ! — голос Миднайт стал еще громче. — МИДОРИЯ ИЗУКУ ПРОТИВ УРАРАКИ ОЧАКО!

Изуку почувствовал, как сердце пропустило удар.

Урарака. Мой друг. Моя союзница.

Они встретились в центре арены. Урарака улыбалась, но в глазах была решимость.

— Мидория-кун, — сказала она. — Я буду драться всерьез.

— Я знаю. Я тоже.

— Никаких скидок?

— Никаких.

— Тогда... НАЧИНАЙТЕ!

Часть 3: Бой с Ураракой

Урарака сразу активировала свою причуду, делая невесомыми обломки вокруг и швыряя их в Изуку.

Он уклонялся, используя перемещения экономно, по миллиметру. Каждый дюйм имел значение.

Скорость атак: 3 в секунду.

Траектории: хаотичные, но есть закономерность — она целит в корпус, не в голову.

Её позиция: постоянно смещается, ищет момент для касания.

Она хочет сделать меня невесомым. Тогда я потеряю контроль над перемещениями.

Надо атаковать, пока она не приблизилась.

Изуку переместился за её спину и попытался толкнуть. Но Урарака, наученная опытом, уже сделала себя невесомой и просто уплыла от его руки.

— Не выйдет! — крикнула она, смеясь.

— Посмотрим!

Он гонялся за ней по всей арене, но Урарака была неуловима. Она парила в воздухе, уворачивалась от захватов, контратаковала обломками.

Это сложнее, чем я думал.

Она выросла. Сильно выросла.

— Мидория-кун! — крикнула она сверху. — Сдавайся! Я не хочу тебя ранить!

— Я тоже не хочу! — ответил он. — Но сдаваться не буду!

И тут его осенило.

Она в воздухе. Невесомая. Если я сделаю её тяжёлой...

Он переместился прямо под неё и, когда она проплывала над головой, схватил за ногу.

— А? — удивилась Урарака.

— Верни вес! — крикнул он. — Сама!

Она поняла. Вернула себе вес, и они рухнули на землю — Изуку вниз, она сверху.

Приземление было жестким. Изуку охнул, но не отпустил её.

— Я... я поймал тебя, — выдохнул он.

— Ты... ты сумасшедший, — ответила она, пытаясь отдышаться.

Они лежали на арене в обнимку, и стадион ревел.

— Кто победил? — спросила Урарака.

— Не знаю. Я за пределами арены?

Она осмотрелась.

— Нет. Мы в центре.

— Тогда я тебя держу. Ты не можешь двигаться.

— А ты можешь?

Изуку попытался пошевелиться и застонал — падение отдалось в спине.

— Не очень.

Судьи совещались.

— ПОБЕДА ПО ОЧКАМ ПРИСУЖДАЕТСЯ... — пауза. — МИДОРИИ ИЗУКУ! ОН УДЕРЖИВАЛ ПРОТИВНИКА ДОЛЬШЕ!

Изуку выдохнул. Урарака улыбнулась.

— Ты победил, — сказала она. — Молодец.

— Ты была великолепна.

Они поднялись, помогая друг другу, и покинули арену под овации.

Часть 4: Полуфиналы

После короткого перерыва объявили полуфинальные пары.

Первая: Бакуго Кацуки против Киришимы Эйдзиро.

Вторая: Тодороки Шото против Мидории Изуку.

Изуку кивнул.

Я так и знал.

Бакуго против Киришимы. Этот бой был предсказуем. Киришима, при всей его твердости, не мог противостоять взрывной мощи Бакуго. Через две минуты он был за пределами арены.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — БАКУГО КАЦУКИ!

Теперь его очередь.

Изуку вышел на арену. Напротив стоял Тодороки Шото — спокойный, холодный, отстраненный.

— Мидория, — сказал он. — Я рад, что мы встретились.

— Я тоже, Тодороки-кун.

— Я буду использовать только лед. Как всегда.

— Знаю.

— И я победю.

— Посмотрим.

Миднайт подняла руку.

— НАЧИНАЙТЕ!

Часть 5: Ледяная стена

Тодороки атаковал сразу.

Гигантская ледяная волна рванула к Изуку, замораживая всё на своем пути. Скорость — чудовищная. Мощность — запредельная.

Изуку переместился за долю секунды до контакта.

Появился слева.

Новая волна.

Переместился.

Справа.

Волна.

Сзади.

Волна.

Темп атак: 2 в секунду.

Площадь поражения: растет с каждой атакой.

Температура на арене: упала на 15 градусов.

Он не останавливается. Он пытается заморозить всё пространство, чтобы у меня не осталось места для перемещений.

Изуку прыгал как блоха, уворачиваясь от льда, но арена сжималась. Ледяные стены росли с каждой секундой.

— СДАВАЙСЯ, МИДОРИЯ! — крикнул Тодороки. — ТЫ НЕ ПОБЕДИШЬ!

— НЕТ!

Изуку переместился прямо перед ним, в опасной близости, и попытался ударить.

Тодороки даже не пошевелился. Ледяная рука выросла из его плеча и отшвырнула Изуку прочь.

Он пролетел метров десять и приземлился на лед, больно ударившись спиной.

Он слишком силен. В лоб не взять.

Нужно заставить его использовать пламя.

Но как?

— Тодороки-кун! — крикнул он, поднимаясь. — Почему ты не используешь пламя?

— Не твое дело.

— Твое! Твоя сила — не только лед! Ты урезаешь себя!

— Замолчи.

Новая ледяная атака. Изуку едва увернулся.

— Твой отец... я знаю о нем. О том, что он сделал. Но его пламя — не он. Это твое пламя.

— ЗАТКНИСЬ!

Лед пошел стеной. Изуку переместился в последний момент, чувствуя, как холод обжигает пятки.

— Ты не станешь полноценным героем, пока не примешь всю свою силу!

— Я СКАЗАЛ — ЗАТКНИСЬ!

Тодороки атаковал в ярости, забыв о тактике. Лед шел волнами, хаотично, нескоординированно.

Изуку уклонялся, падал, вставал, снова уклонялся. Его тело кричало от боли, энергия была на исходе, но он не останавливался.

Он злится. Хорошо. Злость мешает контролю.

Еще немного. Еще.

— Ты боишься! — крикнул он, уворачиваясь от очередной волны. — Боишься стать похожим на него! Но ты не он, Тодороки! Ты — это ты!

— Я ЗНАЮ, КТО Я!

Ледяная волна накрыла Изуку с головой.

Часть 6: Температура кипения

Холод был невыносимым.

Изуку чувствовал, как лед сковывает тело, как температура падает, как замедляется сердце. Он был в ловушке, как те насекомые в янтаре, которых показывают в музеях.

Но мозг работал.

Температура: -10°C и падает.

Время до потери сознания: 2 минуты.

Время до смерти: 5-7 минут.

Я проиграл. Он слишком силен.

Но... я еще не всё сказал.

Он собрал остатки сил и закричал — сквозь лед, сквозь боль, сквозь отчаяние:

— ТВОЕ ПЛАМЯ — ЭТО ТЫ! НЕ ОН! ТЫ!

Тишина.

И вдруг лед начал таять.

Изуку вывалился наружу, кашляя и задыхаясь. Перед ним стоял Тодороки. Но не прежний Тодороки — холодный и отстраненный.

На его левой стороне лица горело пламя.

— Ты... — прошептал он. — Ты заставил меня...

— Я ничего не заставлял, — выдохнул Изуку. — Ты сам решил.

Тодороки смотрел на свою руку, охваченную огнем, и в его глазах было что-то новое. Не боль. Не ненависть. Удивление.

— Оно... не жжет, — сказал он. — Я думал, оно будет жечь.

— Это твое пламя. Оно не может тебя ранить.

Тодороки поднял глаза на Изуку. В них стояли слезы.

— Спасибо, — сказал он. — Но бой еще не окончен.

Лед и пламя рванули вперед одновременно.

Часть 7: Финал битвы

Изуку не пытался победить.

Он просто уклонялся, уворачивался, выживал. Его цель была достигнута — Тодороки принял свою силу. Всё остальное было неважно.

Но Тодороки, освободившись от оков, стал еще опаснее. Лед и пламя работали в идеальном тандеме, создавая такие комбинации, которые невозможно было предсказать.

Температура на арене скачет от -20 до +50.

Воздух дрожит от перепадов.

Я на пределе.

Изуку переместился в последний раз и почувствовал, как силы покидают его.

Энергия: 7%.

Резервы: исчерпаны.

Дальше — только отключка.

Он упал на колени, тяжело дыша.

— Я... я сдаюсь, — прошептал он.

Тишина. Потом рев стадиона.

— ПОБЕДИТЕЛЬ — ТОДОРОКИ ШОТО!

Тодороки подошел к нему и протянул руку.

— Ты был великолепен, — сказал он. — Ты сделал для меня больше, чем кто-либо.

Изуку взял руку и поднялся.

— Ты заслужил победу, — ответил он. — Иди и выиграй турнир.

— Я постараюсь.

Они покинули арену вместе, под овации десятков тысяч зрителей.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №255. Возраст: 16 лет 1 месяц.

Я проиграл в полуфинале.

И это лучший проигрыш в моей жизни.

Тодороки принял свою силу. Он использовал пламя. Он стал цельным.

Я не знаю, правильно ли я поступил. Имел ли я право вмешиваться в его личную борьбу?

Но когда я смотрел, как он стоит с огнем в руке, и в его глазах нет боли — я понял, что да. Имел.

Иногда победа — это не первое место. Иногда победа — это помочь другому стать собой.

Тодороки сказал спасибо. Этого достаточно.

Завтра финал. Бакуго против Тодороки. Это будет битва титанов.

Я буду смотреть. Болеть. Анализировать.

Моя работа не закончена. Она только начинается.

Протокол запуска. Версия 12.0.

Режим: наблюдение.

Состояние организма: истощение.

Состояние духа: покой.

Следующая цель: стать сильнее. Для новых битв.

Вероятность успеха: 100%. Потому что я не сдаюсь.

Продолжаю наблюдения. За друзьями. За врагами. За собой.

Изуку Мидория.

Полуфиналист Спортивного фестиваля.

Тот, кто зажег огонь в другом.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном догорал закат. Где-то в этом закате готовился к финалу Тодороки. Где-то кипел злостью Бакуго. Где-то радовалась Урарака.

А он, Изуку Мидория, сидел в своей комнате и чувствовал тепло в груди.

Тепло, которое не описывалось никакими формулами.

Температура кипения его души.

Глава 17

Глава 17: Геометрия правосудия

Часть 1: После фестиваля

Три дня после Спортивного фестиваля Изуку провел в тумане.

Не потому, что болел или восстанавливался — физически он был в порядке, если не считать синяков и ушибов. Туман был в голове. Слишком много событий, слишком много эмоций, слишком много всего.

Бой с Синсо — прорыв сознания.

Бой с Ураракой — победа над другом.

Бой с Тодороки — поражение, которое стало победой.

Что дальше?

Ответ пришел на четвертый день.

В класс вошел Айзава с папкой в руках. Выглядел он лучше, чем после битвы с Ному, но всё еще носил бинты.

— Результаты фестиваля, — сказал он без предисловий. — И объявление о стажировках.

Класс зашумел. Стажировки — это возможность поработать с профессиональными героями, получить реальный опыт, maybe даже поучаствовать в настоящих операциях.

— Каждый из вас получит предложения от героев, которые заинтересовались вашими выступлениями, — продолжил Айзава. — Выбирайте тщательно. От этого зависит ваше будущее.

Он начал раздавать конверты.

— Бакуго — 12 предложений.

— Тодороки — 15 предложений.

— Киришима — 8 предложений.

— Иида — 6 предложений.

— Урарака — 5 предложений.

— Мидория — ...

Изуку затаил дыхание.

— ... 1 предложение.

Айзава протянул ему тонкий конверт. Всего один. Изуку взял его дрожащими руками.

— Не расстраивайся, — тихо сказал Айзава. — Качество важнее количества.

Изуку открыл конверт. Внутри была визитка и короткая записка.

Гран Торино. Приходи, если хочешь научиться летать.

Часть 2: Гран Торино

Гран Торино оказался маленьким, высохшим старичком с седыми усами и пронзительным взглядом.

— Так ты тот парень, что заставил Тодороки использовать пламя? — спросил он вместо приветствия.

— Д-да, — ответил Изуку, немного опешив от такой встречи.

— Хм. Входи.

Изуку переступил порог небольшого домика на окраине города. Внутри было тесно от книг, фотографий и странных тренажеров.

— Я был учителем Всемогущего, — сказал Торино, усаживаясь в кресло. — И его напарником. Когда-то.

Изуку замер.

— Вы... вы знаете Всемогущего?

— Знаю лучше, чем кто-либо. И знаю о тебе. О твоей причуде. О твоем анализе. О том, что ты должен унаследовать One For All.

— Всемогущий рассказал вам?

— Нет. Я сам догадался. Старый учитель всегда видит.

Торино встал и подошел к Изуку вплотную.

— Твоя проблема, мальчик, в том, что ты думаешь. Слишком много думаешь.

— Но мой анализ...

— Твой анализ спасает тебя, но он же тебя и тормозит. В бою некогда думать. В бою нужно чувствовать.

Изуку растерялся.

— Как это — чувствовать? Я всегда рассчитываю.

— Вот именно. И пока ты рассчитываешь, противник успевает ударить трижды.

Торино отошел и взял в руки трость.

— Я научу тебя двигаться без расчетов. Научу тебя быть в потоке. Это называется "Постоянный поток" — состояние, когда тело знает, что делать, раньше, чем мозг успевает подумать.

— Но это невозможно. Мое тело не знает...

— Твое тело знает всё. Ты тренировал его десять месяцев на пляже. Ты создал нейронные связи. Они есть. Нужно только научиться их использовать.

Изуку задумался.

Нейронные связи. Мышечная память. Если я смогу перевести свои расчеты на уровень подсознания...

— Я попробую, — сказал он.

— Попробуешь, — усмехнулся Торино. — Завтра в шесть утра на заднем дворе. Не опаздывай.

Часть 3: Первый день ада

Изуку думал, что пляж Дагоба был адом.

Он ошибался.

Гран Торино оказался садистом.

— ШЕВЕЛИСЬ! — орал он, гоняя Изуку по двору. — БЫСТРЕЕ! НЕ ДУМАЙ! ДВИГАЙСЯ!

Изуку уклонялся от ударов тростью, прыгал через барьеры, кувыркался, бежал, полз — и при этом пытался не думать.

Это было невозможно.

Каждое движение, каждый шаг, каждый поворот головы — всё требовало расчетов. Его мозг отказывался отключаться.

— ТЫ ДУМАЕШЬ! — орал Торино, охаживая его тростью. — Я СКАЗАЛ — НЕ ДУМАТЬ!

— Я НЕ МОГУ! — закричал Изуку в отчаянии.

— МОЖЕШЬ! ТВОЕ ТЕЛО ЗНАЕТ! ДОВЕРЬСЯ ЕМУ!

К вечеру Изуку валялся на траве, не в силах пошевелиться. Тело было сплошным синяком. Голова гудела.

— Ну как? — спросил Торино, садясь рядом.

— Я... я не понимаю, как это работает.

— Смотри.

Торино встал и показал серию движений — быстрых, плавных, почти неуловимых. Он двигался как текучая вода, без пауз, без остановок, без видимых усилий.

— Это Постоянный поток. Я не думаю, куда поставлю ногу. Я просто ставлю. Я не думаю, как уклонюсь. Я просто уклоняюсь. Мое тело знает.

— Но как вы этому научились?

— Годами. Тренировками. Падениями. Ошибками. И однажды — понял.

Торино посмотрел на Изуку.

— У тебя есть преимущество. Твой мозг уже создал все нужные нейронные связи. Ты тысячи раз прокручивал в голове каждое движение. Твое тело знает идеальные траектории. Осталось только перестать контролировать каждый шаг.

— Легко сказать.

— Легко. Завтра продолжим.

Часть 4: Точка перелома

Третья неделя тренировок подходила к концу, когда случилось это.

Изуку в очередной раз уклонялся от атак Торино, прыгал, кувыркался, бежал — и вдруг понял, что не думает.

Совсем.

Тело двигалось само. Руки ставили блоки, ноги находили опору, корпус уворачивался — и всё это без единой мысли, без единого расчета.

— О! — воскликнул Торино, останавливаясь. — Кажется, доходит.

Изуку замер, осознавая произошедшее.

— Я... я не думал. Совсем.

— А теперь подумал — и сломал поток. — Торино вздохнул. — Но первый шаг сделан. Еще пара недель — и войдешь в состояние по-настоящему.

Изуку улыбнулся. Впервые за три недели — искренне.

— Спасибо, Гран Торино.

— Не благодари. Рано. Работать еще и работать.

Но в глазах старика мелькнуло одобрение.

Часть 5: Геометрия потока

К концу стажировки Изуку научился входить в Постоянный поток почти без усилий.

Это было удивительное состояние. Мир замедлялся, но не потому, что Изуку анализировал — потому что тело двигалось быстрее мыслей. Он не рассчитывал траектории — он просто оказывался в нужной точке. Он не предсказывал атаки — он уклонялся от них до того, как они начинались.

— Теперь ты готов, — сказал Торино в последний день. — Но помни: поток — это не замена анализу. Это дополнение. Когда нужно думать — думай. Когда нужно двигаться — двигайся, не думая.

— Я понял.

— И еще. Твоя причуда. Ты можешь использовать её в потоке?

Изуку задумался.

Перемещения требуют расчетов. Если я войду в поток, смогу ли я рассчитывать на подсознании?

— Не знаю. Надо пробовать.

— Пробуй. И найди способ. Потому что если ты сможешь перемещаться, не думая о перемещениях — ты станешь непобедимым.

Изуку кивнул.

Он чувствовал, что этот старик прав.

Часть 6: Возвращение

Автобус вез его обратно в город, за окном мелькали поля и деревни. Изуку смотрел и думал.

Три недели ада. Три недели открытий. Я научился двигаться иначе.

Теперь нужно научиться применять это в бою.

И научиться совмещать с причудой.

Он закрыл глаза и попытался войти в поток прямо в автобусе.

Сначала не получалось — мешала вибрация, шум, мысли. Но постепенно, с каждым вдохом, мир начал отдаляться. Тело расслабилось. Сознание очистилось.

И вдруг он почувствовал.

Шов. Прямо впереди, через три ряда сидений. Если я сейчас перемещусь...

Он открыл глаза. Не переместился. Но знал, что мог бы.

Интересно. В потоке я чувствую швы иначе. Не как объекты для расчета, а как... возможности. Просто возможности.

Надо развивать.

Автобус въехал в город.

Дома его ждали.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №256. Возраст: 16 лет 2 месяца.

Стажировка у Гран Торино окончена.

Я научился тому, чему не мог научиться сам — двигаться без мыслей.

Это удивительное чувство. Когда тело знает больше, чем голова. Когда решения приходят не после анализа, а до него.

Торино сказал, что это только начало. Что настоящий поток придет с годами тренировок.

Но я уже чувствую разницу.

Вчера, когда я шел по улице, на меня чуть не налетел велосипедист. Я уклонился, даже не подумав. Раньше я бы рассчитал траекторию, скорость, угол. Вчера я просто шагнул в сторону.

Это работает.

Теперь надо научиться совмещать поток с причудой. Если я смогу перемещаться так же интуитивно, как уклоняюсь — я стану действительно опасным.

Всемогущий будет доволен.

Гран Торино сказал, что я могу приходить еще. Что я "подающий надежды". Для него это высшая похвала.

Я вернусь. Обязательно.

Протокол запуска. Версия 13.0.

Режим: поток.

Состояние организма: усталость, но удовлетворение.

Состояние духа: готовность.

Следующая цель: освоить перемещения в потоке.

Вероятность успеха: 67%.

Вероятность того, что я буду тренироваться: 100%.

Продолжаю наблюдения. За миром, который стал быстрее. За собой, который стал легче.

Изуку Мидория.

Ученик Гран Торино.

Тот, кто учится летать.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

За окном был вечерний город. Где-то в этом городе ждали новые приключения.

Он был готов.

Глава 18

Глава 18: Охота на Пятно

Часть 1: Обычный день, который перестал быть обычным

Изуку вернулся в школу после стажировки у Гран Торино с чувством, что он изменился.

Тело двигалось иначе. Легче, быстрее, без пауз. Мозг тоже работал иначе — не отключаясь, но как бы на втором плане, позволяя телу действовать интуитивно.

— Мидория-кун! Ты вернулся! — Урарака встретила его у ворот с обычной сияющей улыбкой. — Как прошло? Чему научился?

— Многому, — улыбнулся Изуку. — Очень многому.

— Расскажешь?

— Обязательно. Но не здесь. Пойдем в класс, там все расскажу.

По дороге они встретили Ииду. Тот был необычно молчалив и задумчив.

— Иида-кун? Что случилось? — спросила Урарака.

— Ничего, — ответил он слишком быстро. — Всё в порядке.

Изуку нахмурился. Его новый, обостренный инстинкт подсказывал, что Иида врет.

Иида-кун: поведение изменено, глаза красные (плакал?), голос неестественный.

Вероятность проблем в семье: 78%.

Вероятность проблем с учебой: 12%.

Вероятность того, что он не скажет правду, если спросить прямо: 94%.

Надо наблюдать.

В классе было оживленно — все обсуждали стажировки, делились впечатлениями. Тодороки рассказывал о своем опыте у какого-то известного героя. Бакуго, как обычно, сидел в углу с ногами на парте и делал вид, что ему всё равно.

Но Изуку смотрел на Ииду.

И видел, как тот сидит, уставившись в одну точку, и не слышит ничего вокруг.

Часть 2: Новости

Новости пришли на следующий день.

— Вы слышали? — влетел в класс Киришима. — Нападение на героя! В Хосу!

— Что? Какое нападение? — зашумели все.

— Убийца Героев! Тот самый, Стейн! Он напал на Нагамуру-сэнсея! Говорят, тяжело ранил!

Изуку похолодел.

Нагамура — учитель Ииды? Кажется, да. Его брат? Нет, Нагамура — это фамилия его брата, Тенсёя Нагамуры, профессионального героя.

— Иида-кун! — обернулся он.

Но Ииды в классе не было.

— Он убежал, — тихо сказала Урарака. — Как только услышал новости.

Изуку вскочил.

— Надо за ним! Он может наделать глупостей!

— Но куда? Мы не знаем...

— В Хосу. Он поедет в Хосу. Мстить.

Часть 3: В погоню

Изуку бежал к выходу, когда его остановил голос:

— Мидория.

Тодороки стоял в коридоре с серьезным лицом.

— Я с тобой.

— Тодороки-кун?

— Иида — мой друг. И твой. Мы должны его остановить.

Изуку кивнул.

Они выбежали на улицу и поймали такси.

— В Хосу! — крикнул Изуку. — Быстро!

Водитель удивился, но тронулся с места.

В машине они молчали. Каждый думал о своем.

Изуку прокручивал в голове сценарии.

Иида в ярости. Его брат ранен. Он захочет отомстить. Стейн опасен — профессионал, убивший десятки героев. Иида не справится.

Мы должны успеть.

— Как думаешь, где он? — спросил Тодороки.

— В Хосу. Там, где напали на Нагамуру. Или там, где, по слухам, появлялся Стейн.

— Город большой.

— Найдем.

Изуку закрыл глаза и попытался войти в поток. Не для боя — для поиска. Чтобы чувствовать.

Иида. Его энергия. Его след. Где ты?

Такси въехало в Хосу.

Часть 4: Индустриальный район

Изуку почувствовал это за километр.

Не причуду, не звук — что-то другое. Вибрацию в воздухе, напряжение, которое предшествует буре.

— Там, — сказал он водителю. — Остановите там.

Они выскочили из машины и побежали по пустынным улицам индустриального района. Вокруг были склады, ангары, ржавые контейнеры.

— Слышишь? — спросил Тодороки.

Звуки боя. Взрывы. Крики.

— ТАМ!

Они вбежали в проулок и увидели это.

Иида лежал на земле, истекая кровью. Над ним стояла фигура — человек в маске, с развевающимся шарфом и множеством лезвий.

Стейн. Убийца Героев.

А рядом — еще один. Парень в синем костюме, сжимающий разбитые очки.

— НАТСУ! — закричал Изуку, узнав младшего брата Ииды.

— Стойте! — крикнул Тодороки. — Это ловушка!

Но Натсу уже бросился на Стейна. Тот даже не пошевелился — просто взмахнул рукой, и парень упал, обливаясь кровью.

— ЕЩЁ ОДИН, — прошелестел Стейн. — ГЕРОИ ЛЕЗУТ КАК ТАРАКАНЫ.

Изуку замер, но его мозг уже включился.

Стейн. Причуда — кровотечение? Нет, слизывание крови — паралич. Видел в отчетах. Если он лизнет кровь жертвы, та парализуется на несколько минут.

Опасность: критическая.

Скорость: высокая.

Техника: лезвия, быстрые атаки, использование окружения.

Иида и Натсу ранены, нуждаются в помощи.

Тодороки со мной.

Стратегия: Тодороки атакует издали льдом, я — зайду с фланга, используя поток и перемещения.

— Тодороки-кун, — шепнул он. — Лед. Сейчас.

Тодороки кивнул и взмахнул рукой.

Ледяная волна рванула к Стейну, замораживая всё на пути.

Но Стейн исчез.

Он двигался быстрее, чем можно было представить. Перекат, прыжок, рывок — и вот он уже рядом с Тодороки, лезвие занесено для удара.

— БЕРЕГИСЬ!

Изуку переместился и толкнул Тодороки в сторону. Лезвие прошло в миллиметре от его плеча.

— О? — удивился Стейн. — Телепортация? Редко.

Он развернулся и атаковал Изуку.

Часть 5: Танец со смертью

Изуку вошел в поток.

Мир замедлился. Лезвия Стейна двигались как в густом сиропе. Изуку уклонялся, не думая — тело знало.

Шаг влево. Наклон. Кувырок. Прыжок.

Стейн атаковал снова и снова, но Изуку был неуловим. Он тек как вода, извивался как змея, исчезал и появлялся в неожиданных местах.

— Интересно, — прошептал Стейн. — Очень интересно.

Он сменил тактику. Вместо прямых атак — серии, перекрывающие возможные траектории. Лезвия летели со всех сторон, создавая сеть, из которой невозможно было вырваться.

Изуку переместился в воздух, над лезвиями, и оттуда рухнул вниз, целясь ногой в голову Стейна.

Но тот ждал этого.

Он поймал ногу Изуку и полоснул лезвием по голени.

— АЙ!

Кровь брызнула. Стейн наклонился, чтобы лизнуть...

И в этот момент Тодороки обрушил на него ледяную глыбу.

Стейн отскочил, но лед задел его, сбивая с ритма.

— БЕРИ ИИДУ И УХОДИ! — закричал Тодороки. — Я ЗАДЕРЖУ!

— НЕТ! ВМЕСТЕ!

— ДЕЛАЙ, ЧТО ГОВОРЯТ!

Изуку колебался долю секунды. Потом рванул к Ииде и Натсу, схватил обоих и переместился за угол, в относительную безопасность.

Иида: глубокие порезы, потеря крови, без сознания.

Натсу: легко ранен, в сознании.

Тодороки: один против Стейна.

Надо вернуться. Надо помочь.

Но когда он выглянул из-за угла, то увидел то, от чего кровь застыла.

Тодороки лежал на земле. Стейн стоял над ним, слизывая кровь с лезвия.

— ТЫ... — закричал Изуку.

— Один, — прошептал Стейн. — Еще один герой, который думал, что сможет меня остановить.

Он повернулся к Изуку.

— Теперь ты. Один.

Изуку вышел из-за угла.

Он был один. Против убийцы, который только что победил двоих сильных героев.

Но в груди горел огонь.

Часть 6: Геометрия правосудия

Изуку вошел в поток глубже, чем когда-либо.

Он не думал о стратегии. Не рассчитывал вероятности. Он просто двигался.

Стейн атаковал — Изуку уклонялся.

Стейн бросал лезвия — Изуку исчезал.

Стейн пытался предсказать — Изуку был везде.

Он быстр, но я быстрее.

Он опытен, но я непредсказуем.

Он убивает, а я защищаю.

Изуку появился за спиной Стейна и ударил. Тот блокировал лезвием, но удар был сильнее, чем ожидалось — тренировки на пляже дали о себе знать.

Стейн отшатнулся.

— Ты... ты не просто телепортируешься, — прошептал он. — Ты чувствуешь пространство.

Изуку не ответил. Он атаковал снова.

Они танцевали этот танец минуту, две, три. Лезвия свистели в воздухе, Изуку уклонялся, падал, вставал, контратаковал.

И вдруг он увидел.

Рикошет.

Стена слева, стена справа. Если ударить в левую под правильным углом, лезвие отскочит в правую, а оттуда — в спину Стейна.

Не думать. Просто сделать.

Изуку схватил обломок трубы и швырнул его в левую стену.

Труба отскочила, ударилась в правую, и влетела прямо в спину Стейна.

— А-А-А! — закричал тот, падая.

Изуку не стал ждать. Он подбежал к Тодороки, коснулся его и переместил за угол, к остальным.

Потом вернулся за Стейном.

Тот лежал, придавленный обломками, и смотрел на Изуку красными глазами.

— Ты... ты не герой, — прошептал он. — Ты что-то другое.

— Я тот, кто защищает друзей, — ответил Изуку.

— Ты будешь великим... или умрешь, пытаясь.

Стейн потерял сознание.

А Изуку рухнул рядом, чувствуя, как силы покидают его.

Часть 7: После битвы

Они лежали вчетвером за углом склада — Изуку, Тодороки, Иида, Натсу. Раненые, истощенные, но живые.

— Ты... ты сделал это, — прошептал Тодороки. — Победил Стейна.

— Мы вместе, — ответил Изуку. — Ты задержал его. Я добил.

— Я не задержал. Я проиграл.

— Ты дал мне время. Это победа.

Подъехали машины — полиция, герои, скорая. Их окружили, начали оказывать помощь.

Изуку смотрел, как Ииду грузят на носилки. Тот пришел в сознание и слабо улыбнулся.

— Мидория-кун... Тодороки-кун... спасибо.

— Отдыхай, — сказал Изуку. — Всё хорошо.

— Мой брат... он...

— Жив. Будет в порядке.

Иида закрыл глаза, и его увезли.

Тодороки поднялся, опираясь на стену.

— Мы сделали это, — сказал он.

— Да.

— Ты был невероятен. Этот рикошет...

— Интуиция. Спасибо Торино.

Они посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №257. Возраст: 16 лет 2 месяца.

Мы победили Стейна.

До сих пор не верится.

Убийца Героев, терроризировавший Японию, лежит в тюрьме благодаря нам. Трем студентам.

Иида жив. Его брат жив. Тодороки жив.

Я жив.

Ценой невероятных усилий.

Сегодня я понял кое-что важное. Мой анализ, мои расчеты — это не всё. Сегодня я действовал не головой, а телом. Я чувствовал рикошет до того, как рассчитал его.

Поток работает.

Но цена высока. Я снова на пределе. Снова ранен. Снова истощен.

Иида будет восстанавливаться месяцами. Тодороки — неделями. Я — днями.

Но мы живы. И мы победили.

Стейн сказал, что я "не герой". Что я что-то другое.

Может быть, он прав. Может быть, я не герой в классическом смысле. Может быть, я — нечто новое.

Но одно я знаю точно: я буду защищать своих друзей. Любой ценой.

Протокол запуска. Версия 14.0.

Режим: восстановление.

Состояние организма: тяжелое.

Состояние духа: покой.

Следующая цель: стать сильнее. Для новых битв.

Вероятность успеха: 100%. Потому что я не сдаюсь.

Продолжаю наблюдения. За друзьями. За врагами. За собой.

Изуку Мидория.

Тот, кто победил Стейна.

Тот, кто защищает.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно больничной палаты.

За окном была ночь. Тихая, спокойная ночь.

Но он знал: это затишье перед бурей.

Глава 19

Глава 19: Теория хаоса

Часть 1: Тишина после бури

Неделя в больнице тянулась бесконечно.

Изуку лежал на койке, смотрел в белый потолок и думал. Думал о Стейне, о его словах, о том, что произошло в Хосу.

Стейн сказал: "Ты не герой. Ты что-то другое."

Что он имел в виду?

Ответа не было. Были только вопросы, которые множились с каждым часом.

Рядом, в соседних палатах, лежали Иида и Тодороки. Иида был в тяжелом состоянии — потеря крови, множественные порезы, повреждение мышц. Тодороки отделывался легче — паралич от причуды Стейна прошел через несколько часов, остались только ушибы.

Навещали их постоянно. Урарака приходила каждый день, приносила еду, цветы, новости. Яойорозу создавала лекарства и укрепляющие средства. Бакуго зашел один раз, постоял в дверях минуту и ушел, не сказав ни слова.

— Он волнуется, — сказала Урарака, когда Бакуго ушел. — Просто не умеет показывать.

— Знаю, — улыбнулся Изуку. — Он всегда таким был.

На пятый день к нему пришел Всемогущий.

Часть 2: Разговор с символом

Всемогущий вошел в палату вечером, когда все посетители разошлись. Он был в своей истощенной форме, уставший, но с обычной доброй улыбкой.

— Изуку, — сказал он, садясь на стул рядом. — Ты снова меня удивил.

— Чем?

— Тем, что победил Стейна. Тем, что защитил друзей. Тем, что выжил.

Изуку пожал плечами.

— Я не думал. Просто делал.

— Это и есть признак роста. Когда герой перестает думать и начинает действовать интуитивно.

Всемогущий помолчал.

— Я хочу поговорить с тобой о будущем. О One For All.

Изуку замер.

— Вы готовы передать?

— Я готов. Но вопрос не во мне. Вопрос в тебе. Ты готов принять?

Изуку задумался.

Готов ли я? Тело сильнее, чем когда-либо. Мозг контролирует причуду. Поток освоен. Но...

— Я боюсь, — признался он. — Боюсь, что One For All уничтожит мою причуду. Или наоборот — они конфликтуют, и я погибну.

— Это нормально, — кивнул Всемогущий. — Страх — часть пути. Но знаешь, что я думаю?

— Что?

— Я думаю, что твоя причуда и One For All созданы друг для друга. Твоя причуда требует колоссальной энергии. One For All дает эту энергию. Идеальный симбиоз.

— Если они не уничтожат друг друга.

— Риск есть всегда. Но без риска нет геройства.

Изуку посмотрел в глаза своего кумира.

— Я согласен. Когда?

— После выписки. Я найду время.

Они пожали друг другу руки, и Всемогущий ушел.

А Изуку остался лежать и думать о том, что скоро его жизнь изменится навсегда.

Часть 3: Возвращение в реальность

Через неделю Изуку выписали.

Он вышел из больницы весенним утром, щурясь от солнца, и увидел на стоянке знакомые лица. Урарака, Тодороки, Яойорозу, Киришима, Ашидо — почти весь класс собрался его встречать.

— МИДОРИЯ-КУН! — заорали все хором.

Изуку улыбнулся. Это было тепло, которое не мог дать никакой анализ.

— Вы все здесь?

— А ты думал? — усмехнулся Киришима. — Садись в автобус, герой.

По дороге в школу они говорили о всякой ерунде, но Изуку чувствовал, что все немного напряжены. Что-то витало в воздухе.

— Что случилось? — спросил он прямо.

Урарака и Тодороки переглянулись.

— Много чего, — ответил Тодороки. — Пока ты был в больнице, произошли события.

— Какие?

— Лига Злодеев активизировалась. Нападения по всему городу. Мелкие, но частые. И... есть информация, что они готовят что-то крупное.

Изуку нахмурился.

Лига Злодеев. Шигараки. Человек с порталами. Ному.

Они не остановятся после провала в USJ. Они будут пробовать снова.

— Надо готовиться, — сказал он.

— Уже, — кивнул Тодороки. — Айзава-сенсей усилил тренировки. Нас готовят к реальным операциям.

Изуку кивнул.

Хорошо. Чем больше мы готовы, тем больше шансов.

Автобус въехал на территорию UA.

Часть 4: Новый класс

В классе царила непривычная атмосфера. Серьезность, собранность, готовность.

Айзава вошел ровно в 8:00, как всегда.

— Рад видеть вас в сборе, — сказал он, глядя на Изуку. — Особенно тех, кто выжил после встречи со Стейном.

Класс засмеялся.

— Но шутки в сторону. Ситуация в городе ухудшается. Лига Злодеев растет. У них появились новые рекруты, новые ресурсы, новые Ному.

Он включил проектор. На экране появились лица — Шигараки Томура, человек с порталами, несколько неизвестных.

— Вот наши главные враги. Запоминайте лица. Они могут появиться где угодно.

Изуку смотрел на экран и чувствовал, как его мозг включается в режим анализа.

Шигараки: причуда — разрушение касанием. Лидер. Импульсивный, но опасный.

Человек с порталами: имя неизвестно, причуда — пространственные врата. Ключевая фигура для перемещений.

Ному: искусственные люди, созданные из героев и злодеев. Множественные причуды. Разные уровни силы.

Новые лица: вероятно, наемники или рекруты. Надо собирать данные.

— Ваша задача на ближайшие недели, — продолжал Айзава, — тренироваться и быть готовыми. Реальные операции начнутся скоро. Может быть, завтра. Может быть, через час.

Он обвел взглядом класс.

— Герои не выбирают время. Герои всегда готовы.

Часть 5: Теория хаоса

Вечером, после уроков, Изуку сидел в библиотеке и изучал материалы по Лиге Злодеев.

Сводки полиции, отчеты героев, записи с камер, свидетельства очевидцев. Он собирал всё, что мог найти, и систематизировал.

Нападения: 47 за последний месяц.

Локации: случайные, но есть кластеры — район Хосу, индустриальная зона, порт.

Время: чаще всего ночью, но есть и дневные.

Жертвы: герои (12), гражданские (34), злодеи из других группировок (8).

Закономерности?

Изуку строил графики, карты, диаграммы. И постепенно начала вырисовываться картина.

Они не хаотичны. Они готовятся.

Нападения на героев — тестирование наших реакций.

Нападения на гражданских — создание паники.

Нападения на другие группировки — расширение территории.

Центр тяжести — порт. Оттуда удобно доставлять ресурсы. Там же можно скрывать Ному.

— Мидория-кун?

Он поднял голову. Рядом стояла Яойорозу с книгой в руках.

— Ты всё еще здесь? Уже полночь.

— Что? — Изуку посмотрел на часы. Действительно, полночь.

— Я заметила свет в библиотеке и решила проверить. Ты над чем работаешь?

— Анализирую нападения Лиги. Пытаюсь найти закономерности.

Яойорозу села рядом и посмотрела на его записи.

— Это... впечатляет. Ты построил полную карту?

— Почти. Не хватает данных по последней неделе.

— Я могу помочь. Моя причуда позволяет создавать информационные панели.

— Было бы здорово.

Они работали вместе до двух ночи. К утру у них была готова полная карта активности Лиги Злодеев с прогнозами следующих нападений.

— Ты гений, — сказала Яойорозу, глядя на результат. — Это не просто анализ. Это предсказание.

— Это теория хаоса, — улыбнулся Изуку. — Даже в хаосе есть закономерности. Надо только уметь их видеть.

Часть 6: Предсказание

На следующий день Изуку показал свои расчеты Айзаве.

Учитель долго изучал карты, графики, диаграммы. Потом поднял глаза.

— Ты уверен в этом?

— На 78%. Если они продолжат действовать по той же схеме, следующее крупное нападение будет через три дня в порту.

— А если они изменят схему?

— Тогда я ошибся. Но вероятность изменения схемы — 23%. Они действуют по отработанным шаблонам, потому что у них новые рекруты, которых надо тренировать.

Айзава кивнул.

— Я передам это в штаб. Если твой прогноз подтвердится, мы сможем подготовить засаду.

— Но если они узнают о засаде...

— Не узнают. Информация будет ограничена.

Изуку кивнул.

Если я прав, мы сможем ударить первыми. Если нет — ничего не потеряем.

Три дня он жил в напряжении. Ждал новостей.

И на третий день они пришли.

— Сработало, — сказал Айзава, входя в класс. — Лига попыталась атаковать порт. Мы были готовы. Двенадцать задержанных, трое уничтоженных Ному.

Класс зашумел. Изуку выдохнул.

— Мидория, — Айзава посмотрел на него. — Твои расчеты спасли жизни. Возможно, десятки жизней.

Изуку покраснел.

— Я просто...

— Ты просто сделал свою работу. Геройскую работу.

Часть 7: Новая реальность

После успешного прогноза отношение к Изуку изменилось.

Учителя начали советоваться с ним по тактическим вопросам. Одноклассники приходили за анализом своих причуд. Даже Бакуго, кажется, стал смотреть на него иначе.

— Ты, — сказал он однажды, подойдя после тренировки. — Эти твои расчеты... они реально работают?

— Да, — ответил Изуку. — Если данные точны.

— Научи.

Изуку удивился.

— Ты хочешь научиться анализировать?

— Хочу понимать, как ты это делаешь. Чтобы предсказывать твои движения.

Изуку улыбнулся.

— Бакуго... ты не меняешься.

— Не меняюсь. Но расту.

Они посмотрели друг на друга, и в этом взгляде было что-то новое. Не вражда, не соперничество — уважение.

— Хорошо, — сказал Изуку. — Я покажу. Но будет трудно.

— Я люблю трудности.

Эпилог главы: Журнал наблюдений

Запись №258. Возраст: 16 лет 3 месяца.

Мир изменился.

После Хосу, после Стейна, после успешного прогноза — я стал другим. И мир стал другим.

Лига Злодеев активизируется. Шигараки готовит что-то крупное. Я чувствую это.

Но я тоже готов.

Моя причуда растет. Поток становится естественным состоянием. One For All ждет передачи.

И самое главное — у меня есть команда. Настоящая команда.

Урарака, Тодороки, Иида, Яойорозу, даже Бакуго — мы становимся чем-то большим, чем просто класс.

Мы становимся силой, с которой придется считаться.

Теория хаоса говорит, что даже в хаосе есть порядок. Моя задача — найти этот порядок раньше врагов.

И использовать его.

Следующие недели будут решающими. Я чувствую это.

Я готов.

Протокол запуска. Версия 15.0.

Режим: боевой.

Состояние организма: оптимальное.

Состояние духа: решимость.

Следующая цель: быть готовым к любому развитию событий.

Вероятность успеха: 100%. Потому что я не один.

Продолжаю наблюдения. За миром, который сходит с ума. За врагами, которые готовятся. За друзьями, которые рядом.

Изуку Мидория.

Аналитик.

Стратег.

Тот, кто видит порядок в хаосе.

Он закрыл тетрадь и посмотрел в окно.

Ночь была темной. Без звезд. Без луны.

Где-то в этой темноте готовились враги.

Но он был готов встретить их.

Вместе с друзьями.

Глава 20

Глава 20: Экзаменационная сессия — Завершение и Начало

Часть 1: Утро последнего испытания

Изуку проснулся за час до будильника.

Это не было бессонницей от страха — он давно научился контролировать тревогу. Это было предчувствие. Сегодняшний день должен был стать самым важным в его жизни. Итоговый экзамен. Практическая часть. И после него — передача One For All.

Он лежал в кровати общежития, смотрел в потолок и прокручивал в голове все возможные сценарии.

Дата: день итогового экзамена.

Противник: неизвестен (объявят сегодня).

Формат: бой 2 на 1 (в парах против учителя).

Условия: победить или продержаться до истечения времени.

Кто будет моим напарником?

Этот вопрос волновал его больше всего. От напарника зависело всё — стратегия, тактика, шансы на успех.

В дверь постучали.

— Мидория-кун! Ты проснулся? — голос Урараки.

— Да, сейчас!

Он быстро оделся и вышел. Урарака стояла на пороге с подносом, на котором дымились две тарелки завтрака.

— Решила, что нам обоим нужны силы перед объявлением, — улыбнулась она.

— Спасибо, Урарака-сан. Ты всегда обо мне заботишься.

— А кто же еще? — она улыбнулась, но в глазах мелькнула тень. — Я волнуюсь, Мидория-кун. Очень волнуюсь.

— Я тоже. Но мы справимся.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что мы уже столько прошли вместе. USJ, Спортивный фестиваль, Хосу. Это просто еще одно испытание.

Они позавтракали в уютном молчании, и Изуку поймал себя на мысли, что присутствие Урараки делает любое утро светлее.

Не время думать об этом. Время готовиться.

Они вышли в коридор и направились в общий зал, где уже собирался класс.

Часть 2: Объявление

Айзава вошел ровно в 8:00, как всегда. В руках у него была папка с результатами и списком пар.

— Итоговые экзамены, — сказал он без предисловий. — Практическая часть. Бои с учителями.

Класс замер.

— Каждый из вас будет сражаться с одним из преподавателей. Пары составлены так, чтобы проверить ваши слабые стороны. Учителя будут использовать свои причуды в полную силу. Никаких поблажек.

Он начал зачитывать список:

— Ашидо Мина против Всегдашнего (Тринадцатого).

— Бакуго Кацуки против... Всемогущего.

Бакуго хищно улыбнулся. В его глазах загорелся знакомый огонь.

— Киришима Эйдзиро против Цементоса.

— Тодороки Шото против Айзавы Шоты.

Тодороки кивнул, принимая вызов.

— Урарака Очако против Миднайт.

— Иида Тенья против Пауэр Лоадера.

— Яойорозу Момо против... Всемогущего.

Яойорозу побледнела. Всемогущий — сильнейший герой в мире. Против него у нее не было шансов.

Айзава сделал паузу и посмотрел на Изуку.

— И Мидория Изуку... — пауза. — Мидория Изуку и Бакуго Кацуки против Всемогущего.

Тишина.

— Вдвоем? — переспросил Изуку.

— Вдвоем. Всемогущий — сильнейший герой. Даже вдвоем у вас мало шансов. Но это и есть проверка. Сможете ли вы работать вместе, чтобы противостоять непреодолимой силе.

Изуку повернулся к Бакуго. Тот смотрел на него с обычной смесью презрения и... было в этом взгляде что-то новое. Принятие?

— Не подведи, — сказал Бакуго.

— Ты тоже.

Класс зашумел. Все понимали, что эта пара — самая проблемная. Бакуго и Мидория — враги с детства. Смогут ли они объединиться против общего врага?

— У вас три дня на подготовку, — закончил Айзава. — Используйте их с умом.

Часть 3: Тренировка

Первая совместная тренировка была катастрофой.

Бакуго атаковал, как привык — агрессивно, мощно, без оглядки на напарника. Изуку пытался подстроиться, но взрывы мешали перемещениям, а когда он появлялся в неожиданном месте, Бакуго уже менял позицию.

— ТЫ МНЕ МЕШАЕШЬ! — заорал Кацуки после того, как Изуку едва не попал под взрыв.

— ТЫ СЛИШКОМ БЫСТРО МЕНЯЕШЬ ПОЗИЦИИ! — ответил Изуку. — Я НЕ УСПЕВАЮ!

— А МНЕ ПЛЕВАТЬ! НЕ УСПЕВАЕШЬ — НЕ ЛЕЗЬ!

— ЕСЛИ Я НЕ БУДУ ЛЕЗТЬ, МЫ ПРОИГРАЕМ!

Они ругались, расходились, снова сходились — и ничего не получалось.

Ночью Изуку не спал. Он сидел в своей комнате, смотрел на схемы и думал. Думал о Бакуго, о их отношениях, о том, почему они не могут найти общий язык.

Бакуго привык быть один. Он всегда полагался только на себя. Ему никогда не приходилось работать в команде, доверять напарнику.

Я привык анализировать, подстраиваться, искать слабые места. Но я тоже никогда не работал в команде с тем, кто сильнее меня.

Мы оба не умеем. Но должны научиться.

И тут его осенило.

Его взрывы создают швы. Пространственные аномалии. Если я научусь использовать их как трамплины, мы сможем работать в идеальной синхронности.

Он атакует — я перемещаюсь в эпицентр взрыва.

Я появляюсь — он прикрывает меня следующим взрывом.

Мы становимся одним целым.

Утром он предложил этот план Бакуго. Тот, после некоторых колебаний, согласился.

Второй день тренировок дал результат. Они научились чувствовать друг друга. Бакуго взрывал — Изуку перемещался. Изуку появлялся — Бакуго прикрывал.

— Мы готовы, — сказал Бакуго вечером второго дня.

— Почти, — ответил Изуку. — Осталось главное.

— Что?

— Доверие. Если в бою я сделаю не то, что ты ожидаешь — ты должен довериться мне. И наоборот.

Бакуго долго смотрел на него. Потом кивнул.

— Ладно. Доверюсь.

Это было самое трудное слово, которое Изуку слышал от него за всю жизнь.

Часть 4: Экзамен

Арена представляла собой имитацию городских руин — разрушенные здания, обломки, узкие улочки. Идеальное место для тактического боя.

Всемогущий стоял на другой стороне — в своей полной геройской форме, огромный, сияющий, улыбающийся.

— Ну что, ученики, — прогремел его голос. — Покажите, чему научились!

Изуку и Бакуго встали спиной к спине, как тренировались.

— НАЧИНАЙТЕ! — скомандовала Миднайт.

Бакуго рванул вперед, разбрасывая взрывы. Изуку исчез.

Всемогущий легко уклонился от первой атаки Бакуго и заблокировал вторую, но в этот момент Изуку появился за его спиной, целясь ногой в поясницу.

— О! — удивился Всемогущий, отбивая удар. — Неплохо!

Но Изуку уже исчез, а Бакуго атаковал с другой стороны.

Они работали как часы. Бакуго взрывал — Изуку перемещался в эпицентр. Изуку появлялся — Бакуго прикрывал его серией взрывов. Они менялись местами, путали, дезориентировали.

— ДЫМ! — крикнул Изуку.

Бакуго взорвал всё вокруг, создавая плотную завесу. Изуку переместился в дыму и атаковал с трех сторон подряд, используя рикошеты от стен.

Всемогущий уклонялся, блокировал, контратаковал, но они не давали ему остановиться. Каждый раз, когда он фокусировался на одном, второй атаковал с неожиданной стороны.

— ВРЕМЯ! — крикнул Изуку, видя, как геройская форма Всемогущего начинает мерцать.

— ЕЩЁ НЕМНОГО! — Бакуго обрушил серию взрывов.

Всемогущий пошатнулся. Его форма дернулась, исчезая на долю секунды и возвращаясь.

— СЕЙЧАС!

Изуку переместился прямо перед ним и ударил в грудь. Бакуго взорвал воздух за спиной, создавая ударную волну, которая толкнула Изуку вперед, усиливая удар.

Всемогущий отлетел на несколько метров и рухнул среди обломков.

Тишина.

Потом — взрыв аплодисментов.

— ПОБЕДА! — объявила Миднайт. — МИДОРИЯ И БАКУГО ПРОХОДЯТ ЭКЗАМЕН!

Изуку рухнул на колени, тяжело дыша. Бакуго стоял рядом, опираясь на стену.

— Мы... мы сделали это, — выдохнул Изуку.

— Мы, — тихо сказал Бакуго. — Вместе.

Часть 5: После экзамена

Вечером, когда празднования закончились и все разошлись по комнатам, Изуку получил сообщение.

Крыша общежития. Через час. Приходи один. — Всемогущий.

Сердце забилось быстрее.

Это оно. Передача.

Ровно через час Изуку поднялся на крышу. Всемогущий ждал его там — в своей истощенной форме, но с улыбкой на лице.

— Ты пришел, — сказал он.

— Да, Всемогущий.

— Ты знаешь, зачем я позвал тебя.

— Да.

Всемогущий подошел ближе и положил руку на плечо Изуку.

— Ты готов, Изуку. Ты доказал это сегодня. Твоя тактика, твоя синхронность с Бакуго, твоя способность видеть невидимое — всё это делает тебя достойным.

— Спасибо.

— Но ты должен понимать. One For All — это не просто сила. Это ответственность. Это наследие. Это мечты всех, кто был до меня. Ты принимаешь их?

Изуку посмотрел в глаза своему кумиру.

— Принимаю.

Всемогущий улыбнулся. Протянул руку и коснулся лба Изуку.

— Тогда прими мою силу. Стань тем, кто продолжит путь.

Изуку почувствовал тепло. Сначала слабое, потом всё сильнее и сильнее. Оно разливалось по телу, проникало в каждую клетку, в каждый атом. Его собственная причуда — манипуляция пространством — отреагировала мгновенно, впитывая новую энергию, как губка воду.

А потом пришла боль.

— А-А-А! — закричал Изуку, падая на колени.

Тело горело. Каждая мышца, каждая кость, каждая клетка кричала от перегрузки. One For All вливалась в него, ища место, ища форму, ища способ существования.

— Терпи! — крикнул Всемогущий. — Твоя причуда адаптируется! Они соединяются!

Изуку сжал зубы и терпел. Он думал о маме, о друзьях, о мечте. О том, ради чего всё это.

И вдруг боль прекратилась.

Он открыл глаза и увидел свои руки. Они светились — буквально светились — голубоватым светом. Вокруг него воздух дрожал, искажался, словно пространство признало в нем хозяина.

— Получилось, — прошептал Всемогущий. — Они соединились.

Изуку медленно поднялся. Он чувствовал себя иначе. Сильнее. Цельнее. Словно две половины пазла наконец сложились в единое целое.

— Что теперь? — спросил он.

— Теперь — ты наследник. Теперь — ты следующий. Теперь — ты должен стать героем, который будет защищать людей.

Всемогущий улыбнулся — впервые за долгое время по-настоящему счастливо.

— Я горжусь тобой, Изуку. Ты преодолел то, что сломало бы любого. Ты прошел через боль, одиночество, страх. И ты стал тем, кто есть.

— Спасибо, Всемогущий.

— Зови меня просто... учитель. Или Тошинори. Мы теперь связаны навсегда.

Они стояли на крыше под звездами — старый герой и новый. Один передал эстафету. Другой принял.

Часть 6: Утро новой жизни

Изуку не спал всю ночь.

Он сидел в своей комнате и смотрел на свои руки. Они больше не светились, но он чувствовал внутри колоссальную силу. One For All пульсировала в такт сердцу, сливаясь с его собственной причудой в идеальном танце.

Нужно научиться контролировать это. Нужно тренироваться. Нужно стать достойным.

В 6 утра в дверь постучали.

— Мидория-кун? Ты не спишь? — голос Урараки.

Он открыл дверь. Она стояла на пороге с завтраком, как всегда.

— Ты выглядишь... иначе, — сказала она, вглядываясь в его лицо. — Что-то случилось?

— Всё хорошо, — улыбнулся Изуку. — Даже лучше, чем хорошо.

— Расскажешь?

— Потом. Обязательно.

Они позавтракали вместе, и Изуку поймал себя на мысли, что этот момент — простой, обычный, человеческий — дороже любой силы.

В школе его встретили как героя. Вчерашняя победа над Всемогущим обсуждалась всеми. Но никто не знал главного.

Только Бакуго, кажется, что-то чувствовал.

— Ты изменился, — сказал он, подходя после уроков. — Что случилось?

Изуку посмотрел на него долгим взглядом. На человека, который был врагом, а стал напарником.

— Потом расскажу, — сказал он. — Когда придет время.

Бакуго кивнул.

— Ладно. Но знай: если ты станешь сильнее, я тоже стану. Мы теперь связаны.

— Связаны, — согласился Изуку.

Они разошлись, но Изуку знал: это не конец. Это только начало.

Часть 7: Прощание с прошлым

Вечером Изуку вернулся домой, к маме.

Инко встретила его с обычной теплотой, но сразу почувствовала перемену.

— Изуку... ты другой, — сказала она, вглядываясь в его лицо. — Что произошло?

— Мама, я должен тебе кое-что рассказать.

Они сели на кухне, и Изуку рассказал всё. О Всемогущем. О One For All. О передаче силы. О том, что теперь он наследник величайшего героя.

Инко слушала молча, и когда он закончил, по её щекам текли слезы.

— Ты... ты прошел через всё это, — прошептала она. — Через боль, через страх, через одиночество. И ты выжил. Ты стал сильнее.

— Я не один, мама. У меня есть друзья. У меня есть ты.

Она обняла его крепко-крепко.

— Я всегда знала, что ты особенный, Изуку. С первого дня. Когда ты родился, когда заболел, когда начал пользоваться причудой... я всегда знала.

— Спасибо, мама.

— Ты будешь великим героем. Лучшим из всех.

Они просидели на кухне до поздней ночи, вспоминая прошлое и строя планы на будущее.

Часть 8: Новый рассвет

На следующее утро Изуку стоял на крыше общежития и смотрел на восходящее солнце.

В руках у него была тетрадь — последний журнал наблюдений, который он вел с детства. Тысячи страниц анализа, расчетов, сомнений и открытий.

Он открыл последнюю страницу и начал писать.

Запись №260. Возраст: 16 лет 4 месяца. Новый этап.

Сегодня я стал наследником One For All.

Моя причуда — манипуляция пространством — соединилась с силой величайшего героя. Я чувствую внутри колоссальную энергию. Я чувствую, что могу всё.

Но я знаю: сила без контроля — это хаос. Я должен научиться управлять этим. Должен стать достойным доверия Всемогущего.

Впереди — новые битвы. Шигараки не остановится. Лига Злодеев будет расти. Мир в опасности.

Но я не боюсь.

Потому что у меня есть друзья. У меня есть семья. У меня есть цель.

И теперь у меня есть сила, чтобы эту цель достичь.

Я не знаю, что ждет впереди. Но знаю одно: я встречу это с открытыми глазами и открытым сердцем.

Спасибо всем, кто был со мной. Маме. Всемогущему. Урараке. Ииде. Тодороки. Даже Бакуго.

Вы сделали меня тем, кто я есть.

А я — Изуку Мидория. Наследник One For All. Будущий герой.

И это только начало.

Он закрыл тетрадь и посмотрел вдаль.

Солнце поднималось над городом, освещая крыши домов, деревья в парках, лица прохожих. Где-то в этом городе просыпались его друзья. Где-то готовились к новым атакам враги. Где-то улыбался Всемогущий, глядя на своего ученика.

Изуку улыбнулся.

Протокол запуска. Версия 17.0.

Режим: новый уровень.

Состояние организма: пиковое.

Состояние духа: безграничное.

Следующая цель: стать героем, который нужен этому миру.

Вероятность успеха: 100%. Потому что я не один.

Продолжаю наблюдения. За миром, который ждет. За друзьями, которые рядом. За собой, который готов.

Он спрятал тетрадь в рюкзак и направился к выходу.

Внизу его ждали. Урарака с завтраком, Иида с планами на день, Тодороки с обычным спокойствием, Бакуго с привычным вызовом в глазах.

— Идем? — спросила Урарака.

— Идем, — ответил Изуку.

Они вышли в утро. В новый день. В новую жизнь.

Солнце светило ярко, обещая великий день.

Изуку Мидория, наследник One For All, шагнул в будущее.

Впереди была целая жизнь.

Конец.

Но история продолжается...