Противоречия добра и зла

Глава 1 Цех №13; Часть 1

— Пожалуй, начну свой рассказ с самого начала, чтобы всё было понятно… — произнёс молодой парень с мягко говоря помятым видом; синяки и ссадины были тому доказательством. А затем бедолага начал свой рассказ...

Как я сказал, меня зовут Тимофей. Я отучился в местном колледже, ну и, как все, пошёл работать на производственное предприятие вблизи нашего города. Рабочих рук не хватало, так что это был беспроигрышный вариант. Тем более платили там даже самым обычным работягам вполне хорошо, поэтому мне казалось, что, попав туда, я смогу неплохо жить, и мой заработок будет неплохим по меркам города. Стоит уточнить, я всегда был скептиком, а потому не верил ни в бога, ни в чёрта; чего уж говорить про слухи о нашем городском заводе. Но вот после начала всех событий я поверил…

День, с которого всё и началось, был совершенно обыденный: проснулся, привёл себя в порядок и вышел на пробежку (мне становилось жутко только от одной мысли, что через десять — двадцать лет я стану классическим «пузо-мастером» с завода, практикующим на выходных спиртные науки). Всё было хорошо, но вот когда я отбежал достаточно далеко от дома, погода окончательно испортилась, и с неба начал идти дождь, постепенно переходя в ливень. И по стечению обстоятельств я встретил свою подругу Вику. Мы с ней познакомились ещё в колледже и уже вместе попали на это «чудесное» предприятие.

— Привет, Тим! — сказала милая девушка невысокого роста, прикрываясь от дождя небольшим портфелем; хотя, по большому счёту, это мало помогало. Она смотрела на меня с лёгкой улыбкой, разглядывая своими сверкающими голубыми глазами. Из одежды на ней были лёгкая футболка, шорты и кроссовки. Одета она была явно не по погоде, особенно под конец августа, когда уже весьма прохладно и льёт как из ведра.

— Привет, Вик… — я также улыбнулся в ответ, тихо поздоровавшись, а Вика, судя по всему не услышав, продолжила:

— Тоже неудачно вышел?

Она была права. Выходя на улицу и глядя на пасмурное небо, я даже не подумал о том, что дождь начнётся в этот самый момент.

Я коротко кивнул, тоже попробовав прикрыться от дождя, подмечая, что Вика чересчур весёлая. Для неё это редкость: обычно она ходит с каменным лицом и даже при друзьях редко лыбу давит.

— Не хочешь зайти ко мне? Заодно и дождь переждёшь.

Странностям в её поведении я не придал значения, и мы пошли к Вике. Добрались как раз тогда, когда непогода начала достигать своего пика. Мы поднялись, и я даже не заметил, как уже оказался в квартире Вики. Несмотря на чистоту, весь этот уют и смесь разных ароматов приготовленных вкусностей, мне почему-то было некомфортно… Из мыслей меня вывели слова Вики.

— Тебе сколько ложек сахара в чай класть?

Очередная странность, которую я заметил невооружённым взглядом. Чаще всего она просто оставляла сахарницу, предоставляя выбор. Затем я удивился уже себе, а точнее тому, что цепляюсь к мелочам, как шизик.

Ответив, что:

— В этом нет нужды,

я прошёл на кухню. На столе меня уже дожидалась кружка чая, а Вика уже во всю хрустела печеньем, запивая чаем. Сажусь я, значит, за стол и сходу делаю приличный глоток чая. Я кое-как сдержался, чтобы не отправить этот чай в тот же миг на стол. Но, сдержавшись и сплюнув его в чашку, я поймал себя на мысли, что Вика добавила ложки три не меньше; чай был солёный, да настолько, что аж в глазах чуть не потемнело.

Я смотрю на Вику и думаю: это шутка или она на полном серьёзе решила добавить соль в чай? Она немного потупила, секунд десять, а после посмеялась, вновь улыбнувшись. Пусть она и попыталась сделать вид, что это шутка, но всё же глаза выдавали её… Тем не менее, я попытался не думать об этом, хотя, говоря честно, мне было неуютно находиться с ней рядом. Оставшееся время мы провели без странностей, но вот когда дождь закончился и я уже был одной ногой на улице, Вике что-то ударило в голову и на прощание она решила меня засосать. По-другому это никак не назвать.

Уже когда я был на улице, у меня вновь в голове пронёсся вихрь мыслей, что Вика уж слишком странно себя ведёт. Так я и добрался до дома в размышлениях и теориях… А поскольку завтра нужно было на работу, да ещё и в утреннюю смену, было решено лечь пораньше…

Тимофей замолк, подбирая слова.

— Можно не рассказывать во всех подробностях следующие события?

Мужчина в пальто кивнул, и рассказчик продолжил.

На следующий день, как я и говорил, началась утренняя смена. Почему-то всё утро было странное ощущение беспокойства, и не без причин, как потом понял. Иду я, значит, в столовую (перерыв начался) и замечаю краем глаза, как Вика идёт примерно в мою сторону. Стоит уточнить, что она проходила рядом с валами, и как раз с её стороны находилась цепь, вращающая эти самые валы. Я отвернулся, и тут слышу странный звук. Поворачиваюсь и вижу: на полу лежит рука, подрагивает, а с неё кровь течёт, заливая старый пол. А чуть позади стояла Вика, которая поглядела на слетевшую цепь, а после на свою руку и шлёпнулась на задницу, разглядывая оторванную культю… Дальше ничего необычного: вызвали скорую, предварительно наложив жгут… Но уже после того как всё устаканилось, я решил, что пойду домой, кое-как упросил, чтобы меня опустили. Не хотелось мне находиться в том цеху…

Уже дома я постепенно вспоминал слухи о заводе. Сам не понимаю как, но всё же решил покопаться в интернете. Для этого я взял больничный на неделю, мне хотелось как следует заняться этим, чтобы узнать как можно больше. По правде говоря, искать информацию о нашем заводе было непросто, но всё же какой-то минимум мне удалось найти. Заранее скажу: завод начали строить в 1955 году, ещё во времена СССР.

1959 год. При неизвестных обстоятельствах одного из рабочих, который обслуживал валы и следил за их чистотой, засосало в них. По идее, после установки цепи на валы работать ничего не должно было, ведь питание было выключено, но кто-то или что-то включило его и бедолагу превратило в блин.

1970 год. Труба/арматура (в записи не было до конца сказано, что именно, но не столь важно): какая-то часть конструкции повредилась и отломалась с основной конструкции, пробив насквозь мужика. Из-за возраста до больницы он не дотянул, да и вряд ли выжил бы.

1976 год. Двое рабочих подрались, и так вышло, что один из них упал с приличной высоты. В процессе он переломался, как и предыдущие, и не выжил…

Пожалуй, самое жуткое — это начальник цеха на фотографии 1955 года. Он выглядел без каких-либо изменений, от слова совсем, будто он тибетский монах, блин, проживающий в горах и каждый день не забывающий медитировать…

Парня, ведущего рассказ, немного затрясло, и, сделав глоток пива, он продолжил свой рассказ.

Неделька вышла насыщенной, за это время я стал понимать старых работяг, которым уже за семьдесят, а они всё ещё работают… Должен ведь кто-то создавать эти байки. Ну, думаю, надо отвлечься, нельзя вечно думать только о смерти да негативе. Решил сходить в магазин за вкусностями, и что бы вы думали? У магазина я встретил Вику, только с рукой, а вместе с тем местом, где ей её отсекло, была плотно нанесена повязка.

Позже мы с ней встретились и поговорили. Затем, уже дома у меня, я… признался ей в своих чувствах, хотя будет вернее сказать, пытался. Вместе с этим я решил её посвятить в свои наблюдения. Единственное, что она ответила на прощание, это вроде: "Ты псих…" После этого она чуть ли не пулей ушла, я даже и понять не успел…

Парень вновь сделал глоток. Было видно, как ему тяжело даётся вспоминать и рассказывать, но он вновь продолжил:

— Это только странности и жуть, которые происходили с кем-то на словах. Самое жуткое началось потом, после того как я выписался с больничного, и нужно было идти на работу, в ночную смену. По пути я думал об этом и также постоянно, краем глаза замечал кое-что странное — тени будто играли.

Всё же я добрался до завода, и, одевшись в рабочую форму, пошёл в цех №13. Примерно до двенадцати часов ночи ничего странного или страшного не происходило… Лучше бы я не шёл в тот вечер на работу. Когда я шёл к панели управления, я встретился с Викой, и она меня остановила, начав чуть ли не слёзно умолять уйти, пока не поздно. Но тут раздались хлопки, и откуда-то со стороны вышел наш начальник цеха.

— Браво, ты действительно почти смогла меня обвести вокруг пальца. Но ведь почти не считается, верно?

Вика только и успела крикнуть: "Беги!" После этого начальник щёлкнул пальцами, и её тело буквально взорвалось. На полу и других участках были следы крови, а часть костей и органов хаотично лежали в разных местах.

Я на ватных ногах прошёл назад, но когда попытался убежать, он схватил меня за шиворот, а затем последовал удар, от которого я вырубился.

В себя я пришёл уже в какой-то каморке, вокруг были трубы, старые стенки без штукатурки. Примерно через минуту пришло то, что являлось начальником…

— Итак, если слова Вики верны, то это ты, тот сучонок, что решил покопать под меня. Эх, скучаю по временам, когда не было интернета. Можно было убить всех, кто тебя видел, и ты был бы по закону невиновным: нет свидетелей и улик — нет и дела. В любом случае, целым ты с этой каморки не выйдешь, и можешь быть уверен на все сто, что я позабочусь об этом.

От его слов я мигом пришёл в себя. Осознание медленно начинало укрывать меня своим колючим одеялом. Мои угрозы и крики никто не услышал, кроме этого упыря. Я думал, так хотя бы придёт кто-нибудь… Однако на мои вопросы это чмо всё-таки ответило, аргументируя это тем, что ему будет интересно объяснить тупому мне, что тут происходит…

— Начнём с того, что когда я переехал сюда, а было это в 1949 году, людей тут было не шибко много, по этой причине я и переехал в этот мухосранск. В то время тут было домов восемь и горстка людей, которым осталось жить два понедельника. А переехал я потому, что у родственников своих нашёл неплохие деньги, а в то время буржуазию ой как не любили… Хотя ты и сам об этом знаешь. Я ожидал что угодно, но только не того, что встречу в этом селе своего «приятеля» мясника, так я прозвал демона. Он рассказал, что меня ищут, хотя это и так было понятно — невозможно вечно прятаться. Ну а он предложил выход из моей ситуации, а я согласился… Забавно, что он сделал акцент на том, что это мой выбор, и мне решать, как пользоваться силой. Много же в тот день крови пролилось. Как раз в то время начали строить завод неподалёку от посёлка и заселять местность вокруг него, выстраивая бараки. Ну а я с мясными уродцами был очень кстати… Вот так и прижился. К моему удивлению, меня и правда не смогли найти, да и потом забыли.

Начальник глянул на меня, и, словно прочитав мысли, продолжил:

— Скажу так, чтобы было ясно. Уродцы или болванчики — это то, что получается от убитых людей после того, как их душу забирают. Их тела перерабатываются. Визуально отличий нет, но на деле их масса. И да, из-за отсутствия души эти твари стараются заполнить пустоту с помощью работы, похоти, творчества и других занятий. В некоторых случаях твари могут обрести душу, а вместе с ней и разум. Поэтому Викуля и решила тебе помочь… Тем не менее, даже после обретения души они остаются немного туповатыми в некоторых сферах жизни… И всё же, видать, ты и правда смог вернуть свою подругу к жизни…

Не сумев сдержаться, я весьма грубо ответил этому гаду. Он в свою очередь сразу стал куда серьёзнее и отвесил мне приличную пощёчину, от которой я чуть вновь не отключился. Затем всё было как в тумане; помню отрывками, как этот урод меня резал, вырывал ногти да и просто бил. Я отчётливо помню, как хотел смерти, чтобы мои муки побыстрее закончились. Затем начальник, что-то сказал про ножовку и вышел из каморки. А я начал понимать, что если не начну думать, то точно умру. Во мне вновь, разгорелось желание бороться за жизнь.

И выход нашёлся, мне удалось добраться, до канцелярского ножа, лежащего на краю стола за моей спиной. Секунды казались вечностью, всё тело болело, но мне удалось разрезать пластиковые хомуты. Порывшись в столе, мне удалось найти массивный гаечный ключ, в голове тут же появился план. Хомуты я убрал в ящик стола, нож положил на место, а сам сел, как будто ничего…

Почему я не попытался сбежать сразу? Этот козёл не забыл закрыть дверь, так бы я сразу дал дёру оттуда. Примерно через минуты две, пришёл мой палач. Пройдя чуть вперёд, он уставился на меня, судя по всему думая, с чего бы начать. Выждав момент, я нанёс увесистый удар, в висок уроду. Я уже представлял, как наконец обрету свободу, но не всё так просто.

Этот чёрт, умудрился схватить меня, мало того, ещё и бодро припечатать к стенке. Во время нанесения, хотелось верить, что удар в висок его выведет из строя, но мне не повезло. Вместо этого, он стал меня не то что бить, забивать, как последнюю скотину, бил не жалея себя, кулаков и сил. Я съёжился, как грёбанный Соник, а после каждого удара — я невольно думал о том, что у него не кулаки, а кувалды. Не может обычный человек, так сотрясать стену и плоть, своими ударами.

Но стоять, и терпеливо принимать удары, самый худший план из всех. Рано или поздно, что-то у меня точно сломается и тогда я уже никуда не денусь. Всё же спасение найти удалось старая труба надо мной, и небольшое дебильное ответвление с вентилем, на подобии крана. А судя на табличкам, по ней протекает уж точно, не водичка комнатной температуры. Собрав силы, и волю в кулак, я как можно быстрее протянул руку, провернув вентиль. В процессе исполнения своего плана я ощутил, как что-то влетело мне скулу, сначала даже не понял что это, только спустя минуту, до меня дошло, что это кулак. Не буду врать, в тот момент, я уже начал прощаться с жизнью, но в тот же момент, с трубы под достаточно сильным напором, полился кипяток, которым удачно обдало рожу начальника.

Не теряя времени, я на ватных ногах побежал, прикладывая для этого все усилия. В процессе я проклинал всех, кого только мог, что нужный мне отдел цеха располагается на четвёртом этаже и что именно мой начальник оказался нечистью. Бегу я, значит, и буквально у двери, ведущей на третий этаж, слышу нечеловеческие вопли, которые стремительно поднимались с первого этажа. Этот момент открыл мне второе дыхание, и я, не медля, вбежал на третий этаж.

У меня не было плана, я просто бежал, а этаж как будто менялся. Стены становились красными и словно покрывались плотью. Окна также постепенно закрывала странная плоть, а за спиной слышалось цоканье копыт, хлюпающие звуки и крики той сволочи.

— Твою мать, просыпайся быстрее, рогатый! Если он сбежит, нам придётся расхлёбывать!

Не знаю почему, но эти слова внушили мне какую-то надежду… И в голове появился план, как выбраться из этого проклятого места. Напротив меня, в метрах десяти, находилось старое окно; мне казалось, что его со времён постройки цеха не меняли. В тот момент я радовался нашему отношению к делам и менталитету. Когда я уже был в метрах трёх, то заметил, что странная плоть почти добралась и до этого окна. Несмотря на близость смерти, мне удалось добежать до окна и выпрыгнуть в него, с грохотом выбив оконную раму и стекло. А снизу меня уже ждала берёза, которая любезно смягчила падение, хотя всё же, я приложился хорошо.

Однако страх не позволил мне просто сидеть, и, встав из-под дерева, я пулей вылетел с завода. Уже дома я заперся на все замки — да какие замки, я не поленился и подпёр дверь массивной тумбочкой. Страх всё ещё не отпустил меня до конца. Я долго думал, как быть в этой ситуации, к кому обращаться. Потом я рассказал о произошедшем на каком-то форуме, и уже в кафе вы решили подойти, и вот я сижу, всё это рассказываю.

Сказал Тимофей, сидя в своей квартире напротив странного парня, записывающего всё в блокнот. — Если это всё, то тогда хорошо. Думаю, я и мой коллега сможем тебе помочь. И обращайся на "ты".

— Как тебя зовут? К тому же ты просидел у меня полдня, говоря, что сможешь помочь. Как я мог верить? — спросил Тимофей, потягивая пиво из прозрачной бутылки.

— Каин, думаю, тебе можно рассказать о своём настоящем имени… И насчёт помощи...

Тимофей тут же хотел что-то спросить, однако не смог: слова встали поперёк горла, поскольку его собеседник, с спокойным лицом, порезал себе вены и уже начинал истекать кровью. Однако спустя шесть минут кровь остановилась, и рана почти затянулась.

Тимофей уже успокоился, но тут в дверь раздался лёгкий стук. Парни переглянулись, и, затаив дыхание, стали слушать. Вдруг раздался приятный женский голос — это была Вика.

— Тим, ты дома? Можешь, пожалуйста, впустить?

Если бы не рука Каина, то побитый бедолага точно бы открыл дверь — уж слишком хорошо звучал голос гостьи. У людей не может столь сладко звучать голос… А то, что стояло за дверью, будто почувствовало, что хозяин дома не спешит открывать, и взбесилось, уже не скрывая своей истинной сущности.

— Открывай, сука, или я сама эту дверь с петель сниму! — прорычало оно мерзким голосом.

По телу Тимофея прошли мурашки, а Каин лишь тихо посмеялся и, после паузы, выдавил:

— Надеюсь, у тебя крепкая дверь. Хотя если и нет, то когда эта паскуда зайдёт, она познает всё, что только можно на себе.

В дверь последовал первый удар, от которого оба дернулись.

— Знаешь, дверь может быть и хорошая, но ещё десять таких ударов — и мне конец!

— Кому нам, ты там что, со шлюхой прячешься? Открывай, сука! — продолжало бесноваться существо, а Каин лишь посмотрел на часы, а потом на Тиму.

— Знаешь, если дело дойдёт до схватки с этой тварью, тебе будет лучше где-нибудь засесть и не рыпаться. Тем более, я не думаю, что после контакта с этой паскудой я буду всё таким же целым. Слова Каина лишь усугубили положение.

— Ты совсем конченый, что ли? Как ты вообще можешь говорить о подобном?! Внезапно с коридора последовал звук хлопка. — Твоя убогая тумбочка не особо спасла ситуацию… Видимо, дверь как раз упала на неё... В коридоре показался силуэт Вики, но её внешность была чертовски обезображена.

— Она всегда такая перекошенная? Такое ощущение, будто по ней проехал танк A7V… Навивает воспоминания...

Тимофей отшатнулся, не в силах отвести взгляд от искажённого лица. Внутри него закипала паника, смешанная с недоумением. Он не знал, что делать: открывать дверь или пытаться сбежать.

— Каин, что нам делать? — прошептал он, чувствуя, как холодный пот стекает по спине.

— Спокойно, — ответил Каин, его голос звучал уверенно, но в глазах мелькала тень тревоги. — Главное — не показывай ей страх. Она чувствует это.

Вика сделала шаг вперёд, искажённая улыбка расползлась по её лицу, словно маска, натянутая на изуродованное тело.

— Ну что, Тим, готов поиграть? Или ты всё ещё надеешься, что сможешь меня остановить?

Тимофей сглотнул, ощущая, как мир вокруг начинает рушиться.

— Это не она, — произнёс Каин, как будто читая его мысли. — Это лишь оболочка.

Вика сделала ещё шаг, и всё вокруг словно замерло в ожидании.

Глава 2 Цех №13; Часть 2

Злобное существо, частично напоминающее некогда красивую девушку, направилось на кухню. На оголённой алой плоти видны пласты кожи, а с зубастой пасти на пол капала слюна вместе с кровью. Затем тварь прорычала:

— Идите сюда, выродки!

И рывком кинулось на парней. В тот же момент Каин толкнул Тиму в одну из комнат, дверь в которую тут же захлопнулась. А после этого в тело спасителя прилетели два удара, а на всю квартиру разнеслись хруст и крик. Недолго думая, тварина оторвала кусок плоти от шеи Каина и кинула его тело в шкафы, стоящие напротив; они почти сразу упали, а всё, что было в них, загремело.

Разобравшись с парнем, тварь собиралась приступить к расправе над вторым бедолагой. Но тут что-то пошло не так: по голове алой поскуды прилетел мощный удар сковородой. Монстр заверещал, но, повернувшись, тварь получила второй мощный удар локтём по голове. Но это мало повлияло на поскуду, ведь после этого в стену полетел сначала Каин, а потом и полка в него, да так, что та разломалась. Следующие пять часов на кухне творился настоящий ад.

Каин и адская тварь не дрались; они чуть ли не рвали друг друга, громя кухню и заливая всё кровью. Кое-как Каин сумел усмирить монстра.

— Выходи уже, — сказал Каин, сев на каким-то чудом уцелевшую в этом побоище табуретку.

Тимофей вышел из комнаты; на полу разгромленной кухни лежало существо, сильно потрёпанное, но живое. Полными шока глазами Тимофей посмотрел на Каина, удивляясь тому, что человек вообще может жить с такими травмами и быть настолько залитым кровью. Каин не стал молчать, хрипя, процедил:

— Выпить есть что?

Тима кивнул.

— Отлично, неси сюда. Тяжко, знаешь ли, работать пушечным мясом…

Монстр начал подавать признаки жизни и, немного подрагивая, вставал. Но Каин пресёк это на корню, приложившись прямо в темечко своим локтём и уже точно уложив спать тварь. — Похоже, ситуация серьёзнее, чем я изначально думал… Ничего страшного, думаю, пока он не пришёл, мы с тобой как раз сможем выбить из этой сволочи немного информации… Как ни странно, именно этим они и занялись, когда монстр пришёл в себя, но уже будучи прикованным к батарее. Но по каким-то причинам сил не было, не то что батарею вырвать; встать не выходило.

— Ну-ну-ну, не ёрзай так, я не думал, что ты, обычная пешка, будешь такой сильной. Пришлось в тебя засыпать четыре пачки соли и залить бутылку святой воды, чтобы подавить силы ада.

Пока Каин говорил с монстром, Тимофей наблюдал со стороны и, хлебая водку чуть ли не с горла, думал лишь о том, в какой момент всё пришло к этому…

— Эй, дуй сюда. Сейчас будешь помогать мне. Долго я не смогу бить эту сволочь, у меня руки с прошлого раза не отошли. Ты поймёшь, о чём я, когда начнёшь. Будет казаться, будто бьёшь по дереву…

Неохотно, Тимофей подошёл к прикованной твари, а неподалёку сел Каин.

— Я вот до сих пор не пойму, как ты не умер…

Услышав слова Тимофея, Каин посмотрел на него как на идиота.

— Имя моё тебе ни о чём не говорит? Я Каин, совсем ни разу не слышал обо мне? Ну ладно, потом расскажу поподробнее. Ублажай пока свою подругу. Хотя скажу по секрету: жена Николая Второго была куда горячее…

Тимофей уже было хотел что-то спросить, но, вспомнив, с кем он находился в одной комнате ранее, решил не думать об этом и просто стал избивать то, что некогда хотело его убить. Одновременно с этим Каин сказал:

— Говори всё, что знаешь о своём хозяине, иначе боюсь, бегать ты уже не сможешь.

И это было так, ведь пока тварь пребывала в ослабленном состоянии, ничего не мешало тому же Тимофею взять топор и, хорошенько приложившись, отрубить ноги.

Но монстр ничего не говорил, лишь ухмыляясь, пока по телу сыпался град ударов. И примерно спустя десять минут допроса они поняли, почему так. В квартиру зашёл ещё один такой уродец, только если в В первый раз Каин и Тимофей успели среагировать, а в этот раз — нет. Раскидав дуэт как щенят, тварь собиралась освободить своего «товарища», а после этого шансов на успех почти не было бы.

Однако спасение подоспело как раз вовремя: промелькнувший тёмный силуэт мигом оторвал голову второй твари, в которой Тимофей смог разглядеть одного из своих друзей…

И если до этого тварь ехидно улыбалась, оскаливая ряды острых зубов, то теперь, наоборот, она поняла, что деваться некуда… И всё же, неохотно, рассказала о своём хозяине. Как ни странно, получив нужную информацию, монстра практически сразу умертвили. Теперь оставалось только определиться с временем визита.

А пока время есть, Каин и некто, который подоспел, решили выпить, заодно втянув в их компанию Тимофея, который был не против напиться и забыться, особенно после последних событий.

Глава 3 Цех №13; Часть 3

Следующий день начался как обычно. Тимофей сделал зарядку и собирался пойти на пробежку. После того как он вышел из комнаты, он сразу вспомнил, чем закончился вчерашний день, и, как по расписанию, об этом напомнила головная боль, а вместе с ней — трёхэтажный мат из ванной. Пройдя к ней, он увидел Каина, который до сих пор был пьяным в дрова.

Но прежде чем Тимофей успел что-то понять, к нему подошёл незнакомец. — Для него нормально так напиваться. Скажем так, его организм хорошо переносит алкоголь.

Неожиданно Тимофей выдал: — Не мудрено, он ведь… бессмертный вроде как.

От слов Тимофея у незнакомца на мгновение проскользнул блеск в глазах, и после он ответил: — Он уже рассказал, значит. В общем, как ты понял, мы пойдём тогда, когда он оклемается…

На то чтобы Каин оклемался, ушло достаточно много времени. Пришлось даже приложить усилия, чтобы раскачать профессионального пьяницу. Но уже к шести часам вечера Каин был более-менее трезвым, а потому троица выдвинулась в путь. Поначалу Тимофей думал, что плана у его компании нет, но уже на подходе к заводу стало понятно, что он есть — просто он не посвящён в него…

Понял он это по тому, что его новые знакомые перешёптывались. Кроме того, они дали ему странный старый кинжал. Его вид говорил о том, что когда-то, возможно, это было необычное оружие, которое даже использовали для жертвоприношений… От собственных мыслей Тимофей дёрнулся. И, подняв голову, понял, что они пришли.

Проблем с переходом проходной не возникло от слова совсем. Охрана ничего не смогла сделать: конечно, их не убили, но хорошенько приложили, дабы они не стали мешать. — Не волнуйся, они даже не вспомнят о тебе после подъёма.

Ребята прошли на территорию предприятия. Буквально сразу они ощутили странную волну энергии, которая напомнила морской бриз. Но только в их случае бриз вызвал не самые приятные ощущения. И всё же они продолжили движение к злополучному цеху номер тринадцать, и чем больше они подходили, тем больше понимали, насколько это отвратительное место. Тени начинали беситься, боковым зрением можно было уловить силуэты странных рогатых существ, а за спиной слышалось цоканье копыт и смешки.

Каина это откровенно бесило, он в открытую сказал своему другу: — Если мне попадётся одно из этих рогатых уёбищ, я ему череп раскрою своими локтями.

На что тот ему ответил, сделав натянутую улыбку: — Ну ты не горячись, напомню тебе, что эти лохматые уродцы хороши только в одном деле: принеси, подай, пошёл отсюда, не мешай.

Невольно он хихикнул.

Эту странную атмосферу прервал Тимофей, задав давно мучающий его вопрос: — А как тебя зовут-то?

Каин невольно засмеялся. — Ну давай, скажи ему…

Добавил он, а его друг недовольно цокнул и ответил: — Никодим.

Каин хотел что-то добавить, но не успел и столкнулся с дверью, ведущей в цех. Выругавшись, группа наконец вошла в мрачный цех. Неожиданно в их носы ударил запах гниющей плоти; Каина и Тимофея чуть ли не вырвало, Никодим просто продолжил идти вперёд, таща за собой своих товарищей, словно командир, который пихает вперёд своих подчинённых. Кое-как они поднялись на третий этаж, где их уже ждал начальник. Хотя будет правильнее сказать — демоническая тварь.

— Приветствую гостей! Сказал он, как ни в чём не бывало. По глазам было понятно, что ему известно, зачем они пришли, но он делал вид, будто ему всё равно, а может, так и было. — Ты последнее отродье, для которого я стану гостем, — сказал Каин, сломя голову, побежав на странную тварь. Что было бесполезно, ведь его цель в миг использовала странную силу. Один удар, и Каин с хрипом отлетел на метров пять вверх и десять вдаль. Приземлившись где-то в кучке строительного мусора, в бой уже пошёл Никодим, сказав Тимофею не рыпаться.

— Ты тоже хочешь почистить своим телом пол? Могу устроить, приятель. Но Никодим действовал на опережение, и пока его противник упивался своим превосходством, он нанёс, может, и неуклюжий, но мощный размашистый удар, вбив тело в пол. — Не горячись ты так, мясник, мог бы по-теплее встретить старого друга…

От слов Никодима «мясник» тот бодро подскочил, но только для того, чтобы получить второй удар, на этот раз снизу. От него его уже подкинуло вверх. А после приземления стало ясно, что дела плохи: со рта буквально сыпались зубы вперемежку с ошмётками.

— Кажется, я припоминаю… В таком случае мне понадобится помощь… Вставай, давай уже, старый хрыч! Было неясно, кому или чему он кричит, но Никодим решил не задаваться ненужными вопросами и просто нанёс очередной удар прямиком по телу мясника. Но в этот раз после удара он схватил руку Никодима, отвесив немалый пинок ногой в живот.

— Знаешь, для того кто просит помощи, ты слишком наглый… Теперь голос мясника был не похож на прежний, как будто говорило одновременно два или три других. Судя по всему, он говорил с самим собой, или будет вернее сказать так: демон внутри него говорил с ним. — Ну а насчёт тебя.

Мясник резко глянул двумя жёлтыми глазами на Никодима, а его лицо расплылось в ухмылке. — В нашу последнюю встречу ты сильно подпортил мои планы, отсрочив моё пробуждение и высосав мои силы ещё сильнее…

Нико практически сразу ответил: — Ты людей убивал, я может и не святой, но даже для меня это перебор. Тем более ты сам решил меня убить и поплатился за это. Пока Нико и мясник говорили, на лбу некогда обычного на вид человека прорастали весьма нехилые рога. — Как бы то ни было, ты ведь сильно пострадал, я в этом уверен. Показалось, будто улыбка стала шире, а на стенах помещения начали появляться куски плоти вкупе с глазами и языками. Но этим всё не ограничилось: из этих стен стали выходить жуткие твари, состоящие из плоти и костей. — У вас нет шансов против…

Но демон даже не успел закончить, из-за пронзившей его головной боли и дрожи, а также картины того, как недавно призванных тварей уже убивал Каин. Если в первую встречу с одной такой «особью» у него возникли проблемы, то сейчас он ловко орудовал кинжалом, который ему передал Тимофей. Раны, полученные этим кинжалом, не зарастали, а наоборот, гнили, и вред от них распространялся, чертовски быстро отправляя марионеток на покой. Твари пытались дать отпор, но как убить того, кто буквально вынужден вечно жить?

— Что происходит? Демон заревел, взявшись за голову, а из носа буквально рекой начала литься чёрная кровь. — Тимофей сейчас сидит в кругу, молитвы читает. Как и предполагалось, для вас это неприятно… Как и для меня.

Из пасти демона вырвался очередной протяжный рык, от которого вылетели окна за демонической плотью. — Убью, убью, сволочь!

Глаза демона вспыхнули, и это означало, что с этого момента для своего пребывания он использует сожранные им души людей. За всё время он накопил их не так уж много, виной тому была первая встреча Нико и мясника. Когда демон только выбрался из адской тюрьмы и встретил свою будущую оболочку, ему удалось вырезать всю деревню и заполучить души её жителей. В тот момент Нико случайно забрёл туда, где они и сразились. В итоге победу одержал мясник, хотя победой это можно было слабо назвать. Ведь к концу у мясника почти не осталось душ — одна в лучшем случае. Остаток сил ушёл на финальную атаку, чтобы запустить Нико в неизвестном направлении…

Демон попытался нанести удар, но промазал, и Нико этим воспользовался, схватив рогатого за рога и влетев в его лицо коленом, а затем ещё и ещё. Но продолжалось это недолго, и, перехватив Нико, мясник с размаху, держа его за ногу, ударил им сначала по одной из труб, затем — о металлические ступеньки. Так продолжалось минуту; в течение этого времени демон ревел и превращал Нико в кровавый фарш, под конец бросив окровавленное и переломанное тело в сторону.

Демон тяжело дышал, одновременно рыча, и через мгновение заулыбался, залившись безумным смехом. Кое-как успокоившись, он произнёс: — Ну же, ты же не мог умереть от такой мелочи! Вставай, душегуб, несчастный кровосос!

И он не ошибся: Нико через тридцать секунд снова встал на ноги. Кости срастались в процессе, возвращаясь на свои места. Плоть также прирастала обратно. — А вот за последние слова я раздроблю тебе и верхнюю, и нижнюю челюсть…

Вновь они сцепились, словно дикие звери, избивая и кромсая друг друга. Нико кромсал когтями, бил и ломал кости, не брезговал даже бить в болевые точки. Мясник не отставал, делая то же самое. Вскоре пол уже заливало чёрной, как смоль, и красной кровью. Пока Нико забрал всё внимание демона на себя, Каин без проблем перерезал всех слуг. Несмотря на паршивый внешний вид, он вполне был в состоянии продолжать, но сейчас всё было на Нико.

В очередной раз Нико упал, и только в этот момент мясник понял, что его миньоны уже пали. Призвать новых не помешало, но их количество было куда меньше. А вставший на ноги Нико напомнил мяснику, что они ещё не закончили. Лишь тогда мясник понял, что попал в ловушку, и придётся выкладываться по полной.

— Вы сволочи… Да как посмели! Демон махнул руками, и из стен начали вырастать массивные руки и ноги, которыми он пытался раздавить Тимофея. Однако странный барьер не позволял это сделать; Каин был слишком проворным, но Нико ещё не восстановился полностью… Мгновение, и Нико ударила сначала нога, затем рука. Так произошло около пяти раз, что превратило тело Нико в мешок с костями.

Но демон и не догадывался, что всё только начинается. Каин схватил Нико и заскочил с ним к Тимофею в круг. — Теперь только посмей ему всосать, я тебя лично буду избивать, когда приду в себя…

Достав из рюкзака тесак, Каин буквально почти снёс себе голову, а из раны хлынул фонтан. — Открой этому придурку пасть… — прохрипел Каин, недовольно глядя на Тиму. Дважды не пришлось повторять, и вскоре он подставил Нико под кровавую струю, предварительно открыв ему рот. Буквально за секунды из полуживого состояния Нико пришёл в норму, но всё так же продолжал пить кровь. Лишь когда кровь перестала хлестать струями, Нико остановился. — Когда он очухается, передай ему спасибо…

Не медля, Нико вышел из круга с ухмылкой, а его тело постепенно преображалось. Кожа становилась серой, глаза чернели, зубы становились острыми и безобразными, а тело вытягивалось, становясь более крепким. — Вот сукин сын… — сквозь зубы произнёс демон.

— Третий раунд… — прорычал Нико, и вновь они схлестнулись в ожесточённой схватке. Громадные конечности были без проблем разорваны и вырваны. Миньонов постигла та же участь. А когда кровосос добрался до демона, вновь начался обмен ударами. Каждый удар превращал тело в месиво. Регенерация демона была крайне слаба и не поспевала за восстановлением оболочки. Боли он, может быть, не ощущал, но настоящий хозяин тела с лихвой мешал связи с телом…

Потребовалось немного времени, прежде чем демон рухнул на пол. Практически все кости в его теле были уничтожены так, что если бы его доверили лучшим хирургам мира, они бы предпочли не мучить безнадёжного пациента.

— Ну давай, добей меня уже, — произнёс демон, лёжа на залитом полу, а Нико, приняв обычный облик, спокойно ответил:

— Вот не поверишь, я не могу. Если это произойдёт, то… А, собственно, какое тебе дело? Тима, дуй сюда и Каина тащи… Нужно кое-что провернуть.

Затем последовали следующие события. Нико прямо сказал, что если он хочет сохранить этот несчастный завод, то придётся подставиться. — Если его убить, некому будет отводить глаза. Все копившиеся проблемы разом всплывут, и это место закроют, и многие люди останутся без работы. Но в таком случае он получит своё. Однако если его пощадить, он может снова повторить свои тёмные дела. Тут много не сделаешь.

Но предложение Тимы было весьма неплохим, и было принято решение его реализовать. Демон, как только осознал, что его ждёт, завопил пуще прежнего, заливаясь слезами. Но было уже поздно: обряд был проведён, и прилично уставшая группа в три часа ночи вышла из цеха, покидая предприятие.

— Неплохо ты придумал, конечно… Удивительно, что ты вообще на это решился… Ослабить демона до состояния овоща, а затем запечатать его внутри себя. Теперь у тебя в распоряжении собственный цех. Нико, несмотря на усталость, сохранял своеобразный позитив, Каин же говорил, что ему нужно выпить, а ещё лучше лечь спать. Пока они шли, Тима, кажется, стал понимать план, который был у Нико и Каина.

Взять всё необходимое, в том числе его самого. Огородить его от тварей, вручив Библию, чтобы он просто читал текст из неё. Судя по всему, это сильно повлияло на демона, но было непонятно как именно. О чём Тима спросил прямо, на что получил ответ: — Читая Библию, ты причинял боль демону, ну это ты и сам понял. А суть в чём: из-за этой боли практически все демоны теряют способность трезво мыслить. Учитывая, что он в тот момент использовал души людей, это также опьяняет их, и он полностью лишился своих мозгов. Считай, он с самого начала обрёк себя на поражение. А насчёт меня и Каина… Каин силён, но не настолько, чтобы победить демона, физически сильнее него. А у меня не настолько мощное исцеление, но физически я куда сильнее. Но за счёт командной работы мы компенсировали наши недостатки и смогли победить. — В любом случае, я хочу нажраться. У меня после моей формы монстра всё тело ломит...

Глава 4 Цикл тьмы; Часть 1

...Около 17 лет назад...

По правде говоря, я сама не помню, когда именно родилась, но что точно хорошо запомнилось, так это адское пекло, которое по сей день не позволяет расслабиться. Если бы не тьма, ненависть и воспоминания, я бы точно сошла с ума, как и большая часть душ в аду. Душа обычного человека уже наверняка сдалась бы, и её непременно сожрали бы адские твари, хотя сомневаюсь, что меня можно назвать человеком в привычном понимании.

В этом плане мне, если можно так выразиться, повезло. Дурная слава обо мне хорошо разошлась по аду, поэтому разное отродье и не решалось ко мне лезть. Если бы после второго побега меня не заперли в этом гробу и не отправили греться в магму, возможно, сбежать было бы проще.

В любом случае, понимание того, как устроен ад, у меня есть, всё же я тут не первую тысячу лет. И вот что я узнала: душа ощущает боль как настоящее тело, но вот умереть она не в состоянии. Когда боль и страдания достигают своего пика, наступает момент своеобразного восстановления. Боль отходит на второй план, разум затуманивается. Затем разум проясняется, и боль постепенно начинает снова наполнять тело. Время этих состояний всегда разное, невозможно угадать, сколько они будут длиться.

Пришлось помучиться, чтобы разгадать, как работает то, что удерживает меня в этом ящике. Странная тьма исполняет роль замка. Сколько раз мне пришлось ломать пальцы, чтобы использовать кости как отмычку, я, наверное, и не вспомню, но это не столь важно, ведь крышка уже открыта, магма заполняет гроб, но благо пока моё «тело» находится на том этапе, когда боль и муки не беспокоят.

Плывя глубже через раскалённую магму, у меня в голове появилась мысль, от которой стало по-своему забавно: "Хоть за что-то я могу поблагодарить тебя, отец, благодаря ненависти к тебе мне удалось дождаться этого момента". Третья попытка сбежать из этого проклятого места. А ведь моя матушка любила этого урода. «Тело» обдала новая волна боли; плавание в магме трудно с чем-то сравнивать. Боль такая, что хочется выть, но это бесполезно. Лучше просто продолжать плыть, ещё больше погружаясь в раскалённую, вязкую субстанцию. Как раз впереди что-то светится невероятно ярким светом. "Надеюсь, Харон не обманул меня, и байки о том, что из ада можно действительно так выбраться, не врут. Когда ты лежишь в металлическом гробу, да ещё и глубоко в магме, выбирать с планом не приходится..."

Придя в сознание, я обнаружила, что лежу под каким-то деревом. "Удивительно, что такой безрассудный план сработал…" Подумав об этом, я невольно посмеялась и, попытавшись встать, ощутила, как хрустят мои кости, и болезненно даются любые движения. Но ещё большим удивлением было увидеть новое тело, которое пришлось разглядывать прямо как древнему человеку перед какой-то речкой: высокий рост, длинные когтистые лапы, вытянутая морда, чёрная как смоль шерсть и хвост. Новое тело стало смесью волка, медведя и человека. В аду часто рассказывали байки о существах вроде меня. Их называли оборотнями, если не ошибаюсь.

Но из размышлений меня вырвал хруст веток позади. Я обернулась и увидела двух людей; вид их был не молодым. Это выдавала седина, одежда и небольшая сутулость.

Не знаю, что на меня нашло, но как только старушка меня перекрестила, то тело обдала такая жгучая боль, что сдержаться не вышло, и в порыве боли и ярости я просто убила их. Махнула лапой наотмашь, а их откинуло к камню. Судя по их виду, они умерли из-за удара о камень. Это выдавала кровь на обратной стороне и раздавшийся хруст при ударе о камень. Я подошла к их телам и, как будто ощутив наваждение, вскрыв им грудные клетки, поняла, что это было.

От их сердец исходило странное то ли тепло, которое вряд ли можно было сравнить с обычным теплом живого тела, либо, что наиболее вероятно, это не просто тепло, а их души. Невольно я поймала себя на мысли: "Что будет, если их съесть?" Я так и поступила, и спустя какое-то время ощутила прилив сил. Двигаться было не так больно, плоть и кости уже ощущались более живыми, а я стала понимать, что именно нужно делать, чтобы набраться сил и отомстить отцу.

Без сомнений, людей мне было жаль, они не заслуживали такого конца. Но как иначе мне подготовиться к своей встрече с отцом? Что-то проскочило в кустах, небольшого размера и рыжего окраса; это было одно из животных, населяющих мир людей. Хорошая возможность узнать, смогу ли я получать силы от сердец животных. К моему разочарованию, нет, никакого эффекта не было, что расстроило меня ещё больше, но зато я убедилась, что иного пути нет…

Время было около восьми утра. Если бы я вчера не договорился с дедом и бабушкой, то сейчас бы шёл вместо них к речке за рыбой. Не люблю я наш лес; дед по этому поводу меня часто по-доброму подкалывает, называя то «лешим», то «лесником». Я далеко от него не отстаю, называю его «медведем». На это у меня две причины: Серёга, его друг, называет его Михалыч, но во время праздников или застолий всё сокращается до простого «Миха». Вторая причина — это рост моего деда; несмотря на дурацкую привычку сутулиться, он достаточно высокий.

Несмотря на отказ в походе к речке, я не прохлаждаюсь; уже примерно час я горбачусь на огороде, думая: "Вот сейчас я эту картошку чуть ли не браню. Однако когда её поджарят, я уверен, что запою по-другому..." Заработался я настолько, что лишь к часу дня остановился, и то только потому, что живот заурчал.

"Уже прошло около шести часов, чего они там с рыбой возятся? Может, им плохо стало, или дикий зверь постарался?" Но в ту же секунду мозг выдал вполне логичные умозаключения: "У меня дед здоровый как бык, гири даже сейчас тягает, да в огороде как трактор пашет. Бабушка тоже на здоровье не жаловалась, а что-то опаснее лисы или зайца в нашем лесу не встретить." Однако лёгкая тревога всё равно присутствовала, но я постарался не обращать на неё внимание и продолжил есть. Всё же в огороде копаться и за скотинкой ухаживать мне предстоит до четырёх.

Всегда любил это чувство, когда с делами покончено и можно пойти отдохнуть. Большинство ребят уже тоже закончили, поэтому можно было собраться и пойти компанией шляться по деревне. Всё к этому и шло, настроение было хорошим, и я даже забыл о утренней тревоге. Но, увидев весьма большую толпу людей и Серёгу в этой толпе, она вернулась. Мы, как положено, подошли, поздоровались с теми, кого знали; я подошёл к Серёге, и в этот момент он посмотрел на меня таким взглядом, будто увидел то, чего не стоило. От его взгляда даже шестнадцатилетнему лбу стало ещё более некомфортно.

— Дядь Серёж, чего случилось-то? — спросил я, пытаясь пройти сквозь толпу. Серёга же в этот момент мне говорил что-то вроде «подожди пока, не рыпайся...» и «мал ты ещё». Лучше бы я не был таким упрямым, ведь, пробившись через столпотворение людей, я увидел на носилках тела, накрытые тканью. Я бы не стал задерживать своё внимание, если бы не увидел надетые на пальцах кольца, которые были очень похожи на те, что носили мои дед с бабушкой. В этот момент чья-то рука вытянула меня из толпы. Как ни странно, это оказалась рука Серёги.

— Ты это… Иди домой лучше, тут дела для взрослых людей…

После увиденного у меня не было желания продолжать прогулку. Хотя, не у меня одного, у друзей настроение тоже пошло вниз, и мы решили разойтись. Перед уходом я спросил у Серёги, когда будут похороны.

Всё оставшуюся ночь я не мог сомкнуть глаз, постоянно прогоняя в голове разные мысли по поводу сегодняшних событий. В глубине души я понимал, что дедушка и бабушка уже не вернутся. Шутки и подколы деда я никогда не услышу, бабушка не приготовит новых вкусностей и не позовёт меня за стол. Думая об этом, я ощущал себя как-то странно. Лишь под утро, когда загорланили петухи, я смог заснуть.

Глава 5 Цикл тьмы; Часть 2

С того момента прошло примерно три дня, я жил у себя, единственное — мне иногда помогали друзья, ну и Серёга, периодически что-то принося на ужин. Почему-то я до последнего момента отказывался верить в случившееся, пытался убедить себя, что это не со мной, это у кого-то другого умерли самые близкие люди, заменившие ему родителей, но точно не у меня. В нашей деревне ведь много людей, ну не могло оно коснуться именно меня.

Половину времени во время похорон я провёл в странном состоянии. На душе ничего не было — ни грусти, ни печали. Была только странная пустота. Только потом до меня стало всё доходить, вся суть ситуации, и как только это случилось, меня как будто прорвало. Даже не помню, как успокоился, было настолько паршиво на душе, что, по рассказам друзей, в меня пришлось залить четыре рюмки, чтобы я хоть как-то успокоился.

Следующие шесть дней я просто сидел дома, никуда не ходил толком. В основном выполнял что-то по мелочи, да живность кормил. А после того, как с делами было всё, шёл обратно в дом, где продолжал либо лежать, либо спать. Долго же я думал над случившимся, даже себя начинал винить. «Если бы я пошёл, они были бы живы.» В конечном счёте я пришёл к такому умозаключению: «В нашем лесу никогда ничего опасного не водилось. Значит, то, что убило их, забрело в наши края, и в теории его вполне будет реально найти. Серёга вроде говорил, что это медведь, но было видно, что сомневается, и врёт старичок — и глаза это выдают.»

Я загорелся этой идеей, и на то были свои причины. Дедушка успел меня посвятить в некоторые охотничьи хитрости. К тому же количество патронов было весьма велико, и не задолго до смерти старичок успел съездить в город и купить новые патроны. Однако в одиночку я вряд ли смогу что-то сделать. Всё же мой дед потратил на охоту энное количество лет. Да и места он знал, которые, пусть и были прилично далеко, но живность там водилась.

«С кем идти, если не с Серёгой?» Такую фразу когда-то сказал мой старик, когда бабушка плохо отозвалась о Серёге. Вспомнив эту фразу, я понял, с кем лучше всего будет идти. На сборы ушло немного времени, и вскоре я стоял на пороге у Серёги. Он был удивлён моим визитом, а я сразу обратил внимание на рюкзак и стоящее рядом с ним ружьё. Решив не тянуть, я спросил:

— Куда это ты собрался? Тебе ведь послезавтра на работу, а до нужных точек ехать…

Я не успел закончить, Серёга перебил меня, а после затянул в дом.

— Искать косолапого, который объявился в нашем лесу. Но скажу по секрету, что-то мне подсказывает, что это не дикий зверь был. Будь это медведь, он вряд ли бы оставил так много, не съев какую-то часть. Да и следы зубов были бы, переломаны были бы тела твоих деда и бабки. Мой знакомый, после встречи с медведем, чуть с жизнью не расстался. Благо я с твоим дедом успели косолапого убить, и мой знакомый отделался сломанной рукой и ссадинами. А тут им вскрыли тела, да только сердца и съели. Тебе только говорю, потому что доверяю, да и если это правда, что-то нехорошее, то такая шумиха поднимется, если кто-то узнает...

От слов Серёжки по телу прошла дрожь, а в горле появился ком. Он заметил, что меня немного потряхивает, и предложил пойти на кухню попить чаю, заодно поговорить. Всё же нормально уже не болтали, ой как долго.

— По-видимому, и ты решил пойти поискать лесного гостя, — сказал Серёга, указывая рукой на мой рюкзак и ружьё, оставленные в коридоре. Скрывать было нечего, потому я кивнул.

Впервые, выйдя из дома и встретившись с кем-то, я ощутил себя немного легче, но планы всё ещё оставались в силе. Мне хотелось спустить шкуру с того «сверхъестественного» существа, которое, по сути, убило моих родителей.

В один момент Серёга спросил:

— Ты же не из добрых побуждений решил пойти в лес, верно?

Он читал меня, читал как открытую книгу. Казалось, будто он видит всю мою душу. Это подкреплялось тем, с каким взглядом буравили меня его старые глаза, успевшие повидать многое.

— Ну допустим, что так, что с того? — ответил я.

На мои слова Серёга никак не ответил, вместо этого он куда-то ушёл, а пришёл уже с бутылкой прозрачной жидкости, которую поставил на стол, а рядом — два стакана. — Кто последним останется сидеть и не уснёт, тот и пойдёт. Его голос звучал твёрже любой структуры, которую я мог бы, пожалуй, назвать. Спорить было бесполезно, это было понятно по его выражению лица, поэтому я согласился…

***

Я лежала в приличной по размеру берлоге, вырытой относительно недавно. Тело снова начинало побаливать, это значило то, что нужно съесть очередную душу. Изначально я хотела просто поймать одного из людей, но всё оказалось куда сложнее: мне удалось найти какое-то поселение людей, но вот выйти из леса уже не получилось. По какой-то причине я не могу выходить из леса. При этом по лесу я двигаюсь свободно в любую из сторон. Это раздражало, ведь это означало, что я не смогу нормально охотиться и придётся сидеть в лесу, ожидая, пока кто-нибудь не соизволит в него зайти.

Где-то со стороны поселения, примерно в семьсот, может, восемьсот метрах от меня, шёл какой-то человек. Я смогла ощутить его по тому, какой сильной бурей эмоций переполнялась его душа, и с каждым его шагом я всё больше и больше понимала его местоположение. Уже стоя на двух лапах и собираясь вновь вкусить горячей плоти, я вспомнила в глазах тех людей, переполненных страхом. От этого в груди появлялось странное ощущение, но всё же, как можно незаметнее, я направилась к новой добыче. Я и моргнуть не успела, а уже находилась в шести метрах от охотника. Неспешно и осторожно я шла за ним. Несмотря на свои размеры, мне удавалось идти весьма тихо. До того момента, пока под моей лапой не хрустнула ветка, предательски оповестив охотника, что он тут не один. Человек быстро повернулся в мою сторону и, выхватив какую-то палку, выстрелил из неё, как он думал, в меня. А я в свете выстрела успела разглядеть лицо охотника. Кажется, он был похож на того человека, которого я убила, но выглядел как-то иначе, моложе, что ли. Постояв может считанные секунды, охотник бросился бежать, а я за ним. Без сомнений, я была быстрее и догнала бы старика, но в последний момент он резко повернул влево, из-за чего моя лапа, лишь рассекла воздух. Повернувшись, обнаружить старика не вышло. Если раньше он был как на ладони, то сейчас он скрылся, и найти его было практически невозможно. Но кое-что мне удалось ощутить, а именно странный запах после выстрела. По нему я побежала и всё же нашла старика. Он стоял спиной ко мне за деревом и часто дышал. "Видимо, для него бег даётся очень непросто." Подумав об этом, я встала на все четыре лапы. Ощущения были другими, было странное чувство, будто я могу высвободить больше силы, что ли… Каждая клеточка моего тела напряглась. В один момент даже показалось, что вот-вот и тело разорвётся, не в силах сдержать всю мощь. К счастью, это не произошло. От того, что я сорвалась с места, поднялся такой шум, что аж уши с непривычки заложило.

Убить старика не вышло: он в последний момент упал, и моя лапа его почти не задела. Я сильно повредила ему плечо, поскольку когда моя лапа немного столкнулась с ним, я отчётливо ощутила, как что-то сломалось. Догнать старика было просто, но я забыла о его оружии, за что поплатилась, получив крупную рану на груди. Видимо, он хотел выстрелить в голову, но из-за усталости и травм не смог хорошо прицелиться.

Перед тем как убить, я вновь случайно посмотрела в глаза старцу. В его глазах не было страха, только отчаяние, гнев и желание жить. Уже более ловко я провела те же процедуры, что и на первых жертвах. Странно, но сил от души охотника было куда больше, чем от душ тех людей, вместе взятых. А глянув вдаль, я стала понимать план охотника. Мы были на границе леса: если бы охотник смог завести меня ещё ближе, где почти не было деревьев, он бы, наверное, смог убить меня. Хотя есть шанс, что он просто пытался сбежать…

Уже утром, когда солнце во всю светило в окно, я проснулась за кухонным столом. Ощущения были ужасными: голова болела, во рту пересохло. Собираясь попить, я наступила на странную лужу. Глянув на пол, и, понюхав её, я понял, что это то, что мы пили с Серёгой, и он меня вчера обманул. Если он и пил, то максимум два стакана… — Вот же старый лис, решил взять смекалкой...

Глава 6 Цикл тьмы; Часть 3

В нашей деревне прошли очередные похороны, и во время них я поймал себя на мысли: "Все мои близкие начали умирать, и точно неясно, из-за чего." Причины так думать у меня были, ведь по деревне словно змеи стали расползаться слухи. Одни говорили, что это какая-то нечисть в лесу объявилась. Другие — что животное какое-то забрело, и нужно его найти, а затем убить. Ну а третьи утверждали, что в деревне завёлся душегуб, вот и гибнут люди жуткой смертью. И стоит сказать, что большинство верило в то, что кто-то для своих целей убивает людей и забирает их сердца.

Те добровольцы, что хотели найти убийцу, стали проводить своеобразное расследование, и через какое-то время составили список подозреваемых. Меня даже посвятили в эти дела, и самым подозрительным признали мужичка лет сорока по имени Тихон. Подозревали его из-за того, что до всех убийств он мог надолго уходить в лес, был нелюдимым, и было непонятно, как и чем он живёт. Хотя еда, питьё и деньги водились.

Было принято решение подготовиться. Группа из пяти человек, среди которых был и я, сделала обереги, чтобы нечисть глаза не отводила. Тем более, по странному совпадению, после того как за Тихоном стали следить, убийства прекратились. Пришли мы к Тихону, а его нет. Вместо него открыл бес, и за мгновение до того, как один из нас беса перекрестил, он успел сообщить: — Хозяин ушёл нечисть с леса гнать.

Стало понятно, что Тихон тут не причём. Безусловно, факт присутствия беса в доме уже говорит о нечистой натуре Тихона, но слова нечисти посеяли зерно сомнения в наших душах. Которое спустя мгновения проросло, и мы, переглянувшись, побежали, не жалея ног, обратно: нужно было собрать людей и попытаться помочь Тихону.

***

После съеденной четыре дня назад души я заметила, что у меня появились новые навыки. Мои обоняние и слух стали куда лучше, кроме них улучшилось то странное чувство, благодаря которому я могла ощущать энергию души охотника. Это означало, что мои навыки будут постепенно улучшаться с каждой съеденной душой. Меня это одновременно радовало и одновременно становилось обидно на душе. Я периодически вспоминала глаза людей.

Глаза той старой пары, глаза охотника. Но я оправдывала свои действия так, как только могла. Мне хотелось отомстить за предательство своей мамы. Она по сей день любит отца, и я не могла понять, за что она любит того, кто бросил её, да ещё и подставил напоследок, оставив ребёнка.

От этих мыслей вновь вернулось то странное чувство внутри, где-то в груди. На глазах стали наворачиваться слёзы, и, не сумев сдержаться, я завыла. А как только успокоилась, поняла, что у меня гости. Не то тьма, не то свет — так ощущалась душа очередного человека. Он приближался быстро и казалось, будто он чётко знает, где именно я нахожусь.

В лунном свете на небольшой опушке появился человек. Он с интересом оглядел меня, думая о чём-то своём, и, закончив свои размышления, странный человек заговорил: — Ты ведь не из этого мира, верно? И наверняка понимаешь меня, не так ли? Слова человека меня сильно удивили, и, набрав воздуха, я ответила: — Верно, но ты ведь, надеюсь, не думаешь, что сможешь договориться со мной? Человек тяжело вздохнул и, недолго думая, ответил: — Хотел попытаться, но, судя по всему, ты не будешь меня слушать. Поэтому я спрошу лишь одно: почему ты убила тех людей? Ведь из-за твоих действий меня теперь хотят посадить брюхом на вилы. А мне бы хотелось ещё пожить, к тому же этот лес является отчасти моей территорией. Кроме того, мне бесы рассказали, как что-то сбежало из ада, и владыка точно оценит, если я отправлю тебя к нему.

— Чтобы кое-кому отомстить, а твоя душа мне в этом поможет! На лице человека появилась ухмылка. А меня вновь охватил гнев, и, не в силах сдержаться, я попыталась накинуться на него, дабы наказать за наглость, но не вышло. Как только моя лапа оказалась, чуть ли не у лица гостя я поняла, что конечность практически полностью остановилась, к тому же горела синим пламенем, а шерсть и куски плоти под воздействием необычного огня плавились, стекая на землю и оголяя белые кости.

Безусловно, эта боль была по ощущениям как та, что мне довелось испытать в аду, когда я лежала в металлическом гробу. Я тут же отскочила назад, отдёрнув лапу к себе. Лапа потухла, но боль всё ещё присутствовала.

— Тебе меня не победить, ты лишь жалкое адское отродье, ведомое жаждой мести. Ты ни в силах принять прошлое и ни в силах простить того, о ком говоришь. Ты лишь можешь скрипеть зубами и жрать людей, чтобы набраться сил.

Пока человек говорил, из-за его спины выходили бесы. Улюлюкая и хрюкая, они, судя по всему, ждали его приказа. А я стала понимать, что этот человек являлся колдуном. Таких, как он, в аду пытали по-разному. Самое частое наказание — жарка в раскалённом песке. Видела я эту пытку однажды: громко же вопили те бедолаги, задыхаясь в песке, который прожигал их. По-моему, одного из них звали Бенуа Берн…

Из собственных мыслей меня вывели слова колдуна: — Вперёд, чёртова дюжина! Тут же на меня кинулась толпа бесов: кто-то вырывал зубами и когтями шерсть, а кто-то кусал и царапал, сдирая плоть. Боль была такой, что стерпеть не выходило, а идей, как действовать, не было. Колдун может меня атаковать, используя чёртовых бесов, а я могу только отбиваться.

Когда я перебила бесов, то уже была изрядно потрёпана, но силы продолжать были. Моему удивлению не было предела, когда убитые бесы вновь поднялись, словно их и не убивали вовсе. Всё повторилось снова, опушка была покрыта клочками плоти, шерсти и крови. В этот раз моё состояние было ещё хуже, единственное, что радовало, — так это то, что бесы не воскресали и что во время бойни я успела съесть пять сердец. Так что уже ощущала, как силы восстанавливаются. Но колдуна это не пугало, ведь за его спиной показались два силуэта. Это были иные демоны, они были значительно крупнее бесов, а также в их руках были сабли с нанесёнными на лезвиях рунами. — Вероятно, ты уже поняла, что эти демоны поведут тебя обратно в ад. В твоём состоянии тебе их не победить.

Не медля, две высокие фигуры с горящими глазами и широкими улыбками пошли на меня. Каждая наносимая атака была как будто зеркальной; складывалось впечатление, словно передо мной хозяин и его отражение… Я пыталась уклоняться, но выходило так паршиво, что уже спустя минуту на теле было много ран, пусть и не глубоких. Я даже поймала себя на мысли: "Если бы я столкнулась с колдуном вне леса, то наверняка уже бы умерла. Находясь в лесу, энергия душ убитых людей хотя бы продолжает насыщать моё тело... Вероятно, должен ведь быть способ как-то уклониться от адского железа."

Получив ещё пару глубоких ран, я наконец поняла, как нужно уклоняться от атак адских часовых… Мне это показывала мама ещё в детстве. Когда я особенно сильно плакала, она вновь и вновь использовала «Лунный танец», хотя я его называла «Мерцающим». Во время танца движения настолько плавные, что начинает казаться, словно там, где прошёл танцующий, просто провели краской. Скорость не меняется, но за счёт плавности и правильного выбора позиции можно буквально скрыться из поля зрения наблюдателя.

Для его исполнения нужно соблюсти множество условий. Первое — максимально ровное дыхание, второе — нужно как можно лучше расслабить тело, и третье — во время танца перебирать ногами. Выполнить все эти условия с учётом моего размера и состояния будет не просто, но кто говорил, что путь к мести будет простым?

Зеркальные бесы вновь кинулись на меня, и, о чудо, мне удалось уклониться! Я немного неуклюже ушла вправо и успешно провела когтями по спине ближайшего демона, оставив четыре глубоких рваных раны. Демон заревел и замешкался. Воспользовавшись его ошибкой, я метнулась ко второму, и, уклонившись от его довольно размашистой атаки, сорвала ему лицо. Второй попытался что-то сделать, но сабля поставила точку в нашем противостоянии, удачно срубив голову демону. Их сердца я тоже съела, и, оглядев сначала колдуна и сабли, у меня начал назревать план. Колдун, судя по всему, не придал значения смерти подчинённых и уже собирался уходить, заодно позвав что-то ещё, похлопав в ладоши. Однако адские сабли без проблем отсекли руки колдуну. В этот момент где-то вдалеке раздались голоса людей. Колдун подскочил и попытался убежать, но не смог; сабли без проблем оборвали его жизнь, и уже я смогла спокойно извлечь из груди сердце. Силы было хоть отбавляй, и я уже начала убегать, как послышался такой же звук, который издавало оружие того охотника, и спину пронзила боль.

Я обернулась и увидела человека, и первое, что привлекло моё внимание в нём, — это его глаза. Они были полны злости и ненависти, но убить его я не смогу, времени не хватит. Другие люди почти пришли, поэтому я бросилась бежать глубже в лес. Благо, на такой случай у меня была вторая берлога…

Уже находясь в берлоге, я ощутила все повреждения, которые получила. Куска левого уха не было, судя по всему, его срезали, мизинец на правой лапе отгрызли, повсюду были клоками выдернута шерсть, в некоторых участках тела отсутствовала плоть, некоторые кости были сломаны. А раны хаотичными полосками находились на груди, парочка даже была на морде. Тем не менее, повреждения начинали, хоть и медленно, но залечиваться. Видимо, души демонов и того колдуна были весьма сильными.

Думая об этом, я и не заметила, как провалилась в глубокий сон, в котором мне выпала возможность отдохнуть, проведя в нём время с матушкой… Словами не описать, как я скучаю по ней...

Глава 7 Цикл тьмы; Часть 4

Ощущения были странными: я просто шла по городу, который казался слишком знакомым. Мгновение спустя я стала понимать, что это за город. Вновь я оказалась в аду, но было неясно, почему я снова тут — я ведь спала в мире людей.

Пока я бесцельно шла вдоль дороги, стала понимать, что происходящее — это всего лишь сон, и, кажется, мне вновь предстояло прожить события, которые до сих пор терзали меня. Как и ожидалось, спустя считанные мгновения я дошла до поворота на какую-то улицу, где меня остановили стражники-демоны. Не самая удачная попытка сбежать из ада.

Сейчас один из демонов сожрёт меня, но я не умру, сначала буду мучиться, а потом, из-за переполняющих эмоций, особенно ненависти, перестану растворяться в нутре демона и сожру его сама. Второй демон сбежит, как и я; позже меня смогут поймать, и я получу прозвище «Пожирательница демонов». При других обстоятельствах я бы расстроилась из-за репутации монстра, но в аду это позволило мне выжить. Так что в этом есть свои плюсы.

Если в начале ощущения были странными, то сейчас они уже отвратительные. Я никогда не любила вспоминать эту часть своего прошлого, и, как назло, оно просочилось в сновидения.

Затем, как демон, так и я сбежали; как и ожидалось, меня поймали демоны и закрыли в недрах подземелий города Дит. Сколько же я там просидела — не вспомню. Хотелось проснуться, но не выходило, а потому я оказалась в подземной темнице. В этой темнице мне вскоре удалось встретить «его» — сущность, которая за плату объяснила мне принципы устройства тьмы и того, как её обмануть.

Словно плёнка кинофильма, место действия сменилось, и вот я уже стою в холодной, тёмно освещённой и чертовски влажной местности. В воздухе витал пепел от сожжённых душ, а напротив меня находилась лодка, в которой стоял то ли старик, то ли обтянутый кожей скелет; этим скелетом являлся Харон. Единственное, что выдаёт в нём что-то похожее на человека, — это усталые глаза и обтянутое кожей лицо с руками. Удивительно, что я так хорошо запомнила его внешний вид, учитывая, что он практически полностью укрыт в тёмном, как сама ночь. Затем, не контролируя движений, я протянула старику две серебряные монеты, и он мне рассказал ту самую легенду, благодаря которой я покинула ад. А затем, когда я расплатилась, старец накинулся на меня, сказав: «Мы скоро вновь увидимся!» И я проснулась, невольно подскочив, из-за чего ещё и ударилась головой о потолок. В ту же секунду раны от клинков начали жечь и кровоточить. Пусть повреждения и восстанавливались, но слишком медленно. Как будто специально снаружи сейчас во всю бушевала непогода.

Вновь засыпая, я подумала о том, что: «Как же было бы хорошо отдохнуть после того, как я накоплю сил и выполню задуманное.»

***

Я опрокидывал уже пятую рюмку подряд. После того как я увидел вживую существо, что убивало людей, меня начинало трясти только от одной мысли о повторной встрече с этой тварью. На циферблате было час тридцать ночи.

Искать Тихона было не просто, но мы это сделали — правда, он уже был мёртв. В тот момент, когда мы нашли труп Тихона, я отчётливо ощутил всплеск какой-то энергии; она вызывала странные чувства, заставляющие чуть ли не впадать в уныние и скорбь, а также ощущать какое-то опустошение. Такие же ощущения я испытал, когда был на похоронах.

Иронично, что именно после горючки начинает свистеть фляга, хотя у меня не свистит, а уже закипает. А причиной моего волнения стало осознание, которое заставляет меня трястись. Осознавая, с чем я столкнулся и что вряд ли у меня что-то получится сделать, я начинал чуть ли не хныкать. Ведь в борьбе с этой тварью не помог богатый опыт Серёги, и не особо помогли тёмные силы, с которыми был связан Тихон. Что смогу сделать я? Именно что ничего. Пока я пил, даже и не заметил, как всё больше погружался в ностальгию: как мы отдыхали всей семьёй на природе, как старичок подарил мне первый велик «Школьник», как бабушка гоняла меня за ободранную одежду. Не хотелось принимать того факта, что их больше нет.

От раздумий меня отвлёк стук в дверь. Сначала я не хотел открывать, однако незваный гость снова забарабанил, громко ругаясь, как какой-нибудь моряк.

Всё же я решил пойти открыть дверь, и какого же было моё удивление, когда я увидел на пороге невысокого беса. Он, поглядев на меня, спросил: — Зайти-то дашь? Кое-как стоя на ногах, я ответил бесу: — Да заходи.

Бес тут же прошмыгнул в дом и сел за стол, ожидая меня. Шатаясь, как лодка на волнах, я сел напротив беса. И, оглядев меня, он вновь заговорил: — Пока что не прогоняй, меня отправил Тихон, не задолго до своей смерти, отнести его брату письмо. Но только не могу я пройти к его брату, ведь моё пребывание на освящённой земле невозможно. Поэтому прошу тебя доставить, милый человек. А к тебе я обратился, потому что энергия вокруг тебя пропитана негативом, и ты сможешь чётко увидеть меня.

— А как зовут-то его брата? — спросил я, выпивая очередную рюмку. — Гавриилом его кличут. От слов беса я чуть не подавился. Понял я, о ком говорил бес, но вот не понял, как у Гавриила, которого у нас считают чуть ли не святым, может быть в родственниках кто-то вроде Тихона.

Внезапно меня осенило: если я заключу контракт с бесом, то тогда смогу хоть как-то противостоять этой твари. Я прямо сказал бесу о своих намерениях, и, немного помолчав, он ответил: — Ну вот зачем тебе это? — бес выдохнул. — Ладно, скажу по секрету: демоны не влияют на то, каким становится человек, или какую сторону он выбирает — это решение самого человека. Мы лишь выдвигаем свои условия, а также меж строк сами напоминаем, что лучше в этот омут не лезть. Я это сказал, чтобы отговорить тебя, дурака. Бес внимательно глянул на меня, пронизывая своими жёлтыми глазёнками. — Ты сейчас сам окунаешься в этот мрак, как я и говорил — это понятно по твоей энергетике.

Ответ беса меня не устроил. "Какого чёрта этот рогатый решил читать мне нотации? Он ведь даже не знает всей ситуации, поэтому пусть молчит и не возникает, а ещё лучше, чтобы он выполнял свои прямые обязанности!"

Я высказался от души, вылил на беса всё, что было, и после этого наступило молчание. Рогатый гость ничего не смел сказать, лишь пристально смотрел на меня, и, тяжело вздохнув, бес заговорил: — Хорошо, но знай вот что: ты как следует пожалеешь на том свете о своём выборе при жизни. Жди, гнилой человек, я скоро вернусь, и не забудь отдать письмо.

Бес указал на мой крестик под майкой, а после исчез, как будто его не было вовсе. Безусловно, слова беса посеяли зерно сомнения. Мне становилось жутко от самого себя, ведь раньше я не был таким агрессивным и прямолинейным, а также старался действовать куда спокойнее. Но кое-что эти сомнения перекрывало с лихвой — это уверенность в том, что теперь я точно смогу погреть руки в кишках этой адской сволочи.

Глава 8 Цикл тьмы; Часть 5

Время десять часов утра. Обычно в это время кто-то идёт прогуляться, кто-то приступает к домашним делам, а я только проснулся, что для села не очень хорошо. После вчерашнего «застолья» у меня сильно болела голова, и было не просто заставить себя пойти попить воды, чего уж говорить о прогулке до Гавриила. К счастью, через час или около того я пришёл в себя, и, уже собравшись, пошёл к адресату.

По пути к Гавриилу я встретил своих друзей. Они попытались поговорить со мной, предложили даже погулять, однако меня это не заинтересовало. Один из друзей даже сказал, что я изменился в худшую сторону: видите ли, я смотрел сквозь них, стал более нелюдимым и мрачным. Посмотрел бы на него, если бы он остался один.

Размышляя о своём, я и не заметил, как оказался у калитки нужного мне дома. Дальше всё было как будто в тумане. Голова болела, а в глазах плыло. Кое-как я передал Гавриилу письмо. На мои вопросы он ответил честно: Тихон являлся его братом, и в молодости они поругались из-за того, что он решил связать свою жизнь с тёмными силами, а Гавриил — со светлыми. Но, несмотря на это, Тихон не являлся плохим человеком: упрямым, грубым, нелюдимым и со своими тараканами в голове, но он оставался человеком, который был готов, если надо, помочь.

Гавриил мне даже припомнил то, что я был среди тех, кто обвинял Тихона (словами не передать, как мне стало стыдно в тот момент), но зла он не держит, поскольку его брат отчасти сам в этом виноват. После прочтения письма Гавриил добавил, что сам разберётся с той нечистью в лесу, мол, что это существо вылезло из ада, и победить обычному человеку в схватке с этим невозможно.

Когда я уходил, Гавриил заметил, что мне нехорошо, и объяснил это так: — На моей земле злым людям худо становится. После слов старика стало немного ясно, но не легче: ведь теперь я понимал очень-очень чётко, что опускаюсь всё ниже и ниже. И ведь это мне говорил бес, мои друзья, а теперь и старик.

Появилось такое ощущение, будто я гнию заживо. Это иронично, ведь мой дедушка всегда говорил что-то вроде: «Человек начинает гнить не телом, а душой». Прокручивая эти слова, мне становилось всё больнее и больнее, но почему-то мне казалось, что уже поздно отступать, и нужно пройти этот путь до конца.

Уже сидя дома за столом, я позвал беса, и как только он пришёл, заговорил: — Всё в силе, мне нужно, чтобы ты дал мне сил победить то порождение ада, которое вырвалось из его недр! Бес с минуту посмотрел на меня, но всё же ответил: — Есть у меня хорошее предложение. Готов выслушать? Я утвердительно кивнул. — Хорошо, гнилой человек, я могу тебе помочь, но прежде послушай некоторые условия. Во-первых, после выполнения своей цели твоя душа сразу оправится в ад, и после смерти тебе уготована лишь одна дорога. Во-вторых, твоя сила будет работать до того момента, пока ты будешь ненавидеть то, что хочешь убить, и пока ты будешь желать мести. И получается так: с одной стороны, ты можешь убить это существо, но придётся приложить усилия, с другой — после этого тебя ждёт время провождения в адских котлах. Ты согласен с такими условиями, гнилой человек?

Бес пристально посмотрел на меня, и, немного подумав, я ответил: — Да, я согласен. Бес протянул листок и иголку. — Проколи палец и позволь капле крови попасть на бумагу. Я так и поступил, и после этого бес протянул мне странный огненный сгусток. — Ешь, дальше всё только за тобой и за твоим выбором. Следующее время я болтал с бесом; было такое чувство, словно меня скоро убьют, странное, умиротворённое настроение…

В четыре часа дня я вышел на улицу и увидел, что в сторону леса идёт Гавриил. Судя по всему, он решил сдержать своё слово, а вышедший ко мне бес подметил, что Гавриил не испытывает ненависти или злости, его дух чист, как байкальская вода. А раз уж он вышел, то пора бы и мне. На то, чтобы собраться, много времени не потребовалось, и вскоре я уже во всю бежал к лесу, одновременно стараясь находиться неподалёку от Гавриила. Неожиданно стоящий рядом бес то ли заскулил, то ли захрюкал, а со стороны Гавриила раздались такие слова:

Дух лесной, владыка чащи, Выйди, выйди же из рощи! Помоги мне, седому старцу, Лихо чёртово прогнать, Чтобы не несло оно напасть, Не губило нас, людей, Не жило в твоих краях. Коль поможешь мне, владыка, Не забуду я этого во век!

От слов старика у меня затряслись колени, и я чуть не упал на землю. Бес, в свою очередь, закрывал уши, хрюкал, скулил, и в целом было видно, что ему неприятно находиться тут. Я могу его понять, но когда из леса вышел высокий старик, покрытый наростами и мхом, у которого глаза святились зелёным цветом, я ощутил, как по спине прошёл холодок, и чьи-то лапы впились мне в спину. — Это леший… — тихо прошипел бес, хотя я это понял и без его помощи после слов старика.

Лишь после того, как леший и старик переговорили, и старик уговорил лешего помочь ему, объясняя это тем, что лесная тварь живёт в твоём лесу, делает, что вздумается, не кажется это тебе неправильным, старина?

Мы продолжили путь: Гавриил и леший по одной стороне, я и бес по другой. Мы шли долго, настолько, что я и не заметил, как бес пропал, но меня это мало волновало, всё-таки я не его хозяин. Но вскоре мы добрались до небольшой опушки, рядом с которой находилась речка. Леший и Гавриил меня заметили. Сказать, что Гавриил был недоволен, — это ничего не сказать; он пообещал отвесить мне подзатыльник, когда мы вернёмся. Леший не стал ничего говорить, как раз в этот момент я увидел это существо во всей «красе». Оно показалось на соседнем берегу, буравя нас взглядом.

Недолго думая, это существо разогналось и перепрыгнуло речку. Моё внимание тут же привлёк потрёпанный вид существа: грубые шрамы на теле, проплешины, торчащие в некоторых местах кости, отсутствующий кусок уха. Это означало только одно: существо не успело до конца восстановиться после встречи с Тихоном, а значит, у нас преимущество не только в численности. Я оказался первым, на кого кинулась эта тварь, но бес не обманул, ибо сил у меня стало, как в стаде быков, и я без проблем смог остановить тварь после её прыжка и заодно вдарить по её телу. Об этом я сильно пожалел; ощущения были такие, словно я ударил по дереву.

Но напоследок тварь успела меня ранить, оставив след из четырёх полос и заодно откинув меня куда подальше. Следом подоспел и Гавриил, начав колотить это нечто, что есть сил. От его ударов было больше проку, ведь существо дымилось и плавилось; видимо, он что-то сделал со своими руками. В конечном итоге оно и от него отбилось, оставив внушительную рану на левом боку. Точку в этом противостоянии поставил леший, взявший очень длинный поваленный ствол дерева, и, предупредив нас, он вмазал им по твари. Так бы я сказал, если бы существо не смогло уклониться. В действительности оно без проблем уклонилось, и леший даже не попал, но попытка была хорошая. Так продолжалось около пяти минут, хотя мне казалось, будто прошла вечность. Гавриил колошматил существо, я старался сломать конечность твари, когда она пыталась укусить или схватить меня, ну а леший использовал поваленные деревья. Периодически Гавриил удачно разбивал небольшие стекляшки с святой водой, кидая их в задние лапы существа.

Было видно, что оно устаёт, но и мы не железные, даже леший тот успел изрядно устать. Однако мы упустили тот момент, когда существо набрало горсть небольших камушков и, подобравшись к нам максимально близко, бросило их. После такого обстрела мешок Гавриила, в котором лежали церковные принадлежности, был уничтожен, как и вещи в нём.

Вторая горсть полетела в меня — я рефлекторно закрылся. Следом я ощутил, как что-то массивное врезалось в меня, а воздух из лёгких силой выбило, и в глазах стало темнеть. Когда зрение пришло в норму, я понял, что оказался на соседнем берегу. Передо мной стояла эта тварь, существо скалилось, а с морды капала кровь. Я думал, что её ранили, но, увидев размер раны на теле, понял, что оно откусило с меня кусок. Перед глазами начинала проноситься жизнь, но я попытался встать.

Я поднял свой взгляд и, может, мне показалось, но это существо заговорило. Оно сказало что-то вроде: — Я позже с тобой разберусь, мне ещё нужно того человека и лешего съесть надо, — последние слова оно проговорило чуть ли не шёпотом, — всё же, я скоро отомщу тебе…

На этом моменте меня как будто замкнуло: мне начало казаться, будто я падаю в бездну, стало так холодно, некоторые мышцы начали сводить судорогой. В этом бреду я вспомнил соседей, которые предлагали помощь, тех, кто пытался отговорить или поддержать, наставления деда, который говорил: «Не отвечай на зло злом». Почему? Потому что этому бедолаге потом будет ещё тяжелее, чем тебе. А решив мстить, ты лишь погубишь себя, ведь в конце ты будешь пуст, от тебя не останется ничего...

С трудом дыша, сквозь бред и боль, я смог подняться, чем привлёк внимание существа. Следом я стал ощущать накатывающую слабость; это означало только одно: то, что мне дал бес, теперь не работает. Получается, я более не желаю мстить? Это уже было не важно, ведь я скоро умру. Перед тем как умереть, я посмотрел в глаза этой сущности и ещё раз убедился: я не собираюсь становиться таким же, как и эта тварь…

Уже когда эта тварь нанесла решающий удар и выпустила мои кишки, заставив вновь прилечь, я увидел беса, который спросил: — Значит, решил умереть человеком? Хороший выбор, милый человек. Но скажу так: теперь ты обречён скитаться по миру...

***

Почему я не вырвала сердце из груди того человека? На это я сразу ответила себе: он показался другим, не таким, как предыдущие люди. Но об этом я думала недолго, ведь нужно ещё разобраться с тем духом и другим человеком. Много хлопот это не заняло: лесной дух быстро устал и вскоре не смог достойно помогать своему товарищу, а удары человека, пусть и разъедали мою плоть, но всё же он человек, и, откусив ему часть шеи, был запущен обратный отсчёт, когда он умрёт.

Следом я последней атакой умертвила лесного духа; на удивление, у меня получилось съесть его сердце. Однако съесть второго человека не вышло: все мои шесть чувств били тревогу, чуть ли не говоря: — "Если ты попытаешься сожрать его сердце, то точно умрёшь!" Но и в живых оставлять его было нельзя, а потому я решила просто оторвать ему голову — это было настолько быстро, что он даже не почувствовал.

Закончив с незваными гостями, я ощутила что-то странное: я видела жизненную энергию деревьев и то, как она протекает под землёй. У меня даже получилось впитать её; она насыщала не хуже людских сердец. — Теперь я могу отдохнуть и лишний раз не трогать людишек. Осталось только придумать, как найти своего отца. Учитывая свои возможности, думаю, с этой проблем не возникнет...

Глава 9 Знакомство

... Наши дни...

Трое друзей сидели в баре, отдыхая. Бармен уже косо смотрел на них, и на то были причины. Их было несколько: первая — они весь стол заставили бутылками и стаканами, заказывая слишком большое количество напитков; вторая — в том, что они не сбавляли темпа, и отдых был в самом разгаре.

Но клиенты есть клиенты, и приходится наливать. Гогот стоял приличный, да такой, что посетители перешёптывались, кто-то даже поглядывал на охранников. Всё шло своим чередом, пока Тимофей не спросил у Нико: — Как так вышло, что ты и Каин встретились? Внезапно Нико и Каин прекратили смеяться и серьёзно посмотрели на Тимофея, от чего ему стало неуютно. — Ты правда хочешь узнать? — спросил Каин, чуть ли не пронзив Тиму взглядом. А после вновь засмеялся: — Видел бы ты своё лицо! Внезапно к их разговору подключился Нико: — Давайте это обсудим уже дома, в более приватной обстановке…

Следующие пять минут компания полу трезвая тащилась домой. Тима чувствовал себя как корабль в шторм, качающийся на волнах. Пару раз Тимофея вырвало прямо на дорогу. Но всё-таки ребята добрались до нужной им квартиры. Каин практически сразу вырубился, разложившись звёздочкой на кровати, а Тима и Нико сели за кое-как собранный стол. Сделав глоток из полу пустой банки, Нико начал свой рассказ:

— До 1917 года я батрачил на заводе, платили мало, но за счёт приобретённых сил я работал очень много и получал с надбавками. Пытался заработать, чтобы семью свою выкупить и перетащить из деревни в город. Скажу по секрету: иногда я даже воровал то там, то тут. Так за два года и набрал нужную сумму. Мне ведь еда и вода практически не нужны, только если кровь… Однако я так и не смог сделать их свободными. Не знаю подробностей, но они не стали отдавать продукты, может, проблемы с ними были… Могли бы отправить письмо, я бы мог помочь.

Тима заметил, как лицо его собеседника начало превращаться в палитру эмоций: грусть, ненависть, раздражение. Но, взяв себя в руки, вампир продолжил свой рассказ: — В тот момент я уже забыл о своём плане и обо всём на свете. Я просто пил, пил и ещё раз пил. Часто доходило до драк — ужас, сколько людей я отправил в больницу… А гвардейцам и людям из продотрядов я активно ломал руки, чтобы они не могли больше у других что-либо забирать. Не помню точно, но меня занесло в тогдашний Петроградский бар. Его ещё модно было называть «Американский бар», и вот там я повстречал Каина… Мне он тогда сразу не понравился: что-то сидел себе с четырьмя проститутками да весело проводил с ними время. Вёл себя словно он главный в этом баре. Так было, пока он не повздорил с каким-то мужиком. В сёк ему, да тот и упал, а Каин поднял и, не поверишь, снова в сёк. Тогда я пригляделся, а когда в глазах двоится, сделать это ой как не просто, и увидел, что избивал он одного из моих немногих друзей. Вспомнилось мне одно из наставлений отца: если тебе кто-то помог, то стоит отплатить тем же. Думаю, ты уже понимаешь, что я решил сделать. Подошёл я, прервал экзекуцию, а затем мне в рожу прилетел кулак — ощущался этот удар чертовски болезненно и тяжело. А когда он сказал: «Тебя мамаша манерам что ли не учила?» — крышу сорвало, а вместе с ней вылетели гвозди. Долго бились мы, до встречи с ним я и не думал, что меня возможно вырубить. Он бил локтями, коленями, да всем, чем только можно. Тогда для меня это было в новинку. Всё закончилось нашей ничьёй и совместным побегом от гвардейцев. Все, кто могли, сбежали из бара, а сам бар выглядел так, будто там ураган прошёлся. Это наша первая встреча, вторая уже была в 90-х. И из-за содействия кое-кого мы стали искать нечисть и выкашивать её. Вот так мы и встретились, заодно и начали работать вместе.

Нико сделал глоток, поглядев в окно, думая о чём-то своём. Немного посидев так, он посмотрел на Тиму, заговорив: — В любом случае, теперь, когда всё хорошо, я могу быть уверен, что больше так низко не упаду. Не для этого моя матушка и батюшка меня вырастили… Ладно, гони уже спать. Ты уже едва сидишь.

Это была правда: Тима уже, если и слушал, то только одним ухом, и когда его дотащили до кровати, он практически сразу заснул. А Нико, вернувшись на своё место у окна, продолжил разглядывать редких людей на улице, наслаждаясь ночной тишиной. Так и сидел он до самого утра.

Глава 10 Помощник

Каин метал дротики; по нему было видно невооружённым взглядом, что ему достаточно скучно, но поделать с этим Каин ничего не мог, точно так же, как и Никодим. По некоторым условиям им нельзя было покидать офис, пока начальство не вышлет новое задание или пока на них кто-нибудь случайно не выйдет, например, как Тимофей.

В дверь офиса постучали — это прервало Каина и отвлекло Никодима от чтения. Первым к двери подошёл Каин, и он очень сильно удивился, когда увидел на пороге Тимофея, стоящего напротив. Минута ступора сменилась непониманием.

— Ты чего тут забыл? Да и как ты нас нашёл? Обычные люди ведь не должны видеть офис; им ведь глаза отводят…

Затем к Каину подошёл и Нико, который удивился появлению старого приятеля не меньше своего друга.

— Долгая история. Как бы то ни было, я тут… Может, поговорим об этом за чаем? Дорога была долгой, так ещё и этот гад внутри меня практически всю энергию забирал себе…

Друзья поддержали предложение Тимофея и, пройдя к небольшой кухне, товарищи разлили по кружкам чай.

— Ну, рассказывай, уж очень интересно узнать, как ты нас нашёл, да и зачем мог напрямую прийти… — Если говорить честно, не совсем я вас нашёл; мне с этим помог тот демон внутри меня — он сумел как-то найти вас. По правде говоря, я даже сам не понял, как так вышло. А пришёл я, чтобы… — Тимофей взял небольшую паузу. Пока он молчал, его буравили взглядами Нико и Каин, и наконец Тимофей продолжил: — Я хочу вступить в вашу организацию…

В этот момент Каин задался вполне логичным вопросом, который он адресовал прямо Тимофею:

— Зачем тебе это? Ты ведь наверняка помнишь нашу встречу с тем демоном, верно? Попробуй вспомнить, какой урон я и Никодим получали, и подумай, насколько хватит, пусть и подготовленного, но человека.

Тимофей понимал, к чему клонит его друг; единственное, что он смог ответить, так это:

— Я пока не уверен, точно ли это то, зачем я сюда пришёл, но могу сказать одно: если я не попробую, то не узнаю.

Каин и Нико ещё около часа пытались отговорить Тимофея не торопиться с решением, но ответ был один:

— Что мне мешает попробовать?

В ответ:

— Если не свалишь, мы просто выкинем тебя силой.

Но тут уже подключались бесы, которые из принципа хотели подпортить жизнь Каина и Нико, как они выразились: — Если не свалишь, мы просто выкинем тебя силой. Но тут уже подключались бесы, которые из принципа хотели подпортить жизнь Каина и Нико, как они выразились: — За все их шутки и прочее дерьмо! Подпортить жизнь они могли, написав на бедолаг жалобу; видите ли, они вышвырнули клиента не за что. За такое начальство по головке не погладит, и это мягко сказано. Каин и Нико это прекрасно понимали: они хоть и были живучими, но испытывать судьбу не хотели, и всё же пошли на контакт. Каин дал Тимофею анкету, которую тот, сев за стоящий у окна стол, принялся заполнять. Долго отдыхать не вышло: из камина, стоящего практически напротив, вылетело письмо, при виде которого лица Каина и Нико стали более недовольными. — Всё-таки он нашёл дельце… Вскрыв конверт, герои пробежались глазами и убедились, что их ждёт весьма долгая поездка. Расстояние от Петрозаводска до посёлка Растесс составляло около ста двадцати километров. Для Нико и Каина это был не первый раз, когда их закидывало куда-то далеко. — Чего вы там такого увидели, что у вас лица выцвели? Каин решил прочитать специально для Тимофея содержимое письма, благо запретов на письме не было. — «У нас в архиве обнаружили дело семнадцати летней давности. Некто (ФИО не указано) сообщает, что в его посёлке происходят серийные убийства, и он подозревает, что это дело рук нечисти. Он просит отправить хоть кого-то, чтобы агенты организации "Меч" разобрались с этим вопросом. Возможно, отправляться сейчас уже поздно, ведь прошло критически много времени, но всё же это необходимо: если там правда ещё что-то осталось, то это необходимо убить.» — Вот у меня возник вопрос… Но Никодим перебил Тимофея, уже понимая его вопрос. — Почему это дело рассмотрели лишь сейчас? — Тимофей кивнул. — Ну что же… Начиная с девяностых по две тысячи пятый год, у нашей организации, на которую мы работаем, были не самые хорошие времена: рук не хватало, даже чтобы просто уборщика нанять, полы протереть. О напарнике или нормальной отчётности и говорить не стоило в те хреновые для нашей конторки годы. Тем более в те годы повылезали разные сволочи: бандиты, наркоманы, убийцы, да и просто поехавшие. Тяжеловато отличать дела мистические от дел людских. Помощников, которые могли бы подробнее разобраться в ситуации, практически не было, вот так и получалось, что многие дела легли пылиться на полку, и разгребать их приходится сейчас. И всё-таки, есть одна хорошая новость: отправиться нам предстоит только через seventy five дней, босс попросил как можно лучше подготовиться… — Удивительно, что он волнуется за нас. Ну, раз у нас есть столько времени, напиши в анкете под пунктом «время на подготовку» семьдесят пять дней. — Хорошо, но это не слишком мало? — Тимофей немного недоверчиво посмотрел на Каина. — Если ты и правда хочешь, то этого времени тебе однозначно хватит, чтобы и небольшой письменный экзамен сдать, и заодно убедить проверяющего в том, что ты подходишь для этой работы. Так что давай, пиши и не отвлекайся. Как закончишь, сыграем в карты…

— Подготовку начнём завтра, и только попробуй филонить. С заполнением анкеты проблем не возникло, и уже после этого её доставил один из бесов, как сказал Каин: — Сначала твою кандидатуру рассмотрят в аду, а после и на небесах. И раз уж ты закончил, почему бы не сыграть? Ты начнёшь ценить этот отдых и спокойствие лишь завтра, когда ты начнёшь подготовку. Так и оказалось: эти дни тянулись предательски медленно. Тимофею пришлось читать нужную литературу, заниматься медитациями, правильно питаться; кроме этого, были внедрены физические нагрузки, такие как растяжка, бег, отработка некоторых ударных техник и прочее. Если в обычное время Каин и Нико вели себя как обычно, то во время подготовки они буквально выжимали Тимофея как лимон. Только Каин занимался с ним во время физических упражнений, а Нико — во время подготовки к письменному экзамену. И, как они обещали, снисходительности не было. Много раз Тимофей думал бросить всё это, но тут же отбрасывал эти мысли под осуждение и колкости демона внутри...

Наконец настал нужный день, который Тимофей ждал как какой-то праздник. Товарищей не было, они, как и говорили, отправились на задание. Всё было как обычно, пока в час дня в дверь офиса кто-то не постучал. Пройдя к двери, Тимофей открыл её. Напротив него стоял высокий парень, странно одетый. Даже не так: правильнее будет сказать, что так уже не одеваются. Тимофей видел как-то раз похожие костюмы в какой-то статье из интернета; она была посвящена моде в СССР 1950-х годов. Молчание нарушил гость, спросив до жути спокойным голосом: — Можно войти? Тимофея немного дёрнуло: что-то похожее рассказывал Нико: — Они часто ошибаются с временем, так как любят впадать в спячку. Это выражается в их одежде и манере вести беседу. Чтобы точно узнать, кто перед тобой, разговори незнакомца. Также в первое время они просто могут не знать, что сейчас принято носить; опять же, это может выражаться в их одежде: она либо старая, либо они одеваются так, что это привлекает общее внимание прохожих. Они не могут войти без приглашения, как ты понял, это упыри. И нет: упыри и вампиры, хоть и сосут кровь, но вот упыри ещё и жрут людей, чего вампиры не делают. Так же упыри и вампиры ненавидят друг друга, это чтобы ты не думал называть меня упырём, как один бессмертный мудак…

— Так что товарищ, я могу войти? Незнакомец потоптался на месте, поправляя костюм. Кое как, и то неуверенно, Тимофей смог ответить: — Нет, нельзя. Не смотря на ответ, незнакомец слегка улыбнулся, и войдя в помещение, продолжил диалог: — Всё таки тебя подготовили, это хорошо, но на будущее, офис не совсем можно назвать домом, только при условии, если ты в нём не прожил семь дней, тоже самое и с другими объектами, но ты ведь не жил здесь столько, а потому будь я упырём, без проблем вошёл бы, поскольку хозяев не было. — Тогда к чему этот цирк? Тимофей моргнуть не успел, как старый костюм сменился на обычную одежду, а проверяющий продолжил: — Если я ещё раз услышу что-то похожее, те двое, будут тебя собираться по кусочкам. Ну ладно, пожалуй пора продолжить проверку, но уже в письменном виде.

Письменный тест много времени не занял, в более менее спокойной обстановке, Тимофей без особых проблем, ответил на все вопросы, неплохо удивив проверяющего, ведь по его словам: «Сейчас большинство и теории не знает, так ещё и слабаки, вот и получается, что они умирают. Если так дальше пойдёт, опять будет нехватка кадров...» — Раз ты так быстро закончил с тестом, можем перейти к практике, я оценю твои физические навыки, вынесу вердикт и уже вышестоящие будут решать, годишься ли ты, или нет. Знаешь, я хоть и ангел, но даже я выматываюсь проверять множество людей, половина из которых потом всё равно вылетают, поэтому постарайся от души, чтобы я не просто так потратил время. Проверяющий щёлкнул пальцами, и офис сменился на лесостепь. — Здесь нет людей, так что после разминки, можешь начать, у тебя будет минута, чтобы меня удивить, после этого, я вырублю тебя и проверка закончится, кстати говоря, куда свалили те двое? — Каин и Нико что ли? — Да они. — Что-то говорили про миссию, связанную с пропажей людей в одном из посёлков. — Вот оно что, ты закончил с разминкой? Тимофей кивнул, в ответ, проверяющий ответил: — Начинай.

Тимофей, недолго думая, накинулся, нанося удары под разными углами, но, несмотря на усилия, максимум, что сотрясали удары Тимофея, — это воздух. Примерно спустя ударов пятнадцать Тимофей начал часто дышать, а пока он потел, махая руками, ангел непринуждённо говорил: — Неправильно возвращаешь руки после атак, слишком широко замахиваешься и неэкономно тратишь силы… Внезапно ангел ощутил что-то неладное и, глянув вниз, понял, что случилось: он пропустил удар — совершенно простой удар ногой в левый бок. Но суть не в этом, а в том, что Тимофей вообще смог попасть, особенно если учесть сверхчеловеческую реакцию и скорость ангела. Тимофей же ощущал боль: голень вопила, да и не только голень — инстинкты били тревогу. Ему казалось, будто он ударил не живое существо, а огромный бетонный блок. — Что могу сказать? Не многим удаётся нанести мне хотя бы один удар, но у тебя это вышло. Считай, что ты сдал тест, а теперь готовься ко сну. Резко сблизившись, проверяющий нанёс точный удар, от которого Тимофей отключился.

***

— Удивительно, что ты так быстро очнулся. Как бы то ни было, раз ты очнулся, слушай внимательно. Последний инструктаж: работая тут, будь готов сотрудничать с бесами, некоторыми духами и людьми разной наружности. Законы и структуру, я надеюсь, хорошо запомнишь. Ну а теперь — до следующей встречи, новенький.