Прости, но НЕТ

Глава 1

Хрупкое чувство любви. Как легко все разрушить одним неосторожным словом.

Прости, но нет…

Глава 1.

- Девки, слышали? - в комнате отдыха, или попросту «чайной», где по утрам собирались все местные сплетницы, появилась вездесущая Наталья Ушкина, самая посвященная дама в коллективе, которая знала все обо всех и первой узнавала все офисные новости. - Нет, точно не слышали?

Ее лицо светилось счастьем, что именно она сейчас сообщит всем этим «подругам» такую новость.

- Не томи, Ната, - проговорила Галина Юшкина, ее заклятая подруга и конкурентка по освоению информационного пространства офиса, - что опять стряслось?

-Галка, разве я на этот раз первой узнала та-а-а-акую новость? - она от радости даже захлопала в ладоши, убедившись, что Галка точно ничегошеньки не знает.

- Наталья, ну правда, чего тянешь? - сказала Антонина, или попросту Тошка, - молодая девица, больше похожая на худощавого пацана лет семнадцати, чем на двадцатипятилетнюю девушку. Короткая стрижка, выпирающие кости по последней моде эталона красоты, обтягивающий ее тощий зад (вернее, его отсутствие) комбинезон.

-Ха! Девки, к нам присылают кризис-менеджера! - Она торжественно обвела всех взглядом. - Присылают из Москвы. Зовут Александр, не женат, и-и-и-и-и краса-а-а-авчик! Мне скинули его фотку, на Пирса Броснана похож.

- На кого? - раздался голос из угла комнаты.

- «На кого», - передразнила ее Наталья. - Ты что, кино не смотришь, Танька? Пирса Броснана, который агента 007 играл, Джеймса Бонда. Только еще моложе и красивее.

Девушка, которую назвали Татьяной, вспомнила пару фильмов из этой «Бондианы» и скривила лицо. Почему-то на ум пришли фильмы, где Бонда играл Дэниел Крейг, который ей совершенно не нравился.

- Разве он красавчик? - она пожала плечами.

- Господи, Танька, ты опять все напутала! - сразу поняла Галина. - Ты опять всех артистов путаешь. Ладно, что с тебя взять.

Она даже махнула на нее рукой, от чего Татьяна обиделась и уткнулась в свою чашку с кофе, макая в нее засохшее печенье, чтобы размочить и съесть. Остальные девчонки зашумели, обсуждая новость, прекрасно представляя себе этого нового «шефа».

- Говорят, он такой крутой кризис-менеджер, не одну фирму вытащил со дня. Думаю, что нашу тоже сможет поднять, - продолжала делиться новостями Наталья. - Помните «Лексию»? Ну та, которая тоже на грани банкротства была? Так вот, мне подруга рассказала, которая там работает, что этот красавчик за полгода вытащил ее, ну в смысле фирму, - Наталья хохотнула своей шутке, - теперь это вполне себе преуспевающая фирма.

***

Их фирма «Виктория» была не слишком известной, так, средней руки, но довольно долго держалась на плаву в океане бизнеса. Однако, с год назад ее учредитель и бессменный генеральный директор Виктор Викторович Стольников (или получивший с чей-то легкой руки прозвище «ВикВик») попал с обычного оперативного совещания, утренней летучки, прямо в больницу с сердечным приступом. Когда он открыл глаза, врачи настоятельно посоветовали ему не взваливать на себя непосильную ношу управления компанией. Он отошел от дел, поручив своему давнему другу, соратнику и заместителю Полю Павловичу Поташкину продолжить командовать фирмой. Хоть ПолПалыч, ну или чаще «ПолПот», как его прозвали за глаза, был верным и ответственным другом, но плохим управленцем. Через год фирма обещала скатиться в долговые ямы, причем множественные. Доходы упали, уже третий месяц сотрудникам выплачивали незначительные суммы, чтобы хоть как-то поддержать тех, кто еще остался работать. Все ждали со дня на день уведомления об увольнении, поэтому последний месяц работа в офисе практически встала. Новость, принесенная Натальей, была приятной и вселяла надежду, что еще не все так плохо и на их улице будет праздник с шарами и клоунами.

***

- А что еще говорят про этого «Бонда»? - спросил кто-то еще из утренних посидельцев за чашечкой кофе-чая.

- Говорят, что любит женщин, но пока еще ни одной не удалось окольцевать его.

Снова пошла волна обсуждений «спасителя» и «мессии», незамужние тут же начали строить планы, замужние пожимали плечами, а Татьяна Ильинична Колобанова так и продолжала печально сидеть незаметной в своем углу. Она давно привыкла, что ее не замечают. Этого она добивалась долгие годы, еще со школьных времен, когда за свою фамилию и пышные формы получила прозвище «Колобок». В школе она была самой полненькой в классе, постоянно из-за этого комплексовала. Когда в последних классах ее одноклассницы вытянулись в стройных красавиц, она тоже вытянулась, но размерчик остался при ней. Назвать ее «толстой» было нельзя, хороший сорок восьмой размер, жир на боках не висел. Таких обычно называли «плотненькими», но она вбила себе в голову, что она «жирная» и старалась стать незаметной, только чтобы лишний раз не показываться на глаза любителям пошутить.

Где-то в классе десятом она случайно услышала, как парни обсуждают девчонок. Конечно же, первое место досталось школьной красотке Лидии, яркой брюнетке с карими глазами, которая мечтала попасть в модельный или шоу бизнес, поэтому ходила на всевозможные тренинги, курсы, кастинги. За ней бегали почти все парни школы. Далее шли имена других школьных красоток, но менее «знаменитых». Потом перешел разговор о том, с кем бы парни никогда бы не замутили. Танька сидела, закрыв глаза, ожидая, что вот-вот назовут ее имя. Но на ее удивление первой назвали Полину Свешникову, из десятого «Б», действительно неприятную девчонку, скандальную, наглую. Потом было имя такой же девчонки, подруги Свешниковой. Но вот третьим прозвучало ее имя. Татьяне захотелось плакать и даже когда услышала голос Филиппова Игоря, что она нормальная девчонка, над чем тут-же рассмеялись парни, не утешило ее. Филиппов был «страшненький», с заячьей губой, косым левым глазом. Парни брали его в свои компании только потому, что он был умным и давал всем списать физику, математику, химию и другие «науки».

Она в тот день вернулась домой и долго плакала, разглядывая себя в зеркало. Обычное лицо, круглое, немного светлые брови и ресницы делали его невзрачным, глаза то ли серого, то ли зеленого цвета, курносый нос, пухлые, но упрямо сжимаемые губы. И еще на фоне девчонок, которых можно хоть сейчас отправить на подиум, она выглядела настоящей толстушкой. Округлые плечи, грудь (да-да, самая настоящая, которую Татьяна пыталась скрыть, сгорбившись), широкие бедра, плотные икры. Ну разве может кому-нибудь понравиться такая? Хотя над ней никто и не смеялся, но она снова старалась стать еще более незаметной.

Когда закончила школу, поспешила попрощаться со своими бывшими одноклассниками и уехала поступать в другой город, чтобы ничто не напоминало ей о том, что «никто не хотел бы с ней замутить». Однако и в институте она оказалась самой «полненькой».

- Ты чего расстраиваешься? - спрашивала ее единственная подруга Соня, которая и не была полной, но лицо красивым или симпатичным назвать было нельзя, поэтому на нее тоже никто из парней не обращал внимание. - Ты не толстая, ты плотненькая. Вон, кстати, Наталья Гундарева, разве не красавица, хотя и пышная?

- Ну ты сравнила, я и Гундарева! - усмехалась Татьяна. - Она известная актриса.

- А ты умница и вовсе не толстая, ты «пышка». И не переживай, всегда найдется любитель «сдобы». Ты своего парня еще найдешь.

Но Татьяна не слушала подругу, вбила себе в голову, что с такой, как она никто не захочет дружить и готовила себя выйти замуж за первого, кто сделает ей предложение. Однако, когда парни подходили к ней, замыкалась, краснела, старалась побыстрее отделаться от ненужных ей знакомств, хотя некоторые из них были довольно приятными и даже симпатичными. Парни делали попытки познакомиться с ней поближе, но, встречая стену отчуждения, пожимали плечами и уходили.

- Ты дура что-ли? - спрашивала ее Сонька. - Чего ты Артема послала? Ты же нравилась ему! Теперь он со Светкой ходит, говорят, что собираются пожениться. Или Виталик? Он дольше всех возле тебя крутился. Он-то чем тебе не подошел? Вполне себе симпатичный, нормальный парень, без заскоков и выпендрежа, хотя и родители у него вполне себе власть имущие, отец в администрации, мать юрист. Он-то чем тебе не угодил?

- Сонька, ну не верю я в это, что могу кому-то понравиться. Скорее, им просто больше никто не «дает», вот и цепляются ко мне, - резко реагировала на ее слова Татьяна.

- Ну и дура ты, - обиделась подруга.

Они тогда сильно поругались и до самого последнего курса больше не общались. Татьяна заканчивала учебу в «информационном вакууме», ни подруг, ни парней, ни просто того, с кем могла бы просто «поболтать». Красный диплом мало мог успокоить ее, хотя помог почти сразу найти себе не пыльное место работы в фирме «Виктория».

И вот она уже который год трудиться здесь, в офисе фирмы, который занимает целых три этажа в бизнес-центре в центре города. Чуть больше чем через полгода ей исполнится уже тридцать лет, а у нее ни ребенка, ни котенка, на завалящего мужичонка на примете. Даже ни разу не было ни одного серьезного отношения, только так, как говориться, «для женского здоровья». Если ей казалось, что вот-вот ее кавалер готов перейти к чему-то более серьезному, замыкалась в себе и гнала прочь мысли о возможном семейном счастье, совершенно не веря в искренность мужчины. Ну разве может нравиться кому-то такая «пышка», как она, «Колобок». Если первые годы кто-то пытался ухаживать за ней, то после неоднократных попыток просто махнули на нее рукой. И вот последние года два-три Татьяна Колобанова тенью ходила на работу, создавая собой «мебельный антураж» в довольно большом для нее и ее соседки Леночки Самойловой кабинете, окна которого выходили на центральную улицу их города, а заодно и на вход в бизнес-центр.

***

После утреннего чаепития все местные дамы разошлись по своим рабочим местам и занялись своей работой, стараясь изо всех сил не дать своей любимой «Виктории» почить в бозе.

Глава 2

Глава 2.***

Настал день «Икс», когда весь офис зашумел растревоженным ульем. Ото всюду слышались голоса: «сегодня приедет», «надо встретить», «ну скорее бы уже, а то надоело ждать».

Бессменный секретарь Юлия Стеклова, в народе «Стеклышко», металась по приемной и кабинетам руководства, стараясь навести порядок, подготовить кабинет для встречи Главного «Мессии».

Татьяна тихо сидела в своем кабинете и ждала, когда все это закончится. Ей надоело наблюдать, как женщины всех возрастов и мастей наводят красоту и крутятся перед зеркалами в туалетах, осматривая придирчиво себя со всех сторон. Лично она сегодня надела простую офисную бледно-серую блузу и темно-синюю юбку, которая на половину закрывала ее полные икры. Черные туфли завершали ее офисный образ. С утра она хотела сделать какую-нибудь прическу на своей голове, но плюнула и завернула свои русые волосы в обычный хвост. Кто она такая в масштабах фирмы, чтобы поражать кого-то салонной красотой?

В десять часов утра словно набат разнесся по кабинетам шепоток, что «ОН» приехал. Татьяне так хотелось посмотреть на этого «Броснана», но заставила себя остаться в кабинете, когда Галка Юшкина, сотрудница их отдела, помчалась следом за девчонками к приемной, создать живой коридор встречи нового руководителя.

Через несколько минут Юшкина вернулась в расстроенных чувствах.

- Нет, ты представляешь? - она ходила по огромному кабинету, сжимая руки в кулаки. - Он прошел мимо нас, словно мимо пустого места. Мы же так готовились! А он даже не посмотрел на нас, приказал «Стеклышку» собрать всех в переговорке через пятнадцать минут.

«Переговоркой» они называли самый большой кабинет фирмы, где проходили совещания, переговоры с клиентами, праздничные застолья для всего коллектива, ну и прочие «разности», когда нужно было вместительное помещение.

***

Народ собрался через десять минут. Татьяна пришла в числе последних и ей удалось пробиться к стеночке в районе третьего ряда кресел от импровизированной сцены, где стояли столы для президиума и небольшая кафедра для выступающих. Сотрудники бурно переговаривались, строя предположения, что ждать дорогой и горячо любимой фирме от появления «Мессии», но к единому мнению пока еще никто не пришел. Вдруг в переговорку влетела Юлька и зашипела, стараясь придать собравшимся деловой настрой:

- Тихо! Идет! Успокойтесь и не галдите.

Она прошли к столу президиума и заняла свое обычное место на самом краю стола, готовая конспектировать каждое произнесенное слово. Через пару мгновений в притихшем кабинете, переступив порог переговорки, появились ПолПот и мужчина. Нет, не так, Мужчина. Действительно, что-то общее с Броснаном у него было, только волосы чуть светлее, зато плечи шире, ростом повыше, лицо более...серьезное, сосредоточенное. Одним словом, красавчик. ПолПот шел впереди него и все время оглядывался, словно боялся, что этот Спаситель передумает, развернется и уйдет. Но они дошли до стола президиума, заняли там свои места. Юлька жестами призвала собравшихся к тишине. Со своего места поднялся ПолПот, откашлялся и начал говорить. Его слушали так внимательно, как никогда в жизни, тишина в зале стояла...мертвая. Даже любители шепотом комментировать слова руководства и те сегодня молчали.

- Дорогие товарищи, - немного хриплый старческий голос шефа сегодня в этой тишине звучал довольно громко. - Вы все знаете, что в последнее время… Поэтому мы пригласили Александра Васильевича Лоскутова, известного кризис-менеджера, который…

ПолПот продолжал говорить, а сам призванный «Мессия» исподлобья разглядывал коллектив. Его взгляд двигался от одного лица к другому, словно запоминал каждого находящегося здесь сотрудника раз и навсегда, оставляя о нем данные в своем «накопителе» информации. Когда его сканирущий взгляд дошел до Татьяны, ей захотелось съежится и превратиться в тень. Но, на удивление, он чуть дольше задержал на ней свой взгляд. Татьяне даже показалось, что у него дернулся уголок губ, но она быстро заставила себя прекратить об этом думать и постаралась слиться с серой стеной переговорки.

Представление «Мессии» заняло около получаса, сначала выступал ПолПот, потом сам Александр свет Васильевич озвучивал свои видения выхода из создавшейся жо...кризиса. Потом ПолПот представил ему начальников отделов, с которыми новый шеф решил поговорить отдельно в своем кабинете, чтобы не отвлекать других сотрудников от возложенных на них обязательств. На этом представление было закончено и притихший офисный планктон стал расплываться по своим рабочим местам, как было велено старшими товарищами.

Зато когда через пять минут главные сплетницы офисов собрались в «чайной», воздух звенел от женских голосов, который наперебой делились своими впечатлениями. Татьяна тоже пришла туда вместе со своей соседкой по кабинету и заняла свое обычное месте в глухом углу, где ее никто обычно и привычно не замечал.

- Нет, вы видели, как он на меня посмотрел? - от всей души радовалась Жанна Костроминская, еще одна офисная дива, возле которой во время презентации стояла Татьяна. - Боже! Я думала, что умру! Такой взгляд, мне прямо захотелось поддаться и пойти прямо к нему.

- Не выдумывай, - обиделась Галка, - он на всех так смотрел. - И на меня тоже.

- Не-е-е-ет, он мне улыбнулся! - Жанна не стала упускать из своих рук минуту славы. - Он посмотрел на меня и улыбнулся! А ты сидела совсем в другом ряду. Он тебя даже не заметил.

- Тихо, девочки, - прикрикнула на них Клара Семеновна, начальница отдела, в котором работали Татьяна, Елена и Галка. - Никому он не улыбался, не выдумывайте. Давайте заканчивайте с чаепитием и расходитесь по рабочим местам. А ты, Татьяна, - вдруг она обратилась с девушке, - подготовь документы, о которых мы говорили. И будь готова ответить на все вопросы руководства.

- Я? - Татьяна испуганно посмотрела на свою начальницу.

- Ты, а кто еще? - деланно удивилась начальница. - Кто у нас ведущий специалист? Я же тебе еще неделю назад давала задание. Или ты его не выполнила?

- Почему? Выполнила, - Татьяна покраснела до корней волос. - Я еще в пятницу послала Вам на почту все необходимое.

- Я видела. Но мало ли начальству захочется услышать подробности. Поэтому подготовься и будь готова. Я позову тебя, когда надо будет.

Все притихли и слушали диалог женщин, кто с интересом, кто со злорадством, что у этой тихони ни черта не получится и она облажается по полной, а кто с ревностью, что ее первой увидят глаза «Мессии».

- Хорошо, - совсем тихо пролепетала Татьяна и поспешила покинуть «Чайную».

Она на трясущихся ногах дошла до своего кабинета, с трудом смогла попасть ключом в замок, потом просто рухнула на свое рабочее кресло, закрыла лицо руками. Еще ни разу ей не угрожали вот таким вот «представлением» пред ликом руководства. Она всегда старалась избегать заходов в большие кабинеты.

Ей не дали расклеиться окончательно, так как почти сразу же следом за ней в кабине ворвались ее соседка Ленка Самойлова, а также Галка, Жанка и Тошка.

- Ты смотри на нее! - возмущалась Жанка. - Почему нашему «Колобку» так везет?

- Отстань, ты разве не видишь, что она сейчас сознание потеряет? - бросилась на защиту своей соседки Елена.

- А я бы не отказалась поменяться с ней местами, - мурлыкнула Галка, мечтая о чем-то своем. - Тань, может я вместо тебя схожу?

- Так, девчонки, что за совещание? - раздался с порога голос Клары Семеновны. - Жанна, а не пора ли тебе в свой отдел удалиться? Галя, у тебя что, дел нет? Я сейчас тебе найду чем заняться.

Через минуту в кабинете остались перепуганная насмерть Татьяна и сочувствующая ей Елена. Часы отсчитывая последние минуты спокойной жизни. Раздавшийся среди гнетущей тишины звонок внутреннего телефона на столе у Татьяны заставил обеих девушек подпрыгнуть на своих местах.

- Да? - подняла трубку Татьяна.

- Танька, срочно в кабинет к шефу с бумагами, - раздался голос «Стеклышка». - Да не бойся ты так. Он пока еще никого из окна не выбросил.

-Ну, ни пуха, ни пера, - пожелала соседка.

- К черту, - ответила Татьяна, судорожно собирая бумаги и направляясь в кабинет руководства словно на казнь.

Глава 3

Глава 3.***

В приемной ее встретила Юлька, которая с нетерпением ждала Татьяну прямо возле двери шефа и от нетерпения притоптывала ногой. Секретарь придирчиво оглядела девушку с головы до ног, скривила лицо, потом махнула с таким выражением «ладно, тут ничего не поделаешь, так сойдет», постучала в дверь, заглянула в кабинет:

- Александр Васильевич, Татьяна Колобанова пришла.

- Пусть заходит, - раздался голос кризис-менеджера.

Татьяна закрыла глаза, прижимая папку к груди, как спасательный круг, молча мысленно перекрестилась и сделала шаг в пропасть. Но на ее удивление, она не провалилась в ад, а смогла доковылять на трясущихся ногах до стола для заседаний, за котором устроились новое и старое руководство, все начальники отделов. Клара Семеновна глазами показала Татьяне, куда она должна сесть.

Татьяна села на краешек офисного креста и чуть не упала с него, так как оно вдруг решило откатиться от ее задней выдающейся части куда подальше, словно издеваясь на девушкой. Она успела кинуть папку на стол и поймать беглеца за подлокотник, сесть, придвигаясь ближе к столу.

- Татьяна Ильинична, наш ведущий специалист. Она сейчас подробно ответит на все возникшие вопросы, бодрым голосом отрапортовала начальница.

Клара Семеновна сделала Татьяне страшное лицо, грозя всеми смертными казнями, если она не оправдает возложенное на нее доверие и подведет отдел. Татьяна судорожно сглотнула и покосилась на бутылки с водой, которые украшали стол. Новый шеф заметил ее затравленный взгляд, полный надежды на освежающую влагу, дотянулся до бутылки, открыл крышку, наполнил стакан и протянул его Татьяне.

- Мы все волнуемся. Не переживайте, все будет хорошо. Выпейте и Вам будет легче.

Татьяна взяла из его рук стакан, приникла к нему губами и одним махом выпила половину под удивленные взгляды руководства фирмы. А еще она заметила легкую улыбку на красивых губах нового начальника, как его там? Александра Викторовича, Владимировича, Васильевича? У нее имя начальника напрочь выпало из головы, что заставило снова судорожно сглотнуть.

- Татьяна, мы ждем, - в чувство ее привел голос Клары Семеновны. - Александр Васильевич очень хочет услышать от тебя…

Татьяна выдохнула, значит «Васильевич». Она заставила себя улыбнулся, взяла себя в руки и открыла папку.

Когда все вопросы к ней были заданы и она ответила на них, выпив еще стакан воды, с души упал камень, даже руки перестали трястись. Клара Семеновна была довольна, что читалось на ее лице. Татьяне даже показалось, что Александр Васильевич смотрит на нее с любопытством и улыбается. Она даже посмела поднять взгляд на его лицо. Губы нового шефа оставались сжатыми, но вот в глазах она заметила улыбку.

- Спасибо, - поблагодарил ее кризис-менеджер. - Вы хорошо подготовились и мне понравились некоторые Ваши предложения. Будем их рассматривать…

Что еще он говорил, Татьяна уже плохо слышала сквозь шум в ушах, просто иногда кивала головой. Только смогла уловить, когда ей разрешили покинуть кабинет.

- Ну как? Что говорил? Как он? А ты как? - набросились на нее прямо в приемной Юля, Ленка и Галка.

- Ой, девочки, не спрашивайте, - проговорила она голосом приговоренного к казни, просящего о помиловании. - Дайте до кабинета дойти и валерьянки выпить.

- Судя по твоему лицу, тут валерьянки мало будет. Лучше водочки, говорят, она от всех нервов, - засмеялась Елена. - У меня где-то бутылочка зашхерина. Пошли, а то на тебе лица нет.

Клара Семеновна появилась в кабинете примерно через полчаса.

- Молодец, Татьяна. Несмотря на то, что волновалась, но ответила достойно, даже Лоскутов похвалил тебя и наш отдел.

Девчонки насели на начальницу, пытаясь выпытать у нее подробности, а Татьяна отключилась от разговора и зависла. Она даже не заметила, как Клара Семеновна махнула на нее рукой, когда Татьяна не услышала ее вопроса, и ушла.

До вечера хватило разговоров, офис снова шептался по углам. Кому-то повезло меньше, чем отделу Клары Семеновны, кого-то грозили уволить, кого-то сократить. Основные репрессии ожидались на следующий день.

***

Вторник начался с того, что Лоскутов вместе со всеми начальниками отделов прошелся по владениям фирмы, заходил в каждый кабинет, что-то осматривал, обсуждал, потом закрылся в своем кабинете. После обеда Юлька донесла, что принято решение отдать один этаж в целях минимизации расходов, уплотнить сотрудников в оставшихся кабинетах и началось великое переселение народов, которое длилось двое суток. К Татьяне и Елене подселили Галину, но и после этого у них в кабинете осталось достаточно места для разгула души. Потом посыпались задания и указания. Часть сотрудников все-таки были уволены, кто-то понижен, кому-то преподнесли последнее китайское. Татьяну еще два раза вызывали в кабинет к шефу, чтобы обсудить с ней рабочие вопросы. Понемногу она привыкла к Александру, который так и просил его называть — без отчества, и уже не дергалась, когда звонил внутренний телефон.

Потекли напряженные рабочие дни, появилась уверенность, что жизнь фирмы налаживается. Первая зарплата, полученная при Лоскутове, порадовала сотрудников. Остальной долг обещали вернуть чуть позже. Сотрудники проникались к кризис-менеджеру уважением, а дамы еще и любовью. Причем некоторые такой, что в кабинетах становилось жарко от их матримониальных планов. Не отставала от общего числа влюбленных Галина, которая не могла и часа прожить, если не начнет разговор о том, какой же «Сашенька хороший, милый, красивый, лучшевсешный». Елена закатывала глаза. Александр ей был не интересен, так как у нее уже был любимый муж, с которым они изо всех сил пытались «сделать» ребеночка, поэтому каждый вечер спешила в свое семейное гнездышко.

А Татьяна покрывалась густой краской, стараясь не попасть под расспросы Галины, о чем так по долгу разговаривает с ней Александр в своем кабинете. А что она могла рассказать? Он вызывал ее только по делу, ни разу не делал намек на свой интерес к ней, как к женщине. Правда, иногда смотрел на нее с какой-то теплой улыбкой, от которой по телу расползались робкие мурашки и хотелось улыбнуться в ответ.

Их всезнайка Наталья Ушкина уже устала собирать «последние сплетни» о Лоскутове. Ни в чем провокационном он не был замечен, женщины к нему на работу не приходили, ни с кем он в офисе не флиртовал. Всех желающих познакомиться с ним поближе женщин вежливо останавливал на подлете к своему телу. Ну просто образец мужской стойкости. Все красавицы фирмы гадали, почему этот Джеймс Бонд не может выбрать себе кого-нибудь из них, ведь столько трудов и денег было затрачено в салонах красоты. Они пыхтели по углам кабинетов, в «чайной», в курилке и в зале кафешки, рядом с бизнес-центром, куда ходили обедать. Иногда в этой кафешке появлялся сам Александр, желал всем своим сотрудникам, которые находились там, приятного аппетита и всегда занимал отдельный столик, не очень-то радуясь когда кто-нибудь из охотниц пытается занять место рядом с ним.

Как-то Татьяна засиделась в кабинете допоздна, выполняя ответственное поручение руководства, подняла голову от компьютера, когда девчонки уже ушли домой, а за окном грозила наступить ночь. В других кабинетах уже давно наступала вечерняя тишина. Она вздохнула, решила, что утром успеет доделать, так как голова уже отказывалась соображать, потом медленно собралась, оделась, закрыла кабинет и пошла домой.

Коридоры были пустые, верхний свет потушен, даже лифт пришел сразу и пустой. Она одна в кабинке спускалась на первый этаж, представляя, как сейчас вернется в свою съемную квартиру, поужинает и ляжет спать. Но когда вышла на крыльцо, рядом с ней остановилась большая черная машина. Со стороны водителя опустилось стекло.

- Добрый вечер. Домой? Давайте подвезу, - предложил Александр Васильевич.

- Ой, что Вы. Спасибо, конечно, но я доберусь сама, - испуганно отмахнулась Татьяна. От осознания, что он предлагает подвезти ее хотелось упасть в обморок.

- Танюш, время уже позднее, Вы сегодня устали. И что-то мне подсказывает, что даже пропустили обед.

Таня удивилась, а ведь действительно, ее с утра Клара Семеновна загрузила заданием и она даже не сходила в кафе. Перебилась только кружкой чая с сухариком. Вместо ответа она просто пожала плечом.

- Вот! И я не успел пообедать. А есть очень хочется. Я собирался заехать в очень уютное место. Хотел бы попросить Вас составить мне компанию. Ну, разрешите себя уговорить?

Его голос звучал так соблазнительно и глаза смотрели с таким интересом, надеждой, что Татьяна, не зная почему, вдруг решилась. Возможно, пережить очередной скучный вечер в одинокой квартире за подглядыванием чужой жизни под названием «сериал» не хотелось. И так захотелось почувствовать себя женщиной, которую приглашают, хоть не на свидание, но вот на такой дружеский ужин. И глаза Александра говорили о том, что она нравится ему.

- Знаете, я согласна, - она улыбнулась и кивнула головой, скорее себе, чем мужчине.

Александр широко улыбнулся в ответ, словно обрадовался ее согласию, вышел из машины, помог ей занять место на переднем сиденье рядом с собой. Почему-то Татьяне казалось, что он сейчас сорвется с места и помчится по вечерним улицам, но он ехал спокойно, даже медленно, огни улиц не сливались в одну сплошную полосу. С ним было так комфортно и безопасно, что она через пару минут расслабилась и даже позволила себе несколько раз посмотреть на шефа. Он вел машину в расслабленной позе, положив локоть левой руки на дверцу, изредка поворачивая голову чтобы проследить за дорожной обстановкой. В полутьме салона Татьяна видела его красивый профиль. Когда-то давно она мечтала найти мужчину, за которого хотела бы выйти замуж и он в ее мечтах был похож на Александра. От этой мысли ее сердце заколотилось, она сжала руки в замок, чтобы унять дрожь пальцев, отвернулась к своему окну, чтобы он не увидел ее полыхающие румянцем щеки. В салоне тихо играла приятная музыка, которая добавляла какого-то уюта и спокойствия, хотя Татьяну продолжало трясти на нервной почве.

Минут через десять Александр остановил машину возле двухэтажного дома, где на первом этаже расположился ресторанчик. Он помог Татьяне выйти, не отпуская ее руки, прошел с ней в зал. Администратор тут же провел их за столик, который оказался возле большого окна и был немного погружен в тень. На столе горела свеча, придавая всей обстановке романтического настроения.

Ужин прошел довольно мило. Татьяна удивлялась самой себе, как она спокойно общалась с мужчиной. Такого опыта у нее никогда не было, мужчины никогда не приглашали ее в рестораны, на свидания, прогулки, не дарили цветы. Она думала, что будет сидеть сейчас рядом с этим красавцем-мужчиной словно заколдованная, но он с первых же мгновений повел себя так, словно давно хотел поговорить с ней, вот так провести милый вечер. Они рассказывали друг другу о себе, словно старые знакомые и улыбались.

Она даже не заметила, как пролетели три часа их...свидания? Нет, конечно же это было не свидание, а просто дружеский ужин. Ведь сам Александр так и сказал. Потом он подвез ее до дому, несмотря на ее горячие протесты, что может добраться сама.

- Танечка, позвольте мне подвезти домой понравившуюся мне девушку, - тихо сказал Александр, склоняясь почти к самому ее лицу.

«Понравившуюся девушку», словно на репите звучали эти слова в ее голове, когда они ехали в машине, когда прощались возле ее подъезда, когда она уже лежала в своей постели, уставившись в белый потолок.

«Что это значит? - думала девушка. - Разве я могу понравится такому мужчине, как Александр? Вон сколько красавиц вокруг, а он пригласил меня? Не может быть, чтобы понравилась. Ну или понравилась, как сотрудница. Ведь он же хвалил меня, принял мои предложения. Точно — я нравлюсь ему как сотрудница. Ну не может ему нравится девушка с такой пышной фигурой. Такие мужчины любят моделей, а я и близко с ними не стояла».

Мысли всю ночь бродили у нее в голове, не давая спать. Она под утро уже не вытерпела, поднялась и пошла на кухню пить что-нибудь успокаивающее. Но и валерьяна в сочетании с успокаивающим сбором плохо действовали. Когда до будильника оставалось полчаса, Татьяна плюнула, пошла в душ, решила навести сегодня красоту, раз уж так и не ложилась спать.

Ее преображение сразу же было замечено соседками по кабинету.

- Колись, подруга, для кого причесочка, каблучки, платьишко? - пристала Галина.

- Да, ты сегодня какая-то не такая, - поддержала ее Елена. - И светишься изнутри. Признавайся, кто этот счастливчик?

- Девчонки, ну почему сразу «счастливчик»? Может, я просто решила немного себе любимой внимание уделить?

- Не верим, - настаивала Галина. Я тебя три года знаю, а впервые вижу, чтобы ты ресницы накрасила.

Татьяне удалось сдержать пыточный натиск и не сознаться, что вчера вечером она просто ужинала вместе с Сашей. Он же просил себя так называть?

- Танюша, прошу, называй меня «Саша», а то «Александр» мне уже на работе надоел, - улыбнулся ей мужчина.

- Я не обещаю, что так сразу, но попробую, - ответила она, краснея.

Выдержав сегодняшний день Татьяна дала себе слово больше не «приукрашивать» свою личность, иначе девчонки точно заклюют ее. Вот и Жанка ходила и искоса поглядывала на нее, словно она у нее кусок хлеба из-под носа украла.

Глава 4

Глава 4.***

Татьяна не верила, что могла как-то заинтересовать Александра, понравиться ему, ну не хотела верить и все тут. Когда они на следующий день после ужина встретились на работе, он улыбнулся ей такой светлой улыбкой, что ее сердечко готово было пуститься в пляс. Но она скромно опустила глаза, кивнула на его приветствие и прошла мимо. Она никогда не покажет, что ей до одури хотелось бы повторить такой «ужин».

На общих совещаниях, которые руководство проводило раз в месяц, Татьяна иногда ловила на себе короткие взгляды Саши, в которых видела его интерес. Но постоянно сидящая с ними в компании Жанка принимала эти взгляды на свой счет, а потом разносила сплетни о неземной любви начальника к ней. Галка крутила возле виска пальцем, пытаясь успокоить слишком впечатлительную подругу.

- Жанка, если бы он в тебя влюбился, то об этом уже знал весь офис. Хватит фантазировать.

- Ты просто завидуешь мне. Вот увидишь, еще немного и он будет моим.

- Даже спорить не буду. Александр не тот, кого можно в ловушки заманить.

- Ты точно завидуешь мне, ведь он на тебя даже не смотрит!

- Это на меня не смотрит? - тут же вспыхивала Галина. - Между прочим, мы пару раз с ним за одним столиком обедали. И еще вчера он сделал мне комплимент, сказал, что я прекрасно выгляжу.

Татьяна слушала перепалку заклятых подруг и умирала от ревности. Все в офисе видели, как эти двое не оставляли свои попытки доказать Лоскутову, что именно одна из них будет достойной женой такому мужчине. Их день начинался и заканчивался хвастовством достижений дня — кому больше он оказал внимание, чем-то напоминая мачеху их «Золушки», которая подсчитывала, сколько раз обратился к ее дочери.

***

Прошел месяц после ужина, Татьяна старалась даже не вспоминать о нем. Ну конечно же, разве она достойна внимания такого мужчины. Однажды ее сомнения подтвердились. В выходной день она решила устроить себе прогулку по магазинам со словами: «Не куплю, так хоть присмотрюсь, узнаю, что носят люди». Она обошла уже несколько торговых центров, устала и так захотела есть, что готова была купить простой батон и есть прямо на хочу. Но увидела небольшое кафе, решила зайти, потратиться немного на себя.

Она уже вошла в зал, когда увидела в углу зала Александра у окна. Он сидел к входу спиной, за столиком с молодой девушкой, на вид 20-25 лет, с темными волосами, модно и со вкусом одетой. Они ели и о чем-то весело переговаривались. Иногда мужчина брал девушку за руку и что-то говорил ей, наклонившись ближе к ее лицу. На слова Александра девушка улыбалась такой радостной улыбкой, что у Татьяны защемило сердце в дикой ревности. Она развернулась и поспешила выйти из кафе, пока на нее не обратили внимание и не заметил Александр.

Всю дорогу домой она шла, глотая слезы обиды, и ругала саму себя: «Ну точно дура, у него девушка есть, вон как они счастливы, он так никогда при мне не смеялся». Скромная мысль о том, что она не так много общалась с Александром и не имеет права ревновать его, так как мужчина никогда не предлагал Татьяне каких-то отношений, не клялся в верности и не строил их будущее была выгнана сразу же с позором из головы. Зато ревность и обида праздновали свою победу, разъедая кислотой грудь.

***

Примерно еще через месяц в один из дней Татьяна, успев успокоить своих внутренних демонов, снова задержалась на работе и увидела на стоянке перед бизнес-центром Александра, который шел к своей машине. Она поспешила уйти, чтобы не попасться ему на глаза, но он вдруг обернулся, заметил ее и остановился.

- Танюша? Добрый вечер. Снова задержались?

- Да, так получилось, - она сделала еще пару шагов от него.

- Хотите, подвезу домой? Я бы пригласил на ужин, но сегодня мне надо быть в одном месте, но мне как раз по пути.

- Это не удобно, у Вас дела…

Память услужливо подкинула образ темноволосой девушки, с которой так счастливо улыбался Александр.

- Танюш, если я предлагаю, значит ничего неудобного. Давайте, прошу в машину.

Он подошел к ней, взял за руку, подвел к машине, снова помог ей сесть в этого высокого четырехколесного монстра и вывел машину со стоянки. Сегодня он точно торопился, так как вел машину чуть быстрее, несколько раз отвечал по телефону своему собеседнику, который говорил женским голосом, что скоро подъедет. Татьяна слушала его разговор и закусывала губу от отчаяния.

- Александр, прошу, не стоит меня подвозить прямо до дома. Остановите на остановке, я там пешком добегу.

- Танюша, уже поздно, я не могу оставить девушку на улице одну. Я потом перестану считать себя мужчиной. И мне очень принято подвозить Вас. Я бы мог предложить заезжать за Вами утром.

- Что Вы! - замахала она испуганно руками. - Не надо, ни в коем случае.

- Почему? - его брови удивленно поднялись вверх.

- Не хочу, чтобы по офису сплетни поползли. Да и мне неудобно перед Вашей девушкой.

- Девушкой? У меня нет девушки. А какие сплетни? - не понял шеф.

«Нет девушки? А кто же тогда эта темноволосая?» - так и хотелось спросить его, но Татьяна промолчала, только ответила на вторую часть вопросов.

- Да всякие. Вы просто возможностей наших женщин не знаете. Они из всего смогут сплетню создать. А тут Вы и подвозите какую-то сотрудницу. Мне потом можно будет сразу увольняться, житья мне не дадут.

Александр рассмеялся, а Татьяна снова не узнавала себя, что она вот так спокойно разговаривает с шефом, даже «жалуется» ему, словно кто-то на это время подменял ее другой версией Татьяны. Александр довез ее до подъезда, взял осторожно ее руку и поцеловал.

- До завтра? - спросил он, глядя в глаза.

У Татьяны ком встал в горле, перехватило дыхание, она смогла только кивнуть головой в ответ.

Он не стал дожидаться, когда девушка зайдет в подъезда, сразу же уехал. Татьяна долго стояла у окна, разглядывая улицу, подъездную дорожку, где недавно стояла машина Александра. Может и правда, та темноволосая не его девушка, просто хорошая знакомая? Робкая надежда, что все-таки она нравится Александру, тихо открывала дверь в ее сердечко.

***

Через неделю выпал первый снег. Город сразу же преобразился, принарядился белым цветом. Оставшиеся на деревьях листья пытались стряхнуть с себя холодные хлопья и обильно посыпали прохожих белыми комьями.

Татьяна с утра не выглянула в окно и надела осенние полусапожки, которые совершенно не были приспособлены к ходьбе по снегу. Если ей удалось доковылять до своей остановки, а потом и с остановки до бизнес-центра, но вот на «мраморном» скользком крыльце, который щедро посыпался непрекращающимся снегом, везение отвернулось от нее. Ее нога поехала по гладкой ступеньке крыльца и она умудрилась растянуться перед всеми и в добавок еще сломать каблук. Сразу захотелось плакать, но не успела ничего сделать, как крепкие руки помогли ей встать и придержали, чтобы она снова не упала. Татьяна подняла голову и увидела обеспокоенное лицо Александра.

- Танюша, с тобой все нормально?

Она от неожиданности даже не поняла, что шеф перешел с ней на «ты».

- Вроде, - пробормотала она и попыталась встать на ногу, которую успела еще и подвернуть. - Ой, больно.

- Так, подожди, не двигайся. Я сейчас.

Шеф отошел от нее, завел свою машину, быстро подъехал к девушке, которая пыталась устоять на одной здоровой ноге и не совсем целом каблуке. Александр подрулил прямо к ней, вышел из машины, открыл заднюю дверь, а потом...взял Татьяну на руки и посадил в салон. И все это на глазах сотрудников, которые так и застыли в немом изумлении. Она даже не успела ничего понять, как машина тронулась с места. Она через окно только успела увидеть пораженные лица спешащих на работу сотрудников. Среди них увидела поджатые губы Жанки и ее злющий взгляд. О плохом девушка решила не думать, сейчас было главное выяснить, куда ее везет начальник.

Она уже хотела задать свой вопрос, но он сам повернулся к ней и сказал:

- Танюш, я написал очень хорошему доктору. Он тебя примет, посмотрит, вылечит. Поверь, он очень хороший доктор, знает толк во всяческих травмах.

- Спасибо, - она только и смогла выдавить это из себя. Ей было так неудобно, но очень приятно. Раньше никто никогда не заботился о ней, тем более, не носил на руках. Она сидела тихо на своем месте и отчаянно краснела, вспоминая сильные руки мужчина.

В клинике их приняли быстро, доктор оказался очень приятным человеком. Он успокоил Татьяну, сказал, что ничего страшного с ногой нет, обычное растяжение, но довольно сильное, дал рекомендации, выписал назначения. Он наложил повязку, после чего Александр снова поднял Татьяну на руки и понес в машину, посадил аккуратно на заднее сиденье, где ее ноге будет удобнее.

- Александр Васильевич, зачем… не надо, прошу, я могу идти сама, - лепетала девушка не его руках. - Вам же тяжело, я же тяжелая..

- Танюш, я готов носить тебя на руках всю жизнь, - он улыбнулся ей. - И кто тебе сказал, что ты тяжелая?

- Но…, - она замолчала, вдруг осознав, что он только что ей сказал. Снова залилась краской стыда.

По дороге на работу Александр неожиданно изменил маршрут, подъехал к торговому центру.

- Танюш, посиди немного, поскучай. Я быстро.

Он вышел, а Татьяна сидела в машине и снова повторяла «готов носить на руках всю жизнь». Зачем он так с ней играет? Такого не может быть, чтобы Он вот так относился к ней, простой девушке, не самых изящных форм. Но он так спокойно нес ее на руках, словно это было ему не трудно. И еще вертелся вопрос на языке о девушке, с которой она видела мужчину. Но его она спрятала так глубоко, чтобы ненароком не проговориться. Не ее это дело спрашивать про девушку, прав у нее таких нет.

Александр вернулся минут через тридцать с большой коробкой в руках. Он открыл заднюю дверь машины, подал Татьяне коробку.

- Надень. Это будет лучше, чем твои «коньки». Хорошо, что ногу не сломала. А это сапоги точно не скользят. По крайней мере, меня уверили, что они не будут кататься по снегу.

Его слова звучали с такой заботой, что все другое для Татьяны перестало существовать.

- Александр Васильевич, зачем Вы, - она приложила ладони к своим пылающим щекам, удерживая коробку на коленях.

- Затем. Я забочусь о своих сотрудниках и мне важно их здоровье. Тем более, ты мне нравишься и я не могу допустить, чтобы ты пострадала.

- Александр Васильевич, я верну Вам деньги, - прошептала она и нарвалась на его взгляд. Такого немого упрека она еще ни разу не видела в своей жизни. Словно смертельно оскорбила мужчину. И слова «ты мне нравишься» словно парализовали ее волю.

- Я вижу, что ты сама не сможешь надеть их, поэтому помогу.

Не слушая ее возражений, шеф открыл коробку, достал красивые замшевые сапоги на небольшой танкетке. Потом взял ногу Татьяны в «упаковке» бинтов и аккуратно обул ее в новый сапожек. Затем расстегнул «пострадавший» сапог, снял его. У Татьяны билась одна мысль в это время: «Лишь бы колготы не оказались рваными. А то было бы позорище». Но ей повезло, колготки оказались целыми. Он надел второй сапожек. Ногам сразу стало тепло и комфортно, словно их специально шили на нее.

- Ну вот, совсем другое дело. А эти мы выкинем.

Он, не спрашивая, взял ее старенькие осенние сапоги (которые, к слову, Татьяна носила уже третий сезон и настойчиво требовали ремонта) и просто выбросил в стоящую неподалеку урну. Потом быстро сел за руль и направил машину к офису. Народ у входа давно разошелся.

- Александр Васильевич, умоляю, я сама выйду. Не надо меня на руках носить, - взмолилась девушка, когда шеф протянул к ней руки, чтобы снова отнести ее к месту назначения. - Прошу, не надо этого делать. Просто поддержите меня. Я дойду, ноге уже легче.

Он ничего не ответил, помог выйти из машины, а потом проводил под руку до самого рабочего места, собирая на своем пути любопытные взгляды всех сотрудников.

Когда шеф вышел из кабинета, к ним тут же ворвалась Жанка и зашипела змеей.

- Нет, ты подумай! Кто бы знал, что наша скромница такая наглая. Это же ты специально свалилась ему под ноги? Да? Отвечай.

- Жанна, ты чего? - удивилась Татьяна. - Какой специально? Я чуть ногу не сломала. Да и каблук на сапогах сломала. Одни неприятности.

- А откуда тогда у тебя эти сапоги? - сощурила в злобном гневе Жанка. - Что, подарок шефа?

Галка сидела в своем углу. Ей тоже было завидно, что не она оказалась на руках шефа, но поддерживать свою заклятую подругу она не стала. Она сама видела, как Танька «навернулась» со всей дури и сидела чуть ли не плакала. А что шеф оказался рядом, так это случайность. Но Жанка не успокаивалась, продолжала наскакивать на Татьяну, которая уже не знала куда деться от ее злых обвинений.

- Так, хватит! Прекрати, - хлопнула ладонью по столу Елена. - Жанка, ты следи за своими словами. Совсем что-ли свихнулась?

- А я разве не права? Разве она не хотела попасть на ручки нашего Сашуни? И расскажи, как там?

- Да пошла ты, - прохрипела Татьяна сквозь слезы. Она предполагала, что сегодняшнее событие так просто не пройдет.

Костроминская еще пару минут пыхала ядом, потом удалилась из кабинета. Соседки по кабинету не стали комментировать ее слова, уткнулись в свои бумаги.

Если Татьяна думала, что на этом все неприятности для нее закончились, но судьба решила испытать ее до конца. В обед открылась дверь и на пороге появился Александр Васильевич, который принес упакованный в фирменную коробочку кафе обед, поставил его на стол перед Татьяной. Галина пошла красными пятнами, сжигая ее взглядом, а Елена с интересом наблюдала за происходящим.

Когда он ушел, Татьяна тяжело вздохнула, немного подумала, желая избавиться от этой вкусно пахнущей коробки, но передумала. Утром она так и не успела выпить кофе ни дома, ни на работе. Желудок требовал пищи. Она аккуратно открыла упаковку и принялась за еду.

Галка молчала весь день, только чаще выходила из кабинета, видимо или обсудить с кем-то последние сплетни, либо встретиться с Жанкой. Слава Богу, Костроминская больше не появлялась.

А вечером, пока еще Елена и Галина были на своих местах, но уже собирались уходить домой, снова открылась дверь и вошел улыбающийся начальник.

- Татьяна, ты готова? Поехали, я тебя подвезу.

Его тон не терпел никаких возражений. Она только кивнула головой, выключила компьютер, допрыгала при помощи Александра до вешалки, надела пальто.

- До завтра, девочки, - простилась она со своими соседками, вся пунцовая от стыда.

- До свиданья, - вежливо попрощался шеф, придерживая Татьяну под руку.

Глава 5

Глава 5. ***

Целую неделю Александр утром забирал Татьяну на работу, вечером отвозил домой. Она пыталась убедить его, что не стоит так делать, пряталась, но он не слушал, находил ее и под взглядами всего офиса вел к машине.

- Танюш, давай договоримся так. Я хочу подвозить тебя и буду это делать. Мне наплевать, что будут говорить в конторе. Это только наше дело, я никому не разрешу лезть в наши отношения.

- Но Александр, я так не могу! Вы потом уедете, а мне оставаться здесь.

- А может я тебя с собой заберу, - улыбнулся он.

- Саша, послушайте. Я прекрасно понимаю, что совершенно не подхожу Вам. Вам нужна совершенно другая женщина.

- Какая? - он смотрел на нее такими глазами, словно она своими словами обидела его.

- Молодая, красивая.

- Ты молодая, красивая.

- Нет, мне скоро тридцать лет и я не красивая... полная, - она хотела сказать «толстая», но в последний момент заменила слово.

- Мне тридцать четыре. И мне нравятся девушки пышных форм.

- Саша, все равно Вы не поймете меня. Мы не сможем быть вместе, мы из разных слоев.

-Ты о чем, Танюша? Какие слои? Кто тебе всю эту чушь в голову вбил? Мы не в средневековье, я сам могу выбирать, с кем хочу общаться, решать, какие женщины мне нравятся.

- Саша, обратите внимание лучше на Жанну или на Галину. Они гораздо лучше подойдут Вам. И вообще, у Вас…

Она хотела сказать, что у него уже есть девушка, но снова промолчала.

- Зачем они мне? Ни одна, ни другая мне совершенно не нравятся. А если будут распускать слухи, я просто уволю их. Костроминскую я уже предупредил. Галина Юшкина поняла сама.

Она пыталась достучаться до него, чтобы он понял и оставил ее, оградил от своего внимания. И так уже вся контра бурно обсуждала их «роман», хотя его ив помине не было. Таня уже боялась лишний раз выйти из кабинета. Даже Клара Семеновна косилась на нее, но пока ничего не говорила.

А Лоскутов не оставлял своих попыток завоевать внимание Татьяны. Она пыталась спрятаться от него, раньше уходила с работы, но он ловил ее возле дома, увозил ужинать в какой-нибудь ресторанчик, но ей часто удавалось отказаться от столь заманчивого предложения. Но когда ему удавалось убедить ее и согласиться на ужин, их разговоры не отличались той душевностью какая царила в первый раз. Татьяна стала огрызаться, пыталась своим поведением оттолкнуть мужчину, чтобы он прекратил преследовать ее. И каждый раз не выходила из головы картинка, где Лоскутов обедает с темноволосой девушки, которая так счастливо смеется над его словами.

Однажды мужчина снова подвез ее до дому, но не дал выйти из машины, заблокировав замки.

- Танюш, скажи, почему ты избегаешь меня? Разве я тебе не нравлюсь?

- Я не знаю, - захотелось расплакаться.

- Тань, разве я сделал что-то плохое тебе?

- Нет, но я не...могу. Прошу, отпустите меня.

На языке так и крутились слова: «у тебя другая, так зачем ты пристаешь ко мне, зачем мучаешь меня?», но она сжимала зубы и молчала.

- Хорошо, я дам тебе еще время привыкнуть ко мне. А пока приглашаю тебя к себе в гости. У меня в эти выходные день рожденья, хочу отметить его у себя дома, с тобой.

- Саша, я…, - она снова не знала, что ему ответить.

Ее душа разрывалась на мелкие кусочки, ее тянуло к мужчине, хотела быть с ним, быть его. Но в это же время кто-то у нее голове твердил: «Таня, одумайся, кто он и кто ты. Ты старая и толстая, он просто издевается над тобой. У него в любой момент может быть любая красотка. Да она уже есть у него. А ты? Посмотри на себя! Ты просто страшная, а он забавляется с тобой».

Поговорить с кем-то об Александре ей было не с кем. Подруг она так и не нажила. Звонить маме, которой было интересно только здорова ли ее доченька и хорошо ли питается, было бессмысленно. Мама и не поймет ее, просто начнет причитать, что такой мужчина оказывает ей внимание, а она еще артачится, чего-то выбирает. Мама была простых взглядов — если ухаживает, значит нечего и кочевряжиться.

И Татьяна продолжала сопротивляться своим чувствам. Когда Саша пригласил ее к себе на день рожденья, она решительно отказала ему.

- Нет, Саша, это невозможно.

- Почему? - какая-то грусть сквозила в его голосе.

- Ну потому…

- Ты еще скажи, что недостойна меня.

- Да, - выдохнула она.

- Таня, а тебе разве не понятно, почему я приглашаю тебя, а не Галю или ту же Жанну?

Она молчала.

- Я не приглашаю их потому, что они мне не интересны. А с тобой я хочу общаться, ты мне нравишься. И очень прошу, приди ко мне на день рожденья. Я больше никого не хочу видеть.

- А родители?

- Они в Москве, они поздравят меня по телефону, у них свои важные дела, не приедут. Не переживай, нам никто не помешает.

- Не знаю, - начала она сдаваться понемногу.

Так хотелось поверить в то, что Александр говорит правду и она нравится ему. Но снова кто-то в голове твердил: «Ты дура набитая. Таких как ты такие мужчины не любят. Он поиграется с тобой и бросит. Вот увидишь, он встретит красивую женщину, более достойную его, лучше тебя и уйдет к ней».

- Что нет?

- Я не смогу.

- Танюша значит так, мне это надоело.

Она ничего не успела понять и сделать, как мужчина притянул ее к себе и поцеловал, жадно и страстно, словно давно желал сделать это. Она на пару мгновений потерялась в пространстве и времени и так хотелось поверить, что Александр не обманывает ее, захотелось быть с ним, быть его. И она решила дать себе шанс на счастье.

- Хорошо, я приду, - выдохнула она, когда Александр отпустил ее.

***

В субботу Александр приехал за ней. Татьяна долго выбирала, что надеть, выбрала темно-серое трикотажное платье, с которым ее глаза меня цвет и становились цвета темной стали и которое немного утягивало ее «пышности». Постаралась сделать прическу и даже (о, Боже!) сделала макияж.

Когда она вышла из подъезда и подошла к машине, возле которой ее поджидал Александр, он подвис, рассматривая ее лицо и улыбался. Татьяне показалось, что у него какая-то по-детски счастливая улыбка. Она протянула ему подарочный пакет.

- С Днем рожденья, - и потянулась поцеловать его в щеку.

Но мужчина быстро схватил ее лицо ладонями и поцеловал в губы. Татьяна была готова провалиться сквозь землю. На улице гуляли мамочки с детьми, любопытные выглядывали в окна. Она снова залилась краской стыда и поспешила сесть в машину.

***

У себя в квартире Саша помог снять пальто, а потом опустился на колени и помог, не слушая возражений, сапоги. Он достал красивые домашние тапочки, очень похожие на удобные туфли, также сам надел их девушке на ноги, потом поднялся, обнял ее, поцеловал в щеку.

- Проходи, - хриплым шепотом сказал он, не убирая от нее свои руки.

- Только Вы меня сначала отпустите, - также тихо ответила она.

Мужчина опустил руки и она пошла в комнату, которую показал Александр. Здесь был накрыт небольшой столик, красиво сервированный нежным фарфором. Посреди стола красовалась свеча.

- Могу предложить маленькую экскурсию по квартире, чтобы ты привыкла к ней.

Он взял ее за руку и повел за собой. Квартира Лоскутова показалась Татьяне шикарной, в новом ЖК, с большими балконами, просторными комнатами. Кухня вообще привела ее в полный восторг. Все было обставлено с большим вкусом и говорило о больших деньгах хозяина. И следов пребывания женщины она не увидела, что ее немного успокоило. Она даже в тайне от него, когда Саша оставил ее одну, проверила в ванной туалетные шкафчики в поисках второй зубной щетки и чисто женских штучек, шампуней и тому подобное.

Когда они вернулись к столу, мужчина обнял ее сзади, прижал к своей груди, нежно поцеловал в шею.

- Спасибо, что согласилась прийти. Это самый большой подарок для меня. Я так хочу, чтобы ты не бегала от меня, а была рядом.

- Саша, я так не могу сразу. Мне надо привыкнуть.

- Танюша, ты мне нравишься, очень нравишься и надеюсь, что сможешь привыкнуть ко мне.

Ужин прошел под тихую музыку и мерцание свечей, которые колыхались от их дыхания.

- Хочу пригласить тебя на танец, - поднялся Александр и подошел к Татьяне.

Нежная музыка повторяла тот мотив, который сейчас звучал в душе девушки. Выпитое вино приятно щекотало мысли, что может быть и стоит попробовать, решиться на что-то большее. Она закрыла глаза и полностью отдалась тому чувству, что рождалось здесь и сейчас. Она почти не заметила, как Саша стал покрывать ее лицо нежными поцелуями, притянул ее к себе плотнее. И она решилась — чему бывать, того не миновать.

***

Ночь слышала их тихий шепот, громкое дыхание, приятные стоны и стыдливо отворачивалась, чтобы не помещать двоим.

Глава 6

Глава 6.***

До Нового года оставалась неделя. Таня размечталась, что она его встретит вместе с Сашей у него дома. Они снова накроют маленький столик, включат тихую музыку, а потом под бой курантов она снова не откажет ему. Однако, когда мужчина вез ее домой, сказал:

- Танюша, я на Новый год поеду в Москву, к родителям. У мамы юбилей. Угораздило ее родиться тридцать первого декабря.

Девушка сразу же помрачнела, но постаралась не выдать своего настроения. Однако следующее предложение заставило ее вспыхнуть.

- Танюш, я хотел пригласить тебя с собой, познакомить с родителями, со своей родней. Она у меня большая дружная.

Ехать и знакомиться с родителями для нее было равно расстрелу. Она отчаянно замотала головой. Если они пару раз переспали, это еще не делало ее той, кого знакомят с родителями. И Саша еще ни разу не намекал на их более серьезные отношения. Слова, что «она нравится ему», по ее пониманию мало походили на предложение быть вместе, быть парой.

- Танюш, ты чего?

- Нет-нет, я не готова. Прости, Саша, я не поеду. Новый год, день рожденья мамы — все это семейные праздники. Я буду только мешать.

- Почему ты так решила? - он удивленно смотрел на нее.

- Я… просто не готова еще. Мне будет не комфортно. Прости, я испорчу тебе все праздники.

Александр долго уговаривал Таню поехать, но она решительно отказывалась. Мужчина даже обиделся, но не подал вида, принял ее желание.

***

Новый год Таня встречала одна в своей съемной одинокой квартире. За пару минут до курантов Александр позвонил ей, поздравил с Новым годом, она ответила ему тем же, стараясь придать голосу радости и бодрости. После его звонка на душе стало еще хуже. Она долго стояла у ночного окна, наблюдая, как за окном веселятся люди, запускают фейерверки и представляла, как бы она сейчас уютно устроилась в объятиях Саши.

Когда сотрудники вышли на работу после Новогодних каникул, Татьяна ждала встречи с Лоскутовым, но он задерживался в Москве, появился еще через неделю, был какой-то загруженный проблемами и почти не выходил из кабинета, задерживался допоздна, часто куда-то пропадал. Татьяна старалась встретиться с ним на стоянке, поджидала. Один раз ей удалось увидеться с ним. Александр куда-то спешил, но остановился.

- Привет, Танюш, извини, очень спешу. Ты прости, что так получается, но надо срочно довести одно дело до конца иначе снова фирме придет капец. Ты не обидишься, если я тебя сегодня не подвезу до дому?

- Нет, что ты. Просто...мы давно не виделись. Хотела узнать, как у тебя дела.

- А, дела, - махнул он рукой. - Наши конкуренты решили устроить нам веселую жизнь. Решили, раз я уехал к Москву, так они могут творить, что угодно. Вот сейчас пытаюсь отбиться от их подлянок. Танюш, правда, извини, тороплюсь. Меня очень важный человек ждет.

- Да, конечно.

Она сделала шаг назад, словно освобождая ему дорогу.

- Танюш, потерпи пару дней, скоро все закончится, у меня будет свободное время, которое хочу провести с тобой.

Она кивнула, Александр поспешил к машине, на ходу брелоком снимая сигнализацию, потом сел в нее и выехал со стоянки, а Татьяна поплелась на автобусную остановку.

С конкурентами война затянулась до февраля, Александр ходил сам не свой, часто куда-то уезжал, собирал совещания руководителей отделов. Юристы фирмы тоже не поднимали головы, стараясь отбить все атаки конкурентов. Клара Семеновна забросала своих девчонок заданиями, требовала немедленного исполнения, нервничала. К середине февраля враг был разбит, фирма вздохнула свободно. К этому времени Татьяна уже и не надеялась, что Саша вспомнит о ней. Но однажды вечером открылась дверь их кабинета, вошел шеф.

- Добрый вечер девушки. Танюш, я за тобой.

Она лихорадочно собралась, побежала следом за ним. Когда сели в машину, Александр притянул ее и поцеловал.

- Если бы ты знала, как я соскучился, - прошептал он ей на ушко. - Просто жутко. Извини, что так получилось. Вообще ни одной свободной минутки не было. Даже поспать не успевал.

- Я понимаю, - тихо ответила она.

- Поедем в ресторан, я снова не успел пообедать.

Татьяна кивнула головой и они снова поехали в тот уютный ресторанчик, где ужинали первый раз. Девушке казалось, что она самая счастливая на свете. Она разглядывала лицо мужчина. Он и вправду выглядел не лучшим образом, похудел, под глазами темные круги, щеки впали. Даже его красивые глаза потеряли свой блеск, осталась какая-то вековая усталость и грусть.

Разговор был какой-то не такой, как хотелось Татьяне. Она думала, что он сейчас начнет извиняться перед ней, что не уделял внимания, не звал к себе, не увозил на ужин, будет расспрашивать, как она провела праздники, даже хотелось еще раз услышать, как он скучал, тосковал. Но Саша словно опять ушел в себя, все ее попытки вывести его из «рабочего транса» получались с трудом. Он ел с аппетитом, но словно сейчас это было самым важным. Татьяну так и подмывало спросить, не решил ли он прервать с ней отношения, но держала себя в руках. Кто она такая, чтобы задавать такие вопросы.

Ужин прошел довольно скомкано, потом Саша отвез ее домой, поцеловал перед расставанием.

- Извини, Танюш, до сих пор не могу отойти от всего. Такой напор пришлось пережить впервые. Ты, главное, не волнуйся, все уже хорошо. И у нас с тобой все хорошо.

***

Со временем отношения снова наладились, они продолжали встречаться, несколько раз Татьяна приходила к Александру в гости, даже один раз осталась у него на ночь.

- Танюш, мне с тобой так хорошо, - шептал ей Саша, а она млела в его объятиях. - Может ты насовсем переберешься ко мне? Мне так тебя не хватает.

- Саша, я так не могу.

Она по-прежнему держала какую-то дистанцию, не позволяя стать ближе к мужчине, словно кто-то продолжал шептать ей: «Прекрати, уйди, это не твой мужчина, ты не достойна его. Он бросит тебя сразу же, как закончит все свои дела здесь». Ей очень хотелось чтобы он прямо ей сказал: «Таня, я тебя люблю, выходи на меня замуж», тогда бы она позволила себе расслабиться и не стала бы противиться своим чувствам. Но заветные слова все не звучали, хотя Саша при любом удобном случае называл ее «своей девочкой», прижимал к себе, постоянно звал к себе домой.

- Танюш, мой дом скучает без тебя. Я тоже сильно скучаю. Ну почему ты не хочешь перебраться ко мне?

- Нет, Саш, я так не могу. Что о нас будут говорить?

- Да мне плевать, что будут говорить! Ты мне нравишься, я хочу быть с тобой. Остальное мне не важно.

- Саш, извини, но я не могу.

С каждым днем нервы Татьяны гуляли, как качели, то вверх, то вниз. Чаще на нее накатывало истеричное состояние. На работе она еще как-то сдерживала себя, но когда приходила домой, то просто хотелось орать от бессилия и ревности. Саша так и не мог понять ее, что скажи он всего пару слов «Я люблю тебя и будь моей женой» она бы ни минуты не сомневалась, тут же бросилась к нему и никогда бы не отпустила. Но он все молчал, был нежен с ней, заботлив, смотрел такими глазами, от чего замирало ее сердце в надежде и предчувствии. Но слова так и не звучали. Она бесилась, стала срываться на работе, когда Галка подкалывала ее.

***

- Я смотрю, наш Сашенька не очень-то торопиться звать тебя замуж? - ехидно проговорила Галина. - Ты думаешь, что он влюблен в тебя? Дурочка, он просто хорошо проводит с тобой время.

- Галка, прекрати, - рыкнула на нее Елена. - Зачем ты так? Не получилось самой захомутать Сашеньку, так ты на Таньке срываешься, завидуешь, что он внимание ей оказывает?

- Ой, защитница. Я о том, что сколько времени прошло, таскается за ней, а заветного кольца я на Танькином пальчике так и не увидела.

- А почему ты должна увидеть его? - не отставала от нее Лена. - Это их дело, когда кольца надевать. Я думаю, что скоро все будет.

- Я тебя умоляю! - Галка откинулась на своем кресле и прокрутилась на нем. - Давай забьемся, что уедет наш Сашенька и Таньку тут бросит.

- Стерва ты, Галка, все успокоиться не можешь. Твою подружку Жанку выгнал наш Саша с треском, а ты мстишь за это.

- Я мщу? - Галка расхохоталась зло и ненатурально.

Татьяна сидела на своем месте и тихо глотала слезы. Слова Юшкиной больно ранили ее. Она была права, сколько уже прошло времени, а Александр ни разу не говорил о своих планах на их будущее. Просто вот так взять и спросить у него, собирается ли он жениться на ней она не могла.

***

Приближался Татьянин день рожденья, тридцать лет. Девчонка настояли, чтобы она накрыла небольшой стол в кабинете в пятницу, хотя день рожденья был в субботу. Накануне вечером, когда он подвозил ее домой, она спросила у Александра, не будет ли он против, если она посидит немного с девчонками.

- И с мальчишками тоже, - улыбнулся Саша. - Танюш, ты извини, сегодня я снова просто подвезу тебя домой. Хотелось бы зайти к тебе, но времени у меня в обрез, лечу на деловую встречу с очень важным человеком. Хочу закончить все дела, чтобы полностью освободиться для тебя. Утром я тебя обязательно встречу.

- Я все понимаю, Саша. Не волнуйся, все будет хорошо.

Они снова долго целовались в машине, пока ему кто-то не позвонил.

- Да, слушаю...Прошу прощения, я уже в дороге, стою тут в небольшой пробке. Буду минут через десять.

Саша дал отбой, снова прижал ее к себе.

- Извини, надо спешить.

Глава 7

Глава 7.***

С утра Саша подвез Татьяну на работу, не выпуская из салона, поцеловал.

- С днем рожденья! Мой подарок будет немного позже.

- Саша, мне не нужен подарок. Мне достаточно будет тебя.

Он еще раз поцеловал, потом разблокировал дверцы.

- Ну все, беги, не теряй меня, буду позже, только прошу, не обижайся. Есть пару срочных и очень важных дел. Постараюсь разгрести все к вечеру.

Татьяна вышла из машины и поспешила на работу под внимательными взглядами сотрудников. Девчонки встретили ее в кабинете.

- Поздравляю с днем рожденья, - сказала Елена и подошла к ней, протянула подарочный пакет.

- И я тебя поздравляю, - поддержала соседку Галина. - А это мой подарок тебе.

День тянулся очень медленно, но Саша не появлялся не звонил, не писал сообщений. Таня каждые десять минут проверяла входящие звонки, но от него никаких сообщений не было. После обеда она решила позвонить ему, но Саша отклонил звонок, а потом прислал стандартное сообщение: «Не могу говорить, позвоню позже». Она обижено поджала губы, решилась сходить к Юле в приемную, чтобы узнать, когда вернется шеф.

- Александр Васильевич на важной встрече, - ответила секретарь. - Когда вернется, не знаю.

Неприятное чувство заскребло в душе своими черными когтями, стало душно. Татьяна вновь почувствовала себя обманутой.

Около трех часов Галка, стол которой стоял возле окна, вдруг сказала:

- О! А вот и твой Лоскутов пожаловал. Что-то он сегодня припозднился. Хм, да и без цветов. Вы что, с ним поссорились?

- Не твое дело, все у нас хорошо, - огрызнулась Таня.

На душе и так скребли саблезубые кошки с огромными когтями, а еще эта «подруга» подливала масло в разгорающийся огонь.

- Ага, - кивнула Галка головой.

- Галя, хватит, - остановила ее Елена, понимая, что еще немного и разгорится скандал.

- А что я такого сказала? У девушки день рожденья, а любимый, - она даже пальчиками взяла это слово в кавычки, - не спешит поздравить.

- Галя, не лезь в чужие дела, - еще раз сказала Елена.

- Ла-а-а-адно, умолкаю. Я просто не хочу потом видеть, как Танька будет рыдать над разбитой судьбой.

А Татьяна с нетерпением ждала, чтобы Саша зашел сейчас к ней в кабинет, не важно, что сказал бы, но чтобы обязательно зашел, доказал всем, что любит ее. Но шли минуты, десятки минут, а его все не было. Еще через десять минут она не выдержала и пошла в приемную.

- У себя? - спросила она у Юли, которая усердно что-то печатала на компьютере.

- Ага. Заходи, пока никого нет. Он просил сегодня вообще никого к себе не пускать.

Татьяна удивилась такому, но постучала и вошла в кабинет. Саша сидел за своем столом, зарывшись с головой в документы.

- Привет, можно отвлеку на пару минут? - спросила Татьяна, осторожно приближаясь к его столу.

- Да, Танюш, конечно. Просто извини меня, дел по горло. Очень хочется сегодня скорее все закончить.

- Саш, можно мы вечером с девчонками посидим немного? Я торты купила, - она хотела спросить совсем другое, но у мужчины был слишком озадаченный и озабоченный вид. Портить отношения своим вопросом о том, что сейчас происходит, не решилась.

- Конечно, мы же вчера с тобой об этом говорили. Я постараюсь все быстрее закончить и зайду за тобой.

- Хорошо. Саш…, - она замялась, вопрос: «У нас все хорошо?» так и не прозвучал.

- Что, Танюш? Прости, действительно очень много дел. Я должен сегодня все закончить. Прости, любимая, я действительно очень занят. Вечером я зайду за тобой. У меня для тебя будет сюрприз.

- Какой?

-Он тебе очень понравится. Прости, любимая, но мне надо работать, времени катастрофически не хватает. Очень хочется закончить все побыстрее. Не волнуйся, все хорошо, я люблю тебя.

Татьяна не успела ничего больше спросить, как телефон Александра подал сигнал сходящего звонка. Она успела увидеть на экране фото-заставку, поставленную на абонента — красивая девушка с каштановыми волосами, которая так счастливо улыбалась в камеру. И та, которую она однажды видела вместе с Александром в кафе. Она помнила, как они счастливо улыбались друг другу. Он взял телефон и снова ответил этой девице с улыбкой.

- Да, привет, могу. Минуту.

Она прижал рукой микрофон и шепнул Татьяне одними губами.

- Извини, важный разговор. Я зайду.

Таня вспыхнула и поспешила выйти из кабинета. Вот так променять ее на разговор с какой-то там девицей. Может Галка все-таки права, что такие как она не для Александра, рядом с ним должна быть другая? И еще неприятная мысль дернула за нерв — он даже не поднялся из-за своего стола, чтобы ее поцеловать.

Она вернулась в кабинет, стараясь удержать слезы. Вроде получилось, даже села за свой стол, сделала вид, что занята работой.

- Лен, ты вечером поможешь мне? Хочу накрыть стол после работы, - спросила Татьяна у соседки.

- Конечно, какой вопрос!

***

После пяти часов в кабинет, где они накрыли стол Елены, который был самый удобный, так как находился посреди кабинета и имел круговой доступ, стали стягиваться все желающие поздравить Татьяну и выпить чашку вина с тортиком. Их также встречала мясная и сырная нарезки, стандартный набор овощей и фруктов. Кто-то включил на своем смартфоне приятную музыку, которая фоном разбавляла застолье. С виду все было хорошо, только сама именинница не находила себе места. Время шло, а Саша все не появлялся. В начале седьмого Галка, которая пристроилась у окна, вдруг со всем интересом выглянула на улицу.

- Хм. Тань, ты еще ждешь своего? - несмотря на злобный встречный взгляд Елены, продолжала, словно ни в чем не бывало, только в голосе добавилось еще больше медового яда. - А наш Лоскутов какую-то девчонку встречает, обнимает, целует. Вот, заходят в здание.

Галка комментировала увиденное, а сама косила глазами на Татьяну и невольных слушателей.

- Когда, говоришь, он зайдет? - снова вопрос-укол от Галки.

- Галя, успокойся, хватит уже, - вступилась за Татьяну Елена. - Ты ничего не знаешь, зачем зря языком треплешь.

- А что я такого должна знать? Ничего особенного. Я говорю то, что вижу.

- Ладно, хватит, - Елена налила в свою чашку шампанского. - Танюш, давай за тебя, за твои тридцать. Желаю, чтобы у тебя все было хорошо.

Она не успела выпить, как к ним забежала Юлька, бросилась на шею Татьяне.

- Ой, поздравляю тебя, совсем замоталась сегодня. Только сейчас вспомнила, - она звонко чмокнула именинницу в щеку. - Столько дел сегодня, головы поднять некогда.

- А что случилось? - спросила Тошка, которая сидела в объятиях местного ловеласа Виталика.

- Да как что? Лоскутов дела сегодня сдает. Сегодня последний день, - Юлька уставилась на всех широко раскрытыми глазами. - Вы что, не знали, что с понедельника новый генеральный придет?

За столом наступила тишина, а в голове Татьяны забилась страшная мысль «Почему он ничего не сказал мне? Наверное, сегодня и хотел сказать, что уезжает и между нами все закончено?». Сердце умирало в болезненном спазме, горло сжали тиски, которые не давали вздохнуть.

Потом все зашумели, начали бурно обсуждать последнюю новость, а Галка спросила:

- Юль, а что за девицу он привел?

- Без понятия, - она пожала плечами. - Он разве мне когда-нибудь что-нибудь рассказывал? Просто сказал, что я свободна, вот я и поспешила к вам.

Татьяна сидела, словно ее сначала погрузили в чан в кипятком, а потом сразу заморозили. Пока народ шумел, обсуждая уход Лоскутова, она набрала сообщение мужчине: «Тебя ждать?». Через минуту прилетел ответ: «Сейчас занят, освобожусь, обязательно приду. Дождись меня». И так захотелось посмотреть, чем или вернее кем он занял, поднялась и пошла к нему. Дверь приемной оказалась открытой. Татьяна подошла к двери шефа, но не торопилась ее открывать, а сделала то, что никогда в своей жизни не делала — приложила ухо к двери. И уже через мгновение не смогла отстраниться. Все, что она услышала, разбивало все ее надежды на будущее.

- Ну что, все хорошо? - спрашивал голос Саши.

- О! Лучше не бывает! Ты самый лучший, за это я тебя и люблю, - послышался звонкий смех его собеседницы.

-Я тебя тоже люблю. Ты когда уезжаешь? - в его голосе Татьяна услышала нежность, заботу, какой никогда не было к ней.

- Самолет через три часа. Но ты же приедешь к нам?

- Конечно, закончу тут все дела, чтобы не оставлять «хвостов» и сразу же к вам прилечу. И у меня будет для вас сюрприз?

- Мы будем ждать. Машка каждый день спрашивает, когда ты приедешь, соскучилась жутко.

- Я тоже по Малявке соскучился.

Татьяна закрыла глаза, отошла от двери. Разорванное в клочья сердце просто отказывалось биться. У него есть семья, другая женщина и он завтра уезжает к ней, к ним, там еще, судя по всему, дочь ждет. Уезжает от Татьяны насовсем, закроет с ней все «хвосты». А она, дурочка, поверила в его чувства, нафантазировала себе что-то, все ждала, когда он предложит ей стать его женой, повелась на его красивые слова и божественный секс. Ха! Секс, точно. Она была нужна ему на время, чтобы не скучать без женской ласки. Захотелось расхохотаться, закатить истерику, крушить все вокруг. Но она нацепила на лицо маску стервы и вернулась в кабинет.

- Ну что? Где Сашенька? - спросила ехидным тоном Галина.

- Занят, сказал, что позже придет, - ответила Таня, сцепил зубы, чтобы не зарычать.

-Оу! - только и ответила Галка.

Прошло еще минут пятнадцать, народ стал расходиться по домам. Лена тоже стала складывать свою сумку, собираясь домой.

- Девчонки, вы потом уберете со стола? - спросила она.

- Иди, не переживай, - ответила Галка и снова выглянула в окно и, что-то увидев на улице, воскликнула. - Ого, какой букетище!

Лена тоже выглянула в окно, успела увидеть, как Лоскутов с цветами спешит забежать в бизнес-центр.

- Ого! Интересно, кому? - стрельнула в Таню глазами и улыбнулась.

Другие гости тоже стали выглядывать в окно, но букет вместе с Лоскутовым уже исчез. Послышались разочарованные вздохи.

- Интересно, кому же все-таки букет? - снова начала Галка, глядя на Татьяну. - Той гостье или тебе?

Татьяна промолчала, она была готова взорваться, еле сдерживала себя. Может ей и удалось бы успокоиться, но открылась дверь и на пороге показался Саша с букетом алых роз. Его лицо сияло. Он не успел сделать шага, как Татьяна холодным тоном спросила:

- Все дела закончил?

- Почти, осталось самое главное.

- Как твоя гостья?

- Она уехала. Танюш, разреши поздравить тебя с днем рожденья, - он протянул ей огромный букет.

Татьяна поднялась, приняла цветы и небрежно бросила их на свой стол.

- Что, твоя любовница отказалась их принять, поэтому решил подарить мне, чтобы не пропали? - в ее голосе клокотал гнев, ревность, обида.

- Таня, ты о чем? - он удивленно посмотрел на девушку.

- Да так, ни о чем. Действительно, уже ничего. Ты же завтра уедешь к ней?

- Уеду, но может ты выслушаешь?

- Что я должна выслушать? - Татьяна заводилась все больше и больше. Присутствующие в кабинете замолчали, только Елена стала дергать ее за рукав платья, но ее было уже не остановить. Плотина обиды прорвалась и спешила затопить всех. - Что я должна выслушать? Что ты уезжаешь? А просто сказать мне, что сегодня ты последний день? А зачем? Ведь все это было у нас так, на время, побаловался и уехал. Забыл сказать, что у тебя есть любимая женщина?А я была тебе так, запасным вариантом?

- Таня, - настороженный голос Саши пытался остановить ее. - Не стоит говорить то, что потом не сможешь исправить. Не переходи черту.

- Что «Таня»? Что исправить? Разве я не права, разве ты любишь меня? Ха! Как ты мило скрывал, что у тебя есть любимая. Это ты перешел черту, позволил поверить тебе, заморочил...А впрочем, должна тебе сказать, что я тоже не любила тебя.

-Таня, остановись. Перешагнешь черту и никогда возврата не будет, - стальной голос мужчины заполнял кабинет.

- Таня, ты что несешь? Ты же любишь Александра! - Ленка снова дернула ее за рукав, но Татьяна выдернула его со злости из ее рук.

-Люблю? И вы все поверили, что между нами может быть какая-то любовь? - ее уже несло и ничто не могло остановить, глаза лихорадочно блестели, слова вырывались сплошным яростным ядовитым потоком. Лицо Александра нахмурилось, он свел брови, не пытаясь перебить ее. - Ха! Любовь! Поверили? И ты поверил? - она ткнула пальцем в грудь Александра, который стоял холодной стеной. - Неужели вы все поверили в любовь? Да не было никакой любви! Когда вы все слюни пускали на него я решила, а почему бы не доказать всем, что я смогу влюбить в себя? Ну как, получилось? Да никогда я тебя не любила, просто позволила себе небольшие шашни. Да и для женского здоровья полезно. Трахается классно, рекомендую. А сегодня наш последний день. Спасибо за все, Александр Васильевич! Можешь уезжать к своим любимым девочкам, малявке привет. Закончен наш спектакль, я отпускаю тебя.

- Для здоровья, говоришь, полезно, спектакль? - лицо Александра было холодно спокойным. Он покачал головой, потом подкинул в воздух какую-то коробочку, которую все это время сжимал в левой руке, поймал ее правой и убрал в карман брюк. - Спасибо за все. Не думал, что все так будет. Но ты сама сделала выбор.

Он обвел взглядом присутствующих, которые замерли в шоке.

- Всем спасибо. Мне было приятно с вами работать. Не думал, что придется вот так прощаться, хотел в понедельник… Хотел по-другому, но да ладно. Я уезжаю. Рад, что помог спасти вашу фирму. Надеюсь, больше никто не обижен на меня?

Он повернулся и вышел. В оглушающей тишине звучали его четкие шаги, которые эхом отдавались от стен опустевшего коридора. Потом все услышали звук лифта, шелест закрывающейся двери и снова спуск кабины.

- Ну ты дура, Танька, прям дура в квадрате, нет в кубе, - голос Елены разрывной пулей зазвучал в тишине кабинета. – Я много дураков видела, но чтобы вот такую… Ты прям первое место заняла на конкурсе дураков, с ленточкой через плечо «Почетный дурак столетия». У него же в руке коробочка была с кольцом. Букет смотри какой. Предложение хотел делать тебе… Но нет, ты точно дура, за что ты так с ним? Чего тебе надо было? Какого говна ты успела наестся? Тебе выпал шанс один на миллион, на миллиард, а ты… А знаешь, ты получила то, чего так долго добивалась. Долго отталкивала мужчину, который действительно любил тебя. А ты все «недостойна, не нужна», - она передразнила Татьяну. – Так тебе и надо. Никакой нормальный мужик не будет терпеть такие слова. Он же просил тебя замолчать. Идиотка. И больше не жалуйся, что тебя никто не любит и никому не нужна.

-Что? - хриплым шепотом спросила Татьяна, до которой начало доходить то, что она натворила. - Что ты сказала?

- А то и сказала, - рявкнула на нее Лена. - Он пришел сюда с букетом и кольцом, чтобы замуж тебя позвать. Если бы ты хоть на минуту заткнула свой фонтан, то он бы все тебе сказал.

- Замуж? - голос прозвучал совсем жалобно. Она закрыла рот рукой, из глаз потекли слезы. - А я…

Татьяна резко подскочила и понеслась по скользкому полу коридора, рискуя упасть. Она даже не стала вызывать лифт, побежала по лестнице, перепрыгивая через две ступени. Одна мысль била ее в голову, заставляя спешить: «Боже, какая я дура!»

Она вылетела на крыльцо бизнес-центра и стала оглядываться, ища глазами Александра. Увидела его машину, которая тронулась со своего места. Она сбежала со ступенек крыльца, остановилась, надеясь, что Саша сейчас остановит машину возле нее. Но он проехал мимо, даже не поворачивая в ее сторону голову. Таня бросилась следом за машиной, почти догнала ее, когда он притормозил при выезде со стоянки на проезжую часть, даже хлопнула рукой по кузову, но Саша поймал «окно» и выехал на проспект и скрылся в транспортом потоке.

Татьяна еще долго стояла и смотрела в след своему возможному счастью, которое она так бездарно разбила на мелкие осколки.

***

Все выходные Татьяна провела под дверью квартиры Александра, но он не появлялся. Значит, уехал к своим девочкам, как она и слышала. Но хотелось верить, что это не так, что он любил ее, Таню и что права была Ленка.

На работе на нее все косились, как на чумную, Лена и Галка не разговаривали с ней. Во вторник Татьяна взяла больничный, приходить на работу было невозможно. Она каждый день приходила к двери квартиры Александра, но там было тихо. Соседи косились на нее, но проходили молча.

Прошла неделя, тяжелая, страшная, наполненная болью, обидой, досадой, ревностью. Татьяна решила, что сходит к Александру последний раз. Был уже вечер, когда она позвонила в дверь его квартиры. Неожиданно за ней раздались шаги, повернулся замок и на пороге она увидела Александра. Ее сердце дрогнуло, хотелось броситься к нему, обнять, никуда не отпускать, но он смотрел на нее чужим взглядом. У Татьяны создалось впечатление, что он ждал кого-то другого, что-то мелькнуло на его лице, словно он не рад ее приходу. Она уже собралась сделать шаг, чтобы перешагнуть порог и оказаться в квартире, где ей было так хорошо, где ее любили и возносили до звезд, но Александр преградил ей путь, сделал шаг и вышел к ней на лестничную площадку. Татьяне пришлось даже сделать шаг назад, чтобы видеть его лицо. Александр закрыл за своей спиной дверь, словно закрывая перед Татьяной свою жизнь, отказываясь ее впускать к себе.

- Саша, извини, я так виновата перед тобой, - она сколько раз готовила слова, чтобы вымолить прощения, но вот сейчас они все куда-то испарились.

Саша молчал, просто стоял и смотрел на нее с прищуром.

- Сашенька, умоляю, прости, я так разозлилась на тебя тогда. Ты пропал, не звонил, не отвечал, потом привел какую-то женщину, собирался уезжать к ней.

Она несла какую-то чушь и прекрасно это понимала, но ничего не могла поделать. Ее трясло, словно в лихорадке, ловила его взгляд. Александр смотрел на нее холодным взглядом, не отводил глаза и молчал.

- Саша, я люблю тебя, все, что наговорила — это неправда, это моя обида, ревность. Прости меня. Прошу, прости. Я не смогу так, просто прости и прошу, давай все забудем и начнем заново?

Он тяжело вздохнул.

- Я прощаю тебя, но нет, возврата не будет. Я тебя предупредил. Ты перешла черту, за которой не бывает прощения. Прости, но нет.

- Саша! - она плакала, слезы текли по щекам, но она даже не вытирала их.

- Я, как дурак, спешил, старался закончить все дела, чтобы вечер провести с тобой. Дома нас ждал накрытый стол с шампанским и свечами. Романтик, бл…, - он мотнул головой и горько усмехнулся. - Женщина, которую ты называешь любовницей — Катя, дочь Виктора Викторовича, моя двоюродная сестра, которая специально приехала из Москвы за документами, так как шеф лежит в клинике. А малявка — это ее дочь от любимого мужа. И да, я люблю и Катю и Машу, как своих родных. А хотел я в тот вечер при всех сделать тебе предложение стать моей женой и на следующий день улететь отдыхать. По дороге мы только бы заехали к ВикВику и Катьке. Я очень соскучился по Малявке, не видел ее восемь месяцев. Нет у меня никаких любовниц и никогда не было. Думал, что будет любимая и понимающая жена. Но видимо не судьба.

- Саша, - Татьяне хотелось упасть, ноги не держали. Она только смогла дойти до стены и прислониться к ней спиной. - Прости, умоляю. Я прошу, забудь мои слова.

- Прости, но нет. Я не прощаю такого. Тебе пора. Не унижайся, Татьяна. Иди домой.

Он открыл дверь и зашел в квартиру. Татьяна услышала щелчок замка. Саша отрезал ее от своего мира навсегда. И еще. Резануло по сердцу, как он назвал ее холодным «Татьяна». Она опустилась по стене на ступени, долго сидела, не в силах подняться. Когда наконец смогла дышать, поднялась и на ватных ногах пошла к лифту. Неожиданно створки лифта раздвинулась прямо перед ее лицом, хотя она даже не успела нажать кнопку вызова. Какой-то серьезный мужчина с папкой в руках вышел на площадку. Она отошла в сторону, давая ему пройти. Пока она смотрела, куда идет мужчина, кто-то успел вызвать лифт, который с тихим шелестом поспешил уехать на другой этаж. Она снова прислонилась к стене возле лифта и услышала, как мужчина позвони в дверь квартиры Александра. А когда тот открыл дверь, услышала короткий диалог:

- Прошу прощения, сегодня столько беготни.

- Ничего страшного. Мы всегда успеем посмотреть квартиру.

- Вы твердо решили продать ее?

- Да.

Дверь квартиры закрылась и Татьяне захотелось зарыдать в голос. Он уезжает, насовсем уезжает и продает квартиру, где они могли вместе жить, любить друг друга, встречать каждое утро нежными поцелуями, а потом пить кофе на огромной красивой кухне и баловаться, словно влюбленные школьники. А сейчас впереди только непонятная тьма.

Как она добралась до своей одинокой квартиры помнит с трудом. Она вообще плохо помнит, что было с ней дальше. Ее жизнь закончилась и она сама «убила» ее.

***

Работать в фирме, где на нее косились все, кому не лень, Татьяна не смогла. Ее постоянно накрывали шепотки за спиной, молчаливый бойкот ее соседок по кабинету. Через месяц она написала заявление об увольнении и решила уехать на край света, подальше отсюда, где она сделала свою самую большую ошибку.

Глава 8

Глава 8.***

Александру Лоскутову повезло родиться в большой дружной семье. Родной брат его отца Виктор в свое время оставил шумную столицу и уехал, чтобы основать свой бизнес в другом городе. Фамилии у братьев были разными, так как старший Василий взял фамилию деда по матери, который помог им встать на ноги вместо отца, когда того не стало. Виктор остался на фамилии родителей. Сначала у него все хорошо, фирма не вырывалась в лидеры, но и не плелась в аутсайдерах. Все изменилось, когда два года назад дядька попал в больницу с сердечным приступом. На «хозяйстве» оставил своего зама Поля Павловича, честного, верного соратника, но плохо умеющего руководить фирмой. За год его «правления» фирма скатилась в долги, ее вот-вот должны были объявить банкротом. Виктор Викторович обратился к Александру, который имел уже опыт по спасению таких-вот горе-руководителей и был известен в своих кругах крутым кризис-менеджером. Уезжать из Москвы не хотелось, но родственники насели на него и отправили спасать фирму. Его отец даже купил ему квартиру, чтобы сын не мотался по съемным углам и гостиницам.

- Если приживешься, так хоть жилье уже будет, - ответил отец, когда Александр пытался отказаться от квартир. - А нет, продашь. Сейчас цены на жилье растут с каждым днем с бешеной скоростью. Не прогадаешь, если решишь продать.

***

Первый день знакомства с новым фронтом работы вверг его в уныние. Изученные им предварительно отчеты по фирме вызывали одно стойкое желание. Поль Павлович, хоть и хороший человек, но хотелось его придушить. Вот прямо своими руками, при людно. Поэтому он шел на работу с настроением, близким к тому, когда до убийства остается всего один шаг.

Александр обводил собравшийся в большой переговорной комнате коллектив, запоминая каждого, сканируя их эмоции. Неожиданно он столкнулся с глазами, которые смотрели на него с любопытством и какой-то потаенной надеждой. Он на секунду задержался на лице девушки, чьи глаза так смотрели на него и даже слегка улыбнулся. Она стояла у стены, не хватало сидячих мест. Сделал себе отметку в голове, узнать, кто такая. Что-то зацепило Александра в ней.

***

Он прекрасно знал, что похож на Пирса Броснана (особенно в роли агента ОО7 и даже иногда пользовался этим, когда надо было для дела), об этом он постоянно слышал со всех сторон. Девчонки всегда крутились возле него, сколько он помнил себя, никогда не знал отказа. Сколько у него было женщин, Саша даже и не смог бы сказать. И модели, и королевы, и дочери бизнесменов, которые присматривались к нему, как к красивому приложению, модному аксессуару. А когда девицы узнавали, что он из довольно обеспеченной семьи, усиливали свой напор, стараясь прописаться в его паспорте. Он уже устал от этого калейдоскопа искусственной красоты, хотелось найти нормальную обычную девчонку, чтобы без всего этого силикона, наращенных волос и ресниц, чтобы улыбалась своей настоящей улыбкой. И да, ему нравились «пышки». Все эти модели вызывали у него одно желание — сдать на откорм. Просто хотелось чувствовать руками женское тело, мягкое, теплое, уютное, к которому можно было бы прижаться и забыться в нем, уронить лицо на настоящую, а не силиконовую грудь. Но вокруг него крутились вот такие вот искусственные барби.

***

И вот сейчас, среди толпы сотрудников он увидел девушку своей мечты, простую, без лишней краски, в простой серенькой офисной одежде, обычным хвостом, вместо замысловатых фантазий парикмахеров. Ему повезло узнать имя своего «интереса» раньше, чем он предполагал. Начальника отдела Клара Семеновна попросила пригласить своего ведущего специалиста.

- Поверьте, девочка очень умная. У нее есть конкретные предложения о исправлению положения. Предлагаю выслушать ее, дать шанс.

Когда в кабинет вошла та девушка «русская краса», он сглотнул, понимая, что начинает пропадать. Татьяна Колобанова действительно оказалась толковым специалистом, предложенные ей пути решения проблемы имели право на жизнь. И Александру нравилось, что она не заигрывает с ним, как все остальные, скромна. Ему даже казалось, что она старается скрыться от него, прячет глаза, горбится, стесняясь своей красивой груди. Он старался сдерживать улыбку, которая так и просилась на лицо.

Под предлогом разработки концепции выхода из кризиса, он включил Татьяну в комиссию и каждый раз наблюдал за ней, стараясь не выдать своего интереса.

Примерно через месяц с начала его трудовой деятельности он задержался на работе, устал, как черт, хотелось есть. Мужчина завел двигатель машины, стоящей на парковке перед бизнес-центром, размышляя, куда заехать поужинать и вдруг увидел, как по лестнице спускается Татьяна. Решение родилась мгновенно. Он подъехал к ней, предложил поужинать и она согласилась. Они провели чудесный вечер, который оставил приятное послевкусие.

Почему-то Саша решил, что у них все будет хорошо. Но Татьяна продолжала сторониться его, словно чего-то боялась. Он никак не мог понять, что с ней, а когда пытался поговорить, просто уходила от разговоров. Он каждый раз смотрел Тане в след и думал, кто же так засрал ей голову комплексами, что она не может понравится кому-то.

Еще через пару месяцев он снова задержался и уже хотел поехать домой, но позвонила его сестра Катерина, дочь дяди Вити, которая привезла ему документы, которые он просил прислать. Она приехала всего на пару часов, была в городе проездом. Надо было поспешить, но когда спешил к машине, почувствовал, что рядом с ним Таня. Он обернулся и обрадовался, предложил ее подвезти, надеясь по дороге поговорить с ней, тем более, что ему было как раз по пути. Татьяна попыталась отговориться, но он просто посадил в машину и поспешил на встречу к Катюхе. Она несколько раз звонила ему по дороге, уточняла место и время встречи. Какие-то рейсы у нее там перенесли и она переживала, что они могут разминуться.

Александр видел, как Татьяна морщится, когда он отвечал на звонки, но не понимал такой ее реакции. Выяснить, почему девушка его избегает, не получилось. Он довез ее до дому и поспешил к Катюхе. Возвращаясь от нее домой никак не мог понять, что Татьяну не устраивает.

После этого времени на общение с девушкой у него не было, но через две недели он приехал на работу и не успел подойти к лестнице, как прямо перед ним упала Татьяна, у которой просто поехала нога по скользкой поверхности. И еще она сломала каблук. Он тут же подогнал свою машину и отвез ее к врачу, хорошему знакомому дяди. У Татьяны оказалось довольно сильное растяжение. Неприятно, но не смертельно. И он успел заметить, что ее сапоги давно пора выбросить. Он ничего не стал ей говорить, просто заехал в магазин, купил новые и сам надел ей на ноги. Когда он взял ее за лодыжку, такую приятную, теплую, что даже не хотелось отпускать. Но он взял себя в руки, отвез девушку на работу и помог дойти до кабинета. А потом принес ей обед под удивленные взгляды ее соседок. И уже сам для себя решил определиться в их отношениях, чтобы никто не сомневался, что имеет на нее виды — зашел вечером за ней в кабинет и отвез домой.

Мужчина весь день чувствовал на своих руках тепло девушки и, когда никто не видел, счастливо улыбался. С чего она решила, что она толстая? Он нес ее, совершенно не чувствуя веса, так бы и носил всю жизнь. Но она опять загналась своими комплексами, закрылась в свою раковину. Целую неделю он приезжал к ней домой, вез на работу, потом вечером отвозил обратно. Но так хотелось отвезти ее к себе домой, оставить там навсегда.

Накануне своего дня рожденья, о котором он так благополучно умалчивал, чтобы не вызывать ажиотаж среди временных коллег, задержал Татьяну в машине и пригласил к себе. Он видел ее внутренние метания, но в конце концов она согласилась.

Когда он на следующий день заехал за девушкой, поразился, какой она может быть нежной, прекрасной. Серое платье удивительно шло к ее глазам, которые могли менять цвет от темно-серого до серо-зеленого. Он видел, как она осторожно заходит в его квартиру и высматривает следы других женщин. Когда не нашла их, успокоилась, а потом свечи, шампанское, легкая приятная музыка сделали свое дело.

Татьяна была неопытна в таких делах, но это даже очень нравилось Александру. Все в его руках, чтобы научить любимую девушку всему и потом вместе получать удовольствие, тем более, что она очень отзывчива на ласки. Все у них будет хорошо, если она опять не включит свои комплексы.

Казалось, что после его дня рожденья что-то должно кардинально измениться в их отношениях, но она категорически отказалась перебираться из своей съемной квартиры к нему, хотя, как видел по ее глазам, очень бы хотела жить с ним. Иногда позволяла привезти к себе, но каждый раз убегала в свою норку, словно перепуганный мышонок.

Иногда Татьяна начинала разговоры, что между ними ничего не получится, что они разные и несла подобную чушь. Он каждый раз прижимал ее к своей груди и заверял, что ему никто больше не нужен, кроме нее.

***

Новый год пришлось встречать раздельно, она категорически отказалась ехать с ним к родителям, хотя он уговаривал. Так хотелось познакомить ее с родителями, всей своей большой родней. Отец на этот год арендовал домик в Подмосковье, где бы они с Татьяной провел и замечательные выходные. Но она заупрямилась и отказалась. Настроение мужчины было на нуле. Но родственники быстро подняли его, празднование прошло довольно весело. Даже дядю Витю отпустили на праздники из клиники, что позволило им обговорить все текущие дела.

Второго января их доверенные люди сообщили, что конкуренты готовят полномасштабную диверсию и вместо отдыха Александру пришлось нырять с головой в решение этой проблемы. Но их конкуренты объявили войну по всем фронтам. У него совершенно не было времени чтобы нормально поесть, не то чтобы поспать. Иногда хотелось бросить все, схватить Танюху и закрыться на сутки в своей квартире. Но лежащая на нем ответственность за фирму дяди давила на него, заставляла отказываться от всего личного.

Нервотрепка закончилась только к середине февраля, когда они смогли хоть немного выдохнуть, враг был разбит и вряд ли теперь поднимет голову. Но на борьбу он положил слишком много сил и пока состояние постоянного напряжения не отпускало. Даже встреча с Татьяной, ужин с ней в ресторане прошел не слишком душевно, как бы ему хотелось. Иногда Александр думал, что стоит рассказать Татьяне, как ему было тяжело все эти дни, получить ее поддержку, даже немного сочувствия, как хотелось бросить все, но посмотрел в ее глаза и не увидел отклика. Она не поняла бы его. Снова в ее глазах видел отстраненность, желание скрыться от него. Он решил просто дать себе отдых, а потом снова проанализировать их отношения, тем более, что Татьяна вела себя с ним довольно прохладно, все время пыталась побыстрее отделаться от него, не слышала его, когда он предлагал жить вместе. Она словно не желала быть к нему ближе. Но не мог же он просто схватить ее и потащить к себе.

***

Прошло восемь месяцев, Александру удалось вытащить фирму из долговой ямы и поставить на прочную платформу. Он уже подыскал надежного человека, который возглавит фирму. Поля решил оставить, но в качестве простого заместителя. Дядя Витя полностью поддержал его решения, подписал все необходимые бумаги и сказал, что передаст их вместе с Катькой.

Примерно за неделю до финального аккорда его управления Татьяна призналась, что у нее скоро день рожденья, тридцать лет. И Александр решился. До пятницы он закончит все дела, подпишет все бумаги, получит через Катьку бумаги о назначении нового директора. Татьяна сказала, что в пятницу после работы хотела бы посидеть с девчонками выпить чаю, он был не против. Даже это было ему на руку, чтобы успеть все дела. Так захотелось сделать ей сюрприз. Он купил кольцо, выбирал долго и огромной любовью, что даже продавщица в ювелирном магазине улыбнулась ему и сказала, что завидует его будущей жене.

Он рассчитал все до минуты. Придется весь день напряженно работать, встретить Катюху, потом он заберет букет цветов у курьера и зайдет в кабинет, где при всех сделает предложение Татьяне, а потом увезет ее в свою, в их квартиру, где у него уже будет накрыт стол для романтического ужина. Утром они с ней через Москву, где зайдет к дяде Вите, чтобы отдать все подписанные им документы и поцеловать свою любимую племяшку, с которой не виделся восемь месяцев, а потом вместе с Татьяной улететь на Кипр, где их ждет отдельный домик на берегу теплого моря.

Сутра он подвез Татьяну на работу, обещал все сделать быстро и вернуться. Потом уехал и все закрутилось. Головы некогда было поднять, даже забыл в туалет сходить. В офис вернулся только после обеда, крикнул секретарше, чтобы никого не пускала. Предстояло еще целую кучу документов перелопатить, чтобы оставить новому директору, который появится только в понедельник. Вдруг открылась дверь, вошла Татьяна с таким лицом, словно обижена на весь мир. Ему бы спросить, что случилось, но он спешил закончить скорее все дела, поэтому попросил ее подождать. И зачем-то она опять спрашивала разрешение устроить вечеринку, хотя они об этом разговаривали вечером.

Пока Татьяна была у него, позвонила Катька, которая сообщила время ее прибытия. Татьяна, увидев, что ему позвонила другая женщина, вспыхнула и выбежала из кабинета. Ну не дурдом, разве? Он не стал бежать за ней, чтобы выяснить, что она снова вбила в свою голову. Желание закрыть все дела снова заставило вернуться к работе.

Александр даже не заметил, как закончился рабочий день, пришел в себя только от звонка Катюхи, которая сообщила, что будет у него через пять минут. Он ринулся ее встречать. Мужчина был так рад, что она не опоздала, бросился ее обнимать, потом они вместе пошли к нему в рабочий кабинет. Он только успел сказать Юльке, что она свободна.

Сначала он доложил Катьке о том, что все сделано, показал ей документы, она передала ему папку с приказам дяди. Потом они еще немного поболтали, он пообещал приехать к ним завтра, но не стал заранее сообщать, что планирует приехать вместе с невестой. Хотел сделать сюрприз. Потом сестра заторопилась, обратный самолет не будет ее ждать. Он проводил ее до выхода, заодно забрал привезенный курьером букет алых роз и поспешил за Татьяной. Он даже достал коробочку с заветным кольцом и вошел в кабинет.

Татьяна сидела за накрытым для застолья столом, судя по всему уже успела выпить. Но не это насторожило его, а ее взгляд, который просто пригвоздил его к месту. Столько ненависти было в нем, что он сначала опешил, но постарался взять ситуацию в свои руки, протянул ей букет. Она поднялась, взяла его, но бросила на свой стол и стала говорить такие слова, которые словно кулаки его спарринг-партнера били наотмашь по лицу. Какая любовница? Куда уехать? Она что, совсем умом тронулась? Александр старался держаться спокойно, давая себе приказы самому не сорваться.

- Таня, - он даже попытался остановить ее. - Не стоит говорить то, что потом не сможешь исправить. Не переходи черту.

Но ее лицо было уже перекошено гневом, бешенством, она не контролировала себя и начала орать, от чего он замер, не зная, как успокоить ее. Даже ее соседка постоянно дергала за рукав, стараясь остановить этот экспресс, который несся по рельсам ненависти. Но все попытки оказались напрасными.

- Что «Таня»? Что исправить? Разве я не права, разве ты любишь меня? Ха! Как ты мило скрывал, что у тебя есть любимая. Это ты перешел черту, позволил поверить тебе, заморочил...А впрочем, должна тебе сказать, что я тоже не любила тебя.

Он смотрел на нее и не узнавал когда-то милую красивую девушку, которую сегодня решил назвать своей невестой. На последних секундах до края решил дать ей шанс остановиться:

-Таня, остановись. Перешагнешь черту и никогда возврата не будет.

- Таня, ты что несешь? Ты же любишь Александра! - Лена продолжала дергать Татьяну за рукав.

Не сводя с Александра взгляда, своим перекошенным от бешенства ртом она продолжала кричать то, что он никогда не сможет простить ей. Он словно через пунктир воспринимал все то, что она кричит и понимал, как то чувство, нежное, ласковое, теплое, которое жило в его груди, разрывается на части, словно Татьяна острым ножом проткнула со всего маху и оно лопнуло, как воздушный шар, оставляя на своем месте черную пустоту.

-Люблю? И вы все поверили, что между нами может быть какая-то любовь? Ха! Любовь! Поверили? И ты поверил? ... Да не было никакой любви! Когда вы все слюни пускали на него я решила, а почему бы не доказать всем, что я смогу влюбить в себя? ... позволила себе небольшие шашни...для женского здоровья полезно. Трахается классно, рекомендую. А сегодня наш последний день. Спасибо за все ... Закончен наш спектакль, я отпускаю тебя.

- Для здоровья, говоришь, полезно, спектакль?

Он нашел в себе силы не ответить ей тем же, просто посмотрел на нее, потом обвел взглядом притихших сотрудников, кто еще не успел уйти домой и видел весь этот концерт по заявкам. Он покачал головой, подкинул в воздух коробочку с кольцом, которое хотел надеть сегодня на палец еще минуту назад любимой девушки, поймал ее правой и убрал в карман брюк.

- Спасибо за все. Не думал, что все так будет. Но ты сама сделала выбор.

Только после этого она закрыла свой рот и села на место, словно из нее выпустили весь воздух. Он шел по коридору, сжимая до хруста в кармане заветную коробочку и так хотелось ее выкинуть, что он и сделал. Когда вышел на улицу, увидел урну, бросил кольцо, которое покупал с такой любовью и надеждой на будущее счастье. Словно выбросил все свои последние восемь месяцев, разом вычеркивая их из своей жизни. Если она, ни в чем не разобравшись, смогла вот так унизить его, оскорбить, то продолжать отношения с ней не собирается. На этом все.

Александр сел в машину и поехал домой. Он видел, как Татьяна выбежала следом за ним, помчалась следом за машиной. Но даже не притормозил. В душе, в том месте, где еще пару минут жила надежда, что он нашел свое счастье, теперь был холод и пустота. Слышать ее слова, что он не все так понял, чтобы простил ее, не хотелось.

Этой же ночью он вылетел в Москву. Катюха, конечно же стала пытать его, что с настроением, где обещанный сюрприз. Но он просто сказал, что сюрприз получился слишком неудачный.

Он только на третий день рассказал своему отцу и дяде Вите, что чуть не женился. Виктор Викторович еще находился в клинике, куда они пришли с отцом.

- Может подумаешь? - спросил осторожный дядя Витя. - Она девчонка не плохая. Мало ли что ей в голову ударило?

- Нет, дядь Витя. Я бы простил, если бы она мне все это высказала один на один, обозначила все свои претензии, подозрения, но только спокойным голосом, без истерики. Мы бы разобрались. Но когда это произошло на глазах не менее десяти человек и она так и не поняла, когда я пытался остановить ее, мне с таким человеком не по пути.

-Ну как знаешь. Может у нее не стабильная психика? И что-то же заставило ее вот так себя повести? - спросил отец.

- Тем более, папа, я не хочу жить с человеком с нестабильной психикой. Я хочу быть с человеком, который всегда поддержит меня, выслушает и не будет устраивать истерики. Хочу спокойствия, доверия и любви. Обычного домашнего счастья.

- Что с квартирой будешь делать?

- Ты же говорил, что можно будет продать. Я тут помониторил, ценник вырос довольно солидно, получим сверх пару миллионов. Так-что мы еще неплохо заработаем, нет худа без добра.

Александр невесело улыбнулся. Они вместе с отцом выбрали риелтора, договорились с ним о встрече. Отец поехать не смог, отправил одного Александра. Личных вещей почти не было в квартире, потому решили продать все скопом, тем более покупателям, которым Саша скинул фотки квартиры, все даже очень понравилось.

Когда раздался звонок, Александр открыл дверь, не ожидая увидеть Татьяну. Она хотела войти в квартиру, но он просто не пустил. Зачем возвращаться туда, где они могли быть счастливы? Она сама приняла решение, выбрала свой путь. В голове снова ясно прозвучало: «...позволила себе небольшие шашни...для женского здоровья полезно… закончен наш спектакль...». Закончен, так и нечего начинать снова. Поэтому он смотрел на ее заплаканное лицо, всматривался в ее глаза, полные боли и отчаяния и не понимал, что он сделал не так, почему она так поступила?

Она умоляла, просила простить. Он простил, но вернуться в недавнее прошлое не было сил и желания.

Он тяжело вздохнул.

- Я прощаю тебя, но нет, возврата не будет. Я тебя предупредил. Ты перешла черту, за которой не бывает прощения. Прости, но нет.

- Саша! - Татьяна плакала, слезы текли по щекам, но она даже не вытирала их.

А потом он просто совершенно спокойным голосом сказал ей то, что было у него сейчас на душе и вернулся в квартиру. Он мог и не говорить, но это нужно было ему самому, чтобы высказал все той, которая так и не хотела услышать его тогда и не смогла остановиться, когда просил ее не говорить того, после чего не будет возврата.

Он слышал, как они сидела в коридоре напротив его двери и плакала. Но желания открыть дверь и впустить ее не возникло. «Девушка с нестабильной психикой», в голове прозвучали слова отца.

- Прости, но нет, - повторил он сам себе.

Эпилог

ЭПИЛОГ

Десять лет спустя.

Татьяна через месяц уволилась из «Виктории» и уехала на край света, подальше от того места, где она могла быть… Никогда после этого Татьяна не позволяла себе произнести слова «невестой» или «женой».

Рассказывать родителям о своей неудавшейся семейной жизни не стала. Как бы она смогла объяснить маме, что она сама своими руками, вернее, своим языком сломала то, что могло сделать ее счастливой. Что мешало принять букет прекрасных роз, которые она потом долго прижимала к своей груди, когда все ушли из кабинета, оставив ее одну, просто поцеловать любимого мужчину, который так торопился закончить все дела, чтобы быть с ней? Почему она не услышала его предупреждения, что дальше не будет ничего, если она не замолчит? Что мешало просто услышать от него «Стань моей женой» и уехать с ним туда, где бы они… И опять она запрещала себе думать о том, что бы они делали там, куда он хотел увезти ее.

Она просто отговорилась перед мамой, что там, куда она едет, более выгодные условия работы.

***

Компания, куда она устроилась, чем-то напоминала прежнюю, пришлось заниматься тем же делом. Но здесь ее никто не замечал, не предлагал занять более высокую должность. Она тихо сидела в своем кабинете простым специалистом, от которого мало что зависит в глобальном плане.

Личной жизни у нее не было, ее практически никто не замечал. От прежней пышки Татьяны ничего не осталось. Серый цвет лица, кожа да кости, даже волосы приобрели какой-то серый мышиный цвет, да и возраст сказывался, появились морщины, которые стали заметны после того, как она резко похудела. Когда ее институтская подруга Сонька нашла ее и они созвонились по видеосвязи, та просто ужаснулась и спросила, из какого гроба Татьяна восстала.

Да, за какие-то пару месяцев Татьяна похудела так, что сама не узнавала себя, вместо глаз какие-то темные провалы, впалые щеки, вечно искусанные губы, которые она кусала, чтобы не заплакать, пыталась сделать себе больно, наказать за так бездарно просранное счастье. За все это время ни один мужчина не предложил ей встречаться, не пригласил на свидания. Оставались только воспоминания тех восьми месяцев, когда самый красивый, самый лучший мужчина на свете носил ее на руках, смотрел самыми прекрасными глазами с таким трепетом, что замирало сердце, и каждый раз любил, словно в последний раз.

***

Последнее время дела компании шли не в лучшую сторону, приближалось банкротство. В один день по офисам разнеслось известие, что к ним приедет крутой кризис-менеджер из Москвы, который вытащит их компанию. И Татьяна даже не удивилась, когда услышала его имя.

Когда Александр вошел в зал для совещаний, она просто спряталась за спины своих коллег, не желая быть увиденной им и узнанной. За это время он совершенно не изменился, словно время не властно над ним, такой же красивый, молодой, подтянутый. А она? А ей уже сорок, но выглядит гораздо старше, эдак лет на пятьдесят, от той Танюши, как ее когда-то называл Александр, ничего не осталось. Просто ничего, ни внешне, ни внутренне, старая бездушная тетка с потухшим взглядом и обреченностью в лице.

Когда Александр ходил по кабинетам, чтобы посмотреть условия работы и познакомиться с сотрудниками, он даже не изменился в лице, когда встретился с Татьяной взглядом. Она же смотрела на него с затаенным жадным интересом и ждала, что он пригласит ее к себе в кабинет чтобы поговорить. Но шло время, дни, недели, а Александр даже и не вспоминал о ней.

Однажды Татьяна вышла из своего убежища-кабинета в туалет. Наступал вечер, освещение было какое-то сумеречное. Она она почти дошла до пункта своего назначения, как из лифта, который находился недалеко, вышла женщина, на вид лет тридцати, полненькая, с приятным лицом, аккуратной прической, в модной одежде. С ней за руки шли две девочки-погодки, лет 6-5. Они направились в сторону приемной, весело смеялись, от них веяло таким счастьем, что у Татьяны просто заклубилась черная зависть. Она остановилась, спряталась в дверном проеме туалета и следила за тем, куда они идут. И совсем замерло ее сердце, когда из приемной к ним навстречу вышел Александр. Увидев девочек, он раскрыл руки для объятий и девчонки побежали к нему. Он поймал их, поднял и закружил. Когда к ним подошла женщина, он поставил дочек на пол, обнял женщину и поцеловал. Татьяна постаралась тихо зайти в туалет, чтобы он не успел ее заметить.

А Александр и не заметил неприметную тень. Он никого не видел, кроме своих любимых девочек, ради которых был готов на все.

***

Продав квартиру, Александр вернулся к родителям в Москву, часто навещал дядю, который периодически находился на лечении в клиниках. Здесь он познакомился с медсестричкой Надей, которая ухаживала за дядей. На фоне остальных девчонок медсестричек, которые старались следить за своими фигурами и постоянно сплетничали о всяческих диетах, старательно прихорашивались к его приходу, стараясь получить его внимание, Надя всегда быстро делала все процедуры дяде и спешила выйти из палаты. Со временем он заметил, что девушка держится от всех немного в стороне, словно комплексует из-за своей пышной фигуры. Глупая! У нее самая красивая женственная фигура, которую хочется обнять и прижать к себе.

Однажды Александр приехал к дяде немного позже обычного, когда уходил от него, встретился на выходе с Надей, предложил подвезти. У него даже мелькнула мысль, что все начинается также, как с Татьяной и сейчас она начнет отказываться. Но Надя согласилась, спокойно села к нему в машину и они всю дорогу довольно весело болтали. Да, у нее тоже был свой комплекс, хотелось бы стать стройнее, но вскоре Александру удалось убедить ее, что она очень нравится ему именно такой, какая есть, стал настойчиво ухаживать за девушкой. И Надя ответила на его ухаживания, всегда встречала его с улыбкой, доверием, любовью. У них были трудные моменты из-за занятости Александра, которые они разрешали совершенно спокойно, просто поговорив и высказав свои опасения. С каждым днем Александр влюблялся в Надю все больше и больше, не понимая, как мог раньше жить без нее. Она словно вдохнула в него новую жизнь. Надюша была совершенно солнечным человеком, все ее комплексы отошли в небытие, когда он признался ей в любви и предложил стать его женой, но с одним условием — не худеть. Она рассмеялась тогда и приняла его предложение вместе с условием. А потом у них родились совершенно замечательные дочки, которых он любил больше жизни. Каждый день Александр благодарил Всевышнего, что ему подарили настоящую семью, в которой есть взаимопонимание и любовь, поддержка и доверие.

***

Когда спустя десять лет ему предложили спасти очередную компанию где-то на краю света, он согласился. До школы старшей доченьки Любашки оставался целый год. Он предложил своим девчонкам поехать вместе с ним и они без упреков и претензий согласились. Для младшей дочки Верушки это было вообще настоящим приключением.

Когда он на совещании увидел Татьяну, сначала даже не узнал, пока не услышал ее фамилию. Сделать вид, что они знакомы? А надо ли? Она сама старательно пряталась от него. Он просто прошел мимо, словно закрыл те страницы своей жизни, которые она отказалась писать вместе с ним.

Уже после этой встречи он задумался, а что было бы, если бы он простил ее, смог ли жить с ней после этого счастливой семьей? Почему-то не мог представить, как бы жил с женщиной, которая вот так при всех оскорбила его, унизила, не сдержав свои эмоции. Как сказал отец «женщина с нестабильной психикой». И все время вспоминал бы эти ее оскорбления и делал вид, что между ними все нормально и ожидать очередного срыва. Забыть? Это было бы трудно, тем более ему, обладающему феноменальной памятью, без которой в его профессии просто невозможно выжить. А она? Она бы старалась все время загладить свою вину и он бы постоянно видел в ее глазах не любовь, а вину, страх, что не простил. И это были бы уже не те чистые отношения, не было бы больше доверия, нежности, трепета, которые жили в его душе, когда он мечтал назвать Таню своей женой.

Нет, правильно он поступил. Зато встретил свою женщину, которая никогда не предаст его, не оскорбит, а спокойно все выяснит и даст возможность высказаться, сама скажет все, что посчитает нужным, но без оскорблений и унижений, один на один. А еще она обещала родить ему сына.

И если бы Татьяна сейчас снова подошла бы к нему и предложила просто поговорить, он снова бы ответил ей:

- Прости, но нет.

***************