Проклятый, одинокий, дракон

Пролог

Девочка закашлялась и проснулась.

В горле першило от едкого дыма, а то, что спросонья показалось ярким солнечным светом, оказалось огнём. Он пожирал занавески, полз по цветастому ковру, подбирался к комоду. В крепкую деревянную дверь комнаты словно попала петарда - по центру чернело обугленное пятно, и горящее дерево издавало треск, как поленья в камине.

Этой промозглой ночью в своей огромной кровати девочке только удалось согреться. Снилось лето, цветное, шумное, жаркое, а оказалось, что в доме начался пожар. И, глядя, как чернеет край покрывала, малышка заплакала. Заплакала от обиды, а не от страха. Осознать, что эти тёплые лижущие языки огня несут неминуемую смерть, в свои пять лет она ещё не могла.

Девочка прижалась к изголовью кровати и закрыла глаза, уговаривая себя, что это тоже сон, только плохой. Удушливый дым не давал нормально дышать, и она закрылась с головой.

Огонь гудел, бушевал, праздновал. А ветер, врываясь в разбитое окно, добавлял ему силы, позволяя развернуться в комнате в полную мощь.

Занялись занавеси балдахина, начало тлеть одеяло, источая тошнотворную вонь. В дверь били чем-то тяжёлым и выкрикивали её имя.

«Папа», - успела подумать девочка, но внезапно так устала, что у неё не хватило сил ни встать, ни даже ему ответить. А когда полыхавшие стойки рухнули на спину, малышка потеряла сознание.

Она чувствовала, что её несут. Сильные руки прижимали её к груди и что-то ещё, словно сомкнувшиеся крылья, окутывало плотным коконом.

Боль прорезалась в сознание одновременно с голосом.

- Посмотри на меня и боль отпустит, - голос тихий, низкий, но скорее мальчишеский.

С трудом она разлепила веки, и янтарные глаза с вертикальными прорезями заставили её замереть и забыть обо всём. Зарево горящего дома отражалось в них снаружи, но таким же ярким пламенем они полыхали изнутри.

Она смотрела в эти всполохи огня и не могла отвести взгляд, запоминая навсегда.

Глава 1

- Редкий дракон долетит до вершины горы Аркон, гласит легенда, - вывел девушку из задумчивости голос пожилого возницы.

Айна вздрогнула и слегка потрясла головой, отгоняя детские воспоминания. С пяти лет она помнила эти горящие глаза с вертикальными зрачками, и каждый раз, когда они всплывали в памяти, ей становилось не по себе.

- А что за легенда? - спросила она громко, чтобы глуховатый дядька её услышал.

- Говорят, раньше все королевские острова принадлежали драконам. А Энсийские горы были так высоки и неприступны, что только эти летающие твари и могли там жить. Но это время давно минуло. Драконы вымерли, горы осыпались и земли эти давно отошли короне.

Айна невольно улыбнулась и осмотрелась по сторонам. Упоминание короля, ради свадьбы с сыном которого и приехала девушка в северные земли, наполнило сердце радостным предвкушением.

Из повозки с открытым верхом открывался потрясающий вид на вересковые поля. Они расстилались в обе стороны от петляющей среди них укатанной дороги и упирались далеко на западе в уже упомянутые Энсийские горы.

«Какая здесь, должно быть, будет красота, когда эти пустоши зацветут», - подумала девушка, осматривая ещё затянутые бурой прошлогодней растительностью окрестности, с покоящимися среди трав гранитными валунами. Ей, южанке, эта строгая, скупая красота была в новинку.

Солнце садилось в пушистые облака, скрывающее скалистые пики. Его свет окрашивал в огненные оттенки склоны, ещё покрытые снегом.

Но вдруг облака расступились, и на самой вершине горы Айна увидела острые шпили башен.

- Это что, замок?! - воскликнула она.

- О, да, - нехотя откликнулся возница.

- Неужели там кто-то живёт? - рассматривала девушка крошечные жёлтые огоньки в окнах. То ли это были отблески солнца, то ли в замке горел свет - с такого расстояния трудно было разобрать.

- Да, герцог де Риз, - всё так же неохотно пояснил возница. - Весьма странная личность.

И возможно, девушке удалось бы выманить ещё какие-нибудь сведения о загадочном герцоге, но повозка неожиданно подпрыгнула и резко завалилась набок. Лошади всхрапнули и встали. Возница выругался и начал слезать с облучка.

Айна со всей силы вцепилась в поручень, чтобы не свалиться, как её чемоданы, которые с грохотом попадали в дорожную пыль.

Возница, кряхтя, пошёл искать укатившееся колесо. А Айна оглянулась на конский топот, доносящийся со стороны гавани, с которой они недавно выехали, отправляясь в королевский замок.

В облаке пыли, поднимавшейся из-под копыт вороного коня, к ним приближался всадник. Чёрное одеяние сливалось с мастью коня, и издали всадник казался несущейся на них зловещей тенью. Развевающиеся полы плаща казались огромными крыльями и придавали ещё больше сходства, скорее, с летящим животным, чем с человеком.

Он осадил коня, поравнявшись с покосившейся повозкой и легко спрыгнул. Из-под надвинутого на лицо капюшона, Айна видела лишь мужественный подбородок, выразительно очерченные губы и прямой аристократический нос.

- Миледи, - протянул он затянутую в перчатку руку. - Вытаскивайте свою худосочную задницу из этой телеги.

- Как вы смеете, - вспыхнула Айна возмущением от такого неуважения, но руку всё же подала. - Я невеста Его Высочества, дочь герцога де Лабранша.

- Что же Его Высочество не прислал за своей невестой карету побогаче, вместо этой дряхлой почтовой повозки? - усмехнулся незнакомец. Его сильная рука и блеск в глазах, скрытых капюшоном, заставили Айну разволноваться. Но невесте принца не пристало выказывать страх перед язвительными незнакомцами.

- Возможно, он не в курсе моего прибытия. Я решила не беспокоить Его Высочество, и сама наняла этот экипаж, сойдя с корабля.

- Какая похвальная необременительность, - скривился мужчина, присев над беспомощно уткнувшейся в землю осью. - И как рьяно вы бросились защищать жениха, которого, уверен, ещё и в глаза-то не видели.

- Не хочу показаться несправедливой, - гордо вскинула подбородок девушка.

- Не хочу показаться невежливым, но вы, похоже, не просто заносчивы, но ещё и глупы, раз доверили свою жизнь первому встречному пьяному вознице.

- Я трезв, Ваше Сиятельство, - отозвался мужик, подкатывая колесо.

- Грубиян! - фыркнула Айна, но незнакомец даже не повернул головы.

- Уже вечер, Мишо, - осматривал он состояние транспортного средства. - Ни за что не поверю, что ты до сих пор не промочил горло.

- Неудачный денёк, Ваше Сиятельство, - пробубнил Мишо, почёсывая затылок. - Вот отвезу благородную леди во дворец, затем, может, и опрокину стаканчик. Да и то так, для настроения.

- Так бы часто ты за своей телегой следил, как в стакан заглядываешь. Обод проржавел, рессоры не смазаны, дышло того и гляди отвалится. Насаживай!

Мужчина схватился за ось, помогая незадачливому кучеру. Айна отвернулась, чтобы не видеть, как мощные плечи незнакомца напряглись, приподнимая карету.

- Давай, давай! - подгонял он Мишо.

И голос его низкий, мягкий, с придыханием от напряжения, заставлял девушку болезненно хмуриться, переживая.

- Твою мать! - выругался он в сердцах. - Ну, закрепляй уже, хрен косорукий!

Айна повернулась на его возглас, когда он стягивал с окровавленных пальцев перчатку.

- Возьмите, - протянула она платок.

- Спасибо, - незнакомец замотал протянутой тряпицей ладонь. И Айна заметила, как блеснул чёрный камень в его перстне. - Надеюсь, от вида крови вы не упадёте сейчас в обморок?

Он снял капюшон. Чёрные слегка вьющиеся волосы до плеч тут же подхватил ветер. Незнакомец убрал их с лица здоровой рукой, и Айна слегка оробела от насмешливого взгляда его пронзительных, зелёных, как море у берегов Фриталии, глаз. Они скользнули по ней, не задерживаясь. Девушка поёжилась от неприятного ощущения, а ещё от холодного ветра, и обняла себя руками.

- Прошу, миледи, - подал мужчина руку, помогая девушке. - Возвращайтесь в экипаж, пока не простыли. Весна в наших краях обманчива.

Возница как раз закончил складывать на место её увесистые чемоданы.

- Благородной леди не пристало путешествовать одной, - заметил незнакомец, захлопывая за ней дверь.

- Моя служанка, - смутилась Айна его справедливому замечанию. - Она уехала вперёд вместе с багажом. Сообщить о моём прибытии.

- Да, вы, я смотрю, решили привести с собой всё приданое, - иронично приподнял он густую, красиво изогнутую бровь, разглядывая её многочисленный багаж.

- Айна, - представилась девушка, протянув руку. - Айна де Лабранш.

- Очень приятно,Тьер де Риз, - слегка пожал мужчина её протянутые пальцы, натянул капюшон и откланялся. - Счастливого пути!

- Герцог де Риз? - рассеянно проводила Айна взглядом его спину, когда повозка тронулась с места.

Он легко запрыгнул в седло и, пришпорив коня, помчался вперёд, заставляя их глотать поднятую пыль.

- Герцог де Риз? - переспросила Айна возницу. - Тот самый владелец замка на вершине горы?

- Да, миледи. Странный он человек. Одинокий, замкнутый, - обернулся к ней Мишо. - Не в добрый час встретился он нам в дороге.

- А мне показалось, мы бы без него не справились, - возразила Айна непутёвому кучеру. - Чем же он странен?

- Он проклят с рождения, потому неуязвим. А ещё невероятно богат, умён и воистину гениален как полководец. Ни одного сражения под его командованием не было проиграно. И уже больше пяти лет соседи боятся посягнуть на наши границы.

- Так выходит, это благодаря де Ризу страна одержала победу в последней войне? - усмехнулась девушка. - Мой отец тоже воевал. Правда, больше тридцати лет назад, в молодости. На его руках умер Его Величество Бранго восьмой. И тогда победа была одержана благодаря доблести солдат и дальновидности их генералов. Уж не сам ли герцог распускает эти слухи?

- Так говорят люди, миледи. Мой брат рассказывал, что, когда победа от нас почти ускользнула, и наши войска в отчаянии стали отступать под натиском армии Гиацинтарии, в небе появилась чёрная крылатая тварь и выжгла извергающимся из её пасти огнём весь вражеский авангард. Тем и обеспечила нашей армии решающий перевес.

- И как же выглядела эта тварь? - всё ещё сомневалась девушка.

- Как дракон, миледи. Огромный чёрный дракон. Говорят, его часто видят над Энсийскими горами. Особенно в грозу.

- Да, в сильную грозу, действительно, людям чего только не померещится, - скептически сморщилась девушка.

- Говорят, этот дракон живёт в одном из ущелий во владеньях герцога. Именно из-за него герцог не женится. Ведь он обязан отдать ему женщину, которую полюбит, и тогда проклятье падёт и тварь эта исчезнет.

- За что же его так прокляли, Мишо? Чем провинился столь доблестный герцог перед богами?

- Не его, миледи. Его мать, - щёлкнул кнутом кучер, подгоняя едва плетущихся лошадей. - Её Величество, миледи Кристель, жена Бранго восьмого была обвинена в неверности погибшему мужу, клятвопреступлении и колдовстве. Её, носящую ребёнка, должны были сжечь на костре как ведьму, и она обратилась к настоящей колдунье, чтобы спасти своего ребёнка.

- И колдунья наложила на неё заклятье?

- Да, миледи. Она дала ей выпить драконью кровь, чтобы сделать её неуязвимой. Но вступивший на престол Эдгард, младший брат Брандо, пощадил его непутёвую жену. Она осталась жива, а действие зелья досталось ребёнку. Герцогиню изгнали в этот замок в Энсийских горах. Там же она и родила своего проклятого сына. Там же и умерла, когда её отпрыск едва научился ходить, оставив мальчику и свой замок, и титул, доставшийся ей от отца.

- Кто же тогда воспитал юного герцога? - Айне показалось, что она уже слышала эту легенду в детстве, но тогда она показалась ей просто сказкой.

- Старый друг герцогини, граф де Вонн, миледи. На её смертном одре он обещал посвятить этому свою жизнь. С того времени минуло тридцать с лишним лет, а граф так и является наставником Его Сиятельства и смотрителем замка.

- Не удивительно, что герцог так дурно воспитан, - фыркнула юная невеста принца. Признаться, эти разговоры её уже утомили. Плюс давала о себе знать долгая дорога. Хотя теперь этот странный герцог стал ей ещё более неприятен, когда к его грубости и надменности добавились знание о дурном воспитании и сомнительного рода сплетни и о его происхождении, и о его семье.

Айна откинулась на мягкие подушки и, глянув последний раз на укрытый плотными облаками замок, решила думать о предстоящей встрече с принцем.

Если он хотя бы вполовину так хорош, как на том портрете, что привезли в их имение вместе с предложением руки и сердца, то она станет самой счастливой невестой в мире. Благородные черты, узкий подбородок с клиновидной бородкой, тёплые карие глаза. Ей казалось, она уже влюблена в благородного Сольвино. В радостном предвкушении встречи она прикусила губу.

- Миледи, - обернулся к ней Мишо, натянув поводья. - За вами выслали карету. Не рассчитаетесь, согласно договорённости?

- Да, конечно, - кивнула Айна, вглядываясь в несущийся им навстречу экипаж, запряжённый четвёркой лошадей. Даже в надвигающихся сумерках, изумрудные цвета дома наследного принца виднелись на их попонах, отороченных золотом.

Девушка протянула вознице положенные гроши, в волнении совсем забыв убавить за случившуюся в дороге неприятность.

- Ах, мадемуазель Айна, - выпрыгнула из остановившейся кареты её служанка Ивет. - Вы живы? С вами всё в порядке?

- Да, что со мной могло произойти, Ивет? - с недоверием посмотрела Айна на заламывающую руки девушку.

- Ох, меня так отругали за нашу беспечность, - потупилась та. - Ведь к замку такой крутой подъём, а с краю обрыв. Ах, если бы колесо этой повозки сломалось там, страшно даже подумать, что могло бы случиться.

«Замечательно! Он ещё и наябедничал, - обозлилась Айна на оказавшего им помощь герцога. - Надеюсь, никогда больше мне не придётся встречаться с этим невоспитанным наглецом».

С этими мыслями она и въехала в резиденцию принца.

Глава 2

Королевский замок стоял на вершине горы. Не такой высокой, как гора Аркон, не такой неприступной как все Энсийские горы, но дорога действительно имела довольно крутой подъём.

Ивет, преодолевшей этот серпантин дважды, было страшно вдвойне. Она так и сидела с закрытыми глазами, когда карета, описав круг вокруг неработающего фонтана, остановилась у парадного входа.

Айна во все глаза всматривалась в фигуры встречающих, но к большому своему огорчению, принца не увидела.

- Ивет, мы уже приехали, - толкнула девушку Айна. Служанка тут же потянулась к двери, но девушка хлопнула её по руке и прошипела: - Сиди, жди, когда тебе откроют. Оставь эти провинциальные замашки.

- Миледи, - присела пожилая женщина в глубоком реверансе, когда Айна вышла. - Его Высочество не смог приехать. Неотложные дела задержали его в столице. Он будет ждать вас в главной королевской резиденции. Как только вы отдохнёте с дороги, сможете продолжить свой путь.

- Спасибо, - откланялась Айна, стараясь не подать виду, насколько расстроилась.

- Я провожу вас в ваши покои, - кивнула в ответ женщина. - Меня зовут Грэсия, и я к вашим услугам в любое время дня и ночи.

Они вошли в просторный холл. Весь в мраморе, изысканный, великолепный.

«Если загородная королевская резиденция так выглядит, что же я увижу во дворце?» - восторженно оглядывалась девушка по сторонам. И чуть рот не открыла от восторга, задрав голову на хрустальную люстру.

- Простите, - слуга пытался протиснуться мимо замерших на входе гостей и, обходя Айну, зацепил чемоданом вазон с цветами.

Девушка, не задумываясь, кинулась подхватить падающий букет. И только, когда услышала мужской смех, поняла, что сделала что-то не так. И всё же она закончила поправлять нарушенную стройность цветочной композиции, а потом только подняла глаза, чувствуя, как краска заливает щёки.

- Простите, миледи, мой друг, герцог де Риз дурно воспитан, - склонил перед ней голову, одетый в голубой камзол кавалер. - Позвольте представиться, Лотер, герцог Одилонский.

- Айна де Лабранш, - протянула ему руку Айна и ещё больше смутилась, почувствовав его губы на коже в разрезе перчатки.

Герцог разогнулся, откинув с лица светлые волосы. И в глубине его льдистых глаз она всё же увидела то же выражение, что и у стоящего позади него де Риза - насмешка. Тщательно замаскированная, но всё же угаданная ей на этом прекрасном своей северной холодной красотой лице.

«Герцог де Одилон, - припоминала Айна. - Семья герцога была одной из самых влиятельных после королевской. А земли Одилона были самыми обширными на этих островах. Был у них только один существенный минус - они были бесплодны и абсолютно не пригодны для земледелия. А ещё совершенно истощены как пастбища. Отец всегда возмущался, когда вместо денег за поставляемые корма получал королевские грамоты с обещаниями оплатить долги Одилона из королевской казны».

Это знание позволило Айне гордо вскинуть подбородок.

- Всё южанки так удивительно самостоятельны? - поинтересовался герцог с восторгом, и вроде без всякого подвоха.

- И все без исключения вспыльчивы и темпераментны, - не дал Айне и рта раскрыть де Риз, подходя ближе, и обращаясь к Лотеру. - Будьте осторожны, мой друг!

- Ничто так не красит женщину, как её темперамент, - улыбнулся Одилонский, скользя по Айне глазами. И этот взгляд она тоже узнала. Раздевающий, оценивающий. Но в том, как его почти прозрачные глаза изучали девушку, было кое-что, крайне неприятное. Одилон искал следы увечья - страшные шрамы от ожогов, полученные ею в детстве, о которых, кажется, всему миру было известно. Каждый мужчина, будь то поверенный короля или заезжий торговец, все без исключения, искали подтверждение уродства на её теле.

Айна невольно одёрнула рукава платья пониже - на левом запястье действительно красовался ожог, но, к счастью, для поцелуя протягивают правую руку. А безобразные шрамы покрывали, в основном, её спину. Девушка давно смирилась с ними, но это неожиданное замужество заставляло её снова страдать.

- Южанки, думаю, мало чем отличаются от северянок, - ответила Айна, сверкнув глазами на де Риза. - Темперамент у женщины либо есть, либо нет, и это не зависит от места её рождения.

- Миледи, - обратилась к ней Грэсия, махнув рукой на лестницу. - Ваша комната наверху. Я приказала растопить камин и нагреть побольше горячей воды.

Айна ещё старалась вникать в смысл её слов, когда Лотер обратился к Тьеру на гиацинтарском.

- А она хороша, - пробубнил он вполголоса и едва заметно улыбнулся. - Надеюсь, слухи о её дефектах сильно преувеличены. Люблю таких пылких, с норовом.

- Так купи себе строптивую лошадь и объезжай, - глянул де Риз на Айну, и она поспешила отвести глаза.

- Кстати, говорят, южане в своих домах ночуют вместе со скотом, - герцог де Одилон словно невзначай прикрылся надушенным платком. - И, мне кажется, от неё за версту несёт навозом.

Айна застыла в ужасе от его слов, боясь шелохнуться.

- Вы уверены, что леди вас не понимает, Лотер? - спросил де Риз всё на том же языке.

- Помилуйте, мой друг, - хмыкнул де Одилон и отвернулся, когда Айна уже собиралась убить его взглядом. - Южане не учат своих дочерей ни языкам, ни точным наукам. Они настоящие дикари.

- Пожалуй, вы правы, - усмехнулся де Риз, невозмутимо встретив ненавидящий взгляд девушки. - Боюсь, к языкам они совершенно неспособны.

«Ах так? - отвернулась Айна и сделала вид, что очень увлечена рассказом леди Грэсии о расположении комнат. - Два напыщенных индюка, смеют обсуждать меня, глядя прямо в глаза? Что ж, тогда оставайтесь в своём неведении».

- Миледи, - как ни чём не бывало обратился герцог Одилонский к Айне, когда управляющая замком женщина закончила свою речь. - Его Высочество попросил меня сопроводить его прелестную невесту до столицы. Сообщите мне, когда будете готовы отправиться в дорогу.

- Правда? - посмотрела Айна на этого лицемера в упор. - Вы будете сопровождать меня лично?

- О, да, миледи, - поклонился он. - Это большая честь для меня.

- О, да, миледи - передразнил его Риз. - Герцог прекрасно владеет шпагой. Как минимум, от бродячих собак Вы точно будете защищены.

- Если столь же прекрасно, как и языком, то, пожалуй, вы правы, де Риз, - улыбнулась она как можно любезней и обратилась к нахмурившемуся Лотеру: - Мы выезжаем завтра на рассвете.

- Миледи, путь долгий и трудный, - тряхнул волосами северянин, вскинув голову. - Рекомендую вам перед дорогой как следует отдохнуть.

- А я рекомендую вам начинать точить свою шпагу. Я отправляюсь в дорогу завтра. С вами, милорд, или без вас.

Подхватив юбки, она отправилась к лестнице, всеми своими шрамами чувствуя, как взгляды двух герцогов буравят ей спину. Было обидно и горько, что так несправедливо относятся к ней эти заносчивые вельможи. Но она была уверена, что принц не такой.

Оставшись одна в просторной комнате, Айна достала висящий на шее кулон. Мягкая улыбка мамы и насупленные брови отца. Чёрные прямые волосы, яркая южная внешность со смуглой кожей - всё это досталось ей от матери. Но благородные черты и медовый оттенок карих глаз - от отца. А ещё его рачительность и упрямство.

Как жаль, что их не стало так рано. Как жаль, что на всём белом свете она осталась одна - нечаянная наследница огромного состояния, которое сумел сколотить её отец за тридцать лет, умело распоряжаясь плодородными землями и ведя честную торговлю с соседними странами.

Бог не дал её родителям сына. И с малых лет отец учил её всему, что знал сам, а ещё нанимал лучших учителей. Гиацинтарскому, языку страны, которая перестала воевать с Фриталией не так давно, отец учил её с детства. «Язык своего врага надо знать лучше, чем свой родной», - говорил он. И Айне всегда нравилось учиться. А ещё помогать родителям.

Дрова в камине догорали, и Айна встала подбросить поленьев. Ивет в соседней комнате разбирала вещи, чтобы выбрать самые удобные и тёплые, которых в их гардеробе оказалось совсем мало.

- Бог мой, миледи! - воскликнула незнакомая служанка, когда Айна уже разгребла золу и выкладывала на тлеющие угли смолистые щепки. - Зачем же вы сами? Нужно было позвонить в колокольчик.

Она показала на висящий у кровати шнурок, тяжело опустилась на колени, сморщившись от боли, и принялась помогать.

- Да не принято у нас по таким пустякам слуг дёргать, - пожала плечами Айна и подала последнее сучковатое полено. - У вас и так работы полно.

Она встала, поправила платье и подала служанке руку. Белокожая, как все северянки, девушка, лет восемнадцати, возрастом не старше самой Айны, уставилась на её ладонь, не понимая, чего от неё хотят.

- Давай руку, - поманила её пальцами невеста наследного принца. - Я же вижу, что у тебя нога болит.

- Асея, миледи, - подсказала девушка своё имя, опираясь на протянутую руку. - Спасибо, миледи! Ошпарила ногу кипятком. Очень болит, и никак не проходит.

- Я знаю, что такое ожоги, Асея, - посмотрела Айна на девушку серьёзно, а потом улыбнулась. - Но к счастью для тебя, ещё я знаю, как их лечить.

Она полезла в свой дорожный сундук, в котором были припасены сушёные травы, мази и другие средства на всякий разный случай.

- Вот смотри, - отсыпала она девушке в тряпицу несколько крупных синих кристаллов. - Один кристалл растворяешь примерно вот в таком количестве воды, - пыталась показать она руками, но побоявшись, что девушка может её не понять, и оглянулась в поисках какой-нибудь подходящей посудины.

Под кроватью неожиданно обнаружилась круглая металлическая кастрюля с одной ручкой. Айна достала её, заглянула под крышку, пожала в недоумении плечами: «Что в ней могли готовить?»

- Вот столько кипятка, - показала она пальцами от низа ёмкости. - Жидкость будет ярко-голубой, но нужно обязательно дождаться пока она остынет. А потом уже холодную разводить примерно на такое же количество тёплой воды, мочить в ней бинты, перематывать ногу и два раза в день обязательно дополнительно повязку смачивать. Поняла?

- Да, миледи, - кивала девушка, почему-то едва сдерживая смех. - Могу я забрать это, чтобы замерить?

- Да, конечно, - вручила ей странный сосуд Айна, ещё раз заглянув внутрь и водрузив на место крышку. - Не понимаю вообще, что это.

- Это горшок, миледи, - прыснула Асея. - Ночной горшок.

- Горшок?! - поползли вверх по лбу брови Айны.

- Ну, да. Чтобы ночью не бегать по холоду в сортир, а все дела можно было сделать прямо здесь, не отходя от кровати.

- Надеюсь, этим горшком ещё никто не пользовался? - покосилась девушка с недоверием на предмет в руках служанки.

- Нет, миледи, - хихикнула Асея. - Сегодня нет, но я его верну.

- Не надо, - выставила перед собой ладонь Айна, отказываясь.

Служанка откланялась и выскочила за дверь. И Айне показалось, что она бежала по коридору, всё ещё хихикая.

- Мадемуазель, - внесла в комнату ворох платьев Ивет. - Боюсь, это - всё, что у нас есть из тёплых вещей.

Цветастые платья рассыпались по кровати, и Айна с ужасом поняла, что весь её гардероб в этих холодных северных землях совершенно бесполезен.

- Ну, что ж, - устало присела она рядом с нарядами. - Значит, в главную королевскую резиденцию мы отправимся налегке.

Глава 3

После горячей ванны идти никуда не хотелось. Вытянуть усталые конечности на кровати и забыться сном в жарко натопленной комнате. Но, оказалось, на сегодня испытания Айны ещё не закончены - в парадной столовой её ждал ужин.

Да, на нем будут присутствовать оба, уже ненавистных ей, герцога. И, нет, она не может не спуститься и просто перекусить в своей комнате.

- Как это утомительно - придворный этикет, - жаловалась Айна, пока служанки жгли ей волосы завивочными щипцами.

- Это все ваши платья, миледи? - скептически шуршала Грэсия лёгкими тканями. Смотрительница замка оказалась не простой экономкой, а графиней де Монд, старой девой и наследницей давно разорившегося древнего рода. Она безукоризненно следовала правилам и давала советы, цены которым Айна пока не понимала.

- Эти ткани слишком холодные, миледи. Вы рискуете простыть и заболеть в дороге. Вам срочно нужны новые наряды.

- Но завтра с утра я собираюсь отправиться в путь, - перечила Айна. - У меня нет времени ждать портного.

- Его Высочество никуда не денется, миледи. Но если вы подхватите воспаление лёгких и сляжете в лихорадке, возможно, перед принцем встанет проблема начать подыскивать себе новую жену, - откинула строгая графиня в сторону все её наряды, кроме одного. - К тому же погода портится. А путь до столицы, действительно, неблизкий.

- Неблизкий? - удивилась девушка. - День или два дороги вы считаете далеко? Я посмотрела по карте. От моего дома до западной границы владений расстояние в три дня пути, а здесь и того меньше.

- По прямой, может быть, - приподняла тонкие брови строгая женщина. - Но вы забываете про горы, которые лежат на пути, и реку, мост через которую построен только на территории графства Лешер. Только до Лешера неделя пути.

- Неделя? - удивлённое выражение так и не сходило с лица Айны.

- А если выпадет снег, то перевал станет недоступным, и ещё неделю придётся потратить на то, чтобы объехать горы, - продолжала нагнетать графиня и прогнала закончивших свою работу служанок взмахом руки.

- Снег?!

- Да, ранней весной в наших широтах это обычное явление. Так что, с завтрашним выездом вы явно погорячились. А в этом наряде, - подошла к ней женщина со спины, и в зеркале над головой Айны отразился ей гордый орлиный профиль и высокая причёска из седых волос. - В этом наряде вы замёрзнете даже в столовой. Переодевайтесь в бордовое, а я отправлю посыльного к портному. Вам помочь?

Графиня протянула руку к шнуровке корсета.

- Нет, нет, - поспешно вскочила Айна. - Этим займётся Ивет.

- Как скажете, - откланялась женщина. - И не задерживайтесь сильно, ваши гости и так уже изголодались. А нет ничего хуже голодных мужчин.

- Леди Грэсия, - остановила её Айна. - Скажите, что имел в виду де Риз, упоминая при Одилоне собак. Мне показалось, Лотеру это сильно не понравилось.

- О, это из-за его худобы, миледи, - обернулась графиня в дверях. - За глаза его зовут Костяной. Ну, а где кости, там собаки.

Она едва заметно улыбнулась, но не позволила себе большего.

- Что ж, пусть тогда эти кости подождут, пока я избавлюсь от запаха навоза, - злорадствовала Айна, пока Ивет затягивала жёсткий корсет на очередном платье.

- Говорят, в столице уже не носят платья с высоким воротом, - застёгивала воротник-стойку на крошечные жемчужинки пуговиц служанка. - Сейчас в моде открытые плечи, декольте, и чтобы грудь из него почти вываливалась, а спина до талии была совершенно голой.

- Вот приедем в столицу, там и закажешь себе своё декольте. Глядишь, охмуришь какого-нибудь смазливого королевского конюха.

- Ой, здешний помощник конюха тоже такая душка, - скосила глазки в пол служанка. - Обещал научить меня ездить в седле как настоящая амазонка.

- Это как? - Айна дёрнулась, когда заправленные концы ленты шнуровки царапнули нежную кожу.

- В мужском седле.

- Так ты разве не умеешь? - девушка встала, откидывая назад уложенные локонами волосы. - У нас на юге все девушки ездят только так.

- Ну, он-то этого не знает, - коварно улыбнулась Ивет.

Спустившись по широкой мраморной лестнице, Айна не сочла нужным извиниться за задержку.

«Вот ещё! Навязались на мою голову, пусть терпят. Я не просила такой компании. И сама бы прекрасно поужинала. И до столицы обошлась без провожатых».

- Миледи, - подал ей руку на последней ступеньке Одилон. - Вы обворожительны.

- А вы совсем не изменились, Лотер. По крайней мере, с того времени, когда мы последний раз виделись, - она подала ему руку, но вдруг остановилась. - Хотя нет. Мне кажется, вы похудели.

Перекосившееся лицо герцога де Одилона и блеснувшая улыбка герцога де Риза стали ей наградой за её маленькую, но жестокую месть.

Но только усаживаясь за огромный стол, накрытый с одного конца на три персоны, она заметила какой и на самом деле Лотер худой.

«Белобрысый, долговязый, костлявый», - оценила его Айна по-своему, отвергая более справедливые «светловолосый, высокий, стройный». Даже излишняя худоба его не портила. А рельефно выступающие скулы лишь сильнее подчёркивали его аристократизм. В нём чувствовалась порода, чистокровность, масть. Если бы не презрительно поджатые губы, тонкие, бескровные, жёсткие, он был бы идеален.

- Ваше здоровье, господа, - первой подняла бокал юная герцогиня. В конце концов, она - невеста принца, а они слишком сильно её разозлили. И она слишком устала, чтобы с ними любезничать.

Крепкий и неожиданно горячий напиток непривычно обжёг горло. Айна поперхнулась.

- Это калон, миледи, - невозмутимо глядя, как девушка закашлялась, пояснил де Риз. Он лишь пригубил из своего фужера и поставил его на место. - Напиток из вереска и местных трав. Его пьют маленькими глотками. Даже не пьют, им, скорее, лечатся.

Эти две благородные сволочи были уверены, что она попадёт впросак.

- Любимый напиток Его Высочество Сольвино Первого. Неужели вы не знали? - деланно удивился Одилон.

- Судя по количеству вина, - ещё хрипло, и слегка покашливая, но уже вполне уверенно возразила девушка, - которое поставляют с наших виноградников ко двору Его Величества, любят при дворе как раз вино. А калоном, видимо, лечатся. С похмелья.

Она снова подняла горячий кубок под их сдержанные улыбки.

- Миледи, - остановил её Одилон и показал, что надо выдохнуть, прежде чем пить.

Айна последовала его совету, и вторая порция пошла мягко.

- И кусочек сладкого сыра, - протянул ей на раздвоенном кончике ножа желтоватый кубик де Риз.

Девушка взяла из его руки прибор и зубами аккуратно сняла закуску. Сладкий сливочный вкус приятно смягчил едкое послевкусие калона. Но, пожалуй, с крепкими напитками на голодный желудок пора заканчивать - в голове моментально зашумело.

Она вернула герцогу нож. Белый шрам между его большим и указательным пальцами привлёк внимание Айны. Кажется, именно в этом месте всего пару часов назад де Риз поцарапал руку, помогая с повозкой. «Может слухи о его неуязвимости не слишком и преувеличены?» - мелькнула шальная мысль.

После аперитива слуги начали подавать горячее, и девушка отвлеклась, рассматривая непривычные для неё блюда.

К счастью, после обильной трапезы, сытые джентльмены пришли в хорошее расположение духа, и остаток ужина прошёл в спокойной, даже дружеской обстановке.

Обсуждали лошадей, погоду, астрологию, и много других разных тем, в которых эти двое оказались подкованы. И когда ни один из них не огрызался, они оказались на редкость приятными собеседниками. Ловко меняли тему, когда понимали, что Айна в ней не разбирается. Умело обходили острые углы, когда кому-то разговор мог показаться неприятным. Искусством светской беседы два благородных герцога владели отменно. И даже несмотря на лёгкое опьянение, Айна решила, что, наверное, ей полезнее будет держать их в друзьях, чем во врагах.

Одна беда - ловкие вельможи, скорее всего, тоже преследовали свои цели, предлагая ей свои услуги и дружбу. Айна была здесь чужой, а они на своей территории. Доверившись им, она сильно рисковала.

«Надеюсь, я не наболтала лишнего», - распереживалась девушка, когда ей, наконец, удалось добраться до кровати. Но после вкусного ужина сон сморил её быстрее, чем она успела вспомнить всё, о чём успела поведать знатным господам.

Утро ослепило светом. Не ярким солнечным, каким обычно встречало её утро дома в поместье, а каким-то неживым, белым.

Прошлёпав босыми ногами по холодному полу, Айна прильнула к единственному окну и обомлела - всё, насколько видел глаз, было покрыто белым покрывалом. Двор, конюшни, склоны гор, долина у их подножия - всё стало призрачно-белым, чистым и торжественным.

- Снег? Это же снег?! - волновалась удивлённая южанка, когда прибежала горничная.

Айна чуть не оторвала этот чёртов шнурок, звоня в неслышный для неё колокольчик. Судя же по испуганному виду девушки, где-то там внизу, слуг явно встревожил трезвон.

- Да, миледи, - склонилась незнакомая служанка в поклоне. - Ночью действительно выпал снег.

- Так несите скорее одежду! Пришлите Ивет! Я немедленно хочу прогуляться.

Айна чуть не примёрзла к ледяному сортиру, в который снизу задувало мелкие снежинки, и подумала, что тёплый горшок, действительно, был бы приятнее мягкому месту. Поэтому, наверно, в этих северных широтах им пользуются. Но только одна мысль о том, что ночная ваза вместе с содержимым будет потом стоять под её кроватью, уже вызывала отвращение. Долго не рассиживаясь, она бегом прибежала назад в комнату.

Наспех умылась, на ходу затолкала в рот тёплую булочку с джемом, торопя служанку с волосами. И, наконец, натянув своё единственное бархатное платье, вчерашнее, бордовое, стремительно рванула к выходу.

- Стоять, - перекрыла ей путь недремлющая графиня.

Она скептически осмотрела обхватывающие лодыжку ботинки из тонкой кожи и кружевные перчатки. Поджав губы, женщина заставила девушку пройти в свои покои.

В странном меховом одеянии с капюшоном и нелепых сапогах, больше похожих на два меховых рукава, только зашитых снизу и надетых на ноги, Айна чувствовала себя толстой как их кухарка Алексия, которую с трудом подняли в карету четыре крепких мужика, когда она однажды сломала ногу.

«Хоть бы уж никто из благородных кавалеров меня в таком виде не увидел», - разглядывала Айна огромные следы, что оставила её жуткая обувь, по дороге от крыльца к конюшне.

Пригоршню снега приятно холодила руки. Маленький комочек, что девушка слепила из этой липкой холодной массы, больше всего напомнил ей мороженое, которое считалось в их краях деликатесом и стоило очень дорого. Здесь же оно, можно сказать, падало с неба.

Айна, не задумываясь, потянула его в рот.

- Не делайте этого, миледи, - услышала она совсем рядом мужской голос.

Ну, конечно! Вездесущий де Риз!

- Почему? - повернулась она, понимая, что выглядит как куча мусора в своём пропахшем псиной одеянии. И вспомнила, что толком не причёсана, когда скинула с головы меховой капюшон.

- Снег грязный, - подошёл он и, обдавая её запахом дублёной кожи, натянул головной убор обратно. - Вы же не хотите три дня просидеть на горшке, мучаясь животом?

Судя по его гаденькой улыбочке, он бы не отказался даже понаблюдать за её мучениями, чтобы при случае напомнить про её позор.

Нет, три дня в ледяном сортире - такая перспектива действительно прельщала мало, и Айна выбросила таявший в руках шарик.

- К тому же он невкусный, - усмехнулся Тьер, тут же вызывая в ней желание немедленно убедиться в этом.

«Откушу совсем маленький кусочек, когда он уйдёт», - решила девушка.

- Не желаете прокатиться? - вместо того, чтобы откланяться и уйти предложил герцог.

- Когда? Куда? - с недоумением разглядывала Айна его смеющиеся глаза, которые казались изумрудными сейчас, когда в них отражался сверкающий снег.

Она вдруг начала погружаться в них, как в бездонный колодец, не в силах отвести взгляда, даже оглохнув. Иначе как объяснить, что, перестав падать, она увидела в них несуразный меховой шатёр со своим удивлённым лицом и тень, что приближалась к ней из-за спины. И только когда де Риз сам отвёл взгляд, услышала, как скрипит снег под чьей-то тяжёлой поступью.

- Лотер, - откланялся герцог де Риз, пока Айна приходила в себя, не понимая, что это только что было.

- Тьер, - поприветствовал его Одилон и склонился к руке девушки. - Миледи.

Вот дались ему эти поцелуи! Она незаметно потёрла обслюнявленное его противными губами место об свою монументальную шубу и покосилась на Тьера.

«Мог хотя бы сделать вид, что не заметил», - скорчила она ему рожицу, пользуясь тем, что он уже отвернулся.

- Как думаешь, Тьер, перевал обледенеет? - тем временем осматривал окрестности Лотер.

- Будет зависеть от того, выглянет ли солнце. А если в ночь снова приморозит, то пока снег не сойдёт полностью, ехать опасно.

- Не волнуйтесь, миледи, - улыбнулся Одилон белее, чем лежавшие сугробы. - Вашей жизнью мы рисковать не будем.

- И вам не позволим, - предвосхитил Тьер её возражения, что она в их заботе не нуждается. - Пока дороги не очистятся, будем развлекать вас здесь по мере своих скромных сил.

- Вы вроде только что предлагали мне прокатиться? Считаете, это безопасно?

- О, я всего лишь хотел показать вам сад, разбитый у замка, в снегу, - махнул он рукой туда, где, наверно, и находилась упомянутая территория. - И уж, конечно, сам поведу вашу лошадь. Так что, если она неожиданно и сиганёт в пропасть, то только вместе со мной.

- Полагаю, после описанных перспектив, миледи, вы непременно должны согласиться, - зачерпнул снег Одилон.

- Разве что, позднее, - Айна вспомнила, что собиралась быть милой.

- Позднее уже не останется той красоты, - убрал с лица свои тёмные волосы де Риз, - Она растает.

И быстрее, чем девушка успела ответить и сообразить, что происходит, он вдруг отпрыгнул в сторону и увернулся от комка снега, запущенного в него Одилоном. Пока Айна, раскрыв рот, смотрела как Одилон лепит следующий шарик, он сам почти увернулся от снаряда де Риза. Неудачно. Снежный ком разбился о его плечо.

- Ах так! - швырнул Лотер свой снежок и тут же кинулся лепить следующий.

Айна крутилась на месте, наблюдая то за одним, то за другим герцогом, бегающими вокруг неё, как мальчишки. Они использовали девушку как прикрытие, пока кто-то из них не попал в неё снежком.

«Ну, держитесь оба!» - стянула девушка с рук тонкие перчатки. И воспользовавшись тем, что они слишком заняты друг другом, кинула по снежку в каждого.

- Вот вам, вот! - кричала она, делая новые и новые снаряды.

Смеясь, Лотер упал в снег лицом, а де Риз - навзничь.

- Миледи, мы с позором повержены! - крикнул ей Тьер, не поднимаясь.

И пока он точно не видит, Айна засунула в рот кусочек подтаявшего шарика.

Снег оказался невкусным.

Глава 4

Сложенный из белоснежного мрамора замок, стройный, величественный, неприступный, выглядел очень изящно, благодаря высоким башням с остроконечными золочёными шпилями. Только заехав подальше в сад, Айна смогла по достоинству оценить его красоту. Припорошённый снегом, он казался сказочным и нереальным.

- Этот замок называют женским, - Тьер тряхнул головой, смахивая упавший с ветвей на волосы снег.

- Из-за приталенных форм? - обрисовала Айна руками очертания башен, похожие на фигуры высоких дам в узких корсетах и длинных юбках.

- Нет, - засмеялся герцог. - Потому что, начиная с Бранго Первого, все короли ссылали сюда надоевших жён, чтобы те не путались под ногами при дворе. И супруги доживали здесь свой век в труде, молитвах и уединении.

- Как это грустно, - не поддержала его веселья девушка. - И отвратительно. Неужели ни один из них не был счастливо женат?

- Ну, почему же, - развернул герцог коня, и они пошли дальше по заснеженной аллее. - Например, Рагнар Безрукий был женат счастливо, хоть и недолго.

- Он потерял руку на войне?

- Нет, - покачал головой Тьер и усмехнулся. - На войне он потерял голову. Погиб. А Безруким его прозвали за исключительную неловкость. У него вечно всё падало из рук. Скипетр вываливался, держава скатывалась на пол, и даже корона вечно съезжала набок. Вы легко опознаете его портрет в королевской галерее - его так и изобразили в сползшей на одно ухо короне.

- И всё же он был счастлив? - Айна сняла с головы капюшон. Солнце едва выглянуло из-за облаков, но уже припекало.

- Счастлив и плодовит. В браке с Элеонорой Суранской он нажил пятерых детей. А после смерти короля, его вдова переехала жить в этот замок. И разбила сад, в память о муже, оплакивая свою потерю. Он так и называется - Слёзы Элеоноры. Вам, миледи, выпала редчайшая возможность увидеть, как он плачет по-настоящему.

- Вы так хорошо знаете историю, - начала было говорить Айна, но так и замолчала с открытым ртом.

Они повернули в садовую комнату. По центру возвышался прудик с удобным широким бортиком. Стояло несколько скамеек. Но воображение поражала высокая каменная стена, что огораживала комнату по кругу.

Каждая пядь этого сооружения была сплошь покрыта причудливыми узорами. Снег таял в сплетениях рельефного орнамента и, стекая по тонким желобкам, вода капала с каждого завитка, бугорка и выступа. Казалось, вся стена плачет, и звук этой капели завораживал не меньше, чем вид.

- Потрясающе, - только и смогла выдавить из себя Айна. Де Риз помог ей спешиться. Ему на руки девушка сбросила своё нелепое тёплое одеяние. - Наверно, это была настоящая любовь?

Она подставила палец под падающую каплю, и вода впиталась в тонкое кружево.

- Говорят, каждое из этих замысловатых украшений Элеонора слепила своими руками, - подошёл де Риз уже без своей ноши. - И потратила на это пять лет.

- Великая женщина, - вздохнула Айна. - Так достойно переживать свою утрату. На века оставить память о своих чувствах. Надеюсь, Рагнар Безрукий был не единственным в роду Контаров, что женился по любви?

- О, нет, - издевательски улыбнулся де Риз. - Уверен, Сольвино Первого постигнет та же счастливая участь.

- Вы сомневаетесь, что я буду ему хорошей женой? - гневно развернулась к нему Айна.

- Как я могу, миледи, - гаденькая усмешка не сходила с губ герцога. - Уверен, он воспылает страстью к вашим богатствам, то есть, прелестям, с первой же минуты знакомства. И будет счастлив. Только недолго.

- Это неправда, - испепеляла его взглядом девушка. - Он честен, благороден и бескорыстен.

- И он отлично получается на портретах, - смотрел на неё сверху вниз Тьер.

- Надеюсь, вы пожалеете о своих словах.

- Накиньте плащ, миледи, - набросил ей на плечи свою одежду де Риз вместо ответа. - Не хочу сожалеть ещё и о вашей простуде. Возиться всю дорогу с больной капризной девчонкой - сомнительное удовольствие.

- Какой вы невыносимый, де Риз, - негодовала Айна. - Сами показали и сами же испортили всё очарование этого места. - Вот что вам стоило промолчать?

- Это не в моих правилах, миледи. Я всегда говорю то, что думаю, - усмехнулся герцог. - И это избавляет меня от двух величайших зол королевского двора - лжи и лицемерия.

- Вы просто хам и грубиян. И я не желаю, чтобы вы сопровождали меня во дворец, - вручив ему сорванный с себя плащ, девушка развернулась и пошла пешком.

- Боюсь, у вас нет выбора! - прокричал он ей в ответ.

Айна вернулась в замок расстроенная, в испорченном платье и в насквозь промокшей обуви. Грязный подол неприятно лип к ногам, а шерсть неизвестного животного, из которого была пошита шуба, налипла на нежный бархат.

Камин не топили, но его портал после улицы казался тёплым. Айна стянула бесполезные перчатки, и прижала к нему озябшие руки. На нижней полке, как издёвка, стояла её недавняя обувь. Когда она садилась для прогулки на лошадь, один меховой сапог слетел, а второй стянул с её ноги де Риз и отшвырнул оба к крыльцу.

Как хорошо начиналась эта поездка! Как весело было играть в снежки! Но этот озлобленный на весь мир неудачник всё испортил.

Лучше бы она поехала с Лотером, встречать его сестру. Девушка отправилась из замка Одилон к Айне с визитом ещё вчера. И герцог переживал, что непогода задержит её в пути.

Айна брезгливо подняла сапоги и вышвырнула их за дверь как блохастую кошку. «Пусть не напоминают!»

Графиня де Монд, к чьим ногам упала обувь, и бровью не повела.

- Миледи, - перешагнула она через неожиданное препятствие. - Приехал портной. Ждёт вас в малой гостиной. Господи, помилуй! - всплеснула она руками. - Ваше единственное платье!

- Пустяки, - отмахнулась Айна и сделала шаг к двери. - Портной пошьёт мне новое.

- Миледи, - преградила ей путь Грэсия. - Вы не можете появиться перед Лориной де Одилон в таком виде. Вы не жалкая пастушка, а невеста принца. Весть о вашем неразумном поступке с нанятой повозкой уже летит во дворец впереди вас. Если вы ещё соизволите в таком виде приветствовать фрейлину королевы, король не пустит вас на порог. Ваша репутация будет испорчена навсегда, как это несчастное платье.

- Но что же мне делать? - в отчаянии опустилась Айна на кровать.

- Примите ванну. Приведите в порядок ваши волосы. А с нарядом я что-нибудь придумаю.

- А как же портной?

- А вот портной как раз подождёт, - сказала графиня, как отрезала и, гордо распрямив плечи, вышла.

Айна скопировала её осанку и до ванной комнаты дошла как настоящая королева. На большее её не хватило. Она села, понуро опустив плечи. И пока девушки таскали с кухни горячую воду, жаловалась Ивет, вынимающей шпильки из растрёпанных волос.

- Он сказал, что принцу нужны только мои деньги, - вздыхала Айна.

- Ой, да не слушайте вы этого грубияна, - поддерживала её шёпотом служанка и единственный близкий человек, прекрасно понимая, о ком идёт речь. - Ваш жених - принц. Принц! И скоро станет королём. Вся королевская казна в его распоряжении. Для чего ему ваши деньги?

- Думаешь ОН специально, чтобы я думала про Сольвино плохо?

- Думаю, ОН просто завидует. Ведь это ОН мог стать следующим королём, если бы оказался родным сыном Брандо Восьмого. Но мать нагуляла его, он проклят, он озлоблен. Он просто желчный зануда. К тому же, одинокий и бессердечный.

- Ивет, а что ещё говорят про него на кухне? - спросила Айна, с наслаждением погрузившись в горячую воду. Все слуги разошлись, и сплетничать можно было не стесняясь. - Почему он не женится? Сколько уже ему? Тридцать?

- Тридцать два, мадемуазель. Он практически старик, но кто же за него пойдёт? Он же скормит свою жену дракону. Говорят, в его замке даже нет ни одной нормальной служанки.

- Представляю, какая там разруха, - Айна блаженно закрыла глаза, когда пальцы Ивет начали мягко массировали кожу головы. - А служанки-то чего боятся?

- Дракона, конечно! И любви герцога, - хихикнула Ивет. - Поэтому у него работают только всякие калеки, толстухи и горбатые уродины.

- Точно! - воскликнула Айна. - Я же слышала, что проклятье падёт, если он отдаст дракону ту, что полюбит.

«Поэтому, наверное, он и не верит в любовь, - выставила девушка ногу, которую стала усердно натирать Ивет. - И злится, когда про неё говорят».

- Ой, мадемуазель, я же ещё такое услышала, - опять перешла на шёпот Ивет. - Говорят, сейчас в столице все девушки удаляют волосы.

- Как это? - уставилась на неё хозяйка. Хотя ей и хотелось ещё поговорить про задевшего её герцога, но эта тема тоже заинтересовала.

- А совсем. По всему телу удаляют, - служанка молча показывала те места, где именно.

- И там? - округлила глаза Айна. - А как?

- Как, как! Приглашают цирюльника. Он всё аккуратненько и сбривает.

- Боже, срамота какая, - прикрыла раскрытый рот рукой девушка и тут же стала отплёвываться от попавшей в него пены.

- А потом ещё втирают какие-то мази, чтобы волосы больше не росли. Говорят, пошла эта мода от куртизанок. Тогда мужья стали и своих жён заставлять бриться. А потом жёны сами для полюбовников своих стараться.

- Замолчи сейчас же, Ивет, - разозлилась Айна, стирая остатки мыла с лица полотенцем. - Невесть что несёшь. Тебя послушаешь, так не осталось уже ничего святого у людей. Все только и делают, что развратничают.

- Ну, а я что? Я ничего, - пожала плечами Ивет. - Это столица, в ней всё по-другому.

Айна не хотела больше слушать. От этих разговоров у неё только ещё больше испортилось настроение. Как же она будет выглядеть там со своими ожогами, когда кругом одни томные и скучающие красавицы с голыми спинами и бритыми ногами. Ей виделось, как все они смеются над ней, и первый раз Айна по-настоящему разнервничалась, что не понравится принцу такая, какая есть.

Потратив ещё кучу времени на сушку волос и укладку, Айна втиснулась в нефритовое платье, выбранное графиней. Слегка покрыв свою кожу рассыпчатой пудрой и нанеся по капельке духов за каждое ушко, она даже осталась собой довольна и спустилась, наконец, в малую гостиную.

Ради новых нарядов всю комнату завалили образцами тканей, кожи, тесьмы. Огромные картонки с пуговицами и пряжками разложили на диванах. Ради большого заказа для знатной особы портной расстарался на славу.

- Дитя моё, - обращался он к Айне, и в силу возраста почтенного дядьки, девушка не возражала. - Это лучшие кружева. Это нежнейший шёлк.

Он водил её по комнате под локоток уже так долго, расхваливая свой товар, что Айна стала оглядываться в поисках помощи.

- Никакого шёлка, - вмешалась строгая графиня де Монд. - Этого добра у нас и так хватает. - Велюр, кашемир, меринос. Что-нибудь тёплое, практичное, удобное в дорогу и пару нарядов по последней моде. И не суйте эти ваши жухлые кружева. Они были в моде ещё при моей бабушке. Как сейчас помню, ими обшивали чепцы.

- Помилуйте, Грэсия, - начал было возражать хитрый дедок.

- Вот этот, - приложила женщина отрез к плечу Айны, не слушая его оправдания. - Он очень подчёркивает цвет глаз миледи. Вот эти два. И вон тот, который вы не хотели доставать.

- Это очень дорогая ткань, - смутился портной.

- Очнитесь, мессир Мартен, перед вами невеста Его Высочества принца Сольвино Первого. Вопрос о деньгах не стоит.

- Но я обещал эту ткань госпоже де Ферье, - мялся он. - А с её обширными формами отреза на двоих может не хватить.

- Значит, перебьётся ваша толстуха, - кинула Грэсия в кучу выбранную картонку с пуговицами. - Это не её цвет. Она будет в нём как корова Уйширской породы, рыжая и с круглыми боками. Хотя, что я вам подсказываю, сами придумаете что-нибудь.

Айна хихикнула, а старик, тяжело вздохнув, начал снимать мерки.

- Что за жизнь? - упёрла руки в бока Грэсия, когда портной ушёл. Крепкие подмастерья выносили его скарб. - Каждый плюгавый портной стремится тебя надуть. Но вы не переживайте, миледи, - обратилась она к Айне, - на самом деле он - гений. Ещё его прадед был королевским портным. Это у них в крови. Не смотрите, что руки у него трясутся, выкройки он делает такие, что комар носа не просунет между тканью и корсетом. Но хитёр, хитёр. Глаз да глаз за ним нужен.

- Леди Грэсия, - Айна прониклась уважением к суровой женщине. - Спасибо вам! Не представляю, что бы я без вас делала.

- Не за что, милая. Это мой долг.

И Айне пришла в голову неожиданная идея.

- Леди Грэсия, - подошла к ней девушка вплотную, волнуясь, что графиня откажет. - У меня на этих островах совсем нет друзей. И я буду вам очень признательна, если вы поедете со мной в столицу.

Тонкие брови женщины удивлённо взлетели вверх, когда она обратила на Айну свой орлиный взор.

- Умоляю вас! - сцепила руки в замок южанка. - Я же пропаду без вас в столице.

- Вы могли бы просто приказать, - сняла графиня с плеча девушки прилипшую нитку.

- Мне не нужны слуги, леди Грэсия. Мне нужны друзья. И вы кажетесь мне честной и бескомпромиссной. Мне кажется, я могу вам доверять.

Губы женщины дрогнули, прежде чем она ответила. И скорбные складки, и глубокие морщинки, что до этого Айна не замечала, так явно проступили на лице Грэсии.

- Когда-то и я была фрейлиной королевы, - вздохнула она. - Но сосватавший меня граф погиб ещё до свадьбы. С тех пор я живу здесь.

- Почему же вы снова не вышли замуж? Вы любили его?

- Это скучная история, - вдруг улыбнулась всегда строгая графиня де Монд. - Вот не думала, что мне когда-нибудь снова доведётся побывать при дворе. И, знаете что, пойду-ка я задержу этого старого пройдоху. Пожалуй, мне тоже понадобится пара свежих нарядов.

Глава 5

После встречи с портным в главной гостиной Айна рассматривала старинные книги в тяжёлых кожаных переплётах, когда мажордом объявил о прибытии герцога Одилона с сестрой.

- Айна! - как свежий ветерок влетела в комнату Лорина де Одилон. С радушием старой подруги, она кинулась целовать девушку. - Как я рада, что удалось тебя застать.

- Миледи, - сдержанно поприветствовала её Айна.

- Ах, Лотти говорил, что ты красавица, но я искренне поражена, - слегка кивнув в сторону вошедшего следом Лотера, девушка с восхищением рассматривала невесту принца. - Соль сделал правильный выбор. И, я уверена, он тебе понравится. Ах, он так волнуется, так волнуется!

Она скинула с головы тёмно-синюю шляпу с перьями. Лотер помог ей снять дорожное пальто.

Несмотря на хороший аппетит и достаток в семье, Айна никогда не считала себя упитанной. Но, глядя на Лорину де Одилон, ощутила себя толстой. Худоба, видимо, была семейной чертой Одилонов.

Стройная, как тростинка, высокая и светловолосая, девушка при этом не выглядела бледной. Свеженькая, складненькая, она сверкала белыми зубками, рассказывая, как снег застал её в дороге, и не давала Айне и рта раскрыть в ответ.

- И мне пришлось ночевать в гостинице, потому что кучер наотрез отказался лезть по такой погоде в гору. А я так хотела увидеть тебя как можно скорее, - всплеснула она руками, снова разглядывая Айну. - Всё же, ты - прехорошенькая.

- Ты сказала, что Сольвино волнуется? - на правах хозяйки Айна пригласила Лорину присесть. И то, как легко та называла принца уменьшительным именем, как-то неприятно царапнуло самолюбие девушки. Даже в мыслях Айна не позволяла себе этого панибратства по отношению к принцу, но для сестры Лотера, видимо, не существовало таких условностей.

- Безумно, - приложила Лорина руки к груди. - Не знаю, грызёт ли он ногти, но, мне кажется, если бы грыз, то уже пообкусал бы их все до мяса.

Видимо, это была шутка.

- Лори, не преувеличивай, - сморщился Лотер. Он сел на диван напротив, закинув ногу на ногу, и покачивал сапогом. - Соль волнуется. Это - серьёзный шаг для него. Но...

- Я и не преувеличиваю, - перебила его сестра. И, может, Айна становилась слишком мнительной, ей показалось, что намеренно. Словно он собирался сболтнуть что-то лишнее, так насмешливо скривились его губы перед несказанной фразой, но сестра бдительно следила за ним. - Он же собирался ехать сам. Даже переплыть пролив, чтобы лично сопроводить свою невесту ко двору. Но эти проклятые государственные дела.

- Сольвино?! Через пролив?! - совершенно не понимал Лотер предостерегающе впившегося в него взгляда сестры. - Да его же от одного вида солёной воды тошнит.

- Да ну их, этих мужчин, - закатила васильковые глазки к потолку Лорина, поворачиваясь к Айне. - Мой брат совершенно ничего не понимает в романтике. А всё потому, что ни разу не был влюблён. А Соль - влюблён. Он задумал к твоему приезду такой грандиозный праздник. Ой, - прикрыла она рот, - кажется, я проболталась.

- Тогда будем считать, что я ничего не слышала, - улыбнулась Айна. Сердце её наполнилось теплотой и трепетом. Он ждёт. Он тоже волнуется. Он готовится. Это - лучшее, что она услышала за последние дни.

- Точно, - вцепилась в её руку девушка. - Ты - моя спасительница. Если ты не удивишься, Сольвино меня убьёт. Его матушка и так не хотела меня отпускать до твоего приезда, но я решила, что не могу ждать. Я должна узнать всё первая. Как ты решилась одна, с единственной служанкой, отправиться в такое долгое плавание? На грязном пароходе, с этой ужасной грубой матроснёй.

- Никакой он не грязный, - засмеялась Айна. Ей было приятно, что она знает что-то, с чем эта светская девица совершенно не знакома. - Наоборот, сверкает чистотой и белизной. А для пассажиров первого класса на верхней палубе отведены отдельные каюты, они матросов даже не видят. И там была очень приличная публика. Сплошь маркизы, графы. Даже один гиацинтарский посол, с которым мы... - «мило беседовали» - чуть не проболталась Айна, но вовремя осеклась, - ... иногда встречались на палубе. И вместе кормили чаек. Собственно, это за ним я и подсмотрела, что можно оставлять на палубе хлеб. И эти бесстрашные птицы садились прямо на перила, чтобы его стащить.

- Боже, как мило. Как мило, - повернулась Лорина к брату, восторженно прижимая руки к груди. - Я думала все гиацинтарцы - грубые мужланы, и была готова услышать, что рядом с хлебом он ставил силки, а потом отрывал пойманной птице голову голыми руками и приказывал сварить из неё суп.

- У тебя слишком богатая фантазия, но в нравах гиацинтарцев ты совершенно не разбираешься, - улыбнулся Лотер, но как-то натянуто.

- Потому, что настоящий гиацинтарец съел бы птицу сырой, - закончил его фразу де Риз, и все повернули головы к вошедшему герцогу.

«Явился, не запылился, - отвернулась Айна. - И судя по тому, что мажордом его не объявил, припёрся он сюда как к себе домой».

- Тьер! - подскочила ему навстречу Лорина, и Айна только рот открыла, как та уже повисла у герцога на шее. - Мой дорогой Тьер! Мы так по вам скучаем. Без ваших едких сонетов, без ваших остроумных шуток и язвительных замечаний так скучно при дворе.

- А миледи Айна сочла меня хамом и грубияном, - церемонно поклонился Айне как никогда мрачный герцог, провожая Лорину назад к дивану.

- Она просто плохо с вами знакома, - обворожительно улыбнулась ему в ответ девушка. - На самом деле вы - возмутительный хам и отъявленный грубиян.

Даже Айну эта фрейлина заставила улыбнуться. И Айна так и не поняла, Лорина откровенно с ним флиртует или при дворе принято так себя вести. Впрочем, какое ей дело до угрюмого Тьера де Риза, её с нетерпением ждёт принц, и Айна уже почти счастлива.

После обеда совсем распогодилось. Сытная трапеза с отличным вином улучшила настроение всем, кроме де Риза, который так и остался серьёзен и молчалив. Айна даже стала скучать по его насмешкам, когда, обогнув замок, их четвёрка остановилась у перил, за которыми открывался чудесный вид на окрестности.

Заснеженные пики гор. Чуть сбоку городок, приютившийся у их подножия. И живописная долина, ещё бурая от прошлогодней травы.

Даже не верилось, что с утра всюду лежал снег. Теперь о нём напоминали лишь неровные белые пятна далеко внизу, да лужи под ногами, оставшиеся в выбоинах дорожек.

- Если такая жара простоит до вечера, то можно ехать хоть завтра, - приложил ладонь к глазам Лотер, щурясь на палящее солнце.

- Я не могу завтра, - совсем забыв про свою недавнюю воинственность, растерялась Айна. - Портной, даже если не будет ни спать, ни есть, провозится с нашими нарядами неделю.

- Вашими? - удивилась Лорина. Рядом с серьёзным Тьером, даже она несколько притихла.

- Да, я попросила леди Грэсию сопровождать меня в столицу.

- Господи, зачем нам эта сварливая старуха? - фыркнула девушка. - Я составлю тебе компанию. Я, можно сказать, только ради тебя и приехала.

- Правда? - Айна всматривалась в её миленькое личико и чистый взгляд широко распахнутых глаз. И так хотелось верить в эту чистоту, и искренность, и сердечность. Но Айна была не настолько глупа. Эта девушка вызывала у неё опасения. Хотя ей так не хватало подруги, которая поддержала бы её при дворе. Графиня де Монд, конечно, была серьёзна и надёжна, но во дворце она последний раз была, когда ещё носили железные пояса верности и деревянные башмаки.

- Это правильное решение - выбрать в компаньонки леди Грэсию, - подал голос де Риз, поворачиваясь к Айне. И неожиданная поддержка, тронула доброе сердце девушки.

- У вас что-то случилось, Тьер?

- Надеюсь, ничего серьёзного, - опустил он глаза на свои сцепленные руки.

- Ничего серьёзного? Да на вас же лица нет, - не отставала Айна.

- Мой наставник, граф де Вонн приболел. А королевский врач, как назло, в отъезде, - вздохнул де Риз, поднимая голову. - Но лекарь получил распоряжение от короля осмотреть вас, миледи. Думаю, он уже в пути. И я надеюсь перехватить его здесь.

Честно говоря, после слов, что Айной приказано заняться лекарю, девушка уже и не слушала, что он там ещё бормочет.

- Но зачем? - беспомощно повернулась она к Лорине.

- Дорогая, да что ты так разволновалась, - равнодушно пожала хрупким плечиком девушка. - Это обычная процедура. Если найдут какие-нибудь изъяны, а там у доктора целый список, что искать, то ты сразу отправишься домой.

- Изъяны? - Айне показалось, что каменный выступ, на котором они стояли, стал падать вниз. Она схватилась за перила.

- Миледи, - спокойный голос де Риза и горячая рука, сжавшая её пальцы, привели девушку в себя. - Шрамы от ожогов в этот список не входят.

- Да, там, в основном, всякие родимые пятна подозрительной формы, лишние пальцы, третья грудь, - понизила голос до громкого шёпота Лорина.

- Да, если у вас случайно не припрятана в кармане третья рука, а между ног не болтается божий леденец, вам ничего волноваться, - усмехнулся де Риз.

Айна остолбенела. Это было так грубо.

Её отец тоже любил ругнуться или отпустить сальную шуточку, даже ущипнуть мать за ягодицу при людях не стеснялся, так что, кисейной барышней, краснеющей от неприличной шутки, она не была. Но привычки отца она списывала на то, что он все же был бывшим воякой. Солдафоном, как он себя называл. Плюс южанином. А из уст герцога де Риза, да в окружении придворных господ.... Хотя, он же - тоже вояка, да с его воспитанием, чему она удивлялась?

Айна освободила пальцы из его захвата.

- Тьер, - засмеялась Лорина, словно заводная кукла на пружине вдруг выпрыгнула из коробочки. Она схватила де Риза за руку, прижимаясь нему всем телом. - Как же я люблю ваши шутки! Как же мне вас не хватало!

- Де Риз, доктор! - Лотер ткнул пальцем в направлении городка. Карета с красным крестом на крыше медленно ползла по дороге на подъездах к нему.

- Спасибо, Лот! Перехвачу его до города. Лорина, - он отодвинул девушку, снимая с себя её цепкие пальчики. - Миледи, - церемонно откланялся Айне.

Чёрный, словно крылатая тень, всадник пронёсся по дороге и затерялся среди черепичных крыш ещё до того, как Айна с сестрой Лотера пошли в сад.

Сам Лотер тоже откланялся и ушёл. При Айне они не стали обсуждать с сестрой по каким делам ему срочно понадобилось отлучиться.

- А для чего нужна эта проверка? - допытывалась Айна, сидя на каменной скамье у неработающего фонтана.

Позеленевший от мха и времени, амурчик коварно целился в неё невидимой стрелой, склонив кудрявую головку.

Девушке не хотелось откровенничать с фрейлиной королевы, но больше задать свои вопросы было некому.

- Как для чего? - сорвала Лорина лист клевера и задумчиво закрутила его в руках как крошечный зонтик.

Из-за переживаний Айны по поводу лекарской проверки, Лорина несколько охладела к девушке. Словно взвешивала, а не делает ли она ставку на бракованную лошадь.

- В первую очередь, для безопасности. Чтобы принц ненароком не получил от своей жены какое-нибудь заболевание. Заразную сыпь, чуму, да, что угодно, - она оторвала одну пластинку зелёного листа.

- А во вторую? - Айна старалась держаться спокойно и даже равнодушно, но, видимо, получалось у неё плохо. Из-за неожиданной холодности Лорины она только сильнее чувствовала себя ущербной, хоть заразной точно не была.

- Всякие ведьмовские знаки, - упал к ногам ещё один зелёный лепесток. - К ним относятся родимые пятна и прочее, что я уже называла.

Вроде и этого ничего у Айны не было. Только ожоги.

- И, самое главное, - оторвала последнюю пластинку листа Лорина. Голый стебелёк полетел в стриженные кусты. Девушка пристально уставилась на Айну, словно давая ей последний шанс одуматься и отказаться от свадьбы. - Девственность. Чистоту невесты блюдут как драгоценность. Достанешься принцу опороченной, выставят с позором.

Она сверлила Айну взглядом.

- Вообще, всё это должны были обсудить с твоей матерью ещё во время сватовства. Но ты же осталась одна, - вздохнула сестра Лотера, изображая сочувствие. - Надеюсь, насчёт этого тебя просветили?

- Моя тётка, Леди Черизет, обсуждала эти вопросы от моего имени, - кивнула Айна.

- Ну, значит, ты должна быть в курсе, насколько это важно, - давила Лорина, предвкушая получить, наверное, испуганное признание о нечаянной потере невинности.

- Да, я в курсе, - натянуто улыбнулась ей Айна. Собственно, больше от этой худосочной герцогской дочки ей ничего и не требовалось.

Девушка встала, словно ей срочно понадобилось рассмотреть крылатого ангелочка поближе.

- Только имей в виду, что накануне свадьбы тебя снова будут осматривать, - встала с ней рядом Лорина, вдруг снова сменившая гнев на милость, заботливо одёрнув рукав платья Айны. - Не поддавайся соблазнам. А во дворце их будет у тебя предостаточно.

Хитро прищурившись, амурчик словно показывал на фрейлину пухленьким пальчиком: «И уж она для этого расстарается!»

Глава 6

Кроме проверки у доктора, седенького благообразного старичка, которого, как священника, даже и стесняться было как-то неловко, за целую неделю в замке больше ничего не произошло.

За эту неделю Айна привыкла и к бесконечному стрекотанию Лорины, и к высокомерной снисходительности Лотера, и к холоду по ночам, и к необычной пище. Даже толпы слуг, большая часть которых принадлежала Одилонам, она перестала замечать, ведь во дворце их будет ещё больше. Не смогла она привыкнуть только к едкой язвительности де Риза и его постоянным насмешкам.

Казалось, ни одна её оплошность не осталась для него незамеченной. И хоть наставник его поправился, а герцог за эту неделю не так уж и часто появлялся в замке, то ли ему докладывали, то ли он был исключительно проницателен, но стоило Айне опростоволоситься, как он рассказывал на эту тему анекдот или байку, заставляя её краснеть, бледнеть и нервничать.

- Один средневековый рыцарь, отправляясь в поход, надел на свою жену пояс верности, - развлекался герцог, сидя в гостиной, где Айна пыталась читать. - «Зачем ты это сделал? - спросил его друг. - Между нами, она такая страхолюдина. Ну, кто на неё позарится?» «Честно говоря, - отвечает ему друг, - именно на это я и рассчитываю. Вернусь с войны и скажу: «Дорогая, а ключик-то я потерял!»

Лорина залилась противным визгливым смехом, что неизменно прорезался у неё, когда рядом находился герцог. Айна же только крепче стиснула зубы. Она по глупости спросила у доктора, совершавшего осмотр, правда ли, что пояса верности надевали. И потом сделала вторую глупость - рассказала об ответе сведущего в этих делах лекаря Лорине. И теперь постоянно терпела насмешки де Риза, заткнуть которого ей никак не удавалось. Все её колкости в ответ отскакивали от него как от стены горох.

- Я тоже знаю анекдот, - подняла Айна глаза от книжки. - Измождённые походом рыцари сидели за круглым столом. В замке стояла зловещая тишина. И вдруг, чтобы разрядить обстановку, в центр комнаты выскочил королевский шут и весело пошутил. Все долго смеялись... а труп закопали за замком.

Лорина залилась смехом ещё громче, а Тьер встал и подошёл к столу.

- Я готов оплатить все ваши наряды, миледи, если вы прочтёте хотя бы один абзац из этой книги, а не будете с умным видом рассматривать картинки.

- Хорошо, - растянула губы в улыбке Айна. - Вы оплатите ещё и наряды леди де Монд, если я прочту любой абзац, на который вы укажете.

- Идёт, - протянул он руку.

- Лорина, разбейте, - попросила Айна, когда его горячая ладонь сжала её холодные пальцы.

- С радостью, - подскочила сестра Лотера. - Но в вашей сделке Айна ничего не теряет, а Тьер, в любом случае, ничего не выигрывает.

- Если я проиграю, то услуги портного за леди Грэсию оплачу я, - как учил её отец, бесстрастно и равнодушно назвала она свои условия.

- Идёт, - легко согласился де Риз, и Лорина ребром ладони разбила их рукопожатие.

Герцог усмехнулся, развернул к себе книгу, написанную на урском, который сам по себе мало кто знал. Несколько исписанных урскими мудрецами страниц были им без сожаления перевёрнуты - он явно знал, что искал.

- Вот отсюда, - ткнул он пальцем в единственный абзац, выведенный на древне-синарском. Это был даже не язык, а руны. И в этом предложении их было всего пять.

Наверное, это везение, но руны Айна знала.

- Ар, - прочитала она первый значок и улыбнулась, когда палец де Риза скользнул к следующему. - Ай. Кон. На. Дра.

- Правильно? - робко спросила Лорина Тьера, потому что он молчал и играл желваками.

- Да, - выдохнул он и, разогнувшись, откинул со лба волосы.

- Она выиграла? - сомневалась Лорина.

- Скажем так, прочитать вы их прочитали, миледи, - обратился герцог к Айне. - Значит, выиграли. Но, если ещё и переведёте, к официальной помолвке с принцем я куплю вам в столице самое шикарное платье, которое только будет возможно.

- Боже, - сложила руки на груди Лорина. - Я знаю такое платье. У самого модного портного в Палане оно выставлено в витрине. Соглашайся, Айна, ты умрёшь от восторга, когда его увидишь. И, боже, как же оно тебе пойдёт!

Айна посмотрела на непроницаемое лицо де Риза.

- Оно стоит сумасшедших денег. Мне всего отцовского содержания плюс жалованье фрейлины за год не хватит, чтобы его купить, - словно речь идёт о её платье, скрестила пальцы Лорина, боясь сглазить такую удачу.

- Нет, - покачала головой Айна.

- Ты не знаешь? - упавшим голосом произнесла девушка.

- Нет. Я не знаю, - опустила Айна глаза.

- Как жаль, - всё ещё качала головой Лорина, не веря своим ушам.

Герцог улыбался, Айна же не испытывала никакой радости.

- Ай. На, - взъерошив волосы, подошёл он к окну и развернулся. - А вы умеете проигрывать даже лучше, чем побеждать.

Его неожиданная похвала не тронула девушку. Но то, как произнёс он её имя, она заметила. Прозвучало это как «Айна», но она услышала крошечную паузу, что разделяла два слога.

Две из пяти рун, нарисованных в книге: Ай, На. Меченная Огнём - можно было перевести и так.

Отец не раз сокрушался, когда в детстве с ней произошло несчастье, что с древним языком нельзя было шутить. Но имя было выбрано. Шрамы от ожогов получены. И девушка знала язык рун, из которых составили её имя.

- Как жаль, - повторила Лорина. - Но, Тьер, ты же всё равно проиграл?

- Да, Лорина, да! - всё ещё улыбался он. - Я проиграл. И мой кошелёк к вашим услугам, миледи!

Он поклонился и ушёл. И Айна растерянно хлопала ресницами, не понимая, не представляя, не зная о чём думать, глядя на его странное поведение.

- Ты только за него не переживай, - по-своему расценила её растерянность Лорина, провожая взглядом спину герцога. - У него денег куры не клюют. Пусть платит.

И в её словах слышал такой расчётливый холод, что Айна раз и навсегда решила герцогине Одилонской не доверять.

Чем бы не запугивали Айну: снегом, холодом, обледенением, нерасторопностью портного, но ровно через девять дней их новые наряды были готовы и аккуратно упакованы, перевалы чисты, как души праведников, а солнце все эти дни грело так, что единственная южная яблоня, растущая в оранжерее, расцвела.

Айна попрощалась с ней, как с последней частичкой родины и с радостным предвкушением села в карету.

Буквально вчера она получила неожиданную весточку от принца. Поэтому решила не откладывать поездку больше ни на минуту. Не ждать Лотера с Лориной, которые неожиданно уехали в своё поместье, якобы по приказу короля.

Впрочем, в письме, которое прилагалось к присланному подарку, Сольвино именно об этом и сообщал. Что сопровождать её будет его двоюродный брат, герцог де Риз, а герцог Одилон присоединится к их процессии, если успеет.

Это что касалось деловой части письма. Айна же с восторгом перечитывала и перечитывала личную:

«Моя дорогая Айна!

Мне очень жаль, что непогода задержала Вас в пути. Я по-прежнему с нетерпением жду нашей встречи. Томлюсь этим ожиданием, страдаю и горю неистовым желанием Вас увидеть.

В знак моей искренности прошу принять от меня этот скромный подарок.

Целую ваш мизинчик.

Ваш, Сольвино де Контар»

Айна с трепетом прикоснулась к камее, висящей на груди. Вырезанная в чёрном камне роза грела ей и сердце, и душу.

Герцог де Риз, следивший за их сборами, с такой силой захлопнул дверь кареты, что та закачалась. Слуга, которого он толкнул, ещё отряхивался, а де Риз уже запрыгнул на коня и дал команду отправляться в путь.

- Да, что с ним не так? - возмутилась Айна, обращаясь к сидящей напротив графине де Монд, когда карета тронулась.

- Это камея его матери, - провожала женщина глазами удаляющийся замок. Глаза её покраснели. Комкая в руках надушенный платок, она изо всех сил старалась не заплакать.

Айна повременила со своими расспросами, пережидая, когда женщина успокоится. Не хотелось нарушать этот момент прощания, ведь, кто знает, придётся ли ей вернуться.

- Ненавижу этот замок, - наконец, сказала графиня, всё же промакивая слёзы.

- Зачем же вы о нём плачете? - оглянулась Айна в окно, для неё замок остался за спиной.

- Я плачу о своём маленьком домике в горах. Но его отсюда даже не видно, - графиня засунула платок в рукав. - Впрочем, вам, наверно, интереснее узнать о камее, чем слушать вздохи о моём скромном родовом гнезде.

- Дорога долгая, я надеюсь, вы расскажете мне обо всём, - улыбнулась ей Айна. Она была несказанно рада, что едет именно с графиней, а не с шумной и насквозь фальшивой Лориной.

- Вы же знаете, что Тьер де Риз - единственный сын последнего настоящего короля Фриталии Брандо Восьмого? - спросила леди де Монд строго, как учительница, при этом глядя на Айну с некоторым вызовом.

- Вы хотели сказать, он мог бы им быть, если бы...

- Да, если бы его истинное родство с королём можно было доказать, - перебила её графиня. - Но поверьте на слово старой женщине, Кристель де Риз была чистейшим созданием. Она искренне любила своего мужа, и в их роду слова «преданность», «честь» и «достоинство» никогда не были пустым звуком. Её нагло оболгали, опорочили, смешали с грязью её светлое имя. Но, даже потеряв мужа и оставшись без поддержки, она нашла в себе силы бороться.

- Но ведь она обратилась к колдунье, - Айна не знала, что и думать, так убедительно звучали слова графини.

- Вы молоды, миледи, но однажды и у вас будут дети, - не сводила с неё глаз Грэсия. - Тогда вы поймёте, на что способна мать, чтобы спасти своё дитя. Её обрекли на страшную смерть, но она сделал для сына невозможное - нашла способ его уберечь.

- Король же пощадил её?

- Да, королю подсказали, что если он сожжёт её как ведьму, то сделает в глазах людей мученицей, а себя - тираном. И он поступил как великодушный и милостивый правитель, выставив Кристель обычной шлюхой, не заслуживающей ни уважения, ни жалости.

- Но почему никто не заступился за неё? - до хруста сцепила пальцы Айна.

- Ах, милая, - вздохнула графиня совсем как старая тётушка Айны. - Шла война. Все соратники короля были с ним на полях сражений, и многие, как и он сам, сложили там свои головы. А те, что остались здесь и рты боялись раскрыть, опасаясь гонений, лишений и пыток, что обещал новый король каждому, кто посмеет пойти против его воли.

- Как это чудовищно несправедливо, - вздохнула Айна.

- К сожалению, все государственные перевороты оплачены такой ценой, - вздохнула в ответ Грэсия.

- Но ведь принц не такой, как его отец? - искала Айна ответ на свой вопрос в глазах графини. - В письме, что он мне прислал, он назвал герцога братом.

- С той поры много воды утекло, - достала свой платок графиня и стала бережно расправлять и складывать на коленях. - И Эдгард стал болен и слаб. И Сольвино вырос. И политическая обстановка в мире поменялась. Тьер де Риз стал весомой фигурой на этой шахматной доске. Его боятся, его деньги нужны короне, его возможности, что даны проклятьем, полезны стране. Его стараются держать поближе, на коротком поводке. Но всё же лишний раз не преминут показать, кто в этом доме хозяин.

- Как с этим украшением? - снова прикоснулась Айна к резному камню.

- Они не имели права этого делать, ведь это украшения, доставшиеся герцогу де Ризу от матери. И большинство из них не были подарками мужа. Но Тьеру приказали вернуть всё, и ювелирные изделия, принадлежавшие некогда Контарам, и драгоценности де Ризов.

Графиня перестала бесконечно разворачивать и сворачивать свой платок, снова убрала его в рукав и замолчала, глядя на пейзаж за окном.

В Айне же чувство справедливости боролось с преданностью принцу.

«Всё же, в то смутное время Сольвино ещё даже не было на свете, он не должен отвечать за поступки своего отца», - решила девушка и снова полезла за письмом посмотреть на его красивый почерк.

«Целую ваш мизинчик», - Айна посмотрела на один наманикюренный пальчик, потом на другой. «Интересно, правый или левый он имел в виду?» - и сердце её вновь наполнилось радостным предвкушением встречи.

- Простите, миледи, - повернула голову к девушке графиня, отрывая её от погружения в фантазии. - Не знаю должна ли я вас предупредить, но лучше я сделаю это, чем вы потом будете расплачиваться за мои ошибки.

- Я слушаю вас, Грэсия.

- Я откровенничаю с вами, надеясь, что вы тоже мой друг, и всё, что я вам сказала, не выйдет за пределы этой кареты.

- Вы можете мне доверять, графиня, - сцепила девушка указательные пальцы между собой. - На юге этот жест означает «замок на могиле». Я клянусь, что буду так же надёжно хранить ваши секреты.

- Что ж, я тоже, - графиня повторила её жест. - И упаси вас бог, дитя моё, где-то повторить мои слова. Нам обеим отрубят за них голову.

Глава 7

После горного перевала, который из окна кареты показался Айне не таким уж и страшным, путь к графству Лешер проходил по ровной дороге.

Сидя в мягком экипаже дамы не испытывали никаких неудобств, любовались видами реки, сопровождавшей их третий день, да наслаждались прекрасной погодой, когда вся их процессия останавливалась на обед или ночлег.

Обеденное время нравилось Айне больше. Она прогуливалась по пологому берегу, пока в походной кухне разводили костры, и невольно следила за статной фигурой де Риза, которая непременно мелькала по лагерю то здесь, то там.

Собственно говоря, наблюдать за ним было даже приятно. Высокий, подтянутый, строгий, он следил за всем. Ровным чистым голосом отдавал распоряжения, но и сам не чурался любой работы. Поправлял покосившийся шатёр, помогал сменить подкову захромавшей лошади, перевязывал палец поранившемуся поварёнку. И если бы не насмешливое выражение, которое каждый раз появлялось на его лице, стоило ему заметить Айну, де Риз был даже красив.

Нет, пожалуй, очень красив. И помолвленной с принцем девушке не стоило бы заглядывать на его правильные мужественные черты лица, идеальные линии скул, длинную шею и тёмные волосы, что немного курчавились, придавая ему вид слегка небрежный, а оттого ещё более привлекательный. Айна оправдывала себя тем, что слишком уж герцог заметен. Невозможно было не следить за ним глазами, не провожать взглядом его прямую спину, не прислушиваясь к его голосу, не замирать от его смеха.

Перед тем как после обеда отправиться в путь, Тьер обычно приходил сыграть с леди Грэсией пару партий в карты. Это время Айна любила больше всего.

Примостившись в уголке распахнутой настежь кареты, девушка делала вид, что занята чтением и следила за его ловкими, как у фокусника, руками, что на маленьком столике, поставленном между сидений, раскладывали карточки с замысловатыми картинками. И незаметно радовалась каждой его улыбке, хотя ни одна из них не была обращена к ней.

- А так? - хитро улыбаясь, выложила графиня карты одной масти.

- Рояль?! - восхитился, а может, ужаснулся Тьер и развёл руками. - Я опять проиграл.

- А я вам говорила, мой мальчик, пасуйте, - каждый раз искренне торжествовала леди Грэсия, хотя прекрасно понимала, что он ей подыгрывает.

- В следующий раз обязательно буду прислушиваться к вашим советам, - покорно согласился со своим промахом герцог.

- Ну, пойду, разомну ноги перед дорогой, - поднялась леди Грэсия, и де Риз выпрыгнул подать ей руку.

Айна думала, что он тоже уйдёт, но вместо этого он снова забрался внутрь и стал складывать их с графиней записи и карты.

- Почему вы сняли камею?

- Чтобы не расстраивать вас лишний раз, де Риз, - повернулась Айна, удивлённая тем, что он к ней обратился. В поездке де Риз с ней почти не разговаривал, и как ей казалось, старался её избегать.

- Я вовсе не расстраиваюсь, миледи. Мне даже приятно видеть украшение моей матери на вашей шее. Оно вам к лицу.

- Вы очень добры, де Риз, - улыбнулась Айна.

- Тьер, - поправил он девушку, щёлкая механизмом складного стола. - Почему вы никогда не называете меня по имени?

- Вы этого тоже не делаете. Обращаетесь ко мне исключительно на «вы» и исключительно «миледи».

- Я всего лишь королевский вассал. Мне не положено обращаться к невесте принца по имени.

Сложенный столик перекочевал из его рук вглубь кареты, за сиденье графини, и, развернувшись, герцог сел напротив девушки.

- Официально помолвка ещё не состоялась. И, мне кажется, всё это - незначительные условности, - закрыла свою книгу Айна.

- Вам всё кажется, Айна, - усмехнулся герцог, словно пробуя её имя на вкус. - И всё незначительно. Вы словно спите или пребываете в каком-то придуманном мире, которого нет.

- Почему вы так несправедливы ко мне, Тьер? - вздохнула девушка. У неё действительно наболело. - Чем я вас так раздражаю? Что я сделала такого, чем вызываю у вас откровенную неприязнь?

- Тем, что вы так наивны. Что придумали себе какую-то дурацкую сказочку о принце, о своей жизни во дворце, о своём счастливом замужестве и живёте в ней, ничего не замечая вокруг, - он упёрся локтями в колени, и лицо его стало непростительно близко. Айна видела морщинку, пролёгшую между его нахмуренных бровей, тонкий шрам на виске, которого раньше не замечала, и блестящие в темноте его щетины седые волоски. В глаза она старалась не смотреть, помня, как в прошлый раз чуть не потерялась в их глубине.

- Вы считаете меня глупой?

- Нет, Айна, не глупой. Вы умны, образованы, рассудительны, но где, в каких рыцарских романах вы начитались этих романтических историй? Про любовь, верность, благородство? - губы его скривились, словно он взял в рот что-то кислое. - Вот, что вы читаете?

Айна хотела спрятать книгу, но было поздно. Тьер уже подхватил томик с её колен и открыл титульный лист.

- Сказание о подвигах короля Редвальда и его отважном друге Эдвине, - прочитал де Риз и посмотрел на неё как на неразумного ребёнка. - Ну, кто бы сомневался.

- А что, по-вашему, я должна была взять в дорогу? - гордо вскинула она голову. - Философский трактат о слабости человеческого ума? Поваренную книгу менестреля?

Айна усиленно вспоминала весь ассортимент книг библиотеки замка, представленных в карманном размере, но кроме этих двух новинок и романов, ничего в ней и не было.

- Да, лучше бы поваренную книгу, - усмехнулся герцог. Нет, снова не улыбнулся, а лишь скривил уголок рта, словно Айна вызывала у него непрекращающуюся зубную боль.

«Пожалуй, правый коренной, - оценивала девушка, какой из его зубов носит имя Айна. - Верхний».

- А знаете, что, - вдруг оживился Тьер. - Завтра мы будем в Лешере. И это будет длительная стоянка. Надо пополнить запасы, дать отдохнуть лошадям, навести лоск перед появлением в столице. Да и граф де Лешер отличается радушием и гостеприимством. Вряд ли он отпустит нас раньше, чем через три дня. Но, если общаться с сентиментальным и любвеобильным стариком целыми днями не входило в ваши планы, мы можем сбежать.

- Сбежать? - одна мысль об этом показалась Айне крамольной.

- Не насовсем, - а вот теперь герцог улыбнулся. Хитро, но тепло. И перед ней словно предстал совсем другой человек. - Я хочу показать вам изнанку королевского замка. И вашего любимого жениха, таким, каким вы увидите его только после свадьбы.

- Вы хотите, чтобы мы прибыли во дворец тайно? - и какие-то озорные бесята тут же запрыгали у Айны в животе. Это было так заманчиво.

- Вы тайно, как моя прислуга. Я - как обычно, - он протянул ей книгу. - Разве про принцесс, переодетых в пастушек не пишут в ваших романах?

- Но зачем, Тьер? - и Айна чуть не посмотрела в его глаза, но вовремя остановилась.

- Может быть, вы передумаете, - поднялся он и выпрыгнул из кареты.

- Передумаю что? - крикнула девушка ему в след.

- Выходить замуж, конечно, - обернулся де Риз.

Такой счастливой улыбки на его лице Айна ещё ни разу не видела.

«Я сошла с ума. Определённо, от недельной тряски в карете что-то повредилось в моей голове», - приговаривала Айна, вцепившись в поводья, и снова одёрнула себя, чтобы эта дурацкая улыбочка, что невольно появлялась на её лице всю дорогу, исчезла.

Тьер ехал рядом. По серой гальке мелкого, но быстрого ручья, его вороной конь переставлял ноги увереннее, чем та гнедая, что он выбрал для девушки. Герцог придерживал своего коня, чтобы тот не вырывался вперёд, и сапог де Риза едва не касался ноги Айны.

Если кнопка "ПОЛУЧИТЬ ДОСТУП" не нажимается,

оплатить можно на странице книги здесь: ТЫК! и продолжить чтение.