Проклятый кузнец 4

Глава 1

Огня было больше всего.

Техники Пути Воина охватывали собой десятки различных направлений. Помимо основных стихий, вроде воды или ветра, адептам старших Шагов, а иные до происходящей бойни попросту не дожили, были доступны и другие, более необычные способы убийства. Молнии и лёд, растения, вспышки света, едкие брызги яда, – удары бойцов с обеих сторон сопровождались самыми разнообразными природными явлениями, поражая, пронзая, терзая, ослепляя и растворяя тела противников заживо.

Однако, несмотря на неоднородность используемых техник, на усеянной изуродованными трупами равнине, несомненно, всё же безраздельно господствовал огонь.

Остальные стихии ему словно лишь помогали. Ветер раздувал и без того огромные языки пламени. Дерево их подкармливало;. Молнии вызывали дополнительные, хоть и не такие большие, пожары, чьи дерзко скалящиеся клыки норовили впиться невнимательному человеку в ногу, доказывая старшему стихийному брату свою полезность и причастность к общему делу.

Вода же… Вода просто не справлялась, как и лёд, стыдливо растворяющийся от близости столь могучего противника. Испаряясь за считанные секунды, они делали каждый вдох спёртого из-за сожжённого кислорода и прогорклого от горящих тел воздуха ещё более мучительным и тяжёлым.

Пламени было так много, что казалось, будто оно заполнило всю равнину. Обзор ограничивался стелющимися к земле клубами жирного дыма и неоднородными рыжими всплесками, самоуверенно хлещущими исчезнувшие небеса, будто плётка в руках тюремного надзирателя. Рваное одеяло из огня и дыма так и норовило упасть на лицо зазевавшегося бойца, не успевающего среагировать на приближение смерти.

Возможно, из-за того, что он почти никогда не позволял себе расслабляться, – или же сегодня причиной была обычная удача, – но Лонгвэй пока реагировать успевал.

Словно в насмешку над его мыслями, сзади раздался резкий свист. Тратить время на разворот воин не стал: немалое количество врагов были куда сильнее, чем он, так что любой удар мог оказаться смертельным.

Не теряя ни секунды, он оттолкнулся ногами, чтобы разорвать дистанцию, и рухнул лицом вперёд, прямо на покрытую толстым слоем сажи землю. В нос плеснуло отвратительной смесью запахов гари и крови, глаза заслезились от поднявшейся пыли. Но всё это было лишь мелкими неудобствами, которым Лонгвэй даже порадовался: если бы пронёсшаяся сверху атака не прошла мимо, он бы уже ничего не ощущал.

Спешно перевернувшись, он вскинул вскинул голову. Широкая, похожая на лезвие от косы пластина металла, вращаясь, улетела вдаль, скрывшись среди перекручивающихся между собой клубов дыма. К сожалению, ни один из них не укрыл юного Духа от безумного взгляда глубоко посаженных чёрных глаз.

Когда стало известно о прорыве демонов, Лонгвэй, вместе со своим отрядом бросившийся им навстречу, ожидал, что сражаться придётся со страшнейшими чудовищами, которые только могли повстречаться человеку. И, пожалуй, в некотором роде он оказался прав. Только вот вместо огромных, непропорциональных монстров с кроваво-красными глазами и кривыми клыками в пышущих пламенем пастях, возле места прорыва их встретили такие же люди. Не говоря уже об уродстве и клыках, даже их глаза были совершенно обычными, и неудачно попавшийся Лонгвэю противник был очередным тому подтверждением.

– Вёрткий! – неожиданно похвалил рослый мужчина, такой худой и заросший, словно его соткали из волос и костей. Демон расслабленно опёрся на возникшее прямо из воздуха металлическое лезвие, – точную копию того, что всего несколько секунд назад едва не снесло Лонгвэю голову. – Силу какого духа ты позаимствовал, человек? Крысы? Поведай мне, прежде чем умрёшь.

Разумеется, Лонгвэй и не думал поддаваться на дешёвые провокации. Враг значительно превосходил его в силе, это было очевидно: лишь обострённое до предела восприятие позволило воину даже не уклониться, а просто броситься на землю, пропуская над собой удар, который почти наверняка лишил бы его жизни. Но это вовсе не значило, что Лонгвэй оказался абсолютно беззащитен. В отличие от демона, он был не один.

– Нет, – внимательно следя за каждым движением врага, Лонгвэй поднялся с земли и покрепче перехватил меч, кажущийся игрушечным на фоне громоздкого клинка в руках демона. – Не крыса.

Сложив крылья, Янжин, до этого скрывавшийся в густом облаке смолисто-чёрного дыма, коричневым метеором спикировал на врага. Чтобы до последнего оставаться незамеченным, ястреб не издавал ни звука; лишь в тот момент, когда хищно изогнутые когти коснулись расслабленного лица демона, Янжин яростно заклекотал, сжимая лапы в области насмешливо прищуренных чёрных глаз.

Вскрикнув от неожиданности, демон мотнул головой и отпрыгнул назад, вслепую отмахиваясь от нового противника. Янжин рванул прочь, разминувшись с широким лезвием на считанные сантиметры, и снова скрылся в застланном дымными облаками небе. Бешено взревев, демон швырнул меч вверх. Тщетно: благодаря своей связи с ястребом Лонгвэй с облегчением ощутил, что враг промахнулся.

Украшенное глубокими царапинами лицо демона повернулось к Лонгвэю, уставив на него яростно выпученный глаз. Под второй бровью, рассечённой на три части, зияла окровавленная, лишённая намёка на белок круглая впадина.

– Подлый ублюдок!

Лонгвэй не счёл нужным напоминать, что всего минуту назад демон сам напал на него со спины. К сожалению, лишить противника зрения полностью не получилось, и теперь воину предстояло столкнуться с разъярённым демоном один на один.

«Выжидай удобного момента, – мысленно приказал своему духу Лонгвэй. – Нападай, только если он потеряет бдительность и откроется. Я постараюсь его отвлечь».

«Понял. Будь осторожен».

Оскалив зубы в полном ненависти вопле, демон кинулся вперёд, на ходу материализуя в руках новый клинок, – точную копию предыдущего. В то время как значительная часть демонов управлялось с огненными техниками, что было совершенно очевидно по заполненной пламенем равнине, нынешний соперник явно предпочитал старую добрую сталь, и это было Лонгвэю на руку.

Вместо того, чтобы испепелить врага издалека, демон бросился в ближний бой, и тут Лонгвэй мог преподнести ему пару неприятных сюрпризов.

Широкое, абсолютно не предназначенное для колющих ударов лезвие вспорхнуло перед головой Лонгвэя в попытке одним ударом располовинить его череп и закончить поединок. Будь на его месте кто-то другой, возможно, задумка демона бы и удалась: скорость и сила, с которой он атаковал, не оставляли времени для раздумий. К счастью, думать Лонгвэю было не нужно. Ведь если он в чём и был по-настоящему хорош, так это в битве на мечах.

Мышцы, натренированные в многочисленных поединках с братом, работали сами по себе. Напрягшаяся шея дёрнулась, убирая голову с траектории движения тяжёлого клинка. Она из ног сделала небольшой, почти незаметный шаг в сторону, смещая тело в выверенном до мелочей уклоне. Корпус резко развернулся обратно, правая рука взметнулась в строго горизонтальном движении, таком резком, что Лонгвэю пришлось сделать несколько торопливых шагов вперёд, восстанавливая равновесие уже за спиной демона.

– Вот и всё, – обернувшись, бросил Лонгвэй через плечо. Клинок в опущенной руке обагрился свежей кровью. – Я думал, будет сложнее.

– Я тоже.

Глаза Лонгвэя расширились. Он был абсолютно уверен, что рубанул по животу демона в полную силу, чувствовал сопротивление рассекаемой плоти. Знал, что после такого удара кишки врага должны были вывалиться наружу.

Демон стоял на прежнем месте, с интересом рассматривая свой живот. Простая серая рубашка разошлась напополам, окрасившись тёмно-бордовыми пятнами, влажно поблескивающими в отблесках пламени. Под разрезом, на обнажившемся жилистом брюхе, лишённом малейшего намёка на жир, проглядывался ровный горизонтальный разрез, пересёкший кожу, но ничуть не навредивший мощным мышцам. Лонгвэй моргнул, не понимая, как на том месте, где он ожидал увидеть вываливающиеся внутренности, могли оказаться совершенно не повреждённые мышечные волокна.

– Кажется, ты неплохо владеешь клинком, – задумчиво проговорил демон, проведя по ране свободной рукой. – Только вот этого ни за что не хватит, чтобы победить меня, если в твоих руках нет достаточной СИЛЫ!

С каждой секундой демон говорил всё громче, а последнее слово и вовсе оглушительно проорал, одновременно бросившись к Лонгвэю. Уклониться от широкого взмаха воин уже не успевал. Всё, что ему оставалось, – это вскинуть перед собой меч, одной рукой вцепившись в рукоять, а второй – уперевшись в лезвие, чтобы вложить в жёсткий блок все силы.

Однако, как бы он не напрягался, всё было напрасно.

Гигантский меч врезался в клинок Лонгвэя, словно таран. Лезвие в руке воина жалобно звякнуло, изогнулось и наверняка бы сломалось, не будь оно сделано из высококачественной стали. Острые края впились в ладонь, пропоров кожу с обеих сторон до самых костей, наверняка треснувших от такой мощи. Лонгвэя откинуло назад, как если бы его походя пнул какой-нибудь великан. Перевернувшись в воздухе, Лонгвэй приземлился на ноги и припал на одно колено, отчаянно вскидывая голову и осознавая: если прямо сейчас демон нанесёт ещё один удар, пережить эту атаку ему уже не удастся.

Удара не последовало.

Нарушив приказ хозяина, Янжин рванул демону наперерез, яростно клекоча и снова пытаясь добраться до уцелевшего глаза врага. Но на сей раз демон был к этому готов: выставив перед собой жилистую кисть, он схватил ястреба за лапы и резко опустил руку, вбивая птицу в землю. Болезненный вскрик Янжина смешался с самодовольным смехом:

– Идиот! Ты думал, я попадусь на это дважды?! Сейчас я покажу тебе, чего стоят мускулы, сделанные из стали!

Нога демона поднялась над головой дезориентированного духа, собираясь размозжить птичью голову одним ударом. Боль, заполонившая конечности Лонгвэя, вдруг исчезла, вытесненная страхом за Янжина. Оголтело заорав, воин помчался вперёд, надеясь остановить удар и одновременно понимая, что катастрофически не успевает. И, словно этого было недостаточно, от спешки он не заметил ямку на земле и запнулся.

– Плавятся они тоже, как сталь?

Демон дрогнул. Нога опустилась на землю, но вместо того, чтобы раздавить череп ястреба, лишь содрала перья с птичьего затылка, заставив Янжина снова заклекотать от боли. Но это было куда меньшей проблемой, чем та, с которой столкнулся сам демон, от неожиданности обронивший меч.

Его стопа опустилась вовсе не для удара, а лишь для того, чтобы он сумел удержать равновесие. Из живота, недавно порезанного Лонгвэем, торчал кончик копья, покрытый неугасающим пламенем.

– А-арх!!!

Взревев, демон резко развернулся, вырывая оружие из рук атаковавшего его со спины воина. Черноволосый мужчина с непроницаемо спокойным лицом не издал ни звука, когда удар кулаком наотмашь угодил ему в скулу и сбил на землю, прямо к ногам врага.

– Ублюдок, откуда ты взялся? Решил умереть?!

В руках демона начал материализовываться очередной клинок. Сначала появилась рукоять, затем – гарда, а после прямо на глазах начало расти толстое, шириной в две ладони лезвие. Оно успело появиться почти наполовину и наверняка продолжило бы свой рост, если бы не Лонгвэй.

Наученный горьким опытом прошлой ошибки, воин не стал даже пытаться наносить режущие удары. Демон успел неоднократно доказать прочность своего тела, и проверять её снова Лонгвэй не собирался. Скорее всего, сейчас ему выпал последний шанс спасти себя, Янжина и неожиданно подоспевшего на помощь мужчину с полыхающим копьём.

Ринувшись к демону, Лонгвэй в последний момент вильнул в сторону, оказавшись сбоку от врага, – с той стороны, где у противника не было глаза.

«Как бы ты ни был силён, это не спасёт тебя, если ты меня не увидишь», – сжимая клинок дрожащими от боли и волнения пальцами, мысленно приободрил себя Лонгвэй.

Расчёт оправдался: оказавшись в слепой зоне демона, воин остался незамеченным. Молясь, чтобы руки его не подвели, Лонгвэй направил меч в пустую глазницу.

Со стороны этот удар, должно быть, смотрелся отвратительно. Лонгвэй наплевал на технику, ударил из неудобного положения, атаковал гораздо слабее, чем это можно было сделать из правильной, твёрдой стойки обученного бойца. На ходу ткнув мечом, он перекатился через голову, гася инерцию движения и тут же вскакивая на ноги.

«Если я не попал, то мы трупы», – успел подумать Лонгвэй прежде, чем спустя долю секунды решился поднять голову и взглянуть на врага.

Взглянуть – и облегчённо выдохнуть. Он попал.

Демон всё ещё стоял на ногах, – вероятно, его бравада о стальных мышцах была правдой. Но на глазницы эта прочность не распространялась. Фонтанируя кровью, голова демона опустилась на грудь. Уцелевший глаз в последний раз с ненавистью посмотрел на Лонгвэя и закрылся.

Так и не воплощённый до конца меч упал на землю, бессильно звякнув по ноге оглушённого мужчины.

Напряжение, сковывающее члены Лонгвэя, наконец отпустило. Только сейчас он в полной мере начал осознавать, насколько был близок к смерти.

Когда стало известно о прорыве демонов, он с радостью бросился им навстречу, рассчитывая покрыть своё имя неувядаемой славой. Его клан, хоть и не находился в списке слабейших, всё же не мог похвастать значительным влиянием и положением. Лишь он и его старший брат имели шансы поднять Хван на новый уровень, и Лонгвэй намеревался во что бы то ни стало оправдать надежды своей семьи.

Однако сделать это, погибнув от руки случайного демона, ему бы точно не удалось.

«Нужно быть осторожнее, – пообещал себе Лонгвэй. – И избегать поединков один на один. Если среди остальных демонов есть такие же, как этот…»

Мысль Лонгвэй не закончил. Стараясь не смотреть на поверженного демона, он поднял руку, развоплощая Янжина. Духу крепко досталось, и оставлять его на поле боя было не только бесполезно, но и опасно.

«Отдохни, старый друг. И спасибо, что спас меня».

По-прежнему испытывая мандраж после боя за гранью своих возможностей, Лонгвэй присел на землю возле черноволосого воина. Тот так и не пришёл в сознание, – удар демона оставил обширную гематому на пол-лица. Но, по крайней мере, мужчина дышал.

– Эй, – Лонгвэй легонько похлопал воина по щекам, – Ты как?

Веки мужчины медленно приподнялись. Он равнодушно взглянул на Лонгвэя:

– Хм-м… Жив. Значит, мы победили?

– Да, – Лонгвэй хмыкнул. – Победили. С твоей помощью.

– Хорошо, – голос мужчины, словно в противовес нервному Лонгвэю, звучал абсолютно спокойно. – Помоги мне встать.

Опершись на плечо Лонгвэя, мужчина поднялся на ноги и вытянул руку. Копьё, до сих пор полыхающее в теле демона, выскользнуло наружу и вернулось к хозяину.

Не говоря ни слова, Лонгвэй наблюдал за тем, как пламя соскользнуло с древка, обернувшись белокрылым журавлём с чёрной головой. Мужчина коснулся его загривка.

– Спасибо, друг. Отдохни.

Журавль тут же исчез, оставив двух воинов наедине. Мужчина задумчиво уставился на застывшее тело демона:

– Неприятно признавать, но он оказался слишком силён. Нам невероятно повезло.

– Мне – уж точно, – фыркнул Лонгвэй. – Если бы не твоё появление, на месте мёртвого демона оказался бы я.

– А если бы не твоё своевременное вмешательство, погиб бы я, – возразил воин. – Не то чтобы я боялся смерти, но… – мужчина замялся, будто не зная, стоит ли продолжать, но отступающее нервное напряжение развязало ему язык. – Мы с женой ждём сына, и мне бы хотелось его увидеть. Хотя бы раз.

Лонгвэй неловко почесал щёку, удивлённый неожиданным откровением:

– Хм, что же… Будем надеяться, что после завершения битвы твоё желание сбудется… Как тебя, кстати, зовут?

– Реншу, – секунду помедлив, ответил черноволосый воин. – Реншу из клана...

Мужчина не договорил, вскинув копьё и древком оттолкнув собеседника в сторону. Окончание фразы потонуло в оглушительном грохоте, раздавшимся за спиной Лонгвэя.

– Серьёзно? Ганг пал от рук таких слабаков? Какой позор!

Толком не понимая, что происходит, Лонгвэй развернулся к источнику звука. Весёлый, слишком звонкий для его внешнего вида голос принадлежал седоволосому демону средних лет.

Он появился буквально из ниоткуда. От широкой, кривоватой ухмылки впалые щёки испещрила сетка глубоких морщин. Впрочем, веселье, звучавшее в насмешливом голосе и отражающееся в довольной улыбке, никак не коснулось прятавшихся под массивными надбровными дугами серо-стальных глаз, внимательно изучавших рану собрата.

– Крепкое тело, но с огнём у него всегда были проблемы, – зачем-то пояснил демон, запуская руку в глубокую обожжённую дыру в корпусе Ганга. – Уж я-то знаю это, как никто другой.

Тело погибшего демона вспыхнуло таким жаром, что Лонгвэй невольно вскрикнул. Он отшатнулся, прикрывая начавшие плавиться веки ладонью, каким-то шестым чувством ощутив, что Реншу рядом с ним сделал то же самое.

«Проклятие! – мысленно выругался Лонгвэй. Фигура мёртвого демона практически мгновенно обернулась пепелом, тут же подхваченным порывом ветра. Спустя секунду не осталось ничего, что напоминало бы о поверженном противнике. – Кажется, Реншу всё-таки не увидит сына. А я – так и не найду брата».

Напавший на него Ганг был чудовищно силён. Если бы не хитрость, не участие Янжина, не вмешательство Реншу, не удачное стечение обстоятельств, – победить демона, обладающего столь подавляющей мощью, ни за что бы не удалось. Лонгвэй успел подумать, что на их стороне сами боги, – ведь как ещё можно было объяснить подобное везение? – однако теперь его вера рассыпалась на осколки, как брошенная со скалы хрустальная ваза.

Теоретически, – да и, как показала практика, практически, – два воина на Шаге Сущности имели возможность расправиться с демоном, достигшим более высокой Ступени Пути, Хранителем. Но сила их нового противника явно превосходила предыдущего.

– Кто ты? – с упавшим сердцем пробормотал Лонгвэй, уже понимая, что всё кончено. – Хранитель? Или… Просвещённый?

Как бы он не напрягался, увидеть ауру врага Лонгвэю не удавалось. И демон, наконец повернувшийся к двум воинам, мгновенно догадался о причинах его беспокойства.

– Хранитель? Осознав, что тебе не победить, ты решил ранить меня хотя бы своими оскорблениями, измеряя мою силу человеческими Шагами? – белесые брови ехидно изогнулись. – Что же, тогда смотри!

Глаза Лонгвэя, внимательно наблюдающего за каждым движением, вдруг обожгла такая боль, какой он не испытывал даже в тот момент, когда тело Ганга охватило пламя. Враг продемонстрировал свою ауру лишь на долю секунды, но и этого хватило, чтобы Лонгвэй втянул воздух сквозь зубы, чувствуя, как из-под инстинктивно опущенных век ручьём побежали слёзы.

– Моё имя – Юйлун, – пробиваясь сквозь пляшущие перед взором Лонгвэя пятна, прогремел голос демона. – И я на вершине Шага Бедствия!

По-прежнему ничего не различая, Лонгвэй, ведомый каким-то наитием, бросился в сторону, в точности копируя своё падение, спасшее ему жизнь при первой атаке Ганга. Однако на этот раз повторить прошлый успех, полностью избежав удара, ему не удалось: бок опалила резкая вспышка чудовищной боли, такой сильной, что Лонгвэй едва не потерял сознание.

Он хотел перекатиться и вскочить на ноги, но мышцы словно парализовало. Единственное, на что ему хватило сил, – это перевернуться на спину и вскинуть руку перед лицом, будто это могло уберечь его от нового удара.

– У тебя хорошее чутьё, – хмыкнув, похвалил Юйлун, не спеша добивать воина. – В отличие от твоего приятеля.

Лонгвэй опустил ладонь. Одна рука Юйлуна, покрытая стремительно растворяющимися языками пламени, указывала на него, как если бы он был умудрённым опытом преподавателем, грозящим неразумному ученику. Вторая же…

Кадык воина дёрнулся, пытаясь протолкнуть несуществующую слюну. Очевидно, боги не окончательно от него отвернулись. Реншу повезло меньше.

Кисть демона пронзила его грудь насквозь, вырвав сердце и стиснув сердце уже за спиной. Копья Реншу из рук так и не выпустил, силясь задеть Юйлуна мелко подрагивающим остриём. Разумеется, напрасно, – судя по остекленевшим глазам, Реншу уже был мёртв, и лишь натренированное тело отказывалось замереть, не попытавшись забрать врага с собой.

– Огонь – моя стихия, – не выказывая ни малейших признаков напряжения, счёл нужным пояснить Юйлун. – И я совсем не люблю соперников.

Пальцы демона сжались, и в тот тоже момент фигуру Реншу охватил огонь.

«Вот и всё, – с неизвестно откуда взявшимся равнодушием подумал Лонгвэй, наблюдая за тем, как тело его недавнего спутника растворилось в огне. Впервые за битву он порадовался тому, что оторвался от своего отряда и так и не нашёл брата: ни Ширай, ни даже Чангпу с его талантом ни за что не смогли бы соперничать с таким монстром, как Юйлун. Может, лишь та троица…

– Не беспокойся, – отряхнув руки, будто после качественно выполненной работы, демон двинулся к Лонгвэю, на ходу материализуя в руке оружие. – На поле боя нас с братьями ждёт ещё немало жертв, так что ты умрёшь быстро… Наверное.

Словно завороженный, Лонгвэй уставился на клинок в руке приближающегося Юйлуна. Погибший Ганг пользовался громоздкими, чудовищно тяжёлыми мечами, но почему-то не один из них не внушал Лонгвэю такого трепета, как узкий антрацитово-чёрный кинжал с обоюдоострым лезвием. Откуда-то он знал, что это оружие гораздо опаснее любого другого.

Он попытался встать. Не для того, чтобы сражаться, – обожжённый небрежным ударом бок болел так сильно, что даже малейшее движение уже было настоящим подвигом. Лонгвэй просто хотел умереть стоя. Это было бы достойно. Правильно.

Дрожащие ноги никак не хотели подчиняться. Зарычав, Лонгвэй покачнулся, упёрся руками в колени. Выпрямиться никак не получалось.

«Кто бы мог подумать, – ненавидя себя за слабость, Лонгвэй до крови прикусил щеку, – что надежда клана Хван не сможет даже встретить смерть, стоя на своих двоих. Впрочем, плевать. Что бы ты о себе не думал, Лонгвэй, ты был и остаёшься лишь вторым».

Он задрал голову, упрямо встречая взгляд серо-стальных глаз. Кинжал в руке Юйлуна нарочито медленно опустился, словно демон наслаждался, специально позволяя Лонгвэю рассмотреть последний удар до мелочей.

И, вероятно, так бы и произошло, если бы тот, кто всегда был первым, не появился сбоку от Юйлуна.

Чангпу всегда был самым умелым бойцом в клане. Сейчас, когда он достиг Шага Хранителя, даже нынешний глава Хван не мог составить ему конкуренцию в поединке, что уж говорить об остальных. И, что примечательно, дело было даже не в объемах ци, а скорее в том, как он действовал: каждое движение было скупым, рациональным, взвешенным, отточенным до мелочей, – словно он всякий раз знал, сколько именно сил стоит использовать, и не тратил ни на грамм больше, чем это было необходимо.

В этот момент он от своих правил отступил.

Брат Лонгвэя, похожий на него, как одна капля воды была похожа на другую, влетел в бой с двух ног. Причём в буквальном смысле: сдвоенный пинок вытянувшегося в горизонтальном полёте воина врезался Юйлуну в плечо, отталкивая его в сторону, однако вместо облегчения Лонгвэй испытал лишь всепоглощающий ужас.

Как бы ни был хорош Чангпу, сила Юйлуна лежала зла пределами человеческого понимания.

Атака, способная отбросить иного бойца на добрый десяток метров, оттолкнула демона лишь на пару шагов, нисколько не нарушив равновесия. Даже не повернувшись в сторону нового противника, Юйлун перехватил ногу Чангпу свободной рукой, развернулся на пятках и с силой швырнул вперёд, прямо в Лонгвэя.

Братья покатились по земле, словно подгнившие овощи, выпавшие из телеги торговца на резком повороте. Во рту Лонгвэя тут же скопилась кровь от прикушенного языка. Он сплюнул и помотал головой, пытаясь прийти в себя. Это удалось сделать достаточно быстро, чтобы увидеть скривившееся в удивлённой гримасе лицо демона:

– Это что, какая-то человеческая техника? Почему у меня двоится в глазах?

– Уходи отсюда, – шагнув вперёд, тихо обронил Чангпу. – Я его задержу.

– Нет… – Лонгвэй печально качнул головой. – Не задержишь.

Юйлун, от которого не ускользнул разговор братьев, расхохотался:

– А, я понял! Хоть один из вас сильнее, мозги, похоже, достались другому! Но это уже не важно. Всё равно никто из вас отсюда не уйдёт.

Клинок в руке демона взметнулся вверх, отправляя в сторону братьев светящийся бело-оранжевым огнём серп раскалённой ци. Лонгвэй не успел отшатнуться и наверняка угодил бы под атаку, если бы не Чангпу. Меч брата-близнеца совершил несколько быстрых движений, и пламя разошлось на два ровных облака, обошедших воинов стороной.

– Нехило, – несколько раз хлопнув ладонью по запястью в качестве аплодисментов, похвалил Юйлун. – А как ты справишься с этим?

Демон рванул вперёд и нанёс несколько ударов клинком, так быстро, что для глаз Лонгвэя его взмахи были едва различимы. Однако Чангпу не зря считался лучшим воином Хван: звякнув, его меч парировал каждую из атак врага.

Сосредоточившись, Чангпу смог противостоять нападению Юйлуна. Но из-за этого он не увидел, как поменялось лицо демона. А Лонгвэй увидел.

Фигура Юйлуна вспыхнула огнём, ослепляя Чангпу, а затем вдруг исчезла, чтобы тут же возникнуть сбоку от Лонгвэя. Серо-стальные глаза победно блеснули:

– Сначала закончу с тобой.

Едва поднявшийся Лонгвэй никак не смог бы отразить тычок угольно-чёрного кинжала. Не смог бы этого сделать и Чангпу. Но он и не пытался.

Поняв, что демон его провёл, Чангпу зарычал от злости прыгнул спиной вперёд, отталкивая брата и в который раз за день роняя его на землю. Кинжал, целивший в Лонгвэя, с влажным всхлипом вошёл под рёбра его близнеца.

Чангпу заорал.

Демон пнул его ногой, и клинок выскользнул из раны, но крик не угасал ещё несколько секунд. Лонгвэя парализовало страхом: леденея от ужаса, он беспомощно наблюдал за тем, как его брат, обычно совершенно невозмутимый, истошно вопя, катается по земле, словно удар кинжала стал началом продолжительной и чудовищной пытки.

– Вы, люди, так предсказуемы, – с ненавистью сплюнул Юйлун, поворачиваясь к Лонгвэю. В кои-то веки неизменная улыбка исчезла с его лица. – Жертвуете собой ради близких, в то время как сами…

Он не договорил. Вскинув голову, он вдруг устремил взгляд куда-то за спину Лонгвэя, а затем, глухо выругавшись, быстро рванул прочь, уже через мгновение исчезнув среди клубов дыма и пламени.

Причина его побега оставалась для Лонгвэя загадкой совсем недолго. Не прошло и пяти секунд, как перед ним приземлились трое воинов, которых, наверное, знал каждый, кто сражался против демонов.

Куан с неизменной алебардой смотрел в направлении, куда совсем недавно бросился Юйлун. Нуо неторопливо раскручивала шенбяо, но целеустремлённый взгляд красноречиво говорил о том, что расслабленность, с которой она удерживала оружие, была не более, чем видимостью: сильнейшая из женщин человеческого мира была готова к бою. Третий, самый известный из бойцов, мужчина в белых доспехах, чуть качнул головой.

– Он сбежал. Идём дальше.

– Мы за ним не погонимся?

– Он – лишь пешка, – коротко бросил Цзяньпин. – Так что пусть бежит. Наша цель – король.

Троица воинов исчезла так же быстро, как и появилась. Лонгвэй не успел им ничего сказать. Да и что он мог им сообщить? Они, похоже, знали куда больше, чем он.

Перевернувшись на живот, воин попытался подползти к брату, уже переставшему подавать признаки жизни, но не смог.

Сознание покинуло его быстрее, чем он смог приблизиться хотя бы на метр.

***

Лонгвэй распахнул глаза и резко принял сидячее положение, пытаясь нащупать оброненный клинок, но привычной потёртой рукояти верного оружия рядом не обнаружилось. Вместо ожидаемой обожжённой до хрустящей корки земли под ним оказалось мягкая кровать, вместо заполненного чёрным дымом неба – белый потолок небольшой гостевой комнаты, каковых в императорском дворце был не один десяток.

Чангпу, разумеется, рядом тоже не обнаружилось.

Тяжело вздохнув, Лонгвэй почесал зазудивший шрам на животе и повернулся к двери, из-за которой доносился разбудивший его настойчивый стук.

– Входите.

В комнату заглянул высокий стражник с ничего не выражающим лицом. Ему было безразлично, кто находится в комнате, – он просто выполнял свою работу.

– Одевайтесь. Вас ожидают.

Лонгвэй коротко кивнул и поднялся на ноги, нащупывая взглядом аккуратно сложенное ханьфу. За любое действие рано или поздно приходилось отвечать. И за бездействие – тоже.

Глава 2

– Присаживайся.

Благодарно кивнув, Энлэй опустился на деревянный стул, своей простотой выбивающийся из картины, которую ожидаешь увидеть во дворца императора. Впрочем, выделялся не только стул: весь кабинет командующего словно отказывался признавать себя частью заполняющей замок роскоши.

После мраморных статуй снаружи дворца, после украшенных сложной лепниной коридоров, чьи полы застилали настолько дорогие ковры, что Энлэю было неловко ступать по ним своей перепачканной долгой дорогой обувью, после драпировок тонкой работы, украшающих стены везде, куда только мог добраться человеческий взор, переход к кабинету Куана был резким, как падение с обрыва.

Конечно, он не был откровенно бедным: тяжёлый квадратный стол из добротного дерева, занимающий большую часть помещения, нельзя было назвать дешевым, а расставленные рядом с ним стулья, хоть и простые, явно были сработаны настоящим мастером. Однако кроме них, в кабинете ничего не было.

На голых каменных стенах не встречалось ни портретов, ни оружия, ни даже полок с книгами. Лишь слева от входа была закреплена подробная карта империи с пометками, сделанными резким, мелким и, прямо говоря, не слишком-то разборчивым почерком, – почерком человека, привыкшим делать упор не на красоту, а на скорость записей. Автор пометок сидел за столом и внимательно следил за Энлеем, ожидая, пока тот займёт место напротив.

– Господин Куан…

Генерал чуть сдвинул кустистые с проседью брови, и этого оказалось достаточно, чтобы бывший разведчик прервался на полуслове.

– Обойдёмся без долгих предисловий. Тебя зовут Энлэй, верно?

– Я… Да, господин, – несмотря на взаимодействие с самыми разными армейскими чинами, Энлэй вдруг с недовольством осознал, что перед Куаном испытывает давно забытый трепет. Впрочем, корить себя за это было непросто: в конце концов, он не просто докладывал командующему армией императора, – напротив него сидел один из сильнейших воинов, когда-либо существовавших в империи, один из трёх героев человечества, победивших самого Короля Демонов. А ещё – отец и дед, хотя последнего он не знал. Пока не знал.

Куан на секунду опустил веки:

– Будем считать, что мы познакомились, – взгляд темно-карих глаз впился в лицо Энлэя, фиксируя малейшие изменения в мимике гостя. – А теперь к делу. Что ты хотел мне сообщить?

– Кхм… – Энлэй прочистил горло. – У меня есть информация о вашей дочери.

Он набрал воздуха, чтобы продолжить, но не успел: маска невозмутимости на лице Куана дрогнула, и он неосознанно подался вперёд, уперевшись в столешницу грудью так резко, что дерево скрипнуло и сдвинулось вперёд, едва не коснувшись Энлэя:

– Панлуан? Что с ней? Она жива?

В запавших, усталых глазах воина, прожившего больше сотни лет, разгорелась такая надежда, что Энлэй почувствовал почти физическую боль от того, что ему придётся её разрушить.

– Боюсь, что нет, господин Куан. Она мертва. Мне жаль.

Взгляд командующего погас, как если бы пламя, вспыхнувшее за зрачками, окатили ведром ледяной воды. Уголки губ чуть опустились, испещрив лицо глубокими морщинами, ненадолго выдавшими истинный возраст Куана. Энлэй молчал, давая собеседнику время, чтобы прийти в себя. Удар, нанесённый его словами, был слишком жестоким даже для сильнейшего из воинов.

– Я… Знал, что так будет, – через полминуты безжизненно пробормотал Куан. – Ещё когда она сбежала с этим… – он прервался и глубоко вздохнул, так и не решив назвать ни имени, ни подходящего оскорбления. Энлэй был ему за это благодарен: в конце концов, речь шла о его друге. – Но всё равно…

Командующий потёр лицо, так напористо, будто пытался содрать свою кожу с черепа, а затем поднял на Энлэя покрасневшие глаза.

– Как она умерла?

Бывший разведчик задержал дыхание. Разговор приблизился к той самой точке, которая могла всё изменить. А уж в какую сторону – это зависело лишь от реакции Куана.

«Прости, друг. Пришло время нарушить слово».

– При родах, – выдохнул Энлэй.

Генерал моргнул.

– Она… Была беременна?

– Да, – теперь отступать было некуда, и Энлэй почувствовал, как с каждым новым словом говорить ему становится всё проще. – Ещё в тот момент, когда вы… – он осёкся: говорить «когда вы поругались» было бы слишком жестоко, так что Энлэй быстро поправился, – Когда она покинула столицу, Панлуан уже носила под грудью ребёнка. Через несколько месяцев она родила мальчика, – но, к сожалению, сама Панлуан этого не пережила.

– Мальчика… – медленно повторил Куан. – А он?..

– Жив, – успокоил Энлэй. – И, когда я видел его в последний раз, даже был здоров. Ваш внук вырос достойным человеком и сильным воином. Вы можете им гордиться.

Тёплые слова не подействовали на бывалого воина. Не позволяя себе себе просто так поверить незнакомцу, Куан прищурился:

– Для человека, которого я вижу впервые, ты знаешь подозрительно много. Откуда тебе всё это известно?

– Я принимал ребёнка, – понимая, что ступает на скользкую почву, приглушённо выдал Энлэй. – Роды наступили неожиданно, и рядом не было лекаря, чтобы помочь Панлуан. Так что мне пришлось… – бывший разведчик развёл руками. Его медицинские навыки были довольно скудны и ограничивались знанием о том, как врачевать боевые ранения, однако в экстренной ситуации выбирать не приходилось. Пока муж Панлуан разыскивал лекаря, Энлэй делал всё возможное, чтобы помочь женщине родить. – К сожалению, моих познаний оказалось недостаточно, чтобы спасти Панлуан жизнь. Когда лекарь прибыл, было уже слишком поздно.

Снова говорить о том, что произошло, Энлэй не стал. Куан наверняка понял всё и с первого раза, а лишний раз бередить рану старого командующего было ни к чему.

– А потом я растил Фрея, – стараясь перевести тему со смерти Панлуан на что-то более светлое, продолжил Энлэй, – вместе с остальными в армии Наместника префектуры Чжоу.

– Расскажи мне, – не приказал, а попросил Куан. Твёрдый, как сталь, тон генерала смягчился. – Расскажи мне всё.

– Кхм… Как пожелаете. – с готовностью заговорил бывший разведчик. Он ожидал этого вопроса, поэтому заранее решил, как именно построит их с Куаном беседу. – После того, как Панлуан покинула столицу, она вместе с мужем присоединилась к армии Наместника. Разумеется, это понравилось не всем, – никто не ожидал, что в ряды простых солдат затесается девушка, – но она доказала свою полезность, помогая в полевом госпитале и ни разу не пожаловавшись на неудобства.

Уголки губ Куана еле заметно дрогнули:

– Это… Похоже на Панлуан. Она никогда и ни на что не жаловалась. С самого детства.

– Когда она присоединилась к войску, это не изменилось, – подтвердил Энлэй. – Поняв, что ожидать женских капризов, мешающих выполнению боевых задач, не стоит, те, кто изначально был недоволен появлением девушки в армии, закрыли на её присутствие глаза, и она спокойно жила в палатке с мужем.

С непривычки от долгих речей у старого воина пересыхало в горле, и Энлэю то и дело приходилось сглатывать. Заметив это, Куан опустил руку под стол, извлёк оттуда потёртые меха, ничем не отличающиеся от тех, которыми пользовались обычные солдаты, и чуть помятую, покрытую многочисленными царапинами металлическую кружку. Наполнив её доверху, генерал подвинул ёмкость к собеседнику.

Энлэй с благодарностью кивнул, сделал пару крупных глотков и продолжил:

– После того… Несчастного случая муж Панлуан был убит горем, – каждый раз, когда Энлэй говорил о почившем друге, лицо Куана мрачнело, поэтому бывший разведчик намеренно опускал его имя, стараясь упоминать его как можно реже. – Он отчаянно бросался на самые опасные задания, не щадя себя и словно ища смерти. Никакие убеждения с нашей стороны не работали, – бывший разведчик печально вздохнул. В том, что друг не уцелел, Энлэй винил себя. – Вскоре он погиб в одной из стычек на границе, и заботу о мальчике взяли на себя мы.

– Вы? – Куан чуть приподнял брови. Смерть зятя ничуть не тронула сердце командующего. – Кто именно?

Энлэй встретил вопросительный взгляд генерала твёрдо:

– Все мы. Невозможно выделить кого-то конкретного: каждый из моего отряда так или иначе поучаствовал в воспитании Фрея. Он рос бок о бок с воинами Наместника, разделяя все трудности армейского быта, и мы, в свою очередь, отплачивали тем, что учили его тому, чему могли.

– То есть – убивать, – в тоне Куана не было ни намёка на вопрос. Он как никто другой понимал, чем занимались в действующей армии.

– В том числе, – не стал отрицать Энлэй. – Спустя некоторое время стало очевидно, у Фрея к этому настоящий талант.

От внимательного взгляда бывшего разведчика не ускользнуло, как в глазах Куана на мгновение мелькнул намёк на гордость. Он продолжил:

– Уже к четырнадцати годам он ступил на Шаг Становления и понемногу начал участвовать в некоторых простых заданиях наряду с другими бойцами. А ещё через несколько лет стал самым молодым Призраком в армии и возглавил собственный десяток воинов.

На этот раз реакция командующего была менее сдержанной: непроницаемая маска сползла с лица Куана, сменившись скупой, но довольной улыбкой:

– Значит, стал Призраком до двадцати лет? Серьёзное достижение, невозможное без таланта. Я бы даже сказал, гениальности.

Энлэй поднёс кружку к губам, скрывая недовольную гримасу. Очевидно, командующий намекал на отца Фрея: тот, не выделяясь особыми боевыми навыками, стал Призраком лишь в двадцать пять и оставался им до самой смерти, в отличие от Куана, который, как и Фрей, всегда на голову превосходил своих сверстников.

– Гениальности – и постоянных тренировок, – дополнил бывший разведчик. – У Фрея не было полноценного детства и иных развлечений, кроме как развивать свою силу, он никогда не знал. Однако, когда он стал Призраком, это сыграло с ним злую шутку.

Скулы Куана будто стянуло воском:

– О чём ты?

– Отряд Фрея отправили на задание, – вздохнув, проговорил Энлэй. – Они должны были проверить местность, в которой, как предполагало командование, могли находиться демонические последователи, и вернуться в лагерь. Однако простой проверкой Фрей не ограничился. Обнаружив демонического последователя, он бросился в бой.

– Безрассудно, – сквозь стиснутые зубы прошипел Куан, положив пальцы на край стола. Взор бывалого разведчика механически отметил, что у безымянного пальца на правой руке не хватает двух фаланг. – Прямо как его отец.

– Кровь – не вода, – грубовато обронил Энлэй. К счастью, генерал не стал заострять внимание на его дерзости. – В сражении с демоническим последователем, предположительно достигшим Шага Мясника, весь отряд Фрея пал.

Толстая, как оглобля телеги, столешница под рукой Куана сухо хрустнула, – так громко, что Энлэй невольно дёрнулся.

– Ты говорил, что Фрей жив, – голос командующего потяжелел настолько, что Энлэй ощутил почти физическое давление. Хотя – почему почти? Вырвавшаяся за пределы тела аура Просветлённого прижала тело бывшего разведчика не хуже стальной плиты. – И тебе лучше немедленно объясниться.

– Это… Я и собирался сделать, – с трудом выдавил Энлэй. – Если, конечно… Вы позволите.

Давление тут же отступило, словно его и не было. О том, что произошло, напоминали только налившиеся ноющей болью рёбра. Поморщившись, Энлэй красноречиво почесал грудь:

– Когда мы прибыли на место сражения, мы нашли труп демонического последователя и свеженасыпанный курган, под которым обнаружились останки отряда Фрея. Его тела там не было. Оставалось лишь два варианта: либо его тело было уничтожено полностью…

– Это не объясняет, откуда взялась могила для остальных, – оборвал Куан.

– Либо Фрей дезертировал, – одновременно с командующим закончил Энлэй. Взгляды двух воинов снова встретились, и бывший разведчик и не подумал опустить глаза.

– То есть ты хочешь сказать, – тихо начал Куан, с каждым словом повышая голос всё сильнее, – что мой внук сбежал?!

Последнее слово он практически прокричал, и Энлэй сжал челюсти, вновь ощутив чудовищное давление.

– Я не хуже вас знаю, что Фрей не мог этого сделать, – несмотря на растущую боль, не отступал бывший разведчик. – Вернее, не мог сделать этого без веской причины. Так что я взял ответственность на себя.

На несколько секунд в кабинете генерала повисла гнетущая тишина. Куан не мигая смотрел на бывшего разведчика, практически заявившему ему в лицо, что его потомок, его единственный внук дезертировал из армии прямо во время боевого задания. Энлэй молчал, терпеливо дожидаясь, пока командующий возьмёт себя в руки. Ни своих слов, ни своих действий он не стыдился.

– Прошу прощения, – наконец выдал Куан. Давление ауры Просветлённого растворилось, на сей раз – окончательно. – Я был несдержан. Больше этого не повторится.

– Благодарю, – постаравшись, чтобы его ответ не прозвучал слишком уж саркастично, сказал Энлэй. Судя по ничуть не изменившемуся лицу Куана, ему это удалось.

– Значит, ты взял ответственность на себя.

– Именно, – бывший разведчик кивнул. – Не обнаружив тела Фрея, я заявил, что он погиб вместе с остальными, а тела по всей видимости похоронил сердобольный лесник, чтобы плоть воинов не досталась многочисленным хищникам. Не самая лучшая версия, но спорить со мной никто не стал; вернувшись в лагерь, я доложил командованию, что отряд справился с задачей, однако в полном составе погиб во время сражения с превосходящим по силе демоническим последователем. Подробностями никто не заинтересовался, так что на этом история и закончилась.

– Но… Он ведь выжил? – настороженно уточнил Куан.

– Да. Я узнал об этом лишь спустя двадцать лет, когда он сам нашёл меня в Сячонге. Тогда же я узнал и причину, почему он сбежал.

В глотке снова пересохло, и Энлэй заглянул в кружку. На дне блеснули пара крохотных капель, – слишком мало, чтобы хватило даже на крохотный глоток, – но командующий и не подумал потянуться к мехам. Коротко вздохнув, бывший разведчик прочистил горло:

– Кхм… Победа над демоническим последователем далась слишком высокой ценой. Уйти невредимым Фрею не удалось: артефакт в руках врага зацепил его, и этого оказалось достаточно, чтобы искалечить его каналы ци, по сути, превратив Фрея…

Энлэй оборвался, однако генерал и так понял, что он хотел сказать.

– В инвалида, – глухо закончил Куан. – Не нужно меня жалеть, Энлэй. Говори, как есть. Я видел, какие последствия влечёт за собой ранение демоническим оружием, – грубо бросил мужчина. – Мой внук потерял возможность следовать Путём Воина.

– Не совсем. Вернее, вы, разумеется, правы, но… Не до конца. Долгих семнадцать лет Фрей прожил в глухой деревушке на окраине префектуры, работая обычным кузнецом. Завёл жену, растил сына… – Энлэй сглотнул, и на этот раз Куан всё же подтолкнул к нему ёмкость с водой. Наплевав на приличия, бывший разведчик подхватил меха и вдоволь напился, позволяя разбрызгавшимся каплям стечь по подбородку и шее прямо на запыленный ворот ханьфу. – Столкновение с бойцами клана Хван всё изменило.

Левая бровь Куана недоумевающе изогнулась:

– Что могло понадобиться людям клана от обычного кузнеца?

– Невеста его сына приглянулась одному из них, – поняв, что сгладить углы не получится, отчеканил Энлэй. – В завязавшемся поединке Фрей был жестоко избит, а подросток погиб. И спасти ребёнка Фрею не удалось. Сына убили прямо на его глазах.

На лицо командующего легла глубокая тень, никак не связанная с освещением кабинета:

– Ублюдки! Что… – он замолк, – так же резко, как до этого заговорил. – К этому вопросу мы ещё вернёмся. Что произошло потом?

Бывший разведчик неловко повёл плечами, как если бы в произошедшем была и его вина:

– Жена Фрея умерла за несколько лет до этого, а теперь, когда погиб и сын, у него не осталось никаких причин для жизни. Кроме одной.

– Мести.

– Мести, – подтвердил Энлэй. – Однако сил на то, чтобы воздать врагам по заслугам, у Фрея больше не было. Поэтому он пошёл на крайние меры. Вернувшись на место схватки с демоническим последователем, он раскопал артефакт, который сам же и спрятал семнадцать лет назад. И заключил с ним сделку.

Договорив, Энлэй поднял взгляд на Куана. Глаза командующего, – одного из воинов, положивших конец вторжению демонов, – налились кровью и выпучились настолько, что, казалось, ещё немного, и они вылетят из орбит, словно горящие огнём гарпуны:

– Мой внук… Сам стал демоническим последователем?!

– Ему пришлось, – прекрасно осознавая, что оправдывает того, кто в глазах остальных людей является представителем главных врагов человечества, подчеркнул Энлэй. – После убийства его сына, – и, к тому же, вашего правнука, – у Фрея оставалось не так много вариантов. Он мог либо остаться в деревне, упиваясь собственным горем до самой смерти…

О том, что эта самая смерть не заставила бы себя долго ждать, бывший разведчик упоминать не стал. Куан наверняка и сам догадывался, что с характером Фрея тот не смог бы вынести того, что произошло, и почти наверняка немедленно покончил бы с собой.

– … или попытаться отомстить любыми доступными способами.

– Но не таким же! – взорвался Куан. Не удержавшись, он вскочил на ноги и хлопнул ладонью по столу, уронив немногочисленную посуду на каменный пол. Металлическая кружка несколько раз звякнула и застыла в луже пролившейся из мехов воды. – Он мог прийти ко мне, мог…

Гневная речь оборвалась, будто командующего ударили в кадык. Больше ничего не говоря, Куан опустил веки и глубоко задышал, успокаиваясь.

«Вероятно, прошли десятки лет с тех пор, как кто-то в последний раз вызывал у него столько эмоций», – печально подумал Энлэй. Разумеется, винить командующего он не мог. В конце концов, не каждый день узнаешь о том, что твоя дочь и правнук мертвы, а единственный оставшийся в живых потомок, по сути, переметнулся на сторону врага. И неважно, что на самом деле Фрей не стал демоническим последователем в прямом смысле этого слова: в глазах генерала всё выглядело именно так.

Фрей не мог прийти к деду и попросить о помощи. Он даже не знал, что у него кто-то есть. И, судя по затихшей в зародыше вспышке злости, Куан тоже это осознал.

Так и не сев, командующий энергично поскрёб щеку, оставив на коже несколько красных полос:

– Где он сейчас?

– Боюсь, это мне не известно, – честно выдал Энлэй. – За ним охотился Фэнг Клык, – глава клана Куэ. Я попытался задержать его и едва не погиб, а когда очнулся, ни Фэнга, ни Фрея в Сячонге уже не было. После я опросил местных жителей, но никого из них никто больше не видел, так что могу предположить, что Фрею удалось избежать смерти.

– Значит, Фэнг из Куэ… – протянул Куан. – Я хорошо знаю об этом клане. Попробую навести справки. Спасибо тебе, Энлэй. За всё спасибо. Правда.

Энлэй опустил голову. Он не ответил. Да и что он мог сказать? Пожалуйста? Не стоит благодарности за рождение внука, его воспитание и опеку? Что бы он не ответил, это прозвучало бы, как издёвка.

Вероятно, Куан это понял.

– Тебе есть, что ещё добавить к своему рассказу?

– Думаю, это всё, – несмотря на солидный багаж опыта в самых опасных ситуациях, бывший разведчик испытывал почти осязаемое облегчение от того, что сложный во всех отношениях разговор приблизился к завершению. – Как только я закончил с делами в Сячонге, я сразу отправился к вам. Разве что… Могу сказать только одно.

Задумчиво блуждающий взгляд Куана вновь сосредоточился на собеседнике:

– Так говори.

– Вы должны знать, что использование демонического артефакта, хоть и вернуло Фрею силы, не сделало его нашим врагом, – осторожно произнёс Энлэй. – Да, для своего развития ему пришлось использовать не те методы, которые приняты у людей, но на других аспектах его личности это никак не отразилось. Фрей остался тем же, кем был прежде, – достойным, благородным воином, – разве что теперь в его руках находится демонический топор.

Черты лица командующего хищно обострились, придав ему сходство с заточенным клинком, занесённым над шеей разведчика:

– Ты сказал «топор»?

Энлэй медленно вздохнул и с сожалением покосился на опустевшие меха у своих ног. Кажется, разговор с Куаном только начинался.

Глава 3

– Не вступай ни с кем в разговоры, пока мы не доберёмся до дворца. Говорить буду я. Ты понял?

Фрей коротко кивнул, стараясь не демонстрировать своего недовольства. Тем более что последнее значительно подугасло, когда неожиданный спутник неожиданно вернул Сишоу в его руки.

– Жжётся, – недоуменно хмыкнул седоволосый мужчина средних лет, продолжая удерживать топор на своих коленях. – Чувствует мою силу, это несомненно, но… Жжётся. Как будто я его раздражаю. Что же, последуем воле великого оружия моего дяди, – поднявшись с бортика Источника Чистоты, он протянул артефакт Фрею. – Ты ведь не собираешься делать глупостей, верно?

Фрей делать глупостей не собирался.

Избавление от заполнявших его тело душ мёртвых и сопутствующий этому переход на Шаг Крушителя были, несомненно, приятными событиями, но разум воина всё же не затуманили. С Сишоу или без, сражаться против Бедствия прямо сейчас Фрей бы не сумел. Да и в ближайшее время, чего уж себя обманывать, тоже. Тем более, что демон, назвавшийся звучным именем Шандан, никакой враждебности не проявлял.

– Я хотел бы задать тебе немало вопросов, – честно признался Шандан, когда Фрей убрал Сишоу в петлю на поясе. – Но, думаю, твоя история будет интересна не только мне, а заставлять тебя повторять дважды нет никакой нужды. Поэтому расспросы подождут до того момента, когда мы окажемся в Цитадели.

Фрей приподнял бровь:

– В Цитадели?

– Не думал же ты, что я так просто тебя отпущу? – улыбнувшись настолько широко, что щёки испещрили глубокие, перемежающиеся белесыми полосами застарелых шрамов морщины, пожал плечами Шандан. – Нет, уважаемый друг, наше с тобой знакомство только началось. И продолжим мы его, отправившись в Цитадель демонов.

Спорить с Бедствием было не только бессмысленно, но и опасно, и теперь Фрей брёл за Шанданом сквозь клубящийся над равниной туман, пугливо расступающийся перед демоном.

Как и обещал, седоволосый мужчина и впрямь не задавал никаких вопросов. Негромко насвистывая себе под кривоватый нос незатейливую мелодию, Шандан уверенно шагал в паре метров перед Фреем, ничуть не опасаясь нападения со спины. И это лишь дополнительно убеждало Фрея в том, что он сделал правильный выбор.

«Итак, что мы имеем на данный момент, – неторопливо рассуждал Фрей. Пока они с Шанданом находились в дороге к Цитадели, у него было достаточно времени, чтобы как следует поразмыслить над ситуацией, в которой он оказался. – Из положительного – после избавления от мёртвых душ я совершил прорыв и теперь нахожусь на пике своих возможностей. Кроме того, все мои старые травмы, включая отрезанный Фэнгом палец, полностью излечились. Из негативного…»

Всё остальное.

Фрей сделал медленный вдох. При всём желании, ни сбежать, ни как-то предупредить Ро и Джен о том, что с ним произошло, возможности у него не было. Да и как бы они смогли ему помочь? С их силами они лишь погибли бы зря, – Шандан находился на совершенно другом уровне.

«Ну, что же, – воин продолжил разговор с самим собой. – Раз прямо сейчас предпринять ничего не удаётся, посмотрим, что будет дальше».

О том, что в тот момент, когда он окажется в стенах Цитадели в окружении целой кучи демонов, некоторые из которых, вполне возможно, ничуть не уступают Шандану, Фрей старался не думать. Броситься в бой, который гарантировано завершится его смертью, он успеет и потом.

Впрочем, когда впереди показалась громада демонического замка, уверенность Фрея пошатнулась.

Казалось, сложенные из огромных каменных глыб стены бросали вызов самим небесам. Грубый серый камень мрачной громадой нависал над путешественниками, грозя раздавить одним только своим присутствием. Прежде Фрей считал, что никогда не увидит ничего крупнее Каменной Черепахи, однако на фоне Цитадели даже Великий Бог выглядел бы совершенно обычным земноводным.

Вопреки колоссальным размерам стены, сделанные из цельного куска металла ворота казались совсем обычными, лишь в пару раз превосходя человеческий рост. Пожалуй, в них едва протиснулась бы телега какого-нибудь торговца, если, разумеется, демонам взбрело бы в голову с кем-то торговать.

Подойдя к воротам вплотную, Шандан несколько раз ударил по ним кулаком, нарушив царящую в тумане могильную тишину глубоким гулом:

– Открывайте!

Спустя какую-то пару секунд ворота беззвучно распахнулись, не издав даже намёка на скрип. Кто бы не смазывал торчащие из стены петли толщиной в ногу взрослого мужчины, делал он это со всем тщанием.

– Принц Шандан.

– Привет, Хурен, – седоволосый мужчина дружелюбно махнул рукой грузному мужчине в серых доспехах, открывшему ворота. – Чаху не покидал Цитадели?

– Нет, принц, – Хурен повёл бородатой челюстью. – Он вообще редко выходит, вы же знаете.

Шандан кивнул:

– Знаю. Но уточнить никогда не помешает. Ладно, будь здоров. Идём, Фрей.

Провожаемый задумчивым взглядом Хурена и ещё одного охранника, замершего в почтительном отдалении и склонившего голову перед Шанданом, Фрей двинулся следом за своим сопровождающим, бодро идущим по мощёной дороге вглубь крепости.

Вопреки ожиданиям воина, Цитадель демонов оказалась вовсе не таким местом, которое он представлял в своей голове по пути сюда. Взамен вооружённых до зубов бугаев в доспехах его встретили снующие между приземистых каменных домов люди, глядя на которых нельзя было даже предположить, что его окружают демоны. Если бы Фрей не знал, куда его привели, он вполне мог бы предположить, что оказался в обычном человеческом городе. Отличия крылись лишь в мелких деталях.

Ни одного строения из дерева, ни одной соломенной крыши. Прямые, узкие улицы и дома, растущие с каждым пройденным десятком метров вглубь города. Деревянные мечи у стайки мальчишек, играющих между собой и затихших при виде Шандана и довольно заулыбавшихся, когда принц им подмигнул. И чёрный замок в глубине города, окруженный толстыми стенами, – разумеется, куда меньшими, чем те, за которые прошли Фрей с Шанданом, но всё равно весьма внушительными.

Едва ли в мире духов был кто-то, кому хватило бы безумия напасть на Цитадель демонов. Но если бы такой нашёлся, – скорее всего, он попросту обломал бы зубы об защиту крепости. Город был спроектирован таким образом, что никаких сомнений не оставалось: Цитадель была возведена для умелой и грамотной обороны.

Шандан, до этого словно утративший было интерес к Фрею, лукаво покосился на воина:

– Удивлён, верно? Думал, мы тут только и занимаемся тем, что сражаемся друг с другом и пожираем плоть побеждённых?

Фрей чуть повёл плечами, показывая, что услышал вопрос, но отвечать на него не собирается. Впрочем, принц и не ждал от него ответа.

У самого замка в центре города никаких построек не было. Пройдя по широкой пустующей площади, Фрей с Шанданом уперлись в точную копию ворот у входа в Цитадель, где седоволосый мужчина снова трижды постучал по металлу.

– Это я. Открывайте!

На сей раз пауза не продлилась и секунды. Шандан ещё не успел договорить, когда ворота открылись, показав удивлённое лицо подростка не старше шестнадцати:

– Дядя!

– О, Хайзи, – Шандан чуть приподнял брови. – Тебя поставили охранять ворота? Ну и что ты натворил?

Парень в чёрном одеянии смущённо почесал седоволосый, прямо как у родственника, затылок, демонстрируя не по возрасту развитую мускулатуру:

– Наставник заметил, что я пропустил пару кругов на пробежке. Вот я и…

– Снова отлынивал от тренировок? – укоризненно уточнил Шандан. – Тогда поделом тебе. Имей в виду: если продолжишь в том же духе, тебе никогда не достичь силы своих старших братьев! Ты понял меня?

– Да я… – хотел было возмутиться Хайзи, но тут же сдулся под тяжёлым взглядом Шандана. – Конечно, дядя. Я понял.

– Молодец, что понял, – голос седоволосого демона потеплел. Жилистая рука потрепала подростка по голове, приведя и так непослушные волосы в полный беспорядок. – Значит, ты не совсем безнадёжен! Ладно, неси службу бдительно. А когда сменишься – вместо двух пропущенных кругов пробежишь десять. Договорились?

– Да, дядя, – совсем уж обречённым голосом согласился Хайзи.

– И не дядькай тут мне! – с напускной грозностью буркнул Шандан. – Пока ты на службе, обращайся ко мне по форме. Иначе кто-нибудь может подумать, – тут он красноречиво покосился на Фрея, – что солдаты демонов ничего не смыслят в дисциплине.

Хайзи тут же вытянулся:

– Так точно, принц!

– Так-то лучше, – ухмыльнулся Шандан. – Твой отец на месте?

– Да, дя… Принц.

– Он в курсе твоей провинности?

Лицо Хайзи чуть побледнело:

– Нет. И если это возможно…

– Я ничего ему не скажу, – успокоил Шандан племянника. – Но с тебя десять кругов!

– Договорились, – после секундной паузы скрипнул зубами Хайзи. По всей видимости, отца он боялся куда больше, чем тяжёлых тренировок.

Хмыкнув, Шандан хлопнул племянника по плечу и повернулся к Фрею:

– Идём. Познакомлю тебя с нашим королём.

С обеих сторон от прямой дороги, ведущей к чёрному замку, располагались круглые, присыпанные песком площадки, по периметру которых располагались хорошо знакомые Фрею тренировочные снаряды. Некоторые вещи оставались неизменными в обоих мирах. Несколько десятков бойцов, выполняющих различные упражнения, ненадолго замерли, но тут же вернулись к своему занятию, когда Шандан махнул им рукой. Похоже, принц пользовался в Цитадели практически безграничным уважением.

Распахнув очередную дверь, Шандан провёл гостя, – а может, и пленника, – сквозь лабиринт извилистых коридоров. Через десяток поворотов Фрей оставил попытки запомнить дорогу. А ещё через десяток понял, что поступил правильно. Тот, кто оказался в Цитадели впервые, рисковал заработать мигрень, силясь разобраться в хитросплетении внутренних помещений.

Когда Фрей уже начал подумывать, что Шандан будет водить его по замку до тех пор, пока он не умрёт от истощения, принц демонов остановился.

– Думаю, короля демонов уже успели предупредить о нашем прибытии. Так что теперь надо предупредить кое о чём и тебя, – принялся объяснять седоволосый. – Его зовут Чаху, но обращаться к нему по имени не принято. Зови его просто «король». Будь с ним честен – обман он чувствует за версту, уж можешь мне поверить. И будь осторожен в выборе слов. Не забывай: от того, как пройдёт ваш разговор, зависит твоя жизнь.

Фрей коротко кивнул. Пренебрегать советами принца демонов было глупо.

– Ну, раз ты понял, не будем тянуть, – Шандан сделал глубокий вдох. Фрей вдруг с удивлением понял то, чего сначала не замечал, но теперь, прямо перед встречей с королём демонов, это стало очевидно. Шандан нервничал.

– Ну так что? – нетерпеливо спросил Фрей. Ожидание его порядком утомило, и он уже был готов на любой исход, лишь бы перестать томить себя мрачными ожиданиями своего будущего. – Мы идём?

– Погоди. Есть ещё кое-что, что тебе следует узнать до того, как мы войдём.

Фрей внимательно посмотрел на Шандана. Тот выглядел предельно серьёзным.

– Я слушаю.

– В настоящий момент демоны разделились на две примерно одинаковые группы, – начал седоволосый, задумчиво теребя рукав ханьфу. – Одна из них хочет, чтобы мы продолжали свою жизнь так, как она идёт сейчас, – мирно и спокойно, не встревая в какие-либо конфликты. Вторая же… – он вздохнул. – Вторая не простила людям поражения и жаждет мести за тех, кто пал во время вторжения в ваш мир. Проблема в том, что король демонов относится именно к этой категории. Сам он не участвовал в нападении, но многие из погибших были ему близки. Даже слишком.

Фрей нахмурился. Его шансы уцелеть таяли прямо на глазах.

– И что, по-твоему, я должен делать с этой информацией?

– Прими её к сведению, – Шандан чуть пожал плечами, словно они говорили о какой-то мелочи, а не о жизни Фрея. – И постарайся не давать Чаху даже малейшего повода тебя прикончить.

Не дожидаясь реакции Фрея, Чаху трижды постучал в двустворчатые двери и распахнул их:

– Король, это Шандан. Позволите войти?

– А, младший брат, – голос, раздавшийся из зала, эхом отражался от пустых стен, но даже так по низкой, вибрирующей от сдерживаемой силы хрипотце было очевидно, что его обладатель привык говорить перед толпами. И каждый слушатель, несомненно, чувствовал каждое его слово своей кожей. – Проходи.

– Я не один, – предупредил Шандан, коротким кивком приглашая Фрея проследовать за собой. – Со мной пришёл весьма интересный человек, – седоволосый особенно выделил последнее слово, – с ещё более интересным оружием.

Сделав пару глубоких вдохов, Фрей шагнул в зал, оказавшись рядом с Шанданом, и поднял голову.

После посещения Дворца Каменной Черепахи мало какое помещение могло впечатлить воина своими размерами. Но зал короля демонов на это и не претендовал. Достаточно большой, чтобы при необходимости вместить в себя пару сотен человек, он, тем не менее, не выделялся ни сверхъестественными масштабами, ни особым убранством. Вдоль ровных серых стен, увешенных разноцветными знамёнами, стояло несколько десятков каменных чаш, заполненных уютно тлеющим пламенем. Только они и освещали зал; ни одного окна Фрей не обнаружил.

У противоположной от входа стены на угловатом белом троне, деталей которого не позволяла разглядеть крепкая фигура в простых чёрных одеждах, скучающе подперев рукой квадратную челюсть, сидел демон, которому для подтверждения статуса ни требовалась ни корона, ни расшитый золотом плащ, ни иные присущие правителям регалии. Столкнувшись с ним взглядом, Фрей внутренне вздрогнул: так смотреть мог лишь король.

– Оружие? – задумчиво повторил седоволосый мужчина, настолько высокий, что даже в сидячем положении он возвышался над вошедшими в зал на добрую голову. Фрей предположил, что если он выпрямится, то в нём будет под три метра роста. И в следующую секунду король демонов подтвердил его предположение: с удивлением вскинув густые белесые брови, он поднялся на ноги, оказавшиеся ничуть не тоньше пламенеющих поблизости столбов, и требовательно протянул руку вперёд. – А! Я чувствую его!

Фрей не успел ничего предпринять. Справа что-то резко дёрнулось, он инстинктивно опустил руку, но нащупал лишь собственное бедро. Мелькнув в воздухе смазанным пятном, Сишоу пронёсся через всю длину зала, остановившись лишь в то мгновение, когда его рукоять легла в широкую, как щит пехотинца, ладонь.

Толстые пальцы короля демонов крепко стиснули оружие, кажущееся игрушечным на фоне его внушительной фигуры. Пожалуй, сжали даже сильнее, чем нужно; по крайней мере, Фрей готов был поклясться, что на выглядывающем из-под короткого рукава огромном запястье выступили вены, жирные, как откормленные черви.

– Похоже, удача наконец-то показала нам своё лицо, – король демонов хищно ухмыльнулся, и Фрей впервые за день заметил отличие демонов от людей. По крайней мере, сам он человека с такими острыми, словно заточенными напильником клыками ещё не встречал. – Топор моего отца вернулся в родную гавань!

Кровь в жилах Фрея застыла, будто его без предупреждения затолкали под ледяной водопад.

«Сишоу принадлежал его отцу? Это значит…» – мысли в голове воина заметались со скоростью молнии, но даже так Чаху умудрился их опередить.

– Спасибо за этот дар, – оторвав взгляд от демонического оружия, проговорил король демонов. Серо-стальные глаза сосредоточились на лице Фрея. – Однако я не могу не спросить: откуда в руках простого человека взялся наш величайший артефакт?

Шандан предупреждающе покосился на Фрея, и лишь недавние слова принца демонов удержали воина от резкого ответа. Разумеется, он не собирался отдавать Сишоу, но прямо сейчас иного пути у него не было.

Если ему не удалось даже удержать оружие на поясе, что уж он мог сделать теперь, когда верный топор оказался в руках предводителя демонов?

– Король, – Фрей чуть наклонил голову, скрывая гримасу злости. – Сишоу встретился мне совершенно случайно. Однажды в поединке я встретился с человеком, что сражался демоническим топором. Я одержал победу и забрал оружие себе.

– Значит, ты взял его в поединке, – Чаху медленно кивнул, словно обдумывая каждое слово Фрея. – И, конечно же, тебе не известно, откуда его получил твой враг?

– Нет, король.

– Нет… Что же, наверное, это не так уж и важно, – заключил гигант. В голову Фрея пришла неуместная мысль о том, что предыдущий король демонов наверняка согрешил с великаншей, – никто иной породить такое чудовище был попросту не в состоянии. – Сейчас значение имеет кое-что другое. Демон подкинул Сишоу вверх с такой силой, что огонь в чашах у трона затрепетал от поднявшегося ветра. Взлетев под самый потолок, топор резко замер, как если бы его что-то остановило, и тут же рухнул вниз, упав точно на подставленную ладонь. Фрей на это не смотрел: всё его внимание занял трон за спиной короля.

Угловатость, изначально принятая им за необычную особенность формы сидения, была вызвана тем, что сам трон был целиком и полностью сделан из костей. Причём лишь часть из них принадлежала зверям: хоть подлокотники и венчались черепами хищников, прямо за ними точно были человеческие кости.

– Нравится? – интерес Фрея к трону не укрылся от внимания короля демонов. – Мы называем его Стулом Правителя. Он собран из костей сильнейших врагов, чьи останки наша семья сочла достойными увековечивания, и олицетворяет собой все великие победы прошлого. К сожалению, – он хмыкнул, – удобнее он от этого не становится.

– Бремя власти не может нести за собой комфорта, – сам от себя не ожидая, философски выдал Фрей. – Иначе вместо пути к величию она превратится в потакание собственным капризам.

После его слов, гулко разнёсшихся по залу, воцарилась тишина. Чуть дёрнув бровью, Шандан моргнул, а затем вернул своему лицу бесстрастное выражение. Король был менее сдержан.

– Хм… Пожалуй, ты прав, – он провёл рукой по укрывающему бугристый череп короткому ёжику седых волос. – Хорошая мысль. Я запомню её.

«Демоны побери, Фрей, – воин мысленно обругал себя за длинный язык, развязавшийся из-за нервного напряжения. – Ты среди врагов, способных уничтожить тебя одним движением руки, и должен отвечать только на вопросы! Желательно – как можно короче. Держи себя в руках!»

– Как твоё имя? – демон подошёл к Фрею ближе, остановившись на расстоянии всего в пару метров. Стало совершенно ясно, что макушка совсем не маленького мужчины едва дотягивалась до рёбер гиганта.

– Фрей, король, – неимоверным усилием воли заставив себя не отшатнуться, ответил воин. Демон кивнул:

– Что же, Фрей, предлагаю всё-таки вернуться к нашим текущим делам, – серо-стальные глаза равнодушно уставились на него сверху вниз. – Хоть я и благодарен тебе за то, что ты принёс Сишоу в Цитадель, у нас возникла проблема, и, к сожалению, без тебя её решить не получится.

– Что за проблема? – уже понимая, что ответ Чаху ему не понравится, с упавшим сердцем уточнил Фрей.

– Видишь ли, Фрей… – король демонов ненадолго замолчал, как будто ему требовалось время, чтобы подобрать правильные слова. Впрочем, воин не обманывался: правильных слов не было, да и подбирать их Чаху не собирался. – Демонические артефакты обладают собственным интеллектом, и по этой причине у них имеется одна особенность: они признают хозяина по его силе.

Он чуть приподнял топор, как будто демонстрируя его Фрею. Тот не сразу понял, что именно король демонов пытался показать.

– Используй духовное зрение, – подсказал Чаху. Мысленно укорив себя за промедление, Фрей послушался, – и в ту же секунду понял, что имел в виду король демонов.

От Сишоу к его животу тянулась тонкая красная нить из ци, связывающая оружие с хозяином. И, несмотря на то, что топор по-прежнему находился в руке короля демонов, нить никуда не исчезла.

– Вижу, ты понял, – Чаху удовлетворённо кивнул. – Уж не знаю, откуда твой враг взял Сишоу, – но ты захватил демонический артефакт в бою. И он признал тебя. Понимаешь?

– Не уверен, – вспомнив слова Шандана о честности, признался Фрей. Король демонов прикрыл глаза:

– У демонических артефактов есть воля, – отчётливо выделяя каждое слово, проговорил Чаху. – Особенно у самых сильных из них. И Сишоу считает тебя своим хозяином.

– Король, может быть, это вовсе не обязательно? – впервые с момента входа в зал вмешался Шандан. Чаху раздражённо повёл челюстью:

– Ещё как обязательно, братец. И ты это знаешь.

Принц демонов умолк, но от Фрея не скрылось, как напряглись желваки на челюсти Шандана. Разговор явно пошёл не туда, куда он рассчитывал.

– Если бы Сишоу тебя не признал, ты не знал бы его имени, – принялся вслух рассуждать Чаху. – И твоя внутренняя структура ци не стала бы такой же, какая встречается лишь у нас, демонов. Он помогал тебе. Растил тебя. Усиливал тебя. И даже сейчас, – тяжёлый, как надгробие, взгляд Чаху придавил Фрея к холодному полу, – несмотря на то, что я, сын предыдущего короля демонов, держу Сишоу в своих руках, своенравный топор всё равно считает тебя своим хозяином.

– Я услышал достаточно, – отбросив вежливость, грубо бросил Фрей. До сих пор не замеченный наруч, спрятанный на запястье, чуть потеплел, напоминая воину, что, несмотря на отнятый Чаху топор, совсем без оружия он не остался. – Но вы до сих пор не сказали главного. Что всё это значит?

– Ничего личного, Фрей, – король демонов не повёл и глазом. – Но ты должен умереть.