Проклятие

Глава 1

Олег проснулся от необъяснимой тревоги, поселившейся у него в сердце. Он открыл глаза, вытер испарину со лба, выдохнул и уставился в потолок. «Уфффф...Приснится же такое». В эту душную летнюю ночь, он отчётливо слышал запах горящих в области лесов. Сегодня ему снова снилась эта противная бабка, Антонина Степановна. Пожилая женщина, впрочем, ничего плохого во сне не делала, но, зная причину её смерти, Олег не сомневался, что ничего хорошего для него это не значит. Антонина Степановна Фурцева была одета всё в тот же тёмно-синий сарафан, застёгнутый на все пуговицы, в нём он и видел её в последний раз. Волосы женщины были вычесаны и прямыми прядями ровно спускались на плечи. При этом они были черны как уголь, хотя при жизни её волосы были пепельного цвета и часто скручены в пучок. Она смотрела на него в полной темноте, и Олег, как ни старался, не мог разглядеть её глаз. Она стояла в углу комнаты, и это наводило на него леденящий душу ужас. А может, она снится ему только потому, что он слишком часто в последнее время, думает о её квартире, и это всего лишь игра его воспалённого разума? Олег приподнялся в постели и, скинув с себя одеяло, сел. Он просидел так не менее трех минут, прежде чем решил встать. Олег умылся холодной водой, обтёр лицо полотенцем и вышел из ванной уже полностью проснувшимся. Воспоминания о неприятном сне постепенно стали стираться из памяти, и, посмотрев на настенные часы, застывшие на отметке 00:15, он чертыхнулся про себя и достал из холодильника початую бутылку виски. Взял с полки стакан и, налив ровно на глоток, тут же опрокинул обжигающее содержимое себе в глотку. Тепло обжигающего напитка с жаром растеклось по его желудку. Он вытащил из банки огурчик и отправил его вслед за напитком. Достал из пачки сигарету, прикурил и смачно затянулся. Взял телефон и набрал номер, записанный в телефонной книжке «жена». — Алло, — ответил сонный недовольный женский голос. — Привет Катюш! — Самарин, ты на часы смотрел? — не скрывая своё недовольство, проворчала она. — Кать, возвращайтесь с Егором домой. — Олег, ты бухой, что ли? — недовольно огрызнулась Екатерина. — Мне плохо без вас, Кать. — Что, все твои проститутки тебя бросили? — Ну что ты начинаешь? — выкрикнул он. — Олег, мы уже два года как развелись, смирись уже с этой мыслью. — Ну вот что тебе ещё надо-то? — сорвался он. — Меха, рестораны, машины, квартира. Я всё тебе дал. — Мне от тебя ничего не надо, — размеренно произнесла она. — И эту квартиру, если ты забыл, я получила в наследство от бабушки. Олег услышал в трубку недовольное бурчание мужчины. — Это твой что ль там? — недовольно огрызнулся Олег. — Тебе какая разница? — Кать.. — Самарин, ложись спать, проспись. — Я заберу у тебя своего сына. — Нет. — Вот увидишь. — Самарин, тебе же никто не нужен, тебя интересуют только деньги. — Другая была бы счастлива на твоём месте. — Вот найди другую и осчастливь её. — И найду. Думаешь, ты одна такая? — закричал Олег. — Тоже мне, красавица выискалась. Коза! — Всё, пока! — отрезала Катя, и в трубке тут же раздались короткие гудки. Олег был в гневе, ему нужно было сказать ей ещё несколько неприятных слов, но, набирая снова и снова её номер телефона, он слышал только длинные гудки. Наконец успокоившись и выпив ещё, сидя за столом и вглядываясь в непроглядную тьму за окном, он не спеша выкурил сигарету, затушил и отправился в комнату. Включил кондиционер и, погасив свет, с головой накрылся простынёй. Но необъяснимое чувство тревоги снова завладело им. «Что опять-то?». Он стянул с головы простыню и повернув голову на бок, открыл глаза. В углу комнаты, в полнейшей темноте на него смотрела Антонина Семёновна. Её рот был нереально широко открыт. И если бы Антонина Семёновна была жива, она наверняка бы вывихнула себе челюсть.

«Это ещё сон или уже нет? — подумал он встревоженно». Олег опустил руку вниз в поисках одной из гантелей, которые всегда находились у подножья кровати. Не спуская ни на миг глаз с Антонины Семёновны, он нащупал одну из них и, привстав с кровати с криком: «На, тварь», — швырнул её в женщину. Гантеля с силой врезалась в стену. И с неимоверным грохотом, разлетевшимся на всю округу, упала на пол, прервав ночную тишину в спящей многоэтажке. Силуэт пожилой женщины мгновенно растворился в темноте. — Так-то лучше ! — улыбнулся он, довольный собой. Снизу послышались громкие разговоры соседей, и мужской грубый голос что-то громко крикнул в его адрес. — Заткнись, — грозно выкрикнул Олег, с силой топнув ногой по полу, и снова лёг в постель. «Что это было? — подумал он про себя. — Крыша, что ль, едет? Может, следует обратиться к врачу? Да, ладно. Это просто нервное расстройство, надо слетать на море и хорошенько отдохнуть, — подумал он и закрыл глаза». Но стоило ему только закрыть глаза, как перед ним снова выплыла картина того самого дня. Олег думал, что Фурцева уже мертва и убрал с её лица подушку, но через мгновенье, женщина резко вдохнула в себя воздух и сев в кровати, выкрикнула ему в лицо «Я проклинаю вас! Сдохните, как собаки!». Он схватил подушку и снова принялся душить и не отпускал её минут десять, пока руки окончательно не устали от неимоверного напряжения. Олег гнал от себя тяжелые воспоминания, но до конца расслабиться не получалось, мысли накатывали одна за другой как морские волны, и в нём снова зародилось чувство тревоги. Он неспешно открыл глаза. Антонина Семёновна снова была в комнате, только теперь она была ближе и стояла прямо под люстрой. У неё был всё так же широко открыт рот и она молча смотрела на Олега. Олег медленно приподнялся и сел в кровати, прижался к стене и подтянул к себе подушку. Руки старушки начали медленно подниматься вверх. — Тебе, че от меня надо, старая кляча? — испуганно закричал он. — Ха-ха-ха, — раздался в квартире глухой и, на его удивление, грубый мужской голос. Олегу показалось, что смех звучал одновременно отовсюду, как в качественной стереосистеме. От страха у него по спине пробежали мурашки. Олег притянул к себе одеяло и еще сильнее прижался к стене. Схватился за крестик, висящий на его массивной золотой цепи, выставил его перед собой и закричал: «Отче наш, еже си на небеси, да светится имя твоё! Да придёт царствие твоё. Да будет воля твоя… Как там дальше -то?» — прошептал он, не сводя глаз с женщины. Олег с ужасом осознал, что на этом его познания молитвы закончились, и решил повторить то что знал: «Отче наш, еже си на небеси, да светится имя твоё! Да придёт царствие твоё. Да будет воля твоя!» Пожилая женщина вдруг скривила лицо и сделала страшную гримасу боли. Увидев это, Олег закричал ещё громче:«Отче наш, еже си на небеси, да светится имя твоё! Да придёт царствие твоё. Да будет воля твоя!» Ноги пожилой женщины начали растворяться, оставляя после себя лишь облако, похожее на пепел и пыль одновременно. По трубе кто-то постучал, но Олег вытянул крестик перед собой и закричал еще громче:«Отче наш еже си на небеси, да светится имя твоё! Да придёт царствие твоё. Да будет воля твоя!» И наконец, женщина полностью растворилась в тёмной комнате, оставив после себя лишь подобие облака из пыли, которое тут же развеялось. Олег вздохнул с облегчением и, вцепившись в крестик несколько раз поцеловал его. — Офигеть...Работает...Работает, — обрадовался он и выдохнул. — Завтра обязательно схожу в церковь. Довольный собой Олег прикрыл глаза, но когда открыл их, прямо перед собой увидел лицо пожилой женщины с открытым ртом и белого цвета глазами без зрачков. — Шха-а-а-а-а, — прошипела она ему в лицо. — А-а-а-а, — закричал Олег, и дёрнулся от испуга так сильно, что ударился затылком о стену. Его глаза тут же заволокла густая непроглядная мгла, и, потеряв сознание, он рухнул в постель. Отголоски эха его нечеловеческого крика пронеслись по округе на сотню метров, растворившись в бетонных стенах квартиры и ночного неба квартала многоэтажных домов.

Глава 2

Редкие пушистые облака плыли над пронизанным жарким летним зноем городом. Легкая дымка от пожаров, далеко за городом, упеленала небо словно туманом. Солнечные лучи пробрались в квартиру сквозь занавески и играючи разбудили Олега. Он открыл глаза и поморщился от неприятного, незваного дыма, проникшего в его обставленную по последнему слову техники квартиру с новым ремонтом.

— Присниться же, — ухмыльнулся он, скинув ноги с кровати. Голова сразу же напомнила о себе резкой болью в затылке. Олег обхватил её руками и нащупал на затылке большую гематому. — Чёрт! — выругался он и ещё раз ощупал образовавшуюся шишку. Только теперь он заметил лежащую в углу комнаты гантелю. Олег медленно подошел ближе и поднял её. Гантеля проломила ламинат и расколола одну из досок. «Всё таки это был не сон». Он перенёс гантелю к кровати и молча уставился в угол. Раздавшийся звонок мобильного заставил его вздрогнуть. «Наша служба и опасна и трудна», — пропел телефон, и на экране тут же появилась фотография его приятеля. — Фу ты ... Здорово, Андрюх, — произнёс он, взяв телефон в руку. — Напугал до усрачки. — Здорово! Ну ты чо там, спишь что ль еще? — удивился приятель. — Только встал, а ты где? — В конторе. Где мне еще быть? — А сколько время? — Десять уже. — Ё-о-о… — Бухал что ль вчера? — Если бы. Я ща соберусь и подъеду. Прикрой меня, если что. — Хорошо, только давай быстрее, Колобок уже должен прийти. — Ок, я быстро. Олег отключил вызов, бросил трубку на кровать и прошёл в ванную комнату. «Так. Временно, я здесь не живу, — решил он, пока чистил зубы. — И батюшку неплохо было бы сюда привести, пусть освятит квартиру». Выйдя из ванной, он побросал в сумку носки, трусы, зубную щетку, бритву и прочие необходимые принадлежности. Открыл ящик письменного стола и, перебрав с десяток различных связок с ключами и бирками, на которых были написаны адреса, кинул одну из них в сумку. Достал из шкафа форму капитана полиции, и недовольно поморщился глядя на мятые брюки. «Некогда гладить. Да и чёрт с ними, всё равно помнутся». Он надел ботинки, протер их губкой для обуви, взял сумку, фуражку и вышел из квартиры. В лифте он попробовал надеть фуражку на голову, но гематома тут же дала о себе знать. Не утруждая себя соблюдением правил дорожного движения, через двадцать минут Олег был на месте. Он припарковал свой белый, тонированный «Ленд Крузер Прадо», в квартале от отделения. Прошел через двор и вошёл в трёхэтажное здание полиции. Взмахом руки поприветствовал дежурного на входе и направился в свой кабинет. Олег уже почти дошел до него, как в конце коридора показалась полная фигура, лысеющего полковника Колобкова. Полковник всеми силами старался спасти остатки своей шевелюры и с боков зачесывал волосы на лысую макушку, отчего его прическа выглядела несколько комичной. Олег выругался про себя и сделав вид, что не заметил начальника, потянул на себя дверную ручку. — Самарин! — выкрикнул полковник. Олег чертыхнулся про себя и, повернувшись поздоровался: — Здравия желаю, товарищ полковник! — Здорово! — выкрикнул он, подходя ближе. — Тебя где носит, капитан, время сколько? — Я был на обходе, — заранее придумал отговорку Самарин. — Кому ты чешешь? Я по твоей роже вижу, что бухал вчера, — пухлым пальцем Колобков указал на мешки под глазами Олега. — Да не пил я… Честно...Рюмку только. — Во-от. Где рюмка, там и другая. Говорю же, бухал, — сказал припухший от выпитого накануне алкоголя полковник. — Да не пил я…Жарко, много воды пью… Наверное… — Мятый весь, как из жопы, — прервал его Колобков. — Ты бабу что ль себе бы завел. После развода ходишь, как в штаны насрал. — Заведу… — Заведет он... Я что ль об этом должен думать? Не маленький уже, а всё в кулачке гоняешь, — хихикнул он, отпустив пошлую шутку. — Разрешите исполнять, товарищ полковник?

— Что исполнять? — удивился полковник.

— Заводить бабу! — Шутник. Исполнять после работы будешь, — ухмыльнулся Колобков. — Это всё, товарищ полковник? — раздражённо спросил Олег. — У тебя сейчас прием населения, можно сказать на передовой, а у тебя вся морда помятая. Ты давай прекращай мне это. Самарин, ты лицо нашего отделения. Не в Бирюлево каком-нибудь, а в самом центре столицы. Или хочешь в Бирюлево работать? — спросил он, заранее зная ответ. — Никак нет, не хочу, — ответил по-военному капитан. — Вот и давай, приводи себя в порядок и вперед за работу. — Есть, товарищ полковник, — ответил Самарин, отвернулся и, скривив лицо, вошёл в кабинет. В кабинете за столом спиной к окну, лицом ко входу, сидел старший лейтенант Андрей Белозёров. Напротив него сидела полноватая пожилая женщина с кудрявой шевелюрой, выкрашенной в фиолетовый цвет. Олег поднял руку, поприветствовав Андрея открытой ладонью, тот молча махнул ему головой. Женщина повернулась и посмотрела на вошедшего недобрым взглядом, будто он зашёл в её кабинет. — Здрасти, — поздоровался Самарин, вешая на крючок фуражку. — Здравствуйте, — поздоровалась женщина и тут же потеряла к нему интерес. Олег устроился за своим рабочим столом у входа в кабинет и с важным видом достал из стола несколько папок. — Давно пропал Мишка? — спросил лейтенант у дамы. Самарин округлил глаза и начал прислушиваться. — Так вот, вчера же, — ответила она. — Как это случилось? Олег заметил, что лейтенант еле сдерживается от смеха. — Собаку на улице испугался и вырвался у меня из рук. Вон, — она вытянула вперед руку и показала глубокие царапины, — все руки разодрал. — Мария Сергеевна, у вас есть фото кота? — Есть, — с готовностью ответила она и сразу полезла в сумочку. Вынула оттуда небольшую фотографию, на которой мало что можно было разглядеть, и передала её Белозёрову. — Вам надо сделать объявления, и расклеить их на столбах в районе. — А вы что же, мне не поможете найти Мишу? — удивленно округлила глаза женщина. — Что сможем, конечно, сделаем. Передадим всем сотрудникам особые приметы вашего кота, но и вы не сидите сложа руки, — посоветовал он. — В интернете дайте объявление. Посмотрите группы о пропаже, может там уже кто, что выложил. — Ох, милок, — всхлипнула она, прижав платок к носу. — Ну какие интирнеты? Я же в этом совсем ничего не понимаю. — Ну хорошо, Мария Сергеевна, мы сами посмотрим. Олег осуждающе посмотрел на лейтенанта и, недовольно покачав головой, взяв одну из папок, раскрыл и начал вчитываться. — Ты посмотри, посмотри, Андрей Вячеславович, — продолжала женщина. — Только не спеши, внимательно посмотри. А за мной не встанет. Я отблагодарю, — продолжала она. — Хорошо, Мария Сергеевна. Вы лучше вот, что мне скажите, — продолжил Андрей, — а как там у вас в доме, всё ли хорошо? Как там Валера с шестого этажа? Самарин отложил в сторону папку и принялся внимательно слушать. — Валерка как обычно, — отмахнулась пожилая женщина, — пьёт, собака. — Дебоширит? — Да нет, его после обеда уже и не видно, — она наклонилась к полицейскому, тихо, словно боясь, что кто-то может услышать их разговор, произнесла: — Бьёт он Нинку-то. — С чего вы взяли? — удивленно спросил Белозёров и откинулся на спинку стула. Женщина наклонилась над столом еще ниже и тихо произнесла: — Люди говорят. Ругаются они часто. Кричит она, ой как кричит. Любка под ними же живёт...Всё слышит. Белозёров тут же сделался серьёзным: — Вот мы с Олегом Владимировичем сегодня к нему и наведаемся, а заодно посмотрим в районе вашего кота. — Андрей Вячеславович, вы только не говорите про меня ничего, — вкрадчиво сказала она. — Само собой, Мария Сергеевна, не первый год с вами знакомы, — улыбнулся Андрей. — Там у Лидки ещё, хахаль какой-то подозрительный, — между делом добавила женщина. — Лидка — это та, что с восьмого? — Не-е-е…Та Зойка. Лидка с десятого, — она так посмотрела на лейтенанта, будто он должен был сгореть со стыда. — Ах да-а-а, — спохватился Андрей, сделав вид, что вспомнил, о ком идёт речь. — Чем же он подозрителен? Она прикрыла рот, и шёпотом произнесла: — Люди какие-то к нему ходят подозрительные. Валька шприцы видела в подъезде. Полицейские переглянулись. — Ясно. Разберёмся, — строго сказал лейтенант. — Ну а как там Тамара Васильевна поживает, никого подозрительного вокруг неё не крутится? — Ой, — схватилась она за сердце, — боже упаси. Вы же ей сказали, что в районе орудуют чёрные риелтиры. Так она теперь ни-ни. Когда же вы их всех пересажаете-то? — спросила она, махая головой. — Скоро, Марина Сергеевна, скоро. Вы бы всё-таки приглядывали за ней. Одинокая она. Одна живёт как-никак, мало ли что. И если вдруг кто вокруг неё крутиться будет. Сразу сигнализируйте. — Хорошо, Андрей Вячеславович. — А мы вам за бдительность, о грамоте у руководства похлопочем. — Ой, — улыбнулась она довольно и отмахнулась. — Да, что вы. Не надо. Женщина на миг задумалась о чём-то и довольно произнесла: — Алка от зависти сума сойдёт, — сказала она мечтательно и улыбнулась. — Как дела у Надежды Дмитриевны? — спросил старший лейтенант. — Болеет, — ответила она и наклонившись к Белозёрову, негромко произнесла: — Женщина какая-то вокруг неё ошивается. Говорит, родственница. — Ну родственница — это хорошо, — сказал Андрей. — Да, какая она родственница, — отмахнулась Мария Сергеевна. — Черненькая уж больно, откуда у неё такие родственники? — Так, так… — Думаю, квартирку её хочет оттяпать, — прошептала женщина. — С чего это вы взяли? — удивился Белозёров. — Да с того. Выглядит как азербайджанка или армянка, а мож, цыганка какая, я не разбираюсь. Глаза чёрные-чёрные. А хитрю-у-ущие... — Ясно, — ответил Белозёров. — После обеда зайдём к ней с Олегом Владимировичем. — Вы уж зайдите. Зайдите. Да паспорт её гляньте. — Посмотрим. Ну что, Мария Сергеевна, не будем терять время понапрасну, надо приступать к поиску кота. — Ой, — спохватилась она. — И вправду. Пора мне. Мария Сергеевна поднялась со стула. — Вы уж помогите мне найти Мишеньку, — произнесла женщина и её глаза стали мокрыми. Белозеров поднялся из-за стола и, подойдя к Марии Сергеевне, приобнял её за плечи: — Ну не переживайте вы так, найдём вашу кошку. — Кота, — всхлипнула она. — Кота, конечно, кота. Лейтенант слегка подтолкнул женщину к выходу и открыл дверь: — И не забудьте сделать объявления и расклеить по району. — Да, да, конечно, — ответила она, переступая порог. — Спасибо вам, ребятки! — Не за что Мария Сергеевна, это наша работа. Женщина вышла в коридор, и Белозёров прикрыл за ней дверь. — Слышал? Надо наведываться к Тамаре, — сказал старший лейтенант, Самарину. — Слышал, — Олег поднял пачку папок и недовольно бросил на стол. — Давай только после обеда, у меня тут завал со всем этим. — Что там у тебя случилось? Проспал? — спросил Белозёров. — Ага, вон потрогай, — Самарин показал рукой на затылок. Андрей посмотрел на затылок Олега и негромко присвистнул. — Это кто тебя так приложил? — Башкой ночью ударился. Фурцева опять ко мне ночью приходила. Лейтенант удивлённо округлил глаза. — Сон что ль страшный видел? — Если бы! Я тоже думал, что это сон, но это не сон, Андрюх. — С чего ты взял? — Да с того! Утром гантелю нашел, которую швырнул о стену. — Может, во сне кинул? — спросил старлей и тут же ухмыльнулся. — Представляю рожи, твоих соседей. — Андрюх, мне ни хрена не смешно! — серьёзно сказал Олег. — Её морда до сих пор у меня перед глазами стоит! И поверь мне, я чуть не обделался от страха. — Слушай, ну бывает же такое, сон во сне. Ты будто бы проснулся, а на самом деле нет. — Нет, Андрюх, это точно был не сон, — парировал капитан. — Уверен? — Да. — Ну тогда это проклятие. — Какое ещё, к чёрту, проклятие? Андрей удивленно посмотрел на Олега: — Такое. Забыл? — Ты думаешь, эта бабка нас и вправду прокляла? — Может быть! Самарин задумчиво посмотрел на напарника: — Я не знаю что делать, забрал вещи, сегодня заночую на другой хате. — Ну и правильно.. — Слушай, а может, на кладбище к ней заглянем? — А ты знаешь, где она похоронена? — Не-а. Можно запрос отправить. — Ну приедешь ты к ней на кладбище и что? — спросил Белозёров. — Да хрен его знает, может, кол ей какой осиновый воткнуть? — Фильмов насмотрелся? — ухмыльнулся Белозёров. — А может, свечку в церкви? — воодушевился капитан. — Можно! А ещё лучше службу. — Точно! Пойдешь со мной? — Ну я не знаю, Олег. Я как-то не очень в это всё верю. — Я тоже, но делать-то, что-то надо? — Ну хорошо, — недовольно пробурчал Белозёров. — Грузин хочет вечером встретиться. — Зачем? — Понятия не имею. — Ну хорошо, пусть к шести подгребает на наше место.

Глава 3

Входную дверь в квартиру, открыла женщина, с чёрными, словно гуталином выкрашенными волосами. Женщина имела все признаки кавказской внешности, на вид ей было не больше двадцати пяти. Прищурившись, она исподлобья посмотрела тёмно-карими, не выражающими ничего глазами, на пришедших. — Капитан полиции Самарин, — представился Олег, протягивая удостоверение в раскрытом виде. — Здравствуйте! — поздоровалась она, наспех заглянув в удостоверение и внимательно оглядывая полицейских. — Мы к Авдеевой Тамаре Васильевне, — пояснил Олег. — Разрешите войти. — Да, пожалуйста, — произнесла девушка и, пожав плечами, распахнула перед ними дверь. Олег внимательно посмотрел на незнакомую ему женщину. — А вы, простите, кем ей приходитесь? — спросил Олег, когда мужчины вошли в прихожую. — Родственница, — коротко сказала она. — Документики ваши можно посмотреть? Женщина прошла в комнату, вернулась с паспортом и передала его Самарину. Олег раскрыл документ, гражданина Российской Федерации. — Зульфия Абдул-Заде, — прочитал он вслух и, ухмыльнувшись, добавил: — Самарская область, деревня... — Не вижу ничего смешного, — обиженно произнесла она. — Я выросла в Самарской области. — Так кем, говорите, вы приходитесь Тамаре Васильевне? — проигнорировал её капитан. — Я внучатая племянница, Тамары Васильевны, — спокойно ответила она. «Достойно держится, — заметил про себя Самарин». — Допустим. Мы хотели бы пройти к Тамаре Васильевне. — Зачем? — удивленно спросила она, и Самарин заметил, как уверенность женщины стремительно тает. — Поинтересоваться её здоровьем, — нашелся Белозеров. — У неё всё хорошо, — тут же ответила она, преграждая путь полицейским. — И всё же. Мы настаиваем. — Хорошо, я спрошу у бабы Томы, хочет ли она с вами общаться. Олег молча кивнул головой и, ухмыльнувшись, посмотрел на Белозёрова. Женщина прошла по коридору и, войдя в одну из комнат пятикомнатной квартиры, прикрыла за собой дверь. — Баба Тамара, там пришли полицейские, они хотят к вам пройти. — Зачем? — удивилась Тамара Васильевна. — Не знаю, подозрительные они какие-то... Произнесла она, и сразу же услышала за своей спиной голос капитана Самарина: — Здравствуйте, Тамара Васильевна! — Ой! Так это же Олег Владимирович, — с трудом улыбнулась лежащая в кровати пожилая женщина. — Не переживай, это наш участковый.

Она попыталась приподняться в постели, но ослабленные руки не позволили ей это сделать: — Помоги мне, пожалуйста, — обратилась она к Зульфие. Женщина, подошла к кровати и, скривив лицо, подложила ей под голову вторую подушку. — Почему вы вошли без приглашения? — недовольно спросила Зульфия, когда в комнату вошел второй полицейский. Мужчины не отреагировали на её замечание, и Олег подошел к кровати: — Тамара Васильевна, как вы себя чувствуете? — Здравствуйте, Олег Владимирович! — с трудом произнесла пожилая женщина. — Ой, спасибо, более-менее. Вы чай будете? — Пожалуй, не откажемся, — ответил капитан, без приглашения, присаживаясь на стул и размещая на коленях свою кожаную папку. Белозеров остался стоять у двери. — Да вы проходите, проходите, — пригласила она Белозерова, но он не сдвинулся с места. — Лидочка, поставь чайник, пожалуйста. Полицейские переглянулись, и Самарин, прищурив глаза, еще раз взглянул на женщину. Она, недовольно фыркнув, вышла из комнаты. — Тамара Васильевна, а кто эта женщина? — кивнул головой на дверь Самарин. — Так это моя внучатая племянница, Лидочка. — Вы уверены? — Да, — насторожилась она. — А что? — Когда вы видели её в последний раз? — О, это было очень давно. Она тогда еще совсем ребёнком была. У меня и фото есть, там в альбоме, — указала она на шкаф. — Разрешите? — спросил Белозеров, направляясь к шкафу. — Да, пожалуйста, — удивленно ответила Тамара Васильевна. — Вы назвали её Лидочка, а в её паспорт вы заглядывали? — спросил Самарин. — Ну так зачем, она же... — По паспорту, данную особу зовут Зульфия. — Как? — удивилась она. Тем временем Андрей нашел старое черно-белое фото и предъявил её женщине. — Это она? — Да. — Но здесь девочка славянской внешности с русыми волосами, — Белозеров показал фото Самарину, и тот молча кивнул головой. — Да, она сильно изменилась, я и сама ее не сразу узнала, — пробормотала Авдеева. — Нинка- то тоже у нас была чернобровая. — Андрей, проконтролируй, чтобы мадам не покинула квартиру, — скомандовал Самарин, и старлей, кивнув головой, положил фото в альбом и вышел из комнаты. — Похоже, вас обманывают, Тамара Васильевна. С чего вы взяли, что она является вашей родственницей? — Так, письмо она мне привезла от сестры. Тамара Васильевна показала рукой на стол, за которым сидел Самарин. — Вон там на столе лежит. — Здесь ничего нет. — Как нет? В комнату вбежал Белозеров: — Прошлепали. Пропала Лидочка, — развел он руками. — Выбежал на улицу, а её и след простыл. Самарин поднялся со стула, недобрым взглядом посмотрел на Белозёрова и,повернувшись к пожилой женщине, произнес: — Похоже, мошенница, ваша Лидочка. — Как же это? — схватилась за сердце Тамара Васильевна. Самарин тут же подскочил к женщине и погладил ее по руке: — Спокойно, спокойно, Тамара Васильевна, не надо нервничать. — Ой, да как же это...Олег Владимирович, как же это? — Уж очень вы доверчивы, Тамара Васильевна. Что было в письме? — Ну, сестра писала, что внучка приедет в Москву, поступать в институт. Вот и приютила её. Так она мне и телефон давала. Я с сестрой разговаривала. — Вы уверены, что разговаривали именно с сестрой? — Ну а как же? — неуверенно пробормотала она. — Ой, божечки, божечки. Кому же верить-то теперь? — Она ничего от вас не просила? — Нет. — Квартира приватизирована? — Ой, божечки мои...Да, приватизирована. — Не переживайте вы так. Ничего не подписывали на днях? — Нет. — Может, кто-то приходил к вам на днях, не помните? — Ой, на днях был какой-то сотрудник из ЖКХ, просил подписать договор на счетчики. — Вы читали его? — Куда уж мне, я давно уже плохо вижу. Лидочка читала, — сказала она и запнулась. — Надо наложить запрет на регистрационные действия без вашего участия. Только это надо сделать срочно! — Я согласна, Олег Владимирович. Ой, божечки, да что ж это делается? Я и не знаю, как я теперь, она так ухаживала за мной, я и встать-то могу с трудом. — Не переживайте, Тамара Васильевна, найдем вам хорошую нянечку. Есть у меня на примете хорошая девочка, как раз без работы сейчас. Сегодня же к вам придет, зовут Анна, скажет, что от меня. — А она? — Ей вы можете полностью доверять. — Ой, спасибо вам, Олег Владимирович, вы наш защитник, что бы мы без вас делали, — на глазах женщины выступили слёзы. — Не переживайте, Тамара Васильевна, — он снова погладил по руке женщину. — Всё будет хорошо. Давайте не волнуйтесь, отдыхайте. — Спасибо, спасибо вам огромное. — Дверь мы захлопнем, — сказал Олег, вместо прощания. Полицейские вышли на улицу. — Надо пробить, с кем работает эта Зульфия, уж больно профессионально все сделано. — Согласен, — ответил Андрей. — Думаешь, новые какие-то? — Возможно. Хату берём на контроль! — скомандовал Самарин коллеге. — Зачем? Квартира приватизирована, у неё же наследники есть? — возмутился Белозеров. — И что? Андрюша, надо все сделать так, чтоб наследники даже подкопаться не смогли. Ты квартиру видел? Представляешь себе, сколько она стоит? — Думаю, миллионов сто, не меньше. — Вот-вот. Можно на ренту старушку развести, тут Аня должна постараться. Ну а если не получится, подпихнуть ей договор купли-продажи или завещание, — задумчиво произнес Олег и тут же набрал номер телефона, записанный в телефонной книжке «Анна Корнеева». — Аня, для тебя есть работа...Да, прям сегодня. Оплата высокая, по итогу с меня хорошая премия...Надо поухаживать за одной милой пожилой женщиной, она того и гляди... Нет, возражения не принимаются... Ты хочешь заработать себе на безбедную старость? — повысил он голос. — Вот терпи тогда и не возмущайся, другой работы для тебя, у меня пока нет. Можно сказать, что у тебя это самое ответственное задание на данный момент... Надо приехать к ней как можно быстрее. И вот ещё что, ты должна быть самая милая и обходительная, как в дешевой мылодраме...А не получится — денег не увидишь... Ладно, ладно, не переживай, всё получится. Обещаю... Хорошо, через час, но не позже...Записывай адрес...

Глава 4

Знойным вечером, когда жара уже немного отступила из города, в итальянском ресторане на Проспекте мира было многолюдно. Сказывалась близость к метро, большое количество всевозможных предприятий, бизнес-сообществ и, конечно же, прохладный воздух кондиционера притягивал сюда всех желающих опрокинуть после работы кружечку пива или ледяного мохито. Желающих сидеть на уличной, обжигающей легкие веранде, было немного, тогда как все столики в прохладе ресторана были заняты.

Сегодня это место наводило на Давида гнетущую атмосферу. Он приехал на встречу на час раньше, чем они условились. Давид заметно нервничал и к моменту прихода полицейских допивал уже третью чашку экспрессо. Андрей и Олег, вошли в зал ресторана как хозяева. Они оглядели зал, полностью игнорируя хостес и сразу направились к столику за которым сидел Давид. Мужчины были одеты в футболки и джинсы, что мало чем отличало их от обычных посетителей ресторана. Они поздоровались с Давидом и по-хозяйски развалились за столом.

— Как дела ? — спросил Давид, когда мужчины сделали заказ.

— Давай только без вот этого вот, — недовольно пробурчал Олег. — Что там у тебя?

— Я…— замешкался Давид и вытер со лба испарину. — Я соскакиваю.

Андрей и Олег молча переглянулись.

— В смысле соскакиваешь? — удивился Самарин, и его лицо сразу стало серьезным.

— Я больше так не могу.

— Перетрудился? — ухмыльнулся Андрей. — А ничего, что мы делаем всю основную работу?

— Я-я понимаю! — ответил Давид. — Я прошу вас, найдите кого-нибудь другого!

— А ты чо напрягся-то так? — недовольно перебил его Олег.

— Я чувствую, что всё это плохо закончится.

— Чувствует он, — ухмыльнулся Олег, повернувшись к Андрею, — нет, ты слышал? А раньше то, что же не чувствовал, когда в карты квартиру проигрывал?

Давид молча уставился на чашку.

— Дурак был, — ответил Давид.

— Давай прекращай свои истерики, еще пару раз провернем и разбегаемся.

— Олег, ты уже говорил так, — умоляющим тоном, негромко пробурчал Давид. — С тех пор мы продали ещё девять квартир.

— Ну и что? Тебе денег что ль мало? Я что-то не понимаю? — недовольно спросил Олег.

— Нет, всё хорошо, но я не хочу больше заниматься этим.

Олег прищурился и, подавшись вперед, шёпотом произнёс:

— Ну может тогда отдашь деньги?

Давид поднял на него изумлённые глаза.

— Я их честно заработал.

— Во-от. Всё-таки честно? — довольно произнёс Олег.

— Ну не совсем, но я сделал всё, что вы хотели, и даже больше. Я принес вам миллионы.

— Давид, как там тебя?

— Тамазович.

— Давид Тамазович, мы с тобой в одной упряжке, если ты не понимаешь. И если сядем, то все вместе.

Давид грустно посмотрел на Олега:

— Мне нельзя, у меня дети.

Олег махнул головой в сторону Андрея и усмехнулся:

— У меня тоже сын, у Андрюхи две девчонки, жена с запросами. Ему еще тяжелее, — усмехнулся Олег. — У тебя хоть жены нет.

— Есть.

— Так вы же не живете вместе?

— Это временно, — парировал Давид.

— Временно, — произнес Андрей, и мужчины рассмеялись. Не смешно было только Давиду, он по-прежнему смотрел щенячьими глазами на полицейских.

— Послушай, ты чо в штаны-то наделал? — наклонился к нему Олег. — Ты знаешь, что эти квартиры иначе достались бы городу. Мы просто берём то, что нам за годы службы, задолжало государство. Мы же никого не убиваем в конце концов.

Андрей и Олег переглянулись, и от Давида не это не ускользнуло.

— Вы что ? — вскрикнул он. — Вы…

— Тихо, тихо, — прервал его Олег. — Ты чо людей пугаешь? Ну там так получилось…

— Получилось? — выкрикнул Давид.

— Ну помогли немного бабульке. Она на тот свет не собиралась, а квартира ну очень хорошая.

— Какая квартира? — спросил Давид.

— Трёха на Тверской.

Давид схватился за голову:

— Вы убили Фурцеву?

— Ты чо орёшь? Никто её не убивал! — недовольно пробурчал Олег. — Я просто прижал её немного подушкой.

— Просто прижал подушкой? — с сарказмом спросил Давид. — Ты серьезно?

— Всё, прекрати! — грозно сказал Олег. — Ты же не баба чтоб свои сопли здесь раскидывать!

— Идиот… Какой же я идиот, — застонал Давид, схватившись за голову.

— Успокойся и возьми себя в руки, — грозно сказал Олег.

Давид поднялся из-за стола:

— Всё, ищите другого нотариуса, я больше в этом не участвую.

— Уверен? — грозно спросил Олег.

— Да!

— Сядь за стол, придурок! Быстро ! — скомандовал капитан.

Давид испуганно опустился на диван. Олег наклонился к нему ближе:

— Ты что думаешь, вот так запросто уйдешь и всё? Нет, дружочек. Ты заморался похлеще нашего. И поверь мне, что если что-то пойдёт не так, мы с Андрюхой дадим на тебя показания, что именно ты являешься главой ОПГ и именно ты убил бабку. Андрей молча кивнул головой.

Давид округлил глаза, и его руки невольно затряслись:

— Какая же ты мразь! — злобно произнёс Давид.

— О, я переживу это и сделаю вид, что ничего не слышал, — сказал Олег и глотнул кофе. — Теперь послушай меня внимательно. Про смерть бабки никто не знает и не узнает, если всё это останется между нами. Завтра к тебе приедет Ира. Передаст документы на Вознесенский переулок. Сделаешь на неё задним числом доверенность на приватизацию. В общем, ничего нового.

Олег поднялся из-за стола и угрожающе повис над Давидом.

— И попробуй только рыпнуться, придурок, мне терять уже нечего.

Давид посмотрел в глаза убийцы и почувствовал как по его спине пробежал холодок.

— С этого дня ты будешь получать не одну треть, а только двадцать процентов. Ты меня понял?

— Понял! — пробормотал, не поднимая глаз Давид.

— Прекрасно! — рявкнул Олег, ишвырнул на стол две мятых тысячных купюры. Не говоря больше ни слова, и не прощаясь, полицейские вышли из ресторана.

Глава 5

Мужчины переступили порог ресторана и сразу оказались во власти душной улицы и жаркого солнца, нещадно палящего горожан. В ноздри снова ворвался запах гари, обосновавшийся в городе.

— Соскочить он захотел, чертила! — ухмыльнулся Олег.— Уфф, — выдохнул он, оттягивая футболку. — Когда это закончится? — Вроде как на следующей неделе обещали дожди. — Дай бог. В понедельник надо будет к нарикам нагрянуть, совсем берега попутали. — Слушай, Олег, я бы хотел забрать себе квартиру Фурцевой. Олег остановился и посмотрел на коллегу так, будто видит его впервые. — В смысле себе? Я сам планировал там поселиться, уже дизайн-проект готов, да и с Михалычем смету обсудили. — Что? — настало время удивляться Андрею. — А почему ты решил, что квартира должна быть твоей? — Ну, может, потому что я всё это придумал и являюсь идейным вдохновителем нашей команды? — Команды? — раздраженно произнес Андрей и сощурил глаза. — Это ты называешь командой? — Давай только без истерик, хорошо? Подберем и тебе, что-нибудь стоящее. — Да? А может, тебе подберём что-нибудь стоящее? — с сарказмом спросил Андрей. Олег схватил за грудки Андрея. — Послушай сюда, щенок, я буду делать так, как считаю нужным, а ты будешь довольствоваться костью, которую я тебе брошу. Андрей схватил его ладони и с силой отдернул от себя. — Ты уверен? — выкрикнул он. — Уверен! — грозно выкрикнул ему в лицо Олег. — Я думал, мы с тобой друзья, — разочарованно произнёс Андрей. — Конечно друзья, Андрюш, конечно, — ответил он, сбавив тон. — Ты думаешь, мне нужна эта квартира? Ольга меня пилит с первого же дня, как узнала про неё. — Ты что, заезжал туда с ней? — Да. — Зачем? — Да я понятия не имел, что она с ума будет по ней сходить. Мы как только во двор зашли, там актер, этот как его...Ну много где снимался, в сериалах про ментов, да ты знаешь его, — задумался Андрей в попытках вспомнить фамилию.— Да ладно, какая разница? — Ну да.

— А потом мы в хату зашли, и всё, приехали, — грустно сказал он. — Ну, Олежа, отдай мне ее. За мной не встанет. Олег сделал вид, что не расслышал последние слова: — Ну придумай что-нибудь, скажи ей, документы хреновые, наследники объявились... — Да в том-то и дело, что я уже сказал ей, что с квартирой всё в порядке, и обещал с тобой поговорить. — Фффф, — недовольно выдохнул через ноздри Олег. — Ну скажи, что открылись новые обстоятельства, в конце концов можешь сказать, что в квартире бабку убили! Только без подробностей. Может, она и отстанет. — Уф... — Ну а как? Надо решать, Андрюш. Твой косяк. — Я думал... — Вот что ты думал то? Думать надо было раньше, когда к ней под каблук залезал. — Никуда я не залезал, — обиженно произнес Андрей. — Я не каблук. «Провокация сделала своё дело, — ухмыльнулся про себя Олег». И вслух произнес: — Ну вот, если не каблук, так поставь её на место. Почему она постоянно руководит тобой?

— Не руководит, — обиженно произнес Андрей.

— Тем более! — Легко сказать, поставь на место, — неуверенно произнёс Андрей. — А не надо ничего говорить, ты возьми и сделай. — Хорошо. — Ну вот, другое дело, слова мужчины, — поощрил его Олег и похлопал по плечу, радуясь про себя, что этот приём в отношении Андрея работает раз за разом. — Олег, ну может... — Не может, — сразу же перебил Олег. — Соберись! — Хорошо, — расстроенно произнёс Андрей. Мужчины, думая каждый о своём, молча перешли небольшую дорогу, ведущую к платной парковке. Олег заметил замешательство в глазах Андрея. — Садись, — сказал он, открывая дверь своей «Прадо». — Я на метро, Олег, — всё так же расстроено произнёс он. — Обиделся что ль? — Нет. — Дурака не валяй, садись, подвезу тебя до дома. — Не надо, спасибо. Хочу выпить, зайду в бар, посижу немного. — Ну ё-мае, Андрюх, давай только без соплей, ладно? — Угу, — промямлил он и побрёл в сторону метро. В тонированной серебристой машине «ВАЗ-2109», припаркованной напротив ресторана, сидели трое мужчин, как только Андрей направился к метро из неё вышли двое. Один из них натянул на глаза кепку и направился вслед за Андреем, второй отошёл в сторону и присел на лавочку. Олег запустил двигатель и подъехал к шлагбауму, но охранник не спешил поднимать заграждение. — Оплаченный талончик вставьте в паркомат, — выкрикнул он, вальяжно развалившись на стуле. — Сюда подойди! — скомандовал Олег, и как только к окну неспешной походкой приблизился охранник, ткнул ему удостоверением в лицо. — Полиция!

— Вы по служебной необходимости? — робко спросил охранник.

— По служебной! — рявкнул капитан. Охранник не стал больше спорить и, пройдя в свою небольшую будку, подняв шлагбаум освободил проезд. Белая «Тойота Прадо» с рёвом выехала на проезжую часть и, развернувшись через трамвайные пути, рванула в сторону Проспекта Мира. Тонированная серебристая «девятка», отделившись от тротуара, ускорилась за автомобилем Олега и в точности повторила его манёвр.

Глава 6

Прошло около часа, прежде чем Давид покинул ресторан. Низко склонив голову, он всё равно умудрился споткнуться на выходе о порог. Мужчину всё еще трясло от того, что он услышал, и только теперь Давид понял, насколько крепко он влип. Он был настолько погружен в свои мысли, что не заметил, как с лавочки, стоящей на аллее, встал стройный, высокий молодой человек. Он украдкой поглядывал на Давида, стараясь не привлекать к себе внимание. Молодой человек поставил автомобиль на сигнализацию, закурил и непринуждённой походкой направился вслед за Давидом.

Вечернее солнце уже превратилось в спелый мандарин и катилось за горизонт, а его оранжевый отблеск подсвечивал стены домов и отражался в стеклах небольшого торгового центра. Давид решил пройтись до дома пешком. Путь был неблизкий, но всё же он решил прогуляться и обдумать, как ему быть дальше.

Давид часто вспоминал тот злополучный день, с которого начались его неприятности.

Это случилось в один из зимних морозных дней, когда на улице уже было темно, почти под закрытие, порог нотариальной конторы пересёк его старый приятель Гиви. Потоптавшись у входа, сбивая снег с начищенных ботинок, он пафосно ввалился в офис и презрительно оглядел людей в приёмной с нагловатой ухмылкой. По-хозяйски оценил интерьер офиса и, глядя на дипломы, развешанные на стене, скривил лицо, будто бы по какой-то нелепой случайности, здесь должен был работать он сам, а не Давид. Гиви прошёл сразу в кабинет нотариуса и, не обращая внимания на сделанное ему замечание, распахнул дверь. Давид махнул рукой вбежавшей за ним помощнице, и она, понимающе кивнув ему в ответ, прикрыла за собой дверь. Приятели обнялись, и нежданный гость вальяжно, по-домашнему, развалился в кресле напротив. Давид не ожидал, этой встречи, он давно не видел Гиви, и это появление заставило его задуматься и изрядно поволноваться. Приятели ещё не успели обменяться дежурными вопросами, которые принято задавать после долгой разлуки, как в дверь постучали и, в неё тут же заглянула девушка. Она почтительно улыбнулась развалившемуся в кресле гостю. Сканирующим взглядом опытной девушки, оценила его финансовые дела и деловые перспективы и наконец, полностью удовлетворив своё любопытство, переключилась на начальника:

— Давид Тамазович, все готовы!

— Да, хорошо, Наташ, буквально минуту, и могут заходить.

Девушка кивнула головой и, скрывшись за дверью, прикрыла её.

— Ай, какая! — заметил Гиви, всё так же глядя на дверь, будто Наташа всё ещё стоит там.

Давид почувствовал себя неуютно:

— Слушай, ко мне сейчас люди зайдут, на подписание договора. Ты не мог бы немного посидеть в коридоре? — робко произнес Давид. — Я скоро закончу, и мы сможем поболтать, вспомнить молодость.

Гиви потянулся в кресле:

— Вспомнить молодость, — задумчиво повторил он, и в его словах слышался глубоко скрываемый сарказм. — Хорошо, я буду в ресторане напротив, Давид Тамазович. Закончишь, приходи, выпьем, покушаем, вспомним молодость,— последнюю фразу он произнёс по особенному, с ухмылкой и теперь Давид был уверен — это сарказм.

— Договорились, я буду минут через сорок.

Зачем он здесь объявился? Гиви не был похож на человека, который может по кому-то скучать.

Давид был знаком с Гиви ещё с института, но по приезду в Москву их интересы и извилистые дорожки разошлись. Давид прошел сложный тернистый путь от помощника юриста до вершины иерархической лестницы. Он никогда не хотел быть адвокатом или прокурором, и видел себя исключительно в нотариальном деле. Тогда как Гиви торопился жить. Жить на широкую ногу, порой оставляя в ресторанах и ночных клубах последние деньги ради какой-нибудь случайной взбалмошной девицы, которую видел впервые. Старался бросить пыль в глаза своим знакомым, разбрасываясь деньгами, при этом не имея ничего и всегда перебиваясь случайным заработком. Давид слышал от общих знакомых, что у Гиви не заладилось в мегаполисе, но уезжать на родину он не спешил и занялся в Москве какими-то мутными «делишками», о которых предпочитал не рассказывать. Всё это он называл расплывчатой формулировкой — «темы». Что это были за «темы» Давид не уточнял, стараясь держать дистанцию и не вдаваться в подробности о его махинациях. Со временем он и вовсе перестал интересоваться его делами и даже перестал ему звонить. Давид чувствовал себя без его компании прекрасно и даже испытывал какое-то облегчение, будто скинул с себя какую-то тяжелую ношу, которую всюду таскал за собой. Поднявшись по служебной лестнице Давид решил, что пора бы отгородиться от таких знакомых как Гиви, способных в миг уничтожить его репутацию. И вот теперь, спустя почти пять лет, Гиви решил о себе напомнить.

Давид позвонил супруге и предупредил, что придёт сегодня попозже. Лейла расстроилась, когда узнала, что он собирается встречаться с Гиви. Она пыталась отговорить мужа, от встречи с этим мутным типом, так она его называла. Но Давид не поддался на уговоры супруги и был непреклонен.

Выпив пару бутылок «Хванчкары» и посмеявшись над историями буйной молодости, Гиви предложил съездить к его знакомым друзьям поиграть в карты. Для Давида, азартные игры были ахиллесовой пятой, и однажды он уже проигрывал большую сумму, а его темперамент и вера в победу была категорически против, чтобы вовремя остановиться и выйти из игры. Гиви обещал легкую победу над «лошками», которые не умеют играть в карты и что сегодня можно легко разжиться деньжатами, так как по случайному стечению обстоятельств именно сегодня его знакомые затевают игру в покер. Деньги не очень интересовали Давида, стабильный доход, приносящий нотариальной конторой, его вполне устраивал. Но чувствуя за собой какую-то необъяснимую вину перед старым приятелем за свою успешную и размеренную жизнь, не стал ему отказывать. Перед тем как отправиться играть в карты, приятели нашли банкомат, где Давид снял пятьсот тысяч рублей, которые, по его мнению, он мог позволить себе проиграть, хотя вовсе не собирался этого делать. После чего приятели сели в такси и направились на Малую Грузинскую улицу.

Поднявшись на седьмой этаж, приятели зашли в просторную трёхкомнатную квартиру, обставленную в аристократическом стиле и дорогой мебели из редких пород дерева. Стройная симпатичная женщина, открывшая дверь, кивком головы поздоровалась с пришедшими и так же молча раскрыла её шире, предлагая войти внутрь. Давид отметил про себя, что Гиви даже не пытается кокетничать с ней и это показалось для него несколько странным. Мужчины хотели было снять обувь, но женщина так же молча кивнула головой, призывая не делать этого, и рукой указала путь в большую комнату.

В комнате стоял большой овальный стол из массивного дерева, вокруг которого располагались добротные деревянные стулья. В комнате было трое мужчин, двое сидели за столом, а ещё один мужчина сидел в углу комнаты на стуле.

Мужчины, сидящие за столом, были несказанно рады приходу приятелей, и, обменявшись рукопожатиями, Давид и Гиви заняли предложенные им места. Мужчина с огромным животом, сидящий за столом напротив, представился Зурабом. Он выглядел как большой начальник или даже скорее походил на криминального авторитета. У Зураба напрочь отсутствовала мимика, и по его поведению вскоре стало понятно, что он был хозяином квартиры, в которой и происходила игра. Зураб не старался улыбаться, мало говорил и постоянно сверлил глазами Давида. Он обладал взглядом, от которого исходила опасность, и это сразу насторожило Давида. Но коньяк, предложенный его супругой, стёр первое неприятное впечатление об этом человеке и в конце концов позволил Давиду расслабиться. Мужчина слева от него, представился Сашей и был явно ниже статусом. Саша был высокого роста, худощав и по своему поведению, был похож на человека, работающего на Зураба, выполняя для него какие-то поручения. Но Давид решил, что будет некорректно уточнять это, и при удобном случае он спросит об этом Гиви. Мужчина, сидящий на стуле в углу комнаты, обладал огромным ростом, широкими плечами, волевым подбородком и полным отсутствием мимики на лице. Впрочем, он не участвовал в игре и весь вечер безучастно сидел в углу комнаты на стуле. Давид предположил, что это охранник Зураба. Женщина, тоже не играла в карты и, стараясь не обращать внимания на мужчин, занималась лишь тем, что приносила закуски и разливала по рюмкам коньяк.

Играли в классический покер. В тот вечер Давиду везло, но он всё равно осторожничал и старался не делать больших ставок. Там, где он был хоть чуть-чуть не уверен в картах, сразу же скидывал, не желая продолжать, и внимательно наблюдал за игрой мужчин за столом. Гиви был весел, он чувствовал себя в своей тарелке и постоянно отпускал различные шуточки. Повезло ему лишь пару раз, но он не расстраивался, улыбался, подбадривал себя, и продолжал испытывать удачу. Когда стрелки часов перевалили за полночь, Давид, проиграв небольшую сумму в последней игре, решил, что пора заканчивать:

— К сожалению, мне пора, — сказал он, сгребая деньги.

— Так не делается, уважаемый ! — недовольно произнёс Зураб и просверлил его недобрым взглядом. — Я проиграл тебе больше миллиона. Позволь мне отыграться.

— Но мне действительно пора! — возмутился Давид.

— Ну, хорошо, давай разыграем последнюю. Но сыграем по-крупному, — предложил он тоном, не принимающим возражений. — Предлагаю сыграть без потолка в три круга.

— Хорошо, — согласился Давид, понимая, что это очень опасно, и снова уселся за стол.

— По сто тысяч, — произнёс Зураб и тут же, отсчитав деньги, положил их на стол. Давид посмотрел на Гиви, но тот лишь пожал плечами и произнёс:

— У меня нет таких денег.

— Хорошо, — сказал Зураб. — Ты можешь не играть.

Давид и Саша отсчитали по сто тысяч и положили на кон. Саша мастерски потасовал колоду, и раздал по пять карт. Давид поднял карты, и медленно открыл их. Король пик, дама пик, десятка пик, восьмёрка червей и двойка крестей. «В целом неплохо, — подумал он про себя. В колоде еще могут быть два джокера, которые заменят любую недостающую карту, четыре туза, четыре валета и четыре девятки. Да, одна из комбинаций вполне может сыграть, — рассуждал он. Если удастся собрать карты по возрастанию разной масти – это будет «стрит», а если повезёт, то могут выпасть карты одной масти, и тогда эта комбинация будет круче, чем «стрит», и это уже будет «флэш», ну а если повезёт собрать карты одной масти и по возрастанию, тогда сыграет комбинация — «стрит флэш»». Он скинул для обмена двойку и восьмёрку, взял из колоды две карты и медленно открыл их. Джокер и девятка пиковой масти. Теперь его комбинация выглядела так: король пик, дама пик, джокер, заменяющий валета пик, десятка пик и девятка пик — «Стрит Флэш»! Вау! Вот это удача! Ну давайте, сыграем по-крупному, — обрадовался Давид еле сдерживая себя, чтобы не выдать. Его руки затряслись лёгкой дрожью от вожделения будущей победы». Давид положил на кон ещё двести тысяч, теперь те, кто хотел остаться в игре, должны были положить на кон минимум столько же к уже лежащим там деньгам, а в случае их отказа от игры Давид забирал бы всё со стола и, как и договорились ранее, ехал домой, что тоже неплохо.

Зураб просверлил Давида своими бесцветными глазами и скинул на обмен только одну карту. Это насторожило Давида, но он тут же прогнал от себя навязчивые мысли. Зураб взял карту, присоединил к своим четырем и, отсчитав деньги, положил на кон один миллион рублей. «Прекрасно, — подумал про себя Давид. — Какое же тебя ждет разочарование». Саша обменял свои карты и, сказав пас, вышел из игры. «Теперь, чтобы вскрыться, мне нужно положить еще восемьсот тысяч, но мы договорились играть три круга, и если ставка будет подниматься, надо будет её повторять, — рассуждал Давид. — С другой стороны, чего мне бояться? Выше, чем моя комбинация, может быть только покер, у него, видимо, «Фул хаус» из трёх плюс две, но, скорее всего «Каре» из четырех карт одного достоинства, потому и скидывал Зураб лишь одну карту на обмен, но у меня всё равно комбинация выше». Давид отсчитал восемьсот тысяч и положил их на стол. Зураб продолжал сверлить взглядом Давида, и по выражению его лица было совсем не понятно, о чем он думает. К удивлению всех присутствующих, Зураб вышел из комнаты и через пару минут вернулся с несколькими пачками денег, которые тут же бросил на стол:

— Здесь десять, — произнёс он и, откинувшись в кресле, закурил сигару.

Давид еле сдержался, чтоб не подпрыгнуть от радости. «Он же явно блефует. Зураб хочет отыграться и остаться при своих. Он явно рискует, хотя прекрасно знает, что у меня нет с собой таких денег, и поэтому думает, что я испугаюсь и солюсь, — рассуждал Давид, сверля глазами Зураба. — Надо найти десятку и по лёгкому поднять одиннадцать миллионов. Но где их взять? Эххх... Если же я сброшу карты, то разом потеряю миллион сто».

— У меня нет таких денег, — произнес Давид. — Гиви, ты не мог бы мне одолжить десять лямов?

— Давид, я бы с радостью, но у меня нет таких денег, — едва заметно улыбаясь, произнес Гиви.

— Ты знаешь правила, — сказал Зураб.

— Да, — грустно произнес Давид, перебирая в руках карты. — У меня есть квартира.

— Что за квартира? — спросил Зураб.

— Двушка на окраине Москвы. Она стоит дороже.

— Ты хочешь, чтоб я тебе потом сдачи дал? — ухмыльнулся Зураб. — Нет уж, друг мой, если хочешь ставить квартиру, ставь, но сдачи не будет.

— Хорошо, я согласен, — чуть не выкрикнул от нетерпения Давид.

— Тогда пиши расписку, что в случае моей победы ты обязан мне передать квартиру в течение недели.

— Хорошо.

— Лика! — выкрикнул Зураб. — Принеси листок и ручку.

Лика сделала, как сказал Зураб, и меньше чем через минуту перед Давидом лежал чистый листок бумаги и черная авторучка «Паркер».

— Что писать?

— Ты же вроде нотариус? — ухмыльнулся Зураб. — Я такой-то, такой-то, фамилия, имя, отчество, в случае своего проигрыша в карточной игре, обязуюсь подарить свою квартиру в городе Москве, адрес не забудь указать, гражданину…

Он задумался и выкрикнул:

— Лика, принеси мой паспорт!

Через несколько секунд Лика положила перед Зурабом его паспорт. Он поднял документ и бросил его в сторону Давида.

— Перепиши в расписку паспортные данные.

Давид торопился, ему не терпелось закончить эту формальность. Он прекрасно осознавал, что эта расписка не понадобится и сегодня он уйдет отсюда с неплохим кушем.

— Всё! — выкрикнул он после того, как дописал, и протянул бумагу Зурабу. — Ну что, вскрываемся?

— Подожди, успеешь ещё, — ответил Зураб, вычитывая текст.

Спустя минуту он произнёс:

— Годится. Давай уже, не томи, что там у тебя?

Давид медленно положил на стол карты и улыбнулся.

— «Стрит Флэш»!

— Ох ты ж, красавец, ну конечно, с такой картой можно рисковать, — равнодушно произнес Зураб и выложил на стол четыре туза и джокер: — «Покер»!

Давид не поверил своим глазам. Он уставился на карты, словно никогда их ранее не видел. Голова закружилась, перед глазами поплыли какие-то цветные круги, больше похожие на мыльные пузыри. Лампа, висящая над столом, вдруг показалась ему слишком яркой. Он зажмурил глаза и попробовал встать из-за стола, но ноги не слушались, и его тут же стошнило на ковёр.

— Лика, — выкрикнул Зураб. — Надо прибрать.

Давид вытер рукавом пиджака рот и снова уставился на карты Зураба.

— Этого не может быть! — закричал Давид. — Вы подтасовали карты.

— Молодой человек, я не стал бы на вашем месте так раскидываться словами, — произнёс Зураб, и огромного роста охранник тут же поднялся со своего места, положил руку на пояс и оголил кобуру.

— Я знаю, кто это сделал,— истерично завопил Давид, глядя на Сашу и показывая на него пальцем. — Это всё ты! Это ты подмешал карты.

— Ты действительно это сделал? — спокойно спросил Зураб, повернувшись к Саше.

— Нет, конечно! — ответил тот спокойно.

— А ты что-нибудь видел, Гиви? — спросил Зураб. — У тебя есть основания думать, что я победил нечестно?

— Нет! — коротко ответил Гиви, стараясь избегать взгляда Давида.

— Я понял! — выкрикнул Давид, поднявшись из-за стола. — Вы сговорились! Я не буду отдавать вам деньги, это мошенничество!

Он по очереди показал пальцем на присутствующих в комнате мужчин:

— Вы все здесь заодно, а я и есть тот лох, которого развели. Как я мог повестись на это? — закричал он, обхватив голову руками. — Я не буду ничего платить.

Зураб поднялся из-за стола и навис над ним.

— Ещё как будешь! Выплатишь всё, что мне причитается, — произнёс он стальным голосом, от которого Давид снова уселся на стул и от страха вжался в спинку.

— Срок у тебя, неделя, — громко выкрикнул ему в лицо Зураб и, указав на выход, добавил:. — А теперь пошёл вон отсюда!

Давид поднялся со стула, земля уходила у него из-под ног. Он схватился за его спинку, взял себя в руки и побрёл в прихожую.

«О боже, что я скажу Лейле, куда нам теперь? Где мы будем жить?» — множество мыслей и вопросов пронеслось у него в голове, когда он вышел на улицу. «Я же обещал ей никогда больше не играть. О боже! Почему Гиви остался в квартире? Они точно вместе и развели меня старым классическим способом. Вот же дурак!».

Глава 7

Давид вспоминал, как ещё долго брёл по ночным улицам Москвы. Лейла звонила уже не меньше десяти раз, но он боялся разговаривать с ней и не брал трубку. Каждый её звонок буквально пронизывал всё его тело насквозь, заставляя нервничать ещё больше. Давид зашёл во двор и только теперь понял, что не хочет идти домой. Он лёг на лавку. Ему хотелось уснуть и, проснувшись, узнать, что это был всего лишь ужасный сон. Он пролежал так около часа, раз за разом вспоминая этот злополучный вечер и то, что позволил собой манипулировать. Но делать было нечего, и, решив, что от проблем так просто не избавится, ненавидя и злясь на себя, он побрёл в подъезд.

Потом были долгие выяснения отношений с супругой и её категорический отказ продавать квартиру, чего бы им этого не стоило. В эту ночь он почти не спал и чувствовал себя полностью разбитым. Обзвонив друзей и знакомых, Давид понял, что не сможет набрать и трети суммы которой должен. И даже продажа семейного автомобиля «Ауди Q5» не улучшала его текущего положения. Время нещадно летело вперёд, сменяя один за другим календарные дни, а решения всё ещё не было, и что было делать дальше, Давид не знал.

Они пришли в конце недели.

В нотариальную контору вальяжно, по-хамски ввалились двое. Давид слышал, как его помощники пытаются остановить незваных гостей, и сразу понял кто это. Он выглянул из кабинета:

— Наташ, пропусти, это ко мне!

Головорезы выглядели вполне презентабельно, спортивные фигуры под классическими костюмами, которые сидели на них идеально, и если бы Давид не догадывался, кто это, то, скорее всего, принял бы этих мужчин за не слишком успешных предпринимателей. Но всё же их выдавали глаза. Глаза, в которых нет жизни и жалости, глаза, не знающие сожаления и сострадания. Глаза отпетых садистов, внушающие жуткий страх, который парализует всё тело.

— Мы от Зураба, — сказал с ухмылкой, мужчина, с трёхдневной щетиной и чёрным волосяным покровом на кистях рук. Мужчина внешне походил на гориллу, и его несимметрично огромная челюсть и тонкие злые губы кричали об опасности.

— Здравствуйте! — произнёс Давид и указал входящим на стулья. — Присаживайтесь!

Но мужчины не пошевелились и остались стоять в дверях, лишь прикрыв её своими широкими спинами.

— Скажите, а могу я встретиться с Зурабом?

— Давай угадаю, — ухмыльнулась горилла. — Ты хочешь договориться об отсрочке?

— Нет, — ответил Давид. — О рассрочке. У меня сейчас нет таких денег. Если Зураб согласится на это, за задержку, я готов выплатить проценты.

— Задержку, — ухмыльнулся он. — Мы слышим это постоянно. Ты напрягись, подумай хорошо. Твоя квартира не нужна боссу, он ждёт наличку. Время осталось совсем мало, у тебя всего два дня! — продолжил горилла-образный. — Зураб ждать не любит, и если денег не будет, у тебя будут серьёзные проблемы.

— Какие, например? — произнес дрожащим голосом Давид.

— Лучше тебе не знать, — произнёс хриплым неприятным, голосом второй головорез. Его огромный лоб больше походил на сбитое тесто, он постоянно жевал жвачку и, как ребёнок, надувал из неё шарики. Его плечи были настолько большие, что казалось, будто бы в костюме спрятаны ещё две головы. — Скажу лишь, что всё не ограничится только тобой. Будет страдать вся твоя семья. И если сейчас у тебя ещё есть время, то потом не будет. Совсем! Ты всё равно найдёшь деньги, но твоя жизнь уже не будет прежней, — он снова надул жвачку и, схлопнув пузырь, продолжил. — Приедешь к Зурабу домой в субботу к двум часам дня и даже не вздумай обращаться к ментам. У нас всё схвачено на самом верху, — он закатил глаза под потолок, затем

небрежно расстегнул пиджак, под которым показался висящий в кобуре пистолет. Давид понял, что это предупреждение и оно даже красноречивей, чем то, что он сейчас услышал от этого бандита.

— Советую не опаздывать, Зураб не любит ждать, — сказал он и, глядя ледяным взглядом в глаза Давиду, приблизился к столу и зачерпнул из стеклянной вазочки горсть леденцов.

— В субботу! — повторил он, и бандиты, не прощаясь, покинули кабинет. Дверь ещё не успела до конца закрыться, а Давид успел только перевести дух, как в кабинет сразу же ворвалась Наталья.

— Давид Тамазович, у вас всё хорошо? — взволнованно спросила она.

— Да, Наташ, всё хорошо.

— Что это за люди? Это были бандиты? Они вымогают у вас деньги?

— С чего ты взяла?

— Ну, они так выглядят, — ответила она растерянно.

— Всё в порядке, Наташ. Приступай к работе, — сказал Давид, расстёгивая ворот рубахи и оттягивая галстук. Он машинально потянулся в тумбочку, пытаясь отыскать в ней успокоительное, но нашёл лишь початую бутылку коньяка и поставил её на стол.

— Вы очень бледный, — сказала Наталья глядя на него. — Вам плохо?

— Всё в порядке, Наталья! — произнёс он строго. — Идите, мне нужно побыть одному.

В этот вечер он вернулся поздно. Лейла сделала вид, что не заметила его отсутствия, и полностью проигнорировала, когда Давид зашёл домой. Он молча разделся и понурый сразу прошёл в ванную комнату. Когда Давид вышел, супруга сидела на кухне, а на столе было накрыто.

Давид молча зашёл на кухню и сел за стол.

— Ну и? — спросила она.

— Что?

— Ты нашёл деньги?

— Нет.

— И что мы теперь будем делать?

— Не знаю.

— Ты предлагаешь нам с детьми покинуть дом и выйти на улицу?

Давид молча посмотрел на супругу.

— Я очень виноват перед тобой! — пробормотал он, стараясь не смотреть в глаза жене.

— Давид, ты обещал мне…

— Да, прости.

— Я не могу так больше жить, — произнесла Лейла. — Завтра же я уезжаю в Подмосковье к Нино. Она обещала нас принять. Делай, что хочешь. Живи, как хочешь. Продавай квартиру, играй в карты, делай ставки, теперь у тебя нет обязательств передо мной. Прошу только не забывай про детей.

Давид посмотрел на супругу, понимая, куда она клонит.

— Лейла!

— Не перебивай. Мне всё это надоело. Я просила тебя не встречаться с этим подонком Гиви. Просила?

— Да.

— Но ты не хотел меня слушать. И теперь ты вляпался в историю, из которой не знаешь как выпутаться. Ты подставил всю нашу семью под удар.

— Лейла…

— У меня только одна к тебе будет просьба. Избавь нас от своих неприятностей. Я не хочу, чтоб мальчики по твоей вине пострадали.

— Лейла, всё будет хорошо, я что-нибудь придумаю.

— Мне уже всё равно, — равнодушно произнесла она и встала.

— Я с тобой развожусь Давид.

— Лейла…

— Я лягу в комнате с детьми.

Лейла вышла из комнаты и захлопнула за собой дверь.

Открыв утром глаза, Давид увидел, что на полу лежит раскрытый чемодан и Лейла аккуратно складывает в него вещи.

— Ты серьезно? — спросил он, у супруги.

— А что, похоже, что я шучу? — ответила она, не скрывая своего раздражения.

В этот день супруга с детьми покинула их общий дом. А удивленные и растерянные две пары мокрых глаз детей, навсегда остались в его памяти.

Не видя выхода из создавшегося положения, утром Давид позвонил знакомому полицейскому, полковнику Колобкову. Но тот сказал, что ничем не может ему помочь, и нравоучительно добавил, что он сам виноват в том, что произошло, а «карточный долг — святое дело, и его надо непременно оплатить».

Давид обратился в известное агентство недвижимости, которое занималось срочным выкупом квартир. Но на деле оказалось, что агентство сможет срочно выкупить квартиру лишь с дисконтом в тридцать процентов от рыночной стоимости. И вот когда Давид уже совсем отчаялся, а до оплаты оставался всего лишь день, в нотариальную контору вошли двое молодых людей славянской внешности. Молодые люди оказались в курсе его проблемы и предложили решение. Какое, они не объяснили, а лишь назначили ему вечером встречу. Скорее всего, в другой ситуации, он даже не пошел бы на неё, но выбора у него не было, и Давид очень захотел поверить в чудо.

Встреча проходила в итальянском ресторане на Проспекте Мира. Молодые люди не стали ходить вокруг да около и показали удостоверения действующих сотрудников полиции. Полицейский по имени Олег был явно лидером в этой компании и идейным вдохновителем всей той задачи, которую он изложил Давиду. Полицейские рассказали, что работают с полковником Колобковым в одном отделе, и он сам проговорился им о том, что Давид ему звонил и просил о помощи. Но предупредили, что Колобкову об этой встрече знать не нужно. Полицейские обещали со своей стороны уже завтра решить его вопрос с долгом, но взамен они хотели получать кое-какие нотариальные документы, в том числе доверенности на приватизацию квартир, оформленные задним числом, на уже умерших людей. Идея Давиду совсем не понравилась, но выхода из создавшейся ситуации он не видел и, недолго поколебавшись, согласился временно сотрудничать с этими оборотнями в погонах, как он называл их про себя. Он написал им расписку на одиннадцать миллионов, а они пообещали решить вопрос с его карточным долгом.

Его проблему полицейские, как и обещали, решили. Решили уже к полудню субботы, и для этого Давиду даже не потребовалось лично встречаться с Зурабом, а именно этой встречи он боялся больше всего на свете. И в этот же день, молодой человек по имени Андрей привез ему расписку, которую он писал Зурабу в тот злополучный вечер. Давид еще какое-то время, дергался от испуга, когда дверь в его кабинет неожиданно распахивалась. Оглядывался по сторонам, когда шел домой. Но ничего не происходило, и спустя какое-то время он совершенно забыл о том отвратительном дне, когда проиграл крупную сумму денег. Тогда как полицейские про него не забывали. Они передавали документы через посредника, вполне себе приятную девушку Ирину. Как позже он понял, большинство этих квартир были неприватизированные. Так называемое выморочное имущество, которое после смерти должно было отойти в государственный фонд. Давид делал задним числом доверенности на уже умерших людей, оформленные якобы до смерти владельца. Были и квартиры в собственности, по ним задним числом оформляли договора дарения, договора пожизненного содержания с иждивением или завещания. Давид, глядя на Ирину, часто задавался вопросом, а знает ли эта милая девушка, что стоит за всем этим? И в какой преступной схеме она замешана?

И вот однажды Ирина передала ему пухлый конверт. Давид был уверен, что в нем ксерокопии паспортов и документы на очередную квартиру, но конверт был странного, не совсем обычного размера. Совсем не такого, какой он привык получать от неё. Как только Ирина покинула его кабинет, Давид вскрыл его и увидел, что в нем лежит пять миллионов рублей. Он тотчас связался с Олегом, но тот сослался на занятость и не стал с ним разговаривать, а лишь предложил встретиться вечером в условленном месте, которое больше никогда не произносилось вслух. Давид очень волновался, он хотел сразу же вернуть эти «грязные» деньги. Но ближе к вечеру его мнение начало меняться, и он подумал, что вполне заслужил эти деньги. Мысли о том, на что он бы мог их потратить, завладели им окончательно. Вечером Олег пояснил, что это вовсе не ошибка, а это действительно его гонорар. Свой долг он полностью выплатил и теперь имеет право на заработок. Олег торжественно вручил Давиду расписку, поднял рюмку и объявил, что он теперь в команде, и будет получать свою 30% долю с каждой проданной квартиры.

На следующий день Давид купил супруге японский кроссовер «Хонда» и на нём же приехал к дому её подруги. Он подарил супруге огромный букет роз и ключи от машины, но реакция у Лейлы была совсем не та, которую он ожидал увидеть. Супруга обвинила Давида в том, что он снова играет в карты, и не поверила, что такие деньги можно было так быстро заработать. Разговор закончился на повышенных тонах, и в сердцах, Давид зашвырнул ключи от машины в придорожные кусты. После чего вызвал такси, и укатил в дом, где давно не чувствовалось женского присутствия, а его собеседником в квартире была пыль или случайно залетевшая в форточку муха.

Уважаемые читатели! Не забывайте вносить книгу в свою библиотеку, чтобы не утратить её. Выразите автору свою поддержку, поставив лайк, если вам понравилась книга или глава.

Глава 8

Андрей открыл дверь своими ключами. И как только переступил порог, в прихожую тут же выбежали две милые девочки дошкольного возраста. С громким возгласом «папа», они кинулись ему навстречу. Андрей раскрыл руки в объятья, и девочки мгновенно повисли на нём.

— Мои любимые девочки, — улыбнулся Андрей и по очереди поцеловал обеих.

Спустя мгновенье в прихожую вышла супруга, вытирающая руки о кухонное полотенце.

— Так- так. Дайте отцу раздеться! — строго сказала она, и как только девочки отошли в сторону, Ольга улыбнулась, обняла супруга, и они поцеловались.

— Так нечестно! — обиженно пробормотала младшая дочка.

— Это мой мужчина, — ответила ей Ольга. — Идите, смотрите мультики. Девочки, словно опомнившись, наперегонки убежали в комнату.

— Кота не раздавите, — выкрикнула им улыбающаяся Ольга.

— Не стыдно? — улыбнулся Андрей, удерживая супругу в объятиях.

— Нисколько. Ты мой мужчина.

— Думаю, они с тобой не согласны.

— Ничего страшного, у них будут свои.

— Но отец у них будет только один, — парировал Андрей.

— Отцу тоже нужен отдых. Ты почему так поздно?

— Так, дела были, — ответил он, не желая вдаваться в подробности.

— Ужинать будешь?

— Да, только сначала схожу в душ.

— Давай, а я пока разогрею, — сказала Ольга, направляясь на кухню.

К тому моменту, когда Андрей вышел из душа, супруга уже накрыла на стол. Помимо котлет с макаронами, салата из свежих овощей и сала, на нём стояла запотевшая бутылка водки.

— Ого, у нас праздник? — задумчиво спросил Андрей, с тревогой вспоминая, не забыл ли он о какой-то важной семейной дате. — А я как раз думал сегодня немного пригубить.

— Садись, — улыбнулась Ольга и, подвинув мужу тарелку с котлетами, налила себе бокал красного вина, а ему рюмку водки.— Ешь.

— И всё же? — поинтересовался Андрей.

— Ты выпей, выпей, — произнесла Ольга и буквально помогла ему опрокинуть огненную жидкость.

— Я наняла дизайнера.

Андрей открыл рот, так и оставив висеть котлету на вилке.

— Такая классная девчонка, очень талантливая, она нам сделает конфетку из этой квартиры. Я смотрела её проекты, это что-то, Андрюш, — затараторила супруга.

— Какой квартиры? — недоумевая, спросил муж, догадываясь, о чём говорит Оля.

Жена недовольно нахмурила брови и поставила бокал на стол.

— Ты не говорил?

— Говорил.

— Что ты говорил? — грозно спросила она. — Олег снова кинул тебя?

— Оль…

— Да что Оль. Я всё поняла. Он крутит тобой как хочет.

— Да ничего он не крутит, — выкрикнул Андрей. — Просто…

— Что просто? — выкрикнула Ольга.

— Просто, она плохая.

— Кто?

— Квартира плохая.

— В каком смысле?

— Там с документами фигня какая-то. В любой момент могут нагрянуть наследники.

— Ты же говорил мне, что там всё чисто? — прищурив глаза, произнесла она.

— Ну говорил, а теперь оказалось, что нет. Это стало известно только сегодня.

Ольга расстроилась и молча уставилась на стол.

— Я тебе не верю. За годы жизни с тобой, Белозеров, я научилась отличать, где правда, а где ложь.

— Оль…

— Я уверена, что эта квартира будет Олега, я это чувствую. Он снова тебя кинул.

— Прекрати! — вскочил он из-за стола. — Ничего он меня не кинул. Нельзя нам эту квартиру. Понимаешь? Нельзя!

— Понимаю, — грустно ответила супруга, — я всё понимаю.

Ольга встала из-за стола и молча вышла из кухни. Андрей сел за стол, но теперь аппетит напрочь пропал, и в чувствах он ударил по столу кулаком.

В эту ночь Андрею снился страшный сон. Он лежал на полу в луже крови и чувствовал, что умирает. Из раны в его животе текла бордовая липкая кровь, и как он ни старался, не мог её остановить. Когда силы почти покинули его, вдруг откуда не возьмись над ним нависла Антонина Семеновна Фурцева, расхохоталась мужским громогласным голосом прямо ему в ухо и вдруг громко закричала: — Подохните! Подохните, как собаки!

Андрей вскочил, откинул простыню и сел на кровати.

— Что? — сквозь сон пробормотала Ольга.

— Ничего, страшный сон приснился.

— А раздевать-то меня зачем? — пробормотала она недовольно, натянула на себя простыню, и повернувшись к мужу спиной, сразу же засопела. Андрей встал, вытер со лба испарину и вышел на кухню. Он налил себе чай, открыл новостную ленту соцсети и погрузился в чтение. Спустя пару часов он почувствовал усталость и, сладко зевнув, отправился спать. Но не успев погрузиться в сон, он снова увидел Фурцеву. Теперь она стояла на аллее, в тени среди молодых деревьев липы и молча смотрела на него из далека. Ее лицо он не мог разглядеть, но был уверен, что это она. Она руками показывала ему идти за ней, смеялась, и это был какой-то не женский смех, а скорее хохот мужчины вырывающийся из самой глубины.

— Что вам надо? — закричал он.

Женщина молниеносно приблизилась и, открыв рот с гнилыми зубами, прошипела ему в лицо. Ему показалось, что он даже почувствовал её теплое дыхание и дёрнулся от неё, выставив вперёд руки. Зрачки Антонины были сильно расширены и вдруг закатились наверх, оставив на глазах лишь лёгкую пелену белого цвета. Андрея затрясло от страха, он оттолкнул от себя женщину, развернулся и побежал. Но на ногах будто висели пудовые гири. Он старался изо всех сил, но Фурцева и не думала отставать. В какой-то момент сзади затихло. Он обернулся, его никто не преследовал, сзади никого не было. Он с облегчением выдохнул, повернул голову, и буквально уткнулся прямо в её лицо.

— А-а-а-а, — закричал он и снова толкнул её. Но в этот раз его руки прошли сквозь её тело, и его затрясло от страха.

Женщина снова захохотала басистым мужским голосом и схватила его за плечи.

— Андрей. Андрюша! — сквозь сон он услышал знакомый голос супруги. Андрей открыл глаза, Ольга трясла его за плечи. — Андрей!

— Да, да, — пробормотал он, глядя на супругу. — Всё, хорошо!

— Ничего себе хорошо. Ты орал во сне как ненормальный, что тебе снилось? — спросила Ольга.

— Да так, ерунда какая-то. Кошмар, — ответил Андрей, поднимаясь с постели.

В эту ночь он больше не ложился и так просидел на кухне до самого рассвета.

Уважаемые читатели! Не забывайте вносить книгу в свою библиотеку, чтобы не утратить её. Выразите автору свою поддержку, поставив лайк, если вам понравилась книга или глава.

Глава 9

Олег твёрдо решил, что этой ночью с ним останется одна из его девушек, и позвонил той, которая первой пришла на ум. Женя приехала уже за полночь, и к тому времени Олег прилично поднабрался. Блондинка с длинными наращёнными волосами, была одета в короткое красное платье и черные туфли на высоком каблуке. — Проходи, раздевайся! — улыбнулся он, распахнув дверь. — Привет! — поздоровалась она, заходя внутрь. — Фу Олеж, это что за халупа? — Да не обращай внимания. Я здесь ещё не сделал ремонт. Женя прислонилась к нему грудью и, посмотрев своими голубыми глазами в его глаза, прошептала: — Олежа, а где ты берешь эти квартиры? — Зарабатываю, где ж еще? — А может, Олежек и мне заработает на квартиру? — Ха, ну ты даешь, — оттолкнул он девушку от себя и задумчиво произнес: — Даже не представляю, что ты для этого должна сделать. — Я всё сделаю, — ответила она и снова припала к его груди. — Всё, что ты захочешь. — Всё, всё? — Всё, всё! Всё, что ты пожелаешь. — Ах ты чертовка какая…— он смачно шлёпнул её по ягодицам. — Ну хорошо, посмотрим на твоё поведение. Глядя ему в глаза, она расстегнула ширинку и спустилась перед ним на колени. — Ну- ну-ну, — недовольно пробормотал он и, взяв девушку за плечи, помог ей встать. — Не так быстро, и не в коридоре. Пойдем, сначала выпьем что-нибудь. Хотя твой настрой мне нравится. Выпив немного виски, они отправились в постель и занимались сексом почти два часа. — Всё, — выдохнул Олег, развалившись на спине. — На сегодня хватит. Женя тут же легла ему на грудь. — Ты бесподобен, — прошептала она.

— Ах ты шалунья, — улыбнулся он.

— Нет, я серьёзно. — Не врёшь? — Нет! Ты непревзойденный. — Много у тебя мужиков было? — переведя дыхание, спросил он. — Ну не так чтобы, — застеснялась она. — И всё же? — Ну были. — Не можешь всех вспомнить? — ухмыльнулся он. — Дурак! — обиделась Женя, ударив его по груди своей грациозной ладонью. — Ну ладно, ладно. Принеси-ка лучше вискарь. Женя поднялась с постели и, обмотавшись одеялом, отправилась на кухню. Через минуту, на тумбочке появился виски, лёд и нарезанный в тарелке сыр. — Ты завтра выходной? — Да. — Может, проведем завтрашний день вместе? — Может. Я подумаю. Женя надула губы и отвернулась. — Обиделась что ль? — спросил он и потянулся к девушке, но она отдернула его руку. — Да ну тебя, — отмахнулся Олег и налил себе в стакан виски. Кинул туда же лёд и влил содержимое в глотку. — Не обиделась, — откликнулась девушка. — Ну и хорошо, — сказал Олег, наливая себе новую порцию. — Не люблю обидчивых тёлок. Будешь? — Да. И я не тёлка.

— А кто?

— Девушка. Он налил ей в стакан виски.

— Держи, девушка-тёлка.

Женя нахмурила брови:

— Не называй меня так.

— Меня так заводит. Ты моя тёлочка, — сказал он и, потянувшись к ней, чмокнул в щёку.

— Правда заводит?

— Правда. — Ну хорошо, тебе можно. У тебя колы нет? — Не-а. — Жаль. Они чокнулись и выпили. — Жень, давай спать, я сегодня замахался, если честно. — Тяжелый день? — Да. — Я тоже работала сегодня. — Ага, потом расскажешь, — пробурчал он, не проявив интерес, и положил голову на подушку. — Свет погаси. Женя выключила свет и, легла к нему, прижавшись к груди. Олег почувствовал себя полностью разбитым и уснул почти сразу. Но, вопреки ожиданиям, спал он некрепко, хоть и выпил вполне прилично. Девушка уже давно сопела и, отвернувшись к стене, лежала на боку, поджав ноги. Через какое-то время, сквозь сон, он услышал, как на кухне громыхнула посуда. «Наверное, Женька, неаккуратно поставила её в сушилку, — решил он и, повернувшись на бок, обхватил её грудь». Но через мгновенье услышал, как на кухне включилась вода. Теперь это не могло ему показаться, он отчётливо слышал, как из крана течёт вода. Олег сел на кровати и, вглядываясь в темноту, принялся разглядывать хоть что-то для самообороны. Но в квартире совершенно ничего не было. Вооружившись стулом, он выставил его перед собой и на цыпочках отправился на кухню. Включил свет и обомлел, на кухне стояла Антонина Семёновна Фурцева. Её глаза были совершенно без зрачков, но Олег понимал, что она смотрит на него, через мгновенье Фурцева исчезла, будто её и вовсе не было, оставив после себя лишь лёгкую дымку тумана. От неожиданности Олег выронил стул, и тот с грохотом упал на пол. — Оле-ег, — раздался из комнаты встревоженный сонный голос Жени. — С тобой всё в порядке? Олег не двигался с места, ему было жутко страшно. И теперь он думал, а может, ему показалось и воспалённый мозг сгенерировал его страхи? «Хорошо, что я сейчас не один в квартире». — Всё в порядке! — выкрикнул он, и шагнул на кухню. Вода была выключена. Он выдохнул и, погасив свет, вернулся в комнату. — Ты меня испугал, — прошептала Женя. — Что там у тебя упало? — Да так, о стул споткнулся в темноте, — соврал он, прижавшись к девушке. Она обвила его шею руками, и их губы слились в страстном поцелуе. — Будем спать? — спросила она. — Ага, — настороженно ответил Олег. Женя отвернулась и почти сразу погрузилась в сон. «Можно только позавидовать», — подумал он про себя и, закрыв глаза, тут же услышал, как в коридоре щёлкнул выключатель. Олег вновь открыл глаза. Свет из кухни, как луч света от яркого фонарика, в полнейшей темноте, отчётливо проникал в коридор. Он растолкал девушку. — Жень, Жень... — Что? — спросила она недовольно. — Я свет на кухне забыл погасить, выключи. — Сдался он тебе, давай спать, — шепнула она, не желая вставать. Он снова толкнул девушку: — Жень... — Хорошо, хорошо, встаю, — недовольно пробормотала она и, встав с кровати, отправилась на кухню. Налила в стакан воды и, выключив свет, вернулась в комнату и протянула ему: — Будешь? — Да, — он глотнул немного воды и поставил стакан на прикроватную тумбу. Женя легла в постель: — Ну теперь-то всё? Спим? — Что там? — спросил Олег. — Где? — На кухне? — В смысле? — Ничего там не заметила? — А что я должна была заметить? — Так, ничего, — ответил он.

— Отдыхать тебе надо больше, Олежа.

— Наверное. Женя отвернулась на бок и через какое-то время заснула. Олег, не закрывая глаз, напряжённо вглядывался в темноту. В квартире было совершенно тихо, и эта тишина еще больше давила на него. Так он пролежал, наверное, с час, прежде чем сон всё же окутал его, и почти сразу Олег почувствовал, что за его ногу кто-то держится. Сначала он подумал, что это Женя, но, проведя руками вдоль её тела, понял, что её руки находятся под подушкой. Олег открыл глаза и увидел, что перед ним стоит Антонина Семёновна, её рот был приоткрыт, глаза были белого цвета. Он дёрнулся от неожиданности и подскочил в постели и закричал: — Что тебе надо? Но старушка не пошевелилась. — Олег, с тобой всё в порядке? — спросила сонная Женя. — Ты видишь её? — спросил он испуганно, указывая рукой на Антонину Семёновну. Женя приподнялась в постели, вглядываясь в темноту. — Кого? — удивлённо спросила она. — Вот, старуха стоит посередине комнаты. — Олег, там никого нет, — с тревогой в голосе ответила она. — Ты уверена? — спросил он, но в этот самый момент силуэт старушки развеялся, как дым, и она снова исчезла. — Да, хочешь свет включу? — Включи. Женя подошла к выключателю и нажала на клавишу. На люстре загорелись лампочки. Женя с укором посмотрела на Олега. — Можно выключать?

— Нет, погоди, может, ляжем со светом? — Олег, ты такой забавный, — наконец улыбнулась она. — Ты что, боишься темноты? Тебе сколько лет? — Вот мне ни хрена не смешно сейчас, — грубо отозвался он. — Ладно, гаси.

Она юркнула в кровать и погладила его по голове:

— Я сейчас поглажу тебя, дам тебе сисю, и ты успокоишься.

— Только вот не надо со мной говорить как с маленьким, — грубо отозвался он, убирая её руку.

— Хорошо, как хочешь.

— Но сисю давай. Молодые люди легли в кровать и прижались друг к другу. — Слушай, а оставайся у меня завтра, — предложил Олег. — Олег, я вспомнила, мне завтра надо кое-куда съездить. — Куда? — Э-э-э, ну надо. — Ясно. — Ну я правду говорю, не обижайся. — Конечно, — произнес он, обиженно. До утра Олег больше не сомкнул глаз, и лишь когда из-за шторы выглянул первый солнечный зайчик, он наконец позволил себе немного поспать, но как только он погрузился в сон, зазвонил телефон.

— Алло! — пробормотал он, увидев на заставке фотографию Андрея.

— Спишь что ль еще? — удивлённо спросил он.

— Да.

— Слушай, надо поговорить.

— Давай не сейчас, Андрюх, подгребай ко мне часика через два.

— Хорошо.

Глава 10

Андрей приехал около часа, когда летнее жаркое солнце уже находилось на пике своей активности. Он долго звонил в дверь квартиры, прежде чем заспанный Олег, наконец распахнул перед ним дверь.

— Ты чо, разоспался-то? — недовольно спросил он, как только переступил порог.

Олег сладко зевнул в ответ.

— Эта адова баба мне спать не давала всю ночь.

— Дашка что ль приезжала?

— Фурцева, тварь. Она меня и здесь достаёт.

Андрей скинул с себя кроссовки и прошел вслед за Олегом на кухню.

— Снится?

— Нет. Она приходит ко мне.

Андрей сел на стул и задумчиво посмотрел на приятеля. Олег достал из холодильника бутылку виски и плеснул в стакан алкоголь.

— Будешь?

— Нет. Дочкам обещал сходить вечером в парк. Это точно не сон?

Олег выпил содержимое и поморщился.

— Нет, Андрюх, я тебе клянусь. Я еще не сошёл с ума, чтоб не отличить, где сон, а где нет, — раздражённо ответил Олег. — Хочешь, оставайся сегодня со мной, сам посмотришь.

— Ну уж нет, спасибо, — улыбнулся приятель. — Ольга меня неправильно поймет, я и так дома не бываю.

— А, ну да, ты же каблук, — поддел его Олег, закуривая сигарету.

— Ну и что она? — Андрей сделал вид, что не заметил его оскорбления.

— Сначала она посудой на кухне гремела...

— Ты уверен, что это была она?

— Ну а кто? — воскликнул он. — Я пошел на кухню, а она там стоит. Это трындец какой-то, если честно, я от страха чуть не обделался, вот здесь стояла, там, где ты сидишь.

Андрей поёрзал на стуле и машинально встал с него, разглядывая то самое место, на которое указал приятель.

— Чо вскочил-то? Она ночью здесь стояла. Представляешь, какого мне было?

— Говорила что-нибудь?

— Нет, просто стояла, а потом исчезла. Как дымка растворилась и всё. А потом светом начала баловаться.

— В смысле?

— Включила свет здесь, а потом вообще меня за ногу схватила.

— За ногу? — удивлённо пробормотал Андрей.— Ты бухал вчера?

— Ну, и?

— Может, белочка?

— Ну какая, к чёрту, белочка Андрюх? Ты чо, меня за идиота держишь? Я же не алкаш, чтоб ко мне белочка приходила.

— Нет, но это как-то странно.

— Странно ему. Это жопа какая-то, я тебе скажу. Если так дальше пойдет, я совсем сдвинусь. По ночам уже спать боюсь, всюду мне мерещится.

За стеной, в комнате, что-то с грохотом упало и на кухню ворвался легкий ветерок.

— Что это? — встревоженно спросил Андрей.

Олег, не говоря ни слова, поднялся и, взяв со стола нож, осторожно вошел в комнату. Окно было распахнуто, легкий теплый ветер играл со шторой, то надувая её и подбрасывая в воздух, то захватывая к себе, стараясь вытащить на улицу. На полу валялся разбитый глиняный цветочный горшок, земля из него рассыпалась.

— Это она! — шёпотом произнес Олег.

— Это ветер, Олег, — усмехнулся Андрей.

— Какой ветер? На улице почти полный штиль, ты же сам только оттуда.

— Ну да, — согласился Андрей.

— Это она, Андрюх, я тебе клянусь.

— Да перестань ты, — отмахнулся от него приятель.

— Окно было закрыто, я его не открывал. Зачем мне его открывать? У меня кондиционер работает.

Андрей, едва заметно ухмыльнулся. Олег подошел к окну, потянул на себя штору и закрыл окно:

— Ты мне не веришь? Я тебе точно говорю. Это она со мной играется.

— Хорошо, хорошо.

— Убираться теперь, — с горечью произнес он положив нож на тумбочку у телевизора.

— Мне она тоже сегодня снилась, — вдруг сказал Андрей.

— Фурцева?

— Да.

— Да ладно, — удивленно посмотрел на него Олег. — Что снилось?

— Да так сразу и не расскажешь. В основном стояла и просто смотрела, звала к себе, а потом как заорет мне в лицо: «Подохните! Подохните, как собаки!».

— Ха-ха. Представляю. Ты расстроился что ль из-за этого? — ухмыльнулся Олег. — Вот ей, — он сложил из пальцев кукиш и выкрикнул в потолок. — Не дождешься!

Андрей подошел к окну, наклонился и поднял осколок керамического горшка и задумчиво произнес:

— Ольга сказала, что я кричал во сне. А потом я уже не смог уснуть и так просидел на кухне до рассвета.

— Похоже, она нас хочет свести с ума.

— Не знаю, — отстранённо произнёс он. — Ольга со мной не разговаривает.

— Из-за этого? — удивился Олег.

— Нет, конечно, из-за квартиры.

— Ну ничего, остынет, смирится, и всё будет хорошо, — попытался он его успокоить.

— Ольга говорит, что ты меня кинул.

Олег развернулся к приятелю:

— А ты что об этом думаешь?

Андрей бросил на пол осколок и, задумчиво глядя на Олега, произнес:

— Не знаю, что думать. Может, ты всё-таки передумаешь?

— Андрюш, иди-ка ты знаешь куда?

— Я так и думал.

— Думал он, — произнес Олег с сарказмом. — Ну а раз так думал, чо опять-то завёл старую шарманку? Шалава твоя еще масла в костёр подливает.

— Выбирай выражения, она моя жена, — недовольно отреагировал Андрей.

— Тоже мне проблема, жена. Сегодня жена, завтра нет. Найди себе другую, посимпатичнее, с нормальными сиськами.

— Да пошел ты! — обиделся Андрей.

— Я пошёл? Ты со своей овцой разобраться не можешь, а я виноват.

— Прекрати!

— Пошли ее подальше и всё, пусть знает своё место, сидит в стойле и не высовывается, — не унимался Олег. — А ты уже мужиком когда станешь? Сопли распустил...

— Ну и гад же ты…

— Ага. Всё сказал? Доволен? Ну и пошел вон тогда отсюда, — выкрикнул он, указывая ему на дверь.

— Козёл! — прошептал Андрей, направляясь к двери. Но Олега задело это оскорбление, и, может быть, если бы было другое слово, он бы проглотил и не ответил. Но «козёл», по его мнению, было самым обидным оскорблением, и Белозёров сознательно назвал его так. Самарин сорвался с места и в один прыжок нанес Андрею сзади удар кулаком в голову. Белозёров отлетел к двери, схватившись за затылок, развернулся к Олегу.

— Тварь! — озлобился он, держась за голову. — Ты меня ударил.

— Дешёвка! Пошел вон отсюда ! — выкрикнул Олег. Но Белозёров не желал прощать приятелю такого унижения и жаждал возмездия.

Его глаза сверкнули недобрым взглядом, он мгновенно сгруппировался и выпрыгнул в ноги Самарина. Обхватив за ноги, приподнял его, подломил под себя и обрушился на Олега всем своим весом. Мужчины с грохотом рухнули на пол. Самарин оказался прибитым Андреем к полу, и не сразу отошёл от этого падения, тогда как Белозёров тут же забрался ему на грудь Андрей, и удерживая Олега под весом своего тела, обрушил на оппонента шквал ударов в лицо. Самарин отбивался и уворачивался как мог от многочисленных ударов, но кулаки Белозёрова раз за разом проникали сквозь выставленные перед собой ладони Самарина и попадали в цель, разбивая губы и нос. Оставляя многочисленные гематомы под глазами и на лбу и подбородке. Зарычав от гнева и собрав все силы, Олегу удалось выкрутиться и скинуть с себя сидящего на нем приятеля. Он вскочил на ноги и оттолкнул от себя Белозёрова.

— Ну тварь! — гневно закричал Олег, собираясь напасть на него с кулаками. Но Самарин быстро понял, что вряд ли справится с Андреем в честном бою. Он схватил нож, лежащий у телевизора, и ринулся на коллегу.

— Ты чо? — успел вскрикнуть Белозёров, выставив вперед ладонь, перед тем как Самарин нанёс удар. Разрезав один из пальцев, острое холодное лезвие вонзилось в живот Андрея.

Белозёров не сразу понял, что произошло, и со всей силы оттолкнув от себя Самарина, ударил его кулаком в нос. Подбородок Олега подбросило наверх, глаза затуманились, но его было уже не остановить. Разъярённый ещё больше, избитый Самарин, бросился вперед и нанес своему коллеге ещё два удара ножом в низ живота. Андрей остановился, замер, опустил руки вниз и схватился за окровавленный живот. Он медленно опустил голову вниз, прислонил ладонь к животу и увидел, как окрасилась его рука. Поднял окровавленную руку перед собой, будто не веря своим глазам.

— Ты чо сделал, сука? — прохрипел Андрей, падая на колени.

Олег молча уставился на умирающего приятеля и без чувства сожаления смотрел на то, как он хрипит и корчится в муках.

— Никто не смеет меня бить, тем более такое ничтожество, как ты, — тяжело дыша, произнёс Самарин.

— Вызови скорую, — прохрипел Андрей, всё ещё пытаясь прикрыть ладонями кровоточащие раны. Но Олег не сошёл с места, а лишь молча наблюдал, как умирает его коллега. Затем он прошёл мимо истекающего кровью приятеля, вышел из комнаты, прошёл на кухню, достал бутылку виски и сделал из горлышка несколько больших глотков. Через мгновенье в комнате послышался грохот падающего тела Белозёрова.

— Ну вот и всё! — произнёс Самарин. — Значит, говоришь, поубиваем друг друга и сдохнем, как собаки? — негромко произнёс он. — Вот же…

Олег приоткрыл форточку, закурил сигарету и сел за стол. Глотнул ещё виски и, докурив сигарету, вернулся в комнату. Белозёров лежал на спине, его обесцветившиеся глаза смотрели в потолок, а изо рта стекла тонкая струйка алой крови. Андрей был мёртв.

— Хороший ты был парень, Андрюха, но сгубила тебя твоя шалава, — произнёс Самарин, глядя на бездыханное тело, и присел рядом с ним. — Что? Ты хочешь мне что-то сказать? — ухмыльнулся он. — А уже не хочешь? Я так и знал…

Только сейчас он понял, что в комнате есть кто-то ещё. Он приподнял голову. На углу дивана сидела Антонина Семёновна Фурцева.

— Чо вылупилась? — закричал Самарин и, схватив стул, вскочил на ноги и швырнул в неё. Стул ударился о спинку дивана и, отскочив от него, с грохотом упал на пол. Старушка растворилась в дымке, и лишь отдаленный грубый мужской голос захохотал где-то вдалеке.

— Так-то лучше...

Олег взял телефон и, вернувшись на кухню, сделал из бутылки, большой глоток виски. Набрал знакомый телефонный номер, не записанный у него в телефонной книжке, но который он знал наизусть.

— Привет! Ты мне нужен. Да, срочно!

Глава 11

Послеобеденный зной давал о себе знать. От жаркого обжигающего воздуха, разбавленного дымом горящих лесов Подмосковья, уже было совершенно негде скрыться. Температура в тени перевалила за тридцать пять. Казалось, что автомобиль раскалился настолько, что на нём вполне можно было пожарить яичницу. Все окна автомобиля «ВАЗ 2109», были открыты. Но это не спасало мужчин сидевших в ней.

— Невыносимо, — скривил лицо высокий крепкий парень лет тридцати и, оттянув взмокшую расстёгнутую рубашку, подул на мускулистую грудь. — Сань, ну почему у тебя не иномарка? Там хоть кондей есть.

— Игорек, если бы у меня была иномарка, я сейчас был бы в квартире, а ты всё равно сидел бы здесь и наблюдал за подъездом, — ответил невысокий коренастый мужчина с небольшим пузиком и вытер со лба пот.

Мужчины засмеялись.

— Думаешь, честно на хорошую машину у нас не заработать? — спросил Игорь.

— С нашей-то зарплатой? — ухмыльнулся Александр. — И не мечтай!

— Хоть бы ветерок какой подул, так нет же. Так и сгорим здесь заживо.

— Ага, — согласился Александр. — А на наших могильных плитах, напишут: «Они сгорели на работе».

Мужчины негромко засмеялись.

— Эта надпись будет на венке, от коллег. От родни будет: «Его никогда не было дома».

— «Дети не знали, как он выглядит», — добавил Саня, и мужчины снова негромко рассмеялись.

— Товарищ майор, отпусти в магазин, — спросил Игорь.

— Думаешь, я не понимаю, что ты под кондей хочешь сходить?

— Ну и что? Потом ты сходишь. Я сдохну здесь Сань, честное слово.

— А вдруг наш клиент сейчас выйдет? И что тогда? Мне придётся оставить тебя здесь?

— Он не выспался и спит сейчас без задних ног.

— С чего ты взял?

— Ты его тёлку видел?

— И что?

— Ты бы выспался с такой?

— Ну хрен его знает.

— Вот, то-то и оно.

— Может, потом сходишь?

— Потом ты будешь волочить в мусорный контейнер обугленный труп. Я сдохну на этой жаре, — пробормотал Игорь и задумчиво, протяжно произнёс: — Эх, сейчас бы на дачу, да в реку окунуться.

— Или в море, — мечтательно согласился Саня.

— Можно и море, но денег только на реку.

Мужчины мечтательно улыбнулись.

— Да хрен с ним с морем, в душ бы сейчас. Холодный.

— Это точно. Ну ладно, иди. Только давай чтоб недолго. Возьми мне холодной водички с газом. Подешевле какую-нибудь.

— Хорошо, — воодушевился напарник и тут же выскочил из автомобиля.

Как только Игорь скрылся за углом дома, во двор въехал чёрный тонированный «Мерседес».

— Опа, — произнёс Саня и вжался в сидение.

Из автомобиля вышел старший лейтенант Белозёров, хлопнул дверью и, на ходу нажав на брелок сигнализации, походкой бывалого спортсмена прошёл в подъезд.

Через несколько секунд на углу дома появился тонированный автомобиль «Жигули», проехав вдоль припаркованных автомобилей, мужчина в солнцезащитных очках, едва заметно кивнул Александру головой. Майор кивнул ему в ответ и взял трубку телефона.

— Рассказывай, — произнёс голос из микрофона.

— Да пока особо нечего рассказывать. Никуда не заезжал. Из дома сразу сюда.

—­ Понял. Юр, найди себе место и смотри за ним. Ты его пасёшь, не прозевай.

— Понял, товарищ, майор.

— Отбой, — произнёс Александр и, отключив вызов, сразу набрал другой номер.

— Алло, — раздалось в трубке.

— Здравия желаю, товарищ полковник. Докладываю. Объект номер один из дома не выходил. У него была какая-то девка ночью, но она уже ушла.

— Что за девка?

— Взяли в разработку, но, думаю, ничего интересного, скорее всего, это просто любовница.

— Хорошо. Но всё же пробейте её, Ф.И.О., где работает, ну и может, нароете чего интересного.

— Слушаюсь. Объект номер два, три минуты назад прибыл к первому.

— А вот это уже интересно, — протяжно произнёс полковник.

— Смирнов с ним?

— Да, припарковался во дворе, наблюдает, — ответил майор, глядя, как лейтенант Смирнов, открыл капот своего автомобиля, разложил на асфальте промасленные гаечные ключи и правдоподобно делал вид, что ремонтирует автомобиль.

— Хорошо. Только прошу Саш, не пропалитесь. Конспирация и ещё раз конспирация! Докладывай мне, если будет что-то интересное. Только по делу, хорошо? У меня сегодня у жены юбилей.

— Понял, товарищ полковник.

— Конец связи, — произнес полковник и отключил вызов.

Александр положил телефон в сторону и вытер со лба испарину.

— Какого хрена мы здесь делаем? — недовольно пробормотал Александр.

Глава 12

Телефонный звонок застал Давида дома, когда он уже собирался ехать к детям. Олег сказал, что он срочно ему нужен, а это означало лишь то, что любые дела необходимо было отложить. Он заехал в магазин и купил, новую бензопилу, десяток крепких черных полиэтиленовых пакетов, и большую пленку, свёрнутую в рулон. Всё, как и велел Олег. «Бензопила ему на дачу понадобилась видите ли. Мог бы и сам в магазин заехать. Надо было сказать, что я ему не раб, — злился он про себя, считая, что не проявил жесткости в разговоре с этим убийцей. — Пакеты понятно для чего. Видимо, квартиру нужно срочно освободить от вещей, правда непонятно, зачем нужна плёнка, он что, ковёр хочет упаковать? — задавался он вопросом, пока поднимался на лифте. — Почему нельзя было привлечь грузчиков? Почему они сами должны всё это таскать. Неужели ему мало денег, чтобы заниматься этим самому. Впрочем, от Олега можно ожидать чего угодно, особенно после их последней беседы. Может, он решил проучить меня таким образом? Так, что сегодня придется поработать руками. Но в следующий раз я точно пошлю его куда подальше». Увлеченный своими мыслями, он не заметил, как дребезжащий старый лифт поднял его на этаж и с грохотом распахнул перед ним двери. Всё его нутро сопротивлялось идти в эту квартиру. К этим людям, которых он откровенно начал бояться после последних событий. Но делать было нечего, и Давид нажал кнопку звонка. Ему было слышно, как кто-то осторожно подошел к двери, скрипнувшая в квартире половица выдала того, кто прятался за дверью. Через мгновенье светлое пятно глазка превратилось в чёрное, но открывать не спешили. «Конспираторы хреновы», — выругался про себя Давид и недовольно выкрикнул: — Это я! В замочной скважине провернулся ключ, и из-за двери выглянул возбужденный Олег. Его глаза бегали по сторонам, а поведение показалось Давиду странным, но он решил не задавать лишних вопросов. — Ты один? — спросил Самарин, приоткрыв дверь и разглядывая лестницу за его спиной. — Конечно, — Давид неосознанно обернулся, и окинул взглядом лестницу. —Заходи. Быстро,— шёпотом произнёс Олег. — Плёнка, пакеты. Бензопила на гарантии, гарантию я положил в коробку, —ставя коробку на пол, а рядом складывая остальные покупки.— Покупатель нашелся? — Покупатель? — задумчиво спросил капитан, словно пытаясь разобрать это предложение на составные части. — До понедельника это никак не могло подождать? — робко спросил Давид. — Понедельника? — всё также отстранённо переспросил Олег, явно думая о чем-то другом.— Нет, не могло. — Андрей тоже приедет? — поинтересовался Давид, скидывая с себя обувь.

— Андрей уже здесь! — сухо ответил Самарин. Давид собрался пройти в комнату, но Олег преградил ему вход. — Всё, спасибо. Здесь мы управимся сами. Тебе будет ещё одно задание и всё. Вот,— он протянул ему ключи от машины. — Надо отогнать машину Андрея.

— Зачем? — нахмурил брови Давид.

— Зачем, зачем, ну бухаем мы, чо непонятного? — Куда отогнать? — спросил Давид, подумав про себя, что этот день ещё можно спасти. — Куда... — задумался Олег. — Поставь её около дома Андрея. — А где он живет? Андрей, ты где живешь? — выкрикнул Давид, но ему никто не ответил. — Ну чо орёшь-то? Занят Андрей. ЖК «Алые паруса», Авиационная, семьдесят семь, там огороженная территория. Поставь где-нибудь напротив дома. — А Андрей, чем занят? — поинтересовался Давид и заглянул через плечо Самарина в комнату, где тут же заметил темно-багровое пятно, на паркете. Олег попытался закрыть ему обзор, но Давид был настойчив и всё же умудрился заглянуть в комнату. На полу в луже крови, уставившимися в потолок бесцветными глазами, лежал мужчина. С этого места, Давид не разглядел его лицо, но сразу догадался, что это был Андрей. — Это...это... — затрясся он, показывая пальцем в сторону трупа. — Ну вот зачем? — медленно произнёс Самарин и покачал головой. Давид сразу уловил изменения произошедшие с Олегом меньше чем за минуту. Его голос изменил тональность и мгновенно стал спокойным и мягким. В глазах появился огонёк и рот расплылся в пугающей ухмылке. — Зачем тебе это было нужно, Давид? — спросил он томным голосом, вынимая из заднего кармана брюк складной нож. Он нажал кнопку и со страшным пугающим щелчком, острое лезвие выпрыгнуло перед Давидом. — Стой! Стой! Погоди, — вскрикнул нотариус, выставив вперед руки. Не упуская из вида смертоносное оружие Давид попятился назад.— Олег, пожалуйста. Не надо. Не убивай, — взмолился он. — Я никому, ничего не расскажу. Мамой клянусь… Здоровьем своих детей клянусь. Прошу...

Самарин, наслаждаясь моментом, ухмылялся. Он словно загнал в угол какого-то зверя, и чувствовал сейчас его животный страх.

— Ну хочешь я на колени встану? Проси что хочешь. Хочешь я буду работать на тебя бесплатно? Олег посмотрел в комнату. Антонина Степановна стояла в самом углу у окна и зловеще улыбаясь наблюдала за этой сценой. — Не знаю, Давид, можно ли тебе верить? — ухмыльнулся он, наслаждаясь страхом в глазах оппонента. — Можно, Олег. Можно. Никто ничего не узнает. Прошу тебя. Ради детей прошу. — Смотри, Давид. Если обманешь... Я дотянусь до тебя и твоих детей, даже из зоны. — Я понимаю, понимаю, — взмолился он. — Клянусь тебе, никто ничего не узнает. Олег презрительно окинул взглядом Давида, и кивнул головой в сторону комнаты: — Ты её видишь? — Кого? — удивлённо спросил Давид, всё так же глядя на острое лезвие перед собой. — Фурцеву? По спине Давида пробежали мурашки, он заглянул в комнату: — Нет. — А она только что была здесь, — ухмыльнулся Олег и опустил нож. — Она в последнее время всегда рядом со мной. Странно, что вы её не видите.

— Ты часто видишь её? — немного успокоился Давид, наблюдая, как Самарин сложил нож и убрал его за спину.

— Постоянно. Она хочет свести меня с ума, — зловеще улыбнулся он и прошептал: — Но у неё ничего не выйдет.

— Да, — согласился Давид лишь для того, чтобы поддержать беседу.

— Ну хорошо, бери пленку, тащи в комнату, — приказал Олег. Взяв рулон, Давид прошёл в комнату. Андрей лежал на спине, безжизненно глядя на потолок, его рубашка на животе была темной от крови и дырявой в нескольких местах. В углу приоткрытого рта был застывший небольшой ручеек бордовой жидкости, уходящий по подбородку к шее. Давиду внезапно стало плохо, и он с трудом подавил в себе рвотный рефлекс. — Разворачивай, — приказал Самарин. — За что...ты, — Давид с трудом выговорил последнее слово и испуганно посмотрел на Олега. — Так получилось. Его женушка слишком много хотела, — тихо произнес он, схватившись за край пленки. — Давай, растягивай. Мужчины постелили часть пленки и, переложив на неё тело Андрея, раскрутили оставшуюся часть на всю ширину комнаты. Давида трясло от происходящего здесь ужаса. В какой-то момент в его голове промелькнула мысль, схватить нож, торчащий из брюк Олега, и, оттолкнув его, выбежать из квартиры. Но страх полностью завладел его телом, руки не слушались, рот скривился, а зубы начали непроизвольно стучать. Ему никак не удавалось совладать с собой. Самарин прошел в прихожую и вернулся в комнату с коробкой. Поставил её на пол, вскрыл ножом изоленту, достал все детали, находящиеся там, и разложил их рядом с коробкой. — Бензин? — спросил он и посмотрел на Давида. — Ты мне не говорил, — дребезжащим голосом ответил Давид. — А голова где твоя? — поднимаясь, выкрикнул Самарин. — В общем так. Сейчас отгонишь его машину, — он пнул ногой безжизненное тело Андрея. — На заправку и с канистрой сюда. Понял? — Д-д-д-а. — Давай быстро! — грозно скомандовал Олег. — И без фокусов. Ты меня понял? — Да, — ответил Давид и с радостью покинул эту квартиру. Он вышел на лестничную площадку, выдохнул и, плотно закрыл за собой дверь. Прислонившись к стене, он перевёл дыхание и посмотрел на трясущиеся руки. «Он сошел с ума! Он точно спятил, совершенно невменяемый, — с ужасом удивлялся преображению Олега Давид, — теперь это точно всё! Конец!».

Глава 13

Занятый пугающими, путающимися мыслями, он сел в автомобиль Андрея и выехал со стоянки. Он был слишком погружён в происходящее с ним, и не обратил внимания, на выехавшую за ним со двора «девятку». Через двадцать минут он был у дома Андрея и, как было велено Олегом, поставил машину у забора, даже не пытаясь заехать на огороженную территорию. Заглушил двигатель и, вынув ключи из зажигания, бросил их в бардачок.

Ехать на квартиру к Олегу ему было откровенно страшно. «Теперь я стал свидетелем убийства, но если я буду помогать Самарину, то очень скоро стану соучастником преступления, — размышлял он, пока шел пешком от жилого комплекса. — Если же я его сдам, то, вполне возможно, меня осудят только за мошенничество. А что, если он говорит правду и у него здесь есть какие-то люди, которые исполнят любое его указание? У Олега много денег, а деньги решают. Нет, это опасно, может пострадать моя семья». И хоть на данный момент, он был в ссоре с Лэйлой, семья для Давида была единственным смыслом в жизни. Он вызвал такси и направился в дачный поселок Подмосковья. Давид несколько раз набирал номер Лэйлы, но она не снимала трубку и не отвечала на сообщения. Он так был погружен в свои мысли, что не сразу понял, что таксист разговаривает с ним. — Что, простите? — переспросил Давид. — За вами следят, — повторил водитель. — Кто? — испуганно спросил Давид и обернулся. — Вам виднее, — ухмыльнулся таксист. — Вот та зелёная «девятка», едет за нами от места, где я вас забрал. — Вы уверены? — спросил Давид, глядя в заднее стекло автомобиля. — Да.

«Этого мне ещё не хватало, неужели Олег уже приставил ко мне своего человека?» — Скажите, а мы можем как-то оторваться от него? — Ну не знаю, — загадочно произнёс водитель. Давид вынул из портмоне пятитысячную купюру и протянул её водителю.

— Штрафы сейчас уж больно высокие.

Давид достал ещё одну купюру такого же достоинства и отдал её таксисту. — Сделаем, — довольно отреагировал он и, выехав на полосу пассажирского автотранспорта, нажал педаль газа. Но «девятка» повторила маневр и тоже поехала по выделенке. — Ну сделайте же что-нибудь, — нервно произнёс Давид, глядя, как преследующая их машина не отстаёт. Такси подъехала на перекрёсток и встала на запрещающий сигнал светофора. «Ваз 2109» пристроился сзади, теперь Давид хорошо видел молодого человека в солнцезащитных очках, сидящего за рулём «девятки». Нет, он не видел его раньше, в этом Давид был уверен. Дождавшись, когда загорится зелёный свет светофора, таксист рванул с места и из правого ряда перестроился в крайний левый. И перед автомобилями, идущими во встречном направлении, резко развернулся в противоположную сторону. Водитель «девятки» хотел повторить за ним манёвр, но не успел. Под гул разгневанных автолюбителей «Ваз 2109» застрял в потоке автомобилей.Таксист увеличил скорость, и через несколько минут стало ясно, что преследователь отстал.

Через сорок минут Давид подъехал к дачному посёлку в Подмосковье и, рассчитавшись с водителем, нажал на закреплённую на воротах кнопку домофона. Трубку взяла подруга жены, Нино. — Нино, привет, это Давид! — Здравствуй! — сухо ответила она. — Ты что-то хотел? — Нино, мне нужно срочно увидеться с Лэйлой. Это очень важно. — Ага, именно так она мне и сказала. Давид, я очень тебя прошу, езжай домой. — Послушай, это очень серьёзно. — Она ждала тебя два часа назад, но ты не приехал.

— Позови её, пожалуйста.

— Нет.

— Послушай, ты-дура, это касается жизни и смерти моих детей, — закричал Давид.

Нино замолчала.

— Алло, алло, — закричал Давид. — Нино, ты слышишь меня? Прости, но это очень важно. Очень!

— Они уехали гулять в парк Коломенское, — уже спокойно произнесла она.

— Спасибо! — выкрикнул Давид. Времени на раздумья, не было. Давид проигнорировал звонок от Олега и снова вызвал такси, пожалев, что отпустил машину, на которой добирался сюда. Такси приехала только через пятнадцать минут, но ему они показались целой вечностью, он весь извелся, пока ждал машину. «Лэйла, нам необходимо встретиться и как можно быстрее. Это очень важно», — в очередной раз написал он сообщение, пока машина подъезжала к Москве, и наконец Лаура перезвонила. — Что за истерику ты устроил у Нино? Кто разрешил тебе её оскорблять? — рассерженно спросила она, вместо приветствия. — Лэйла, нам нужно встретиться. — Нет, не нужно, — отрезала она. — Ты не понимаешь. Вы в опасности. — Ты опять во что-то вляпался? — Это...не важно. Где вы? — Мы будем ждать тебя у дворца Алексея Михайловича. Знаешь, где это? И если ты не приедешь в течение часа, пеняй на себя. — Приеду, — успел сказать он, и в трубке сразу раздались короткие гудки.— Дура! — выругался он, глядя на телефон. Плана у Давида по-прежнему не было, в голове было только одно. Бежать! Бежать из страны. Бежать как можно скорее. Бросить здесь всё, и в Грузии начать всё сначала. Квартиру можно продать по доверенности, надо только заскочить к себе и забрать деньги. Перспектива сидеть в тюрьме его категорически не устраивала и пугала. За этими размышлениями, его едва не застал врасплох звонок от Олега. Он машинально взял телефон, хотел ответить, но вовремя одумался. Выключив звук, Давид дождался, когда Олег перестанет ему звонить, и облегчённо выдохнул, когда мелодия телефона, наконец затихла. Но буквально сразу же телефон просигналил коротким сообщением. Словно боясь обжечься, Давид прочитал: «Я тебя предупреждал! Можешь проститься со своими детьми». Его вновь затрясло, он расслабил ворот рубашки и вытер испарину со лба. Усталость и безвыходность мгновенно накрыла его. Ему хотелось лечь на заднее сиденье, вжать в него голову и провалиться в омут сна, как в детстве, когда он боялся наказания от отца. Забыться, а проснувшись, узнать, что всё это был всего лишь сон. Страшный сон, в котором он слишком надолго застрял. Сон, из которого нет выхода. Тем временем, машина остановилась на проспекте Андропова. — Приехали! — произнёс водитель. — Где мы? — удивлённо огляделся Давид. — Проспект Андропова. — Мне нужен дворец Алексея Михайловича. Мы можем к нему подъехать? — Нет, — улыбнулся водитель, — он в парке. Дальше пешком. — Хорошо. Спасибо, — поблагодарил Давид, выскочил из машины и, увидев девушку с коляской, тут же ринулся к ней. — Девушка, извините, пожалуйста. Вы не подскажите, как мне найти дворец Алексея Михайловича? — с трудом выговорил он. — Так вот же, он! — взмахнула она рукой. — Вон там видите, большие деревянные постройки? — Да. — Это он и есть. — Спасибо! — выкрикнул Давид и побежал что есть силы.

Глава 14

Александр чертыхнулся и бросил телефон на раскалённую солнцем торпеду автомобиля.

— Что случилось? — удивлённо посмотрел на него Игорь.

Расстроенный Александр взял салфетку и протёр лоб.

— Чигиани упустили.

— Как? — удивлённо вскрикнул лейтенант.

— Похоже, слежку заметил. Таксист развернулся через две сплошные, — он подул себе на грудь и через паузу добавил: — Короче, потерял его Смирнов.

— Да уж... Кто-то получит по башке.

— Кто-то? — с сарказмом спросил Александр. — Кажется, я знаю кто.

Он ударил по рулю кулаком, выругался и снова взял телефон в руку.

— Ладно, будь что будет, — успел он произнести, пока на другом конце еще не сняли трубку.

— Слушаю, — раздался в телефоне, хриплый голос начальника.

— Товарищ полковник. Первый.

— Да, я слушаю тебя, Саш.

— У нас чс.

— Началось…Что случилось? — насторожился полковник.

— Чигиани упустили.

— В смысле упустили? — недовольно выкрикнул он. — Как это случилось? Давай подробности.

— Чигиани отогнал машину Белозёрова к ЖК «Алые паруса», поставил её на стоянке, вызвал такси и потом, видимо, заметил слежку. Машина развернулась через две сплошные. Смирнов не успел за ним.

— Видимо, — с сарказмом произнес полковник. — Скажи Смирнову, в понедельник мне на стол объяснительную.

— Так точно, товарищ полковник.

— Таксиста остановили?

— Так точно!

— Куда он отвез Чигиани?

— Коттеджный поселок на Пятницком шоссе.

— Он там сейчас?

— Неизвестно. Скорее всего, там, но подтверждения пока нет.

— Дом пробили? Кто в теремочке живет?

— Пробили. Семья, грузины. Может быть, родственники... По нашей картотеке на них ничего нет. За домом установлено наблюдение.

— Смирнов там?

— Так точно.

— Один справится?

— Так точно.

— Пусть только попробует упустить... еще раз...Я ему устрою…

— Понял, товарищ полковник, — перебил Александр.

— А зачем Чигиани отогнал машину Белозёрова, есть соображения?

— Не могу знать товарищ полковник. Возможно, бухают.

— Возможно, — подтвердил полковник. — Больше ничего?

— Пока всё.

— Хорошо, продолжайте наблюдение.

— Так точно, товарищ полковник, — отрапортовал Александр и, отключив вызов, выдохнул.— Вроде пронесло.

— Ты бы на себя со стороны сейчас посмотрел, — засмеялся Игорь.

— Я бы на тебя посмотрел...

— Ты бы мне лучше сказал, чо мы здесь сидим? Чего ждем? Ну нажрутся они сейчас и по домам разъедутся. Дальше-то что?

— Давай я лучше полковнику сейчас наберу, и ты сам у него спросишь.

— Ну уж нет, — улыбнулся лейтенант.

— Вот и сиди тогда, не выступай.

Глава 15

Давид Чигиани вглядывался в лица гуляющих в парке людей, но никак не мог найти среди них своих детей и супругу. Он взял телефон и набрал Лейле.

— Вы где?

— В кафе, на улице сидим, — безразличным тоном ответила она.

Давид свернул за угол здания и, выйдя из-за угла дворца, увидел большое летнее кафе. И хоть в нем почти все столики были заняты, он почти сразу увидел обедающих детей и супругу. Давид подошел, поцеловал мальчиков и пожал им руки. Наклонился к жене, но она демонстративно от него отвернулась и, как ему показалось, недовольно фыркнула.

— Пап, почему ты не приехал? — обиженно спросил его старший сын, держащий в руках хинкали.

— Зураб, меня срочно вызвали на работу, — ответил Давид, усаживаясь за стол.

— Ага, — ухмыльнулась Лейла.

Давид осуждающе посмотрел на супругу:

—Ты думаешь, я тебя обманываю?

— А я не знаю, обманываешь ты или нет. Что ты хотел?

— Давай не при детях. Нам нужно поговорить.

— Они уже большие, вот пусть и послушают, что хочет сказать папа.

— Лэйла, — он повысил голос и уставился на жену.

— Говори! — командным тоном сказала она.

Давид замешкался. От Лейлы он перевел взгляд на старшего сына, затем на младшего, высасывающего из трубочки яблочный сок.

— Ну хорошо. Вам срочно нужно уехать.

— Ха-ха- ха, — расхохоталась жена, и откинулась на спинку стула. — С чего это вдруг? Мы и так сейчас не живем вместе.

— Лейла...Вам угрожает опасность, и нужно на время... хотя бы на месяц, уехать к бабушке.

Она удивлённо округлила глаза:

— В Тбилиси?

— Да.

— Что же ты такого натворил, что нам нужно уехать из страны?

— Я не могу тебе сейчас этого сказать.

— Я не удивлена. Ты опять во что-то вляпался?

— Это очень сложно, — проронил он, глядя на деревянный пол летнего кафе. — Пойми, сейчас вам просто необходимо уехать из страны.

— А знаешь что? Мы поступим с тобой проще, — с вызовом произнесла она.

— Как?

— Я разведусь с тобой, и нам не придется никуда уезжать.

— Лейла, ты не понимаешь, — испуганно произнес супруг.

— Давид, мне надоело все это. Я столько лет стараюсь тебя понять. Прошу, уговариваю, а ты не меняешься.

— Ну мам...не разводитесь, пожалуйста, — произнес младший сын, и его глаза заблестели от слез.

— Так, это не детский разговор, — строго сказала она. — Смотри лучше в свой стакан. А еще лучше, доешь то, что у тебя в тарелке.

— Мама, — произнес старший, — мы не хотим...

Лейла вскинула наверх руку и, выставив вперед ладонь, громко произнесла:

— Я все сказала!

Давид наклонился к супруге:

— Если хочешь, давай разведемся, но я прошу тебя прислушаться ко мне. Это опасные люди.

Лейла отмахнулась от него как от назойливой мухи:

— А у тебя все друзья такие.

Он сомкнул ладони перед подбородком и прошептал:

— Лейла, я тебя умоляю. Прислушайся ко мне. Я прошу...

— На-до-е-ло! — произнесла она по слогам. — Никуда мы не поедем!

И тут же выкрикнула:

— Официант, счёт, пожалуйста!

— Я оплачу, — сказал Давид, доставая из кармана портмоне.

— Спасибо, не надо, — брезгливо поморщилась она, словно наступила в коровьи экскременты.

Давид оскорбленно посмотрел на супругу и обреченно спросил:

— Что ты собираешься делать?

— Мы погуляли и едем домой. Да мальчики?

— Ты обещала покатать нас в карете, — недовольно произнес младший.

— В другой раз, — резко оборвала она. — Там слишком большая очередь. Сейчас мы возвращаемся к тете Нино. Она обещала испечь вкусный пирог с мясом.

— Ура-а-а, — закричал младший и захлопал в ладошки. — А папа с нами поедет?

— Нет, — твердо произнесла она. — Папа поедет по делам. У папы очень много дел.

Давиду было обидно все это слышать, но он понимал, что спор с супругой совершенно бесполезен. Вытерев салфеткой пот с лица, он поднялся из-за стола.

— Зураб, Миша, — я приеду к вам завтра, хорошо? — неуверенно произнес он.

— Хорошо, пап, — ответил Зураб.

— А мы поедем завтра на ВДНХ? — спросил Миша.

— Да, обязательно поедем, — произнес он и понял, что пора уходить, не в силах сдержать слез. Он по очереди обнял сыновей и поцеловал их.

Лейла лишь молча ухмыльнулась, стараясь не смотреть на мужа. Давид попрощался с родными ему людьми и, вжав голову в плечи, побрел из парка на выход, утирая пальцами накатившиеся слезы.

«Ну что ж, у меня нет выбора, — подумал он про себя, и его руки снова затряслись от нахлынувшего волнения. — Мне придется его убить».

Глава 16

Удобно развалившись в кресле, изрядно пьяный Олег прихлебывал виски. Перед ним, на табуретке стояла тарелка, в которой лежало несколько кусочков колбасы, сыра и надкусанный лимон. Труп Белозёрова лежал практически у его ног, а из-под тела приятеля натекла изрядная лужа крови.

В дальнем углу комнаты, у окна, взглядом, полным горечи и презрения, на него смотрела Антонина Степановна Фурцева. — Чо вылупилась? Ты теперь всегда будешь рядом? Но Антонина Степановна, проигнорировала его вопрос и даже не пошевелилась. — Презираешь меня? — спросил он, отхлебнув ещё немного напитка. — Можешь идти, включать свет или воду. Чем ты меня еще можешь удивить? Давид не выходил на связь уже несколько часов, не брал трубку и не перезванивал.

«Предал, грузин. Как чувствовал, что надо было его кончать. Ну, он ещё пожалеет об этом. Играть со мной задумал? Я тебе поиграю», — разгневанно подумал Самарин и, ударив кулаком по дивану, взял трубку телефона. Он набрал в записной книжке человека, записанного как Безумный Макс. После долгих гудков, на другой стороне сняли трубку, но не проронили ни слова. — Здорово! — произнес Олег в трубку. — Слушаю, — ответил хриплый мужской голос. — Пиши адрес, разговор есть. Срочный. Через час в дверь позвонил мужчина. Он был высок ростом, худощав, абсолютно лыс, а большая часть лица была обезображена сильным ожогом. Его руки украшали размытые старые наколки, намекающие о его богатом криминальном прошлом. — Говори, — произнес он, презрительно глядя на Олега. Но Самарин не спешил говорить на площадке и кивком головы пригласил войти в квартиру. Мужчина вошел и взором матерого уголовника окинул мрачную, небогато обставленную квартиру и едва заметно скривил лицо. — Мне нужна твоя услуга, — сказал Олег, протягивая Максу стакан виски. Мужчина помотал головой, отказавшись от выпивки. — Так. — Нужно наказать одну семейку. Плачу хорошо. — Слушаю. — Сделай, как ты умеешь. Макс едва заметно улыбнулся.

— Насолили?

— Не твоё дело, — грубо ответил Самарин.

Фурцева обошла уголовника и встала у входной двери за его спиной.

— Пошла вон отсюда, — выкрикнул ей Самарин.

Мужчина со шрамом оглянулся и удивлённо посмотрел на Олега.

— С тобой всё в порядке? — спросил он, прищурив глаза.

— Не обращай внимания. Ходит тут одна…

— Ты бы завязывал, — произнес он с сожалением и кивнул, на стакан. — До добра это тебя не доведёт.

— Тебя кто-то спрашивал совета? — гневно выкрикнул Олег.

Макс виновато пожал плечами. — Правильно ли я понял, что нужно сделать так, чтоб эти люди навсегда исчезли? — спросил он, вглядываясь в глаза Самарина. — Да. — Когда? — Сегодня. — Хм...За срочность надо накинуть.

Олег протянул мужчине перетянутую резинкой пачку стодолларовых банкнот. — Держи. Я думаю, этого хватит.

Макс взял пачку в руки и потряс ею в руках и присвистнул.

— Кто такие?

— А тебе не всё равно?

— Так не пойдёт, — ответил Макс и нехотя протянул деньги обратно.

Но Самарин не спешил брать у него деньги.

— Это будет легко. Там баба и два пацана.

— Что за пацаны?

— Дети.

— Нет, я на такое подписываться не буду, — возразил мужчина со шрамом.

— С чего это вдруг? — удивился Самарин.

— У меня принципы.

— Принципы у тебя? — выкрикнул Олег. — Может, напомнить, как ты сжёг семью с годовалым ребёнком?

— Там другое, — возразил Макс. — Я не знал, что к ним приедет дочка с ребёнком.

— Это что-то меняет?

— Да.

— Принципы, — с сарказмом повторил Олег и прошёл в комнату. Он вернулся оттуда ещё с одной пачкой денег и швырнул её в ноги уголовника. Макс неодобрительно посмотрел на Самарина, но всё же поднял деньги и, посмотрев на купюры, пересчитал их.

— Хорошо. Есть пожелания? — Нет, прояви фантазию. Нет фантазии, пусть сгорят заживо. Мне всё равно. — Хорошо, — кивнул он, убирая в карман деньги. — Сколько их? — Я тебе сказал, баба и двое детишек, но живут они сейчас в частном доме, и сколько всего в доме людей, я не знаю.

— Хреново. — Лучше скажи, мне сразу, справишься? Или мне подключить более серьёзных людей, у которых нет принципов? — спросил Самарин, глядя в глаза мужчины, отдавая себе отчёт в том, что больше ему не к кому обратиться.

Большая сумма денег, уже приятно согревала ногу Максу, и расставаться с ними он уже не собирался. — Ладно. Придумаю что-нибудь. Самарин протянул ему листок с адресом. Мужчина прочитал записку и кивнул головой, хотел положить её себе в карман.

— Давай сюда! — грозно выкрикнул, Самарин. — Адрес запомнил?

— Да.

Макс протянул записку Самарину, и Олег, скомкав листок, засунул его себе в карман.

— Можешь исполнять.

Глава 17

Палящее солнце уже скрылось за горизонт, оставив о себе лишь память о ярко-багряном закате. Москву окутали серые сумерки. Вечерние фонари в городе ещё не зажгли, и улица выглядела словно в 2005-м, после аварии на Чагинской электроподстанции.

Купив в магазине бутылку красного, Давид проткнул пробку в горлышко и без удовольствия вылил её содержимое в глотку. Спустя несколько минут алкоголь подействовал. Сосуды расширились, и он заметил, как прошла мелкая дрожь, сопровождающая его целый день. Выпив остатки вина у подъезда, он швырнул бутылку в кусты и уверенно зашёл в него.

Но поднявшись на этаж, ему снова стало страшно. Он несколько минут простоял у двери, не решаясь нажать кнопку звонка. Ему было страшно оказаться один на один с человеком, несколько часов назад убившим своего приятеля. Руки снова затрясло, казалось, что всё его тело сопротивлялось тому, что уже стало неизбежным. Он почувствовал, как начали неметь ноги, а по спине пробежал холодок. В голове начали путаться мысли, а мозг кричал, что нужно бежать отсюда. Бежать как можно дальше. Бежать без оглядки. Бежать, и не переходить кровавую черту, которая разделит его жизнь на до и после, поставив в один ряд с убийцами. Но другого выхода из ситуации он уже не видел и посчитал, что единственным верным решением, было устранить самую главную причину его несчастья. Давид вынул из пакета купленный в супермаркете большой кухонный нож и, засунув его за спиной за брючный ремень, нажал кнопку звонка. Олег открыл дверь не сразу и, прежде чем впустить его в квартиру осмотрел лестничную клетку, в руке убийца держал нож с засохшей на нём кровью Андрея. — Пакет, ты бросил? — спросил он, глядя на пол подъезда. — Нет, — растерявшись, соврал Давид, отметив про себя, что Олег уже изрядно поднабрался. — А кто? — Не знаю, — промямлил он. Олег распахнул дверь шире: — Заходи, — настороженно произнес Самарин, заметив изменения в глазах и поведении Давида. Переступив порог, Чигиани протянул Олегу канистру. — Вот! Самарин взял канистру в руку и грозно произнёс: — Тебя где носило столько времени, придурок? Давид решил действовать немедленно. Вынув из-за спины нож, он нанес Олегу рубящий удар. Но Самарин словно ожидал этого и вовремя отскочил назад. Нож разрезал рубашку Самарина, около плеча и рассек ему плоть, но не причинил серьёзного урона. — Ах ты, иуда! — зашипел он, посмотрев на неглубокую кровоточащую рану, и со всей силы швырнул в Давида канистрой с бензином. Чигиани увернулся от удара, но тяжёлая канистра всё равно попала в цель и дезориентировала его. Воспользовавшись его замешательством, Самарин тут же кинулся на соперника и нанес удар ножом сверху. Давид среагировал и, вовремя подняв руку, заблокировал опасный удар. Нож мгновенно вошел в его предплечье, разрезав ткань рубашки и оголив окровавленную руку. Давид вскрикнул от резкой боли и сразу же бросился с ножом на соперника. И под напором Давида, Самарин не смог устоять на ногах. Мужчины, схватившись друг за друга, с грохотом рухнули на пол и выронили из рук ножи. Оказавшись сверху, Чигиани попытался удержать Олега на полу, но тот пытался вырваться и оказывал серьезное сопротивление. Давид понял, что долго не удержит его в таком положении, и потянулся за отлетевшим в сторону ножом. Самарин, воспользовавшись ситуацией, скинул с себя Чигиани, выбрался из-под него и, вскочив на ноги, закричал: — Тебе конец! Давид быстро поднял нож и принялся наступать на безоружного Самарина. — Ты же понимаешь, что уже не уйдешь отсюда живым? — прохрипел Олег и, сорвав с вешалки зонт-трость, ударил им наотмашь по лицу нотариуса. Пропустив удар, Чигиани удалось схватиться рукой за зонт. Он потянул его на себя, но Самарин тут же ударил его ногой в живот. Давид согнулся от боли, и в этот же момент последовал мощный удар кулаком в голову. Глаза Чигиани затуманились, и, впадая в беспросветную мглу, он рухнул на пол. Давид пришел в себя минут через двадцать. Открыв глаза, он увидел, что лежит на полу в комнате, а его руки связаны за спиной. — Ну что, допрыгался? — первое, что услышал Давид, пытающийся понять, что с ним произошло. Ухмыляющийся, довольный собой Самарин, стоял спиной к окну и наблюдал, как Давид пытается подняться. — Думал грохнуть меня и дело с концом? Какой же ты придурок. Я же предупреждал тебя. Ты думаешь, я не знаю, где сейчас живут твои дети? — ухмыльнулся он. — Я ещё час назад, отправил туда своих людей, — ухмыляясь, произнёс он.

Давид почувствовал, как закипает его кровь. Он собрался с силами, зарычал и попробовал освободиться от веревки, но у него ничего не вышло. Самарин лишь засмеялся, глядя на беспомощного нотариуса. Тогда Давид начал крутить кистями рук, пытаясь хоть как-то ослабить верёвку. Но она не поддавалась, а раненая рука онемела, и он практически перестал её чувствовать. — Послушай, Олег, отзови своих людей. Дети здесь ни при чём. Хочешь, убей меня, но не трогай детей. Прошу тебя. — Закончил? — ухмыльнулся Самарин. — Я уже не смогу отозвать их. Деньги получены. Я уверен, что они даже не возьмут трубку. Так что, обратной дороги нет. — Не смей, — разгневанно закричал Давид. — Слышишь! Не смей!

— А то что? – ухмыльнулся Самарин.

— Это наши с тобой дела, прошу, не трожь мою семью. Прошу тебя, позвони им. Олег взял со стола бутылку виски и, сделав несколько жадных глотков, набрал чей-то номер телефона. Спустя какое-то время, он отключил вызов и положил его в карман. — Ну вот. Я же говорил. Они не возьмут трубку, пока не закончат, иначе им придётся вернуть деньги.

— Олег, пожалуйста. Я сделаю всё, что ты захочешь, дай мне позвонить.

— Я больше не верю тебе. Я же предупреждал тебя, придурок, — продолжал ухмыляться Олег. — А ты трубку не брал. Что я должен был подумать? — Пожалуйста, я тебя прошу, — взмолился Давид. — Отмени всё это. — Не могу, — хихикнул он и добавил. — И не хочу… Веры тебе нет.

Самарин взял канистру с бензином, открыл крышку и начал поливать вонючей жидкостью мебель, шторы и диван. Сначала он обильно полил Белозерова, затем подошел к Чигиани и выплеснул бензин ему на голову.

— Вот ведь как бывает. Думал распилить Андрюшу и прикопать его на участке, но ты изменил мои планы. Ну что ж, так ещё проще. Сгорите здесь вместе, и концы в воду.

Давид изо всех сил выкручивал запястья. Веревка впивалась в кожу, и он чувствовал, как она разрезает ему руки. Он сделал усилие, ещё усилие, и веревка неожиданно ослабла и поддалась. Давиду удалось протиснуть сквозь неё руку. Теперь его руки были свободны. Он решил не форсировать события и дождаться подходящего момента, отдавая себе отчет, что правая рука ему уже не помощница и действовать надо наверняка. Он оглядел комнату, в поисках какого-нибудь подходящего оружия и заметил, что нож Самарина лежит на тумбочке у телевизора. — Жаль только, что соседние квартиры могут из-за вас пострадать, — хихикнул Самарин. С остатками бензина он прошёл на кухню и оттуда выкрикнул: — Но моей вины в этом нет. Это ты во всём виноват!

Давид вскочил на ноги, схватил нож и встал у входа в комнату, он слышал, как Самарин что-то напевает и всё ещё расплёскивает по углам бензин. Закончив с бензином, Олег бросил канистру на пол и направился в комнату. Тяжёлые шаги Самарина, были всё ближе: — Ну что... — только и успел произнести Самарин, переступив порог комнаты и увидев перед собой Давида, испуганно остановился. Чигиани выдохнул и по самую рукоять воткнул ему острое лезвие в живот. Глаза Олега расширились от удивления и неожиданности. Он замер как изваяние, отказываясь верить в то, что произошло. Медленно опустил голову вниз, словно пытаясь, увидеть свою рану. Давид вынул нож, и кровь хлынула из его открытой раны. — Сука! — прохрипел Олег, его ноги подкосились, и он повалился на пол. Давида затрясло еще больше, руки буквально ходили ходуном. Он смотрел, как лицо Самарина скорчилось в гримасе боли, как кровь растекается по его животу и не мог взять себя в руки. Давид смотрел на умирающего Олега, и как только тот потерял сознание, сразу вышел из оцепенения. Боясь дотронутся до Самарина, он всё же заставил себя вырвать из рук его зажигалку. Достал из кармана сторублёвую купюру, поджёг её и поднёс к шторе. Огонь вспыхнул мгновенно и с неимоверной скоростью начал распространяться по квартире. Вспомнив, что он сам облит бензином, Давид стремглав выскочил из квартиры, хлопнул дверью и бросился вниз по лестнице.

Глава 18

На улице смеркалось. В доме напротив, зажигался свет люстр и галогеновых лампочек. В окнах отсвечивало мерцание работающих телевизоров. Офицеры, проводящие весь день в автомобиле, наконец, с облегчением вздохнули, когда в раскрытые окна «девятки» начал задувать легкий ветерок. Температура воздуха заметно спала, в воздухе всё ещё пахло гарью, но уже чувствовалось присутствие кислорода.

— Сейчас бы пивка и футбольчик посмотреть, — мечтательно произнёс Игорь.

— Тебе лишь бы пивка.

— А то ты отказался бы.

— Не, ну почему сразу отказался? Приду с работы и обязательно тяпну. А ещё лучше, поеду на дачу. Там у нас речка.. — не договорил он, как на углу дома появилась мужская фигура. Прихлебывая из бутылки, мужчина неспешно подходил к подъезду. — Смотри! — произнёс Александр, наблюдая, как Гичиани бросил в кусты пустую бутылку вина. — Что? — спросил развалившийся на сиденье лейтенант и, приподнявшись, уставился в окно. — Вроде Чигиани.

Мужчина наклонился ближе к стеклу.

— Да, точно он, — убедился Александр.

Чигиани, не спешил заходить внутрь, он ещё какое-то время постоял у подъезда, словно борясь с одолевающими его сомнениями, и всё же вошёл внутрь. — Вот те здрасти, — удивлённо произнёс Игорь и хихикнул: — А Смирнов, интересно, кого там пасёт? — Сейчас узнаем, — ухмыльнулся Александр, взяв в руки телефон. — Алло, Юр, как у тебя там? — улыбнулся майор и подмигнул повеселевшему коллеге. — В смысле нормально? А мы вот тут Гичиани наблюдали только что, как тебе такое? — хихикнул Александр. — Ладно, давай сюда чеши, быстро! — приказал он. — Куда, куда, к дому Самарина, откуда ты вёл Гичиани… Какие ещё типы? Тебе какое дело, кто там трётся у дома? Давай бегом сюда! Нет! Это даже не обсуждается, — он отключил вызов и, посмотрев на напарника произнёс: — Нормально у него! Оба негромко засмеялись.

— Кто там у него и где трётся? — всё так же смеясь, спросил Игорь.

— Не знаю. Говорит, какие-то подозрительные люди трутся у дома, где сейчас живёт семья Гичиани, — улыбнулся майор.

— Яблоки, наверное, воруют.

— Делать что ль нечего? Кому они сейчас нужны?

— Ну не скажи. Я яблоки очень люблю.

— Ну не настолько же, чтоб лазить за ними на соседний участок?

— В детстве у бабки в деревне лазил.

— Своих не было?

— Были, но чужие-то вкуснее.

Майор удивлённо посмотрел на напарника и замолчал. В машине воцарилась тишина, все темы за день уже были обсуждены, и коллеги немного устали друг от друга.

Минут через двадцать Игорь решил прервать молчание и сладко зевнул: — Саш, я во двор отойду?

— По нужде?

— Нет, ноги затекли, разомну немного, ну и по нужде тоже не помешает.

— Хорошо, только давай недалеко. — Договорились, — ответил лейтенант и, выйдя из машины, разогнув спину, потянулся. После чего сделал пару упражнений на вращение. — Иди уже ! — негромко выкрикнул майор. — Не привлекай внимание. Игорь направился в сторону спортивной площадки и исчез в темноте. Минут через пять, подъездная дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену дома. На улицу выбежал совершенно обезумевший Давид. Одна его рука висела плетью и была окровавлена, во второй он держал нож. Александр, сидящий в машине, вглядываясь в происходящее, наклонился ближе: — Это что ещё такое? — пробормотал он, вглядываясь в темноту. На звонок полковнику времени не было. Надо было принимать решение. Нож и окровавленная рука Чигиани, перевесили все его сомнения, и он принял решение задержать подозреваемого. Давид кинул нож в клумбу, посмотрел на окна квартиры и бросился в тёмный двор. Александр выскочил из автомобиля и побежал за ним. Словно почувствовав, что его преследуют, Давид ускорил бег. — Стоять! Стрелять буду, — закричал Александр. Страх от того, что его преследуют дружки Самарина, придал ему ещё больше сил. Давид посмотрел через плечо и, пересекая спортивную площадку, рванул в сторону дороги. Справа от кустов, отделилась большая фигура высокого мужчины, и со скоростью, которой позавидовала бы рысь, он бросился на Давида, сбил с ног и повалил на землю. Чигиани кубарем прокатился по траве, и мощная фигура фээсбэшника окончательно вмяла его в землю и сковала движения: — Не дергаться! — закричал Игорь, и рывком перевернул Давида на живот. Лейтенант заломил нотариусу руки за спину и выкрикнул: — Работает ФСБ. Игорь ловко накинул ему на кисти наручники и защелкнул на запястьях. Спустя пару секунд подбежал Александр и, согнувшись, тяжело выдохнул: — Молодец, Игорёк.

— О-о-о, а я смотрю, у кого-то отдышка появилась, — ухмыльнулся Игорь.

— Поговори мне ещё. Давай поднимаем. Ведём к машине.

Сотрудники государственной безопасности взяли Чигиани под руки, резким рывком поставили на землю и повели в обратном направлении.

Глава 19

Юрий Смирнов уже несколько часов сидел в раскалённой на солнце машине. Наблюдение за домом, где, по его предположениям, должен был находиться Гичиани, мало что давало. Он видел, как несколько часов назад, к дому подъехала супруга Давида вместе с детьми. Но самого Чигиани он по-прежнему не наблюдал. С каждым часом его все больше одолевали сомнения, находится ли сейчас в доме Давид. Уже несколько часов он злился на себя за то, что дал облапошить себя таксисту, а ведь когда-то он занимался экстремальным вождением и даже участвовал на городских соревнованиях. В понедельник ему предстоит нагоняй от руководства и по данному факту, написание объяснительной.

За городом сумерки наступали раньше, чем в городе и это обстоятельство не могло не радовать Юру. Как только вокруг стало совершенно темно, а до ближайшего фонаря было не менее семидесяти метров, он выскочил из машины и сразу бросился в кусты. «Чертово кофе», — выругался он, приспуская штаны. Шум приближающейся машины, шуршащей по щебню, он услышал сразу. Оставалось только понять, куда именно едет автомобиль. Сквозь кусты, ему хорошо была видна подъезжающая к дому старая иномарка. Фары машины были выключены, и это сразу насторожило Юрия. Решив, что у него идеальное место для наблюдения, он остался за кустами и пожалел лишь о том, что оставил свой пистолет в бардачке. Чёрный тонированный автомобиль, словно крадучись, медленно приблизился к дому, и на миг остановился напротив лейтенанта у дома Чигиани. Машина проехала ещё метров двадцать и, остановившись в тени деревьев, её водитель заглушил двигатель. Из машины вышли двое мужчин. Они были одеты в тёмную одежду и вели себя крайне подозрительно. Мужчины не разговаривали в полный голос и лишь изредка перешёптывались между собой. Жаркий день всё ещё давал о себе знать, и Юрию показалось странным, что на мужчине, что был повыше ростом, была вязанная шапочка. Второй был пониже ростом, плотнее своего напарника, он тоже надел на голову шапку, и теперь Юрий был уверен, что они здесь не просто так. Мужчины почти одновременно размотали шапки, превратив их в маски, на которых были только прорези для глаз. Тот, что был повыше ростом, открыл багажник, вынул из него ружьё и передал в руки напарнику. Отсыпал ему в руку несколько патронов. Крепыш сразу же зарядил ружьё и ещё несколько патронов положил себе в карман. Высокий взял из багажника помповое ружьё и по очереди загнал в него пять патронов. «Итого семь, до перезарядки», — прикинул лейтенант, в тот самый момент, когда у него в кармане завибрировал телефон. — Алло, — прошептал он, в трубку. — Нормально… Хорошо. Здесь какие-то типы подозрительные у дома трутся… Понял…— шёпотом ответил он, отключил вызов и засунул трубку в карман.

Мужчины подошли к воротам, тот, что выше ростом, закрыл камеру домофона рукой и нажал кнопку звонка. Во дворе залаяла собака. Высокий что-то показал рукой напарнику, и он, встав спиной к забору, взял оружие на изготовку.

— Это ваш сосед, моей жене плохо, — выкрикнул в домофон высокий. — У вас нет каких-нибудь таблеток от давления?

— Вас совсем не видно, — ответил женский голос.

— Фонарь не горит. — Хорошо, подождите одну минуту, я сейчас вынесу. Юрий пригнулся и, стараясь не выдать себя, начал пробираться к машине. Обойдя её сзади, тихо открыл дверь переднюю дверь и нырнул на сидение. Выдохнул, достал из бардачка пистолет и снял его с предохранителя. Он сполз с сидения назад, присел у двери и начал наблюдать. Через мгновенье Юрий услышал, как кто-то открывал металлический засов. И хоть состава преступления пока ещё не было, он решил, что медлить нельзя, иначе преступники могут убить того, кто за дверью. Выбора не было, и он решил вызвать огонь на себя. Лейтенант вскочил на ноги и закричал: — Стоять! Бросай оружие, стрелять буду. Стоящий спиной к забору, сразу же заметил Смирнова, и тут же выстрелил в него дважды. Первая пуля просвистела над ухом Юрия и, казалось, даже обожгла мочку, вторая вошла ему в левое плечо, и неимоверная сила приподняла его над землей и отбросила назад. Он не сразу почувствовал боль, упав на землю, лейтенант перевернулся и дважды выстрелил в ответ. Оба выстрела попали в цель. Преступник ахнул, бросил ружьё и, схватившись за простреленную грудь, упал лицом на щебёнку. Высокий выстрелил в направлении автомобиля сотрудника ФСБ и рванул в сторону своего автомобиля. — Стоять, — закричал лейтенант и несколько раз выстрелил по его ногам. Одна из пуль попала в ногу убегающего, и, схватившись за заднюю поверхность бедра он всё ещё пытался бежать, но спустя несколько метров упал. Юрий поднялся с земли и, подойдя к преступнику, всё ещё удерживающему помповик, наступил ему на руку. — Брось! — Мусор, поганый, — прорычал он, разжимая от боли пальцы. Юрий отбросил ружьё в сторону. — Лежать, тварь, — скомандовал лейтенант. — Руки за спину, — Юрий ударил его ногой по рёбрам, заставив принять единственное верное решение. — Ну! —лейтенант достал из кармана пластиковый хомут и стянул его на обеих запястьях преступника, после чего сорвал с него маску. Лицо преступника почти полностью было покрыто шрамами от ожогов. — Нежнее, — недовольно выкрикнул задержанный. — Нежнее могу только с бабой, — парировал Юрий. — Но ты ведь не баба? Высокий что-то невнятно пробурчал он в ответ.

— Тогда терпи. За спиной послышался лай собаки и приближающиеся к нему настороженные шаги женщин. Юрий обернулся. — А что здесь происходит? — испуганно спросила Нино, удерживая за поводок злобно рычащую овчарку. — Задержание опасных преступников. — Ой, — схватилась она за сердце. — Это же они нам в дверь звонили? — Дамы! Вызовите, пожалуйста, скорую, скажите адрес и то, что ранен сотрудник полиции, — произнёс Смирнов и добавил: — Огнестрельное ранение. — Да, да, конечно! — откликнулась Лейла и сразу побежала в дом. — А я что ж, не человек что ль? — лежа возмутился Макс. — Пока не знаю. С виду похож, но я не уверен. — Сука, — прошипел он в ответ. Юрий взял телефон и набрал Александру.

— Алло! — Саш, это Юра. Мне нужна помощь. — Вовремя, ничего не скажешь. Я бы тоже не отказался, — тяжело дыша, ответил Александр. — Я задержал тут двоих, пришли кого-нибудь. — Юр, немного неудобно сейчас. Руки заняты. Игорьку набери или вызови наряд.

Затем последовал грохот, и Александр чертыхнулся. Юрий предположил, что майор выронил из рук телефон. «Чем они там занимаются?»

Глава 20

Подхватив под руки задержанного, сотрудники федеральной службы безопасности подвели Чигиани к машине. Схватившись за наручники, Александр грубо приподнял Давида за руки, и задержанный застонал от боли. — Рассказывай, — с угрозой в голосе, выкрикнул Александр, — зачем убил Белозёрова? Игорь удивлённо посмотрел на напарника. — Я...я...Я его не убивал, — затрясся от страха Чигиани. — А кто убил? — спросил он, ещё сильнее приподняв его руки. — Самарин. Офицеры удивлённо переглянулись, и Александр понял, что попал в самую точку. — Где труп? — подыграл Игорь, поняв, что Александр раскручивает задержанного. — В квартире, — прохрипел Чигиани. — А Самарин? — Я убил его, — обречённо произнёс Давид. Сотрудники госбезопасности снова переглянулись. — В кусты, нож выбросил? — продолжал Александр. — Да. — Игорь, найди нож, — майор кивнул в сторону кустов. — Только аккуратно, не сотри пальчики. — Есть, — ответил он, направляясь к подъезду. — Послушайте, пожалуйста, — взмолился Давид. — Помогите, прошу. Они убьют мою семью. — Кто они? — спросил Александр, отпустив Чигиани. — Люди Самарина. Он послал их к моим детям, чтобы убить. Пожалуйста, я вас очень прошу, — на его глазах появились слёзы. — Умоляю. Я всё расскажу, только спасите их. Позвоните моей жене и скажите ей, чтобы срочно уходила из дома. — Она сейчас в СНТ «Металлург»? — спросил Александр. — Да, откуда вы знаете? — удивился Давид. Майор взял телефон, но Юрий не снял трубку. — Чёрт! — выругался он. Игорь подобрал нож и уже возвращался назад, когда увидел в квартире пожар: — Смотри! — выкрикнул Игорь майору, показывая наверх. В окне седьмого этажа, бушевало открытое пламя, и серо-чёрный дым уже пробивался сквозь раму окна, где должна была располагаться комната. — Это ещё что? — удивлённо посмотрел на окна Александр и закричал Игорю: — Остаёшься с ним. Вызывай МЧС, дозвонись Смирнову, пусть возвращается к дому Чигиани. Срочно!— успел выкрикнуть он, вбегая в подъезд. Запах гари уже чувствовался на первом этаже. Добежав по лестнице до седьмого, тяжело дыша и хватая ртом удушливый дым, майор приоткрыл дверь. Сильный запах горелого пластика, и серо-чёрного дыма тут же ворвался на лестничную площадку. Лицо Александра обдало жаром полыхающего в квартире пламени. Прикрыв нос локтём и стараясь не дышать, майор ФСБ ворвался в квартиру. Огонь распространился уже практически везде, едкий запах тут же ударил ему в нос и заставил прослезиться глаза. Александр переступил через лежащего в проходе Самарина и вбежал в охваченную огнём комнату. В задымлении он едва не споткнулся о лежащее на полу тело мужчины, объятое пламенем. «Белозёров, — сообразил он, — мёртв», — предположил он, видя, как огонь пожирает его спину. Александр вернулся в коридор, перевернул мужчину. Живот Самарина был окровавлен, мужчина не дышал. Майор схватил его за руки и потащил в сторону двери. Сразу справиться с тяжёлым телом не получилось. Не в силах больше задерживать дыхание, он бросил Самарина и выбежал на лестничную площадку. Отдышался, вдохнул в легкие воздуха, уже перемешенного с углекислым газом, и бросился назад. Снова схватил Самарина за руки и потащил из квартиры. С трудом вытащив тело на площадку, он вдохнул воздуха в лёгкие и приложил руку к его сонной артерии. Пальцы нащупали слабый пульс, Самарин ещё был жив. Языки пламени уже вырвались из квартиры, и он поволок его подальше от пожара. Звонок телефона раздался в тот момент, когда он волочил его по кафельному полу. Александр машинально схватил трубку и, зажав её между плечом и ухом, ответил: — Алло! — Саш, это Юра. Мне нужна помощь. — Вовремя, ничего не скажешь. Я бы тоже не отказался, — тяжело дыша, ответил Александр. — Я задержал тут двоих, пришли кого-нибудь. — Юр, немного неудобно сейчас. Руки заняты. Игорьку набери или вызови наряд, — успел сказать он, до того как телефон выскользнул с плеча и с грохотом упал на кафель. — Чёрт, — выругался майор и, не обращая на него внимания, продолжил оттаскивать тело подальше от горящей квартиры. Оставив Самарина на безопасном расстоянии, он бросился звонить сразу во все квартиры на лестничной площадке и сообщил, что необходимо немедленно покинуть свои квартиры. Увидев, лежащего на полу, окровавленного мужчину и уже открытое пламя, вырывающееся из соседней квартиры, жильцы хватали документы и деньги и, выбегая из квартир, столпились у лифта. — Бегите по лестнице! Кто-нибудь, предупредите о пожаре людей, живущих сверху и снизу, — выкрикнул майор. — Я наверх, — выкрикнул мужчина в спортивном костюме и, перепрыгивая через ступени, устремился вверх по лестнице. — Может, помощь нужна? — спросил пожилой мужчина с выправкой военного. — Да, мне нужно спустить его вниз. Возможно, время идёт на минуты. Мужчины схватили Самарина за руки и за ноги и принялись спускать по лестнице вниз. Вскоре их нагнал мужчина в спортивном костюме, на следующем этаже присоединились ещё двое мужчин. Когда на улицу вынесли Самарина, машина реанимации уже стояла во дворе. Врачи тут же, выдвинули носилки, и они сразу включились в работу. Фельдшеры заволокли Олега в машину, и автомобиль со включенными проблесковыми маячками и сиреной сразу же умчался со двора прочь. Следом подъехала пожарная техника, и сотрудники МЧС ринулись в подъезд. — Ну, и славно! — устало произнес уставший майор, выдохнул и посмотрел на сидящего в машине Давида. — Успокоился? — кивнул он головой в сторону Чигиани. Игорь кивнул головой: — Юра звонил. — Ах да, что там у него? — Похоже, предотвратил что-то страшное. Двое вооружённых бандитов пытались проникнуть в дом Чигиани. Одного подстрелил, второго задержал. — Красавчик, — довольно произнес Александр.

— Как ты догадался, что он убил Белозёрова?— кивнул в сторону Чигиани Игорь. — Ну, во-первых, не Белозёрова, а Самарина. Со слов Чигиани, Белозёрова убил Самарин. Во-вторых, Самарин, скорее всего, выживет. Ему повезло, что он был без сознания и только поэтому не наглотался едкого дыма. — А в-третьих? — А в-третьих, я не знал, а просто увидел состояние Чигиани и нож в его руке. Игорь улыбнулся: — Саш, ты крут! — Отдышка только мешает, — улыбнулся майор, и мужчины засмеялись.

Глава 21

В совершенно пустой безликой комнате, среди стен, выкрашенных масляной зелёной краской. В помещении с толстенной решёткой, на грязном, давно не мытом окне, из мебели были только стол и пара стульев. Света от тусклой лампочки, висящей над вмонтированным столом, стоящим посреди камеры, не хватало даже чтобы полностью осветить всё это небольшое помещение. На стуле, с защелкнутыми за спиной наручниками, свесив голову вниз, сидел бывший капитан полиции, участковый Олег Самарин. Напротив него, развалившись за столом, сидел старший следователь Федор Григорьевич Стрельнов, держащий в руках авторучку и готовый записывать показания: — Женщину ты убил, Самарин? — Какую женщину, — пробурчал Олег. — Фурцеву Антонину Степановну? — Нет. — А кто? — Белозёров. — Да неужели? — ухмыльнулся следователь. — И как же это произошло? — Как, как, взял подушку и удушил её. — Это было при тебе? — Да. — И ты просто стоял и смотрел, как он её душит? — Я попытался его остановить. Но он пригрозил мне, что и меня убьёт. — Интересно, — задумчиво произнес Федор Григорьевич. — А Чигиани утверждает, что это ты её убил. И что ты сам рассказывал об этом. Олег поднял голову и посмотрел следователю в глаза: — Чигиани там не было. Белозёров заставил меня, оговорить себя. — Как же так вышло, ведь ты главарь этой банды. — Не знаю, про что вы говорите, я не состоял ни в какой банде и тем более не был руководителем. Да и жива бабка ваша. — Кто? — удивился Стрельнов. — Фурцева. — Ты дурака-то мне не валяй. Гичиани уже пошёл на сделку со следствием и уже дал против тебя показания. Самарин приподнял голову и, посмотрев в угол комнаты, произнес: — Ну чо молчишь-то, скажи ему! — обратился он к Фурцевой, стоящей в углу. Но та все так же молча наблюдала за ним. — Чо молчишь? — закричал он. — Самарин ! — выкрикнул следователь. — Прекрати ломать комедию! Олег посмотрел на Стрельнова: — Сам тогда у неё спроси, — кивнул он в угол. — Дурачком хочешь прикинуться? Не получится Самарин. Ты загремишь на всю катушку за убийства Фурцевой и Белозёрова, а также за мошенничество в особо крупных… — Да, жива она, — закричал Олег. — Белозёров, по-твоему, тоже жив? — Нет, Белозёрова я убил. Случайно. Если б не его чокнутая жена… Андрюха был хороший парень, — с нотками сожаления произнёс он. — Жаль, что так случилось. Это была самооборона. Следователь ухмыльнулся: — Рассказывай, как это произошло? — Я защищался. Белозёров напал на меня и избил, — он показал на бордовые синяки на своём лице, — потом он достал нож. В драке мне удалось отобрать его. А потом он случайно наткнулся на него. — Это Белозёров ударил тебя в живот? — Нет, в живот ударил Чигиани. Он увидел, что Белозёров не справляется, и тоже напал на меня и ударил ножом в живот. Сами спросите у него. — Спросим, обязательно спросим, — задумчиво произнес Стрельнов. — Складно у тебя получается. Слушай, даже если ты говоришь правду и это убийство по неосторожности, в чём я очень сильно сомневаюсь, для тебя это ровным счетом ничего не изменит. — Ну а чо тогда спрашиваешь? — закричал он. — Что вам всем от меня надо? В приоткрытую дверь заглянул мужчина в белом халате и обратился к Стрельнову: — Федор Григорьевич, на сегодня надо прекратить, и, повернувшись к Самарину, спросил: — Олег, она сейчас здесь? — Да, — спокойно ответил он и махнул головой в угол: — Таращится на меня.

— Кто? — удивился следователь.

— Фурцева, — ответил Самарин. — Говорю ему, — обратился он к доктору, — что она жива, а он мне не верит. — Хорошо, — приподняв брови, ответил Федор Григорьевич и, собрав свои бумаги, поднялся. — Мне нужно с вами поговорить. Следователь вышел из кабинета и скомандовал постовому полицейскому: — Уведите! Дождавшись, когда из кабинета выведут Самарина, следователь посмотрел ему вслед и спросил у доктора: — Антон Львович, скажите мне, пожалуйста, есть шанс, что его, — он кивнул в сторону конвоируемого по коридору Самарина, — признают вменяемым. Доктор поправил халат и задумчиво произнёс: — Маловероятно, Федор Григорьевич. — Вы думаете, он не играет с нами? — Уверен. — На чём основана эта уверенность? — Мы провели различные тесты. Он постоянно общается с убитой женщиной. Он видит её везде. Я вас уверяю, Самарин серьёзно болен. — Жаль! — задумчиво произнёс следователь. — Очень жаль. Это будет слишком лёгким наказанием для него. — Вы так считаете? — Конечно. — А я знаете, что я думаю, Федор Григорьевич? Мне кажется, он уже наказан. Теперь он будет нести этот крест всю жизнь, и лишь под воздействием серьезных медикаментов Фурцева будет исчезать из его сознания. Но всё равно снова и снова возвращаться к нему.

Глава 22

В одиночной мрачной, пропитанной сыростью и влагой, камере, уставившись в пустой тёмный угол, сидел Самарин.

— Ну теперь, ты довольна? — выкрикнул он той, которую только сам мог видеть.

Антонина Степановна Фурцева с презрением ухмыльнулась, глядя на бывшего полицейского, и, стремительно приблизившись, расхохоталась ему в лицо, мужским басистым голосом.

Послесловие.

Рассказ основан на реальных событиях. Имена и фамилии персонажей вымышлены, любое совпадение случайно. Ниже я приведу топ 10 заголовков газет, громких дел оборотней в погонах, пойманных на махинациях с квартирами.

«Оборотни в погонах» лишали пенсионеров квартир» 2024.03.04

В Севастополе вынесен обвинительный приговор чёрным риелторам, работавшим в правоохранительных органах.

В 2018 году действующие тогда сотрудники полиции – участковый и инспектор ППС – создали организованную группу для хищения квартир одиноких пенсионеров. А для операций с отнятым жильём они заручились помощью знакомого, имеющего опыт сделок с недвижимостью. Также в преступную схему была вовлечена тётя одного из «стражей порядка», на которую оформлялась квартиры для дальнейшей перепродажи. Об этом сообщает старший помощник руководителя Главного следственного управления Следственного Комитета России по Крыму и Севастополю Ольга Постнова.

«Оборотни в погонах» собирали информацию об одиноких пожилых севастопольцах, которые в силу возраста или болезни не могли отдавать отчёт своим действиям. Обманом они принуждали пенсионеров передать им документы на квартиру, на основании которых изготавливалась доверенность для дальнейшей перепродажи имущества.

Аресты в Москве: в Конькове задержана банда черных риелторов в погонах. 18 января 2019

Рядовое расследование махинаций с недвижимостью на юго-западе Москвы неожиданно приняло серьезный оборот. В преступной схеме отъема жилья у одиноких людей оказались замешаны сотрудники окружного УВД. Сегодня в домах полицейских прошли обыски. Один из них – предположительно, участковый, выполнявший роль информатора, уже задержан. К делу пришлось подключаться ФСБ и Управлению собственной безопасности МВД.

Небывалый случай для столичной полиции — как минимум четырех офицеров из ОВД по району Коньково подозревают в мошенничестве, причем в составе рейдерских банд.

«Полицейские и воры. В Челябинске несколько лет орудовала преступная группа».

«Черные риелторы» и «оборотень в погонах» обокрали горожан на миллионы.

В Астрахани перед судом предстанут члены банды "черных риелторов" и "оборотней в погонах". Всего - восемь человек. Они обвиняются, в зависимости от роли каждого, в мошенничестве, превышении должностных полномочий, разбойном нападении и похищении документов, сообщили в пресс-службе областного управления СК РФ.

СМИ: Адвокат, следователь и черный риелтор Краснодар, 15 декабря, 2019 — ИА Регнум.

При расследовании действий организованных преступных группировок часто выясняется, что участники безнаказанно орудовали благодаря «крыше» в силовых структурах. В итоге представители правоохранительных органов оказываются в тюрьме вместе с подельниками, пишет «Московский монитор» в статье «Адвокат, следователь и черный риелтор»

Банда чёрных риэлторов в полном составе ждёт приговора Приморского краевого суда.

За решёткой могут оказаться сразу 8 человек: это наёмные убийцы, два бывших сотрудника милиции, помогавшие мошенникам, и несколько человек, которые занимались поиском потенциальных жертв и оформлением бумаг.

На счету банды — три убийства, все они были совершены летом 2008-го. Преступники действовали по классической схеме. Сначала находили потенциальных жертв — спившихся владельцев квартир в центре города. Угрозами, уговорами, подкупом от них получали доверенность на продажу жилплощади. После этого участь несчастных была решена - с ними жестоко расправлялись.

Когда у преступников возникли сложности, очередная жертва заподозрила неладное — к делу подключились оборотни в погонах.

В Мосгорсуде вынесен приговор по делу о махинациях с жильeм. Банда мошенников, которую организовали милиционеры, с помощью поддельных документов отнимала квартиры у одиноких жителей столицы. Финал судебного процесса.

Их прозвали бандой участковых. Четверо бывших сотрудников милиции и один действующий - придумали идеальную схему. В своих районах они находили сильно пьющих одиноких владельцев квартир и, подпаивая их, уговорами и угрозами заставляли либо отписать свою жилплощадь, либо обменять. Один из пострадавших вместо московской квартиры, например, получил участок в заброшенной деревеньке в Тверской области стоимостью в 14 тысяч рублей. В сообщниках у участковых были риэлторы и нотариусы. Все бы так и продолжалось, но один из пострадавших обратился в суд. Слушания шли 5 месяцев. Вердикт присяжных: двоих из 12 подсудимых оправдать. Сам Астапов проведет в местах лишения свободы 25 лет. Его ближайшие 3 помощника ― 25, 23 и 20 лет. Когда судья зачитывала приговор, в зале раздался шепот: «На полную катушку». Суд учел и то, что «своими действиями обвиняемые подрывали авторитет правоохранительных органов».

В Воронеже «оборотни в погонах» отобрали пять квартир у одиноких пенсионеров

Уголовное дело бывших участковых и трех их сообщников передали в суд

Сотрудники прокуратуры Воронежской области передали в Ленинский районный суд уголовное дело в отношении шести жителей Воронежа. Три из них — бывшие участковые.

По версии следствия, в 2016-2019 годах аферисты подделали документы и предоставили фальшивки в отделение Росреестра. Чиновники не заметили «липы». В результате мошенники похитили пять квартир умерших либо долго отсутствовавших одиноких пенсионеров, владевших жилплощадью на основании договоров социального найма. В итоге городской казне был нанесен ущерб на сумму около семи миллионов рублей.

По части 4 статьи 159 УК РФ «Мошенничество группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, с использованием своего служебного положения» каждому из махинаторов грозит до десяти лет лишения свободы со штрафом до миллиона рублей.

150 «невостребованных» квартир. Российского полковника заподозрили в мошенничестве с жильём

Подполковник МВД Наталья Синельщикова может быть связана с делом о мошенничестве на 150 квартир. Жильё одиноких стариков переоформляли на себя бизнесмены.

Синельщикову также проверяют на причастность к делу бизнесмена Рафаэля Хамидуллина, которого арестовали по делу о мошенничестве с 150 квартирами. Они были оформлены на предпринимателя и связанных с ним людей. У владельцев таких квартир не было наследников. Как правило, жильё принадлежало одиноким пожилым людям, которые впоследствии умирали. При этом собственники 30% квартир числились пропавшими без вести.

«Честному участковому не хватало денег, и тогда он сколотил «банду» черных риэлторов: жизнь закипела»

В Москве вынесли приговор полицейским, помогавшим «черным риелторам»

Старлеям из ОМВД «Северное Бутово» дали всего по два года колонии, так как не удалось доказать их причастность к убийству хозяев квартиры. Оперативники угрозыска, помогавшие «черным» риелторам завладеть квартирой, хозяев которой они зверски убили, получили по два года тюрьмы. Полицейских обвинили в превышении полномочий, так как их соучастие в убийстве и мошенничестве доказать не удалось.