Проклятье перемен

Часть первая. Цветок и Нож. Глава 1. Чудовище

Стефану ВикВуду предстояло сделать то, чего он предпочел бы не делать: пройтись по комнате перед девушкой. Та — темноволосая, одетая в глухое зелёное платье — сидела напротив его рабочего места, выпрямив спину так, словно носила дорогой бальный корсет. Впрочем, это вряд ли. И корсеты уже не в моде, и с деньгами у гостьи явно было не густо.

Почти не двигаясь, лишь слегка поворачивая голову, девушка изучала кабинет.

Стефан разглядывал её из смежного помещения через обманное стекло. Первое, что бросилось в глаза, — асимметрия. Он прочитал анкету претендентки, но к той не прилагалось изображения, и неправильный, чуть скошенный в сторону нос изумил. Обычно дефекты внешности его не занимали, однако в последние годы у аристократов было принято исправлять несовершенства, и Стефан отвык от неперекованных лиц.

В остальном девица была хорошенькая: белокожая, с чёрными бровями и густыми волосами, собранными в пучок. Вот только нос… Он вызовет у клиентов вопросы и раздражение. Иногда это на руку, а иногда и нет.

Подумав, Стефан решил проводить собеседование особенно строго.

Он помялся ещё пару мгновений, вздохнул и вошел в комнату.

Девушка вздрогнула — не ожидала его появления из-за двери, которую обычно принимали или за шкаф, или за вход в кладовую. Потом с приподнятыми бровями она наблюдала, как Стефан идёт к столу, помогая себе тростью. Ну да, в газетах не писали о хромоте — и это, кстати, всё, что требуется знать о работе газет. В изданиях вроде «Последних времён» он представал модником в узком пальто, цилиндре и с длинным зонтом-тростью то ли от солнца, то ли от дождя. А на деле — ни от того, ни от другого. Стефан пользовался зонтом, пока тот был закрыт.

Наконец он сел за стол и сдержанно улыбнулся.

— Добрый день, рея* Харрингтон! Как я понимаю, вы здесь из-за объявления?

Он замолчал, позволяя ей перехватить инициативу. Она сначала замешкалась, затем поняла намёк.

— Да, рей ВикВуд, я претендую на место ассистента. Я соответствую почти всем критериям, даже имею опыт работы. Могу предоставить рекомендации, — говорила она быстро, нервно. Руки в простых серых перчатках стиснули подлокотники так, словно рея не сидела, а ехала в трясучем третьем классе верхолётки.

— Я видел вашу заявку, — произнёс Стефан со скепсисом. — Три месяца работы секретарём… в Витигрэн. — Он посмотрел на девушку с выражением «это, знаете ли, даже не забавно». К образованности уроженцев Витигрэн были вопросы.

Она кивнула, принимая невысказанное возражение.

— Мне кажется, подобная работа не слишком отличается в разных странах. Я свободно говорю и пишу на асгэ. Не хуже, чем на витии. Стенографирую. Разбираюсь в амулетах**. — Речь замедлилась, девушка постепенно справлялась с волнением.

Стефан поставил локти на стол, обтянутый фиолетовым сукном, и задел идеально выровненное пресс-папье, под которым распластались свежий номер «Ежедневного разворота» и анкета претендентки.

— И зачем же вы приехали сюда? Чем плоха Витигрэн? Почему вы выбрали нашу страну, а не, например, Каэр-Иск?

Девушка вспыхнула — дурной знак. Стефан ещё не начал её по-настоящему провоцировать.

— Приехала, чтобы учиться в Королевском университете. Не хочу до конца дней работать секретаршей. Но в Витигрэн женщин после школы обучают только на медсестёр, а в Каэр-Иск… — Она сделала паузу, крылья носа раздулись. Потом сообщила с неохотой: — Я магичка. Но слабая. В Витигрэн смогу разве что заряжать накопители и быстро сгорю от отдачи. В Каэр-Иск магия сейчас вообще под запретом, мне там делать нечего. А здесь, в Асгефире, обучают всех, и не только манипуляциям, но и связи магии с естествознанием. Для меня это лучшая перспектива. Но на обучение нужно накопить денег.

Стефан нахмурился:

— То есть собираетесь подзаработать у меня и оставить место?

Рея Харрингтон не смутилась:

— Да, и я в этом с вами честна. Если моя кандидатура подойдёт, в нужное время у вас будет возможность спокойно найти мне замену. Кроме того, прежние ассистенты не задерживались с вами подолгу. Извините, я предположила, что вы и не ищете помощника на всю жизнь.

Стефан хмыкнул.

— Как минимум я ищу сильного мага, рея Харрингтон. Это написано в объявлении. Вы только что признались, что в магии слабы. — Девушка обеспокоенно сжала губы, большие глаза забегали по лицу Стефана, будто в поисках подсказки. — Однако прочим критериям вы действительно соответствуете, — признал он. — Поэтому я предлагаю вам тест: каков мой любимый напиток?

Рея помолчала пару ударов сердца. Потом чуть наклонила голову набок и спросила:

— На самом деле или тот, про который вы рассказываете в газетах?

Стефан моргнул и покосился на край её анкеты, припоминая имя: Тати.

— Любой.

— В газетах писали про крепкий кофе, чёрный как ночь! — последнее она произнесла, явно цитируя одну из посвящённых ему заметок. — Но я не помню, чтобы хоть одна кофейня пользовалась вашей известностью и называла вас своим посетителем. А они такое любят. И когда я сюда зашла, тут пахло… не кофе. Поэтому предположу, что вы предпочитаете иное.

Стефан изобразил заинтересованность.

— И чем же тут пахло? Опишите!

Тати Харрингтон сосредоточилась, задышала глубже. Под тканью платья проступил контур медальона. Потом она сдалась:

— Не знаю. Сейчас запаха нет, а воспоминания лгут.

Стефан изогнул бровь.

«Лгут, значит. Мало кто сознает, что чаще выдумывает, чем помнит».

Он подался вперёд:

— Предположите, раз начали. Давайте. — На её лице отразилось мучение. Он добавил строго, почти угрожающе: — Рея Харрингтон, ну же!

— Не знаю! — Её взгляд скользнул ему за спину. — Предположим… чай! Кимрийский зелёный чай! У вас тут стоят наборы для кимрийской церемонии!

Стефан улыбнулся краешками рта.

— Хм. А вы когда-нибудь вообще пили кимрийский чай? Знаете его запах?

— Нет... — Крылья носа раздулись вновь. — Но я ведь сразу сказала, что не знаю!

— А хотите попробовать? Чай? — Теперь уже она удивлённо заморгала. — Я серьёзно, без подвоха.

Девушка в который раз словно прощупала кабинет глазами. Заставила пальцы разжать подлокотники, распрямила их.

— Ну… почему бы и нет?

Стефан дважды нажал кнопку звонка на столе.

— Сейчас Микас привезёт воду.

Повисла пауза.

— Так я угадала? Это ваш любимый напиток?

Стефан растянул губы шире:

— Я так не говорил! Просто предложил попробовать то, чего вы не пробовали. — Он постучал пальцами по столу. — Пока продолжим обсуждать вакансию. Как я упоминал, мне нужен сильный маг. Это не прихоть — работа опасная, мой ассистент должен быть в состоянии защитить себя. Вы не проходите по этому пункту.

Она посмотрела на него, как на выпалившего глупость ребёнка.

— Рей ВикВуд, я приехала в Асгефир из Витигрэн. Через горы. Без родственников и друзей, одна. Поездка заняла два месяца. Я путешествовала разным транспортом и с разными попутчиками, порой весьма ненадёжными. И, как видите, я здесь! Жива, здорова и готова устроиться на работу! Я знаю, что такое опасность, и умею справляться с ней даже без магии. В некоторых случаях отлично помогают защитные амулеты. А в других — пистолет.

— О, вы умеете стрелять?

Она вздохнула и призналась:

— У меня есть пистолет. Стреляю я посредственно, но могу сделать очень решительный вид! Поверьте, обычно этого хватает.

За спиной реи открылась дверь, и в кабинет, позвякивая, въехала тележка с кипятком и закусками в расписных тарелочках. Остановилась, когда её корпус оказался в поле зрения девушки. Щёлк, шарк, щёлк — дверь вновь открылась и закрылась.

Стефан встал, припадая на левую ногу. Взял с полки один из кимрийских наборов и принялся выставлять на тележку посуду: плоскую трубчатую подставку, крохотный глиняный чайник с раздутыми боками и четыре кукольные чашки цвета нефрита — две вытянутые и две низкие.

— Вы прибыли осенью, верно? Живёте на накопления или куда-то устроились?

Рея Харрингтон, наблюдавшая за ним вполоборота, потупилась.

— Устроилась. В булочную. — Во второй раз за беседу она покраснела.

«Ну конечно, — усмехнулся Стефан про себя, — у нас ведь амбиции. В секретарши не хочет, в заряжальщицы не хочет, надо в университет! И не какой-нибудь, а Королевский, в столице! Мечтает о блестящей карьере, а работать приходится в булочной».

Выдвинув ящик в шкафу, отведённом под разные сорта чая, Стефан выбрал один, считающийся классическим. В самый раз для знакомства.

— Булочная… — проговорил он мечтательно. — Вам нравится?

— Нет.

Стефан проковылял обратно к тележке. Прогрел чайник горячей водой, и вылил её в подставку. Мерной ложкой набрал высушенные листья.

— Понятно. Рея Харрингтон, а не могли бы вы описать, как сейчас был одет мой дворецкий? — Задав вопрос, он проверил ртутным термометром температуру воды, залил заварку и засёк время. Претендентка следила за ним со смесью изумления и возмущения.

— Ваш дворецкий?

— Да. Микас. Человек, который привез воду. Он впустил вас в дом. — Стефан старался звучать буднично. Слил первую воду, плеснул вторую.

Тати Харрингтон погрузилась в себя, вспоминая. Потом сказала едва ли не жалобно:

— Рей ВикВуд… Мне очень жаль, но я не видела, кто заходил в комнату. Наверное, мне стоило обратить на это внимание — обернуться или поискать отражения… Однако я отвлеклась, простите. Воду мог привезти кто угодно, не только дворецкий. Он также мог быть одет иначе, чем когда встречал меня на входе. Но я это упустила.

Она расстроенно закусила губу. Стефан не стал приободрять её.

— Печально, печально… — Он стукнул по чайнику гладким ногтем. — Но всё-таки я желаю угостить вас чаем. И раз уж вы задерживаетесь, расскажите о своих требованиях.

Она встрепенулась:

— Требованиях?

— Ну да. — Стефан выпрямился. — Вакансия вообще-то подразумевает проживание ассистента в моём доме. Вдруг в последний момент выяснится, что вас это не устраивает? Или наоборот — жить здесь вы хотите, но к вам прилагаются тётушка и двое детей?

Лицо девушки вдруг вытянулось, и на нём проступил ужас.

— Я что, угадал?! Тётушка и дети?!

— Нет!!! — Она залилась краской. — Просто… неожиданное предположение. Да, я готова жить с вами под одной крышей, хоть это и губительно для репутации. Экономия на аренде!

Стефан покачал головой:

— Потрясающая практичность! И самонадеянность.

— Ну вы же сами спросили! А от самонадеянности быстро избавляют проваленные испытания. К слову, вы меня как будто толком не испытывали и даже не разбили вдребезги догадки о вашем любимом напитке и возможной подмене дворецкого. А я была бы благодарна за некоторую определенность.

Он мягко улыбнулся.

— Будьте благодарны за чай.

Он начал церемонию, а сам подумал, что витигрэнка испытания, конечно, прошла. Угадала и с напитком, и с тем, что тележкой управлял не Микас, а кухарка, реисса Клопп. И главным было не увидеть это, а осознать ограничения своего восприятия. Не верить просто так ни газетам, ни людям и не изобретать воспоминания, которых нет, даже если их от тебя требуют.

Оставалось две проблемы: слабая магия и нос.

***Через час женщина, назвавшая себя Тати Харрингтон, подбирая подол, спустилась из кэба в бедном районе Новой Цитры. Женщина была раздражена: она так и не получила ответ, возьмёт ли Стефан ВикВуд её на работу.Она вошла в один из доходных домов, из которых состояла целая улица, поднялась по поющей деревянной лестнице и затёртым ключом открыла дверь во временное жилище. Там её ожидал Стефан ВикВуд. Стефан ВикВуд глядел со стен, с гирлянд газетных вырезок. Стефан ВикВуд ухмылялся на прикроватной тумбочке, где Тати держала ещё не искромсанную прессу. ВикВуд жил в блокноте, венчавшем скромную стопку вещей в чемодане, ведь все заметки там были о нём.Женщина закрыла дверь за собой и нажала на медальон, висящий на шее под платьем. И превратилась в чудовище.

* Рей - форма уважительного обращения к мужчине в Асгефире. Женская форма: рея (незамужн.), реисса (замужн.)

**Амулет — предмет, к которому привязано готовое заклинание. Некоторые амулеты нужно активировать магией, некоторые работают без активации и могут использоваться не одарёнными людьми. Для функционирования амулета необходим драгоценный/полудрагоценный камень, который забирает на себя отдачу.

Глава 2. У Знатока есть ответ

Дело было срочное, клиентом выступал Кристобьен ВикСаль. От звуков этого имени ущербная нога Стефана начинала ныть, а затылок наливался тяжестью. Поэтому увидев конверт с личной печатью старика, Стефан решил непременно явиться к нему в компании девицы с кривым носом. Мелочно и дёшево, однако задеть ВикСаля хотя бы так будет приятно. К тому же, у герцога ему точно потребуются дополнительные глаза и уши.

С собеседования реи Тати Харрингтон минули сутки, а Стефан всё тянул с её наймом. Когда девушка ушла, он вдруг понял, что беседа оставила странное послевкусие. Он словно что-то упустил, пролистнул страницу, не ухватил деталь. Это беспокоило его, и если бы не вызов от ВикСаля, неизвестно, сколько ещё Стефан медлил бы.

Но теперь Тати Харрингтон сидела вместе с ним в экипаже и, сдвинув брови, изучала договор. Он забрал её прямо со старого места работы, из булочной, заплатив хозяйке сумму, равную месячному жалованью Тати. На тёмно-зелёном рукаве ещё белел след от муки. А может, от сахарной пудры.

Дочитав документ, девушка прижала его на коленях к выданному Стефаном плотному блокноту и подписала крупной и округлой буквой «Х» с завитушкой. Стефан забрал бумаги, спрятал в кожаный портфель, затем обратился к обретённой ассистентке:

— Я буду называть вас Тати. Не «рея Харрингтон». Так короче, и это позволит сэкономить время в критической ситуации. А вы называйте меня Стефаном. Если понадобится быстро привлечь моё внимание, предупредить о чём-то, докричаться — не стесняйтесь, пользуйтесь вариантом «Стеф». Я откликнусь. Это важно — несколько лишних звуков могут стоить жизни.

Тати серьёзно кивнула. Потом спросила:

— Так я прошла вашу проверку? Я угадала или где-то ошиблась?

Было заметно, что это имеет для неё большое значение, но Стефан не хотел раскрывать карты.

— Вы не ошиблись с подходом. Этого достаточно.

Она поёрзала на сиденье.

— А куда мы едем? Что мне надо делать?

— Едем в дом к Кристобьену ВикСалю.

Её глаза расширились:

— К Знатоку Земли?!

Стефан желчно фыркнул.

— Да! Но это неважно, он такой же клиент, как другие! Не знаю, по какому поводу он меня позвал, однако для вас инструкции стандартные: действуйте как на собеседовании. Смотрите, анализируйте, не выдумывайте лишнего. Для расследования нет ничего хуже домыслов, выдаваемых за факты. Если я попрошу — делайте заметки. В остальное время сосредоточьтесь на наблюдении. Обращайте внимание на всё, даже на мелочи, которые не относятся к делу. Запоминайте разговоры, читайте чужую корреспонденцию, если попадётся на глаза. Ясно?

Она ответила не сразу, но ответила:

— Да… Стефан.

«Ладно, вроде действительно неглупая, — успокоил он себя. — Подойдёт».

Стоило воспользоваться моментом и познакомиться поближе, однако Стефан был не в настроении. Нога ныла, непостоянная весенняя погода раздражала, и хотя ему едва исполнилось тридцать, он чувствовал себя развалиной.

Скупо улыбнувшись, он уставился в окно. За забрызганными дождём стёклами пролетала Новая Цитра — столица Асгефира, город городов, венец инженерно-магической мысли века. Стефан находил забавным, что люди из иных мест, описывая Новую Цитру, любили пришпиливать эпитет «искусственная». Как будто существовали «естественные» города.

Впрочем, Новая Цитра правда отличалась, ведь её заложили лишь сто лет назад, когда бросали старую столицу. Та существовала до сих пор, рассечённая позорным лавовым шрамом. Аристократия Асгефира называла его бельмом, и Стефан только будучи подростком узнал подноготную прозвища.

В Новой Цитре улицы сделали широкими, а кварталы — идеально квадратными. Десятилетия спустя это позволило легко построить верхолётку, которая ускорила и без того разогнавшуюся жизнь. Теперь над городом гремели поезда. А недавно в землю Асгефира вколотили деревянные столбы и протянули между ними телеграфные линии. В узких проулках старой столицы телеграфу было бы тесно. Новая же проглотила изобретение, переварила и выпустила на поверхность чёрные цветы с игольчатыми лепестками — цветы проводных развязок. И они словно всегда здесь были.

Стефан провода не замечал. Лошади ходко шли мимо четырёх- и пятиэтажных домов, отделанных розовым туфом и оплетённых зеленью. Мелькали вывески, статуи, фонтанчики и цветущие апельсиновые деревья. Прохожие гуляли, констебли стояли на постах, одетые в чёрно-серую форму с эмблемой молнии. Всех их накрывали причудливые тени от колонн, мостов и станций верхолётки. Даже в плотно запертом экипаже пахло городской смесью дыма и сладких цветов.

Стефан посмотрел на спутницу — та тоже впилась взглядом в пейзаж. Он вновь попробовал поймать ощущение неправильности, которое саднило в нём после собеседования, но оно рассосалось.

Экипаж преодолел круто выгнутый мост и въехал в район, где констебли попадались чаще, а пути верхолётки исчезли. Воздушная дорога широкой дугой огибала эту часть города.

— Район Знатоков, — прошептала ассистентка.

— Он самый. Бывали тут?

— Разумеется, нет. Кто бы меня пустил?

Стефан пожал плечами:

— Район не закрыт.

Район Знатоков был чёрным. Теперь за окном тянулись каменные ограды с коваными воротами, за которыми вдалеке виднелись верхние этажи особняков. Всё в цвете угля и оникса. Чёрным были выкрашены жерди фонарей, чёрный камень выстилал дороги. Как и в других районах, постройки увивали плющ и виноград, а за оградами помпезно цвели сады. Зелень вымарывала из атмосферы мрачность, и оставались лишь величие и трепет.

Когда экипаж приблизился к особняку ВикСаля, дождь усилился. Он шёл с утра с редкими перерывами. Стефан надеялся, погода выправится к обеду, однако она, скорее, испортилась. Это означало, ему вот-вот придётся раскрыть зонт и использовать его по назначению. И жалко хромать. Стефан сморщился, пошарил по экипажу глазами и нехотя достал из нагрудного кармана маленький кристалл обсидиана.

Экипаж въехал на территорию особняка и вскоре остановился. Стефан распахнул дверцу, впуская внутрь ветер и запах влажной листвы. Вздохнув, он выпростал наружу руку с зажатым кристаллом и коснулся окружающей магии. Та откликнулась, поддалась нажиму и через мгновение накрыла Стефана не пропускающим воду куполом. Он завершил манипуляцию, схватил зонтик и выбрался под дождь, опираясь на тупое навершие. Уже в процессе ощутил, как подкрадывается отдача и привычно перенаправил её на кристалл. Когда он подал руку Тати, кристалла там уже не было.

Девушка спустилась на узорчатую, вымощенную камнем дорожку и вдруг застыла.

— Что вы сделали? Почему не капает?

Стефан сообразил, что она плохо разбирается в магии и не поняла, зачем он подставлял руку под дождь.

— Я создал для нас защиту, — объяснил он, забирая у неё портфель, который она догадалась захватить из салона. — Идёмте.

Опережая ассистентку, Стефан поспешил к главному входу в особняк. Почти сразу им навстречу от особняка выдвинулся гриб — лакей в коричневой с золотом ливрее, укрытый огромным зонтиком.

Перехватив гостей, он засыпал Стефана вежливыми приветствиями.

Стефан последовал за ним, не озираясь по сторонам, так как бывал в особняке много раз. Походя он отметил, что идут они не в кабинет, как принято, а в библиотеку.

Старый ВикСаль, одетый в красный генеральский мундир с россыпью рубиновых подвесок на груди, сидел в библиотеке за круглым столиком у окна и курил трубку. Перед ним лежали газеты. Увидев Стефана, вместо приветствия он прошипел:

— Почему так долго, капитан? Я же ясно написал: дело срочное!

Стефан скривился от обращения по званию. Кристобьен ВикСаль, в свою очередь, скривился, разглядев Тати. Наверняка подействовал неисправленный нос.

— Я не являюсь вашим слугой, герцог. Моё время вам не принадлежит. Зачем меня вызвали?

ВикСаль кивнул лакею:

— Иди, позови Обстера.

«Значит, Обстера. Хм».

Получив записку, Стефан предположил, что герцог столкнулся с шантажом или невзлюбил пассию одного из отпрысков. Большинство расследований касалось чего-то такого. Однако Обстер отвечал в особняке за охрану, и раз требовалось его присутствие, проблема была серьёзней ненадёжного воздыхателя дочери или недостаточно родовитой фаворитки сына.

ВикСаль вновь обратился к Стефану:

— Значит так, ВикВуд. Дело деликатное, и о нём никто не должен узнать. В противном случае, я бы послал за полицией.

— Разумеется, герцог.

ВикСаль прищурился, отчего у него сильнее проявились морщины вокруг глаз:

— А ваша очередная шваль не проболтается?

Стефан почувствовал, как натянулась кожа на костяшках кисти, сжимающей ручку зонтика.

— Рей ВикСаль, где ваше воспитание? Позвольте представить…

— Не надо, не надо! — ВикСаль замахал в сторону Тати трубкой, словно окуривал злого духа. — Полагаю, после сегодняшнего досадного случая мы больше не встретимся! Да и сейчас быстро расстанемся.

Стефан стукнул тростью о пол.

— Рей ВикСаль, я настаиваю! Вы ведёте себя непозволительно! Рея не заслужила подобного обращения!

ВикСаль только усмехнулся и закусил кончик трубки:

— Вы ещё на дуэль меня вызовите, капитан. Или от дела откажитесь, чтобы я имел шанс опять ославить вас за непрофессионализм…

Стефан пошёл пятнами. Он не видел себя и не знал этого точно, но как многие люди со светлыми, уходящими в рыжину волосами, обладал этим удручающим свойством: неравномерно краснел от сильных эмоций.

На секунду ему и вправду захотелось отказаться от работы, развернуться и оставить ВикСаля наедине с его сложностями и представлениями о деликатности. Однако старикан знал, куда бить. Своим замечанием он наглухо отрезал Стефану возможность отступления.

«Ладно. Я тебя ещё уем, земляной дед. Поглядим, почему ты не желаешь пересекаться с полицией!»

ВикСаль продолжил:

— Происшествие, между прочим, элементарное, мне известно, кто преступник. Проблема в щекотливости ситуации! Меня обокрали, а вор — посол Шагинды.

Стефану показалось, он ослышался. Даже обида слегка померкла.

— Посол Шагинды? Он здесь?

— Да! — Старик затянулся и выпустил дым из ноздрей. Тати тихо закашлялась в кулак, ВикСаль не обратил на неё внимания. — Здесь. В сопровождении двух слуг. Его Величество желает наладить с фантами более крепкие связи, и я пригласил посла обсудить некоторые идеи… Кто же знал, что этот стервец пошлёт слугу украсть мой нож!

— И зачем шагиндийцу ваш нож? — Стефан задал вопрос и тут же пообещал себе впредь молчать и просто выслушивать ВикСаля. Расспросы могли помочь тому сделать историю более стройной, а Стефан уже страстно хотел его обставить.

— Всё просто, капитан. — Из-за очередного «капитана» Стефан скрипнул зубами. — Украли не обычный нож, а нож-артефакт для вскрытия писем. Его, между прочим, создали ваши предки — ну те, про́клятые… Нож определяет подлинность зачарованных печатей и способен их снимать без дополнительных манипуляций. Теперь понимаете, зачем он? Для шпионажа. У Шагинды же проблема с магами. С ножом они смогут перехватывать и читать наши письма. — ВикСаль постучал по газетам на столе жёлтыми пальцами. — Они только просчитались с защитным контуром Обстера. Когда вор проник в кабинет, заверещала тревога, и он не сумел уйти незамеченным! На месте вора не застали, но особняк никто не покидал, и я сказал, что никого не выпущу, пока пропажа не найдётся. Поэтому все сидят здесь. И, клянусь, я действительно никому не позволю выйти, пока вы не убедите носатых дикарей вернуть мой нож!

ВикСаль умолк, впившись зубами в трубку. Стефан поймал в оконном стекле отражение Тати, стоящей у него за спиной. Она почти не шевелилась — не девушка, а статуя. Выражение лица у неё было брезгливое.

Мысли Стефана против воли обратились к делу: «В Шагинде мало кто владеет магией. И их магия отличается от нашей. Как же они справились с защитным контуром? Или он был настроен только на сигнал тревоги? Сомнительно…»

Повисла пауза. ВикСаль зыркнул на вход в библиотеку, откуда должен был появиться Обстер. Обстер из воздуха не соткался, и старик заговорил опять:

— Уверен, шагиндийцы легко отдадут вам нож. Им тоже не нужен международный скандал и выдворение из Асгефира, но меня они боятся. Поговорите с ними. Заверьте в моей добросердечности. Только штуку с ящиком не предлагайте: я её уже проделал, и не сработало.

Стефан понял, о чём он, и заинтересовался:

— Как именно вы её провернули?

— Как полагается, так и провернул. — ВикСаль откинулся на спинку кресла, и рубиновые подвески на мундире качнулись экзотическими горошинами. — Выделил комнату, туда поставили ящик с опилками. Каждый, кто находился в доме, заходил туда и получал возможность без свидетелей оставить нож в ящике. Опилки бы скрыли нож от следующего посетителя комнаты, и вор бы сохранил репутацию. Однако он не воспользовался шансом. Наверное, счёл, я не решусь на крайние меры. А я решусь! Если вы до вечера не разберётесь с проблемой, я буду вынужден сообщить во дворец. Вот тогда Шагинда попляшет — так послу и передайте!

Стефан улыбнулся краем рта. Теория ВикСаля уже в паре мест не сходилась сама с собой.

Тут в коридоре, наконец, раздались чеканные шаги, и порог библиотеки переступил Обстер: рослый, широкоплечий мужчина с тонкими губами, зализанными чёрными волосами и сильно напудренным лицом.

Герцог трубкой указал на гостей:

— Обстер, покажи капитану кабинет и объясни про защитный контур. Возможно, ВикВуд, вы найдёте там улики, чтобы прижать шагиндийцев, и у них не останется выбора. Обстер вам всё организует.

Герцог опустил трубку на подставку из тёмного дерева и развернул перед собой газету. Половину передовицы занимала фотография дирижабля, направленного на читателя, словно ружейный ствол.

***

Пустой футляр из-под ножа выделялся на столе небрежно откинутой крышкой и косым расположением. При этом выдвижные ящики, ящички, тумбы и дверцы шкафов в кабинете были закрыты, а прочие вещи стояли в идеальном порядке.

Рядом с футляром на сукне лежала пачка писем и новомодная перьевая ручка в нефритовом корпусе. На бархатной подушечке блестела фамильная герцогская печатка. Правый угол столешницы занимала стопка книг по истории и геологии, левый — могучий кусок меловой породы, поглотитель отдачи магии Земли.

Стефан осмотрелся, нахмурился и отступил к выходу.

Выход украшали два гранитных столба в половину человеческого роста, увенчанные гладкими массивными шарами. Столбы нашли в руинах в Кимрийском царстве и привезли в Асгефир как диковинку.

Пока Стефан оценивал обстановку, Тати зелёной тенью стояла у одного из книжных шкафов, а Обстер мерил шагами стену с картой месторождений Асгефира и рассказывал:

— Заклинание защиты, ВикВуд, вот в чём проблема. Шагиндийцы плохи в магии, а тут… — он остановился и тяжело посмотрел на Стефана. — Не знаю, что сказал вам генерал, но, боюсь, он не до конца понимает серьёзность произошедшего. Вор не просто забрал важный артефакт, он обошёл защиту кабинета! Эту защиту разрабатывали и согласовывали королевские маги — рей ВикСаль всё-таки министр! Я накладывал чары лично. Тот, кто проник сюда, точно знал, как нейтрализовать их. Это… это государственная измена. Кто-то получил схемы чар королевских магов, ВикВуд!

Стефан встал ровно посередине дверного проёма и положил руки на гранитные шары. Прикрыл веки.

— Защиту нейтрализовали полностью? Или было что-то ещё — вот здесь, на пороге, с правой стороны?

Он взглянул на начальника охраны — тот подобрался и застыл как почуявший движение кот.

— Вы правы. Было кое-что ещё. Я перестраховался и набросил одно заклинание от себя. Особое, моя личная разработка. Именно оно активировало тревогу, однако с ним тоже вышло странно: оно должно было частично парализовать вора и помешать ему скрыться. Но вор исчез, а у гостей и обитателей особняка нет следов паралича. Такое ощущение, будто этот человек или фант отбил заклинание. Только даже мне как создателю неизвестны способы это сделать. Как вы узнали?

Стефан отмахнулся:

— Неважно.

— Очень даже важно! — Напудренная щека Обстера дёрнулась. — Я бы сказал, история с заклинаниями тут самая важная! Взлом охранной магии высшего порядка — это серьёзнее, чем пропажа ножа. Давайте начистоту, рей ВикВуд: в отличие от генерала, я считаю, что вора необходимо вычислить и допросить, даже если нож найдётся.

Стефан снова пробежался взглядом по кабинету и упёрся им в крикливо торчащую вверх крышку футляра:

— Не сомневайтесь, нож найдётся. Вор приходил за другим.