Проклятье или Дар

Глава 1

Снег крупными хлопьями залеплял глаза, лез под капюшон и колкими, холодными иголочками щекотал щеки. Имение Наори под белыми шапками на своих башнях, выглядело одиноким и пустынным. В огромных залах свободно и вольготно гулял холод. Изморозь рисовала перья невиданных птиц не только снаружи мозайчатых окон, но и внутри. Если бы у меня было желание, то я бы легко собрала с подоконника ледяные корки. Но у меня не было интереса к промерзающему и стонущему от холодной погоды зданию.

В данный момент я - двенадцатилетняя княжна Наори, Атаная. Маленькая и озябшая, я стою по середине темного и одинокого зала. Я почти слышу, как кирпич здания трещит под натиском холода. Он стонет и рыдает, будучи выставленным единственным прнпятствием между непогодой и замерзающими человечками.

Мне страшно и одиноко, как кирпичу. Я боюсь, что вся моя жизнь скоро треснет на миллионы маленьких осколков из моей боли, слез и обид, а мое сердце покроется толстой коркой льда и навеке запечает эмоции под толстой шапкой снега.

Я обладаю даром Жизни, но уже давно не рада этому подарку богов.

Мало того, что я умиреть не могу, так и жизнь моя похожа на взбесившегося коня, который пытается скинуть наездника.

Скрипнула замершая дверная петля. Сквозь маленькую щель показался нос младшего брата.

— Ты плохо спряталась. Тана тебя быстро найдет, — зашептал Рад и проскользнул внутрь.

— Надоели, — тихо выдохнула я и отвернулась от маленького княжича. — Я же сказала, что не буду играть, — громче добавила я и вздрогнула.

Радоис быстро накинул на мои плечи теплый пуховый платок, который принес с собой.

Я сообразила, что брат взял его у нашей няни Латы. Шерсть пахла этой женщиной.

Но забота Рада меня только раздражала. Из-за его поведения, меня раздирают противоречивые чувства боли и тепла.

— Тана маленькая и с ней лучше поиграть, а то она начнет маме мешать, — Рад немного сжался, когда я гневно скинула платок со своих плеч. — Мама ругаться будет, — совсем тихо добавил брат и тряхнул головой, будто пытался отогнать ненужные темные мысли. — Лата сегодня к родным пошла, поэтому за сестренкой некому присматривать кроме нас.

Я сморщилась.

Все я понимаю. Прекрасно знаю все обстоятельства. Я даже знаю, что в этот день я должна была выйти на улицу и наесться снега. А маленькая Тана должна была пойти за мной и заболеть. Знаю и то, что Танта должна была наказать за заболевшую Тану брата. Ведь Рад не поймал малышку и не увел с улицы. Ведь наследник не проявил лидерские качества и не смог позаботиться о своих сестрах.

Во всем и всегда мама винила лишь Радоиса. Чтобы и по чьей вине не происходило с нами, в ее глазах брат всегда был виноватым и недостойным выродком.

Я все знаю. Я знаю даже будущее каждого из членов своей семьи и поэтому мне омерзительно и страшно находится в стенах этого здания.

— Тана не будет искать нас здесь, — брат не отступил и вновь укрыл меня платком.

Именно из-за маминой строгости, он вырос другим нежели мы с Таной. Брат всегда о нас заботился, а мы - дочери Наори принимали все что нам доставалось за должное.

— Она не захочет идти на холод, брр, — мальчишка попытался укрыть себя руками, но это выглядело жалко и глупо.

— Иди к камину, — смягчила я тон и аккуратно укрыла спину Рада. — Я сейчас приду. Попроси прислугу заварить малиновый чай с мятой.

Я даже улыбнулась мальчику, который в будущем меня убьет.

Радоис повеселел и быстро покинул холодный зал.

Я в последний раз взглянула на кресло - трон отца и сжала кулаки.

— Атис, тебя сейчас нет дома. Ты опять в походе. Воюешь за Императора, который приговорит тебя к унизительной смерти, — я говорила в пустоту, желая хоть что-то понять для себя. — Как же я ненавижу выбранный тобой путь! Я не понимаю твоего образа мысли! Почему ты сделал так? Разве тебе плевать на семью?

Выговорившись я замерла.

"А мне что делать?" — подумала я и перевела взгляд на заледеневшие окна. "Как мне себя вести? Я ведь даже не могу смотреть на родных без слез, страха и ненависти!"

Дверь скрипнула и в проеме показалась голова Таны.

— Я нашла тебя! — крикнула сестра. — Здесь холодно, сестра! — зашмыгала носом восьмилетняя малышка.

Сжав кулаки из-за подступивших слез, я подошла к Тане и прижала ее голову к своей груди.

— Так, теплее? — тихо спросила я, вдыхая родной аромат девочки.

Сестра была в моих руках. Я могу до нее дотронуться. Ее тело очень теплое, а ее глаза наполненны искрами озорства и веселья.

— Девочки, чай, — послышалось из детской.

Служанка звала нас в комнату.

— С булочками! — радостный голос брата, заставил Тану напрячся.

Через секунду она уже бежала в теплую и уютную комнатку. А я смотрела на свет от свечей льющийся в темное пространство зала и ощущала себя чужой в мире смеха сестры, довольного Рада, занятой мамы и живого папы.

Я уже все это проходила и знаю насколько печальный конец будет у семьи Наори.

— Тая, я все съем! — пригрозила мне Тана, желая заманить меня в нынешнюю реальность. В еще одну паралель.

Я тихо двинулась к мерцающему свету, боясь что в любой момент меня настигнет смерть. Кто угодно может причинить вред брату и сестре, а я легкая добыча для архов.

Ну же, паралель, заканчивайся! Я не смогу вновь довериться родителям и покорно ждать окончания судьбы жителей Наори. Я не смогу играть с братом, зная, что он убьет меня и запрет меня и сестру в темнице. Я не смогу терпеть многих вещей, но не думаю, что смогу что-то изменить.

Разве что...

Я скользнула взглядом по макушке Рада.

Надо избавиться от него!

Не будет Радоиса Наори, значит меня никто не сможет убить! Рад перестанет быть единственным наследником отца и Атис Наори подойдет к замужеству своих дочерей разумно, ведь ему надо будет подобрать следующего князя. Радоис перестанет раздражать маму и ни о каком заговоре против Императора мама не будет думать. Танта Наори успокоиться, когда сын другой женщины исчезнет из-под нашей крыши. Многое измениться, если Рада не станет. Все пойдет по лучшему пути и я буду знать, что дар Жизни - это благо, а не Проклятье.

Рад... как трудно мне предать тебя. Братик, я все понимаю и люблю тебя. Все равно люблю...

Глава 2

Зная будущее, я решила изменить настоящее. Только трогать брата, который стоит рядом и успокаивает упавшую младшую сестру, я не могу.

В моей голове много мыслей, а чувства розняться. Я не могу найти душевное равновесие. Каждая секунда в спокойной и мирной паралели, как яд растворяется в моей груди, принося еще большие муки.

Я вернулась в тот период, когда я с сестрой и братом делила одну детскую комнату.

В самый светлый и лучший период своей жизни!

Сколько совместных проказ мы устраивали, живя все вместе. Сколько раз мы приносили снег к камину, чтобы узнать как он горит. Как часто мы убегали от Латы и ее наставлений? Как часто мы всю ночь шушукались под огромным пуховым одеялом в зимние ночи?

Втроем мы всегда были, как единое целое. Если наказывали брата, то мы с сестрой устраивали забастовку и вели себя ужасно.

Помню, однажды мама наказала Рада за заболевшую Тану. Так я всю столовую кашей закидала, а сестренка отказалась лекарства пить, пока брата не вернули в детскую. Он тогда пришел весь замерший и вонял навозом.

Рад не сказал как именно его наказали, но сейчас я догадываюсь, что Тана отправила нелюбимого сына конюшни чистить.

Но в данной паралели, я не пошла на улицу ловить красивые снежинки, а Тана не побрела за мной и не заболела. Рада не обвинят в безответственности и он не будет наказан.

Только, почему мне так плохо? Я вроде решила изменить эту реальность в лучшую сторону, но какой ценой.

Радоис довольно улыбнулся, когда Тана перестала плакать. Он посмотрел на меня и добродушно улыбнулся.

Рад всегда был очень ответственным и заботливым. Он защищал нас с Таной, как мог. Был щитом для своих сестер перед мамой. Он не кичился тем, что является безоговорочным наследником. Наоборот, он был близок каждому из служащих при имении. Ему кланялись, его слушали и слышали.

Радоис Наори идеальный будующий князь!

Он оступился всего один раз - не позволил Тане показаться перед народом в больном состоянии. Тем самым он навлек гнев Танты Наори и разбудил тлеющее пламя ненависти вассалов. А последствие этого - моя смерть.

— Тая, — тихо позвал меня Рад.

— Да? — отозвалась я.

Вечер быстро заполнил комнату темнотой. Уставшая Тана уже тихо посапывала в огромной кровати и видела волшебные сны. Она прижималась к моему боку и разделяла меня и брата. Ей досталось самое теплое местечко.

За окном тихо падал снег, а в комнате поблескивали вспышки яркого пламени в камине.

— Что с тобой, сестра? — продолжил свою мысль брат.

— А что случилось? — не поняла я.

Я ведь не меняюсь. Я — Атаная Наори, носительница дара Жизни. Поменять я хочу лишь будущее паралели.

— Раньше ты была, как горячая картошка, — привел удивительное сравнение Рад. — Ее очень трудно удержать в руках, — неловко попытался мальчик объяснить. — А сейчас ты, как холодный снег.

Я тихо усмехнулась. Надо же, уже неделю я живу в этой паралели, а первый кто заметил мои изменения это брат, а не мама или няня.

— Это плохо? — зашептала я, пригладив волосики сестры на голове. — Я ведь больше не балуюсь. Тебе не достается из-за моих проказ...

Начала я перечислять все плюсы.

— Ты будто не живешь, — резко перебил меня брат.

Я подавилась воздухом.

— Как это не живу? Я же здесь, с вами. По моим венам течет горячая кровь.

— Ты часто смотришь на замершие окна в холодных залах. С мамой почти не разговариваешь. Почти плачешь, когда обнимаешь Тану. Разговариваешь с креслом отца. На меня смотришь, будто оплакиваешь. По имению ходишь, как одинокий призрак, — перечислил Рад все симптомы моего странного поведения. — Ты будто не живешь, — повторил брат. — В тебе что-то умерло.

Я вздрогнула.

— Какой же ты наблюдательный, — я подавила дрожь и попыталась перевести все его подозрения в шутку. — Просто я призрак из будущего! — зашипела я и резко схватила руку брата под одеялом. — Я пришла, чтобы съесть всех непослушных детишек!

Рад захихикал, а я почувствовала боль в груди.

Радоис смеется. Брат радуется. Он теплый, мягкий, заботливый и не знает почему я хочу избавится от него. Это будущий Рад убьет меня. Не этот маленький мальчик, который боиться за своих сестренок.

Сейчас он обеспокоен моим душевным состоянием больше, чем страхом перед мамой.

Глубокая ночь.

Я подкинула пару поленьев в камин и вспомнила о центральном отоплении, которое создадут в далеком будущем.

Интересно какое оно будет? Ведь многое измениться с уничтожение поселения тусов. И в этом опять буду косвенно виновата я. Даже в том, что Тану и меня быстро выдали замуж - виновата я.

Не надо было ничего рассказывать брату. Рад всегда хотел защищать нас с сестрой, поэтому иногда необдуманно действовал, стоило нам заплакать.

Он был заложником наших слез.

После снежной зимы мне исполниться двенадцать лет. Отец уже знает, что я носитель дара Жизни. Он уже строит грандиозные планы по моему использованию. Но для меня это было лишь заботой Атиса.

Весной, на двенадцатилетие мне привезут Сати из отцовского похода. Так же, я получу много ткани и украшений. Мама уже готовится к празднику и шьет мне платье по вечерам.

Радоис, как мне поступить в этой паралели? Я ведь даже дышу через силу, потому что... моя душа умирла, когда я потеряла сестру, мужей, ребенка, племянника, маму и...тебя.

Я не могу выпутаться из того ада, который забирает желание жить по новому. Каждую ночь я вижу, как Тана прощается со мной, а мама без зазрения совести собирает восстание, чтобы уничтожить собственного сына.

Я не могу заставить себя жить заново, когда давно мертва!

Мне в этой паралели даже за помощью обратиться не к кому! Я одна! Совсем одно!

Глава 3

Я так и не решила, что мне делать. Оставалось только ждать чего-то. Мой ритм жизни замедлился. Казалось, что я замерла во времени, не решаясь даже лишний шаг сделать. Действительно, я не понимала что я могу сделать, куда мне идти. Раньше меня всегда оберегали, скрывали и помогали не только советами.

Я легко перекладывала все заботы и проблемы на других, а сама была лишь сторонним наблюдателем. Раньше я лишь ждала развязки, финала и жила своей маленькой глупой жизнью.

Смотря на белоснежный пейзаж за маленьким окном на лестнице, я едва дышала. Двигаться, думать и что-то предпринимать самостоятельно я не умею. Теперь же, мне предоставился такой замечательный шанс - изменить все!

Но, я не способна заставить себя играть с сестрой и братом. Мне скучно и плохо рядом с их улыбками. Я видела их слезы в прошлой паралели и теперь не могу забыть отчаянье в их глазах.

Что же мне делать? Что мне делать, Дар?

— Тая, — по высокой крутой обмерзшей лестнице ко мне взбиралась Тана.

Она крепко держалась за поручни, но ее маленькие ножки под толстой шубкой разъезжались в стороны на тонком насте ступенек.

— Зачем ты идешь сюда, сестра? — недружелюбно выдохнула, понимая, что младшая легко может слететь отсюда вниз головой.

Я заставила себя встать и спуститься к маленькой.

— Рад, свою лошадь выгуливать пошел. Лата на кухне кричит. Мама только и думает о стихах и правилах. Осталась ты, — девочка тяжело выдохнула, когда смогла найти равновесие и передохнуть на одной из ступенек.

Я всмотрелась в пухлые щечки будущей наложницы принца и увидела за ними тоненькие черты красавицы. Ее личико вытянется, ресницы очертят глаза, а губы будут алыми. Она станет прекрасной женщиной, матерью наследника. Она будет жить как привыкла, а за ее спиной дворяне - твари размотают свой клубок поганых интриг и оплетут мою маленькую сестренку путами лжи и лицемерия.

В душе все загорелось огнем. Боль начала жечь сердце, лизнула мои легкие и я не сдержала стона безвыходности.

— Тая? — сестра удивленно посмотрела на меня.

По моим щекам непрошенные слезы стали застилать взор, а дыхание стало редким и свистящим. Сердце забилось в болевых приступах и опаляло всю левую сторону груди, а левая рука онемела.

Тело стало слабым, а ватные ноги подогнулись.

Я успела заметить, что я полетела вниз, а Тана вцепилась в меня своими маленькими ручонками.

Когда я очнулась, за окном детской была темнота. Рядом лежала Тана. Сестренка хрипела и постанывала сквозь беспамятство.

Быстро пробежав по родной малышке своим необузданным даром, я смогла выправить пару ребер, отпустив ее легкое, и залечила трещину в ноге.

Теперь девочка спокойно отдыхала в омуте своих сноведений.

С моим телом все было впорядке. Оно неубиваемо. Мне иногда кажется, что если бы меня Атис проткнул своим клинком, то я бы выжила. С дыркой в сердце или голове я могла жить, наверное. Но мое сердце и душа бились в предсмертной агонии постоянно.

Я невесело улыбнулась. Проклятый дар.

Дверь детской открылась, пропуская внутрь трясущуюся от слез няню.

Лата сразу заметила меня. Будто я ее взглядом "окликнула".

— Тая, — женщина всхлипнула и кинулась на меня, будто ища поддержки и сострадания. — Маленькая госпожа, — она взглянула через мое плечо на Тану и еще громче зарыдала.

— С нами все хорошо, — я не стала уточнять откуда я это знаю. — Хватит биться в истерике. Слезы - это пустая трата времени.

Лата дернулась от меня прочь и замерла с широко открытыми глазами. Кажется, она даже дышать перестала и смотрит на меня, будто впервые увидела.

Я перегнула, когда осадила женщину?

— Я рада, что ты перестала плакать, Лата, — я смягчила тон своего голоса и выдавила на лицо улыбку. — Слезы - это пустое и ненужное дело.

Я говорила так, чтобы мой голос успокаивал. Кажется, у меня почти получилось.

Тана сонно замычала и закопалась с головой под теплое одеяло.

— А где брат? — я взглянула за окно.

Там гудела метель, будто пела свою холодную и одинокую песню для тех кто сегодня решил распрощаться с жизнью. Я понимала ее мотив и была готова кинуться в снежную пучину, если бы я только смогла забыть все о прошлых паралелях.

Лата внезапно вновь начала трястись и рыдать, будто старалась выплакать весь запас слез за сегодняшний вечер.

Я строго взглянула на женщину, давая понять, что слезы мне не интересны.

Няня поперхнулась, прекрасно поняв, мою мимику. Она спешно вытерла слезы своим платком и пару раз глубоко вдохнула.

— Княжич так и не появился в имение, — запинаясь выдавила женщина.

Я быстро подошла к женщине и требовательно начала свой допрос.

— Мама знает?

— Кккак тольк‐ко стемнело и коня княжжжича не обнаружили..., — Лата давилась словами и рыданиями, смотря на меня.

— Танта Наори знает? — перебила я ее.

— Д-да, госпожа. Она сказала ждать до вечернего колокола.

— Никто на поиски не пошел?

— Только Демьян. Но он сам. Не по приказу.

— Хорошо.

Я подошла к дверям и строго взглянула на женщину.

— Присмотри за Таной.

Быстро покинула теплые покои и выйдя в корридор ощутила холод, который принесла метель вместе со своей песней. Неужели мама даже не шелохнулась, чтобы найти моего десятилетнего брата?

Глава 4

Холодный коридор принял меня в свои нерадостные объятия. Магический огонек на стене едва справлялся с вечерними зимними сумерками. Но я шла туда где был естественный огонь от факелов и печи. Не обращая внимание на колючий мороз блуждающий по моему телу, я делала, то что нужно - защищала тг что мне дорого.

Идти к матери это все равно, что потерять не лишние часы на разговор по душам. Сомневаюсь, что Танта, ненавидящая брата, сразу же броситься его искать после моего появления. Поэтому, я обойду саму жену князя, официальную представительницу семьи Наори, пока нет Атиса.

Когда я залетела на кухню, мне казалось что мои ноги горят из-за стремительности собственных действий.

— Тая? — на кухне все посмотрели на меня, как на заблудившегося ребенка и даже не обратили внимания на выражение моего лица.

Я не стала тратить и здесь свое дорогое время. Просто пробежала мимо слуг и, схватив пуховик в котором они выходили на задний двор за дровами и яйцами, вылетела в бушующую метель.

Мои волосы тут же взмыли вверх, а уши пронзил мороз так, что они загорелись. Полы пуховика раскрылись, пытаясь набрать в себя ветер и поднять меня вверх, будто крылья.

Какая же я маленькая. По сравнению с этой метелью и целым миром. Наверное, мне не дано вырасти, но я попытаюсь выжить в этой паралели. А заодно и... брат и сестра - у меня есть только они. Мы как единое целое и никогда не сможем друг без друга.

Когда я забежала в небольшой домик - казарму, то ощущала себя пожаром, который смог победить промозлую метель. Хоть я уже и не чувствовала своих рук и лица, но ощущала как победные языки пламени лижут мое сознание раскаленным словом: "быстрее".

В такую метель и при нулевом освещении с моим Радом может что угодно произойти.

В казарме сидело несколько человек. Обычно, когда отец уходит воевать, в имении остается лишь десять человек солдат. А все потому что с нами всегда Казус.

Император хоть и позволил безродному Атису держать мага под своим началом из-за Елены, но брать Казуса на войну нельзя. При этом, в имении держать воинов запрещено.

Люди разговаривали возле костра и тихо смеялись. На столе уже была готова посуда для ужина. Чисто и сухо в помещении. Отец всегда был строг к своим людям, а насчет чистоты и режима он был скрупулезен.

Тяжело выдохнув, я взяла ложку и начала ей стучать по столу.

То что они не услышали, как я вошла не давало им оправдания. Рив и Оли всегда были настороже и слышали любой скрип и стук. А эти расслабились. И даже не знаю что Рад потерялся где-то в злой пурге.

Братик, продержись, скоро мы тебя найдем!

Услышав мой стук, все мужчины вскочили на ноги, сделав меня неожиданно очень маленькой по сравнению с собой.

— Тая, — удивились мужчины и в тоже время не выражая никакого уважения.

Я для них разбалованная дочь начальника, которая никогда и ничего нужного и важного не говорит. Я девочка, всего лишь способ с кем-то порадница. Меня можно " не слушать, не видеть, не замечать". Они мужчины. Взрослые воины князя. Сильные, свободные и великие.

А напротив них стоит слабый, беззащитный и не уважаемый ребенок... девочка.

Я их понимаю и знаю их мысли, но у меня нет времени указывать на их неуважение ко мне, как к княжне.

— Мы идем искать Радоиса Наори! — я говорила так, чтобы не кричать, но чтобы все присутствующие поняли мой приказ.

— Малышка, о чем ты? — ко мне приблизился самый взрослый.

Кажется, Рад его Сержем звал. Мужчина склонился надо мной и потрепал меня по волосам.

Скривившись, я ударила руку мужчины ложкой и отступила. Немного замешкавшись, я забралась на стул и теперь была с воинами на одном уровне глаз. А теперь, мне нужна вся моя выдержка, чтобы не закричать и в тоже время не выпустить свое беспокойство и не заплакать.

— Радоис Наори не вернулся с прогулки! — я строго обвела всех взглядом и выставила ложку, как оружие вперед. — Или вы хотите оставить своего княжича в лютую метель неизвестно где?

Кто-то открыл рот, чтобы что-то сказать, но я резко и громко перебила его, стараясь не сорвать свой голос.

— Если мой брат сегодня погибнет! То я буду помнить по чьей вине! — голос дрогнул, но я вовремя замолчала и перевела взгляд на старшего. — Серж, приказываю тебе искать своего господина.

— Но Танта Наори... — раздался голос за спиной начальника.

Серж повернулся, чтобы что-то ему сказать, но я уже ощутила злость в своем сердце на данные обстоятельства.

— Перед тобой стоит Атаная Наори! Старшая дочь князя Наори! Единственный твой вопрос должен звучать так: " Как быстро я должен найти ЕДИНСТВЕННОГО сына Атиса Наори?" А я тебе отвечу: "Сейчас же"!

Внезапно, мужчины вытянулись по струнке и резко приложили кулак к своему плечу.

— Приказ услышан, — сообщил Серж и быстро стал отдавать распоряжения. — Княжна, вам лучше вернуть домой.

Я тяжело дышала, ощущая, как в груди вновь разгорается пожар. Нет, я не злилась. Просто, после смерти в тюрьме, где мой дар боролся с пожаром, который сжигал мое сердце, чувство этой борьбы осталось. Теперь, стоило мне поволноваться, как я начинала гореть внутри. И этот огонь хотел вырваться наружу. Но я боялась его выпускать не зная, что произойдет. Тем более, что мой дар истощен и очень медленно восстанавливается.

— Я с вами! — поборов накатившую лавину огня, я смогла вновь говорить. — Буду нести поисковые огни или еще что-то сделаю ради брата!

Я запнулась. Слово "что-то" было лишним. Оно показало мою неуверенность и нерешительность.

Серж, конечно, это почувствовал.

— Вам нельзя! — теперь приказы раздавал он.

Я потеряла свою инициативу.

— Я могу быть полезной! Дайте мне лошадь и огонь и я..., — я постаралась вернуть себе приимущество, но тут же поняла, что в этом споре проиграю и лишь задерживаю поисковую операцию своей глупостью.

— В метели никто не будет няньчится с вами! — строго произнес Серж и схватил меня под колени, завалив меня себе на спину. — Ваши капризы могут стоить жизни вашего брата!

Я ощутила себя очень глупым ребенком, хотя минуту назад вела себя, как рассудительная женщина. Теперь же, меня даже несут, как мешок с картошкой. А все из-за того, что я забыла, что я являюсь ребенком и девочку вообще никуда не берут. Особенно в опасное путешествие. Будь я взрослой, которой я на самом деле являюсь, то мне бы никто и слова против не сказал.

Я забыла, что являюсь ребенком и повела себя очень глупо.

Глава 5

Серж доставил меня домой и передал лично маме. Я таким обстоятельствам была не рада. Мало того, что меня в неподобающем виде пронесли через всех слуг, так еще и мама недоуменно смотрела на явившегося воина.

— Почему Тая встретила вас? Мужчин в имение не должно быть! — мама решила, что воин самовольно ворвался в дом и решил схватить меня.

Серж поставил меня перед Тантой и я решила не давать им лишний раз поговорить.

— Серж, — тут же я привлекла всеобщее внимание. — Выполните свой долг! — я его взглядом посылала прочь и воин решил уйти, хотя моя мать кинулась его останавливать.

— Я не услышала ответа! Почему мужчина в имение? — мама ждала ответа, но воин уже покинул гостинную комнату.

Чтобы отвлечь Танту Наори я решила перейти в наступление.

— А почему Рада до сих пор нет? — я стянула старую дубленку, воняющую навозом и подошла к камину.

— Вероятно, он с друзьями загулялся, — мама почему-то решила мне ответить.

— С кем? — в моем голове поселился сарказм и ирония. — В такую метель только с друзьями гулять!

— Почему я слышу в твоем голосе скрытое обвинение? — Танта подошла ко мне и положила мне свои руки на плечи. — Он мальчик, ему можно пропадать. А если ты обиделась на него, ведь он не досмотрел за тобой и Таной и вы упали, то сама скажешь ему об этом. Так же, я уже лишила его сладкого и мяса на всю зиму.

Я дернулась, услышав такой родной материнский голос и такую несусветную чушь в один момент.

Неужели она всегда мне говорила о своих планах и наказании, а я этого даже не замечала. Или я даже не интересовалась, как живется моему единственному братишке?

Нет, замечала. Чувствовала неприязнь матери к сыну, но она всегда говорила, что Рад в чем-то провинился и иногда я ей верила и сама издевалась над братом.

Рад, тебе ведь даже пожаловаться было некому. Ты нормально жил лишь при отце. Атис любил сына, но против Танты редко находил достойные аргументы в защиту наследника.

Атис у нас совсем не обладал красноречием и хитростью, потому и погиб, когда решил вернуть трон сыну Елены и Кауроса с помощью войны.

В груди защемило и я тяжело привалилась к стоящему рядом креслу.

— Танта Наори, — я говорила медленно, просчитывая каждое свое слово и будущую реакцию на него. — Вы понимаете, что вы не заботитесь о единственном наследнике своего мужа?

Мама всмотрела в меня и внезапно стала серьезной, а ее взгляд стал таким же расчетливым, как и мой.

— У Атиса Наори есть еще две прекрасные дочери: Атаная и Атана Наори. Уверена, что княжество Наори при любом раскладе не потеряет своего господина.

Я сжала кулаки. Наш разговор был изначально злой шуткой судьбы. Я не смогу говорить с этой женщиной. В моих воспоминаниях она убила Сати и младенца, ради мести своему неродному воспитаннику. Ее ненависть настолько яркая и сильная, что ослепляет ее разум.

О чем я могу с ней говорить?

— Твой брат не дурак и, уверена, он уже отсиживается у теплой печи в деревне, — Танта сделалась немного мягче в мимике и обняла меня. — Почему ты считаешь, что мне безразличен твой брат? — ее объятья стали тяжелыми. — Разве ты не сожалеешь о том, что рядом не было Рада, когда ты с сестрой упала с башни? Если бы сын был с вами, то вас бы нашли быстрее. Казус сказал, что Тана что-то сломала, а твое сердце похоже на орган старухи. Он еще удивился, почему оно все еще бьется. Но слава Камилле, вы обе живы.

Я ощущала, как мать сдавливает меня, будто хочет задушить. Мне пришлось ее ущипнуть, чтобы выпутаться из смертельных объятий.

— Прости, дорогая, — она действительно растерялась, когда поняла, что причинила мне боль. — Я просто рада, что ты жива.

— А у Рада вы не хотите попросить прощения? — я отошла от Танты на значительное расстояние. — Вы понимаете, что он мог не найти места, где можно переждать метель? Или для вас это совсем не имеет значения?

— Остановись, Тая! — женщина грозно посмотрела на меня. — Знай с кем ты разговариваешь! Я твоя мать! Выказывай мне должное уважение и не пытайся со мной спорить!

Похоже, мне даже не стоило пытаться с ней разговаривать.

— Я отправила за братом поисковый отряд! — я смотрела прямо в мамины глаза и видела, как взгляд заполнился жгучей ненавистью.

— Что ты сделала? — она хотела подбежать ко мне, но споткнулась о ковер и замерла. — В обход мне? Ты решила через мою голову перепрыгнуть? Как ты посмела!

— Я ‐ Атаная Наори! — закричала я, прекрасно понимая, что даже сейчас она может меня не услышать. — Я - старшая дочь князя Наори и в моих обязанностях присматривать за младшими членами семьи! Если я вижу для них опасность, то имею полное право воспользоваться своим положением! Почему же вы, Танта Наори, не рады тому, что ваша дочь поступает правильно?

У меня сложилось стойкое ощущение, что мать не хочет, чтобы Рада искали. Ей будет лучше, если нерадивый сын сгинет в метели и больше никогда не появится перед ее взором.

Внезапно я замерла, ощутив в себе ненависть к самой себе. Совсем недавно я тоже хотела избавиться от брата, потому что в будущем он убьет меня, ослепленный яростью. Сейчас же, я хочу его спасти, наплевав на хорошие отношения с матерью.

— Если Рад не вернеться, то Император быстро отберет у нас имение и титул князей, — если маме не интересна жизнь пасынка, то я достучусь до ее разума и желания жить красиво. — У Атиса больше не будет сына, которому можно будет передать княжество, а дочери для дворянства - это лишь способ породниться, но никак не наследницы. Имение вместе с титулом отнимут, либо предложат отцу найти другую жену, для зачатия мальчика и продолжения рода. Что вы будете делать, Танта, когда ваше имя вычеркнут из книги Наори? А как поступите со своими дочерьми, которые после женидьбы Атиса на новой жене, будут считаться блудными девами? У нас с Таной не будет денег на свадьбу, так же, как и на жизнь. Дворянству девушки не нужны. Если бы мы с сестрой были магами, то нас бы приняли в другую семью, но мы пустые.

Я закончила говорить и внезапно осознала всю свою некчомность в этом прогнившем патриархате. Женщина - свиноматка, которая берет имя мужа и больше не имеет никаких прав.

Танта тоже замерла, понимая что я говорю истину. Мы так и молчали глядя друг на друга.

— Я пойду спать, — я решила покинуть Танту прежде, чем она очнется от осознания сказанного.

Ей надо подумать и пересмотреть свое отношение к единственному мальчику в семье.

Зайдя в свою комнату я обнаружила спящую Лату в кресле и Танту в кровати.

Почему-то я очень устала за этот вечер, поэтому не заметила, как уснула.

На утро я проснулась из-за ощущения дыхания Смерти.

Соскочив с кровати я выбежала в коридор и не разбирая дороги побежала в главный зал.

Влетев в гущу людей, я едва не споткнулась об...

Ледяное тело полуголого парня лежало на кафельном полу...

Он был мертв.

Замучен. Раздет. И оставлен в разгар метели неизвестно где.

— Мы нашли его..

Услышала я со стороны, но не стала смотреть на говорившего.

В голове билась мысль, что брата спасти я уже не могу. Слишком поздно!

Смотреть на мертвое тело родного человека я не могла, поэтому пошла в комнату к матери, но там ее не оказалось.

Я хотела посмотреть ей в глаза и увидеть что-то... не знаю что.

Танта Наори нашлась в гостинной. Рядом с ней стоял Демьян - ее охранник, который пришел с ней из родительского дома.

Увидев меня, мама вздрогнула, но бустро взяла себя в руки и встала передо мной.

— Я не желала смерти Радоису, — женщина заглянула мне в лицо. — Я послала Демьяна, чтобы он нашел его. Но охранник не смог его отыскать и вернулся незадолго до того, как пришел Серж с телом.

Конечно! Демьян не смог найти, ведь его не на поиски отсылали. Охранник знал куда идти и зачем! Его послали убить ненужного сына!

Внезапно, окно в гостинной треснуло под натиском ветра и мороза. Холод погасил огонь в камине, угли зашипели из-за снега, а я смотрела в дыру и ощущала, как внутри все горит из-за боли, ненависти и страха.

Радоиса убила Танта. Не знаю почему я именно об этом думаю, но мне не надо было проводить расследование. Я знала это, как свое собственное имя.

Белые снежинки манили меня своей прохладой. Когда внутри все горело и билось в агонии, я желала окунуться в холод.

— Тая! — услышала я душераздирающий крик за спиной, прежде чем вылетела в разбитое окно.

Смерть? Заново смерть?

Я сама оборвала свою жизнь, потому что для меня смерть это всего лишь обрыв паралели. Я не смогу жить нормально, но и умереть мне не дадут. Зато я смогу вновь увидеть живого брата.

Странно, раньше Танта не покушалась на жизнь сына. Почему в этой паралели она будто с цепи сорвалась?

Неужели, чем дальше паралель тем жестче мир?

Глава 6

Я дышала теплым воздухом лета. Жара палила зеленые листочки и забирала влагу из почвы. Засуха тихо подступала к полям, грозя голодной зимой и тяжелым годом.

Люди несли на своих плечах тяжелые ведра с водой от реки и многочисленных озер. Вереница из несдающихся перед палевом солнца труженников не иссякала, будто их жалкие попытки избежать голодного года принесут плоды.

Странно, раньше я не замечала как люди вокруг работают, боряться и живут. Для меня было главным сбежать с уроков или от мамы с ее правилами.

Сейчас моя жизнь преобразилась и даже дышу я по-другому. Мое сердце бьется осторожно, будто боиться сломаться и исчезнуть. Я сама стала другой: не бегу сломя голову вперед, а стараюсь остановиться в одном мгновении. В моменте, когда вся моя семья счастлива и все живы.

Моя мечта: смотреть на всех так будто я ничего не знаю, так и не сбылась. Зато я перенеслась когда Рад упал с лошади и едва не умер.

На шестой день рождения отец подарил брату племенного жеребенка. Мальчик, конечно, бросился его приручать и в итоге оказался на волоске от смерти. Ни разу неседланный конь затоптал малыша.

Теперь я сижу рядом с Радом и молюсь Камилле, чтобы мой непроснувшийся дар помог брату. В прошлый раз он помог, а в этот раз сможет?

"Дар надо было с детства развивать, тогда им можно будет пользоваться, как магией", — вспомнила я слова Матушки.

Интересно, мне едва исполнилось семь лет, считается ли это "детством"? Или дар зависит от души? Тогда мне лет тридцать должно быть.

Слезла с окна и подошла к мирно спящему брату. Перемотанный лекарственными повязками он был похож на сверток тряпок, но его ровное дыхание давало мне уверенность в том, что брат сможет выбраться из-за Грани.

— Люблю тебя, братик, — я едва дотянулась, чтобы поправить ему одеяло.

Хех, мое тело значительно уменьшилось. Теперь мои ручки слабые и не такие длинные, как я привыкла. На голове по-детски распущены волосы. Мое платье больше похоже на простынку: без украшений, вышивки и красивых разрезов.

Но мне нравится.

Я зашла в комнату со своими вещами и тяжело вздохнула. В гардеробе было полно ткани и всяких украшений, но то на чем можно потренироваться с даром не нашлось. Взяв пару свертков со светлой хлопковой тканью, я направилась к отцу в кабинет. Подумала и оставила один сверток, а то мне и так тяжело.

Пока мой дар не проснется, княжество Наори будет, как и все соседи, подчиняться погоде: жара выжгет все посевы - голод, зима будет без снега - голод. Снимать урожай будем только раз в год, болеть люди тоже будут довольно часто, с животными будут проблемы: голод - значит число скота резко упадет, а рождаемость весной будет минимальной.

Это позже мы станем одной из богатых провинций. Отец говорил, что можно было бы продавать еще больше, но тогда мы привлечем слишком много внимания.

Длинный коридор в сторону господ был очень длинным. Мои маленькие ножки преодолели его медленее, чем я привыкла. Плюс, еще и ткань тяжелая. Пока я дошла до кабинета отца, успела десять раз остановиться, чтобы отдохнуть.

Постучалась и замерла, ожидая ответа.

— Да, — простецки крикнул отец.

Теперь я вижу отличия между мамиными манерами леди дворянского происхождения и отцовскими криками бывалого война.

— Пап! — пискнула под его дверью, прекрасно понимая, что тяжелые створки из мореного дуба я не смогу открыть.

Послышался скрежет и вот дверь мне открывает молодой Атис.

— Тая? — он удивленно посмотрел на меня и заметив сверток с тканью, выдохнул. — С Радом все хорошо?

— Да, — я кивнула и попыталась протиснуться сквозь мужские ноги, но отец мне не позволил.

— Тая, мне сейчас некогда играть, — он преградил мне дорогу в кабинет. — Иди к Лате или маме, — он попытался меня отослать.

— Я хотела поговорить о способах борьбы с засухой, — я посмотрела на отца снизу вверх. — У нас же опять в этом году будет тяжелая зима. Не хочу, как в прошлом году, питаться одной солониной с корнями, — я скривилась, вспомнив что они горькие.

Атис Наори недоуменно смотрел на меня, как на незнакомку. В его взгляде читалось недоверие и немного испуга.

Понимаю его. Я бы тоже испугалась, когда моя семилетняя дочь пришла бы ко мне с подобным вопросом. В семь лет даже читать еще не учат! Особенно девочек. Я должна играть со своей четырехлетней сестрой и не мешаться взрослым. А о сложностях ведения имения и о засухе я вообще не должна даже догадывать, но...

Я знаю папин секрет: князь Наори не умеет считать.

Нет, как мальчик из обычной семьи, он считает до десяти и даже кое-как пишет, но с отчислениями на отдельные сферы жизни имения он справляется отвратительно плохо! Я это заметила, когда в прошлой паралели вела хозяйство за место управляющего.

Поэтому, после подсчетов отца мама проверяет все его документы и исправляет так, как ей видится нужным.

Раньше, я считала это очень милым и правильным, но теперь понимаю откуда у Танты Наори достойные связи для поднятия мятежа против короны.

Теперь пришел мой черед набирать себе сторонников и отнимать влияние у женщины, которая настроена против Радоиса.

— Папа, меня мама недавно учила считать на примере наших запасов и я решила показать свои умения тебе, — я невинно потопталась у двери кабинета и подтянула к себе ткань.

— Танта? — удивился Атис и забрал у меня из рук сверток.

Как хорошо. А то у меня ручки готовы были сломаться.

Двери в запретный кабинет отворились, как под действием заклинания.

Глава 7

Запах дерева и чернил встретил меня в папином кабинете. Как давно я здесь не была? А как давно видела отца живым?

Поэтому я стояла и глупо улыбалась, наблюдая такую привычную картину.

Атис прошел к своему стулу, но вспомнил, что я не смогу забраться в высокий стул напротив его стола. Поэтому он усадил меня сам и поправил меня на нем, спросив удобно ли мне.

Как же я глупо улыбаюсь сейчас! У меня внутри все кровью обливается.

Папа! Он общается со мной! Делает такие привычные вещи для меня и я радуюсь этому, как дитя.

— Будешь что-нибудь? — отцу было не по себе, когда он смотрел на меня.

До сих пор, наверное, не понимает зачем пригласил меня.

Я заметила бумагу аккуратно сложенную на краю стола и пару дощечек с мелом. На таких нас читать, писать и считать будут учить в десять лет. Рада алфавиту будут обучать намного раньше, ведь он мальчик, но в десять он сам будет помогать мне с буквами.

Но... не в этой паралели. В этой мире я хочу создать безопасную утопию для своей многострадальной семьи. Буду выкладываться всеми своими знаниями и силами, чтобы суметь защитить родные жизни. Пусть я и буду выглядеть странно и пугающе.

— Так, — Атис сложил пальцы в замок и взглянул на меня, сквозь полуопущенные ресницы, — давай начнем с ткани. Ты хотела попросить сшить платье? Это надо у мамы твоей просить, — папа пытался найти в своей маленькой дочери ту привычную и игривую девочку, которая не то что учится, но и сидеть на месте не умеет.

— Нет, — я спокойно выдержала папин взгляд и попросила его подать мне дощечку. — Я хочу сделать покров для самых прихотливых всходов.

Отец не сдержался и его брови поползли наверх. Его взгляд говорил о шоке, поражении и скрытом страхе.

А мне было неудобно сидеть на высоком стуле и одновременно писать так, чтобы пыльная меловая доска не искачкала мой подол. Недолго думая, я соскользнула со своего места и зацепившись за плохо обработанный край мебели полетела носом в край стола.

Скрип, стук и грохот...

Атис поймал меня, раскидав все документы на столе и откинув свой стул в сторону. Он держал меня за шкирку в паре миллиметрах от злосчастного угла.

Уфф, оказывается, в этой паралели я и сама могу умиреть по неосторожности. Мое тело маленькое и слабенькое, поэтому мне нужно быть вдвойне осторожной.

— Спасибо, — пропищала я, смотря на блестящий взгляд отца.

Не знаю каков он в бою, но реакция у него замечательная.

Атис поставил меня на ноги и угрюмо уставился на раскиданные листы и пролитые чернила. Ох, и достанется папе за беспорядок в кабинете. Ведь Танта всегда учила его представительности.

Я быстро собрала вещи и притерла чернила.

Отец поправил мебель и уже не был уверен в происходящем вокруг. Ведь я, воспользовавшись своим положением и тем что являюсь ребенком, забралась ему на колени и радостно улыбнулась.

Как же мне не хватало папы в прошло! Его тепла, присутствия и опеки.

Да, он буквально продал нас с сестрой, но он остается моим папой! И до того злосчастного дня он всегда был заботливым, добрым и великодушным.

— Начнем, пап? — я запрокинула голову и взглянула на его чистый подбородок с небольшим шрамиком.

— Давай, рассказывай, — отец усмехнулся и погладил мою простоволосую голову.

Я едва не сдержала слезы радости и отчаянья.

Папа! Папа! Папочка! Родной! Живой! Улыбается!

Дрожащей рукой я вывела на дощечке подобие палатки и срывающимся голосом объяснила свою задумку. На что Атис тихо сообщил мне, что Танта будет ругаться, потому что ткань дорогая и ее не так много, чтобы укрыть все поля.

— Не надо все, — я закрутилась, чтобы поймать взгляд отца, — у нас есть капризные культуры, которые надо спасать от палящего солнца. А на пшеничные поля можно устьешки пробить от реки и озер. Сделать их закрывающимися. Дощечек у нас много, а люди сами хотят спасти свой урожай от солнечных лучей.

— И как ты это себе представляешь? — отец очень заинтересовался моим рисунком на доске. — Неплохо продумано. Казус уже месяц не может позвать дождь на поля, думаю, пару недель народ потерпит прежде чем прийдет вода.

— Да, — я перебила папу и нарисовала еще несколько задумок, — это резервуары на случай если пойдет дождь. Наберем воды и спрячем.

— Так, в бочки набирается, — немного удивился папа.

— Нет, это для общего пользования, — я постаралась показать руками насколько огромной должна быть емкость.

— Откуда ты все это взяла? — Атис все же задал самый главный для себя вопрос.

"У Матушки в поселении огромная библиотека. Меня ведь два года держали в подземелье. Начиталась. Плюс, я много путешествовала и была в столице. Набралось знаний на целую библиотеку. Сейчас я решила их применить".

— Приснилось, — я глупо улыбнулась и вжалась в отцовскую грудь своей головой. — Это был ужасный сон, — тихо добавила я.

Отец аккуратно обнял меня и стал нежно гладить по спине. Я не заметила, как слезы крупными каплями заструились по моим щекам. Уже через минуту я рыдала на его плече, как ненормальная. Я не хотела отцепляться от него и держалась маленькими ручками за его широкую грудь.

В прошлом, я видела его последний раз, когда он отдавал меня тусам. Я помню его каменную спину, как он сжимал кулаки уходя в имение. Я помню, что как бы Тана его не звала, он не обернулся на зов дочери, хотя очень хотел. В тот момент он защищал, но не имение Наори, а секрет Императора - Радоиса - сына его Величества и сестры - принцессы Елены.

Он продал дочерей, чтобы спасти жизнь Радоису.

Как же я соскучалась по нему!

Глава 8

Я зашла в комнату и тяжело выдохнула. Закрыв дверь, я привалилась к теплому дереву и соскользнула на пол.

Силы покинули меня, а моя выдержка треснула в отцовских руках. Меня до сих пор потряхивает из-за пережитого стресса.

— Я же взрослая, а меня так тянет плакать, — простонала я, спрятав голову в коленях. — Хочу все исправить...

Послышалось шевеление и я резко подняла голову.

Радоис смотрел на меня с кровати, но в его глазах не было узнавания. Он будто пытался понять кто он и где.

— Рад, — я поднялась с пола и хотела его обнять, но я вовремя вспомнила, что на его теле нет живого места. Я не стала его трогать и лишь положила свою ладонь ему на лоб. — Я так рада, что ты очнулся, — я искренне улыбалась своему братишке. — Я приготовлю отвар, чтобы снять боль.

Я завертелась возле брата, как юла. Поправила намотки, пропитала их новой порцией заживляющего раствора. А он смотрел на меня и молчал. Испугавшись этого, я решила осторожно его вывести на разговор.

— Отец испугался, когда тебя достали из-под коня, — я рассматривала Рада и чувствовала, что заново с ним знакомлюсь. — Твой подарок пришлось убить, чтобы спасти тебя, — я все же не смогла сидеть просто так и взяла его руку в свои ладошки. — Слава Камилле, ты выкарабкался из-за Грани.

— Тая..., — негромко произнес брат и я радостно взглянула на мальчика. — Кажется, я плохо перенес травму, поэтому могу не помнить чего-то важного.

Я неуверенно похлопала глазами и напряглась.

Как так?

В прошлый раз брат выжил и все прекрасно помнил.

Может, это я виновата? Я ведь не круглыми сутками возле него сидела, как в прошлой паралели. Неужели мой братик теперь будет умственно отсталым?

Я непроизвольно сильно сжала руку брата и продолжала смотреть в такие родные глаза.

— Я помню, что у нас были натянутые отношения с тобой, Тая, — произнес шестилетний ребенок странную фразу для его возраста.

Конечно, он был прав. Мы с Радом плохо ладили: часто дрались, ссорились и отыгрывались друг на друге. Чаще это делалла я, потому что Танта ругала Рада, если узнавала, что он мне вред причиняет. Так было до десяти лет, пока я не смирилась с тем, что брат это моя часть жизни. К тому времени подросла Тана и с ней стало интересно играть, поэтому я отстала от мальчика. С тех пор у нас намного улучшились отношения, но сейчас... мне семь лет, Тана неинтересный четырехлетний младенец, который постоянно находится с мамой, а брат меня раздражает, потому что он любимец отца и мама позволяет его бить и ругать.

Но это все было до того, как моя измученная душа вернулась в эту паралель.

— Я могу стать невыносимой, — я приложила свой лоб к его ладони и тихо вдохнула аромат лекарства, исходящий от тела мальчика. — Если будешь меня раздражать, то я напомню тебе кто из нас старший и любимый ребенок. Но сейчас я буду твоим другом.

— Бред какой-то, — фыркнул брат и забрал свою ладонь из моего захвата. — Я видел совсем другое, — он отклонился от меня, когда я поправила ему одеяло. — Ты бесилась когда мне коня подарили.

Я вздрогнула.

Прошлая я, которая успела прожить в этой паралели семь лет была взрывной неунимающейся злюкой.

Когда брату подарили прекрасную лошадку она во всеуслышанье кричала, что Рад ей больше не брат, если не даст покататься на подарке. Она проклинала его и кидалась блюдами с праздничного стола, чтобы навредить ребенку. Малыш никак не реагировал, видя склабезно усмехающуюся Танту. Только когда на горизонте появился Атис, мама схватила меня за руку и увела прочь.

Это то, что я помню и то, за что ненавижу себя прежнюю. Чтобы понять насколько Рад прекрасен, как брат, мне пришлось несколько раз умереть.

— Думай как хочешь, — я отставила лекарство прочь и направилась на выход. — Я позову папу. Он очень сильно за тебя переживает.

— Танте, хм... маме, — мальчик запнулся, смотря на мою реакцию. — Не говори ей пока что ничего.

— Сначала тебя посмотрит Казус и папа, а потом и мама обо всем узнает, — рассказала я ему последовательность событий.

Мальчик потрогал свою голову и утвердительно кивнул.

— Тая, а сколько мне лет? — внезапный вопрос заданный братом мне в спину, заставил меня напрячься.

— Тебе только исполнилось шесть, — обеспокоенно, я замерла возле двери.

— Жесть, — странно выразился младший брат. — Тебе, получается, семь, — он посчитал это в уме или просто помнит, как меня поздравляли? — Младшей должно быть около четырех. Отец - военный, мать - из благородных, правильно. — он смотрел на меня, будто пересказывал только, что прочитанный материал. — За какие такие заслуги мы получили титул князей и огромное поместье на задворках Империи?

— Это не детский вопрос, — внезапно выпалила я, испугавшись такого серьезного и странного поведения брата.

Это не разговор шестилетнего мальчика после травмы. Тем более, что он узнал о смерти своего подарка.

Взгляд мальчика резко изменился, будто он сожалел о своем монологе. Но он сам не знал почему так открыто стал распрашивать меня обо всем. Будто он сам, как и я, не привык к маленькому тельцу, когда в голове живет взрослый разум.

— Я не помню, умею я писать и считать или...

— Ты только приступил к обучению, — я ухватилась за эту тему всеми руками, боясь довести себя до страшных подозрений. — Ничего если ты не помнишь пару уроков. Я принесу дощечку и позанимаюсь с тобой.

— А у тебя уже были уроки? — Радоис подозрительно прищурился.

Вот, я опять проговорилась.

— Я за папой, — выпалила я и выбежала из комнаты.

Глава 9

Я сообщила отцу о том, что брат очнулся. Теперь, когда Атис отвлекся на наследника, я решила изменить свой распорядок дня.

Три дня беспямятства Рада - я успела знатно испугаться. Мне каждый раз казалось, что и в этой паралели мое перерождение бесполезно и не принесет никаких изменений.

Слава Камилле, братик не ушел за Грань. Надо богине принести подношение, чтобы она и дальше приглядывала за нашей семьей.

Домашний святой угол был полностью украшен вышивкой и тряпичными куклами Высших, но я хотела навестить храм. Чтобы я смогла покинуть дом, мне надо отпроситься у старших и получить от них сопровождение.

Можно покинуть имение без ведома взрослых, но тогда я сама себе наврежу. Я - семилетняя болезненная девочка, которая даже ходит с трудом. В дороге со мной может, что угодно случится, а мои родные даже знать этого не будут. Поэтому, я весьма щепетильна к своему состоянию.

Я не могу сейчас самостоятельно ездить верхом, потому что мне еще не подарили лошадку, а чужих трогать нельзя. Отец очень строг со всеми кто нарушает военные правила. Поэтому Атиса бояться все служащие и оруженосцы.

Мне придется встретиться с Тантой, как бы сильно я этого не хотела. Она - второе лицо имения Наори.

Идя в родительские покои, я думала о том, что буду говорить маме.

Фуф, как же быстро я устаю. Я прислонилась к стене для кратковременного отдыха. Мое сердце билось в странном ритме: то бежало вперед, то замирало, становясь тяжелым и горячим. Физическая активность мне дается слишком тяжело. А раньше, я носилась по имению, как неприрученный жеребенок. Видимо, мои перерождения дают о себе знать.

Когда я добралась до дверей, то ощущала как со лба стекают капли пота, а дыхание стало тяжелым и свистящим.

Я постучала, когда немного пришла в себя. Пришлось потратить драгоценное время для приведения себя в порядок.

Мне нужны силы, чтобы разговаривать с Тантой, а измученный вид вызовет у нее только жалость. Поэтому, я даже с матерью должна оставаться княжной: гордой, неуязвленной и стойкой.

Постучала в дверь и громко вдохнула.

— Мама, — отозвалась я.

Дверь мне открыла Лата. Женщина смотрела на меня, как на нерадивого щенка, который описался на руках хозяина.

Именно из-за такого взгляда и отношения я должна быть другой, а не как меня помнят и представляют все взрослые.

— Предупредите Танту Наори, что пришла Атаная Наори, — я смотрела снизу вверх на высокую светловолосую женщину и старалась держать спину.

— Тая? — голос мамы раздался из гостинной родителей. — Проходи. Что-то случилось?

Я степенно и плавно вплыла в пристанище Танты. У меня ощущение, что я начинаю дергать за усы спящего кота. Если я не найду грань между братом и мамой на которой смогу лавировать, то улечу в пропасть нового перерождения.

Камилла, дай мне сил и уверенности в завтрашнем дне.

— Матушка, — я аккуратно присела и склонила голову, как подобает благовоспитанной леди. — Я хотела бы посетить Храм и назначить служение Камилле. Хочу попросить благостей брату.

Я подняла свой взор от цветастого ковра под своими ногами и посмотрела на высокую статную леди. Темные волосы мамы были убраны в красивую и одновременно домашнюю прическу. Платье простого кроя было темным, что говорило о его домашнем применении, но одновременно по его лифу и подолу летели светлые птицы - вышивка. Белые части платья, которые так легко можно испачкать, сообщали, что перед тобой стоит не простая кухарка и даже не городская дама. На тоненьких пальчиках мамы было несколько колец, а на ее шее висели небольшие бусики из малахита.

Высокородная!

Именно это понимание приходило на ум при взгляде на Танту Наори.

Ее выправка, сложенные смиренно руки, взгляд "сверху вниз", тонкие черты лица.

Я понимаю отца. Он никогда не сталкивался с такой красотой на поле боя, поэтому утонул в глубинах глаз своей благоверной.

Но почему я раньше не замечала этого? Ни ее особого положения в имении, ни ее отличия от всех присутствующих, ни ее постоянных слуг?

— Прости, милая, о чем ты говоришь? — мама подплыла ко мне и ласково провела теплой рукой по моим волосам. — Нам можно помолиться в Белом углу. Лучше сшей берегиню и подари ее Камилле.

Да, именно такой ответ я и ждала. Но я не ради отказа пришла.

— Матушка, — я максимально выпрямилась и посмотрела в ее лицо: — Отец переживает за Радоиса, но у него нет времени на служения. Он, как князь земель, должен находиться подле своих воинов и людей. Мужчина - это реальность. Женщина смотрит за духовным миром и его наполнением. Поэтому, в час беды мы должны вспомнить о своем предназначение.

— Отец нас не отпустить, — Танта почему-то напряглась. — Дорогая, давай мы лучше поиграем с тобой или начнем вышивать гобелен? Тебе давно пора начать вплетать в жизнь имения свои нити.

Она подтолкнула меня к широкому креслу, перед котором на столике были разложены ниточки, тесемочки и отрезы тканей.

Видимо, Тана уснула и мама решила заняться своим гардеробом. Но я не готова отступать.

— Люди могут искаверкать поведение княгини Наори, — я вытащила свой последний аргумент. — "Танта Наори едва не потеряла сына, но к богине не пришла. Даже службу не заказала для единственного наследника, потому что верила в мага, лекарей и травы. Неужели духовенство не нужно? Что оно дает? Только налоги на храм собирает и сирот кормит. Раз княгиня сама со всем справилась, то и мы лучше купим нелишнюю куричу на деньги для подношений" - так будут думать наши люди.

Я взглянула на Лату, замершую в стороне и подошла к матери очень близко.

— Мама, вы хотите настроить Божона против себя? — прошептав эти слова, я поклонилась и быстро выпрямилась. — Если мы не идем в храм, то я пойду на лодочке поплааю, хорошо?

Танта смотрела на меня долгим пронзительным взглядом и внезапно посветлела лицом.

— Ты права, Тая, мне надо держать лицо перед народом, — она присела возле меня и тихо спросила. — Зачем тебе в храм, маленькая плутовка?

— За Рада спасибо скажу, — честно ответила я и обняла Танту за шею. — Я хочу, чтобы о вас, мама, помнили и говорили только хорошее, — прошептала ей на ушко и довольно улыбаясь, отошла в сторону.

— Хорошо, Демьян приготовит карету и сопровождение, — мама расправила плечи, потрогала свои идеальные волосы и улыбнулась. — Нам с тобой тоже надо приготовиться.

Глава 10

Я не думала что можно так долго собираться для молитвы в храме. Еще никогда я так долго не стояла в окружении маминых слуг: Юшки и Поришки.

Даже на свое день рождения я быстро переодевалась в платье от мамы и бежала заниматься своими делами. В этот раз все было по другому.

Меня искупали, хотя я вроде нигде не испачкалась. Волосы долго расчесывали так, что они теперь бояться приподняться из-за ветра. Потом меня мазали чем-то так, что я стала пахнуть, как цветочное поле. Последний штрих - платье, то самое синее, которое мама сшила мне на день рождения, а потом спрятала.

Я вообще никогда не видела своих платьев после праздненства, поэтому была очень удивлена.

Детское платье было похоже на огромную простынь в которую завернули ребенка: оно прятало каждый сантиметр моего тела, не позволяя солнечным лучам и ветру тронуть мою нежную светлую кожу.

Ткань под горлом красиво украшала серебрянная вышивка. Рукава скрывали не только мои руки, но и норовили подмести пол. Нужно было продевать запястье в специальную дыру, чтобы ткань не собирала грязь. Весь перед платья был расшит разнообразными узорами и буквально кричал: я скрываю тело Госпожи.

Пока меня наряжали, мама тоже принарядилась. Она сменила строгое платье на светло голубое с яркими синими птицами по всему подолу и цветами по лифу.

Танта убрала волосы под вуалетку и скрыла вуалью свое лицо.

Оглядев меня она довольно улыбнулась.

— Тебе надо убрать волосы от лица, Тая, — она достала что-то из своего сундучка и отдала это слугам.

Юшка забрала серебрянную цепочку с камушками и опустилась передо мной на колени, чтобы выровнять украшение и вплести мне его, как ободок.

— Прекрасно, — мама очень сильно обрадовалась и смотрела на меня не скрывая восхищения. — Тесьма в твоих волосах похожа на маленькую корону.

Не знаю на кого я похожа, но образ мамы мне казался привлекательнее всего.

Светлая ткань на ее талии, подчеркивала ее стройность. Темный лиф и подол поблескивали на солнце, привлекая внимание. Темная вуаль открывала лишь часть ее алых губ.

Танта - красивая женщина и знает себе цену. А в красивых платьях она скидывает свой образ серой мышки и становится прекрасной принцессой.

Я восхищенно вздохнула. Вот в кого Атана будет.

— Мы пойдем степенно и величественно, — Танта смотрела на меня и сделала пару шагов, чтобы показать пример.

Ее юбки шевельнулись и несколько раз плавно качнулись в такт ее бедрам. Получался привлекательный танец ногами, где соблазнение и великолепие смешивается забирая последний вдох у наблюдателей.

Я попыталась повторить мамин шаг, но не смогла. У меня не было приталенного платья. Мое шло от самой шеи и до ног сплошным полотном. К тому же, я слишком мала, чтобы у меня были бедра.

— Прекрасно, — Танте почему-то понравилось. — А теперь пойдем вниз. Нас уже ждут.

Наконец-то!

Когда мы шли от главного входа в сопровождении маминых слуг, мы столкнулись с отцом.

Атис в одной рубашке и штанах делал что-то из досок и раздавал вокруг указания. Он стоял к нам спиной и не обращал внимания на собранную карету. Но его привлекло то, что многие мужчины буквально впились взглядом в прекрасную фигурку за его спиной.

Князь повернулся и уронил молоток, которым работал.

Он уже забыл, что за птица находится в его руках. Насколько прекрасна и величественна его жена и как не похожа на тех к кому он привык.

Перед ним стояла прекрасная фея, сошедшая с неба, следующая за Богами.

Тем временем, Танта подождала, когда Демьян посадит меня в карету, а затем сама оперлась на его руку.

Атис хотел броситься своей супруге на помощь и предложить свое плечо, но темные мокрые волосы закрывали ему обзор, а влажная от пота рубашка неприятно липла к его телу.

Карета тронулась.

— Когда мне сообщили, что жена с дочкой в храм едут, я не думал, что они туда так собираться будут, — профырчал Атис, вытираясь полотенцем.

— Они службу заказали, лорд, — рядом стоял Серж и наблюдал за изменившимся настроением князя. — За Радоиса переживают.

— Угу, — нечленораздельно сообщил Атис и отбросил полотенце в сторону. — Пойду я, вы тут сами без меня заканчивайте.

Князь спешил в свои покои, чтобы искупаться и переодеться. Он желал взять коня и встретить свою благоверную у выхода из Храма. Давно он так не желал свою жену, как сейчас. Кровь пожаром неслась по телу.

Это было странным, ведь он считал, что больше не сможет желать женщину, которая издевается над Радом.

С тех пор как он увидел, что его благоверная дала трехлетнему мальчику пощечину, у него все чувства перегорели. Он не мог больше смотреть на свою жену теми влюбленными глазами. Тем более когда понял, что мать подговаривает старшую дочь и та не упускает возможности, чтобы задеть брата.

Но недавно все изменилось.

Да, он знает о том ужасном поведении Таи на дне Рождения Радоиса. Он мчался с поля, чтобы защитить сына от безнаказанного поведения жены и дочери, но увидев Танту, прижимающую к себе истерящую Таю он ничего не смог сделать.

Как безразмерной бывает любовь матери к ребенку, так и ее ненависть может утопить подкидыша.

Танта обожает своих дочерей и костьми ляжет, чтобы их оградить от всего на свете. Она даже Атису не позволяет поднимать на них голос. Никому из этого имения даже в голову не придет, чтобы вступиться за Рада. Если Танта узнает кто сделал замечание ее дочери, то прикажет отходить его плетьми. А когда Атис попытался пообщаться с женщиной на эту тему, то понял, что проиграл.

Он не мастак говорить, да и имперских законов не знает. Только военные ему понятны.

Даже с уязвленной гордостью он понимал в каких вопросах жена права. Без нее имение давно бы разорилось, а воинам в походы нечего было бы брать.

Но совсем недавно все изменилось.

Однажды утром он заметил, как Тая гладит брата и промачивает его намотки лекарством. С тех пор прошло три дня и поведение Атанаи изменилось. Так же, как и Танты. Казалось, что их настроение зависит друг от друга. Теперь служение во благо Радоиса.

И еще одно изменение: Атис возжелал супругу после стольких лет!

Глава 11

Ехать в карете то еще удобство. Меня мама на каждой кочке ловила, чтобы я головой о крышу не ударилась. Хорошо, что жара к вечеру спала и можно было хоть как-то дышать.

Не думала, что мое желание посадит меня в такое невыгодное положение.

Забыла, что до Храма ехать очень долго. Теперь мучаюсь и ловлю попой каждую неровность.

Внезапно мы с мамой услышали лошадиный галоп, который приближался к нам, как гром желающий поглотить.

— Разбойники? — мама напряглась, прижала маня к себе, скрывая мое тело собой.

— Княгиня, — голос Демьяна возле нашего маленького окошка, заставил меня испугаться.

— Что случилось? — мамин голос дрогнул.

Она прекрасно знает, что кроме кучера и ее личного охранника мужчин больше нет. Да и людей мы с собой не брали.

— Князь прислал военное сопровождение. Они распределились по периметру вашей кареты, — отчитался Демьян.

Я выдохнула, ощущая как мама расслабилась и отпустила меня.

— Госпожа Танта, меня зовут Альберт - я капитан сопровождающего отряда по приказу Атиса Наори, — раздался голос за окном.

— А где Серж? — Танта все еще была напряжена.

— Серж с господином заняты на станках, но генерал обещал, что прибудет к вам на конец службы.

Я смотрела на маму и видела, как она боиться доверять свою жизнь кому-то кроме знакомых ей мужчин. Я сама была недоверчива, но понимала что в армии папы этих "незнакомцев" пятсот штук. И не знаю я их потому что мои дела их не касаются.

— Доверяю вам свою и дочери жизни, — мама приняла незнакого военного в качестве своего сопровождения.

Через некоторое время мы подъехали к храму и наконец увидели людей, которые нас сопровождали.

Это были высокие мужчины в легких доспехах, но с настоящими мечами на поясе и колчаном стрел на боках лошадей. В свете солнца маленький отряд выглядел помпезно и внушительно. Настоящее княжеское сопровождение!

— Господа! Милостью вашей! — услышала я голос Божона и улыбнулась.

Коренастый мужчина в белом облачении едва не на колени перед мамой падал.

— Как только вы прислали записку мы стали готовить все к служению, но не успели. Мы рады вас видеть, но...

Служитель Богов смотрел на маму и кажется мало понимал кто перед ним. А я знала...

— Не готовы значит? — мама высоко подняла глаза и поджала губы. — Вы не успели развесить Письмена над головами Богов?

— Это как раз сделали, — мужчина неустанно кланялся госпоже.

— Тогда, вы не успели собрать служек для песнопения?

— Они уже распеваются, госпожа, — служитель немного успокоился.

— Что вы не успели? Все самые главные артибуты готовы. Только если храм под вашим руководством впринципе не был готов ни к одному служению, тогда вы не успели за два часа исправить все свои ошибки и оплошности, — мама обошла мужчину и направилась внутрь храма.

Божон подскочил и побежал вперед.

Залетел в зал, обо что-то споткнулся, послышался металический стук, а потом тишина и громкий крик:

— Мальти! — кричал служитель.

Мама решила не ждать приглашения и вошла. Я за ней.

Белый зал с красивыми позолоченными картинами встретил нас приветливой прохладой и статуями богов в том или ином перерождении. Почти возле алтаря стояла пара кресел для значимых господ. Обычно все моляться стоя, а нам такую роскош предоставили.

На белом мраморном полу валялось железное ведро и в свете солнца поблескивала огромная лужа, которую надо было как-то обойти.

Из темного угла выскочила девочка постарше меня в сереньком платье, но увидев меня и маму она замерла с широко открытыми глазами.

Я ее прекрасно понимаю. Обычно наша семья не ходит в храм, мы только Божона приглашаем на праздники, где он проводит ритуалы.

— Здрасте, — пискнула девочка и побежала к мокрому пятну, чтобы поскорее его вытереть, но она подскользнулась и тут же упала.

— Осторожно, — крикнула я и дернулась к ней, чтобы помочь встать, но меня остановила огромная мужская рука.

— Осторожно, леди, — Демьян возвышался надо мной, — Я вас перенесу через лужу, чтобы вы не упали.

Я не успела пискнуть, как меня высоко подняли и почти перешагнули через мокрое пятно. Маму аккуратно провели в обход пятну так, чтобы она не подскользнулась и не запачкалась.

А Мальта тихо всхлипнула и принялась вытирать воду в мокром платье.

Божон появился как только мы подошли к статуи Многолицего бога.

— Вы ее извините, — зашептал мужчинка, расставляя под нашими ногами ритуальные предметы. — Мальта нерасторопная, но шьет прекрасные полотна, — он аккуратно показал нам покров, который укрывал одну из нагих богинь.

Мама посмотрела на золотую вышивку и тут же потеряла интерес.

— Приступайте, — отдала мама приказ.

Ритуал был недолгим: часа два. Конечно, после ритуального толкания подношений мы с мамой сели в кресла, но наши люди продолжали стоять все это время за нашими спинами. Мужчины могли уйти прочь, потому что считается, что Камилла, господствуящая эту сотню лет, не любит слушать их голоса и на их просьбы не отвечает. Зато девушек, женщин и детей она просто обожает. Поэтому я неустанно хлопала в ладошки привлекая ее внимание и умоляя помочь мне в новом перерождении.

Поэтому мои руки горели к концу церемонии.

Сама я родилась в день, когда бог Асвальд вводил в мир богиню Камиллу - свою жену, поэтому мой день рождения - весна, новое начинание, невеста, возрождение, чувственность. В этом мире Камилла пробудет сотню лет, а потом отдаст его своему первому сыну - Мситасу. Он тоже побудет сотню лет и отдаст правление двум сестрам близнецам. В конце концов появиться Тангор бог изгнанник и его надо будет победить, тогда все боги соберутся воедино, став Многоликим покровителем нашего мира.

Но до этого часа еще много времени и мы успеем пожить в свое удовольствие.

Когда мы покинули храм был уже вечер. На улице перед храмом нас почему-то встретила толпа деревенских людей. На меня и маму смотрели, как на иноземную диковинку.

— Видать, с княжичем совсем все плоха, раз мать за сына, аж, в храм пришла просить, — слышала я шепотки среди людей.

— Если он умрет, то как же имение? — ответили ей.

Я сильно зажмурила глаза, стараясь отогнать эти мысли. Все будет хорошо! Если я не умру, то постараюсь наладить отношения в семье и за ее пределами!

— Князь! Князь! Князь!

Я открыла глаза, повинуясь всеобщему волнению и удивленно замерла.

Перед нашей каретой стоял папа. Нет, не так.

Нас встречал Атис Наори - князь земель Наори.

Мужчина был аккуратно причесан, а не как обычно растрепан. На нем был парадный костюм князя, который поблескивал множеством вышивки и камней.

Мужчина аккуратно придерживал дверь кареты и ждал нас, как сторожевой.

Мама замерла, недоверчиво разглядывая благоверного и отчего-то хмурилась. Казалось, что она на что-то сильно обижена на своего мужа.

Хех, побуду маленькой, чтобы дать им поговорить наедине. Думаю, они взрослые и смогут найти общий язык.

— Папа! — я быстро подошла к мужчине и пожалела об этом.

Стоило мне немного чаще задышать, как в моей груди вспыхнул пожар, а сердце совершило кульбит.

Подавившись словами, я почти упала в папины объятия. Отец ничего не заподозрил и поднял меня на руки. Уткнувшись ему в шею, я старалась унять огонь в груди.

— Как прошло служение? — тихо спросил папа.

— Мама такая красивая, — прохрипела я и отодвинулась от отца. — Папа, я хочу поехать в карете одна.

В этот момент подошла Танта и тронула мою спину. Она заметила мои бледные щеки и вымученную улыбку.

— Ты себя плохо чувствуешь? — она забеспокоилась.

— Хочу, как принцесса в личной карете и с личной стражей! — пискнула я.

Мама недовольно посмотрела по сторонам. Народ наблюдал за развернувшимся спектаклем и не желал расходиться.

— А на чем же я поеду? — мама постаралась вразумить меня.

— У тебя есть папа, а у него лошадка, а у меня ничего нет, — я начала притворно хныкать и кукситься.

— Хорошо, поедешь одна в карете, а мы с мамой на моей лошадке, — Атис улыбался во все свои зубы и казалось, что сейчас бросит меня в карету, чтобы поторопить события.

Он был рад.

Когда за мной закрылась дверца кареты, я сползла на пол и прислонилась лбом к холодному полу.

Сердце билось редко, неритмично и горело алым пламенем.

— Раз, два - не гори трава, три, четыре - встаньте люди шире, пять, шесть - дыбом волчья шерсть, семь, восемь - копье в ворюгу бросим, девять, десять - пастух, хватит спать.

Этот простой детский стишок - счталочка сама пришлась к слову. С такими мотивами дети начинали играть в догонялки и прятки, убегая от волка.

После этого стишка мне полегчало и я еще несколько раз повторила считалочку.

— Надо выйти в лес и собрать себе трав для лечения, — я села на скамеечку и вцепилась в поручень, чтобы не летать на каждой кочке.

Карета - неудобное средство передвижения. Папа, подари мне лошадку!

Глава 12

Вечером я кое-как добралась до комнаты. Сердце ныло и тянуло вниз. Хотелось упасть на кровать и просто провалиться в забытье.

Я устала. Очень сильно устала.

Но открыв дверь комнаты, я увидела как Рад пытается сам себя помыть и в итоге забрызгал всю кровать мыльной водой.

Все дело в том, что его левая рука и нога были перетянуты и зафиксированы дощечками. Наверное, это Казус постарался.

— А где служанка? — я сморщилась, рассматривая бардак.

Рад вздрогнул, выронил мыльную тряпку и стал прикрывать свой пах рукой. В глазах читалось непонимание и недоверие.

— А ты зачем пришла? — выкрикнул он.

— Слуга где? — я подняла мочалку, поставила ближе кувшинчик с мыльной водой, потрогала воду в тазу.

Когда я залезла в таз, брат едва не отпрыгнул от меня прочь.

— Ты понимаешь, что тебе нужна помощь? — я говорила с братом, а было ощущение будто я до незнакомца пытаюсь достучаться.

Мои длинные рукава красивого платья начали намокать, да и подол стал впитывать влагу с пола.

— Подожди, я сейчас тебе помогу, — я отошла подальше и стала стаскивать с себя платье.

Аккуратно повесила его на стул возле окна и зажгла свечи. Вечер уже почти забрал свет солнца, поэтому я решила быстро разделаться с туалетом брата и потом лечь спать.

— Хватит! — резко крикнул мальчик за моей спиной. — Что за танцы с бубном вокруг меня? Ты никогда не помогала, а теперь спрашиваешь куда я отослал служанку, которая хочет выслужиться перед матерью? Может, ты тоже хочешь поиздеваться над моими гениталиями, пользуясь моей беспомощностью?

Он буквально кричал, заставляя меня посмотреть на него по другому.

В свете свечей я отчетливо увидела кровавые полоски, будто его кошка поцарапала. Они блуждали по его груди, спускаясь к крепко сжатой маленькой руке.

Я отвернулась.

Забыла. Как же я могла забыть? Почему я забыла?

Радоис все детство боялся слуг и убегал от них на конюшню, в казарму, в храм... любое место, но подальше от дома. Он исчезал особенно по ночам, поэтому я спала одна в общей детской.

Я никогда не придавала этому значения, но и радовалась тому, что ночью кровать принадлежит только мне.

Может, это не брат расплескал воду? Может, он пытался спастись от заботы служанки?

— Я не причиню тебе вреда, — я вытащила из волос серебристую ленту и положила к платью. — Если я попытаюсь тебе навредить, то потеряю жажду жизни. Будь уверен во мне.

Я быстро подошла к тазу и аккуратно стала тереть спину брата.

Рад сначала дергался от меня в сторону, а позже расслабился и позволил себя помыть.

Я все взмокла, натуженно отмывая брата от пыли и крови.

Удивительно, но мое сердечко перестало болеть. Я даже смогла поднять большой кувшин, чтобы ополоснуть брата.

Радоис как-то странно на меня все это время смотрел. Мне было не по себе от его взгляда.

Когда я помогла ему переползти на кровать, то сама стала снимать маечку и шортики, чтобы помыться.

— Ты что, совсем меня не боишься? — удивился брат моим действиям.

Вода была прохладной, поэтому я не стала полностью залезать в таз и стала мыться частями. Сначала голову, потом руки и грудь...

— А что не так? — я искренне удивилась его вопросу.

Мы брат и сестра. Ему шесть лет, мне семь. До моего двенадцатилетия мы будем жить в одной комнате. Мне привычно переодеваться и купаться при брате. Позже мне поставят небольшую гардину, где я смогу прятаться, но все это будет позже.

— Полового воспитания никакого, — пробубнил брат. — А мне здесь еще выжить надо.

Я напряглась. Быстро добежала до кровати и стянула с брата простынь, чтобы самой закутаться в нее. Я внезапно почувствовала смущение, будто сама разделась перед незнакомым человеком, который пытается мне на что-то намекнуть.

Летом в нашей спальне нет одеял, лишь перина и простынь, а полотенце братику никто не дал и я не позаботилась.

— Что с тобой случилось? — я подошла к Раду и вгляделась в его глаза. — Что за "жесть", "танцы с бубном" и почему ты вспомнил про наше различие по половому признаку? А насчет комнаты, ты сам просил меня часто спать с тобой в одной рубашке. Что с тобой случилось?

Я смотрела на молчаливого мальчика и начала ощущать, как тяжесть в груди вернулась. Мне стало нехорошо. В голове потемнело, а тело перестало слушаться. Я упала на Рада и потеряла сознание.

Глава 13

Я очнулась из-за жара. Мне было жарко и тяжело дышать. Меня будто что-то душило и выдавливало последний воздух из груди.

— Брат, — начала я звать на помощь. — Оли, Рив! Помогите!

Но ответ был - безмолвием.

Я погружалась в раскаленный песок и ощущала, как все мое тело начинает чесаться. Было больно и страшно, а еще... я знала, что я не умираю.

Все время я прощалась с жизнью быстро и почти безболезненно. Боль сообщала о том, что я еще живая.

Тогда, что со мной?

Огонь в груди тек рекой, омывая дрожащую душу. Я могла потрогать то что сжигало меня изнутри. И понимала: пламени мало место и оно пытается вырваться, а сердце мое ослабло, поэтому не может контроливать поток огня.

Когда я очнулась возле меня сидела мама, а на моей груди лежала спящая Тана.

— Милостевая Камилла, прошу, не забирай душу Атанаи, — мама плакала.

Иногда ее голос переходил в тихое поскуливание, а холодный руки сильнее сжимали мою безвольную ладонь. Она боялась за меня, так как может только настоящая мама.

Танта Наори любит меня. Готова сделать все ради своих дочерей и прилагает к нашему с Таной счастью всю свою душу. Но ее ярость по отношению к брату, меня пугает.

Как так можно слуг настроить против единственного наследника князя? Что она такого сказала этим женщинам, что они легко причиняют вред ребенку?

— Мама, — во вру было сухо, поэтому мое обращение послышалось мне тихим шипением.

Но не смотря на мой шепот, женщина меня услышала. В ее мокрых, полных страха глазах, засияли звезды надежды.

Она замерла, разглядывая мое лицо, а потом прислонилась своим лбом ко мне и тихо зашептала слова обращения к Камилле.

— Славься мать семи детей и жена трех мужей. Славься дательница жизни, славься Камилла, — она целовала мои глаза, щеки, ладони и неустанно повторяла: — славься, славься, славься...

Я ощущала как она дрожит и едва сдерживается, чтобы не прижать меня к себе со всей силы.

Зашевелилась сестра и подняла сонные глаза на меня и маму.

— Ая, — пропищала младшая и придушила меня своими ручками.

Тана плохо разговаривала, но ее действия говорили сами за себя - она сильно соскучилась.

— Извините, я вас напугала, — я погладила темные волосики сестренки и поцеловала мамину руку.

— Ты лежала без чувств два дня, — мама буквально простонала эти слова и не сдерживала свои эмоции.

Маска высокородной леди была отброшена.

— Я в храм ездила, чтобы попросить тебе благостей, — женщина вытащила шелковый платочек и стала аккуратно вытираться, а потом поняла что эта тряпочка уже давно пропитана слезами. — Если бы я знала, что родной брат доведет тебя до такого состояния...

Я испугалась, поймав угрожающую интонацию в голосе мамы.

Если она решит что я пострадала из-за Рада, то она брата со свету сживет и собственными руками задушит.

— Воды, — попросила я.

Мама тут же вспомнила что я голодная, холодная и больная.

Пока она суетилась возле меня, не позволяя служанкам приближаться ко мне, я думала над тем, как мне повернуть данную ситуацию в свою сторону.

— Мама, — я опустила взгляд на свою кружку и отвернулась от сестры, делая свой вид максимально растерянным, — мне стало плохо, когда я увидела, как служанка царапает брата.

Я услышала тяжелый вздох мамы и будто она хотела оправдать свою подосланную кошку, но я не позволила ей даже рта раскрыть.

— Мама, разве так можно издеваться над Радом? Она смеялась и говорила, что ей все дозволено с твоего согласия! Она намекала, что ты плохая и продолжала издеваться над маленьким мальчиком!

Я не говорила, а почти кричала сквозь свои выдавленные слезы. В какой-то момент я схватила Танту Наори за ее ладони и посмотрела ей в глаза.

— Мне стало очень плохо при виде ее улыбки и слез брата. А она все повторяла, что моя мамочка разрешила все это... Мамочка, ты же самая добрая, красивая и лучшая мамочка. Я люблю тебя всем своим сердцем и не верю, что ты могла разрешить издеваться над младшим братиком. Не верю, мама! Не верю!

Я схватилась за грудь и ощутила, как утихший жар, вновь стал разливаться по сердцу.

Танта тут же пришла в себя и принялась меня гладить по спине и умолять перестать волноваться. Она прижимала меня к своей груди и постанывала, пока я пыталась восстановить дыхание.

"Раз, два - не гори трава, три, четыре - встаньте люди шире, пять, шесть - дыбом волчья шерсть, семь, восемь - копье в ворюгу бросим, девять, десять - пастух, хватит спать", — повторила я про себя несколько раз и успокоилась.

— Конечно, я не стану причинять вред твоему брату, — шептала мама, роняя слезы и не выпуская меня из своих объятий. — Я найду ее и накажу. Прослежу за всеми слугами в имении, чтобы они тебя больше не расстраивали. Если увидишь какое-то бесчинство, то тут же сообщай мне. И... не волнуйся, Тая. Умоляю, не терзай свою душу ненужными мыслями. Если ты так продолжишь, то можешь умиреть. Так Казус сказал...

Мама на последних словах завыла не своим голосом и буквально вжала меня в себя.

Она очень любит меня и Тану и даже через свое непринятие Рада перешагнет, чтобы я не страдала.

А я теперь буду защищать брата в открытом бою!

Глава 14

Вечером этого же дня. Неизвестную мне служанку наказали пятью плетьми.

Я не видела этого собственными глазами, но прекрасно слышала сквозь открытое окно свист хлыста в папиных руках и ор дикого загнанного животного.

Собственно, из-за этих звуков я и проснулась. Послушала, поняла что проспала весь день, увидела рядом с собой тряпичную куколку берегиню и продолжила спать.

У меня было ощущение, что я все свои жизни ни разу не спала, а сейчас, пока я маленькая, мне предоставился шанс выспаться. И я воспользовалась этим шансом.

Я спала.

Не знаю сколько я сладко посапывала, видя сны о мужьях, о будущем, о нерожденном мной малыше. Редко я просыпалась, пила воду и обратно заворачивалась в простынь.

Сил на какие-то движения у меня не было. Мне было тепло и уютно в объятьях родных, а маленькая девочка постоянно звала меня поиграть в прятки — прекрасный сон.

Единственным моим вопросом во сне стал: "Все ли хорошо с братом". Ведь если с ним что-то случится, то я проиграю перед самой Судьбой не начав даже сопротивляться.

Чирк-чирк, скрип-скрип.

Я повернулась в сторону странных звуков и заметила, что Радоис натуженно пишет на дощечке мелом. Интересно, где он берет уроки? Неужели мама с ним занимается? Учителя нам еще не наняли, а папа сам учится у мамы, поэтому самые образованные в имение - Танта и Казус.

Так же меня удивило кресло в котором он сидел при этом. За место ножек у него были колесики.

Я таких никогда не видела.

Во дворце императора служанки пользовались столиками на колесиках, но кресел для человека не было.

— Наконец ты проснулась, хитрая лиса, — Рад заметил мой внимательный взгляд и слегка улыбнулся. — Воды? Или ты голодная?

— Пить, — просто попросила я и брат... подъехал к столику с кувшином и, налив воды, подкатился ко мне.

Удивительно удобное приспособление.

— Ты так сильно удивляешься каталке, а сама покруче маневр исполнила. Как ты смогла достучаться до Танты Наори? — он заинтересованно склонил голову набок.

Пока я пила, успела отметить, то что Радоис ни разу ко мне не прикоснулся, чтобы обнять. Да и улыбку его я только мимолетно видела.

Хотя, если учесть, что в детстве мы с ним были по разные стороны барикад, то его недоверие легко объясняется. Просто я уже привыкла и жду от него тепла и поддержки, как от взрослого брата. В будущем он станет нашей с Таной защитой, но пока его самого надо оберегать.

В недалеком прошлом остались нерешенные вопросы на счет брата. И он мне так и не ответил ни на один из них.

Я хотела спросить Рада кто он такой, но боялась услышать ответ.

Пройдя все паралелли я стремилась изменить Наори к лучшему. Я хотела видеть результаты своих трудов, а в итоге умный и заботливый брат...

Я еще раз осмотрела младшего и ощутила боль в груди.

— Не хочешь говорить? — неправильно понял мое выражение лица Рад. — Ты на эту тему не хочешь говорить или, вообще, со мной не хочешь общаться?

— Мой Радоис в детстве был милым, замкнутым и пугливым мальчиком, — прошептала я. — И заботы у него были детскими.

Мне хотелось плакать, но я лишь сжимала кулачки и разглядывала такое родное лицо.

— А моя Тая любила издеваться надо мной и чаще всего, просто не замечала меня, — Радоис тоже смотрел на меня с сомнением и подозрением.

— Но я же изменилась и хочу тебе только лучшего.

— Я тоже не собираюсь бомбить все имение и выводить каждого на чистую воду, — серьезно произнес брат и потер свою голову. — Я заметил твои старания, сделать мою жизнь лучше, поэтому решил, что ты не так глупа и наивна.

— Где мой Рад? — не выдержала я.

— Какой твой? — мальчик решил играть со мной. — Тот который едва не утонул пока ты на лодке каталась? Или тот который хотел себе щеночка, а ты распищалась, что в комнате будет вонять псиной. Щенка оставили на кухне, хоть на этом спасибо, — Радоис рассказывал то, что мог знать только мой брат.

О том что я ночью постоянно укладываюсь ему на грудь. А утром люблю потянуться в кровате. О том что люблю бегать босиком по молодой зеленой травке, а летом ненавижу горячее солнце. О том, что я зимой иногда специально ем снег, чтобы привлечь мамино внимание, когда болею. Он рассказывал о том, что я ревновала маму к Атане и отыгрывалась на нелюбимом брате. Как я кидалась в драку стоило меня задеть или что-то сказать.

Он рассказывал, а я успокаивалась. В конце концов я обняла брата и позволила себе поверить в то, что он все еще мой любимый Радоис.

— Ты целую неделю спала, — мальчик аккуратно меня погладил по голове, будто боялся, что может причинить вред. — Своеобразная перемотка времени, — пошутил он, а я опять не поняла что он сказал.

Мотают ведь только нитки, а время теряют.

— Я бы покушала, — я и правда ощутила себя голодной.

— Сейчас, — брат остановил меня, когда я хотела выйти из комнаты, — Теперь за нашей дверью дежурят служанки и Демьян.

Я дернулась услышав имя маминого телохранителя. В будущем он может причинить вред братику.

— Будь с ним осторожен, — тихо попросила я.

— Хорошо, — серьезно ответил брат. — А теперь тебе пораявить себя миру, — улыбнулся Радоис и позвал слуг.

Сколько волнения, шума и слез! Особенно когда мама с умилением и со слезами на глазах наблюдала, как я кушаю.

Глава 15

Утро пробиралось в наше имение тихими шагами. Слабый ветер гонял ночную дрему по лугам и трогал влажную ткань над зелеными побегами. Мне нравилось наблюдать за солнцем, которое, как крадущийся кот, проскальзывало на наши земли. В какой-то момет ты просто понимаешь, что лучи за облаками стали припекать, а земля уже не так сильно радуется утру.

На поля пришли поливальщики. Они методично постукивали по палкам с натянутой тканью, сбрасывая с материала утреннюю росу. Пока солнце не стало палящим, люди открывали заслонки у каналов и поили жаждущую влаги почву.

Я тихо млела, ощущая, что мои советы и нововведения работают. Правда, с разработкой каналов помогал Рад. Он рассчитал на какую глубину и где надо копать. Атис очень долго удивлялся тому, что его старшие дети такие умные.

А мы с братом хлопали глазками и не выдавали своих секретов.

Радоис сейчас тихо спал и даже не замечал, что я уже встала. Его каталка стояла у стены и напоминала мне, что нога у брата сломана.

Казус очень удивился, когда понял, что рука у брата восстановилась. А я лишь тихо улыбалась. Осталось с нижней конечностью помочь.

Не зря я настаивала на продолжении делить одну детскую с братом. По просьбе Рада мне поставили ширму. Так мы разместились в одной комнате. Поначалу брат меня сторонился, но вскоре привык и не мог уснуть без меня.

Заливисто пели птицы разнося утро на своих крыльях. Поправив покрывало на брате, я пошла вниз, за отцом. Папа уже встал, я увидела его широкую спину на дороге в казармы.

За детскими дверями спала, привалившись к стене, новая служанка Марта. Позже появится Демьян, чтобы помочь брату спуститься.

Стараясь не бежать, я быстро спустилась вниз. Заглянула на бурлящую жизнью кухню. Там получила от кухарки теплую горбушку хлеба и сладкое масло сверху. Маслице таяло на теплом хлебушке и мякушка впитывала его. Наслаждаясь запахом свежего хлеба и сливочным ароматом масла, я зашла за казармы.

Здесь отец проводил утреннюю тренировку для солдат и оруженосцев.

В этот раз здесь было очень много мужчин, что напомнило мне кто мой отец.

Атис раздавал команды негромким голосом, но все его слышали и исполняли все приказы. Сам он разговаривал о чем-то с Сержем.

— Это будет голодный период, — услышала, подходя ближе. — Не забудь укрепить загоны для скота, чтобы волки не подрали. Проследи, чтобы в деревнях всем соломы хватило.

— Нужны будут сухие каши, — в свою очередь Серж говорил о том что нужно из провизии. — И на мельнице надо ремонт сделать. Осень не за горами. Если собранный урожай не обработаем, то останемся голодными.

— В этом году я устрою охоту, — подумав, сказал отец. — Солонину надо сделать впрок и на всех. Ребятам потом же будет полезно размяться.

Какие у них важные дела. Я и забыла о том, что мой отец заботиться обо всех деревнях в округе.

Я подумала о том, что я бы могла наварить ароматного мыла и привезти его в деревни. В прошлом, деревенские мылись мыльным корнем и слабым настоем золы. Это я дома заваривала мыло под руководством мамы. А она рецепт из столицы привезла. Вообще, мне надо подумать как и чем мне облегчить жизнь нашим крестьянам. Помня их быт мне стало не по себе: я то почти ничего не делаю, это люди сажают, растят, собирают и кормят меня. Конечно, мы за это платим, но хотелось бы мне более доверительных отношений среди народа. К тому же, Рад в их глазах должен быть прекрасным наследником.

— Тая, — Атис меня заметил, а я задумалась и не отозвалась. — Что ты здесь делаешь.

Отец быстро подошел ко мне и поднял меня на руки. Серж склонил голову, приветствуя меня, и улыбнулся.

Я все чаще стала замечать, что мне и Раду кланяются, как маленьким господам. Хотя в прошлой паралели меня все только Таей звали, без напоминания титула и уж тем более, без поклонов.

Удивительно, что творят изысканные манеры и правильная речь.

— Здравствуйте, — я крепко обняла отца, зарывшись в его запах и силу, — а я хотела папочку об одном одолжении попросить.

— Говори, — отец пошел со мной на руках вдоль собранных военных, — что ты еще придумала?

— Папочка, можно мне лошадку?

Отец замер, посмотрел на меня и как-то не хорошо улыбнулся.

— У брата твоего коня нет и ты решила стать всадницей первая? — Атис Наори поджал губы и отвернулся. — В чем еще ты хочешь быть первее и лучше брата.

Я не ожидала, что этот разговор повернптся не в ту сторону. Мне нужна лошадка не для хвастовства, а для дел. Я не могу расчитывать на свое больное тело. Если я начну бегать, как раньше, то рано или поздно мое сердечко остановится.

— Отец, разве я дала повод в том, что буду задирать братишку? — я начала гладить напряженные плечи мужчины. — Мне не нужен породистый жеребец, а всего лишь смирная лошадка, чтобы преодолевать расстояния по улице. Казус сказал, что мне нельзя двигаться, а у нас осенью в планах - помощь крестьянам со сборами урожая. Я тоже хочу учавствовать в жизни имения.

— Сейчас я не хочу давать тебе ответ на твою просьбу, — Атис немнооо расслабился. — Я хотел доставить коня твоему брату, а потом тебе сделать приятный подарок...

Начал он, а мне стало обидно, потому что в таком случае я только по имению смогу передвигаться.

— Я хотела вернуться в храм и посмотреть что делают с сиротами, — тихо прошептала я. — Мне скучно здесь жить. Мы никуда не ездием, не общаемся с другими дворянскими семьями и не...

— Ты повторяешь слова Танты, — выдохнул отец и поставил меня на землю. — Я отвечу тебе так же, как твоей матушке: " Нам нельзя покидать эти земли".

Потрепав меня по голове он пошел делать свои дела, посчитая что разговор окончен.

А я стала обдумывать сказанные отцом слова.

Земли и титул мы получили из-за того, что скрываем грех Императора — Радоиса. Каруос овладел собственной сестрой Еленой и зачал сына. Бедняжка сбежала к Атису и родила мальчика. Не знаю почему император не выкупил и не смог избавиться от своего позора, но факт в том, что Радоис жив и невредим. А вот более сильный маг, чем наш Казус, сразу поймет о прямом родстве Императора и мальчика из глубинки. Если грех правителя раскроется, то Кауруса осудят и даже воины могут не встать на его сторону.

Поэтому к нам никто не приезжает и мы ни к кому в гости не приходим. Все наши вылазки могут стоить жизни Раду или нашим титулом.

Да, с таким ошейником на шее Атис Наори ходит постоянно, но никому не говорит о настоящих целях, мотивах и своих думах.

Мне стало его жалко и я подошла к нему, чтобы обнять. Я схватила папину ногу и сильно прижалась, будто старалась передать ему свою уверенность.

— Все будет хорошо, папа.

"В этот раз я сделаю все, чтобы выжили все мои родные".

Глава 16

Не получилось у меня с лошадкой. Отец решил, что я хочу быть лучше брата. Он все еще считает меня наглой и капризной девочкой. Мне ничего не остается кроме как ждать удобного случая и опять попробовать попросить.

Но сейчас мне нужны травки для своего здоровья. Поэтому сразу после казарм я отправилась в сторону леса.

Идти я не спешила, прекрасно понимая, что мое лишнее движение может отозваться болью. Поэтому к нужному мне месту я подошла, когда солнце во всю припекало мои темные волосы. Мне даже начало казаться, что дома я окажусь только к поздней ночи.

Ну, хватит ныть!

Я пощипала себя за щечки и приступила к поиску и сбору трав. Некоторые листочки я тут же клала в рот и, морщась от вкуса, съедала.

Вскоре мои карманы оказались заполнены зеленью, а я вышла на огромную полянку с малиной. Не успела я насытиться сладким запахом прогретой солнышком ягодой, как увидела деревенских детей.

Они тоже смотрели на меня во все глаза и держали лукошки с ягодой в руках.

Их было всего пять: мальчик и девочка постарше меня и три моих ровестника. Они недоверчиво смотрели на меня, а взрослые дети переглядывались между собой.

— Какое у тебя платье красивое! — восхищенно пробормотала девочка - ровестница.

— Мама сшила, — я говорила правду и понимала, что резко отличаюсь от деревенских детей.

Моя одежда, хоть и домашняя, но вышита всевозможными узорами и сделана из нежной цветной ткани, а мою голову украшает обод, который не дает моим волосам лезть мне в лицо.

Дети напротив меня были одеты в перешитые взрослые рубашки. Единственная вышивка была на вороте, рукавах и подоле тоненькой линией защищая дите от злых духов.

— Мы пойдем, — старшие дети решили, что им лучше уйти, дав такой как мне место и время для сбора сладких ягод.

Я поняла по их лицам, что они испугались меня. Ведь я, как неизвестный лесной зверек с очень хищными родителями.

— Я не за ягодами, — улыбнулась я и показала пустые ладошки. — Собирайте сколько хотите.

Но старшие уже тянули младших прочь, а я ощущала как душевная пустота начинает перерастать в одиночество.

— Мальти, — крикнула я и заметила, что дети остановились. — Вы не знаете как себя чувствует Мальти?

Я вспомнила девочку из храма и уцепилась за возникшую идею всеми своими руками.

— Вы переполошили всех жителей и старост своим появлением в храме, — отозвался старший мальчик. — Божон ничего ей не сделал, ведь у нее очень хорошо получается вышивать. Уверен, что некоторые твои наряды украшала она.

— Да? — я искренне удивилась и улыбнулась. — Я рада, что с ней все хорошо. Я хочу прийти в храм и подружиться с ней, — я улыбнулась.

Младшие дети расслабились, захихикали и бросились рассматривать мой наряд.

— Ух, какая красивая птица!

— Это огонь - птица, — ответила им взрослая девочка, — она защищает самые лучшие сокровища мира.

— А синие цветочки!

— Ледяной цветок - отпугивает недругов и злых духов, — каждое оханье детей она поясняла, рассказывая о тайных посланиях в простой вышивке.

Я знала, что мама меня любит, но оказалось, что она всему свету говорила о ценности и важности моей жизни. И знающие люди могли легко это прочесть по моему наряду.

— Сильные обереги, — восхитились ребята.

Теперь меня не опасались, а свободно рассматривали мои рукава и подол. Многие уже собрали ягоды в корзинки и лежали под деревом рядом со мной.

— А вы сказки знаете про этих птиц и цветы? — я старалась не делать лишних движений, чтобы не спугнуть ребят.

— Зимними вечерами нам их часто рассказывают, — довольно причмокивая ребенок ел малину из своих ладоней.

— Кто как может, — вмешалась старшая девочка Ария, — получается, что мы слушаем разные варианты одной сказки.

— А вы сами читаете их? — я задала вопрос и тут же прикусила язык.

Из деревни только мальчиков отцы обучают грамоте и счету! Девочки должны рожать и чем больше, тем лучше. У мужчины должно быть много детей, поэтому они иногда имеют несколько жен.

К тому же, им просто неоткуда читать. Книги очень дорогое сокровище, которое просто так не найти. Даже у нас в городе книги не продавали. Их не найти почти ни в одном доме. У нас в имении всего три книги: Золотая Империя среди них самая главная.

В храме лежит огромная и красивая книга: Сказ о Сотворении.

А больше я не знаю где можно найти книги.

Читать и писать учили на глинянных дощечках и меле или просто на деревянных досках с мелом.

— Мы еще читать не умеем, — пожал маленький мальчик плечами, а все девочки вовсе замолкли. — У нас только Икан немного знает грамоту, — он указал на старшего.

Мальчик лет двенадцати в этот момент собирал малину в наполовину опустевшие корзинки.

— Он у кузнеца ученик, поэтому ему грамота нужнее.

Когда дети стали расходится, я уже примерно знала годовой распорядок деревенских жителей. Я и раньше его знала, но сейчас мои познания стали более детальными.

Я улыбалась идя домой.

Есть у меня несколько задумок. Хочу сделать жизнь вокруг намного лучше!

Но дома я действительно оказалась поздней ночью.

Глава 17

Когда я появилась в воротах имения, мама уже собирала поисковый отряд во главе с Демьяном. Но увидев меня она забыла об этом и бросилась обнимать меня. Тана тоже лезла ко мне с поцелуями и постоянно тыкаясь мне в грудь.

— Тая, ты меня пугаешь в последнее время, — мы уже перебрались в нашу детскую и мама приказала нести воду для купания. — Исчезаешь, недетские предложения выдвигаешь, в обморок падаешь..., — она поцеловала меня в лоб и погладила по голове.

Радоис сидел на кровати и наблюдал за Тантой, как за ядовитой змеей. Маленькая Тана лезла к нему с объятиями и он отвлекся на сестру.

Нас разделяла ширма, но свет свечей хорошо прорисовывал силуэты на плотной ткани, поэтому я видела, как брат осторожно играл с младшенькой.

Поняв, что он понемногу налаживает с ней отношения, я успокоилась.

Танта в это время уже начала меня купать со словами благодарности к Камилле.

Чувствую, мама прониклась верой. Надеюсь, это изменение пойдет во благо.

Чистую меня отпустили на кровать, где Рад уже нагрел местечко и ждал меня.

— С сегодняшнего дня Тана будет спать с вами, — объявила мама и посмотрела на нас.

— Хорошо, — отозвалась я и продолжила сушить волосы.

Радоис смолчал, чтобы лишний раз не провоцировать маму. Правильную тактику поведения он выбрал.

— Я рада, что вы дружные ребята, — мама улыбнулась и задула свечи, когда тазы с водой вынесли.

Она осталась с нами, чтобы уложить брыкающуюся Тану. Танта рассказывала нам легенду о Сотворении и появление Камиллы. Там говорилось о том, что у Камилы несколько мужей и при этом у них самих есть еще жены. Я в полудреме слушала ее голос и улыбалась.

Как давно меня укладывал спать мамин голос? Детство - самая счастливая пора.

Сквозь первые минуты сна я услышала как меня зовут. Непонимая ничего я открыла глаза.

— Тая, ты спишь? — тихий шепот брата.

— Уже нет, — я зевнула и теснее прижалась к теплой спинке сестры, — что ты хотел?

— Многоженство и многомужество здесь в порядке вещей?

Я немного удивилась этому вопросу и даже не знала что по началу ответить.

— У мужчины должно быть много детей, — начала я.

— Это из-за того что детская смертность высокая?

Я опять шокированно раскрыла глаза, ведь сама никогда не рассматривала этот вопрос под таким углом.

— Просто, хорошо если в семье будет три сына: старший будет отдан на обучение семье мужа, средний - семье жены, а младший - богу или императору. Если у женщины много детей, значит, она хорошая жена. А если она не может подарить мужу много детей из-за своего здоровья, то муж может взять вторую жену. Так же, если первая жена с хозяйством не управляется, то муж может взять вторую.

Я сонно зевнула и решила продолжить спать.

— А у женщины почему может быть много мужей? — не унимался брат.

— Если женщина сильна как Камилла, — я ощутила, как брат поднялся с перины. Он явно ждал пояснений. — Магички сильные и могут родить сильных и уникальных детей. Им можно брать в мужья всех кто попросит их об этом, но взамен эти мужчины защищают их от всех охочих до силы и власти. Так от магичек появляются дети - маги, даже если их отец простой человек. Многие хотят получить в семью мага. Так же если у двух враждующих семей сыновья, то могут примирить их с помощью общих детей от одной жены. Еще у тусов есть правило по которому одна жена делится между братьями.

Я говорила, а сама засыпала. Поэтому некоторые слова я проглатывала.

— Значит, у тебя может быть несколько мужей?

Я уже сквозь сон понимала суть разговора.

— У меня нет магии.

— Но ты явно не обычная девочка. Есть в тебе что-то. Смогла же ты мои воспоминания вытянуть из омута смерти.

Какие интересные подробности, но я так устала и реагировать на его слова мне не хочется.

— Боль в разбитых конечностях возле тебя не чувствуется. Рука зажила очень быстро.

— Угу...

— Ты ведь необычная? — тихий вкрадчивый голос Рада меня подкупил и я едва не рассказала всю правду.

— Ует, — выдохнула я непонятный звук.

— А у меня есть магия? — не отставал от меня мелкий прилипала.

Я молчала, ощущая, как брат от нетерпения елозит по перине.

— Тая! — громкий шепот брата и на меня тут же переползает это маленькое чудо. — Я ведь маг?

— Ты что-то чувствуешь? — я все же решила удилить ему время.

— Да, ты светишься постоянно. От тебя лучи света идут, как от солнца! Больше ни у кого такого нет. Да и чтобы это увидеть, надо стоять рядом с тобой. А если отходишь, то твои лучи с солнечными сливаются.

Я удивилась. Получается, что меня может любой маг рассекретить? Но в прошлом только Матушка точно знала что я обладаю силой. Она видела с помощью своего дара.

— Ты - маг, — я постаралась сбросить брата и уснуть. — Если будешь слушаться меня, то я обучу тебя основам твоего искуства!

Рад тут же заполз на свое место и оттуда довольно произнес:

— Меня это одновременно радует, но почему-то я не удивлен.

— Спи уже, — пробубнила я и прикусила губу.

Как же трудно хранить чужие секреты!

Радоису проболталась о магии. Если он поймет, что родители и мы с Таной пусты, то он поймет, что мы не его семья. А вдруг он изменит свое будущее?

Нет, нет. Все будет хорошо! Я никому не позволю разрушить наше семейное счастье!

Глава 18

Утренняя суматоха на кухне позволила мне тихо унести пару булочек и даже поиграть с псом. Меня никто не заметил, потому что я была одета не как госпожа, даже смотрела сейчас на всех не с высоты своего титула, а по простому - заинтересованно и немного сонно.

Дородная кухарка споро раздавала всем присутствующим поручения. Не осталась без внимания и пара мальчиков, которая только принесла яйца и молоко с заднего двора.

— Быстро на улицу, огонь гаснет! — прикрикнула она на них, чтобы они принесли дрова.

Я быстро выскользнула с ними за порог.

— Госпожжж...

Начал один, но я приложила свой пальчик к его губам и заговорщецки улыбнулась. Помошник напрягся, но язык прикусил.

— Может, вам что-то помочь? — тихо предложил второй.

Я немного подумала и с улыбкой попросила их помочь мне спустить брата с лестницы. Но как оказалось, Демьян тоже проснулся рано и увидел юного наследника на лестнице в обнимку с каталкой.

Хи-хи, мы с Радом сделали все возможное, чтобы не разбудить Тану и не беспокоить слуг. Мы так уже давно делаем.

— Спасибо, Дамир. Спасибо, Сир. За отзывчивость, — я погладила мальчиков по волосам и хотела попросить Демьяна отвизти брата к любимому озеру.

За моей спиной раздались восторженные шепотки.

— Госпожа нас по именам знает!

— Она очень милая!

Я даже смутилась от их слов и с красными щеками подошла к брату. Что это я? Мне ведь давно не пятнадцать. А смущаюсь, как девица на выданье.

Но, мне приятны их слова.

— Ты их специально очаровываешь? — спросил Радоис меня насмешливо.

Я забралась в его всемогущее кресло и ощутила, как мальчик меня обнял и придвинул ближе к себе, чтобы я не упала. Демьян повез нас к нашему месту.

— Они сами очаровываються, — тихо буркнула я, ощущая как внутри все теплеет от удовольствия.

— Нет, — категорично заявил брат, — ты с ними была не в пример госпоже, близка. И даже погладила их.

— Я и тебя обнимаю, — я пожала плечами. — Мне теперь все свои эмоции сдерживать?

Мы ехали по неровной дороге и постоянно тряслись, так что я боялась прикусить язык.

— Демьян, — брат внезапно обратился к слуге, — а ты на чьей стороне?

— Сучка не захочет - кобель не вскочет.

Резко и по простому объяснил мужчина свою позицию из-за чего все мое настроение лопнуло, как мыльный пузырь. Моя улыбка натолкнулась на гранит реальности и исчезла.

Детство прекрасно.

Мне сейчас можно не следить за своим поведением, а в будущем: женщина всегда виновата будет в том, что за ней "кобели" бегают. Некоторых милых и красивых крестьянок даже палками забивали, если к ним чужой мужик часто во двор заходил.

Но обиднее всего, что мне о несправедливости напоминают, когда я маленькая. Я решила позволить себе узнать о своем доме намного больше, чем я обычно замечала. Хотела завести верных соратников и слуг. Училась заново общаться с людьми, а меня "сучкой" обозвали.

— Не дуйся, — Рад ощутил перемену моего настроения. — Просто помни, что ты госпожа и будь сдержаннее. А то ты так всех окрестных мужчин очаруешь к своему пятнадцатилетию и мне придется прореживать их ряды.

Он перевел все в шутку, а у меня все равно остался неприятный осадок в душе.

Демьян из прошлых жизней не вызывал у меня особой симпатии. В этой паралелли я ему не доверяю, а теперь ощущаю как тихо начинаю его недолюбливать.

Но все мои мысли исчезли, как только мы приехали на озеро. Здесь уже висели наши любимые качали и дожидались нашего прихода.

Я спрыгнула с каталки и подняв подол сняла туфельки и медленно встала на летнюю травку голыми ногами.

Блаженство.

Пяточкам стало тепло и щекотно. Я будто ощущаю, как земля старается подарить мне капельку своих эмоций и сил.

Пока я босая ходила и собирала осыпавшиеся зеленые яблоки, брат отослал Демьяна.

Радоис сполз с каталки на зеленый травянистый покров и раскинулся на нем, блаженно постанывая.

— Я бы на улице спал пока лето. Здесь хорошо. Нет, просто замечательно! Я даже рад, что я здесь! — расслабленно сказал Рад, чем несказанно меня радовал.

Хоть что-то из моих детских задумок нравится и моему братику. Ведь это я за папой бегала с просьбой сделать мне природный уголок, сокрытый от всех. Правда, яблоня здесь давно росла, поэтому только озеро выкопали и качели повесили.

— Давай начнем, — я угостила брата пирожком и взяла с каталки доску с мелом. — Сначала повтори все буквы, а потом вместе счет. Мне понравилось твое умножение и деление, хотя таблицы я целую неделю учила, — последние слова я пробубнила обиженно, потому что Рад придумал что-то хорошее, но трудное.

— Мне тоже не легко, — решил подбодрить меня Рад. — Я начальные знаки магии не могу толком выучить. Они больше на формулы органической химии похожи.

Я уже перестала удивляться странным словечкам братца. Меня больше волновало его состояние и его отношение ко всем домашним.

Со мной у него сложились очень тесные и дружеские отношения. С Таной он добр и мил. А вот отца и маму опасается, будто скрывает что-то очень непристойное и плохое.

Но я то знаю, что Рад очень хороший.

Он помогает осуществлять мне все задумки и не лезет ко мне с распросами, когда я приказываю делать что-то так как я говорю.

Например, я сказала ему опасаться Демьяна и брат старается всегда находиться на виду у всех, когда рядом с ним слуга.

— Ты учишься быстро, — внезапно мне на макушку упала теплая рука мальчика. — Я этому очень рад.

— Ты тоже все схватываешь, как любимые пирожки, — ответила на его похвалу и довольно зажмурилась.

Нечасто Радоис хвалит меня.

Когда я учила таблицу, то он заставлял по целому столбику зубрить за один день. Он был очень строгим и требовательным учителем. Одним словом - настоящий наследник.

Я едва не подпрыгнула, когда светлая идея озарила мой разум.

— Рад, а помоги мне папу уговорить выделить мне для поездок в храм лошадку!

Я едва не сломала ему ногу вновь, когда запрыгнула к нему на колени и почти впечаталась ему в лицо.

— Зачем тебе?

Я поджала губы, резко испугавшись своих грандиозных мыслей.

У меня давно была маленькая, на фоне всех потрясений и перерождений, едва заметная мечта.

Меня угнетало низкое положение всех женщин этого мира. Мне не нравилось, что любой грубый мужчина мог в лицо сказать девочке, что ее место это печка и мужний бок. Коробило от мужского обращения к деревенским женщинам - их там чуть ли не за свиней держали и "заводили" как скотину.

И это не просто мои домыслы.

Я долго жила в деревне на краю княжества Наори и видела все собственными глазами. Там староста девочек в малом возрасте брал у небогатых родителей: себе - рабочие руки, а родным - минус голодный рот. Ее как скотину могли в сарай жить поместить.

Это чувство жгло желчью что-то внутри меня.

А в столице, я натолкнулась на одного "умного мага", который общался с дворянами и всем заявлял, что женский мозг весит меньше мужского, поэтому девочки не усваивают даже простой алфавит и счет. Поэтому на таких как мы не надо тратить время и деньги. Мы рождены от природы с красотой и способностью рожать - большего нам не дано.

"Главное, не дать женщинам деградировать, а то они и разговаривать разучаться. Я со своей женой вынужденно общаюсь о ее хобби, чтобы она помнила кто ее хозяин".

Помню, как я в тот момент, едва шею не свернула, чтобы найти этого умника и глаза ему не выцарапать. Но на коронации брата это выглядело бы через чур.

— Так зачем тебе?

А вдруг Рад тоже считает, что на женщин не надо тратить время?

Я заглянула в родное лицо и, едва не плача, пропищала:

— Хочу попытаться обучить девочек писать и считать, — я сжала кулачки и отвернулась. — Мне учиться позволят в десять. Обучать будут основам - три года. Но я уже все знаю, — я с надеждой посмотрела в глаза братика, ища там поддержки. — А деревенских девочек никто не учит. В деревне девочка - это лишний рот и от нее пытаются избавиться. А я хочу доказать всем, что они не свиньи и не скот! — в конце, я схватилась за рубашку брата, желая доказать свою правоту.

— И что? — внезапный вопрос привел меня в чувство.

Я разжала руки, отпуская брата.

Как, и что? Мне надо пояснить зачем мне это надо? А разве повода "перестать нас ровнять с сучками" не повод?

— Ты обучишь девочек и дашь им достойную работу, чтобы поднять их социальное положение? — недетский вопрос застал меня врасплох.

Я даже воздухом подавилась, ведь не думала о том что будет дальше.

— Тебе надо быть умной. Ты старшая дочь и будешь помогать мне вести дела поместья, — серьезно рассуждал шестилетний мальчик передо мной. Он так же вдумчиво расстолковывал свою позицию. — У тебя есть титул и есть цель к которой надо идти, но у деревенских девочек в будущем только коровы. Скажи мне, зачем их обучать?

Я вздрогнула - это моя мечта разбилась о суровую реальность мира не оставив после себя даже тайной надежды.

— Здесь, ни одну женщину не возьмут секретарем или счетоводом. Максимум, что позволят, это размер выкройки посчитать и то, это дело по роду передается. — Рад говорил, а я дрожала. — Найди мне причину к которой должна стремиться крестьянка, умеющая читать и писать? Это должно отличаться от выпекания хлеба и чистки картошки.

Я ощущала холод внутри себя, будто в разбитое окно проникает зимняя стужа.

Дрожа всем телом, я поднялась с травы и не глядя на брата, пошла прочь.

Мне больно и обидно, что человек, которому я открылась, так жестоко растоптал мою мечту в пыль и прах.

— Тая!

Да, зачем мужчине умная жена? Она должна рожать! Даже мои Оли и Рив никогда не были рады моему врачеванию. Им не нравилось, что ко мне мог обратиться кто угодно и я со всеми общалась наравных.

"Женщина должна принадлежать мужьям" — так они говорили.

— ТАЯ! — раздавалось за спиной, но я не хотела слышать противного серьезного и мудрого Рада! Он мужчина! Ему не понять моих мыслей и чувств!

— ТАЯ!!!

Я бросилась бежать прочь, туда где голос Рада смолкнет и не сможет достать мой разум... ведь, этот голос прав, а я все паралелли вынашивала самую глупую мечту. Ведь в этом Мире надо меня ВСЕ, чтобы начать обучать девочек.

В какой-то момент я упала и больно рассадила ладошки, коленки и щеку. Я только заметила, что бежала босая, а мое домашнее платье испачкалось.

Я - жалкая. Какая же я жалкая!

Слезы застилали мне глаза и я не могла их стереть или спрятать. В груди все рвалось и болело.

Почему этот мир ненавидит девочек?!

Будто он проклял не только меня, но и весь женский род!

Глава 19

Вдоволь наревевшись, я уснула. Поэтому из чащи я выполза заполдень соннная, растрепанная, грязная и злая.

Первая волна обиды на слова брата прошла и теперь ее место заняло несогласие.

Значит, он на стороне того умного мага, который любит чужие мозги сравнивать! А я в прошлой паралелли так и не выцарапала тому мужику глаза и не вскрыла череп, чтобы взвесить его содержимое. Поэтому в этой паралелли отыграюсь на Раде.

Возможно, даже смогу поменять ему точку зрения.

Я бы могла, как раньше, кинуться на него с кулаками и в ходе драки, откусила бы ему ухо, но... Мне, как умной женщине, это ничего не даст, кроме брата - инвалида, довольной мамы, которая продолжит его травлю и наказания от отца.

Пока я шла к имению, размышляла над сказанными словами брата.

В городе Наори действительно ничего стоящего нет, а в деревнях тем более. Везьде есть кужнецы, гончары, скотники, торговцы и крестьяне. У нас еще есть храм, спасибо бывшим владельцам Наори, что начали его постройку, а то мама сама бы не стала приказывать его возводить.

У нас действительно скучно и делать здесь образованным людям нечего.

Но когда я нашла своего дурака - брата, то была уже решительно настрона.

— Писари! — я ткнула пальцем в сторону растерянного брата, который только собрался сесть на лошадь.

Я стояла на конюшне. Здесь был отец, Серж и брат. Демьян, наверное, бегает меня ищет. Или он нашел меня спящую и решил не тревожить.

— Писарям требуется красивый подчерк, — Рад, сидя на коне, довольно щурился в мою сторону.

— Ты же не знаешь как они будут писать. А в писари даже детей грамотных берут. Книги переписывать не трудно.

— Да, но при этом от работников требуется предельная аккуратность. Не дай Камилла лист испортить или чернила разлить - лишат годового жалования, — брат подхватил мою тему.

Все присутствующие с открытым ртом наблюдали за нашей с ним дискуссией. Маленькая семилетняя девочка в земле и с зареванным лицом стояла против шестилетнего мальчика - всадника.

— Но это возможно предложить женщинам, — я не отошла от своих выводов. — Так же можно позволить продавать женщинам.

— Там и так хватает торговок, — это Серж подключился к нашему с Радом спору. — Только бабы могут глотку драть и ничего с ними не будет.

— Мужики не лучше, когда напьются в усмерть, — заткнул его Рад. — Тем более, что лучший товар только у мужика бывает в ассортименте.

— Это еще надо посмотреть у какого мужика. А то бывают и такие, что похуже пса плешивого на вид, — я взяла инициативу в споре. — Тем более, что если хозяйка лавки женщина, то там всегда будет чистота и порядок.

— Хозяйка лавки? — брат громко рассмеялся мне в лицо. — Если у нее будет семеро детей по лавкам орать, то ей не то что хозяйкой не быть, она о том что женщина забудет через день. Какая из нее хозяйка? Помни о прямом предназначении каждой женщины.

— Правильно, сын, — подал голос папа, но почему-то резко замолчал.

Наверное, он заметил мой гневный испепеляющий взгляд.

— Атис Наори, вам напомнить кто ведет здесь все хозяйство не смотря на трех детей? — резко высказалась я и резко перевела взгляд на Радомира. — Если бы не хозяйки - женщины, то вы бы, мужчины, в собственной грязи задохнулись!

— Я жил один и знаю, что мужики прекрасно обходятся без баб! — Радоис тоже перестал играть в игры и перешел на личности. — От вас только голова болит! Вас здесь защищают, кормят, поят за чужой счет. В деревне прежде чем жену взять, сын должен дом построить. Не жизнь, а сказка для слабого пола. Только сыновей вовремя подавай и все. Почему ты хочешь вложить в хрупкие женские умы идею равенства? Ты Жанна де' Арк? Ее за такие новвоведения на костре сожгли!

Я замерла, будто меня в статую превратили. Я не знала, что за имя он произнес, но общую суть его слов поняла.

— Чтобы воплотить твою окончательную цель в жизнь, тебе придется стать примером для всех женщин и вести их идеалы к мечте. А такое без войны и жерт не обходиться. Ты ведь не остановишься на Наори. Несправедливость к женщинам - это общее достояние этого мира.

Я не знала что сказать. Не могла подобрать вновь слов.

— Если тебе нужна война, то я ее тебе обеспечу! — я резко подлетела к ведру и набрав из корыта - поильни воды, обдала ею коня под маленьким наездником.

Вот только мои брызги никапельки не смутили отцовского коня. А Атис не дал мне больше ничего сделать. Он схватил меня подмышку и понес прочь из конюшни.

— Да, что с тобой сегодня такое? Ты как голодная собака! Целый месяц все было прекрасно, я даже рад был твоему внезапному взрослению, а теперь...

Отец был мной недоволен.

Я и сама не чувствовала себя победительницей. Я не смогла найти нужных слов в оправдание своей мечты.

Глава 20

Отец отдал меня удивленной маме с рук на руки и приказал не выпускать меня из детской комнаты целую неделю.

Атис забрал у меня свободу, тогда я отселю Радоиса. Не хочу с ним больше общаться!

Я ему помогаю всеми своими силами: учу не только грамоте, но и магии, от мамы защищаю, а он не смог меня в такой простой просьбе поддержать. Не хочу больше быть его тенью!

Нет, следить за его состоянием я точно буду и умереть ему не дам, но большего он от меня не дождеться!

— Мама, — я подошла к женщине, которая расчесывала волосы Таны, — Давай начнем вышивать гобелен с кругом Богов?

Танта удивилась моей просьбе и быстро закончила с прической сестры. Она отдала все свое внимание мне и стала разговаривать, как с маленькой.

— Это очень важный и ответственный момент для каждой девочки, Тая, — она поманила меня к себе, проследила что Тана под наблюдением у Латы и никуда не убегает. — Вышивку обычно на десятилетие дают девочкам, — она меня погладила.

— Да, я это знаю, — мои кулачки сжимались. — Знаю, что день рождения мальчиков празднуется каждый год с огромным размахом, а девочки отмечают его только каждые пять лет, пока замуж не выйдут! А потом ее последний праздник - это рождение первенца. И все, мы больше не празднуем ничего. У нас годы жизни на пятнадцати заканчиваются, — возмущенно засопела я.

Я посмотрела на маму и увидела, как она не знает что сказать. А что она скажет если я права? Дня Рождения Танты Наори в имение Наори никогда не было и о нем никто и никогда не слышал!

Женщина свободна до пятнадцати, а потом она собственность мужа и детей!

— Мама, почему так все несправедливо? — я обняла ее и уткнулась ей в грудь.

Ее ласковые нежные руки стали меня гладить, а любимый голос принялся успокаивать:

— Дорогая, все не так ужасно. Зато у нас с тобой не будет точного возраста, — она в этой ситуации шутила.

Но я не готова была отступать. Радоис сблизился с отцом, ведь ему даже на его коня разрешили сесть. Теперь у единственного наследника все пойдет, как по-маслу. Я тоже хочу защиты и поддержки в лице взрослого этого мира!

— Мама, но ведь ты делаешь все, чтобы княжество Наори процветало. Почему никто не хочет этого видеть? — я зарылась ей в шею и тихо дышала, успокаивая свое больное сердце. — Без твоего согласия, не было бы и Рада, — тихо шепнула и ощутила, как мамино тело напряглось.

Она осторожно меня отодвинула и заглянула мне в лицо. Она искала на нем ответ на незримо заданный вопрос.

Да, мамуль, я хочу разделить имение Наори на два лагеря. Да, я хочу забрать у Рада власть, но при этом не причинить ему вреда. Да, я буду усердной и сделаю все, что ты скажешь лишь бы, Раду с его точкой зрения, здесь были не рады!

— Чтобы шить гобелен, тебе нужна отдельная комната, — Тана искренне улыбнулась. — Марта, — она обратилась к служанке, — с этого дня ты прислуживаешь Радоису и Тане в детской комнате.

Служанка поклонилась, давая понять что услышала приказ.

Мама перевела взгляд на меня и довольно улыбнулась. Она во мне соратницу по несчастью почувствовала.

— Ты переселишься в небольшую комнату в задней части имения. Там есть камин и место для кровати, но прыгать там негде. К зиме ее утеплят и ты не замерзнешь. Но это далеко от главного крыла и остальных помещений. Справишься?

Я знала о какой комнате она говорит. Позже в нее поселят Сати.

— Отличный вариант, — я довольно улыбнулась.

Дальнее крыло было полупустым, так как в имении почти не оставалось слуг на ночь. Они все приходили из города и деревень, чтобы выполнить свою работу. Поэтому Наори почти всегда пустовало. У нас небольшая семья и людей нам надо немного.

— А тебе я дам Юшку в услужение, — мама задумчиво посмотрела на меня и почему-то улыбнулась своей новой идее. — Я разрешу тебе взять еще одну служанку, ведь ты очень быстро взрослеешь и тебе нужна одногодка.

Я вздрогнула. А как же Сати!

Мне ее отец еще из похода не привез. Если я возьму себе служанку, то ее место будет занято и Сати исчезнет из моей жизни и брата.

— Не надо, мам, — я ощутила, как мое лицо побледнело. — Лучше, научи меня здесь всем управлять, а в пример возьми приют из храма.

— Хорошо. Замечательно!

Танта была очень довольна, ведь ее старшая дочь взялась за ум и не желает уступать приемному сыну.

А я хочу доказать брату, что женщина сможет многое, если захочет!

Юшка собирала мои вещи из гардероба, а я аккуратно складывала свои бусики и ленты в шкатулку. Впервые я спокойно переезжаю. В прошлом, я настолько не хотела заниматься сборами, что наоборот всех отселяли от меня, а я осталась в детской вплоть до пятнадцатилетия.

Слуги носили мои мешки и готовили место для вещей Таны.

Эту картину и застали Демьян с Радоисом. Телохранитель мамы принес брата на руках в комнату, оглядев учиненный здесь беспорядок, он увидел, что я спокойна и в безопасности. Мужчина пошел за каталкой.

— Что здесь происходит? — Рад сдвинул брови на переносице и грозно посмотрел на меня.

— Меня отселяют, чтобы мое наказание было максимально уединенным, — сладко пропела я и хотела уйти.

Дверь мне преградил Демьян, который заносил каталку.

— Демьян, выйди и закрой дверь. Не впускай сюда никого, а мою сестру не выпускай пока не прикажу обратное, — слуга незамедлительно принялся исполнять приказ наследника.

Я только зубы крепко сжала и с оскалом на лице повернулась к любимому братику.

— Это из-за обучения грамоте женщин? — он все правильно понял, но я лишь улыбалась и молчала. — Я ведь описал тебе будущее с такими стремлениями, как у тебя. Я не хочу, чтобы мою сестру сожгли на костре. Почему ты не понимаешь, что патриархат - это лучшее, что было в истории человечества. Прогрессивные взгляды разрушили всю экономику и страна впала в хаус и анархию, пока не восстановили приемлемый для всех порядок.

Я не знала о чем он говорит, но меня его слова ужасно злили.

— Ты! — крикнула я. — Ты жалкий, неблагодарный ирин!

Выпалила я самое страшное ругательство за всю свою жизнь и моментально покраснела, испугавшись своего голоса. Но увидев внимательный взгляд брата, я продолжила, дрожа всем телом:

— Ты странный, но я тебя не выдала ни маме, ни папе. Иначе бы тебя со всеми вещами отправили на проверку к магам в столицу. Узнали бы, что ты маг и оставили бы себе, а с учетом того что род Наори не жалует император, то тебя бы там загнобили. А узнай Каурос, что ты под его носом, то он бы раздавил тебя!

"Чтобы избавиться от явного наследника", но об этом я промолчу.

— Я тебе лучшую жизнь устраиваю! От мамы защищаю, грамоте и магии обучаю, чтобы ты мог и сам защищаться. Я хочу тебе лучшей жизни и делаю для этого все! — я задохнулась собственным криком и уже тихо добавила: — А ты мне в лошадке отказал.

Меня всю трясло. Я не могла смотреть на брата. Не могла ему рассказать скольким я уже пожертвовала для своей семьи и как мне больно слышать от человека, ради которого я умерла, отказ в такой простой просьбе.

Меня будто все воплощения Радоиса предали разом. Вонзили нож в незащищенную спину, пока я прикрывала тылы.

— Радоис всегда был милым и отзывчивым. Он поддерживал меня., — тихо добавила я.

Промолчу, что в одной из паралеллей он убил ирина из-за того что я не смогла удержать язык за зубами.

— Ты не Рад, ты не мой брат, — шептала я, обнимая себя.

Мне было вновь холодно и одиноко, а в груди разгорался пожар.

Внезапно дверь в комнату открылась. На пороге появился отец, но я его не заметила, потому что погружалась в свои нерадостные мысли и чувства.

— Какой переезд? — возмутился отец. — У нее что, кровь женская пошла? Никакого переезда! Я поговорю с Таной!

Атис не захочет меня отселять. Ведь косвенно это сообщает о моем взрослении и я получаю определенную свободу вместе со слугами.

Я ощутила, как Рад приблизился ко мне, прихрамывая на одну ногу.

— Тая, я не про лошадку говорю. Я против того, чтобы ты была реформатором, — он погладил меня по волосам, но я ...

Я резко оттолкнула брата и закричала:

— Лучше бы Ты Умер! — выпалила я пугающие слова и сама подавилась воздухом, ведь никогда этого действительно не желала.

Тут же мою щеку обожгло раздирающей болью, а моя голова едва не улетела в стену вместе с телом. Но я просто упала на пол и шокированно подняла свой взгляд наверх.

Атис Наори.

Меня ударил папа.

Я смотрела на его покрасневшее лицо. На его дражащую поднятую в замахе руку, на его сомкнутые в тонкую полосочку губы и не могла поверить, что он поднял на меня руку.

Слезы градом заструились по моим щекам. В груди рвало все от боли, пожара и холода. Мое тело сошло с ума, будто не знало что ему делать: сразу отключаться, дать сдачи или отпустить ситуацию?

Радоис быстро допрыгал до отца и ухватился за его руку. Он убрал его огромную ладонь с замаха и встал передо мной.

— Чтобы женщина не вытворяла, мы не должны их бить! Это признак нашей слабости и неуверенности в себе, отец! — крикнул шестилетний ребенок в лицо злого великана. — Не смей поднимать на нее руку! — громко, властно тявкнул щенок перед драконом.

Поиграв в гляделки с отцом, Рад присел возле меня и аккуратно убрал мои рассыпавшиеся и прилипшие к слезам волосы.

Я так и сидела на полу не шевелясь и не пытаясь двинуться, будто все вокруг не со мной происходит.

— Тая, — брат заглянул мне в глаза и улыбнулся. — Тая, ты очень умная и хорошая старшая сестра. Я не говорю именно про тебя что-то. Я рад что ты у меня есть. Я этому очень рад и сам хочу защищать тебя всеми доступными мне способами, поэтому и...

Я ударила его по лицу, так же как меня отец.

Да, пощечина вышла слабой, но я не могла выжать из своего тела большего. Грудь горела пламенем, опаляя левую сторону и выворачивая мое сознание наизнанку.

— Больше не подходи ко мне, Рад! — зашипела я ему в лицо и потеряла сознание.

Глава 21

Пока я спала, отдыхая от нервного потрясения, в имение начались активные перемены.

Все началось с маминого категоричного и не терпящего возражений взгляда и отец был выставлен из общей спальни прочь. Затем, наши женщины - слуги, решили что прислуживать мужчинам, которых не принимает хозяйка, можно не так хорошо и выслуживаться перед ними не надо.

тем временем кто-то из мужчин резко высказался в сторону женщин неприятными эпитетами во всю свою пьяную глотку и через час уже лежал забитый палками в канаве по вине слабых и безвольных женщин. Мужчины собрались на совет под руководством папы и... в городе и в селах начались массовые и публичные женские наказания.

Атис Наори добавил последнюю каплю в переполненный кувшин женского терпения.

Женщины восстали!

Когда я очнулась, было слишком поздно, чтобы менять ход истории. Но я не хотела смотреть как мой Наори утопает в бесправии и хаосе.

Папа попытался восстановить свою власть, но лишь разбередил улей. Искры раздора кинулись в разные стороны, как голодные пчелы и стали точить авторитет власти. В нашем случае князя. Мама попыталась все исправить и даже пустила отца в общую спальню, но деревенских избитых женщин это уже не волновало.

Остановил пожар разногласия и разлада первый покос сена для скотины. Остановил на время и не всех. Нежелающие мириться с дискреминацией женщины ушли в город или к родственникам в другие деревни, а остальные: половина отказалась помогать с сеном, ведь "женщины только детей ростить и мужа ублажать годны", а другие шли в поля работать за десятерых.

Когда Казус разрешил мне полноценно двигаться прошел почти месяц моего заточения в собственной комнате. Ко мне не пускали ни маму, ни сестру - отец так наказал меня за непослушание и нападки на юнного наследника. Мою комнату охранял пятнадцатилетний оруженосец отца — Наурус. Он иногда общался со мной, чтобы скоротать время. А поздно вечером ко мне приходил брат.

Поначалу я с ним не общалась и лишь слушала новости о том, что происходит за стенами имения. Позже я начала возмущаться папиными решениями и его неумелыми попытками все исправить. Но сделать ничего не могла, да и... мой голос никто бы не услышал, даже если бы я кричала во все горло.

Брат чувствовал как мое настроение меняется с каждой новой новостью, которую он рассказывал. И я чувствовала, что он все чаще стал умалчивать каке-то подробности и старался перевести тему нашего общения в мирное русло.

Он даже стал приносить перед рассветом вкусненькую булочку или сладкий компот. Но иногда он приносил невиданную сладость "фруктовый лед" на палочке или в кружке.

В жаркой и душной комнате в которой я находилась это было чудом, которое брат творил для меня, тайно пролезая в мясохранилище кухарки и ставя морозящий артефакт на полную заморозку. Это было расточительством энергии камня, но мне было приятно, то что это делалось ради меня. Еще, я поняла, если брат смог управлять артефактом, то он освоил минимум магии. Неужели он передо мной специально хвастается, чтобы я его похвалила?

Конечно, я не простила Рада за его мужские взгляды на женское положение, но он оставался моим другом и братом. Вот с таким двойственным чувством меня отпустили из-под стражи.

На свободе меня встретил Радоис. Он улыбался и зачем-то держал в руках хлеб с солью.

— Не знаю зачем тебе целый каравай и соль, — я не понимала тактики его поведения, поэтому не знаю как реагировать.

— Я решил, что ты проголодаешься, — брат перестал предлагать мне соль и тут же достал из-за спины небольшой кувшинчик меда. — Думаю, так ты охотнее сможешь со мной общаться.

Я уже не слушала его и макала кусочек хлеба в свежий пахучий мед.

Уммм, объедение! Сладенько! Вкусненько!

Неужели брат все делает, чтобы я его магие дальше обучала? Ведь должна у него быть причина так красиво хвостом крутить возле меня.

— Я тут подумал, мы можем остановить нарастающий бунт, пока не случилось страшного. Но сделать это мы должны вместе, — брат быстро отломил корочку и макнул ее в мед. — С меня, мое влияние единственного наследника, а значит, помощь отца, старост и воинов. С тебя, — брат приблизил ко мне сладкий хлеб, маня его сладостью мои губы. — С тебя - верные слова, действия и максимальное участие в бунте.

Я нахмурилась. С недоверием посмотрела на стекающий по пальцам Рада мед и улыбнулась.

— Наори невыгоден бунт - он привлечет много ненужного внимания со стороны дворян. — я приблизила руку брата к себе и аккуратно поймала пару капель меда на свои пальцы. — Я постараюсь не довести имение до кровавого месива и не стану привлекать военных, если ты обещаешь склонить отца на сторону всех моих ненормальных задумок.

— Лошадь я уже выпросил у Атиса, — усмехнулся брат. — Думаю, что и школу для сирот он позволит организовать.

— Замечательно, она сейчас неприменно пригодиться! Но для начала, дорогой братец, давай посмотрим на положенип изнутри.

— Интересно, — Рад улыбнулся, явно понимая, чего я желаю.

— Дай я опробую свою лошадку, — я капризно надула губки и нетерпеливо пошла искать свою животинку.

А у самой... лицо улыбалось, а глаза стали по-лисьи хитрыми.

Брат решил со мной объединиться из-за общей цели - дом. Нам некуда будет идти, если здесь вспыхнет революция.

Оказывается, он очень умный и смотрит в далекое будущее. Мне нравиться.

Глава 22

Как построить дом? Выкопать ямы, поставить сваи...

Нет, тот дом в который ты захочешь возвращаться. И даже в обгорешние стены ты будешь заходить с улыбкой и с чистым разумом, зная, тебя там встретят.

Сейчас у меня было ощущение странной щекотки в груди, будто миллионы бабочек внезапно выползли из кокона, когда мы с Радом пожали друг другу руки. У меня такого не было ни в одной из паралеллей. Будто мы с братом становились еще ближе и роднее с каждым новым словом, вздохом и взглядом.

Странное чувство.

Только мне уже поздно поворачивать назад. К тому же, я сижу за спиной брата и пытаюсь не упасть пока он руководит конем.

Такого близкого родства в чувствах, мыслях и идеях у нас никогда не было.

— Отец отпустил нас без сопровождения, поэтому мы сможем делать все не как будущие правители имения, а как гуляющие дети. К нам сейчас будет вызван интерес лишь из-за титула, но мы, как люди ничего не представляем.

Рад решил объяснить, а я уже давно все знала и понимала. У меня было ощущение, что я смотрю в будущее, но это было не так. Просто, я прошла слишком много дорог, чтобы оказаться здесь и сейчас и научилась прочитывать людей и их дальнейшие шаги. Это было похоже на предвиденье, но одновременно я просто логически расставляла фигуры, цели и приоритеты - "смотрела холодным разумом".

— Не могу понять, зачем ты мчишься в самую гущу событий? — брат хорошо сидел в седле, будто родился в нем.

Отец хорошо его натренировал, а значит, проводил много времени с сыном. Меня это одновременно радует и пугает. Мы сейчас одновременно близки и так же далеки с Радоисом.

— Я смотрю, каким наездником ты стал, — я играла глупышку, которая совершает необдуманный поступок.

Радоис хотел, чтобы мы сразу собрали совет во главе с Атисом и начали обсуждать текущую ситуацию, а я... Я не захотела видеть мужчини даже с отцом разговаривать отказалась.

Нет, не из-за обиды, а потому что меня без должных разумных доводов никто не услышит. Радоис мог бы говорить за нас двоих, но он резок в своих суждениях и может, как и отец, лишь наломать дров.

— Поля с люцерной стоят, — я смотрела в даль и не видела работников.

А ведь совсем скоро трава может лечь и ее косой нельзя будет взять, а лишь серпом - женская работа.

— Мужики косить отказались, — только пожал плечами брат, будто его это никак не волновало.

— Но это же наши личные поля. С них содержиться армия, — не понимала я спокойствия брата. — Атис за их покос деньги платит.

— У некоторых мужиков жены, сестры и живницы в город ушли. Готовить и содержать их некому. Они к отцу пришли, чтобы он приказал выкинуть женщин из города, но отец отказался. Его мама отговорила.

"Правильно сделала".

— Тогда работники отказались выходить на поля и отец решил наказать их рублем. Теперь они должны бесплатно работать на них. Как видишь, всем плевать на наказарие. И нам уже тоже, плевать. — брат отклонился немного назад, чтобы заглянуть мне в лицо и улыбнулся. — Я думаю, лишь общая беда объеденит людей.

Я содрогнулась из-за его последних слов, ведь сказано это было уверенно и предупреждающе. Сейчас со мной сидел не брат, а страшный человек, который готов разрушить Наори, чтобы... что?

Какие цели он приследует, если дом ему не так важен?

— Я все исправлю, — тихо, но неуверенно произнесла я.

Внезапно, я начала чувствовать себя объектом изучения. Казалось, что опытный режисер спланировал хаос вокруг, а мне дал в руки власть, чтобы я убралась. По исходу спектакля мне поставят оценку и решат, что делать дальше.

Неужели, у брата цель - посмотреть на что я способна? Ведь он готов даже Наори разрушить.

Или, это все же не брат!

Или я слишком много на себя беру и накручиваю?

— Мне дальше ехать, — Рад повернулся ко мне.

Мы уже въезжали в деревню и надо было слезть с коня.

— Меня надо снять. Я пешком пойду, брат, — ответила я и стала искать подножку.

— Вместе, — тут же отреагировал Рад.

Он спустился и помог мне, а потом мы шли по улице, мимо полупустых домов. Ведь сейчас укос и до поздней ночи в деревне лишь старики и дети.

Мне было страшно и брат держал меня за руку. На нас гавкали собаки. В сараях кричали недоенные коровы. У некоторых в домах был слышен детский плач. Пяти - семилетние дети бегали по домам и помогали малышам. Плач прекращался.

— Дети в деревнях намного взрослее и самостоятельнее, чем в городах, — произнес мои умозаключения брат. — Мальчики этого возраста уже подмастерьями работают.

Но на момент покоса даже кузнеца не работала. Все мастеровые были пустыми.

Мы медленно шли вдоль деревни и ловили на себе удивленные взгляды детей и стариков. Ощущение, что мы с братом в пещеру к дикому зверю залезли и он решает съесть нас или нет.

Внезапно вечерний вечер разрезал женский крик:

— Знахарку! Помогите!

Услышав это, я бросилась бежать на призыв. Сработал рефлекс из прошлой паралелли. Когда я увидела темные фигуры зовущие на помощь, то ощутила боль в груди. Моя рука нырнула в карман и достала мешочек с обезболивающим порошком. Слизнув крошку с пальцев я ощутила горковато - мятный привкус. Мою грудь прекратили сдавливать тиски.

Подбежала к женщине, которая катила тачку, а в ней лежал мужчина с раненной ногой.

— Чем он так? — я быстро ухватилась за штанину и не обращая внимания ни на кого, стала осматривать наложенную на рану повязку.

— Косой, — женщина была удивлена, но я уже занималась раной.

— Неглубокая, артерию не задело. Венозная кровь остановилась. — обработать надо и самой бы руки помыть перед операцией, да и сидеть на улице не надо. — В помещение его, на тапчан, воды и иголку с ниткой.

— А вы? — женщина стала что-то говорить, но я ее перебила.

— Рад, помоги.

— Уже, — он привязал тачку к коню и пустил его в медленный шаг, а сам он встал так, чтобы тачка не заваливалась и управлял ей своими плечами.

Мы вошли в какое-то помещение.

Пока я мыла руки и быстро ворошила уголь в печке, чтобы согреть воды и общечь иглу, мужчину втащили в сени.

Злесь я более детально осмотрела рану. Она была обширной, глубиной в три сантиметра, резанной. Сшивать будет легко, осталось толтко все обработать тщательно.

Позже я посыпала рану своими травками и мужику скормила весь свой мешочек, чтобы хоть как-то унять его боль. Но мужик оказался крепким и только сквозь зубы шипел, при этом он не разу не спросил почему он должен доверять ребенку.

Когда я в конце смывала кровь, в сени вошла пожилая денщина - знахарка.

Она подошла к мужчине, посмотрела на обмотку, которой я закрыла рану. Прошептала что-то больному на ухо и улыбнулась мне.

— Такая маленькая, а дело свое знает, — во весь свой голос произнесла женщина и подошла ко мне.

Я вздрогнула, будто меня резко вернули в реальность. Сейчас, я не взрослая Атаная, которая вместе с мужьями поселилась на краю деревни и назвалась знахаркой.

Огляделась вокруг и увидела много заинтересованных лиц: дети, старики, женщина, которая кричала. Они смотрели на меня и молчали, будто недавно увидели что-то страшное и не знали как им реагировать.

Знахарка подошла ко мне и присела так чтобы наши глаза были на одном уровне.

— Силу жизни в тебе чую, значит ты по правильной дороге идешь, — она протянула ко мне руку и замерла не касаясь моего лба. — Сильная. Совсем ни как я, но глухая, — она покачала головой, будто сожалела об этом. — Тебе надо вспомнить корни и тогда ты все услышишь и не будешь встречаться со смертью, чтобы все исправить, — тихо шепнула она и посмотрела на меня, как взрослый смотрит на взрослого.

Она все поняла? Про мой дар? Паралелли? И мои смерти?

Знахари такое могут?

В прошлом я с ней не встречалась. В имение меня лечил Казус, а позже мой дар. Когда я пришла с мужьями в деревню, то эта знахарка уже умерла. У меня не было ни повода, ни времени, чтобы с ней увидиться.

— Только, больше не лечи на виду у всех, — усмехнулась женщина.

— Как вас зовут? — наконец я подала голос.

— Артемия, — улыбнулась женщина. — Для тебя - Арти, княжна.

Она ушла, разрушив тишину дома скрипом закрывшейся за ней двери.

— Ну и силы здесь собрались, — всплеснула руками женщина, которая звала на помощь. — Артемия со сими духами и княжна со сим благославением, аж, дыхать трудно, — я с трудом понимала ее разговор.

— Извините, — почему-то произнесла я, не понимая о чем говорит эта женщина.

— Я Луклуша, госпожа, — она подошла ко мне и встала рядом, будто не знала что ей надо делать: кланяться или еще как-то приветствовать меня. — Собирала снопы, глядь Синич лежит, аки собаки задрали. А рядом никого не видать. Одна я. Взяла его в охапку и до деревни, а он лишь шипит и мычит. Думала, недотащу. Иринов уже вспоминала. А вы, господичка, молодцом: ни крови, ни людина не страшитесь. Зато вас все боятися.

— Я не сделаю ничего плохого, — я вытерла руки с улыбкой посмотрела на женщину. — Наоборот, я пришла, чтобы решить наши общие проблемы.

— Какие? — удивилась она.

— Я ведь тоже дева и меня волнует наше положение. Давайте поговорим об этом со всеми женщинами за кружкой отвара, — беззаботно предложила я и увидела удивление на лицах всех присутствующих.

— А давай! — усмехнулась женщина.

Я бросила взгляд на Рада, который старался не показываться собравшимся на глаза. Его главная роль будет в имение, а моя здесь.

Глава 23

Поздно вечером нас с Радом забрала охрана имения. Серж был удивлен тем, что нашел капризных детишек в доме заполненном людьми и женщины очень внимательно и хорошо с нами общались. Точнее со мной. Радоис в это время сидел рядом и слушал.

Узнав о месте нашего нахождения Атис не стал ждать ни секунды и вызвал нас с братом в свой кабинет. В этом помещение уже брату надо разговаривать с отцом, ведь меня не услышат.

— Отец.

Мы видели раздражение отца, поэтому Рад не стал ждать, когда за нами захлопнется дверь кабинета.

— Ты знал, что их требования смехотворны?

Внезапно Радоис засмеялся. Он и в правду был поражен женскими просьбами до глубины души. Но я не понимаю почему, ведь это разумные слова. Я их составляла правильно, исходя из нашего мироустройства.

На самом деле, деревенские жители не знали по сути что им точно нужно. Их бесило то что отец применяет жестокие методы за то, что они устраивают самосуд. Они не понимали что делают неправильно: на удар они отвечают ударом и не видят в этом ничего плохого. Поэтому, чтобы снизить градус напряжения я расписала несколько приимуществ для женщин и общих правил для всех.

Мужчин, конечно, на нашем собрании почти не было. Там сидел один староста, потому что не мог прогнать детей князя, но следить за порядком был обязан. Все наше собрание он делал вид, что спит и не произнес ни слова.

— Что это за самовольство? — прервал смех брата крик князя. — Я еще не умер, чтобы ты ездил по моим землям и правил ими!

— Атис Наори, — брат перестал смеяться и стал очень серьезным, — разве сейчас вы не разрушаете Наори? Собственными руками душите свое имение и людей!

Рык шестилетнего ребенка был наполнен силой и неоспоримым преимуществом. Теперь перед князем Наори стоял не его сын, а кто-то ровый, неизвестный и могущественный.

— Механизм изменений был запущен, — Радоис подошел ко мне и нежно взял за руку, — хотите вы этого или нет, князь, но теперь ничего не будет так как раньше. — брат подвел меня к креслу и подсадил на него, чтобы я не стояла возле дверей. — Если вы, Атис Наори, не услышите, как трескается почва под вашими ногами, то и спастись не сможете, не то что защитить свою семью.

Я не видела лица брата, который смотрел на отца. Но по испуганном выражению Атиса поняла, что Рад выиграл.

— Послушай нас, папа, — голос Рада стал писклявым, детским и мягким, будто не он тут рычал, как язъяренный зверь.

Брат залез на кресло и уселся рядом со мной. Он взял мою руку в свою и улыбнулся мне.

Неужели ему нужна моя поддержка?

— Я обещал сестре, что ты ее выслушаешь и я выполню это обещание любой ценой, — мило сообщил мальчик в лицо озадаченному родителю.

Я уже ничего не понимаю. Кто главный на землях Наори? И когда брат успел научиться нагонять страх простыми словами?

— Любимая сестричка, можешь говорить, — с улыбкой и ласково попросил меня Рад, — отец тебя выслушает, — брат смотрел на отца и говорил голосом не терпящим возражения.

Атис и сам это ощутил, поэтому, сморщившись, послушно сел в свое рабочее кресло и внимательно на нас посмотрел.

— Дали же боги детей - гениев, — прошипел он. — Так они еще и друг за друга горой стоят, — он цыкнул и потер своей пятерней свое лицо. — Хорошо, я вас слушаю, одаренные вы мои.

— Сестренка, твой выход, — Радоис с улыбкой смотрел на меня и подгонял с решением затянувшегося вопроса.

— Атис, — я не могла сказать "папа" после того, как он меня ударил, — у женщин есть несколько требований: мы хотим тоже праздновать дни рождения каждый год.

— Я не могу это ввести в закон Империи! — грозно рыкнул на меня отец и я будто вновь ощутила пощечину на своей щеке.

— В Империи ты не можешь менять законы, — внезапно встал на его сторону брат, — но в имении ты имеешь право делать все. Если мы усовершенствуем старые неписанные правила, то никому и дела не будет до княжества Наори, находящегося на окраине Империи.

Подозрительно смотрю на брата. Он пытается возвысить или унизить Наори? "Дела никому нет" - это ведь явно говорит о том, что мы ненужный элемент этого мира.

— Тем более, что требование не такое уж и сложное, — брат усмехнулся, будто его это смешит. — Юбилеи, как всегда будут отмечаться пышно, а остальные года в кругу семьи. Женщины тоже стареют.

— Только на моей территории говоришь? — Атис стал смотреть по сторонам, будто искал кого-то и не мог найти.

— На наши переговоры мы можем пригласить Танту Наори, если вам, Атис Наори, так будет легче, — внезапно сообразил брат.

— Да, мы должны решать такие вопросы вместе, — подхватила я.

На самом деле, меня начинает пугать тон брата и неуверенность отца. Вообще вся ситуация странная и довольно необычная. Отец в жизни со мной бы не заговорил о проблемах имения.

Пока отец пошел за мамой я неуверенно покосилась на брата и спросила:

— А какие пунты тебя еще смешат? Может, я что-то не то требую?

Рад усмехнулся.

— Не обращай внимания, Тая. Просто я думал, что закон будет немного суровее, а рамки дозволенного более ограниченны, но... твои требования очень приемлемы для данного мир.. ххм, данной ситуации. Я просто в конце добавлю пару пунктов от себя, чтобы уравновесить мужчин и женщин, так будет намного лучше.

Меня его обещание пугает. Неужели, Рад с детства был таким, как я его видела после коронации?

Глава 24

Когда пришла мама, я уже рассматривала брата в качестве Императора и не так сильно удивлялась его резким словам и пугающим обещаниям. Ведь, пока он рядом со мной, я могу влиять на его жестокую сторону характера. Как сильно я смогу его изменить - не знаю, но хотя бы постараюсь, чтобы меня не убили.

Танта Наори была на удивление бодра и даже улыбалась.

Сегодня я ее не навещала. После своего освобождения от наказания мы с ней видимся впервые.

Но, как истинная дворянка, она не подала вида, как сильно хочет обнять меня и лишь слегка улыбнулась. Заметив рядом со мной брата, она слегка нахмурилась. Особенно ей не понравилось что мы держимся за руки.

— Истинная леди благородных кровей не позволяет прикасаться к своему телу мужчине, — строго отчитала меня она.

— Но Рад бр..., — начала я.

— Даже своему брату, — отчеканила она и со злостью посмотрела на Радоиса.

— Ей нет еще десяти и истинной леди она еще не стала, — усмехнулся Рад и внезапно обнял меня, — поэтому ей сейчас все можно.

Кабинет закрылся и Атис громко кашлянул, возвращая нас к теме разговора.

— Тая, ты не хочешь отсесть от Радоиса? — мама не обратила внимание на настрой отца, а я не понимала ее желания нас разъединить.

— Танта, это наши советчики, — перебил он свою жену. — И пришли они с требованиями, которые изменят наше имение. Одно из их предложений, я услышал, теперь хочу послушать остальные.

Атис сел в свое кресло и внимательно посмотрел на жену. Она тоже величественно приготовилась нас слушать.

— Так же, я хочу собирать всех детей в одном месте и постараться обучить их грамоте, — начала я и увидела мамину улыбку.

— Ты же сама еще ни считать, ни писать не можешь, — она лукаво смотрела на меня.

— Но ведь, ты ее хорошо обучила грамоте и счету, — удивился Атис, а я испугалась, что сейчас раскроется мое вранье. Ведь я всем говорила, что меня мама обучила всему, что я знаю.

— Меня Тая всему научила, — Радоис улыбнулся и... почему-то с предвкушением смотрел на мое вмиг побледневшее лицо.

Неужели, он хочет поймать меня на лжи при всех! Зачем ему это надо?

— Мама, ты часто считаешь выкройку и я сама все запомнила и научилась, — я начала срочно вспоминать и придумывать как и где я могла получить начальное образование. — А чтение... Божон читал про семью Камиллы и я восхитилась ее историей. Мне было интересно узнать все самой и я быстро научилась читать.

О, Камилла, прости что я тебя приплела, но мне надо как-то выпутаться из паутины собственной лжи.

— Это похоже на..., — мама все сильнее хмурилась, но внезапно брат сам спас меня из омута в который сам же и толкнул.

— Это похоже на правду, — кивнул Рад. — Тем более, что вы сами нас называете одаренными и это о многом говорит. Да, папа? Мама?

Я раслабленно вздохнула и это не укрылось от глаз Радоиса. Его взгляд стал понимающим, а лицо озарила довольная улыбка.

Я боюсь своего братца! Мне надо быть с ним осторожнее!

Ааааа, я же его еще магии обучала! Если он где-то про это проболтается, то мне будет плохо! Ой, что же я наделала? Зачем я его учила всему?!

Стоп!

А у меня против брата тоже есть игральные карты! Он же меня таблице умножения научил! Плюс, показал как удобно управляться с большими цифрами и как лучше делить в столбик!

Я хитро улыбнулась в ответ на его понимающий взгляд и одними губами прошептала:

"Умножение".

Брат широко распахнул глаза и засмеялся во весь свой голос. Будто я его веселю, а не запугиваю.

Странный он.

— Обучать людей надо, — брат взял инициативу в свои руки. — Тем более, что это всего три дня в неделю. Женщинам из деревни это будет в помощь, ведь за детьми не надо будет присматривать.

— А где они будут применять свои знания? — мама задала тот же вопрос, что и Рад мне когда-то.

Я ощутила, как начинаю злиться теперь уже на Танту.

— Счет нужен всегда и везде, а чтение надо для священного писания и общего образования. Мы не знаем будущего крестьян и их детей. Может, для них найдется место в городе. Тем более, что меня сестра очень сильно просила доработать этот план, — мальчик мне подмигнул, а я ощутила волну благодарности и не обращая ни на кого, обняла своего младшенького брата.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — зашептала я ему в шею и едва не плача.

— Это из-за этого вы так страшно ссорились? — удивился отец.

— Ага, — Рад гладил меня по голове, как маленькую, — Придется мне помочь ей с книгами и школой в целом, а то ведь Тая не продумывает все шаги и варианты развития. Просто хочет сделать, как лучше, подставляя свою спину для недругов.

Что? Я удивленно отстранилась от Радоиса и уже открыла рот, чтобы задать вопрос.

— Позже, — щелкнул меня по носу мальчик. — Надо закончить с требованиями, чтобы отец завтра смог обсудить их с Советом старост.

— Хорошо, — Атис покорно кивнул, — что еще?

— Пока все законы идут в помощь женщинам, — Танта нахмурилась, — этим можно только навредить.

— Мы возвращаем оплату за работу на наших полях, — начала я говорить.

— Нет! — резко крикнул отец и стукнул кулаком по столу. — Они наказаны и должны работать...

— Но никто не работает за даром, — шестилетний мальчик зевнул. — "Наказание рублем" работает на всех в том случае, если наложено не на всех в одно и тоже время. Иначе, мы получаем недовольных работников и в крайнем случае - бунт. В Наори негде больше зарабатывать деньги, кроме как у нашей семьи и торгуя на рынке. Поэтому, в ближайшее время можно ждать стремительный отток крестьян в другие имения. Уверен, соседи будут рады нашим пустующим полям и гниющим посевам, отец. Армия будет слабой без продовольствия, а у соседей будет много людей, которых надо будет расселить. Интересно, отец, у кого соседи захотят забрать земли?

Взгляд Радоиса буравил Атиса так, будто уже сражался на поле боя. Брат шел против гордости отца и давил на самое больное и неотвратимое.

Война.

— Еще можно заставить воинов работать на поле, — подала я голос, считая что этот выход тоже хороший.

— Воины, это тебе не кроты, чтобы в земле копаться! — рявкнул отец. — А женщине, лучше бы знать свое место, чем...

Он меня разозлил!

— Если они не согласяться быть кротами, то будут пушечным мясом для соседей! — я повысила голос и с каким-то омерзением посмотрела на глупого князя. — Здесь идти до соседей три дня пешком, а сидя в имении на башне, можно увидеть далекий шпиль их храма. Это не война будет, а резня!

— Нас лучше слушаться, дорогие родители, — произнес брат замогильным, пугающим голосом. — Мы же на вашей стороне и хотим жить в мире.

— Ты меня пугаешь, Рад, — строго произнесла я и дернула мальчика за щеку. — Хватит нагонять ужас на отца. Он умный человек и должен понять, что для Наори лучше, а что его погубит.

Атис испугавшись слов Радоиса расслабился и спокойно выдохнул.

На него нельзя давить, а иначе он прогонит нас и не станет нас слушать чисто из принципа, потому что не захочет подчинять детям. А вот если все устроить так, будто он сам решил и прислушался к нашим словам, то все будет прекрасно.

Мама одобрительно мне улыбнулась.

— Не перегибай палку, — тихо шепнула брату.

Ай! Рад ущипнул меня за щеку.

— Постараюсь, если он бесить своей тупостью меня перестанет, — шептал мне брат. — Меня бесит, когда он поднимает на тебя голос.

У меня глаза от этих откровений на лоб выскочили. Брат злиться из-за того, что отец кричит на меня? Разве такое может быть?

Глава 25

Я весьма спокойно проспала утренний совет. Пока папа и брат разговаривали со старостами и делали все важные дела, я сладко сопела в подушку и видела сны.

Все дело в том, что мы из кабинета папы выползли под утро. Я даже помню, что как только вошла в комнату то уже пряталась под простынь от первых лучей солнца.

В обед ко мне пришла Юшка и растолкала мое едва живое тельце. Из-за сбившегося графика я даже по коридору шла и зевала.

Послышался быстрый бег маленьких ножек и меня сбила малышка Тана. Сестра очень крепко вцепилась в меня, а потом она закричала. Я не поняла что случилось, но позже выяснилось, что ей не разрешили увидеться с мамой, потому что ей нездоровиться.

Все же, ночь без сна никому лучше не делает.

Я решила перед обедом сходить к Танте и взять с собой сестру. Малышка обрадовалась и быстро убежала в детскую, чтобы взять оттуда собранные цветы.

— Мама будет рада увидеть такую красоту, тем более, что цветочки подаришь ты, — погладила я младшую и улыбнулась Лате.

В комнату родителей я старалась пройти незаметно. Я боялась, что натолкнусь на Атиса. Вчера мы с Радом были очень резкими и отец явно не будет рад меня видеть. Но мужчина был на собрании, поэтому я осмелела.

Танта сидела возле камина в кресле и, кажется, задремала. Сегодня она была бледнее обычного и даже не заметила что ее дочери пришли к ней.

— Мама, — Тана кинулась к спящей женщине и та вздрогнула.

Танта успела выставить руки, чтобы схватить сестру и улыбнулась ей.

— Тана, ты помнишь что я тебе говорила? — мамин голос требовательно выпытывал знания у сестры.

— В животике мамы малыш. Прыгать нельзя, — недовольно произнесла младшая. — Но я хочу к маме! — она капризно надула губки, норовя заплакать.

Малыш? Танта Наори беременна? Как так? Откуда? Почему?

— Мама, — я подала голос, чтобы она меня наконец заметила. — Ты беременна?

У Танты Наори последний ее ребенок была Атана Наори. Детей больше не было. Почему она беременна?!

Женщина заметила меня и ласково улыбнулась. Она погладила Тану и прикоснулась к своему животу.

— В последнее время мы с Атисом близки, — мама улыбалась и смотрела на меня. — Догадаешься, почему князь Наори по ночам жмется к жене?

— Он боится нас с Радом, — я нашла ответ тут же.

Ведь вчерашний вечер показал что Атис не может разговаривать со своими детьми сам. Ему нужна поддержка - жена. А Радоиса отец боиться и не может с ним ни спорить, ни говорить.

— Атис просил не объявлять о беременности, — она с благодарностью принимала цветы из рук младшей дочери и ласково ей что-то шептала. — Он сказал что Радоис может отнять дитя.

Я шокированно сползла на пол, непонимая что Мне теперь делать.

Ни в одной из паралеллей у меня не было родственника младше Таны! Ни где у мамы не было детей кроме нас троих! Что же случилось? Почему все обернулось так и чем это закончится.

У меня не было сил, чтобы хоть как-то отреагировать на слова мамы. У меня будто почву из-под ног выбили.

— Тая, ты не рада? — сквозь шум в ушах послышался строгий мамин вопрос.

— Рада, — я выдавила из себя улыбку, ощущая, как голова кружиться. — Мне плохо, — прошептала я и провалилась в небытье.

Знала же, что сегодняшний день можно было проспать. Лучше бы я вообще из комнаты не выходила.

И что мне делать теперь с этими знаниями?

Глава 26

Я вновь сидела в своей комнате и думала о вечном. Сейчас, мне очень хотелось стать магом, чтобы у меня были силы для защиты своей семьи. Ведь теперь, я ни в чем не уверена.

Дверь скрипнула, пропуская послеобеденного гостя в мою обитель.

Радоис принес очень вкусное молоко с аппетитной булочкой.

— Ты такая слабая и падаешь в обморок при любом психическом потрясении, — он тронул мой лоб и серьезно посмотрел на меня, ища ответы на свои вопросы. — Ты смертельно больна?

— Нет, — я убрала его руку и попыталась забыть о всех тревогах. Тем более, что у меня тоже есть вопросы. — Брат, ну как там совет?

— Сейчас он распущен, но после отдыха заново все соберуться, — он отпил ароматное молоко и расслабленно сел на пол рядом со мной. — Что случилось? На тебе лица нет.

Я тоже вытянула ноги и подозрительно посмотрела на не белое горячее молоко. От него шел горьковатый и одновременно сладкий насыщенный аромат.

— Ты опять что-то придумал? — я прикрыла глаза, наслаждаясь ароматом. — Я понимаю родителей. Страшно, когда твой ребенок настоящий гений, — я лукаво улыбнулась Радоису и отпила напиток. — Почему все что ты мне даешь, сладкое? У нас сахар только по праздникам насыпают в еду.

— Наори весь тростником обрастает, а из него можно сделать подсластитель. Это не сахар, но вкус почти тот же, — усмехнулся брат. — Я ответил на твой вопрос?

— Да, но я тоже хочу научиться всему, что ты знаешь! — искренне пожелала я, понимая кто на самом деле сейчас старше и умнее.

— Будь рядом со мной и я обучу тебя всему, — он улыбнулся, а я резко поняла, что это невозможно.

Мои руки ослабли и я отставила вкусное молоко в сторону.

Мой брат - наследник. Нам нельзя расти в одинаковых условиях и с одинаковыми знаниями. Мама раздражается, стоит ей увидеть, что я с Радом близка. Отец злиться на меня, ведь Рад умнее его, а достается мне. Я бы рада стать щитом для брата, но Радоис этого не дает и каждый раз провоцирует родителей.

— Я желаю, чтобы девочкам дали хоть немного прав, чтобы я могла хоть немного помогать тебе, — я сжалась в комочек и прислонила лоб к коленкам. — Если Наори развалиться... или на нас нападут, то... я буду жить...

Я не знала почему меня трясло, как зимой. Мне было страшно. До боли в животе я боялась потерять всех вновь. Я ведь, буду жить с теми воспоминаниями, которые мне подарит эта паралель. А вот все окружение измениться, станут такими же, как в далеком прошлом. Я вновь буду одна во всем белом мире! Мне поговорить по душам ни с кем не дано!

Учитывая что мама забеременела, я теперь даже двигаться боюсь не то что говорить о том, чего желаю.

— Я заметил, что ты яйца с кухни носишь. Зачем тебе? — брат внезапно перевел тему разговора.

Перевел резко, так что меня вытянуло из пучины собственных переживаний.

— Я цыпленка высиживаю! — громко крикнула я, боясь чего-то.

— Ага, — хитро прищурился мальчик. — То-то я смотрю по твоей комнате целый выводок бегает.

— Меня чаще запирают, чем я яйца уношу, — пробубнила я и быстро взяла кружку с недоеденной булочкой.

Если меня еще будут спрашивать, то я буду ссылаться на забитый рот. Но время шло, а брат спокойно сидел рядом не желая продолжать разговор. Я проглотила всю булочку и насытилась странным, но вкусным напитком.

— Так, что ты с яйцами делаешь?

Лукавый! Какой же этот мальчишка лукавый! Хитрец! Ирин!

— Я тренируюсь, — нехотя пробубнила я. — Этого тебе будет достаточно?

— Магии? — тут же предположил собеседник.

— Нет! Была бы у меня магия, я бы не мучалась с яйцами, — недовольно зашипела я. — Магом быть легко! Вы вдыхаете воздух, а выдыхаете манну. А дар - это сердце. Я не могу его отделить от тела и тем более направить в какую-то цель. Матушка говорила, что если разширять возможности дара с детства, то его возможно будет лишь контролировать, а не полноценно пользоваться. Потому что я не могу заставить сердце замолчать, а через час его включить. Я могу лишь успокоиться и сердечный ритм выровняется, а при беге он участиться. Большего, я не могу и никогда не сумею. Мой дар бесполезен! Хоть и делает всем окружающим добро!

Я не заметила как выговорилась и начала бегать по комнате, едва не наступая на ноги мальчика. Брат заполз на кровать и не мешал моим словам свободно литься в пространство. А я настолько разошлась, что говорила и говорила, а потом... испуганно замерла, поняв, что наговорила слишком много.

— Значит, дар, — спокойно произнес мальчишка. — Я что-то такое предпологал, но ты меня удивила. Дар - это хорошо, — он улыбнулся мне, а я...

— Мой дар - это личное проклятье, — в моей груди вновь поселилась боль и я достала мешечек с порошком, чтобы ее унять.

— Расскажи мне? — брат спокойно сидел на моей кровати и смотрел на меня не торопя и требуя ответа.

А я сжала кулаки и прикусила губы.

Что я ему расскажу?

— Мне не о чем с тобой говорить, — я отвернулась.

О том, что в будущем ты представляешь для всех угрозу? Что весь сюжет паралели крутиться возле тебя? Что ты убьешь меня и застанешь смерть Таны?

— Ты мне не доверяешь, — сделал выводы мальчик.

Ты меня пугаешь, брат. Я видела расчетливого, мудрого и властного Радоиса лишь когда он взошел на престол Империи. Но сейчас, напротив меня ребенок с точно такими же чертами характера. Я и так сильно расслабилась, позволяя себе доверяться тебе, Рад. Но я боюсь будущего.

— Ты мой младший брат, — я подошла к нему и положила руки на его хрупкие плечи. — Я должна стать для тебя опорой, чтобы ты никогда не становился монстром.

Радоис на секунду замер, а потом спокойно выдохнул и улыбнулся мне в лицо.

— Вот чего ты боишься, сестренка, — он погладил мою щеку. — Обещаю, что став сильным, я не трону тебя.

— Всю семью! — я требовательно тряхнула его, желая услышать клятву.

— Не обещаю, что не побью Атиса, — шутливо высказался маленький хитрый ирин. — Он меня ни как отец, ни как мужик не устраивает. И уж тем более он не правитель этих земель. Ему только доспехами можно громыхать.

— Атиса тоже нельзя трогать! — я опять тряхнула паренька и приготовилась сражаться за будущее отца.

— Ладно, пока ты не видишь, я буду его учить правилам общения с женщинами. И да, ты не узнаешь об этом! Я ведь очень хитрый.

Внезапно Рад напал на меня и стал щекотать. Через секунду я уже смеялась и пыталась отбиться от него подушкой. Вскоре я сама поймала мальчишку и сев на него стала искать его слабые места, но он отсмеялся после нашей битвы и ... все.

У него нет мест для щекоток? Почему?

А брат почему-то хитро и довольно смотрел на меня, не пытаясь меня скинуть с себя.

Когда я расслабилась, Рад внезапно задал вопрос.

— Ты ведь хочешь владеть магией? — я мыкнула что-то одобрительное. — Давай тебе артефакт приобретем.

— У нас денег таких нет, — отсекла я это предложение.

— У тебя есть личный маг, — произнес Рад. — Разве мы не сможем создать артефакт?

— Это что-то из алхимии, — вспомнила я. — А это высшая магия ученых. Там формулы посложнее.

— Неужели из формулы порфина надо будет сделать гем? — усмехнулся брат, но увидев мою шокированную моську он усмехнулся. — Я хорошо обращаюсь с органической химией, — развел он руками. — А формулы которые ты мне показала больше на аминокислоты похожи. Знаки просто другие.

Хорошо, я сделаю вид, что все поняла.

— Какой ты умный братик! — я погладила его по голове, ощущая себя не просто бездарностью, но и самой глупой среди гениев. — Братик, насчет денег. Давай твой тростниковый сахар продавать попробуем?

— Делай, все что твоей душе угодно, — подбодрил меня Рад и пошел продолжать совещание.

А я радовалась тому, что у меня есть Радоис. Он такой хороший и отзывчивый мальчик. Мне легко с ним общаться и не страшно что-то сказать, будто он готов услышать самые пугающие новости. В тоже время, он всегда меня поддерживает.

Радоис хороший человек, хоть и резкий временами.

Глава 27

Вечером этого же дня, я старательно делала вид хорошей дочери. Ужин в кругу семьи для меня был тяжелым, потому что я хотела распросить Рада про решение Совета. Поэтому жевала я быстро и почти не смотрела на то что ем. Просто глотала и буравила взглядом спокойных отца и брата.

— Дыру просверлишь, — тихо сказал Рад, когда нам меняли блюда. — Будь терпеливее, — отчитал меня шестилетний мальчишка.

Я хмыкнула и получила от мамы предупреждающий взгляд. Хорошо, я буду спокойной за столом. Даже Тана тихо кушает, а я неугомонная.

Вдох, выдох. Спокойствие. Мне надо успокоиться.

— Радоис придумал замечательный напиток. Попьем его перед отбоем, — сказал отец и строго посмотрел на меня. А я уже из своих сандалей выскакивала, чтобы все узнать. — Тану лучше отдать Лате.

— Да, милорд, — Танта слегка склонила голову и подала знак слугам, чтобы они убирали со стола. — Атаная, а ты не хочешь рассказать отцу, что ты придумала?

Я недоуменно похлопала глазами и не нашла ничего о чем нужно сообщать во всеуслышанье.

— Это про наших соседей, — дала мама подсказку.

— Да, я по рецепту Рада сделала сахарную воду и продала ее в качестве пробы Ронинам и Горнам, — я все равно не понимала в чем я должна признаваться.

В Наори мама всегда занималась накоплением, скупкой и дальнейшими расходами имения. Отец только говорил какие траты и сколько ему надо. Даже за провизией воинов следила мама. Поэтому мне было легко пообщаться с ней о тростниковом сахаре. Тем более, что если в производство добавить воду, то это получится быстрее и больше. Конечно, сухой сахар я тоже хочу дать им на пробу, но пока его нет готового.

— В качестве платы она получила черного коня, — Танта была довольна мной, а я не понимала чему она радуется.

Торговля, обмен и содержание имения входит в обязанность каждой женщины. А разговаривать мне было просто с соседом, потому что меня сопровождали Демьям и Наорус.

— Молодец, — похвалил Рад. — Быстро ты торговлю осваиваешь.

— Это обычное дело, — пожала я плечами. — Тем более, что сахар очень дорогой и племенные скакуны Ронинов не из дешевых. А недавно погиб твой подарок и я хотела порадовать тебя, Рад, — я улыбнулась и недовольно посмотрела на маму. — Мама не дала мне сделать тебе сюрприз.

Танта Наори с ненавистью посмотрела на Радоиса и поджала губы. По ее лицу читалось, что она не хочет, чтобы я отдавала лошадь.

— Тая, но ведь у тебя самой гужевая лошадка. Разве ты не хочешь себе красавца коня? — мама метала молнии и брат прекрасно это видел.

— Вы правы, матушка. Этот конь принадлежит Тае, — брат серьезно сообщил что отказывается от подарка и строго посмотрел на меня. — Это твоя заслуга, не раскидывайся наградой.

Атис ничего не сказал. Он лишь смотрел за реакцией Рада и жены. Было ощущение, что он наблюдал, как два кота сражаются за мясо.

Неужели ему интересно кто из его семьи самый сильный и властный? А сам попробовать не хочет?

Я тяжело вздохнула и увидела теплую улыбку на лице мальчика. Радоис успокаивающе на меня действует.

С ним я будто из водоворота событий выныриваю и меня подхватывает лодочка из его теплых рук.

В родительской гостинной я села ближе к огню, понимая что разговор будет серьезный, а меня из-за нервных потрясений всегда знобить начинает. На столике уже стояло молоко с горьковато - сладким запахом.

Надеюсь, разговор будет не как в прошлый раз - до самого утра. Я ведь тогда вообще не встану.

Атис протянул мне тонкий лист и приказал:

— Читай.

Под светом свечей и камина я начала зачитывать:

" Настоящий документ от... принят и утвержден князем Наори Атисом Наори Непобедимым. В год великих свершений и изменений.

Запрещается:

1. Избиение детей, женщин и стариков. Наказание - пять палок за каждую жалобу.

Силу свою надобно мужу показывать на поле боя и в труду своем.

2. Трогать вдову, детей ее и хозяйство оставленное покойным мужем, без ее согласия. Наказание - выносит староста. По исходу разбирательства решение можно обжаловать у князя или княжны.

Нельзя наживаться на чужом горе - сам плакать будешь.

3...."

Я читала и едва сдерживала свои эмоции. Меня переполняла радость. Особенно когда я дочитала до "постановляется".

Если пункты "запрещается" пугали своими наказаниями и шансом встретиться с правящей семьей, то "постановляется" были как сладкий мед на засохшем сухаре. Мне хотелось утонуть в их патоке и слиться с каждой буквой.

"...Постановляется:

1. Закрепить за женщиной детородного возраста право на отказ от замужества.

2. Праздновать и вести счет женскому возрасту.

3. Открыть на территории храма приходскую школу.

4. Оплачивать женский труд на полях работодателя."

Я довольно прочла все пункты и множество пояснительных абзатцев. И мне было так хорошо и тепло от каждого прочтенного слова.

— Конечно, школа будет открыта на добровольных основаниях, — заговорил Рад, стоило мне замолчать. — Не все дети и не каждый день будут ходить, но одновременно мы начнем развивать хоть какое-то образование.

Я сидела и глупо улыбалась, прижимая документ к своей груди. Оказывается, мне надо не так много.

— Завтра, ты, Атаная Наори, прочтешь сей документ на торговой площади города, — произнес Атис.

— А почему я? — искренне удивилась такому исходу.

— А кто разговаривал с народом и выдвигал его требования? — поддел меня Радоис. — Будешь нашим милым лицом революции, — улыбнулся он. — Прочтешь и от тебя больше ничего требовать не станут.

Я улыбнулась в ответ. Но червячок сомнения грыз мои нервы, ведь наказания для мужчин могут обернуться их восстанием.

— Все будет хорошо, — подбодрил меня Рад. — Я продумал каждый пункт.

Надеюсь, он действительно обо всем подумал.

Глава 28

Время до своего публичного выступления я провела в нервом предвкушении. С одной стороны мне очень нравились все пункты нового закона княжества Наори. С другой - я не верила, что мужская часть населения оценит пункты с наказанием и то, что женщинам дали право голоса. А если сильная часть Наори восстанет, то перед собой они будут видеть меня - маленькую и слабую девочку.

Это очень сильно напрягало и пугало. Но я уже влезла в судьбу этой паралели и полностью ее изменила, чтобы пытаться отступить.

В крайнем случае, если меня убьют, то я появлюсь вновь в Наори. Это была самая оптимистическая мысль за всю ночь перед рассветом. Сомкнуть глаза я так и не смогла. Теоретически, я уже прощалась со спокойной жизнью и готовилась к мужскому бунту.

Юшку вломилась ко мне, когда солнце едва выглянуло из-за горизонта.

Она влетела как уроган, неся на себе ведро с водой и таща таз. Девушка строго взглянула на меня и нетерпящим возражения тоном сообщила:

— Сегодня, маленькая княжна, вы будете самой красивой и милой!

Служанка была полна энтузиазма, что мне совсем не нравилось. То как меня мыли мне казалось подготовкой к столу великана, в качестве основного праздничного блюда. Было ощущение, что девушка каждую мою ресничку расчесывала перед моим публичным выступлением.

Позже пришла мама вместе с платьем в котором я ходила в храм.

— Жалко, что я не приготовила тебе торжественных одеяний, — сокрушалась она, наблюдая за тем, как меня наряжают. — Знай я, что ты часто перед народом будешь представлять семью, то хотябы заготовки приготовила в зимнее время, а сейчас бы подгоняла. Но ничего, я уже начала тебе шить еще одно выходное платье.

Меня нарядили, выгладили каждую складочку на юбке, сделали прическу, так что ни один волосок не смел распушиться, а тем более выбиться из общей композиции. Мама украдкой достала маленький флакончик и взяв оттуда капельку на палец мазнула мне за ушами. Я сразу ощутила резкий и горкий аромат букета цветов.

— Духи - это признак состоятельности, — отчитала меня Танта, когда я недовольно сморщила нос, а позже чихнула. — Когда ты еще будешь настолько важной персоной? Надо быть выше всех сегодня, чтобы тебя надолго заметили.

Юшка не сдержалась и заговорила при господах, выдав свое отношение к сегодняшнему представлению и ко всей ситуации в целом.

— Атанаю Наори надолго запомнят на этих землях. Особенно женщины! — торжественно произнесла девушка, но увидела строгий взгляд княгини.

— Ты права, — мама не стала отчитывать служанку.

На выходе из комнаты ко мне приставили Науруса в качестве охраны. Парень бы одет в официальную форму рыцаря младшего звена и стоял по струнке смирно, не смея даже дышать лишний раз. Его рука покоилась на эфесе меча, а выражение лица было такое, будто он Императора в последний путь сопровождает.

Мне сразу стало не по себе. Я хотела трусливо спрятаться в комнате и отдать честь прочтения документа другому члену семьи. Почему именно я должна выносить всю эту подготовку, а потом еще и читать прилюдно? Разве Рада завели не в качестве наследника? Разве это не его обязанности?

Я шла, как деревянная кукла на ниточках, под умелым руководством кукольника. Боялась лишний раз голову повернуть и шаг не туда сделать.

На выходе из самого имения меня ждал Альберт - капитан одного из папиных отрядов. А весь отряд стоял вдоль мощеной дорожки вплоть до кареты с фамильным гербом.

Дрожа как листок на ветру, я пыталась понять зачем отцу столько официальных атрибутов для девочки, хоть и его дочери. Обычно, на меня в имении мало обращают внимание. Я даже про охрану никогда не слышала вплоть до своего скорого замужества. В этой паралели я что-то слишком часто нахожусь под наблюдением воинов, а мне всего семь лет и я далеко не единственная наследница... вообще не наследница рода.

— Столько охраны, — я тихо выдохнула, когда Наурус помог мне сесть в карету. — Надеюсь, вы мне совсем не понадобитесь, — я сглотнула вязкую слюну и увидела, как дверца закрылась.

Стоп! А мама не поедет?

Оказалось, что Танте Наори сегодня нездоровиться и осталась за стенами дома.

Мама, а тебе не совестно свою маленькую дочь кидать в гущу событий, а самой прятаться за непробиваемым укреплением?

На площади города оказалось поразительно много народа. Здесь, наверное, собрались все сбежавшие из деревень и все кто там остался. В книги переписи населения у Наори немного народу, а воинов отец считает отдельно, потому что империя платит за их содержание, так же как и отцу жалование. Общим счетом в Наори проживает около девятисот человек, пятьсок из которых папина армия. Но когда они все вышли на площадь, то нигде не было видно пустого места. Плюс ко всему, все крыши, окна и балконы близьстоящих домов были забиты людьми.

— Юнная княжна, — ко мне подошел маг и присел передомной на одно колено, — можно я применю на вас несколько заклинаний?

Я глупо похлопала ресницами, ведь Казус никогда в жизни меня княжной не называл, не спрашивал официального разрешения на применение магии, а тем более не становился на колени.

— Можно, — выдавила я из себя непонятный звук и посмотрела на стену из воинов, которая ограждала меня от шумящей толпы.

— Теперь ваш голос услышат во всех деревнях Наори, а ваш облик будет отражен в небе над имением, — сообщил мне маг.

Ой-ей, как мне плохо внезапно стало.

Мало того, что на площади дышать трудно, так теперь еще и деревни меня слушать будут. А вдруг я запнусь и не смогу прочесть документ? Я его несколько раз перечитывала вчера вечером, но сегодня я не так воодушевлена.

Внезапно голос Радоиса заставил замолчать голдящих людей. Одно его слово и вся площадь будто замерла.

— Я - Радоис Наори, наследник Атиса Наори доношу волю своего рода, которая будет властвовать над землями Наори! — брат говорил величественно, уверенно и в тоже время четко и понятно.

Я заражалась спокойствием и уверенностью его голоса и когда пришла моя пора читать документ, я не струсила и не испугалась огромного людского моря, которое раскинулось возле постамента.

— Запрещается..., — мой голос не дрогнул и силы мага разносили его по всей территории Наори.

Я ощущала свою власть с каждым новым произнесенным словом.

Меня слушали! Меня слышали! Меня видели!

Я больше не та непоседливая Тая, которую замечали лишь когда она попала в неприятные ситуации. Меня больше никогда и никто из народа не сможет назвать по имени. Сейчас. Именно в данный момент я росла. Росла над своими страхами и опасками, над своим непринятием новой себя. Я освобождалась от оков прошлого и шагала вперед, где я буду Атанаей Наори, той кто положил начало для изменений и той, чей голос никогда не смолкнет над землей Наори.

Дочитав последнюю букву, я замерла перед народом. Мне казалось, что я так же не дышу, как и он.

Я заметила, как группа мужчин что-то возмущенно зашептала. Ветер донес их брошенную в воздух фразу:

"...Права не имеют лезть в обучение строптивой жены..."

Да, таковы законы были раньше, до сегодняшнего дня, но... будут ли люди следовать новым правилам?

— В качестве примера, — голос брата снял с меня минутное оцепенение, — Для наказания приглашается Атис Наори поднявший руку на свою семилетнюю беззащитную дочь!

Тишина!

Даже мое собственное сердце замерло после слов Рада.

Я недоуменно посмотрела вперед, где к краю сцены вышел князь в простой белой рубашке. Неверя своим глазам, я наблюдала как он легко ее снимает и дает завязать Альберту свои руки за спиной.

В глубоком молчании и полном удивлении народ наблюдал, как палка ударяет их правителя по спине.

Раз.

Отец молчит и даже не шевелится. А мое сердце начало биться.

Два.

Я начинаю дышать и первый мой вздох отражается эхом по всем землям Наори.

Три.

Папу нельзя бить! Он правитель этих земель! Он...

Я не помня себя подбегаю к отцу и закрываю его спину собой.

Мой тихий всхлип тонет в голосе брата.

— Атаная Наори простила отца. Наказание совершенно.

А я больше ничего не слышала. Никого не видела и ничего не хотела знать.

Я держала отца и вжималась в его спину, будто хотела забрать его боль и стать его щитом для всего мира. Мне стало страшно.

Страшно, потому что... Радоис обещал мне что отомстит Атису за пощечину. Брат не раз мне говорил что наш отец глуп и его надо обучать теми методами к которым он сам привык. Рад говорил, что все будет хорошо.

А я не слышала или не хотела замечать.

Мало ли что обещает шестилетний ребенок с улыбкой на губах и сладкой крошкой на мягких щечках.

Малыш. Он всего-лишь малыш.

Но передо мной стоит картина поверженного князя, а победил его шестилетний сын.

Когото еще выводили на сцену. Мужчинам связывали руки, а потерпевшие смотрели за наказанием. Мало кто давал прощение своим родственникам.

— Все хорошо, Тая, — послышался голос отца. — Мы слишком долго тут стоим, давай спустимся.

Папе развязали руки, а я как приклеенная бежала за его широкими шагами перебирая своими маленькими ножками.

Атис подошел к Раду и встав рядом с ним поднял меня на руки при этом поморщившись.

— Теперь, закон о наказании за домашнее насилие точно будет исполняться, — тихо произнес Радоис. — Раз сам князь не смог его избежать, то простым людям этого точно не дано, — брат смотрел на меня.

В его глазах пылало испепеляющее и поглощающее могучее пламя. Он будто уже стоял над всей Империей и правил всеми ее землями и не было уголка или страны куда бы его слово и власть не достали.

Это взгляд властителя не только земель, но и чужих умов.

Радоис — Император смотрел на меня из тела шестилетнего мальчика.

Может, прошлая Я отвернулась бы, дав ему понять свою несостоятельность и слабость перед ним. Но я теперь другая и смотреть буду прямо и уступать свою семью не стану.

Так мы простояли долго. Пока наказания не закончились, а наши воины - палачи не устали махать палками.

Тишина, стоящая все это время, кажется, забрала весь воздух у толпы. Народ молчал, а потом раздались женские крики и какие-то непонятные звуки, которые разрезали тишину.

— Ура! — громко и четко произнес мой брат, высоко подняв руку. — Ура! — повторил он заглушая какофонию женского крика. — Ура! УРА!

Этот звук заставляет сердце выбивать радостный ритм.

Ура!

Подхватили люди.

Ура!

Закричала вся улица.

Ура!

Долетело до небес тронув солнце.

Ура! Ура! Ура!

Глава 29

— Возвращаемся, — объявил отец и я обрадовалась что этот день можно считать оконченным.

Толпа медленно и неуверенно разбредалась группам. Где-то были слышны возмущенные слова, которые перебивал радостный крик "ура". Это странное слово стало олицетворять победу и радость, идущую следом.

Я вцепилась в отцовские плечи и старалась дышать ровно, чтобы успокоить боль в груди. Выходило плохо, но я очень сильно старалась.

Надо было отвлечься.

Стала рассматривать людей на площади, пока меня несли к карете.

Крестьяне не слышали ни о моде, ни о стандартах красоты, поэтому были одеты во свои лучшие вещи. Мужчины не так сильно отличались друг от друга: плетенные из лозы лапти, широкие штаны подвязанные снизу веревкой, чтобы не пачкались и длинная рубаха с вышивкой по горловине, рукавам и низу.

Женщины же наряжались кто и во что умел и мог. Их одежда пестрела вышивкой от груди и до самых лодыжек. А украшений на руках, шее, волосах, ногах было столько, что любой кузнец обзавидуется такому количеству цветного металла. Писком моды они всегда считали колокольчики, которые звенели при каждом их шаге. И надевали они их только по праздникам и для работы в поле, считая, что звон отпугивает злых духов.

Ничего против не имею, деревенские живут в своем мирке, а я в своем. Но кажется, я тоже хочу колокольчик. Хотя бы один. Они так мелодично позвякивают на ножках девушек.

Мои думы прервала пара мужских взглядов. Они смотрели на меня сквозь толпу и прежде чем я смогла отыскать их источник я увидела... Мила!

Мальчик десяти лет смотрел на меня, будто всегда знал кто я такая. На секунду наши взгляды встретились. Он загадочно мне улыбнулся, а потом исчез в толпе.

А меня посадили в карету и стали сопровождать вплоть до имения, как ценный военный трофей.

Может, мне померещился Мил?

Я помню его обычным деревенским пареньком, который пас коров и безропотно принял в дом жену на которую указал Тантин перст. А этот выглядел по-другому.

Мил явно прибыл из города, ведь выглядел он иначе, чем деревенские. На нем не было рубахи до колен. Он стоял в чем-то черном и одновременно легком. Я плохо успела разглядеть, но уверена, что паралель поменялась не только у меня, но и у всех кто был когда либо рядом со мной.

Когда мы приехали домой, Казус был вызван в комнату к родителям. Отцу надо было обработать спину.

Я под предлогом, что хочу навестить маму, попала в хозяйские покои.

Пока Казус важно водил руками над спиной отца, я заглянула к княгине. Мама спала и выглядела очень бледной. Ее волосы разметались по подушке, а чепец был откинут прочь. Во сне Танта очень беспокойно подрагивала.

Я подошла к ней и положила свои ладошки ей на руку. Попыталась сделать то же самое, что и с яйцами.

Я заставила гореть свой огонь в груди ярче, интенсивнее, так что ощутила как мое тело нагрелось.

Хорошо.

Пара минут и я больше не могу так ярко "светить". Сердце стало гореть от жара собственного дара.

С яйцами у меня так же выходило.

Матушка говорила, что когда я научусь контролю, то смогу из яйца получить цыпленка. Но пока у меня выходила кровавая слизь и неоформленный зародыш.

Надеюсь, хоть немного моей силы поможет маме и малышу набраться сил.

Когда я выходила прочь, то отец уже лежал под компрессом и казалось спит. Я подошла к его изголовью и погладила мужские жесткие волосы.

Атис сонно замычал. Он не обратил на меня никакого внимания, а я... сжала кулаки.

Вспомнила взгляд брата - Императора и захотела научить отца уметь за себя постоять. Нечего Раду раньше времени набирать мощь и власть.

— Радоису шесть, — тихо прошептала я на ухо своему родителю. — Его пора обучать военному мастерству.

Погладив его макушку, я вышла прочь.

У Атиса Наори перед Радоисом есть "оружие"!

Во-первых, отец опытный воин, которому дана армия и разрешено обучать рекрутов.

Второе, Атис - отец Радоиса.

Сын не сможет отказаться от военной подготовки. А я уверена, как только князь получит в руки человека, который его обыграл, то он будет учить его тщательно.

Таким образом, я подниму авторитет отца не только перед ним самим, но и перед воинами и народом Наори.

Сегодняшнее наказание не сильно повлияет на его власть. К тому же, Раду действительно пора учиться сражаться.

Глава 30

Ничто не омрачит домашний обед, как прибытие соглядатыя от Императора.

Недели не прошло с тех пор, как я почти каждый день учила деревенских детей всех возрастов грамоте. А на пороге Наори появился некий человек и сказал, что будет нашим гостем, которого послал Император.

Радоис сразу мне саазал, что изменения в имении привлекли местную власть и теперь, этот человек будет решать, хорошо это для всей Империи или мы породили смуту и раздор.

Человек был светловолосым, высоким молодым парнем. Назвался — лордом Ильеном Ари. Он часто гулял по нашим землям и всегда присутствовал на моих занятиях с детьми.

Вот только в Золотой книге знатных родов и земель никаких Ари не было. Он может быть чьим-то бастардом, но дворяне даже бастардов стараются вписать в побочную ветвь рода. Ари не было нигде.

Кто он такой?

Радоис переживал больше остальных, потому что по его требованию на землях Наори стали строить стекольный завод. Он начал с цеха - там только недавно кратер выкопали.

Я не верила в его идею, ведь стекло делают ирины по древним рецептам торов. А нам его продают, как самый редкий магический камень. У нас во всем имении есть только мелкомозаичные окна, которые не такие дорогие и делаються из битых стекол на территории Империи. Когда Рад это услышал, он загорелся идеей создания зеркала.

Я знала о зеркале от мамы. Однажды она мне показала его битый кусочек, который случайно попался в мозайчатом окне. В этом стекле отражается все, что попадало перед ним.

Мне ничего не оставалось кроме как наладить производительность сахара с помощью большего привлечения людей. Наш сахар пошел дальше соседей, чтобы я смогла собрать деньги на строительство брата.

Вот в такой момент и появился этот "представитель" и от него я старалась держаться подальше, потому что... ощущала в его компании как волоски на моем теле встают дыбом, но не из-за страха, а от предвкушения. А мой дар разгорался в его присутствии, будто в мой огонь подкидывали дрова.

Поэтому, кроме храма, я старалась с ним не видеться, понимая, что парень отнюдь не простой.

Бегала по всему имению, а вслед за мной Наурус и Юшка. Стоило мне ощутить щекотку на кончиках ушей, как я буквально, срывалась с места и неслась в противоположном направлении.

Радоис напротив, много общался с человеком и часто с ним виделся. В основном, Ильен проводил все время с братом.

Я его только в храме три раза в неделю по часу видела. Он сидел и внимательно меня слушал и наблюдал за каждым поворотом моей головы. Я чувствовала себя как в западне, потому что... дар Жизни был доволен его присутствием и грел мое тело приятным, ласковым теплом.

Я ничего не понимала, поэтому боялась этого незнакомца.

Радоис привлек меня к созданию бумаги, чтобы я смогла обучать детей. Но он хотел оставить тайну ее создания при семье Наори. Поэтому... у нас мало что получалось.

Надо было в лесу искать хорошо гнущуюся древесину с большим количиством каких-то волокон. Вываривать ее, отмывать, процеживать, опять вываривать. Мы - слабые дети, поэтому эту идею мы пока отложили.

Мне при любой физической нагрузке становилось плохо. А Рад один не мог со всем справиться. Тем более, что мы плохо знали наш лес и не имели понятия какая древесина лучше подойдет под наш план.

Мы как два слепых котенка, уперлись в стену и не знали куда двигаться. Нам нужна была помощь умных и сильных.

Тогда Радоис привел Мила и Ильена.

Я задохнулась от такого поворота событий.

На самом деле, с Милом я должна была познакомиться в двенадцать лет, когда мой собственный дар начнет меня выжигать.

Но изменение паралели настолько сильно повлияло на судьбу, что я сижу и смотрю на Мила прямо перед собой.

— Милослав Ари, — представился мальчик и улыбнулся мне.

А я задавила в зародыше глупую улыбку, которая хотела выползти при виде давнего друга.

— Вы братья? — я покосилась на взрослого юношу, стоящего рядом, и тут же отвернулась.

Тусы могли меня наплнять и я пользовалась своими силами. Но чтобы мой дар реагировал на простое присутствие - никогда такого не было.

Дар Жизни относился с благодарностью к мужьям: они мне - я им. С ними, я была как голодный ребенок, который постоянно хочет есть.

Но сейчас, мой внутренний свет сиял ярко и спокойно, хотя его никто не кормил и уж тем более не просил сиять.

Не нравится мне этот Ильен.

— Да, княжна, — голос старшего защекотал кончики моих ушей и я сильно сжала губы и недовольно засипела.

— Они нам помогут с бумагой, — отозвался Рад.

Странный брат. Разве он не понимает кого привел в тайное место?

Я оглядела беред тихой заводи и сама над собой посмеялась. Здесь стоял чан, который Рад стащил с кухни и его теперь по всему Наори кухарка ищет. Решетку мы попросили сделать кузнеца, а камни я старательно носила. Вот и все что мы раздобыли для приготовления дорогой и редкой бумаги.

— Можно, я в этом не буду участвовать? — я посмотрела на Рада и тихо добавила: — Шпиона в дом пустил, а теперь все тайны спешишь открыть? Без меня. Мне не нравится Ильен.

Я впервые бросила брата и ушла прочь.

Вечером Ильен почему-то не пришел на ужин, так же как и Радоис. Ночь на дворе, а их все еще не было.

Отец решил взять людей и пойти искать ребят.

А я понимала, что найти их могу только я. Ведь о тайном месте знаю только я.

Может, Ильен показал свое истинное лицо и схватил Рада? Но эта теория легко ломалась, ведь мой брат не тот кто будет смирно сидеть пока его лишают воли.

Что же случилось?

Глава 31

Интересно, что может маленькая девочка с душой взрослой женщины?

Ничего!

Факт, того что я застряла в маленьком тельце делал меня заранее немобильной и несамостоятельной.

Стоило Наори переполошиться из-за пропажи шестилетнего наследника, как ко мне в комнату прибежала Юшка.

— Княгиня зовет вас, госпожа, — отрапортировала она и сделала поклон.

А я ведь только что хотела переодеться и броситься искать брата. Наверное, меня платья и наряды скоро погубят.

Надо было идти в том что есть!

В коридоре ко мне присоединился Наурус. Процессия собралась и мы двинулись к родительским покоям. Проходя мимо лестницы на первый этаж, я услышала как отец быстро и споро собирается выезжать на поиски Радоиса.

Юшка пролетела мимо меня и распахнула мне двери в хозяйские аппартаменты.

Я ходила медленно, жалея свое тело и стараясь снизить нагрузку на сердце, поэтому успела услышать куда Атис направил свои отряды. Папа - молодец, он быстро организовал поисковые отряды и сам не остался в стороне, но ищут они не там.

В комнате родителей я увидела Лату, которая играла в узелки с Таной.

Матушка, бледной тенью, сидела у раззоженного камина и куталась в свой пуховый платок. На ее лице не было никаких эмоций.

Демьян стоял рядом и с ней и тихо что-то говорил.

Я не слышала их разговора, потому что смех Таны заглушал все здешние звуки. А когда сестра меня увидела, то бросилась ко мне и закружила нас в хороводе. Когда малышка меня отпустила, Демьян уже покинул комнату.

Мне резко стало плохо!

Дыхание перехватило, сердце заныло, а кровь забыла, что у меня есть голова и вся оказалась в ногах.

Как я могла забыть о том, что Танта Наори ненавидит Радоиса и в двух паралелях его пыталась убить, а в одной бросила ребенка в метель на верную смерть!

Какая же я беспечная и глупая!

Решила, что если паралель полностью изменена, то можно не опасаться старых врагов? Я смотрела только на явную угрозу семьи и не обращала внимание на собственную мать!

— Где Демьян? — сердце билось слабо, боясь помешать моим мыслям течь ровно.

— Он присоединится к поисковому отряду, — тихо прошептала мама, смотря мне в лицо. — Я должна сделать все что от меня зависит, чтобы найти единственного наследника рода Наори.

Меня бросило в жар, а затем в холод, когда я увидела бледное лицо мамы. Сейчас, она не похожа на ту кто готов убивать, но... она никогда не была готова и взгляд не выдавал ее истинных желаний. Танта Наори - тайный враг, который никогда не примет брата.

— Пусть Демьян возьмет меня! — строго, властно я заявила о своем желании и вцепилась в лицо матушки внимательным взглядом. — Только я знаю оде он может быть.

Танта смотрела на меня сквозь полуопущенные ресницы и, казалось, что она уснула. Нет, она задумалась. Разглядывала меня и решала какой-то сложный вопрос для себя и будущего Наори.

— Хорошо, — она говорила тихо. — Поедешь с Демьяном искать брата.

Мое сознанием просветлело.

Что это я? Так легко и быстро записываю всех во врагов. Надо бы друзьями обзавестись, но с нынешним составом мне не из кооо выбирать. Зато бывшие враги брата готовы оказать поддержку. Осталось только Ильена на чистую воду вывести!

Демьян был молчаливым и незаметным телохранителем мамы. Сколько себя помню, он ни разу не появлялся возле Атиса. Его почти не ощущалось в имении, будто он существовал только возле Танты.

В прошлом, я его тоже не замечала. Он появился лишь когда маме совсем стало плохо из-за пропажи Таны и коронации Рада. Он был прекрасным охранником и исполнителем маминых указов.

Сейчас этот мужчина вел лошадь в ту сторону, куда я указывала. А я всеми силами гнала мысль о том, что возможно веду врага в секретное убежище братишки.

Сейчас, я не знаю кому верить и доверять. Вокруг много врагов, слишком много, чтобы я могла спокойно воспринимать отсутствие брата.

Отдав приказ мужчине, чтобы ждал меня у начала леса, я пошла вглубь, забыв о тьме ночи. Для меня темноты не существовала - я сама была как свеча и прекрасно видела свой свет, освещающий дорогу. Наверное, об этом говорил брат.

Через какое-то время я вышла на берег реки в том месте где мы собирались делать бумагу. Но здесь было пусто - даже намека на человеческое присутствие не было.

Мое горло схватила паника, начиная выдавливать воздух вместе с логикой.

Я упала на мокрую землю и постаралась думать.

Мне нужно найти брата и он явно находиться рядом с Ильеном и Милом. Я знаю, что они прибыли по приказу Императора, значит, заведомо относятся к врагам. А еще, Ильен нравиться моему дару Жизни.

— Хорошо, — мое дыхание восстановилось, а сердце успокоилось.

Никогда не думала, что сама без чьих-либо требований буду искать этого парня с помощью своего дара.

— Дар, миленький, прошу, найди Ильена, — тихо прошептала я.

Сжав кулаки, я попыталась расширить круг света исходящий от меня, но это действие, заставило мою гиудь гореть огнем, а мое дыхание сбилось.

Я достала свой мешочек с лекарством и едва смогла проглотить сухой порошок. Запила все водой из реки. Стало намного лучше, а я ощутила себя беспомощной. Мой дар - это не магия, которую легко можно отсоединить от себя или накапливать внутри себя. Дар просто есть, как часть тебя самой - сердце не может уменьшаться и увеличиваться по прихоти человека.

Я что-то делаю не так.

С яйцом постоянно ошибаюсь - это не беда. Но если я потеряю брата, то мне будет незачем жить.

Я сидела на берегу реки и смотрела в ночное небо. По им щекам против воли полились слезы.

— Ильен, — тихо прошептала я, желая ощутить странное чувство, исходящее от него. — Ильен, где же ты?

Мой дар стал радостно пульсировать, испуская волны света от собственного тела. Раз волна, два - они побежали по лесу как круги по воде от брошенного камешка. При этом, дар находился на месте и никто его не пытался разширить или вырвать из тела. Этот способ не забирал у меня силы и дыхание. Со мной ничего страшного не происходило.

Удивительно! Разве я так могу?

Я удивлялась, пока не ощутила, как мой дар не "тронул" Ильена.

Это было странное ощущение, будто парень был совсем рядом, но я не видела его тела. А еще, что-то в нем радостно мне ответило, приняло и позвало.

Открыв глаза, я недоуменно посмотрела по сторонам.

Пришло время идти за братом.

— У Ильена тоже есть дар! Это уж точно! Интересно, он тоже по паралелям перерождается? — развлекала я себя разговором, пока шла на его "зов".

На самом деле, я пыталась себя отвлечь от предвкушения встречи с ним. Мой дар радовался тому, что скоро ему будет хорошо, ему дадут немного свободы. Это было очень странно оттого пугало меня до нервной дрожи.

Глава 32

Ильена я почувствовала сразу. Мой дар засиял ярче, наполнился и кинулся в его сторону. А с той стороны его встретило тепло и нежность. Это трудно описать, когда ты не прикасаешься к человеку и смотреть на него не хочешь, но понимаешь, что руки у него нежные, взгляд участливый и он не сможет мне соврать, потому что я его прекрасно чувствую. Впрочем, я тоже не смогу соврать, он ведь тоже меня чувствует.

Парень вышел из леса ко мне на встречу. И сейчас он стоял на приличном расстоянии, стараясь не вызывать у меня ненависти, а тем более отвращения.

— Куда ты Рада дел? — начала я с обвинения, но посмотреть на Ильена так не смогла.

Парень немного опешил. Я ощутила его недовольство холодными мурашками по коже.

Внезапно, я услышала смешок и его недовольство исчезло, теперь мне было просто тепло.

— Ну, а чего я собственно ждал от девочки видевшей этот мир лишь с худшей стороны? — внезапно произнес он.

Что? Он о паралелях? У него тоже это проклятье Жизни?

Забывшись, я посмотрела на Ильена и увидела его улыбку и добрый взгляд.

Что-то во мне искренне обрадовалось нашему первому "знакомству". А что-то другое шепнуло, что мы с ним когда-то виделись. Но... этого быть не может!

— Просто, скажи где Рад! — я замотала головой, отгоняя странное наваждение и возвращая себе здравомыслие.

— Шашлыки жарит, — просто ответил парень. — Я вышел тебя встречать, потому что ты искала меня.

— Я брата..., — нервно начала я, ощущая как дар во всю уже трогает парня, будто он сладкий фруктовый лед. — Ты мне не нужен, — резко и надув губы, я поняла, что и дар Ильена осторожно осматривает меня, будто принюхивается.

— Хорошо, пошли, — он протянул мне руку и я отпрыгнула от нее, как от ядовитой змеи.

Со смесью ужаса и неверия я взглянула в светлое лицо Ильена и прошипела, будто злая кошка:

— Только попробуй тронуть меня, прихвостень Императора!

Мой дар тоже отреагировал резко, будто ощутил весь мой страх и боль в одно мгновение. Свет не перестал рассматривать парня, но теперь не старался его потрогать.

— Если я не заберусь высоко, то не смогу защищать тех кто мне дорог, — высказался Ильен Ари и в его взгляде вспыхнул огонь, будто он вспоминал о чем-то своем. — Сколько раз тебе пришлось выживать, чтобы ничего не изменить? — его тело напряглось.

Парень стал холодным, чужим и пугающим. Будто я только что поняла, что Император простых людей возле себя не держит. Не будет обычный пятнадцатилетний парень ездить по дальним землям и говорить от самого правителя.

— У тебя дар Жизни? — одними губами пробормотала я.

— Созидания, — ответил Ильен и пошел прочь.

Я побрела за ним следом.

В конце нашего пути будет Рад. Я заберу его домой. Закрою все двери. Лягу в детской вместе с братом и сестрой. Прижмусь к ним и постараюсь забыть о том, что Наори привлекло такого человека как Ильен.

А еще... Мил.

Я чувствовала себя преданной. Этот мальчишка - первая любовь в каждой паралели предает меня по разному: женится, становиться братом врага. В следующий раз он тоже воткнет мне нож в спину?

Нет! Не хочу больше видеть ни Мила, ни Ильена. Быстрее уезжайте из моей колыбельки! Я вас сюда не приглашала и знать не хочу!

Что я знаю о дарах?

То что не может быть одного дара у нескольких людей сразу. Дар дается нам самим Миром - одарованные это глаза и уши Мира. Не может быть у Земли два сердца и десять голов. Из-за единого происхождения дары связаны друг с другом и могут чувствовать себе подобных.

Все. Больше ничего не знаю. И последний вывод я сделала только что, ведь я чувствую впереди идущего Ильена.

— Созидание, — я произнесла это слово и посмотрела в спину впереди идущего парня. — Что твой дар делает?

— Создает, — Ильен не отвлекся от дороги и шел так медленно, чтобы я успевала за ним и не запыхалась.

— Что создает? — я что-то вокруг парня ни птичек, ни распускающихся цветов не вижу.

Ильен резко затормозил и взглянул на меня.

— А что делает Жизнь?

— Жизнь дает, — быстро ответила я на его вопрос.

— Нет, — резко и категорично заявил мне этот неверующий.

— Да! — начала я спор. — Мне ли не знать, что делает мой дар!

— Земля вокруг тебя пропитывается энергией "дыханием мира". Даже камень становится неограненным алмазом, не из-за того что в них появляется кровь и сердцебиение. Твой дар дает энергию всему что есть вокруг тебя. Будь то человек или ты сама, ты не заставляешь всех Жить, ты даешь силы чтобы жить, — отчитал меня Ильин. — Созидание - это создание, но без энергии жизни, я могу создать лишь малые элементы от целого. Ты даешь силы тому, что уже есть. Я создаю, то чего вокруге нет.

Он протинял мне свою ладонь. На его руке лежало семячко.

— Зачем? — буркнула я.

Ильен недовольно цыкнул и подошел ко мне. Не успела я опомниться, как он схватил меня за руку и вложил семя в мою ладонь. Он не стал размыкать наши руки и внимательно следил за тем, что будет дальше.

Не прошло и минуты, а семя в наших руках набухло, пустило корни, оплело наши руки и вытянулось вверх.

Я удивленно смотрела на молодой побег и не могла поверить в увиденное.

Ильен расплел корни и поставил дерево на землю под моими ногами. Бывшее семячко быстро пустило корни в землю и зацепилось за жизнь.

— Это семечко райских яблок. Здесь такие не растут, но их трудно отличить от обычных, — произнес парень так и не разомкнув наших рук. — Я не хочу чтобы все поняли, что ты носительница Жизни. Ведь любое другое редкое и капризное растение сразу броситься в глаза и привлечет внимание. — он убрал мне прядь за ухо и улыбнулся. — Мы же не хотим, чтобы кто-то догадолся о наших силах?

Я вытащила руку и дрожа всем телом, выпалила:

— Я такое сделать не могла! У меня цыпленок постоянно мертвый, а тут!

— Ты пробуй сначала на неодушевленных предметах. Яйца тебе еще рано, — сообщил парень и наконец привел меня на поляну.

В свете ночных звезд сидел Радоис и ел мясо на палочке. Мил ворошил красные угли. Все собравшиеся глядели на нас во все глаза, а я с интересом уставилась на Илтена.

— А еще что-нибудь покажешь?

— Не сейчас, — отошел он от меня, но я побежала за ним.

— Можно и позже, я могу до утра не спать! А ты что-нибудь еще про таких как мы знаешь? А где ты этому научился? А давай еще одно райское яблочко посадим!

Внезапно на поляне раздался заразительный смех брата. Я отвлеклась от Ильена и посмотрела на Радоиса.

— Тая, то тебя к Ильену не подманишь, а теперь ты готова с ним всю ночь сидеть, — он опять засмеялся. — Не раздавай свое внимание другим, сестренка, — внезапно стал серьезным братик. — Я же ревную, — шутливо улыбнулся он.

— Тебя все имение ищет! — я вспомнила зачем пришла. — Быстро домой, а то нагоняй все получат! Не брат, а какое-то наказание! Умный, а в некоторых местах еще такой глупый и недальновидный! Гений ирин! — выругалась я и ощутила, что переживания меня отпустили.

Никто на брата не покушался. Гости все живы, я вроде целая. Имение не сгорело. Семья в безопасности.

Фух, ну и накрутила я себя!

Глава 33

Меня удивляло, что мой опасливый и далекосмотрящий братец, легко сблизился с посыльными Императора. Пугало еще и то что Ильен и Мил сами шли с ним на контакт. Так же они не были против моего общества, когда я не сбегала и не пряталась.

— Такие знакомые могут быть полезными, — высказался Радоис, когда я ему в упрек поставила его дружбу с потенциальными врагами. — Ты же не знаешь, что будет в будущем. Лучше сейчас обрастать связями. Будь с ними повежливее, хорошо?

В итоге, это не я отчитала Радоиса Наори, а брат меня. Нахохлившись от обиды, я села обдумывать тактику своего поведения. А пока я думала...

Брат общался с новым знакомым в общем зале. Прям там где я сидела и размышляла. Мне нехотя пришлось слушать их разговор.

— Третий круг говоришь открыл? — Радоис говорил о магии и обращался он к Ильену.

Но, разве одарованные могут пользоваться магией? Я читала, что дар иногда можно использовать в качестве альтернативы манны, но чтобы его использовать надо быть уникумом.

— Да, четвертый закрыл и открыл третий, — Ильен сидел в кресле напротив Радоиса и, будто специально, его место было повернуто к окну на котором я сидела за тяжелой шторой. — В этом году планирую закрыть последние круги и пойду на анимагический или алхимический факультет. Меня больше артифакторика привлекает, но это очень дорогой курс. Одних маг-камней придется покупать на несколько сотен зол.

— Меня тоже привлекает алхимия. Я бы хотел поступить в твою Академию, — сообщил Радоис.

— Я пошел, когда смог контролировать свой дар. Было нелегко на седьмом и шестом круге. Было ощущение, что мой мозг пытаются сломать, — усмехнулся дорогой императорский гость. — Но, думаю, тебе проще будет, — обратился он к Радоису. — Когда планируешь поступать?

— Думал, что в этом году. Сказал о своем желании Атису, а у того глаза на лоб поползли. Заорал на меня и принялся деревянным мечом мутузить. Говорил, что мне лучше сидеть здесь, а иначе я всех могу подвести.

Послышалось задумчивое мычание. А я поняла почему отец так отреагировал.

— Знаешь, Каурус знает о том, что ты маг, — внезапно выдал парень. — Он не против семьи Наори, но ему интересен именно ты и твои мысли по поводу будущего. Если ты мне расскажешь, что именно хочешь для себя, то я смогу передать все Императору. Есть какие-то идеи?

— Служить Империи, подойдет? — незамедлительно ответил Радоис.

— Слишком слащаво и неправдоподобно, хоть и патриотически, — засмеялся Ильин.

У него приятный смех. Щекотный и нежный.

— Тогда, встать во главе Наори и сделать из него прибыльное княжество?

— Тебе нужно назвать причину, которой Император сможет манипулировать тобой, — голос парня стал серьезным и пугающе ласковым.

Казалось, что два мальчика сейчас договариваются, как обвести Императора вокруг пальца.

Я сидела затаив дыхание. Совсем забыв, что дар Ильена меня прекрасно чувствует.

— Тая, — внезапно произнес брат и в воздухе повисло неоднозначное молчание. — Пусть манипулирует ей. Надеюсь, он сообразит, что ее надо будет держать ближе к столице, чтобы иметь "длинные возжи"?

О чем они? Причем тут я?

Но собеседники поняли друг друга и перестали разговаривать на эту тему.

— В этом году ты опоздал с поступлением, — сообщил Ильен.

— Я Атису обещал, что пойду с ним в поход на тусов этой зимой, поэтому не планирую ехать в Академию.

Тут я не выдержала.

— Отец с ума сошел? — отодвинула я шторку и посмотрела на спокойную парочку заговорщиков.

Они не подали вида, что удивлены.

— Чужие разговоры нельзя подслушивать, — пожурил меня Радоис.

— Брось ты, — отмахнулась я от его замечания. — Ильен прекрасно знал обо мне, — я посмотрела на парня и тут же отвела взгляд. — Он бы прогнал меня, если бы захотел. Тем более, что я не желала вас слушать, это вы пришли туда, где я отдыхала, — я подошла к брату и грозно спросила. — Так что там папа хочет сделать с тобой? С собой взять? Шестилетнего?

— Чтобы ты не сказала, я все равно пойду, — Радоис упрямо посмотрел мне в глаза. — У тебя нет оснований меня останавливать.

— А считается, то что ты будешь самым младшим воином?

— Помошником в лагере, — раздался голос за спиной.

Ильен решил встать на сторону младшего брата. Меня это совсем не обрадовало.

— Когда ты успел поделиться своими планами с имперским посыльным? — тихо зашипела я брату, стараясь не замечать дарованного.

— Он сказал мне одну поразительную вещь, но уверен, ты тоже о ней знаешь.

— Интересно послушать, — я придвинулась к Раду, желая быстрее услышать ответ.

— Я не связан с семьей Наори, — Радоис улыбнулся. — Мой отец - друг Императора, а мать точно не Танта.

Мне сразу стало плохо. Я ощутила, как незнакомец буквально убил меня изнутри. Ильен влез в спокойную жизнь Наори и разрушил ее своими речами.

Во мне вспыхнула ненависть, а сердце опалило огнем. Дышать сразу стало трудно.

Я ощутила, как пол уходит из-под ног, а меня кто-то поймал и аккуратно усаживает на кресло.

— Ты же сказал, что она должна быть в курсе этого, — прорвался голос Радоиса, через вату в ушах.

— Она точно это знает, но... теперь ненавидит меня, — удивился Ильен, а я все сильнее погружалась во тьму.

Ирин! Куда ты влез Ильен? Кто тебя просил рушить мой маленький и спокойный мирок? Ненавижу тебя ирин императоров! Верните, меня в самое начало, где этого гада нет!

Откуда он знает про родителей Рада? И какие цели приследует рассказав все брату?

Глава 34

Мой брат не понял почему я сразу невзлюбила Ильена. Но сейчас я готова его разорвать не взирая ни на что. Мое любопытство к этому человеку погасло, оставив после себя горкий привкус желчи.

Когда я очнулась, то оказалась лежащей на маминой кровати в ее объятиях.

Танта сонно уткнулась мне в затылок и будто наслаждалась моим присутствием. Она осторожно гладила мою спину, аккуратно целовала волосы и не позволяла мне отползти от нее.

Благодаря ей, я не бросилась искать брата. Не встретила Ильена и не кинулась на парня с желанием выцарапать ему глаза. У меня было время для принятия и обдумывания ситуации. И решилась я на откровенный разговор с Радоисом. Он умный мальчик и должен понять мои страхи и желание его защитить. А Ильен... житья ему не будет в Наори!

Мама окончательно уснула и я выбралась из ее расслабленных рук. Проскользнула на выход, встретилась с Латой и ее немым вопросом во взгляде. Но я не ответила ни на ее заинтересованный взгляд, ни на немой укор, провожающий мою спину.

Как оказалось Рад тренировался с отцом, а Ильен с Милом опять исследуют наши земли.

Хорошо, у меня будет время, чтобы подготовить свою месть. Детскую и невинную месть, но она сделает жизнь парня в моем доме невыносимой.

Где там гостевые комнаты?

Придется много поработать, чтобы воплотить мою задумку в жизнь.

Вечером хлынул дождь. Отец, брат и дорогие гости вернулись все промокшие и грязные. Я с предвкушением ждала развития событий.

Ильен вышел на лестницу и посмотрел на меня.

А я что? Я сижу и мирно попиваю чай.

— Атаная, а где все слуги? — начал он подозревать мою причастность к беспорядку.

— У нас имение не такое большое, поэтому слуг не так много. Мама болеет - за ней нужен уход, Танта малышка ей нужна няня, я приказала служанкам проветрить все постельное белье... Ой, — я наигранно изумленно вздохнула и с грустью посмотрела ра улицу. — Кажется, ваше белье можно будет использовать только после тщательной сушки. Слава Камилле, брату и отцу успели проветрить матрасы и подушки.

— Хорошо, — парень смотрел мне в глаза и я ради этого тоже решилась глядеть ему в лицо. — Тогда где мне просто слуг взять, чтобы помыться?

— Ох, неужели маг третьего круга не сможет сам о себе побеспокоиться? — я глупо похлопала глазками. — Какие же маги слабые и несостоятельные.

Мокрый маг поджал губы. Его дар нервно дернулся, а потом я стала кожей ощущать его недовольство.

— Ты не забыла чей я посыльный? Обычно меня приветствуют с более яркими эмоциями, — Ильен все же использовал магию и смог высушить себя.

— О-ей, — я допила чай и спокойно поставила чашечку, давая понять, что мне его положение мало интересует. — А вы, Ильен Ари, не забыли, что находитесь в гостях, где вам с самого начала были не рады. Так вы теперь влезли в чужую семью со своими грязными ногами?

— Ты хочешь начать настоящий конфликт? — в его голосе была угроза, но я не могла позволить этому мальчишке рушить настоящее, которое я с таким трудом создала. — Не боишься вновь лишиться всего?

Я вздрогнула и посмотрела на высокомерного Ильена под другим углом.

— Зачем ты выложил перед Радоисом все карты? — мое шипение сквозило негодованием.

— Рад умный мальчик и сам догадался, что в семье не магов маг не мог родиться. Я лишь подтвердил его выводы, — парень спустился ко мне и встал напротив моего кресла. — Я делаю все, ради будущего. Разве ты не хочешь обрести истинного защитника в лице Радоиса? Если он получит должное образование, то сможет тебя защитить.

Но у меня в памяти вспыхнуло, как моих мужей сжог какой-то маг, а Радоис едва не задушил собственными рукам. А потом я сидела в магической клетке и если бы не дворцовый переворот, то меня бы не выпустили оттуда. Я бы скончалась не так быстро, как от рук брата, а мучалась бы по вине Рада всю оставшуюся жизнь.

Меня обуял страх, стоило вспомнить действия любимого брата, стоило ему раскрыть свои маг способности.

В груди все заболело и заныло. Я прикрыла глаза и судорожно втянула воздух в грудь.

— Ильен, откуда ты взялся? Зачем ты появился в жизни Рада? Ты лишь все испортишь!

— Меня позвала ты, — внезапный ответ меня вывел из равновесия. — Твой дар в одной из паралелей корчился в агонии и я это прекрасно чувствовал. Ты будто сама желала смерти себе, но энергия тебе этого не дала. Я не могу прыгать по возможному будущему, поэтому был сконцентрирован именно в сейчас. Помочь ничем не мог, но знал, что когда-то ты очнешься здесь. А оказалось, что не только дар Жизни может быть спрятан на задворках империи, но и весьма сильный и способный маг.

Я поджала губы и резко с силой в голосе крикнула:

— Меня убил собственный брат!

В груди что-то взорвалось, заболело и тоскливо завыло. Признание далось мне с трудом, но мне надо любой ценой остановить развитие Рада.

Я вспомнила холодный, безразличный взгляд брата, прежде чем он выкинул меня из окна.

— Из-за Рада вся моя семья пострадала, — я сжимала кулаки и смотрела в лицо шокированного мага. — Но я знаю, что брат не такой тиран! Он хороший, замечательный и всегда сражался со всеми трудностями в одиночку. Он просто не выдержал и его нервную систему подорвала смерть сына и Сати. Он бы никогда не тронул меня, маму и сестру со злым умыслом. Я хочу быть с ним и разделить его горе и переживания.

В воздухе что-то изменилось. Повисло молчание. Было ощущение, что Ильен смотрит куда-то мимо меня, но одновременно мне в глаза.

— Ты все портишь, — я сжала кулак и гневно тыкнула в Ильена пальцем, забыв о воспитании, — Проваливай! А иначе ты не только кровати и слуг лишишься, но и есть будешь неизвестно что и взятое неизвестно откуда. И мне плевать на Императорскую тень за твоей спиной. Для меня существует только моя семья.

— Зря ты так говоришь, — выдохнул Ильен. — Спишу это на аффект. Твои угрозы я принял к сведенью. Мила ты не ненавидишь, не сторонишься и даже разговариваешь с ним, поэтому я его оставлю рядом с Радом. Императору интересен твой брат и ты не сможешь выстоять под натиском правителя. С этого времени можешь считать меня врагом, но я больше не хочу чувствовать, как одаренный сгорает в агонии. Я пришел с предложением мира и дружбы, но меня понял только Радоис.

Парень ушел, а я нервно дернула бровью. Надеюсь, он навсегда исчезнет из поля моего зрения.

Выходя из гостинной на улицу, я внезапно столкнулась с Радоисом.

Мокрый мальчик стоял под струями воды и смотрел задумчиво в даль.

— Почему ты здесь? — я подбежала к нему и схватила его за руку.

— Подумал, что нужно проследить за тем как отнесутся к моему скакуну, — спокойно сообщил малыш. — Слуги, конечно, вспомнили свое место, но у меня до сих пор нет к ним доверия.

Я вздрогнула. Неужели Танта вновь начала травлю приемного сына?

Взяв брата за мокрые руки, я улыбнулась.

— Братик, сообщай обо всем плохом мне. Запомни, что я всегда тебя буду поддерживать.

Он взглянул мне в лицо и задумчиво улыбнулся.

— А ты помни, что я никогда не обижу тебя, — он сжал мои руки и первый пошел внутрь, ведя меня за собой. — Но я очень хочу развиваться, а не гнить, — тихо добавил он и его рука сильнее сжала мои пальцы.

Мне внезапно показалось, что брат слышал мой разговор с Ильеном.

Нет! Если бы Рад услышал, то... ради семьи не стал бы изучать ни магию, ни боевые искуства. Наверное...

Или за хотел бы стать сильным, чтобы уметь нас защищать.

Глава 35

Ильен, как и обещал, покинул имение на следующее утро после нашего разговора.

Меня это очень обрадовало и я спокойно приступила к своим привычным обязанностям: с утра следила за тренировкой Рада и Мила.

Оказалось что Мил очень хорошо управляется с мечом и в ближнем бою очень ловкий и быстрый. Атис этого паренька в пример всем оруженосцам ставил. У Рада, как оказалось не так много сил и способностей, чтобы он смог овладеть ближним боем. Но он старался, а Мил его подзадоривал. С моей стороны была поддержка.

В течение дня я решала такие дела, как составление меню, рапределение обязанностей среди слуг. Назначение уборок и выделение средств на содержание имения. Я не распоояжалась деньгами имения, но легко могла сидеть с отцом и подсчитывать наш бюджет.

Из-за тяжелого течения маминой беременности, я взяла все обязанности в свои руки. И никто из слуг или крестьян не был против этого, хотя я готовилась давать отпор всем. Отец ходил на собрание старост, после этого мы встречались с ним в кабинете и обуждали все их требования. В это время к нам присоединялся брат и тоже активно участвовал в жизни имения.

Затем я уезжала в храм или собирала рабочих имения и обучала их грамоте. С обычными людьми было сложнее. Они очень долго могли зависнуть над одной буквой, а со счетом у них было намного лучше. Может на примере мешков с мукой и готового хлеба им было легче все считать?

Вечер мы часто проводили вдвоем с братом.

Он иногда высказывал идею и требовал от меня посчитать за какое количество времени ее можно воплотить. Но мне долго и упорно приходилось объяснять ему, что почти все его задумки упираются в живые деньги.

В Наори люди имели заработок с рынка и от нас - работодателей. А наш доход заключал в себе продажу урожая, жалования отца и аренды за жилье военных. Весь город был специально построен для пятисот бойцов и они вне походов жили в кабаках, барах и разгуливая по Империи.

Поэтому денег нам брать было неоткуда, да и наши нужды спокойно покрывал наш доход. Но с появлением идей брата, мне пришлось неустанно напрягать мозг вопросом: "как заработать денег".

Продажа сахара - это замечательная идея, но дело в том, что берут его граммами и очень редко. Сахар - это праздничная приправа и его не используют в обычное время. Поэтому кусочки сахара берегут и могут растянуть на несколько лет. Со всех соседей я уже смогла получить выгоду за сладость.

На этом все.

Все деньги я отложила на братов цех по производству стекла. Я хоть и мало верю, что у него что-то получится, но готова попробовать.

Мои идеи, как сбыть сладость и получить выручку, исчезли. Мне нужно было выводить продукт в столицу, потому что там рынок сбыта шире.

А как мне туда выползти из своего края мира?

Раздумывая над этим, я натолкнулась на мамину почту. Некая Сатина Мари рассказывала, как ее отец недавно смог продать скакуна за большие деньги. И он пополнил коллекцию племенных жеребцов за эти деньги.

Я схватилась за идею и решила: "чем ирин не шутит"?

Написала маминой знакомой письмо о том, что Танте не здоровиться. Сказала, что с лошадьми ее отец очень хорошо придумал, а мы придумали как добывать сахар и решили дать ей попробовать.

Если она напишет еще, то я попрошу заключить договор, чтобы они продавали наш сахар, а мы бы делились с ними прибылью, не в равных конечно пропорциях.

Еще несколько писем были из дворянских семей. Кто-то уже поздравлял Тану с днем рождения и слал наилучшие пожелания маме.

В основном с ней делились новостями столицы, а мама, видимо, рассказывала о том что мы с Радом переворачиваем Наори.

Я вежливо не стала больше читать мамину переписку и написала всем пару строк, что как только у мамы появится время, так она сразу ответит.

Приближался день рождения Таны. Танта каждый год шила для нас красивые платья, но в этот раз мне пришлось самой вливаться в этот процесс.

С помощью Латы я нашла мамину заготовку и поняла, что вышивать мне придется самой. Но вот что именно?

В тайных посланиях с помощью символов я была не сильна и мне нужна была помощь. Посадив Юшку за обшивку рукавов и горловины, я поехала искать маленькую рукодельницу в храме.

Вот такими маленькими заботами я занималась до дня рождения сестренки. Если мама и просыпалась в это время, то очень быстро уставала и опять ложилась. Она контролировала мои действия лежа в кровати и переживая жуткий токсикоз и слабость.

А после Таниного праздника отец стал собираться в поход. Весь город зашумел, заволновался, наполнился отцовскими воинами. Лошадей приводили в порядок, за городом теперь круглые сутки бегали воины или стоял лагерь.

Я подозрительно поглядывала на Радоиса. Он вроде не собирал вещи, чтобы уйти с отцом. Каждый день я была готова броситься ему на наперерез и помешать его планам.

Атис ведь не просто на прогулку шел, а я братишку своего берегла как могла.

Следующим утром отец собрался в путь. Вечером был праздничный ужин в кругу семьи, после которого он пошел в казарму.

Братик вел себя спокойно, но на всякий случай я легла вместе с ним и сестрой в детской.

Ночью я услышала сквозь сон:

— Прости.

А утром не нашла Радоиса в имение. Когда я ринулась к конюшне, чтобы попытаться его догнать, мне преградил дорогу Серж.

— Вас велено не выпускать в течение последующей недели, — мужчина схватил меня на руки и понес проч от лошадей. — Вы нужны имению, а о княжиче позаботиться Мил. Мой вам совет, не берите на себя больше, чем сможите унести.

Так я в первый раз осталась одна, без брата. Не зная куда себя деть, я отчаялась, ведь не могла следить за главным действующим лицом этой паралели. Но приближение скорой зимы вытягивало меня из депресси. Из-за того что я не могла найти себе место, я стала писать письма отцу каждую неделю. Посчитала, что мне не хватит бумаги и принялась думать, как мне воплотить желание брата и наделать себе огромное количество листов.

Хоть брат меня и обманул, но я решила потерпеть и высказать ему свое недовольство в лицо.

Надеюсь, с ними ничего не случиться.

Глава 36

За делами имения я не заметила, когда выпал первый снег.

Просто в какой-то момент я села не в карету, а в сани и поехала на объезд наших земель. Наурус неизменно следовал за мной, а Серж вел сани. Я сидела укутанная в теплые вещи и впервые поняла что что-то не так. Только недавно я прядалась от холодных осонних дождей, а сегодня уже еду с открытым верхом.

Тольку тут я поняла, что пришла зима.

Солнце светило над головой и отражалось от белого покрова, ослепляя своей лучезарностью. На будующих полях это выглядело очень красиво и торжественно.

Деревню накрыло снегом и только дымок в далеке сообщал, что там есть люди.

Я вдыхала морозный воздух всей грудью и думала, как сейчас отец и Рад переживают зиму. Письма от отца приходили редко, а Рад отвечал, когда Атис отправлял. Поэтому связь у меня с ними была нестабильной, а зимой совсем почти оборвалась.

Единственное, что я знала, это то что Рад несколько раз предложил что-то умное на стоянке, а Мил следует за ним. Этих слов мне было достаточно, чтобы понять что с братом все хорошо.

Ехала я смотреть на стекольный цех. В нем, наконец поставили каменные стены и покрыли крышу.

Задумка брата вышла огромной и серьезной. Смотря на стены, мне сразу становилось понятно, что это место не для развлечений. Строители оставили место для огромной печи, которую начнут строить только когда сойдет снег.

Я восхитилась работой и поехала смотреть на то как в храме производят бумагу и вышивают ленты. Мне пришлось повозиться с задумкой брата прежде, чем я добилась подобия бумаги. В этом деле мне помогала Тана. Она сейчас прекрасно разговаривала и насалась по имению не хуже меня в прошлом. Именно она была моим маленьким посыльным, который смог спросить о сортах древесины местных плотников. Благодаря этой информации и кропотливой работе сирот, я смогла получить серые листы.

Младшенькая была очень энергичной и мне пришлось вспомнить старые ее увлечения. Такие как: стрельба из лука, сражение на мечах, кидание ножичков в цель и быстрая езда.

Теперь у Таны частные уроки боевой подготовки. И Серж ее нахваливает, а мама меня ругает.

— Девочка не должна..., — обычно начинала княжна и почти тут же уплывала в забытье.

Сил у Танты не было даже на поход в туалет. Ребенок буквально выпивал ее. А я могла только делиться с ней своим светом и теплом.

Возвращаясь в имение, я уже представила, как буду раздавать слугам именные ленты. Я решила, что у наших людей должна быть форма, но ткани на всех у меня пока нет, а вот ленточки разной расцветки, которая показывает ранг, легко можно сделать. Мальти с девочками очень постарались и я им подарила остаток ткани и нитки, пусть и себе сделают красивые ленты.

Когда я уже подъезжала к имению, навстречу мне несся весь мой маленький отряд, который остался для охраны имения.

— Капитан! — я заметила пврня семнадцати лет, который спешил к нам.

— Серж, я тоже хочу все знать! — строго взглянула на своего возничего.

Знаю я этих вояк: немного припечет, меня на плечо и к матери в комнату. Мужские дела они сами стараются решать и меня в это не впутывают.

— Посмотрим, что за новости несет наш дозорный, — строго возразил мужчина и переглянулся с Наурусом.

Парень подсел ко мне ближе и был готов удерживать меня от любых моих необдуманных действий.

— Капитан, — парень запыхался, но старался говорить ровно и четко, — К Наори приближается отряд из двадцати воинов и ведет их некий лорд Мари. Они требуют принять их.

Я вздрогнула услышав знакомый род.

— А там женщины нет? Сатины? — посмотрела я на посыльного.

Парень удивился моему вопросу, а мне ответил Серж.

— Кто же в дальнее путешествие женщину с собой возьмет? Тем более зимой, — но я чувствовала как Серж напрягся.

Он уже соскакивал с саней и спешил поменяться с посыльным местами.

— На войну тоже женщин не берут, — разгадала я невеселые мысли военного и прикусила губу. Весь боевой отряд смотрел на меня, как на внезапно поумневшую рыбу. — Я поеду с вами, — не терпящим возражения голосом заявила я. — Лорд Мари прибыл по моей вине.

Сатина Мари мне так и не ответила после моего письма с подарком. Надеюсь, этот Мари знакомый мамы, а не тот кто решил поживиться за счет Наори.

— Хорошо, госпожа, — Серж осмотрел меня и внезапно согласился. — Я уверен, что вы сможете поговорить с этим человеком.

Впервые Серж позволил мне влезть в "мужской" разговор. И я этому была рада.

Отряд поскакал к мосту, а я сидела впереди командира. Серж хотел перехватить гостей на подъезде, чтобы те не подошли слишком близко к имению.

Надеюсь, все будет хорошо.

Глава 37

С высоты лошади я смотрела на целый отряд, который охранял сани с крытым верхом. Я смотрела на герб на его стенах и пыталась вспомнить где я его видела? В Золотой книге родов Мари был графским. Титул ему дали за вклад в экономику и развитие. Сейчас эта семья разводит породистых скакунов и овец на шерсть.

Вобщем, передо мной чистокровный дворянин с глубокой и чистой родословной. Прямо, как породистый жеребец.

Отряд графа был хорошо одет и вооружон. На маленькую группу моих людей, которые не были похожи на благородных рыцарей, они смотрели со смесью возмущения и недоумения. А моя маленькая фигурка перед огромным Сержем вызывала на их лицах шок.

— Мы сопровождаем Матиса Мари, — крикнул самый главный из всего отряда, — требуем пропустить!

— Они явно опытные бойцы, — тихо зашептал Серж. — Если они не с добрыми мыслями, то Наори падет. У меня приказ защищать только вашу семью, а не земли, — сообщил мне командир моего отряда.

— Я - Атаная Наори, дочь Атиса и Танты Наори, старшая княжна земель Наори, — заговорила я громко, стараясь не выдать своего волнения. — Требую у графа объяснений и разумных доводов, почему я должна пропустить вооруженных до зубов людей на свои земли?

Повисла оглушающая тишина, которую прерывал лишь ветерок.

Отряд напротив зашевелился. Я видела как мужчины что-то шептали друг другу и где-то послышался смешок.

— Девочка, — раздался властный голос из закрытых саней, — а тебя разве этикету не учат? Ты не имеешь права в таком тоне разговаривать со старшими, а тем более с мужчиной. Твоего голоса вообще не должно быть слышно в такие моменты.

Я сглотнула и набравшись храбрости, заговорила вновь.

— Матис Мари, а вам не известно, что каждый князь на своих землях устанавливает свои правила? И закон Наори гласит, что у каждой девочки, девушки или женщины имения есть право голоса и право выбора. Прежде чем ехать со своим уставом в чужой монастырь, вам надо хотя бы с правилами ознакомиться, чтобы не выглядеть простофилей.

Серж за моей спиной напрягся, а люди напротив меня, смотрели на меня как на ту что посмела дерзить самому Императору. И был на их лицах вопрос - помилуют меня сейчас или прикажут убить.

Внезапно дверца саней отворилась и на смег вышел невысокий крупный мужчина лет пятидесяти с маленькими цепкими глазками.

Я тоже, как говорит этикет, спешилась, но... по колени утонула в снегу и едва не упала. Серж подхватил меня на руки и посадил к себе на плечи. Таким образом я стала намного выше всех собравшихся.

— Приветствую вас, Матис Мари, на землях Наори, — я улыбнулась, стараясь держаться прямо и не заваливаться в сторону.

— Какая-то малышка встала на моем пути и не пускает меня к собственной дочери? — он смотрел на меня и ждал рекции, но я смотрела на большой отряд, который сопровождал человека.

— Вы не сказали причину своего приезда официальному представителю князя Атиса Наори, — начала я перечислять. — Вы не выказываете должного уважения княжне Атанае Наори, которая представляет волю своего рода в данный момент. Привели с собой большое количество людей вооруженных со всех сторон. Мне найти еще причины против вашего присутствия на моей территории?

Сама я в этот момент думала над тем что он едет к дочери. Если письмо которое я отправила попало некой Сатине, но приехал ее отец, то... возможно это мой дедушка.

— Зимняя дорога очень опасна, поэтому я взял много людей. Вы ни разу не выезжали за Наори, поэтому не знаете реалий нашего мира, — поддел меня мужчина своим замечанием. — То что я граф Матис Мари, я могу доказать документом, а то что у меня здесь дочь, может сказать она сама - Танта Наори.

Мужчина хитро прищурился, разглядывая меня на плечах моего командира.

А я думала зачем он здесь появился. Ведь ни в одной из паралелей я ни разу не сталкивалась с дедом. Я даже не знала есть он у меня или умер.

— Танте Наори сейчас нездоровиться, но если вы дадите слово чести, закрепленное вашей кровью о том, что вы не несете угрозу для Наори, я пропущу вас, Матис Мари.

Дедушка засмеялся, будто я ему шутку какую-то рассказала.

— Ты и писать умеешь?

— Письма маминым знакомым писала я, — сообщила я и увидела как мужчина совсем расплакался от смеха.

— Не знал, что моя внучка остра на язык, умеет вести деловые беседы, готова встать на защиту своих интересов, умеет читать и писать к тому же... ее слушают все местные мужчины, — он отсмеялся. — Приглашаю вас, Атаная Наори в свои сани, там и заключим договор о ненаподение.

Я посмотрела на Сержа.

Мне было страшно садиться к незнакомому мужчине в сани, поэтому я ждала помощи от командира.

Он кивнул и я оказалась в крытых санях. Пока Серж меня нес к ним, охранники деда старались подойти поближе и посмотреть на меня, будто я неведомая зверушка.

— Будем знакомы, Атаная Наори, — довольно протянул Матис, — я вижу тебя впервые, но думаю, что никогда не забуду нашей первой встречи.

— Я тоже рада увидеть отца моей мамы, — не осталась я в долгу, — если бы вы написали мне письмо, то я бы не была к вам так строга и приготовила бы для вас должный прием.

— Я хотел увидеть все своими глазами, прежде чем говорить на деловые темы, — он улыбнулся мне. — Атиса я, конечно, не признаю никогда, но вот ребенок моей дочери меня очень удивил. Я рад, что все же решился приехать сам.

— Значит, вы даже не думали нас навещать, если бы не мое письмо? — напряглась я.

— Жизнь у всех разная, — задумчиво сообщил мужчина. — Я бы никогда не приехал к зятю, который хитростью получил титул выше моего и не был наказан за похищение моей Танты.

Я удивленно распахнула глаза и заметила, как Матис довольно улыбнулся.

— Я отвечу на все твои вопросы, дитя, после того как получу комнату в этом месте.

— Поэтому вы приехали зимой, — догадалась я. — Мой отец всегда отсутствует в зимнее время, неся дозор на границах Империи. Вы не испугались холодной и опасной дороги, ведь просто не хотели видеть Атиса.

— Догадливая, — улыбнулся мне мужчина. — Я вижу в тебе свою кровь.

Я задумчиво улыбнулась.

Наконец, я смогу узнать что-то про прошлое мамы!

Но все же, зачем этот человек прибыл к нам? Надо срочно писать письмо отцу.

Глава 38

Имение нас ждало в нервном состоянии. Когда двери саней открылись я увидела Юшку, Лату, Казуса, кухарку с ее помошницами, Науруса, который привез мои сани и сообщил всем новость о госте, и сестру. Все собравшиеся держали в руках массивные и опасные вещи.

Сестра уже натянула лук и целилась в темную глубь саней. Казус вытянул руки с готовым плетением заклинания. Наурус держал на готове меч, заслоняя собой младшую госпожу. Кухарка нервно крутила топор для разделки туши, Юшка держала ножи, помошницы снарядились черпаками и скалками.

Было видно, что Наори готовилось к обороне. Видимо, Наурус сильно испугался, раз собрал всех у главного входа.

— Какова хозяйка, таковы и ее слуги, — усмехнулся дедушка, когда помог мне спуститься на расчищенную дорожку.

— Вы намекаете, что я не выяснив обстоятельств, готова была на необдуманные поступки? — я строго оглядела своих слуг и те сделали вид, что с ножами вышли погулять.

— Я говорю об их силе воле и смелости, — подметил Матис идя за моей спиной, будто боялся, что "гуляющие" женщины на него со скалками бросятся.

Я ощутила приятное тепло от его слов и улыбнулась.

Подойдя к сестре, я тронула ее щеку и тихо шепнула:

— Все хорошо, — встав рядом с ней я обратилась к гостю так чтобы все слышали. — Матис Мари приехал к Танте Наори. Атана Наори, это наш с тобой дедушка.

Люди замерли. Постояли. Посмотрели и стали разбредаться по своим делам.

— Юшка, затопи в гостевых комнатах. Серж, размести сопровождение дорогого гостя в казармах. Приготовьте горячие напитки и обед для новоприбывших.

Командир и служанка принялись выполнять мои поручения.

— Лорд Матис, предлагаю вам навестить мою маму.

— Я был бы рад ее увидеть, — согласился мужчина.

— Но мама слабая, — тут же заговорила Тана. — Она ребеночка носит и спит постоянно.

Я заметила на лице Матиса удивление и легкое недовольство. Ему будто не понравилась эта новость.

— Тана, это папа нашей мамы. Он может посмотреть на нее, а мы с тобой будем ее защищать, — заверила я младшую, а сама дала знак Наурусу, чтобы он нас сопровождал.

В комнате мамы уже должен находиться Демьян. Он не бросит свою госпожу в такой час.

Мне, как всегда, плохо давалась лестница и я немного запыхалась, пока поднялась наверх. Посмотрела в далекий коридор и тяжело вздохнула. Придется самой туда ползти, чтобы не упасть перед дедом в грязь лицом. Обычно, на лестницу меня Наурус поднимает.

Оказывается, я сильно привыкла к такому образу жизни. Надо уже учиться самостоятельности. Тем более, что в доме очень много младших детей, а на ручки постоянно просится старшая.

Войдя в хозяйские покои я увидела Демьяна, готового напасть на любого недруга. Я впервые увидела маминого охранника в смертоносном облике и даже успела испугаться. Но мужчина расслабился и посмотрел мне за спину.

— Хозяин, — тихо прошептал он и тут же сделал глубокий поклон.

Отцу этот человек никогда не кланялся, а сейчас он смиренно ждет ответа от Матиса.

— Демьян, надеюсь тебе здесь есть чем заняться, помимо охраны Танты, — улыбнулся дедушка и взъерошил волосы близко стоящей к нему Таны.

Сестра поморщилась, замахала руками, чтобы от нее отстали и обиженно посмотрела на меня. Я невинно ей улыбнулась, давая понять, что иногда проще терпеть, чем ссориться из-за пустяков.

Дверь в мамины покои отворилась и мы увидели, как служанка помогает Танте одеваться.

Мама выглядела ужасно. Ее аристократическая бледность превратилась в трупную синеву. Плавность ее черт лица заострилась и сделало ее похожим на скелета. Один живот на тоненьком теле женщины смотрелся неправильно и ужасно. Будто огромный нарост на тонком стволе дерева.

— Дорогая, — внезапно раздался скулящий голос над моей головой.

Матис быстро подошел к Танте и силой уложил в кровать. Мама широко распахнула глаза и внезапно заплакала.

Я впервые видела как плачет мама. Это вызвало во мне смесь из беспомощности, и неверия в происходящее. Эта женщина в моих глазах всегда была сильной, хитрой и независимой. Она тайно управляла Наори, всегда защищала своих детей всеми способами, не гнушаясь даже убийства.

Но сейчас, передо мной была девочка, которая отпустила все свои эмоции, потому что рядом оказался тот кому она верит и кто сможет ей помочь.

— Мамочка, — услышала я всхлип Таны и увидела, как сестра бросилась к кровати. — Мамочка, не плач. Все хорошо будет. Я тебя защищу. Все хорошо будет.

Пятилетняя девочка гладила женщину по голове и ласково приговаривала слова поддержки. Мне впервые стало невыносимо жалко Танту Наори, которая всю свою жизнь жила вдалеке от родителей, не имея возможности их увидеть и обнять.

— Мама, — прошептала я и сжала кулаки, ощущая боль в своей груди.

Какая же я слепая. Не замечала как сильно страдает мама в четырех стенах!

— Мама, тебе нельзя волноваться, — я подошла ближе и взяла ее за руку. — Подумай о сыне, которого носишь под сердцем. Если ты будешь плакать, то и он заплачет вместе с тобой. Мы с Таной тоже плачем, потому что видим твои слезы.

Я поцеловала женщину в лоб и улыбнулась.

— Танта, у тебя очень взрослая старшая дочь, — произнес Матис и сгреб всех нас в свои огромные руки. — Не знал, что твои дочери будут нести нашу гордую кровь. Считал, что гнилое семя испортит золотое ядро. Рад, что ошибался в своих суждениях.

Глава 39

Вечером я смотрела на жадное пламя в камине и тихо млела от охватившего меня удовлетворения. Гармония решила навестить мой измученный разум, впервые я ощутила себя важным членом своей семьи, которую слышат и даже исполняют мои требования.

— Смотрю на это имение и понимаю, что Наори резко отличается от всего что я когда-либо видел, — в кресло рядом сел Матис.

Я лишь улыбнулась на его заявление. Если бы он знал, как я рада всем изменениям, которые вернули мне чувство жизни, а не безисходности. Ведь раньше я ощущала себя загнанной в смертельный круг борьбы, в конце которого все равно ждет смерть.

— А вы во многих местах были, чтобы делать такие выводы? — я все еще смотрела на мужчину с подозрением.

— Покатался по Империи я достаточно, — дедушка усмехнулся на мой вопрос.

Мне неизвесто, почему я вызываю такую реакцию у этого человека. Я, вроде, не стараюсь шутить и веду себя предельно серьезно и собрано. Чувствую, что еще немного и Матис сообщит истинную причину его внезапного прибытия. Не поехал бы он за несколько тысяч киломметров по зимнему, неблагополучному сезону лишь для встречи с дочерью. Для обычного визита он сильно рисковал кататься по дорогам с оголодавшими разбойниками.

— Смотрю на тебя и вижу очень серьезную даму, которая прожила достаточно, чтобы приобрести жизненный опыт, — Матис внезапно перестал улыбаться и провоцировать меня.

Человек высказал свое личное мнение. Отвечу ему взаимность и спрошу напрямую:

— Вас прильстил сахар, который я вам послала? — я смотрела на мужчину, стараясь не пропустить ни одну из его эмоций.

Мне был интересен даже ритм его дыхания. Матушка в подземелье меня многому обучила. Теперь мне это очень сильно помогает.

— Мне был интересен сам человек, который смог добыть столь редкое лакомство и легко отдал его даром в неизвестные руки.

— Почему же неизвестные? — я прищурилась. Блики света играли на мужском одутловатом лице и делали его очень серьезным. — Из письма я поняла, что вы торговец. Ваш профиль это дорогие породы скакунов и овец. Вы поставляете сырье для ткани и обеспечиваете дворянство первосортными породистыми конями. Так же, возможно, для поддержания своего статуса вы выставляете своих скакунов на соревнаваниях, получив награду вы держитесь на хорошем счету у истинных конников, жакеев, конкурсистов и наездников. Все эти люди высокородные, а значит у вас есть связи с очень богатыми покупателями.

Дрова в камине щелкнули, сноп искр ударил в каменную трубу, на секунду в комнате стало немного светлее.

В уголках глаз собеседника появились морщинки. Сейчас он не смеялся надо мной, а думал, приглядывался, старался разгадать ход моих мыслей. Найти мою слабую сторону, чтобы придумать, как прибрать продажу или само производство сахара.

В его благородство и родственные связи я не верю. За все свои прошлые паралели я ни разу о нем даже не слышала, а сейчас он прискакал. И выбрал время, когда отца - князя земель нет дома. Я уверена, что Матис знал, что Атиса Наори не будет дома и он будет общаться со своей дочерью, стороной которой будет манипулировать. Но встретив меня, он тоже не пал духом, даже разыграл теплые чувства к Танте, но до этого даже не писал ей. И он не рад тому, что мама беременна.

— Давайте, я угодаю ваш следующий вопрос? — я подобрала ноги под себя и совсем перестала изображать из себя девочку перед учителем. — Вы хотите узнать как можно больше о сахаре и его производстве, а еще... вы намерены узнать о своей доле, в случае, если согласитесь на сотрудничество.

Я смотрела мужчине в глаза и подбиралась к своему главному вопросу.

— Но больше всего вы хотите сказать, что женщина за территорией Наори не имеет права даже думать о таких делах, как торговля. И вы легко можете меня заткнуть далеко за пояс, как только сахар покинет территорию моего дома.

Глаза напротив хищно заблестели.

Я "ударила" в эпицентр его размышлений и увидела истинное лицо опытного торговца.

— Какие странные мысли бродят в такой маленькой головке, — мужчина собрался играть со мной в улыбки и мило натянул свои губы на уши.

Теперь уже я усмехнулась.

— Ты ведь разговариваешь с собственным дедушкой, — он раскинул руки в стороны и подозвал меня к себе для объятий, будто я маленький ребенок, который потерялся и ищет поддержки.

— Уверена, если бы я не отправила немного сахара с письмом, то я бы вас, Матис Мари, в своей жизни никогда бы не увидела, — резко оборвала его игру в родственников и откинулась на спинку кресла. — Но если не хотите говорить о делах, то можете остаться здесь на правах гостя мамы. Большего чем гостю я вам не позволю делать. А про сахар, бумагу и остальное никто даже не догадывается. О делах вы сможете поговорить со мной, либо с младшим братом, Радоисом Наори. Но, вот беда, до весны он будет вместе с Атисом Наори патрулировать границы Империи. И вряд ли он будет разговаривать с вами о торговле.

Я замолчала, разглядывая человека напротив. Мужчина перестал играть в доброго дедушку. Он закинул ногу на ногу и смотрел на меня не отводя взгляда. Теперь его выражение лица было хищным и опасным.

— Ты думаешь маленькая девочка и ее младший брат для представления столь дорогого продукта подходят больше, чем опытный торговец?

— Поэтому я хочу сделать опытного торговца посредником между маленькой девочкой и ее младшим братом с богатыми семьями Империи. — мужчина поджал губы, явно стараясь скрыть ухмылку над моим заявлением. — Я могла бы наладить поставку и связи сама, но это будет долго, а брату нужны деньги для исполнения его идей "вчера". И мне совершенно все равно кто пойдет на контакт с маленькой девочкой. Я найду того кто будет исполнять мои требования и станет просто передатчиком, будьте уверены, Матис Мари.

— Ты думаешь что это все просто?

— Нет, в самом начале и без поддержки опытных людей - это трудно. Но однажды, открыв утром глаза, Матис, вы услышите название рода, которое обязательно станет богаче какого-то разводчика коней. Потому что я каждой идее брата найду применение и подберу силу которая даст максимальный результат.

Глубокая ночь. За мозайчетым окном воет метель. Мы с Матисом смотрим на пляшущее пламя в камине и молчим. Нас поглотили размышления.

Я думала, как мне обеспечить безопасность, если вдруг новопоявившийся родственник пожелает забрать у Наори все секреты силой.

Письмо отцу я отправила сразу же, как только покинула родительские покои. Точно такое же я направила лично брату. У соседей попросила десяток людей для "сопровождения сахара". Акцентировала внимание на их выгоде и очень надеюсь, что они поверят в призрачных разбойников на нашей дороге.

— Давай, поговорим о будущем, — общую тишину прервал гость. — Ты ведь выйдешь замуж и оставишь весь бизнес своему младшему брату. Тебе нет выгоды, чтобы поддерживать Наори и пытаться помочь ему экономически расцвести. Но если ты расскажешь мне о секрете производства сахара, то я...

Я резко спустила ноги на пол и выпрямила спину. Во мне проснулись все страхи по поводу семьи и я множество картинок с их смертью заполонили мою голову.

— Я - Атаная Наори, дочь не только Танты, но и Атиса Наори! Да, я всего-лишь женщина, но будьте уверены, не смогу отвернуться от своей семьи, как вы забыли о своей дочери на краю Империи!

Этими словами, я что-то задела в сердце собеседника и он резко встал со своего места. Подойдя ко мне он опустился так низко, что мне показалось, что мужчина меня сейчас душить начнет.

— Гнилое семя, — зашипел он мне в лицо. — В тебе есть его гнилое семя, поэтому ты так ко мне относишься? Эта тварь... человек, выкрал мою дочь, как самый последний вор. Когда я ее нашел, то у нее под сердцем уже была ты. Я забрал Танту домой, но к ней стали относиться, как к опплеванной проститутке. Вход в высшее общество для нее стал закрыт, а мой биснес летел к ирину под ноги. Этого вора отправили к Императору на суд и через несколько месяцев, перед твоим рождением пришел имперский указ. Мою дочь отдали этому низкому жуку - вояке. Мало того, ему дали земли, титул и разрешили командовать огромныи войском, а не его горсткой наемников в сотню человек. Ну, как? После этого ты готова оставаться дочерью этого бандита и помогать его отпрыску? Наследник ведь заберет у тебя все, как когда-то это сделал его отец.

Я пришла в себя, после секундного замешательства, и мило улыбнулась человеку в лицо.

— Тем не менее, вы сейчас нависли над княжной Наори и сыпете неприятными эпитетами в адрес самого Атиса Наори - единственного человека у кого есть достаточное количество войска, чтобы занять прекратить наше с вами близкое знакомство раз и навсегда. А теперь отойдите от меня и даже не пытайтесь настроить меня против семьи. Вы были правы, я слишком много прожила и приобрела богатый опыт. И мой опыт говорит, что отец бросивший свою дочь, никогда не добьется большего, чем предательства.

Я выскользнула из кольца смыкающихся рук торговца и сделав книксет удалилась в комнату.

Жалко, хорошего разговора с дедушкой у меня не получилось. А я ведь такие надежды на него возлагала. Но, если он изменит свое отношение и тактику, то я пойду навстречу. Все же, я больше не хочу видеть мамины слезы, а этот человек одна из их причин.

Глава 40

В течение последующих дней тема сахара не поднималась.

Матис жил, ел и пил по законам имения. Он часто навещал Танту и пытался увлечь Тану привезенными игрушками из столицы. Вот только сестренка очень скептически отнеслась к тряпичным куклам и попыталась отдать их мне. Я, недолго думая, отправила их сиротам. Сама Тана бегала за Сержем и просила у него маленький лук или ножички, а то "мне ручек на все не хватает".

Умильная девочка, хотя я понимаю, что для шестилетней девочки оружие не должно заменять игрушки. Но в этой паралели изменилось абсолютно все, включая поведение родственников.

Матис, как и Ильен, ходил везде за мной: наблюдал как я общаюсь со слугами, учу детей, разбираюсь с мелкими нуждами имения. Мне конечно никто не даст заниматься вопросами жителей Наори, но я умело распоряжалась всем что было у моей семьи.

Считаю, что для семилетней девочки я делаю достаточно. Мне ведь еще надо думать над исполнениями идей брата.

К примеру, его стекольный "завод". Стены там поставили и на время зимы стройка прекратилась. Теперь мне надо думать где найти печника, который сможет сложить главную часть цеха по чертежу Рада.

В наших краях много умельцев. Каждый деревенский мужчина не имеет права брать жену, пока у него нет дома. Поэтому каждый из них сам себе и пахорь, и столяр, и плотник. Но сложить огромную печь так чтобы рядом были огромные, встроенные в пол, меха они не сумеют. Им нужен хороший руководитель.

Открыв Золотую книгу родов я искала нужную мне семью.

Я сразу вспомнила Сену Ритини отец и дед которой в будущем смогут создать отопительную систему по всему дому. (Поскорее бы, а то точечно греться от камина очень затратно в плане древесины и не очень тепло).

Должны же у этих умных людей быть познания в конструировании чего-то необычного. Мне от них только совет нужен, к кому мне обратиться.

Поэтому черкнув пару строк я отложила письмо до весны. Как только средство сообщения - дорога нормализуется, то я его отправлю.

Так же, я не забывала про бумагу и эксперементировала пока у меня были силы и время.

В один из дней я отправила сиротом созданную своими руками тоненькую книжку, чтобы дети могли практиковаться в чтении. Написала я сказку о появлении разных расс людей. Где общая Праматерь - Камилла раздавала каждоиу своему ребенку задания. Обычным людям досталось следить за землей и ее плодами. Именно с этой общей поучительной мыслью я надеялась вырастить новое поколение своих людей.

Через несколько дней ко мне прибежал Наурус и, глотая слова, сообщил:

— Двадцать человек со стороны соседей подошли к нашим границам и они настроены весьма решительно.

Я удивленно посмотрела на парня и недоверчиво спросила:

— Они ведь должны за сахаром прийти с выкупом.

Я расчитывала обменять сладость на редкую лошадь и ей привлечь Матиса к откровенному разговору, но у моих соседей совсем с головой плохо стало.

Да, я маленькая девочка, без поддержки армии и мои мирные люди вряд ли смогут оказать достаточное сопротивление в случае нападения.

Но ведь все в округе знают, что мой отец командир и ведет за собой войско. Поэтому нас не трогают никто и никогда.

Я недоуменно следила за парнем, который быстро сорвал с постели мое одеяло и завернув меня, перебросил через плечо.

— Поставь меня! — скомандовала я, но получила категоричный ответ.

— В опасное для вашей жизни время, ваши приказы считаются недействительными, — отчитался он и помчался прочь.

Я увидела как Демьян несет полуобморочную Танту в карету. Наблюдала как наперерез ко мне бросилась кухарка и преградила Наурусу путь.

— Господскую семью надо спрятать! — рявкнул парень и оттолкнул женщину.

Больше терпеть у меня не было сил.

— Поставь меня! Сейчас же! — повысила я голос и заколотила руками по спине охранника.

— Как интересно, — я услышала знакомый голос и напряглась. — Крысы бегут с тонущего корабля, — Матис был где-то рядом, но я его не видела.

Зато слышала по интонации, что он рад.

— Могу предложить помощь своих людей, — надменный тон мне совсем не понравился.

— Наурус, поставь меня, — ледяным тоном прошипела я.

Что-то случилось с моим настроем и голосом, раз категоричный мальчишка подчинился.

Я лишь проводила взглядом Демьяна и беременную княгиню. Надеюсь, в храме будет безопасно.

— Матис Мари, вы что-то хотите мне сказать? — я гордо подняла голову, выпрямила спину и смиренно сложила руки, как истинная леди. — Говорите мне в лицо, не стесняйтесь.

Я смотрела на мужчину в холле, который вальяжно развалился на моем любимом кресле и спокойно пил чай. Его люди стояли по периметру от хозяина и смотрели на меня, как псы на зайца.

— Я бы рад говорить с девочкой, смотря ей в глаза, но недавно мог видеть лишь трусливую спину, — съязвил Матис.

— Подчиненные люди делают все ради спасения детей своего хозяина, разве кто-либо имеет право их в этом упрекать? Если у вас хватило ума смеяться над этим, то вы готовы пожертвовать собственными детьми ради достижения цели, — ответила я на его заявление.

Матис скривился. Отставил чашку, будто она стала ему противна, а чай горким. Он посмотрел на меня и улыбнулся.

— Атаная, ты еще мала, чтобы понимать мысли и намерения взрослых. Например, почему твои соседи пришли с вооруженными людьми? Наверняка они узнали про меня и решили помочь мне, как единственному здравомыслящему мужчине этого рода.

Я прищурилась рассматривая мужчину и внезапно мне пришла мысль в голову. Улыбнувшись, я посмотрела на собравшихся в холле людей:

— Ну что, дамы и господа, встретим соседей как положено! Если с мечом пришли, то обнажим стрелы, а если с дарами то накормим сладостью!

Юшка подбежала ко мне и накинула мне на плечи шубку. Она смотрела на меня с нескрываемым восхищением. Кухарка стеной встала напротив Сержа. А капитан держал в руках брыкающуюся сестру. Услышав мое заявление, Серж поставил Тану.

— Я надеюсь, вы знаете на что идете, госпожа, — отрапортировал он и при этом смотрел мне за спину, где ухмылялся Матис.

— Выведите мне коня, которого подарили соседи. Наурус, поедешь со мной! Серж, не отходи от сестры и идите на стены.

Тана смотрела на меня карими огромными глазами и отчего-то улыбалась.

— Тана, милая, будешь с луком защищать наш дом, — я дрожащей рукой тронула ее темные волосы.

Мне не у кого просить помощи. За стенами город в котором остались жены и дети военных. Перед стенами деревни, там нет обученных людей и в военных действиях они не будут учавствовать.

Но...

Камилла. Камилла. Камилла.

Я сейчас приму важное и безнравственное решение.

— Юшка, попроси помощи в городе. Если кто-то может сражаться, то... найди их и приведи к стенам, — мой голос дрожал.

Я признавалась в своей полной беспомощности. Отдавала себе отчет, что прошу помощи у детей, матерей и стариков. Но у меня не было выхода.

На войне все средства хороши.

Глава 41

Я ехала на коне с определенными мыслями. Размышляла, как из опасной ситуации выйти с наименьшими потерями. Наурус спокойно вел моего коня и наблюдал за тем что происходит.

Если бы я знала, что хитрая ловушка захлопывается за моей спиной, то я бы смотрела по сторонам.

Но я уже ничего не видела, кроме стены за которой стоит чужой военный отряд и людей которые подтягивались со стороны. К границам города шли женщины и дети до десяти лет. Я видела страх в их глазах и чувствовала свою неуверенность еще больше. Защищаться с помощью маленьких рук было последним чего я хотела.

Матис поехал в санях, поэтому задержался в дороге. А я торопилась, чтобы отстаивать границы своего имения.

Взобравшись на стену я посмотрела на небольшой отряд перед воротами и посчитала людей. Их было всего десять и одеты они были не в кольчуги, а в ушанки и шубы. Может на них и было оружие, но оно явно было не обнажено.

— Атаная Наори, — закричал один, заметив меня на высотке. — Я Ирбишь - капитан крепости графа Рон. Пришел по приказу господина за сахаром и привез за него плату.

Я удивленно ощутила неприятный холодок на своей спине. Здесь явно было что-то не то.

Наурус меня дезинформировал? Предал и подставил меня перед моими же людьми? Ведь каждый кто пришел к стене ждет нападения. Я собрала народ, вызвала детей, организовала спасательную операцию в храме. А теперь выясняется, что мои страхи не оправданы?

— Скажи, что я иду, — хватая ртом морозный воздух, я посмотрела на удивленного Науруса.

Кажется, парень сам не понимал, что происходит. Наверное, он правда видел вооруженный вражеский отряд, но не соседский.

Пока парень нес меня вниз по лестнице я смотрела, как сани моего родственника останавливаются, а за ними... двадцать вооруженных солдат одетых с ног до головы, как на войну.

— Я прибыл с подмогой, маленькая княжна, — Матис смотрел на меня и улыбался. — Против кого бороться будем?

Он знал! Этот ирин все знал и сам все спланировал!

— Открыть ворота, — тихо прошептала я, ощущая заинтерисованные взгляды собравшихся людей.

Они пришли с топарами, вилами, с надетыми на голову котелками и ведрами. Дети стоят подле ног матерей и со страхом в глазах смотрят на открывающиеся ворота.

Ко мне подошел Серж и посмотрел на меня сверху вниз.

— Мда, не хорошо получилось, — тяжело выдохнул он. — Людей потревожили.

Ворота отворились. Люди в ужасе застыли, разглядывая посыльных. Ирбишь завидев столпотворение, приказал своим замереть на месте, а сам с непониманием вцепился в меня взглядом.

Я пошла к нему и прочистила горло готовясь объяснять несовсем красивую ситуацию.

— Уважаемые мамы, бабушки, дети... Люди, — громкий властный голос раздался за моей спиной. Я повернулась к его источнику. — Прошу прощение за свою малолетнюю внучку, которая призвала вас не выяснив обстоятельств!

Ах, ты ирин проклятущий!

— В силу ее возраста и неопытности, она решила что наши друзья пришли с плохими намерениями!

С каждым его словом я чувствовала как моя репутация рушиться. Сила моего слова, приказа и сила меня, как княгини, исчезает. Мужчина говорил о моей незрелости, неопытности и возрасте, напоминая всем что слушают они слова малолетки у которой очень узкое мышление.

— Прошу прощения от ее лица, — Матис Мари был очень доволен своим монологом и ... с победной усмешкой смотрел на меня.

Его взгляд буквально говорил, что с этого дня все люди прозреют и перестанут следовать словам малолетней выскочки, ведь я один раз уже ошиблась, а народ таких серьезных ошибок не прощает.

— Многоуважаемый Ирбишь, я за место своей милой внучки проведу с вами торги, так как княгиня Наори - Танта не может сейчас вести дела я готов заменить ее на ответственном посту управляющего. Давайте не будем взваливать столь тяжелый груз на плечи семилетнего ребенка.

Люди смотрели на меня, потом на своих маленьких детей, качали головой, неодобрительно о чем-то шептались.

— Прошу прощения у своих людей, — заговорила я, подавив в себе вспыхнувшую обиду и злость.

Сто. Мне нельзя срываться на людях. Я должна оставаться госпожой во всех ситуациях.

— В качестве своего извинения, приглашаю вас сегодня вечером к имению. Там вас и детей будет ждать сладкий подарок.

Я мило улыбнулась, ощущая боль в сердце. Мне было плохо. Я заставляла себя спокойно реагировать на провокацию хитрого деда. Нет, этот Матис мне точно не родня и никогда не будет моим другом.

Ощущая, как в груди разгорается пламя, я повернулась к Ирбишу.

— Приглашаю вас обсудить нашу сделку, — я взглянула на мужчину, давая понять что с сахаром ему никто не поможет кроме меня.

— Не волнуйтесь, Ирбишь, — слащаво запел Матис. — Я прослежу за ходом ваших переговоров. Вы же понимаете, что моя внучка хочет казаться взрослой и умной. Даю вам свое слово, что малышка не испортит ни один из пунктов договора.

Ирин! Как же я хочу вцепиться в его крысиную рожу и выцарапать глаза.

— Насчет сахара вы сможете говорить лишь со мной, — сдерживая свое шипение, я мило улыбнулась посыльному.

Кивнув Матису я отправилась прочь.

В груди все горело и я быстро достала свои травки, чтобы не потерять сознание прилюдно.

За мной побежала сестра, Юшка и Наурус. Серж замыкал нашу процессию.

Наурус судорожно и плаксиво зашептал:

— Я правда видел вооруженный отряд. Я бы никогда не соврал...

— Мальчишка, поговорим с тобой в казарме, — перебил его Серж. — Госпожа, вас явно пытаются убрать с места главы. Что мы будем делать?

— Я иду за мамой в храм, — подошла я к коню.

Оглядев людей, я забрала Тану к себе и тронула поводья.

Посмотрим что будет дальше. Я не позволю играть своими людьми! Матис, ты хитер и я тебя недооценила. Но ты тоже не знаешь на что я способна. Я сама не знаю на что я пойду, чтобы вычеркнуть тебя из своей семьи.

Глава 42

Оказалось что мама сильно переволновалась и родила в храме младшего брата. У меня не было ни слов ни лучших эмоций, чем натянутая улыбка.

Мое поведение привело к преждевременным родам. Я виновата в тос, что подняла панику не разобравшись в ситуации!

Я думала поступательно, над каждой проблемой по мере ее появления. На самом деле мне надо было расчитывать каждый возможный вариант, чтобы стараться видеть будущее хотя бы на пару минут вперед.

В результате, ослабленная княгиня Наори с младшим сыном едва не умерла. Но в храме случилось чудо. Танта разродилась, дав жизнь еще одному наследнику... магу.

Ребенок родился с сильной аурой и разнес колонны, которые держали свод храма.

Впервые в истории нашего мира люди не имеющие и капли манны в своих телах зачали такого сильного волшебника.

Но я поняла почему мой брат такой сильный. Вся энергия, которой я старалась подпитать маму во время ее беременности шла моему нерожденному брату. Так же, как камни и земля вокруг меня пропитываются моей силой и становятся необычными, так же и мой брат приобрел силы. А вот мама...

Во время рождения брат силой своей сломал маме таз, так что нижние конечности Танты потеряли чувствительность и перестали двигаться.

Сидя в хозяйской комнате возле матери и новорожденного, я держала свои ладонь сомкнутыми, прося у Камиллы помощи.

Матис выудил из этого случая максимальную выгоду: Танта Наори - не способна управлять имением, Атаная Наори свела мать в могилу, переполошила народ и некомпетентна в силу своего возраста. О младшей Атане Наори вообще нечего говорить, ведь сестра постоянно кидалась драться раньше, чем кто-то начинал говорить.

Тана очень сильно напоминает меня до того, как я начала попадать в паралели. Раньше, мне было на всех плевать и я махала кулаками даже если была не права.

В этот раз, я была другой и смотрела на сестру, как на прошлую себя.

Забавно получилось.

— Сестра, — Тана появилась на пороге маминой спальни и посмотрела на родительскую кровать.

— Что-то Матис делает? — безразлично поинтересовалась я.

У меня, после встречи с мамой и братом внутри все стало безразличным. Я реагировала лишь на сестру и маму с грудничком. Все остальное было лишь общим фоном для умирающей в комнате матери и беспокойного ребенка.

— Я нашла кормилицу, как ты и просила, — Тана подошла к кровати и поцеловала впалую щеку мамы.

— Пусть присмотрим за братом, — я устало закрыла глаза.

— Сестра, может ты выйдишь из родительских покоев? — Тана подошла ко мне и взяла мое лицо в свои маленькие ручки. — Ты не виновата в том, что маме плохо. Там Ирбишь тебя ждет и не может говорить с Матисом. Он сказал, что только представитель рода может ответить на все его вопросы. А я вообще не знаю что за сахар и откуда он берется.

— Ты каждый день пьешь сладкий компот и чай, вот оттуда все и берется.

Я тяжело выдохнула и протерла свои глаза. Мне стоит заняться насущными делами.

Еще раз взглянула на бледную тень мамы и поняла: после рождения мага редко выживает даже магичка, а моя мама вообще не должна была иметь сына, а тем более ребенка младше Таны.

Она не выживет.

Я сжала кулаки.

Поменяв паралель я изменила все свое будущее и не только свое. В прошлом умирала я и видела как умирают мои родные, а сейчас... даже не могу угадать, что будет завтра.

Выйдя в коридор я увидела Науруса. Сестра подлезла мне под руку и вложила мне в руку небольшой клинок.

— У тебя ведь сейчас продолжится своя война, — тихо шепнула она и улыбнулась. — Помни, что все Наори стоит за твоей спиной.

Какая сестренка у меня взрослая. Все понимает и поддерживает меня.

— Тогда, я расчитываю на тебя, Тана, — улыбнулась я и попыталась пристроить оружие в рукав, но оно туда не шло.

Пришлось незаметно отдать его Наурусу.

Я все же не воительница и не умею кинжалом махать.

— Позовите Ирбиша в кабинет отца, — отдала я приказ и направилась в известном направлении.

Но дорогу мне преградил Матис.

— Я буду присутствовать во время всех деловых разговоров, — уверенно сообщил родственник. — Столь юнная леди не компетентна в серьезных делах.

— На каких основаниях вы хотите там присутствовать? — я высоко подняла голову и усмехнулась прямо в лицо подлому провокатору. — Вы не мой родственник раз отказываетесь признавать моего отца. Единственное место которое вам разрешено занимать в этом доме - гостевые комнаты. Даже к моей матери вы не подойдете. А если не покинете территорию Наори, то оскорбите мое радушие и гостеприимство, — я подошла к мужчине и тихо прошептала. — Вам не стоит злить меня на моей земле. Здесь свои правила и законы, которые вам не понравятся.

— Кхм, — услышала я за спиной и тут же развернулась.

На лестнице уже стоял Ирбишь и смотрел на меня с уважением и поддержкой.

— Добрый вечер. Прошу пройти в кабинет, — мило улыбнулась я, стараясь спрятать свою проснувшуюся кровожадность.

Глава 43

За сахар я получила целых две книги, чему была очень сильно рада. Одна была о камнях материка, а вторая рассказывала о жизни предидущего короля, который создал нынешнюю Империю. Граф Рон был готов расстаться с книгами, но не со своими скакунами. Близилась весна и он ждал пополнения в конюшнях, а летом он будет выставлять своих любимцев на соревнования в столице.

Я не была расстроена таким поворотом событий и пожелала съездить к графу в гости, чтобы посмотреть на его небольшое собрание книг. Кто-то из предков графа пытался с помощью камней сделать из обычного человека мага. Власть узнала об этом и забрала земли у экспериментатора, ведь он проводил опыты на своем народе. В конечном итоге конфискованное имущество досталось Атису - моему отцу.

Надеюсь у графа остались ценные записи.

Когда я закончила общаться с Ирбишем уже наступила ночь. Записав все на бумаге я спрятала подписанный документ и книги в папином столе.

Распрощавшись с капитаном я поспешила к маме, боясь не застать ее в живых.

За дверью кабинета, закрывая проход, стоял Серж. Он буквально буравил взглядом пару вооруженных людей из свиты Матиса. Капитан охранял все подступы к моему деловому покою.

Увидев противостояние опытных вояк и вспомнив хитрые и противные слова Матиса, я кое-что придумала. У меня из-за возникшей идеи губы сами расплылись в улыбке.

Идя в покои мамы, я увидела поджидающего Матиса и заговорила с Наурусом так, чтобы хитрый и скользкий слизняк меня мог услышать.

— Завтра сер Ирбишь отправляется в свое графство. Я решила поехать вместе с ним. Проведаю графа и посмотрю на его скакунов. Сможите тут бе меня обойтись?

Наурус покосился на стоящего Матиса. На пару его ребят, которых мужественно оттеснял Серж и сглотнул. В его взгляде появилось непонимание и даже капля отчаяния. Будто не они меня от "гостя" защищают, а я их от хищного зверя каждый день спасаю.

— Не беспокойтесь об имении, — меня прекрасно слышал тот кому это сообщение предназначалось. — Я буду здесь за старшего.

— Не думаю, что у вас есть на это право, — не отступала я от провокации. — Вы даже сопровождать меня не смеете в дороге, без разрешения моего отца. Так что... когда вы нас покинете?

— Как толтко моей дочери станет лучше, — максимально добродушно сообщил мне мужчина.

— Тогда вы сможете увидиться с Атисом Наори, — я заметила на мужском лице презрительную гримасу. — Через пару недель как сойдет снег он появиться дома со своими людьми. Думаю, у вас есть о чем с ним говорить.

Матис отвернулся. Посмотрел на окно, явно вспоминая подходит ли время весны или все еще бушуют морозы.

— Спокойной ночи, — я сделала книксет и зашла в родительскую гостинную. Наурус и Серж за мной.

Не успела я переступить порог, как услышала истошный вой младшего брата. Он буквально захлебывался слезами. Не понимая что происходит, я зашла в родительскую спальню.

Здесь была дородная женщина, по видимому, кормилица. Тана и мама с братом на руках. Танта даже очнулась от беспамятства и теперь пыталась дать грудь новорожденному. Но малыш не обращал внимания ни на кривляющуюся сестру, ни на сюсюкающую няню, ни на уставшую мама. Он просто орал ни своим голосом.

Заметив меня, женщина поспешно склонила голову, не смея смотреть на меня сверху вниз.

— Госпожа, мы не можем понять что с младшим княжичем. Он и чистый и грудь не берет. Даже княгиню ото сна пробудил.

Я, не зная что буду делать, подошла к маме и посмотрела в ее серые безжизненные глаза. Танта страдала и не жаловалась никому. Молока в ее теле не было, а по ее впалым щекам текли слезы. Она даже младенца не могла нормально держать из-за отсутствия в руках сил.

Увидев, что брат сейчас скатится вниз и аккуратно взяла его на руки. Мама резко отреагировала на мой жест и повернула в мою сторону голову. В ее глазах промелькнуло осознание и она тихо прошептала:

— Оскар.

Я тут же поняла, что это имя моего младшего брата.

Глаза мамы закрылись и она провалилась в глубокое беспамятство.

Мамочка. Ты в этой паралели мучаешься за всех нас. Надеюсь, Камила сжалится и не будет тянуть твою душу из тела.

— Невероятно, — уловила я тихий шепот кормилицы.

Недоуменно посмотрела на женщину, но она во все глаза следила за малышом на моих руках. Брат спокойно лежал и сладко морщился, готовясь ко сну.

— Уложите Оскара, — я протянула сверток женщине, но та не успела его коснуться, как малыш опять наморщился и хрипло запищал. — Ладно, маленький баловень, я сама тебя укачаю. Но ты сам напросился, я плохая нянька, — с улыбкой пробормотала я и ткнулась носом в его маленький теплый лоб. — Ты так нежно пахнешь, — шепотом добавила я.

Тана подошла ко мне со спины и взглянула на уснувшего брата.

— Теперь я не самая младшая, — зашептала она. — Буду его учить всему на правах старшей сестры, — довольно улыбалась младшая.

Усмехнувшись, я посмотрела на няню и попросила:

— Позовите Юшку и Казуса.

Мне надо было кое-что спланировать и сотворить за одну ночь. Завтра, до моего отъезда все должно быть готово.

Глава 44

Мое утро было торопливым и каким-то странным. Я пыталась поесть, но плачущий брат не хотел, чтобы я его отпускала. Стоило его кому-то отдать, как он начинал голосить на все имение. Зато благодаря ему я отделалась от Матиса на завтраке.

Видимо, он услышал крик ребенка и решил не выползать.

Интересно, он знает что еще один его внук стал магом?

Не думаю, если бы знал, то он бы Оскара в попу целовал и вже пытался бы его к себе забрать.

Про колонны в храме я сказала, что крыша вес снега не выдержала, а мы давно это здание не ремонтировали. Пообещала Божону выделить средства на небольшую перестройку.

Странно, но все поверили. Кроме Казуса, который и принимал роды. Он сразу сказал, как только мама забеременела, что такие же симптомы были и у Елены. Радоис буквально выпивал свою мать и неизвестно как Елена доносила его до срока. Но потом все равно умерла, не сумев восстановиться.

Поэтому в Империи очень мало магов и если они есть, то судьба у них печальная. Каждая магиня, узнав о беременности, молится чтобы ее ребенок не был сильным магом. Ведь тогда они сто процентов не выживут. А родить мага может только магесса - вот такой замкнутый круг.

Но мамин случай особенный и он заинтересовал Казуса.

Я молилась Камилле, чтобы он не узнал о моем даре. Он хоть и живет с нами и выполняет указы Атиса, но все же принадлежит Императору.

Ох, отвлеклась от другой проблемы.

Как я и ожидала, Матис вместе со мной отправил пару тройку своих соглядатыев. Якобы для сохранности моей жизни в неблагоприятное время, а на самом деле это шпионы.

В этот раз, я как истинная леди - княжна, взяла свои сани. Из-за этого время в дороге обещало быть долгим.

Ирбишь со своим отрядом поскакал вперед, желая привезти сахар хозяину намного быстрее, чем мои сани доберуться до имения. Как раз они предупредят о моем визите и его цели.

Сама же я была очень рада, что мои люди и люди Матиса остались без лишних пар глаз и ушей.

— Остановите, — стукнула я по стене и сани замерли.

Покинув недра, я огляделась. Солнышко уже во все припекало, сообщая что скоро в имение войдет весна и наши дороги превратяться в болото.

Я посмотрела себе под ноги и задумалась.

Интересно, для создания хорошего пути можно использовать каменную крошку? А то после строительства цеха много отходов осталось. Может на все и везде не хватит, но хоть на главный тракт.

Пока я смотрела по сторонам и считала ворон над головой. Серж оглядел пространство вокруг и разрешил мне двигаться дальше.

Пройдя немного вперед, я замерла глядя на белоснежный наст.

— Кали, посмотрите нет ли там охотящихся грызунов под снегом, — я посмотрела на людей Матиса. — Очень боюсь крыс, — тихо прошептала я.

Навязанное сопровождение пошло исполнять мою просьбу с такими лицами, будто я их заставила город чужой спалить.

Но я была очень милой.

Кали пошел в первых рядах и недалеко отойдя провалился под снег по пояс. Он попытался подергаться, но из-за этого быстро стал погружаться в тихие болота.

Я же говорила, чтобы Матис не пытался меня переиграть на собственной территории.

Люди графа бросились ему на выручку и тоже провалились под наст.

Я улыбнулась.

Здесь идет затопление в весенний период. Почва становиться словно болото. А начинается все еще под снегом, поэтому невидно, как земля пропитывается талыми водами и резервуар затопляется. Отец хотел здесь еще одно озеро сделать, чтобы было вблизи дороги, но передумал. В результате, здесь аномальное место.

— Княжна, — Серж наблюдал, как перепачканные, мокрые и злые люди Матиса начинаю кричать и звать нас на помощь. — Поможем или оставим здесь?

Я бодро забралась в сани и ответила:

— Пускай вымажутся с ног до головы, но вы делайте вид, что готовитесь спасать.

Серж усмехнулся, но тут же добавил:

— Этого не хватит, чтобы отмыть ваше честное и благородное имя. Может, их совсем не спасать?

— А весной по подземным водам они в моем озере всплывут? — я даже передернулась из-за таких перспектив. — Нет, спасайте, но очень медленно. Пусть почувствуют всю боль и отчаяние.

Когда я добралась до графа Рона мокрые, грязные и злые воины замерзли до самых костей и не могли нормально соображать. Я мило попросила у соседа принять моих немощных людей у себя. Граф усмехнулся и дал добро на помывку воинам графа. Когда их увели, он подошел ко мне и тихо спросил:

— Княжна, вам нужна помощь? — и глазки у него стали очень хитрыми.

Явно за свое расположение он попросит что-то важное для Наори.

— Нет, но я могу продать вам целый килограмм сахара, если найду в вашем хранилище достайные книги. Как и раньше: сто грамм моего товара, на 1 вашу книгу.

Я улыбнулась. Граф посмеялся и повел меня в свой кабинет.

Заполучив четыре книги, я быстро стала собираться домой. Попутно я смотрела по сторонам, чтобы воины Матиса не могли присоединиться ко мне в обратном пути.

Мне на глаза попался Ирбишь. Я довольно быстро подошла к нему и привлекла внимание мужчины к себе.

— Многоуважаемый Ирбишь, а можно сделать так, чтобы прибывшим со мной охранникам здесь были не совсем рады, но и так чтобы их хозяин не разозлился на графа Рона?

— Можно устроить, — заговорил мужчина.

Я достала маленький мешочек с сахаром и отдала его военному в качестве взятки.

— Тогда устройте им напоминание, что сидят они на чужих землях.

— Как прикажет маленькая княжна, — улыбнулся Ирбишь и забрал у меня мешочек.

Серж незаметно подкрался ко мне со спины и тоже тихо добавил:

— Надо было всю двадцатку сюда тогда тащить.

— Мы бы посчитали это военным нападением, — поддел меня Ирбишь и усмехнулся, заметив как я краснею.

— На этих, можете и напасть, — стряхнула я с себя оцепенение и очень мило и невинно улыбнулась. — Разделяй и влавствуй, как говорится. А теперь, быстро в Наори. Там этот Матис сидит. Надо его от туда выбивать силой.

— Какая вы негостеприимная, — шутливо пожурил меня Серж.

Я лишь улчбнулась и оставила замечание без своих объяснений.

Глава 45

Вернувшись домой я окунулась в мир, который норовил свести меня с ума.

Младший брат орал так, что уши закладовало на подъезде к дому. Тана изображала из себя супер воительницу и бегала вокруг казарм только чтобы не оставаться в имении. Лата и кормилица не знали что делать с рбенком, а мама в полуобморочном состоянии требовала, чтобы ей отдали ребенка.

Тяжело. Мне сейчас очень тяжело.

Я пытаюсь справиться с нависшей надо мной угрозой, но насущные проблемы требуют от меня внимания.

Быстро пройдя до господской комнаты я забрала брата из рук нянек.

Удивительно, брат тут же замолчал и даже, кажется, улыбнулся мне.

— Госпожа, вы в верхней одежде, — тихо прошептала Лата и осторожно подошла ко мне.

Я протянула ей тихий сверток, но она отшатнулась от него прочь и с мольбой посмотрела на меня.

— Я сама все с вас сниму, вы только Оскара не отпускайте. С вами он не капризничает.

Да? Я тоже заметила эту странность. Наверное, я слишком вкусная для него в энергетическом плане.

Так прошло несколько дней. Я ходила по имению с братом на руках и даже успевала делать свою работу. А когда ребенок засыпал я сама садилась за чтение новых для меня книг.

Тана наоборот, все свое свободное время проводила на улице и в казарме. Бегала за Сержем хвостом и просила у меня лошадку на день рождения.

Матис дождался своих людей из графства Рон и спешно стал собираться в столицу. Конечно, все это время он пытался выставить меня маленькой выскочкой и под тавить меня, но... я решила не заниматься важными делами до его отъезда.

Наконец, ударил мороз и сковал подтаявшую дорогу. В этот день родственник решил распрощаться со мной. Захватив с собой всех своих людей, он спешно покинул имение.

Он так торопился, что по случайности прихватил столовое серебро Наори. Наверное, письмо от отца его очень сильно взбудоражило.

Папа написал, что вернется домой раньше, раз уж его свекр в гости заехал.

Поэтому я даже не успела распрощаться с родственником. И пропажу вилок заметила через пару дней после его отъезда.

Когда с дороги сошла вода, я собрала небольшую группу людей и двинулась к границам Наори. Я чувствовала, как войско отца спешит на родные земли.

Конечно, перед этим все имение стояло на ушах.

Надо было подготовить казармы, конюшни, лазарет, собрать слуг, поваров, чтобы встретить изнуренных дорогой мужчин и раненных людей.

Но мой народ замечательный. Поэтому со всеми обязанностями мы справились быстро.

А навстречу отцу мы выезжали полным составом. Тана ехала на моем коне, я села в карету и взяла с собой братишку. Лата разместилась рядом со мной, готовая выполнять каждое мое слово лишь бы я ей Оскара в руки не давала.

Я улыбнулась на эту особенность паралели. Раньше нянюшка вызывала у меня трепет, но теперь она подчиняется мне. Разве я могла мечтать об этом в прошлом?

— Едут! — услышала я крик сестры и довольно улыбнулась.

Оскар тут же открыл глаза и сонно причмокнул маленькими губками. Осмотрел мое лицо и убедился, что я его не собираюсь бросать.

Карета замерла. Наурус открыл дверцу и помог мне выйти, чтобы я встретила мужчин как подобает княжне.

Я с улыбкой смотрела на грохочущую темную кляксу на горизонте. Топот копыт разбивал небо на тысячи осколков, сотрясая даже землю.

Вот уже виден первый ряд. И... кто бы сомневался... самый первый скачет Рад, а за ним выбился из строя и Мил. Отец затерялся среди своих воинов, поэтому я не смогла различить его среди статных и одинаково одетых мужчин.

Я улыбалась, как умалишенная, когда Тана не выдержав ожидания, тронула повод коня и бросилась брату навстречу. Я видела, как взметнулся ее плащ, открывая весьма неженский наряд. Сестренка встречала людей в военной форме оруженосца.

На секунду мне показалось, что я вижу восхищение в глазах Науруса, который наблюдал за моей сестрой.

Согласна, она очень смелая и характер у нее боевой, но она еще слишком мала, чтобы парень смотрел так на нее. К тому же, самому телохранителю пора обзаводиться семьей. Сколько Наурусу? Шестнадцать, кажется. Пора ему отгул дать. Пусть по Империи походит и невесту себе найдет.

Вот конь Таны достиг мчащуюся колонну. Брат объехал сестру. Они о чем-то перебросились парою фраз и Рад опять пустил лошадь в галоп. Тана поехала встречать отца.

— Ну, Оскар, сейчас ты встретишь со своим старшим братом, — я поправила пеленки и улыбнулась спокойному младенцу. — Веди себя хорошо. Твой братец с характером.

Наконец, Рад домчался до меня и не тормозя лошадь, соскочил с нее. Спустя пару секунд я уже стояла в его объятьях и вдыхала горьковатый запах младшего брата и дороги.

— С возвращением, дорогой брат, — тихо прошептала я, удивляясь силе его рук.

— Я скучал, — услышала его ответ и улыбнулась.

Теперь все хорошо. Все дома. Рад вновь со мной и никто не умер за этот год.

Я так рада.

Глава 46

— Мой сын - маг? Поэтому моя жена умирает? — отец запер дверь кабинета и смотрел на меня сквозь сцепленные пальцы рук.

Он был зол и недоволен. Я чувствовала кожей, что он готов содрать с кого угодно скальп лишь бы не видеть нынешнее состояние мамы.

В этот момент, обсуждаемый человечек завозился на моих руках и подал свой голосок.

— Да, я решила сказать это сразу потому что Оскар очень необычный ребенок. Казус уже все знает, а если мы будем часто оставлять брата с няньками, то его силы могут навредить окружающим. Поэтому я ношу его с собой и спит он в моей комнате.

Я посмотрела на отца и улыбнулась, но Атис отвернулся и попросил меня выйти. Ничего не понимая, я направилась прочь и тут же попала в кольцо рук брата.

— Ты стал таким маленьким, — пробормотала я, не сумев сдержать свои мысли.

— Нет, это ты выросла, — услышал меня Рад и посмотрел на ребенка на моих руках. — Теперь у тебя охранник появился. Даже мне обнять не разрешает, — улыбнулся он мне и аккуратно повел меня прочь.

— Скажешь тоже, — буркнула. — Тебе всегда можно меня обнимать.

— Хорошо, — серьезный голос брата не вязался с его хитрыми глазами. — Смотри, чтобы в будущем не пожалела. Приставать ведь буду.

Я засмеялась.

Видеть брата, возомнившего себя взрослым парнем, который провоцирует девушку, было приятно. Это лучше чем ощущать его шершавые руки, которые изобилуют мозолями и видеть его изменившееся тело.

Брат хоть и ниже меня, но он уже не хилый мальчик, которого я легко могла полностью обнять. Теперь его плечи стали немного шире, а в его руках чувствуется сила. Что же будет, когда он вырастет?

Брат отвел меня в мою комнату и закрыл за нами дверь.

— Тая, раскажи мне поподробнее о Матисе Маре, — его цепкий взгляд остановился на мне. — Если соврешь, то я пойму и будь уверена, тебе не понравиться мой способ выпытывать правду.

В его голосе проскользнуло что-то пугающее. Меня будто мороз со спины коснулся. Вздрогнув, я по-детски надула губы и произнесла:

— Вернулись мальчики и то и дело приказывают мне.

— Атаная Наори! — брат сделал шаг в мою сторону, призывая меня к серьезности, и я быстро заговорила.

Рассказала все... почти. Утаила подробности дороги до графства Рон.

Пока я говорила, занималась привычными делами.

Положила Оскара в колыбельку. Поправила платье.

Странно, за зиму оно уменьшилось и теперь рукава были короткими, а подол не прикрывал лодыжки. Почему я это только сейчас заметила?

Наверное, потому что Рад очень внимательно смотрел на меня. И мне стало не по себе под его вниманием. Я сразу стала ощущать, что на княжну я мало похожа в своем платьеце, а волосы можно было не просто лентой подвязать.

Мне давно пора становиться девушкой, а не замухрышкой.

Ой, я же себе этой зимой ни одного наряда не сшила! Я переживала о сестре, маме, брате и папе. А про себя забыла.

— И он уехал, — процетировал меня брат, когда я закончила и смущенно завела руки за спину, чтобы не сверкать голыми запястьями перед его лицом.

— Серебро прихватил с собой, — попыталась я пошутить. — Не уследила за дедом.

— Ты отцу тоже самое рассказала? — поинтересовался брат и подошел к гобелену, который я очень медленно вышивала.

— Атис меня больше о маме и Оскаре спрашивал, — честно призналась я. — Рад, поговори ты с ним о посевной, а то он не в настроении со мной общаться, — взмолилась я и подошла к мальчику. — Он меня пугает, — тихо призналась я, утыкаясь брату в плечо.

Странно. Его свежий запах с ноткой горечи мне очень нравится. Я начинаю чувствовать себя в безопасности рядом с тем кто убил меня в прошлой паралели.

— Хорошо, я возьму все переговоры с князем на себя, — рука брата легла мне на макушку. — Ты можешь отдохнуть, Тая. Ты прекрасно справилась, а об остальном позабочусь я. К тому же, у тебя скоро день Рождения.

Он нежно гладил меня по голове, а я успокаивалась. Зимние заботы отходили на задний план, а родное плечо было рядом.

— Ты, правда, стал каким-то мелким, — резко отодвинулась от мальчика и взяла его лицо в свои руки. — Признайся, ты плохо кушал, поэтому ссохся!

— Фет, — пробубнил он сквозь сжатые щеки. — Дефочки рафтут быфтрее.

Я засмеялась и едва не разбудила Оскара. Вспомнив о маленьком брате, я быстро взяла себя в руки. Лишь моя улыбка напоминала о недавнем разговоре.

— Ты стала выше и краше, — лукаво произнес брат и посмотрел на меня сквозь прищуренные глаза. — Обещай мне, что не станешь торопиться со свадьбой.

— К чему ты об этом заговорил? — удивилась я.

— Просто, обещай, — серьезным тоном потребовал от меня брат. — Пока я не одобрю твоего мужа, ты не выйдешь замуж.

— Это я не контролирую, — покачала я головой. — Атис распоряжается моим будущим. Но могу обещать, что после свадьбы ты останешься мне близким другом, — я протянула ему мизинчик, но брат не ответил на жест.

Он закрыл глаза, будто старался что-то скрыть от меня. Протяжно вдохнув он в безмолвии отправился прочь из моей комнаты.

— Меньше всего я хочу быть твоим другом, — услышала я тихий шелест сквозняка от двери.

В моей груди что-то вздрогнуло, ощущая нечто страшное.

Неужели, мой Рад уже сейчас планирует мою смерть?

Нет, быть такого не может.

Глава 47

Очень быстро трава покрыла землю. Пшеница появилась на полях, обещая богатый урожай. Стада коров уходили пастись за горизонт, а вечером нас баловали парным молоком.

Атис не отходил от мамы, а на сына своего даже не смотрел. Ему само имя Оскар было противно, что несказанно огорчало меня. Но я понимала отца, Танта медленно но верно уходила за грань.

Я хотела оставаться с ней намного дольше, но меня всегда отвлекал брат. То ему надо посмотреть на карьер где добывают песок, то на склон откуда привозят камни. Затем ему лес наш понадобился.

Я не понимала что он ищет и зачем, но терпеливо все ему показывала.

В это время я привязывала Оскара к себе на спину и освобождала руки. Рад после нескольких попыток помочь мне с потяжелевшим карапузом, оставил идею вообще приближаться к брату. Оскар не только плакал на руках у Рада, но и начинал синеть на глазах. Поэтому Радоис мог только смотреть, как я ношусь с малышом на спине по лесам, полям и весям.

Мне было тяжело, но мой дар пробуждался и я больше не ощущала сжигающей боли в груди. Стало немного легче.

Незаметно подошпл день моего рождения, но...

Маме резко стало плохо и все забыли о моем празднике. А вскоре Танта Наори умерла...

Отец долго сидел у пепелище в котором сожгли ее тело и смотрел куда-то вперед, не замечая никого вокруг.

Тана рыдала на моем плече, а я только и могла гладить ее по голове, а второй рукой удерживать брата. Сама я не могла проронить и слезинки. Почему-то мне казалось, что это не возможно. В прошлой паралели мама пережила отца. Поэтому... она не могла так быстро скончаться.

Атис Наори собрал пепел жены и оседлав коня поехал развеевать пепел над полями пшеницы.

Моя семья наблюдала за тем, как папа осторожно, будто гладил лицо супруги, прикосался к горшку.

После смерти мамы я полностью взяла на себя ведение хозяйства. Слуги не пытались возражать и бунтовать. Они уже привыкли к тому, что я управляю имением.

Радоис, наблюдая за подавленным отцом, решил что я нужна на мужских собраниях. На встречах со старостами деревень мне было поручено вести записи важных разговоров.

— Секретаршей будешь. Посмотришь что и к чему, в жизни все пригодиться, — пояснил мне брат, отдавая странной формы писчее перо. — Я у кузнеца такое попросил, — заметил мой интерес брат.

Жарким летним днем приехал Ильен, чем очень меня разозлил. Я не хотеоа видеть его на пороге своего дома. Боялась что он уведет Рада с верного пути. Но мое внимание на себя отвлек Оскар.

Пятимесячный ребенок стал все вокруге взрывать, когда начинал капризничать.

Так, во время того как я ушла купаться, брат остался на попечение кормилицы и Латы в общей гостинной. Но когда я вернулась ребенок оказался на руках Ильена, а в комнате было разбито в щепки одно из кресел.

— Маг? — строго спросил у меня парень и впился в меня взглядом ожидая ответа.

Скрывать было поздно и я дала положительный ответ.

— Ты знаешь что грудные маги должны находиться возле магички постоянно? А иначе, они ощущают холод вокруг себя и стараются защититься от него? — начал выговаривать Ильен.

— Почему я должна об этом знать? — тут же ответила я. — Я не магичка и меня не обучали таким нюансам. К тому же, кому его отдать еще? В округе ни одной магички, — начала я выходить из себя.

За последнее время мне так все надоело, а теперь еще и этот ненормальный со своими неписанными правилами, которых я не знаю.

— Ты ему мать заменила. От тебя идет тепло, — Ильен протянул мне ребенка и...

Только тут я заметила, что малыш не плакал у него на руках.

— Ты ему можешь отца заменить, — коварно прошептала я. — Он с тобой сам на себя не похож.

— Ты - мать, я - отец... не рановато о таком думать, Тая? — лукавая улыбка озарила лицо парня, но я...

— Чтобы ощутить легкость хоть раз в день я готова тебя милым называть и целовать при встрече, — не подумав ответила я и попыталась оставить молчаливого Оскара на попечение "папочки".

— Ты куда? — заметил мой маневр маг, но я уже бежала прочь из гостинной в направление своей комнаты.

Закрывшись, я прислушалась к звукам за дверью. Вроде никто не гониться за мной.

Осмотревшись, я поняла, что моя комната похожа на жилище аскета. Но мне так нравилось.

Проспав до позднего вечера, я наконец, отдохнула и даже смогла без резких побудок встать.

Сонно вышла из комнаты, попутно заплетая косу.

В имении царила ночь и тишина. Но сейчас я хотела дать Ильену отдохнуть. Наверное, у меня совесть проснулась, потому что я искала противного парня, чтобы забрать у него Оскара.

В гостевой комнате было пусто, зато в комнате брата, которую ему выделили сразу после возвращения, мелькали тени в свете свечей.

Подобравшись ближе, я прислонила ухо к двери и... деревяшка передо мной распахнулась.

Меня встречало улыбающееся лицо Ильена.

Ох, Камилла, я и забыла что он чувствует мое приближение.

— Заходи, милая, — улыбался парень.

— Не поясничай, — отвернулась я от него, но Ильен не позволил мне его игнорировать.

— Как ты должна меня встречать, милая? — смеялся надо мной гость. — Не пущу тебя к ребенку, пока ты покорной женушкой не станешь.

— Тебе я никогда не покорюсь! — вспылила я и заметила внимательно слушащего нас брата.

Радоис сидел на кровати и разглядывал нашу застывшую пару в проеме двери. Оскар лежал на подушке и кажется спал.

— Поторопись и приветствуй меня как положено, — поторопил меня Ильен и я...

Потянулась к парню и поцеловала его в щеку.

— Милый, тебе достаточно? — сладко пропела я и увидела злобного брата, стоящего за спиной Ильена.

Да, я добилась своего и привлекла сторонника себе на помощь, но...

— Чужих целуешь, а про меня вообще забыла. Даже за руку больше не даешь себя взять.

Брат злился на меня, а я... "только не другом" сказал он и меня эти слова задели. Обдумав все, я решила что слишком сильно привязалась к Раду и не даю ему свободы. Поэтому решила не докучать братишке. А теперь меня обвиняют в холодности. И смотрит он на меня так, будто я его предала, отреклась, забыла.

— Я люблю тебя, братик, — тепло улыбнулась я и подошла к мальчику. — Очень сильно люблю, — прижалась я к нему и ощутила его стальные объятия на своей спине.

— Не отдаляйся от меня, Тая, — зашептал он мне в шею и я ощутила кожей плеча его поцелуй.

Со спины подошел Ильен. Он прислонился ко мне и нежно обнял меня так, что его рука оказалась на груди.

— Будь всегда такой радостной и одновременно строгой, Тая, — зашептал его голос мне в макушку.

И вот, мы стоим в странных тройных объятиях и... только мне одной кажется это очень интимным и неправильным? У меня под ложечкой засосало от ощущения чего-то непонятного, странного, пугающего. Будто... я в кольце рук заинтересованных во мне, как в супруге, парней. И меня очень медленно и кропотливо приручают к их обществу. И я...

Ведусь на их дресировку!

Я осторожно выпуталась из кольца общих объятий. Со страхом посмотрела на двух улыбающихся парней и вслух произнесла:

— Да быть такого не может! — я тяжело выдохнула и потерла плечи, которые стали мерзнуть, лишившись тепла.

— Давай поговорим о том что ты будешь делать, когда я уеду, — внезапные нехорошие мысли нарушил Радоис.

Он подошел ко мне и убрал волосы с моего шокированного лица.

— Ты же помнишь, что я поступаю в академию в этом году? — возвращал меня на землю Рад.

— А тебя обязательно учиться? — недовольно произнесла я, отгоняя от себя нехорошее предчувствие. — Мама умерла, отец не в себе. Я одна не смогу управлять имением.

— У тебя прекрасно получается, — влез Ильен, что меня начало раздражать. — Слуги тебя слушаются, старосты к тебе вже привыкли и понимают, что кроме тебя и Радоиса им не к кому идти. Репутацию ты заработала. К тому же, ты хотела помогать Радоису в исполнении его планов, но ведь все уперлось в знающих людей и деньги. Радоис в столице найдет все нужные недостающие детали и я ему в этом помогу. Обещаю, я буду за ним присматривать, — заверил меня Ильен.

— Этого я и боюсь, — недовольно произнесла я. — Один раз ты уже ляпнул то, что тебя не просили. Теперь я боюсь отпускать брата, ведь он может не захотеть возвращаться.

— Тая, — нежно улыбнулся Рад, заглядывая мне в лицо. — Я к тебе постоянно буду возвращаться. Поверишь мне?

Я поджала губы и посмотрела на двух заговорщиков. Они явно уже все решили и будут действовать как захотят кто бы им и что не сказал.

— Делай как хочешь, — обиженно засопела я, — но помни что ты — Радоис Наори. Ты мой младший брат чтобы не случилось!

Я строго смотрела в лицо брата и увидела в его взгляде потушенный вызов моим словам. Он взял себя в руки прежде, чем я смогла провести анализ.

Он улыбнулся мне и взяв мою руку, поцеловал костяшки пальцев.

— Все будет хорошо. Я тебя никогда не брошу, — пообещал он мне.

— Ильен, — парень хитро скривил губы.

— Не правильно обращаешься к мужу, — он продолжил играть в дочки-матери.

— Милый, — прошипела я. — Присмотри за моим братишкой.

— Все будет хорошо, — загадочно улыбнулся гость.

Попытаюсь им поверить, но чувствую что-то великое грядет.

Глава 48

Не долго думая, я нашла выгоду в том что Ильен мог сидеть с двумя братьями сразу.

Утром, под благовидным предлогом я встречалась со своей семьей холле. Поздоровавшись со всеми, как примерная хозяюшка, я приглашала их на завтрак, а потом... подкладывала Оскара в гостевые комнаты и сбегала.

Конечно, я предупреждала об этом Лату и та покорно ждала, когда я скроюсь из вида, чтобы задействовать Ильена.

Таким образом я освобождалась от всех и просто бродила за воротами имения пару часов.

Я брала с собой книгу или бумагу чтобы заняться тем, что мне нравиться. Могла зайти в храм и принести им моток ткани, который мне привезли из похода. Иногда просто лежала в траве и грела спину о теплую землю.

Мне нужны были эти пару часов, чтобы я не сошла с ума. Ведь дома происходило ирин знает что.

Атис - запил и из своих комнат не выползал. Мы его редко видели и он стал напоминать призрака имания: бледный с серым лицом. Оскара он так ни разу не тронул. Мог лишь произнести "выродок", если слышал детский плач.

Странно, другой бы радовался тому что у него маг родился. Он бы нашел в этом выгоду и решение многих финансовых проблем.

Кстати, о деньгах.

Ильен списался с кем-то из своих знакомых в столице и предоставил им сахар в качестве товара. Теперь имение Наори стало поставлять в торговый дом Фантиг свой товар. Ильен пообещал что этот дом теперь будет нашим официальным лицом в мире торговли.

Не знала, что у "везде сующего свой нос" мага есть такие связи. Я о нем вообще мало знаю, поэтому мне пришлось быть внимательнее к нему.

Мил перестал следовать за Радом и я наконец смогла поговорить с другом из прошлой паралели. Парень был тихим и очень милым. Мне нравились его светлые волосы и ясные голубые глаза. Чаще всего именно он находил меня в высокой траве и пытался затащить меня в дом.

По отдельности, я могла шутить и хитрить с каждым из мальчиков, но если они собирались вместе, то я обходила их по широченной дуге.

Было в их фигурах что-то неправильное: хищное, животное и пугающее. Я этого не понимала и боялась встретиться с этим незримым образом вновь.

Тем более Радоис. Я пугалась, когда его милое невинное лицо приобретало лукавый и мужской взгляд. Брат понял это и старался при мне улыбаться и почти всегда держал глаза закрытыми рядом со мной.

В одно время я даже испугалась, что братишка стал часто щуриттся, пока не сравнила его прямой расчетливый взгляд и хитрые искорки в его глубине.

Нет, теперь я сторонилась ребят. Всех, кроме Мила.

Этот мальчик был безобидным.

Вот и сейчас я сидела на поляне и плела венок, пока Мил читал мне книгу о камнях.

— Сегодня ветренно, — отвлекся он от книги и посмотрел на то, как я пытаюсь справится с волосами.

— Косу мне пока рано заплетать, — недовольно отплевывалась от своих лохматушек. — А лента их теперь не удерживает.

Мил отложил книгу и приблизился ко мне, чтобы снять тонкий ремешок с моей головы.

Темный локоны рассыпались на ветру и бросились в лицо замершего парня. Он осторожно прикоснулся к их кончикам и погладил, будто хотел что-то распробывать.

— Распущенные волосы, только муж может видеть, — напомнила я и засмеялась, когда Мил покраснел от смущения.

Мне нравилось его дразнить и играть. Он казался таким безобидным пушистым зайчиком, что мне хотелось его тискать. Я умилялась, глядя на его красное лицо и слыша немного заикающиеся слова.

— Я только свяжу их, — пробормотал он.

Какой же он смешной и милый! Лапочка! Светловолосый милый заинька!

Его руки дрожали, пока он собирал мои темные кудри, но потом я стала больше ощущать, как мальчик ласково пропускает их сквозь свои пальцы. Он массировал мою голову и будто слегка гладил шею и плечи.

Приятные мурашки разбегались по моему телу теплой волной, заставляя жмуриться в блаженстве.

Мне уже было все равно, если нас застукают. Мои распущенные волосы не имели никакого значения. Лишь его шершавые руки на моей голове, шее и плечах.

— Готово, — минута блаженства пропала и я открываю свои счастливые глаза.

Передо мной сидит красный, как помидор Мил и рассматривает мое лицо. Не долго думая, я укладываю его свой венок из полевых цветов на голову.

— Я красивая?

— Очень. Лучше, чем в прошлом, — почему-то из-за его слов у меня во рту пересохло.

— В прошлом я была маленькая, — вспомнила я, как провожала отца в прошлом году на границу.

Парень загадочно улыбнулся и взяв меня за шею притянул к себе, чтобы прислониться своим лбом к моему.

— В этот раз, ты точно в безопасности, Тая, — тихо прошептал он, не разрывая столь тесный контакт.

Мое сердечко забилось чаще, а кровь хлынула к ушам.

Если бы эта сцена произошла в прошлой паралели, где я глупо влюбилась в этого милого зайчонка, то сейчас бы я была самой счастливой девушкой на свете. Но... в будущем меня ждут тусы, а у Мила будет своя семья.

Если я и в этой паралели глупо позволю сердечку влюбиться, то мне вновь будет очень больно. Мне вообще нельзя привязываться ни к кому из мальчишек. Меня ждет чужая сторона и Матушка.

Я разорвала тесный контакт и натянув улыбку на свои уши, попросила:

— Не надо быть со мной нежным и милым, а то ты мне пушистого зайчика напоминаешь.

— Ты же меня не съешь, правда? — усмехнулся мой бывший возлюбленный.

— Надкушу, — профырчала я и клацнула своими зубами возле его носа.

Не хочу вновь привязываться к людям. Ведь совсем скоро меня отдадут тусам. Я лишь стараюсь сделать наори теплым и уютным домом для моей семьи, но... к самой семье не хочу испытывать теплых чувств.

Каждый раз смоиря на Рада я помню от чьих рук погибну, но все же не могу сдержаться и тянусь за его силой, помощью и поддержкой.

Меня раздражает само существование Ильена, ведь он лезет куда его никто не просит. При этом, он как-то связан с Императором. Но я признаю его, как мага, одарованного и близкого друга брата.

Мил... Мил - это Мил.

Мое чистое, незамутненное проблемами и скорбью прошлое. Когда я остаюсь с ним рядом, я забываю о том, сколько раз умирала и перерождалась. Он мой глоток воздуха в душную погоду.

Но... все эти чувства не должны брать верх над моим разумом.

Меня предадут, отдадут и убьют. Если я хочу выжить, то должна думать о последствии каждого своего вздоха и движения.

Нельзя огорчать брата, пусть растет в тепле и любви. Нельзя перечить Ильену, пусть он станет опорой для наследника и будущего Императора. Нельзя настраивать Мила против его брата и друга, ведь он - надежный щит, прикрывающий их спины.

А я...

— Твое настроение поменялось, — заметил Мил.

Я резко встала с цветочного поля. Отряхнула перешитое мамино платье и пошла прочь.

— Надо Оскара забрать, — попыталась я сгладить обстановку и... побежала, забыв о том, что физическая нагрузка может свести меня в могилу.

Я убегала от своих новых эмоций и старого видения мира. Мне было больно от осознания, что в этой паралели я все та жа разменная монета для спокойствия Радоиса Наори.

Кажется, я слишком сильно привязалась к семье. И не только...

Глава 49

А потом наступила хмурая осень. Дожди заливали свежескошенные поля, а великолепный и величественный лес вмиг опусте.

Моя прекрасная сказка закончилась. Радоис, Ильен и Мил уехали в столицу. Я больше не могла расслабиться ни на час, ни на полчаса. Оскар, привыкший к постоянному присутствию одарованных, теперь остался лишь на моих руках. Он вырос и перестал быть спокойным. Вися на моей спине он дергал меня за волосы и уши, так что я старалась делать хвост выше, а на голову повязывала мамину шаль, чтобы он не мог сделать мне больно.

Атис в этом году не открывал сезон охоты, поэтому этот важный момент пришлось взять в свои руки. И конечно, я открыла его слишком поздно, ведь до последнего надеялась, что отец придет в себя.

Но, чуда не случилось.

Даже на обход границ Империи я отправляла не Атиса Наори - великого воина с магическим мечом, а его бледное подобие, которое едва держалось в седле.

А когда зима подходила к концу отца вернули раньше срока... едва живого. Его ноги были похожи на кровавое месиво, а кости превратились в труху.

— Магия, — ответил на мой взгляд его оруженосец.

Казус не имел должного знания как восстановить ноги. Я не могла пробудить свой дар прежде, чем он сам этого пожелает. От меня в данной ситуации ничего не зависело, кроме...

Я приказала слугам собрать меня в дорогу. Тану я оставила за главную, но с условием что Лата и Серж будут ее контролировать. Взяв с собой Науруса, я отправилась в столицу.

Деньги у нас были.

Не зря все лето брат со мной по землям катался. Он нашел нужный ему песок и глину для зеркал, но печь поставили только осенью. С помощью присланного печника из Ринити. А без брата я смогла получить лишь мутное стекло с каплями воздуха внутри. Но и оно хорошо пошло на продажу.

Так что я знала чем буду платить целителям за ноги отца.

Но когда мы нашли хорошего врача, ноги Атиса было уже не спасти. Целитель очень долго удивлялся, как мы его без некроза привезли. Но я молчала о том что всю дорогу питала каждую клеточку тела отца.

Надо было делать операцию Атису, чтобы хотя бы культи оставить.

Атису это не понравилось и он обвинял меня в том, что я привезла его в столицу. Ему надо было погибнуть на поле боя, а его как ученика отправили к "мамке под юбку".

Он вообще стал очень раздражительным и срывался на мне при свидетелях. Но на чужих землях я была его собственностью и не имела права возражать.

Да и не хотела.

Смотря на отца, я ощущала свою вину в каждом происшествии этой паралели.

Мама не должна была рожать, а тем более мага, поэтому она умерла. А отец должен был умиреть раньше мамы по приказу Императора.

Я влезла в эту паралель, желая для себя и Таны лучшего будущего, а теперь...

Отец кричал на меня, а я не могла возразить ему.

Меня взял под руку Демьян и вывел прочь из комнаты.

— Вам лучше не думать о его словах, — порекомендовал мне мамин охранник. — Давайте найдем место для ночлега.

— Да, конечно, — пробормотала я, не поднимая головы.

Мне было плохо. Сердце сжималось от обиды и боли. Атис, я же твоя дочь и всего лишь хотела тебе счастья, а ты... В прошлом я даже не пикнула, когда ты отдал меня тусам. Даже сейчас, зная что после мужей - тусов меня ждет неминуемая смерть, я пойду за ними к Матушке. Я ведь хочу лучшего для Наори.

Внезапно мой дар замер, ощущая как приближается что-то мягкое и знакомое.

Я подняла голову и встретилась с взволнованным взглядом Ильена.

— Почему никого не предупредила о своем приезде? — строго спросил меня парень, а я открыла рот и захлебнулась собственным стоном.

Мое сердечко разрывалось.

Последнее что помню, это кокон тишины и тепла, который поглотил меня на руках Ильена.

Глава 50

Очнулась я поздно. Мой организм возмутился, что ему не дали выспаться, ведь за всю дорогу до столицы я от силы спала часов семь. Но тот же самый организм требовал удовлетворить потребности.

Оглядевшись, я поняла что нахожусь не в однотипной комнате, которую сдают путникам. Но и роскошной я бы ее не назвала. Почти так же была оформлена спальня родителей в Наори. Большая кровать, строгие кремовые стены, высокие потолки и огромный ковер скрывающий холодный пол. Но кое что отличало убранство: артефакт - светильник и обогреватель, которые даже в темноте подсвечивали.

— Дорого, — тихо прошептала я. — Очень дорого.

Я рассматривала светильник, который явно как-то должен работать, но я не знала как. Камень - обогреватель был размером с мой кулак и явно стоил, как весь стекольный цех с годовой выработкой продукции.

Мне о таких артефактах только мечтать приходилось. Они бы жизнь в Наори упростили.

Следую зову природы, я вошла в небольшую дверь. За такими обычно ванную комнату прячут или гардероб. Мне попался гардероб, поэтому пришлось продолжить поиски.

Ванная комната была больше похожа на купальню при дворце из прошлой паралели. Она была большой и делилась на несколько отдельных секторов. Здесь можно было расслабиться в горячей воде, рядом лежал камешек с функцией пузырьков, по центру можно плавать.

Наверное, я бы так и простояла возле такого великолепия, если бы на аккуратный стук в ванную дверь.

— Княжна, — я узнала голос Юшки и расслабилась, — вам помочь?

Я открыла перед ней дверь и улыбнулась.

Воспоминание об отце немного утихли, а после такого замечательного утра, я готова была к новой порции обвинений, лишь бы Атис захотел жить.

— У кого мы? — тихо поинтересовалась я.

— Лорд Ильен дал вам приют на ночь, — так же тихо прошептала она. — А княжичь Радоис нашел нас и забрал к вам.

— У них есть дом в столице? — я очень сильно удивилась. — Да еще и..., — я посмотрела на артефакты, которые должны заменять камин и свечи.

— Демьян сказал, что такие дома выделяются самим Императором для проживания в них магов выше второго круга.

Юшка сама еле сдерживала восторг, смотря мне за спину на великолепную ванну.

— Значит, я могу искупаться, — довольно произнесла я. — Достань мне одежду пожалуста, — обратилась к служанке, а сама стала снимать пеньюар.

Камилла, я всего раз поживу в роскоши и обязательно уеду!

Позже я забралась с ногами в кресло, закуталась в теплое одеяло, надев ночнушку и распустила волосы по спинке кресла, чтобы просушивались. Пребывая в приподнятом настроении и сладкой неге, я задремала.

Проснулась я из-за того что ощутила щекотку на голове.

Некоторое время я сидела, замерев в ожидании. Но лишь ощущала как моих волос кто-то аккуратно и нежно касается. Мне в далеком детстве в прошлой паралели мама так колтуны распутывала, приговаривая: "волосы - женская сила, их нельзя рвать, отрезать и запускать. Каковы волосы, такова и жизнь".

Вспомнив Танту, я ощутила скорбь, но одновременно мне было приятно из-за ощущений, которые дарил мне нежданный гость.

Ой, я же не в своем доме и совсем неприлично выгляжу!

Я резко отстранилась и мой локон застрял, больно потянув голову обратно.

— Тшшш.

Я обернулась и увидела сосредоточенного Рада. Он аккуратно вытаскивал свои пальцы из моих волос. Оказалось, он запутался в них.

— Тая, куда же ты так спешишь?

Увидев родное лицо мальчика я ощутила прилив нежности и теплоты. Недолго думая я порывисто обняла его и шумно вдохнула его аромат.

Мне было нужно пару минут, чтобы набраться силы и храбрости в его руках. Образ брата всегда дарил мне внутреннюю поддержку и уравновешенность.

Руки Рада стали гладить меня по голове, будто он понял, что мне нужно время чтобы побыть слабой.

Вот сейчас, я соберусь и вновь стану княжной Наори, которой любые проблемы по плечу. Вот сейчас... сейчас...

— Ты молодец, Тая, — услышала я тихий шепот возле своего ушка. — У тебя все получается. Ты делаешь все правильно. Ты не хочешь никому зла. Отец просто не может без Танты и не ведает что говорит.

Я вздрогнула, поняв что брат навещал Атиса и слышал его обвинения. Но сейчас я могла не молчать, не прикусывать губы, чтобы скрыть свой секрет.

— Братик, — прошептала я, ощущая, как клокочущая боль и обида норовят превратиться в слезы. — Но мы с тобой ведь понимаем, что это я виновата в том что Оскар - маг. Не будь у меня дара брат не выпил бы маму. Отец не опустился бы до обвинения. Я во всем виновата.

Я так сильно прижалась к родной груди, что услышала неровный и быстрый стук сердца. Мне хотелось побыть слабой, но я решила это сделать рядом с младшим братом.

Я ужасна!

— Прости.

Я попыталась отстраниться, чтобы не вешать на маленького ребенка еще больший груз своих переживаний. Но Радоис не дал мне этого сделать. Он прижал меня к себе и крепко держал. Наверное, он ощутил как я дрожу от самокритики или ему самому хотелось ощутить мое тепло.

— Это я должна быть сильной, — тихо прошептала я, гладя широкую спину брата. — Прости, что вешаю на тебя свои переживания и страхи. Обещаю, что не буду мешать твоему обучению.

— Дура ты, Тая, — внезапно произнес мелкий негодник. — Я хочу стать сильным, чтобы защитить тебя.

Он отстранился и осмотрел меня придирчиво, с ног до головы и почему-то недовольно произнес:

— Это все Танте принадлежало?

— Да, мне весь ее гардероб понемногу перешивают. Правда, это хорошая идея для экономии?

— Кто бы знал, что одна из завидных невест в обносках ходит, — покачал головой брат.

— Каких невест? — вздрогнула я.

— Тая, ты умная девочка. Включи голову, — строго попросил Рад. — Кто у нас сахар поставляет в столицу?

— Наори.

— Кто составил конкуренцию стеклу?

— Наори.

— А бумагу пачками?

— Наори.

— Краску для ткани?

— Наори?

— И ты мне хочешь сказать, что у богатой семьи нет денег? — Радоис посмотрел на меня и стал ждать моего ответа. — Учти еще то, что я не учавствую в денежных делах имения и точно не знаю суммы, которой ты располагаешь.

— Хорошо, — насупилась я и села, чтобы поставить этого мальчишку на место. — Свою функцию я выполняю исправно! Деньги, которые появляются я выделяю на зарплаты на несколько месяцев вперед, чтобы предотвратить кризис. Плюс, содержание самих цехов и оборудования. Сырье, транспортировка сырья, вщятки нужным людям. А про само содержания имения ты забыл? А про увлечение Таны редкими породами лошадей? А про маоенького мага, которому покупаются накопители, чтобы он дом не разнес? Деньги у Наори есть, но они все в работе!

Я была сосредоточена, ведь говорила о своих прямых обязанностях. На самом деле, после трагедии папы, я боялась, что войны придут и что-то сделают с имением. Либо сам Император проснется и захочет забрать княжество.

— Тая, сколько тебе лет? — внезапно строгий голос брата привлек мое внимание.

— Девять, почти, — поправилась я.

— Ты представительница знатной и богатой семьи, перестань экономить на своем образе. Я понимаю, что ты не любишь дорогие цацки, но вкус у тебя должен быть. Ты - официальное лицо Наори и не надо скрывать себя за поношенными мамиными вещами.

— Почему ты так говоришь? — я насупилась, ведь не любила когда отчитывают.

— Потому что вижу как ты расцветаешь, — странную фразу произнес брат. — Завтра, пройдемся по магазинам после учебы.

— Если тебе так хочется, — пробубнила я.

— А теперь спать! — строго произнес Рад и посмотрев на мои волосы, тихо добавил: — Помнишь, что их никому кроме мужа нельзя показывать?

— Ты моя семья, — улыбнулась я. — Ты дороже, чем любой муж.

Братишка почему-то покраснел и спешно покинул комнату.

Глава 51

Утром я торопилась к Атису, поэтому встала рано и застала завтракающих магов.

— Доброе утро, — сделала я изящный кивок.

За столом сидел Радоис, Мил и во главе - Ильен. Мальчики удивились увидев меня. Ильен мне тепло улыбнулся приглашая за стол.

— Я думал ты сегодня спать до вечера будешь, — озвучил общую мысль Радоис, отодвигая для меня стул.

— Я привыкла рано вставать в Наори, — улыбнулась я. — К тому же, мне надо проведать отца и посмотреть на товары столицы. Хочу прицениться.

Ильен мило улыбался мне, но я не могла при нем нормально кушать.

В имении я всегда злилась, когда маг появлялся рядом с братом. К тому же, меня напугали тройные объятия. Казалось, что Рад и Ильен настолько сблизились, что позволяют себе определенную близость. Но это не Наори и я окажу неуважение хозяину, если сейчас выскажу свои мысли.

— Роб, — внезапно раздался голос Ильена. — Дайте гостье мяса, а то она на кашу, как на врага смотрит.

Я вздрогнула.

Маг заметил мое недовольное лицо и трактовал его по своему. Но я рада этому.

— Действительно, ты со вчерашнего дня ничего не ела, — поддержал его Мил.

Смотря на эту троицу, я стала замечать что у них есть определенная степень близости. Они общались между собой, как очень близкие друзья и не смотрели за формальностями в разговоре.

Меня это почему-то пугало. Было ощущение неправильности и чего-то ужасно смущающего. На секунду я смогла посмотреть на нас со стороны и шокированно выдохнула.

Наш завтрак был похож на семейное собрание.

— Тая, Тая, — позвал меня Ильен.

Я тряхнула головой, неуверенно оглядывая собравшихся.

— Что-то случилось? — поинтересовался Мил. — Ты ничего не ешь.

— Не хочется что-то, — качнула я головой, беря дрожащей рукой чашку с чаем.

— Странно, мне казалось, что я все твои предпочтения знаю, — произнес Радоис, строго смотря на меня. — Что случилось? Говори давай! А иначе я сам все выпытаю у тебя!

Брат встал со своего места, а я поджала губы и с мольбой посмотрела на Мила.

— Ты ее пугаешь, — резко сказал Ильен и тем самым остановил Рада. — Оставь это.

Радоис почему-то замер. Он услышал слова мага и теперь просто стоял рядом со мной, закрыв глаза и сжав кулаки.

— Ты опять из-за придурка Атиса переживаешь? — прошипел он.

— Рад, — строгий голос Ильена попытался воззвать к здравомыслию брата.

— Или опять что-то случилось и ты не говоришь мне, потому что "ты у нас сильная и независимая", а на деле глупый ребенок? — брата несло куда-то.

— Рад! — рыкнул Ильен так, что я вздрогнула и вжала голову в плечи.

Задребезжала посуда, я ощутила мелкую вибрацию пола. По стенам будто волны пошли, норовя снести бедное здание.

Я дрожала вместе с домом и боялась даже пикнуть, смотря на двух магов, которые вышли из себя.

— Рад, Ил! — крикнул Мил и подбежал ко мне.

Его объятия накрыли меня и спрятали от того что должно было произойти дальше.

Я дышала через раз, вжимаясь в тело друга и дрожа от страха. Я никогда не видела боевых магов. Казус вообще не считается. У него низкий круг и сил не так много.

Дрожь пола прекратилась, дребезжание стихло, а неясная давящая тень подошла ко мне. Сильная, подавляющая мою волю аура накрыла меня с головой.

— Испугалась? — услышала я голос брата. — Прости.

Я открыла глаза и увидела, как парень тянется ко мне.

В памяти вспыхнула сцена, как брат схватил меня и выбросил в открытое окно вслед за метерью.

— Не надо, — прошептали мои губы и я резко дернулась в сторону.

Если бы не сильные руки Мила, то я бы убежала прочь. Но друг не позволил мне трусливо сбежать.

— Прости, — лицо Рада приблизилось, но руки он перестал ко мне тянуть.

— Нет, — я дрожала в объятиях Мила, вспоминая, как именно этот маг принес мне самое большое количество страданий.

— Прости. Я просто не могу... ты становишься другой... холод от тебя... мне больно... люблю тебя... — бессвязно шептал Рад и прислонился лбом к моему лбу. — Ты можешь меня простить?

Я сидела и не могла шевелиться. По моим щекам лились слезы. Я дрожала от страха и неизвестности. Мое сердце приготовилось перерождаться и начинать паралель заново.

Страшно.

— Я сто раз ему говорил сдерживаться, особенно рядом с тобой, — со спины ко мне подошел Ильен. — Но именно рядом с тобой его фон максимально напряжен. Он сдерживается во всем, поэтому очень резко реагирует на любое твое изменение в поведении, — Ильен погладил меня по голове и положил вторую руку на склоненную макушку брата. — Не бойся, он себя ненавидит сейчас больше. Обещаю, что буду следить за его пылким нравом. Но сейчас нам пора идти учиться, а тебе надо навестить Атиса. Помнишь?

Я едва дышала, когда Радоис отстранился от меня и заглянул мне в лицо. По мере того, как он отходил я начинала расслабляться.

Мальчик вырос.

— Все будет хорошо, — рядом присел Ильен и взял мои холодные руки в свои. — Мы станем сильными магами, которые смогут себя контролировать. А до тех пор, оставайся над добрым путеводным знаком.

Он улыбнулся и внезапно поцеловал меня в лоб.

— Нам идти надо, оставляю тебя Милу.

Через несколько минут, как в доме все стихло, я пришла в себя.

Меня все еще держал Мил и легонько гладил по спине. Его незримое и такое нудное тепло вернуло меня в реальность.

Взяв себя в руки, я попросила отпустить меня. Друг все понял и улыбнулся мне.

— А ты тоже маг? — осторожно поинтересовалась я.

— Нет, — он усмехнулся. — Только Ил и Рад маги. Я просто дворянский мальчик.

— Да, помню, некие Ари, — покачала я головой. — Неизвестный род, которого нет в списках Золотой книги.

— Ари никогда не были на виду, — загадочно произнес Мил, стирая с моего лица слезы. — Мы носим много имен, но тебе сказали наши истинные.

Я вздрогнула, пытаясь понять контекст.

— А как вас в миру зовут?

— Ильен и Милослав Горнор, — загадочно улыбнулся парень. — Этот род есть в списках книги и его корни идут с древности. Дворяне по праву рождения, — усмехнулся парень. Хочешь стать Горнор?

— Нет, — фыркнула я. — Мне Ари больше нравиться, но...

— Договорились, — перебил меня Мил и подняв на руки, понес прочь из многострадальной столовой. — Будем тебя учить быть Ари.

— Но..., — возмутилась я.

— Уверен, у тебя получится. А мы будем помогать!

Никакой свободы слова! Он мне и слова вставить не дает! Хочу ему напомнить, что замуж я за него не собираюсь, но... его улыбка столь милая, что я таю. Пускай немного повеселиться.

Глава 52

После этого случая я постаралась исчезнуть из дома магов. Быть в эпицентре незрелой силы мне совсем не хотелось. Брат же, как и обычно, когда мы ссорились, приносил вкусняшки в больницу к Атису. Я не долго сердилась из-за его странного поведения, особенно когда он принес некое безе. Как и белые хрустящие пики, я расстаяла под взглядом братишки.

Мир и дружба были восстановлены.

Но мое время в столице прервало письмо от Латы. Собрав свои вещи, я предупредила отца об надвигающейся опасности и тут же села на коня. Атис тоже решил поехать, но ему пришлось использовать карету, что затрудняло передвижение и удлиняло время пути.

В начале лета я пересекла границу своих владений в возрасте девяти лет. Из-за того что я торопилась и ехала верхом, карета отца отстала и должна прибыть только через пару недель.

Демьян помог мне спуститься и я стремглав забежала на свое крыльцо.

Уже здесь я ощутила давящую ауру безнадежности.

Все же, я зря все оставила на Тану. Она хоть и младшая княжна, но отпор никому дать не сможет. Надо было Рада с отцом оставить, а самой мчаться в тот же час домой.

Двери передо мной отворились. Холл встретил тишиной, хотя было обеденное время. Я посмотрела на Демьяна. Мы с ним одни прибыли первые, отряд охранников остался с именной каретой.

Я заметила тень краем глаза и тут же ее окликнула:

- Юшка, - девушка боязливо вздрогнула, но потом подняла голову от пола и увидев меня, заплакала.

- Госпожа, как долго вас не было, - слезы лились по ее щекам, а глаза счастливо улыбались.

Что же тут произошло?

В письме было сказано, что приехал граф Матис Мари. Вот такое небольшое и содержательное послание заставило меня вспомнить о насущных проблемах, забыв о том, что я давно хотела исследовать столицу. В результате, дома меня не было около трех месяцев, но слуги уже стали какими-то другими: испуганными, сентиментальными и тихими.

Юшка даже плакала не издавая ни звука.

- Что произошло? - тихо спросила я свою служанку, но та внезапно побледнела и схватила меня за руки.

- Княжна, бегите! Я никому не скажу что вы были тут. Найдите свою сестру и сыщите поддержки знати, а тут присмотрим за вашим домом пока вы не наберетесь сил.

Она лепетала беспрерывно, задыхаясь и буквально стоя на коленях передо мной. Она умоляла меня бросить все и уезжать, но я... не могла отступить.

Раньше я всегда подчинялась, слушалась взрослых и не перечила, даже если мне это не равилось.

- Где Матис Мари? - строго потребовала я, поднимая девушку с колен.

- С Оскаром, княжна, - Юшка стала вытирать слезы и смотрела на меня с каким-то трепетом и надеждой.

- Что с сестрой? - я направилась наверх, к кабинету и родительским покоям.

- Лорд Матис, посчитал, что младшая княжна недостаточно покорна и воспитана, поэтому отправил ее в какой-то храм для переучивания. Никто из слуг не знает куда ее отправили.

- Что! - воскликнула я, не сдержав ни своего гнева, ни возмущения.

- За ней капитан Серж выдвинулся, сразу же, - тихо зашептала она мне в ушко, желая успокоить. - Вот только мы не знаем нагнал ли он ее и что с ней дальше произошло.

Мы замерли возле кабинета, но Юшка быстро повела меня в другом направление - в родительские покои. У меня сердце дрогнуло, стоило мне представить, что кто-то чужой завладел комнатой мамы и папы. Злость вспыхнула внутри меня, но я старалась ее охладить, покусывая губы и сжимая кулаки.

- А где наши воины? - удивилась я.

- Точно не знаю, но после того как ваш отец стал инвалидом в имение прибыл Матис и несколько имперских служащих. Они очеь много времени провели вказарме, разоваривая с мужчинами, а потом многие воины собрались и ушли. Здесь остались те, у кого есть семьи и дом.

Я зажмурилась понимая, что осталась без поддержки военных.

Внезапно раздался звук бьющейся посуды. Я открыла глаза и увидела, как кормилица смотрит на меня большими круглыми глазами.

- Где Оскар? - быстро начала я говорить, боясь что и эта зарыдает.

- С лордом Матисом, - пролепетала та.

Как он быстро власть захватил! Хотя, чего я ожидала? Он - мужчина, торговец, явно ведь что следил за развитием имения. Наори из прошлого ему бы не понравилось, а сейчас, когда оно разбогатело...

Жалкий, бесхребетный ирин!

Поправив дорожное платье, я без стука хотела войти в родительские комнаты, но кормилица улыбнулась и произнесла:

- Сейчас никого из гостей в доме нет. Они все на производство уехали.

Хорошо, будет время подготовится.

Я улыбнулась.

Глава 53

Матиса Мари и гостей от Императора встречала не растрепанная девочка в мамином платье, а настояща княжна.

Платье, которое мне хотели подарить на день рождения сидело идеально и подчеркивало мою значимость и богатство. Множество маленьких цветных бусин из стекла украшали лиф моего наряда. Длинные и широкие рукава прекрасно подчеркивали тонкость моих рук, а светлые серьги и усыпанные бисером ленты удерживали мои волосы в высокой прическе.

Я решила не давать повода этим людям усомниться в том, кто перед ними.

Спина прямая, плечи немного назад, подбородок приподнят, взгляд твердый, а поза смиренная. Все как учила меня Танта.

- А это моя Тая! - довольно произнес родственничек входя в дом в грязной обуви и неся на руках Оскара.

- Приветствую вас на своих землях, граф Матис Мари, - четко произнесла я, давая понять, что он забыл о минимальной вежливости и о том, что его никто сюда не приглашал.

Я - хозяйка Наори! И никому не позволю здесь хозяйничать пока один из братьев не возьмет титул князя этих земель.

Брат увидел меня и тут же стал брыкаться и проситься ко мне. Я едва улыбнулась, заметив его жаркое желание броситься на меня.

Извини, Оскар, но пока мне надо поговорить с зарвавшимся Матисом, а ты только помешаешь.

- Лата, забери брата и приведи его в порядок, - приказала я няне и та направилась в сторону замершего мужчины.

- Я буду держать Оскара при себе, - внезапно мерзко произнес дед, - Он же маг и без родной крови может разнести здесь все. Разве, моя девочка этого не знала? К тому же, какая невоспитанность! - громко произнес он. - Вы же еще не знакомы с моими партнерами.

Он смотрел на меня, будто я раздавленная букашка, которая случайно прилипла к его дорогим сапогам и началапопахивать.

Хорошо. Раз он перешел в наступление, то я не буду сбавлять обороты.

- Согласна. Ваша невоспитанность не дает вам представить мне ваше сопровождение, - я холодно улыбнулась дедушке. - А теперь отдайте ребенка его няне, он знает где его настоящая родная кровь. Если будете удерживать и без того нервного мага, то можете ощутить его силу на себе.

Я смотрела, как брат уже плачет на руках мужчины и тянется ко мне.

- Отдайте, лорд Матис Мари, - внезапно произнес один из сопровождающих. - Он, правда, тянется не к вам.

Нужно ли говорить, что маги - дети вспыльчивые? А то что их силы как огонь, который может выйти за границу дозволенного? Наверное, Матису надо это на лбу написать, чтобы он не приближался к чужим магам - детям.

- Благодарю вас, лорд...

Обратилась к я одному из присутствующих, пока Лата быстро забирала брата и неслась прочь из холла. Погладив Оскара, я пообещала, что приду к нему сегодня спать, если он будет послушным. Брат все понял и дал себя унести.

- Лорд Бреж Край, - кивнул говоривший, отдавая мне дань уважения.

- Род Край связан с законом, - специально вслух начала я говорить. Их средий сын пошел в политику и занял хорошее место в Совете столицы, а младший, стал известным юристом и следователем. Он берется за все интересные дела и решает самые трудные проблемы, - я сделала книксет, выражая ему почтение. - Я рада вас приветствовать, лорд Край, в княжестве Наори Надеюсь, вам будет чем заняться во время вашего здесь пребывания.

- Я удивлен, молодая леди, что вы обо мне слышали, - в его глазах был интерес, будто он увидел очень редкую зверушку и не может понять где ее голова.

Значит, юрист гоняется за интересными делами? Я знаю чем вас зацепить, лорд Край!

- Почему же я должна опираться на некие слухи и домыслы? - я смиренно сложила ручки перед животом и невинно произнесла: - Я прочитала все это в "Золотой книге родов и законов".

У двух присутствующих гостей глаза из орбит выкатились к носу и пожелали там остаться. Они смотрели на меня, как на ослика, который внезапно заговорил.

В Империи редко какая замужняя женщина читает неинтересные книжки, слава Камилле, если вообще читает. Единственное исключение - дворянки, но их обучение начиналось с десяти лет и длилось три года и все это время они учили один алфавит. Для благородной женщины главное красиво петь, музыцировать и читать наизуйсть стихи, все остальное зависело от красоты ее лица. Красавицы могли все жизнь в роскоши прожить зная пару мудрых пословиц и красивых высказываний.

А в будующем, вообще, один исследователь измерит массу мозгов мужчины и женщины и скажет, что мы от природы тупые и не надо обижаться на нашу глупость. "Женское дело - производить потомство".

Но перед гостями стояла Я - маленькая княжна, с хорошими манерами и умеющая читать не пару слов, а "Золотую книгу"!

- Почему вы замерли, дорогие гости? - я опять мило улыбнулась и будто случайно обронила пару фраз: - В Наори большинство женщин обучены письму и счету. В столице нашей великой Империи, наверняка, все девочки с малых лет тоже читают. Неужели, столь обыденный факт, вас так удивил?

Мужчины вспомнили кто они такие и быстро подобрали свое любопытство.

Фух, я и так нервничаю, а их реакция на мои слова заставляет сдерживаться. Нужно следить за своими словами.

- Лорд Мари, представите мне второго гостя?

Хмурый родственник смотрел на меня, как на недоразумение и при этом его глаза улыбались. Он явно что-то новое задумал.

Фух, посмотрим что он приготовил. С ним всегда было трудно разговаривать, а сейчас вообще невозможно из-за моего сдерживаемого гнева.

Мне хочется наорать на эту шайку и любыми способами выпроводить из имения. Но беда в том, что мои действия покажут меня не с лучшей стороны и могут привести к военным действиям. Такая ситуация уже была в прошлом с Инфиной. Я на нее бросилась с зубами и привела Наори к конфликту с Императором.

Зачем мне повторять прошлые ошибки?

- Дорогая Тая, это лорд Дан Кизил, - усмехнулся родственник.

- Доброго вам вечера, господин имперский служащий по делам наследования, - он тоже удостоился от меня книксета. - Я - княжна Атаная Наори, старшая дочь Атиса и Танты Наори, управляющая землями Наори и всем что стоит на этих землях. Прошу прощения, что в данный момент времени вы можете поговорить только с княжной, а не с князем и не его прямым наследником. Мой отец недавно получил травму при прохождении имперской службы, а мой брат уехал учится в столицу. Но я заверяю вас, что компитентна во многих вопросах, которые вы хотите задать. Но, у меня самой будет к вам вопрос: имеет ли право Матис Мари распоряжаться всем что стоит на землях Наори и теми кто имеет прямое право проживать в этом имение?

Я взглянула двум представителям власти в глаза и стала ждать ответа.

- По закону ваш отец является инвалидом и не может нормально исполнять свои обязанности, поэтому его военная карьера прекращается не только на территории Наори, - Бреж Край смотрел на меня и улыбался.

- Я прекрасно это понимаю, лорд Край, - я слегка кивнула головой. - Но факт того что он стал инвалидом не лишает его одной из дочерей - Атаны Наори, которую выслал Матис Мари.

- Тана действительно была, мягко скажем, не столь изысканной леди, как ее старшая сестра, - хитро протянул Матис Мари. - Даже младшая княжна должна быть не только рождена с благородной кровью, но и иметь должное воспитание. Культура, этикет и изысканность - это основа каждой леди. Я взял на себя ответственность и отправил свою внучку на перевоспитание.

- Культура и этикет так же должны быть присущи каждому благородному лорду, - передразнила я Матиса. - Тогда, вам тоже стоит найти себе хорошего учителя.

Я увидела как сверкнули глаза родственника и поторопилась продолжить, чтобы он не взял верх в этом словестном сражении.

- Во-первых, вы граф Матис Мари, забылись что мы стоим перед официальными лицами Империи и продолжаете меня называть по плебейски "девочка", "Тая". Мы не в узком семейном кругу чтобы так нагло фамильярничать. К тому же, для такого стиля общения мы должны быть с вами на равных правах. Значит ли это, что вы как мужчина всерьез относитесь к девочке? Или же вы решили сравнять наши титулы: графа и княжны?

Со стороны послышался аккуратный сдавленный смешок, а на меня смотрел злой торговец. Его лицо было красным, а уши горели факелом, но он все еще не сдался.

- Я пытаюсь говорить с тобой, Тая, - выделил он, - как с ближайшей родственницей. Я желаю тебе лишь добра и не хочу учавствовать в смехотворном общение с маленькой девочкой.

- Да, я признаю, что вы, лорд Мари, отец моей матери - Танты Наори, но так же я точно знаю, что после брака моих родителей вы официально отреклись от моей мамы, как от дочери. В противном случае, она бы носила имя двух родов и официально в "Золотой книге" соединяла бы две семьи с разными именами рода. Я правильно говорю, господа Бреж Край и Дан Кизил? Ведь у вас самих очень много имен благородных родов которые вы олицетворяете. У детей Танты и Атиса Наори есть только один род - Наори, по названию княжества, которое было пожаловано моему отцу, как воссалу от самого Императора.

У меня дрожали руки, но я радовалась что смогла вспомнить столь незначительную деталь, как отлучение от семьи провинившейся дочери.

- Скажите пожалуста, имею ли я право называть Матиса Мари дедушкой при таких обстоятельствах?

- Нет, - оба господина ответили одновременно. Было ощущение, что они слушают лишь меня, дивясь, как курица смогла так славно "запеть".

- А Матису Мари позволено обращаться к моей семье, как к близким родственникам?

Тут они замялись, не зная что ответить и боясь сказать, что приехали в имение с мошенником, который по закону не имеет здесь никаких прав.

- Он взрослый мужчина, а ты маленькая девочка, поэтому закон не запрещает общаться с тобой..., - начал Дан Кизил.

- ... не запрещает общаться со панибратски, признавая меня равноправным собеседником? - быстро перебила я и изящно поклонилась. - Прошу прощения, что я не дала вам договорить. Я вижу, что вам трудно разобраться в ситуации, ведь вам была предоставлена информация лишь одной стороны, поэтому я предлагаю вам покинуть холл и направиться на ужин. Я знаю, что вы описывали имущество Наори и пробыли в пути весь день, поэтому я не желаю вам мешать отдыхать. Так же, мы можем вернуться к важным разговорам, когда приедет мой отец - князь Атис Наори.

Я стояла под взглядами мужчин и видела, как последние отсветы солнца покидают холл. Комната погружалась в вечернюю тьму, но никого из слуг рядом не было. Все имение затаилось и чего-то ждало. Даже ароматы с кухни не долетали до наших фигур. Замер даже воздух, который начал потрескивать из-за накала страстей.

- Да, лучше пообщаться завтра, - взял первое слово лорд Кизил. - Вам тоже стоит отдохнуть, княжна Атаная Нари, - официально обратился ко мне имперский служащий.

- А я приглашаю вас разделить со мной ужин, княжна Наори, - на меня смотрели глаза ребенка, который увидел новую интересную игрушку, на лице Брежа.

- Прошу прощения, но я не имею права оставаться наедине с мужчиной, - спешно отказалась я.

- Господа, обратился он к Дану и Матису, - разве вы не хотите разбавить нашу мужскую компанию столь изысканной леди?

Брр, сказал так, будто попытался представить меня самой вкусной ягодкой на торте.

- Прошу прощения, но для начала я хочу приступить к поискам своей сестры. В имение Наори я занимаюсь обучением не только своего персонала и людей, но и манерами Танты. Если она кому-то из вас нагрубила, то прошу прощения за нее - это мое упущение. Но лишь я вправе ее наказать, - я посмотрела на лорда Матиса и произнесла: - Матис Мари, прошу пройти в кабинет для дальнейшего разговора.

- А мне не стоит отдохнуть от целого дня в пути? Или, княжна забыла о культуре гостиприимства?

- Прошу прощение, но мое гостеприимство на вас не распространяется в данном случае. Моей сестре может угрожать опасность в данный момент. Ведь вы направили прочь не просто провинившуюся девочку, а Атану Наори - вторую княжну Наори, одну из самых богатых невест. Или вы специально предоставили жаждующим наживы такой шанс?

Я смотрела в олицо Матиса и благодарила Рада, за то что он открыл мне глаза на мировое положение Наори. Теперь мы не просто военная база Атиса, а торговое имение, которое приносит хорошие деньги.

- Пройдемьте в кабинет, пока не стало поздно, - четко и строго произнесла я. - Матис Мари, я так рада, что вы взяли с собой юриста, ведь он вам может пригодиться, если мою сестру не найдут!

Бреж и Дан смотрели на меня с такими лицами, будто не знали жалеть ли им что мы встретились или же можно понаблюдать за странным существом - девочкой с разумом тридцатилетней тетеньки.

Вот только у меня вопрос, почему мои люди послушались какого-то залетного торговца? Надо их натаскать только на свои приказы!

Глава 54

Стою в кабинете и думаю: "А зачем мне это вообще надо?"

Матис Мари развалился в кресле и вытянул ноги к середине комнаты, а меня толком из-за стола не видно.

Зачем я этого ирина сюда привела? Он же общаться со мной не желает и нужной информации не дает.

— Может, для начала вы мне объясните на что вы надеялись, приезжая сюда и приглашая представителей власти?

Я понимала, что нужно перевести тему, а потом расспросить про сестру. В противном случае я от него кроме иронии и упреков ничего не добьюсь.

— Как этот ирин угол мира получил огромные привелегии? — встречный вопрос от родственника меня не удивил.

Я понимала, что сейчас Наори вкусный кусочек мира, ведь здесь производят хоть и мутное, но все же стекло. У нас есть сахар и много разной мелочи, которую брат называет бижутерией.

Конечно, такой стремительный рост вызовет много вопросов, но теперь империя узнает, что здесь целых два брата - мага. И я не знала что с этим делать.

— Вам нужна доля в производстве? — я не отвечала на его вопросы. — Я уже предлагала вам стать доставщиком наших товаров. Могу сделать род Мари нашим посредником и сейчас.

Но казалось что мы говорим на двух разных языках. Матис говорил о том, что благодаря магии княжество Наори процветает и он хочет изъять хотя бы одного мага и вырастить его подле себя.

Я понимаю тактику родственника.

Магам запрещено иметь в собственности земли, так как все дворяне - маги передрались бы между собой из-за расширения территорий. Им можно носить свой родовой титул и представлять свою семью перед лицом Императора, но права наследования у них нет. Но... если маг дает клятву императору, то он становится воссалом и не сможет применить свою силу против приказа своего лорда.

Так многие дворянские семьи получив мага, приручают его и заставляют дать клятву подчинения наследнику. И даже свадьбы устраиваются внутри рода, чтобы не потерять кровь мага.

— Вы скажите где мне искать Атану Наори? — я уже выбилась из сил, разговаривая ни о чем со скользким типом.

Кое какую информацию я все же получила, но все чаще начинала задумываться о том, что мне очень трудно отбивать Наори.

Я устала.

А ночью я лежала рядом с Оскаром и мечтала о том, чтобы появился человек и забрал все мои проблемы. Каа хорошо было, когда родители позволяли мне и Раду быть детьми.

По моим щекам полились тихие слезы. Мама, мне очень тяжело без твоей поддержки и помощи.

Мамуля...

Забываясь грустным сном я проваливалась сквозь заботы в небытье и ощутила, как дверь в детскую приоткрылась, а затем кто-то прижался ко мне со спины, даря такое родное и нужное тепло.

— Все хорошо. Мы вдвоем все сможем, — донесся до сознания тихий шепот.

Нос уловил горьковатый запах и я с улыбком отдалась сну.

Да, я не одна. У меня есть семья.

Глава 55

Утром я поняла, что мне приснился прекрасный сон. Ведь я лежала в кровате с Оскаром и слышала, как Юшка осторожно мне говорит, что мне как хозяйке пора готовится к завтраку.

Нет, брат не приехал ночью, чтобы отстоять Наори вместе со мной. Я все так же одна буду смотреть взрослым мужчинам в глаза и вести с ними деловую беседу.

Одна. Всегда одна.

Но после завтрака, за которым я очень сильно была напряжена, никто из гостей не захотел возвращаться к вчерашнему спору кто на земле княжества Наори истинный хозяин. Наверное, они поняли что если они проиграют, то будут унижены обычным ребенком к тому же глупой по определению девочкой. А они, явно проигрывали по всем направлениям.

— Княжна Атаная, а расскажите нам о вашем производстве?

— А где моя сестра? — меня это больше волновало.

Их беспокоили другие вопросы: как Наори из бедного княжества смогло стать поставщиком таких редких товаров, как стекло. Их удивляло, то что никто из великих алхимиков не смог найти рецепт для его создания, а какой-то князь, а точнее его дети, которым нет и десяти, легко составили список ингридиентов.

Я не стала лукавить и увиливать, честно сказала, что брат у меня - гений и именно он станет наследником Наори.

Радоис Наори - князь Наори, гениален с самого детства и великодушен по отношению к своим друзьям и родным. Даже мне - девочке, он позволяет быть управляющей на землях его рода. Он доверяет мне все торговые отношения и дает все бразды правления даже не пытаясь меня контролировать. А отец не лезет в то что Рад создает, ведь понимает как рассердится его сын и чем это может обернуться для простого военного. Он может лишь злится на меня. Ведь я по его мнению не достойна и половины того доверия, которое мне выказывает Рад, а вслед за ним и люди имения.

Сейчас мое положение зависит от отношений между мной и Радоисом. Я постараюсь быть ему хорошей старшей сестрой и найду способ, чтобы он поступил на свою любимую артефакторику. Даже если это будет очень дорого, я найду чем порадовать братишку.

В один из дней мне внезапно пришло письмо от Таны, где она сообщала, что с ней все в порядке. Рядом с ней Серж и добрые люди. Скоро она вернется домой.

Эта новость меня сильно порадовала.

Но для начала мне надо разделаться с приставучими людишками. В этом мне помог приехавший папа. Как оказалось, он приказал его привязать к лошади и бросил карету, чтобы приехать мне на выручку. Хотя он защищал свой дом и свою честь, но все же я позволила себе думать, что отец хотел и мне помочь в этом нелегком деле.

В итоге, все уехали, а я стала искать место где можно построить такие же цеха, как в Наори. Ведь после случившегося у нас могут забрать родной дом вместе со всей инфраструктурой. Поэтому я искала кусочек земли возле сильного покровителя.

После сдачи экзаменов в Наори прибыла странная троица: Рад, Мил и Ильен.

Почему странная? Потому что я не понимала их дружбы. Они были очень близки для друзей, даже в баню ходили вместе и вечерами долго сидели за разговорами.

Но что больше всего меня удивляло: это уже третье лето, когда они совместно проводят каникулы в Наори!

А вдруг... я настолько сильно повлияла на паралель, что теперь у брата поменялись вкусы и ему стали нравится мальчики?!

Из-за внезапной догадки я покраснела все от ногтей до корней волос. И это прямо на совете старост деревень и брата с отцом!

Благо что никто не заметил моего состояния будучи занятыми более насущными делами. Ведь из-за того что я прошлым летом поздно объявила сезон охоты, этой весной расплодились зайцы и поелы молодые побеги на приграничных с лесом полях. Да и молые волки слишком часто заходят на пастбища и уносят с собой слабый скот.

Пока мужчины решали насколько рано можно открыть сезон охоты, чтобы совсем без урожая не остаться, я старательно все записывала и украдкой поглядывала на брата.

Надо будет проследить за ним в бане. Чем он там сразу с двумя парнями занимается. А иначе Сати без мужа останется.

Этим же вечером я прокралась к отдельностоящему зданию, которое построили для нужд военных, но сюда очень часто и отец с братом захаживали. Даже меня по малолетству в прогревающейся бане купали, чтобы дрова сберечь и время зря не тратить.

Первым туда зашел Рад, а за ним как приклеенный Мил. Я ничего не видела и не слышала что происходит внутри, поэтому мне пришлось выползти из укрытия и подкрасться к двери, но это было ошибкой. Я сразу почувствовала присутствие Ильена и поняла, что не учла наши дары. Надо было Дейрена послать понаблюдать за ними, а ни самой лезть в пекло.

— Ты тоже решила искупаться? — Ильен смотрел на меня сверху вниз и выглядел слишком уставшим, что подшучивать надо мной или вообще думать.

— Да, — соврала я, желая отвязаться от парня, — но там занято. Я в другой раз схожу.

— Позже кто-то из городских пойдет, — он зевнул и тяжело прикрыл глаза. — Пошли вместе. Никто там тебя не покусает.

Тяжелая рука легла мне на плечо и буквально потащила за телом Ильена.

— Я княжна этих земель и нееее..., — закончила я писком, когда дверь предбанника закрылась за моей спиной. — Я в другой раз зайду, — совсем сипло пробормотала я, когда увидела на полках одежду Радоиса и Мила.

— Ткань, — мне в руки дали тряпку в которую надо завернуться. — Полотенце, — мне на красную голову уложили то, чем надо вытираться.

Пока я приходила в себя, за спиной послышалось шебуршание. Видимо, Ильен раздевается!

Ой, мамочки! Я не этого хочу! Мне надо... надо всего-лишь...

— Ильен, — мой голос прервал всплеск в банне и чей-то вскрик. — А вы с Радоисом в каких отношениях?

Я смотрела на заветную дверь в парилку и чувствовала, как плавлюсь из-за каждого звука за преградой.

— Побратимы, — нескрывая зубы, парень зевнул во весь рот и посмотрел на меня. — Наша магия приняла нас за братьев и мы решили это не менять. Даже жена у нас общая будет, — я услышала смешок над головой и ощутила, как у меня даже волосы стали краснеть.

Раз Ильен рядом, то он уже разделся и прикрыт лишь тряпочкой!

— Тоесть, брату нравятся девочки? — я держала себя в руках и посматривала на уличную дверь.

— Да, это кстати очень заметно, — еще один зевок над головой. — Милая, я сейчас усну, мне хотя бы до парилки дойти надо, а то без сил. Мы с Радом Наори сетью покрывали, но он еще юн и не очень силен, поэтому мне пришлось тянуть защиту по периметру самому. Давай, ты о братской привязанности позже со мной поговоришь, а сейчас просто открой дверь и заходи.

Сбросив с себя ткань и полотенце я выбежала на улицу и остановилась лишь когда ощутила боль в груди. Задыхаясь я посмотрела себе за спину.

Ой, что же я себе напридумывала? Братья? Этого мне еще не хватало!

Глава 56

По прошествии недели я все же решилась поговорить с братом о поиске земли на которой мы могли бы построить такие же цеха. Наверное, причиной этому стало заверение отца в том что я бесполезна так, как Тана до сих пор не вернулась домой и от меня нет толку, потому что я вынужденно сократила производство боясь приезда новых нежданных гостей.

Если честно, мне хотелось чтобы никто не смел трогать изобретения братика и он бы имел единоличные права на все что стоит в Наори. Но дело в том, что имение - это земля которую жалует Император. Отец больше не может ему служить на поле боя, поэтому Каурус может забрать свои владения со всем что здесь стоит. Другое дело покупка земли с полным правом распоряжаться ей как вздумается.

Усадив рядом с собой Оскара я села в гостинной с картой и стала ждать приезда брата. Он, как и прошлые несколько дней, плел защиту вокруг Наори и очень сильно уставал вместе с Ильеном. Но на обед они всегда старались появляться, чтобы восполнить силы и немного отдохнуть.

Услышав ребят я попросила Лату унести уснувшего Оскара, а сама принялась ждать их на полуденное чаепитие.

После сытого обеда они появились передо мной, в светлых рубашках и с сонными глазами.

— Тая, нам сказали что ты ждешь нас, — брат прямиком направился к моему дивану и присел рядом со мной.

— Я ждала только тебя, — я посмотрела на Ильена с Милом, которые решили похрустеть печеньками и все же выпить приготовленный мной чай. — Нужно кое-что важное обсудить, — я указала брату взглядом на дверь.

— Если это важное, то обсудим здесь, — Рад взял себе чашечку и тем самым показал что никуда уходить не будет. — Ты уже должна была привыкнуть к Ильену и Милу.

Я тяжело вздохнула. Все же, я надеялась что мы с Радом сможем побыть наедине и обудить все без посторонних ушей. Но... надо было привыкать к тому, что у Рада теперь огромный хвост.

— Надо найти землю, которую можно купить на вымышленное имя и в случае изъятия Наори перебраться туда, — я раскатала карту на своих и братовых коленях.

Остался кусок, который мои руки не могли раскатать и тут с противоположной стороны ко мне подсел Ильен и предоставил свои колени для карты. Странно ощущать этого парня так близко. Наши дары будто начинают играть в молнии, посылая в наши тела заряды и заставляя ежиться от щекотки.

— Ты ведь из-за производства беспокоишься? — заинтересовался старший Ари. — Тогда, можно рассматривать не дорогие плодородные участки, а безжизненные и безлюдные.

— Хорошо бы, недалеко от воды, — прохрустел Рад.

Странно, он мне даже ничего по поводу моего внезапного заявления о Наори не сказал. Даже не стал вдаваться в подробности, почему я хочу найти кусочек земли подальше.

— Здесь можно, — Ильен ткнул куда-то на уровень моей коленки. — Здесь горная гряда и река проходит совсем рядом, а весной там, наверное, водопадов полно.

Парень провел от коленки до моего бедра и обратно, обводя коричневый рисунок пальцем.

Я поежилась, ощущая странное волнение в своей груди. Нет, я себе слишком много нафантазировала. Он всего-лишь указывал на землю.

— Наши постройки тогда водопадами снесет, — недовольно пробубнила я и закрыла гряду своей ладонью. — Там оползни и сели будут. Не безопасное место.

Со стороны послышался смех Мила и я решила посмотреть почему он смеется. Но друг смотрел на своего брата и давился чаем с улыбкой.

Странный он.

Радоис недовольно смотрел на Ильена, а тот лишь игриво показал кончик своего языка и почему-то подмигнул мне.

— Моя очередь, — недовольно просипел Рад и принялся рассматривать карту на моих коленях.

Но больше на этом участке ничего интересующего нас не было. Поэтому я сама принялась искать место на карте со стороны Ильена.

— Вот, — я ткнула в карту на бедре парня, так что тот внезапно вздрогнул и неверяще смотрел на меня. — Здесь обрыв горы, а дальше море. А чтобы сели не угрозали производству, можно все устроить в самой горе.

Я довольная собой, улыбнулась.

И тут мне на мое бедро легла теплая ладонь брата.

— Тогда и в этой горной гряде можно вырубить цех, — я ощущала его недовольство и не понимала что происходит.

— На море тоже хорошо, — мою ладонь накрыл Ильен, прижимая ее к своему бедру. — И воды Больше чем в какой-то мелкой речушку, — томно протянул он, чем меня шокировал.

Может, я чего-то не понимаю и ребята говорят о чем-то своем? Почему их лица не соответствуют теме разговора?

— Возле моря повышена влажность и холодно, — зафырчал, как рассерженный ежик Радоис и посмотрел на меня с обидой в глазах. — Замучаешься от соли одежду отстирывать. Тем более, что нужна пресная вода для проживания людей.

— Ах да, — я вытащила свою руку из захвата Ильена. — Нужна земля, чтобы рядом были люди. А то работать совсем некому.

Мы еще долго общались на эту тему, ища выгодный со всех сторон кусочек земли. Парни попереглядывались и решили больше не дурачится.

А позже их сморил сон и оба уснули. Ильен засопел на моих коленях, а брат на моем плече.

Ох, и тяжелые они. Но, я не буду мешать им отдыхать. Не зря ведь добавила в чай специальные травки, чтобы усыпиль этих работяг. А то они под палящими лучами солнца по территории Наори ползают и что-то на земле чертят. А вечером они совсем без сил.

Карта - была предлогом, чтобы задержать хоть на минуту подольше в имение и напоить их моим чаем.

Мил тоже сладко спит в кресле.

Я рада, что у меня получилось дать им отдохнуть. Я погладила светлые волосы Ильена. Поцеловала в макушку брата и сама прикрыла глаза, чтобы не терять время зря.

Глава 57

Как раз когда брат со своей компанией уехал в академию, в Наори вернулась Тана. Точнее, сначала прибыла лошадь белой масти. Очень дорогая порода. А затем приехала карета с прекрасно узнаваемым гербом - имперским.

Дрожа от страха я смотрела на ненавистный герб и поджимала губы. А отец смотрел с кресла - каталки и не верил своим глазам.

— Хоть бы предупредили, — прошептал он и потрогал свою небритую бороду.

Но самого страшного не произошло. Тана с Сержем приехали без высокопоставленных гостей. А то я уже о самом страшном подумала.

Оказалось что Серж догнал повозку с сестрой, когда ту выслали. Отбив ее он решил, привезти сестренку под защиту Рада, но когда он туда явился, то брат уже покинул академию и направился в Наори. Охранник решил выждать некоторое время, чтобы дать властьимущим разобраться с негодяями, захватившими Наори. Поэтому попросил оставить младшую сестру мага в академии. Конечно, после его просьбы Тане стали присылать письма с приглашениями погостить в чужих домах, но он не передавал их сестренке. До него дошло, что она богатая и наивная девочка с родственником магом. А когда они решили покинуть стены академии им дали один из имперских экипажей для гостей. Таким образом, императорская семья показала свою заинтересованность в хороших отношениях с Наори.

Хитрый Каурус, ничего не скажешь. С семьей Мари не поругался и с Наори поддержал отношения.

Ни нашим, ни вашим.

Он даже лошадь подарил маленькому Оскару. Ведь у Наори теперь два возможных наследника. И в этой ситуации Император хорошо устроился. Радоису разрешение пребывать в столице, а Оскару ценный подарок.

Но я едва не умерла, когда увидела злополучную карету. Сразу представился день моего пятнадцатилетия и мне представляют Цезариса в качестве жениха. Бррр...

— Сестренка, — я обняла родную девочку и прижала к своей груди, только после того, как отец погладил ее по голове. — Прости, что оставила тебя одну на всем.

— С тебя лук, — подавляя слезы, прошептала Тана и вжалась в меня.

В день первого снега приехал посыльный и привез странный сверток от брата.

На свитке было написано: "Чтобы ты не скучала, открывай свиток по одному обороту каждый день".

Странно, что брат еще придумал? Хотя, подписи что это от него не было, лишь мои догадки говорили, что никто кроме Рада мне из столицы не пишет. Деловые письма по другому оформляются.

Ладно, считаю, что сегодня первый день. Разворачиваю: "Вырастай быстрее, а то спать на бедрах неудобно".

Эээ, что? Что за ерунда?

Еще раз повернула: "У тебя милые ямочки на щеках, а улыбка прекраснее всех на свете".

Что?

От кого это? Мой брат такого никогда не напишет! У меня никого в окружении нет, чтобы мне такое присылали. Рад - брат, а здесь явно любовный контекст. Ильен - взрослый парень и такие малышки его явно не вдохновляют на написание такого огромного рулона всяких глупостей! Мил, вообще, стесняется со мной даже разговаривать. Он мальчик - безобидный зайчик!

Еще раз покрутила странное письмо и застыла от шока:

"Еще первый день не прошел, а ты все мои пожелания уже прочла! Спать ложись быстрее! Завта еще пару ласковых скажу, чтобы у тебя было хорошее настроение на целый день. Твоя улыбка - это чудо, которое заставляет меня дышать".

Я держала в руках рулон и дрожала. Этот человек меня очень хорошо знает, ведь... я и вправду, почему-то перестала читать и спрятала письмо глубоко в свой карман.

Было интересно, кто мне написал. Я старалась отыскать ответ в своих воспоминаниях и начинала чувствовать родственное тепло к брату, тихую неприязнь к Ильену и игривое отношение к Милу. Никого, кто смотрел бы на меня как на персональное чудо. Может, я смотрю не туда?

Смотря на зимний пейзаж за окном и работая руками, вышивая, штопая и латая, я почему-то всегда улыбалась, вспоминая утренние пару строк с добрыми словами.

"У тебя кончик носика краснеет, когда ты злишься", "Когда ты переживаешь, закусываешь губы и они набухают, будто после поцелуев", "Не смотри на меня так прямо, я же не железный!", "Я иногда еле сдерживаюсь, чтобы не прикоснуться к тебе", "Ты боишься меня, но так упрямо смотришь, будто борешься со злом всего мира - это очень мило", "Не дрожи в моих руках, я ведь и согреть могу", "Улыбнись, ты сегодня очень красивая", "А вот и середина зимы, а кажется, что я с тобой и не прощался", "Совсем скоро увидимся. Я уже соскучился", "Я надеюсь, ты встретишь нас в новом платье сшитым только для тебя", "Маленькая, смелая Моя княжна", "Удивительно, как быстро время летит. Скоро снег сойдет", "Совсем скоро тебе исполниться десять. Когда приеду одарю тебя подарками", "С днем Рождения! Обычно, девочкам с десяти лет выбирают женихов, так что скоро ты узнаешь нашу общую тайну", "Просто потерпи и ты не будешь одна сражаться со всем миром"...

Остальную часть письма я дочитывала в дороге. Как сильно бы я не хотела увидеть отправителя и брата, но... мне надо искать Сати. Отец не сможет мне ее привести на двенадцатилетие, а она важный человек для Рада и я сделаю все, чтобы найти ее. Мне надо торопиться, ведь если на десятилетие у Рада не появится личной специальной служанки, то его могут не признать повзрослевшим.

Отец это называл "половым созреванием мальчика" и говорил, что Раду очень нужна специально обученная служанка. А я не хотела отдавать его кому-то непонятному. Найду Сати и познакомлю ее с братом. Она его за всю прошлую паралель ни разу не предала и даже смогла остаться фавориткой, когда он взошел на престол. Ее любовь проверена на прочность, поэтому я одобряю и уважаю Сати.

А пока я в дороге и изучаю маршрут по которому проходили папины войска...

"Ты наверняка выросла и взгляд стал более глубоким, хочу это увидеть", "У тебя очень тонкие пальчики, а ты сама будто из одних костей построена. Питайся лучше!", "Мы уже в пути. Рад сдал экзамен. Мы опять скупили половину товаров столицы, чтобы тебя порадовать", "Долг мужчины - приносить своей женщине удовольствие во всех смыслах этого слова", " Ты все еще это читаешь? Не надоело? Не выкинула? Не забыла?", "Наверное, в этом году ты была очень довольной, ведь я очень старался. Обними меня хотя бы при встрече", "Мило, красиво, забавно... как же еще описать твою реакцию на мое появление?", "По моим расчетам, мы уже поезжаем к Наори. Беги, встречай. Я очень сильно соскучился".

Письмо оборвалось и я подняла голову. За окном кареты сияло летнее солнце, Демьян вел коня рядом, стараясь преугадать атаку, ведь мы проезжали по незащищенной дороге.

А ведь сейчас я могла встречать эту странную троицу. Обняла бы Рад, прижалась к Милу и недовольно бы поздоровалась с Ильеном, который бы поцеловал мою руку. Я бы предоставила им те же гостевые комнаты и с нетерпением ждала бы на обед или ужин, чтобы распросить о новостях столицы. Ах, как бы Рад сейчас рассказывал о том магическом мире, который я не понимаю и как бы у него при этом блестели глаза. А Ильен бы понимающе улыбался и успокаивал бы разошедшегося брата. Мил бы рассказал что-то из рыцарской практике на службе у святой Камиллы. Я бы требовала у парней послушания и чтобы они помогли Оскару с контролем силы.

Сколько бы всего милого и по-родному теплого сейчас происходило. Прекрасные лица родных и близких, теплые шутки и веселье, а передо мной... лишь раскаленное от солнца небо и путь в никуда.

По моим щекам потекли слезы, но я их быстро вытерла и аккуратно свернула письмо. Завтра, я начну читать его заново и тоже буду улыбаться.

Но на следующий день улыбка была грустной, а дальнейшее чтение вгоняло в тоску по дому. К середине письма, меня застала зима и нам пришлось останавиться, пока не появятся дороги.

Мы выбрали первую мало-мальски удобную для жизни таверну. Напрашиваться в гости к благородному владельцу земли, я не хотела. Боялась встречаться с людьми равными по рангу, ведь они явно почувствуют мою неуверенность и нечистокровное происхождение.

..."По моим расчетам, мы уже поезжаем к Наори. Беги, встречай. Я очень сильно соскучился", — с этими словами я покинула деревню, приютившую меня на всю зиму и отметила свое одинадцатилетие.

Камилла, как же трудно путешествовать в карете!

Но... верхом долго я не могу, мое тело не готово выносить нагрузку и мне становиться плохо. Поэтому, медленно и очень аккуратно, я путешествую со свитой и в карете.

"Еще первый день не прошел, а ты все мои пожелания уже прочла! Спать ложись быстрее! Завта еще пару ласковых скажу, чтобы у тебя было хорошее настроение на целый день. Твоя улыбка - это чудо, которое заставляет меня дышать", — почти наизуйсть я прочла и тронула свои щеки.

Интересно, остался у меня этот странный ценитель улыбки?

Сати, где же ты?

Я все начало пути отца прочесала, чтобы тебя найти! Мне скоро двенадцать, а тебя все нет!

Где же ты? Я не хочу менять паралель настолько, что мой брат останется без любви. Я все исправлю, клянусь!

Глава 58

В одном из приграничных городов мы вновь решили остановиться. Вот только я уже не знала где искать Сати. Если мы двинемся дальше, то там будут уже земли тусов, а мне пока туда не хочется идти. Я еще все свои дела в Наори не сделала, чтобы устраивать свою личную жизнь.

Да и... я хочу узнать, того кто писал мне это странное письмо "на каждый день". Я сразу засунула руку в карман и прикрснулась к зачитанному рулону. Тепло и тоска которые я почувствовала придали мне смелости и сил.

Город у границы выглядел мрачно и пугающе, а еще... здесь с самого въезда стояли клетки с рабами и дикими животными. В лавках, которые должны продавать безобидные вещи, висели части тел маг-зверей, которые якобы увеличивают запас мага.

— Порошок из рогов... когтей... пепел животного...

Я слышала лишь крики бешенных торговцев, чувствовала своей кожей дыхание Смерти и дрожала, как осиновый листок, теснее прижимаясь к Демьяну.

Хорошо, что ради того, чтобы брат меня не нашел я наняла не только новую охрану, но и карету выкупила у почтового отделения, чтобы совсем затерятся на просторах Империи.

Теперь я скрываюсь под серым плащем и жмусь к мужчине, который мне в дедушки годится. Кстати, я до сих пор не понимаю, почему он не покинул мою семью, как только Тана умерла?

Но сейчас меня больше не это волновало. Я старалась идти осторожно по грязной и вонючей улице. Я видела как рабы испражняются прямо на мостовой и даже не вытираются. Им и нечем, благо если их самые постыдные места прикрывала грязная тряпка.

Хуже всего выглядили рабы, которые стояли вдоль дороги. Люди были в кандалах и давно не видели мыла, благо если они вообще стояли. Некоторые сидели в вонючей жиже под ногами и смотрели пустыми глазами вникуда.

Более ухоженные рабы шли выше по улице. Те сидели в клетках и имели на себе потрепанные обноски. Да и выглядели ни как плешивые собаки с лохмотьями волос. В их глазах появлялся проблеск человечности, но на меня они смотрели с тихой ненавистью.

Самые дорогие рабы скрывались в подворотнях или лавках. Там сидели силачи и красивые девушки. Их берегли и показывали только состоятельному человеку.

Все это мне объяснял Демьян, волоча меня на себе сквозь грязь, вонь и постыдные картины "демонстрации товара".

Когда мужчина донес меня до комнаты в таверне, меня начало выворачивать и трясти от непонимания и брезгливости. Только через пару часов я смогла успокоиться и принялась отчаянно оттирать свое тело от вони этого города.

Поэтому, даже с учетом того, что скоро наступит зима, я решила повернуть назад, чтобы не оставаться в этом кошмаре надолго.

Вечером, даже сквозь закрытые ставни и расположение таверны в более благоприятном районе, я слышала крики безумства и вакханалии с нижних улиц. Я испугалась выходить из комнаты в это время, хотя и хотела утешить тех кто плачет. Но я не всесильна, чтобы спасти всех. Меня саму бы кто спас из этого дурдома.

Перед рассветом шум заметно поубавился и я решила срочно уезжать из этой помойки к себе домой. Мне в спину дышала сама Смерть, поэтому я торопилась избавиться от ее взгляда.

Демьян ни на секунду не задержал меня в этом месте. Лишь тихо буркнул:

— Я же говорил, что делать здесь нечего.

По вонючим улицам я буквально неслась прочь, боясь что первые лучи солнца разбудят тех кто всю ночь мучил рабов.

Звери. Здесь живут какие-то монстры!

Из благополучного района я резко попала в пристанище разврата, смерти и запрещенного в Империи товара. Этот контраст уловил даже мой нос. Не смотря на дорогу, я старалась наступить на более чистое место под ногами, но постоянно скользила и пачкалась еще больше.

Внезапно меня пронзила боль и чувство Смерти холодом остановило меня, сжав грудь. Мой дар Жизни слишком остро отреагировал именно на эту смерть.

Я быстро нашла взглядом темный проулок в котором умирал кто-то настолько важный для моего дара. Повинуясь своим силам я приблизилась и в ужасе вскрикнула.

Под моими ногами лежало едва живое тело девушки, зверски растерзанное, с множествами кровоподтеков, огромными синяками по всему телу, с вывернутым наружу глазом, с окровавленным беззубым ртом, сломанной рукой, кость которой прикасалась с непонятному месиву на мостовой, а ее низ живота был исполосован.

Но она все еще жила. Ее единственный заплывший глаз смотрел на меня, а губы едва шевелились. Она просила о смерти, а я... не смогла дать Сати умереть. Ведь это была именно она.

Изменив свою жизнь в этой паралели я поменяла все у тех кто хоть как-то связан со мной. Если в прошлом, отец нашел Сати без явных повреждений, то я сейчас могу потерять девушку любимого брата.

— Демьян, мы ее забираем, — тихо приказала я. — А еще, я бы хотела найти зубы и глаз для нее.

С ее раненным телом я разберусь, но создать зубы и глаз я не могу. Я лишь наполняю и восстанавливаю то, что есть.

На меня упала пара снежинок и я посмотрела вверх. Там, сквозь ряды домов уже проявлялись первые лучи солнца.

Я нашла Сати, но... хочу чтобы за нее отомстили.

В проулке кто-то появился, как раз в тот момент, когда Демьян, завернул тело девушки в свой плащ.

— Это наш материал для экспериментов, — выкрикнула неясная тень и бросила что-то в меня.

Огромной тело охранника появилось передо мной с окровавленным телом на руках. В воздухе перед Демьяном что-то сверкнуло.

Испугавшись новой атаки артефактом, я сжала в руке письмо-рулом. Оно было единственным, что я носила с собой. Даже деньги держал при себе мой охранник.

— Под защитой? - раздалось удивленное.

В нас вновь полетело что-то, но бумага в моей руке нагрелась и... вспыхнула. Огонь быстро поглотил меня. Испугавшись, я вжалась в спину Демьяна, но... огонь не жег. Он кружил вокруг меня и теперь поглощал образ охранника и полутрупа.

— Огонь Сычика? Чарователи?

Услышала я перед тем, как мои ноги оторвались от грязной мостовой и меня всю не поглотило пламя.

Перед собой я видела лишь алые всполохи, а руками чувствовала чужое тепло. Я явно держалась за мужчину и не отпускала его, но не видела.

Не знаю сколько прошло времени, но когда пламя стало истончаться, я увидела огромный город с высоты птичьего полета.

Этот вид меня заворожил так, что я не сразу поняла, что парю над заснеженной столицей. Вон шпили храма, а дальше имперский дворец за белыми стенами второго круга города. Все настолько чистое, белое и великолепное, что даже дух захватывает!

По заснеженной улице бежит человек. Он настолько быстр и силен, что взбирается по стенам зданий и мчится к смотровым башням у ворот.

Огонь совсем почти пропал с моего тела и я стала стремительно снижаться, вместе с шокированным Демьяном и бессознательной девушкой.

Человек стал более различимым и я узнала в нем Ильена. Он встал на самый высокий шпиль башни и протягивал руки в мою сторону. Меня потянуло к нему, вместе с мужчиной и Сати.

Через несколько минут я ощутила холодный морозный ветер на своей коже. Тонкий плащ слетел с меня, а волосы разметались на ветру. Слезы полились из моих глаз из-за ощутимого холода и ледяного ветра. Но уже через пару секунд я оказалась в теплом кольце родных рук и куталась в его объятия.

— Дождался, — крепко прижимал он меня к себе и тыкался своим носом мне в голую шею.

— Я соскучилась, — честно призналась я. — Ен..., — я покраснела впервые произнеся его так фамильярно и признавая наши близкие отношения. — Значит, это был ты, тот кто подбадривал меня каждый день?

— Мне действительно нравятся твои ямочки на щечках и как твой носик краснеет, когда ты сердишься, — горячо дышал он мне в шею и задевал мое красное от холода ушко.

— Как же ты меня раздрожаешь, — дрожа, простучала я зубами. — Ты влез в жизнь Рада, а теперь и в мою без спроса вламываешься, — я держалась всеми своими силами за тело восемнадцатилетнего мужчины, чтобы не улететь с новым порывом ветра ввысь.

— Я знаю, — крепче прижимал он меня. — Но я хотя бы не очаровываю всех вокруг, — он подхватил меня под попу. — Не влезаю в разные неприятности, — мне показалось или меня легонько шлепнули по мягкому месту? — Не исчезаю в неизвестности, не говоря о своих целях, — мое покрасневшее ушко прикусили, а попку сжали. — Не стараюсь казаться всемогущим и всезнающим, — его горячий нос покинул шею и двинулся по щеке к моим губам. — Не игнорирую тех кто мне дорог, милая.

Его губы на пару секунд коснулись моих плотно сжатых губ и меня всю будто в кипящую воду макнули.

Но после этого ничего не было. Меня окутало магическое тепло. На лице Ильена не отражалось ничего кроме счастья и он долго еще не спускал меня с рук. Даже когда доставил всех нас в дом академии, он носил мое тело на себе и то и дело прижимался к моей шее.

Я так и не поняла, тот поцелуй на крыше под яркими лучами солнца, в порывах ветра был или из-за того что меня уносило в сторону он просто промахнулся?

Но, те строчки зачарованного письма... они ведь были настоящими. И они меня грели все эти годы разлуки.

Так, как мне теперь относиться к Ильену?

Раздражает он меня!

Глава 59

Оказалось, что из-за моего исчезновения Рад поссорился с отцом, решив что Атис меня обидел и я сбежала. Меня пытались найти по магическому следу, но мой дар мешал их поискам и водил иногда кругами (на самом деле я прочесывала всю местность, где Атис мог найти Сати, по несколько раз).

Оскар вышел из-под контроля и его пришлось привезти в столицу, чтобы хоть как-то уравновесить его магию. Конечно, о втором маге в семье Наори тут же узнала вся знать. Теперь мы с Таной стали еще более желанными невестами, так была высокая вероятность в том, что и мы сможем подарить магов этому миру. Никто из них не вспоминал о том, что мы рождены от непростого союза: обычного военного и мелкой графини. Император, хоть и не желал когда-то видеть Радоиса и всю семью Наори, боясь быть уличенным во грехе. Но из-за иследований брата и его стремительном развитии, Казус открыл все двери для Наори. Теперь наши товары выпрашивало все дворянство.

А Радоис загорелся идеей построить на магической тяге некий планел, дережабль - шар.

Да, название странное, но даже Ильен не мог точно сказать что именно хочет брат, потому что тот не мог простить себе того, что я ускользнула от него и просто искал способ быстрого перемещения по воздуху.

Узнав об этом, я совсем не поверила в услышанное.

По воздуху? Это какая сила нужна для этого?

Хотя, деньги на зачарованные камни у нас есть, если конечно прижать все выплаты, то можно даже полноценный артефакт купить, но...

— Рад же только третий год учится. Чему он там обучается? — не верила я Ильену и пыталась перебирать струны на гьяру.

Мужчина слушал мой маленький экспромт и морщился.

Да, из меня не получится истинной леди. Хотя, Ен и пытается сделать из меня высокородную красавицу, но я не считала себя таковой и все "высокородные дела" у меня получались плохо.

— Твой брат уже на третьем кругу обучения, — усмехнулся Ильен и подошел ближе, чтобы вновь указать мне нужные струны. — Он очень быстро все схватывает. Скоро первый покорит. Он действительно гений. И я чувствую, что в артефактах он тоже будет делать прорыв за прорывом, поэтому я буду лучшим на алхимии.

В комнату тихо вошла прекрасная Сати.

Гьяру под нашими с Ильеном руками замолчала.

Девушка была старше меня на два года и выглядела очень женственной имея весьма привлекательные формы.

Она смотрела на нас ярко - зелеными глазами и старалась спрятать свое любопытство за дежурной улыбкой.

— Господа, прошу на обед, — с красными щеками она наблюдала за нашим с Ильен близким расположением.

— Спасибо, Сати, — довольный мужчина аккуратно сжал мои пальцы и улыбнулся. — У нас с тобой получилась прекрасная девочка, — усмехнулся он, говоря, конечно, о служанке.

Но смысл его слов почему-то воспринимался двояко. Чтобы отогнать от себя смущение, я вспомнила как мы с Еном несколько месяцев боролись за жизнь и тело этой девушки. Наши дары работали на всю свою силу, удерживая, питая, создавая. А сколько странных жидкостей было влито в полубессознательное тело? А как мы мучались, когда Сати очнулась и ничего из своей жизни не помнила. Даже того, как разговаривать!

Мы для нее словно стали родителями, которые учили ребенка заново ходить.

Но Сати очень сильная и способная девочка, ведь ее сознание вернулось из самых темных уголков Грани. Она очень быстро обучалась и, почему-то меня с Еном считала парочкой. А когда я пыталась все отрицать, она лишь загадочно улыбалась и краснела.

Вот и пришел день моего рождения!

Ильен устроил мне настоящий праздник: сводил на площадь к приехавшим на дворцовый праздник животным. Накормил вкусняшками, закупил все что я не просила. А я просто шла по рядам и думала как все можно сделать в Наори, для Наори и все ради братиков.

Ведь мне исполнилось четырнадцать лет... скоро я покину свой дом и своих родных. Нужно оставить после себя самые лучшие воспоминания.

Выйдя на улицу из очередного бутика я заметила, что люди почему-то стараются взобраться повыше. Маги продавали способность левитации для горожан и поднимали их к крышам здания.

Ильен нахмурился, вглядываясь куда-то в даль, а потом он засмеялся.

— У бешенного зверя все же получилось оседлать даже ветер, — довольно произнес мужчина и взял меня на руки. — Держись, сейчас ты получишь еще один подарок с самого неба.

Не понимая ничего, я прижалась к его широкой груди и еще раз отметила, что мне нравится его тепло и близость.

Ильен с помощью магии взмыл на крышу храма и указал куда-то рукой. Мои юбки подхватил ветер и бросил их мне в лицо, сдвинув шляпку, а позже и ее сорвал порыв, растрепав мою сложную прическу и делая лохматой.

— Почему у женщин так много ерунды всякой? — возмутился Илтен, собирая мою юбку, чтобы я смогла все разглядеть. — Она ведь ни от кого не спасает.

Ткань наконец поддалась и я увидела странную конструкцию, которая плыла по небу в нашу сторону. Шокированно разглядывала странную железную корзину которую неснебольшой светящийся шар. Вокруг этого изделия слышался свист и я буквально видела потоки магии исходящие от него. В обычной жизнь, обычные люди не видят цвет магии, а сейчас... синии всполохи, меняются на зеленые, желтый цвет кружит вокруг корзины, а красный мигает внутри шара.

— Радуга, — тихо прошептала я, ища тепло на груди Ильена.

Наверху очень холодно, но в одно мгновение я забыла о неудобствах, когда смогла разглядеть пару людей, которые старательно махали мне с магом руками.

— Тая! ТАЯ!!! — донес до меня ветер и я ощутила, как мое сердечко сжалось.

Брат.

У этого мелкого негодника получилась еще одна бредовая идея. Я почему-то ощутила грусть, ведь... я старшая, но ничего грандиозного не могу создать или сделать. Рад - гений и ему нужна девушка, которая всегда сможет его поддерживать. Как хорошо, что я нашла Сати. Вовремя нашла. Я хоть что-то смогла сделать ради счастья братишки.

Странная конструкция подлетеле максимально близко, обдавая меня и Ильена парами зеленого цвета.

— Тая! — Радоис встал на край корзины и быстро спланировал к нам.

Я протянула к нему руки и тут же оказал в крепких руках брата. Он прижал меня к себе и не собирался отпускать. Он кутался в меня, прижимаясь всем телом и не замечая на мои растрепанные на ветру волосы и "плавающие" юбки.

— Ты молодец, — гладила я спину брата, ощущая, как тело рядом со мной дрожит. — Ты великий человек и самый лучший брат, — шептала я.

— Я соскучился, — тихо прошептал он и осторожно отстранился.

На секунду я увидела в его глазах застывшие слезы. Но меня отвлекли собственные юбки, которые вновь взметнулись вверх. В этот момент губы брата поймали мой вздох, поглотили его и приглушили мой вскрик.

— С днем рождения, Тая, — прошептал он и отошел от меня на несколько черепичек прочь. — Ненавижу терять свое, поэтому буду наказывать очень жестоко! — пригрозил мне Рад и почему-то я увидела в его взгляде доселе незнакомое мне желание... он желал меня, как мужчина и не прятал этого!

У меня все в животе сжалось. Я ощутила как мое сердце замерло, а страх липкими пальцами сжал горло. Мы же... брат с сестрой. Неужели, он хочет повторить грех своего отца?

— ... в дирижабль, — я пропустила начало приказа брата и с силой вжалась в Ильена, боясь... самого дорогого человека на свете - любимого брата!

Не помню, как оказалась внутри летающей повозки и как смотрела на проплывающие внизу крыши домов и мелких людей. Я прижималась к Ильену и прикрывалась от Рада Милом. В их обществе я чувствовала себя в безопасности.

Наверное, Раду нужно как можно быстрее подарить Сати! Я ее специально на "уроки" в постыдный дом отправляла. Ее обучали именно для того, чтобы гасить мужское желание, вот пусть Рад на нее так смотрит!

Глава 60

Позже я не видела такого же взгляда брата. Точнее сказать... Радоис Наори произвел фурор и построил себе карьеру изобретателя. Теперь в академию в тестовый центр бегут все мужчины и ученые города. Каждому интересен дережабль и все теребят Рада, желая узнать подробности, но он молчит. Проводит экскурсии и загадочно улыбается.

Чтобы хоть как-то его поддержать, я посылала Сати с обедом для него и Ена с Милом. Сама же я получила приглашение от семьи Мари на обед.

Неужели дед решил не портить с нами отношение и решил извиниться за все?

Но я не успела сходить в гости к родственнику. Внезапно, я получила другое приглашение на тоже время - имперская библиотека в Золотом дворце ждала меня от имени Архивариуса!

И я, конечно, выбрала библиотеку.

Я очень сильно переживала, собираясь на встречу, ведь понимала что не книги меня ждут, а сам Император или же подставное лицо. Главное - за нашей беседой будет наблюдать сам Император!

И мне было интересно, что мне скажет государь, который решил выбросить своего ребенка на границу Империи, а когда тот подрос и заметно продвинулся хочет его заполучить обратно.

Из-за составления плана беседы я крутилась всю ночь и не могла уснуть, поэтому решила прилечь к младшему брату в кровать, как в далеком детстве. Но я замерла перед его дверью, вспомнив тот злополучный поцелуй и его жаждущий взгляд.

— Тая? — в коридор выглянул Мил.

Вот тот, кто точно ничего не станет от меня ждать!

— Милый заинька! — проскулила я и игриво упала парню в руки. — Я уснуть не могу, помоги.

Я надула губки и похлопала глазками, стараясь играть максимально реалистично и при этом не засмеяться.

— Ты боишься встречи с Мари? — удивился Мил, но до своей комнаты послушно донес на руках.

Я не говорила мальчикам, что еду во дворец, так и оставила легенду с Матисом. Не хочу, чтобы они так же волновались, как и я.

— Как ты думаешь, на что еще способен мой брат? — я смотрела в потолок и лежала на мужской кровати, впитывая странный мускусный запах.

— На все, пока у него есть такая поддержка, как мы, — Мил погасил свет артефакта и подполз ко мне. — А теперь, спать.

Через какое-то время я поняла, что мне и рядом с Милом неуютно. Одеяло постоянно сползает куда-то и парень ищет его на моем теле. А когда его грубая рука накрывает мой живот, я вообще вздрагиваю и тут же сжимаюсь в комочек. Даже пальчики на ногах поджимаются.

— Я наверное, пойду, — через пару объятий я решила, что лучше всю ночь не спать, чем мучить свое тело странными спазмами.

— Вновь не будешь спать? — в тишине раздался тяжелый вздох. — Хорошо, давай я заставлю тебя уснуть.

— Как?

— Напрягу каждую мышцу твоего тела, натяну каждый нерв, как струны гьяру и сыграю на них древнюю историю зарождения жизни! — услышала я серьезный голос мальчика ‐ зайчика и... тут же попыталась сбежать.

Такие вещи иногда говорят перед первой брачной ночью девушке.

Но мою ногу поймали и стали щекотать. Я попыталась отбиться, но попала в плен и могла только смеяться, когда пальцы парня играли на моих ребрах, икрах и животе.

Когда я разомлевшая погружалась в дрему, то услышала недовольный шепот Мила в темноту:

— С каждым годом с ней все труднее. Я скоро евнухом стану.

Уууммм? О чем он? Но... его метод сработал. Я все же уснула.

Благодаря Милу, на встречу с книгами я приехала бодрая и в хорошем настроении. Церемонимейстер меня сразу проводил во дворец и не останавливаясь нигде, повел по тихим коридорам здания. Я лишь успевала понять, что цвет ковра поменялся или окон прибавилось. Я буквально бежала за этим слугой и даже в библиотеке не смогла догнать.

— Вам подадут чай. Молока добавить? — высказался он, как только я ступила на порог огромного зала.

— Нет, — задыхаясь ответила я и едва успела отойди с пути этого быстроногого человека. — Ему и конь не нужен, сам всех обскочет, — пробубнила я и с опаской вошла в помещение.

Огромный зал был заставлен стелажами с книгами и даже был второй, явно надстроенный этаж, для этого богатства. У меня глаза разбежались в стороны, а аромат дорогой кожи и накрахмаленных страниц унесли меня в детство где я могла перечитывать единственные две книги и быть самой счастливой.

Имперская библиотека! Здесь книги на все темы мира! Сочинения вольных авторов и научные труды исследователей! Это же клад! И меня сюда пустили!

— Вот бы я видел такое же восхищение на лице сына, когда говорю про учебу, — раздался за спиной довольно знакомый голос.

Я быстро повернулась и едва не упала на колени, ведь передо мной стоял сам Император Каурус. Я его, конечно, в ранг Камиллы не возвожу, но все же... это огромная честь, включая тот факт, что я девушка.

— Здравствуйте, — я сделала приличный поклон и стараясь играть деревенщину, спросила: — Как к вам можно обращаться?

— Я Архивариус, — Император не стал раскрывать своей личности и он уверен, что я его в лицо не знаю. — Пришел, чтобы помочь в выборе книги и развлечь дорогую княжну бесодой.

Сомневаюсь, что у него такие мелкие планы на меня.

— Хорошо, тогда я хочу узнать побольше о врачевании, — я сделала заинтересованное лицо и пошла к стелажам.

— Вам ведь интересно внутреннее строение человека? Его органы и функции каждой клетки? — раздался задумчивый голос за спиной. — Не обычные познавательные общедоступные энциклопедии вас привлекают, княжна Атаная.

Хотелось, спросить, откуда он знает о моих увлечениях, если я стараюсь прикрывать свое хобби и не показываю свои умения.

— А здесь такое есть? — я решила играть глупую девочку, которая вообще далека от мира и всю жизнь прожила на границе рядом с курицами. — Эти знания ведь секретные и постыдные, — тихо прошептала я. — Разве, такой, как мне их дадут?

— Я могу вам, даже подарить копию одной такой "секретной" книги, — послышался смешок за спиной.

— Разве Император не будет в ярости, если узнает об этом? Я не хочу его отвлекать от государственных дел и очень уважительно отношусь к Его Высочеству.

Главное, заверить Кауруса в своей полной лояльности. Я не хочу накалять отношения между Наори и Империей. Если брату понадобиться, то пусть занимает трон, но пока... нам нужны доверительные отношения.

— Будьте уверены, что Император не разозлиться, даже если узнает.

Мы зашли в лабиринт стелажей и я даже испугалась, не зная куда идти дальше. Каурус вышел вперед и повел меня за собой.

— Госпожа Наори, как бы вы охарактеризовали своего старшего брата? — теперь Император задавал вопросы, а я послушно следовала за ним и отвечала.

Но брата надо описать максимально реалистично, чтобы мои слова совпадали с тем что мужчина уже знает.

— Он резкий, а характер у него взрывной, но при этом он очень сильно дорожит тем, что принадлежит ему. Так же, он с детства был необычным, отличался умом, сообразительностью и живым мышлением. Он открыто показывает свою неприязнь и заинтересованность. Увлекается собственными идеями и не замечат, что сам падает от усталости. Он может заснуть в любом месте, где чувствует безопасность для себя. Он не просит прощение, но при этом сам стоит на кухне и готовит самые великолепные блюда, если провинился. Если он поддерживает кого-то, то это сразу заметно, ведь тогда Рад становиться серьезным и собранным. А когда он обижается, то быстро отходит, стоит попросить прощение и выполнить одну его просьбу. Он очень нежен в общении, но пугает когда начинается ссора. Ему все дела по плечу и он это прекрасно знает, но при этом не мнит себя великим человеком. Ему нравиться все объяснять и он увлеченно рассказывает о чем-то, если видит такой же интерес у аппонента и он... быстро растет, — я запнулась, поняв, что слишком долго говорю о Радоисе. А ведь я хотела сухо описать самые поверхостные черты его характера.

Император давно уже замер и смотрел на меня весь мой монолог. Когда я закончила, я почему-то ощутила смущение и отвела взгляд.

— Я вижу, что вам нравиться ваш... хмм, брат, — усмехнулся Каурус и улыбнулся мне.

— Как брат, он великолепен, — я решила быстро оправдаться и перевести тему разговора. — Он будет хорошим князем Наори.

— Но, у вас же есть еще и Оскар. Он ведь тоже маг. Интересно, как так получилось?

Я замерла, понимая одну очень важную вещь, передо мной маг, который почувствует ложь. Радоис с Ильен прекрасно ощущают вранье и начинают хмуриться, поэтому в таких случаях проще недоговаривать.

— Наверное, Наори у нас магическое, — неуверенно начала я объяснять и увидела, как брови собеседника сдвинулись на переносице.

Император понял, что я вру и знаю точный ответ на конкретно заданный вопрос. Будь я его вассалом с печатью клятвы, то ощутила бы боль. Но я всего-лишь ребенок, девочка и лишь имею гражданство империи.

— Так почему твой младший брат родился магом? — опять, четко заданный вопрос на который нужен прямой ответ и ложь понизит уровень доверия к Наори.

— Не знаю точного ответа, — я сжала кулаки за спиной. — Мой старший брат - маг. Может это его влияние так подействовало на маму? К тому же, это явление обычно, если хоть один ребенок маг, то возможно и второй родиться магом.

— Ты же прекрасно понимаешь, что твой старший брат, не такой же, как младший. Я чувствую твое замешательство каждый раз, как ты говоришь "брат, родил у мамы".

Каурус смотрел на меня взглядом способным разрубить гранит. Еще одна моя ложь и меня, наверное, тут же казнят.

Что же сказать? Как выкрутиться? Я ведь знаю ответ!

— Отец винит во всем меня, — тихо начала я бормотать, стараясь говорить почти правду. — Он считает, что я слишком близка была с мамой. А после рождения Оскара она умерла. Младший брат с моих рук не слазил и постоянно плакал, если я уходила. Отец ненавидит и меня и Оскара. Но я считаю, что это милость Камиллы. Она вернула в Наори, то что потерялось во времени и дало этому расцвести, наполняя все вокруг силой.

Надеюсь, иносказание очень красивое и максимально правдоподобное получилось.

Император не хмурился больше. Посмотрел на мою вытянутую по стунке фигуру и тут же продолжил идти.

— Так, а кого ты хочешь видеть князем в Наори? — внезапный вопрос выбил меня из равновесия и я едва не упала.

— А при чем тут Я? — по-деревенски возмутилась я, забыв об этикете. — Вы забыли, что я девочка и мое слово ничего не решает в плане наследования?

— Почему же? — Император тоже отошел от правил приличия. — Я знаю кто ты - Атаная Наори, старшая дочь Таны и Атиса Наори. Единственная девушка, которая смогла реорганизовать бунт на своих землях, при этом получила доверие со стороны своего народа. Единственная торговка, которая не достигнув десяти лет развернула торговую деятельность на всей территории Империи и мудро поставляла свои товары в малых количествах, чтобы управлять не только рынком, но и высокородными людьми. Атана Наори смогла найти строителей новых технологий, таких как: доменная печь, красильные машины, железоплавильные станки. Да, Радоис Наори высказывал свои идеи и писал, что ему нужно для их воплощения в жизнь, но именно ты - превращала слова в действие и материал. Атаная Наори не боиться сталкиваться с трудностями и стоит перед лицами имперских служащих с высокоподнятой головой, зная свою силу и влияние. Каждая семья хочет породниться хотя бы с одной из Наори, но в особенности, со старшей сестрой. При этом, саму Атанаю Наори в лицо мало кто видит, но все говорят о юнной гениальной девочке, которая создала свою школу для всего народа Наори и подарила этой школе многие книги написанные своей рукой.

Я смотрела на Кауруса и не верила тому, что он говорит. Разве я настолько известная личность? Ладно, Радоис, он гениален во всем! Но я просто пытаюсь исполнить мечту брата и расширяла производство, чтобы иметь возможность закупать маг-камни для артефакторики.

— К тому же, твоя личность привлекла нескольких лиц. Они ждут не дождуться, когда ты поднимешь бунт и отвоюешь себе титул полноправной и безоговорочной княгини.

Я тут же вспомнила Матушки и странный Совет на котором она обсуждала достойных девушек и желала помочь им получить свою собственность и признание.

— Нооо, я не хочу одна править, — мой голос задрожал.

Я представила, что Матушка шепчет мне в ухо: "Убей братьев. Правь. Отвоевывай для женщин свободу! Веди восстание к вратам Золотого дворца! Пусть столица захлебнется в отчаянье! А тусы, будут ждать всех женщин и девушек. Мы поддержим".

— Тана, Оскар и Рад... они единственные, ради кого я все это делаю, — я сжимала кулаки, понимая, что даже к тусам больше не хочу. Мне хватит и того, что я увижу счастливое будущее своих братьев и сестры. — Если кого-то из них не станет, то... я не переживу, — я с вызовом посмотрела в лицо правителя и стойко выдержала его тяжелый взгляд.

— Ты заметила, что Радоис не питает особой любви к Наори и заниматься делами имения не спешит? — перевел Император тему и медленно пошел дальше.

— Брат изобретатель и он редко думает о том, что будут есть крестьяне зимой и весной, пока не появится новый урожай и хорошие дороги. Но он очень ответственно решает вопросы, которые я на него возлагаю, — я оправдывала братишку, как могла.

— Оскар тоже маг и ему обязательно надо пройти обучение в столице. Леди Атаная, вы же знаете, что магов нельзя неволить и наследуют они земли лишь после клятвы Императору.

— Да. Они становятся вассалами, — я понимала это, но не знала к чему ведет этот странный разговор.

— Вам подобрали достойного жениха?

Опять сменил тему?

— На счет этого я почти ничего не знаю, — я прижала руки к гиуди.

Я правда ничего не знала, ведь эта паралель сильно изменилась, а отец уже который год не появляется на поле боя, чтобы заключать мир с тусами с помощью брака.

— А кем бы вы хотели быть после помолвки?

Кем? Женой. Обычной... хмм, не хочу быть той кто стоит за спиной мужчины и не смеет лишний раз возразить. Мне понравилось управлять и считать прибыль. Я ощутила вкус жизни в этой новой паралели, а если меня отдадут тусам, то там ничего этого не будет. Матушка вновь вскружит мне голову и запрет в подземелье.

— А мне разрешат чем-то заниматься? — искренне удивилась я, зная положение женщины в Империи.

— А разве вы позволите игнорировать себя? — тут же ответил Император и наконец дошел до... столика в самом начале зала.

Мы сделали круг?

Мужчина поднял тяжелый фолиант со стола и передал мне его лично в руки.

— У вас очень полезное хобби, чистый разум и доброе сердце, все это прекрасно сочетается с твердым характером, острым умом и пониманием окружающего мира. Я очень сильно хочу получить такого воссала в Империю и посмотреть как сильно измениться мир. Но для начала, подумайте о своем личном будующем, леди Атаная Наори. Не о желаниях семьи, а о себе и решите куда вы будете двигаться. Если решите стать полноценным врачевателем, то напишите Ильену Ари о своем желании. Обещаю, помочь вам на вашем пути, но... вы тоже должны пообещать, что возьмете отвественность за Наори и те перемены, которые вы повлечете за собой.

Я аккуратно взяла книгу в руки и ощутила ее тяжесть.

— Тяжело, — пробормотала я.

— Ответственность, она такая, — услышала я затихающий голос и резко подняла голову, чтобы попрощаться.

Но в библиотеке я осталась одна.

Через пару секунд в двери появился церемонемейстер с подносом в руках. Заметив книгу в моих объятиях, он сморщился.

— Мне приказано отдавать вам любую книгу в которую вы вцепитесь. Не знал, что так быстро вы найдете любовный роман. Я ведь их все убрал, — он недовольно поставил чашку чая, но при этом не пролил и капли жидкости. — Наслаждайтесь, но не забывайте, что вам выделили самого главного слугу Его Величества. Если Император меня не дозовется, то...

— Проводите меня пожалуста на выход, — я все так же цеплялась за книгу и смотрела по сторонам ища Кауруса.

Неужели это был тот Император, который повесил моего отца, истребил тусов и изнасиловал свою младшую сестру? Не похоже, чтобы он смог принудить девушку к такому греху. Он скорее всего, уговорил ее как-то.

А почему Император встретился со мной лично? Неужели, я такая важная персона? Но я всего-лишь девушка!

В дороге до дома магов я думала о том, что я полностью изменила паралель и теперь даже не знаю к чему готовится. Самое главное, я понисала одно, нельзя идти против Императора! Он очень хитрый и продумывает все наперед. Правда, со мной он просчитался. Я ведь не смогу повлиять на общественность, чтобы склонить народ на свою сторону.

Или он увидел во мне что-то, что я не замечаю?

Приехав домой я поняла, что вновь осталась одна. Рад и Мил вновь копаются у дирижабля, а Ильен стал асистентом у третьего круга и обучает юнных магов мастерству.

В прихожей меня ждала Сати. Она улыбалась, показывая ровненькие белые зубки.

— Госпожа, вам доставка. Ее привезли, как только вы покинули дом, — она указала на длинную деревянную коробку в гостинной. — Отправитель неизвестен.

— На дверь похожа. Только зачем ее так упаковывать? — пробурчала я.

Сати пригласила Демьяна и он осторожно распаковал посылку. Внутри оказалось... огромное зеркало!

Очень дорогой подарок! Учитывая то, что Наори производит лишь полупрозрачные стекла. О зеркале я даже не мечтала!

Из недр этого великолепия на меня смотрела высокая, стройная девушка, с огромными почти желтыми глазами, бледно розовой кожей. Ее темные волосы едва удерживали заколки, а одна прядь выбилась и отливала темно-рыжим на свету. Красные припухшие губы, говорили о моей привычке их покусывать всякий раз, когда волнуюсь. Но... это знаю лишь я.

Окащывается, я красивая и даже очень миловидная. Я прикоснулась к лифу платья и с завистью посмотрела на грудь Сати. Да, мне до нее далеко, но я ведь только расту!

Я поняла сразу от кого этот подарок... еще один подарок в довесок книге. Он будто напомнил мне, что я не бледная тень на листах Золотой книги, а самый настоящий главный герой!

Хорошо, я посмотрю, что смогу предложить Империи и найду свой личный путь развития! Я постараюсь!