Проклятье дальних морей. Корсары-1

Глава 1

-Мы хотим найти сокровища и найдем их! А вы хотите спасти свои жизни...Мы можем договориться. (Р.Л.Стивенсон "Остров Сокровищ")

Мальчишкой я жил с мамой в Портсмуте, в нескольких милях от порта. Когда я смотрел на заходящие корабли в гавань, я мечтал о далёких берегах и свежем ветре над океаном. Я знал, что однажды буду капитаном. Одним утром я смотрел на две каравеллы, собирающиеся уплывать. Удивляясь, я задавал себе вопрос: Почему меня бросил отец? Действительно ли из - за кораблей и дальних стран? Незаметно сзади подошла моя мать. Она уже довольно стара, и я помогал её во всём. - Мама, - обернулся я, - что ты здесь делаешь? - Это кровь твоего отца зовёт тебя в море. Вот, возьми этот медальон, - мама положила мне в руку довольно увесистый круглый медальон с изображением какого - то человека, - здесь его портрет. Он передал его мне, попросив, что бы я отдала его тебе, когда ты в первый раз выйдешь в плавание. Ты будешь капитаном, как и он. А сейчас - плыви. И прощай.

Это были трудные времена для всей Европы. Близилась война между Англией и Испанией, и об этом знали все. Власти нанимали частных торговцев для перевозки важных грузов. Те не были против, потому что они получали прибыль, да и конвои не редко сопровождали их. Я нанялся на перевозчика военных грузов. Первым моим заданием стала транспортировка пороха английским колониям. Всё шло гладко, пока один из матросов на палубе не закричал: "Испанцы!". Это был огромный пинас, идущий нам на перерез. Разрывом первой же бомбы меня оглушило. Пришёл в сознание в цепях. Следующие несколько недель я провёл в тюрьме, пока богатый испанский плантатор не купил меня как раба для своей плантации в далёком архипелаге. После года работы я познакомился с дюжиной смелых ребят. Одним вечером нам удалось перерезать цепи и сбежать на маленьком корабле, стоящем в порту. В каюте капитана я нашёл карту с несколькими островами этого архипелага. Самым ближайшим английским островом оказался Хайрок. Я решил направиться туда и попросить у губернатора английский корсарский патент, что бы отомстить за несправедливость. Через пять дней мы бросили якорь в гавани Хайрока...

Улицы Хайрока сильно напомнили мне Портсмут, где я жил с матерью. Те же двух - трёхэтажные домишки, та же одежда горожан и солдат, что удивительно, ведь между этим архипелагом и Европой целый океан. Черепица на крышах варьировалась от ярко - красного до бардового, края загибались и образовывали собой некую водосточную систему. А вот цвет кирпичей, из которых состояли дома, имел очень широкий спектр: серый, красный, зеленоватый и даже, иногда, розоватый. Город окружала массивная каменная стена, на которой могли поместиться несколько гарнизонов солдат, в случае осады. Так как город находился на возвышенности, путь к нему проходил через несколько десятков аккуратно выложенных ступеней. Поднимаясь по ним к главным воротам в город я встретил двух охранников в английской форме. Собственно, здесь все военные были облачены в форму алого цвета и треуголкой на голове, но эти выделялись особенно: они держали в руках устаревшие, использующиеся только для вида оружия: алебарды. Как противостоять человеку, целящемуся в тебя из пистолета, учитывая, что у тебя в руках неудобное длинное орудие палача? Солдаты стояли под палящим солнцем, изредка двигая затёкшими частями тела, дабы не получить болезнь, как её... забыл, чёрт возьми. В общем они охраняли массивные врата. Смысла, на мой взгляд, в этом нет - разве двое солдат смогут защитить город от нападения? Я невольно засмотрелся на завораживающие тропические окрестности, так как не видел такого больше года, пока находился в рабстве. Как бы не было здесь красиво, более всего меня тянет в другое место - в море. Солнце было высоко, практически полдень. Прохожих мало, но те, кто бродят меж домов, очевидно заняты каким - то делом. Будучи рабом, я не имел возможности узнавать новости о моде, так что новые одеяния довольно знатных да и просто рабочих людей меня сильно удивили. Не сказать, что я был ошеломлён, мне, по сути дела, было просто всё равно. Неловко было при этом ходить как человек из прошлого. Дамы, как и год назад, явно носили корсеты. Я не сторонник насильного изменения своей фигуры, ведь наверняка существуют какие - нибудь медицинские методы, или, скажем, физические. Корсеты скрывали пышные платья с очень красивым вырезом в груди, и встречал я такое только когда, когда три француженки приплывали на некоторое время в Портсмут. Вот это уже меня радует. Я засмотрелся на декольте одной пышногрудой барышни (Да, я запомнил это название, и что? После этого я не лягушатник, даже не упрекайте) и получил в свой адрес обыденное для меня слово "Нахал". Не важно, незнакомая мне женщина - плевать я хотел на неё. Хотя бюст у неё шикарный... Одежда мужчин не так сильно претерпела изменения, хотя, новшества видно даже невооружённым взглядом. Впервые я увидел на мужчине... короткие платья. Да, да, Шотландская мода пришла и в этот архипелаг. Чёрт, как же ужасно они смотрятся... Под юбками - колготы, в основном белые, на ступнях - обувь на каблуках, сильно напоминающая женскую. Но на ноги прохожим мужчинам я смотреть не стал, а то ещё не так поймут, вместо этого я стал оглядывать то, что называлось пиджаками. Вот эта вещь действительно украшает любого знатного мужа, так сказать, надо бы себе такой приобрести. Или нет, может, он называется фрак? А может камзол? Чёрт его знает, не важно... Встречались так же и любители старой моды: кожаные брюки, белые рубашки, короткие, но закрытые практически везде платья. И зачем надо было что - то менять? Не понимаю. Пока я прогуливался по вымощенной галькой дорожке, ко мне как раз подошёл представитель старомодия. Сначала я не обратил внимания, решив, что это очередной прохожий, но он, по видимому, направлялся конкретно ко мне. Взглянув ему в лицо, я понял, что этому мужчине уже далеко за сорок, его короткая борода с усами ( У нас такое называли "Испанка" ), длинные волосы - всё это свидетельствовало о том, что человек был испанцем. Но, как оказалось из имени, я ошибся. - Эй, мистер, - подозвал меня шёпотом "испанец", - погодите! - Внимательно вас слушаю, - ответил я. - Может хоть вы разумный человек? Может хотя бы вы уже вошли в новую эпоху?! - Прекратите говорить загадками! Что вам от меня нужно? - Знаете, моё имя Альберт. А ваше, мистер... - Шарп. Николас Шарп. - Вот и отлично, Николас, - протянул руку Альберт, и мне пришлось неохотно ответить взаимностью, - я кораблестроитель. Ну это в прошлом, сейчас я лишь изредка изливаю на листы бумаги те бредовые мысли, которые мне взбредают в голову. Но, чёрт возьми, я совершил невероятное открытие! Корабли, которые будут построены по моей конструкции будут ходить без парусов, но в три раза быстрее чем с ними! - Очень интересно. Причём тут я? - Притом, что вы молоды. Все молодые должны следовать прогрессу. А на этом забытом королём острове всю мужскую половину молодёжи забрали в регулярную армию, а девушки от меня шарахаются! Оставшиеся старики меня даже слушать не желают. Вот, взгляните на мои чертежи, - Алберт протянул мне несколько исписанных и изрисованных листков бумаги, на которых были изображены и описаны корабли без мачт и парусов, за то с огромными колёсами по бортам. - Очень интересно, и, - я усмехнулся, - забавно... - Вы тоже считаете меня глупцом?! - Отнюдь. Я считаю вас действительно прекрасно образованным человеком. Но что дадут вам ваши чертежи, если вас никто не захочет слушать? - Увы, Николас, но я ничего не смогу сделать. Я бы хотел подарить их вам, у меня ведь нет семьи и друзей, мне некому больше отдать. А за последние годы вы первый, кто разговаривал со мной больше минуты... - Чёрт, да вы, я смотрю, совсем отчаялись, раз отдаёте главную работу своей жизни практически незнакомому человеку. Я возьму их, благодарю, хотя, по правде сказать, мне было бы по душе узнать, где на этом, как вы сказали, "забытом королём острове", есть магазин, таверна, верфь и... Пожалуй, всё. Резиденцию губернатора я вижу и отсюда. - Как изволите, Николас, - по всей видимости он был даже рад помочь мне, с какими радостными глазами он посмотрел на меня, когда я принимал из его рук чертежи... Город оказался не таким уж и большим. Естественно, это ведь всего лишь колония, хоть и хорошо развитая. Порядка трёх тысяч жителей, около трёх сотен двухэтажных домов, но встречались и трёхэтажные, несколько магазинов, единственная, хоть и большая, таверна, несомненно самое красивое и большое здание - дворец губернатора. За городом располагались казармы, тюрьма и плантации кофе. Последние служили главным доходам в этих землях, после рома, разумеется... Сперва Альберт повёл меня в таверну. Это здание из красного кирпича и с решётчатыми окнами больше напоминали темницу, нежели забегаловки. Зайдя вовнутрь, я был приятно удивлён довольно уютной обстановкой. Красивые деревянные столики и стулья, висящие на стенах картины, но больше всего уюта, скорее всего, давал превосходный большой камин в возле кухни, которая, в свою очередь, располагалась в противоположном от входа конце длинного прямоугольного помещения. Усевшись за свободный столик в углу, мы подозвали трактирщика, которого, как оказалось, звали Джереми Виндем. Полный, лысый и постоянно улыбающийся своей белоснежной улыбкой тавернщик внушал не только доверие, но и некое чувство, которое невозможно объяснить словами. Не стоит забывать его имя, оно ещё может пригодиться. Наш заказ был довольно скромен, но очень сытен: крупное, прожаренное в масле седло барашка с приправами и специями по португальскому рецепту, блюдо с запечённой картошкой и пара кружек самого отборного, по словам Джереми Виндема, рома. После небольшой трапезы, Альберт уселся поудобнее, облокотился руками на стол и начал поведывать мне об этом, как он сказал, богом забытом архипелагишке. - В основном, - начал он, - здесь господствуют три нации: Англия, гроза морей, Испания, славящаяся своими несокрушимыми прибрежными фортами и Франция. Но о ней я ничего не могу сказать хорошего, да и не хочу. Эти лягушатники, когда мне было всего пятнадцать, приплыли на Хайрок и... Так, что-то я отвлёкся. Ну да, есть ещё две державы, не особо выделяющиеся на фоне основных: это Голландия и... Постой, я сказал две? Я имел в виду одна. Есть ещё одна фракция, называющая себя Братством. Они пираты, и их следует остерегаться. - А как же Португалия? - Ах, - отмахнулся Альберт, - эти торговцы здесь ничего не значат. - Торговцы? - Да, да. Флота у них в этих водах нет, береговых крепостей и подавно. Они лишь выращивают сахарный тростник да кофе. Из тростника делают ром, склады которого часто подвергаются набегам пиратов. Ну вот, собственно, о державах мы закончили, - он сделал большой глоток из кружки и продолжил, - Главной английской колонией по правилу называется Хайрок. И не удивительно, ведь Хайрок - это самый большой и крепкий форт, это неприступные воды и несокрушимая армада прекрасных кораблей, некоторые из них, кстати, были построены по моим чертежам. - Да, вы, видно, прекрасный кораблестроитель, раз ваши чертежи обретают материальный облик аж на службе самого губернатора. - Не буду скромничать, но однажды я был одним из самых знатных людей в этих водах. Но, как я говорил, эти лягушатники, когда мне было пятнадцать, нет, двадцать, они... Так, отвлёкся, извините. Джереми, - обратился Альберт к трактирщику, - ещё рома, пожалуйста, - сказал он, повернулся ко мне и произнёс на порядок тише, - за мой счёт. Вдоволь наевшись и напившись, мы отправились в самый крупный магазин. Необходимо было продать те товары, которые я нашёл в трюме угнанного корабля. Здание было невысоким, хотя, по словам Альберта, где - то за городом находились огромные склады этого торговца. Зайдя внутрь, мы поздоровались с хозяином и перешли к делу. Груз полотна ушёл за триста монет, кофе - за пятьсот. В трюме оставалось ещё немного рома, но, я решил, что пусть оно лучше достанется матросам. Вряд ли те пятьдесят монет, которые я получил бы за него, сильно помогли бы в моём положении. Следующей точкой в нашем путешествии стала верфь. Про неё ничего хорошего сказать не могу, так как её, скорее всего, не чинили уже лет сто, наверное. Но выбирать не пришлось, так как необходимо было починить корабль. Паруса в некоторых местах были порваны, а борта побиты. На полпути к этому месту мой проводник остановил меня. - Зачем вам идти к этому злому человеку? - Почему злому, Альберт? Мне надо починить мою посудину. - Может, не стоит? Я ведь в прошлом не только чертёжник, но ещё и неплохой плотник. Я помогу твоим ребятам подлатать судно... - Ну, если ты утверждаешь, тогда ладно. Слушай, Альберт, у меня как раз нет плотника на корабле. Хайрок тебе больше ничего не даст за твоё умение, а я могу тебе давать, скажем, триста золотых дублонов в месяц. Или пиастров. Ну, это уже тебе решать. - Николас, ты смеёшься? - Разве я предложил малую сумму? - Нет, сумма велика! Я не получаю и тридцати дублонов в месяц за свои труды, а ты предлагаешь мне сразу триста! Я польщён... и согласен. - Отлично, Альберт. Отправляйся на корабль, это небольшой красный барк, спросишь у ребят, мы назвали его "Принципио". Мне осталось лишь заглянуть к губернатору, а его я и так найду. Вот тебе сразу сто монет - аванс. - О боже, Николас, ты щедр! Уже отправляюсь на борт, - Альберт отдал честь и убежал. На последок я лишь успел добавить: - Альберт, я теперь твой начальник. Изволь обращаться ко мне по всем правилам и по уставу... Возможно, зря. Я даже не знал, каков он в действии, но всё равно согласился принять его на борт. Время покажет, а пока я направился к резиденции. Огромное, в сравнении с другими, здание, выложенное из белого кирпича, окружённое стражей, стояло на центральной площади. Мне не составило труда пройти к губернатору, так как никаких других посетителей у него больше не было. Поправив растрёпанную одежду, я отворил двери. Небольшая комната сияла ярким светом от нескольких десятков свечей, расположенных в подсвечниках на стенах. Картин было много, и все они были явно написаны рукой мастера. Мебель ювелирной работы подчёркивала всю аристократичность этого кабинета. За столом сидел человек в роскошном одеянии и с пёстрой треугольной шляпой на голове, лет пятидесяти на вид. По всей видимости, это и был губернатор. Так как больше никого тут не было, я решительным шагом подошёл к его столу. - Доброго времени суток, - поздоровался я. - И вам, - он оглядел меня с ног до головы недоверчивым взглядом и продолжил, - Надеюсь, у вас есть причины вторгаться столь бесцеремонно? - Разумеется, ваша светлость. Сначала позвольте представиться, капитан Николас Шарп, вольный владелец небольшого барка "Принципио". - Очень приятно. Губернатор колонии Хайрок, сэр Самуель Мортонс, к вашим услугам. - Рад знакомству, сэр Мортонс. Давайте перейдём к делу. Я сюда явился не просто так... - Ха, - усмехнулся Мортонс, - иначе бы вас сюда не пустили, мой мальчик, - он засмеялся, и мне пришлось посмеяться вместе с ним, дабы показать, как мне понравилась его шутка. - Естесственно, - заставил я выдавить улыбку, - насколько я знаю, у вас не хватает кораблей. - И вы хотите предложить мне свой? О, ваша щедрость не знает границ. Подпишите эту бумагу... - Нет, вы не поняли. Я бы хотел не отдавать, а получать, и, взамен, делиться с вами. Мне бы хотелось получить английский корсарский патент. - Хм, - с лица Мортонса мгновенно сошла улыбка, - от свободных корсаров у меня одни лишь проблемы. В последнее время их стало слишком много и за всеми невозможно уследить. - Прошу, сэр, примите меня на службу, и вы не пожалеете. - Капитан Николас, в действительности ли вы желаете иметь привелегию свободного корсара на службе Англии? - Конечно, иначе быя сюда и не пришел, сэр Мортонс. - Что ж, - вздохнул Губернатор, как будто у него больше не осталось выбора, - я подпишу приказ о назначении. Желаете ли вы ознакомиться с необходимыми документами, или, как остальные, просто используете их в других целях, скажем, что бы... - Я понял вас, сэр, не надо грубостей. Да, желаю ознакомиться. Мортонс протянул мне бумажку, на которой красивым почерком было написано следующее: "Я, властью данной мне королём Англии и Господом назначаю капитана Николаса Шарпа вольным корсаром на службе Англии, и позволяю ему безпрепятственно грабить и топить корабли недружественных нам держав а так же захватывать их колонии. Капитан Николас Шарп обязан безприкословно выполнять поручения всех представителей власти в этом архипелаге, чей титул не меньше, чем барон". Я отдал бумагу Мортонсу, а тот, в свою очередь, росписался под текстом и поставил жирную печать. - Капитан Николас Шарп, простите, что без церемоний, но вручаю вам этот корсарский патент. В случае утери или кражи его вы должны незамедлительно сообщить об этом лично мне. А теперь берите его, - он снова протянул мне бумагу, - и отправляйтесь на Тендейлз. Доставьте губернатору этой колонии сэру Клиффорду Брину это письмо. В нём, заверяю вас, нет никаких государственных тайн, но, предупреждаю, если окажется, что печать будет сорвана до доставки, вам прийдётся отвечать головой. - Так точно, сэр Мортонс. Если вы не против, я оставлю вас и отправлюсь на Тендейлз. - Всего хорошего, капитан. Тьфу. Как меня раздражает эта церемонность. Меня этому учили в школе, и, когда мне отвечают в таком же тоне, мне становится не по себе. Тем не менее, я отправился в таверну. Очень хотелось промочить горло кружкой рома. Первый, кого я услышал в таверне, был трактирщик Джереми Виндем. Он крикнул что - то вроде "О, мой друг! Садись, сейчас я принесу выпить!". Посмотрев на обилие свободных столиков, я решил выбрать именно тот, за которым мы сидели вместе с Альбертом, но, подходя к нему, меня дёрнул за рукав сидящий за соседним столиком английский солдат в форме, и был он, мягко говоря, пьян. - Да, вам что нибудь нужно? - Эй, друг, - начал свою пьяную речь солдат, - ты не выпьешь со мной? - Отчего бы и нет? Я всё равно собирался выпить. - Тогда, эм... Ах да! Тогда садись рядом со мной. Я послушно сел, ожидая какой - нибудь пьяной байке о том, как он сражался с тысячью французами и победил их. К счастью, он не стал ни о чём трепаться и просто молчал некоторое время, пока мне не принесли мой ром. Наконец мой собеседник оживился, поднял свою кружку и молвил: - Прости, дружище, что молчал, но то, за что я пью, надо пить... Тьфу, в общем мою историю надо слушать под кружку рома. - Эх, да ты совсем пьян. Ну давай, выпьем за твою историю, - поднял я свой ром и глотнул. - Так, вот, как тебя там... - Николас. - Да, Николас, я сегодня пьян, - с видом разоблачённого шпиона сказал солдат. - Знаешь, это трудно не заметить... - Не перебивай. Я пьян, потому что напился. - Неужели? - Малыш, я тя щас побью. Помолчи хоть минутку! - Понял, молчу, - с видом слушателя я уселся и стал внимать. - Я пьян, потому что напился. Ах да, я это уже говорил, ну и чёрт с ним. Меня назначили капитаном одного из грузовых судов, правда здорово? - О, это, наверное, большая удача для тебя. Давай выпьем за это, - мы чокнулись и выпили по пол - кружки. - Но это ещё не всё, - продолжил солдат. Боюсь, что первое моё задание на этом фрегате будет последним. Ик... - Интересно. Почему же это? - Наш, ик, офицер говорит, что этим кораблям уже сто лет, и их за это время ни разу не чинили. Он так же не понимает, как губернатор Мортонс сквозь пальцы смотрит на это, и посылает важнешие грузы именно этими судами. - Странно. Может, тебе стоит выяснить это? - Я пытался, меня выгоняли взашей, и я... Эй, парень, ты куда? - К Мортонсу, - я встал и направился к двери, - можешь допить мой ром, я скоро буду. Признаться, я считаю, что совершил глупость. Это не моё дело - выяснять дела чёрт знает кого. Но, тем не менее, когда я что - то задумал, остановить меня очень сложно. И вот я, быстрой походкой, снова направился в сторону дворца губернатора. Вообще, меня трудно сломить в плане моих действий, я скорее застрелюсь, чем откажусь от своих целей. Однажды мне взбрела в голову мысль: пойти и ограбить магазин. Я знал, что это полная глупость, со мной просто поспорили на одну монетку. Возможно, я даже добился бы цели, если бы не две причины: первая - у меня не было оружия, вторая, самая смешная, - мне было всего двенадцать... Губернатор был удивлён, увидев меня второй раз за час. Я подошёл к столу и вновь поприветствовал его: - Доброго дня ещё раз, сэр Мортонс. - И вам, Николас. Почему вы не выполняете задание? И от вас, кажется, пахнет спиртным... - Да, сэр, есть немного. У меня к вам вопрос, очень важный. Один человек мне сказал, что к вам на перевооружение в гавань зашли несколько фрегатов, и, что они очень хрупки. Так вот, может вы просто об этом не знали, но почему вы отправляете грузы именно этими фрегатами? Почему бы не приобрести новые? - Капитан Николас, кто вам это сказал?! - В таверне сидит один недавно назначеный на должность капитана солдат, и я... - Довольно. Вы пьяны. Уходите немедленно и выполняйте задание, иначе я прикажу вышвырнуть вас с острова! Я не был пьян. Что - то в этом деле было нечисто, и мне захотелась разузнать всё. Естесственно, я направился прямиком в таверну. На самом деле я считаю, что я не искатель приключений на свою, извиняюсь, задницу. Чего уж говорить, я вообще раньше не любил никуда соваться. Но это было раньше, а сейчас... Я шёл так быстро, как только мог. Но, войдя в помещение, я не увидел того солдата. Подойдя к Джереми Виндему, я спросил: - Эй, Джереми, где тот солдат, который сидел в том углу? - Ники, ты опоздал буквально на минуту. Его забрали трое более трезвых солдат, и, насколько я понял из их разговоров, они повели его за город. Боюсь представить, что они там с ним сделают... - Чёрт возьми, я должен помочь ему, если хочу узнать об этом деле побольше! - Не стоит, парень. Если ты попытаешься ему помочь, ты окажешься в тюряге раньше, чем найдёшь этого солдата. - Ладно. Спасибо, Джереми, ещё увидимся. - Пока, Николас. Удачи тебе. Заходи, ты же знаешь, у меня прекрасно получается седло барашка! Пытаться помочь я, по совету Виндема, не стал. Действительно, он ведь был прав. На острове мне больше нечего было делать, и я отправился в порт. Взойдя на палубу, меня поприветствовали мои ребята и недавно нанятый мной новый плотник Альберт. - Всё готово, капитан Николас, - отчитался Альберт, - куда направляемся? - Тендейлз. Мы плывём на Тендейлз, это в трёх днях плавания отсюда. - Есть, капитан!

Моё первое задание оказалось гораздо спокойнее, чем я ожидал. У меня возникали мысли, что за мной, то есть за письмом, которое я доставляю, могут погнаться испанцы, французы, пираты, в конце концов, но ничего этого не случилось. Ветер дул в спину, погода была ясная и "Принципио" набирал скорость до пятнадцати узлов, так что прибыли в Тендейлз мы даже немного раньше, чем рассчитывали, ночью. Ах, ночь… Сколько воспоминаний, связанных с ней. Например – первый раз в плавание я ушёл ночью. Впервые попал в плен – тоже. Совершил побег с плантаций – всё в то же время суток. Нет, я не жалуюсь – просто мне часто приходится делать что – либо стоящее после захода солнца, что, в прочем, ничем мне не мешает. Пройдясь в очередной раз по палубе, держась за борта моего «Принципио» и вдыхая свежий морской воздух, я разглядывал второй по площади остров, заселённый англичанами. Над дикими джунглями возвышались горы, которые укрывал, словно одеяло из пуха, белый, густой туман. Яркая луна освещала путь через рифы к пристани, что ещё более облегчала поставленную мне задачу. Всех моряков я, естественно, спускать на берег не стал – отправился один. Да и что может случиться за одну ночь со мной на английской колонии? Ведь охрана не спит, а, значит, местные жители, приезжие и я в том числе могу отдохнуть спокойно. К моему удивлению, таверны на Хайроке и Тендейлзе были построены явно по одному и тому же чертежу. Та же черепичная, тёмно красная, словно кровавая крыша, красные кирпичи, из которых выложены стены, те же решётчатые окна… Только хозяин, разумеется, другой. Зайдя в таверну, я снял до утра комнату и хорошенько выспался. Спустившись в главный зал, который, как ни странно, был таким же, как и на Хайроке, местный трактирщик, Томас Хенкок, сказал, что меня, к моему удивлению, уже ждут двое за дальним столиком. Заказав завтрак я направился к ожидающим меня людям. Ими оказались человек, явно испанец, в зелёном костюме и зелёной шляпе и короткостриженый молодой англичанин в довольно простой и удобной форме для плавания. Решив первым начать разговор, я уселся за их столик. - Доброе утро, господа. Мне доложили, что вы меня ожидаете? - Да, капитан Николас, - сказал англичанин, - позвольте представиться, Эндрю Шу, начинающий боцман. - А я Адам Муллен, - добавил испанец, - я уже давно не начинающий казначей. - Ясно, ответил я, даже не желаю знать, откуда вам про меня известно. Что ж, если вы меня ждали - есть причина. Выкладывайте. - Сэр Николас, - продолжил Эндрю, - я плавал на корабле "Эсмеральда" помощником боцмана. К несчастью, наш корабль потерпел крушение на Рифах Шарпа. Кстати, рифы Шарпа, случайно, не в вашу честь названы? - Нет, - усмехнулся я, и это чистая правда, - вряд ли. Мало ли Шарпов разгуливает в этом архипелаге? - Неважно. Так вот, трое из нашей команды спаслись. Я, наш теперь уже общий знакомый Адам Муллен и корабельный кок Джеффри Уилард, царствие ему небесное, скончался от лихорадки. И мы ищем работу. - Интересно, - пожал я плечами, - у меня как раз нет ни боцмана, ни казначея. Но я даже не знаю, каковы вы в действии. Может, вы расскажете о себе, мистер Муллен? - Да, сеньор, - начал казначей, - собственно, моя история не сильно отличается от истории моего друга Эндрю, за исключением того, что он плавал на "Эсмеральде" всего год, а я целых пять, но до этого я плавал пятнадцать лет, и, чёрт возьми, был лучшим казначеем во всём архипелаге! - Похвально, что вы не скрываете своих талантов, мистер Муллен, - ответил я, - но и скромностью вы не отличаетесь. Сколько же вы хотите? - Три сотни золотых за меня, - сказал Эндрю. - Я не буду так скромничать, ибо моя цена гораздо выше. Тысяча золотых в месяц. - О боже, - произнёс я, едва ли сдерживая удивление, - тысяча? У меня нет таких денег! Вашего друга Эндрю я ещё могу взять, но вас - извольте... - Не беспокойтесь, я это предвидел, и у меня к вам встречное предложение, - нашёл решение казначей, - я буду работать у вас один месяц бесплатно. После этого ваши дела пойдут в гору и вы мне начнёте платить. - С чего вы взяли, что мои дела пойдут в гору? - Поверьте, капитан, я разбираюсь в торговле и казначействе. Я видел ваш корабль в порту и могу сказать, что если вы будете уделять в месяц хотя бы одну неделю торговле, то через десять недель вы будете иметь доход не менее пятнадцати тысяч в месяц. - Клянусь, вы заинтриговали меня. Я согласен. Но, - повернулся я к боцману, - Эндрю, прости, но даже я, не будучи боцманом, смогу управлять своими ребятами лучше. У тебя голоса нет, дружище, прости. - Капитан, подождите... Я... Стойте! Слушайте, - он откашлялся, и я замер в предвкушении того, что он сейчас выдаст. Не ожидал, что будет так громко и убедительно, - ЭЙ ВЫ, КАРАБЕЛЬНЫЕ КРЫСЫ, А НУ БЫСТРО ПРИНЕСЛИ МНЕ РОМ И ТАБАК И МАРШ ДРАИТЬ ПАЛУБУ, ПОКА НЕ СКОРМИЛ ВАШИ КИШКИ АКУЛАМ! Ну как, капитан, сойдёт? - Превосходно, - оправляясь от шока сказал я, - вы оба приняты. Жду вас на борту своего "Принципио". Выйдя из таверны, я направился прямиком в сторону дворца Джона Клиффорда Брина. Удивительно, охрана снова пропустила меня без лишних вопросов. Неужели я так сильно внушаю доверие? Кабинет Брина не сильно отличался от кабинета старого Мортонса: Прекрасная мебель, превосходные картины, гигантское количество свечей, правда сейчас потушенных, ибо свет сочился через окно. По всей видимости, оба кабинета делал один мастер. - О, сэр, у вас есть дело ко мне? - Да, сэр Брин, - ответил я. Должен сказать, что этому губернатору на вид можно было дать не более двадцати пяти лет, и голос у него был гораздо приятнее. Сразу видно - человек компании, - губернатор Хайрока, сэр Мортонс, просил передать вам это письмо. - Спасибо, я прочитаю его, как только выдастся свободное время, возьмите ваши честно заработанные две тысячи дублонов. У вас что либо ещё? - Нет, сэр. - В таком случае, у меня к вам есть поручение. Я догадываюсь, о чём написал мне Мортонс. Последний год не принёс большого урожая пшеницы на Хайроке, и теперь на Мёртвом Острове голод. Старый прохвост не позаботился об обеспечении, он всегда думает лишь о себе. Именно по этому я прошу вас доставить на Мёртвый Остров груз пшеницы. Конечно же, вы получите неплохие деньги за это. Вы согласны? - Как я могу отказать, когда люди страдают от голода? Конечно, загружайте. - Доставите пшеницу на мёртвый остров и доложите об этом местному трактирщику. После чего возвращайтесь, вас будет ожидать награда в две тысячи золотых. А теперь извините, мне надо обдумать ответ на письмо сэра Самуеля Мортонса. - До свидания, сер Джон. Покинув резиденцию, я решил прогуляться по «второй столице» Англии. Да, официально главной колонией считается Хайрок, так как он на порядок больше, там гораздо обильнее урожаи, но на Тендейлзе есть то, чего нет там. Здесь есть прекрасный молодой губернатор, обладающий неплохими амбициями и задатками неплохого правителя. Не удивлюсь, если через несколько лет он будет претендовать на пост правителя всех колоний в этом архипелаге, и я его бы с удовольствием поддержал. Один мой моряк поведал мне, что Джону Клиффорду Брину всего двадцать два года, а старому Мортонсу шестьдесят пять. Да, действительно старый. Насколько мне известно, на пенсию он пока уходить не собирается, вот такой он противный тип. Но меня это не должно касаться, я лишь нахожусь у него, а, точнее, у Англии на службе. Работа не волк – я уже осматривал местные достопримечательности. Особо поразил крупный монумент, изображающий умирающего солдата со шпагой в руке. Красиво, чёрт возьми… Отойдя от статуи я оказался рядом с фонтаном. Удивительно, такие вещи вроде бы находятся лишь в очень крупных городах Европы, так как на их постройку уходит огромная куча денег. Но, видимо, я пропустил многое. По центральному парку в основном прогуливались влюблённые пары, матери с младенцами в руках и старики. И, конечно, я. Ограды прекрасной ковки, мне бы клинок, выкованный кузнецом, который делал такие произведения искусства: на металлических заборах можно прочитать не одну сказку, что мама рассказывала мне в детстве. Нет, они не были написаны – вместо букв были картинки. Тем не менее, сюжет просматривался легко, и я невольно засмотрелся. Прошло не меньше двадцати минут, прежде чем я отвлёкся от рассматривания и уселся на лавку. По всей видимости, в парке проводилась свадьба богатых дворян. Группа людей в шикарных одеждах и с бутылками дорогого вина окружали жениха и невесту, которые не обращали на окружающих внимания и долго – долго целовались. Они стояли всего в нескольких метрах от меня, и я, смутившись, ушёл. Если бы остался – был бы лишним в этой церемонии. Немного пройдясь по улицам я нашёл рынок. Множество лотков с самыми разнообразными товарами и торговцами полностью заполнили рыночную площадь. Ещё вчера я поставил себе цель – купить пистолет. Без него я чувствую себя словно голым. Но, побродив примерно полчаса между прилавков, мне не приглянулся не один экземпляр. Нет, мне нужно было нечто экзотическое, такое, какое не встречается у каждого встречного под камзолом. Естественно, в моей голове появилась мысль – идти в частный магазин, что находится возле резиденции губернатора. Торговец долго рассказывал мне о прелестях всех пистолетах, которые были у него. Он так же сказал, что если я приобрету у него оружие – он бесплатно отдаст мне сотню пуль и мешочек с порохом. Сделка выгодная, и я решил не терять такой шанс. - А вот это, - достал торговец из ящика длинный, не меньше сорока сантиметров пистолет, - «Шерман», длинноствольный мушкет нового поколения. Прилагается оптический прицел: на расстоянии в двести шагов вы сможете попасть утке в гузку, - усмехнулся он. - Нет, я же даже не смогу его носить с собой – это не пистолет, а ружьё без приклада! Простите, но мне нужно нечто другое… - Нет проблем, - жизнерадостно и улыбчиво ответил торговец, - а вот этот? Два ствола, механизм, для одновременного их взвода, правда, не такая большая дальность стрельбы, но, всё же, что лучше – один выстрел или два? - Разумеется, два. Что ещё у вас есть? - Жаль, - пожал мой собеседник плечами, - возможно это вам понравится! Смотрите, ручная мортира, - он достал пистолет, диаметр ствола которого был не меньше двух дюймов, - пробивная сила, эм… очень мощная! Вы сможете пробить даже слона! - Да вы что, издеваетесь? Как я буду носить такую громадину?! - Эх, - вздохнул продавец, явно решив, что я уже ничего не захочу у него приобрести, - тогда я должен предложить вам нечто иное. Это творение существует лишь в единственном экземпляре… - Не томите, доставайте! На стол был положен воистину экзотический пистолет. Да, я видел двуствольные пистолеты, я знал, что они довольно удобны, но я предпочитал меткость скорости. - Ааа, вижу, у вас уже загорелись глазки. Хотите продемонстрирую? Смотрите, - начал он, - четыре ствола, - как будто я сам не заметил, - все на три дюйма длиннее стандарта, но уже на полдюйма. Возможность выстрела сразу четырьмя стволами, но можно и по одному, надо лишь нажать этот рычажок, - торговец поднял все стволы в сторону мишени, висящей в противоположном конце помещения и выстрелил четыре раза. Действительно, меткость просто превосходная, - а теперь, смотрите, поднял он вновь пистолет, заново зарядив, - теперь я стреляю сразу всеми… Как хорошо, что за стеной никого не было – в ней просто осталась дыра, размером с мой кулак. А мой кулак, между прочим, размером с крупное яблоко. А яблоко размером с… Кхм, о чём это я? В общем, распрощавшись с двумя с половиной сотнями золотых монеток, я направился в сторону своего корабля с новым, просто убойнейшим огнестрельным оружием. Настроение было превосходное, и мне не терпелось показать покупку своим ребятам. Не прошло и двадцати минут, как на наш корабль уже был поднят якорь, и мы направлялись в сторону Мёртвого Острова.

Эта колония оказалась воистину маленькой. В ней проживали всего пять сотен человек, здесь даже не было губернатора, но, возможно, Джон Клиффорд Брин присматривал за этим местечком. За то, в отличие от других островов, на которых я успел побывать, тут была довольно большая церковь. Заходить туда я не решился, и отправился прямиком в таверну. Вопреки моим ожиданиям, таверна сильно отличалась от двух предыдущих: небольшая комнатка с пятью столами и стойкой, где находился сам хозяин заведения. Посетителей не было, да и вкусного запаха горячего мяса я не учуял, что очень меня огорчило… Как зовут трактирщика я так и не узнал, хотя он, непонятно откуда, меня назвал по имени, как только я вошёл в его заведение. - О, капитан Николас! Присаживайтесь. Хотите выпить рома? У меня этого добра навалом, но вот роскошного обеда, к сожалению, предоставить не могу, так как я ничего не готовлю в последние месяцы. Мне просто не из чего это делать... - Я знаю. И пока мы тут разговариваем, мои ребята в порту выгружают груз пшеницы, любезно предоставленной вам Джоном Клиффордом Брином! - О, это просто прекрасно, - воскликнул трактирщик, - вы даже не представляете, как помогли нам! Я всегда говорил, новый губернатор лучше старого, тем более такого, как Мортонс. Кстати, вы слышали про последнее недоразумение с его стороны? Этот старый Мортонс послал на перевооружение несколько фрегатов, но все они пошли на дно. За тем столиком, - трактирщик указал на один из столиков, где сидел солдат английской короны, - сидит тот, кто плавал на одном из этих фрегатов, пока он не пошёл ко дну. - Спасибо, я поговорю с ним. Удачи. Я подошёл к этому солдату. Довольно сурового вида англичанин посмотрел на меня и молвил: - Садись. Выпьем вместе. Я угощаю. - Конечно, кто же откажется от бесплатной выпивки? - Эх... Слушай, ты же капитан? А я вот канонир, точнее, был канониром. Как тебя зовут, кстати? - Капитан Николас, к вашим услугам. - Девид Мюррей, и давай на "ты". Я плавал на этом чёртовом фрегате "Саваж", который старый губернатор Мортонс послал на перевооружение. И был я там, как я уже сказал, канониром. В первой же баталии, стоило мне сказать лишь слово "огонь", как у меня на глазах от залпа развалился весь правый борт! Представляешь? - Не представляю. Вот просто взял и развалился? - Клянусь всеми святыми! Через минуту после этого в трюме было уже шесть футов воды. Спастись удалось лишь мне одному, и вот, теперь я здесь, запиваю горечь потери звания ромом... - Эй, не печалься. Мне как раз не хватает канонира. Не хочешь ко мне на службу? - Парень, да у тебя губа не дура. Я ведь уже много лет бороздил моря, а ты, я вижу, ещё молод и зелен. Ну, так уж и быть, за четыреста кругляшек я готов служить тебе, как говорится, верой и правдой. - Договорились. Жду тебя на борту. Таверна располагалась прямо возле входа в город, что было довольно удобно. Решительно зашагав к выходу я прямо таки столкнулся с человеком, которого я, готов поклясться, ранее не замечал, даже когда он проходил всего в метре от меня. На нём был довольно обыденный для не слишком обеспеченного человека наряд жёлтого цвета и такая же шляпа. Я уже собирался извиниться и уйти, как человек заговорил. - Простите, - начал он, - мы знакомы? - Вряд ли, моё имя Николас Шарп. - Да, да, я припоминаю эту фамилию. Меня зовут Юджин Хакстер. Скажите, где вы взяли этот медальон, что висит у вас на шее? - Мне отдала его моя мать, когда я первый раз вышел в море. Она сказала, что на нём портрет моего отца, но отказалась говорить его имя. - Человека, что изображён у вас на медальоне, зовут Малькольм Шарп, и никак иначе. Это великий человек, хотя и пират, и по этому я должен его ненавидеть. Когда я жил на острове Айла Балена, Малькольм захватил его и взял много человек в плен, в том числе и меня. Видите ли, я ювелир, и делал браслеты для самой королевы. Этот медальон моих рук дело, поверьте, я помню все свои работы. Он просил меня сделать медальон специально для него. - Неожиданно. Скажите, Юджин, а знаете ли вы что - нибудь о моём отце? - Я? Нет. Он пропал около десяти лет назад, никто его с тех пор не видел. По крайней мере, я об этом не знаю. - Вы думаете, он умер? Его убили? - Нет, - усмехнулся Ювелир, - никто не осмеливался бросать вызов вашему отцу. Когда он заходил в какую - нибудь гавань, над портом уже развеивался белый флаг, как знак того, что они сдаются. Я уже не говорю о морских битвах... Хотите, я расскажу вам о нескольких его подвигах? - Подвигах? Что ж, с удовольствием. - Так вот, ваш отец плавал на здоровенном линкоре «Пиратская Жемчужина»… - А это никак не связано с легендой о «Чёрной Жемчужине», корабле – призраке? - Абсолютно никак. Прошу вас более не перебивать, а то потеряю мысль… Его «Жемчужина» была кем–то прекрасно модернизирована, так что, несмотря на её габариты, скорость она развивала просто катастрофическую. Однажды, он, ещё с двумя товарищами на пинасах решил сорвать большой куш и поплыл на остров Гранда Авилия. Это испанская колония, некий центр их торговли, рядом с этим островом пролегает знаменитый «Золотой Путь», по которому плавают торговые суда испанцев. Вашему отцу без особого труда удалось разбить все прибрежные военные сооружения, после чего он обстрелял форт из картечи и спустившись на берег, перебил всех оставшихся в живых противников. На сколько я знаю, это была славная битва… Так вот, говорят, что он в казне города, нашёл сокровища, которые губернатор копил всю свою жизнь. Он забрал всё: рубины, алмазы, золото, в конце концов и уплыл. А вот дальше что было – история умалчивает. Хотя, в полнее возможно, что такие люди, как я, не могут просто–напросто знать больше. - Спасибо, Юджин. Не знаете ли вы, остался ли кто нибудь, кто плавал вместе с отцом? - Не могу сказать. Он был пиратом, и, возможно, стоит об этом узнать на Скалщорз, островах пиратов… Брр, мурашки по коже, когда вспоминаю те места… - Спасибо ещё раз. Может, я смогу и вам чем – нибудь помочь? - Нет, Николас. Я останусь здесь и буду доживать свои дни в тишине и одиночестве, я уже довольно стар для приключений и для службы. Но, если вам что – нибудь понадобится - я всегда нахожусь на этом острове. - Ваше дело. Ещё раз спасибо, может ещё встретимся. До свидания, Юджин. - Счастливо, капитан Шарп.

Вернувшись на Тендейлз, я получил од губернатора Брина две тысячи золотых монет. Что ж, заработок у меня уже неплохой, осталось только сделать его стабильным. Что там говорил мой новый казначей? Ах да, пятнадцать тысяч в месяц? Это неплохо, учитывая, что такой корабль, как мой, можно купить всего за шесть тысяч. Сэр Клиффорд Брин послал меня снова на Хайрок, что бы выполнить какое - то поручение старика Мортонса. Интересно, что опять понадобилось ему? Но я безприкословно направился к Мортонсу. Ветра практически не было и путь занял пять дней. Во время плавания, мимо нас проплывала целая эскадра из пяти военный пинасов, хотел бы я себе хоть один такой. На моём "Принципио" всего шестнадцать пушек, команда составляет шестьдесят человек. Пинас - это порядка пятидесяти пушек и команда примерно триста человек. Неплохо, правда? Прибыв на Хайрок, я лишь получил указания о том, что мне необходимо сопроводить торговый корабль до Тендейлза, причём любой ценой. Мне было наплевать, какой ценой я пообещал сторожить этот корабль, ведь если что и случится - я ничем не смогу помочь и мне придется всего лишь убегать. Но я выполнил поручение и доставил корабль в целости и сохранности. В таверне на Тендейлзе я встретился с капитаном корабля "Бристоль", который я сопровождал. Тот убеждал меня, что не перевозил ничего ценного, хотя, по его мнению, пятьдесят человек, которые ждали в трюме, были обыкновенными пиратами. Меня это очень заинтересовало, и я поспешно направился к Джону Клиффорду Брину. - Сэр Джон, - начал я, - не уделите мне минутку? - Конечно, капитан Николас. Что вы хотите от меня? - Я хотел бы вам поведать одну историю. Меня заинтересовало поведения вашего коллеги сэра Мортонса. Сначала он присылает на перевооружение разваливающиеся на части корабли, потом тщательно это скрывает... После этого он дал мне задание: сопроводить корабль сюда, на Тендейлз. Как оказалось, на борту того судна не находилось ничего ценного, хотя губернатор Мортонс строго приказал мне не спускать глаз с корабля, иначе я отвечу за это головой. И вот, из надёжных источников я узнаю, что в трюме находился не какой нибудь ценный груз, а пять десятков обыкновенных головорезов, явно знающих, что им делать. Я думаю, сэр Мортонс что-то затевает. - Это очень интересная история, Николас. Но я ничего не смогу сделать, даже если бы и хотел. Я давно подозреваю Мортонса, но он пока ещё знатнее меня, и я ничего не могу сделать. Ничего - ничего, через месяц сюда прибудет сам адмирал Александр Гритстоун, вот тогда мы узнаем, что затевает этот старый... Извиняюсь, капитан, мне не стоит говорить такие вещи в вашем присутствии. А пока что у меня нет никаких поручений к вам, вы можете быть свободны. - Благодарю, сэр Джон. - Счастливо, Николас. Посидев немного в таверне и пообщавшись со знакомым мне трактирщиком, я решил, что некоторое время проведу на Хайроке. Думаю, моим ребятам тоже должна понравиться эта идея. Приплыв на место, я снял номер в таверне Джереми Виндема и улёгся спать. Я спал долго и крепко, давно так не отдыхав. Но, всё же, рано утром в дверь моего номера настойчиво постучали, и я пошёл открывать дверь.

https://yoomoney.ru/to/4100119432735142