Обложка Проклятая из лимба. Том третий

Проклятая из лимба. Том третий

Станислав Соловьев

0% прочитано
Стандартный
Станислав Соловьев

Проклятая из лимба. Том третий

Глава 1. Проникновение, софистика с Данте, жёсткие методы

Фемида осторожно покинула безопасное подпространство, осмотревшись снаружи. Рассказывать о том, как она будет перемещаться из судна Гарри на один из трех камионов[1] Капитана, наемница никому не стала. Оператор внимательно следил за тем, чтобы ни один любопытствующий не появился поблизости, когда Оскар транспортировал девушку на место выполнения контракта.

Тугие порывы ветра били в лицо, заставляя отшатнуться. Наемница проверила снаряжение, синтезированное биомеханизмом из чистого энергона[2]. Кортик, на пряжке высокого кожаного сапога, за спиной, на широком поясе, два метательных ножа, в рукаве плотного камзола механизм с парой десятков игл, с автоматической перезарядкой. Каждая игла имеет на кончике ампулу с ядом. Телескопическая дубинка в петельке справа, только руку протяни.

Вспомнив себя недавнюю, с костяным тесаком и духовой трубкой из бамбука, наемница усмехнулась. Преимущества нынешнего положения очевидны. Но последний контракт, весьма спорный, так как принес больше проблем, чем пользы, в один момент разрушив, устоявшиеся догмы.

Оператор превратился из недостижимого существа в уязвимую мишень. Данте, удачливый агент Ее Величества куда-то пропал и нуждается в помощи. И все это выглядит таким неуместным на фоне нынешнего контракта: всего-то нужно пробраться в каюту старшего помощника капитана и подменить документы. Какой результат это принесет для кампании в целом? Чего добивается Меливор?

Отбросив все лишнее, наемница отметила груды старых ящиков слева и справа. В широком коридоре пока никого не было, как и повода расслабляться. Двигаясь вдоль стены, Фемида вышла на открытое место — балкон.

Отличительной особенностью громадных кораблей было то, что далеко не всё их пространство посещалось цепарями или солдатами. Скорее всего, когда-то давно громадные суда кишели народом, но случившаяся в этом мире катастрофа, продиктовала свои правила. И они гласили, что теперь даже половины экипажа не наберется на то, чтобы успешно выполнять мероприятия по поддержанию порядка на судне.

Из этого становилось ясно, каким образом, на нем поселились цыгане, и почему торговля швабой имеет большие перспективы. Уследить за всем, попросту нет ресурсов.

Заглянув за парапет, девушка отметила, что находится на одной из высших точек камиона. Над самой головой скрипела, покачиваясь, смотровая башенка, сейчас пустующая, ее сестра-близняшка, высилась метрах в пятидесяти, на другой стороне судна. Толстый канат тянулся к ней, и полого опускался вниз, на балкон, заваленный бочками.

Несколько десятков человек бродили тут и там, выполняя обязанности, но даже если бы они взглянули наверх, слишком обильное нагромождение палуб, балконов и помостов не позволило бы понять, что на борту находится чужак. Но это могло стать проблемой и для Фемиды, так как отследить траекторию каждого — задача невозможная. Даже радар, транслирующий на линзы цельную картину происходящего, казался бесполезным. Слишком большое количество объектов, в совокупности с непредсказуемыми маршрутами…

Накинув дубинку на канат, Фемида оттолкнулась от перил и понеслась вниз. С грохотом влетев в старые бочонки, девушка едва не закричала от восторга. Дверь, ведущая в каюты, была закрыта изнутри, механизмы, с помощью которых это было выполнено, не позволяли взломать запоры или открыть её грубой силой. Пришлось искать другой способ.

Сверху, со специальной перекладины, спускался канат, на котором закрепили груз. Видимо, так сделали для того, чтобы никто не мог до него добраться. Произошло это еще в те времена, когда экипаж следил за состоянием такелажа. Теперь же огромный, сбитый из досок короб, почти весь прогнил и не рухнул на головы горе-вояк только благодаря железным скобам, усиливающим конструкцию.

Спуститься по канату, натянутому в струну, большого труда не составило, нужно было только крепче держаться и не смотреть вниз, стараясь не сделать ни одного лишнего движения. Наемница убедилась в том, что никто ее не заметил, а ближайший из патрульных как раз встал к ней спиной, справляя нужду за борт. Если он повернется, обратит ли внимание на одинокий силуэт, застывший на ящике с грузом?

Проверять Фемида не стала. Свесившись с края, она прыгнула вниз, мягко приземлившись на помост в паре метров под ней. Теперь можно было немного расслабиться, так как поблизости радар не выявил ни одного солдата. Задрав голову, девушка с удивлением поняла, что все ее трюки проходили очень высоко, и любой мог заметить пируэты обнаглевшего чужака.

Добравшись до закрытой каюты, наемница осмотрелась. Когда-то здесь был бар или что-то около того: слева длинная стойка, за ней ряды подвешенных полок, справа несколько столов и стульев, часть сломана, часть опрокинута. Голос, полный усмешки, заставил девушку броситься в сторону, притаившись за пустым ящиком.

— Потрясающе, ты проделала ровно тот маршрут, по которому сюда прибыл я! — восхитился неизвестный.

— Можешь выходить из укрытия, мой голос изменился, но сам я остался прежним.

Некто неизвестный уверенно вышел в центр зала, позволяя себя рассмотреть. Девушка сначала не поверила своим глазам. Облаченный в лохмотья, покрытий синяками и ссадинами, перед ней стоял Данте. Что с ним могло случиться, и почему он разговаривал так, словно напился кислоты, предстояло выяснить прямо сейчас.

— Ты как здесь оказался? — первое, что сказала Фемида.

— Меня доставил Меливор, так как ты все равно спросишь, отвечаю сразу, — мужчина забрался на стойку, сбросив несколько деревянных кружек.

— Все это со мной сделал тоже он.

— Но за что? — изумилась девушка.

— Он — один из Серых. Тот, кто может проводить голема по пути Отречения, — Данте поднял руку, упреждая следующий вопрос.

— Мне нужно освободить оператора от себя, так как ему угрожает опасность.

— Это выход? — ухватилась за спасительную нить наемница.

— Вполне, но постой! Что значит твой тон? — настала очередь удивляться мужчине.

— Ард в беде, а первый же контракт, за который мы взялись, показывает, что ситуации похожи, — ответила девушка. — Если я отрекусь, что произойдет?

— Ты станешь страшная и смертная, — сказал Данте.

— Но это не выход. В твоем случае я бы попробовал кое-что изменить.

— Например? — Фемида подняла с пола запыленную бутыль в плетеной корзинке, собираясь её бросить.

— Стой! В соседней каюте бродят солдаты, лучше не шуми, — остановил ее собеседник.

— В общем, мое отречение оправдано обстоятельствами. Ситуация безвыходная. Если я отрекусь, спасу своего оператора. А ты обязана найти другой способ. Королева все более непредсказуема, такова ее природа: бесконечное стремление к абсолюту, путем энтропии.

— Я почти поняла, что ты хотел сказать, — нахмурилась девушка.

— Помнишь, я говорил, что нет ни одной пары идентичных операторов? — Данте выждал, когда собеседница согласно кивнет.

— Есть еще кое-что. С течением времени, их становится все больше и никто не сможет это остановить. Теперь подумай, когда это все началось: очень-очень давно. И с тех пор хаотичное расширение власти Королевы еще ни разу не породило одинаковых частиц.

— И? — сдалась девушка, когда ей так и не удалось найти связь.

— Согласно теории Сиамара, любое событие, затеянное в рамках существования Королевы, имеет почти бесконечное число результатов, — улыбнулся Данте.

— Но не в твоем случае… — с укором подметила Фемида.

— Не в моем, потому что я безнадежно устарел, — пояснил мужчина. — У меня нет бессмертия, нет современного оборудования, как у тебя. Оно не интегрируется! Знаешь ли ты, сколько Меливор разработал уникальных вещей, специально для меня! Все они основывались на нерушимых законах, но заглядывали немного дальше, чем был я. — Данте сплюнул, обрывая сам себя.

— Это все слишком сложно. А итог прост: все, что он делал, без дополнительных усилий, тут же сработало на тебе.

— Ага, только теперь в моем смартфоне живет человек, которого я случайно переместила в буфер! — воскликнула наемница.

— Серьезно? Покажи!

Следующие полчаса Данте общался с молодым цепарем, который, казалось, не испытывал никаких неудобств в своей новой форме существования. Юноша говорил с помощью всплывающих на экране сообщений, проявляя небывалый энтузиазм. О величине мира, в который он угодил, цепарь сказал так: здесь есть горы, равнины и озеро. Здесь не нужно дышать или кушать, хотя по привычке хочется. И еще здесь много странных существ, общающихся с ним на одном языке. Правда, не все они добрые и путь к ним лежит через квадратные двери с особыми гравировками.

Данте едва смог оторваться от этого чуда, вернув смартфон Фемиде: «Это что-то невероятное! Для него всё содержимое твоего устройства, все приложения, отдельные сущности! Воистину, энтропия Королевы не имеет дна и вершины…»

— Но почему ты здесь, а не на корабле Гарри? — спросила девушка перед тем, как отправиться дальше.

— Это часть пути, — ответил мужчина.

— Пока Меливор готовит для меня врата, я должен быть поближе к месту их сотворения. А заодно помочь тебе с контрактом, после отречения, мы можем никогда не увидеться. Ева редко отпускает своих подопечных в прежний мир.

— Ева? — удивленно воскликнула Фемида.

— Ты ее знаешь? — осекся Данте.

— Пренеприятнейшая личность! — подал голос все это время молчавший оператор.

— О, уверяю вас, это не так, — усмехнулся мужчина. — Она сделала много полезного для созданий Королевы, так что относитесь к ней с должным уважением. К тому же, она явилась мне в видении и сказала, что ей нужна помощь для создания яслей боли. Даже не спрашивайте, что это, но я так понял — место помощи всем, кто лишился оператора. Все! Я заговорился, прощайте!

Данте без предупреждения бросился в сторону двери, расположенной за стойкой. Было ощущение, что он от кого-то убегает. Она с треском захлопнулась, со скрежетом повернулись замки, блокирующие дверь таким образом, что выбить ее не удалось бы и тараном. Куда проще проломить участок стены…

Покинуть каюту можно было двумя способами, один из которых заблокировал Данте. Подойдя к оконному проему, Фемида осторожно выглянула наружу. На открытой палубе она увидела большую телегу, загруженную ящиками. В стороне от нее стучал молотком цепарь, занимающийся ремонтом огромного сундука.

Лениво осматриваясь, здесь же ходил солдат, его напарник облокотился на столб с колоколом, надвинув на глаза шляпу. Пока один спал, другой бодрствовал. Слева наемница отметила запертую на засов дверь, над которой навис маленький балкончик.

Проскочить мимо можно было, только избавившись от патрульного. Или забраться на навес телеги, откуда перепрыгнуть наверх. Но так как особыми умениями в акробатике Фемида не отличалась, она решила действовать более жестко. Пока рабочий активно стучал молотком, она улучила момент и выпустила отравленную иглу в солдата, подкравшись к нему так близко, чтобы можно было подхватить падающего.

Отправив в буфер[3] его мертвое тело, девушка осмотрелась. Как будто предчувствуя что-то неладное, очнулся второй стражник: «Эй, ты видел Санди?» — спросил он у цепаря, но тот отрицательно качнул головой, устало отложив инструмент. На этом предосторожности не закончились, Фемида осторожно[2] заползла под телегу, наблюдая за перемещением противников. «Где этот придурок? — ругался солдат,— неужели свалился за борт?»

Когда он проходил так близко, что можно было схватиться за ногу, наемница вонзила ему иглу с сонным ядом. Почувствовав слабость, мужчина охнул и присел, опершись на колесо. Цепарь удивленно окликнул боевого товарища Санди, но тот не отозвался.

— Эй! Где патрульные?! — донесся чей-то окрик с балкона.

— Один пропал, второй вон, за телегой сидит! — ответил рабочий.

— Что за…? — девушка услышала, как по голове заснувшего солдата стукнула бронзовая рюмка, и отскочив, покатилась по палубе.

— Ну, собака…

Понимая, что ее могут раскрыть, Фемида выползла наружу, прячась за телегой. Пока рабочий пил из бадьи, повернувшись спиной, она забралась на навес, перескочив оттуда на балкон. В любой момент девушка была готова пустить отравленную иглу, но обошлось. К тому времени, как она притаилась на балконе, цепарь так и не соизволил посмотреть в ее сторону.

Отсюда наемница попала в небольшую каморку, провонявшую табаком и кислым вином. Из мебели здесь была грубо сколоченная кровать, да письменный стол. Просмотрев бумаги, наемница отметила полную их бесполезность и двинулась вниз по лестнице. Снаружи послышалась отборная ругань сержанта, назначенного старшим на этом участке.

Закрыв входную дверь изнутри, Фемида торопливо вышла по ту сторону каюты, оказавшись на просторной палубе. Перемахнув через импровизированный забор из бочонков, она замерла в небольшом закутке. Несколько навесов и пустые ящики под ними говорили, что некогда здесь был внутренний рынок или что-то около того.

Вероятно, в прошлом на судах этого типа были не только члены экипажа, но и большое количество пассажиров самых разных профессий. Для них-то и подготовили торговые места, теперь совершенно ненужные. Тенью, проскочив за ряды, девушка притаилась. В нескольких метрах от нее стояло двое цепарей, вооруженных дубинками. Связываться с ними не было смысла, но чтобы двигаться дальше, следовало понять, по какому маршруту они перемещаются.

Спустя несколько минут стало ясно, что работники безбожно отлынивают: никто даже не собирался патрулировать, зато оба внимательно следили за тем, что происходит на палубе выше. Видимо, там периодически появлялся старший.

Заметив ряд мощных чугунных кронштейнов с остатками бечевки, Фемида принялась взбираться наверх. Со стороны ее можно было заметить только в одном случае — если иметь такую цель. Прикрытая густой тенью и навесами, девушка забралась на этаж выше, оказавшись на крыше из плотно подогнанных досок.

Впереди, застыв на смотровой площадке, на нее пялился удивленный солдат. То ли он не мог поверить своим глазам, то ли из-за большого расстояния не разобрался, кто именно появился перед ним, но Фемида среагировала моментально. Отравленная игла вошла солдату в горло, спустя пару мгновений он исчез, рухнув за перила. Оставалось надеяться, что возле него не было еще одного человека.

Пригнувшись, наемница добежала до места, осторожно выглянув из укрытия. Там никого не было. Перебравшись, она посмотрела на уснувшего бойца, не зная, что с ним сделать. По ту сторону площадки белели огромные облака, не лучше ли будет сбросить его вниз? Схватив тело за ногу, девушка с упорством мула, принялась за работу.

Обшарив карманы жертвы, Фемида не нашла там ничего ценного, после чего столкнула с невообразимой высоты, несколько секунд наблюдая за исчезающей точкой. Кто-то внизу крикнул от удивления, послышался приближающийся топот. Выругавшись, девушка пошарила взглядом в поисках пути отступления. Но кто-то сообразительный приставил лестницу к стене и спустя несколько секунд уже взобрался наверх.

[1] Камион — военное семипалубное судно с запасом хода 60 тысяч км. Внешний вид: сигарообразный баллон, закрытая гондола длиной больше 100 метров.

[2] Энергон — особый вид ресурса, добываемый на Рудниках, иных залежей минерала этого типа не обнаружено.

[3] Из второго тома читатель мог узнать, что теперь у Фемиды есть специальная функция в смартфоне. Суть ее заключается в том, что при наведении активной камеры на мертвое тело и нажатии на специальную кнопку, труп исчезает, фактически преобразуется в информацию, занимающую память на устройстве.

Глава 2. Шпион, инквизитор, господин в изумрудном камзоле

Не мудрствуя лукаво, наемница с разбега ударила ногой непрошеного гостя, заставив того с криком полететь вниз. Падать ему пришлось недолго, да и удар оказался не так силен, чтобы потерять сознание. Пришлось прыгать следом, вонзив кортик точно в сердце, хотя вышло это больше случайно, чем от великого умения.

Уничтожить труп вышло на удивление быстро, к этому времени к месту боя прибыло еще двое солдат. Ничего не обнаружив, они убрались восвояси, пока Фемида притаилась под столом в расположенной тут же крошечной каюте.

Прямо напротив нее, только из бочки, выскользнул мальчишка. Девушка удивленно смотрела за тем, как он скидывает с плеч сумку и набивает ее продуктами со стола. Это выглядело так нагло и буднично, что наемница не успела ничего предпринять — воришка скрылся в темном углу, даже линзы не помогли рассмотреть тайный ход.

Благо, в смартфоне хранился весь набор цыганских знаков. «Третья дощечка, полпальца вверх, осторожно — может отсечь фалангу ловушкой!» — прочла она всплывшую информацию. Решив, что соваться в лабиринты странного народа ей пока не с руки, Фемида покинула сторожку, подойдя к краю палубы.

За перилами, далеко внизу, бродил одинокий патрульный, с арбалетом в руках. Он явно был насторожен, поскольку слишком часто оглядывался, торопливо вышагивая по мостикам, огибающим крупную постройку с надписью «Черная Вдова». Либо ему только что выдали нагоняй, либо дело тут в чем-то другом.

Можно было прыгнуть с палубы, ухватиться за снасти, щедро свисающие со стены, и далее двигаться по этому маршруту. Был и второй вариант: подняться по лестнице выше, перепрыгнув с крыши на крышу пробраться на тесный балкончик и далее по обстоятельствам.

Чем один путь лучше другого, пока судить было рано. Фемида избрала первый, так как он показался ей наиболее коротким. Соскальзывая по канатам, девушка внимательно следила за каждым движением патрульного, но тот так ни разу не посмотрел по сторонам. Его взгляд вообще был направлен прямо перед собой, а искаженное гневом лицо, выглядело как-то неестественно.

Притаившись за ящиком, наемница выждала момент и нанесла кортиком удар в спину. Солдат не издал ни звука и, покачнувшись над пропастью, молча, полетел вниз. Очистив лезвие о моток веревок, свисающий с борта, девушка обогнула местный трактир, поднявшись по длинной лестнице.

Справа открывался вид на просторный участок палубы, в центре которой высилась небольшая постройка с подъемниками. Там бродило множество солдат, дюжина цепарей занимались ремонтом такелажа, еще несколько человек переносили какие-то тюки. Решив, что туда соваться нет никакого смысла, Фемида обратила внимание на ряд построек, образующих периметр вокруг палубы.

Протиснувшись под здание, девушка с удивлением обнаружила здесь настоящие тоннели со множеством указателей. Конечно же, от цыган. Добраться до нужного места, теперь не составило бы большого труда. Народ приспособленцев, щедро делился информацией друг с другом.

Выглянув из квадратного люка, расположенного так хитро, что увидеть его снаружи было практически невозможно, наемница осмотрелась. Сквозь просветы между бочек хорошо просматривался весь склад. Один цепарь, у дальней стены, пытался поднять наверх бронзовый колокол, используя веревку и перекладину над головой. Другой интенсивно протирал длинный ряд столов, игнорируя натужное кряхтение своего товарища.

Из всей компании опасность представлял только солдат, что бродил по строго заданной траектории, вдоль стен. Частенько он останавливался у большой бадьи с водой и жадно пил, иногда позволял себе передохнуть, усевшись между двух бочек таким образом, чтобы его не было видно от входа. Скорее всего, боец вчера перебрал с выпивкой.

Узкая лестница, уходящая наверх, была единственным способом покинуть склад, но чтобы пройти по ней, следовало избавиться от лишних глаз. Хорошенько все обдумав, девушка взобралась на бочки и прежде чем солдат смог бы ее заметить, залезла на потолочную перекладину. Пол следующей палубы находился на полметра выше, исходя из каких-то неизвестных соображений, оставляя пространство для маневра наемницы.

Теперь, скрытая тенью, девушка двинулась в сторону работника, занимающегося установкой колокола. В какой-то момент под ее ногами оказалась люстра, закрепленная так небрежно, что ее падение, все бы посчитали, чистой случайностью… Наемница прошла мимо — слишком близко к лестнице, громкое событие могло привлечь и тех, кто бродит снаружи.

Когда цепарь, подтянул колокол на нужную высоту, Фемида полоснула кортиком по веревке и бронзовая громадина с грохотом и звоном обрушилась ему на голову. Поднявшаяся пыль стала отличным прикрытием. Двигаясь по перекладинам, девушка зашла за спины прибежавших людей, спрыгнув вниз.

Теперь, пока решалось, что делать и кому выполнять работу несчастного, она без труда поднялась по лестнице и вышла на узкую террасу, откуда открывался вид на все ту же палубу. Часть цепарей решила использовать шум, как повод отдохнуть — работники дружно направились на склад.

Прижавшись спиной к стене, наемница заглянула за угол: там двое патрульных что-то обсуждали, шум внизу их особо не потревожил. Покинув укрытие, Фемида пустила иглу со смертельным ядом в того, кто стоял к ней лицом, другого ждала не менее печальная участь — кортик в шею.

Избавившись от тел, можно было двигаться дальше. Теперь путь пролегал по внутренним помещениям, так как на такой высоте слишком рискованно исполнять акробатические трюки, хотя тут и там виднелись подходящие конструкции.

«Эй, кто там? Проваливайте нахрен!» — услышала девушка недовольный голос кого-то из солдат, дежуривших в просторном помещении, оснащенном множеством подъемных механизмов. Судя по всему, отсюда распределялась большая часть грузов на нижних палубах.

Азарта ради, наемница не стала скрываться, но горе-солдат оказался настолько пьян, что не смог подняться из-за стола. Схватив большой медный кувшин, девушка ударила противника по голове, после чего тот сразу же отключился. Выскользнув наружу, где с балкона тянулся ряд канатов, скрепляющих одну конструкцию с другой, Фемида незамедлительно двинулась вперед.

Палубу внизу и соседнюю отделяли мощные ворота. Над высоким строением по ту сторону хлопал большой флаг — командный центр корабля. Именно там находились документы, определяющие военные операции всего флота.

Стараясь не смотреть вниз, наемница оказалась по ту сторону ворот, распластавшись на крыше навеса, под которым бродили патрульные. Никто не заметил незваную гостью, это было большой удачей. Спрыгнув вниз через люк в потолке, девушка оказалась точно за спиной солдата, державшего в руках арбалет. Прежде чем он успел повернуться, нож впился ему в шейные позвонки.

Вслед за этим, кто-то выскочил из соседней комнаты, заметив чужака. Фемида, постаралась остановить, бросившегося за помощью бойца, но игла впилась в дверной косяк, застав пустое место. Спустя несколько секунд над судном раздался звон колокола, вся операция, проделанная почти идеально, покатилась к чертям.

Выругавшись, наемница выскочила из окна, приземлившись на палубу перед командным центром. Слева от нее тянулся борт судна, справа взбирались на стену несколько солдат. Пока они не знали, что случилось, это время следовало потратить с наибольшей пользой.

Кубарем, закатившись под требушет[1], установленный на высоком помосте, девушка бегом бросилась к зданию. Кто-то пустил ей в спину арбалетный болт, но промахнулся.

«Враг вон там!!!» — заорали сразу несколько человек, но было поздно.

Проскочив в одно из низких окон, которые, на судне не было принято стеклить, Фемида оказалась в просторном зале, заполненном людьми. Все они проявляли поразительное спокойствие… спустя мгновение, наемница поняла, в чем дело.

«Окружайте его, не спешите, все под контролем!» — этот голос не мог принадлежать человеку, металлически холодный, наполненный треском молний.

Пересекая зал, девушка оглянулась и увидела его. На полторы головы выше всех в помещении, он носил на шее тяжелый железный обруч, от которого тянулось семь длинных цепей, по количеству послушников, окруживших своего господина. Вместо лица у этого существа исходил искрами портал в бездну. Длинный палец, цвета ржавой стали, был направлен в сторону наемницы.

Инквизитор видел ее сквозь стены, он мог обратить свою жертву в сгусток слизи, без надежды на перерождение. Если только Фемида окажется в критической близости от него…

Не щадя ни себя, ни своих ресурсов, девушка запускала одну отравленную иглу за другой. На пути к спасению ей попалось несколько человек, все они пали замертво. В десятке метров зияло открытое окно, броситься в которое было куда безопаснее, чем сражаться с аурой такого врага.

Выглянув наружу, наемница заметила узкую дорожку, ведущую вдоль внешней стороны борта. Видимо, когда-то давно ее соорудили рабочие, занимающиеся ремонтом. Вонзив кортик в щель между досок, Фемида спрыгнула вниз, прижавшись спиной к борту. Прямо перед ней проплывали бесконечные облака, их верхние кромки наполняло сиянием полуденное солнце.

Добраться до низкой двери оказалось делом пары минут. Хватаясь за крюки, подготовленные цепарями для безопасного передвижения, наемница скрылась на одной из нижних палуб. Теперь, согласно показателям радара, инквизитор не видел ее. Можно было перевести дыхание и собраться с мыслями.

Оператор куда-то исчез, но его отсутствие сейчас казалось правильным. Нырнув в узкий лаз, спрятанный за штабелем досок, девушка принялась карабкаться наверх, находясь точно под тем местом, куда ей следовало пробраться.

Правда, была теперь одна важная проблема — если подменить приказы, кто поверит в их подлинность? На корабле обнаружен шпион, разве это не повод задуматься? Но, несмотря на фактический провал, контракт все еще был действительным. Что это могло означать?

Искомая каюта охранялась, а учитывая тревогу — удвоенными конвоями. Фемида еще издали услышала, как кто-то из младших офицеров во всю глотку орал на своих подчиненных, пока его не попросил заткнуться кто-то, обладающий более властным голосом.

Наступила тишина, наемница притаилась под массивным столом, заваленным чертежными приборами, картами и книгами. Небольшая площадка перед дверью, за которой тянулся длинный коридор, стала хорошим укрытием. Попасть на нее, можно было, поднявшись по лестнице с нижнего этажа. Заметить человека в темном углу практически невозможно, да и кому придет в голову искать лазутчика здесь?

Четверо солдат, двигаясь попарно, ходили из одного конца коридора в другой, протиснуться между ними незаметно — не было ни единого шанса. А именно в центральной каюте находился кто-то, обладающий голосом короля. Даже если не брать в расчет блуждающего где-то поблизости инквизитора, задача невыполнимая.

На что же оставалось рассчитывать в такой ситуации? Фемида выбралась из укрытия, когда поняла, что здесь ей ничего не угрожает. Предстояло немного побегать, но для начала обзавестись хотя бы символической маскировкой.

Над столом цыгане давно соорудили тайное место, для слежки за членами экипажа. Чтобы проникнуть в него, девушка просунула кортик в щель между досок, поддев невидимый механизм. Что-то щелкнуло и в стене открылось отверстие. Чтобы протиснуться в лаз, пришлось сильно постараться, зато теперь наемница могла спокойно перемещаться по потолочным балкам без риска быть замеченной.

Далеко внизу, через этаж, под ней бродили солдаты. Семеро послушников, медленно водили по залу инквизитора, как озверевшего быка. Он тщетно вынюхивал жертву, это изначально выглядело неправильным. Почему такого матерого пса не поместить в комнате с документами? Хотя, разве что командование боялось совсем не за это…

Наемница прикинула, что еще может скрываться в штабе? Артефакт, важный пленник, гость? Решив не ломать голову, она добралась до стены, за которой маячила на радаре цель контракта. Заглянув через щели в досках, Фемида не нашла там ничего примечательного: шкафы, стол и куча свитков. И изящная фигура человека, облаченного в изумрудный камзол.

Кем он мог быть?

Оставив смартфон здесь, девушка торопливо вернулась на свое прежнее место. Пошарив по сторонам, ей удалось найти старый мешок, кем-то оставленный за парапетом. Разрезав его, таким образом, чтобы накрыться, как плащом, наемница замаскировалась с максимально возможной, в данных условиях, эффективностью.

Выждав нужный момент, шпионка бросилась в коридор, с кортиком в руках. Не ожидавшие ничего подобного солдаты растерялись, этого хватило на один удар, серьезно ранивший противника. Потом девушка бросилась из окна, в синеющую бездну небес. Поверят ли враги, что теперь им ничего не угрожает?

Возродившись на перекладине, Фемида прильнула к доскам. Человек в камзоле куда-то пропал, дверь в каюту была открыта. Знаки цыган говорили о том, что попасть внутрь, можно было через потолок, всего-то нужно вскарабкаться по веревке. Стараясь не выдать себя шумом, девушка проникла в каюту, едва успев шмыгнуть, под огромный письменный стол: хозяин кабинета ворвался внезапно, словно планировал, застать здесь кого-то. «Какие хитрые мыши… — пропел он себе под нос, — солдат перехитрили, пусть думают, что и меня тоже…»

Наемница следила за каждым его движением, стараясь не пропустить ни звука, что издавал господин в изумрудной одежде. Мужчина некоторое время постоял посреди комнаты, после чего, уселся в старое глубокое кресло. Если бы он просто наклонил голову и всмотрелся в тени под столом, то наверняка заметил гостью. Но он этого не делал.

Спустя несколько минут в дверь постучали, один из солдат доложил, что шпиона нигде нет и господин инквизитор полностью спокоен за участь пленника. «Пленник!» — мысленно воскликнула Фемида, когда прозвучало ключевое слово.

«Хорошо, пусть будет так, — спокойно ответил мужчина. — Пошел прочь, ты мешаешь мне думать!»

Следующие полчаса девушка изнывала от ожидания. Незнакомец долго сидел не шелохнувшись, а потом, вдруг, резко поднялся на ноги. Он подошел к столу, что-то там выискивая и, в конце концов, покинул каюту, заперев дверь на ключ. Это было хорошим знаком, наемница облегченно растянулась прямо там, где пряталась. Ноги гудели от напряжения, мышцы налились свинцом.

Искомые приказы лежали отдельно, в деревянной шкатулке. Сверив их с теми, что вручил ей Меливор, Фемида с удивлением поняла, что почерк не соответствует и любой, кто захочет, обнаружит подмену. Но это было второстепенно — на смартфон пришло уведомление о том, что контракт успешно выполнен и можно, отправляться в Убежище.

Тревога понемногу улеглась, покинув каюту тем же путем, наемница внимательно отнеслась к тому, чтобы не оставить следов. Не будь помощи цыган, она никогда, в своей жизни, не справилась бы с задачей столь эффективно! Могла ли она предположить, что когда-то, совершенно случайно столкнется с Бахти, вступив с ним в преступный сговор?

Впрочем, для человека вроде Фемиды сложно было найти четкое определение закону. Соответственно, не существовало и его противоположной стороны. Согласно таймеру, оставалось еще двадцать четыре часа на то, чтобы покинуть судно, но прежде, стоило побольше узнать о человеке, в богато украшенном камзоле, инквизиторе и пленнике, заключенном где-то в застенках штаба.

Девушка выбралась наружу, следуя за точкой на радаре. Если бы она не догадалась отметить незнакомого господина, как важный объект, сейчас бы и знать не знала, что он находится в пятидесяти метрах от нее. Используя знаки, Фемида в считаные минуты проникла в трюм, освещенный минералами, обильно разросшимися на заплесневелых стенах.

В большом помещении, заставленном клетками, чувствовался странный, отдаленно знакомый, запах.

[1]Требуше́т, также требюше (от фр. trébuchet — «(рычажные) весы с коромыслом») — средневековая метательная машина гравитационного действия для осады городов.

Глава 3. Черный человек, алхимик идет в Рощу, подобие Бога

Не покидая тени, наемница прошла вперед, прежде активировав функцию возрождения, вблизи смартфона, и оставив его в укромном месте. Лоадер спасет ее, если случится что-то неожиданное, а оно обязательно произойдет. Фемида нисколько в этом не сомневалась. Клетки чередовались одна за другой, в нескольких шагах друг от друга. Каждая — закреплена к потолку с помощью корабельной цепи. Металлические прутья без проблем выдержали бы тонны веса. Для кого они могли быть изготовлены?

Достигнув центра корабельной тюрьмы, девушка заметила знакомый камзол. Человек стоял чуть поодаль, заложив руки за спину. Лицо этого, без сомнения, властного господина оказалось скрыто глубокой накидкой. Он разговаривал с кем-то, заточенным в клетке.

— Понимаешь, Лютс, обстоятельства вынуждают меня действовать не совсем гуманно, — с ноткой вины объяснялся мужчина.

— Ты прекрасно понимаешь, что это не в моих правилах, но ты обязан поступиться с былыми устоями. Теперь они ничто! Время слишком быстротечно для тебя, мой друг… — девушка ожидала ответной реплики, но после долгой паузы господин в камзоле заговорил вновь.

— Уверен, когда все кончится, и ты увидишь ситуацию со стороны… так сказать, охватишь ее с максимальной объективностью, все станет понятно. Кстати, мы уже встретили Ее сопротивление! Представляешь, лазутчик сбросился с судна. Воистину, гомункулы Королевы слишком безрассудны, хотя и крайне изобретательны. Шпион погиб!

— Я не был бы в этом так уверен, — голос, произнесший эти слова, вызвал у наемницы испуганную оторопь.

И дело было не в том, что он звучал страшно или угрожающе. Наоборот — это был спокойный шепот, полный внутренней ярости, скрываемой с самообладанием камня. Существо, заточенное в клетку, одним словом могло вызвать лавину, селевой поток или камнепад. Фемиде представился могучий воин, облаченный в рваные одежды. От восхищения ее отвлек дальнейший разговор.

— Что ты имеешь в виду? — озадаченно проронил мужчина.

— От нее разит на весь зал, выпусти меня и я принесу к ее твоим ногам.

— Ее? Это…

— Девушка. Выпусти меня!

Наемница поняла, что по ее спине непрестанно гуляют мурашки, а от нежелания столкнуться с неведомой опасностью трясутся поджилки. Кем бы он ни был, этот пленник, прежнее любопытство испарилось без остатка. Метнувшись назад, к спасительному выходу, Фемида услышала, как с лязгом опадают цепи и скрипят петли. А через три удара сердца, чьи-то пальцы сошлись на её шее.

Не видя, кто или что несет ее по залу, наемница таращила глаза, понимая, что одно неверное движение сломает позвонки. И если бы раньше, она открыто препятствовала плену, зная, что за смертью последует свобода, то теперь ничего не могла с собой поделать.

Господин в изумрудном камзоле ждал жертву у открытой клетки. С любопытством человека, которому ничего не грозит, он рассматривал болтающуюся в воздухе девушку.

«Сдается мне, в ней нет ничего особенного!» — разочарованно заявил он, а через секунду Фемида с облегчением осознала, что воскресла в относительной безопасности.

Враг, в очередной раз, не учел ее особенностей. Бросившись в лаз, девушка постаралась как можно скорее покинуть корабль. Теперь, ее здесь ничего не держало! Браслет Оскара на руке, подсказал расположение ближайшего портала, но как только наемница забралась внутрь, что-то невероятно мощное ударило снаружи. Как будто носорог решил добраться до обидчика, потеряв разум от ярости. Благо, биомеханизм перенес ее в подпространство.

Но Фемида смогла наблюдать за тем, как двери открылись и вслед за ней в контейнер вошел человек. Он был чёрен, как смола, обладал самым обычным телосложением худощавого юноши. Глаза, с алыми точками зрачков, белые-белые… Они посмотрели сквозь пространство, в лицо девушки, которую видеть никто не должен.

Очутившись в Убежище, наемница выскочила из портала, как ошпаренная. Там ее ждал оператор, настраивающий капсулу для тренировок. Постаравшись привести себя в порядок, девушка присела в баре, деликатно постучав по стойке.

— О, ты здесь! — улыбнулся монах, откладывая свое занятие. — Хочешь выпить чего-нибудь? — не ожидая ответа, юноша проследовал к полкам с напитками, разлив первое, что попалось, по бокалам.

— Как дела?

— Контракт выполнен, но соваться на корабль мне теперь не хочется… — угрюмо ответила девушка.

— Что случилось? — не придав значения этим словам, уточнил монах с неоновыми татуировками на висках.

— Я встретила там столько врагов, что хуже не придумаешь! — выпалила Фемида, осушив бокал. — Инквизитор, уйма охраны, какой-то черный человек!

— Черный человек? — поразился оператор. — Это еще кто?

— Если бы я знала! Он перемещается, как сам Дьявол, чует за километр. Похоже, что теперь я у него на крючке. Он нашел портал, и посмотрел на меня, когда я уже была в подпространстве! Жуть… — выговорившись, наемница почувствовала облегчение и легкий укол стыда.

— Меливор определенно что-то замышляет против нас… — пробубнил Ард. — Еще что-нибудь?

— Я видела Данте, — кивнула наемница. — Он наговорил мне какой-то ерунды, и мы расстались, — заметив немой вопрос в глазах собеседника, девушка опустилась до деталей. — Королева плодит хаос, все разное и ничего одинакового нет — больше я ничего для себя отметить не смогла.

— Интересно, — без какого-либо интереса кивнул оператор. — А как быть мне? Ты должна была узнать насчет контрактов!

— Верно, но Данте заявил, что встал на путь отречения, — Фемида растерянно осмотрелась.

— Я ничего не понимаю! — жалобно воскликнула она. — Вокруг действительно творится, какой-то непроглядный ужас! Все вылетает из головы, в Лимбе все казалось гораздо проще…

— Хотела бы туда вернуться? — быстро спросил Ард.

— Нет, я не об этом! — отмахнулась девушка. — Просто раньше были контракты, ты и я. Какой мир ни возьми, всегда все прозрачно — выполни условия, забери награду и жди. А теперь?

— А теперь, меня ищут в моем мире, тебя в твоем, контракты слишком рискованны. У нас нет врагов и союзников, есть только те, кто хочет использовать, — спокойным тоном сказал монах.

— Именно! — согласилась Фемида. — Нужно с этим что-то делать, как-то отгородиться…

— Посмотри, где ты находишься сейчас? — улыбнулся оператор. — Это самое безопасное место во вселенной. Хотя бы для одного из нас.

— Мы придумаем, как вытащить тебя, — пообещала наемница. — Я еще не знаю как, но будь уверен — это произойдет.

— Ладно, — после долгой паузы воскликнул Ард. — Какой следующий контракт?

— Однозначно — алхимик. Черт возьми! Это самое безопасное на сегодняшний день! — поразилась своим выводам Фемида.

Список заданий значительно разросся, найти среди них нужный оказалось непростым занятием. В какой-то момент оператор и его подопечная были готовы взяться за мольбы цепарей и рудокопов, что каким-то немыслимым образом сумели дозваться до Королевы.

Портал перенес наемницу в жилище мастера-алхимика. Вопреки общему настроению, здесь царила рабочая обстановка. Старик суетился вокруг стола, разросшегося колбами и агрегатами, на всю лабораторию стоял отчетливый запах спелой черешни. Фемида сглотнула, ощутив зверское желание поесть.

— Наконец-то! — воскликнул алхимик, не оборачиваясь. — Я думал, ты совсем забыла про старого друга! Как прошла сделка?

— Сделка? — непонимающе переспросила девушка.

— Где моя шваба, деточка?! — деловито вытирая руки о край фартука, повернулся к ней старик.

— А-а! — наемница улыбнулась.

— Все прошло хорошо, товар в деле, вот залог…

На край стола лег увесистый кошель с монетами.

— Замечательно, мне нужен помощник! — взвесив звякнувшие монеты, заявил алхимик.

— Но не ты! Толку от тебя мало, но это потом. Сначала — работа. Сопроводи меня в Рощу, обеспечь охрану от шкаров, так как они оккупировали территорию. Пришла весть от Мастеров, они ждут моего прибытия.

— А что это ты тут делаешь? — полюбопытствовала девушка.

— Ну, во-первых, не твоего ума дело, а во-вторых: реагенты и концентраты для будущих заготовок. Пока в моем распоряжении будет Роща, я имею полное право пользоваться ее плодами, так что твои ягодки могут очень даже пригодиться…

Следующие полчаса Фемида с восхищением наблюдала за тем, как последовательно собирается в дорогу ее текущий работодатель. В первую очередь он аккуратно промыл алхимическое оборудование, разложив его по полкам и ящикам, после чего принялся укладывать вещи в большой походный рюкзак.

Казалось бы, откуда у него могло взяться столько барахла? Тряпицы, склянки с засушенными ингредиентами, крючки, ремешки, фляжки и многое другое заполнило объемную сумку. Когда она оказалась за спиной старика, тот, казалось, едва держался на ногах, но вот он сделал пару шагов к выходу и картина изменилась. Алхимик неуловимо для взгляда, слился с сырыми досками жилища, двинувшись вглубь коридора.

Их маршрут пролегал по тропе, пролегающей на опасных участках, уже давным-давно заброшенных и забытых. Кому придет в голову преодолеть несколько километров над самой Бездной, отравляющей все вокруг зловонием? Когда-то первые беженцы возводили здесь первые подвесные мосты, чтобы подняться выше, просмоленные бревна только чудом не сгнили под натиском Топей.

Теперь их хаотическое нагромождение, служило как бы фундаментом для многотысячного города Адаманта, названного так в честь спиралевидных столбов, теряющихся в непроглядной тьме внизу, и упирающихся в горные своды над головой. Соединенные между собой рукотворными конструкциями, адамтиевые спирали еще не поддались ни одному человеческому инструменту. Люди обвязывали их многокилометровыми канатами, скрепляя, таким образом, жилища.

Много лет назад никто не предполагал разрушительной силы Топей, что заполняли нижние уровни ядовитыми испарениями. Но когда обрушились первые постройки, когда десятки людей умерли от страшных язв, пришлось действовать, чтобы выжить в новом мире.

Фемида с отвращением вытерла руку о край плаща — слизь, налипшая на доски, являлась концентратом зловония. И она была повсюду, как ни старайся выбирать места, за которые планируешь схватиться. Тонкие дощечки, перекинутые над непроглядной тьмой, заполненной туманом, всегда казались слишком шаткими.

Алхимик словно не замечал никаких неудобств, он упрямо, подобно навозному жуку, тянул свой рюкзак, игнорируя смертельную опасность. Для чего ему нужна наемница? Взобравшись на край платформы, ставшей домом для шкаров, девушка облегченно вздохнула.

В сотне метров отсюда, была хорошо видна Роща, та самая, что разрослась из монстра, поедающего человеческие мозги. Фемида вспомнила Керча, чем он занят сейчас? Жив ли вообще или сгинул, не справившись с водоворотом событий? Растения излучали слабое сияние, пыльцой заполонившее все вокруг.

Тогда еще, в первое посещение этого странного места, ничего подобного не было. Основным источником света служили огромные грибы, выросшие по периметру, подобно страже. Теперь же тут и там возвышались тонкие деревья, с тяжелыми бутонами на ветвях. Порой бутоны раскрывались, распыляя вокруг фосфоресцирующие семена. Они медленно парили в воздухе, оседая на прогнившие доски окружающих Рощу хибар.

Когда до зеленого островка осталось меньше десяти шагов, перед алхимиком и его спутницей появился уже знакомый мальчишка. Он был все так же худощав и бледен, его тонкую шею держал каркас из ржавой проволоки, а позади угрюмо стояли охранники. Шкары не были вооружены, если не считать их свирепых, изуродованных коростой лиц, что способны сразить одним только видом.

— Это еще кто такой? — шепотом спросил алхимик.

— Понятия не имею, но он главный, — ответила ему девушка, и, повысив голос, обратилась к пришедшим: «Приветствую вас, уважаемые! Мы можем спокойно поговорить, или сначала подеремся?»

— Ты привела с собой демона, но демон погиб, напившись моей крови, — едва шевеля губами, пробубнил ребенок. — Старый алтарь пал, взамен мы приняли Рощу.

— Демон пал, потому что я всадила в него несколько отравленных дротиков! — возразила Фемида. — Старый алтарь вы сами разобрали, так что убирайтесь отсюда.

— Пусть решит Оракул. Я ждал тебя, все подготовлено, следуй за мной…

Мальчик повернулся и пошел куда-то в сторону домов, наемница вопросительно посмотрела на алхимика, и тот, заинтересованно кивнул. Вместе они добрались до самой крупной хижины, с отсутствующей стеной. Двухэтажное строение когда-то служило трактиром, теперь его заняли шкары, превратив цивилизованное заведение в гнездовье дикарей-уродцев.

Фемида остановилась за несколько метров от входа. Когда она подняла глаза и осознала, что видит перед собой, изо рта у нее вырвался стон душевной боли и непонимания. Алхимик, шедший по правую руку от наемницы, пораженно присвистнул…

Обнаженное тело девушки намертво прикрутили к высокому столбу таким образом, чтобы она не могла опустить голову. Проволока пронизывала ее насквозь во многих местах, несколькими швами скрепляя разрезанную грудную клетку. Фемида вспомнила, что именно ее видела вмурованной в статую. Аналогия явилась сама собой, не нужно было ничего вспоминать — искалеченное тело девушки, лишенной оператора.

Они обе не могли умереть, но испытывали страдания в полной мере, какие зверства над ними не чини. Рассвирепев, наемница выхватила кортик и бросилась на помощь. В спину ей кто-то остерегающе крикнул, но даже залп тысячи орудий, не смог бы остановить, этот естественный порыв. Наемница, в мгновение ока, вскарабкалась на столб, принявшись срезать проволоку острой сталью.

Опрокинув конструкцию с телом на землю, Фемида увидела, что вокруг нее столпились десятки уродцев. Они смотрели на развернувшуюся картину со страхом, но никто не решался помешать. Ближе всех стоял мальчишка, его губы шевелились, в попытке донести какие-то слова, но наемница не стала слушать. Вырывая один кусок проволоки за другим, она освободила несчастное создание.

— Ты опорочила Оракула! — сквозь слезы заявил ребенок. Ребенок ли?

— Тупая свинья… — не успевая сглатывать слюну, девушка поняла, что входит, в неконтролируемое исступление. Если ее прямо сейчас хоть кто-то попытается остановить, произойдет резня, какой еще не видывал целый свет.

Взвалив тело девушки на плечо, Фемида подошла вплотную к мальчишке, склонившись к его лицу, чтобы сказать:

«Этот старик теперь здесь самый главный. Если с него упадет хотя бы один волосок, я вырежу всех вас, насажу на кол, смешаю с грязью. А тебя лично буду избивать так долго, пока твоя тонкая шея не оторвется и глупая башка не укатится в бездну».

На смартфон пришло уведомление о том, что контракт выполнен, наемница не придала этому особого значения. Главной ее целью было добраться до портала, передать ношу Оскару и вернуться, чтобы хорошенько разобраться в том, откуда у племени сумасшедших мутантов взялся, так называемый Оракул.

Еще по пути, диктуемому теплеющим обручем на руке, Фемида услышала, едва различимый шепот. Девушка, лишенная оператора, постоянно повторяла: «Лишите меня тела, отнимите меня от него, дайте мне сон, утопите меня во тьме». Здесь, в окружении сгнивших домов, зловония и тьмы это показалось наемнице настолько жутким, что она вновь не смогла сдержать слезы.

Облегчение пришло в Бункере, когда спокойный тон биомеханизма вернул ее к действительности. Эмоциональная часть завершилась, настало время действовать, игнорируя чувства.

— Я вижу, у тебя нюх на страдания, — заметил Оскар. — У меня как раз появились кое-какие успехи в работе над проектом «Вирсавия».

— Эм? — проронила Фемида, усевшись в кресло перед мониторами.

— Я решил дать ему имя, потому что это имеет практический смысл, — пояснил биомеханизм.

— Вирсавия сейчас находится в искусственной коме, пришлось потратить немало ресурсов на то, чтобы получить такой результат. Только я подумал, что стоило бы проверить работоспособность метода на других объектах, как появляешься ты!

— Потрясающе, — задумчиво сказала наемница. — Пока Вирсавия в коме, она что-нибудь чувствует?

— Зависит от химического состава вещества, которое я ввожу ей кровеносную систему. К слову, все биологические законы не работают в отношении этого существа, приходится искусственно качать кровь, чтобы она распределяла элементы по организму. Это очень интересно! — воскликнул Оскар.

— Как будто сам Бог слепил голема, но не стал наделять его частичкой своей силы, не дал ему самого важного — подобия.

— Ты говоришь интересные слова, мне кажется, я знаю что-то про Бога… — Фемида рассматривала информацию, выводимую на мониторы, хотя ничего не могла из нее извлечь.

— Кажется, я когда-то видела его.

— Это исключено! — в голосе биомеханизма слышалась абсолютная уверенность. — Первый отреченный говорил, что Бог недосягаем для процессов разума.

— Возможно, ты прав, — согласилась девушка. — Все равно я ничего не смогу вспомнить. Так что, ты сможешь выручить и эту несчастную?

— Да, она уже ничего не чувствует, пока есть энергон, они обе в полной безопасности, — ответил Оскар.

— Ты можешь быть спокойна за их участь.

Глава 4. Договор в Роще, новый Оракул, первая книга

Приведя нервы в порядок, Фемида вернулась к Роще. Алхимик принялся за исполнение своих обязанностей с должной обстоятельностью. Вместо рюкзака за его плечами теперь болтался странный бочонок из железа, от которого тянулся шланг, распыляющий в воздух сладковатый дым. Увидев приближающуюся наемницу, старик отвлекся от работы, натянув на лоб огромные гоглы[1] с прозрачными линзами.

— Эй! Ну и шороху ты навела! — жизнерадостно улыбаясь, сообщил он. — Ни одного ублюдка не видно, а ведь я хотел среди них найти несколько помощников!

— Ничего, все можно исправить! — пообещала девушка, двинувшись в обход бурной растительности.

В здании таверны и впрямь никого не было, или шкары тщательно скрывали свое присутствие. Как выяснилось несколькими мгновениями позже — второй вариант оказался правильным. В воздухе просвистела стрела, вонзившись у ног вовремя отпрянувшей Фемиды. Чертыхнувшись, она бросилась в укрытие, кубарем закатившись под стол.

Радар тут же высветил единственную цель, растворившуюся спустя пару секунд. Уродцы маскировались, и делали они это мастерски. Выхватив кортик, наемница перебежала за длинную стойку, нос к носу столкнувшись, с сидящим там противником. Выглядел он испуганным, даже наполовину покрывшая лицо короста, не смогла скрыть страха щуплого человечка.

Жестко приложив его рукояткой кортика в висок, девушка выглянула из укрытия, привлекая внимание. Как только стрела со стуком вошла в доску за ее спиной, цель оказалась зафиксирована. Бросившись вдогонку, девушка кубарем улетела в сторону, когда из засады на нее кинулся крепкий шкар с одной рукой, мутировавшей в нечто похожее на топор.

Его почерневшая конечность глухо ударилась об пол и бедолага закричал от боли, но успел отскочить в сторону, избегая ответной атаки. Наемница с удивлением поняла, что перед ней существо, никогда не применявшее уродство в драке. Они импровизировали на ходу и, скорее всего, не сталкивались с серьезными соперниками.

Пинком, свалив врага с ног, Фемида спешно развернулась, услышав шаги за спиной. Прикрывшись кортиком, она успела перехватить удар мачете у самой рукоятки и отбросить уродца в сторону, обезоружив того. Схватка продолжалась еще несколько минут. Все это время девушка старалась никого серьезно не покалечить.

Постепенно натиск иссяк. Шкары не торопились бросаться в бой, зная, что ничего хорошего их не ждет. На улице перед таверной появился зачинщик разборки — мальчик с атрофированной шеей. Он развел руки в стороны, словно собрался исполнять обряд. Ждать, что из этого выйдет, наемница не стала, метнувшись к жертве.

Наперерез ей вышли те самые телохранители, выглядевшие наименее уродливыми на фоне своих сородичей. В руках они держали стальные пруты, покрытые свежими отметинами. Пригнувшись в последний момент, девушка сбила плечом ближайшего противника, повалив его на землю. Прежде чем он успел отойти от тяжелого падения, три точных удара в лоб заставили его закрыться руками.

Когда его напарник поспешил на подмогу, было уже поздно: Фемида стояла на ногах, готовая дать отпор. Шагнув вперед, она ударила телохранителя под колено, едва не опрокинув, после чего добавила жесткий хук в темечко. Когда шкар повалился на спину, добивать его не пришлось — перекатившись, он разорвал дистанцию и бросился наутек.

Мальчишка-жрец остался один, но его действия принесли первые плоды. В воздухе ощутимо запахло озоном, хотя гроза не намечалась. Между пальцев ребенка скопилось слабое сияние, туманной жижей стекающее на сырые доски. Побоявшись случайно убить юного колдуна, наемница схватила его за проволочный каркас на шее и слегка тряхнула, приводя в чувства.

Мальчик испуганно открыл глаза, слабо шевеля губами, он шептал неразборчивые наговоры. За его спиной, из-за ограды, за которой клубилась тьма Топей, выскользнуло несколько фигур. Они были человеческими, хотя назвать их полноценными людьми сложно. «Убери этих тварей!» — потребовала Фемида, но колдун обмяк в ее руках, потеряв сознание.

Чертыхнувшись, она посмотрела на светящийся силуэт Рощи. Где-то там корпел над цветочками старик, который наверняка знал, что делать. Плотнее перехватив кортик, девушка первой пошла в атаку, потому как тянуть время не имело никакого смысла.

Туманные призраки перемещались почти неуловимо, но двигались медленно, перетекая из одного места в другое. Черные, как смоль, они окружали жертву с четырех сторон, как бы Фемида ни старалась этого избежать.

Удар кортика встретил слабое сопротивление, сталь прошла насквозь, руку обдало холодом. Фантом отпрянул в сторону, уступая место одному из собратьев. Наемница упрямо рассекала их, не позволяя оказаться слишком близко. Как выяснилось немного погодя, твари не имели никакого оружия, атаки их выглядели как попытки запугать врага, а не нанести ему реальный урон.

Выяснив это, девушка расслабилась, вернувшись к безвольному телу мальчишки. Взвалив его на плечо, как куль, она двинулась в сторону Рощи. Тени за ее спиной осыпались хлопьями пепла, растоптанные десятками ног шкаров, молчаливо последовавших за своим странным предводителем.

Алхимик, все это время не изменявший род деятельности, удивленно отложил серебряные ножницы, которыми только что отстригал усики на мясистом бутоне неведомого цветка. Процессия, приближающаяся к его временному владению, выглядела весьма странно.

— Нужно привести в чувство этого хлюпика! — осторожно сложив тело на покрывало изо мха, заявила девушка.

— А вон те нас не того? — опасливо кивнул старик в сторону полусотни уродцев.

— Что? — Фемида оглянулась, окинув их оценивающим взглядом — угрюмые лица белели на фоне гниющих хибар.

— Нет, как видишь, они не против!

Старик хмыкнул, сорвав с ближайшего кустика желтоватый лист. Растерев его в пальцах, он поднес слизь к носу ребенка. Тот, сначала неуверенно, но потом все активнее принялся отворачиваться в сторону. Спустя минуту маленький жрец полностью пришел в чувство, бессильно откинувшись на ножку гриба, растущего на окраине Рощи.

— Ну, рассказывай, — присев перед ним на корточки, потребовала девушка.

— Что? — серым голосом уточнил мальчик.

— Откуда у вас Оракул, для начала, — подумав, решила девушка.

— Я не смогу долго разговаривать, пусть явится няня… — попросил ребенок.

Понимая, что все именно так, Фемида направилась к застывшей чуть поодаль толпе. Няней назвалась пухленькая женщина в трех юбках и вязаном сером свитере с растянутыми рукавами. Ее правая часть лица почти полностью заросла кожей, а единственный глаз заплыл бельмом. Как она видела, сказать сложно.

Впрочем, уродливый вид с лихвой окупался приятным голосом. Если бы она говорила из другой комнаты, то вполне сошла бы за миловидную кухарку в каком-нибудь богатом особняке. Няня потребовала вернуть ей мальчика, но наемница предпочла не давать никаких послаблений. Подозвав к себе женщину, она без предупреждения отвесила ей звонкую пощечину, заставив опрокинуться назад.

Толпа испуганно охнула, кто-то попытался броситься в драку, но его удержали свои же. Няня поднялась на ноги, упрямо встав перед Фемидой. Был ли ее вид грозным в этот момент? Уродство маскировало любые эмоции.

— Что ты хочешь взамен ангелочка? — спросила она, вздернув подбородок.

— Ты пойдешь со мной и расскажешь все, что я захочу, — ответила девушка, едва удержавшись от того, чтобы не ударить эту горемычную повторно.

Они собрались на крошечной полянке, скрытой от посторонних глаз. Алхимик провел их сквозь плотную растительность, освобождая дорогу дымом — ветви и листья сами отстранялись от неприятного для них аромата.

Фемида разлеглась на траве, подложив под голову свернутый плащ, ее взгляд был направлен вверх, где куполом сплелись чудесные салатовые стебли, покрытые жемчужными цветами. Мальчишка принял похожую позу, у его изголовья села няня, расчесывая ему куцые волосы почти беззубым гребнем. Алхимик разместился на складной табуретке, раскрыв перед собой мешочек, в который, принялся сноровисто сбрасывать кожуру от семян.

Наемница задавала вопрос, внимательно слушая ответ, ей все больше хотелось спать, но она боролась из последних сил. Няня рассказала, что мальчика зовут Иезекииль, он единственный наследник Дара, передававшегося из поколения в поколение. Дара, не позволяющего принять уродство.

Три поколения назад в селение шкаров явился гость, объявивший себя посланником Бога. Он привел с собой девушку, чье сердце должен был съесть тот, кто готов принять на себя великую ответственность. Таким оказался прадед «ангелочка». В доказательство своей исключительности гость наделил Оракула бессмертием, совершив ритуал, в финальной части которого вонзил нож в девушку. Разрезав ей грудную клетку, посланник отнял плоть от ее сердца, заставив избранника съесть его, в сыром виде.

С тех пор род Иезекииля обрел поразительное свойство: слабое здоровье, но отсутствие мутации. Чтобы скреплять силу дара, следовало каждому новому жрецу повторить ритуал посланника, исчезнувшего навсегда. Он оставил после себя пророчество, которое предсказывало прибытие другого Оракула, что заберет свою сестру, заняв ее место.

С течением времени туманные слова забылись, но появление Фемиды, Рощи и странных Высших, не остались без внимания. Шкары испугались не на шутку, пришлось вспоминать прошлое и усмирять их былыми устоями. Наемница поняла, что столкнулась с племенем дикарей, кем-то обманутым и брошенным на произвол судьбы. Но зачем?

— Отныне у вас нет никакого Оракула, — поднявшись на ноги, заявила девушка. — Главный тут — мастер-алхимик.

— Мы не будем служить никому, даже Топи не смогли поработить наши тела и души. Печать уродства — достойная плата за стойкость духа! — сердито возразила няня, силой прижав голову Иезекииля, пытающегося приподняться.

— Я вырежу каждого из вас, истреблю за то, что вы сделали с несчастным существом, неспособным как-либо защититься, — присев напротив женщины, ледяным тоном сказала Фемида. — Вы либо служите ему, как подобает, либо никто не выйдет из Рощи живым. Так понятно?

— Постой! — примиряюще подняв руки, воскликнул алхимик.

— У меня есть, что предложить вам за верную службу! К тому же, когда я уйду, явятся другие. Станут ли они разбираться в вашей полезности? Демон, высасывающий мозг, не единственный. Хотите сгинуть таким образом? Я знаю, что нет. Так что у вас есть отличная возможность показать себя, и спастись! Разве эта воительница не является частью пророчества?

Няня задумчиво посмотрела в лицо Фемиды, кусая губу. Мальчик, лежащий на ее коленях, закрыл глаза, обласканный нежными пальцами.

— Ты должна доказать, что бессмертна, отдай нам свое сердце!

— Кровожадная тварь… — прошипела наемница, стиснув кулаки, — обойдешься.

Вскоре они стояли перед сгрудившейся толпой. Девушка вышла вперед и объявила, повысив голос: «Теперь я — ваш новый Оракул, как предсказывало пророчество! И я говорю вам так: тот, кто верой и правдой послужит на благо Рощи, помогая алхимику, останется жить. Остальные погибнут от лап демона, что пришел вместе со мной и принес с собой первое семя! Все, кто не желает принять новую участь, пусть убирается прочь. Ваш жрец, Иезекииль, благословит каждого. В общем, решайте…»

Отвернувшись, Фемида отошла в сторону, уступая место старику. Алхимик держал в руках небольшой мешочек со швабой, как дар примирения. Несмотря на то, что мальчишка и его няня были поставлены перед жесткими условиями, шкары об этом знать не должны. Более того, пусть думают, что союз заключен по доброй воле, из обоюдного согласия.

Когда уродцы попробовали наркотик такого качества, большая часть пришла в экстаз. Наемница не стала наблюдать за дальнейшим ходом событий, вернувшись в Убежище. Там ее ждал оператор, с интересом расспросивший девушку. История его впечатлила, хотя выражать радость у Арда вышло не очень — в обмен на хорошие новости он рассказал свои. Впервые сработала сигнализация, пришлось отключать электричество. Враг бродил поблизости…

Как-то само собой вспомнилось, что нужно навестить Данте и узнать о формировании контракта. Если это мог делать алхимик, логичнее всего было бы обратиться к нему, но странное дело — информация выскакивала из головы в самый неподходящий момент. Логичным решением стал Оскар. Войдя в портал, Ард и его подопечная переместились в Бункер, сразу же обозначив цель визита. Биомеханизм несколько минут хранил молчание, после чего выдал довольно емкую и краткую информацию…

Чтобы обзавестись любым устройством для связи с Королевой, необходимо открыть лазейку. Личную, секретную комнатку, в которой произойдет заключение договора. Так делают все, кто пожелал обрести помощь извне, но никто не станет делиться подробностями, потому что таковы условия. Посторонние не должны знать деталей, поскольку это повлечет за собой серьезные последствия, вплоть до появления анти-копии взывавшего.

Когда количество разумных существ одного мира, обратившихся к Королеве, достигает критической массы, происходит его «модернизация». Что за этим последует, не знает никто, поскольку все исходящие сигналы прорываются, а входящие не достигают адресатов. Первый отреченный выдвинул на этот счет несколько теорий, ни одна из которых не получила практического подтверждения. Оскар следит за многими внешними объектами и по сей день.

Помимо прочего, проникновение Королевы в мир не проходит бесследно, это привлекает к нему типы энергии, несущие деструктивный характер. Ард долго размышлял над этой информацией, после чего спросил:

— А есть возможность понять: бывала ли уже Королева в моем мире?

— Это потребует некоторого времени. Мне необходимо изучить структуру вашего ДНК, — ответил биомеханизм. Спустя пару мгновений, из стены высунулась механическая конечность с тонкой иглой между прорезиненных клешней, взяв кровь из пальца оператора, она скрылась за автоматической панелью, — Нет, в вашем секторе нет реликтового излучения Королевы, хотя попытки проникнуть предпринимались многократно, — спустя несколько минут рассказал Оскар. — Ваша планета и солнечная система являются уникальными по своей структуре — слишком велик фон радиации, он в буквальном смысле сжигает любые объекты, проникающие извне. Неудивительно, что попытки пробраться в открытый космос обернулись провалом.

— Тогда кто за мной охотится? Откуда на моем компьютере взялась программа? Откуда оборудование? — удивленно воскликнул Ард Бит.

— Не могу ответить. Прямых способов проверки у меня нет, приходится совершать анализы по косвенным признакам, — спокойно объяснил биомеханизм. — Единственное могу сказать с уверенностью — на вашей планете нет ни одного контракта с Королевой, а значит, нет ни одного воззвавшего к ней. Тот способ, которым вы взаимодействуете с Ее творениями, также является уникальным.

— И кто за мной охотится, в таком случае? — не унимался оператор.

— Вероятно тот, кто планирует добраться до Фемиды. Пока у него не развязаны руки, так что вы находитесь в гораздо большей безопасности, чем ожидаете получить от Королевы.

— Поразительно… — без тени улыбки усмехнулся Ард.

— Справляться самостоятельно будет разумнее?

— Все данные говорят о правильности вашего утверждения, — подытожил биомеханизм.

— Спасибо… — силуэт оператора сделался ярче, размывшись в пространстве, после чего исчез — Ард покинул свою игру.

— Это правда? Все, что ты сказал только что, — обратилась Фемида к Оскару.

— Я не имею ни одной причины искажать информацию, — сказал биомеханизм, резко сменив тему.

— Желаешь посмотреть на пациентов?

— Что? А, да! Конечно! — наемница встала с диспетчерского кресла, готовая куда-то идти, но ее ждало разочарование.

Десятки экранов погасли, а затем зажглись в едином изображении — в полупрозрачных капсулах лежали две девушки. Все, что от них осталось — лица. Остальное Оскар беспощадно удалил, оставив лишь нервные окончания и мозговую ткань. Картина выглядела пугающе, но Фемида понимала, что девушкам не грозит опасность.

— Какое имя ты дал второй пациентке? — неожиданно для самой себя поинтересовалась она.

— Авигея, — ответил Оскар.

— Откуда ты берешь эти имена? — спросила девушка.

— Из одной очень старой книги, она стала первой, внесенной в мою память.

— И как называется эта книга?

— У нее нет названия, как нет имени у первого отреченного.

Фемида замолчала, засмотревшись на лица Версавии и Авигеи. Эти две девушки, лишенные тела и души, представились чем-то мифическим, как существа из детских сказок. Прекрасные создания, обреченные на вечные муки по неведомым причинам.

[1] Гогглы — это специальные защитные очки, которые использовались рабочими в Викторианскую эпоху в таких профессиях как сварка, выплавка металла и так далее.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге