Прокаженная. Чужих детей не бывает.

Глава 1

Повязав на голову платок, я взяла корзинку и вышла из дома.

Раннее утро. Только что забрезжил рассвет, который имеет мягкий тусклый свет сумерек. Аромат свежескошенной травы и покрытых росой цветов наполняет воздух душистым землистым ароматом.

Сразу же у порога взяла батожок*. Без него в последнее время трудновато передвигаться. Спустившись со ступеней, наклонилась и погладила кота. Васька тут же отозвался на ласку.

– Галка, опять в лес собралась? И чего тебе дома не сидится? Глядишь, свалишься где, кто тебя искать будет? – заворчала соседка Любка, выглядывая на мой участок через забор.

– Ну, сгину я, тебе-то чего переживать? Волнуешься, что не с кем будет соседям кости перемывать? – проворчала в ответ.

– Старая ворчливая баба! Кому ты нужна, чтобы переживать за тебя? Я, может, за кота твоего волнуюсь. Случись что, кому твой Васька нужен будет?

– Я-то старая? Да я на десять лет младше тебя! Так что прекращай ворчать и займись своим делом, – отмахнулась от назойливой соседки. – А если так волнуешься за Ваську, после того как помру, можешь забрать его себе.

– Кому он сдался? Мышей и тех ловить не может – проворчала Любка, скрываясь за забором.

Любка права. Случись со мной что, никто и искать не будет. Так уж сложилось, прожив больше полувека, я не обзавелась ни мужем, ни детьми. Хотя по молодости ухажеров хватало. Только сильно привередливая я тогда была. Пока выбирала, все и разбежались. Вот и осталась в старых девах.

Войдя в лес, я посмотрела вверх на крону деревьев. Пышная листва и легкий ветерок окутывают окрестности покровом зелени. Щебетание птиц. Землистый аромат влажной почвы и мха.

По словам той же соседки, мне нужно сидеть дома и тихо ждать своей кончины. Но жить-то мне на что-то нужно. Вот и приходится ходить в лес за грибами и ягодами. Порой в корзину отправляются и ароматные травы.

Неторопливо передвигаясь среди высоких деревьев, я не сразу заметила, как на лес опустился туман. С каждым шагом становилось все труднее идти. Лес становился гуще и не проходимее. На пути то и дело попадались поваленные деревья. От спертого влажного воздуха, в груди появилась сдавленность, тело стало слабым и закружилась голова.

– Если продолжу идти, то станет только хуже, – пробормотала, подходя к заваленному дереву, присаживаясь на него.

Сердце продолжало бешено и нерегулярно биться. Дышать становилось затруднительно. В глазах потемнело, и я провалилась в темноту.

Распахнув глаза, я сделала глубокий вдох, пытаясь отдышаться. Чуть придя в себя, я обратила внимание на локоны волос, ниспадающие на лицо. Насколько помню, то убрала их под платок перед выходом.

Я хотела убрать волосы с лица, но так и не сделала этого. Рука замерла на полпути прямо перед лицом. С неверием и шоком я смотрела на руку, которая мне определенно не принадлежит. Тонкая кисть с аккуратными длинными пальцами и нежная светлая кожа, которая была испачкана и покрыта ссадинами.

Продолжая рассматривать руку, я покрутила ее перед глазами, пытаясь понять, что происходит. Рука не моя. Так почему же ею двигаю я? Сжала руку в кулак, а после разжала. Испытывая при этом странные ощущения.

Не знаю, сколько так пролежала, но мое внимание вновь привлекли волосы. Прикоснувшись к голове, я едва не закричала от ужаса, обнаружив там что-то отдаленно похожее на огромную мочалку. Длинные рыжие волосы были грязными и спутавшимися. Проведя рукой по волосам, я обнаружила, что в них запуталось множество листьев и веточек.

Осознавая, что со мной точно что-то не так, я прикоснулась к лицу и все же не смогла сдержать крик, поскольку лицо, которое на протяжении нескольких десятилетий было исчерчено морщинами, оказалось гладким.

– Без паники, – сказала, пытаясь успокоиться, но от этого только испуганно вздрогнула. Мой низкий хриплый голос прозвучал довольно тихо и ласково. – Нет, без паники тут точно не обойтись.

Я пытаясь подняться но с первой попытки у меня это не получилось. Стоило только пошевелиться и я застонала от боли которая пронзило все тело.

Страх и непонимание сковали мою грудь. Мне больно даже пошевелиться. Ощущение, будто меня переехал поезд. Откуда эта боль в конечностях и суставах?

Несмотря на ужасную боль и слабость во всем теле, я собрала все свои силы. Превозмогая боль, я стиснула зубы, сжала кулаки и медленно оттолкнулась от земли, пытаясь сесть. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы немного унять боль, я потратила еще несколько мгновений на то, чтобы собраться с силами, а затем поднялась на ноги. Это было невероятно трудно, но я смогла встать.

Тело ощущалось шатким и слабым, у меня едва хватает сил даже стоять. Каждое движение требует огромных усилий и заставляет чувствовать себя истощенным.

Опустив взгляд, осматривая себя, я окончательно убедилась, что произошло нечто уму непостижимое.

Вместо старых штанов с латками, растянутой кофты и галош на мне было длинное, в пол, серо-коричневое платье из грубого и неудобного материала, похожего на мешковину.

– Во что ты, Галка, вляпалась на старости лет?

Даже если бы я помолодела (что не факт, ведь в молодости у меня были иные параметры, да и рост выше, чем сейчас), это все равно не объясняет происходящее.

Так что же случилось?

Внезапно раздавшийся невесть откуда крик ребенка заставил меня забыть на время о своей проблеме. Я замерла, прислушиваясь к тишине.

Внезапно прямо передо мной из кустов выбежали двое детей. Они держались за руки, стояли близко друг к другу и смотрели на меня с широко открытыми от испуга глазами.

Мальчик и девочка. На вид им около шести лет. На мальчике черный жилет поверх белой рубашки и темных брюк. На девочке зеленое бархатное платье. Растрепанные светлые, слегка вьющиеся волосы и перепачканные личики, которые чем-то были схожими. Не трудно догадаться, что передо мной брат и сестра.

Интересно, что делают в лесу такие маленькие дети?

– Привет! – Я первая нарушила звенящую тишину, повисшую между нами.

Дети вздрогнули и ближе подвинулись друг к дружке. По взгляду малышей было видно, что они напуганы. Мне не хотелось еще больше их пугать, поэтому я старалась подбирать каждое слово, чтобы не напугать еще сильнее.

– Вы здесь одни? Может быть, вы потерялись? Я тоже заблудилась. Может, вместе попытаемся выбраться отсюда? – предложила я и улыбнулась.

Преодолевая боль, я попыталась подойти к ним. Но детям это не понравилось. Они одновременно задрожали от испуга и отступили.

– Не бойтесь, я не причиню вам вреда. Я правда заблудилась и хочу выбраться отсюда. Все же вместе будет не так страшно. Но если не хотите, я не буду напрашиваться, – негромко и неторопливо проговорила, отступая назад.

Мы смотрели друг на друга. Дети испуганно, а я озадаченно. Я больше не знаю, что еще можно сказать или сделать, чтобы дети перестали бояться.

Внезапно позади детей возник мрачный мужчина в чёрной одежде в окружении других людей.

– Вот вы где!

Дети испуганно сжались, услышав раздраженный голос мужчины. Они не стали оборачиваться, а подбежали ко мне, спрятались за мной и вцепились в мое платье, словно искали защиты.

Я с недоумением перевела взгляд с детей, искавших у меня поддержки, на мужчину.

Темные волосы цвета воронова крыла и карие пронзительные глаза. Его взгляд был напряженным, как у хищника, оценивающего свою жертву. Темная одежда придает мужчине устрашающий вид, и это заставляет меня чувствовать себя некомфортно.

– Отойдите от них! – короткий приказ.

Атмосфера становится еще более пугающей и тревожной. Что же такого могли натворить дети, что их преследует этот человек?

Глава 2

– Что будет, если я не подчинюсь? – спросила я, не желая выполнять его требование. – Я не знаю, что сделали эти дети, но вам не кажется, что вы слишком далеко зашли в своем преследовании?

– Как вы смеете так разговаривать с господином? – воскликнул один из мужчин.

«Господин?» – я посмотрела на мужчину по-другому. – «Если он господин, то остальные мужчины – его стража?»

Куда я попала? Кажется, так уже несколько столетий не обращаются к представителям высшей знати. Возможно, это отсылка к прошлому, если судить по одежде.

– Господин, к чему церемониться перед простолюдинкой? Позвольте, я разберусь с ней! – предложил стражник.

Высокий, хорошо сложенный молодой человек. У него тёмные волосы и привлекательная внешность. Однако, похоже, что характер у него не самый приятный.

Он сделал шаг вперед, чуть приподнимая руку, в которой тут же вспыхнуло пламя.

Я испугалась!

Смотря на красно-синие языки пламени, полыхающие на ладони стражника, я осознала, что это далеко не прошлое.

– Я обязательно дам тебе эту возможность, но для начала убедись, что дети не пострадают, – ответил ему господин.

– Вы правы, – согласился с ним тот и сжал кулак, отчего огонь потух, оставляя после себя небольшой столбик дыма.

– Мне нужны только дети. Отойдите в сторону, и вы не пострадаете! – обратился ко мне господин.

– Я что, на дуру похожа? – не удержавшись, съязвила, искоса смотря на мужчину. – Только что вы пообещали этому типу позволить меня убить. Если я отдам вам детей, он зажарит меня, как куру. А мне, знаете ли, жить хочется.

С каждым моим словом лица мужчин вытягивались от удивления. Только их господин по-прежнему стоял с каменным лицом.

– Просто отойдите от моих детей! – потребовал он.

– Ваши дети? – удивленно повторила за ним и непроизвольно посмотрела на малышей, словно спрашивая: это правда?

Дети поняли мой молчаливый вопрос и отрицательно замотали головой.

– Милок, обманывать-то нехорошо! – отчитала его как школьника.

– Господин никогда не лжет! – влез в разговор страж.

Он, наверное, самый разговорчивый. Иначе как объяснить, что он постоянно вмешивается в разговор?

– Тем не менее дети говорят, что это неправда. А значит, ваш господин все же пытается меня обмануть, – колко заметила я.

– Они дети моего покойного брата, — сказал господин.

– Вы его племянники? – Я снова взглянула на детей. Они отвели взгляд, что означало, что мужчина сказал правду. – Не понимаю, если вы их дядя, то почему они от вас убегают? – спросила, посмотрев на мужчину.

— Это вас не касается! Мы все выяснили, отдайте детей, — сказал он, глядя не на меня, а на детей. Услышав его слова, они лишь крепче вцепились в мое платье.

Как я могу позволить забрать детей человеку, которого они боятся? Но даже если я буду настаивать на своём, они всё равно заберут детей.

– Даже если я соглашусь, они не хотят меня отпускать., – сказала, отводя взгляд в сторону.

Мне стыдно за то, что я решила не вмешиваться в чужие семейные проблемы. Но сначала мне стоит побеспокоиться о себе. Я не знаю, где нахожусь и как оказалась в теле этой девушки.

– Об этом не беспокойтесь, – сказал он, и отдал короткий приказ, стражам: – Заберите их!

Несколько мужчин сразу же вышли вперед и направились к нам.

Дети заплакали и прижались ко мне, вцепившись в мою юбку, как в спасательный круг. От их слез мое сердце болезненно сжалось. Мне захотелось заплакать вместе с ними от чувства безысходности.

– Не приближайтесь, вы их пугаете! – воскликнула я, решив не отдавать им детей.

К сожалению, меня никто не стал слушать. Страж быстро приблизился и схватил меня за воротник. Я попыталась вырваться, хватаясь за его пальцы, но он держал меня крепко. От моих попыток освободиться его хватка только усилилась.

Я осознала, что оказалась в безвыходной ситуации. Моих сил явно недостаточно, чтобы противостоять ему. Даже если бы я не была так истощена и ранена, это ничего бы не изменило.

Меня бросило в холодный пот, дыхание участилось, разум затуманился. Тело затрясло от неконтролируемого страха. Я почувствовала, как меня окатило жаром и началось жжение. А затем… моя рука вспыхнула огнем.

Заметив это, мужчина испуганно отшатнулся от меня, как от прокаженной.

– Что за?...

Я взглянула на свою руку всего на секунду, а потом закричала и попыталась сбить огонь. Но это только усугубило ситуацию: пламя быстро распространилось с ладони до локтя.

— Огненный маг? — услышала я удивленный голос. И тут меня с головы до ног окатили ледяной водой.

Я была в шоке. Вода просачивалась сквозь одежду, вызывая оцепенение во всём теле. Постепенно это ощущение становилось неприятным. Раны тут же начали болеть, причиняя невыносимую боль.

Промокшая до костей, я задрожала от холода.

Я подняла голову и посмотрела на небо, чтобы понять, не начался ли дождь. Затем я огляделась по сторонам в поисках источника воды, но так ничего и не обнаружила.

– Успокоилась? – спросил мужчина, вырывая меня из состояния шока.

Я проигнорировала вопрос и посмотрела на свою руку, пытаясь вспомнить, что со мной произошло. Не обнаружив на ней никаких следов недавнего огня, я нахмурилась.

– Что здесь происходит? – не сдержавшись, воскликнула я в негодовании.

Огонь точно был! Я видела его и ощущала! Так почему одежда целая, а на руке нет ожогов?

Вспомнив, что именно произошло, я осмотрелась.

Дети все еще прятались за мно. Страж, тот, что пытался меня задушить, отошел в сторону и почему-то глядел на свою руку. Господин наблюдал за происходящим с безразличием, как будто он совсем не был удивлен случившимся.

Чем больше времени я провожу в этом месте, тем больше странных вещей здесь происходит. Я оказалась в чужом теле, столкнулась с проблемами чужой семьи и чуть не сгорела заживо. И это все произошло буквально за каких-то полчаса!

– Кто вас послал и с какой целью? – задал мне вопрос господин.

Казалось, на его лице не дрогнул ни один мускул, но по голосу я поняла, что грядут неприятности. Кажется, он даже забыл про детей.

– Не понимаю, о чем вы, – растерянно произнесла, обнимая себя за плечи.

Холод проник до костей, оседая внутри неприятным онемением.

– Схватить ее!

Отступила, со страхом наблюдая за тем, как ко мне приближаются стражники.

Я ощутила, как в платье снова вцепились маленькие ручки, ища защиты. Бедные крохи, им так страшно! Но, как оказалось, я бессильна в этой ситуации. Сейчас бы я не отказалась, чтобы меня тоже кто-нибудь защитил от их страшного дяди.

– Может, сначала поговорим? – попыталась остановить мужчин, вытягивая руку перед собой в надежде, что это их остановит.

– Обязательно! Вот доставим вас в темницу и поговорим! У нас под пытками любой заговорит! – На этот раз рядом со мной оказался другой страж.

Он схватил меня за руку и...

Не знаю, что он намеревался со мной делать, но в ту же секунду, как мужчина схватил меня за руку, поднялся ветер. Сначала на это никто не обратил внимания. Поскольку ветер был несильным. От него едва шевелилась листва на деревьях. Но когда я стала сопротивляться, желая освободиться, ветер усилился. Вокруг летали листья, пыль и небольшие ветки.

Где-то в стороне послышались громкие голоса.

Мне стало не по себе. Никогда бы не подумала, что в лесу могут происходить подобные вещи. Чем сильнее портилась погода, тем страшнее мне становилось.

Пыль попадала в глаза, из-за чего я не могла ничего толком рассмотреть. Я только могла чувствовать присутствие детей. Спустя время я ощутила, что страж меня больше не удерживает, и вздохнула с облегчением. Страх быть схваченной ненадолго отступил. И кажется, даже ветер немного стих.

Я смогла сквозь летающие листья и пыль разглядеть фигуру господина в окружении стражников. Они осматривались по сторонам, будто кого-то пытались найти. Потеряв к ним интерес, я развернулась и присела перед детьми, обнимая их.

– Не волнуйтесь, я никому не позволю вас обижать! – сказала, успокаивая то ли детей, то ли себя.

Как только я это сказала, ветер тут же стих. Лишь разбросанные ветки и большое количество сорванной листвы под ногами напоминали о том, что творилось мгновение назад.

Поднявшись, я повернулась к мужчине и его стражам, пряча за собой детей. Я забыла о том, что совсем недавно чуть не сгорела и что только что дрожала от холода. Теперь я точно знаю, что никому не позволю обижать детей!

– Очень интересно, – произнес так называемый господин.

Он притронулся к плечу одного из стражников, и тот тут же отошел, пропуская хозяина. Сделав несколько шагов, подходя ближе, он остановился напротив, смотря прямо мне в глаза.

– На что же еще вы способны? – спросил он с интересом.

– Попробуйте отобрать у меня детей и узнаете! – ответила, смотря в глаза мужчине, пытаясь показать ему, что мне не страшно.

Пусть он хоть трижды господин, и у него в подчинении тысячи таких стражников, я не изменю своего решения.

– Что ж, если вы переживаете за детей, то можете отправиться вместе с ними в мое поместье, – предложил он, продолжая смотреть на меня как-то странно.

– А если я откажусь? – спросила, чувствуя какой-то подвох.

С чего вдруг такая перемена в его поведении? Ведь он хотел позволить стражнику убить меня.

– Умрешь!

Я нервно усмехнулась.

В итоге мы вернулись к тому, с чего начали. Что бы я ни пыталась сделать, меня всё равно ждёт смерть.

Весело, что тут скажешь!

Нужно срочно что-то придумать, иначе моя жизнь в новом теле будет недолгой. Да и умирать дважды за день не очень хочется.

Сразу видно, что господин непростой человек. Я успела понять, что характер у него сложный. С таким человеком нелегко найти общий язык, но он может стать для меня и детей настоящим спасением. Важно лишь суметь расположить его к себе, а там время само все расставит по местам.

Я присела перед детьми и, ласково погладив их по головам, тихо и осторожно, чтобы не напугать, спросила:

– Вы согласны вернуться к дяде, но вместе со мной?

Дети не спешили с ответом и внимательно рассматривали меня. Но спустя некоторое время они синхронно кивнули, словно репетировали это движение не один раз.

Глава 3

– Сколько нам еще идти? – стуча зубами от холода, поинтересовалась я.

Мы уже долго идем по лесу, но пейзаж остается прежним: высокие деревья и непроходимые заросли кустарников. Повсюду лежат поваленные стволы, через которые нелегко перебраться.

Создавалось впечатление, что силы меня покинули окончательно. Поскольку последние метры пути я то и дело спотыкалась, хотя дорога была ровной. Мне мешало абсолютно все! Мокрая одежда неприятно липла к ногам, неудобная обувь доставляла дискомфорт, а волосы то и дело падали на лицо.

Если я не помру от обморожения, то точно убьюсь об что-нибудь.

В очередной раз споткнувшись, я не смогла сдержать ругательство. До этого я старалась делать это мысленно, опасаясь, что меня могут не так понять.

– Дети не успели далеко убежать, так что через тысячу ярдов будем на месте, – ответил страж.

Не смогла сдержать разочарованный вздох, поскольку это даже звучит пугающе.

Я сомневаюсь, что смогу преодолеть оставшийся путь. От холода я почти не чувствую тела. С каждым шагом идти становится все труднее. К тому же дети крепко вцепились в меня и больше не отпускают. Возможно, они опасаются. Вдруг их дядя именно этого и ждет? Стоит мне отойти от детей, как они сразу же их забирают у меня.

На нашем пути оказалось большое поваленное дерево. Я поняла, что с детьми будет сложно через него перелезть.

Я остановилась и присела перед детьми. Глядя в их испуганные глаза, я сказала:

– Мы не сможем вместе перебраться через дерево. Может, попросим о помощи?

Дети испуганно замотали головами, их глаза расширились от страха.

Я недовольно поджала губы и огляделась по сторонам в поисках помощи. Мне было всё равно, кто ее окажет — дядя детей или один из стражников. Но, казалось, всем было безразлично происходящее.

Половина стражников со своим господином уже перебрались на ту сторону и ждали нас. Оставшиеся же были рядом, вероятно, чтобы не дать нам сбежать.

Что ж, если никто не собирается предлагать помощь, то я попрошу её сама!

– Эй, вы! – позвала я того, кто недавно ответил на мой вопрос. – Как вас зовут?

Довольно сложно чувствовать себя комфортно в такой большой компании, когда никого не знаешь.

– Зармон, – представился он.

Я удивленно вскинула бровь. Что за имечко такое? Если так зовут стражника, то имена детей и их дяди такие же странные?

– Зар, будь хорошим мальчиком и помоги нам, – сказала, проигнорировав удивленный взгляд мужчины на его сокращенное имя.

Снова присела перед детьми и нежно, чтобы не пугать их, проговорила:

– Сейчас Зар нам поможет. Обещаю, что все будет хорошо. Вы мне верите?

Я видела в глазах детей сомнение. Очевидно, их страх никуда не исчез. Интересно, что послужило причиной их страха перед собственным дядей?

– Как тебя зовут? – спросила сначала у мальчика.

– Дабриэль, – не сразу, но все же ответил он.

– А тебя? – спросила и посмотрела на девочку.

– Ее зовут Эдолина, – ответил за нее брат.

— Дабриэль, Эдолина, полагаю, вам, как и мне, не хочется бродить по лесу всю ночь. Если вы не будете противиться, мы справимся с этим быстрее. Пожалуйста, помогите мне.

Дети не хотели меня отпускать, но после нескольких ласковых слов они наконец согласились. И вот уже через пятнадцать минут мы все вместе были на другой стороне.

Я взяла детей за руки, чтобы им было удобнее. Подняв глаза, я увидела, что на меня смотрит родственник детей. В его взгляде было что-то пугающее. Он смотрел на меня так, словно маньяк на свою жертву, представляя, как будет ее расчленять.

«Жуть какая!» — подумала я, поежившись.

– Идем, – сказал он, отводя взгляд.

Кажется, я зря согласилась отправиться с ними в поместье.

Когда Дабриэль крепче сжал мою руку, я забеспокоилась. Я посмотрела на дядю мальчика, но он был далеко впереди и вряд ли мог напугать ребенка. Так что же случилось?

Я взглянула на малыша. Дабриэль шел, держась за мою руку, но смотрел не на тропинку, а вдаль. Мне стало любопытно, что же так заинтересовало ребенка.

Сначала я не заметила ничего необычного. Луна ярко сияла в небе, ее свет пробивался сквозь ветви деревьев, создавая мягкий отблеск. Но вдруг между стволами что-то мелькнуло.

Мне показалось, что это была лишь иллюзия, но что-то вновь привлекло мое внимание. Я прищурилась, чтобы рассмотреть, что же это было.

Пугающая фигура, словно призрак, окутанный тенями. Ее тело слабо светится зловещим светом и искажено, а конечности длинные и бесформенные.

– Твою ж кузькину мать!

Мой испуганный возглас нарушил тишину леса. Птица испуганно вскрикнула и взлетела в небо. Совсем рядом кто-то зашуршал в кустах, привлекая внимание стражи.

А я не могла отвести взгляд от непонятного существа, которое двигалось бесшумно среди деревьев в сумерках ночи. Тени цеплялись за его фигуру, а пустые глаза были устремлены к горизонту.

– Что на этот раз?

Раздался недовольный и какой-то усталый голос где-то впереди. Вот только я не обратила на это внимания.

Я выпустила из рук ладошки детей и тут же почувствовала, как они вцепились в мое платье. Присев, я прикоснулась к лицу Дабриэля, привлекая к себе его внимание. Как только он посмотрел на меня, я негромко спросила.

– Тебя напугало это существо?

Дабриэль согласно кивнул в ответ.

– Знаешь, что это такое?

– Папа говорил, что это неупокоенные души и что мне не нужно их бояться, – ответил мальчик. – А еще он говорил, что это моя сила – видеть души умерших и разговаривать с ними.

Я нахмурилась. Неупокоенные души? Значит, то, что я увидела, – это призрак? Но как это возможно?

– Что у вас случилось? – спросил Зар, подойдя к нам.

– Нас напугал призрак, – отмахнулась я от мужчины, не желая вдаваться в подробности.

Я не могла понять, о какой силе говорит мальчик. Неужели огонь, который я видела, не весь сюрприз этого мира? Что еще, помимо огня и призраков, ждет меня здесь?

– Дабриэль, получается, ты каждый день видишь подобное?

Ребенок на протяжении долгого времени видит жутких призраков. Неудивительно, что он всего боится. А что насчет его сестры? Она тоже видит призраков?

Я посмотрела на Эдолину. Она стояла рядом, держась за мое платье. Ее испуганный взгляд был прикован к брату. Не уверена, что девочка тоже видела призрака. Скорее всего, она просто переживает за брата.

– Какой еще призрак? Вы что, нарочно это делаете? Такими темпами мы к поместью и до утра не доберемся! – возмущенно проговорил Зар.

Я недовольно посмотрела на него снизу вверх.

Он серьезно сейчас пытается отчитать меня?

Дожила! Помнится, последние лет десять это я отчитывала подобных ему хлопцев. Впрочем, мне не стоит забывать, что теперь я не дряхлая старушка, которой в автобусе место уступают.

Под моим взглядом мужчина занервничал и посмотрел вперед.

Теперь-то понятно. Он говорил за господина. Что ж, видимо, нам действительно придется отложить разговор до следующего раза.

– Вы правы, нам лучше продолжить путь, – ответила я, после чего обратилась к Дабриэлю: – Мы поговорим об этом позже.

Поднявшись, я вновь взяла детей за руки и продолжила путь. Я не заметила, что все это время за нами внимательно наблюдал господин.

Лес закончился внезапно. Только что мы пробирались сквозь деревья, а потом, сделав очередной шаг, мы увидели перед собой потрясающую картину.

Поместье, о котором не раз упоминалось, стояло на вершине холма, с которого открывается вид на равнины внизу. Даже в свете луны видно, насколько его фасад великолепен.

– Это ж сколько нужно людей, чтобы следить за порядком в таком огромном доме? – растерянно пробурчала себе под нос, вспоминая свою небольшую хатку с двумя комнатками.

– Идем, – резко брошенное слово, раздавшееся совсем рядом, заставило меня сильнее сжать ладошки детей.

Глава 4

Поместье внутри освещалось свечами. Огни подрагивали от малейшего колебания воздуха. Укромные уголки, куда не попадает свет от свечей и где притаилась тень, казались мрачными, словно кто-то там спрятался, выжидая, когда же в комнате наступит тьма, чтобы выбраться на охоту. Прохлада гуляла по большому просторному холлу.

– Етит-калатить, – ошеломленно произнесла, на время забывшись.

Всего за мгновение пустой холл наполнился народом. Практически все были одеты в одинаковые одежды. По белым передникам, надетым поверх темных мешковатых платьев, и чепчику на голове нетрудно догадаться, что перед нами прислуга.

Как-то странно наблюдать, что все они испуганно прятали глаза и дрожали от страха под пристальным взглядом господина. Неудивительно, что дети боятся родного дядю. Если взрослые готовы потерять сознание от страха, когда взгляд господина на них задержался дольше, чем на секунду.

– Детей проводить в их покои, искупать и уложить спать!

Короткий приказ и несколько слуг тут же направились в нашу сторону.

Вот только дети были иного мнения. Стоило только прислуге подойти ближе, как дети стали плакать и кричать, не позволяя им к себе прикоснуться.

Слуги испуганно замерли, словно не зная, как быть. С одной стороны, они должны выполнить приказ господина, с другой — боятся его гнева из-за того, что могут навредить детям. Видя растерянность и страх прислуги, я попросила:

– Дайте нам минутку.

После того как они отступили, я присела перед детьми. Смотря в испуганные глазки малышей, я стерла с их лиц дорожки слез.

– Я же обещала, что вас больше никто не обидит. Так почему плачете? – спросила у малышей. – Время уже позднее и вам давно пора спать. Прогулка по лесу была изнурительной, поэтому все устали и хотят отдохнуть.

– Мы хотим, чтобы ты пошла с нами! – заявил Дабриэль, и его сестренка согласно кивнула.

– Я не могу.

– Почему? – в один голос спросили дети.

Не то чтобы я не хотела... Просто чувствую, что мне никто не позволит переступить за порог холла. Но это не значит, что я не найду способ выбраться из этой ситуации. Все же я прожила на этом свете дольше, чем господин.

– Посмотрите на меня, я вся грязная. Мне нужно привести себя в порядок, прежде чем подниматься к вам в покои, – проговорила я. – Мы поступим так: вы сейчас идете отдыхать, а завтра утром мы встретимся.

– Правда?

Я знала, что они так просто мне не поверят, поэтому воспользовалась хитростью.

– Не верите мне? Тогда спросим у вашего дяди, – проговорила я и посмотрела на мужчину, который следил за нами. – Господин, дети интересуются: мы завтра сможем увидеться?

Мужчина некоторое время продолжил смотреть на нас. Довольно трудно понять, что происходит в его голове.

– Конечно, – все же ответил он.

– Вот видите? А теперь будьте умничками и поторопитесь к себе, – сказала, послав им ободряющую улыбку.

Дети все еще сомневались, но когда к ним подошли служанки, они спокойно ушли с ними.

Провожая их взглядом, я сожалела лишь об одном, что нарушу свое слово. Я знаю, что доверие детей довольно быстро можно потерять и очень сложно вновь заслужить. И ведь детям не объяснишь, что порой обстоятельства заставляют нас так поступать.

Вслед за детьми разбрелась и прислуга. В холле остались господин, стража и, собственно, я.

– Что ж, благодарности я, по всей видимости, ни от кого не дождусь. Тогда… может, я пойду? – негромко проговорила, не в силах больше ждать.

Но стоило мне только сделать небольшой шаг к выходу, как голос господина прогремел по холлу:

– В темницу ее!

Ко мне подошли двое стражников и схватили под руки. Вспомнив слова стражника о том, что они делают с пленными в темнице, я начала вырываться.

Мне не хочется оказаться в темнице и тем более испытать на себе все прелести пыток. Но и противостоять мужчинам в одиночку тоже не могу.

– Вы пожалеете о своем решении! И когда вы это осознаете, будет уже поздно. Вы будете умолять меня о прощении. Тогда придет мое время глумиться над вами. Запомните мои слова! – заявила я, смотря на господина, в то время как меня уводили прочь.

Темница на деле оказалась не так страшна, как я думала. Стены из серого природного камня. Вдоль всего пути нам освещали дорогу факелы. Они нещадно чадили, отчего в носу то и дело щекотало.

Камера, в которую меня привели, вызвала беспокойство. Это было небольшое помещение с четырьмя голыми стенами, одну из которых заменяла стальная решетка. В углу лежала подстилка из соломы.

Боюсь, если буду спать практически на голом полу после столь утомительной прогулки и холодного душа, то слягу. Болеть сейчас – не очень хорошая идея. Вряд ли кто-то будет ко мне снисходительным и позаботится насчет лекарств.

Открыв передо мной двери, стражники втолкнули меня внутрь. Когда за спиной с грохотом захлопнулась решетка, я вздрогнула. Этот звук показался мне безысходным. Словно я никогда не дождусь, чтобы она открылась. И от этого стало тревожно.

Что, если я ошиблась в своих догадках и господину плевать на племянников? Тогда я действительно никогда отсюда не выберусь.

Приникнув к решетке, я посмотрела на стражу и попросила:

– Можно мне одеяло?

– Может, тебе еще и кровать с матрасом сюда принести?

Насмехаясь, проговорил один из стражников.

– Было бы неплохо. Но вы ведь этого не сделаете? Поэтому прошу всего лишь одеяло.

– Не положено!

– Послушайте, если я заболею, кто из вас будет отвечать перед господином? – поинтересовалась, решив схитрить и воспользоваться властью господина.

– Завтра господин прикажет казнить тебя, но сначала устроит допрос. Как он пытает пленников, ходят легенды. Тебе стоит думать не об одеяле, а о том, что ждет тебя завтра.

Я смотрела на молодого симпатичного мужчину, не понимая, как можно быть настолько жестоким. Ведь я не попросила ничего невыполнимого. Неужели все в этом месте такие? Им безразлична жизнь человека? Этим людям вообще знакомо слово «сострадание»?

– Я не знаю, что завтра сделает со мной ваш хозяин. Даже если он решит меня казнить, я все же имею право, с комфортом провести последнюю ночь!

– Не положено! – повторил он.

– Вот же заладил! – в сердцах воскликнула я, со злостью ударив ногой по решетке.

От боли я вскрикнула и запрыгала на одной ноге, держась за ушибленное место и проклиная все на свете.

Бесполезно уговаривать и упрашивать их, поэтому я отошла в угол и села на солому, обхватив себя руками в надежде хоть немного согреться.

– Гиблое это место. Лучше быть дряхлой старухой и иметь собственный теплый угол, чем молодой замерзнуть насмерть неведомо где, – раздраженно проворчала, потирая озябшие руки. – Интересно, как там дети?

Эта была последняя мысль перед тем как я провалилась в сон. И каково же было мое удивление, когда я оказалась в просторной комнате.

В полумраке я отчетливо смогла рассмотреть две кровати. Я сделала шаг, чтобы посмотреть, кто именно лежит в постели. Но одна из них оказалась пуста. Тогда я приблизилась к другой и обнаружила в ней Дабриэля и Эдолин.

Накрывшись одеялом чуть ли не с головой, они тихо посапывали. Видимо, прогулка действительно их вымотала. Позабыв обо всех страхах, дети сладко спят, даже не догадываясь, что завтра все вернется на круги своя.

Я хотела прикоснуться к Эдолин, но моя рука прошла сквозь, словно я призрак. Испугавшись, я отступила, потрясенно смотря на свою руку. Неужели я все-таки замерзла насмерть в темнице и, став призраком, брожу по поместью?

Вполне логично, в этом месте призраки существуют, и каким-то другим способом я вряд ли могла оказаться в покоях детей, преодолев стражу и коридоры с комнатами. Все-таки мне не удалось избежать смерти. Во всем вина господина!

Неужели нельзя было обойтись без темницы? Вот так и помогай после этого людям! Интересно, чем он сейчас занят? Хочется посмотреть в его бесстыжие глаза, а еще лучше – отомстить! Чтобы больше неповадно было обращаться подобным образом с бедными девушками!

Стоило мне только об этом подумать, как я уже стою посреди другой спальни. На этот раз здесь царила тьма, лишь едва заметное свечение разбавляло ее. Зачарованная этим свечением, я решила утолить свое любопытство и заглянула за приоткрытую дверь. А когда увидела, что именно скрывалось за ней, то не смогла сдержать вздоха разочарования.

Посреди комнаты стояла большая деревянная лохань, напоминающая ванну. Из нее медленно поднимался пар. Даже стоя в дверях, я могла почувствовать, насколько горячая в ней вода. Мне так захотелось забраться в нее, чтобы согреться и смыть с себя грязь.

Но вместо меня сейчас там находился господин! И это разочаровывало. В то время как я насмерть замерзла в темнице, он тут наслаждается горячей ванной! Ужасно несправедливо!

– Вот же ж гад! – бросила с горечью обиды.

Мужчина вздрогнул, словно услышал меня, и резко поднялся.

– Кто здесь? – спросил он, всматриваясь в темноту проема.

Я была потрясена и смотрела на обнаженного мужчину, широко раскрыв глаза. Возможно, он не обратил внимания на свою наготу, но для меня это было важно! Ведь я все же девушка, хоть и многое повидала в жизни.

Лицо вспыхнуло от смущения, и я приложила холодные ладошки к щекам, тут же отвернулась.

– Кто здесь?

Он повторил свой вопрос, и я услышала всплеск воды. Я обернулась и увидела, что он вышел из ванны, повязал вокруг бедер небольшое полотенце и направился к двери. Опасаясь, что меня могут заметить, я поспешила уйти.

Глава 5

Жадно хватая воздух, испуганно озираясь, я пыталась понять, где нахожусь. Осознав, что до сих пор в темнице, я немного успокоилась. Значит, я все еще жива.

Дыхание постепенно пришло в норму. Успокоившись, я вновь ощутила холод. Подтянув к себе ноги, я прижала их к груди и, уткнувшись в колени, задумалась.

Все, что происходило со мной после того, как оказалась в этом теле, не поддается объяснению. А самое обидное, что я не могу ни у кого спросить о самых элементарных вещах. Например, что это за место? Что за некая сила, которой обладают все и даже дети? Но больше всего меня беспокоило: почему я оказалась в этом теле.

Раздавшийся шум привлек внимание. Вскинув голову, я увидела, как к камере торопливо приближается господин. Он подошел к решетке практически вплотную и, глядя прямо на меня, спросил у стражника:

– Она все это время была здесь?

Неужели он догадался, что именно я была в его покоях? Вряд ли он просто так решил спуститься в темницу среди ночи.

– Разве не вы приказали запереть меня здесь? – поинтересовалась я, поднимаясь.

Я подошла к мужчине. Нас разделяла лишь решетка. Благодаря этому я смогла рассмотреть его поближе.

Его глаза пугали. В полумраке они казались полностью черными. Высокие скулы и крючковатый нос бросались в глаза. Но он также обладал определенным очарованием. Его полные губы были изогнуты уголками вниз, словно этот человек никогда не улыбается.

– Что именно вас сюда привело? – прочистив горло, поинтересовалась я, понимая, что засмотрелась.

Он ничего не ответил, продолжая смотреть на меня. И я почувствовала некую угрозу, исходящую от него. У меня даже мурашки по телу пробежали. Захотелось спрятаться от этих пронзительных глаз, которые словно смотрят вглубь меня.

– Ладно, проведали и будет вам! – проговорила, возвращаясь на лежанку. – Не знаю, как вы, а я не против продолжить свой сон.

Какое-то время он продолжал стоять, словно что-то не давало ему уйти.

– Глаз с нее не сводить! – приказал господин и удалился.

После его ухода я размышляла о том, как, находясь в камере, я смогла побывать в покоях детей и господина. Так и не найдя ответ, я задремала. И на этот раз мне снились родной дом и кот Васька, радостно встречающий меня на крыльце, а за забором ворчала соседка Любка.

Не знаю, сколько времени я провела в темнице. Здесь нет окон, чтобы определить, день сейчас или ночь. Одно я знала точно, время здесь тянулось очень медленно.

Поначалу я много спала, как будто набиралась сил. Не знаю почему, но мне казалось, что эта девушка, в чье тело я попала, пережила много трудностей. У меня было достаточно времени чтобы внимательно осмотреть себя, и понять, насколько сильно истощено тело.

Я пыталась вспомнить, что чувствовала несчастная девушка, и хоть что-нибудь узнать о ней и месте, где я оказалась. Но кроме моих собственных воспоминаний в голове ничего не всплывало.

За это время я много раз жалела себя. С грустью я вспоминала свою прошлую жизнь. Мне не о чем было бы рассказать, ведь я не добилась в жизни ничего значимого. И кроме моего кота Васьки некому будет вспомнить обо мне.

Я даже расплакалась, когда вспомнила о Ваське. Кто теперь о нем позаботится? Может быть, Любка возьмет его к себе? Правда, пойдет ли он? Кот старенький и привередливый. Он всегда признавал хозяйкой только меня.

Родители ушли из жизни уже давно, я еще молода была. Мама очень тяжело переживала потерю отца и вскоре ушла вслед за ним. Их любовь была очень сильной.

Я тоже хотела встретить настоящую любовь, но, похоже, мужчины, способные на такие глубокие чувства, исчезли еще до моего рождения. Мне и в голову не приходило, что можно было быть более терпимой и довольствоваться тем, что есть.

Меня снова начало клонить в сон. Чтобы хоть как-то взбодриться, я встала и начала ходить по камере.

– Послушайте, – обратилась я к стражнику, – раз, ваш господин не собирается казнить меня, возможно, он отпустит меня?

В ответ я услышала приглушенный мужской голос, который произнес:

– Вряд ли!

Я нахмурилась и спросила:

– Почему?

Не сразу я осознала, что со мной говорят. Но когда поняла, то сразу же прильнула к решетке, чтобы попытаться разглядеть человека, который осмелился мне ответить.

Однако, кроме двух стражников, стоявших напротив моей камеры, никого больше не было видно. Я подозрительно сощурила глаза, глядя на серьезные лица стражников. Уверена, что человек, который мне ответил, кто-то другой.

– Вы правда не понимаете, где находитесь? – спросил мужчина.

Голос звучал приглушенно, но в то же время я слышала его очень отчетливо.

— Разве такое возможно? Я, конечно, провела здесь много времени, но рассудок еще не потеряла, — ответила я и, отвернувшись от решетки, медленно сползла по ней на пол.

Мне было безразлично, что полы грязные, потому что я чувствовала себя такой же грязной.

Сейчас бы все отдала за возможность искупаться. Тело чесалось, раны саднили, а о волосах я даже думать не хочу. С грустью осознав, что ванна мне может только сниться, я спросила:

– Почему вы говорите, что мне не выбраться отсюда?

– Отсюда еще никто не уходил, – ответил он и, выдержав небольшую паузу, добавил: – По крайней мере, живым.

Такого ответа я совсем не ожидала.

– В жизни бывают исключения, – тихо сказала я, словно пытаясь убедить в этом саму себя. Затем обратилась к мужчине: – Можно спросить?

Он ничего не ответил, и я приняла это как согласие.

– Кто вы?

– Такой же несчастный, как и вы, – все же ответил он.

– Значит, вы пленник? – уточнила, словно сомневалась в его словах.

– Да.

– И сколько времени вы здесь находитесь?

– Намного дольше, чем вы.

Не знаю почему, но мне показалось, что он произнес это с горечью. Я даже представила, как он тяжело вздыхает, думая о времени, проведенном в заточении. Но больше всего меня возмутило другое.

– Почему вы заговорили со мной только сейчас? – спросила недоумевая.

– Просто устал слушать ваше нытье.

– Что?! – выдохнула я в изумлении, не ожидая от него такого ответа. – Да вы… Да вы… Я вообще здесь по ошибке оказалась!

– Все так говорят!

– Но это правда! – воскликнула я продолжая негодовать. – Если бы не господин, я бы никогда не оказалась здесь! Знала, что ничем хорошим это не кончится, но все равно решила помочь. А в благодарность меня заперли здесь! Ничего, он еще пожалеет о содеянном!

Хотелось выразить свое недовольство более изящно, но мне стоит быть осторожнее. Прежде чем что-то говорить, нужно хорошенько подумать, чтобы не попасть впросак.

– Вы действительно не боитесь гнева господина?

– С чего мне его бояться? Он же не чудовище. Я боюсь его власти. Достаточно ему только приказать, и меня казнят.

– Глупая женщина, – раздался его осуждающий голос.

– Возможно, я просто хорошо разбираюсь в людях.

Прошло довольно много времени, и снова наступила пугающая тишина.

– Я что-то не то сказала? – спросила, не желая заканчивать разговор. Мне не хотелось снова оказаться наедине с тишиной.

– Просто наслаждайтесь тишиной и покоем. Радуйтесь жизни, пока есть возможность, – посоветовал он.

– Мне вполне хватило этого спокойствия на пенсии! – ответила я раздраженно.

Не знаю, что именно меня разозлило: его отстраненное поведение или нежелание разговаривать. Если так, то зачем он вообще решил ответить мне?

– Что такое «пенсии»? – спросил он, повторив за мной это слово.

«Вот черт!» – мысленно выругалась я.

Глава 6

– Вы действительно ничего не помните? – спросил мужчина.

После нашего первого разговора я долго пыталась поговорить с мужчиной. Я даже извинилась, хотя и не знала за что! Но он тогда не ответил мне. Прошло время, и он как ни в чем не бывало сам завел со мной разговор.

В основном он спрашивал о том, как я здесь оказалась. Мне пришлось немного солгать, чтобы моя история выглядела правдоподобно.

– Сколько можно повторять: я ничего не помню до того момента, как очнулась в лесу! – негромко ответила я.

Меня немного беспокоило, что он ничего не рассказывает о себе.

– Вы что-то что-то упоминали об огне.

Не знаю, почему я так легко рассказала все незнакомцу. Возможно, я надеялась, что он сможет хоть что-то мне поведать о месте где я оказалась.

– Один из стражников чуть не сжег меня заживо, когда хотел забрать детей. Это было очень странно. Моя рука была в огне, но я не чувствовала боли. А когда огонь потушили, от него даже следа не осталось! – проговорила я, вспоминая тот момент. – Но самое интересное, что на меня сверху вылили ведро ледяной воды. Но откуда в лесу взяться ведру с водой? Неужели стражники носили его с собой?

После того как я произнесла свою задумчивую речь, тишину нарушил негромкий смех мужчины. В тот же момент ему вторил сдавленный смех стражников, который они пытались сдерживать, но у них это получалось плохо.

Я непонимающе посмотрела на стражников, которые до этого момента не проявляли никаких признаков жизни. Иногда мне даже казалось, что они не дышат. Что же такого я могла сказать, чтобы их рассмешить?

– Чего смешного я сказала?

Вместо того чтобы смеяться над бедной девушкой, могли бы все объяснить.

– Вы правда не понимаете, что происходит?

– Не понимаю.

– Я могу только предположить, что именно вы воспользовались силой огня!

– Быть того не может! – не согласилась я с ним, глядя на свою руку. – Если бы это было так, я бы не мерзла здесь все это время.

– Может быть, вы просто забыли об этом, а в момент страха сила дала о себе знать?

Возможно, он прав. Я ведь не знаю, кем была эта девушка. Я не могу с уверенностью утверждать, что она не умела пользоваться огнем.

– Предположим, это правда. А что насчет воды? Я начинаю сомневаться, что стражники действительно держали наготове ведро с водой.

– Вы правы, – согласился он. – Вероятно, кто-то из стражи обладает силой воды. Или это мог сделать сам господин. Я слышал, что он универсал.

– Что такое универсал? – спросила, услышав незнакомое слово.

Наконец-то появилась информация, которая может мне помочь! Возможно, так я постепенно узнаю, где нахожусь.

– Существует четыре основные стихии: воздух, земля, вода и огонь, – пояснил мужчина. – Мастер магии способен управлять несколькими из них. Как правило, это две-три стихии: вода, воздух и земля. Чтобы овладеть всеми четырьмя, необходимо либо родиться с особым даром, либо быть очень настойчивым.

– И господин именно такой человек, – не смогла я удержаться от язвительного комментария.

– Будьте осторожны в своих высказываниях. Иначе у вас будут проблемы.

Я не стала ничего говорить в ответ на его замечание. Он прав: здесь помимо нас есть и другие люди.

– Раз уж мы заговорили о силе, – сказала я, нарушая тишину. – Насколько я понимаю, существуют не только четыре силы, о которых мы говорили.

Я решила больше узнать об этом, чтобы быть готовой к любой ситуации. Кто знает, с каким магом мне придется столкнуться в следующий раз? Кроме того, у меня была еще одна причина задать этот вопрос. Я хочу больше узнать о силе Дабриэля. Я своими глазами видела, с чем ребенку приходится сталкиваться каждый день, и мне хочется понять, можно ли как-нибудь ему помочь.

– В мире действительно много силы, довольно сложно все вспомнить. Но раз вы спрашиваете об этом, значит, есть еще одна сила, о которой вы хотите узнать.

– В лесу я встретила призрака. Дабриэль сказал, что это его сила – видеть и общаться с духами.

– Астромантизм – способность устанавливать контакт с духами и управлять ими.

Такая сила для маленького ребенка просто ужасна!

– Мне кажется, это несправедливо, когда ребенок обладает такой силой, – поделилась я своим мнением. – Должно быть, ужасно видеть призраков каждый день.

– В каждом маге, достигшем двухлетнего возраста, пробуждается магия. Иногда магия не проявляется, и таким людям нечего делать в высшем обществе. В этом случае ребенка отдают в семью простолюдинов.

– Что за абсурд?! – возмутилась я.

– Это один из древнейших законов и не вам критиковать его!

– Ваши законы ужасны! – раздраженно воскликнула я. – Не имеет значения, обладает ребенок силой или нет. Какая нормальная мать согласится отдать свое дитя?

– Поверь, таких людей много. Редко кто готов отказаться от своего положения и богатства ради ребенка, – произнес он, и в его голосе я расслышала разочарование, похожее на обиду. – Но меня больше интересует другое. Видеть души способны только те, кто обладает силой астромантизма. Как же вам удалось увидеть то, что недоступно другим магам?

– Откуда мне знать? Просто увидела, и все! – ответила я на его замечание.

Можно подумать, я была этому рада! Меня до сих пор бросает в дрожь от воспоминаний о том существе.

– Не могли бы вы рассказать, как это произошло?

– А что рассказывать? – ответила я. – Мы шли по тропинке, и вдруг мальчик вздрогнул. Я посмотрела на него и увидела, что он смотрит вдаль. Мне стало интересно, что же такого привлекло его внимание. Я тоже посмотрела туда и увидела призрак.

– Не могли бы вы рассказать подробнее, что именно произошло в тот момент?

На мгновение задумалась, прежде чем ответить.

– Мы шли по тропинке. Я держала детей за руки, когда мальчик сжал мою ладонь чуть сильнее. Тогда я поняла, что-то случилось.

Больше, в общем-то, рассказывать нечего.

Некоторое время он хранил молчание, словно погрузившись в свои мысли. Затем он спросил:

– Скажите, пожалуйста, когда появился огонь, страж прикоснулся к вашей руке?

Я попыталась вспомнить тот момент.

– Он схватил меня за шиворот, – ответила я через некоторое время.

– Понятно.

В голосе мужчины я услышала нотки разочарования. Он, видимо, на что-то надеялся.

– Я сама схватила стражника за руку, чтобы освободиться, – медленно произнесла я, вспоминая, как в этот момент моя рука вспыхнула.

– Правда?! – оживился он.

– Помню, я очень испугалась и попыталась вырваться. Но я даже не думала, что это может привести к таким последствиям.

– А когда подул ветер, вы прикасались к стражникам? Или, возможно, они прикасались к вам?

Я нахмурилась. Ведь отчетливо помню, что не рассказывала ему о ветре. Так откуда же он узнал о нем?

– Я не говорила о ветре, – произнесла я с тревогой, начиная паниковать.

«Кто же он на самом деле?»

– Просто ответьте!

До этого момента я думала, что он такой же несчастный заключенный, как и я. Но теперь сомневаюсь в этом.

– Вы ответите? – поторопил меня мужчина.

– К чему такая настойчивость?

– Просто у меня возникло ощущение, что я знаю, какой силой вы владеете. Но прежде чем делать окончательные выводы, я хочу убедиться в своих догадках, – произнес он, и на этот раз его голос звучал намного спокойнее, как будто мужчина боялся меня спугнуть.

– Правда? – с сомнением спросила я.

Мне кажется, он что-то скрывает. Как будто мужчина намеренно не говорит мне всей правды, и это заставляет быть настороже.

– Конечно! – ответил он и тут же повторил свой вопрос: – Так вы прикасались к стражникам?

В тот момент я была настолько сосредоточена на попытках освободиться, что не могу с уверенностью ответить на вопрос о том, кто к кому прикасался. И было ли вообще какое-либо прикосновение.

– Не помню! – наконец ответила я.

– Прошу вас, хорошо все обдумайте.

– Если вы будете продолжать в том же духе, я вряд ли смогу вспомнить.

– Тогда можете ответить на последний вопрос? Столкнулись ли вы с чем-то еще необычным? Может быть, по пути к поместью или уже находясь здесь?

– Что вы имеете в виду? Для меня все происходящее уже странно, – ответила я немного устало.

Хочется проснуться от этого кошмара в своем доме, где тепло и уютно, где пахнет вкусной выпечкой и меня ждут. Даже если это будет всего лишь кот Васька.

Как же я соскучилась по рутинным вещам! Мне не нужно молодое тело с неведомой силой. Я домой хочу!

– Не вижу смысла в том, чтобы знать, какой силой владею. Все равно я ничего не помню и не смогу ею воспользоваться, – закончила я свою мысль, понимая, что мужчина все еще ждет ответа.

– И все же!

– Я не хочу отвечать, – сказала я, не понимая его настойчивого желания узнать все.

– Хорошо, я больше не буду настаивать на чем-либо. Если вам не хочется отвечать, то, думаю, нам лучше прекратить общение, – сказал он с некоторым огорчением в голосе.

Я была очень возмущена его словами! Как же так? Я поделилась с ним всеми своими мыслями и переживаниями с тех пор, как оказалась здесь. А он не только не рассказал о себе ничего, но и ведет себя так, будто обиделся!

Все же это удивительное место. Мужчины ведут себякак женщины! Если бы здесь были наши сельские бабы, они бы быстро напомнили им, как должны вести себя настоящие мужики, и никакая магия для этого не потребовалась бы.

– Я ничего не потеряю, если вы перестанете со мной разговаривать! Вы не сообщили мне ничего интересного ни об этом месте, ни о себе, – произнесла я, чувствуя досаду. – Если вам интересно, случалось ли со мной что-то странное, я расскажу. Не знаю, как это произошло, но когда я уснула здесь впервые, то оказалась в детских покоях. Я хотела прикоснуться к малышке, но не смогла. Испугавшись, что умерла, я прокляла господина. В тот же миг я оказалась в его покоях. Но, увидев, с каким удовольствием он принимает горячую ванну, в то время как мой хладный труп лежит в темнице, я снова его прокляла и оказалась здесь. Теперь вы утолили свое любопытство?

– Так это все-таки были вы? – услышала я знакомый голос, от которого у меня побежали мурашки по коже.

Я обернулась и увидела господина, сидящего рядом со мной по ту сторону решетки. Его черные глаза словно заглянули мне в самую душу. Пространство между нами сжалось, стало таким тесным. Его горячее дыхание коснулось моего лица, и мое сердце забилось быстрее. Страх не сразу охватил меня, потому что я не могла понять, что происходит.

Как такое могло произойти? Я ведь была уверена, что все это время общалась с другим человеком! Неужели меня обманули?

– Неужели вы не рада меня видеть?! – с долей насмешки поинтересовался он. – Мне кажется, в последнее время вы часто вспоминали меня. Даже несколько раз произносили недобрые слова в мой адрес. Так почему же сейчас молчите?

Его эмоции были настолько ощутимы, что мне стало страшно. Он упивался своим превосходством, и это действительно пугало.

– Вы? – пораженно выдохнула я и отшатнулась от решетки.

Глава 7

– Разве вы не говорили, что не боитесь меня? – спросил господин, вставая.

Я совершенно не была готова к подобному, поэтому все рассказала. После того как я начала общаться с ним, я впервые перестала чувствовать себя одинокой. Но он, этот наглый и безнравственный человек, воспользовался моей слабостью и теперь смеется надо мной!

Раздраженно фыркнула, поднялась и отряхнула руки от земли. Затем я поправила подол платья, стараясь привести себя в порядок. Мне не хотелось выглядеть неопрятно. Я покажу ему, что нас, женщин, не так-то просто напугать, но зато легко обидеть. Как говорится, обиженная женщина страшнее любого врага.

Я извлекла урок из произошедшего и запомню его навсегда.

Подойдя к решетке, я взялась за прутья и поддавшись вперед, практически касаясь решетки лицом, улыбнувшись, сказала:

– Я просто очень удивлена, что столь влиятельный и уважаемый человек опустился до такого поступка.

Я смотрела в лицо человека, от которого зависит моя жизнь. Да, мне страшно. Ведь всего одно его слово и меня казнят. Но что-то внутри мне подсказывает, что господин этого не допустит. Он так настойчиво расспрашивал о том, что со мной произошло. Чувствую, что за этим что-то кроется.

– Вы осмелели, – произнес он.

– Я так понимаю, вы выяснили все, что хотели?

– Да.

– Не могли бы вы поделиться со мной своими наблюдениями?

– Нет.

– Что вы от меня скрываете?

Однако, господин даже не потрудился ответить.

– Освободить, привести в порядок и проводить в мои покои! – приказал господин.

Какие еще покои? Чего это он удумал, ирод? Столько времени удерживал в темнице, а теперь прямиком в его покои! Ишь какой!

Когда стражники вошли в мою камеру, я отступила назад и выставила перед собой руки, чтобы их остановить.

– Не приближайтесь! - нервно проговорила я, но меня проигнорировали и тогда я решила обратиться к господину: – Я благодарна вашей милости, но я лучше останусь здесь.

Не то чтобы я не хотела уйти отсюда, но не таким же образом!

– Не прикасайтесь к ней! – приказал господин. На этот раз его голос звучал сердито.

– Но?… – в замешательстве переспросили стражники.

– Вон! – очередной коротко приказ, и в камере остались только я с господином.

Почему он запретил стражникам прикасаться ко мне? Неужели в этом есть какой-то скрытый смысл? Может быть, странные события, которые со мной происходят, связаны именно с прикосновениями?

– Вы так привыкли к этому месту, что не хотите уходить? – спросил мужчина, медленно подходя ко мне.

Я с замиранием сердца наблюдала за приближением мужчины, ощущая смесь страха и любопытства. Разум разрывался от противоречивых мыслей: хотелось убежать и спрятаться, но в то же время невозможно было отвести от него взгляд.

– Уж лучше я останусь здесь, чем буду вам прислуживать в постели! – выдавила я из себя, вскинув упрямо голову.

В любом мире честь девушки остается честью. И что бы ни говорил или ни собирался сделать господин, я не дамся ему так просто!

– Да на вас без слез не взглянешь! – возмутился мужчина, останавливаясь рядом со мной. – Откуда вообще такие мысли?

Мне показалось или его даже передернуло от отвращения? Неужели все настолько ужасно?

Неосознанно я коснулась лица, а после попыталась пригладить волосы. Но это мало чем помогло, я лишь поймала на себе скептический взгляд господина. Фыркнула раздраженно, понимая, что ничего не могу поделать с тем, что имею. И вообще, кто ему давал право меня оскорблять?

– Учитывая что мне пришлось пережить, я рада что вообще осталась жива. К тому же вы сами велели стражникам проводить меня в ваши комнаты. Неудивительно что я поняла вас неправильно, – проговорила я.

– Когда вы были в моих покоях, неужели не заметили кабинет? Или вас больше интересовало то, как я принимал ванну?

Он всего лишь пригласил меня в кабинет, видимо, чтобы поговорить, а я себе напридумывала невесть что!

— Так вы все еще намерены оставаться здесь? — спросил он, и я ясно увидела в его глазах насмешку.

– Еще чего! – ответила я и первая покинула камеру.

Не знаю, почему господин решил выпустить меня из темницы, и что у него на уме. Но он прав: лучше продолжить разговор в более приятной обстановке. И еще лучше — после того, как я приведу себя в порядок и буду чувствовать себя уверенно.

По распоряжению господина мне предоставили комнаты и двух служанок. Одна худенькая, привлекательная, и не очень разговорчивая. Вторая же служанка, Мирда, невысокая и полненькая, оказалась более общительной.

Когда я вошла в покои, то первым делом направилась к зеркалу. И, увидев себя в отражении, не смогла сдержать слез.

В зеркале отражается девушка с хрупкой фигурой и небольшим ростом. Ее кожа настолько бледная, что кажется фарфоровой. На фоне этой бледности особенно ярко выделяются ее красивые черты лица и россыпь веснушек.

Большие зеленые глаза обрамлены густыми ресницами. Они контрастируют с пышной копной длинных рыжих волос, которые волнами спадают вокруг лица.

Вся с ног до головы я покрыта грязью. В волосах торчит мусор, а лицо и та малая часть тела, которую не прикрывает платье, больше похожее на мешок, изранено синяками и ссадинами.

И в этом теле мне придется жить? Это просто невероятно! Разве может такая хрупкая девушка себя защитить?

Хорошо, об этом я подумаю позже. Сейчас мне нужно сосредоточиться на том, чтобы создать образ человека из того, что у меня есть. Поэтому мне придётся довериться служанкам, ведь вряд ли я смогу справиться со всем сама.

Больше всего времени я провела в купальне. Труднее всего было привести в порядок волосы. В какой-то момент я даже подумала о том, чтобы их обрезать. Однако служанки отговорили меня от этого, объяснив, что у девушки волосы должны быть длинными, а за короткую стрижку ее могут наказать. Обычно наказание включает в себя порку и изгнание из поместья, а иногда даже казнь.

Допустим, я бы не возражала уйти отсюда, пусть даже таким ужасным способом. Однако я не могу быть уверена, что меня не казнят. Поэтому пришлось терпеть, пока девушки приводили мои волосы в порядок.

Позже, когда служанки помогли мне переодеться в присланное по приказу господина платье, Мирда медленно расчесывала мне волосы и рассказывала о месте где я оказалась. Не знаю, был ли это очередной приказ от господина или инициатива девушки, но я внимательно слушала ее, стараясь не перебивать.

Мирда сказала, что пейзажи здесь довольно унылые. Мрачные леса, суровые холмы и бурные реки. Она также отметила, что это место идеально подходит их господину, поскольку он чем-то похож на эти края – такой же мрачный и суровый.

Насчет господина я была полностью с ней согласна. Только девушка забыла добавить, что он еще и коварный.

Затем Мирда с увлечением начала рассказывать о жизни в поместье. Я слушала ее вполуха, думая о своем. Однако позже я начала прислушиваться к ее словам, замечая полезную информацию.

Оказывается, в этом мире мужчины занимают более высокое положение, чем женщины. А еще я узнала, что в этом мире разрешено многоженство. Страшно представить, что в таком месте царит патриархат.

Чем дольше я здесь нахожусь, тем больше мне здесь не нравится. Все эти правила и законы… Взять хотя бы магию, которой могут владеть только знать! Что хорошего в этой силе? Для меня она — одна большая проблема.

Забывшись служанка, смущенно улыбаясь, рассказала, что Зар, который является правой рукой господина постоянно находится в его покоях, из-за чего по поместью расходятся непристойные слухи. Мирда предположила, что именно поэтому в поместье до сих пор не появилась госпожа.

Теперь я понимаю, почему господин рассердился на мое предложение служить ему в покоях. Просто он не из тех мужчин, которым нравятся женщины.

– Не могла бы ты рассказать мне о своем господине, – попросила я.

Рука девушки, в которой она держала расческу, замерла.

– Простите, но я не могу вам помочь, – тихо сказала Мирда, и я удивленно на нее посмотрела.

– Почему?

Я действительно не понимала, почему, рассказав так много о поместье и других вещах, она не может рассказать о господине. И ведь я не прошу ничего невыполнимого!

– Нам не разрешается обсуждать нашего господина, – произнесла девушка, пряча от меня взгляд.

– Ты же сама сказала, что слуги обсуждают господина. Значит, вы все же говорите о нем, – возразила я.

Девушка сжала губы, вероятно, поняв, что сказала лишнее. Однако оправдываться было уже поздно. Так что я в любом случае получу информацию о господине.

– Послушай, я не прошу рассказывать мне все. Хотя бы его имя и возраст.

Она продолжила расчесывать волосы, не обратив внимания на мои слова.

– Хорошо, – раздраженно вздохнула я. – Мне, так или иначе, удастся узнать эту информацию. Но мне интересно, как отреагирует господин, когда узнает, что говорят за его спиной слуги?

Мне не хотелось быть грубой, но, кажется, иначе я не смогу добиться своего. Чтобы выжить в этом месте, мне придется постоять за себя. Не важно, кто это будет — господин или служанка. Я больше не позволю никому обижать меня.

– Простите, госпожа! – испуганно воскликнула служанка и упала передо мной на колени. – Я расскажу вам все, что вы хотите знать, только не говорите об этом господину!

Глава 8

– Я слушаю, – поторопила я служанку.

Мирда подняла голову и посмотрела на меня снизу вверх, а затем практически шепотом начала говорить:

– Господина зовут Джар'уч Рейнальд.

– Рейнальд, значит, – пробурчала я, пытаясь запомнить то, что в принципе невозможно сделать. – Продолжай.

– Отроду ему тридцать два года стукнуло в этом году.

– Встань, – велела я. Пока она поднималась, я продолжала рассуждать вслух: – А по нему и не скажешь. Когда смотришь в его глаза, кажется, что перед тобой стоит умудренный опытом человек, который прожил как минимум полвека.

Мирда взяла гребень и дрожащими руками продолжила расчесывать мои волосы.

– Что еще тебе известно? – спросила, заставив девушку испуганно вздрогнуть. – Не бойся, все, что ты мне сейчас расскажешь, останется между нами.

– Мне не так много известно, – попыталась она уйти от ответа, но, поймав мой взгляд, передумала. – Я слышала, что он в юном возрасте получил Драбреум.

– Что? – переспросила я, услышав незнакомое слово.

– Так называется поместье, – пояснила она, и на ее губах появилась едва заметная улыбка. Было видно, что она расслабилась и снова ведет себя спокойно.

– Получается, господин потерял родителей в юном возрасте и получил поместье в наследство?

– Не совсем, – ответила Мирда, и ее рука замерла в воздухе, так и не прикоснувшись к моим волосам. – Когда в семье магов рождается ребенок со способностями, родители начинают задумываться о подарке к его совершеннолетию. И зачастую таким подарком становится поместье. Насколько оно будет роскошным, зависит от силы ребенка. В большинстве случаев это небольшое поместье с десятком слуг и парой деревень в придачу. Но с господином все иначе…

Мирда вздрогнула и выронила гребень, как будто осознала, что сказала слишком много.

– Простите, я не должна была так много говорить, – торопливо произнесла она, поднимая гребень.

– Продолжай!

Мирда почему-то боялась рассказывать дальше.

– Неужели господин захватил поместье силой?

– Нет, он забрал его по праву! – возмутилась она, в защиту господина.

– Тогда, может быть, ты расскажешь, как все было на самом деле, чтобы я не строила нелепых догадок?

Она замялась, а затем сказала:

– Я не уверена, что это правда, поэтому не хочу создать у вас неправильное впечатление о господине.

– Рассказывай уже!

– Говорят, что господин родился здесь, но когда пришло время проявиться силе, этого не произошло, и тогда...

– Его отдали в семью простолюдинов, – закончила я за нее.

Я вспомнила разговор в темнице, по их законам таким людям не место в высшем обществе.

– С господином было именно так, – сказала служанка, вырвав меня из размышлений. – Сила господина впервые проявились, когда ему было десять лет. Узнав об этом, его родители захотели забрать его обратно в семью.

– Неужели он согласился вернуться? – с негодованием спросила я, не веря, что такой человек, как господин, мог простить предательство.

– Нет конечно! – ответила Мирда. – Для него родителями стали другие люди. Он уважал и любил их, как родных.

– Родитель – не тот, кто родил, а тот, кто воспитал. В этом мире все по-другому, но суть остается прежней, – с горечью сказала я.

Я все больше убеждаюсь, что этот мир жесток и беспощаден. Впрочем дело не столько в мире, сколько в людях, которые здесь живут.

– Что было потом? – спросила я.

– Когда господину исполнилось двенадцать, он овладел двумя силами – водой и воздухом. Но ему этого было мало, и он научился управлять магией земли. В мире очень мало магов, которым подвластны две силы одновременно. Только десяток магов могут управлять несколькими силами. И лишь единицы способны управлять четырьмя силами одновременно. Я знаю, что господин — самый молодой из таких магов, – ответила она, продолжая расчесывать мои волосы, которые наконец-то удалось распутать от колтунов.

– Я уже слышала, что ваш господин особенный. Теперь же выяснилось, что он уникальный, – проговорила я с иронией, чем вызвала недовольство служанки. – Однако ты так и не рассказала, как господин получил поместье.

Девушка положила гребень на туалетный столик и, отведя взгляд в сторону, ответила.

– Он убил родителей.

Как правило, первое впечатление о человеке оказывается верным. Когда я встретила господина, то почувствовала исходящую от него угрозу. Тогда я подумала, что преувеличиваю, но теперь понимаю, что была права.

– Значит, все же забрал силой, – пробурчала я, нервно хихикнув.

Если я хочу остаться в живых, мне нужно быть осторожнее в общении с этим человеком.

– Он забрал свое!

– Да кто же против? – сказала я, желая успокоить девушку. – Мне, в общем-то, не так важно, как оно к нему попало. Просто было немного любопытно.

Я и не предполагала, что Мирда будет так яростно защищать хозяина.

– Может, господин и кажется суровым, но сердце у него доброе. Он никогда не обидит невинного, – сказала служанка, словно прочитав мои мысли.

– Скажи это его родителям! – не удержалась я от иронии, заплетая волосы в косу.

– Они это заслужили! – недовольно произнесла служанка. – Когда господин отказался возвращаться домой, они убили всю его приемную семью. В живых остался только господин. Когда его привезли в поместье и он узнал, кто причастен к убийству, в нем пробудилась последняя сила – огонь. Если человек не может контролировать эмоции, сила становится неуправляемой. Тогда в поместье сгорели все: родители господина и слуги. В живых остался только его брат, которого по счастливой случайности в тот день не было в поместье.

– Ужас.

Не знаю, что меня больше поразило: жестокость родителей господина или та ситуация, с которой ему пришлось столкнуться в подростковом возрасте.

Теперь-то понятно, почему господин ходит с “фарфоровой маской”. Обладая такой силой, нельзя поддаваться эмоциям. Страшно подумать, что произойдет, если кто-нибудь разозлит его.

– Думаю, на этом мы можем завершить знакомство с биографией господина, – сказала я, в очередной раз бросив взгляд в зеркало.

Теперь я стала больше похожа на человека. Рыжие волосы заплетены в косу и перекинуты через плечо, несколько прядей выбились и, обрамляя нежное лицо со светлой кожей. Зеленые глаза смотрели на меня немного испуганно.

Новая внешность не соответствует моему характеру. Разве может это хрупкое создание вызывать у врага страх? Только жалость.

Разочарованно вздохнув я поднялась и поправила платье из тонкого изумрудно-зеленого атласа облегающее стройную фигуру, подчеркивая женственность и изящество.

– Био… чего? – растерянно переспросила Мирда, глупо хлопая ресницами глядя на меня.

Я отмахнулась:

– Не обращай внимания! Лучше скажи: знакома ли ты с силой, которая позволяет позаимствовать силу другого мага?

Нахмурившись, девушка ответила:

– Я не обладаю магическими способностями, но многое слышала о них от других. Маги любят рассказывать о своих талантах. Так я узнала о телепатии, гипнозе, целительстве и даже о вампиризме, но о том, что вы спрашиваете, я не слышала. Возможно, такой силы вовсе не существует.

– Если предположить, что такая сила все же есть, насколько редкой она должна быть? – спросила я с некоторой заинтересованностью в голосе.

Судя по тому, как тщательно меня расспрашивал господин, я сделала вывод, что моя сила заключается в способности заимствовать ее у других. Именно из-за этой силы господин… Нет, Рейналд!... решил освободить меня из темницы. Если моя сила действительно редкая, то я могу потребовать от него уважительного отношения к себе.

– Я скорее поверю, что такой силы вообще не существует, – ответила Мирда. – Однако, если хотите, я могу поспрашивать других.

– Не стоит, – сказала я и направилась к выходу. – Что ж, пора встретиться с господином.

Глава 9

Я не могла налюбоваться красотой поместья. Резьба на стенах была настолько замысловатой, что создавалось ощущение, будто я попала в давно ушедшую эпоху. Такие поместья часто показывают по телевизору и рассказывают о них целые истории. Никогда не думала, что смогу увидеть что-то подобное.

Мои пальцы скользнули по холодной и гладкой поверхности камня. Поместье выглядело настолько старинным, что, когда я погрузилась в его атмосферу, меня охватила меланхолия. Ощущение истории и вневременной красоты.

– Мы пришли, – тихо сказала служанка.

Так быстро? Удивленно оглянувшись, я заметила, что мои покои находятся рядом с покоями господина. Получается, Рейнальд распорядился, чтобы мне выделили покои рядом с его?

– И все же это как-то странно, – задумчиво произнесла я, и не обратив внимания на удивленный взгляд служанки я вошла в покои.

Мой взгляд сразу же привлекли великолепные детали интерьера. Высокие сводчатые потолки украшены расписанными фресками, а с каменных стен свисали замысловатые гобелены. В центре комнаты стояла огромная кровать с балдахином, шторы которого были откинуты, открывая вид на шелковые покрывала.

Я заметила Зара и поняла, что за дверью, которую он охраняет, находится кабинет. Одежда мужчины почти не отличалась от той, что была на нем в ту ночь в лесу.

– Привет! – поздоровалась я, понимая, что лучше быть друзьями, чем врагами. Кто знает, сколько я здесь пробуду, вдруг мне когда-нибудь понадобится его помощь.

Зар кивнул в ответ.

– Можно? – спросила кивая на дверь за его спиной.

Он вновь кивнул в ответ.

Я удивленно приподняла бровь. В лесу он был более разговорчивым.

— Почему вы такой молчаливый? Мне кажется, совсем недавно вы были полны желания лично меня убить, — спросила я с иронией и заметила, как Зар покраснел от смущения.

– Перестаньте приставать к стражнику, он просто выполнял свою работу, – раздался голос Рейнальда, и дверь за спиной Зара распахнулась.

«Воспользовался силой?» – удивилась я, смотря на дверь.

– Чего застыли?

– Уже иду!

Комната хорошо оборудована под кабинет. Около стен, обшитых полированными дубовыми панелями, находились шкафы с полками, на которых стояли книги в кожаных переплетах с золотыми буквами на корешках и множество свитков.

По центру комнаты находился лакированный письменный стол. Его поверхность была завалена бумагами, над которыми склонился Рейнальд.

Я медленно шла вдоль стены с книгами, проводя кончиками пальцев по корешкам и ощущая их шероховатую поверхность.

Интересно, смогу ли я прочитать хотя бы одну из них? Если это другой мир, то, возможно, и язык здесь другой.

Поддавшись любопытству, я выбрала наугад первую попавшуюся книгу. Открыв ее, я увидела на страницах незнакомые закорючки и разочарованно вздохнула.

– Разочарованы, что не можете прочитать ее? – раздался рядом голос господина.

От неожиданности я резко обернулась и выронила книгу. Испуганно глядя на мужчину.

Наши взгляды встретились, и мне показалось, что время остановилось. В его глазах мелькнуло удивление, а затем — глубокая грусть и боль. Но эти эмоции быстро исчезли. Мужчина отвел взгляд и время снова пошло своим чередом.

Я опустила взгляд и с удивлением наблюдала, как книга, которая не упала, медленно поднялась и оказалась в руках господина.

– Этот язык будет для вас сложным, – отчего-то сиплым голосом сказал он, ставя книгу обратно на полку. – Лучше начните с этой.

Рейнальд взял с полки другую книгу и протянул ее мне.

“Мне это показалось? Почему он смотрел на меня как на старую знакомую?” - подумала я и опустив взгляд посмотрела на книгу в потрепанной обложке, с надписью «Основы для детей».

– Вы надо мной издеваетесь?

– Вам нужно овладеть силой, и для этого нужно начать с азов, – сказал он, избегая смотреть мне в глаза.

Я снова поторопилась с выводами, не учтя того, что Рейнальд всего лишь хотел помочь.

Стоп!

Я с подозрением посмотрела на мужчину. Почему он так резко изменил свое отношение ко мне?

Пока я пыталась понять, что движет этим мужчиной, я снова потеряла его из виду. Он стоял у стола, склонившись над свитками, а книга, которую он предлагал мне ранее, лежала на краю стола.

– Не могли бы вы объяснить, почему решили переселить меня из камеры в роскошные покои? – поинтересовалась, неторопливо подходя к столу, с любопытством заглядывая в свитки. Никогда еще не видела ничего подобного, все это ново и интересно.

– Вас что-то не устраивает? – спросил он, продолжая изучать свиток.

– Только то, что мои комнаты расположены рядом с вашими, – ответила, пытаясь незаметно взять книгу.

Поскольку у меня есть сила, я должна научиться ею управлять. И эта книга может мне в этом помочь.

– Если вас это не устраивает, я могу приказать вернуть вас в темницу, – сказал он и посмотрел на меня так, словно готов был сделать это прямо сейчас.

– Спасибо, но я уж как-нибудь потерплю ваше соседство, – поспешно ответила, пряча книгу за спиной.

Сделав вид, что ничего не заметил, он опустил взгляд на свиток и провел пальцем по строчкам, написанным ровным красивым почерком. Казалось, он просто читал. Но я не могла отвести от него взгляд и снова потеряла счет времени.

– Если мы решили этот вопрос, я предлагаю следующее, – сказал Рейнальд, глядя на меня и сворачивая свиток. – Поскольку вы ничего не помните, я могу предложить вам кров и пищу.

– Удивительно, как быстро я стала вашей гостьей, – усмехнувшись с иронией проговорила я.

– Я не говорил, что вы моя гостья! Вы все еще пленница, но уже в более комфортных условиях.

– Не значит ли это, что я обязана отблагодарить вас за вашу доброту?

– Вы правы, – подтвердил он. – Пока вы находитесь здесь, присматривайте за детьми.

– Я так понимаю, это не просьба, а приказ.

– Да!

Неужели он действительно считает, что я соглашусь? Ради детей и собственного спокойствия я могла бы пойти на компромисс. Но есть одно важное обстоятельство, которое не позволяет мне это сделать. Он до сих пор не попросил прощения за то, что приказал запереть меня в темнице. Кроме того, я не потерплю, чтобы мне приказывали. Если он нуждается в помощи, пусть вежливо о ней попросит.

– В таком случае я вынуждена вам отказать, – ответила послав ему вежливую улыбку.

– Что?

Его замешательство стоило того, чтобы отказаться от комфорта! Я впервые увидела на его лице живые эмоции.

– Когда вы приказали посадить меня в темницу, я говорила, что вы пожалеете о своем решении. Я предупреждала, что вы попросите меня о помощи. Помните что я еще вам сказала? – спросила я, наслаждаясь моментом. Пусть это была небольшая месть, но я была от нее в восторге. – Так вот, я лучше буду находиться в темнице, чем выполнять ваши приказы.

– Как вы смеете! – возмутился он, и в глазах мужчины на мгновение вспыхнуло пламя. – Что если я прикажу вас казнить?

– Вряд ли это произойдет, – ответила я пожав плечами.

Рейналь просто пытается меня запугать. Он считает себя господином, а меня — никем, поэтому думает, что может обращаться со мной как ему вздумается. Но он ошибается! Я не стану еще одной безропотной служанкой в его руках. Мне нечего бояться, ведь однажды я уже умерла.

– Вы так уверены в себе! – с усмешкой сказал он. – Неужели вы действительно ничего не боитесь?

– А вы проверьте!

– Зармон! – он произнес имя довольно громко и грубо, как будто хотел дать выход злости.

Мужчина вошел в кабинет и остановился у входа, ожидая дальнейших указаний.

– Запереть ее в темнице и не давать ни еды, ни воды до тех пор, пока она не станет просить о пощаде. – распорядился Рейнальд и в раздражении отшвырнул свиток.

Зармон сразу же приступил к выполнению приказа. Но как только мужчина подошел ко мне, я обратилась к господину.

– Уверены, что не пожалеете об этом? – спросила я, вопросительно глядя на него. – Сейчас у вас еще есть возможность со мной договориться. Но будет ли у вас эта возможность в будущем?

Его лицо исказилось от гнева. Хмурые брови сошлись на переносице, образовав вертикальную морщинку. Мне захотелось подойти и разгладить ее, потому что она портила привлекательность мужчины.

Не знаю, что именно Рейналь увидел в моем взгляде, но он глубоко вздохнул, словно успокаиваясь, и спросил:

– Чего вы хотите?

Мне показалось, или в голосе Рейнальда действительно слышалась усталость?

– Вот с этого и нужно было начинать! – сказала я и обратилась к Зару: – Можешь идти.

Глава 10

– Я согласна присматривать за детьми при соблюдении определенных условий.

– Чего вы хотите? – повторил он вопрос.

– Для начала я хочу, чтобы вы извинились, – сказала я. Увидев его удивленный взгляд, я пояснила: – Я помогла вам, но в ответ вы заточили меня в темнице. И я не говорю о том, как вы обманным путем получили от меня информацию.

– Еще что-то? – спросил он с легким оттенком иронии в голосе. И мне почему–то показалось, что извинений от него не дождаться.

– Я не буду подчиняться вашим приказам, и вы перестанете меня запугивать!

– Не слишком ли много условий для простой пленницы?

– Точно! – сказала я вспомнив один немало важный факт. – Я не хочу быть вашей пленницей!

– Тогда кем мне вас считать? – спросил он с насмешкой, словно подшучивая надо мной.

– Гостьей? – предложила я, но, заметив несогласие в его глазах, продолжила приводить примеры: – Знакомой? Другом?

– Еще скажите, что мне следует к вам относиться, как к будущей хозяйке этого поместья, – с иронией произнес он, давая понять, что мой статус пленницы все еще актуален.

– Пожалуй, это уже будет слишком, – сказала она и, не сдержавшись, состроила недовольную гримасу.

Я отвлеклась от разговора, заметив на столе довольно интересную книгу. Она была раскрыта, и я решила обойти стол, чтобы посмотреть, что именно изучает Рейнальд.

– Поскольку я буду присматривать за детьми, то вполне уместно будет представить меня как их дальнюю родственницу, – сказала я, заинтересовавшись текстом.

Я настолько сильно увлеклась чтением, что на некоторое время забыла, где нахожусь и кто рядом со мной. И так продолжалось до тех пор, пока со стороны не раздалось тактичное покашливание.

– Секундочку, – отозвалась я, понимая, что речь в книге идет именно о силе, которой, по всей видимости, обладаю я.

– А вы осмелели, – раздался совсем рядом голос господина.

Я оторвала взгляд от книги и посмотрела на Рейнальда. Он стоял на том же месте, а я оказалась рядом с ним, буквально в нескольких сантиметрах. Поняв, что произошло, я смущенно улыбнулась и сделала шаг назад, продолжая смотреть на господина.

– Кажется, я слишком увлеклась, – сказала я, виновато улыбнувшись. – На чем мы остановились?

– На том, что вы стали смелее.

– Точно! – согласилась я, но тут же возмутилась: – Что вы этим хотите сказать?

– Если вы думаете, что я соглашусь на ваши условия, то вы заблуждаетесь, – сказал он.

Рейнальд медленно приблизился ко мне, и я ощутила, как внутри меня нарастает волнение. Моё сердце забилось быстрее, а дыхание стало учащенным.

Он так близко! Стоя напротив меня, он пристально смотрел мне в глаза. Мне хотелось убежать, но я оказалась в ловушке между ним и столом.

Рейнальд наклонился, и я почувствовала тепло его дыхания на своем лице. В нетерпеливом предвкушении момента я закрыла глаза. Губы покалывало от волнения и нервозности, с нетерпением ожидая момент поцелуя. Разум был наполнен головокружительным предвкушением и пьянящим чувством надвигающейся близости.

Когда услышала позади себя какой-то звук, я поняла, что неправильно оценила ситуацию. Открыв глаза, я нерешительно взглянула на мужчину. Выражение его лица было бесстрастным. Этот момент, казалось, застыл в воздухе, оставляя меня в замешательстве.

Обернувшись, я заметила, что Рейнальд захлопнул книгу, которую я увлеченно читала. Он просто пытался утаить от меня информацию! Выходит, он вовсе не собирался меня целовать!

Я почувствовала, как мое лицо вспыхнуло от смущения. Меня захлестнула волна разочарования, и я ощутила себя глупой. Как я вообще могла о таком подумать? Зачем господину целовать такую, как я? Мне даже не стоит мечтать об этом! В его глазах я всего лишь грязь под ногтями!

Сжав руки в кулаки, я посмотрела на господина и заявила:

– Вы задолжали мне, так почему бы мне не извлечь выгоду из этой ситуации?

– Не боитесь, что накажу вас за грубость?

– Вы действительно сделаете это? – спросила я, не сомневаясь, что он не станет меня наказывать, даже если я выйду за рамки дозволенного. – Признайтесь, вы освободили меня не ради детей. Могу предположить что вас заинтересовала моя сила.

Он слегка склонил голову набок и задумался. Его лицо выражало удивление: брови приподнялись, а глаза расширились.

– Ваша сила действительно привлекла мое внимание, – спустя время ответил он.

– И вы хотите?..

– Узнать о ней как можно больше, – сказал Рейнальд.

Я была права: все это лишь для того, чтобы изучить мою силу. Если Рейнальду действительно интересна сила, значит, ему придется пойти мне на уступки.

– И? – спросила я мужчину, ожидая его решения.

– Я сообщу прислуге, что вы моя гостья, – нехотя проговорил Рейнальд, недовольно сверкнув глазами. – Вы, в свою очередь, присматриваете за детьми и рассказываете мне все, что связано с вашей силой.

– Хорошо! – согласилась я с его условием. – Что-нибудь еще?

Мне все же хотелось услышать извинения.

– Вы больше не услышите от меня приказов или угроз, – сквозь стиснутые зубы произнес он. – Но на этом все!

Что ж, наверное, мужчина просто не умеет признавать свои ошибки раз не желает извиняться.

– Скрепим наш уговор рукопожатием?

Рейнальд посмотрел на мою протянутую руку с недоумением, как будто не понимал, что я от него хочу.

Я почувствовала смущение и опустила руку, в волнении сжав плотную ткань платья в кулак.

Возможно, в этом мире такое поведение является неприемлемым.

– Кажется, я забылась.

– Впредь будьте внимательнее, – предупредил он. – Ваша способность перенимать силу у других. Я не знаю, как это контролировать. В книгах об этом не упоминается. Поэтому вам лучше избегать контакта с окружающими.

– Я запомню.

Интересно, моя сила всегда будет проявляться внезапно или я научусь ее контролировать?

– И еще, – продолжил мужчина, – вы так ничего и не вспомнили?

– Нет.

– Тогда вам нужно выбрать имя, пока ваша память не восстановится.

– Амай, – ответила я не раздумывая.

Не знаю, почему именно это имя мне запомнилось, ведь я лишь мельком увидела его в книге, когда пыталась прочитать о своих способностях. Так звали девушку, которая обладала такой же силой. Не знаю, чем закончилась ее история. Меня отвлекли от чтения, и я так и не смогла дочитать ее до конца.

– Амай, – повторил Райнальд, словно пробуя имя на вкус. Затем он посмотрел на книгу, после чего как-то странно взглянул на меня. Видимо, он догадался, откуда это имя.

– Можете обращаться ко мне «господин Рейнальд», – сказал он.

– Зачем такие формальности?

Он хочет похвастаться своим положением?

– Неужели с вашей памятью настолько все плохо?

– Что именно вы хотите этим сказать? – нахмурившись, поинтересовалась я.

– Обращаться друг к другу по имени могут только супруги или любовники, – ответил он.

Мои щеки снова вспыхнули от смущения.

Неужели я всегда буду смущаться, когда речь заходит о таких вещах? Я взрослая женщина, но не могу справиться с юным телом!

– Впредь вам стоит быть внимательнее. Поскольку вы останетесь в моем поместье, стоит изучить основы поведения в высшем обществе.

– Но как же вы? Что подумают окружающие, если вы будете звать меня по имени?

– Поскольку я не знаю, какой у вас статус, придется обойтись этим. Надеюсь, в скором времени вы все вспомните, – ответил Рейнальд.

– Что если моя память не восстановится?

– Не беспокойтесь об этом. Мои люди сейчас выясняют, кто вы на самом деле.

Я не ожидала, что кому-то еще, кроме меня, будет интересно узнать об этой девушке. Надеюсь, она не была чьей-то рабыней, которая не выдержала мучений и сбежала. Я бы не хотела оказаться в таком положении.

– Остальное обсудим позже. А сейчас я приглашаю вас присоединиться к нам за ужином, – сказал Рейнальд.

Я шла за господином, с любопытством разглядывая поместье. Иногда мой взгляд задерживался на его спине, и в голове возникали вопросы. Действительно ли он затеял все это из-за силы?

Столовая оказалась просторной. В центре комнаты стоял овальный стол с темными деревянными стульями. На столе множество блюд, от одного вида которых у меня потекли слюнки, а в животе заурчало от предвкушения. И только после этого я заметила детей.

До нашего прихода они сидели за столом, но, увидев нас, дети сразу же встали и побежали в нашу сторону с криком:

– Мама!

Мне стало интересно, как выглядит мать этих детей. Насколько я помню, их отец погиб, и ей, должно быть, нелегко одной воспитывать детей. Я огляделась, но в столовой не было никого, кроме нас с Рейнальдом и слуг.

Дети подбежали ко мне с двух сторон и крепко обняли. Я растерянно посмотрела на Рейнальда, ожидая объяснений.

Глава 11

– Вам не кажется, что это уже слишком? – тихо спросила я, наклонившись к мужчине, чтобы дети не услышали наш разговор. – Я же уже согласилась присматривать за ними.

– Не понимаю, о чем вы?! – проговорил он, не сводя глаз с детей.

– Использовать детей ради достижения своих целей – это жестоко!

– Вы считаете, что это я их надоумил?

– А разве нет?

– Нет! – ответил он так, словно мои слова его оскорбили.

Я осознала, что нет смысла спрашивать о поведении детей у мужчин. Поэтому я присела перед детьми и, стараясь не ранить их чувства, спросила:

– Почему вы назвали меня мамой?

– Вы наша мама! – упрямо заявил Дабриэль, а Эдолина кивнула в знак согласия.

Не знаю, что и думать. Я бы не оказалась в такой ситуации, если бы у меня были какие-то воспоминания о прошлой владелице этого тела.

Глядя на детей, я пыталась понять свои чувства. Если бы я была их матерью, неужели при виде детей у меня ничего бы не дрогнуло внутри?

Я ласково взъерошила волосы малышей и улыбнулась им, чтобы подбодрить. Затем я встала и тихо спросила у Рейнальда:

– Это может быть правдой?

– Мне откуда знать? – ответил он, продолжая притворяться, будто ничего необычного не происходит.

– Они ваши племянники! Вы должен знать, как выглядит ваша невестка! – возмутилась я.

– Я никогда не был знаком с их матерью. Месяц назад мне сообщили, что мой брат и его жена погибли. Поэтому мне пришлось принять на себя ответственность за детей.

То, как он это сказал... Создается впечатление, что мужчина не рад присутствию детей в своей жизни.

– Иногда достаточно протянуть руку и это может напомнить людям, что они не одиноки, – сказала я, прижимая к себе малышей. Я не знаю, мои ли эти дети или нет, но я не должна сейчас отталкивать их от себя. Прежде чем делать какие-либо выводы, мне нужно во всем разобраться.

– Хотите сказать, что я бесчувственный? – с раздражением спросил Рейнальд, и его лицо помрачнело.

– Вы сами это сказали!

– Да вы!...

– Успокойтесь! Сейчас не время и не место выяснять отношения, – произнесла я спокойно. Дети не должны видеть, как взрослые ругаются. Они и так напуганы.

Проигнорировав его раздраженный взгляд, я снова присела перед детьми.

Они смотрели на меня с такими искренними улыбками! Я боялась их разочаровать. Страшно даже подумать, что я могу оказаться их мамой.

– Дабриэль, дорогой, посмотри на меня внимательно и скажи: ты уверен, что я ваша мама? – деликатно спросила, стараясь не задеть их чувства.

– Да! – ответил он, не задумываясь.

Я в замешательстве и не знаю, что и думать. В прошлой жизни мне не довелось испытать радости материнства. А теперь у меня двое детей, и самое ужасное — я не помню, как они появились на свет!

– Может быть, я просто сильно похожа на вашу маму? – спросила, все еще не желая верить в то что я мама.

В глазах ребенка появились слезы.

– Ты нас больше не любишь? – спросил он и голос мальчика дрогнул.

Эдолина спрятала лицо у меня на плече и тихо заплакала. Мне было больно от слез детей. Потеряв родителей, они наконец-то обрели надежду снова быть с мамой. И эта надежда сейчас рушится у них на глазах. Из-за этого я чувствую себя злобной ведьмой.

Бессердечная. Не хочется признавать, но это слово сейчас идеально описывает меня. Однако я не хочу, чтобы дети считали меня таковой. Я готова переступить через себя и притвориться их мамой.

– Разве это возможно?! – спросила я, обнимая девочку и нежно проводя рукой по щеке мальчика, чтобы стереть слезинку.

Я знаю, что врать нехорошо, но могу ли я оттолкнуть их? Вдруг эта девушка действительно была их мамой. Я не знаю, кем она была, и ничего не знаю о ее семье. Поэтому лучше всего будет оставить все как есть.

– У тебя есть красивое пятнышко, – прошептала Эдолина и, взяв мою руку, перевернула ее ладонью вверх. Затем она нарисовала на ней незамысловатый узор – несколько углов, плавно перетекающих в спираль. После этого она прикоснулась к моей правой лопатке и сказала: – Здесь.

Когда я встала, то ослабила шнурок на груди платья, который поддерживал его плечики.

– Что вы делаете?! – возмутился Рейнальд, отворачиваясь.

Если бы мне не терпелось узнать, являются ли дети моими, я бы рассмеялась поведению господина. Вроде взрослый мужчина, а смутился, как мальчишка.

Господин сгорел бы от смущения, если бы попал в мой мир и оказался в столице, где девушки ходят практически обнаженными. Да что там говорить, мне и самой порой становилось нехорошо от вида всей этой срамоты.

– Хочу проверить, есть ли у меня пятнышко о котором сказала Эдолин, – ответила я.

Мне все же удалось обнажить плечо. Но сколько бы ни пыталась, так ничего и не увидела. Возможно, пятно находится ниже, и я его просто не вижу.

– Рейнальд! – позвала я мужчину, поворачиваясь к нему спиной. – Не стой как вкопанный! Посмотри, есть ли у меня родимое пятно.

– Я просил обращаться ко мне «господин», – холодно проговорил он, обернувшись.

Однако, несмотря на свое недовольство, он был вынужден следовать правилам приличия, поэтому отвел взгляд в сторону.

– Сейчас это имеет значение? – взволнованно спросила я, сгорая от любопытства. – Просто посмотрите, есть оно или нет!

– Это нарушение всех норм и правил! – продолжал возмущаться мужчина.

– Если вы этого не сделаете, то мне придется попросить помощи у кого-нибудь другого, – упрямо заявила я.

– Не сметь!

В его голосе была такая сила, что меня буквально сбило с ног. Я пошатнулась, но все же устояла, с удивлением посмотрев на господина. Никогда раньше я не испытывала ничего подобного. Меня охватили невероятно сильные чувства, как будто что-то невидимое пронзило меня до глубины души.

Неужели это сила господина?

Я стояла к нему спиной, когда почувствовала, как что-то коснулось моих плеч. Опустив взгляд, я увидела плащ Рейнальда.

– Вам действительно интересно узнать, ваши ли это дети? Или вы хотели убедиться, что они не имеют к вам никакого отношения?

Он стоял у меня за спиной. Его голос был тихим, но настолько холодным, что у меня по коже побежали мурашки.

Он думает, что я не умею сострадать? Какой бы ни была правда, я уже решила, что не оставлю детей. Просто хотела узнать, кто я на самом деле. Оказаться настоящей матерью — значит обрести не только детей, но и личность.

– Мне сказать правду или то, что вы хотите услышать?

Я думала, что он бесчувственный человек. Оказывается, его так легко вывести из равновесия...

– Вы действительно их мама, – сказал он, и голос мужчины дрогнул, как будто он сам этого не ожидал.

Из моей груди вырвался вздох…

Не знаю что сейчас чувствую — разочарование или радость, — я осознала, что была замужем и стала вдовой, имея двоих детей. Но самое печальное, что я ничего из этого не помню.

– В будущем вы не должны забывать о приличиях, – проговорил Рейнальд. – После ужина я прикажу, чтобы вам принесли книги по этикету. Постарайтесь изучить их как можно скорее.

И только после этого он отступил, и я смогла наконец свободно вздохнуть. Не знаю, почему, но его близость, несмотря на мое раздражение, а порой и злость, так сильно меня смущает и путаются мысли.

– Я вас поняла, – тихо ответила я и наконец посмотрела на него.

Мне стало интересно, каким человеком был мой муж. Похожи ли братья характерами и внешностью? Но больше всего меня занимал вопрос, что планирует делать Рейнальд, узнав, что мать детей жива.

Обсуждать такие вопросы в присутствии детей не стоит. И откладывать разговор на более подходящее время было бы неправильно. Поэтому я отбросила сомнения и сказала:

– Если вы не против, то сегодня вечером я хотела бы посетить ваши покоях.

Лицо мужчины помрачнело, а выражение стало сердитым. Он стиснул зубы и со злостью посмотрел на меня, пытаясь совладать со своими эмоциями.

Я поняла, что надвигается беда.

Чтобы избежать проблем, я торопливо добавила:

– Я просто хотела поговорить с вами, но, думаю, мы можем отложить этот разговор на другой день, – сказала я и, пока Рейнальд был в замешательстве, поспешила увести детей.

оплачено май

Глава 12

– Ты действительно ничего не помнишь? – спросил Дабриэль взволнованный тем, что мама могла их забыть.

Я уложила детей в кровать, но они не хотели засыпать. Понимая, что им нужно время, чтобы успокоиться, я решила не торопиться и задержалась в комнате. Все это время дети не отходили от меня ни на шаг и смотрели с удивлением и настороженностью, словно не могли поверить, что перед ними их мама.

После общения с детьми я заметила, насколько они разные. Дабриэль – активный и разговорчивый мальчик, а его сестренка тихая и замкнутая.

– Совсем ничего, – расстроенно вздохнула я, но тут же, приободрившись, продолжила: – Если вы расскажете мне о том, как мы жили раньше, это, возможно, поможет мне что-нибудь вспомнить.

Я присела на край кровати, готовая поддержать легкую беседу. Возможно, это поможет им расслабиться и заснуть.

– Неужели вам совсем нечего рассказать? – спросила я, посмотрев на малышей по очереди.

Дети молча переглянулись. Их взгляды встретились, и между ними будто состоялся безмолвный разговор. Увидев это, я не смогла сдержать расстроенного вздоха. Чтобы дети начали мне доверять, потребуется немного больше времени.

– Мы часто запускали воздушного змея, – сказал Дабриэль

Он все еще выглядел немного беспокойным.

– Правда? Тогда давайте завтра запустим его? – предложила я.

– У нас никогда не получалось запустить его, и тогда на помощь приходил папа. Змей летал высоко-высоко, – с грустью проговорил он.

И снова меня поглотили мыслями о мужчине, которого я не могла вспомнить. Я задалась вопросом, любили ли мы друг друга? Разделяли ли счастливые моменты вместе? Разделяли ли глубокую связь или все это теперь лишь потерянные воспоминания?

– Мы ведь можем попробовать, а вдруг у нас получится! – не сдавалась я.

Мне бы хотелось вновь пережить счастливые моменты семейной жизни, но воспоминания о них недоступны, и это вызывает чувство разочарования и тоски.

– Еще мы часто ходили в лес и собирали ягоды, – неожиданно произнесла малышка Эдолина, которая до этого момента молчала.

– Вот почему вы отправиться в лес, – произнесла я взволнованно, испуганная тем, что все могло закончиться печально. – Неужели вам не было страшно? А если бы вместо меня вы встретили дикого зверя?

Сейчас я как никогда ощущала себя настоящей матерью. Страх за детей, которые могли потеряться или попасть в лапы дикого зверя, заставлял меня ворчать.

– Зато мы смогли найти тебя, – ответил Дабриэль, обиженный моими словами. – Мы говорили господину, что ты не могла умереть. Ведь ты обещала, что никогда нас не оставишь.

Дети выглядели испуганными. Они смотрели на меня тревожным взглядом, их губки дрожали от волнения, а в глазах стояли слезы. Малыши выглядели совершенно потерянными и очень нуждались в успокаивающих словах.

– Хорошо, я не буду больше вспоминать о том, что произошло. Но пообещайте мне, что вы никогда больше так не поступите! – потребовала я.

– Но… – попытался возразить Дабриэль.

– Я не хочу, чтобы вы подвергали себя опасности. Поэтому в будущем, чтобы ни случилось, это не должно повториться! – упрямо сказала я, давая детям понять, что их поступок был опрометчивым и безрассудным.

– Не будем мы его слушать! Он плохой! – в один голос ответили они.

Я знаю, что у Рейнальда непростой характер, но все равно была удивлена словами детей. Что же могло случиться, чтобы дети так ненавидели родного дядю?

Я старалась сохранять спокойствие и не поддаваться панике раньше времени. Для начала мне нужно было разобраться в ситуации.

– Что же он сделал, раз вы его таковым считаете?

– Он накричал на нас и сказал, что мы никому не нужны, – с обидой в голосе произнес Дабриэль.

Рейнальду не стоило говорить детям такие слова. Если он взял на себя ответственность за воспитание детей, значит, они ему не безразличны.

– Дядя не должен был повышать на вас голос и говорить такие вещи. Я обещаю, что поговорю с ним, и он больше не будет так поступать, – сказала я, понимая, что на этом лучше завершить разговор. Уже поздно, детям пора укладываться. – А теперь вам пора спать.

Дети, улыбаясь, накрылись одеялом с головой. Оттуда сразу же послышался тихий смех и шепот. Несмотря на их нежелание засыпать, я терпеливо улыбнулась, зная, что они в конце концов устанут и отправятся в страну сновидений.

И действительно, через какое-то время в комнате наступила тишина. Поднявшись я собиралась покинуть покои детей, как вдруг неожиданно раздался тихий вопрос малышки, который застал меня врасплох.

– Мам, когда мы вернемся домой?

Даже не знаю, что ей ответить.

Сегодня я узнала, что у меня есть двое чудесных детей, и что их отца убили. Я понятия не имею, кто это сделал и почему. Поэтому думаю, что возвращаться домой сейчас не лучшее время.

– Думаю, мы еще погостим некоторое время здесь, – все же ответила я.

Я вышла из комнаты, погруженная в свои мысли. Неожиданно я столкнулась с Рейнальдом, от чего слегка споткнулась. Он быстро протянул руку, чтобы поддержать меня. Рейнальд аккуратно схватил меня за плечи, чтобы я не потеряла равновесие. Его лицо оставалось непроницаемым, он окинул меня острым взглядом. Я не могла не почувствовать смущение из-за своей неуклюжести.

– Вы хотели поговорить со мной, – сказал он, убирая руки.

– Благодарю за то, что не дали мне упасть, – сказала я. – Пожалуй, разговор лучше отложить до завтра. Уже довольно поздно, поэтому я пожалуй, пойду.

– Я предупреждал вас, но вы не послушались. Сегодня вы прикасались к детям. Будьте готовы к последствиям, – проговорил он в осуждающей манере.

Я обернулась и посмотрела ему прямо в глаза. Мне хотелось понять, действительно ли он переживает, что моя сила проявится, или это лишь притворство.

– Вы беспокоитесь, что я снова окажусь в ваших покоях?

Рейнальд посмотрел на меня взглядом, от которого часто становится неловко и чувствуешь себя виноватой. На что я неопределенно пожала плечами, не понимая, что сказала не так.

Я удобно устроилась в мягкой и, что особенно важно, теплой кровати. Мои мысли были заняты Рейнальдом и нашей встречей у детской комнаты. Я пыталась понять, как он там оказался. И сколько бы я ни думала, ответ был только один: он ждал меня. Но зачем? Этот вопрос не давал мне покоя.

Вероятно, именно из-за этих мыслей когда провалилась в сон, вновь оказалась в покоях господина.

Я обрадовалась, не обнаружив мужчину в его покоях, и неспешно направилась к кабинету. Мне хотелось еще раз взглянуть на книги, которые он изучал. К тому же, я хочу попытаться узнать что-нибудь о своей семье.

Я протянула руку, чтобы прикоснуться к двери, но она прошла сквозь. Не мешкая, я шагнула за дверь и сразу же стала свидетелем разговора господина с Зармоном.

– Что вам удалось узнать о смерти Рар'оэнона? – поинтересовался Рейналд у стражника, изучая свитки, сидя за столом.

«Рар'оэнон?»

В который раз убеждаюсь, что здешние имена очень сложно произносить. И как только их можно запомнить?

Навострив ушки, я подошла чуть ближе, чтобы не пропустить ни едного слова из разговора мужчин.

– По словам свидетелей, ваш брат и его жена возвращались в поместье, когда лошадь молодой госпожи неожиданно понесла. Господин немедля бросился ей на помощь. Стражники кинулись следом, но, когда нашли их, они уже были мертвы.

Рейнальд нахмурился. Подняв взгляд, он задумчиво посмотрел на Зара и спросил:

– Как насчет другого задания?

Зар не стал медлить с ответом:

– В день захоронения молодого господина и его супруги никто ни на секунду не усомнился, что погибшая – молодая госпожа.

Если Зарман сказал правду, то... Неужели мы ошиблись? Но дети ведь признали во мне свою маму!

Словно услышав мои мысли, Рейнальд задумчиво произнес:

– Тем не менее дети признали в ней мать.

– Я могу продолжить? – спросил Зар, чем вызвал удивление господина.

– Конечно, – ответил Рейнальд.

– Когда я узнал о смерти молодой госпожи, то решил проникнуть в кабинет молодого господина и выкрасть оттуда ее портрет, – проговорил страж и, достав из-за пазухи небольшой свиток, протянул его господину.

– Как ты посмел! – возмутился Рейнальд.

– Накажите меня! – торопливо сказал Зар, опускаясь на колени и склоняя голову. Однако он продолжал держать свиток перед собой.

Выходит, Зар понимал, что его могут наказать, но все равно сделал, как посчитал нужным. Неужели ему так хочется убедить господина в том, что я самозванка?

– Будет тебе, – отмахнулся от его слов Рейнальд, принимая свиток.

Из любопытства я обошла стол и приблизилась к господину со спины, чтобы взглянуть на портрет.

– Что еще слышно из поместья Афлор? – проговорил господин, медленно разворачивая свиток.

От волнения я даже прикусила губу. Мне очень хотелось узнать, насколько мы с молодой госпожой похожи.

Я не услышала ответа Зармана, потому что была поглощена картиной. На ней действительно была изображена я. В светло-кремовом платье с точеной талией и пышными формами, которые плавно переходят в изгибы. Мои черты лица были точно такими же, как на картине, но лицо той, другой меня, озаряла нежная улыбка.

Мой взгляд также был прикован к мужчине, стоящему рядом с ней. Высокий, стройный, и каждый штрих художника отображал его легкую грацию. Его темные волосы были густыми и блестящими, обрамляя красивое лицо с острыми угловатыми чертами.

Однако самой поразительной чертой его лица были темно-синие глаза, которые, казалось, проникали сквозь все, на что он смотрел. Его взгляд был напряженным и испытующим. Казалось, с каждым взглядом он погружался в глубины вашей души. С его сильной челюстью, прямым носом и угловатыми щеками он был образцом мужской красоты.

Значит, это Рар’оэнон? Он сильно отличается от своего старшего брата. Не только внешне. По его взгляду можно сказать, что характер у него был более мягким. Или, возможно, это относилось только к женщине, которая была рядом с ним.

– Они действительно похожи, – голос господина вывел меня из раздумий.

– Прикажете убить ее? – вопрос Зара напугал меня.

Я посмотрела на мужчину, испытывая желание его ударить. Почему при каждой нашей встрече он хочет меня убить? Я ведь не сделала ему ничего плохого.

– Не торопись, – сказал Рейнальд, откладывая картину в сторону. – Для начала нужно разобраться, кто она на самом деле. Узнай, не было ли у юной хозяйки сестры-близнеца.

Тогда моя схожесть с не и даже родимое пятно все объясняют.

Я и представить не могла, что господин настолько проницательный. Хотя должна была догадаться, ведь еще в темнице он хитростью заставил меня обо всем рассказать.

– Я предвидел, что вы захотите узнать об этом, и расспросил прислугу. Никто никогда не слышал, чтобы у юной госпожи была сестра, – проговорил Зар. – Позвольте мне заключить ее в темницу и провести допрос. Я уверен, что под пытками она признается, кто ее подослал.

Я снова с недовольством взглянула на стражника. Создавалось впечатление, что он намеренно пытается выставить меня в плохом свете в глазах господина.

Рейнальд поднялся, обошел стол и встал перед стражем, выражение его лица было суровым. Глаза мужчины были жесткими и неумолимыми, его челюсти были сжаты в твердую линию.

– Чего ты добиваешься? – спросил он с тоном неодобрения, его слова были резкими и едкими. – Пытаешься учить меня, что делать? Может, тебе еще и мое место господина уступить?

– Как бы я посмел! – воскликнул страж и склонился почти до пола.

Увидев это, я не смогла сдержать улыбку.

«Так ему и надо!», – подумала я, чувствуя себя отомщенной.

– Возможно, она действительно сестра молодой госпожи, – задумчиво произнес Рейнальд. – Ни одна знатная семья не захочет, чтобы кто-то узнал о ребенке, который не обладает силой.

– Вы хотите сказать, что она такая же, как и…

Зар не договорил, но это было и не нужно. Я и так поняла, что он пытается сравнить меня с господином.

– Это лишь мое предположение, остальное тебе предстоит узнать самому, – сказал Рейнальд, отходя к окну, отдавая последний на сегодняшний день приказ Зару: – Можешь идти.

Как только за Заром закрылась дверь, я подошла к Рейнальду. Поднявшись на цыпочки, я посмотрела в окно через его плечо, пытаясь понять, что же такое интересное он там увидел.

Как и ожидалось, в темноте ничего не было видно. Но когда я перевела взгляд на отражение мужчины, мои глаза расширились от шока. Рейнальд заметил это и усмехнулся.

В отражении стекла я увидела себя с широко распахнутыми от удивления глазами и приоткрытыми губами, стоящую за спиной мужчины.

Глава 13

На следующий день я старалась не встречаться с Рейнальдом, потому что мне было неловко из-за произошедшего.

Прихватив с собой детей, я отправилась исследовать поместье и его окрестности. Оказалось, что за время своего пребывания здесь дети почти не выходили на улицу. Не знаю, почему так вышло: из-за их капризов, плохого отношения к ним со стороны прислуги или запрета господина. Но реакция детей на увиденное была такой же, как и моя.

Мы восхищались всем, что встречалось на нашем пути, обсуждали самое необычное или выражали недовольство, если нам что-то не нравилось.

Интерьер поместья – это воплощение роскоши и вкуса. Здесь большое открытое пространство с высокими потолками и огромными окнами, через которые внутрь проникает много света. Стены украшены изысканными произведениями искусства, а на полу лежат дорогие ковры.

Повсюду расставлена элегантная мебель, а каждая комната обладает своим неповторимым шармом и индивидуальностью. Все пространство наполнено ощущением роскоши и величия, что говорит о том, что на его создание не жалели средств.

За поместьем мы нашли конюшню. Я, конечно, не городская жительница и знаю, как выглядят лошади, но разница между ними и теми, что я видела в своем мире, просто огромная!

Больше всего нам понравился сад. Он действительно впечатлил нас. Цветы всех цветов радуги и их сладкий аромат, наполняющий воздух. Дорожки были вымощены белой мраморной крошкой, которая мягко хрустела под ногами.

В саду было много необычных и экзотических растений. Фигуры из кустарников, выполненные с невероятным мастерством и детализацией. Казалось, что они оживают в мягком свете садовых фонарей. По всему саду было разбито несколько фонтанов, создающих успокаивающий звук журчащей воды.

Дети радостно бежали по дорожке впереди меня и показывали пальцами на растения, фонтаны и фигуры из кустарников. Впервые за все время я увидела детей такими счастливыми. Если это только благодаря тому, что они считают меня своей мамой, то я готова быть ею всегда.

Я неторопливо шла следом, любуясь пейзажем, когда услышала детский крик. Взволнованная, я начала оглядываться, пытаясь найти детей. Но их нигде не было видно.

Я поспешила туда, где видела их в последний раз. Выскользнув из-за куста, я увидела женщину и стоящую перед ней Эдолину. Слезы текли по пухлым щекам девочки.

Но больше всего меня возмутило то, что эта женщина бесцеремонно держала Дабриэля за ворот рубашки, как нашкодившего щенка. Малыш не плакал, но пытался вырваться. Женщина подняла руку, готовясь в наказание хорошенько его отшлепать.

– Эй! – возмущенно воскликнула.

Она была так удивлена моим появлением, что я успела подойти и отобрать у нее ребенка.

Дети сразу же спрятались за мной.

– А вы еще кто такая? – недовольно спросила девушка, смерив меня презрительным взглядом.

– Могу спросить у вас то же самое! – раздраженно ответила я. – И какое вы имеете право трогать детей?

Она усмехнулась.

– Вы новая няня? Почему на эту должность не нашли кого-то более подходящего? Такую, как вы, нельзя подпускать к детям.

– И это говорит мне та, которая чуть не ударила ребенка? – не удержалась я от сарказма.

– Я воспитывала его! Он врезался в меня и, вместо того чтобы извиниться, хотел убежать, – сказала женщина, растягивая слова, как будто ей лень со мной говорить. – А вам бы лучше присматривать за ними и объяснить, как нужно себя вести. Хотя чему я удивляюсь, вы и сами не знакомы с правилами приличия.

– Зато, я погляжу, вы с ними знакомы.

С самого начала эта женщина мне не понравилась. А сейчас она вызывает у меня раздражение. Даже общаться с ней не хочется.

– Как вы смеете! – возмутилась она. – Вы хоть знаете, с кем разговариваете?

– Так просветите меня!

Я почувствовала, как меня аккуратно тронули за руку. Оглянувшись, я встретилась взглядом с Мирдой.

Как же она так быстро пришла? И почему я не заметила ее появления?

Подавшись вперед, служанка негромко прошептала, так, чтобы ее услышала только я:

– Это госпожа Мириела. Она единственная дочь господ Сето. И она считает себя будущей хозяйкой поместья. Госпожа только сегодня приехала и еще многого не знает.

Кивнув в знак того, что услышала ее, я внимательнее посмотрела на девушку, которой на вид не больше семнадцати. Ее светлые волосы свободно ниспадают по спине, обрамляя нежное лицо. Большие голубые глаза с длинными ресницами придают ей озорной вид, а курносый нос добавляет изюминку ее образу.

На ней длинное персиковое платье, которое подчеркивает миниатюрную фигуру, делая ее похожей на сказочную принцессу.

Если бы мне не выпал шанс увидеть ее истинную натуру, я бы никогда не поверила, что этот ребенок может быть таким грубым. Наверное, именно на ее внешность господин и повелся. В который раз убеждаюсь, что мужчины одинаковы во всех мирах.

– Я будущая хозяйка поместья! – заявила Мириела. – И первое, что я сделаю, когда стану ей, – выгоню вас отсюда!

– А станете ли?

– Да как вы смеете?! – воскликнула девушка, хватая ртом воздух.

– А что я такого сказала? – спросила, не скрывая насмешки. — Просто не вижу смысла торопить события. Кто знает, что случится завтра или уже случилось…

Нечего было детей трогать! Возомнила себя хозяйкой! Да чтобы такая особа воспитывала детей и была им мамой в будущем – никогда! И мне все равно, что скажет на это господин. Я не смогу справиться с ним, но с этой зазнавшейся девчонкой легко!

– Почему я вообще тебя слушаю? – надменно произнесла она. – Можешь пока наслаждаться жизнью, но запомни: как только я стану госпожой, тебя первую вышвырнут отсюда, а за тобой следом и этих беспризорников. Скоро по поместью будут бегать наши с господином родные дети, так что им здесь не место.

Возможно, мне следовало бы проигнорировать ее слова. Сделать вид, что меня не касаются проблемы господина и то, что будет происходить в поместье после свадьбы.

Но она оскорбила детей! Разве я могу оставаться в стороне, когда их обижают? Неужели она думает, что за них некому заступиться? Пусть родителей малышей больше нет в этом мире, но я все еще рядом с ними!

– Наверное, мне стоит вас поздравить. Такого завидного жениха себе ухватили, – заметила я.

– Так и есть, – ответила она, улыбаясь, даже не представляя, к чему я веду разговор.

– Ой, я же совсем забыла представиться, – спохватилась я, делая удивленный вид, но тут же растянула губы в самой обаятельной улыбке и проговорила: – Я Амай, мама этих замечательных малышей и будущая жена господина.

– Что? – взвизгнула девушка.

– А чему вы так удивляетесь? Неужели господин еще не поделился с вами этой замечательной новостью? – спросила я с наигранным удивлением, прикрывая рот ладошкой, словно не должна была раскрывать ей этот секрет раньше времени.

Вскоре моя ложь раскроется, но до этого момента она будет злиться. А я буду тихо злорадствовать.

– Это неправда! – продолжила возмущаться Мириела.

– Разве я могу шутить о подобном?

– Рейнальд никогда бы не посмотрел на такую, как вы! Да вы себя в зеркало видели? – перешла девушка на оскорбления.

– Вы недавно говорили что-то о приличиях. Разве прилично при посторонних называть мужчину, по имени? – спросила я, покачав головой.

– Ты смеешь меня учить? Да кто ты такая?! Я просто обязана проучить тебя, чтобы ты знала свое место! – надменно произнесла девушка, переходя на личность, и замахнулась, собираясь ударить меня.

За короткое время она уже дважды пыталась навредить незнакомым людям. К тому же ее манера разговора и поведение далеки от приличия. А Рейнальд еще мне что-то говорил. Лучше бы следил за своей будущей женой!

Перехватив руку девушки, я вопросительно вскинула бровь, давая ей понять, что не намерена терпеть издевательства.

Мириела чему-то усмехнулась и замахнулась второй рукой. Но в этот момент произошло то, чего мы обе не ожидали.

Из ниоткуда прямо перед нами в воздухе возникла шаровая молния. Я не успела понять что происходит, как этот шар ударил в Мириэлу, отбросив ее на несколько метров.

Кое-как поднявшись и оправившись, девушка прикоснулась к своему лицу и обнаружила, что оно покрыто сажей, а волосы все еще тлеют. Из ее груди раздался тихий скулеж, словно она не могла поверить в происходящее.

Опустив взгляд, она посмотрела на свое персиковое платье, которое теперь было испорчено: на его некогда безупречной поверхности виднелись дыры и пятна грязи.

И скулеж Мириэлы перерос в истерический крик.

– Ты! – завизжала она, с ненавистью посмотрев на меня.

– Ой.

Совсем забыла, что мне нельзя ни к кому прикасаться, иначе это может закончиться плачевно.

– Да как ты посмела использовать силу против меня?! – угрожающе проговорила она, подходя ближе.

Прямо на моих глазах в ее руке появилась точно такая же шаровая молния.

Понимая, что в опасности не только я, но и дети, прятавшиеся за мной, я попыталась успокоить девушку:

– Мириела, не стоит горячиться! Это произошло совершенно случайно, и я готова принести свои извинения. Успокойся, пожалуйста! Подумай о том, что здесь дети!

– Ничего, как раз избавлюсь от двух проблем разом! – проговорила она, продолжая подходить.

– Думаю, господин этому не обрадуется, – пробурчала я себе под нос, пытаясь найти способ спастись от обезумевшей девушки.

– Никто не посмеет меня осудить за это! Я Мириела Сето, единственная дочь правителя этой страны! – с гордостью заявила она.

Я поняла, что так и будет: после того как нас не станет, никто ни слова ей не скажет. И все больше убеждаюсь, что, хоть наши миры отличаются, многое все же похоже. Здесь, как и у нас, власть и деньги играют важную роль.

– Можешь попрощаться со своими отпрысками! – сказала девушка и запустила в меня шар.

В стороне раздался испуганный крик служанки.

Присев, я прижала к себе детей, желая защитить их.

– Не бойтесь, я с вами, – успела я шепнуть.

Я не испытывала страха перед смертью, ведь это было не впервые. Но детей мне действительно жаль. Ведь они еще толком не пожили.

Однако вместо удара мы услышали недовольный голос господина:

– Что здесь происходит?

Я подняла голову и посмотрела на Рейнальда. Не знаю, что именно его рассердило, но сейчас мне совсем не хотелось попасть под горячую руку.

– Она ударила меня шаровой молнией! – заявила Мириела, указывая на меня пальцем. – Посмотри, что со мной случилось! Мои волосы, мое лицо, мое платье! Что стало с моим новым платьем!

– Вы были готовы убить детей, даже не разобравшись в ситуации? – строго спросил Рейнальд.

Я вздрогнула от его голоса и еще крепче прижала к себе детей, которые тряслись от страха.

– Что?! – она была потрясена и едва не задохнулась от удивления, не ожидая, что господин не вступится за нее.

– Насколько я помню, шаровые молнии – это сила семьи Сето, – произнес Рейнальд, и в его голосе послышалась насмешка. – По вашим словам, Амай – часть семьи Сето. Но, опять же, насколько мне известно, вы единственный ребенок в семье. Значит ли, что эта девушка – внебрачный ребенок вашего отца?

Мириела бросила быстрый взгляд на меня.

Когда наши взгляды встретились, ее передернуло от отвращения.

– Что за бред! – возмущенно сказала она, посмотрев на мужчину.

Я тоже не понимала, чего именно добивается господин. То ли он хочет породнить меня с семьей Сето, то ли пытается защитить.

– Я всего лишь делаю выводы из ваших слов, – ответил он.

– Видимо, я ошиблась, – сказала девушка немного растерянно. Было очевидно, что ей неприятна мысль о том, что я могу быть ее сестрой. – Но эта девушка заявила, что она ваша будущая жена!

Рейнальд посмотрел на меня. По его вопросительно поднятой брови и насмешке в глазах я поняла, он снова надо мной смеется.

Неопределенно пожала плечами и тихо пробурчала:

– Она вынудила меня это сказать.

Он неодобрительно покачал головой, и вернулся к разговору с Мириелой.

– Каким образом вас касаются мои дела?

– Но…

– Оставим разговор на потом, – перебил он девушку. – Пожалуйста, вернитесь в свои комнаты и приведите себя в порядок.

– Я никуда не уйду, пока не узнаю правду! – упрямо заявила Мириела, скрестив руки на груди.

Похоже, сейчас девушку внешний вид волновал меньше всего.

– Это правда.

Ответил Рейнальда, поверг в шок не только Мириелу, но и меня. Поскольку я не думала, что мужчина решится подыграть мне.

– Я все равно не верю! – заявила она и направилась к поместью.

Не успела я вздохнуть с облегчением, как меня ждало новое разочарование.

– Амай будь добра, пройди в мой кабинет, – обратился ко мне Рейнальд.

– Но… – хотела я отказаться, сославшись на то, что мне нужно успокоить детей. Однако меня никто не стал слушать.

– Сейчас же! – сказал он и пошел прочь.

Глава 14

– Я не виновата, она первая начала! – заявила я, входя в кабинет следом за Рейнольдом.

Мужчина усмехнулся, словно не поверил мне.

– Я же просил вас быть осторожнее с окружающими, – сказал он, садясь за стол. – Вы даже не представляете, кто она такая.

– Отчего же, я уже имела удовольствие познакомиться с вашей будущей женой. Должна признать, вы умеете выбирать. Мириела – единственная дочь семьи Сето, правителя страны. Куда мне с ней тягаться?

Я не настолько наивна, чтобы не понимать ситуацию. Те, кто имеют власть и деньги, всегда остаются безнаказанными.

– Если вы это понимаете, то зачем нужно было вступать с ней в конфликт?

– По-вашему, я должна была позволить ей ударить меня? – удивилась я. И добавила задумчиво: – Хотя, возможно, в той ситуации мне не удалось бы сдержать свои способности.

– Я смотрю, вы действительно стали смелее, – заметил мужчина, пристально глядя на меня.

В наши прошлые встречи я немного опасалась господина. Однако после того как я стала свидетелем его разговора с Заром, что-то изменилось в моем отношении к господину.

– Я всего лишь стараюсь защитить себя.

– В этом нет ничего предосудительного, – неожиданно произнес он. – Но вы подумали о возможных последствиях? Мириела вспыльчивая девушка. Она так просто это не оставит.

– Если бы вы предупредили заранее о приезде вашей будущей жены, я бы вела себя осторожнее.

– Так теперь вы утверждаете, что произошедшее – моя вина?

– Отчасти.

– Как смело с вашей стороны перекладывать ответственность на другого человека!

– Вы тоже не правы, обвиняя во всем меня, не разобравшись в ситуации, – не осталась я в долгу. – То, что произошло, уже не изменить. И я не жалею о содеянном! Я никому не позволю обижать детей, даже вашей будущей жене!

– Я никогда не собирался на ней жениться, – зачем-то сказал Рейнальд.

– Разве меня должны касаться ваши личные дела? – повторила я слова господина, сказанные ранее. – Я всего лишь выполняю свое обещание и присматриваю за детьми. Если вы считаете, что я плохо справляюсь, то позвольте мне покинуть поместье!

– Нет!

Его резкий ответ заставил меня удивленно поднять бровь.

Что его так взволновало?

– Если мы разобрались в том, что в произошедшем моей вины нет, я могу не извиняться перед этой особой?

Выражение его лица было одновременно напряженным и задумчивым. Как будто Рейнальд ожидал от меня иной реакции. Глаза мужчины сузились, словно он пытался разгадать мои намерения и истинные чувства.

– Вы действительно необычная. С вашим характером неудивительно, что кто-то пытался вас убить, – сказал он и в его голосе слышались нотки упрека.

В его словах есть смысл, вот только я сомневаюсь, что девушка, место которой я заняла, была настолько же смелой. Хотя кто знает...

– Не ожидала услышать от вас похвалу, – заметила я с иронией.

– Впредь будьте аккуратнее и избегайте встречи с Мириелой. Возможно, в следующий раз я не смогу вам помочь.

Я поняла, что на этом разговор окончен, и уже собиралась покинуть кабинет, как неожиданно вспомнила одну вещь. Немного поколебавшись, я все же решилась спросить у господина...

– То, что вы сказали Мириеле... Возможно, по этой причине у меня в будущем могут возникнуть проблемы. Пожалуй, стоит сказать ей, что у нас с вами не такие отношения.

– Не хотите стать хозяйкой поместья?

Хозяйка поместья – звучит красиво, но...

– Зачем мне это?

– Любая другая на вашем месте с радостью бы согласилась.

Возможно, я бы тоже согласилась, ведь глупо отказываться от такого щедрого подарка. Но я не в таком отчаянии, чтобы хвататься за первую же возможность. Если мне суждено встретить свою вторую половинку в этом мире, то у меня хотя бы должен быть выбор.

– Вам не кажется, что это довольно странно? Еще вчера я была пленницей, а сегодня вы предлагаете мне стать хозяйкой поместья. К тому же, мне бы не хотелось нажить себе врага в лице Мириелы.

– У вас нет выбора, – сказал он, вставая. Рейнальд медленно приблизился и, слегка наклонившись, посмотрел мне в глаза. – Вы сами начали эту игру. Так давайте же не будем расстраивать зрителей.

Он снова слишком близко! Его горячее дыхание обжигало мое лицо, и мысли путались, не давая сосредоточиться на разговоре.

Я перевела взгляд с его темных глаз на приоткрытые губы. Неосознанно я чуть подалась вперед, но тут же резко вздохнула и отступила, едва не совершив огромную ошибку.

Его взгляд, казалось, обладал гипнотической силой, которая делала меня беспомощной и лишала способности двигаться и говорить.

Что со мной происходит? Почему меня необъяснимо тянет к нему, несмотря на его сдержанность и холодность?

– Хотите, чтобы я притворялась вашей невестой?

Пока я пыталась собраться с мыслями, заметила легкую улыбку, которая появилась в уголках его губ. Было очевидно, что он сделал это нарочно.

– Вы против?

Его взгляд был тяжелым, и у меня не было другого выбора, кроме как согласиться, независимо от того, что я чувствовала на самом деле.

– У меня нет иного выхода, – тихо сказала я, опустив глаза, прервав зрительный контакт.

– Не переживайте, игра не будет длиться вечно. Как только Мириела уедет, все вернется на свои места.

– Вы действительно думаете, что она нам поверит? – спросила, ощущая неловкость, возникшую между нами.

Мне хотелось смотреть куда угодно, только не на него.

– У вас есть план лучше?

Я посмотрела на Рейнальда.

– Вам нужно объявить о вашей помолвке. Неважно с кем, главное — чтобы об этом узнали все. А позже вы разорвете ее, тем самым испортив свою репутацию, – сказала я, глядя на мужчину. – Я убеждена, что после этого инцидента господин Сето не рискнет отдать за вас свою дочь.

– Я удивлен что вы ознакомились с книгами, которые вам передали.

– Мне было скучно, – ответила я без особого энтузиазма.

Ознакомление с книгами о правилах этикета, прошло довольно забавно. Я даже посмеялась над некоторыми правиласми.

Я узнала, что после разрыва помолвки девушка покрывается позором. Ей может быть очень трудно найти нового партнера, и она рискует остаться одинокой на всю жизнь.

То же самое касается и мужчин. Но у них больше шансов найти новую невесту.

Если Рейнальд решит вступить в фиктивную помолвку, а затем разорвет ее, Сето может не захотеть связывать свою семью с человеком, который опозорил себя. Кроме того, мне кажется, что нынешняя репутация Рейнальда не устраивает господина Сето.

Сын, убивший своих родителей. Он поздно узнал о магии и большую часть жизни провел среди обычных людей. Единственное, что могло заинтересовать господина Сето в Рейнальде, – это его сила. Однако после разрыва помолвки у мужчины вряд ли останутся какие-либо планы на господина Джар'уча.

Через некоторое время он разочарованно вздохнул.

– Совсем недавно вы говорили, что не хотите быть хозяйкой поместья. Что же изменилось? – спросил он после некоторого молчания.

Я пожала плечами, показывая, что не знаю ответа на этот вопрос. Ведь мне неизвестно, какие у него планы на будущее. Возможно, он и не собирается жениться на Мириеле сейчас, но кто знает, что будет в будущем…

– Я всего лишь высказала свое мнение и предложила решение проблемы. Вам решать, как поступить. В любом случае я ничего не потеряю, буду ли я няней для детей, преступницей или вашей невестой. Так или иначе, мне не суждено покинуть ваше поместье.

Я сказала чистую правду. Что бы ни случилось в моей жизни я не могу просто так покинуть поместье. Не зная этого мира и его законов, без денег и связей, я подвергну себя опасности, если попытаюсь сбежать.

– Вам так не нравится это место? – спросил меня господин.

Глава 15

– Мне не нравится, как ко мне здесь относятся, – ответила я, улыбнувшись уголком губ, намекая на недавний инцидент. – Кто знает, вдруг среди ночи вы пошлете ко мне Зара с приказом убить.

– Он всего лишь выполняет свою работу, – сказал он. – Вам не стоит зацикливаться на его словах. Пока вы не сделали ничего плохого, никто не причинит вам вреда.

Зармон – страж, и он беспокоится о безопасности господина. Во мне Зар видит подозрительную личность. С его стороны правильным выбором было бы убить меня, пока я не навредила его господину.

– Вам не кажется, что подслушивать чужие разговоры неприлично? – спросил Рейнальд, с усмешкой вспоминая о том, что произошло ночью.

Я почувствовала, как мои щеки заливает румянец смущения.

– Откуда мне было знать, что сила проявится именно так? – сказала я, все еще немного смущаясь и опуская взгляд. – Но я все еще не могу понять, как вы узнали, что я была здесь?

– Разговаривая с Зармоном, я увидел, как что-то мелькнуло в отражении окна. И решил проверить, не показалось ли мне. Я не ожидал увидеть вас в отражении, да еще и так близко.

Он прекрасно видел, что мне неловко вспоминать об этом, и намеренно насмехался надо мной.

– Вам удалось выяснить хоть что-нибудь о моей силе? – спросила я, поднимая взгляд на Рейнальда.

Он, казалось, погрузился в размышления. Это было заметно по его серьезному взгляду, устремленному на меня, чуть нахмуренным бровям и едва заметной вертикальной морщинке на лбу.

Странно, но с каждой нашей встречей его внешность все меньше отталкивает меня. Даже зная, что Рейнальд – универсальный маг и что с его вредным характером он способен на многое, мне он все больше кажется обычным мужчиной.

– Думаю, мы можем начать изучать вашу силу. И новость о том, что мы помолвлены, будет как нельзя кстати, – заявил он, заставив меня удивленно поднять бровь.

Он все же согласился на помолвку?

Словно прочитав мои мысли, он продолжил:

– Нам придется довольно долгое время находиться наедине в моих покоях. Это поможет создать правдивые слухи и скрыть чем мы действительно здесь занимаемся.

– Вы не хотите, чтобы о моей силе кто-то узнал?

– Да.

– Почему?

– О вашей силе известно очень мало, и многие захотят изучить ее, – сказал он.

Кажется, Рейнальд намеренно пытается напугать меня, чтобы у меня даже не возникало мысли о побеге.

– Поверьте, не все так добродушны, как я, – продолжил мужчина.

Я не смогла сдержать усмешку.

Он добродушен? Я и не догадывалась, что меня посадили в темницу из лучших побуждений!

– Возможно, вы считаете, что я поступил с вами жестоко? Но есть люди, которые гораздо хуже меня.

– Вы пытаетесь оправдаться? – не удержавшись, спросила я с сарказмом.

– Я говорю то, что вижу: о вас нет никакой информации. Возможно, вы что-то скрываете. Кто-то будет стремиться докопаться до правды, кроме меня? Многим проще вас убить.

Я не успеваю следить за ходом его мыслей, поэтому мне трудно понять: эта сила – проклятье для меня или же подарок.

– Вы сказали, что моя сила…

– Сила действительно необычна. И это значит, что некоторые рискнут ее изучить, а другие захотят вас уничтожить. Неизвестное всегда пугает.

Возможно ли, что мне повезло встретиться с Рейнальдом? Он, по словам Мирды, увлечен изучением силы. Возможно, это и спасло меня. А кто знает, что могло бы со мной случиться, попади я в руки других?

– Значит, вы соглашаетесь на фиктивную помолвку, чтобы изучить мою силу? – спросила я.

– Фиктивную? – переспросил он, не поняв значения этого слова.

Я прикусила язык, осознав свою ошибку, но Рейнальд отмахнулся от вопроса и продолжил:

– Я не делаю ничего без причины. В этой ситуации мы оба выигрываем. У вас будет крыша над головой и еда, а также вы сможете проводить время с детьми и быть в безопасности рядом со мной, а я получу возможность изучить вашу силу, избавиться от навязанной невесты и, надеюсь, наладить с вами долгосрочное сотрудничество.

– О чем вы говорите?

Я подумала о помолвке и даже решила, что Рейнальд не против сделать меня своей невестой, но следующие его слова вернули меня с небес на землю.

– Иметь в своих рядах мага с подобной силой – большая удача. Если вам удастся взять под контроль свою силу, мы будем говорить по-другому. Кроме того, я буду спокойнее, если рядом с детьми будет мой человек.

Почему его ответ вызвал раздражение?

Я убедилась, что мне ничего не угрожает — это главное. Но мне хотелось бы прояснить кое-что:

– Вас не беспокоит моя личность? Что, если меня отправили к вам с определенной целью – навредить вам?

– У вас было множество возможностей сделать это. Что касается вашей личности… Зармон сделает все, чтобы докопаться до правды.

Тон, которым он это сказал, прозвучал словно угроза. Но я не обратила на это внимания и снова повторила свой вопрос:

– Если я правда наемный убийца? Как вы поступите?

– Я вас убью!

– Логично, – ответила я, нервно сжимая ткань платья, чтобы скрыть страх.

– Утолили свое любопытство? Или у вас есть еще вопросы?

– Меня беспокоит еще кое-что, – сказала я, не обращая внимания на его насмешливый тон. – Дети признали во мне свою мать. Разве не странно, что они не узнали меня при первой встрече?

Мужчина слегка улыбнулся, словно вспомнил что-то приятное.

Это было так неожиданно — я впервые увидела его улыбку.

– Вы хоть представляете, в каком виде предстали перед ними? Глядя на грязную и израненную девушку в лохмотьях, никто бы не узнал в ней нежную госпожу и любимую мать, – с легкой насмешкой произнес он. – Признаюсь, я был очень удивлен, когда впервые увидел вас в своем кабинете. Я и представить не мог, что оборванка, которую мы нашли в лесу, окажется такой привлекательной.

Я задумалась над его словами и поняла, что не обратила внимания на то, как дети сразу признали во мне свою мать. Их испуганные лица при встрече говорили о том, что они не ожидали меня увидеть. А потом, когда они вцепились в меня и не хотели отпускать, стало ясно, что сразу почувствовали во мне родную мать, но не сказали об этом, возможно, из-за страха.

– Тем не менее я не их мать.

– А кто об этом знает? – спросил Рейнальд, вскинув бровь. – С вашим появлением дети сильно изменились, и я не против, чтобы вы и дальше играли роль их матери.

– Я против! Как я могу уйти и оставить детей, если они будут считать меня своей родной мамой? – спросила я в негодовании от его слов. Но почти сразу же меня осенила догадка: – Вы не собираетесь меня отпускать? Хотите, чтобы поместье стало для меня пожизненной тюрьмой?

– Вы преувеличиваете, – сказал он, недовольно нахмурив брови и поджав губы. – Я просто пытаюсь вас защитить. Когда вы будете готовы уйти, я не буду вас удерживать.

– И снова у меня нет выбора, – усмехнулась я и недовольно проворчала: – Вы оправдываете свою репутацию.

– Что вы имеете в виду? – настороженно спросил он.

– Разве я что-то сказала?

Поняв, что разговор окончен, я собралась уходить, но Рейнальд остановил меня в дверях.

– Амай, будь осторожена.

– Хорошо, – сказала я и заметила сердитый взгляд Мириелы, которая стояла в дверях.

За время разговора с Рейнальдом девушка привела себя в порядок. Теперь ничто не напоминало о ее недавнем виде.

– Прошу, – сказала я, пропуская ее в кабинет.

Она сделала шаг вперед и, поравнявшись со мной, негромко сказала так, чтобы ее услышала только я:

– Рейнальд может иметь отношения до свадьбы с кем угодно. В любом случае, он будет моим!

Я лишь равнодушно усмехнулась. Мне безразличен Рейнальд. В его глазах я лишь игрушка, которую ему интересно исследовать. Сейчас меня больше всего волнуют дети, которые, я уверена, напуганы произошедшим.

Глава 16

– Господин сильно ругался? – спросил Дабриэль, когда я вошла в покои.

– Мы просто поговорили. – ответила я, ласково улыбнувшись мальчику. – Вы, испугались?

Дети, не сговариваясь, согласно кивнули.

Они сидели на ковре и делали вид, что играют, но унылое поведение выдавало их. Дети умны и уже переросли игрушки. Им стоит начать изучать книги и учиться контролировать силу.

– Почему вы обращаетесь к дяде “господин”? – удивленно спросила я, присаживаясь в кресла.

Нужно отбросить все мысли и вести себя с детьми, как раньше, не обвиняя их. Они не виноваты, что взрослые устроили игру.

– Нам сказали, что к взрослым нужно обращаться так, – ответил Дабриэль.

Он встал, взял лошадку и, подойдя к невысокому комоду, поставил на него игрушечное животное.

Неужели Рейнальд так строг к своим племянникам, что не разрешает называть его дядей?

– Кто вам такое сказал?

– Служанки, которые присматривают за нами, – ответил он и посмотрел на меня. – Они сказали, что мы должны хорошо себя вести, иначе, когда госпожа Мириела станет хозяйкой поместья, нас выгонят отсюда. Мама, если это случится, мы сможем вернуться домой?

Я была шокирована, услышав, что кто-то мог такое сказать детям.

– Вы поэтому постоянно находитесь в своих покоях? Вам не разрешают покидать их? – предположила я.

– Если мы будем вести себя тихо, господин не станет нас наказывать, – ответила Эдолин, поправляя волосы кукле, словно пытаясь отвлечься от неприятных мыслей.

– Вас наказывают? – не скрывая своего изумления, спросила я.

– Редко, – ответил Дабриэль, присаживаясь рядом со мной в кресло. Он посмотрел на меня и продолжил: – Когда мы сбежали, господин долго беседовал с нами. Он говорил, что мы не должны так поступать. А когда он ушел, служанки нас хорошенько отлупили за непослушание. До этого было еще несколько случаев, когда Эдолин говорила, что боится спать одна.

У меня на глазах выступили слезы.

Бедные дети! Они беззащитны и одиноки. Как, наверное, им было тяжело все это время. Неужели Рейнальду все равно, как слуги обращаются с его племянникам? Неужели он считает, что детям достаточно только предоставить крышу над головой и сытную еду?

Я обязательно поговорю с ним об этом, а пока…

– Если с вами снова будут плохо обращаться, сразу говорите мне. Я не позволю никому вас обижать! – сказала я совершенно серьезно. – Вам больше не нужно бояться, потому что теперь у вас есть я.

– Значит, я могу и дальше спать с Дабриэлем? – спросила Эдолин, глядя на меня глазами, полными слез.

Я не знала, что ее расстроило, но мне не хотелось видеть слезы ребенка. Я подошла к девочке, присела рядом и коснулась ее лица.

– Конечно можно! – ответила я. – А знаете что? Мы заменим кровати на одну большую, чтобы вам было удобнее спать. Тогда я тоже смогу иногда здесь ночевать.

– Правда? – переспросила малышка, и в ее глазах отразилось недоверие. Казалось, ее постоянно обманывали, и теперь она никому не доверяет.

– Дабриэль, ну хоть ты мне веришь? – спросила я у мальчика, зная, что Эдолин доверяет ему больше всех.

– Да! – ответил он, подходя к нам.

Я смотрела на детей и понимала, что они слишком серьезны для своего возраста.

– Вот и хорошо. А теперь скажите, чем вам нравится заниматься?

– Эдолин любит рисовать, а мне нравится читать, – сказал Дабриэль и немного разочарованно продолжил: – Вот только у нас нет ни карандашей, ни книг.

– Сейчас я все устрою, не стоит расстраиваться по таким пустякам, – ответила я, вставая. – Дайте мне немного времени.

Выйдя из детской, я сразу же позвала Мирду.

Она единственная, кому я могла более-менее доверять.

Возможно, мне следовало обратиться к господину по поводу этой проблемы. Но я подумала, что это неправильно. Если я собираюсь жить здесь, то должна научиться защищать не только себя, но и детей.

– Вы звали меня? – спросила Мирда.

– Ответь, служанки владеют силами?

Прежде чем продолжить, я должна принять дополнительные меры предосторожности. Мне необходимо помнить о безопасности.

– Что вы! – испуганно пискнула девушка. – В поместье, кроме господина и его стражи, больше никому не позволено владеть силой.

– Хорошо, – протянула я, продолжая размышлять о том, как лучше поступить. – Мне нужны служанки, которые присматривают за детьми.

– Хорошо, сейчас я их позову.

– И еще, – сказала я, остановив девушку. – Найди, пожалуйста, карандаши, чистые листы бумаги и детские книги.

Взгляд служанки стал растерянным, словно она в чем-то сомневалась.

– Тебе что-то непонятно? – уточнила я, понимая, что все будет не так просто, как мне кажется. Здесь свои порядки, и чтобы мне чего-то добиться, придется приложить усилия.

– Разве мы не должны сначала спросить разрешения у господина или госпожи Мириелы? – немного запинаясь, спросила она, отводя от меня взгляд.

– Ты чего-то боишься? – осознала я, в чем дело.

– Многие слуги в поместье повинуются госпоже Мириеле, – ответила Мирда, не глядя на меня. – Они уже считают ее хозяйкой и изо всех сил пытаются угодить ей. Госпожа Мириела также сказала, что все вопросы, касающиеся детей, нужно обсуждать с ней.

Значит, Мириела уже вовсю хозяйничает в поместье. Жаль, но она будет очень разочарована, когда узнает, что ей ничего не светит. Но с этим мы разберемся позже, а сейчас...

– Скажи, ты тоже хочешь прислуживать госпоже Мириеле? – спросила я.

– Что вы! – испуганно воскликнула Мирда, падая передо мной на колени. – Господин сказал, чтобы я прислуживала вам. Я не могу противиться воле господина.

– Что, если я дам тебе выбор: продолжать служить мне или пойти к Мириеле?

– Вы моя госпожа, и служить я должна только вам, – ответила девушка.

– Поднимайся, – сказала я, помогая ей встать. – Раз так, выполняй мои поручения без возражений и не бойся последствий. Если что-то случится, я возьму всю вину на себя.

Мирда согласно кивнула.

– Я все еще жду служанок, которые присматривают за детьми, – поторопила я девушку.

– Одну минуту, – сказала Мирда и поспешила выполнить мою просьбу.

Мириела – единственная дочь в семье, неудивительно, что она избалованная. Только это позволяет ей делать все, что она пожелает. Однако Мириела и не предполагала, что найдутся те, кто готов заступиться за детей.

– Вы хотели нас видеть? – прервал мои размышления тихий голос.

Я посмотрела на девушек, которые стояли передо мной. Они были высокими, стройными и опрятными, несмотря на простую одежду. У одной из них была длинная черная коса, перекинутая через плечо, а у другой – пучок светлых волос. Их миловидные личики и хитрые, как у лисиц, глаза не оставили меня равнодушной. Неудивительно, что они нашли общий язык с Мириелой, они стоят друг друга.

– Вы присматриваете за детьми? – спросила я, чтобы прояснить ситуацию.

– Да!

– Вот и славно, – сказала я и дала обеим служанкам пощечину.

Они схватились за места, куда я их ударила, в их глазах было недовольство. Они не ожидали от меня такого.

– Как вы смеете?! – воскликнула одна из них.

– Смею! – ответила я, гордо подняв голову. – Вы думали, никто не узнает? Надеялись остаться безнаказанными после того, как издевались над детьми?

– Мы всего лишь выполняли приказ госпожи! – не менее гордо сказала темноволосая служанка. – Если вам что-то не нравится, вам стоило сначала поговорить об этом с госпожой или господином.

– Не переживайте, я обязательно поговорю об этом с господином, – язвительно произнесла я. – Но для начала вы получите свое наказание!

– Вы не имеете на это права! Вы здесь никто!

– Так пойдите и пожалуйтесь на меня господину. Посмотрим, что он ответит на это, – сказала я и посторонилась, позволяя им пройти к покоям господина.

Вот только ни одна из девушек не сдвинулась с места. Видимо, они не так смелы, как пытаются казаться.

– Не хотите? – уточнила я.

– Мы пожалуемся госпоже! – хмыкнув, сказала белокурая.

– Обязательно, но сначала сделайте кое-что, – сказала я, заметив, что к нам приближается Мирда. – Нужно вынести кровати из детских покоев и заменить их одной большой. Справитесь? Ах да, вы не должны ни у кого просить помощи. Ну, разве что у своей госпожи. Но, думаю, вряд ли она опустится до такого унижения.

– Мы не сможем справиться без помощи!

– Правда? Не спешите, у вас есть время, – сказала им. Затем я обратилась к Мирде, которая уже подошла к нам: – Возьми детей и отведи их ко мне в покои. Сегодня они проведут ночь у меня.

– Как скажете, – ответила Мирда и ушла за детьми.

Я вопросительно посмотрела на служанок. К моему удивлению, они поклонились и скрылась в детских покоях.

Я была немного обескуражена, но быстро забыла об этом, наблюдая за Мирдой, которая вывела детей из комнаты, держа их за руки.

Каждый из малышей прижимал к себе свое сокровище: Дабриэль – книги, Эдолин – листы и коробку, в которой вероятно, лежали карандаши. Лица детей светились от счастливых улыбок.

Когда они поравнялись со мной, Дабриэль спросил:

– Мы будем спать в ваших покоях сегодня?

– Да, – ответил я.

– А вы расскажете нам сказку? – спросила Эдолин.

– Раз обещала, то расскажу, – ответила я, потрепав малышей по волосам. Затем я обратилась к Мирде: – Отведи их в мои комнаты и присмотри за ними.

– Я смотрю, вы уже примеряете на себя роль хозяйки, – насмешливый голос Рейнальда за спиной напугал меня.

Я обернулась и недовольно посмотрела на мужчину.

– Не вы ли говорили, что подслушивать некрасиво? – не удержалась я от сарказма.

– Я всего лишь услышал шум и вышел посмотреть, что происходит, – ответил он уже серьезно. – Так что же случилось? Чем провинились служанки, что вы так жестоко их наказали?

– Они получают по заслугам, – ответила я. – Вам следует больше интересоваться тем, что происходит в вашем поместье.

– Вы, наверное, слышали, что Мириела тут уже обосновалась, – усмехнулся Рейнальд, как будто подшучивая надо мной. – Неужели вы завидуете?

Я была в недоумении, потому что не понимала, чему можно завидовать. Тому, что Мириел считали хозяйкой и боялись?

Рейнальд неверно понял мое молчание и, чуть наклонившись ко мне, спросил шёпотом, чтобы никто другой не услышал:

– Может быть, вы ревнуете?

Его предположение рассмешило меня, и я не сдержала смех. Впервые мне захотелось смеяться от души. Это было странное ощущение, когда жизнь вдруг превратилась из драмы в комедию.

Когда я успокоилась и посмотрела на мужчину, увидела недовольство на его лице. Возможно, ему не понравилась моя реакция на его предположение.

– Чтобы ревновать, мне нужно испытывать к вам определенные чувства, – сказала я вполне серьезно. – К сожалению, я не испытываю к вам ничего, кроме раздражения.

Я хотела уже закончить разговор, но вспомнила о причине нашей беседы и продолжила:

– Вам не стоит беспокоиться по поводу служанок. Просто продолжайте делать вид, что вам все равно.

Глава 17

Я провела весь день и вечер с детьми. Мы играли и общались. Я читала им сказки, рисовала картинки, которые они раскрашивали. В их искренности и жизнерадостности было что-то такое, что наполняло мое сердце радостью.

Когда дети уснули, я нежно поцеловала их и тихонько вышла из комнаты. Я шла по темному коридору почти бесшумно, приближаясь к покоям господина.

Сердце бешено колотилось, а ладони потели при мысли о встрече с господином. Каждый раз, когда я думала о встрече, тело охватывал трепет. Я нервничала и одновременно предвкушала ее.

Осторожно открыла тяжелую деревянную дверь, поморщившись от тихого скрипа. В комнате было темно, если не считать слабого лунного света, который бледным сиянием освещал мебель. Я на цыпочках прошла через комнату к кабинету и вошла в него, как вдруг Рейнальд оказался передо мной.

Не успела я опомниться, как он прижал меня к стене и схватив за шею, сдавил ее. Он крепко держал меня всем телом. И я задохнулась от удивления и страха.

В глазах мужчины промелькнуло узнавание. Рейнальд замер, его пальцы все еще обхватывали мое горло, и он смотрел на меня с недоверием. Воздух в комнате был напряженным, потому что мужчина все еще не решался отпустить меня.

— Что вы здесь делаете? — едва слышно спросил он, обдавая мое лицо горячим дыханием.

— Вы сами просили меня прийти, — ответила я так же шепотом, осознавая двусмысленность нашей позы.

Столкнувшись с ним лицом к лицу, я почувствовала прилив смущения и неловкости. Наши тела были так близко друг к другу, что я могла чувствовать тепло, исходящее от него, и ощутить мускусный аромат его кожи. Я попыталась отвернуться, чтобы избежать зрительного контакта, но что-то в такой близости к нему не позволяло смотреть куда-либо еще.

— Вы должны были прийти вечером, а уже полночь. Это у вас уже вошло в привычку — появляться в моих покоях по ночам?

Меня накрыла волна смущения, щеки залила краска стыда. Я хотела объяснить, но не могла произнести ни слова.

Слова мужчины эхом звучали в моей голове, заставляя чувствовать себя еще более уязвимой и растерянной. Мне хотелось исчезнуть, провалиться сквозь землю, лишь бы избежать этого постыдного чувства.

Собравшись с духом, я спросила:

— Может, вы меня уже отпустите?

Мужчина посмотрел на свою руку, которая все еще лежала на моей шее. Он смотрел на нее с недоверием, словно не мог поверить своим глазам. Когда он вновь перевел взгляд на меня, на его лице отразились одновременно удивление и чувство вины.

Я почувствовала, что он ослабил хватку. Прежде чем мужчина успел отпустить меня, комната внезапно ожила: свечи ярко вспыхнули, их пламя затанцевало, отбрасывая на стены мерцающие тени.

С громким треском окна распахнулись, и в комнату ворвался порыв ветра. От его силы бумаги на столе разлетелись в разные стороны и затрепетали в воздухе.

— Что происходит? — испуганно спросила я, не заметив, как он успел отпустить меня, чтобы прикрыть собой.

Из-за его плеча я наблюдала, как простыня, которая до этого лежала на столе, кружилась по комнате от ветра, словно заблудшая душа.

— Ты меня спрашиваешь? — раздраженно спросил он, невольно перейдя на личности.

В его руке вспыхнул огненный шар, словно он был готов защищаться в любой момент.

За окном прогремел гром, и в ту же секунду хлынул сильный ливень. Стекла окон задрожали в рамах, а книги на полках начали падать, усиливая ощущение хаоса в комнате.

Меня охватил страх, мысли путались, пока я пыталась понять, что происходит. Сердце бешено колотилось в груди, а я лихорадочно оглядывала комнату, пытаясь осмыслить происходящее.

Каждый звук и движение казались зловещими и подозрительными. Я не могла избавиться от ощущения, что вот-вот случится что-то ужасное.

оплачено июнь

– Нужно уходить, – сказал Рейналд и, схватив меня за руку, поспешил к выходу.

Мы уже почти выбрались, когда посреди кабинета сверкнула молния, а за ней раздался раскат грома. Я испуганно вскрикнула и, прикрыв голову свободной рукой, прижалась к господину, словно ища у него защиты.

– Черт!

Услышала я взволнованный голос мужчины и почувствовала, как он оттолкнул меня.

Я сделала несколько шагов и обернулась, чтобы посмотреть на Рейнальда. Он метался по кабинету, пытаясь увернуться от огненных шаров, которые возникали из ниоткуда и летели прямо в него.

Затаив дыхание, я следила за происходящим, мечтая, чтобы все поскорее закончилось. Но время шло, а ситуация только усугублялась. Не зная, как помочь господину, я уже собиралась бежать за помощью, как двери кабинета распахнулись прямо передо мной.

В проеме стоял встревоженный Зар. Я едва успела отступить в сторону, чтобы он смог пронестись мимо меня и защитить хозяина. Но едва он приблизился к Рейнальду, как хаос, который начался так неожиданно, так же резко прекратился.

Я была в замешательстве от происходящего и с удивлением смотрела, как господин медленно повернулся ко мне, тяжело дыша. На его лбу выступил пот, грудь высоко вздымалась, а губы были чуть приоткрыты, как будто он дышал ртом.

– Что? – спросила я, чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом.

– Господин, здесь никого нет. Нападавший успел скрыться. Я сейчас же отправлю людей на его поиски, – сказал Зар и поспешил к выходу, но господин его остановил.

– Не стоит, – произнес Рейнальд, продолжая пристально смотреть на меня.

– Почему это? – возмутилась я, несогласная с его решением. – Нас едва не убили, и вы собираетесь оставить все как есть?

Зар кивнул, показывая, что в кои-то веки он со мной согласен.

– На нас никто не нападал, – сказал Рейнальд и, наконец, отвел от меня взгляд.

Я даже вздохнула от облегчения. Не знаю почему, но мне кажется, что мужчина осуждал меня этим взглядом.

– То, что произошло, напомнило мне о... – задумчиво продолжил он, но не договорил, словно все еще сомневался.

– И о чем же? – не смогла я сдержать своего любопытства.

– Сегодняшний инцидент с Мириелой, – ответил он, и его губы тронула едва заметная усмешка. – Помнишь, что случилось, когда она попыталась навредить тебе?

После случившегося в голове у меня полный хаос, поэтому довольно сложно вспомнить, что именно произошло сегодня днем. Мне потребовалось время, чтобы понять, к чему ведет господин.

– Хотите сказать, что произошедшее сейчас – моих рук дело? – выдохнула я в изумлении. Если это правда, то я чуть не погубила господина?

– Господин, вы сейчас шутите? – спросил Зар, влезая в наш разговор.

Вероятно, он тоже не поверил в это.

– Я похож на шута? – спросил он, и его лицо мгновенно стало серьезным.

Я нервно сглотнула и перевела взгляд с господина на дверь, пытаясь понять, успею ли сбежать, прежде чем меня убьют.

– Вы уверены в этом, господин? – спросил Зар настойчиво.

В кабинете воцарилась давящая тишина. Хотелось сбежать, но меня останавливал страх разозлить господина.

– Сколько магов, подобных мне по силе, ты знаешь? – спросил Рейнальд у Зара.

Не знаю почему, но я тоже задумалась над его словами. Насколько мне известно, магов-универсалов можно пересчитать по пальцам одной руки.

– Не так уж много, мой господин, – ответил страж.

– Кто из них осмелится напасть на меня открыто? – спросил Рейнальд, и от этих слов Зар рухнул на колени перед своим господином.

– Простите меня, господин, я не смею высказывать свое мнение и даже думать об этом! – выпалил он, склонив голову.

– Вставай, – сказал Рейнальд. – Я и сам могу ответить на этот вопрос. Ведь многие желают мне смерти, но никто не посмеет напасть в открытую.

Затем он обратился ко мне:

– Никто, кроме вас. Верно?

– Я? – спросила, указав на себя пальцем.

Рейнальд кивнул в знак согласия.

– Я не могла! – воскликнула я, размахивая руками. – Мне еще жить хочется.

– Это легко проверить, – сказал господин, вскинув бровь. – Давай вспомним, что произошло, когда вы вошли в кабинет.

Я отбросила беспокойство и страх и попыталась сосредоточиться на том, что произошло, как только я вошла в кабинет.

– Когда я переступила порог, вы сразу же набросились на меня и попытались задушить, – я опустила взгляд, чувствуя, как мои щеки краснеют от смущения. Потому что со стороны ситуация вряд ли выглядела именно так.

– И? – поторопил меня господин.

Я посмотрела ему в глаза и поняла, что он говорит правду. Когда он прикоснулся ко мне, начался хаос. Огненные шары полетели в него, когда он схватил меня за руку, чтобы вывести из кабинета.

– Простите, я не хотела. Я не знала, – тихо сказала я, запинаясь от волнения. Мои ноги подкашивались от страха.

Не знаю, как мне удалось устоять. Мысль о том, что я едва не стала причиной гибели господина, приводит в ужас.

– Вы хотите сказать, что она обладает силой, подобной вашей? – спросил Зар, все еще сомневаясь.

– Сила Амай намного превосходит мою, – ответил Рейнальд и, усмехнувшись, добавил: – Я имел возможность убедиться в этом на собственном опыте.

Его убийственный взгляд выбил почву у меня из-под ног. Я рухнула на пол и опустила голову, понимая, что это конец. Теперь от смерти меня может спасти только чудо.

– Не прикасайтесь к ней! – повелительный голос господина заставил меня вздрогнуть и посмотреть, что происходит.

Рядом со мной стоял Зар. Он протянул руку, чтобы помочь мне подняться, но господин не позволил ему этого сделать.

Я посмотрела на Рейнальда с укором. Неужели даже страж не может мне помочь после всего, что произошло? Господину нравятся мои страдания?

– Хотите, чтобы ваша сила снова проявила себя? – спросил господин, глядя на меня.

После его вопроса, я неосознанно отстранилась от стражника.

– Вы, наконец, понимаете серьезность своего поступка, – сказал Рейнальд, привлекая мое внимание.

Я наблюдала за тем, как мужчина достал из кармана носовой платок, обмотал им руку и подошел ко мне. Присев рядом, он протянул мне руку. Я пристально смотрела на его ладонь, не понимая, что он хочет этим сказать.

– Ну же, – поторопил меня господин, взглядом показывая на прикрытую платком руку. – Я пытаюсь помочь вам подняться.

– Не стоит, я сама справлюсь, – ответила, отводя взгляд от его руки и пытаясь подняться.

Этот жест был очень приятен, но я помнила, что произошло в последний раз, когда он ко мне прикоснулся. Мне не хотелось, чтобы это повторилось.

– Хватит упрямиться, это хорошая возможность проверить, как именно работает ваша сила, – сказал Рейнальд и сам взял меня за руку.

Я вздрогнула и попыталась вырваться, но не получилось, потому что Рейнальд держал крепко. Он помог мне подняться. Все заняло минуту, но я со страхом ждала, что ситуация повторится.

– Ну вот, как я и ожидал, ничего не случилось, – произнес он, отпуская мою руку.

– Не стоило так рисковать, – проворчала негромко и невольно вытерла руку о платье.

Этот жест не мог ускользнуть от внимательного взгляда Рейнальда. Судя по тому, как недовольно сверкнули глаза мужчины, ему это явно было неприятно.

– Завтра я прикажу служанкам принести вам несколько пар перчаток, – раздраженно сказал он. – Это поможет вам на первое время избежать ненужных проблем. Чем быстрее вы освоите свою силу, тем лучше. Вы можете идти, на сегодня все.

Такая быстрая смена настроения господина сбила меня с толку.

– Хорошо, – ответила я и поспешила к выходу, чтобы не испытывать судьбу.

Но следующие слова Рейнальда заставили меня остановиться:

– Надеюсь, этой ночью вы больше не будете меня беспокоить.

И снова этот холодный тон и деловое обращение, как будто мы совершенно незнакомы и нам не пришлось вместе пережить покушение. Хотя отчасти это произошло по моей вине. Но и господин тоже виноват, не нужно было ему распускать руки.

– Я не могу ничего обещать, потому что не контролирую свою силу! – заявила я, обернувшись.

А что? Разве я сама хочу каждую ночь вместо сна наблюдать за господином?

Рейнальд усмехнулся и подошел ко мне. Чуть наклонившись ближе, он прошептал:

– Если вы не будете думать обо мне перед сном, я смогу спокойно отдохнуть, не думая о том, что кто-то за мной наблюдает. Например, когда я принимаю ванну.

– Вы! – возмущенно воскликнула я, чувствуя, как к щекам приливает румянец стыда. Но почти сразу же я взяла себя в руки.

Подумаешь, подглядывала за ним, когда он купался. Неужели он теперь постоянно будет этим меня попрекать?

– Видеть вас не хочу! – воскликнула я.

Он выпрямился и отошел от меня. По его лицу я поняла, что он очень зол.

– Тогда думайте перед сном о доме. Может быть, так вам удастся вспомнить о себе хоть что-то! – недовольно рыкнул он.

– Вам так не терпится избавиться от меня? – спросила я с сарказмом, совсем позабыв о том, что он не собирался меня никуда отпускать.

– Вы правы! – сказал он, чем очень меня удивил. – С тех пор как вы появились в поместье, здесь не было ни дня без происшествий.

– Что ж, тогда я выполню вашу просьбу и избавлю вас от своего общества! – ответила я не менее раздраженно и, поймав на себе сердитый взгляд господина, покинула кабинет.

Глава 18

– Мам, смотри, как высоко! – крикнул Дабриэль, стараясь привлечь мое внимание.

Я оторвалась от книги и посмотрела на детей. За эти дни они сильно изменились: на их милых личиках часто можно увидеть улыбку, а смех то и дело нарушал тишину поместья.

Они ходили за мной по пятам, словно боялись, что я снова исчезну. Вот и сейчас я вышла в сад, чтобы насладиться хорошей погодой и немного побыть в одиночестве. Я даже взяла с собой книгу для начинающих магов, чтобы попытаться ее изучить. А эти сорванцы последовали за мной, придумав повод: они сказали, что давно не запускали змея.

– Красиво, – ответила ему, с улыбкой наблюдая за полетом красочного змея.

– А у меня не получается! – сказала Эдолина, надув губки.

И действительно, ее змей никак не хотел взлетать. Я даже растерялась, потому что понятия не имею, как обращаться с такой, казалось бы, простой игрушкой.

– Давай я помогу тебе, – предложила я и подошла к девочке. – Я не знаю, как правильно это делать, но если ты объяснишь, то, думаю, у нас все получится.

Следующие двадцать минут мы с Эдолиной пытались запустить воздушного змея. Малышка все понятно объяснила, и я делала все как нужно, но ничего не выходило.

Дабриэль несколько раз предлагал помощь, но мы упорно отказывались. Нам хотелось самим справиться с запуском змея, словно мы пытались что-то доказать себе.

Смех Дабриэля разносился по саду, когда мы с Эдолиной в очередной раз потерпели поражение и лежали на лужайке уставшие, но жутко довольные, глядя в голубое небо, чуть подернутое алым закатом.

– Говорил же, что без моей помощи у вас ничего не получится, – сказал Дабриэль, подходя к нам.

– Малышка, посмотри на него. Неужели он смеется над нами? – спросила я у Эдолины, едва сдерживая смех.

– Это неправда! – чуть обиженно произнес он.

– Точно, точно! – подтвердила мои слова Эдолина.

– Ничего вы не понимаете! – продолжал дуться Дабриэль и уже более гордо заявил: – Просто с этой задачей может справиться только настоящий мужчина!

– Значит, ты у нас настоящий мужчина? – спросила я, незаметно подкрадываясь к малышу.

– Да! – ответил он и еще сильнее приподнял подбородок, прикрывая глаза.

– Насколько мне известно, мужчины не боятся щекотки, – негромко и хитро проговорила я, оказавшись рядом с ним.

– Я тоже не боюсь! – заявил он.

– Сейчас мы это и проверим, – сказала я.

Мальчишка резко открыл глаза и, заметив меня рядом, ойкнул и попытался убежать. Но я оказалась проворнее: успела его перехватить, повалила на лужайку и начала щекотать.

Громкий счастливый смех нарушил тишину сада. Эдолина присоединилась ко мне, и мы щекотали мальчишку уже в четыре руки.

Спустя некоторое время мы уже втроем лежали на траве и наблюдали за проплывающими облаками. Мне так хотелось, чтобы время остановилось. Впервые с тех пор, как я оказалась в этом мире, я была счастлива. Кажется, мне большего и не надо: только спокойные дни и дети, которые сейчас рядом. Но что-то мне подсказывает, что это не продлится долго.

Неожиданно подул ветер, и Эдолин радостно закричала:

– Летит! Летит, мам, смотри!

Малышка показала пальцем в небо, и я, резко сев, посмотрела туда. И действительно, в небе был змей, которого мы так долго и безуспешно пытались запустить.

– И правда летит, – негромко сказала я и встала.

Я осмотрелась и поняла, что ветер не мог возникнуть просто так, чтобы поднять змея в небо. В поместье был только один человек, способный управлять ветром. Через пару минут я заметила открытое окно, а возле него — Рейнальда. Он пристально смотрел на нас.

Я раздраженно фыркнула и демонстративно отвернулась. Оставив детей бегать по лужайке и я направилась к беседке.

Утром Рейнальд не пришел на завтрак, а на обед сослался на срочные дела. Меня это не удивило, я подумала, что он избегает меня после вчерашнего. А сейчас он, кажется, пытается привлечь мое внимание.

– Госпожа, – обратилась ко мне Мирда, – господин приглашает вас на ужин.

Я даже не заметила, как она подошла, настолько была погружена в свои мысли.

– Я поняла.

У меня не было никакого желания встречаться с Рейнальдом. Возможно, это дело принципа, потому что вчера я сказала, что постараюсь больше не надоедать ему своим присутствием.

— Проводи детей в столовую и убедитесь, что они хорошо поели, — попросила я Мирду.

— А вы? — спросила она.

— Я перекушу в своих покоях чуть позже, — ответила я.

— Мы не хотим идти без тебя! — заупрямились дети, подбежав ко мне. — Там будет эта ужасная госпожа.

Я посмотрела на Мирду, чтобы подтвердить или опровергнуть слова детей.

— Это так, моя госпожа, — произнесла девушка, виновато опустив глаза.

— Странно, раньше она не горела желанием сидеть с нами за одним столом, — негромко проговорила я, пытаясь понять, что происходит. — Неужели Мириела что-то задумала?

— Её пригласил господин, — сказала Мирда.

— Даже так, — усмехнувшись, произнесла я.

Теперь мне было ясно, что это очередная игра господина. Вот только я отказываюсь принимать в ней участие! Посмотрим, как он выкрутится без моей помощи.

— Тем более мне там делать нечего,— проговорила я, злорадно улыбнувшись. — А вот вы, мои хорошие, должны пойти.

— Нет! — в один голос заявили дети.

— Вы должны вести себя хорошо, — настойчиво повторила я. — Не стоит показывать окружающим, что вы испытываете неприязнь к Мириеле. В конце концов, вы будущие господин и госпожа поместья Афлор! Не стоит позорить нашу семью. Господин Рейнальд был очень любезен и разрешил нам пожить в его поместье, не будем же мы обижать его неуважением.

— Мы поняли, — обиженно ответил Дабриэль.

Я заметила слезы на глазах Эдолина и попросила Дабриэля:

— Присматривай за сестренкой. А перед сном я расскажу вам сказку. Договорились?

— Обещаешь? — спросила Эдолина. Она смотрела на меня так, словно я всё время их обманываю.

— Да, — ответила я и поторопила их. — А теперь идите!

Мирда задержалась. Она смотрела на меня жалостливым взглядом, переминаясь с ноги на ногу, словно пыталась что-то спросить, но не решалась.

— Говори уже, — не выдержала я.

— Неужели вы так быстро сдались? — спросила она, подавшись ко мне ближе, будто нас мог кто-то услышать.

— О чем ты? — непонимающе спросила я, посмотрев на девушку.

— Господин, — тихо пояснила она. — Я думала, у вас к нему чувства.

— Что за глупости! — возмутилась я.

— Не сердитесь, пожалуйста! — торопливо проговорила она, виновато склонив голову. — Просто по поместью ходят слухи, что господин признал в вас будущую жену и хозяйку прямо на глазах госпожи Мириелы.

— Как интересно, — произнесла я задумчиво.

Не ожидала, что слухи распространятся так быстро. Возможно, это даже к лучшему. Это хороший шанс подмочить репутацию господина на любовном фронте. Ведь вчера он объявил меня своей будущей женой, а сегодня ужинает с другой госпожой.

Как ему не стыдно? Может быть, закатить скандал?

Я совсем забыла, что в этом мире приветствуется многоженство. Поэтому скандал из-за ревности просто не сработает. Что ж, тогда я буду просто игнорировать его и посмотрю, как долго он сможет это терпеть.

– Какие еще слухи ты слышала? – спросила я.

– В основном обсуждают, кто из вас двоих станет нашей госпожой, – снова прошептала Мирда.

Хоть какое-то развлечение. Я привыкла в своем мире смотреть различные передачи, часто о скандалах в семьях: разводах, изменах и прочих проблемах. Всегда было интересно: не стыдно ли им делать это, зная, что об этом узнает весь мир?

— И каков же результат?

— Многие считают, что это будет Мириела, ведь у неё статус, — ответила она. — Вам же максимум, что светит, — это роль наложницы.

Честно говоря, я не ожидала ничего другого, потому что эта новость меня даже не расстроила. Возможно, потому, что я и не думала становиться женой Рейнальда? Впрочем, сейчас это не так важно! Куда важнее то, что, теряя авторитет в глазах слуг, я подвергаю опасности себя и детей, а я не могу себе этого позволить, если всё ещё хочу жить.

— Значит, статус, — задумчиво повторила я за служанкой. — Хорошо, иди, проследи за детьми. И не забудь потом рассказать мне, как прошел ужин.

— Хорошо, — сказала она и, поклонившись, оставила меня одну.

Интересно, какой статус был у настоящей матери детей? Может быть, стоит спросить у господина? Возможно, если я действительно займу ее место, на меня будут смотреть по-другому?

Не хочу я кем-то притворяться! Я — это я. И если кому-то что-то не нравится — это их проблемы! Сейчас стоит подумать о том, как узнать, чьё именно тело я заняла. Кем была эта бедная девочка? Смогу ли я вернуться когда-нибудь домой или мне нужно думать о жизни здесь и ни на что не надеяться?

Перед сном я сделала так, как говорил господин, — думала о доме. Но сколько бы я ни думала, ничего не получалось. Кроме кромешной тьмы, которая меня окружала, я ничего не видела. Возможно, мне просто нужно было думать не о своём доме? Поэтому в эту ночь я решила подумать о том, где жила бедняжка до того, как оказалась в лесу, где она погибла.

Проведя некоторое время в беседке, я направилась к поместью. Я шла спокойно, никого не трогая, но внезапно на дорожке передо мной появилась Мириела.

— Какая неожиданная встреча! — воскликнула она, преграждая мне путь.

Неужели она привыкла, что все перед ней лебезят, и не замечает, как плохо играет? Да из нее никудышная актриса!

— А мне показалось, что вы меня поджидали.

— Это сейчас не так важно, — отмахнулась она от моих слов. — Важнее то, что вы поссорились с господином.

— С чего вы это взяли? — спросила я.

Неужели она вчера нас подслушивала? Или, что ещё хуже, Рейнальд ей всё рассказал?

— Вы сегодня целый день избегаете друг друга, — сказала Мириела. — Не знаю, что между вами случилось, но я не могу не радоваться этому. Ведь теперь Рейнальд снова станет моим.

Я улыбнулась её словам.

— Милочка, — сказала я с небольшой долей дерзости в голосе, — в настоящих отношениях такое иногда случается: вчера поругались, а сегодня помирились. Не стоит недооценивать ситуацию и радоваться раньше времени. Я же всё ещё здесь.

Видя ее растерянность, я не могла не испытать чувство удовлетворения. Она специально пришла сюда, чтобы посмеяться надо мной, но не ожидала, что я смогу ответить ей тем же.

Она так и не нашла слов, чтобы возразить мне, поэтому я решила, что разговор окончен, и поспешила уйти.

Вскоре мне стало скучно в своих покоях. Не знаю, как можно развлекаться в этом мире, где нет ни телевизора, ни соседки, с которой можно было бы посплетничать. Я чувствовала себя одинокой и скучала.

Поэтому я решила пойти к детям. Они всегда рады меня видеть, а мне не так скучно с ними. К тому же я обещала им рассказать сказку перед сном.

Когда я проходила мимо покоев господина, двери внезапно открылись, и на пороге появился Зар.

— Господин желает вас видеть, — сказал он и отошёл в сторону, давая мне возможность войти.

Я заглянула в комнаты, но там было темно и ничего не было видно. Я посмотрела на Зара, думая, как лучше отказаться от приглашения.

— Передай господину, что сегодня у меня нет желания посещать его кабинет, — сказала я довольно громко, чтобы Рейнальд наверняка услышал.

— Да как вы смеете! — возмутился Зар и шагнул ко мне.

В его руке вспыхнул огненный шар. Удивительно, но я никак на это не отреагировала, словно уже привыкла к подобным вещам.

— А почему нет? — мой вопрос застал стража врасплох. Он замер на полушаге, потрясенно глядя на меня.

Я сама сократила оставшееся между нами расстояние. Под растерянным взглядом Зара я стянула с руки кружевную перчатку, которую, к слову, мне утром в покои принесли служанки. Протянув руку к…

Зар, видимо, думал, что я хочу прикоснуться к огню, поэтому тут же потушил шар, сжав руку в кулак. Однако я едва ощутимо прикоснулась к нему и тут же отдёрнула руку, в которой вспыхнул такой же огненный шар.

Мои губы тронула лёгкая улыбка: у меня получилось! Я не зря читала эту книгу. Хотя это и не большое достижение, но для меня оно важно.

Взглянув на Зара, я сказала:

— Если господину скучно, он может пригласить Мириелу составить ему компанию, — И я сжала руку в кулак, погасив тем самым огненный шар.

Глава 19

Меня охватил страх, когда я оказалась в незнакомом месте. Тени, которые цеплялись за стены, казались живыми и двигались, а каждый звук усиливался в этой тишине, создавая ощущение, что что-то скрывается где-то за пределами видимости. Воздух был тяжелым и плотным, как будто он давил на меня со всех сторон, и каждый вдох давался с трудом.

Это место было темным и незнакомым, с необычными звуками и тенями, которые заставляли мое сердце биться быстрее. Каждый шаг был неуверенным, и каждый незнакомый предмет, казалось, таил в себе потенциальную угрозу. Я чувствовала себя беззащитной и уязвимой в этом пространстве, и страх неизвестности грыз меня изнутри. Я отчаянно хотела найти выход, но все вокруг только усиливало мое чувство беспомощности.

Наконец я поняла, где нахожусь: в подземелье, похожем на темницу, где меня держал Рейнальд. Но это подземелье было другим.

Здесь было ужасно: слышались крики и плач. Я медленно шла вдоль стены, с ужасом глядя на происходящее. В каждой камере находилась рыдающая девушка. Стены были грязными, покрытыми паутиной, а в воздухе витал запах отчаяния.

Девочек держали в тесных камерах. Их лица были бледными и изможденным от недостатка солнечного света и еды. Единственным источником света были мерцающие факелы, отбрасывающие жуткие тени на стены. Атмосфера была гнетущей и безнадежной, а крики девушек эхом разносились по тускло освещенной комнате.

Я попыталась помочь девушкам. Пыталась открыть решетки, звала их, чтобы узнать, как они здесь оказались и за что с ними так жестоко обращаются. Но меня никто не слышал, а мои руки проходили сквозь замки решеток.

Только после этого я поняла, что мной вновь овладела сила Эдолины. Однако я не могла понять, где именно нахожусь. Чтобы разобраться, что это за место, мне пришлось собрать всю свою волю и продолжить путь, не обращая внимания на девушек. Я верила, что рано или поздно найду ответ, который привел меня сюда.

Темница казалась бесконечной. Сколько бы я ни шла, она не заканчивалась. И вот, когда я уже почти отчаялась, в конце бесконечного коридора появился свет. Опасаясь неизвестности, я задержала дыхание и заглянула в приоткрытую дверь.

Говорят, подглядывать нехорошо. И я только сейчас это поняла. Потому что то, что я увидела в небольшой комнате, освещенной множеством свечей, привело меня в ужас.

На высоком столе лежала полуобнаженная девушка, связанная толстыми веревками. Ее светлые волосы были испачканы кровью и разметались. Глаза были закрыты, а губы приоткрыты. Ее грудь едва вздымалась, что означало, что девушка еще жива.

Не знаю, что мной двигало, но я, забыв о страхе, вошла в комнату. В моей памяти стали всплывать обрывки воспоминаний, словно я сама лежала на этом же столе, как эта несчастная. Я даже почувствовала всю ее боль.

Я протянула дрожащую руку к девушке, желая утереть слезы, которые текли из ее глаз. Я почти коснулась ее, но тут она распахнула глаза и посмотрела на меня… нет, будто сквозь меня, на двери. Ее глаза наполнились ужасом.

Я обернулась, чтобы увидеть, что ее так напугало, и оцепенела. В дверном проеме стоял высокий и невероятно красивый мужчина. Волосы, словно снег, ярко-голубые глаза, высокие скулы, тонкие губы, бледная кожа, белоснежные ресницы и брови. Даже его одежда была белой!

Он казался холодным, как лед. Надменный вид, безразличное выражение лица… Возможно, его не волновало происходящее вокруг, если только он сам не был виновником того кошмара, который происходил с девушкой.

– Даю тебе последний шанс, – проговорил мужчина, обращаясь к девушке. – Если скажешь, где твоя хозяйка, я оставлю тебя в живых.

Почему мне кажется, что я уже слышала этот голос?

– Я… Я не знаю! – раздался тихий шепот девушки, и из ее груди вырвались рыдания, словно она уже знала, что это конец.

– Твоей задачей было следить за госпожой, – сказал он, и в его руке под небольшой дымкой образовался ледяной кинжал.

Я смотрела на оружие в его руках, а в моей голове проносились картины.

Этот мужчина ласково улыбался мне, и я чувствовала к нему что-то такое, отчего замирало сердце в груди и трепетали бабочки в животе. Неужели я была влюблена в него? Вернее, не я, а девушка, тело которой я заняла.

Следующее воспоминание – мы с ним танцевали. Я счастливо улыбалась мужчине, держа его за руку. Почему-то меня насторожило то, что моя рука была в перчатке. Неужели он знал о моей силе?

Мгновение и воспоминание покрылось размытой пленкой, и я уже лежу на этом самом столе. Мужчина, склонившись надо мной, что-то негромко говорит. На его лице застыла холодная усмешка, от которой пробирает до костей, а в глазах больше не было нежности, там притаилась жажда. Жажда обладать… Но чем? Мной или моей силой?

– Ты не выполнила мой приказ, поэтому должна понести наказание, – прервал мои воспоминания холодный голос мужчины.

Я по-другому взглянула на незнакомца. А настолько ли он чужой мне, как кажется?

– Да, мой господин, – послышался едва слышный ответ служанки, которая присматривала за мной.

Я вспомнила и ее. Она была рядом со мной днем и ночью. Следила, чтобы я... не сбежала.

Вскрик служанки заставил меня вздрогнуть. Я обернулась и увидела, что в ее груди торчит ледяной кинжал. Но ведь мужчина даже не приближался к девушке!

Я почувствовала, как меня затрясло от ужаса, когда я увидела безжизненные глаза служанки. Чувство беспомощности и ненависть к себе охватили меня. Я была рядом, но не смогла ее спасти. К чему мне тогда эта способность? Какой от нее толк?

– Что-нибудь удалось узнать?

Голос мужчины привлек мое внимание, и я снова посмотрела на него. Он вышел из комнаты, рядом с которой стояли стражники. Видимо, это им был задан вопрос.

Чтобы понять, о ком идет речь, я вышла из комнаты и последовала за ним. Мне нужно было разобраться, что связывало меня с этим мужчиной в прошлом. Возможно, если я буду рядом, ко мне вернутся воспоминания?

– Пока ничего, господин, – ответил один из стражников. – Все, кто помог бежать госпоже, были пойманы и заключены здесь. Даже под пытками никто не хочет сознаваться. Либо никто не знает, куда отправилась госпожа, либо...

– Если отказываются говорить – казните! – бросил мужчина. – От таких людей нет толку.

– Господин, дайте нам еще немного времени, и мы вернем госпожу,! – умолял стражник.

– Даю вам пять дней. Если не найдете, отправитесь следом за ними!

Как так получилось, что судьба свела меня с этим ужасным человеком? Кого же он ищет? Неужели эта госпожа так важна для него, раз он готов лишить жизни столько людей?

Внезапно меня пронзила острая боль, и я схватилась за голову, не сдержав крика. Мой крик разнесся по коридору темницы, и стражники насторожились, готовые в любой момент броситься на защиту господина.

В этот момент в моей голове всплывали новые воспоминания, причиняя невыносимую боль. Первая случайная встреча с ним…

Простой человек и господин. Разве такое можно себе представить? Но судьба сыграла с нами злую шутку.

Раннее утро, оживленная улица. Лошадь несется, не разбирая дороги. Люди разбегаются в стороны, крича и торопя остальных освободить путь. На лошади сидит девушка, очень красивая, с встревоженным лицом и страхом в глазах. Она пытается остановить лошадь, но у нее ничего не выходит.

Я выросла в семье конюха и знаю, как обращаться с лошадьми. Приложив немного усилий, я остановила лошадь и помогла девушке спуститься. Рядом с нами остановилась еще одна лошадь, и с нее спешился очень красивый парень.

У девушки были белоснежные волосы, как и у юноши, а их черты лица были похожи. Это наводило на мысль, что они брат и сестра.

Опустив глаза, я успокаивающе поглаживала лошадь, пока юноша разговаривал с девушкой. Они, казалось, забыли обо мне, чему я была рада и хотела воспользоваться моментом, чтобы сбежать.

Однако меня остановила девушка, схватив за руку. Она спросила, как меня зовут. Я уже почти назвала свое имя, как вдруг, словно из ниоткуда среди лета начал падать снег.

Парень тут же отдернул от меня девушку и что-то ей прошептал. На это девушка возмутилась и отрицательно покачала головой.

Он перевел взгляд с девушки на меня и несколько секунд просто смотрел. Затем молодой человек подошел и, протянув руку, сказал:

– Привет, я Алеин, но вы можете называть меня Лин.

Его лицо озарилось широкой улыбкой, и у меня перехватило дыхание. Я никогда раньше не встречала таких красивых людей. В деревнях редко можно увидеть благородных господ. И если вам повезет встретить хотя бы одного из них, это уже большая удача.

– Ну что же вы молчите? – спросил Алеин и взял меня за руку.

– Простите, я не должна была касаться вас, – прошептала я и тут же отдернула руку, отступила от него и опустила голову.

В этот момент раздался крик, и люди снова бросились бежать. Подняв голову, я увидела на земле несколько человек, пронзенных ледяными сосульками. Вокруг них растекались лужи крови.

– Очень интересно, – протянул Алеин, продолжая улыбаться. – И как же зовут столь прелестное создание?

– Теффана, мой господин, – ответила я, присев в реверансе, как меня учила мать. Мы должны проявлять уважение к господам и госпожам, даже если видим их впервые.

В этот момент я снова оказалась в темнице, стоя напротив Алеина, смотря на него с ненавистью. Я вспомнила все: как он обманом привез меня в свое поместье, утверждая, что влюбился, но на самом деле ему было интересно изучить мою силу. Поначалу все было неплохо, пока Лин не захотел большего.

Он хотел сделать из меня оружие, но я не согласилась. В наказание меня заточили в темнице, в той самой комнате. Он пытался сломить мой характер пытками, и ему почти это удалось.

Однажды я поняла, что нужно отступить, чтобы перехитрить его. Я сделала вид, что согласна на все, что он захочет. Меня даже выпустили из темницы и предоставили старые покои, приставив стражу и несколько служанок.

– Лин, – с ненавистью произнесла я его имя.

Я не думала, что он меня услышит. Но Алеин начал оглядываться, словно хотел увидеть меня. И хотя он так и не нашел меня, он спросил:

– Это ты, Тэффана?

Не знаю почему, но у меня внезапно перехватило дыхание, словно моя душа болела от его предательства.

Я больше ничего не сказала. Просто стояла и наблюдала за ним. Мне было на что посмотреть! С каждой минутой я замечала, что Алеин нервничает все сильнее. Он оглядывался по сторонам, то и дело сжимал и разжимал руки и отступал назад. Казалось, он чего-то испугался.

Неужели меня?

Неожиданно Алеин вскинул руки и запустил в мою сторону множество небольших острых сосулек, похожих на ножи.

Не знаю, могут ли они навредить мне в этом облике, но рисковать мне не хочется. Поэтому я побежала, проклиная Рейнальда за его совет. Если бы не он, я бы никогда не оказалась в этом месте и не вспомнила то, что мне не нужно знать. Это не мое прошлое!

Удивительно, но я оказалась в покоях Рейнальда. Мне не нужен был свет, чтобы это понять. Я слишком хорошо знала обстановку.

Я продолжала бежать, думая, что Алеин может последовать за мной. Но поздно заметила перед собой кровать и не успела остановиться. С громким вскриком я полетела прямо на господина.

Понимая, что падения не избежать, я закрыла глаза, ожидая удара. Но, вместо того чтобы оказаться лежащей на господине, я была опрокинута на спину, а мои руки были крепко сжаты его сильной хваткой.

Распахнув глаза, я с шоком смотрела на Рейнальда, который сверлил меня недовольным взглядом. Когда он успел так быстро изменить ситуацию и сделать меня своей заложницей?

И еще я не помню, чтобы в покоях горели свечи. Видимо, господин их зажег, чтобы увидеть ночного нарушителя.

– Не так давно вы говорили, что не собираетесь приходить ко мне, – сказал господин с недовольством в голосе.

– Я и не хотела, обстоятельства вынудили, – ответила я, скривившись.

Он усмехнулся и отпустил меня. Затем перекатился и сел на край кровати.

– Возвращайтесь к себе, – сказал он.

Я чувствовала недовольство господина, и мне не хотелось испытывать на себе его гнев. Особенно после того, чему я стала свидетелем, поэтому я покорно согласилась.

– Хорошо, – ответила я и поднялась, чтобы уйти.

Но, взявшись за ручку двери, я остановилась и нахмурилась, осознав одну вещь.

– Подождите, – задумчиво произнесла я. Вернувшись к кровати, я встала напротив Рейнальда и спросила: – Вы меня видите?

– Что за вопрос? Конечно вижу. И слышу тоже!

– И вы прикасались ко мне? – продолжала я размышлять.

– Да, – ответил он, и в его глазах мелькнуло понимание.

Господин резко поднялся и начал оглядываться, словно ожидая, что вчерашняя ситуация повторится. Но время шло, а ничего не происходило.

– Странно, – сказал Рейнальд, озвучивая мои мысли. – Ты что-то сделала?

– Я? – удивленно переспросила я, но почти сразу же ответила: – Ничего особенного! Я просто уснула в детской, а после оказалась...

Я нахмурилась. Это действительно очень странно. Как я могла оказаться в покоях господина, если сама не заметила, как уснула с детьми? Я не могу находиться под влиянием силы Эдолины, ведь меня не только видно, но и можно потрогать. Значит, действие силы прекратилось, и я...

Я посмотрела на Рейнальда, не понимая, что происходит.

– У меня в покоях. Неудивительно, – произнес Рейнальд и направился к креслу, где небрежно лежал халат.

Он накинул его на… оголенные плечи. Я даже не заметила, что он почти раздет.

– Вы не правы. На этот раз я навестила старого знакомого и кое-что вспомнила, – сказала я, чем удивила Рейнальда. – Думаю, эта информация поможет вам узнать, кто я на самом деле.

– Да неужели? – в глазах мужчины появился интерес.

– Но прежде чем я поделюсь с вами тем, что мне удалось выяснить, хочу вас предупредить: вы можете столкнуться с неприятностями.

Глава 20

– Что вам удалось узнать? – спросил Рейнальд.

Ему действительно было любопытно, раз он не мог ждать до утра.

– Вам не кажется странным, что все наши разговоры происходят ночью? – спросила я, потому что меня это настораживало.

– Пытаетесь уйти от ответа? – задал он очередной вопрос, подходя ближе.

– Даже и не думала. Просто мне стало любопытно, почему я здесь, а не в детских покоях. И как получилось, что вы меня видите и можете прикасаться ко мне, – задумчиво произнесла я, глядя на свои руки. – А еще интересно, почему на этот раз моя сила не сработала.

Рейнальд на мгновение замер, размышляя о чем-то, а затем резко направился к выходу.

– Куда вы? – спросила я, удивленно глядя, как он выходит из своих покоев.

– Вы сказали, что уснули у детей, но каким-то образом оказались здесь, – заметил он.

– Да, – ответила я, следуя за ним и не понимая, что происходит.

Он шел широкими уверенными шагами, и мне приходилось почти бежать, чтобы не отставать. Мне было любопытно, куда он направляется, но я не стала спрашивать, решив, что скоро и так все узнаю.

Вскоре мы оказались у детской спальни. Рейнальд открыл дверь и вошел внутрь. Я хотела шикнуть на него, чтобы он был тише, потому что мне было довольно сложно уложить детей сегодня, но замерла на пороге с широко распахнутыми от удивления глазами.

– Как это? – спросила я, глядя на кровать, где спали дети… и я.

– Видимо, вы все еще под действием силы Эдолины, – проговорил Рейнальд, подходя ближе.

Я чуть не упала, запнувшись о собственные ноги, когда пыталась зайти. Но мне удалось устоять на ногах, и я подошла к кровати.

Я лежала на боку рядом с Эдолиной. Она крепко держала меня за руку, словно боялась, что я уйду. Ее брат спал рядом, положив свою ногу на сестру, как будто пытался защитить ее.

Довольно милая картина, если не думать о том, в какой ситуации я сейчас нахожусь.

– Почему я не вернулась? – тихо спросила я, глядя на себя. – Я ведь всегда возвращалась.

Мне казалось, что я просто сплю. По какой-то причине я думала, что когда это происходит, я становлюсь похожа на мертвеца. Иногда я даже боялась, что не проснусь.

– Как именно это происходит? – спросил Рейнальд, посмотрев на меня.

– Не знаю, – ответила я, пожимая плечами. – Хотя каждый раз, перед тем как вернуться, я чувствовала страх. В этот раз было так же: я испугалась, что могу умереть в таком состоянии, и попыталась сбежать. Но я не думала, что окажусь в ваших покоях.

Некоторое время Рейнальд напряженно размышлял, хмуря брови и недовольно поджимая губы.

– Вы, наверное, надеялись, что я вас защищу, – с довольным видом сказал он и продолжил: – Скорее всего, вы все еще находитесь под влиянием силы Эдолины. Она держит вас за руку.

– Разве такое возможно? – спросила я, сомневаясь в его правоте относительно силы.

– Не знаю, – ответил он. – Я просто предположил. Но мы можем это сейчас проверить.

Он наклонился к кровати и протянул руку к моей ладони, которую сжимала девочка. Было очевидно, что Рейнальд собирается сделать.

– Подождите! – остановила я его, решив проверить еще кое-что.

– Ну что еще? – спросил он, устало взглянув на меня.

Не ответив, я подошла к письменному столу, на котором лежали книги и принадлежности для занятий детей, и взяла нож для заточки карандашей. Не раздумывая, я полоснула им по ладони.

– Что вы делаете? – возмутился Рейнальд, мгновенно оказавшись рядом и выхватив у меня нож.

Но я не придала этому значения. Я смотрела на свою ладонь, с которой ничего не произошло. Странно, ведь на мгновение мне показалось, что я почувствовала прикосновение ножа к своей коже.

– Смотрите, – сказала я, показывая мужчине свою руку.

– Что? – Он тоже был озадачен и смотрел на мою ладонь. Потом зачем-то покрутил ее. – Вы это хотели проверить?

– Да, – ответила я. – Когда в меня летели ледяные ножи, я испугалась, что даже в этом состоянии могу умереть. Вы сами сказали, что моя сила неизвестна, поэтому я решила не рисковать. А сейчас у меня появилась возможность проверить, верны ли мои опасения.

– Понятно, – сказал он и отпустил мою руку. – Но больше так не поступайте! Это было глупо с вашей стороны – воспользоваться ножом. А если бы вы порезались? Можно было просто проткнуть палец иглой. Тогда последствия были бы минимальными.

После его слов я почувствовала себя неловко. И как я сама до этого не додумалась?

– Ладно, забудьте, – сказал он и снова подошел к кровати.

Почти сразу же я услышала тихое ругательство. Не понимая, что происходит, я подошла ближе. Как раз в тот момент, когда Рейнальд перевязывал мою кровоточащую ладонь обрывком своего халата.

«И когда только успел порвать халат?», – думала я, глядя то на свою здоровую руку, то на перевязанную.

Значит, все, что происходит со мной в этом странном состоянии, отражается на моем теле? Получается, если бы я не сбежала от Алеина, то могла бы просто погибнуть?

За размышлениями я не заметила, как Рейнальд взял меня на руки и куда-то понес.

– Эй! – обратилась я к нему, идя следом. – Что происходит? Куда вы меня несете?

Но, видимо, мне никто не собирался отвечать. Вероятно, он злился из-за случая с ножом. Закатив глаза к потолку, я молча продолжила идти за ним. Рано или поздно он сам заговорит со мной. Мне просто нужно немного подождать.

Оказалось, что мы вернулись в его покои.

Рейнальд бережно уложил меня на кровать и оставил одну на некоторое время. Он направился в кабинет, но вскоре вернулся с небольшим пузырьком и белой тканью, похожей на бинт.

Присев на край кровати, он взял мою ладонь и положил ее себе на колено. Затем он снял ткань, которой поспешно обмотал мою ладонь, и посыпал на рану серый порошок из пузырька.

Не знаю почему, но я ощутила жжение в ране. Значит, я могу чувствовать все, что происходит с моим телом, даже находясь в другом месте? Но когда господин перенес меня в свои покои, я ничего не почувствовала. Получается, я чувствую только боль?

Пока я размышляла, Рейнальд тщательно перевязал мою ладонь и теперь наблюдал за тем, как я сплю.

Довольно странно было видеть все это. Я даже почувствовала себя лишней. Хотя это невозможно! Ведь та, кто стоит посреди спальни и наблюдает за происходящим, и та, что лежит на кровати, – это я.

Неожиданно Рейнальд сделал какой-то странный жест рукой, продолжая меня игнорировать. Я не успела спросить, что он хотел этим сказать, как в покоях довольно внезапно появился Зар.

И как только ему удается так тихо передвигаться? Похоже, он не зря стал правой рукой господина. Судя по тому, что мне удалось о нем узнать, он действительно достоин своей должности.

– Тебе бы не помешало носить колокольчик на шее, – пробурчала я, отойдя от испуга обращаясь к стражнику.

На что мне подарили весьма красноречивый взгляд. Он явно не рад меня видеть в покоях господина.

– Вы вызывали меня, господин? – спросил страж и подошел ближе к кровати.

Когда Зар увидел, возле кого сидит господин, его глаза расширились от удивления. Он перевел взгляд с кровати на меня и обратно, словно боялся, что это могло ему померещиться.

– Да не нервничай ты так, – сказала я, подойдя к Зару и пихнув его плечом. – Лучше скажи, как именно тебя вызвал господин?

Мне было любопытно, как именно они общаются. Я предположила, что жест Рейнальда был предназначен для того, чтобы позвать Зара. Но как это работает, я даже представить не могу. Не мог же Зар стоять в темном углу и ждать, когда господин махнет рукой.

– Ветер, – ответил вместо него Рейнальд, проходя между нами и специально задев меня плечом.

– Что? – не поняла я, не улавливая смысл сказанного.

Вместо ответа Рейнальд повторил свой жест, и внезапно подул свежий ветер, обдав мое лицо. Ветер! В комнате, где закрыты окна и двери! Неожиданно?

После того как в кабинете господина недавно гремел гром и сверкала молния, ветер кажется вполне обычным явлением.

– Господин, можно вопрос? – нарушил тишину Зар.

Нечасто можно увидеть, как он задает вопрос. Обычно Зар либо отвечает господину, либо предлагает меня убить. Да, я до сих пор помню об этом!

– Говори! – ответил Реналд, скрываясь в кабинете.

Мы, конечно, последовали за ним. Точнее, сначала в кабинет вошел Зар. Я же, словно тень, последовала за ним.

Было заметно, что мужчине некомфортно от моего присутствия, особенно учитывая, что он своими глазами видел мое тело на кровати господина.

– Можете объяснить, что происходит? – наконец спросил Зар, взглядом указывая на меня.

– А что, не видно? – спросила я, прежде чем Рейнальд успел что-то сказать. – Не ты ли хотел меня убить? Твое желание исполнилось! Я вернулась злым духом, чтобы отомстить обидчикам.

Я улыбнулась Зару хищной улыбкой и сделала несколько шагов в его сторону. Он вздрогнул и отступил. Его взгляд заметался, словно он пытался найти способ сбежать от меня.

– Амай, перестань! – прикрикнул на меня Рейнальд.

– Скучно, – ответила я и разочарованно вздохнула.

Я прошла к креслу и аккуратно присела в него.

– Проходи, садись, – приказал Рейнальд Зару.

– Но?.. – страж растерялся от слов господина.

– Да садись уже! – не выдержала я. – Даже я понимаю, что разговор будет долгим.

Он не стал сомневаться и подчинился приказу господина. Как только он присел, Рейнальд рассказал ему о том, как я путешествовала по ночам, используя силу Эдолины. Некоторые моменты господин тактично опустил, за что я была ему благодарна.

Когда господин закончил свой рассказ, Зар посмотрел на меня как-то по-другому.

– Значит, вы были в кабинете, когда я… – начал он, но не решился задать вопрос прямо. – Предлагал вас убить?

– Да, – ответила я.

– Простите, – негромко произнес Зар, отводя взгляд в сторону.

– Удивительно, что господин до сих пор вам об этом не рассказал, – заметила я, посмотрев на Рейнальда.

– Довольно! Лучше расскажите, что вам удалось узнать сегодня, – перевел он разговор в более серьезное русло.

– Хорошо, – ответила я и пересказала все, что узнала о себе.

– Значит, вы все же простолюдинка, – задумчиво произнес Рейнальд.

– Вы разочарованы? – спросила я с сарказмом.

– Я предполагал такой вариант, но не знал, с чего начать поиски. Теперь, зная ваше имя и кем является ваш отец, будет проще узнать о вас всю информацию, – ответил он. – Но вы сказали, что информация, которую вы узнали, может принести проблемы. Что вы имели в виду?

– Ах, это, – неуверенно произнесла я, не зная с чего начать. Я рассказала все, что знаю о себе, оставив напоследок кое-что важное. – Видите ли, я не очень хорошо помню, как это произошло, но кое-кто еще знает о моей силе и сейчас активно меня ищет. Могу предположить, что это он стал причиной того, что случилось со мной.

Я видела, как насторожился Рейнальд. Его глаза недобро вспыхнули, а грудь стала подниматься выше от глубокого дыхания.

– Кто он?

Не знаю, как Зар, но мне захотелось оказаться как можно дальше отсюда. Рейнальд, казалось, был готов испепелить меня взглядом. Мне даже стало жарко!

– А… – В горле пересохло, и я не смогла вымолвить ни слова.

– Говорите! – приказал он, и в его глазах действительно загорелся огонь!

Я испуганно пискнула: «Ой, мамочки!» – и…

Не думала я, что Рейнальд снова поможет мне вернуться в свое тело.

Закашлявшись, я резко села, одной рукой хватаясь за голову, а другой – за грудь. Со стороны могло показаться, что я просто спала, но на самом деле все тело болело так, словно пережитое было реальным.

– Амай? – раздался взволнованный голос господина, а после появился и он сам. – Как вы себя чувствуете?

– Могло бы быть и лучше, – ответила я, взглянув на свою перевязанную руку, и поблагодарила его: – Спасибо.

– Почему вы так неожиданно вернулись? – спросил он, не обратив внимания на мою благодарность.

– Вы меня напугали, – ответила я, поднимаясь с кровати.

Продолжать разговор, сидя на кровати господина, в то время как он стоит рядом, казалось неправильным.

– Напугал? – словно не расслышав меня, переспросил он.

– Мне говорили, что вы умеете контролировать эмоции, но, как оказалось, это не так, – сказала я, направляясь к кабинету. – Наш разговор не закончен.

Рассказывать, не глядя на Рейнальда, мне было намного проще.

– Человек, о котором мы говорили, мне известно только его имя – Алеин. Судя по тому, что я видела, он владеет силой льда. У него есть сестра, но я не знаю, как ее зовут.

– Аандер, – сказал Рейнальд, вынуждая меня обернуться.

– Вы знакомы с ними? – удивилась я.

– Мне положено знать всех не только в лицо, но и какой силой они владеют.

– Но для чего вам это? – нахмурившись, спросила я, понимая, что запомнить всех просто невозможно.

– Чтобы быть готовым ко всему, нужно знать своего врага, – ответил он и прошел к столу. – Что еще вам удалось вспомнить?

– Они обращались ко мне как к госпоже, – вспомнила я еще одну вещь, которая меня беспокоила.

– Вы хотите сказать, что вы жена Алеина? – голос господина дрогнул.

– Не думаю, – ответила я. – Вряд ли он стал бы держать свою жену в темнице и подвергать ее пыткам.

Наш разговор был коротким. Я рассказала Рейнальду о том, что произошло со мной этой ночью, и вернулась в свои покои. Перед этим Рейнальд дал Зару несколько поручений. Страж должен был не только найти мою семью и узнать, как я познакомилась с Алеином, но и сделать все возможное, чтобы этот человек не смог меня найти.

Глава 21

Утро наступило уже довольно давно, но я всё не решалась встать с постели.

После ночного происшествия я чувствовала себя очень уставшей. Меня не клонило в сон, но мне так не хотелось выбираться из уютной и тёплой кровати! Мне казалось, что только здесь я могу спокойно провести время. Ведь в моей жизни ещё не было ни одного дня без приключений. Я даже начала с грустью вспоминать свою прежнюю тихую жизнь пенсионерки, когда самой большой проблемой для меня было найти загулявшего в марте кота Ваську.

Но даже в своих собственных покоях мне не удалось насладиться тишиной.

Двери распахнулись, и в комнату вбежали дети, оживленно споря о чем-то. Заметив меня в кровати, они остановились в недоумении.

— Привет, — негромко произнесла я с улыбкой.

— Вы заболели? — спросил Дабриэль, несмело подходя ближе.

— Нет, — ответила я, наконец осознав, почему они так отреагировали, увидев меня в кровати. Дети просто испугались. — Просто на меня сегодня напала ничего-не-хочука.

— Как это? — с любопытством спросила Эдолина, тоже подходя к кровати.

Я едва сдерживала улыбку. Было забавно видеть их любопытство перед чем-то новым.

— Это когда ничего не хочется делать, — ответила я, продолжая улыбаться. — Наверное, у вас тоже бывает такое, когда утром нужно вставать, а вам не хочется?

— Да! — хором ответили они.

И я, наконец, увидела в их глазах понимание.

— Вот и у меня сегодня такое же настроение, — сказала я, наигранно тяжело вздохнув. — Проснулась утром и поняла, что ничего не хочу.

Дети переглянулись и чему-то улыбнулись, а затем бросились ко мне на кровать со словами:

— На нас тоже неожиданно напало это «ничего не хочу»!

И я все же засмеялась, вторя детскому смеху.

Дети сели по обе стороны от меня и наперебой начали рассказывать, как прошло их утро. Глядя на них, мне с трудом верилось, что это те самые дети, которые недавно смотрели на меня со страхом.

Через некоторое время детям стало скучно. Поскольку скоро обед и мне все же стоит встать хотя бы ради приличия, я предложила детям:

— Как насчет прогулки? Думаю, перед обедом нам стоит нагулять аппетит.

— Да! — радостно воскликнули они и запрыгали на кровати.

Я наблюдала за ними, и на моих губах играла улыбка. С каждым днём я всё больше чувствую, что мы одна семья. И если бы не эта сила, все было бы замечательно. Именно из-за нее у меня возникают проблемы. Нужно будет спросить у Райнальда, есть ли возможность избавиться от силы.

Я добавила в свой голос немного строгости и сказала:

— Так, хватит баловаться и слезайте с кровати! Подождите меня внизу, а я пока приведу себя в порядок.

Дети нехотя покинули комнату. Я неодобрительно покачала головой, понимая, что такими темпами я их избалую.

Чтобы привести себя в порядок, мне не потребовалось много времени. Поэтому я даже не представляю, что могли натворить дети за такой короткий срок. Но, судя по громкому и надменному голосу Мириелы, они снова сумели её расстроить.

Чем ближе я подходила, тем громче становился ее голос. И то, что она пыталась им объяснить, мне совсем не понравилось!

— Вам не кажется, что детям ещё рано знать о таких вещах? — спросила я, выходя из-за угла в холл.

Рассказывать детям о том, что она будет хозяйкой поместья и как видит его под своим руководством, было довольно глупо с её стороны. Это бесполезная трата времени и сил, поскольку детям это не интересно.

— Они должны знать, что скоро я стану хозяйкой поместья! — ответила Мириела, повернувшись ко мне. — Лучше, если они заранее будут понимать, что я не позволю им вести себя здесь подобным образом.

— И что же они такого сделали?

Сначала я хотела понять, в чём именно провинились дети. А потом уже действовать по ситуации. Если они действительно вели себя плохо, я бы извинилась перед Мириелой. Но если она просто наговаривает на детей, пусть не обижается на меня. Я не позволю обижать детей.

— Дети слишком шумели. Они не простолюдины, чтобы бегать и кричать! У нас такое поведение неприемлемо! — сказал Мириела с таким серьёзным видом, будто это я виновата в поведении детей. Хотя частично в этом есть и моя вина. Но лучше уж пусть дети шумят, чем сидят запуганные в своих покоях.

— Как вы могли заметить, это дети, и такое поведение свойственно им. На вашем месте я бы подумала о том, как вы себя ведёте, — сказала я спокойно, жестом руки показывая детям, чтобы они выходили на улицу. Мне не хотелось тратить время на споры с Мириелой, поэтому я была готова позорно сбежать во время разговора.

— Что вы имеете в виду? — спросила она.

— Я лишь пытаюсь напомнить вам, что вы здесь гость, — ответила я, наблюдая за тем, как дети понятливо кивают мне и направляются к выходу.

— Как и вы! — парировала она, ничуть не смутившись.

— Да, — согласилась я. — Вот только между нами есть небольшая разница. Вам здесь не рады, а меня не хотят отпускать.

Мириела пару секунд недоуменно смотрела на меня, пытаясь осмыслить мои слова. Затем она воскликнула:

— Вы!.. — Она открывала и закрывала рот, словно пытаясь что-то сказать, но, видимо, все слова вылетели у нее из головы.

Так и не найдя нужного ответа, Мириела замахнулась, чтобы ударить меня по лицу. Кажется, это у неё получается лучше всего: оскорблять и унижать людей подобными действиями. Даже боюсь представить, что происходит с её служанками, когда они совершают ошибки. Ведь, насколько я понимаю, простолюдины в ее глазах не люди.

На этот раз я не стала уклоняться. Помнится, Рейнальд был против того, чтобы я защищала себя. Он настаивал, чтобы я не вступала в спор с Мириелой. Но как я могла пройти мимо, когда дело касается детей?

С высоко поднятой головой и решительным взглядом я ожидала удара. На мгновение я представила, как отдача от силы вернется к Мириеле.

Однако удара не последовало! Краем глаза я видела, как Мириела приближается ко мне, и была готова к боли. Но её рука замерла всего в нескольких сантиметрах от моего лица.

— Вам не кажется, что некрасиво обижать гостей хозяина, — раздался невозмутимый голос Рейнальда.

Мы с Мириелой вздрогнули от неожиданности и одновременно обернулись на голос.

Он твердыми шагами шел к нам. По его лицу было сложно понять, что он чувствует. Было неясно, злится ли он из-за того, что мы вновь поссорились, или ему всё равно.

Он остановился напротив Мириелы и сказал:

— Я, кажется, просил, чтобы такое больше не повторялось.

Рейнальд пристально посмотрел на Мириелу. От этого взгляда она смутилась и покраснела. Ещё бы! Они стояли так близко друг к другу, непозволительно близко!

И этот его взгляд... Я даже почувствовала себя лишней.

Я испытала разочарование, потому что меня чуть не обидели! Почему он даже не посмотрел на меня?

— Я, пожалуй, пойду. Меня там дети ждут, — тихо сказала я и направилась к выходу.

— Стоять! — раздраженно приказал Рейнальд. Его короткий приказ дал понять, что он все же злится. Но почему он злится на меня? Я ведь ничего не сделала.

Лучше бы я осталась в своих покоях. Я чувствовала, что сегодня не мой день.

Но я всё же замерла на полушаге. Возможно, я опасалась последствий, если решу поступить против воли господина. Ведь мне не стоит забывать, что я здесь не просто гостья.

Я посмотрела на Рейнальда. Он по-прежнему не сводил глаз с Мириелы. А она одарила меня победным взглядом, словно выиграла у меня этот раунд.

— Кажется, вы загостились здесь, — обратился Рейнальд к Мириэее.

В этот момент нужно было видеть её лицо! Сказать, что она была шокирована, — ничего не сказать. Девушка явно не ожидала от него таких слов.

— Но… — растерянно произнесла она, и на её глазах навернулись слёзы.

— Вам стоит покинуть поместье как можно быстрее, — сказал он, проигнорировав её.

— А как же она? — наконец, выйдя из оцепенения, воскликнула Мириела. — Неужели она останется здесь?!

— Вас это не касается, — ответил Рейнальд.

— Касается! — упрямо заявила Мириела и топнула ногой. — Я же… Мы же…

Однако она не договорила. Возможно, ей не хватило смелости признаться мужчине в своих чувствах и сказать, что она давно мечтает стать его женой.

— Что «мы»? — переспросил Рейнальд, делая шаг к ней и сокращая расстояние между ними. — Неужели вы уже вообразили себя моей женой?

Кажется, у Мириела не нашлось слов, чтобы ответить на этот вопрос. Она лишь едва заметно кивнула.

— Я когда-нибудь давал вам повод для подобных мыслей? — спросил он.

Мириела покачала головой, не поднимая глаз.

Я удивилась: неужели она храбрая только со мной? Как она может мечтать выйти за него замуж, если не смеет даже посмотреть ему в глаза?

— Тогда нам не о чем говорить, — довольно грубо сказал он. — Собирайте вещи и отправляйтесь домой.

Я услышала, как Мириела судорожно вздохнула. Кажется, она вот-вот расплачется. Мне даже стало её жаль. Видно же, что Рейнальд ей правда нравится.

Не думаю, что она хотела стать хозяйкой поместья только для того, чтобы издеваться над слугами. Благодаря статусу своих родителей она может иметь всё что пожелает, кроме одного — мужчины.

— На днях приезжают мои родители, — тихо проговорила Мириела, не поднимая головы. — Могу я вернуться домой вместе с ними?

— Хорошо, — ответил он, отходя от неё. — Но это время вы проведёте в своих покоях и подумаете о своём поведении.

— Да, господин, — пискнула она и поспешила скрыться.

Я удивлённо смотрела ей вслед и не заметила, как Рейнальд подошёл ко мне.

— Если бы я не появился, вы бы позволили ей ударить себя? — спросил он, вынуждая меня посмотреть на него.

Я была крайне удивлена. Он сердится на меня за то, что я не стала защищаться? Странно, может быть, я чего-то недопонимаю?

— В прошлый раз вы возмущались, что я не позволила Мириеле ударить себя. На этот раз я послушала вас и не стала мешать Мириеле вымещать злость. Так что именно вас не устраивает? — проговорила я, не понимая его логики.

Глава 22

– Кажется, вы упомянули, что вас ждут дети, – сказал Рейнальд, направляясь к выходу.

Мне показалось, что он пытается уйти от ответа? Я проводила его хмурым взглядом, не веря, что он так поступит.

– Вы просто так уйдете? – спросила я недовольно.

Его поведение показалось мне странным. Зачем он вмешался в наш спор и попытался защитить меня перед Мириелой?

Стоп!

Рейнальд просто нашел повод, чтобы выпроводить Мириелу из поместья. Ведь именно этого он и хотел – избавиться от потенциальной невесты. Оказывается, он еще тот хитрец. Не захотел воспользоваться моим предложением и объявить о нашей помолвке.

– Как видите, – ответил Рейнальд и вышел на улицу, словно пытаясь избежать дальнейшего разговора.

Однако я не собиралась так просто сдаваться! Я хотела получить ответы. Поэтому в следующую секунду я тоже оказалась на улице и чуть не столкнулась с Рейнальдом, который стоял всего в шаге от двери. Мне повезло, что я смогла так резко остановиться.

Почему-то мне захотелось застонать от отчаяния. Нетрудно было догадаться, что что-то случилось. Иначе Рейнальд не остановился бы так внезапно.

Я выглянула из-за спины мужчины, чтобы посмотреть, что происходит. Но, как ни странно, я не увидела ничего необычного. Прямо перед Рейнальдом стояли дети, которые со страхом смотрели на него.

– А почему мы здесь стоим? – спросила я, выйдя из-за спины Рейнальда. Затем я обратилась к детям: – Разве мы не хотели пойти на прогулку?

– Господин тоже с нами идет? – спросил Дабриэль, продолжая смотреть на меня.

– Нет. Да, – ответили мы с Рейнальдом одновременно и встретились взглядами.

Я нахмурилась, не желая, чтобы он составлял нам компанию. Мужчина удивленно поднял бровь, словно не ожидал, что я буду против его присутствия.

– Я настаиваю на том, чтобы присоединиться к вам во время прогулки, – сказал он настойчиво, давая понять, что не примет отказа.

– Как пожелает господин, – ответила я, недовольно поджав губы.

Не знаю почему, но в последнее время мне хочется избегать этого человека. Возможно, это глупо с моей стороны, ведь у меня накопилось столько вопросов. Но я ничего не могу с собой поделать. Даже его присутствие меня нервирует. Каждый наш разговор заканчивается не лучшим образом. Боюсь, что однажды я выведу господина из себя, и меня просто казнят.

Взяв детей за руки, я повела их в сторону парка.

– Нам обязательно было его с собой приглашать? – тихо спросил Дабриэль, дергая меня за руку и привлекая мое внимание.

– Конечно нет, – также шепотом ответила я. – Но если бы мы отказали господину, он мог разозлиться и наказать нас.

Мальчик ненадолго задумался, а затем согласно кивнул.

Мы неторопливо шли по дорожке сада. Но почему-то в этот раз наслаждаться красотой и ароматами цветов не получалось. Может быть, дело было в том, что позади шел Рейнальд? Я прямо чувствовала на себе его взгляд. Казалось, еще чуть-чуть, и он прожжет дыру в моей спине.

Спустя некоторое время меня снова легонько потянули за руку. На этот раз это была Эдолина. Она как будто ждала подходящего момента, чтобы убедиться, что ничего плохого не случится, если она что-то спросит.

Я остановилась и присела перед девочкой. Поправив выбившуюся прядь ее волос, я обратилась к ней:

– Да, малышка?

Эдолина сначала посмотрела на Рейнальда. Я тоже посмотрела на него. Казалось, он понимал, как ему следует поступить, и остановился в нескольких шагах от нас, глядя куда-то вдаль, как будто нас здесь не было.

Затем малышка посмотрела на меня и, подавшись ближе, спросила:

– Мы можем запускать змея или ловить бабочек в присутствии господина? Он не будет сердиться на нас, если мы будем бегать и смеяться?

– А почему нет? – удивилась я ее вопросам.

Она опустила взгляд, как будто ожидая, что я ее отругаю.

– Это ведь неприлично, – тихо сказала она. – Так сказала госпожа Мириела.

– Вы будете делать все, что скажет вам госпожа Мириела? – спросила я.

Эдолина энергично замотала головой.

— Просто ведите себя как обычно, а обо всем остальном я позабочусь. Я уже говорила вам, что никому не позволю вас обидеть, — сказала я, улыбнувшись.

– И даже господину? – спросила она, заглянув мне в глаза.

Я увидела в ее глазах страх, словно она не верит, что я смогу это сделать – противостоять господину.

Наверное, стоит попробовать наладить между ними отношения. Кто знает, что будет в будущем. Возможно, я не смогу быть всегда рядом с ними. Поэтому дети должны научиться доверять Рейнальду.

Я взглянула на мужчину. Он продолжал стоять на том же месте, заложив руки за спину, и внимательно рассматривал пейзаж, совершенно не обращая на нас внимания.

– Вам не стоит опасаться своего дяди, – сказала я то, что должна была сказать. – Он ваш родственник, и никто не сможет защитить вас лучше, чем он.

Немного подумав, я продолжила:

– Мне кажется, вам стоит присмотреться к нему получше. Кто знает, возможно, ваш дядя не такой плохой, каким хочет казаться.

– Нам обязательно дружить с ним? – спросил Дабриэль некоторое время спустя.

– Все зависит только от вас, – ответила я и поднялась. – Ну что ж, хватит разговоров, а то господин заскучал. Если хотите, бегите вперед к беседке, там сможете поиграть, пока я буду отвлекать господина.

– А можно? – обрадовались они, и в глазах детей снова появился озорной блеск.

– Только будьте осторожны! – успела я крикнуть вслед детям, прежде чем они убежали.

– Вы очень быстро нашли с ними общий язык, – сказал Рейнальд, подходя ко мне.

– Ничего удивительного, ведь я их мать, – ответила я и свернула на другую дорожку, которая ведет к фонтану. Отсюда я смогу присматривать за детьми и спокойно поговорить с Рейнальдом.

– Вы действительно считаете себя их матерью или просто пытаетесь извлечь выгоду из этой ситуации?

Он подстроился под мой неторопливый шаг и пошел рядом.

– А есть разница? – спросила я.

Честно говоря, я не могла понять, что с ним сегодня происходит!

– Возможно, вы правы, и разницы никакой нет, – задумчиво произнес он, посмотрев на меня как-то странно. И продолжил: – Для вас.

– Не понимаю, чем вы недовольны, – сказала я, начиная терять терпение. – Дети ведут себя хорошо и больше не создают вам проблем. Разве вы не этого хотели?

– Совершенно верно, – согласился он. – Но разве вы не видите, что теперь у меня из-за вас проблемы?

– Разве не глупо во всем винить меня? Ведь это вы привели меня в поместье и сделали своей пленницей, – не смогла я удержаться от ответа на его замечание.

– Вы правы, – неожиданно согласился он. – Но разве я мог предположить, что приведу в свой дом такое проблемное создание?

– Вы настояли на прогулке только для того, чтобы меня упрекать? – раздраженно спросила я.

С момента нашей встречи в холле он постоянно выражает свое недовольство в мой адрес. Возможно, у него плохое настроение. А может быть, я действительно сделала что-то не так, но не помню этого.

– Не поймите меня неправильно, – сказал Рейнальд. – Во всем поместье никто, кроме вас, не смеет со мной так разговаривать. Поэтому мне это кажется забавным.

– Вы хотите сказать, что я кажусь вам смешной? – спросила я.

– Вы меня неправильно поняли, – ответил он. – Ваше присутствие и беседы с вами помогают мне скрасить серые будни, которые я провожу здесь.

К этому моменту мы уже подошли к фонтану.

– Так и скажите, что я приятный собеседник, – проворчала я и присела на край фонтана.

Я медленно сняла перчатки, которые уже начинали меня раздражать. Затем я опустила руку в прохладную воду.

– То, что произошло в холле, – негромко сказала я, наблюдая за тонкими струйками воды, стекающими по замысловатой статуе прекрасной девы. Она сидела на большом камне и держала кувшин, из которого и текла вода. – Вы сделали это намеренно? Хотели избавиться от Мириелы?

Не знаю почему, но эта статуя притягивала взгляд. Я часто задавалась вопросом: кого же изобразил мастер? Любимую сестру, незнакомку или просто вымышленного персонажа?

– Вы думаете, у меня получилось? – спросил Рейнальд.

– Нет, – ответила я. – Мириела очень необычная девушка. Мне кажется, такой пустяк вряд ли заставит ее возненавидеть вас.

– Я все больше убеждаюсь, что мы мыслим одинаково.

Я была не согласна с ним.

Только мне начинает казаться, что я понимаю этого человека, как он совершает поступок, который ставит меня в тупик. Например, зачем он так настойчиво хотел пойти с нами на прогулку?

Пока я пыталась подобрать правильные слова, чтобы не вызвать у него желание уйти от ответа, Рейнальд заговорил первым:

– Зару удалось кое-что узнать о вас.

Я посмотрела на мужчину и взволнованно спросила:

– Он нашел мою семью?

Если это правда, смогу ли я вернуться в дом, где прошли детство и юность Теффи? В начале моего знакомства с Рельнальдом я мечтала покинуть поместье. Но сейчас… Я не уверена, что это то, чего я хочу.

С одной стороны, я не хочу оставаться здесь навсегда. Поместье большое и роскошное, но оно кажется мне похожим на клетку. Жить в этом мире и при этом быть в клетке – это бессмысленная трата жизни.

– Вы так хотите уйти? – спросил он, а у меня не было ответа.

Я отвела взгляд и снова посмотрела на воду. Говорят, вода успокаивает. Но сейчас мои эмоции были похожи на беспокойную рябь на ее поверхности.

– А как же дети? – спросил Рейнальд, и я перевела взгляд на малышей.

Дети с восторгом бегали по лужайке, пытаясь поймать бабочку. Они делают это уже не первый день. Все началось с того, что я, не подумав, сказала, как они прекрасны. И тогда дети пообещали мне поймать одну из них.

Нет, я не хочу расставаться с детьми. За такой короткий срок они стали для меня всем: моей отрадой и опорой в этом мире. Хоть они и не родные мне по крови, я уже всем сердцем привязалась к ним.

– Возможно, когда-то у меня и были такие мысли, – призналась я.

– А сейчас?

Впервые за долгое время мы заговорили о чем-то серьезном. О моем будущем. Раньше мы обсуждали мою силу, детей или то, кем я была до того, как попала сюда. Но ни разу Рейнальд не спрашивал, чего же хочу я.

– Есть ли место, куда я могу уйти? Кто будет меня там ждать? И буду ли я в безопасности? Вот о чем я сейчас думаю, – не стала я лгать. – Я просто хочу спокойной жизни и чтобы дети всегда были рядом.

Между нами повисло неловкое молчание.

Странно было говорить об этом, но это именно то, чего я хочу. Не знаю, совпадают ли мои желания с желаниями господина. Я лишь надеюсь, что он прислушается к моим словам.

– Выходите за меня! – сказал Рейнальд, нарушив молчание.

– Что? – от неожиданности я чуть не упала в фонтан. – Вы, должно быть, шутите? – спросила я, когда немного оправилась от шока.

– Вы хотите спокойной жизни рядом с детьми, а я хочу, чтобы они были счастливы. Если наши желания совпадают, то почему бы нам не договориться? К тому же этот договор будет выгоден для обеих сторон, – сказал он.

Я смотрела на Ренальда с некоторым разочарованием. Он предложил мне брак, потому что ему это было выгодно: он хочет избавиться от потенциальной невесты и дать детям законную мать. Но какую выгоду это предложение сулит мне?

Я убеждена, что выйти замуж за нелюбимого человека ради спокойной жизни было бы неразумным решением. Не думаю, что не смогу найти в этом мире новый дом, встретить любимого человека и родить детей. Мне нужно только покинуть поместье. Возможно, мне будет нелегко приспособиться к жизни в этом мире, но до сих пор у меня это неплохо получалось.

– В вашем предложении я вижу преимущества только для вас. Вы получаете бесплатную помощь с детьми в моем лице и защиту от девушек, которые в вас влюблены. Но какая выгода от этого брака для меня? – спросила я, не воспринимая его предложение всерьез.

Мне казалось, что Рейнальд снова хочет развлечься за мой счет. Он ведь сам говорил, что разговоры со мной его забавляют.

– Я обеспечу вам защиту от Алеина, – ответил Рейнальд, заставив меня вздрогнуть при упоминании имени моего бывшего.

– Что именно вам удалось узнать? – сиплым от ужаса голосом спросила я, наконец, понимая, к чему Рейнальд завел этот разговор.

«Любовь – это отвлечение, уклонение от вашей истинной цели.

Не поддавайтесь на это».

Глава 23

– Поговаривают, что у Алеина была невеста, которая сбежала прямо перед свадьбой, – сказал Рейнальд. – Но самое интересное, что никто не знает, из какой она семьи.

– И какое отношение это имеет ко мне?

– Неужели вы не понимаете, в чем связь? – спросил он с лукавым видом. – Разве вы не говорили, что убежали от Алеина?

– Послушайте, я действительно убежала от этого неприятного человека. Но если вы хотите сказать, что сбежавшая невеста – это я, то вы ошибаетесь. Я никогда бы не стала связывать свою жизнь с таким мужчиной, – сказала я, поднимаясь.

Я бы никогда не стала общаться с Алеином. Однако с ним познакомилась Теффи, молодая и наивная девушка. Она настолько увлеклась им, что не замечала его недостатков.

Не удивлюсь, если Рейнальд говорит правду. Теффи могла бы с радостью стать женой Алеина. Вполне возможно, что она сбежала от него, испытав боль от предательства любимого человека. Но я никогда не признаюсь в этом Рейнальду.

– Если вам ничего не удалось выяснить, и вы собираетесь строить только предположения, то я, пожалуй, пойду и проведу время с детьми. А ваше предложение… я сделаю вид, что ничего не слышала, – проговорила я, намереваясь уйти.

Я не собираюсь выходить замуж за Рейнальда только потому, что меня когда–то связывали отношения с Алеином. Он продолжает искать встречи со мной. Но теперь я знаю об этом и буду более осторожна.

– Вы жили в деревне, которая принадлежала семье Озгунуд. Моя невестка была родом из этой семьи, – сказал он и с долей иронии спросил: – Вам все еще не интересно?

Я слушала его, затаив дыхание. Неужели предположение Рейнальда о том, что я могу быть из семьи Озгунуд, оказалось верным?

– В семье, где вы выросли, помимо вас было еще двое детей, – продолжал он. – Ваша мать собирала и продавала травы в лавке лекарей, а отец работал конюхом в поместье Фукухара.

Его слова совпадали с воспоминаниями, которые принадлежали Теффи.

После того как я побывала в том страшном месте, в моей голове довольно часто возникали картинки из прошлого Теффи. Однако мне не удавалось разобрать их четко, потому что это были беспорядочные образы. Иногда мне казалось, что это всего лишь яркая фантазия моего воображения.

Сложно представить, насколько счастливой была эта девушка до встречи с Алеином. Ее небольшой, но уютный дом был наполнен смехом и радостью. Возможно, именно эти воспоминания и манили меня вернуться туда. Ведь в том доме ее любили.

– Я помню это, – тихо сказала я. – Морщинистое лицо матери с нежной улыбкой и любовью в глазах. А еще младшие братья Иинс и Тат.

– Все верно, – подтвердил Рейнальд.

Он оказался прав. И теперь мне очень интересно продолжение этого разговора. Я хочу узнать больше о прошлом Теффи. Возможно, это поможет мне понять, как жить дальше. Остаться здесь или вернуться домой? А может быть, отправиться в путешествие?

Я молода и активна. И я в новом мире, о котором почти ничего не знаю. Было бы интересно исследовать мир, узнать больше о его жителях и местных обычаях. Найти занятие, которое мне действительно понравится. Кто знает, возможно, я найду свое место в этом мире.

– У моей семьи все хорошо?

Я пристально посмотрела на Рейнальда, ожидая его ответа. Не знаю почему, но я вдруг почувствовала, как у меня перехватило дыхание от волнения. Это было похоже на то, как если бы речь шла о моих родных.

– К сожалению, они все погибли сразу же после того, как вы пропали.

Я прикоснулась к лицу и вытерла слезы, а затем посмотрела на свою мокрую ладонь. Почему я плачу по людям, которых даже не знала? Но боль потери говорила об обратном.

– Как они погибли? – спросила я дрожащим голосом.

– При довольно загадочных обстоятельствах, – проговорил Рейнальд. – Именно так бы ответил вам лекарь.

– Почему?

– Дело в том, что обычные люди не чувствуют силу. Но, как вы понимаете, ни один маг не станет утруждать себя тем, чтобы прийти в дом простолюдина и расследовать его смерть, – ответил он.

Я думала, что меня уже ничто не сможет удивить в этом мире. Однако я ошибалась.

– Хотите сказать, что никого не волнует, что погибла целая семья? – возмутилась я.

– Да.

– Разве есть разница, кто погиб: маг или человек? – спросила я, чувствуя несправедливость по отношению к семье Теффи. – Я полагаю, что мои близкие жаждут справедливости и хотят, чтобы виновный в этом преступлении понес заслуженное наказание.

– Я вас прекрасно понимаю и разделяю желание отомстить тому, кто совершил столь жестокий поступок. Но даже если вы найдете человека, который осмелился навредить вашей семье, он не понесет наказания. Маг – это человек, который стоит выше закона. И даже если из-за его действий погибнет целая деревня, он останется безнаказанным, – холодно произнес Рейнальд.

Я была в ярости! Кто придумал такое разделение? Этот человек, называющий себя магом, теперь считает себя выше других? Он спокойно живет, хотя погубил целую семью! А я–то думала, что этот мир не так уж плох...

В моем мире, помимо прелестей цивилизации, существует равноправие. Да, у богатых людей есть свои привилегии, но если преступление касается простых людей, полиция хотя бы пытается найти виновных. Иногда им это даже удается, и преступник получает заслуженное наказание.

– Неужели с этим ничего нельзя сделать? – спросила я. – Я не могу оставить все как есть!

– Хотите отомстить?

– А вы как думаете? – с вызовом ответила я. – Они моя семья.

– Ваш ответ останется прежним, если я скажу, что для этого вам придется столкнуться с прошлым?

Неужели он имеет в виду Алеина? Какое еще прошлое может заставить меня передумать и не мстить за свою семью? Или… Может быть, моя семья погибла от рук моих биологических родителей, как это произошло в прошлом с Рейнальдом? Какова вероятность такого исхода?

– У вас уже появились какие–то предположения? – решила я на всякий случай уточнить. Ведь он же не просто так задал мне этот вопрос.

– Мой брат и его жена погибли так же, как и ваша семья. Я думаю, это дело рук одного и того же мага. Кроме того, они погибли вскоре после того, как невеста Алеина сбежала, – сказал он. – Вряд ли это совпадение, учитывая, что жена Рар'оэнона очень похожа на вас.

– Вы все же уверены, что сбежавшая невеста – это я? – спросила я.

Теперь все прояснилось. Не зря в поместье этого человека меня называли госпожой. А учитывая, что меня до сих пор разыскивают люди Алеина, слова Рейнальда о том, что его брат и невестка погибли от его рук, обретают смысл.

Но если это так, то получается, что я виновата в смерти родителей Эдолины и Дабриэля? Даже не знаю, какая новость расстроила меня больше: гибель родителей детей или целой семьи Теффани.

Если этот человек способен на такие жестокие убийства, он точно не остановится ни перед чем, пока не получит желаемое, то есть меня.

– Вы исчезли как раз тогда, когда у Алеина появилась загадочная невеста.

– У вас есть какие-нибудь доказательства, что Алеин причастен ко всему этому? – спросила я.

– Зармон и его люди работают над этим, – ответил Рейнальд.

Наконец–то мне удалось узнать хоть что–то о прошлом девушки, жизнью которой я теперь живу. Не знаю, хорошо это или плохо. Возможно, неведение было бы для меня лучше.

– Если ему удастся найти доказательства, Алеин понесет наказание за убийство вашего брата и невестки?

– Все верно.

Другого ответа я и не ожидала. Гибель моей семьи ничто по сравнению с убийством двух магов.

Но кое-что не дает мне покоя. Пусть я уже и приняла решение не выходить замуж за Рейнальда, мне все же интересно, что именно подтолкнуло его к этому шагу.

– Я одного не могу понять, – проговорила я задумчиво. – Зачем вы предложили мне выйти за вас замуж?

– Алеин не оставляет попыток вас найти. И если ему это удастся, он по закону сможет потребовать, чтобы вы вернулись к нему, – объяснил он.

– Что за… – хотела выругаться я, но в последний момент сдержалась и спросила чуть спокойнее: – Разве вы не можете защитить меня от него?

– Нет, – ответил он. – Пока вы являетесь его невестой и это подтверждено свидетелями, закон на его стороне.

В этот момент я действительно была возмущена. Хотелось не просто выругаться, а выразить свое недовольство тем, кто придумал эти ужасные законы.

– Вы сказали, что мой отец работал в поместье Фукухара, – проговорила я. – Оно принадлежит семье Озгунуд?

Отец работал в поместье Фукухара. Деревня, где я выросла, принадлежит семье Озгунуд. Какова вероятность, что меня могли отдать на воспитание в семью конюха, после того как моя сила не проявилась?

Судя по тому, как в этом мире поступают с детьми, не имеющими силы, с большой уверенностью могу сказать, что это правда. А сила могла появиться и позже. История Рейнальда тому пример. Вот только поскольку я жила в простой семье, то у силы просто не было возможности проявиться. А встреча с Алеином и его сестрой стала для меня роковой.

– Хотите узнать, принадлежите ли вы этой семье?

– Да!

Если я действительно Озгунуд, то, возможно, семья сможет защитить меня от Алеина. Но для это мне нужно будет вернуться в семью. Думаю, я смогу немного потерпеть биологических родителей Теффани, лишь бы быть в безопасности.

– Пока у меня нет доказательств, но я уверен, что вы Озгунуд, – ответил он, подтверждая мои предположения. – Но даже это не спасет вас от Алеина.

– Но почему? – возмутилась я. – Разве вы не говорили, что маг обладает большей властью, чем простолюдин?

Честно говоря, пока я не углублялась в законы этого мира, мне жилось спокойно. Теперь же у меня голова идет кругом от попыток разобраться в том, как все здесь устроено.

– Вы действительно думаете, что вас примут обратно в семью с распростертыми объятиями? Они не приняли собственных внуков, потому что их магия распространенная и считается бесполезной, – сказал Рейнальд.

Вообще–то я на это надеялась. Но то, что они отказались от внуков, меня немного потрясло. Хотя я и раньше слышала, что дети их покойной дочери им не нужны.

И все же, как я могу доверять словам Рейнальда? Что, если он все это выдумывает только для того, чтобы оставить меня в своем поместье?

– Даже если вас признают, я думаю, что Озгунуд будет только рад породниться с семьей Адеите, если Алеин скажет, что вы его невеста, – продолжил Рейнальд.

– Значит, у меня нет другого выхода, кроме как ждать, пока Алеин меня найдет?

– Почему же? – спросил он. – Выходите за меня замуж, и я помогу вам избавиться от Алеина.

– Вы хотите меня запутать! – возмутилась я. – Недавно вы сказали, что не сможете меня защитить. Теперь же пытаетесь убедить, что я могу избавиться от Алеина, выйдя за вас замуж. В чем подвох?

– Подвох? – переспросил Рейнальд.

Я стукнула себя по лбу, вспомнив, что нужно следить за языком. И ведь до этого момента мне прекрасно это удавалось!

– Не обращайте внимания, это нервное, – попыталась я увернуться от объяснения. – Вы можете мне все нормально объяснить?

– Пока вы являетесь невестой Алеина, он имеет на вас права. Но если вы станете моей женой, то...

– Я буду принадлежать вам, – закончила я за него, наконец, понимая, почему он сказал, что этот брак выгоден для нас обоих.

– Все верно, – подтвердил Рейнальд.

– Стать вашей женой – так себе перспектива, – проворчала я, недовольно сморщив носик.

– Вам больше по душе роль невесты Алеина? – спросил он.

– Не говорите глупостей! – возмутилась я, передернув плечиком. – Просто я как–то не горела желанием обзаводиться семьей. К тому же мы не настолько близки, чтобы создавать семью.

– Смотрите на это с положительной стороны: вы не только избавитесь от нежеланного жениха, но и сможете ему отомстить.

Отомстить Алену теперь стало моей целью. Хотя бы для того, чтобы Теффи и ее семья упокоились с миром. Все же я обязана этой девушке жизнью.

– Но что, если мы ошибаемся и я вовсе не невеста Алеина?

Я действительно не видела в воспоминаниях Теффи ничего, что связывало бы ее с Алеином, начиная с момента их встречи и заканчивая тем временем, когда она оказалась в темнице. Те несколько мгновений, когда она была счастлива рядом с ним, не в счет.

– Сейчас мы это проверим, – ответил Рейнальд, наблюдая за приближением Зармона.

Я тоже смотрела, как он торопливо идет к нам. И только когда стражник подошел, я заметила, что он что–то держит в руке.

– Что удалось узнать? – спросил у него Рейнальд.

Вместо ответа Зар протянул ему небольшой свиток. Я подошла ближе и с нетерпением ждала, когда Рейнальд его раскроет. Мне было любопытно узнать, что скрывает этот лист бумаги.

Прикусив губу от нетерпения, я наблюдала, как Рейнальд медленно разворачивает свиток, а в нем оказывается еще один. Когда я увидела его содержимое, то шумно втянула воздух.

Кто этот художник, который рисовал портреты? Они казались настолько реалистичными, что захватывало дух.

С листов на нас смотрела, кажется, одна и та же девушка. Но на первом рисунке она казалась более счастливой. В ее глазах была жизнь, а на губах милая улыбка. На втором же рисунке казалось, что у нее пропало желание жить. Настолько она казалась несчастной, а взгляд – пустым. На обоих портретах была изображена я. Точнее Теффи.

– Этот портрет был создан со слов деревенских жителей, – сказал Зар, указывая на девушку, которая мило улыбалась. Затем он указал на другой рисунок и добавил: – А это невеста Алеина.

– Еще вопросы остались? – спросил Рейнальд.

Мои вопросы исчезли, когда я увидела безжизненные глаза Теффи. Мне стало очень жаль ее. Что же такого она пережила, что потеряла смысл жизни?

Меня охватила обида от несправедливости. Она пережила предательство близких людей, когда была ребенком, и вновь столкнулась с предательством любимого человека перед смертью. А семью, которая стала для нее родной и которую она любила, убили ни за что. И теперь из-за того, что она и ее семья были простолюдинами, никто не накажет виновных.

– Я согласна выйти за вас замуж, но при одном условии, – сказала я. – Вы поможете мне отомстить Алеину и семейству Озгунуд.

– Амай, что ты задумала? – спросил Рейнальд с тревогой в голосе.

– Хочу, чтобы они пожалели о том, что предали меня.

«Я могу споткнуться и упасть, но я никогда не сдамся.

Я поднимусь и продолжу двигаться вперед, несмотря ни на что».