Профессор магии на полставки. Том 5

Глава 1

Хотелось мне сразу посмотреть на новых учеников — надо же понимать, кого мне предстоит мучить в ближайшее время, но ректор такой возможности не дал.

— Дождёмся окончания первых отборочных. Это максимум три дня. Тогда, считай, первая партия студентов будет. Вторая появится к началу учебного года, когда все студенты будут в столице, — объяснил ситуацию Ланцов. — Пока что можете наслаждаться отпуском.

— Вот оно что, — коротко кивнул я. — Хорошо, пусть будет так, я не возражаю. Значит на этом можно закончить наш разговор. Роман Олегович, пойдёмте. Мне вас ещё учить и учить. Магия крови дело тонкое. Там очень важен контроль. Так что сейчас мы поедем в столичную галерею искусств.

— Галерею? Зачем? — чуть ли не дословно он повторил реакцию Ксении.

— Увидите, Роман Олегович. Скоро вы всё увидите и поймёте, — загадочно ответил я, предвкушая реакцию двух стариков. Зато у Майи хотя бы будет компания, а то она кроме братьев-близнецов, считай, ни с кем не общается. — Главное не забудьте зайти ко мне вечером домой. Обсудим дела и план практических тренировок на ближайшее время, раз уж вход в библиотеку для вас временно закрыт.

— Я чувствую в ваших словах ловушку, от которой не способен сбежать, — тихо проговорил Белов, вставая с кресла.

— Так и есть. Но выбора у вас нет. Сила требует жертв. Ради неё придётся пострадать, — хитро улыбнулся я.

Ректор все это время смотрел на нас таким взглядом… В общем он радовался, что это не его проблема.

***

Три дня пролетели незаметно. Мои знакомые художники-мошенники очень удивились, когда я к ним привёл второго студента. Ещё сильнее удивилась Ксения, увидев одногруппника здесь.

Благо договориться с братьями не составило труда. Одно дело работать с очаровательницей, которая иногда себя не контролирует в полной мере, а другое — с магом крови. Это как минимум что-то новое. А какая живопись может получиться! Тут, скорее, они мне остались должны, а не наоборот, за такой «подарок» в лице нового ученика.

Само собой, ограничивать на этом тренировки Белова я не собирался. Утром он должен был находиться у братьев, учась у них контролю через создание объектов искусства. Днём изучать материал, который я для него подготовил. Вечером лично тренироваться со мной.

Когда начнётся учебный год, начну можно совмещать его тренировки с обучением Морозовой. Ей хороший спарринг-партнёр не помешает, а из Белова я сделаю ещё нормального Искателя.

Также я заодно связался с Фроловой, чтоб она помогла мне в предстоящем плане. Можно конечно было позвать Волкова, Алеева или Морозову, но они по факту не являлись моими учениками. А вот Елена являлась, что, скажем прямо, играло мне на руку.

Ректор практически дал мне три дня на подготовку представления. Это было очень кстати. Одно пожалуй не радовало — первокурсников там быть не может. А жаль, посмотрел бы я, как они попытаются воспротивиться мне. Остальные ведь наверняка шуганые моей репутацией.

Наше первое знакомство, как нетрудно догадаться, должно было пройти на тринадцатой площадке. Там же я планировал устроить совместную тренировку, чтоб так сказать, проверить ребят на прочность — ну вдруг среди них будет кто-то интересный. Ради этого пришлось даже поверх площади дополнительное зачарование ставить и скрыть его за иллюзией Вельзи. Чтоб не догадались, что их ждёт.

Первой, само собой, пришла Фролова. Подробностями плана я с ней не делился. Только тем, что она примет непосредственное участие в нём.

— Алексей Дмитриевич, может хотя бы намекнёте? — с надеждой в голосе спросила она.

— Если так просите, то ладно. Будьте готовы, что вам придётся попотеть и доказать, что вы моя ученица, — усмехнулся я в ответ.

После Фроловой стали приходить другие студенты. Среди них я заметил знакомые лица. Например, Громова, мага земли, учившегося в моей группе. Он один из первых, кто бросил мне вызов, когда я только стал профессором. Использовать свою силу на полную он боялся, но в целом был посильнее остальных.

Среди знакомых я также приметил студента графа Оболенского, Илью Усова. Мы с ним толком не общались, но парень себя хорошо показал на турнире. Да и в бою со мной проявлял вежливость и осторожность, чем мне запомнился больше остальных.

Не удивился я встретить среди новичков и Виталия Снежкова, простолюдина и по совместительству друга Волкова. Молодец парень, раз прошёл отборочные и попал ко мне. Надо будет приглядеться к нему и заодно ставить в пару с Артёмом. Пусть два друга тренируются и ходят в Аномалии вместе. Им полезно будет. Ну а если и нет, то это явно не мои проблемы.

В итоге на площадке собралось, как я насчитал, без малого двадцать шесть человек, не включая меня и Фролову. Немалое число, учитывая, что это только первые, кто прошёл отбор. Какой-то непонятный отбор, учитывая, что они должны стать элитой. Или их перевели в мою группу вообще без прохождения отборочных, просто из-за приказов сверху?

С учётом того, что против меня настроена часть преподавательского состава, то и такого я бы не отбрасывал.

Впрочем, ладно. Для начала посмотрим, кто из них вообще захочет остаться.

— Итак, внимание! — громко крикнул я, стоя возле Фроловой и смотря на стройный ряд студентов. — Есть ли среди вас идиоты, которые считают, что я недостоин быть вашим преподавателем и чему-то вас обучать?

— Подбирайте выражения, князь, — сказала какая-то незнакомая мне студентка. — Вы вообще-то с аристократами разговариваете, а не со слугами или челядью! Вы должны уважать нашу аристократическую честь! Или вы думаете, что из-за титула можно оскорблять незнакомых вам людей, а?

Я даже не представлял, на каком курсе она учится. Биографии студентов Ланцов мне выслать не удосужился почему-то. Может не успел, может замотался, а может ещё чего? Как факт, приходилось знакомиться с ними лично.

— Да что вы говорите, — цокнув языком, я подошёл к этой незнакомке и внимательно посмотрел ей в глаза. — И с чего вдруг мне надо уважать вашу аристократическую честь? Только потому что вы родились аристократами?

— Этого достаточно, да! — самодовольно ответила она, явно пытаясь показать своё превосходство.

— И кто вам рассказал подобную чушь? — нагло рассмеялся я, после чего выпустил наружу часть своей силы, заставив девушку вздрогнуть. — Думаете кто-то должен вас уважать только из-за того, что вы аристократы? Нет. Уважение надо заслужить. Мне глубоко плевать, кто вы и что о себе думаете. У меня стоит одна задача — сделать так, чтоб вы не сдохли в Аномалиях. Если вам что-то не нравится, уходите. Ну или бросьте мне вызов. Посмотрим, что из этого получится.

— А если мы пожалуемся на вас? — не унималась назойливая студентка. И это даже после того, как я её напугал. Даже не знаю, это слабоумие или отвага? Скорее первое. — Коллективно.

— Ну попробуйте, Оксана Евсеевна, — услышал я самодовольный голос Громова из строя. — Я вас уверяю, с Алексеем Дмитриевичем ничего не будет. А с вами приключится беда.

— Это угроза, Александр Павлович? — язвительно спросила она.

— Констатация факта, не более, — ухмыльнулся мой бывший студент. Ну или точнее теперешний. С этими переводами студентов туда-сюда умом тронуться можно. — Я, например, встану на сторону Алексея Дмитриевича. Елена Фролова встанет. Максим Алеев, Лидия Морозова. Я могу много примеров привести. Неужели вы так хотите поссориться со мной и всеми ними?

А вот это он молодец, красиво завернул.

— Я глупых людей много повидал, но они как правило быстро умирали, — на моём плече появился Ворон. — Ваш случай похож на исключение из правил. Или хотите доказать что-то иное?

— Заткните вашу птицу! Как она смеет меня оскорблять! — вспылила девушка. Легко её однако было задеть за гордость.

— О чём я и говорю. Указать магу тьмы заткнуть могущественную сущность тьмы… Вы не иначе как чудом дожили до своих лет, — продолжал глумиться Ворон. — Я даже не человек. Оскорбляя меня, чего вы добиваетесь? Собственной смерти?

— Аристократов нельзя убивать! — как наивная глупышка не унималась она.

— Оксана Евсеевна, — небрежно сказал я. — Будем откровенны. Я могу спокойно вызвать вас на дуэль, поскольку вы оскорбили моего фамильяра и настраивали группу против меня. Скажу больше — с таким поведением в Аномалиях вы не выживете. Так что я вас исключаю из группы. Покиньте площадку.

— Вы не можете так поступить! — не отошла ни на шаг студентка.

— Очень даже могу. Я уполномочен исключать тех, кому точно нет места в Аномалии. Если вам есть что возразить, напишите жалобу, я не знаю, — хмыкнул я и пожал плечами. — Лучше поторопитесь,

— Я этого так не оставлю, — пробурчала она, но всё-таки развернулась и ушла. Что ж, одной идиоткой меньше, уже хорошо.

Если кто-то поддаётся даже на такие простые провокации, то им в Аномалиях точно делать нечего. Они не головой думают, а эмоциями. Хуже этого для Искателя ничего нет.

— Итак, вас осталось двадцать пять. Возражающих я больше не вижу, и это хорошо, — хмыкнул я, после чего посмотрел на Фролову. — Значит так. Сегодня мы будем проверять ваши способности. Посмотрим, кто из вас слабак, а кто по-настоящему что-то да умеет. Ваша цель на сегодня — одолеть мою ученицу. Можете напасть на неё хоть всей толпой, я не возражаю. Делайте что хотите. У вас минута. Время пошло.

С этими словами я щёлкнул пальцами, после чего нас накрыло гигантским барьером. Студенты не сразу поняли, что вообще произошло. То же самое касалось Фроловой. Уж слишком неожиданно и ненавязчиво были сказаны эти слова. Зато эффект того стоил.

Новички как стадо носорогов побежали в сторону Фроловой, мешая друг другу творить заклинания. Единственные, кто сохранили хоть сколько-то трезвый рассудок, это Громов и Снежков. Оба стояли на месте и не спешили действовать.

Правда при этом Громов громко смеялся, держась за живот. Что ж, было забавно наблюдать, как эта неконтролируемая толпа мешает друг другу хоть как-то навредить Фроловой. Зато моя ученица не дала маху. Опыт в Аномалиях пошёл ей на пользу.

У неё стояла цель не победить эту толпу, а «выжить» в течение минуты. Поэтому вместо того, чтоб идти в лобовую, она создала лёд на приличную такую область, чтоб противники попросту не могли её достать.

Заклинателям приходилось ещё тяжелее. Попробуй они атаковать девушку, и попали бы по своим союзникам, что сейчас скользили по льду в попытках удержаться на ногах. А это обернулось бы очень и очень большими проблемами для них самих. Поэтому они пытались хоть как-то отделиться от отряда, чтоб затем вырваться вперёд и атаковать.

Хотя среди новичков нашлась парочка тех, кто проявил себя. Например, Усов. Вместо того, чтобы пытаться бежать по льду, взял и создал под собой колонну, чтоб возвыситься над всеми и уже оттуда атаковать. Хорошее решение, пусть и не самое практичное особенно в замкнутом пространстве.

Во-первых, он практически становился мишенью для моей ученицы. Быстро творить простенькие, но дальнобойные заклинания я всех в группе научил. Прервать каст она сумеет, а значит толку от этой колонны в целом маловато будет.

Ну и во-вторых, он мог помочь своим товарищам. Для этого даже много ума не требовалось. Создай впереди просто небольшой слой земли и всё. Это уже заметно облегчит задачу остальным. Уж таланта у него на это должно было хватать. Двухсоставные заклинания же мог использовать во время нашего с ним боя.

Хотя второе не столько к нему претензия, сколько к остальным. Что, среди студентов не нашлось ни одного пироманта, который додумался бы растопить лёд? Студенты, что с них взять. Даже на обычной тренировке не могут показать нормальный бой.

Прошло двадцать секунд, и в дело вмешался Снежков. Парню я отдал должное, всё это время он стоял и анализировал ситуацию. Лишь теперь перед ним появился знакомый мне магический круг.

— О, самонаводящиеся стрелы, — прокомментировал заклинание Ворон. — Сложновато, конечно, для его возраста, и не так эффективно. Зато в теории хотя бы разок заставит твою студентку сделать шаг в сторону.

Тут я с Вороном был полностью согласен. Ситуация выглядела как минимум странно. Вот вроде бы будущая «элита» Академии, а с таким большим составом ничего не могут сделать одному человеку. Смех да и только.

Снежков наконец-то закончил кастовать заклинание, и огромная стрела, по размерам напоминавшая снаряд баллисты, полетела в сторону Фроловой. Неожиданная атака сбоку не ускользнула от её глаз.

Вместо того, чтобы защищаться барьером, она моментально контратаковала мечом. От лезвия клинка вылетела ледяная дуга, отбив заклинание парня в момент столкновения, так что никого не задело. Остальные студенты попытались воспользоваться этим шансом и атаковали простенькими заклинаниями, но никак. Девушка второй раз взмахнула мечом и создала ледяную стену вокруг себя, которая и приняла весь удар. Следом Фролова перепрыгнула стену и продолжила убегать от толпы, вынуждая их постоянно догонять её.

— Что за неумелые маги пошли… — недовольно прокаркал Ворон. — В моё время таких бы сразу убили. Позорище.

Пока Ворон высказывал своё мнение на счёт всего этого, я заметил, что Громов наконец решил действовать. Он опустил обе руки на землю, после чего, коснувшись ладонями, принялся проводить ману по земле, в нужную ему сторону. Получалось у него с трудом, учитывая, что тут висело моё зачарование. Две разные энергии попросту конфликтовали друг с другом. Однако худо-бедно, у него получалось.

Парень явно просчитал, куда направится Фролова, и собирался создать под её ногами магический круг. Не зря же он столько тренировался с ней. Тут много ума не надо, чтоб просчитать следующий ход.

Только давать ему провернуть начатое я не собирался. Никто же не говорил, что я не стану вмешиваться в бой? Так было бы слишком скучно. Да и должны студенты понимать, что поле боя не просчитать заранее — всегда возможны непредсказуемые переменные.

— Вельзи, отвлеки Снежкова, чтоб не мешался, — призвал я сущность тьмы и не дожидаясь ответа, сорвался с места.

Практически за пару секунд я оказался возле парня. Пришлось немного притормозить, чтоб у него хватило реакции отменить заклинание. Прерывать мощный каст всё-таки опасная затея. Вредить энергетической структуре парня на ровном месте я не собирался, слишком долго лечить. А вот физические травмы довольно легко восстановить.

— Сюрприз, — нагло сказал я и замахнулся кулаком, как только здоровяк отменил заклинание. С нашей последней встречи реакция у амбала возросла, как и силища.

Наши кулаки врезались друг об друга, и я даже почувствовал боль. На лице Громова появилась весёлая улыбка.

— Вы всё такой же, каким я вас запомнил, — сказал он, отпрыгивая назад после удара.

— Ну-ну, — хмыкнул я в ответ. — Значит вы многого не знаете.

Победить парня я мог разными способами. Теневой магией, или активировав невидимость, чтоб сбить его с толку. С помощью иллюзий, Вельзи, да чем угодно. Но это было бы слишком просто и неинтересно. Поэтому я предпочёл помериться грубой силой.

Я снова сорвался с места, но в этот раз куда быстрее. Громов рефлекторно прикрыл лицо руками, чем я и воспользовался, сделав ему подножку.

Тут студент поймал меня на ошибке. Недооценил я здоровяка. Мало того, что подпрыгнул, увернувшись от удара, так ещё умудрился схватить меня за одежду, потянув на себя и взяв в медвежий захват. Ну или говоря проще, стиснул меня так, чтоб руки не могли двигаться. Ну и заодно приподнял в воздух, чтоб и ногами я не смог ничего ему сделать.

— Попались, Алексей Дмитриевич, — самодовольно сказал он.

— Мечтать не вредно, — хмыкнул я в ответ. Нет, сил у парня было многовато, а вот опыта не очень. — Я и без заклинаний могу выбраться из захвата.

— С радостью на это… — не успел парень договорить, как я со всей силы врезал ему лбом по носу. От неожиданности захват ослаб, чем я и воспользовался, усилив тело на максимум и раздвинув руки.

Как только ноги почувствовали землю, я схватил парня за плечо, после чего опрокинул его через себя на землю и придавил коленом горло. Так, чтобы не дёргался.

— Вот так, — хмыкнул я, после чего поднялся с места и помог здоровяку встать. — Однако всё равно хвалю. Вижу. что и без меня много тренировались. Только дальше ещё тяжелее будет. Сегодня даже не цветочки были. А с вас у меня спрос выше будет.

— Мне не привыкать, — улыбнулся Громов, несмотря на отдающую боль в теле. Уж то что ему больно, я даже не сомневался.

Тем временем минута времени прошла. Надо ли говорить, что за это время ни один маг не смог даже поцарапать Фролову? Да и измотать тоже не получилось. Когда от тебя постоянно удирают, очень сложно хоть что-нибудь сделать.

— Вам должно быть стыдно за себя. — сказал я, наблюдая, как толпа новичков переводит дыхание. — Одну! Одну несчастную второкурсницу не смогли задеть двадцать пять лбов. Хорошо, Громова и Снежкова брать в расчёт не будем, их я взял на себя. Факта это не меняет. Вы хоть представляете свою слабость? Да вас в Аномалии монстры в первый же день сожрут. Да какой день? Час! Хотите знать, что я о вас думаю? Вам не место в моей группе. Идите возвращайтесь домой, к своим преподавателям. Убивать монстров явно не ваше.

Среди новичков пошли шепотки, возгласы недовольства, но при этом никто группу покидать не захотел. Вот упрямые конечно. Это для них сейчас жирный плюс.

— Мы здесь поэтому, Алексей Дмитриевич, — неожиданно подал голос Усов. — Мы хотим стать сильнее.

— Стремление конечно интересное, полезное для здоровья, — сложил я руки на груди и покачал головой, после чего добавил: — Ладно, раз уж вы такие упрямые, посмотрим, насколько вас хватит. С этого дня вы будете тренироваться утром, днём и вечером. Без вариантов. Можете конечно не приходить на тренировки, но тогда я вас к Аномалиям не допущу. С этим всё понятно?

— Да, — не очень синхронно ответили новички.

— Что ж, будем надеяться, что так. А теперь запоминайте. Утром у нас разминка с лекцией. Вы разминаетесь, я читаю лекцию и рассказываю о монстрах. Днём вы будете тренироваться столько, пока не сможете встать с ног. Вечером вы изучаете новые заклинания и теорию магии. Всем всё понятно?

— Да, — уже более синхронно ответили студенты.

— Отлично. И ещё одна новость для вас. Можете передать для остальных тоже. Как только начнётся учебный год, я разделю вас по отрядам и приставлю к каждому старшего. Подробности узнаете позже, — заставив толпу расслабиться и отвлечься на новость, я незаметно призвал Вельзи. — Вы чего расслабились? Тренировка ещё не закончилась. Вельзи, взять их.

— С радостью, мастер! — воскликнула она и бросилась на испуганных студентов. Сразу видно, что запомнили её на турнире.

Эх, хорошо конечно, что ни говори. Много студентов это порой даже хорошо. Вон какой простор для веселья. А уж когда все мои студенты к ним добавятся, вот тогда основное веселье пойдёт.

— Алексей Дмитриевич, вы бы хоть предупредили меня в следующий раз, — из мыслей меня вырвал голос Фроловой. — Это было слишком неожиданно. Я ведь могла вашему авторитету навредить.

— Я в тебя верил. Как видишь, ты не подвела.

— Значит я молодец? — со скрываемой радостью в голосе ответила Фролова.

— Вот если бы ты всех победила за эту минуту… — ухмыльнулся я и прежде, чем девушка что-то успела ответить, добавил: — Шучу. Конечно молодец. Это ведь аристократы, а не обычные бойцы рода. Только учти, тебе придётся старшей для них стать и обучать магии.

— То есть вы хотите скинуть обучение на нас? — даже слишком быстро догадалась она что к чему.

— Всё так. Обучать полсотни человек лично нереально. Попросту не хватит на всех времени. Проще учить вас, чтобы вы потом учили их, — хмыкнул я, представив в голове эту схему.

— Я даже не знаю, как на это реагировать… — задумчиво произнесла Фролова. — Это странно и гениально одновременно. Мне сложно возразить, почему оно не должно работать. Мы ведь до встречи с вами схожим образом становились сильнее. Это было менее эффективно, но как факт, работало.

Подумав, я не стал уточнять, что помимо скидывания обучения на студентов, собирался пригласить ещё в Академию Искателей. Нет, не работать на постоянной основе, а просто время от времени проводить со студентами тренировки. Знакомых у меня хватало, а если Академия им щедро заплатит за уроки, то они наверняка согласятся.

Как минимум у них так будет больше плюсов, чем минусов. Одно дело учить студентов на постоянной основе, а другое посещать Академию условно раз в месяц после рейда и делиться опытом. Это ведь практически самореклама, чтоб им подкидывали самые жирные заказы.

Даже с учётом роста Аномалий, с этим у Искателей вечная проблема. Можно полностью зачистить Аномалию, и при этом уйти без какой-либо добычи. Просто потому что монстры или внутренние ресурсы не представляют большой ценности.

Вот попалось, например, тебе подземелье с живыми скелетами. У скелетов нет ядра, их кости практически ничего не стоят. Внутри свитков или фолиантов с заклинаниями нет. Артефактов тоже может не найтись. Вот и выходит, что вроде рейд успешно прошёл, а толку?

Так что да, нарастить связи с аристократами для большинства лишним точно не будет. Как минимум я уверен, что Селена с Кайросом мне отказывать не станут. София тоже, да и Картографы кого-то пришлют. А там и другие захотят подхватить инициативу.

Чувствую, второй учебный год будет гораздо насыщеннее, чем первый. Отдых мне будет только сниться. Зато хотя бы будет весело.

Оставшийся день пролетел незаметно. Вельзи, как нетрудно догадаться, заставила студентов страдать. Не только кошмарами, но и физически. Никто не умер, но добрая половина новичков отправилась в лазарет залечивать раны. Ничего страшного, им это только на пользу пойдёт.

С Беловым я тоже не забыл потренироваться. Братья-фальсификаторы его конечно вымотали, заставляя наносить «краски» на свои произведения искусства, но я поблажек давать ему не собирался. Сам ведь выбрал путь стать сильнее. Так что пусть теперь не жалуется, что ему тяжело. Зато контроль должен развиться очень сильно.

После этого я лёг спать. Затем проснулся, сделал кофе, достал свежеиспечённое печенье, приготовился к трапезе, как тут появился Ворон:

— Что? Опять?! — недовольно буркнул я, решив, что кто-то пришёл ко мне в гости.

Нет, я всё понимаю, но уже наедине со своими мыслями спокойно побыть не дают. Хоть табличку вешай: гостям вход воспрещён. Самые упрямые будут сожраны сущностями тьмы.

— Да почти. Помнишь ту студентку Оксану Евсеевну, которую ты выгнал? Так вот, она у ворот Академии теперь стоит вместе со своим отцом. Хотят с тобой зачем-то встретиться, но их пока не пускают. Просят дождаться разрешения от ректора. Пойдём посмотрим, что им от тебя надо?

— Пойдём и посмотрим, — кивнул я, после чего взял чашку с кофе в руки. — Но в первую очередь утренний десерт.

— Сладкоежка, блин. У тебя скоро всё слипнется, — недовольно прокаркал Ворон.

— Говорит сущность тьмы, которая обжирается моей маной, — усмехнулся я в ответ. — Чем не десерт для подобных тебе?

Глава 2

Закончив завтракать, я неспешно побрёл в сторону выхода.

Сутки не прошли, а опозоренная студентка уже родственника привела для разборок. Даже не знаю, как на это реагировать. Либо чья-то хорошо заготовленная акция, либо дурость. Первое кажется куда более вероятным.

«Маг тьмы опять взялся за своё! Не допустим, чтобы язва общества вредила нашей стране» — сразу представил я призывающий лозунг в газетах и новостных каналах. Пожалуй хорошо, что я их практически не читаю и не смотрю.

До ворот Академии я добрался безо всяких проблем короткими путями. Невидимость всё-таки играла мне на пользу, позволяя ходить там, где формально мне запрещено быть. Ну и плюс какая-никакая замена утренней тренировке.

Возле входа в Академию я увидел двух человек. Оксану и, судя по всему, её отца. Я бы описал его двумя словами — матёрый такой бородач. Стальной взгляд, ровная осанка, широкие плечи, статное тело, да и в целом ощущалось, что он боец со стажем. Время от времени от его тела исходили едва заметные всплески ауры. Явно анализировал ситуацию, чтоб на него не смогли неожиданно напасть, ну или пытался сдержаться от ярких эмоций.

Что ж, теперь первый вариант с запланированной акцией мне казался всё реальнее и реальнее. Впрочем, какая разница?

Я зашёл этим двоим за спину, после чего развеял невидимость и демонстративно откашлялся, как это делал Ланцов.

— Раз уж вы по мою душу, то давайте побыстрее со всем закончим. Мне ещё студентов учить, а приходится на вас время тратить, — недовольно буркнул я, сложив руки на груди. — Если хотите вызвать на дуэль, вызывайте прямо здесь и сейчас. Барьер я организую, секундантов тоже приведу.

— Я здесь не ради сражений, уважаемый князь, — неожиданно начал с вежливости бородач. Что я ещё подметил — у него был очень низкий и грубоватый голос, будто со мной кто-то из преисподнии разговаривал. Интересное впечатление он создаёт. — Меня зовут Евсей Богданович Савинов. Я пришёл принести извинения за свою дочь.

Тут не то что я, даже Ворон, наблюдавший за ситуацией охренел. Когда Урусовы принесли извинения, я счёл это исключением. А теперь это уже похоже на систематичность. Должно быть в аду начался снегопад, не иначе.

— Прошу меня простить за дерзкое поведение, — склонив голову, сказала Оксана. По ней было видно, что она нехотя говорит эти слова, но отец так на неё сурово посмотрел, что иного выбора у девушки не осталось.

— Если я могу загладить свою вину за недостойное воспитание дочери, только скажите, — продолжил Савинов.

— Не стоит. Извинения приняты, — с уважением ответил я, после чего протянул ладонь вперёд. — Однако возвращать вашу дочь в группу я не стану.

— Моя дочь больше не будет учиться в Академии. По крайней мере пока я не исправлю ошибки в её воспитании, — сурово ответил Евсеей Богданович. — Мне достаточно того, чтобы вы не держали обиду на неё и мой род в целом.

— Мудрое решение, — ещё сильнее зауважал я бородача. И как только у него дочь выросла такой высокомерной стервой? Хотя нет, пожалуй догадываюсь. — Вы, я так понимаю, тоже Искатель?

— Да, — кивнул мужчина, не став скрывать информацию. — Раньше работал на «Искателей Бездны». Затем, став главой рода, пришлось покинуть группировку, чтобы следить за своей территорией.

Что ж, теперь картина сложилась воедино. Искатели постоянно пропадают в рейдах. Некоторые вылазки могут длиться не то что недели, а целые месяцы. Ясное дело, что отец в семье попросту бы редко появлялся, чтоб давать правильное воспитание. Вот и нахваталась она высокомерия либо от матери, либо от своего круга общения.

Причём первое вполне реально, если брак был по расчёту. Расставаться в аристократическом кругу не принято и осуждается. Так что ему, можно сказать, не повезло.

Ещё и выбивать всю спесь, когда дети практически выросли и сформировались как личность, задачка непростая. Уж я-то знаю. Бородачу остаётся только пожелать удачи.

— Будем считать вопрос закрытым, — сказал я, разрушив долгую тишину. — К вам или вашему роду я претензий не имею. На этой же ноте с вами прощаюсь.

Закончив говорить и не дождавшись ответа, я снова активировал невидимость и вернулся в Академию. Неплохое начало дня, что ни говори. Провести дуэль было бы тоже неплохо, но так даже лучше. Когда тебя все кому не лень пытаются проверить на прочность, это раздражает. А тут хотя бы какое-то разнообразие.

Не успел я только дойти до площадки. как у меня зазвонил телефон. Увидев номер Некрасовой, я ничуть не удивился. Скорее только хмыкнул, что давно от неё вестей не было.

— Да, Виктория Андреевна? — с хитрецой спросил я, ответив на звонок и приложив телефон к уху. — Для меня нашлась новая работа или вы решили меня вознаградить за Беловых?

— Ни то, ни другое, — коротко ответила она. — Не знаю, как вам толком эту новость преподнести. Мне тут стали приходить письма, что я должна посадить вас в тюрьму. Некоторые причём с угрозами. Я их выкидываю как обычный спам, но вас я посчитала обязанной предупредить. За последний год, с вашими стараниями ИСБ пересадило больше тысячи аристократов. Просто вдумайтесь в эту цифру и сколько родов были замешаны в тёмных делах.

— Вдумался, но мысль не уловил, — как есть ответил я.

— Это рекорд для нашей службы безопасности. Такого никогда не было. Смею предположить, вы стали костью в горле для всего теневого бизнеса. За вами могут послать кого-то, кто будет равен вам по силе, — решила предупредить она меня. И правильно, учитывая, что её «предсказания» как правило сбываются.

— Ну и хорошо, — довольно ухмыльнулся я. — Сильных противников мне не хватает. А так чувствую, в истории я запомнюсь как великий истребитель зла и главный защитник человечества. Слишком пафосно, вам так не кажется?

— Мне бы ваше лёгкое отношение ко всему, — устало ответила в ответ Виктория. — Я сделаю всё что в своих силах, чтобы вас защитить, но будьте осторожны. Прошу вас.

Последние две фразы прозвучали очень странно. Даже не сами слова, а интонация, с которой она их произнесла. Раньше по телефону она ни разу не показывала волнения. И так понимала, что меня ещё попробуй убей.

Значит за мной могут послать кого-то на уровне Харона. Что ж, это даже хорошо. Наверняка он как-то будет связан с Крахом. Мне останется только его поймать и прочитать воспоминания, а там, глядишь, новые зацепки будут.

— Ты вообще не допускаешь мысли, что можешь проиграть? — вырвал меня из размышлений Ворон.

— Если проиграю, то скорее всего умру. Поэтому проигрыш недопустим, — развёл я руками. — Да и не стану я лезть в драку, из которой не выйду победителем. Это попросту глупо. Исключение разве что тренировки.

Я вообще к другому клонил, — покачал головой фамильяр. — Я тебя хорошо знаю. Если эти ублюдки похитят кого-то из студентов, ты всё равно пойдёшь в их ловушку. Даже если силы будут неравны. Просто потому что посчитаешь это решение правильным. Может оно того не стоит? Я не хочу лишаться ещё одного сосуда.

— Что-то ты совсем раскис, — усмехнулся я на слова Ворона. — Иногда приходится делать что-то совсем безрассудное. Это заложено в человеческой природе. Но именно такие люди лучше всех выживают. Я тому яркий пример.

— Да, безрассудство это твоё второе я, — радостно прокаркал Ворон, перестав строить такое угрюмое лицо.

— Как говорится, выше клюв и за дело, — с этими словами я побрёл в сторону площадки. Что ж, хоть узнаю, сколько студентов просто смогут дойти до неё после вчерашнего.

***

Следующие несколько дней прошли незаметно, и я бы даже сказал, рутинно. Настало затишье перед новым учебным годом. Никто не пытался меня убить, да и Академию я не покидал, большую часть времени тренируя студентов и рассказывая им о монстрах.

Новички оказались такими же упёртыми, как моя основная группа студентов. Несмотря на невыносимую боль, никто обучение покидать не хотел. Видимо не хотели навлекать позор на свой род. А может им просто хотелось получить силу любой ценой.

Тут явно скрывался какой-то подвох, но вот какой, для меня оставалось загадкой. И ведь даже если прямо спросишь у студентов, чего это они продолжают приходить на тренировки, то ничего дельного они не ответят. Да и вряд ли смогут. Что утром, что днём, что вечером, они выглядят убитыми или готовыми вот-вот отойти на тот свет. И откуда только находят силы превозмогать?

Завьялова с Беловым, благодаря разработанным под них тренировкам, становились сильнее отдельно. Новички тоже стали хоть что-то из себя показывать. А в остальном была сплошная тишина. Вот вообще ничего не происходило, пока мне в два часа ночи не позвонил незнакомый номер. Я аж на секунду подумал, что это Аристарх Евгеньевич решил мне отомстить, но нет.

— Это номер Алексея Воронова, верно? — услышал я незнакомый мужской голос.

— Да, вы с ним разговариваете, — коротко ответил я. — С кем имею дело?

— Валентин Кондратович Капустин, сотрудник Службы Имперской Безопасности. Один из ваших студентов, а точнее княжна Анна Владимировна Лазарева попала в наш отдел по подозрению в намеренном покушении на троих аристократов. Я уполномочен отпустить княжну под вашу ответственность, поскольку действовала она в рамках самообороны.

— А почему под мою, я что-то не пойму? — удивлённо спросил я. — У неё же родственники есть.

— Её магия, судя по всему, нестабильна. Я первый раз сталкиваюсь с тем, чтобы из кого-то настолько досуха высосали ману. Она может быть опасна для общества. Вы самый близкий её контакт, находящийся в столице. С её родом мы попытались связаться, но те пока что не выходят на связь. Сами понимаете, что такой вопрос надо решать быстро.

Ну так хотя бы понятнее. Похоже, Виктория Андреевна ко всему прочему мне особый статус в ИСБ присвоила. Ну или сам принц с его жетоном. Тут одно из двух. Ладно, это уж совсем маловажные детали.

— Сбросьте адрес на номер телефона. Я сейчас к вам заеду. Лазареву переведите в одиночную камеру, если этого не сделали. Скоро буду.

Бросив телефон на кровать, я быстро оделся и направился в сторону выхода. Что ж, не такого развития событий я ожидал. Видно, мало внимания уделял Лазаревой, раз допустил такое. Надо исправлять ситуацию, причём желательно скорее.

В голове сразу родился план, что делать. Да, придётся действовать радикально, но зато эффект действенный и практически гарантированный. Лучше уж так, чем будущие трупы.

— Видимо это имеют в виду, когда говорят бояться собственных желаний, — сказал Ворон как раз в тот момент, когда я надел шлем и завёл двигатель мотоцикла. — Мне вот интересно, как она вообще умудрилась трёх аристократов убить? Или не убить, а напасть? Да вообще какая-то мутная история. Чего только все подробности не рассказали?

— Приедем, увидим, — пожал я плечами и поехал. Мне как раз скинули адрес куда ехать.

Один плюс в этой ситуации я видел — хотя бы рутина чем-то ещё разбавилась. А то в последнее время я себя так нагрузил тренировками студентов, что нет времени практиковать алхимию, не говоря уже об артефакторике. Не дело это, не для того я отправлялся в эту Академию, чтобы действительно преподавать. Я так — профессор на полставки.

Хотя, как бы иронично это ни звучало, с началом учебного года я по идее смогу разгрузиться от обязанностей. Я буду в основном обучать старую группу, а они в свою очередь передавать знания новичкам. Как раз посмотрим, что из этого получится.

— И всё же я оказался прав, — самодовольно сказал Ворон, когда я уже ехал в сторону отделения. — Ты для своих студентиков стал нянькой.

— Да-да, конечно, — хмыкнул я в ответ и на секунду задумался. — Хотя некоторым из них впрямь нужен глаз да глаз. Чуть не уследишь и всё.

— Так а в чём я не прав, не пойму? — настойчиво посмотрел на меня фамильяр. — Да хоть взять пример сейчас. Тебе позвонили, и ты сорвался с места в два часа ночи. А ведь мог не срываться. Посидела бы она в отделе пару деньков, потом бы сами отпустили.

— Про один жирный нюанс ты почему-то не говоришь, — глухо ответил я сквозь шлем. — Она моя ученица, и её неконтролируемая магия подтвердит гуляющие слухи. Это уже прямой вред моей репутации. Оно мне надо? Да и люблю я доводить дела до конца.

— Ну знаешь, на слухи о себе ты так не реагировал, — верно подметила сущность тьмы.

— Потому что они ничем не обоснованы. Другими словами, пустые. Здравомыслящий человек сразу это поймёт. А тут слухи внезапно могут подкрепиться фактами. А это мне зачем? — выдержав небольшую паузу, я добавил: — Также не забывай, что тогда случилось в поезде. Вдруг она опять кого-то испугается и полностью высосет из него ману? У тех же агентов ИСБ? Несколько часов моего сна попросту того не стоят.

— Если бы все беспокоились о людях как ты, человечество давно решило бы множество своих проблем, — неожиданно Ворона потянуло на философию.

— Наверное. Все люди по природе своей эгоисты. Я не исключение, — меня тоже потянуло на размышления. — Просто у некоторых этот эгоизм здоровый, а у других нет.

— Скорее, одни готовы следовать моральным принципам и нравственности общества, а другие осознанно их нарушают. Вот и вся разница, — на удивление точно описал ситуацию Ворон.

— Да. Хотя и тут есть свои исключения, — заметил я, после чего оставшийся путь проехал в тишине. Ворон предпочёл следить за окружением, чтоб меня не атаковали из засады.

Про предупреждение Виктории Андреевны я не забыл. Раз уж за мной хотят послать сильного убийцу, стоит удвоить бдительность. Хотя опять же, бой в городской среде не лучшая затея. На месте того же Краха, я бы дождался, когда пойду в Аномалию, после чего там бы и убил.

Так банально проще. Можно и студентов попытаться взять в заложники, и скрываться проще до подходящего момента. Да и кто потом их найдёт? Особенно если у Аномалии есть скрытые и ещё не найденные проходы.

В любом случае, предосторожность лишней не была. Когда не знаешь точных планов противника, лучше перестраховаться.

К счастью, к отделению долго ехать не пришлось, и по дороге на меня никто не напал. Снаружи меня ждал молодой мужчина. Я показал ему жетон принца, и он всё понял без слов. Уже через пять минут у входа рядом со мной стояла Лазарева.

— Простите, пожалуйста… — тихо сказала девушка, напоминая запуганного мокрого котёночка. К тому же по её лицу было видно, что она вот-вот расплачется. — Я правда не хотела вас в это впутывать. Это они сами. Это моя вина, да. Я вас подвела, ещё и заставила ночью ехать. Мне правда стыдно, простите…

— Всё в порядке, Анна Владимировна. Не хотел бы ехать, не приехал бы, — тепло улыбнулся я и как смог успокоил я девушку. Главное, что сила у неё сейчас находилась под контролем. — На мотоцикле раньше катались?

— Н-нет… — с заминкой ответила она.

— Ничего страшного. Садитесь сзади и держитесь крепче за меня, — с этими словами я рукой дал понять следовать за мной. — Обо всём расскажете у меня дома. Я вас знаю, вы первой конфликт вряд ли бы учинили, — добавил я, подчёркивая, что нахожусь на её стороне.

— Я… — девушка что-то хотела сказать, но вместо этого проглотила слова.

Вместо них она молча последовала за мной и села на мотоцикл, после чего мы поехали в Академию. Затем я привёз её к себе домой и ушёл делать кофе. Поспать вряд ли получится сегодня.

Чувствую, утром вместо себя придётся отправлять Вельзи тренировать новичков, чтоб жизнь мёдом не казалась. Она им и о монстрах сама всё расскажет, и заодно научит уму разуму. Да и опять же, её фирменный удар хвостом — одно из лучших профилактических лекарств от головной боли. Потеря сознания — лишь незначительный побочный эффект.

— Надо, пожалуй, переходить на чай, — сказал я, ставя чашки перед собой и Лазаревой. — А то пить кофе по утрам уже вошло во вредную привычку.

— Наверное, — неловко ответила Лазарева, несмотря на мою попытку разрядить обстановку. Что ж, ладно, значит перейду сразу к делу.

— Так что случилось? — успокаивающим голосом спросил я. — На вас напали? Не могу поверить, чтобы вы сами стали причиной конфликта.

— Да… — нехотя произнесла студентка, опустив голову. Через несколько секунд она её подняла и продолжила мысль: — Один мой хороший знакомый пригласил меня в ночной клуб на вечеринку. Мои слуги стали твердить, что мне стоит развеяться, а не только сидеть дома и в одиночестве тренироваться. Я согласилась и приняла приглашение…

Лазарева замолчала и посмотрела на меня так, будто ждала порицания от меня. М-да уж. Можно подумать я им говорю, что они всю жизнь должны оттачивать навыки и ничем другим не заниматься.

— Анна Владимировна, жизнь это не только одни тренировки, — произнёс я и отпил кофе из чашки. — Развеяться наоборот, бывает очень полезным. Главное сохранять баланс между одним и другим. Так что не надо на меня так смотреть. И извиняться тоже.

— Хорошо… — неловко и задумчиво ответила студентка. Спустя секунд десять, она продолжила: — Сначала мы просто веселились, танцевали, играли… Я сама того не заметила, как остальные стали налегать на сильнодействующий алкоголь. Такой, что даже мага с сильным иммунитетом заставлял опьянеть…

— Я догадываюсь, к чему всё пришло, — прервал я рассказ Лазаревой. — Если слишком больная тема, можете не говорить, я пойму.

— Всё в порядке. Мне не помешает выговориться, — не очень-то уверенно заявила студентка. — Ребята из моего окружения сильно напились. Заметив, что они странно себя ведут, я решила покинуть вечеринку. Меня стали уговаривать остаться. Одна троица парней особенно настойчиво. Предлагали выпить то же, что и они. Я отказалась. Тогда они стали буянить, что раз я княжна, то зазнаюсь. Что мне, видите ли, не по статусу пить с обычными аристократами.

— Аргументы, что вы не пьёте, они само собой не приняли, — сказал я и получил утвердительный кивок.

— Они были не в себе и вообще не воспринимали моих слов… — тут девушка подняла правую руку и левой схватила запястье. — Один из них попытался схватить меня, чтобы остановить. Я рефлекторно схватила его и бросила на пол. Это только раззадорило троицу. Тот, кого я бросила, закричал, что сейчас меня убьёт. У него глаза покраснели от ярости. Я испугалась и инстинктивно использовала иссушение… А дальше вы знаете.

— Не знаю, — покачал я головой. — Что с парнями-то случилось? Вы их убили? А то агент ИСБ мне решил ничего не рассказывать.

— Не убила. Как сказали целители, ввела в искусственное коматозное состояние. Они рано или поздно очнутся. Только магами после этого они быть не смогут. Никогда, — холодно ответила студентка. — По крайней мере мне так сказали.

Что не ускользнуло от моего взгляда — она едва заметно улыбнулась. Похоже, радовалась и считала себя правой, что эти говнюки никому не причинят никому вреда. Не такая уж она белая и пушистая, как мне изначально показалось.

Выходит, атаковала она их не из-за страха, как видимо сама думает. Это осложняет дело. Одно дело побороть страх, а другое заставить принять свои настоящие чувства. Это гораздо тяжелее. Впрочем, мой план оставался прежним. Даже если причина другая, лишней такая практика не будет.

— Жестоко, но справедливо, — коротко ответил я. — С ситуацией разобрались. Теперь пора переходить к решению проблемы. Сразу спрошу, чтобы не было потом вопросов — вы готовы к радикальным мерам?

— Готова. Я хочу лечить людей, а не убивать их! — уверенно заявила девушка.

Правда, теперь у меня складывалось ощущение, что она врёт сама себе. Ну ничего, узнаем.

— Значит оставайтесь пока что в моём доме. Спальня наверху, душевая тоже. А мне надо сходить в алхимический корпус. Как закончу варить одно интересное снадобье, приступим к делу, — с этими словами я активировал невидимость и направился в сторону выхода.

Стоило мне выйти из дома, как на плече тут как тут появился Ворон.

— В тихом омуте черти водятся, — сказал он, пока я неспешно двигался в сторону корпуса. — Удивила меня твоя студентка, очень сильно удивила. И ведь впрямь сама не понимает, что чувствует.

— Не все готовы признать, что могут испытывать ту же злость или гнев по отношению к другим людям, особенно когда им долгое время внушают, как они себя должны вести, — заметил я. — Она похоже что из таких людей.

— Чем больше пытаешься понять людей, тем больше в них путаешься, — сказал фамильяр, прежде чем исчезнуть.

До корпуса я добрался без проблем. Охране разве что пришлось показать жетон и сказать, что дело срочное. Можно было в мастерскую и скрытно пробраться, но тогда кто-то мог прийти на звук и помешать моей работе. Оно мне надо?

Снадобье я закончил готовить за пару часов. Ничего сложного там не было, но вот ингредиенты как обычно, пришлось использовать дорогие. Хорошо хоть не свои, а Академические — как-никак на студентку трачу. Лучше уж я их потрачу, чем безрукие алхимики, которые только могут кичиться своим статусом.

Затем я вернулся домой. Девушку я застал уснувшей на диване. Похоже накопившейся стресс дал о себе знать. Решив её не будить, я отправил Вельзи учить студентов, пообещав вечером накормить маной, после чего занялся готовкой завтрака. Само собой тихо, поставив звуковой барьер. Зачем будить человека, когда у того и так выдался непростой день? Чужой отдых я уважаю.

Звонок ректору не в счёт. У нас с ним довольно своеобразные отношения.

В итоге девушка проснулась ближе к полудню и очень удивилась, что столько проспала. Она планировала вздремнуть только до моего прихода. Из-за этого завтрак резко превратился в полдник, благо из горячего там был только чай.

Перекусив, я повёл девушку на задний двор, где обычно тренировался. В руках же я держал флакон булькающего красного зелья. Давно я «Красную Лисичку» не готовил, но в моём случае она именно то, что нужно.

— Анна Владимировна, сейчас у нас с вами стоит простая задача. Вы должны потратить столько маны, сколько сможете, желательно до полного опустошения источника, а затем выпить зелье. Используйте любую магию, я разрешаю. Тут всё зачаровано, с двором ничего не будет.

— Хорошо, Алексей Дмитриевич.

Девушка послушно выполнила моё указание. Не прошло и пяти минут, как её запас маны подошёл ко дну. Тогда я протянул ей зелье. Девушка открыла флакон и залпом выпила до конца, после чего закашлялась.

— Горькое? — с улыбкой на лице спросил я. — И ощущение странные, да?

— Очень, — морща лоб, сказала она. — Голова кружится.

— Что уж тут поделаешь, — развёл я руками, после чего серьёзно добавил: — Это не столько зелье, сколько яд. Оно сжигает вашу ману. Если ничего не будете предпринимать, то попросту умрёте. Поэтому у вас нет выбора. Вы должны применить иссушение на мне.

Глава 3

— У-умру? — со страхом в голосе произнесла девушка.

— Всё так, — подтвердил Ворон, появившись на моём плече. — Яд гарантированно сожрёт вас изнутри. Опасность наоборот, пробуждает раскрыть скрытый потенциал. Хотите выжить и научиться контролировать силу — вперёд. Время идёт, а противоядия нет. Решайтесь скорее.

Тут уже вместо лишних слов, Лазарева перешла к делу. Когда хочешь жить и чувствуешь опасность, мозг начинает работать на полную мощность. Так что она побежала ко мне и стала выкачивать столько маны, сколько вообще могла.

Само собой, это было только началом плана. Просто активировать иссушение она и до этого могла. Пример тому поход в Аномалию. Так что я собирался вывести её на предельно новый уровень.

Я отсчитал ровно двадцать секунд, подметив, что маны по факту она забрала у меня немного. Даже не десятую часть запаса. Слабовато для непрерывного действия. Опять сдерживается.

— Усложним задачку, — с этими словами я стал быстрее прогонять ману по телу, и не давать чужой энергии просто так находиться в моём организме.

Вот тут девушке пришлось напрячься изо всех сил. Она обливалась потом, тяжело дышала, но прикладывала все усилия, чтобы выжить. А Ворон её только ещё больше провоцировал.

— Такой себе вы целитель, Анна Владимировна. Говорите хотите спасать людей, а сами свою жизнь спасти не можете, — насмехался он, то кружа над девушкой, то садясь ей прямо на голову. — С одной несчастной задачей справиться не можете. Это же стыд и позор, Анна Владимировна. Может и впрямь проще умереть?

— Хватит каркать мне на ухо! — злилась Лазарева, а моему фамильяру только это и было нужно. — Я знаю, чего хочу и добьюсь этого. Так что хватит!

У «Красной Лисички» помимо основной задачи, было ещё много дополнительных побочек. Повышенная раздражительность и злость — одни из них. Так что да, обычно спокойную девушку стало легко вывести на эмоции.

— Не хватит. Вы слишком слабы, Анна Владимировна. В свои девятнадцать практически ничего не добились. Даже в своей группе остаётесь на задних рядах. Вы прикрываете свою слабость тем, что якобы кто-то должен выступать на задних ролях. На деле же вы просто ничего из себя не представляете. Вы бесполезны. Вы даже меня неспособны заткнуть.

Злость девушки начала достигать своего апогея. Она прикусила нижнюю губу до крови. Затем я увидел всплеск маны вокруг её тела, и не только. Если до этого её энергия в моём теле вела себя спокойно, то теперь стала хаотичной. Прямо как когда она убивала своей силой монстров в Аномалии.

Вот теперь мне сопротивляться стало гораздо тяжелее. Девушка не только отнимала ману, ещё и пыталась разрушить энергетическую структуру. Это было, мягко говоря, опасно для меня. Хорошо хоть у меня был огромный опыт борьбы с чужеродной энергией в теле. Особо сильные яды в первую очередь бьют именно по ней. Да и тьма тоже.

Правда, воровство маны и разрушение энергетической структуры одновременно было чем-то новым. У меня самого от такого проснулся азарт.

Впрочем, пора было заканчивать этот спектакль. А то чувствую, такими темпами Лазарева «лопнет» от количества маны — резервы у нас несопоставимы. Да и действие зелья уже бы закончилось.

— Анна Владимировна, достаточно, — сказал я, но она меня не услышала, продолжая красть ману. — Ну значит приступаем к плану Б.

Я щёлкнул пальцами и на пару секунд погрузил девушку в сон. Она даже не успела понять, что произошло. Только удивлённо смотрела на меня и моргала.

— Я… Это был сон? То что вы мне дали зелье и заставили выживать? — неверяще спросила она.

— Если так судить, нет. Я только под конец заставил вас отрубиться, чтоб вы в себя пришли, — ухмыльнулся я, после чего сделал пару шагов назад.

А то уж слишком близко мы находились друг от друга. Знаю я к чему это приведёт. Зачем девушку лишний раз заставлять смущаться?

— Значит это всё было взаправду… — сказала она.

— Верно. Только вашей жизни практически ничего не угрожало, — хмыкнул я в ответ.

— Вы меня обманули?! — удивлённо спросила девушка, не ожидая такой подставы.

— Нет, сказал только полуправду. «Красная Лисичка» это яд, но я дал вам малую дозу. Он сжигает ману владельца, но очень слабо. Если бы вы её совсем не восполняли, продолжая изматывать себя тренировками, тогда да, яд мог вас убить. На это у него бы ушло несколько дней. А так его главная функция — обмануть чувства, ввести в некое подобие транса, как во время медитаций. Про все побочные эффекты распинаться не вижу смысла. В любом случае, главное получить результат.

— Я не понимаю, Алексей Дмитриевич. Зачем всё это было? — недоумевающе спросила Лазарева.

— Вспомните, как вам грозила опасность. Вы не использовали эту силу необдуманно. Хаотичной она стала только тогда, когда вы разозлились. Тут нужно учиться не контролю маны, а контролю эмоций. Это гораздо сложнее, — объяснил я ситуацию студентке. — Теперь запомните это чувство. Оно вам поможет.

Лазарева не стала сразу отвечать на вопрос. Несколько минут она молча стояла на месте, переваривая услышанное.

— Значит злость даёт мне эту силу. Но из-за злости я теряю над ней всякий контроль. Если научусь контролировать злость, то и этой магией овладею, верно?

— Не совсем так, но очень близко, — согласно кивнул я. — Это уже зависит от вас. Решение проблемы я вижу пока что одно. Тренировки. Только не с людьми, а с монстрами. Чем больше будете использовать хаотичную энергию, тем проще будет её освоить. Сейчас она встаёт для вас приоритетом.

— Я постараюсь никому не навредить, — не очень-то уверенно произнесла она.

— Весь год вы же как-то не вредили. Значит справитесь, — подбодрил я девушку и добавил: — Сейчас ваш дар больше похож на заготовку для меча. Вы её кузнец. Какой получится меч, решать вам. Прямой, изогнутый, короткий, длинный, двуручный, полуторный, это не столь важно. Это лишь форма. Важно то, какую форму вы хотите ему придать. С какой вам будет удобно сражаться. Подумайте об этом.

— Я этого не забуду, Алексей Дмитриевич, — вежливо поклонилась она, принимая мой урок.

— Знали бы вы, как часто я за последний год слышал эту фразу, — усмехнулся я в ответ и на всякий случай добавил: — Я просто делаю свою работу. Если хотите мне её облегчить, станьте сильнее. А теперь идите за мной, будем знакомить вас с новичками. Вам ещё их потом обучать.

— Мне? — удивлённо переспросила Лазарева.

— Ну не мне же. Чтоб я кого-то обучал, он ещё должен это заслужить! — нагло заявил я.

Чувствую, с моим подходом за пару лет Академия преобразуется до неузнаваемости. Студенты наконец-то будут магию учить, а не страдать фигнёй на лекциях. Красота. Но что ни говори, привык я к этому месту. Оно мне даже стало немного родным. Да и студенты тоже.

Ну а то что я основную группу заставляю обучать новичков, так это любя. Им же полезно будет наращивать капитанский опыт. К тому же со стороны смогут понять, где допускают какие ошибки. Главное потом грамотно группы распределить. А то ещё помрут в Аномалиях…

***

Оставшийся день прошёл незаметно. Анну я познакомил с новичками, после чего заставил тех убегать от настоящего ливня заклинаний. Под вечер я сварил пару зелий, после чего пошёл спать. Студентам я тоже дал выходной, потому что большинство на последней тренировке они напоминали живых покойников.

Нагрузку, само собой, я уменьшать не собирался. Этот день им нужен для восстановления. Какой толк учить студентов, если они ничего не усвоят? Правильно, никакого. Так что пусть со свежей головой приходят за новой порцией страданий.

Новый день я планировал провести в городе. Просто так, чтобы развеяться и подумать о своём. Да только не получилось. Среди гор новых писем Ворон приметил конверт от принца. Открыв его, я прочитал текст с очень интересным содержанием. Во мне сразу взыграл интерес.

«Приветствую, Алексей Дмитриевич.

Несмотря на всю вашу помощь нашей стране, находятся глупцы, отказывающиеся принимать правду.

Нам с вами есть что обсудить. Мой кортеж будет ждать вас у Академии. Число и время указаны на обратной стороне письма.

С уважением, ваш друг, Всеволод Михайлович Романов.»

— Ты посмотри как хитро завернул! — радостно прокаркал Ворон, прочитав содержимое. — Заинтриговал, оставил без выбора, но при этом подчеркнул, что ты теперь с ним друг. Если кто-то это письмо читал, то теперь тебя точно будут считать цепным псом императора. Ловкий обман, ловкий.

— Императорскую печать подделать очень сложно, — покачал я головой. — На такое только способны профессионалы высшего уровня. И то, очень рискованно. В общем сомнительно, что дело в этом.

— Кому надо, тот сделает. Такими словами не разбрасываются. Не просто так ведь он это написал, — продолжил стоять на своём фамильяр.

— Что не просто так я согласен. Видимо подчёркивает свой подарок и доверие. В любом случае, хочет называть меня другом, пусть называет. Я не возражаю, — хмыкнул я в ответ. — Мне от этого только плюс. Даже если эта дружба будет весьма своеобразной.

— Делай как считаешь нужным, — ответил Ворон, после чего исчез.

До встречи с принцем оставалось не так много времени. Отказать в приглашении Всеволоду было равнозначно нанести оскорбление правящему роду. Так что хочешь не хочешь, идти придётся. Тем более принц так не стал бы просто так звать меня на разговор, да ещё и таким образом. Значит вопрос и впрямь срочный.

Оставлять нерешёнными вопросы перед началом нового семестра мне не хотелось. Не хватало ещё, чтобы кто-то меня доканывал во время учёбы. Будто мне Краха с его убийцами мало.

Да и как упустить такую возможность устроить принцу сюрприз.

В полдень я уже стоял у выхода из Академии, с небольшой коробкой в руках. Ровно к двенадцати часам, к воротам подъехал кортеж из восьми автомобилей. Скромненько конечно. Зато на каждой машине стояло столько зачарований, что даже Леннарды бы оценили с их родовой защитной магией.

Автомобили остановились, и из них повылазили гвардейцы. Надо ли говорить, что они не очень обрадовались, увидев меня с непонятной коробкой в руках. Особенно моя знакомая, чьё имя я до сих пор не узнал.

— Что в коробке? — даже без приветствия спросила она меня.

— Как грубо и некультурно! Вообще-то приличные девушки не задают мужчинам такие каверзные вопросы, — наигранно возмутился я, продолжая держать коробку обеими руками.

— Алексей Дмитриевич, я не могу пустить вас в машину без должного обыска, — заявила девушка.

— Камила, пусть проходит, — окно возле чёрной машины открылось, и я увидел там лицо принца. Ну и заодно узнал имя девушки. — У князя есть множество других способов убить меня. Артефактная бомба отнюдь не самое эффективное средство. Закрой в этот раз глаза на правила.

— Как прикажете, Ваше Императорское Высочество, — вежливо поклонилась она, после чего ушла в сторону других машин. Другие слуги тут же поспешили открыть для меня дверь автомобиля, в котором сидел принц.

— Благодарю, — коротко сказал я и сел внутрь.

Романовы как обычно, на роскошь не скупились. Я будто снова очутился в императорском дворце. Ковёр из золотых нитей, такого же цвета сиденья и крыша. Рядом стойка с бокалами и разными напитками. Телевизор, монитор, выдвижной столик, холодильник… Я с трудом представлял, как всё это уместилось в один автомобиль.

К слову, что я заметил, автомобиль вообще не трясся во время езды. Интересно, это тоже из-за зачарования или тут замешан технологический прогресс? Все же техномагическое направление тоже успешно развивается, чтобы добиться максимума от той и другой стороны.

— Благодарю, что приняли моё приглашение, — начал разговор принц и перешёл к сути. — К моему сожалению, недовольных вашим поведением и новым статусом оказалось куда больше, чем того хотелось. В этот раз вы перешли дорогу очень многим аристократам.

— Мне не привыкать, — пожал я только плечами на это заявление. — Это кстати вам. Подарок. Можете открыть здесь, я не против. Мы ведь друзья, — намеренно сделал я акцент на этом слове.

Принц всё прекрасно понял, но без лишних мыслей взял коробку в руки. Открыв её, у него едва заметно приподнялись брови.

— Печенье с шоколадной крошкой? — как-то странно он посмотрел на меня. — Мне конечно разные подарки дарили, но такое… впервые. Это даже интригует, Воронов.

— Это не просто печенье, а произведение искусства. Шедевр кулинарного мастерства. Мне этот шоколад стоил огромных денег. Ну точнее не мне, а бюджету Академии, но не будем вдаваться в подробности, — отмахнулся я рукой, будто это что-то маловажное.

— Вы сегодня на удивление веселее обычного, — как есть сказал Всеволод и добавил: — Позволю себе спросить. К чему этот подарок? Проверяете, доверяю я вам или нет? — в шутку добавил он.

— Не ищите скрытого подтекста, Ваше Императорское Высочество. Мне просто захотелось подарить печенье и узнать ваше мнение о нём. Не сомневаюсь, что вам и до этого довелось попробовать очень немало разных изысканных блюд, — объяснил я свои действия.

— С последним сложно поспорить, особенно когда больше десяти лет выполняешь дипломатические миссии, — согласно кивнул мужчина, и чуть погодя, взял печенье в руки и надкусил. Улыбка сразу же заиграла на его лице. — Должен признать, очень недурно. Не поделитесь рецептом, чтобы я передал его своим кондитерам? Будет чем удивить иностранных гостей.

— Принесу его в нашу следующую встречу, — кивнул я, после чего вернул себе серьёзное лицо. — А теперь предлагаю вернуться к делу. Что случилось? Что за очередной самоубийца решил, что его жизнь хоть чего-то стоит?

— Корректнее будет говорить «самоубийцы», — сдержанно улыбнулся принц. — Больше всего вашим статусом оказались недовольны Фроловы. Настолько, что их штат юристов выкопал один древний и формально действующий закон. Если император присудил или вернул аристократу княжеский титул, его решение может быть оспорено другими княжескими родами в течение года.

— В каком смысле оспорено? — поинтересовался я. — Они могут силой заставить императора отменить решение?

— Само собой нет, — покачал головой Всеволод. — Этот закон был принят во времена зарождения Российской Империи. Не буду заставлять вас погружаться во все юридические тонкости, иначе мы до вечера не закончим разговор.

— Буду только благодарен, — ответил я и на секунду перевёл взгляд в окно. Машин не наблюдалось, значит мы ехали по заранее подготовленному маршруту. Похоже принц решил совместить два дела. Интересно, и куда он направляется?

— Если быть кратким, то князья могут оспорить решение императора, если посчитают, что кандидат по каким-то причинам не достоин титула. Пока вопрос не будет решён, титул официально считаться незаконным, — Всеволод взял небольшую паузу, прежде чем сделать ещё одну вставку: — Таких прецедентов за последние несколько сотен лет не наблюдалось.

— Допустим, — посмотрел я в глаза принцу. — Только я не пойму, что мешает Его Императорскому Величеству сказать, что закон попросту недействителен и выступает в качестве предлога? Пока будут длиться разбирательства в судах, пройдёт год и проблема решится сама собой. Что мешало так поступить?

— Репутация, Алексей Дмитриевич, — ответил мужчина, после чего медленно моргнул. — Если Романовы перестанут придерживаться своих же законов, начнутся возмущения. Да и зачем так делать, если ситуацию можно обыграть в свою пользу.

Что ж, я и не сомневался, что он захочет так поступить. Это такая возможность поставить оппозиционеров на место, да ещё и чужими руками. Слишком удобно, чтобы ею не воспользоваться.

— Тогда у меня есть ещё один вопрос. Каким образом они собираются его оспорить? В суд меня вызвать? — поинтересовался я.

— Они могут потребовать лишить аристократа титула по двум причинам. Первая — отсутствие нравственности. Однако этого вам не грозит — «Орден защитника человечества» говорит сам за себя. Вторая — из-за недостатка силы для борьбы с монстрами. Как вы понимаете, вас обвиняют в слабости.

Мне стоило огромных усилий, чтобы не рассмеяться в голос. Высокорангового Искателя, в одиночку уничтожающего целые рода и террористические организации, обвинять в слабости? Это даже звучит как бред.

— Ваше Императорское Высочество, я так понимаю, пару десятков тысяч убитых мной монстров маловато будет? — хмыкнул я в ответ и вытер слезу из-под глаза. Ох, давно я таких «шуток» не слышал.

— Система правопорядка не идеальна, и некоторые намеренно пользуются лазейками, — покачал головой принц. — Закон требует открытого поединка, с присутствием нескольких свидетелей. Поэтому если вы хотите сохранить статус, вам придётся выступить на публику.

Правда самого главного принц почему-то не сказал.

— Вы могли ведь сообщить обо всём этом через письмо. Но вместо этого вы приехали в Академию и решили обсудить вопрос лично. Что за игру вы затеяли, Ваше Императорское Высочество? — с прищуром посмотрел я на принца. Этот хитрый лис никогда не делает ничего просто так.

— Задам встречный вопрос, Алексей Дмитриевич. Как думаете, кто за всем этим стоит? — прищурился Всеволод в ответ, сложив обе руки вместе и поставив их на колени.

— Явно не Фроловы, иначе всё было бы слишком просто, — развёл я руками. — За княжеским родом кто-то стоит. Это не Лаврентий Яковлев, слишком мелкая фигура. Тем более у него с ними тоже разногласия. Остаётся только одна личность, которая приходит на ум. Ваш брат, второй принц.

— Как обычно, весьма проницательно, — довольно улыбнулся Всеволод. — Как вы понимаете, мой брат личность весьма своеобразная. Слухи о его безалаберности отнюдь не беспочвенны. Он заручился поддержкой тех, кто хочет от вас избавиться, и в очень короткие сроки увеличил своё влияние и авторитет.

— Не скажу, что хоть сколько-то этому удивлён, — пожал я плечами. — Ход, на мой взгляд, не самый дальновидный. Эта поддержка очень ненадёжная.

— Тем не менее, она есть, — подметил принц, после чего добавил: — Как вы понимаете, между нами назревает конфликт. Рано или поздно брат захочет выступить в открытую. Когда это случится, мне бы хотелось, чтобы вы оставались на моей стороне. Прямо как сейчас.

— Сомневаюсь, что я интересен второму принцу, — хмыкнул я в ответ на такое заявление. — Да и метаться в разные стороны не в моём духе.

— Я не хотел вас оскорбить, Алексей Дмитриевич, и не сомневаюсь, что вы действуете на благо нашей империи, — спокойным, но в тоже время настойчивым голосом произнёс Всеволод. — Но я знаю, что вы можете принять решение отгородиться от политики. Я ценю такого союзника и друга, как вы. Мне бы хотелось, чтобы когда придёт время, мы бы продолжили помогать друг другу. Само собой, ваши старания будут очень щедро вознаграждены.

— Мне импонирует ваша прямолинейность, — сказал я, обдумав сказанное предложение. — Бездействовать, я так понимаю, не получится. Я всё равно окажусь втянут в конфликт, так что не вижу смысла что-то менять. Мы союзники и если ничего серьёзного не случится, такими и останемся.

— Благодарю за честность. Я услышал то, что хотел услышать, — голос принца резко повеселел. Да и выражение лица стало как у мартовского кота, объевшегося сметаны. — Дуэли вам избежать не получится, если только вы не хотите самолично отказаться от титула и прослыть трусом. Однако я вам помогу.

— Поможете? Я и сам справлюсь с противником, — заинтересованно спросил я. Не собирается же он вместо меня на дуэли выступать. — О какой помощи идёт речь?

— Простой победы будет маловато, — начал объяснять Романов. — Как факт, ваша репутация оставляет желать лучшего. Вас отказываются воспринимать как человека, защищающего нашу страну. Они видят в вас мага тьмы, который может обезуметь и превратиться во второго Судью. Простой народ, да и аристократы тоже, испытывают к вам страх. Они считают, что Романовы сошли с ума, раз дают княжеский титул такому магу тьмы. Поэтому я собираюсь обелить вашу репутацию настолько, насколько это возможно. Сделать так, чтобы люди перестали быть предвзятыми.

— За раз укоренившееся мнение не изменишь, — возразил я. — Далеко не каждый человек будет готов признать свою неправоту.

— Это долгоиграющий проект, — ответил принц, смотря мне в глаза. — Молодому поколению будет проще объяснить, что есть добрые и злые маги тьмы. И что-то же самое касается магов крови и трансфигурации. Рано или поздно эти изменения коснутся всего мира. Я же хочу стать тем, кто даст толчок всему этому. Мир должен меняться, ибо стагнация приводит к деградации.

— С этим утверждением мне сложно поспорить, — согласился я с мнением Всеволода. — Однако я не понимаю, как вы собираетесь обелить мою репутацию?

— Мой младший брат очень хорош в пропаганде, — в голосе принца послышались нотки раздражения. — Ему в том числе подвластна медиасфера. Вам в любом случае придётся играть на «его поле». Однако я лично займусь организацией поединка. Бой пройдёт там же, где в прошлом году проходил турнир. Через неделю там соберётся очень немало людей. От вас мне нужна только победа.

Молодой Романов, что называется, увильнул от ответа. Хотя ясно намекнул, что ему эта ситуация ой как выгодна. На битву захотят приехать влиятельные аристократы, а это возможность набрать новых людей в свою фракцию. Особенно на фоне брата, который творит то, что ему вздумается.

Однако один вопрос по-прежнему оставался открытым.

— Я вот что не пойму. Те же Фроловы должны знать о моей силе. Они видели уровень силы, который я показал на турнире. Они видели, что я выжил даже после взрыва мощных артефактов. На что они рассчитывают, вызывая меня на дуэль? — задумчиво спросил я, положив пальцы на подбородок.

— Мне бы самому хотелось знать причину, — не стал лукавить принц. — Артефакты на арену они не смогут пронести. Смею предположить, что дело тут в вашей магии тьмы. Новостные каналы будут смело писать в заголовках, что вы победили только благодаря запретной силе.

— О как, — сказал я, и в голове сразу родился план. — А ведь это может даже сработать…

Глава 4

С принцем я разговаривал ещё около часа, пока все интересующие нас темы не подошли к концу. Разговор получился очень интересным, и я заодно придумал, как ловко обыграть сложившуюся ситуацию в свою пользу.

Забавно получилось, что я, как того изначально хотел, оказался в городе. Солнце освещало улицы, и я чувствовал себя просто прекрасно.

— Эх, вот не любишь ты меня слушать, — Ворон появился надо мной и принялся наворачивать круги вокруг головы. — Надо было к Фроловым сразу визит нанести. Убил бы ты их главу рода — и бед не знал. А так вот, они на тебя сами полезли. С любым врагом нужно действовать на опережение, а не ждать, когда он соизволит напасть. Ты же не крепость защищаешь, в конце концов.

— Приобретать репутацию кусающей всех подряд бешенной собаки я желанием не горю, — возразил я словам фамильяра. — Да и император не позволил бы объявить им напрямую войну. Ему не очень выгодно, чтобы новоиспечённый князь принялся охотиться на других ему подобных.

— Знает, что пригрел змей, и всё равно продолжает это делать, — недовольно прокаркал Ворон. — Слабый правитель. Таким надо сразу голову отрубать за малейшую неверность. Иначе они сделают это с тобой.

— Тут ты неправ, — стал объяснять я сущности тьмы. — Романовы не просто так столетиями держат власть. Политика дело тонкое и сложное. Уничтожишь один клубок змей, и на его месте появится новый. Проще контролировать одних, чем искать подход к другим…

Ворон составил мне компанию в городе, пока вечером я не вернулся домой. В целом, я довольно неплохо провёл время, в том числе размышляя о своей жизни. Одним словом, строил планы на будущее.

Домой я вернулся ближе к вечеру. Принял душ, затем учил Белова контролю на заднем дворе, после чего лёг спать. Несмотря на долгий разговор с принцем, день пролетел незаметно. Зато наутро я узнал, что большинство моих студентов вернулись в столицу, готовясь к новому учебному году.

Ну и чтобы посмотреть на мой поединок. Слухи о нём разлетелись куда быстрее, чем я мог предположить. Явно принц постарался или Фроловы. А может обе стороны этого конфликта вместе.

Также с утра пораньше к моему дому пришёл Волков. В отличие от других гостей, он в двери не стучал, а терпеливо ждал, когда я сам выйду. Об этом мне рассказал Ворон, когда я успел позавтракать и включить фильм к просмотру. Правда, дальше вставки я его так и не посмотрел.

Открыв дверь, я вышел из дома и окликнул Волкова.

— Артём Сергеевич, удивлён, что вы решили не заходить в гости, — сказал я, встав напротив парня.

— К вам и так постоянно кто-то ходит из моих друзей. Не хотел вас лишний раз беспокоить, — объяснил своё действие студент. Надо же, какой внимательный.

— Тем не менее, вы тут, — сказал я, глядя на Волкова. — Так что случилось?

— Ничего особенного. На днях ректор добавил в библиотеку труды известного учёного Мелетия о сущностях тьмы. Я их почитал, и мне стало интересно их обсудить с вами, — ответил студент. Я же ничуть не удивился услышать имя древнего старика.

— Опять он, — раздражённо проговорил Ворон, появившись на моём плече.

— Я так понимаю, вы тоже изучили его труд, — сказал Волков и слегка промазал с выводом.

— Скорее лично обсуждал с ним эту тему, — ответил я и заметил, как у парня загорелись глаза от услышанного. Ну и появилась белая зависть. Уверен, он был бы не прочь и сам поговорить с такой личностью. — Выводы у него конечно любопытные. Пойдёмте, прогуляемся, пока новички на тренировку не пришли.

Мы неспешно гуляли по Академии, рассуждая о тьме и природе магии в целом. Что я для себя подметил — парень в свободное время изучил очень много научных трудов, и явно загорелся этой темой. Поэтому следующие его слова меня не удивили:

— У меня появилась гипотеза, что магия тьмы тесно связана с искажением пространства. Однако подтвердить её сейчас я физически не могу, — Волков на секунду замолчал, прежде чем сказать. — Поэтому я хочу стать магом тьмы.

— Зачем? — приподнял я левую бровь. — Магию тьмы можно изучать и другими способами.

— Есть хорошая поговорка. Увидеть в сто раз лучше, чем услышать. Попробовать в сто раз лучше, чем увидеть, — ответил Волков. — Это лучший способ разобраться в работе магии. Я знаю, что это риск, но я к нему готов.

— Тогда вам надо в ближайшее время стать или князем, или Искателем, — сказал я на это заявление. — Второго добиться проще, чем первого. Однако так просто статус Искателя не дадут. Тут даже мои связи не помогут. Его нужно заслужить, совершая рейды в Аномалии. Само собой ещё придётся пройти проверочный экзамен в гильдии, но с последним у вас проблем не будет.

— Другими словами, вы предлагаете мне немного подождать? — коротко спросил студент.

— Верно. К тому же, чем крепче воля, тем легче обуздать силу, — объяснил я ситуацию парню. — Во время ритуала сложно сказать, кто конкретно явится из плана тьмы. Оттуда может появиться «зверь», а может и могущественная сущность тьмы. Первый случай наиболее вероятный. Даже с такими можно заключить контракт.

— А если появится могущественная сущность тьмы, то она наверняка захочет получить моё тело, — догадался Волков.

— Да, — кивнул я. — И у неё будет немало шансов на успех. Такой вариант я исключать не могу, поскольку сущности тьмы тянутся в первую очередь на ауру. Если они чувствуют сильного мага, то горят большим желанием его поглотить. Так что считайте это новым заданием. Стать сильнее, чем прежде.

— Я полагал, что новым заданием будет в одиночку сразить всех новых одногруппников, — пошутил в ответ студент.

— Это второе задание, — как ни в чём не бывало ответил я. — С вас, Артём Сергеевич, и другого костяка группы, спрос больше. Вы все — пример для подражания. Так что испытания будут соответствующими.

— Я уже привык, Алексей Дмитриевич. От судьбы не убежишь, — усмехнулся Волков. Надо же, как его закалили тренировки. — Для меня это очередной вызов. Случай в поезде показал, насколько я был всё это время беспомощным. Так что если хочу превзойти вас, то придётся прилагать ещё больше усилий, чем раньше.

— Главное не забывайте, что я так-то тоже с каждым днём становлюсь сильнее, — хмыкнул я на это заявление.

— Рано или поздно это не станет проблемой, — уверенно ответил парень, бросив на меня дерзкий взгляд. — К слову, мы придём поддержать вас на арене. Этим порочным слухам нужно положить конец.

— Быстро же разлетаются слухи, — сказал я, сразу поняв, кого Волков подразумевает под «мы». — Благодарю за помощь. Только уверен, за ними пойдут новые слухи. Как минимум те, что я вас обрабатываю, заставляя вставать на свою сторону.

— Это не столь важно. Тем более когда наш подарок для вас скоро будет готов, — загадочно сказал Волков.

— Что ж, вы меня заинтриговали. Может хотя бы намекнёте, что за подарок такой?

— Не могу сказать, Алексей Дмитриевич. Сюрприза не получится, — улыбнулся Волков.

— Яблоко от яблони недалеко падает. Сразу видно, с кого студенты берут пример, — не упустил возможности подколоть меня Ворон.

— Надо пожалуй вернуться домой и поставить воду на газ. Кто-то явно хочет искупаться в кипятке, вместе с другими овощами. — парировал я, посмотрев на фамильяра.

— Ты только угрожаешь, но не делаешь, — победным голосом прокаркал Ворон.

— Могу уменьшить рацион питания моей маной в два раза, — хитро посмотрел я на сущность тьмы.

— Так, вот давай без этого! Это уже игра вне правил! — сразу же разозлился фамильяр.

— Ваши отношения с фамильяром меня похоже никогда не перестанут удивлять… — прокомментировал ситуацию Волков. Ровно в тот момент, когда мы дошли до входа на площадку.

Чувствую, такими темпами новички со всем костяком группы передерутся. Хоть в начале учебного года снова турнир организовывай. К слову, надо будет спросить у ректора, собирается ли он его повторно проводить.

По идее смысла в этом мало. После теракта не все будут в восторге от такого хода, боясь повторения истории. Да и сейчас всё внимание зациклено на новой группе, которую будут отправлять в Аномалии. Если рейды будут успешными, то это поднимет авторитет студентов даже больше, чем просто турнир.

Одно дело просто демонстрация силы, и совсем другое — прямой риск. Если аристократы не умрут в Аномалиях в таком раннем возрасте, то этот «подвиг» будет говорить красноречивее любых слов. И само собой, с такими аристократами будут охотнее вести дела. Об этом говорит даже мой личный опыт. Так что пусть страдают, но становятся сильнее.

А сегодня устрою им совмещённую тренировку. Лекция плюс практика. Студенты как раз отдохнули, а на моей основной группе оно хорошо сработало.

Жду не дождусь начала учебного года, чтобы студенты Оболенского приходили на площадку для дополнительных тренировок. Вот тогда можно будет устроить массовые бои. Интересными получатся опыт и веселье.

Пока я размышлял об этом, то успел подойти к новичкам. Те как обычно, стояли в шеренге.

— Похвально, что вы ещё не сбежали. Однако вы даже близко не готовы, чтобы участвовать в рейде в Аномалиях, — нагло сказал я, после чего обвёл новичков взглядом. — Сегодня вашим противником выступит Артём Сергеевич. И пока вы будете с ним сражаться по пять человек, я буду рассказывать вам лекции. Эти знания я потом буду проверять, так что слушайте внимательно. Итак, первыми выступят…

***

Неделя до поединка пролетела как один день. Что надо сказать, это время я провёл с пользой и интересом для себя.

Во-первых, наконец доработал «Чёрное око». Атакующая часть заклинания ослабла, но зато ценой урона они стали прочнее. Теперь обычным заклинанием их не уничтожишь. Да и не рассеешь тоже.

Пока у меня есть мана, они сами будут раз за разом появляться, не давая врагу покоя. Прямо как живые тени. Против них конечно есть свои контрмеры, но враг в бою ещё должен о них додуматься.

Во-вторых, мои студенты меня здорово так повеселили. Приятно было видеть, что они стоят на несколько голов выше, чем новичков. Те же пятикурсники практически не могли ничего сделать тому же Волкову, Фроловой, Морозовой, Алееву, Завьяловой и другим. По крайней мере, поодиночке.

Новички наконец стали осознавать, насколько они слабы по сравнению со своими сверстниками. Настолько, что даже без моего участия, вся экспериментальная группа разделилась на две части. «Младшую» и «Старшую».

В младшую входили новички, которые только-только начали у меня учиться. В старшую — те, кого я обучал с первого семестра. Против такой иерархии я не возражал. Да и чего врать, было забавно наблюдать, как пятикурсники вынужденно откидывают гордость и обращаются ко второкурсникам как к «старшим», прося совета, как стать сильнее.

Ректор правда был совсем не в восторге от моих действий. Вот совсем.

— Когда я давал тебе полномочия делать что угодно, я не думал, что ты пойдёшь на такие радикальные методы, — сказал он, стоя на площадке и наблюдая за обучением студентов. — Ты даже не представляешь, сколько жалоб и угроз мне прислали родители, что они заберут своих чад и перестанут финансировать Академию.

— Пустые угрозы и жалобы. Не забрали же, — хмыкнул я в ответ.

— И всё же, в Академии, в которой все должны быть равны, всё равно появилась иерархия, — недовольно проговорил Ланцов. — Это явно не то, чего я добивался и ожидал от тебя увидеть.

— Посмотрите на это с другой стороны, — сказал я, показывая пальцем на тренировку. — Моих студентов можно воспринимать как преподавателей. Они не унижают других и не гнобят, как это делают некоторые аристократы над простолюдинами. Лично я ничего не вижу плохого в том, чтобы старшие ученики делились опытом с младшими. Да, качество такого обучения не сможет быть идеальным, но это всяко лучше, чем если я буду учить больше полсотни студентов одному шаблону.

— У тебя необычный взгляд на вещи, — погладил свою бороду старик. — Однако речь шла всего о паре часов тренировок в день. Зачем ты сказал студентам тренироваться с утра до вечера?

— С их уровнем сил, пару часов маловато будет, — покачал я головой. — Больше двадцати человек за минуту не смогли победить мою ученицу. Вдумайтесь только. Двадцать талантливых магов, среди которых большинство старшекурсники, не смогли победить своего ровесника.

— Тут ты прав, — согласился со мной ректор. — Во времена моей юности я знал магов, что запирались в пещерах или даже Аномалиях, чтобы постичь все тонкости магического искусства. А сейчас кто станет так гоняться за силой? Отчасти поэтому я захотел внести реформы, чтобы изменить методы обучения.

— Значит ко мне претензий нет? — глянул я на него.

— Их и не было. Я сам дал тебе право делать то, что считаешь нужным. Можешь воспринимать мои слова как брюзжание старика, — тихо рассмеялся Ланцов.

— По сравнению с господином Мелетием, до старика вам ещё далеко, — усмехнулся я в ответ.

После этого у нас с ректором были и другие разговоры. Например, касающиеся запретной части библиотеки, новой «кухни» для студентов, и много чего ещё. Однако все они были короткими и строго по делу.

Все же дуэль не повод откладывать другие свои дела. Тем более что дуэль пройдёт и не заметишь, а вот если не привезут необходимые ингредиенты, то я могу кого-то и поджарить.

Ну а затем пришла пора ехать на бой. Кто должен был предстать моим противником я не знал, но подозревал, что кто-то из Фроловых. Либо брат, либо может быть, сам князь?

Хотя вряд ли бы они стали так рисковать репутацией. Даже если они вдруг одержали бы победу, что о ней подумают зрители? То что у нас слишком большая разница в возрасте. Много чести в победе над тем, кто практически в два раза младше тебя?

Так что посмотрим, что они задумали и кого собираются выставить. Главное чтобы это не повлияло на наш с принцем план.

Приехал я на само мероприятие на мотоцикле. В этот раз мне не приходилось прятаться под невидимостью, чтоб занять уютное место для наблюдений. Теперь приходилось самому быть центром внимания. Особенно учитывая, что на трибунах я увидел по меньшей мере, пару сотен аристократов.

Сомневаюсь, что здесь найдутся представители слабых родов. Если так, то сложно переоценить вклад принца в план. У всех этих людей наверняка были свои планы. Хотя наверняка здесь найдутся и те, кто поддерживает второго принца. Впрочем, это всё детали, которые меня мало касаются.

На самой арене стояли несколько секундантов, принц, глава рода Фроловых и незнакомый мне мужчина на вид так лет тридцати, в чёрном плаще. Полным слабаком я его назвать не мог, но по силе он явно уступал тому же Оболенскому. Могли бы кого-то посерьёзнее привести на арену, в самом-то деле.

— Ваше Императорское Высочество, — поздоровался я с принцем и полностью проигнорировал Фролова.

Моё действие не осталось им незамеченным. Это ведь спокойно могло восприниматься как оскорбление.

— Похоже, ваши покойные родители не привили вам манеры, — колко заявил он, видимо решив, что сможет надавить на больную тему. Ага, размечтался. — С таким поведением вам и аристократом быть непозволительно.

Это уже был в том числе укол в сторону Романовых. Всеволод хотел ему что-то ответить, но увидев мой пронзительный взгляд, решил промолчать.

— Я вежлив лишь с теми, кого уважаю, — этого короткого укола было достаточно, чтоб лицо главы скривилось от недовольства.

Ещё бы, эти слова были сказаны на такую огромную публику. И на дуэль он здесь и сейчас меня вызвать не сможет.

Какой-то странный у моей ученицы отец. Я думал, он умнее. По крайней мере, не глупее брата. Так подставляться под удар, это уметь надо. Или же он почему-то решил, что раз я молод, то со мной проканают дешёвые провокации? Демоны его знают.

— Попрошу не разжигать конфликт, — вежливо, но в то же время со скрытой угрозой произнёс принц. — Мы здесь не ради того, чтобы разрешать межродовые вопросы. Борис Станиславович, держите себя в руках. Алексей Дмитриевич, не добавляйте масла в огонь.

— Приношу свои извинения, Ваше Императорское Высочество, — вежливо и вынужденно поклонился Фролов.

— Хорошо, — коротко кивнул я, своим поведением опять же показывая приближённость к принцу.

Такое поведение было допустимо только самым приближённым людям. Собравшиеся не могли этого не заметить. Это положительно сыграет на моём статусе, а там глядишь, и желающих усложнить мне жизнь уменьшится.

— Вашим оппонентом, Алексей Дмитриевич, станет князь Егор Юрьевич Долгоруков, — сказал принц, и я уже с большим интересом посмотрел на оппонента. Не ожидал услышать здесь знакомую фамилию.

Хорошо хоть я не обратился за их услугами по восстановлению родового поместья. Как минимум получилась бы неудобная ситуация. Как максимум — пришлось бы разорвать договор и потерять внушительную сумму денег. Даже сама идея доверить строительство дома врагу звучала абсурдно.

— Долгоруковы, значит, — задумчиво сказал я, после чего обратился к оппоненту. — Жаль конечно, что придётся выступать не против главы рода. С ним я бы померялся силами. Будем надеяться, Егор Юрьевич, что вы меня не разочаруете.

— Не меня здесь обвиняют в слабости, а вас, — ловко парировал князь. Я оценил.

— Обвинить человека можно в чём угодно. А вот сколько в этом правды, совсем другой вопрос, — ухмыльнулся я в ответ. — Мои действия говорят сами за себя. О вас же я ничего не слышал. Так что пусть окружающие сами делают выводы.

— Согласен. Не мы, а наше окружение должно делать о нас выводы, — гордо заявил мужчина. — Оно же рассудит, заслуживает ли человек, заимствующий силу монстров, своего титула.

Затем мужчина вытащил руку из-под плаща и продемонстрировал своё оружие. На руке я увидел перчатку с длинными прямыми когтями. Вроде их в Японской Империи называют Сюко. Необычное оружие и как по мне, жутко неудобное. Тот же меч куда практичнее, или те же кинжалы. Странный выбор для боя один на один.

— На этом знакомство будем считать оконченным, — сказал принц. — Обе стороны извещены о конфликте. Бой будет проходить до момента, пока одна из сторон не будет в состоянии продолжить бой или решит сдаться. У вас две минуты на подготовку, пока мы с Борисом Станиславовичем и остальными покидаем арену.

Арена быстро стала свободной для боя. Пока я ждал начала боя, то заметил, что яму от взрыва всё-таки заделали. Было бы забавно, оставь они её здесь в качестве напоминания.

Затем же прозвучал гонг. Мой противник сорвался с места, используя для этого магию ветра. Воин всё-таки. Сорвался с места, потому что знает, что я специализируюсь на дальнем бое. Он же не хочет давать мне время использовать теневую форму или призвать сущностей тьмы.

Наивный, раз считает, что я бы этого не успел. Он изначально находился на слишком большом расстоянии, чтобы мне помешать. А теперь практически полностью открылся под удар.

Не дожидаясь врага, я тоже сорвался с места. На миг на его лице проскользнуло удивление, а затем улыбка. С помощью ветра, он ускорил себя и замахнулся правой рукой, явно целясь когтями в горло. Одновременно с этим вокруг его левой руки появился небольшой магический круг.

Первый удар был обманкой. Мужчина рассчитывал, что я отпрыгну назад или поднырну под удар. Тогда бы плетение точно попало бы мне в живот. Среагировать и создать барьер в таких условиях было непростой задачей. Хорошая попытка, но не более.

Из моей ладони первым вылетел мощный поток ветра. Он не только прервал заклинание, но и отбросил мужчину на несколько метров в сторону. В этот момент я мог закончить бой сразу, но не стал этого делать.

Принц верно говорил — одной победы тут мало. Нужно показать своё превосходство. Настолько, чтобы ни у кого не возникло желания хоть что-то возразить.

Слишком быстрая победа тут на пользу бы не сыграла. Кто-то бы решил, что мне просто повезло. Нет, тут надо показать именно что профессионализм.

— Моя студентка, Екатерина Орлова, и то лучше магией воздуха владеет. А ей всего девятнадцать, — пренебрежительно сказал я, наблюдая за тем, как поднимается противник. — Егор Юрьевич, может покажете что-то стоящее? А то что-то совсем слабовато для целого князя.

— Я лишь на секунду позволил себе удивиться, что вы не используете своих существ и магию тьмы, — на лице мужчины заиграла странная улыбка. Какая-то необычная у него реакция. — Чего же вы её не используете?

— Это вас не касается, — сказал я, намеренно вводя противника в заблуждение.

Сомневаюсь, что Егор Юрьевич изначально надеялся победить. Фроловы и Долгоруковы явно использовали его, как разменную монету. Теория принца подтверждалась делом — они хотят распространить слухи, что я победил только за счёт запретной силы. Однако использовать магию тьмы я не собирался.

Мой оппонент воспринял этот ход иначе. Должно быть решил, что я не могу контролировать эту силу. Значит теперь у него появились шансы на победу. Если лишить мага тьмы его главного козыря, то что от него останется?

Противник сам для себя сделал выводы. Его самодовольство говорило само за себя. Он смотрел на меня так, словно уже победил. И ведь не смутился даже, что меньше минуты назад валялся спиной на земле.

Мужчина снова сорвался с места, только в этот раз из его рук вылетели два мощных ветряных лезвия. Я не стал сдвигаться с места и просто заблокировал их барьером, давая противнику сократить дистанцию.

В этот раз его когти засияли маной. Он взмахнул руками и из них вырвался мощный поток ветра, на манер моего. Я рефлекторно закрыл лицо руками. Воздух сдвинул тело назад, собрав под ногами небольшую горку земли, однако сама атака никак не навредила. Она должна была меня отвлечь и не дать увернуться.

Из-за поднятой пыли он же не заметил, как я незаметно создал под ногами магический круг. Будь он воином поопытней, то почувствовал изменения в магическом фоне, а так не думая угодил в мою ловушку.

Он зашёл мне за спину и снова занёс когти для удара. В этот же момент огненные цепи вырвались из земли, обхватив конечности мужчины и причиняя тому адскую боль. Только противник даже не успел её толком почувствовать.

Одним ударом в шею я заставил его отрубиться. Цепи исчезли, и его обмякшее тело упало на землю. Сразу же за этим барьер рассеялся, и на арену поспешно забежали целители. Главный секундант же громогласно закричал:

— Победил Алексей Дмитриевич Воронов!

На трибунах аристократы восторженно зааплодировали бою. До меня доносились слова «дерзко», «нагло», элегантно», но я не особо вслушивался, что аристократы думают о бое. Вместо этого я посмотрел в ту сторону, где сидел глава рода Фроловых.

Глава 5

Внешне мужчина пытался сохранять спокойствие и невозмутимость, однако оно ему с трудом давалось. Трещины на подлокотнике, набухшая вена на лбу, злость, читаемая в глазах — всё говорило о том, что отец Елены в ярости. За этим даже было забавно наблюдать.

Что у него был за гениальный план, я мог только предполагать. Но своими действиями Борис Станиславович рыл сам себе могилу. Обвинять в слабости новоиспечённого князя, который стал наставником для его дочери…

Ладно, нет смысла гадать, что у него творится в голове. Наверняка есть детали, о которых я попросту не знаю. Раз так, то смысла об этом задумываться снова нет. Зато есть смысл его ещё сильнее позлить, и заодно толпе объяснить простую мысль.

— Магия тьмы это всего лишь один из множества моих инструментов, — сказал я, усилив звук и обращаясь к зрителям. Затем я уже обратился лично к главе рода Фроловых. — Борис Станиславович, этого достаточно, чтобы признать мою силу?

— Да, Алексей Дмитриевич, — сквозь зубы произнёс мужчина. — У нас больше нет вопросов и возражений к вашей силе.

— Вот и хорошо. Надеюсь, вы больше не будете красть моё время по пустякам, а то я могу и разозлиться, — с намёком сказал я, после чего двинулся в сторону выхода из арены.

Теперь предстояло поехать в императорский дворец. В последнее время я там появляюсь чуть ли не чаще, чем у себя дома. Забавно, учитывая, что туда пытаются попасть аристократы со всей Российской Империи.

Ладно, надо дать себе отдохнуть напоследок. Через пару дней начинается учебный год. Новичков я, конечно, скину на своих студентов, но наверняка появятся другие проблемы. Так что посмотрим.

***

После дуэли на арене я заметил одну интересную деталь. Всё меньше людей стали смотреть на меня с ужасом в глазах. Страх сменился уважением. Пусть и небольшим, но тем не менее — аристократы умели признавать силу. Впрочем, и тут не без нюансов.

— Непростые пошли времена, — сказал Ворон после того, как я покинул дворец и ни с кем не подрался. Даже как-то непривычно. — Столько лет магов тьмы считали злодеями, а ты взял и испортил многовековую репутацию.

— Не испортил, а исправил, — поправил я Ворона. — Да и то, это скорее дело рук принца. Что ни говори, с ним выгодно сотрудничать.

За этими разговорами я вернулся домой. Там меня как обычно, ждала гора писем. Сомневаясь, что утром у меня будет больше желания разобраться со всеми ними, я решил заняться этим сразу.

— Как же тут много предложений о помолвке… — сказал Ворон, читая содержимое. — Баронские, графские, княжеские рода — все как на подбор. О, забавно!

— Что такое? — посмотрел я на Ворона. В содержимое писем я особо не вчитывался, в отличие от фамильяра.

— Глава рода Алеевых предлагает тебе жениться на своей дочери за щедрое приданое, — насмешливо прокаркал Ворон. — Не хочешь стать родственником своему студенту?

— Делать мне больше нечего, — покачал я головой. — Ты же знаешь, я против брака по расчёту. Какие бы мне богатства ни предложили, я и сам их могу получить так или иначе. Это всего лишь вопрос времени. А любовь за деньги не купишь.

— Странно слышать это от человека, который никогда не влюблялся, — многозначительно посмотрел на меня Ворон. — Хотя ты ещё молодой. Куда тебе торопиться? С моими знаниями проживёшь даже больше, чем твой Мелетий. И выглядеть будешь огурчиком!

— Вот не надо из меня огурца делать. Мне и человеком нравится быть, — усмехнулся я в ответ на такую формулировку. — Любовь в целом вещь сложная.

— Поэтому ты не любишь поднимать эту тему? — полюбопытствовал фамильяр.

— Ну как не люблю? Скорее не вижу смысла её обсуждать, — покачал я головой и открыл очередной конверт. А вот это письмо полностью поглотило моё внимание.

«Прошу прощения, что давно не присылал вам письма. К сожалению, я был занят очень важным делом. Надеюсь, вы не держите на меня обиду и помните о нашем союзе. Так что перейду к делу.

Алексей Дмитриевич, за вами послали убийцу. Уверен, вы привыкли с ними расправляться, но этот особенный. Ни один маг ещё не ушёл от него живым. Он оружие, которое беспрекословно выполнит приказ. Даже если ради этого придётся забрать множество других невинных жизней.

Первому принцу Российской Империи грозит опасность. Когда придёт время, я надеюсь, что вы ему поможете. Его смерть станет толчком к хаосу, который так нужен сами знаете кому.

Среди ваших студентов затесался предатель. Я не могу назвать имени или фамилии, или хотя бы намекнуть, кто это. Пожалуйста, сохраняйте бдительность. Им нужна Владычица Теней. Та, что сидит в Морозовой. Он хочет заполучить её силу, пока Лидия Евгеньевна не набрала достаточную силу. Пока связь между ней и сущностью тьмы не настолько сильна.

Я очень хочу встретиться с вами, чтобы лично поговорить и всё рассказать, однако не могу. Меня уже подозревают в шпионаже. Слишком рано раскрывать себя.

Если же меня не станет… Я оставил тайник со всеми знаниями. Мой человек поделится с вами его местоположением.

Смерть страшит меня, Алексей Дмитриевич. Я чувствую, как над моей головой навис меч. Однако я должен сделать то, что считаю нужным. Надеюсь вы поступите так же, Алексей Дмитриевич.

Мы не должны позволить человечеству быть уничтоженными. Даже если придётся заплатить огромную цену.

Благодарю, если вы дочитали до этих строк. Мне нужно было выговориться. Надеюсь, когда всё это закончится, мы сможем встретиться лично и отпраздновать нашу победу.

Искренне на это надеюсь…»

На этом письмо заканчивалось. Сомневаюсь, что сам информатор верил, что сможет дожить до этого дня. Тут я мог только ему посочувствовать.

— Самопожертвование есть высший нравственный закон, — неожиданно проговорил Ворон. — Он знал, на что шёл. Любой, кто шпионит, всегда рискует собой. Это его путь. Тут не о чем сожалеть.

— Я и не спорю, — сказал я, сжигая письмо после прочтения. — Не будем рассуждать об этом. У нас теперь есть другая проблема.

— Предательство среди студентов? — сразу же догадался фамильяр. — Это да, проблема. Думаешь, это кто-то из костяка?

— Сомневаюсь, — покачал я головой. — Некоторые конечно ведут себя странно. Взять того же Новикова. Он никогда на занятиях толком не старается. Вечно молчит или ехидно смотрит на всех. Странное поведение? Да. Но не для шпиона того же «Краха». Он так много информации не добудет.

— Значит это кто-то из новеньких, — озвучил Ворон мои мысли.

— Наверняка. Вопрос только кто именно. Через пару дней придёт пополнение на тридцать человек. Того больше полсотни. Иди попробуй отыщи среди них предателя.

— Есть такая проблема, да, — согласился со мной фамильяр. — Сколько за каждым не следи, скорее всего не узнаешь. Только через ментальную проверку, но тогда ты информатора подставишь. Да и студенты будут крайне этим недовольны. Дилемма, однако.

— Самым лучшим вариантом будет делать вид, будто мы ничего не знаем, — немного подумав, сказал я. — Раз уж предателя не вычислишь, нужно дожидаться от него ошибки. Наверняка его действия будут связаны или со мной, или с Морозовыми. Других приоритетных целей я не вижу.

— Как вариант, — согласился Ворон. — Если Крах охотится за сущностями тьмы, зачем им будет нужна та же Фролова, например? Хотя они опять могут кого-то из твоих похитить, чтобы чисто тебя позлить и вынудить прийти в ловушку.

— Я не думаю, что им такой опыт понравится, — хмыкнул я в ответ. — Как минимум в следующий раз я могу прийти не один, а с целым отделом ИСБ, ректором и другими сильными магами. Вот тогда я бы посмотрел на реакцию «Краха». Заставит ли их подобное совершать ошибки, что приведут к их падению?

— А ещё на меня говорят, что я злопамятный, — усмехнулся Ворон. — А сам-то!

— Просто меня не надо злить, — хмыкнул я в ответ. — И почему об этом вечно забывают?

***

Начало нового учебного года выдалось для меня непростым. И вовсе не из-за новичков. С ними как раз всё было в порядке. Мои студенты показали им, кто чего стоит, а затем я уже распределил их по временным командам. Так, пока не пойму, у кого какие способности, и как они лучше будут синергировать друг с другом.

Отдельно порадовал граф Оболенский. Он не только приводил своих студентов для совместных тренировок, но и сам в них участвовал. Спарринговаться с графом мне было особенно интересно. Хоть какой-то достойный противник, когда я разумеется осознанно себя ограничиваю. Ну и к тому же он обучал мастерству меча других моих студентов.

Уж к чему-чему, а к холодному оружию у меня рука не лежала. Так что граф мне в этом деле очень сильно помог.

Так почему же начало выдалось непростым? Всё опять же из-за моих студентов. Кто бы мог подумать, что наблюдать, как они портят хорошие продукты, будет так больно.

— Александр Павлович, это же бифштексом должно быть, а не жареной подошвой, — сказал я, глядя на обгорелый кусок мяса. — Игорь Александрович, ну куда столько соли сыпете. Вы не овощное рагу сделаете, а солёное море. Артём Сергеевич, ну зачем опять столько перца…

Серьёзно, мне стоило огромных усилий, чтобы сдержаться и не начать ругаться на студентов. Нет, я понимаю, что вначале всегда тяжело. Особенно когда до этого практически не готовил. Но чёрт возьми, это же не самые сложные блюда. Как можно раз за разом наступать на одни и те же грабли? Тем более после всех моих объяснений. Они же маги. Как маг может не уследить за едой?!

Не думал, что это окажется для меня настолько больной темой. Одно радовало — хотя бы княгиня Голицына показывала кулинарное мастерство. Она не умела сама готовить еду с помощью магии, но вот с помощью артефактов очень даже. Приготовленный ею жюльен с курицей и грибами так и вовсе вызвал восторг у моих вкусовых рецепторов.

Жизнь вновь стала размеренной и весёлой. Что ни говори, а обучать студентов всё равно доставляло мне удовольствие. Видеть, как они страдают и одновременно с этим становятся сильнее. Что может быть лучше?

Однако про себя я тоже не забывал и минимум два часа в день просиживал в библиотеке. Всё-таки разговаривать с Марией Игоревной на тему магии было интересно. Она была очень начитанной и образованной женщиной.

— Алексей Дмитриевич, вы слышали, что в столицу через пять дней приезжает музейная экспозиция? — стоило мне войти в библиотеку, как местная библиотекарша сразу озадачила меня вопросом. Причём даже без приветствия.

— Не слышал. О чём идёт речь? — с интересом спросил я.

— Там представлены труды древних магов, где в том числе есть уникальные гримуары. Меня, как специалиста, пригласили изучить данные труды и помочь в реставрации. Если хотите, можете сопроводить меня и тоже изучить материал, — предложила Мария Игоревна.

— Грех отказываться от такого щедрого предложения, — довольно улыбнулся я и подмигнул. — С меня должок.

— Бросьте, Алексей Дмитриевич, — улыбнулась в ответ женщина. — Мне наоборот, только спасибо скажут, если я в качестве исследователя приведу целого князя. Ваши познания в магии весьма обширны. Я не сомневаюсь, что другие учёные не упустят возможности с вами подискутировать на самые разные темы. Большинство же из них чисто теоретики и сами в магическом плане ничего не умеют.

— Даже так, — хмыкнул я. — Что ж, чувствую мне придётся на неделю другую оставить студентов без присмотра. Впрочем, вряд ли Аристарх Евгеньевич будет возражать, если их будет и дальше обучать сущность тьмы.

— Не сомневаюсь, что для них это станет необычным опытом, — сдержанно рассмеялась Мария Игоревна. — И для студентов, и для сущностей тьмы.

— На войне все средства хороши. Даже такие, — пожал я плечами. — Тем более если это работает.

Главное только чтобы музейная экспозиция не проходила совсем далеко от Академии. Ворон и Вельзи конечно могут отдаляться от меня на далёкие расстояния, но даже у них есть предел. Чем дальше они отдаляются, тем сложнее мне подпитывать их маной. А без неё они попросту вернуться в план тьмы.

Впрочем, ладно. Буду решать проблемы по мере их появления. Тем более экспозиция не сегодня приедет.

У Марии Игоревны я просидел ещё где-то пару часов. В основном мы обсуждали предстоящий поход и то, какие труды там находятся. Что меня особенно приятно удивило — большинство из них были посвящены Африке, а точнее их магии.

Африка в целом континент весьма специфичный. До «Великого Раскола» у них точно хватало отдельных племён, практикующих необычную и в основном древнюю магию. Я по праву мог их назвать одними из лучших ритуалистов в мире.

После «Великого Раскола» ситуация изменилась. Формально, по документам, вся Африка является единым государством, с избираемым лидером во главе. На деле же часть регионов колонизировали или оккупировали, остальные же не торопятся подчиняться государственной власти. Они живут своими порядками и зачастую традициями, уходящими в глубокую древность.

Их нынешний строй правильнее было бы называть Полисом. Каждый город это небольшое государство, со своим сводом правил. В коалицию их лидеры готовы объединяться только в одном случае — если грядёт война с захватчиками или из Аномалий со всех щелей идут монстры.

Также в редких случаях они также могут объединиться в союз, чтобы захватить города соседов. Такое случалось ещё и до времён «Великого Раскола», когда Африку ещё можно было назвать единым государством, пусть и со своими нюансами.

Как ни крути, это очень проблемный континент. Чужаков они не любят, в том числе гильдию Искателей. Не гнушаются они и охотиться за нас, ведь известно, что у Искателя много добычи. И главное не боятся, что гильдия после такого им уши оторвёт. Жизнь у них тяжёлая, они привыкли жить в опасности.

Что уж говорить, когда даже большинство магов не могут позволить себе образование. Лидеры полисов не особо задумываются об доступности знаний. Каждый думает только о себе. Не удивлюсь, если с таким строем лет через сто, от африканской цивилизации ничего не останется.

Даже сейчас, без поддержки других стран, все эти города-государства вряд ли бы могли существовать. По-настоящему крупных городов там мало, а количество растущих Аномалий никому не играет на руку. Так что стоит империям и гильдии Искателей перестать оказывать помощь, как всё быстро превратится в хаос.

Выживут разве что племена. Вот там неодарённого человека ты никогда не найдёшь. Ну если только они не собираются принести его в кровавую жертву. Они варвары, которым неведомы моральные принципы, но сильные варвары.

Все эти моменты я в том числе обсуждал с Марией Игоревной. Разговор получился длинным, но весьма интересным. Теперь оставалось дождаться, когда же я смогу познакомиться с их трудами. Всё-таки магия африканцев тоже довольно специфична и чем-то напоминает магию шаманов орков.

Когда я покинул библиотеку, Ворон как обычно появился на моём плече.

— Африка это хорошо. Давно я там не бывал, — довольно прокаркал он.

— Так говоришь, будто я собираюсь туда лететь прямо сейчас, — недовольно буркнул я. — Жарко, сухо, местные постоянно норовят тебя убить. Нет уж спасибо, появляться там без особого повода я не хочу. Хуже места для жизни не придумаешь. В Аномалиях и то безопаснее бывает.

— Зато можно угрожать студентам, что ты их туда отправишь, если будут плохо учиться, — подал мне идею Ворон.

— Скорее уж если будут на постоянной основе переводить хорошие продукты, — ухмыльнулся я, после чего добавил: — Так что случилось? Ты же явно не из-за этого появился. Я тебя знаю, Африка тебя не настолько интересует.

— Предпочитаю азиатскую культуру, это да, — прокаркал в ответ фамильяр. — Там тебя снаружи твой студент поджидает.

— Очень любезно с твоей стороны, что ты предупредил, — усмехнулся я в ответ. — Вот умеешь же не вредничать. Нет бы всегда так.

— Кто бы говорил. Сам постоянно угрожаешь посадить меня на диету, — парировала сущность тьмы.

— Ну значит мы друг друга стоим, — сказал я и очень скоро подошёл к выходу. Снаружи же меня ждал Новиков.

Вот уж кого-кого, а мага звука увидеть я не ожидал. Мы с ним даже на тренировках толком не общались.

— Приветствую, Алексей Дмитриевич, — поздоровался он со мной, стоя облокотившись на стену. В руках у него при этом был небольшой бумажный пакет.

— И вам доброго дня, Игорь Александрович, — вежливо ответил я, даже в уме не представляя, что от меня могло понадобиться парню.

Он один из тех тихих студентов, которые вроде есть у меня в группе, но которые при этом никак не торопились себя проявить. Даже по прошествии большого количества времени.

Нет, справедливости ради, Новиков был сильнее практически любого пятикурсника. Магией звука он овладел очень недурно, а его противники просто не понимали, как ей противостоять. Особенно звуковым иллюзиям, от которых не спасали даже барьер или ментальная защита.

При правильном использовании звук может стать очень опасным оружием. А если еще вспомнить что он может порождать вибрации, что правда значительно сложнее воплотить в магическом воздействии, то…

Сложно противостоять противнику, когда перед глазами всё плывёт. Ориентироваться только на ауру они тоже не могли. Для этого опять же, нужен опыт и мастерство, которым студенты попросту не успели овладеть.

Но на мой взгляд, парень мог добиться и лучших результатов. Среди «старшей» группы, он по силе уступал многим. Та же Морозова его бы победила без особых проблем. Даже к помощи Тейры почти не пришлось бы прибегать. Фролова и Волков тоже.

Против Орловой у него тоже не было бы и шанса. Девушка очень умело использовала огонь, особенно на дальних дистанциях. Парень попросту бы не дотянулся своей магией до неё.

В общем-то, объективно один на один он мало кого мог бы победить. Лазареву разве что, поскольку атакующих плетений и защитных плетений в арсенале у неё было маловато. Использовать же эффективно иссушение на дальних дистанциях без поддержки товарищей она не могла.

Ну и Соколова с Завьяловой возможно тоже. Парень, как и Белов, явно скрывал от меня свой настоящий дар. На что конкретно он был способен, я не знал. Что касается Завьяловой — тут уже зависит, сработало бы её очарование или нет. Новиков на ближнюю дистанцию её бы к себе не подпустил, чтобы она могла использовать нити.

Вот и спрашивается, с чего вдруг Новикову пристало со мной встретиться? Странно и очень подозрительно.

— Мы можем немного прогуляться по Академии? — спросил он, и одновременно с этим наложил звуковой барьер. А вот за это молодец, сделал всё по технике, как я его учил. — Если конечно у вас нет срочных дел.

— Я не возражаю. Прогулки положительно влияют на здоровье, — хмыкнул я в ответ, после чего встал сбоку от парня. — Пойдёмте.

Пасмурная погода немного портила настроение, но только немного. Что уж поделать, если осень это как правило сезон дождей. Однако и в такой погоде был свой шарм.

— Угощайтесь, Алексей Дмитриевич, — пройдя шагов тридцать, парень предложил мне пакет. Я посмотрел внутрь и увидел красные ягоды.

— Обычно это я всех угощаю, а не наоборот, — усмехнулся я смекалке парня, но горсть ягод в руки взял.

— Значит я не все, — сказал парень и достав ягоду, закинул её в рот. — Хотелось бы мне вас порадовать собственно приготовленной выпечкой, но боюсь даже ваш организм не справился бы с такой отравой.

— Самокритично, — усмехнулся я и невольно вспомнил, как готовили большинство студентов. — Правда в первую очередь у меня разорвалось бы сердце от вида испорченных продуктов.

Затем я последовал его примеру и попробовал на вкус угощение. Ягода оказалась очень сладкой, будто я выпил чистый нектар. При этом вкус отдавал нотками мёда и пряностью. Вот это я понимаю, аномальный продукт обладающий толикой магической энергии, что придавало совершенно необычное послевкусие.

— Смотрю, вы не меньше сладкоежка, чем я, — даже как-то чересчур обрадованно сказал парень. — Рад, что вам понравилось.

— Они прекрасно подойдут к тортикам, — задумчиво сказал я. — Если поделитесь запасами, обещаю поделиться кусочком.

— Меньше чем на треть не соглашусь, — ехидно улыбнулся парень, глядя на меня.

— А вы, княжич, умеете торговаться, — оценил я такой ход с его стороны. — Треть так треть. Всё равно я несколько тортиков испеку.

— Вам в свою очередь хитрости не занимать, князь, — как ни в чём не бывало ответил Новиков.

Парень оказался на удивление куда более разговорчивым, чем я считал до этого. На тренировках от него я от него слова не слышал, если только вопрос не касался магической части. А тут вон как себя проявил. Долго же создавал о себе обманчивое впечатление.

— Ладно, оставим шутки в сторону, — решил я перейти к делу. — Зачем вы меня позвали, Игорь Александрович? Хотите стать сильнее или нужна помощь?

— Ни то, и ни другое, Алексей Дмитриевич, — вновь ехидно улыбнулся Новиков. — У меня нет к вам личной просьбы, да и помощь мне не нужна. Только пара вопросов, на которые я надеюсь, вы захотите ответить.

— Всё зависит от самих вопросов, — пожал я плечами. — Спрашивайте, я внимательно слушаю.

Ехидная улыбка пропала с лица Новикова, а лицо стало серьёзным.

— Вам кто-нибудь рассказывал, откуда появилась тринадцатая группа?

— Смотря что вы имеете в виду, — не до конца понял я смысла вопроса.

— Пожалуй, я неправильно выразился, — подождав секунду, ответил Новиков. — Речь не о том, что ректор посчитал нас особо одарёнными магами, которые смогут выделяться на фоне остальных. Об этом я уверен, он и сам вам рассказывал.

В ответ я коротко кивнул. Новиков в свою очередь продолжил:

— Вас никогда не удивляло, что двадцать разных студентов почему-то крепко дружат друг с другом, хотя на тот момент учились вместе всего один месяц? — спросил он, и сразу же добавил: — Не без своих исключений конечно. То что Ксения недолюбливала Елену, брать в счёт не будем.

— Скрывать не буду, удивило, — как есть ответил я. — Однако часть выводов напрашивалась сама собой.

— Тогда вы не против, если я расскажу полную историю нашего знакомства?

Глава 6

— Не против, — бросив на парня задумчивый взгляд, коротко ответил я. — С удовольствием выслушаю всю историю.

Что тут сказать, Новиков сумел меня заинтересовать. Само собой я, и до этого подозревал, что кто-то из них был знаком друг с другом. Дружба за месяц в обычных условиях редко рождается. Тем более дружба между двадцатью людьми. Сложно привыкнуть за такой короткий срок к такому количеству людей, не говоря уже о привязанности.

Так что да, их явно что-то объединяло. Причём Ланцов почему-то всеми силами не хотел об этом рассказывать. Может потому что считал это личной тайной, а может… Да чёрт его знает почему. На ум ничего другого сейчас не приходит.

— Только давай в подробностях, чтобы мне тоже было интересно послушать, — как всегда внезапно появился мой фамильяр. Новиков его появлению совсем не удивился.

— Само собой, Ворон, — хмыкнул княжич, наблюдая за тем, как фамильяр недовольно щёлкает клювом.

— Уважением тут даже не пахнет! — сказала сущность тьмы. — Я вообще-то старше в десятки раз.

— Не я первый обратился на“ты», — самодовольно улыбнулся княжич. — Так что теперь только Ворон, и никак иначе. Твоего иного имени я не знаю.

— Алекс, можно я его сожгу во тьме? Ну пожалуйста, — с надеждой в глазах посмотрел на меня фамильяр. — Одним студентом больше, одним меньше. Никто же не заметит.

— Нельзя, — повёл я пальцем из стороны в сторону, стараясь не улыбаться. — Зря я на него столько времени угробил? Да и он в данной ситуации прав.

— Ясно всё с тобой. Своих студентов уже ценишь больше чем меня, — наигранно фамильяр изобразил разочарование.

— Я на твои уловки не поведусь, даже не надейся, — сказал я, после чего обратился к княжичу. — Что же, внимательно вас слушаю.

Новиков не стал долго томить меня ожиданием и принялся рассказывать:

— Пожалуй, началось всё лет семь назад. Большинству из нас исполнилось двенадцать лет, и главы родов стали приобщать нас к аристократической жизни. Если быть точным — приводить с собой на светские мероприятия. Уже там части из нас довелось впервые встретиться и познакомиться друг с другом. Это всё было знакомством, не более того. Однако уже тогда у большинства из нас была общая цель, — парень намеренно взял паузу, прежде чем продолжить. — Можете считать это юношеским максимализмом, но мы ненавидели сложившиеся устои общества, и хотели их изменить в лучшую сторону.

— В каком плане? — решил уточнить я.

А то знаю куда эти желания людей заводят. Они же видят лучшую сторону именно в своем понимании не особо задумываясь, а остальным оно надо вообще или нет.

— Например, наблюдать за тем, как сильные душат слабых. Видеть, как из-за жадности одни убивают других, лишь бы не делиться с властью и местом под солнцем, — метафорично, но достаточно понятно объяснил княжич. — Я сам неоднократно был свидетелем того, как из-за действий одного «человека» гибли десятки, если не сотни человек. Всё потому что этот «человек» не хотел допустить появления конкурента. Разве есть в этом справедливость, Алексей Дмитриевич?

— Нет, — покачал я головой. — Однако вся наша жизнь такая. Справедливость у каждого своя, и если хочешь её добиться, придётся замарать руки. Иначе никак.

— У нас схожее мнение на этот счёт, — едва заметно кивнул Новиков. — Ко всему прочему, был ещё один общий интерес. Мы хотели свободы.

— Свободнее аристократов сложно найти людей, — хмыкнул я на такое заявление. — Власть открывает много дверей и новых возможностей.

Но, разумеется, так думают исключительно простолюдины или те, у кого власти этой более чем хватает.

— И при этом ограничивает тебя, заставляя платить соразмерную цену, — весьма метко подметил княжич. — Далеко ходить за примером не надо. Взять хоть Елену Борисовну, вашу ученицу. Её хотели женить против её воли. Могла ли она возразить или отказаться? Нет. Выйти из рода — тоже равносильно смерти. Разве это можно назвать свободой? Нет, это зависимость от рода. Не такой жизни мы хотели.

— Поэтому вы решили объединиться? Чтобы попытаться что-то изменить в этом мире? — предположил я, поскольку этот вывод напрашивался сам собой.

— Можно сказать и так, — кивнул студент. — Этих причин было достаточно, чтобы объединиться и стать сильнее. Максим Леонидович стал тем, кто нас объединил. Этот запал никуда не пропадал ровно до момента, пока не появились вы.

— Кто бы сомневался, — прокомментировал Ворон.

Я в свою очередь ничуть этому заявлению не удивился. Тогда студенты пытались добиться не столько самостоятельности, сколько пытаться меня выгнать из Академии. А затем когда привыкли ко мне и поняли, что могут стать сильнее, ориентиры сместились в другую сторону.

Потом были Аномалии, моё отстранение в качестве преподавателя, возвращение, тренировки, личные проблемы… Попробуй за всем этим помнить и гореть желанием обрести хоть ту же свободу. Тут бы с насущными проблемами сначала разобраться, прежде чем думать о чём-то масштабном.

— Интересная история. Разве что не пойму, зачем вы мне её рассказали, — ответил я, глядя на княжича.

На лице парня вновь заиграла ехидная улыбка. Наверное, чувствует свое превосходство и значимость в этот момент, но так глупо это выглядит со стороны. Впрочем, мешать реализовывать свою мечту я ему не собираюсь, если это особенно не мешает мне.

— Это не конец истории, Алексей Дмитриевич. Меня просто перебил ваш фамильяр. Я же дал ему возможность выговориться.

— Дерзко, — сказал Ворон, после чего взмыл в воздух и сел прямо на голову княжича. — Я же клюнуть могу. Знаешь как больно будет?

— Больнее, чем на тренировках профессора, когда он заставляет бежать сто километров по кругу и заставляя при этом уворачиваться от заклинаний? Сомневаюсь, — громко рассмеялся парень, после чего к моей неожиданности поднял руку и аккуратно схватил фамильяра. Прямо как ручную птичку, после чего поднёс его к своему лицу. Ворон от неожиданности даже не превратился в туман и молча глядел на Новикова. — Не будь таким вредным. Хочешь, я тебя по голове поглажу? Или маной поделюсь?

Сложно сказать, что в это время испытал Ворон. На его лице промелькнул такой огромный спектр эмоций, что не передать словами. Пожалуй, правильнее будет сказать, что его застали врасплох.

— Погладить по голове… Погладить могущественную сущность тьмы… — вслух проговорил Ворон, после чего превратился в туман туман и вернулся ко мне на плечо. — Лучше надейся, чтобы мой хозяин долго жил. Иначе я освобожусь от него, найду тебя и лично прокляну за такое оскорбление!

— Не проклянешь. Я же вижу по глазам, что ты добрый и хороший, — как ни в чём не бывало ответил Новиков.

Я ещё ни разу не видел чтобы моего фамильяра так откровенно троллили, что даже остановить это не мог, чтобы не рассмеяться.

— Беру свои слова назад, Алекс. Ученик превзошёл учителя. По безрассудности он теперь занимает первое место, — сказал Ворон, прежде чем исчезнуть.

— В чём-то он прав, — немного подумав, решил я проговорить этот момент вслух. — С сущностями тьмы лучше быть аккуратнее. Они живут гораздо больше нас, и могут затаить глубокую обиду. Если не на вас, то на ваш род, например. Или близких друзей. Не надо лишний раз ходить по лезвию ножа.

— Я это прекрасно знаю, Алексей Дмитриевич, — невозмутимо ответил студент. — Мне доводилось общаться с сущностями тьмы. Я хорошо знаю, что они из себя представляют, и понимаю, когда и как с ними можно себя вести. У вас добрый, пусть и немного вредный фамильяр. Можно сказать, я это чувствую.

Что ж, загадочности Новиков себе только добавил этими словами. Иди теперь гадай, с кем из магов тьмы он мог иметь дело. Законных в нашей стране не так уж много. Ещё меньше тех, кто ведёт дела с аристократами.

— Хорошо. Как насчёт вернуться к главной теме разговора? Я бы хотел услышать её конец, — сказал я, закинув в рот оставшуюся горсть ягод.

— Конечно, — сказал княжич и продолжил: — Не совру, если скажу, что спустя время стали главным примером для подражания. Вы вели себя по-настоящему свободно. Вы не зависели от своего рода, вам было плевать на мнение других аристократов. Ради Елены Борисовны вы поссорились с княжеским родом, и те ничего не смогли вам сделать. При этом я и другие видим, что из-за ваших действий мир меняется в лучшую сторону. Люди всё меньше боятся магов тьмы. Теперь вы взялись обучать магии крови Романа Олеговича, зная, что это будут порицать. Да чего уж там, вы заставили ректора принять это предложение. А ведь между нами небольшая разница в возрасте.

— Приму слова за комплимент, — сложил я руки на груди. — Однако суть по-прежнему не улавливаю. К чему вы ведёте?

— Я хочу понять, чего вы добиваетесь, Алексей Дмитриевич, — взгляд княжича снова стал серьёзным. — Какие у вас цели? Ради чего вы готовы прикладывать столько усилий, чтобы нас обучать и помогать нам, даже если это означает подставиться под удар? Мне хочется понять, что вы за человек.

— Что ж, тогда вы бы могли задать этот вопрос сразу. Мой ответ ничуть бы не изменился, — усмехнулся я в ответ. — Но врать не буду, разговор мне пришёлся по душе. Само собой, я не стану никому рассказывать о нём, в том числе вашим друзьям.

— Благодарю, Алексей Дмитриевич, — кивнул парень, но его взгляду читалось, что он ждёт ответа.

— Касаемо вашего вопроса — я живу по одному принципу. Делай то, что считаешь нужным, — увидев лёгкое удивление в глазах парня, я добавил: — Другими словами, у меня одна цель. Прожить жизнь так, чтобы ни о чём не сожалеть. Да и ещё столько впереди неизведанного и интересного.

— Или говоря ещё проще, прожить счастливую жизнь, — улыбнулся парень, и доев последнюю горсть ягод, выбросил пакет в ближайшую мусорку. — Не думал, что в этом плане мы будем настолько похожи.

— Жизнь полна сюрпризов, Игорь Александрович. Я о вас тоже многое не знал до этого разговора, — ухмыльнулся я в ответ и добавил: — Один мой знакомый сказал, что сила — критерий истины. В целом, это недалеко от правды. Только сила бывает разной.

— Что вы имеете в виду? — видимо не до конца понял мою мысль Новиков.

— Чтобы изменить мир, одной грубой силы маловато будет. Нужно, чтобы другие разделяли ваши идеалы, — немного подумав, сформулировал я мысль. — Тогда за вами последуют остальные. И слабые, и сильные. Это одно из самых главных качеств лидера.

— Похоже, неудачное я выбрал время, чтобы попросить вас снять меня с должности командира отряда, — усмехнулся в ответ Новиков.

— Всё настолько плохо? — пристально посмотрел я на княжича.

— Да как сказать… Если прямо, то они те ещё лентяи. Я тоже лентяй, но не до такой же степени! — похоже у парня наболело на душе. — Я им элементарные вещи объясняю, а они после тренировок только мычать могут и просить об отдыхе. Невозможно их нормально учить. Я сам в Аномалии не горю лезть желанием. Терпеть не могу монстров. А тут ещё за этих ответственность неси. Если умрут, меня же совесть замучает.

— Зато теперь вы понимаете, каково мне было вас поначалу учить, — рассмеялся я в ответ, после чего добавил: — Это тоже часть обучения, Игорь Александрович. Порой не всё идёт так, как мы того хотим. Так что крепитесь и терпите. А то так сами продолжите лениться и продолжите отставать от своей группы.

— Тяжело соревноваться с теми, кого принято называть гениями своего поколения, — покачал головой княжич. Причём я не понял, то ли он возразил, то ли просто решил озвучить свои мысли. — Могу я тогда хотя бы на тортик целиком надеяться?

— Смотря за какие заслуги, — пошутил я в ответ.

— За то что я такой хороший и дружу с вашим фамильяром, — ни на секунду не растерялся княжич. Я бы даже сказал, резко пришёл в бодрость.

— Ладно, за это можно даже доплатить эклерчиками и печеньем, — усмехнулся я в ответ, вспоминая растерянное выражение птичьей мордашки Ворона.

Ох, чувствую, я его на всю жизнь запомню. Такой пласт для шуток открывается, что грех им не воспользоваться. А всё из-за одного, казалось бы, простого разговора.

Разговор с Новиковым в целом дал возможность посмотреть на моих студентов с другой стороны. Если так посудить, большинство в чём-то похоже на меня. Я ведь тоже с раннего возраста, как только спрятал семью, мечтал о той самой свободе. Чтобы никто не смог отобрать у меня то, что мне дорого.

Ради этого я непрерывно становился сильнее. Получал новые ранги в гильдии, зачищал в одиночку всё более сложные Аномалии. Должно быть студенты тоже сейчас проходят через этот путь. Надеюсь они понимают, как легко в нём заблудиться и потерять себя. Сила должна быть инструментом, а не главной целью жизни.

Поговорив ещё немного с Новиковым и попрощавшись, я вернулся к своим обязанностям обучать студентов. Вечером уже приходилось тренировать Белова с Морозовой, ну и Лазареву тоже вдобавок. Уж очень она просилась и настаивала, что будет стараться.

Дожили конечно. Студенты уже не убегают от дополнительных тренировок, а из кожи вон лезут, чтобы их получить. Вот это я понимаю рвение стать сильнее. Правда и работы у меня становится больше, чего, разумеется, не хотелось, и я уже думал над решением этой проблемы.

В остальном же, всё шло по плану. Студенты становились сильнее, готовясь к будущим рейдам, ну а я просто отдыхал и наслаждался жизнью, насколько это можно было сделать в свободное время.

Слухов из разряда действительно интересных и свежих, в Академии с каждым днём становилось всё меньше. Разве что говорили, что я безжалостный профессор, к которому смерти подобно попасть. Что ж, это было недалеко от правды.

Яковлев тоже меня практически не донимал. В последнее время от него не было никаких интриг, ни попыток меня уволить или оклеветать, ни чего-либо ещё. Видимо наконец понял, что связываться со мной себе дороже. Я не ректор, которого сковывают правила и другие факторы и могу вполне ответить. Так что чему тут удивляться?

Отдельно стоит упомянуть, что Белов всё же стал моим вассалом. Все документы были подписаны и одобрены Имперской Канцелярией. Там конечно не обошлось без заморочек, особенно со стороны родственников моего студента. Не горели они желанием признавать, что «приёмный сын» может возглавлять род, и тем более принимать такие «невзвешенные» решения.

Ага, сейчас бы полученную защиту от князя на четыре года, ещё и на таких условиях, назвать невзвешенным решением…

Понятное дело, что они сами хотели прибрать к себе богатства этой семьи, а студента моего вообще превратить в простолюдина. Он же не родился аристократом, и даже не был бастардом. При этом родственники походу не понимали одного.

Все нажитые территории при таких обстоятельствах либо отойдут Романовым, либо их разделят соседи. Мнение боковых ветвей спрашивать никто не будет. Слишком уж спорная ситуация получилась, чтобы к их слову прислушивались, а мнение хоть как-то учитывалось.

Максимум, на что они могут рассчитывать, это часть оставшихся сокровищ, да пару предприятий. Большего Романовы им не дадут. Да и смогут они всё это удержать в своих руках? Сомневаюсь.

Беловы многим насолили, и даже компенсация не смогла полностью закрыть обиды. Деньгами и золотом умерших не вернёшь. Так что потуги родственников смотрелись очень странно и глупо.

В них просто взыграла жадность. Они ведь могли договориться с молодым Беловым, предложить свою помощь, показав окружающим своё благородство. Это могло отлично играть вдолгую на репутацию. Но эти аристократы из низшего звена выбрали быть мелочными, желая получить выгоду здесь и сейчас.

Одного я пожалуй не понимал — неужели у них совсем отсутствовал страх? Они ведь прекрасно видели, на что я способен. Они знают, что я собственноручно уничтожил род Беловых. Что мне мешает то же самое провернуть с ними, тем более что они в разы слабее? Какой логикой они руководствовались, когда решили пойти против моего студента?

Если не брать в расчёт этот момент, в Академии ничего не происходило. Разве что Анастасия Владимировна взялась серьёзнее обучать студентов, показывая им мои методики варки и готовки зелий. Допекло её, что они столько ресурсов тратят впустую, делая ошибки в элементарных составах, где надо было просто следовать инструкции.

Тут я сам дал ей разрешение. Прогресс не должен стоять на месте. Если благодаря этому студенты в будущем станут меньше переводить ингредиенты и лучше готовить зелья, то я останусь полностью доволен. Даже если эти знания по итогу попадут к Гадюке.

К слову, большинство обычных студентов даже не подозревало, что я умею готовить зелья. Благодаря Зориной они об этом узнали, удивились необычным методикам и стали дожидаться меня у входа в алхимический корпус. Причём целыми группами

— Алексей Дмитриевич, разрешите стать вашей ученицей!

— Алексей Дмитриевич, помогите с советом!

— Алексей Дмитриевич, мой род готов заплатить столько, сколько попросите…

Какие только предложения я от этой толпы студентов не слышал. Хотя всех их превзошёл глава алхимического корпуса, Захаров. Старик позвал к себе в кабинет на короткий разговор, и предложив чаю, спросил.

— Молодой человек, я как видите, давно уже не молод. Преемника у меня также нет, кто сменит на этом посту. Не желаете занять моё место?

Услышав предложение, я чуть чаем не подавился. Да уж, двадцатипятилетний глава алхимического корпуса даже звучит странно, особенно в их среде. На такую должность ставят или нынешних, или уже бывших великих мастеров. А такие, как правило, минимум в два раза старше меня.

— Я не очень подхожу на эту роль, — покачал я головой. — Это как если бы Аристарх Евгеньевич предложил бы мне пост ректора. Академия в тот же миг опустеет хотя бы наполовину.

— Ну не надо преувеличивать, князь, — едва заметно улыбнулся Захаров. — Я прекрасно понимаю, что такая роль вам не по душе, однако лучшего кандидата найти сложно. Стране и Академии нужна молодая, горячая кровь. Такая, за которой захотят пойти другие.

— Не уверен, что так, но спорить не буду, — покачал я головой и добавил: — Однако если уж так ищите преемника, чем вам Анастасия Зорина не угодила?

— Как алхимик она талантлива, но ей не хватает стержня. Её постоянно будут пытаться прогнуть под себя. Сомневаюсь, что она справится, — прямо сказал старик, без всяких недомолвок. — Тут нужна крепкая рука, чтобы местные мастера не наглели. Причём ещё такая, чтобы новые талантливые алхимики сами шли к нам преподавать и улучшать свои навыки. К тому же я не сомневаюсь, что вы сможете многократно поднять престиж этого места.

— И заодно сделав гильдию своим врагом, — хмыкнул я в ответ. Нет, ловко конечно старик словами орудовал. Такие комплименты кому хочешь приятны будут. — Сергей Фёдорович, становиться главой корпуса я точно не хочу. Обдумывать это предложение тоже. Не стройте лишних надежд. Однако я всё ещё настаиваю, что Анастасия Зорина хороший кандидат.

— Почему же, если не секрет? — поинтересовался Захаров.

— Чтоб появился стержень, нужны испытания. Для моей коллеги это будет нужный ей опыт. Ну и я, само собой, буду ей помогать, — хитро улыбнулся я. — Мы ведь в том числе ещё деловые партнёры.

— В таком случае весьма разумное предложение, — кивнул Захаров. — Я поговорю с вашей коллегой. На этом больше не смею вас задерживать, если только у вас ко мне каких-то личных вопросов.

— Ну что вы, вопросов нет. Есть только просьбы. Много просьб, или вернее сказать, заказов. Мне тут для эксперимента нужна лунная…

Захарова даже стало немного жаль. Старик чуть за сердце не схватился, когда услышал весь список отсутствующих в Академии ингредиентов. Качественные зелья для студентов стоят дорого. Так что я Академии ещё делал огромную экономию.

Сами ведь дали возможность использовать любые методы, чтобы сделать их по-настоящему сильными. Так что пускай тратятся. Я и так сдерживаю себя от того, чтобы не заказать что-то действительно интересное.

Смотря в целом, то в моей жизни снова наступила мирная пора. Никто не пытался убить, никто не строил рядом интриги или просил помощи. Я просто жил как самый обычный человек, ожидая музейную экспозицию.

Уж там я мог бы полностью углубиться в чтение и вовсю дискутировать. Что ни говори, а это было и останется одним из моих любимых занятий. Узнавать что-то новое всегда приятно, особенно когда оно позволяет шире смотреть на наш многогранный мир.

Впрочем, как говорится, рано или поздно безмолвная тишина сменяется раскатами грома, и наоборот. Такая спокойная и размеренная жизнь не могла длиться вечно, особенно со мной. Особенно учитывая, сколько людей желают мне смерти.

Так что появлению с утра Белова я ничуть не удивился.

— Дайте угадаю, Роман Олегович, — обратился я к парню, впустив его в дом и усадив в гостинную. — Родственники опять не дают покоя?

— По-другому не скажешь, — согласно кивнул парень. — Они невесть что о себе возомнили. Мало того, что засылают меня письмами, так ещё шлют их без остановки в Имперскую Канцелярию. Прошу прощения за выражение, но задрали так, что сил нет.

— Прекрасно понимаю, — согласно кивнул я. — У меня тоже родственники, скажем так, не от мира сего. Вечно пытаются вставить палки в колёса, а потом очень удивляются, чего это им дают отпор. Так что это нормальное явление. И всё же, что случилось? Сомневаюсь, что вы теперь ещё и с утра хотите магии крови тренироваться.

— Я не самоубийца, — заявил парень. — Я после ваших тренировок стоя засыпаю. Если ещё больше начну тренироваться, то в один момент попросту не проснусь. У меня тоже свои пределы есть.

— Которые я потихоньку вам расширяю, — хмыкнул я в ответ и добавил: — Так что случилось?

— Моя разведка… — студент на мгновение запнулся, прежде чем продолжить: — Точнее то, что от неё осталось, раздобыла неприятную информацию. Мои дражайшие родственнички сговорились с несколькими другими родами, желающих полного уничтожения Беловых. Они хотят вынудить меня отказаться от титула и планируют сделать первое предупреждение. Если быть точным, взорвать шахты в Аномалии, где мы добываем энергетические кристаллы. Слуги рода тут точно не причём, но они все равно хотят рисковать их жизнями! — похоже, последнее возмутило его больше всего.

— Слабоумие и отвага. Портить то, что может приносить доход, и одновременно с этим пытаться идти против меня, — покачал я головой. — Это хорошо, что вы сразу обратились ко мне. Есть точная дата и время, когда они собираются это всё провернуть?

— Да, — уверенно кивнул парень. — Также есть имена родов, которые захотели в этом участвовать, чтобы получить свою награду.

— Прекрасно. Значит я нанесу и тем, и другим визит, — довольно улыбнулся я, потирая ладони.

Тут вопрос уже стоял даже не в деньгах. Да, двадцать процентов чистой прибыли — это очень жирно, и терять такой кусок не хочется. Но не это главное.

Главное, что эти высокородные сволочи решили пойти против меня. Они захотели проверить, стану я защищать студента или нет. Ну что ж, поэтому одной защитой шахты я не обойдусь. Тут на кону стоит моя репутация.

И чего они всё никак не поймут, что не надо меня бесить?

Глава 7

— Группа один, мы на месте, — услышал командир диверсионной группы, состоящей всего из пятнадцати человек

Чтоб поддерживать связь в Аномалии, им приходилось говорить через специальный артефакт. Работал он на коротких дистанциях когда ты находишься чуть ли не на расстоянии прямой видимости, но для таких операций годился в самый раз. Особенно когда вы разделитесь на несколько отрядов.

— Группа два, вас понял. Ждите группу три и следуйте плану. Конец связи, — командир убрал артефакт обратно в подсумок и с трудом сдержался, чтобы не выдохнуть.

Мужчина терпеть не мог подобные вылазки. Защищать господина или предприятия, это да. Убивать монстров — с ещё большей радостью. Но идти и уничтожать чужой труд, из-за чего неминуемо пострадали бы невиновные… Это было бессовестно.

Именно поэтому он отдал приказ своим бойцам аккуратно вырубить слуг Беловых, а не убить. Они ведь не виноваты в том, что его господин оказался таким упёртым и не решился договориться по-тихому. Так что приходилось идти хоть на какой-то компромисс.

Зря он конечно пошёл на такую службу, очень зря. Надо было всё-таки стать Искателем и самому искать силы, а не проситься в слуги рода. Да, свои преимущества это были, но свобода явно стоила дороже.

«Ладно, чего лишний раз поминать старое», — промелькнула мысль в голове командира.

Ему в целом не нравилась сложившаяся ситуация. С самого начала, как ему отдали приказ взорвать шахты, мужчина чувствовал какой-то подвох. Внутреннее предчувствие било тревогу, но господин к его мнению решил не прислушиваться.

И вот, оказавшись здесь, оно заиграло только сильнее. Будто он сам пришёл в берлогу к спящему тигру, норовя дёрнуть его за хвост.

Тишина пустой шахты, где из освещения были только магические кристаллы, пугала ещё сильнее. Казалось, словно во тьме кто-то есть, и он смотрит на тебя.

Бросив короткий взгляд на своих бойцов, мужчина лишь подтвердил свои догадки. Те тоже чувствовали себя как не в своей тарелке. С этим местом точно было что-то не…

— Хотите горячую кукурузу? — неожиданно за их спиной раздался мужской голос. — А может пахлаву?

Рефлекторно командир отряда создал в руке молнию и развернувшись на сто восемьдесят градусов, бросил её в сторону говорившего. Точно так же четверо стоявших рядом с ним бойцов бросили заклинания, не опасаясь, что шахта может внезапно развалиться.

Со стороны незнакомца вспыхнул синий барьер. Его света хватило, чтобы увидеть лицо и словно бы живую тень, что сочилась за его спиной. В руках же он в самом деле держал кукурузу…

— Зря вы так. В кукурузе полно клетчатки. Очень полезно для здоровья, — сказал незнакомец, после чего командир отряда почувствовал, как веки глаз потяжелели. Тело полностью ослабло и обмякло. Ещё спустя мгновение, он упал на землю.

Последнее, что он успел услышать, прежде чем потерять сознание:

— Радуйся, что не убил тебя и твоих подчинённых. Хоть побольше проживёшь…

***

Никита Иванович Ермаков сидел в своём кабинете и смотрел на оставленное на его столе письмо. Ну или точнее на том, что осталось от стола после удара по нему кулаком, что уж поделать, но он не сдержался.

Будучи князем, он давно привык, что его жизни ничего не угрожает. Он был силён, постоянно охотился на монстров, да и верными людьми не был обделён. В конце концов, практически вся треть Сибири считалась его территорией. Кому вообще взбрело бы в голову идти войной на такого человека?

Однако в Российской Империи похоже нашёлся один такой человек. И князь очень хорошо понимал, кому принадлежало письмо. Вздохнув, князь взял бумагу в руку и снова прочитал одно единственное предложение.

«Второго шанса не будет».

Намёк был прозаичен. Оно было отправлено новоявленным князем Вороновым. Молодой выскочка и зазнайка, которому взбрело в голову делать всё, что вздумается. Даже Фроловы не смогли поставить его на место.

Кто спрашивается просил его лезть не в своё дело? Зачем только ему было помогать мальчишке, чей род и так практически уничтожен? Подумать только, стал сюзереном рода, на который все кому не лень точат зуб.

Будто этого мало, этот ублюдок ещё посмел прокрасться к нему в поместье и оставить послание с угрозой? Он вообще страх потерял? Нет, это дело нельзя так оставить. От Воронова надо избавиться, пока он не стал костью в горле.

Может снова объединиться с Фроловыми? Нет, те не умеют доводить дело до конца. Тут надо действовать расчётливее. Хищника нужно сначала загнать в ловушку, прежде чем стрелять из ружья.

Ермаков повернулся в сторону окна, посмотрев на сияющую в ночи луну. Немного подумав, он развернулся, после чего побрёл в сторону выхода. Ему этой ночью предстояло написать ещё несколько писем для своих друзей. Необходимо решить эту проблему.

***

— Алексей Дмитриевич, вам не кажется, что это было перебором? — спросил меня Белов, когда мы сидели в одном из лучших столичных ресторанов, посвященных традиционной русской кухне.

На ближайшие сутки он был полностью арендован Беловым. Так парень хотел выразить свою благодарность за помощь, что я в свою очередь тоже оценил.

Как нетрудно догадаться, благодаря звуковому барьеру нас также никто не мог подслушать. Хотя для заведения такого уровня это скорее была лишняя предосторожность. Даже если персонал услышал бы какую-то тайну рода, она бы никуда не ушла.

У поваров и официантов тоже был свой кодекс чести, нарушить который было хуже смерти. Кровь в данном случае не могла смыть позора с человека и его рода. Одна ошибка разрушила бы многовековую репутацию заведения. Так что я, пожалуй, был излишне осторожен.

— Нет, не кажется, Роман Олегович, — сказал я, пробуя блинчики с икрой и макая их в специальный соус. — Мне без разницы, что я перешёл дорогу влиятельным родам. Да хоть взять того же Ермакова. Пусть треть Сибири принадлежит ему, и что с того? Для меня он просто человек, который решил, что ему всё дозволено. Таких иногда надо щёлкать по носу, а то зазнаются и начнут творить то, что уже будет вредить империи.

— Я больше беспокоюсь за вашу жизнь, Алексей Дмитриевич. В вашей силе я не сомневаюсь, но если против вас объединится целая фракция аристократов… — я не дал студенту договорить.

— То я их тоже разгромлю, — с этими словами я запил блинчики морсом. Не обычным само собой, а приготовленным из аномальных ингредиентов — зря мы что ли сюда пришли. — Роман Олегович, было время, когда за мной чуть ли не каждый день посылали убийц. На каждом светском мероприятии кто-то нет-нет да бросал мне вызов. Как видите, все их потуги ничем не закончились. Причём тогда я был один. Мне не привыкать.

— Меня больше волнует, что я создаю вам очень много проблем своими просьбами… — аж весь покраснел Белов от смущения. Похоже, эта тема его сильно волновала.

— Роман Олегович, вам бы проще относиться к ситуации, — хмыкнул я, увидев такую картину. — Вот сами посудите. Если бы я не хотел, то не помогал бы вам. Если помогаю, то значит того хочу или мне так выгодно. Тут вашей вины в принципе быть не может. Так что наслаждайтесь едой, пока есть такая возможность.

— Это намёк? — сразу же догадался парень к чему я клоню.

— Можно сказать и так, — загадочно сказал я. — Не берите пока что в голову.

Остальные студенты ещё не догадываются, что в ближайшее время они будут сами свою стряпню есть. Вот тогда у них мотивации готовить вкуснее прибавиться в разы, а то видишь ли, косячат и переводят продукты зазря.

Пообедав как следует с Беловым, я отправил его заниматься своими делами, а сам сел на мотоцикл и вернулся в Академию, где меня уже ждала Мария Игоревна. Музейная экспозиция как раз сегодня должна была прибыть в город. Появляться же там по отдельности нам двоим было бы странно. Да и в женской компании ехать куда приятнее, чем одному.

До музея мы доехали быстро и безо всяких проблем. Надо сказать, здание своей величиной поражало. Не уровень императорского дворца конечно, но побольше виданных мной поместий. Учитывая, что здесь хранились именно что книги, размер был мягко говоря, великоват.

Тем более что эти экспонаты руками трогать было нельзя. Они именно что являлись частью истории. Так что мне выпала уникальная возможность изучить то, что в другом случае было бы запрещено.

В самом музее царила странная атмосфера. Стоило мне переступить порог, как в нос ударил запах песка и пыли. Надо ли говорить, что я сильно удивился этому? Всё-таки публичное место, сюда аристократы ходят. Сомневаюсь, что именно такой воздух они ходят вдыхать.

— Похоже, вместе с книгами, сюда заодно привезли кусочек Африки, — пошутил я, заметив, что Мария Игоревна тоже не в восторге от таких запахов.

— Музей пока что официально закрыт на ремонт, — объяснила Тарасова. — С ремонтом уже должны были закончить, но похоже всё убрать не успели. Думаю, до завтра запах выветрится.

— Поживём увидим, — кивнул я, следуя за женщиной.

Мы посещали один зал за другим, пока наконец не пришли в нужное место. Теперь я понял, почему музей был такой величины — здесь ко всему прочему, находились мастерские для реставрации книг. В глаза сразу бросались необычного вида инструменты и артефакты, которые помогали работникам в их трудном ремесле.

— Если интересно, я вам объясню, что для чего нужно, — заметив моё любопытство, предложила Мария Игоревна.

— Буду премного благодарен. Люблю изучать что-то новое, — улыбнулся я в ответ.

В нашу же сторону уже смотрело несколько любопытных пар глаз, явно интересующихся, что мы тут делаем. Что ж, чувствую, заскучать в этом месте я не смогу.

Ну что ж, теперь можно позволить себе оторваться. Благо Ворон с Вельзи согласились вести занятия вместо меня. Да и студенты самостоятельности учатся. Не всё же возле них быть. Они и без меня и моих проверок должны научиться с такой же скоростью становиться сильнее.

Я же научился, значит и у них получится. Главное правильную мотивацию дать, а остальное дело техники.

***

Что тут сказать, я ничуть не пожалел о том, что пришёл на музейную экспозицию. Как минимум я узнал для себя очень много нового, и в том числе обзавёлся связями в кругу учёных.

Первые два дня протекали спокойно. Мария Игоревна реставрировала книги, показывая и объясняя, как это делает. Я в свою очередь изучал материал и делал заметки. Пожалуй, даже очень много заметок, учитывая, что почти в каждой книге нет-нет да описывались ритуалы, которые меня могли хоть немного заинтересовать.

Больше всего запомнился кровавый ритуал, созданный, если верить записям, четыре сотни лет тому назад. Местные племена объединились и одновременно принесли в жертву тысячу людей и монстров. Зачем? Не очень понятно с точки зрения современного человека. С их точки зрения, они таким образом обращались к духам предков, пытаясь их вернуть к вечной жизни.

Что ж, у них это в какой-то степени получилось. Правда, вместо духа предков, они буквально создали лича. Со слов других учёных, это самый древний задокументированный случай, когда не Аномалия создавала монстров, а сами маги. Собственно наверняка сами и поплатились за это.

Хотя назвать лича монстром было бы не совсем корректно на мой взгляд. Если верить переводу текста, это не столько был монстр, сколько вышедший из-под контроля своего рода голем. Этим мнением я поделился с другими учёными, которые были рядом с нами, что на третий день вызвало жаркие дискуссии в реставрационном зале.

Одни встали на мою сторону, другие наоборот, пытались доказать мою неправоту. Всё это вылилось в то, что мы несколько часов отсылались на разные труды, приводя даже не десятки, а сотни аргументов в ту или иную сторону.

В конце концов, мою правоту всё-таки признали, когда я стал в подробностях объяснять поведение монстров, их повадки и главное отличие от бездушных тварей. Лучшим примером стали элементали.

По своей работе они практически напоминали големов, но в отличие от них, следовали своим инстинктам. Некоторые экземпляры и вовсе могли думать, принимая нестандартные решения в бою.

Тот же лич, которого создали африканские племена, таким складом ума похвастаться не мог. Возможно там были недомолвки или ещё какие-то нюансы, но мы ориентировались только на те знания, что были у нас на руках. Строить догадки на ровном месте, гадая вилами на воде, никто не хотел.

Оставшиеся же четыре дня, я бы назвал, совмещёнными. Половину дня я изучал материал и учился реставрации, ну и затем дискутировал с учёными, заодно показывая им древнюю магию наглядно.

Столько восторга в глазах я давно не видел. Ну разве что когда княгине Голицыной подарил артефакт, работающий на древней магии. Забавно в целом получилось. Зато сколько удовольствия.

Также нам отдельно выделили жилые помещения, чтобы мы не искали отель и могли всецело посвятить себя исследованиям. Так что с Марией Игоревной я проводил в том числе и бессонные ночи.

Когда я наконец вернулся в Академию, то чувствовал себя отдохнувшим и вымотанным. Что ни говори, а постоянно изучать новый материал и спорить с людьми тяжело. Весело, но очень тяжело.

Зато больше всего моему возвращению радовался Ворон с Вельзи.

— Мне бы твоё терпение, Алекс… — сказал Ворон, делая такой вид, будто ему поручили недавно я даже не знаю… что-то бесчеловечное. — Почему они такие тугодумы. Как до них столько может доходить? Вот почему если я тебе объяснял магические законы, ты сразу понимал. Им я говорю то же самое, а они не понимают. Они смотрят на меня как я не знаю. Как рыбки в аквариуме.

— Ты с ними всего неделю, а мне ещё, демоны его знают, сколько с ними заниматься, — усмехнулся я в ответ. — Зато ты с Вельзи будешь иметь почётное звание заместителя профессора. Станешь профессором магии на четверть ставки.

— Ох уж ты и твой юмор, — отмахнулся как человек Ворон. — Что я могу сказать, я поражаюсь, что никто из них Академию до сих пор не покинул. Мёдом им в эти Аномалии намазано, что ли?

— Возможно какие-то скрытые выгоды есть, — немного подумав, сказал я. — Или опять же, репутация. Слишком престижное место, чтобы покидать его, даже если тяжело. Это тебе у них спрашивать надо.

— Так я спрашивал. Лидия Евгеньевна ничего толкового не ответила. Артём Сергеевич заявил, что такова человеческая природа. Максим Леонидович — что они просто идут к своей цели. А про твоего Новикова я вообще молчу. Глаза бы мои его не видели.

— Ясно, нужно сделать его твоим личным учеником, — рассмеялся я, не удержавшись от шутки.

— Как станет учеником, так и сгинет, знай, — пригрозил в ответ Ворон. В шутку конечно, но в каждой шутке есть доля правды. — Кстати, забыл сказать. Там у нас на одного студента меньше стало. Он хотел студентов подорвать магическим взрывом с помощью артефакта. Я не знаю, как вообще могла прийти такая идея человеку. Особенно когда на площади постоянно находятся аж три сущности тьмы.

— Дай угадаю. Там Тейра нашла засланца? — ухмыльнулся я в ответ от таких новостей.

— Пятьдесят на пятьдесят. Я к одному пригляделся, уж больно подозрительно себя вёл. Поговорил с Лидией Евгеньевной, та в свою очередь разбудила Тейру. Слово за слово, и вот студент отправился в суд, — весело заявил фамильяр. — Правда, не очень понятно, как так получилось. Бомбу он умудрился пронести в Академию, что мягко говоря странно. Да и вёл себя, опять же странно. Может ему кто-то мозги промыл, как один из вариантов. Тут даже Тейра ничего не подсказала. Я уж тем более не подскажу.

— Как обычно, всё сложно и ничего не понятно, — развёл я руками, задумавшись, чем бы этаким заняться. — Ладно, думаю пришла пора заставить студентов помучиться. Пришла пора устроить экзамены по кулинарии. Я пока в музейной экспозиции был, мне очень интересная идея пришла.

— Кормить их тем, что они сами приготовят? — почти угадал Ворон.

— Лучше. Каждый будет пробовать случайное блюдо, — тут даже стоявшая рядом Вельзи прикрыла рот ладонями от такой коварности. — Свою еду они проглотят, им не привыкать. А вот когда твоей едой будут давиться друзья… Тут уже никто не захочет ударить в грязь лицом.

— Академия тебя научила быть по-настоящему жестоким… — прокомментировал услышанное Ворон. — С другой стороны, логичное предложение. Ещё одна дополнительная мотивация, чтоб свой контроль маны усиливали. Глядишь, потом как ты, без магии в быту обойтись не смогут.

— В точку, — кивнул я, потирая ручки. — Ну-ка пойдём на площадку, будем устраивать собрание. А дальше посмотрим, как оно будет.

***

Евгений бродил один, рядом с окнами по поместью, заставив всех слуг уйти. Несмотря на все старания удержаться в этом мире, природа сущностей тьмы давала о себе знать.

Костыли, которые он продумал, слабо помогали на текущий момент. Благодаря зельям, пилюлям, энергетическим кристаллам, артефактам, ритуалам — всем, что содержало ману в чистом виде, он мог поддерживать своё воплощение.

Пришлось даже подмять под себя большую часть криминального мира, чтобы получить необходимое. Мириться с задержками и вставлением палок в колеса Евгений не собирался, а миролюбия к таким людям в нем никогда не было.

Однако ему требовался выход в Аномалии. Там он мог снова набраться сил, чтобы закрепиться в этом мире и продолжить тайно следить за братом, чтобы ему помочь. Пока часы с ним, он всегда сможет прийти на помощь, особенно когда это будет нужнее всего.

Быть может, он сможет снова стать человеком. Снова зажить той семейной жизнью, о которой мечтал…

Евгений быстро отбросил эти мысли в сторону. Нет смысла думать о том, чего вряд ли получишь. Пустые фантазии лишь сильнее ранят душу.

— Выглядите не очень хорошо, сэр, — наконец-то бесшумно появился тот, кто в своё время протянул ему руку помощи. — Вы можете притворяться человеком, но что толку от этой маски? Будет скучно и печально, если вы растворитесь в пучинах бездны, как и все остальные до вас.

Судья, а это был именно он, поправил свой цилиндр и неспешно зашагал в сторону Евгения. Уже через пару мгновений их разделяла лишь пара метров. Достаточное расстояние, чтобы нанести удар и точно попасть по врагу.

— Я помню о вашем совете. Я в процессе, — коротко кивнул Евгений, не желая поднимать эту тему снова.

— Всё беспокоитесь о брате, — едва заметно улыбнулся Судья. Его «чёрная» сторона в этот момент выглядела особенно безобразно. Евгений с трудом представлял, какие муки испытывает и скрывает Судья. — Не так страшно попасть в ад, как узнать о существовании рая. Но куда больнее побывать в нём, а затем потерять. Навсегда.

Намёк собеседника был более чем прозаичен, но Евгения волновало совсем другое.

— Зачем вы хотели встретиться? — спросил он наконец своего собеседника.

— Проведать человека, который мне интересен, — как ни в чём не бывало ответил Судья, отпив чаю. — И заодно сообщить две вести. Первая — старый волк вышел на охоту.

— Кто его цель? — холодно спросил Евгений.

— Ваш брат. Но даже не думайте вмешиваться. Я не позволю, — холодно заявил Судья. — Слишком рано делать свой ход и подставляться в ловушку. В прошлый раз вы меня послушали и не сделали глупостей. Не разочаровывайте меня, Евгений.

— Хорошо, — коротко кивнул он Судье. Как бы ему ни хотелось предупредить брата или помочь ему, Судья прав.

Если «Крах» начнёт за Евгением охоту, никому проще от этого не станет. Только хуже. Гораздо хуже, чем может показаться на первый взгляд.

— Что за вторая новость? — коротко спросил Евгений. Общаться с этим человеком… или тем, чем он сейчас являлся, ему не хотелось. Вот только особого выбора все равно не было.

— В Африке намечается грандиозное веселье, мой дорогой друг. Кое-кто решил тронуть то, что трогать не стоило. Скоро весь континент вспыхнет в огне хаоса. А там где хаос, там и «Крах». Уверен, они будут счастливы узнать, что их базы по подготовке личных солдат окажутся под большой угрозой.

— Другими словами, пора сделать свой ход?

— Если сам «король» решит показаться на глаза, — сказал Судья, прежде чем снова незаметно исчезнуть.

И почему всё просто не может идти по плану?..

***

— Здравствуй, отец, — сказал Всеволод, войдя в покои императора, где вальяжно сидел в кресле его отец.

— Здравствуй, — коротко кивнул пожилой мужчина. — Гвардейцы, надеюсь, тебе уже отправили доклад о случившемся?

— Сообщили. Новости не самые приятные. Даже гильдия Искателей утверждает, что хороших прогнозов ждать не стоит, — покачал головой принц. — По идее это не наша проблема. Не мы пробудили эту тварь. Однако если ничего не предпринять, пострадают слишком много невинных людей. В том числе наших людей, находящихся в данный момент в Африке. Это может затронуть интересы империи и отложить часть наших проектов.

— Верно, — согласно кивнул император. — Остальные страны пытаются закрыть глаза на конфликт. Японцы и Китайцы отказываются вмешиваться. Британцы готовы послать незначительные силы на устранение проблемы, оказывая помощь чисто формально, как и всегда. Никто не хочет разбрасываться силами. Они хотят спихнуть всю ответственность на нас, надеясь как можно сильнее ослабить. Понимают, что мы не можем отвернуться от своих союзников.

— Однако выбора как такого, у нас нет, — покачал головой принц. — Наши союзники не справятся с таким наплывом монстров. Искателей там слишком мало, чтобы тоже оказать весомую помощь. Нужно вводить войска, даже если это значит ослабить наши границы, иначе весь континент захлебнется.

— Правильное решение, — улыбнулся император. — Порой нужно действовать не только в интересах страны, но и в интересах человечества. Когда всё закончится, их нежелание действовать каждому аукнется, и не раз. Эту задачу я беру на себя. Всеволод, ты самолично возглавишь армию и операцию. Можешь дополнительно заручиться любой поддержкой, какую только сможешь раздобыть.

— Другими словами, эта миссия должна стать моим триумфом или грандиозным провалом, — быстро смекнул что к чему принц. — Хорошо, отец. Я тебя не подведу и вернусь с победой.

— Не сомневаюсь, — уверенно сказал император.

В конце концов, скоро он планировал посадить Всеволода на престол. И триумфальная победа наследника только укрепит власть Романовых в стране, напомнив остальным, почему именно они, а не кто-либо другой, правят страной. И не только своим гражданам, но и всем остальным соседям, что прячутся в своих норках, боясь высунуть головы.