Проект "Перфоратор". Том 1

Пролог

Секретный подземный комплекс. Военная испытательная лаборатория.

Турбины охладителей ещё гудели, толстые силовые кабели слегка дымились, а освещение мигало. Оборудование отработало почти на пределе параметров, но радостные возгласы сотрудников перекрывали все технические звуки. Только что завершился очень важный эксперимент. И успех его был очевиден. Еще недавно о таком открытии ученым не приходилось даже мечтать. Но, в процессе гонки вооружений, при попытке создания новых видов оружия, были обнаружены неизвестные ранее свойства пространства, которые позволили не просто искривлять его, а пронизывать. Результатом многолетних исследований стало создание квантового портала.

Позади осталось неимоверное напряжение мозговых штурмов, сложнейшие расчеты на суперкомпьютерах, составление новых алгоритмов и формул, поиск необходимых материалов и строительство установки, и вот главная награда – успех эксперимента. Генеральный конструктор портала, пожилой академик Николай Иванович Савичев, поблескивая лысиной и выставив вперед небольшую бородку, прищурившись при этом, как дедушка Ленин и сжимая в руке вместо ленинской кепки обычную лабораторную шапочку белого цвета, с нескрываемым торжеством взирал на радующийся коллектив, от ведущих инженеров-конструкторов с научными степенями до простых техников. Правда, совсем простых среди них и не было. Все имели высочайшую квалификацию и допуск. В этой секретной лаборатории удалось собрать научную и техническую элиту страны.

Только что сбылась главная мечта Николая Ивановича — наконец-то дорога в другие миры открыта! Теперь люди смогут перемещаться куда угодно, хоть прямо к самым далеким звездам без всяких ракет. А имя академика Савичева, как гения науки 21 века будет вписано в историю человечества золотыми буквами. Не зря он прожил жизнь, раз смог создать теорию резонансных узконаправленных квантовых полей, применить ее на практике, открыть принципы пробоя пространства и создать экспериментальную установку для перемещения.

Вот уж обрадуются экологи! С развитием этой новой технологии можно будет вовсе отказаться от всех старых видов транспорта, и, значит, от потребления сгораемых ископаемых энергоносителей. Можно будет перемещаться и перевозить грузы из одной точки в другую по выставленным координатам почти мгновенно, невзирая на расстояния. При пробое пространства расстояния между точками пробоя значения не имеют. Важны лишь критическая плотность энергии, приложенная в начальной точке, правильно заданный резонанс и квантовые связи, впрочем, как показал эксперимент, все необходимые параметры вполне способен выдавать реактор списанной атомной подводной лодки.

В сущности, установка, как и все гениальное, получилась довольно простой. Мощнейший остронаправленный энергетический импульс пробивает пространство, соединяя точку входа с точкой выхода, а квантовый генератор устанавливает идентичные рамки для перемещения сразу с двух сторон, с внутренней и внешней, и поддерживает их работу столько времени, сколько требуется. Причем, для поддержания квантовых рамок энергии нужно на порядки меньше, чем на сам пробой, к тому же, уменьшая или увеличивая подачу энергии можно как расширять, так и уменьшать сами рамки. Физически это выглядит как светящийся идеально круглый проем в пространстве.

Николай Иванович отвлекся от научных мыслей и протиснулся к засылаемой капсуле, откуда техники только что вытащили межпространственного первопроходца – рыжего пса по кличке Шарик. Довольная вниманием множества людей, дворняга весело виляла хвостом и радостно повизгивала. Это и было самым главным успехом, доказывающим, что перемещение живых существ через квантовый портал безопасно. Теперь осталось решить проблему с методами позиционирования.

Пока что портал пробивался наугад. В первый раз попали в открытый космос, второй – внутрь какой-то скальной породы, неизвестно где расположенной. Это было крайне рискованно, потому что на другой стороне портала могла оказаться сверхагрессивная среда, вроде звездного вещества или черной дыры. Даже глубины океана представляли серьезнейшую проблему. Вода могла хлынуть через внешнюю рамку портала под огромным давлением. Еще хуже, если бы встретилась не вода, а, например, магма. Но третья попытка неожиданно дала результат. Причем, очень даже положительный.

Портал открылся на какой-то планете земного типа. Показания приборов зафиксировали атмосферное давление и состав воздуха почти идентичные обычному высокогорью. Тогда и приняли решение отправить сначала лабораторных крыс, а потом и собаку. Вот только где находился открытый мир, было неясно. Телеметрия показывала комплекс пещер, но три отправленных маленьких беспилотных зонда с камерами еще не нашли выходы из пещер на поверхность. Убедившись в отсутствии опасных вирусов и бактерий, капсулу с подопытным псом выдвинули в портал на металлической штанге, подержали на той стороне полчаса с открытой крышкой и втянули обратно, все это время получая информацию с датчиков. Теперь практически доказано, что перемещение сквозь пространственный пробой никак не влияет на организм. А значит, следом за собакой можно послать и человека. Академик потрепал пса по холке, зафиксировал в своем служебном планшете все последние показания приборов и, дав техникам пару указаний, двинулся к выходу.

Поднявшись из лаборатории в свой кабинет, академик уселся за рабочий стол и начал набирать на стационарном компьютере отчет о ходе эксперимента, который, вместе с видеозаписью события, следовало сдать куратору проекта, военному представителю Малышеву Петру Сергеевичу, инженеру-полковнику, доктору технических наук, специалисту по вооружениям.

Только генеральный конструктор вспомнил о своем кураторе, как в дверь кабинета вежливо постучали и на пороге появился тот самый Петр Сергеевич, интеллигентного вида гладко выбритый мужчина за сорок, в очках, одетый в добротный серый костюм гражданского покроя. Поздоровавшись, Савичев пригласил гостя присесть в кресло рядом.

– Разрешите поздравить с успехом, Николай Иванович! – Поприветствовал академика вошедший и добавил:

– Вы полностью оправдали доверие правительства и все ресурсы, выделенные на проект. Родина гордится вами, и высокие награды вам обеспечены.

– Спасибо, конечно, за поздравления, но впереди еще много работы. Необходимо минимизировать потери энергии, а то те кабели, что вы предоставили, перегреваются, несмотря на все чудеса охлаждения. Надо бы сверхпроводники. И, самое главное, не решена проблема позиционирования, – сказал академик.

– Ничего, главное уже получилось! Портал работает, – возразил Малышев.

– Это так, – согласился генеральный конструктор. И добавил:

– Нам сильно повезло. С третьей попытки мы попали на поверхность неизвестной планеты, в какую-то пещеру. Заметьте, не в бездну кипящей магмы планетарной мантии и не внутрь звездного вещества, и даже не на дно океана. Короче говоря, попали в относительно безопасное место.

– Да, Николай Иванович, это почти что чудо. Но, вдруг это место где-то неподалеку? Почему вы уверены, что это иной мир, раз пока ничего не ясно с позиционированием? – Задал вопрос Петр Сергеевич.

Академик внимательно взглянул на собеседника и произнес:

– Я тоже совсем не уверен, где находится место выхода, и потому, настало время послать разведчика. Необходимо выйти на поверхность из пещеры и посмотреть, какое там небо. По положению звезд попытаемся установить, куда пробит портал и где конкретно находится место выхода. Поймите, для дальнейших расчетов и практического создания методики позиционирования необходимы ориентиры. Но я не сомневаюсь, что это место неимоверно далеко. Когда в первый раз портал открылся в открытом космосе, нам удалось получить снимки положения созвездий. Так вот, это не меньше нескольких тысяч световых лет от нас. Ракурсы созвездий совсем другие. А параметры третьего пробоя почти идентичны первому. Задействована такая же мощность. Изменены только характеристики модуляции.

Внимательно выслушав коллегу, Малышев сказал:

– Ну, раз вы уверены, что пробили проход в другой мир, то его необходимо в полном объеме исследовать. Во-первых, это уникальная планета земного типа, что понятно уж сейчас, раз там есть атмосфера, во-вторых, там очень вероятна жизнь, раз состав атмосферы почти идентичен нашей, а в-третьих, открывается реальная возможность получить ресурсы целой планеты. Учитывая все эти факторы, разведывательная экспедиция будет подготовлена и отправлена в самое ближайшее время. А пока пишите подробный отчет.

Глава 1

Пообщавшись с академиком, Малышев направился в кабинет к своему непосредственному начальнику, генералу Андрею Викторовичу Панкратову. Благо, офис генерала располагался в том же подземном исследовательском центре, что и лаборатория Николая Ивановича. Только в противоположном крыле и на три уровня вверх.

Начальник технической комиссии и всего объекта, худощавый седовласый человек, одетый в форму генерал-майора, уже ждал своего подчиненного. Несмотря на разницу их положения, Андрей Викторович относился к Малышеву почти что по-дружески. Он поднялся навстречу из-за огромного письменного стола, заставленного мониторами компьютеров и терминалами секретной связи и, пожав вошедшему руку, предложил садиться. В кабинете находился еще один человек, незнакомый инженеру-полковнику. Это был полный мужчина лет пятидесяти с серьезными залысинами, в темно-синем гражданском костюме, украшенный бордовым галстуком на фоне белоснежной рубашки. Лишь цепкие маленькие, но цепкие глазки цвета стали выдавали в нем куратора от конторы.

– Это Владимир Степанович, представитель правительства, а это мой заместитель Малышев Петр Сергеевич, – представил их друг другу генерал. Затем, когда они пожали руки и удобно устроились в креслах по разные стороны стола для совещаний, добавил:

– Итак, проект «Перфоратор» дал первые результаты. Доложите о текущей стадии эксперимента, Петр Сергеевич.

Малышев откашлялся и произнес:

– На данный момент полностью подтверждена работоспособность установки. С третьей попытки удалось пробить проход, как утверждает академик Савичев, на планету земного типа, расположенную на расстоянии тысяч световых лет от земли. Проход проверен на безопасность для живых существ. Имеется возможность неограниченного перемещения людей и грузов в обе стороны. Установка работает на поддержание так называемой «квантовой рамки пробоя» стабильно, без чрезмерных затрат электроэнергии. Академик сейчас пишет подробный отчет, я как раз от него.

– Ну, наконец-то, родили, а то все сроки уже вышли, – сказал куратор, зыркнул на Малышева недобрым взглядом из-под густых бровей и продолжил:

– Ладно, простим академику эту волокиту, человек, сделавший такое открытие, несомненно, гений. Но поведение гениев часто не поддается привычной логике социума. Потому, приказываю усилить наблюдение за академиком, а то еще уйдет в запой от радости. А вам необходимо немедленно продолжать исследования. Поскольку промежуточный результат – это, разумеется, хорошо, но не совсем то, ради чего затевался проект «Перфоратор». Нам необходима возможность открытия множественных порталов в тылу потенциального противника. Цель проекта, напомню, состоит в нейтрализации стратегических средств и командных центров наших врагов, что позволит одномоментно изменить глобальный баланс сил в нашу пользу. Пока что, как я понимаю, вы куда-то в дебри космоса залетели?

– Так точно, залетели в дальний космос, потому что имеются проблемы с позиционированием. На данный момент не существует методики расчета. Иными словами, мы пока не способны предсказать, в каком месте откроется портал, – ответил Малышев.

– Как же тогда удалось попасть на неизвестную планету? – Спросил куратор.

– Это счастливая случайность, что мы попали на поверхность неизвестной планеты земного типа, а не внутрь, скажем, Юпитера или Солнца, – ответил инженер-полковник.

– Да уж, а то бы хлынула сюда какая-нибудь солнечная плазма, и сгорело бы все вокруг к чертовой матери. Опасная получилась установка, вы не находите? – Желчно произнес куратор.

И тут неожиданно вмешался генерал:

– Вы правы, Владимир Степанович, эта установка опасна. Впрочем, как опасно любое оружие. А квантовый портал, я считаю, именно новый вид оружия – оружие транспортное. Армия получает возможность, не тратя сил на марши, мгновенно перемещаться на любые расстояния и неожиданно для противника появляться в любом заданном месте или же, например, скрытно и внезапно доставлять ядерные заряды к цели. Проблему позиционирования мы решим. А пока, по моему мнению, открытую планету необходимо использовать, потому что это ресурсы, уже сейчас доступные нам и совершенно не учтенные нашими потенциальными противниками. А полезные ископаемые и территории целой планеты способны сами по себе изменить стратегический расклад в нашу пользу. Поэтому, прошу вас доложить о нашем успехе на самый верх и увеличить финансирование проекта.

Куратор пристально посмотрел сначала на генерала, потом на его заместителя и проговорил:

– Я доложу немедленно, можете не сомневаться. Но вот насчет увеличения финансирования не уверен. У правительства и так плохо с деньгами. Поэтому пока действуйте, опираясь на имеющиеся в вашем распоряжении ресурсы. Организуйте разведку открытой планеты наличными силами. Пошлите людей, беспилотники, составьте карты, поищите полезные ископаемые. Впрочем, не мне вас учить, сами умные. Необходимо в ближайшие сроки получить данные о потенциале открытой планеты. А уже тогда о финансировании поговорим. Да, и повысьте уровень безопасности. Наши заклятые партнеры ни в коем случае не должны узнать об успехе проекта. О существовании самого проекта они, к сожалению, уже в курсе. Недавно мы выявили очередного крота, который передал общие сведения. Правда, технических подробностей они пока не знают, но попыток узнать, разумеется, не прекратят. Потому нужно торопиться с разработкой. У меня все.

Когда куратор вышел из кабинета, генерал Панкратов дал указания Малышеву:

– Значит так, приказываю. Первое, выделить в отдельный проект разработку планеты с постоянным поддержанием портала имеющейся установкой. Условное название проекта «Мир». Второе, в рамках проекта «Перфоратор» построить менее мощную экспериментальную установку для отработки создания порталов в заданные районы именно земной поверхности, а не дальнего космоса. Пока хватит нам и одной планеты для освоения. Необъятное нам не охватить. Поэтому пусть академик зафиксирует достигнутые результаты и все вычислительные мощности бросит на расчеты методики позиционирования. Третье, подготовить и отправить комплексную разведывательную экспедицию на открытую планету с созданием там базы. Четвертое, ответственным за проект «Мир» назначаю тебя, Петя. Тебе все понятно? Вопросы есть?

– Есть. Кто пойдет в разведку? – Спросил инженер-полковник.

– Ну, отбери для начала несколько человек. Найди специалистов: геолога, биолога, астронома, еще кого-нибудь полезного. Да и сопровождение военных им организуй. Взвода, думаю, хватит для начала. У нас тут в исследовательском центре под землей и в зданиях на поверхности почти тысяча сотрудников множества профессий. Автобат полного состава для доставки грузов расквартирован. Да еще сводная рота охраны внешнего периметра, укомплектованная бронетехникой. Так что просмотри дела в кадрах, отбери людей. Бери технику, какую надо. Первым делом пусть на поверхность планеты выйдут из этой пещеры. Осмотрятся, а там видно будет что, да как. Мы даже не знаем пока, обитаема ли планета. А вдруг там уже живут братья по разуму? Надеюсь, что нет. Только вот войны с другой планетой нам и не хватает. Завтра доложишь мне о составе разведывательной экспедиции. А сейчас пора обедать.

Генерал посмотрел на стену, где большие часы уже показывали без десяти два. Он встал из-за стола и вместе со своим заместителем направился в столовую для командного состава. Благо, она располагалась недалеко от генеральского кабинета, на том же подземном этаже. Аромат свежих щей так и манил к обеденному столу.

Быстро пообедав, Малышев развил бурную деятельность. Едва придя к себе в кабинет, он вызвал главного кадровика исследовательского центра. Вернее, кадровичку, Веру Ивановну Смирнову. Через четверть часа он уже беседовал с ней за столом для совещаний.

Перед инженером-полковником сидела полноватая и некрасивая на лицо немолодая мадам в сером деловом наряде и со старомодной прической. Но дело свое она знала прекрасно, была неоднократно проверена спецслужбами, имела соответствующий допуск, а еще медаль за выявление шпиона. Хотя, даже учитывая все эти факторы, Малышев не собирался посвящать кадровичку в суть вопроса. Через нее нужно найти необходимых специалистов, не более. А уже тем, кто пройдет отбор, будет сказано об их миссии, и то не сразу, а по мере готовности. Малышев держал в уме, что любая информация о проекте «Перфоратор» и о новом проекте «Мир» должна быть строго засекречена. Тем более сейчас, когда достигнут первый успех.

– Итак, Вера Ивановна, мне в создаваемый отдел требуются в кратчайшие сроки некоторые специалисты из нашего же центра. Например, геологи и биологи по два человека. Еще хорошо бы найти астронома или астрофизика, а также специалиста в области беспроводной связи, – сказал Малышев.

– Пожалуйста, у нас такие специалисты имеются, кроме астронома. Два астрофизика есть в лаборатории ракетчиков. Один геолог работает в лаборатории взрывотехники и второй трудится в эксплуатационном отделе артезианской скважины. Что касается биологов, то их человек двадцать в лабораториях радиационной и химической защиты и еще несколько в других лабораториях. А уж связистов у нас сколько угодно. Каких хотите. Например, из лаборатории радио-электронной борьбы можете взять, – спокойным голосом, лишенным эмоций, произнесла кадровичка.

– Тогда, будьте добры, срочно поднимите их дела и пришлите мне курьером. Отбор кандидатов я сделаю сам. Большое спасибо. Вы свободны.

Когда Вера Ивановна закрыла за собой дверь кабинета, Малышев включил внутреннюю видеосвязь и вызвал подполковника Ермолаева. Почти сразу на экране появилось красное лицо сорокалетнего коменданта объекта. Он вроде бы не пил и числился отличным служакой, прошел «горячие точки», имел ордена, получил должность коменданта после ранения, но мешки под желтоватыми глазами и хроническая кожная болезнь розация придавали подполковнику вид человека «с бодуна».

– День добрый, Валентин Максимович! – Поприветствовал инженер-полковник коменданта и перешел к делу:

– У вас там в батальоне охраны все контрактники, призывников нету, зато есть ветераны сил специальных операций, если не ошибаюсь?

– Так точно, – ответил комендант по уставу. И Малышев, поправив очки на переносице, продолжил:

– Отберите из них взвод самых надежных и завтра утром пришлите мне их личные дела.

– У нас надежные абсолютно все. Других на объекте не держим, – выпятив подбородок, пробасил подполковник.

– Мне нужны надежные телохранители для небольшого научного коллектива, так что, Максимыч, будь добр, подбери хотя бы десяток приличных парней, не совсем отмороженных, которые нормально могут с людьми общаться, а не только стрелять, бить морды и материться. Пришли мне личные дела, а я сам выберу, – уточнил Малышев задачу.

– Я-то ребят тебе подберу, но мне приказ генерала нужен, – произнес комендант.

– Приказ будет уже сегодня, можешь не сомневаться. Так что, не откладывай это дело, – сказал Малышев и выключил видеосвязь.

Соседний монитор, на который была выведена картинка с камеры, висящей в коридоре, показывал, что академик Савичев, сжимая под мышкой папку для бумаг, спешит с докладом.

Едва академик переступил порог кабинета, как Малышев почувствовал от него запах спиртного. Да и стоял гениальный ученый на ногах не очень твердо.

– Николай Иванович, вы, я смотрю, уже отметили успех проекта? – Поинтересовался Малышев, сразу вспомнив, что куратор, похоже, был прав, насчет опасности ухода академика в запой.

– Это мы с ведущими конструкторами за обедом по чуть-чуть приняли, в ознаменование нашей победы над пространством, так сказать, но отчет я подготовил. Все детали эксперимента изложены в этой папке и продублированы на приложенной флэшке, там еще телеметрия и видеоматериалы, – поведал академик, положив папку и флэшку на стол и усаживаясь в кресло. Было заметно, что Николая Ивановича так и распирает от радости. Широко улыбаясь, он восторженно произнес целую речь:

– Петр Сергеевич, дорогой вы мой! Если хотите знать, я даже не надеялся, что моя теория может воплотиться на практике при моей собственной жизни! Я и не мечтал о таком прорыве, который сейчас произошел. Вы даже не представляете себе, какой это грандиозный скачок во всей мировой науке! И вы лично, конечно, очень помогли, потому хочу сказать огромное спасибо, что создали все условия и собрали такой замечательный коллектив! И, как результат, мы побороли само пространство! Это намного больше, чем даже первый полет в космос. Это невероятная перспектива развития всего человечества. И это вам даже не телепорт. Тут ничего никуда не переносится. Все очень просто работает. Я вам сейчас наглядно продемонстрирую, насколько просто.

– Сжимаем пространство в точке, вот так, – академик в порыве своего восторга схватил со стола чистый лист бумаги и притянул друг к другу его противоположные углы, продолжая вещать:

– Затем создаем прокол, вот так, – взяв со стола зубочистку, академик проткнул ею углы листка бумаги, а потом сжал полученный прокол пальцами и произнес:

– Фиксируем квантовым полем края прокола и проходим из одного пространства в другое через полученную дырку. И наплевать, какого размера сам этот лист. Потому что мы перемещаемся не вокруг, а насквозь. Теперь не нужно ни ракет, ни топлива, да почти ничего особенного и не нужно, только правильно подобранный резонанс, определенное количество электроэнергии, и можно осваивать хоть всю вселенную!

С восторгом потрясая в воздухе своим наглядным пособием в виде листка бумаги, академик светился радостью, совсем как ребенок, получивший, наконец, от родителей давно вожделенную игрушку.

– Да, да, я тоже отлично понимаю принцип и великие перспективы вашего изобретения, – улыбнувшись, поддержал восторг ученого Малышев, но тут же серьезно добавил:

– Безусловно, Николай Иванович, ваше открытие невероятно полезно для всего человечества, но, к великому сожалению, пока международная обстановка такова, что результаты обнародовать невозможно.

Академик сразу сник, положил проколотый бумажный лист обратно на стол и опустился в кресло. Сейчас перед Малышевым сидел не гигант мысли, а просто не слишком трезвый и несколько разочарованный пожилой человек.

– Очень жаль, а у меня уже подготовлена серия статей для научного журнала, – протянул он.

Малышев попробовал успокоить академика:

– Поймите, Николай Иванович, это изобретение имеет обратную сторону. Оно очень опасно по сути. Не менее опасно, чем атомная бомба, потому что дает возможность незаметно засунуть эту самую атомную бомбу хоть под Белый дом. Ну или заслать полк спецназа прямо в подвал Пентагона. Если потенциальные противники узнают о наших новых возможностях, они не остановятся ни перед чем. Нас всех тут же убьют, разбомбят со всем этим исследовательским центром. И ни подземные уровни, ни эшелонированная система ПВО не помогут нам. А вот если удастся сохранить изобретение в тайне, доработать его, решив проблему позиционирования, то наш противник в один прекрасный момент перестанет существовать. И вот тогда весь мир узнает о вашей гениальности. Но не раньше.

– Да, я все понимаю. Мы тут все под колпаком, – пробурчал академик.

Он поднялся из кресла и, слегка пошатнувшись, направился к выходу. На пороге кабинета обернулся и пробормотал:

– Но на патент я, надеюсь, могу рассчитывать?

– Совершенно верно, Николай Иванович. Можете. Патент обязательно будет. Секретный. И орден. И государственная премия. Только не пейте, пожалуйста. Нам с вами предстоит очень много работы.

Глава 2

Весь следующий час Малышев внимательно изучал отчет академика Савичева, потом работал с другими бумагами и связывался, как с подчиненными, так и с начальством. После того, как все неотложные дела были сделаны, он покинул кабинет и направился в лабораторию проекта «Перфоратор».

Подробный отчет – это, разумеется, хорошо. Но, как гласит старинная мудрость: «лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». А еще лучше самому все проверить и потрогать. Чувство долга не позволяло Малышеву посылать людей в неизвестность. Потому он решил сначала убедиться в работоспособности и безопасности установки лично.

Установка, которую Малышев прозвал «Пространственный перфоратор конструкции Савичева», и именно такое название теперь фигурировало в документах, выглядела очень солидно. Она занимала половину просторного подземного лабораторного ангара, напоминающего станцию метро средних размеров. Только эта «станция» не имела красивой отделки и была покрашена белой краской прямо по бетону, а освещалась старыми люминесцентными лампами холодного света, кое-где неприятно мигающими.

Огромная улитка спиралевидного ускорителя вздымалась под самый потолок ангара, а цилиндр корпуса напоминал переднюю часть субмарины средних размеров, стоящую на стапеле со вскрытыми внутренностями, состоящими из переплетения труб с кабелями и трансформаторными обмотками, перемежающимися большими и малыми электронными блоками. Некоторые из них, помигивая разноцветными светодиодами, просто свисали из нутра установки вместе с разъемами, укрепленными непосредственно на проводах. Что немного напоминало сюрреалистическую новогоднюю гирлянду и наглядно показывало бардак, царящий в отечестве. «Если уж в сверхсекретной лаборатории блоки уникального квантового генератора болтаются, словно елочная мишура, то что требовать от иных производств? Ну нет у нас производственной культуры», – про себя грустно констатировал Малышев.

В центре управления, расположенном в застекленном бронестеклом антресоли с видом на всю конструкцию, тоже перемигивались веселые огоньки на двух пультах. На большой монитор правого пульта подавалась трехмерная цветная проекция установки с цифрами телеметрии, а на левом виднелся интерьер пещеры, находящийся где-то в ином мире, но теперь уже совсем рядом.

Роль оператора установки сейчас выполнял тридцатипятилетний инженер-конструктор Аркадий Григорьевич Лаврентьев, один из ведущих специалистов проекта. Он развалился в кресле на все свои сто двадцать килограммов, пил кофе из большого картонного стакана, но при этом зорко следил за параметрами и время от времени что-то слегка корректировал в окне температур, водя курсором мыши по экрану.

Ангар тоже жил своей жизнью. Там внизу суетился персонал в белых костюмах химзащиты. Двое техников по широкому и мощному металлическому пандусу, рассчитанному на проезд танков, закатывали внутрь установки тележку с приборами, а трое инженеров давали им указания.

– Что они сейчас делают? – Осведомился Малышев.

– Так академик же приказал замерить все параметры на выходе. Вот люди и работают. В данный момент устанавливают сейсмографы, – поведал Лаврентьев.

– Если я правильно понимаю, вы самовольно отправили людей в открытый мир? – Строго спросил Малышев.

Но Аркадий Григорьевич совсем не обратил внимания на начальственный тон и спокойно сказал:

– Не самовольно, а по указанию академика Савичева. Да и нет там ничего страшного. Пещера самая обычная. Я сам там уже был. По стенкам кое-где водичка течет, есть расщелины, но выход на поверхность пока не нашли. Люди, кстати, работают в спецкостюмах и проходят дезинфекцию в шлюзе. Хотя ни радиации, ни заразы какой-нибудь не выявлено. Но перестраховываемся. А вот собаку, между прочим, без всякого костюма отправляли и ничего, бегает и хвостом виляет.

– Так получается, что в пещере есть вода? – Удивился инженер-полковник. Такого ему еще не докладывали.

Лаврентьев кивнул и проговорил:

– Ну да, Петр Сергеевич, я же говорю, что пещера самая обыкновенная, карстовая. Там есть сталактиты и сталагмиты, вода по стенкам подтекает. Воздух из расщелин поддувает. Ничего особенного. Простой природный подземный зал чуть больше этого нашего ангара, где мы сейчас с вами находимся. Нормальные размеры для пещеры.

– Анализ воды делали? – Спросил Малышев.

– Так точно, вода самая обычная, достаточно чистая, с минерализацией в пределах нормы. Микроорганизмов не обнаружено. Можно пить, – доложил инженер-конструктор.

В этот момент на левом мониторе появились те самые два техника со своей тележкой. Они остановили ее у стены пещеры и принялись выгружать сейсмографы.

– Аркадий Григорьевич, раз у вас тут такие бесстрашные первопроходцы в иные миры, то, будьте добры, организуйте и мне экскурсию в пещеру, – не то попросил, не то приказал инженер-полковник.

Лаврентьев тут же взял со стола микрофон громкой связи и сказал:

– Внимание! К нам прибыл товарищ Малышев. Сейчас он переоденется и спустится в ангар. Покажите ему пещеру.

Внутри установка представляла собой прямой тоннель, разделенный гермозатворами на два последовательных шлюза. Все здесь было сконструировано с учетом размеров стандартной армейской бронетехники, а потому казалось более чем просторным. В первом шлюзе производилась дезинфекция, а во втором выравнивалось давление. Сейчас никакой необходимости в выравнивании давления не имелось, и выход в пещеру был открыт.

За идеально круглым проходом, имеющим четыре метра в диаметре, открывался вид на подсвеченные светодиодными прожекторами красоты подземного мира иной планеты, те самые сталактиты и сталагмиты, о которых говорил Лаврентьев. Лишь тонкая змеящаяся полоска разрядов по краю окружности и легкое гудение трансформаторов и систем охлаждения напоминали о работе квантового генератора.

С очень странным чувством какой-то нереальности происходящего, Малышев переступил черту портала и оказался на камнях иного мира. Он тут же почувствовал в теле необычные ощущения, непонятную сказочную легкость и эйфорию. Хотелось смеяться и кричать «Ура!». Неужели этот мир так далеко? А надо сделать всего лишь один шаг! Вот до чего дошел прогресс!

В компании инженера Михаила Ильича Бондаренко, Малышев направился к красивому сталагмиту размером с человека и, не удержавшись, потрогал его. Любопытство так и распирало. Потом он подошел к стене пещеры и потрогал текущую сверху воду. Сквозь резиновую перчатку костюма химзащиты он ощутил холод влаги. Все это было реально и происходило на самом деле. Но вот, а что если это не другая планета, а все-таки Земля? Может быть, несмотря на все уверения академика, он пробил проход куда-нибудь в горы Кавказа? Очень уж сильно пещера напоминала Новоафонскую, в которой Малышев был с экскурсией, когда отдыхал в Абхазии.

Сомнения инженера-полковника прервал голос сопровождающего, который произнес:

– Рад приветствовать вас, Петр Сергеевич, на новой планете. Напомню, что сила тяжести здесь меньше на двадцать процентов. Так что старайтесь двигаться плавно, пока не привыкнете. А то удариться можно. Я вот в первый раз ногу расшиб о сталагмит с непривычки.

– Вы уверены, что сила тяжести другая? – Недоверчиво спросил Малышев.

– Абсолютно. Вон весы электронные возле стены. Взвестись. Сами увидите. Я вот сто кило вешу. А здесь восемьдесят.

Когда Малышев вернулся в кабинет, личные дела вольнонаемных специалистов, затребованные из отдела кадров исследовательского центра, уже лежали на рабочем столе толстой стопкой. Чуть позже курьер доставил из комендатуры папки с делами военных кандидатов в экспедицию. Весь вечер нужно было вчитываться в материалы и отбраковывать неподходящих. Ужин пришлось пропустить и довольствоваться несколькими стаканами чая, вскипяченного самостоятельно в электрочайнике. В результате оптимизации должность секретарши сократили в прошлом году. Денщика или адъютанта у полковника Малышева тоже не имелось. Их сократили еще раньше, чем секретаршу.

Только в начале первого ночи инженер-полковник закончил разбираться с кандидатурами посланцев на чужую планету. Им предстоит первыми увидеть новый неизведанный мир и подвергнуться неизвестным рискам при его разведке. Малышев старался сделать все от него зависящее, чтобы минимизировать вероятные негативные последствия. Но всего предусмотреть не представлялось возможным. И эта неизвестность нервировала. Из всех возможных кандидатов Петр Сергеевич отобрал людей одиноких, несемейных и бездетных. Если даже им придется погибнуть, семьи не потеряют кормильцев, а дети не останутся сиротами.

Сам Малышев тоже был одиноким и несемейным, хотя дети у него имелись. К сорока пяти годам за его спиной остались два неудачных брака. С первой женой прожил двенадцать лет и нажил сына Мишку, которому уже исполнилось шестнадцать. Со второй прожили восемь лет и нажили дочку Марину. На прошлой неделе девочке исполнилось десять. Он оставил бывшим женам и детям все свое имущество и исправно платил приличные алименты. Последние четыре года инженер-полковник был холостяком и жил только работой.

Ночевал и питался Петр Сергеевич за казенный счет. Благо, ему по должности полагалось совсем неплохое довольствие и полноценная двухкомнатная квартира на жилом уровне исследовательского центра. Секретный объект он не покидал уже третий год, но втайне мечтал сдать дела и вырваться в отпуск, чтобы повидаться с детьми и со своей старенькой мамой. Вот только возможности такой пока не предвиделось. Напротив, на него накатывала новая волна суеты вокруг случившегося открытия академика Савичева. Рабочая нагрузка возросла процентов на двести. И то ли еще будет!

В восемь утра Малышев вернулся на рабочее место. Шесть часов сна, зарядка в тренажерном зале и плотный завтрак восстановили работоспособность. Он был готов к собеседованию с кандидатами, первым делом связался с подполковником и попросил прислать тех, кого выбрал. Сначала военные, а гражданские пойдут вторым эшелоном, так он решил. Не прошло и четверти часа, как первый соискатель в военной форме появился на пороге и доложил:

– Сержант Щеглов по вашему приказанию прибыл.

Конечно же, дело сержанта было прочитано, но необходимо убедиться в его коммуникационных навыках. Ведь тому предстояло общаться в маленьком коллективе. И насколько затянется это общение никто не знает. От того, каких людей подберет руководитель, зависит психологический климат в группе. Тем более, здоровый психологический климат важен в разведке. А вдруг произойдет авария, установка выключится и портал закроется? И смогут ли потом вновь открыть этот портал на том же самом месте? А если первопроходцы останутся там, на далекой планете, отрезанные от родного мира, то не одичают ли? Не поубивают ли друг друга? Они должны быть психологически совместимы, как космонавты, должны представлять в ином мире все человечество. Но на углубленную подготовку группы времени не было. Малышев мог рассчитывать только на свой организаторский опыт. Потому инженер-полковник указал парню в военной форме на кресло и попросил кратко рассказать о себе.

– Меня зовут Володей. Прохожу службу по контракту. Военная специальность пулеметчик. Должность – командир отделения.

– Чем интересуетесь? – Спросил Малышев.

– Интересуюсь военной историей, занимаюсь спортом, боксом. Занял третье место на соревнованиях округа в прошлом сезоне…

Инженер-полковник кивнул, задал еще несколько вопросов, дал парню заполнить анкету-тест и, просмотрев результаты, сделал пометку в списке прошедших собеседование. Этот светловолосый и сероглазый парень вроде бы понравился. Но человека не узнаешь за несколько минут, потому Малышев руководствовался своей интуицией, он заглянул в дело еще раз: 23 года, вес 72, рост 181, без вредных привычек, не женат, детей нет. Родители живут в Твери. Имеются брат и сестра. «Единственным кормильцем не является, разговаривает нормально, пишет довольно грамотно, сомнений не вызывает, значит подходит», – решил Петр Сергеевич и отложил папку в сторону. Затем, взглянув в глаза парню, спросил:

– Володя, готов ли ты пойти в разведку в опасное место с группой гражданских специалистов?

– Так точно, куда прикажут, туда и пойду, – ответил пулеметчик без всяких колебаний.

– Отлично. Вас вызовут. Идите, – произнес Малышев и потянул из стопки следующую папку. Камера фиксировала, что перед дверью кабинета уже собралась небольшая очередь соискателей.

Отсмотрев еще одиннадцать военных, Петр Сергеевич, в итоге, выбрал девять человек. Для серьезных боевых действий, конечно, маловато, но для телохранителей передовой разведывательной группы вполне достаточно. Среди них были два снайпера, три пулеметчика и четверо стрелков-спецназовцев, трое офицеров и шестеро сержантов. Это были молодые, но достаточно опытные вояки. Почти все побывали в опасных командировках.

С военными все было просто. Им прикажут, и они пойдут куда надо без вопросов. А с гражданскими так не получится. Будут расспрашивать. Придется убеждать. Но Малышев был готов почти ко всему.

Все оказалось проще. Гражданские задавали вопросы только про то, каков размер жалования в формируемой научной группе. И когда слышали о двойном размере оплаты и учета стажа, сразу соглашались. Каждый из них прекрасно понимал, на каком секретном объекте работает. Потому лишних вопросов не задавали. К изолированности и неизвестности все они давно притерпелись. Если надо обследовать новый объект реальности, значит будем. Исследователями по духу тут являлись все члены коллектива от последнего лаборанта до генерального конструктора.

К обеду группа гражданских специалистов сформировалась. В нее вошли три биолога, два геолога, врач и связист-радиометрист. Трое мужчин – связист и геологи. И четверо женщин – биологи и врач. Подходящего астрофизика пока найти не удалось. Не посылать же в разведку немощных старичков, которые имелись на объекте?

Врача Малышев включил в группу не только на всякий случай, потому что в процессе разведки могут возникнуть больные и раненые, но и для научных исследований воздействия иной планеты на человеческий организм. Специализация врача «инфекционист-вирусолог» казалась очевидно полезной при обследовании нового мира.

Малышев переговорил с генералом, получил приказ об утверждении состава группы и пошел обедать. На обеде в столовой, невзирая на секретность, люди громко обсуждали произошедшее. Ведущие специалисты проекта "Перфоратор", сидящие напротив Малышева, наплевав на субординацию, задавали ему вопросы о судьбе проекта и навязчиво высказывали свое мнение, что и как необходимо делать дальше. Малышеву приходилось отшучиваться. Он и сам пока плохо представлял, какие конкретные действия последуют за разведкой новой планеты. Никакой стратегии на такой экстраординарный случай, как открытие перехода на иную планету, руководством заранее выработано не было. Все предстояло решать ситуативно. Едва инженер-полковник вернулся в свой кабинет, как ему доложили об обнаружении выхода из пещеры.

Звонил дежурный по установке инженер. Он сообщил, что при детальном осмотре, в дальнем конце пещеры найден небольшой проход куда-то дальше в виде узкой расщелины, ведущей вверх почти вертикально, откуда чувствуется приток воздуха. Но чтобы пробраться наверх по найденному проходу, требуется профессиональный спелеолог, либо альпинист. Там мокро и скользко. А еще там обнаружены плесень и мох. И клопы какие-то ползают. Требуется биолог, чтобы взять пробы. И геолог не помешает, потому что найдены интересные породы.

– Пока к вам никого не могу прислать. Соберите образцы и отошлите в лабораторию, только осторожно, чтобы клопы людей не покусали и не расползлись никуда, – дал указание инженер-полковник.

Глава 3

Получается, что на открытой планете есть не только подходящие людям условия, но и жизнь? Не успел Малышев переварить услышанное от дежурного инженера, как ему позвонил куратор. Судя по тону, Владимир Степанович был недоволен. Он почти кричал в трубку:

– Что за самоуправство? Кто вам дал право самовольно формировать разведгруппу? Неужели вы не в курсе, что каждая кандидатура сначала должна быть согласована с особым отделом?

– Но вы же сами дали полномочия имеющимися силами и средствами в кратчайшие сроки исследовать новый мир, – возразил Малышев.

– Да, это так, но я не думал, что вы при этом проигнорируете все правила службы. Вы обязаны были сначала согласовать личные дела кандидатов в особом отделе, а потом уже проводить собеседование с людьми. Вы же сделали все наоборот. Я немедленно высылаю к вам своего человека, майора, который будет постоянно находится при вас в процессе формирования группы и наблюдать за каждым шагом. Надеюсь, вы пока не сказали кандидатам о цели разведки? – Раздраженно проговорил куратор.

– Нет, не сказал, – спокойно произнес инженер-полковник.

– Ну хоть этой глупости не совершили, – чуть смягчившись, пробурчал Владимир Степанович. И добавил уже спокойнее:

– Что нового на объекте?

– На планете вчера найдена вода, а только что сообщили об обнаружении плесени, мха и клопов. Скоро будут результаты проб, – доложил инженер-полковник.

– Вы хотите сказать, что там есть жизнь? – Удивленно спросил куратор.

– Несомненно, раз клопы в пещере ползают. И очень возможно, что на поверхности планеты растут не только мох с плесенью. Условия самые подходящие, давление, температура и состав воздуха почти земные, а гравитация меньше на двадцать процентов. Вода чистая, при том вполне питьевая, минерализованная. Так что жизнь вероятна в самых разнообразных формах. Теоретически, могут иметься даже очень высокоразвитые организмы, – подтвердил Малышев.

– Тем более необходимо усилить контроль. Никто не должен попасть туда без особого допуска. До прибытия моего сотрудника ничего не предпринимайте. Майор Головко еще раз изучит личные дела всех ваших кандидатов и примет решение по допуску, – приказал Владимир Степанович.

– Вас понял, – сказал Малышев и вставил свое:

– А еще в пещеру просят прислать спелеологов или альпинистов. Выход оттуда, вроде бы, нашли, но он представляет собой вертикальную расщелину. Без специальных навыков не забраться. И с астрофизиками у нас возникла проблема. Вряд ли имеющиеся на объекте старички способны ходить в разведку и преодолевать горные трещины.

– Ладно. Разберемся. А пока утверждено решение создать отдельный проект «Мир». Кстати, наверху заинтересовались планетой и готовят свою экспедицию. Собираются послать на планету настоящих космонавтов, – сказал куратор.

– Вы полагаете, нам стоит притормозить с разведкой и ожидать прибытия космонавтов? – Спросил Малышев.

– Нет. Чем больше предварительной информации вы соберете, тем лучше. Тем меньше будет риска для космонавтов. Да и когда еще они прибудут? Они же профессионалы, их обучение дорого обходится государству. И их отряд нужно подготовить с учетом планетарной среды. Вот и изучайте эту среду. Только постарайтесь не переусердствовать. Впрочем, к вам уже едет майор Головко. Будет часа через полтора.

Владимир Степанович оборвал разговор. И у Малышева осталось неприятное впечатление, что контора ему не доверяет. Кто-то уже слил информацию, скорее всего, кадровичка. Настроение испортилось. Обедая, он продолжал думать о состоявшемся разговоре. Ну, вот зачем придираться к формальностям и, тем более, слать какого-то майора? Да и что этот майор может понимать в физике пространства и теории квантового поля? Будет только мешать.

Но, может быть, приезд майора к лучшему? Может, удастся спихнуть на особиста дальнейшую работу с группой, а заодно и ответственность за разведку? Других дел и так с избытком накопилось. А разведка намечается серьезная. Раз найдены клопы, то могут быть и местные жители с той или иной формой разумности. А если они, эти инопланетяне, еще и превосходят человечество в уровне развития технологий? Что за сюрпризы таит эта планета без названия? Впрочем, рабочее название уже, кажется, утвердили. Раз создан отдельный проект «Мир». Значит, здесь Земля, а там, через квантовый портал – планета Мир. Нормальное название, пока сойдет.

Пообедав, Малышев решил заглянуть к академику. Тот сейчас находился в жилой зоне. Так сказать, работал из дома удаленно. Он иногда так делал. Особенно, когда не желал показываться на людях с бодуна.

Когда инженер-полковник вошел в апартаменты Савичева, пожилой ученый сидел за рабочим столом своего просторного кабинета и нервно колотил по клавиатуре. Два больших монитора перед ним усеивали многочисленные созвездия сложнейших формул и паутинки графиков. А индикаторы в контекстных окнах показывали стадии компьютерных расчетов.

– Вот, Петр Сергеевич, работаю над проблемой позиционирования. Но, скажу честно. Пока никакой ясности нет, и даже не знаю, когда она появится. Очень мало исходных данных. Ориентиров, опять же, никаких. Только чистое теоретизирование. Сейчас прогоняю предварительные выкладки, – проговорил академик Савичев.

К счастью, Николай Иванович сегодня был трезв. Хотя после вчерашнего легко можно было ожидать продолжения банкета. Помимо хозяина, в кабинете находился и тот самый пес Шарик, первопроходец в иной мир. Увидев вошедшего инженера-полковника, он два раза тихонько гавкнул и, урча, продолжил свои попытки разгрызть большую косточку, лежащую на небольшом коврике, рядом с металлической миской-поилкой и опустевшей кормушкой.

Малышев прошел мимо пса, потрепал его по холке, потом уселся в кресло возле рабочего стола академика и начал беседу:

– Я к вам вот по какому вопросу. Руководство считает необходимым всесторонне исследовать новый мир и собирается отправить туда людей. Потому расскажите мне свое мнение о стабильности портала. Не захлопнется ли он внезапно?

Оторвавшись от своих расчетов, Савичев взглянул на гостя поверх очков и сказал:

– Насколько я понимаю, портал достаточно надежен. Квантовое поле крепко держит края прокола. Имеющиеся расчеты показывают стабильность условий. Вот только пока не все свойства пространства изучены наукой. И что оно способно выкинуть, знает только Господь. Но, по имеющимся на данный момент экспериментальным и теоретическим выкладкам, ничего с порталом произойти не должно. Вы что же думаете, неужели же я разрешил бы людям работать в пещере на другой стороне, если бы не был уверен в работоспособности моего изобретения?

– А если отключится электропитание? – Спросил Малышев.

– Есть резервное. С ним портал уменьшится на две трети, но не закроется, – сообщил изобретатель.

– А если, например, вражеские диверсанты выведут из строя квантовый генератор? Или всю установку взорвут? Портал же исчезнет? – Задал Малышев новый вопрос.

– Да. Несомненно, но, портал можно будет восстановить и включить вновь. Все параметры зафиксированы, – уверенно произнес ученый.

– И портал будет на том же месте? – Не унимался Малышев.

– Ну да. Я же протестировал его. Даже кабели тогда задымились из-за пиковых нагрузок при многократных тестовых запусках установки. Не скрою, я сознательно гонял оборудование в самых жестких режимах на свой страх и риск. Но зато убедился в надежности. Включал и выключал много раз, прежде, чем послал туда свою собаку. А потом я и сам туда ходил. Уж больно любопытно было посмотреть инопланетную пещерку. Между прочим, я первый человек, ступивший на обнаруженную мною же планету, – сказал Савичев.

– А я и не знал, что Шарик ваш, – улыбнулся инженер-полковник.

Академик тоже улыбнулся и поведал:

– Да. Это мой старый друг. Я без него тут сам завыл бы. Вы же знаете, я вдовец уже пять лет. Мои взрослые дети живут в Москве. Я им не интересен. А животное ко мне привязано, и, понимаете ли, стресс снимает. Погладишь его, потискаешь, и легче становится на душе.

Инженер и академик поговорили еще некоторое время о текущих делах, прежде, чем распрощались. Едва Малышев добрался до своего кабинета, как ему позвонили с КПП.

– К вам майор Головко, – доложил дежурный.

– Проводите майора в мой кабинет, – дал указание Малышев и начал лихорадочно убирать свой рабочий стол. Не хотелось, чтобы пришедший посланец конторы с порога увидел кавардак разбросанных второпях секретных папок и флэшек вперемешку с зачерствевшими крошками съеденных бутербродов, огрызками яблок, использованными зубочистками, высохшими чайными пакетиками и грязными салфетками. Путь от КПП у майора займет минут пятнадцать. Значит, времени на небольшую расчистку пространства должно хватить.

Малышев увлекся уборкой. Он аккуратно сложил папки в стопки, полностью ликвидировал завалы от края стола до монитора и вытер пыль, прежде чем послышались шаги в коридоре. Когда, торопливо выбросив в корзину очередную кучку мусора, он обернулся, на пороге стояла женщина. Она тут же представилась:

– Здравствуйте, я Головко Мария Тимофеевна. Прикомандирована к вам.

Малышев опешил. Он ожидал увидеть сурового мужчину. А перед ним стояла стройная миловидная темноволосая девушка лет тридцати, с зелеными глазами, с правильными чертами лица, с острым носиком, тонкими губами и высокими скулами. Одетая в черную кожаную куртку поверх темно-зеленого свитера и в обычные джинсы, заправленные в ботинки с высокой шнуровкой, она казалась похожей на кого угодно, возможно, на стервозную манекенщицу, даже на молодую ведьму из сказок, но только не на майора из особого отдела.

– Добрый день, а я Малышев Петр Сергеевич, впрочем, вы, конечно, знаете, кто я, – невпопад представился инженер-полковник и даже покраснел.

В последнее время с женщинами он общался очень редко. В отделе академика Савичева, работу которого Малышев курировал пару последних лет, не имелось ни одной женщины. А те, с которыми приходилось пересекаться, были наподобие начальницы отдела кадров Веры Ивановны, непривлекательными и бесформенными, почти бесполыми существами. Исключение составляли те несколько молодых кандидаток в разведывательную экспедицию, с которыми он недавно провел собеседование. Среди них оказались довольно симпатичные особы.

– Да уж, я все про вас знаю, – подтвердила девушка-майор приятным грудным голосом и спросила:

– Где я могу расположиться?

– Предлагаю кабинет рядом с моим. Там раньше трудилась секретарша, но эту должность сократили больше года назад, – произнес Малышев.

Он быстро взял себя в руки, перестал краснеть, торопливо нашел ключи и протянул их Марии. Девушка сразу открыла кабинет и решительно вошла внутрь. В кабинете секретарши в полном порядке сохранились офисная мебель и техника, так что к работе можно было приступать немедленно.

Малышев вспомнил, что раньше тут в кресле восседала дородная немолодая мадам Софья Евгеньевна, которая отличалась ленью и не делала почти ничего по работе, зато пила кофе по пять раз в день и исправно «стучала» куда надо о любых промахах шефа. И Малышев был даже доволен, когда ее выпроводили на пенсию, упразднив должность в рамках оптимизации. Теперь же, вместо секретарши, «стучать» на него прислали целого майора.

– Надеюсь, что мы сработаемся, Петр Сергеевич. Но, первым делом, я, все же, хотела бы попасть в свое жилое помещение, чтобы привести себя в порядок с дороги, – произнесла майор, осмотрев предоставленный кабинет.

– Да, разумеется, я сейчас распоряжусь, – засуетился Малышев, хватая трубку телефона.

– Не трудитесь. На КПП мне уже выдали ключ от жилого модуля. Кстати, мне еще поесть нужно. Так что встретимся позже.

Закрыв обретенный кабинет, девушка-майор легко подхватила свою немаленькую спортивную сумку с пола, небрежно брошенную в коридоре, и, развернувшись, пошла прочь. Малышев посмотрел ей вслед, отметив приличную длину ног и тонкую талию новой сотрудницы.

Звонок вывел его из ступора. Дежурный сообщил, что, во время тщательного исследования поверхностей, в пещере обнаружено золото в виде золотоносной жилы в дальней части стены. Пробы, отправленные ранее в лабораторию, подтвердили высокую степень чистоты драгоценного металла.

Инженер-полковник тут же связался с генералом Панкратовым и доложил о событии. Тот попросил срочно зайти к нему. Через четверть часа Малышев, забрав по дороге из лаборатории папку с анализом образцов породы, уже сидел в кабинете у Андрея Викторовича. Тот решил немедленно созвать совещание и вызвал куратора.

Владимир Степанович влетел в кабинет минут через десять. На этот раз он был без галстука, в кое-как наброшенном пиджаке. Видимо, очень спешил. По телефону генерал уже сообщил ему последнюю новость.

Новость многое меняла. Неизведанная планета мгновенно обретала статус грандиозного запаса стратегического сырья. Найдены полезные ископаемые, да не просто какие-нибудь, а чистейшее золото. А уж если в первой попавшейся пещере найдена золотоносная жила, то в масштабах целой планеты ресурсы обещают быть просто огромными.

– Итак, на планете Мир найдено золото, – озвучил еще раз новость генерал.

– Из отчета лаборатории следует, что оно полностью лишено примесей, драгоценный металл невероятной чистоты, – вставил Малышев, положив папку с отчетом лаборатории перед генералом.

– Золото – это деньги. Можно считать, что проект «Перфоратор» окупается, – констатировал куратор.

Полминуты в кабинете висела тишина. Присутствующие переваривали новость.

Затем куратор заговорил:

– С этого момента проект «Мир» обретает особый статус. Не менее значимый, чем проект «Перфоратор». Более того, пока имеющаяся установка будет использоваться исключительно для обеспечения потребностей проекта «Мир». А для продолжения исследований в рамках проекта «Перфоратор» будет построена другая подобная установка в другом помещении. Все равно пока не решили проблему позиционирования, и когда ее решат – это неизвестно. За время строительства новой установки, глядишь, Савичев и родит формулы расчета координат. Да и ориентиры к тому времени ему сможем предоставить. Теория теорией, а тут у нас несомненный практический результат достигнут.

Находкой золота наверху очень довольны. Мне из лаборатории напрямую важные новости сообщают. А то ждал бы от вас доклада полдня, как всегда. А так я еще до прихода сюда уже связался с высшим руководством и получил указание форсировать добычу. Разумеется, учитывая находку, нужно начать экспансию немедленно. Времени на раскачку у нас нет.

Приказываю, во-первых, создать особую разведывательную экспедицию, а во-вторых, организовать золотодобычу. Я прямо сейчас свяжусь с майором Головко и дам ей указания. Она сегодня же отберет нужных людей. А завтра с утра уже пошлем партии разведчиков и золотодобытчиков.

– У нас здесь нет ни одного специалиста золотодобычи, – возразил генерал.

– А солдаты на что? Дадим им отбойные молотки, оденем в спецодежду, пустим вагонетки или другой какой-нибудь транспорт, и пусть долбят камень, добывают золотую руду для страны. Всяко будет полезнее, чем в мирное время в казарме штаны протирать. Молодые ребята, справятся. Поощрения им придумаем какие-нибудь. Льготы, деньги. Все же вредная работа на чужой планете. Главное, наладить систему контроля, чтобы золото не воровали. Но уж об этом я позабочусь, поставлю надежных людей наблюдать, – сказал куратор.

– У меня есть предложение дать название золотоносной пещере, а то она пока фигурирует в документации как «объект входа», – встрял генерал.

– Ну так и назовите «пещера Входная», мы же не поэты, нам нужны названия попроще и пояснее. А для самой планеты правительство, кстати, официально утвердило название «Мир», – произнес куратор.

Глава 4

На следующее утро работа закипела. Уставшая и почти не спавшая майор Мария Тимофеевна Головко строила свой маленький отряд в ангаре, в непосредственной близости от межмировой перфорационной установки.

Накануне Маша проделала огромную работу по отбору подходящих людей. Благо, кандидатов Малышев подыскал ей заранее, до ее появления на объекте. Она лишь сверила их по секретным базам данных и выписала допуск тем, кого выбирала уже сама.

Некоторых она завернула. Не то, чтобы эти люди не проходили проверку. На объектах такой степени секретности, как этот подземный исследовательский центр, непроверенных людей не имелось. Просто, кто-то казался ей чересчур замкнутым или, напротив, неумеренным экстравертом. Психологическая совместимость в группе была необходима, тем более, что возглавить поход разведчиков на поверхность чужой планеты должна именно Мария. В этом и состояла сейчас ее главная миссия, а не наблюдение за формальностями, как подумал Малышев.

Пройдя суровую школу от разведчицы-нелегала, заброшенной в девятнадцать лет в тыл потенциального противника под видом студентки иностранного вуза, до муштры в академии, из которой к тридцати годам она вышла капитаном, а в тридцать два досрочно получила чин майора за участие в разоблачении целой сети террористов, Маша Головко многое умела и еще больше знала. Она разбиралась в медицине и фармацевтике, в ядах и противоядиях, неоднократно прыгала с парашютом, отлично владела всеми видами оружия и единоборствами, умела управлять любым транспортом, включая боевой самолет, имела познания в кибербезопасности и навыки продвинутого хакера. «Это наш Джеймс Бонд в юбке», – говорили про нее коллеги.

В ее активе имелся и первый разряд по спортивному альпинизму. Она не раз взбиралась на вершины в Альпах и даже покорила Эльбрус. Приходилось ей и спускаться в пещеры со спелеологами. И сейчас этот ее опыт оказался очень востребованным. Потому что из всей подготавливаемой группы разведки похожие навыки имелись лишь у двоих. Среди них оказался тридцатишестилетний гидрогеолог Виктор Игоревич Иванов, облазивший весь горный Алтай. И один из офицеров, двадцатипятилетний лейтенант Станислав Валерьевич Григорьев, который до военного училища был диггером, спускался в заброшенные шахты и даже подрабатывал промышленным альпинистом.

С этими двумя она накануне беседовала особенно тщательно. Оба ей понравились даже внешне. Поджарый и спортивный кареглазый брюнет Григорьев был чем-то похож на голливудского актера Тома Круза, а высокий светловолосый и голубоглазый геолог Иванов напоминал Дэниела Крэйга. От мужчин исходила спокойная уверенность. Они умели четко излагать суть своих мыслей в беседе, не прибегая к лишним словам и выражениям. Такие напарники ей и нужны, чтобы в момент опасности выражались четко и ясно, а не матюгами всех вокруг крыли.

Конечно, многие специалисты, чьи личные дела были отобраны еще Малышевым, в дальнейшем тоже пригодятся. Но в первую разведку майор Головко решила идти минимальным составом. Мария не собиралась подвергать людей ненужному риску. Пусть лучше, в случае нештатной ситуации, умрут трое, а не десять. Конечно, погибнуть в этой разведывательной миссии Маша не собиралась. Но что на самом деле таит иной неисследованный мир? Слишком много неизвестных обстоятельств и возможных опасностей могут подстерегать первопроходцев.

Разведчики еще раз проверили связь и оружие. Затем, под удивленные взгляды инженеров и техников дежурной смены, подняли рюкзаки со снаряжением с бетонного пола и направились в шлюз переходной установки. Все трое были одеты в военную горную униформу с наколенниками, накладками на локти и специальными ботинками. Голову прикрывали шлемы, оборудованные тактическими очками и дыхательными масками. Более тяжелую экипировку, вроде бронежилетов, применить не представлялось возможным. Размеры расщелины не позволяли.

Переступив светящуюся синими электрическими всполохами черту портала, майор Головко ощутила себя киношной героиней старых фильмов, лейтенантом Эллен Рипли, идущей в логово чужих, неведомых и злобных тварей. И Маша не могла ответить самой себе, почему подобное ощущение накатило на нее, едва она переступила порог миров. То ли футуристический вид детища академика Савичева, круглый портал и светодиодная подсветка сталактитов и сталагмитов, отбрасывающих причудливые тени в глубину входной пещеры, действовали угнетающе. То ли сообщение, что сейсмографы выявили странные колебания, похожие на удары в глубине породы, а георадар обнаружил обширные пустоты, то ли отчет об обнаружении на планете весьма развитой жизни, неизвестного вида водяных клопов, мхов, плесени и бактерий заставляли думать о возможности встречи с любыми монстрами.

Так или иначе, Мария нервничала. А, между тем, сейчас от нее требовались собранность и уверенность. Потому что именно на нее возложена необходимость дать последние указания маленькой разведгруппе и повести двоих мужчин за собой к поверхности иного мира.

Внутри расщелины оказалось прохладно и скользко. Оставив внизу группу поддержки из двух дежурных техников и инженера, забив первые крючья в скальную стенку пещеры, начали неторопливый подъем. Впереди, цепляясь пальцами в перчатках и шипами ботинок за трещины породы, лезла Мария, за ней в связке продвигался вверх лейтенант Григорьев, а геолог Иванов, как самый возрастной и габаритный, лез замыкающим. Уже через десять метров подъема стало ясно, что трещина сужается кверху. Поэтому все лишнее придется снять.

Передав вниз ненужные рюкзак, каску и короткий автомат с запасными магазинами, Мария почувствовала облегчение. Более того, вопреки всем инструкциям, она сняла громоздкие тактические очки и противогаз, оставшись лишь в легкой спецназовской маске, прикрывающей голову и все лицо, кроме глаз.

Дышать стало легко, да и обзор сделался ощутимо лучше. От камней стен расщелины пахло сыростью и плесенью. Кое-где из трещин породы пробивался мох серого цвета. Надев налобный фонарик, покрутив головой и внимательно осмотревшись, метрах в трех от себя Мария заметила выходящий в расщелину перпендикулярно довольно широкий лаз, ведущий в скалу. Поскольку карабкаться вверх на планете с меньшим притяжением оказалось непривычно, но значительно легче, чем на Земле, одним рывком Мария смогла преодолеть последние метры и оказалась в проломе. Дальше в свете фонаря виднелась еще одна пещера, подобная нижней, откуда они начинали подъем.

Пещера оказалась поменьше Входной. Внутри нее тоже имелись сталактиты и сталагмиты. Но самое главное, сюда снаружи пробивался свет. Тонкий лучик вырывался из небольшого пролома в дальней стене. Этот пролом оказался настолько узким, что протиснуться внутрь возможным не представлялось. Пришлось просовывать камеру на трехметровой выдвижной телескопической штанге. Наконец, на экране своего смартфона, к которому была подключена выносная камера, Мария отчетливо увидела края пролома, вертикальную скальную стену над нешироким выступом-балконом, глубокое ущелье внизу, скалы вокруг и облачное небо вверху. Теперь осталось лишь взорвать пару метров породы, чтобы вступить на поверхность нового мира.

Майор доложила начальству, и через час проблема была решена. Лейтенант Григорьев заложил доставленный заряд. Разведчики эвакуировались обратно в Входную. А когда взрыв прогремел, и вся пыль осела, вернулись обратно. Взорванный маленький пролом теперь имел вполне приемлемые габариты обыкновенного дверного проема. Сделав несколько шагов, майор Головко вышла на скальный карниз и застыла в оцепенении. Вид иного мира внушал трепет.

Маша стояла на самом краю узкого глубокого ущелья. Его стены из темного красноватого камня почти отвесно уходили далеко вверх, теряясь в низких серых облаках, заслоняющих небо. Далеко внизу бежала быстрая речка. Справа и слева ущелье выгибалось широкой дугой, скрывая от смотрящего свои истоки. К тому же, даль терялась в тумане. Перед исследователями определенно лежала горная страна, очень непростая для освоения.

«Даже подняться вверх до гребня ущелья та еще задачка», – осмотревшись, подумала Мария.

Она доложила по рации своему начальнику:

– Группа вышла из пещерного комплекса. Нахожусь на обрыве. На поверхности дневное время, достаточно светло, но имеются плотная облачность и туман. Температура плюс восемнадцать. Ветер слабый. Для составления плана дальнейшего подъема требуется промежуточная разведка беспилотными летательными аппаратами.

– Вас понял, приказываю закрепиться на достигнутом рубеже, – сквозь треск помех прохрипел из наушника маленькой рации голос Владимира Степановича.

– Так точно, – сказала майор и посмотрела на компас. Стрелка плясала по окружности, не останавливаясь. В этих горах явно наблюдалась магнитная аномалия.

Оставив лейтенанта и геолога наблюдать обстановку и охранять проем, майор Головко спустилась вниз. Необходимо было на постоянной основе создать передовой пост, организовать охрану и наблюдение.

Поскольку выход из пещерного комплекса в открытый мир находится в труднодоступном месте, для охраны проема пока вполне достаточно установить металлическую дверь, внешние камеры наблюдения и поставить часового. А чтобы он не спал, смена будет происходить каждые четыре часа. Создавая передовой пост, Марии хотелось не ограничиваться исключительно охраной и наблюдением, но и, не теряя времени, начать исследования открывшегося пространства. Потому она решила включить в каждую смену и гражданского специалиста.

Настало время задействовать кадровый резерв, подготовленный накануне. Пусть дежурными будут пока, например, биологи. Имеющихся на объекте ученых вполне достаточно для организации непрерывных наблюдений. Каждый из них сможет по четыре часа исследовать выходную пещеру и делать наблюдения за внешней средой планеты со скального балкона.

Мария прикидывала, где в пещере с балконом лучше оборудовать два небольших помещения. Одно для охранника, понятно, возле выхода. А второе, для оперативного исследования и предварительного складирования образцов, лучше подальше в глубине пещеры, чтобы дежурный ученый поменьше болтал с часовым. Находки, а Маша даже не сомневалась, что на планете их будет очень много, сразу вниз, на земную сторону тащить не стоит. Сначала необходимо убеждаться в безопасности образцов.

Еще хорошо бы сделать надежное ограждение балкона, чтобы никто вниз в процессе исследований не свалился. Для дальнейшей экспансии на поверхность планеты нужно составить подробные карты горного массива и прилегающей местности. Впрочем, для картографирования скоро доставят беспилотники с соответствующей аппаратурой.

Пройдя через шлюз «межмирового перфоратора» на земную сторону и переодевшись, Маша пришла в кабинет секретарши Малышева. Там она нашла нужные папки и, еще раз просмотрев личные дела, вызвала кандидатов-биологов для последнего инструктажа. Параллельно она решала вопросы снабжения и технического обеспечения. Необходимо было срочно соединить Входную и пещеру с балконом нормальной лестницей или подъемником.

Когда передовой пост окончательно был укомплектован, выполняя приказ начальника, Мария приступила к организации золотодобычи. На объекте имелась саперная рота. Оттуда и были взяты необходимые кадры. Собеседования и согласования заняли время до обеда. Маша едва не пропустила время приема пищи, но пришла в столовую вполне довольной. Ей удалось выполнить все указания начальства.

После обеда Мария отправилась обратно в пещеры, проверить, как выполняются ее указания на месте. Работа в пещерах уже кипела. Через портал на сторону планеты Мир перекинули пандус для техники и пустили кабели электропитания и связи. Дающие резкий свет прожекторы заменяли нормальными светильниками. Благодаря чему потоки света распределялись равномерно и освещение переставало казаться зловещим.

В дальнем конце Входной были произведены несколько направленных взрывов, достаточно расширивших расщелину, по которой утром забиралась передовая группа. Мария немного удивилась, когда выяснилось, что они преодолели подъем по отвесной стене высотой почти полсотни метров. Здесь карабкаться вверх оказалось значительно быстрее и легче, меньшая сила тяжести на Мире очень помогала альпинистам.

Теперь же техники устанавливали в расщелине строительные леса. В ближайшее время должна быть построена нормальная лестница наверх и пущен грузовой лифт. А пока что железную дверь и установщиков пришлось поднимать на передовой пост в наскоро сделанной строительной люльке, лебедку для которой наверху установили бойцы ее группы разведчиков-верхолазов Григорьев и Иванов.

Примерно через час появились саперы с необходимым оборудованием. Руководил ими майор инженерной службы Павел Николаевич Бекасов, полноватый лысеющий сероглазый мужчина тридцати семи лет. Майор Головко показала ему золотую жилу в стене Входной пещеры и поставила задачу начать добычу руды.

Обсудили, в том числе, и логистику. Решили пока грузить золото в большие и прочные снарядные ящики. По мере наполнения, они будут ставиться на стандартные поддоны, опечатываться и вывозиться обычными погрузчиками на склад через пандус межмирового перехода. Благо, на земной стороне недалеко от установки с порталом в стене ангара имелись большие ворота с герметичным затвором, ведущие через широкий тоннель к подземному складскому комплексу. А уже там будет производиться погрузка на грузовики автобата и отправка золота под конвоем бронетранспортеров к месту назначения, определенному Владимиром Степановичем.

Вскоре саперы приступили к работе. Застучали отбойные молотки, и грохот наполнил помещение пещеры. Куски золотоносной породы военные откалывали от скалы и укладывали в ящики.

Пока все суетились, никто не обращал внимания на показания сейсмографов. Между тем, приборы фиксировали нарастание амплитуды и частоты ударов изнутри горной породы. Первой посторонний звук услышала Маша. Она стояла возле правой стены пещеры, когда внезапно, в паузе работы отбойного молотка, услышала удары. Она немедленно потрясла за плечо стоящего к ней спиной саперного инженера-майора и проговорила ему прямо в ухо:

– Павел Николаевич, остановите работы, внутри стены что-то есть!

Там внутри действительно что-то двигалось. Казалось, что кто-то огромный и невероятно сильный мощными ударами тяжелой кувалды прокладывает себе путь прямо сюда, в пещеру.

По знаку командира саперы немедленно прекратили работу, и все с интересом прислушались к необычным звукам. Техники и инженеры проекта «Перфоратор» тоже мгновенно побросали свои дела и обратились в слух.

Звук ударов, между тем, продолжал нарастать. Марии было совершенно ясно, что взрывами породы и работой отбойных молотков земляне привлекли к себе чье-то внимание. Еще было понятно, что ни один человек такие мощные удары наносить не способен. Следовательно, скорее всего, дело предстояло иметь с некой горнопроходческой техникой. А раз на Мире имеется техника, то есть и те, кто создал и направляет ее. Значит, на планете не просто есть жизнь, а жизнь разумная и достаточно высокоразвитая. И столкновение с ней чревато очень серьезными последствиями, возможно, настоящей войной.

Майор Головко не растерялась и доложила в микрофон рации своему начальнику:

– Обнаружена попытка вторжения. Неизвестная техника пытается пробить вход изнутри правой стены. Пришлите немедленно группу охраны во Входную пещеру. Нужны бойцы в полной экипировке, с пулеметами и противотанковым вооружением. Резервную группу подтяните к шлюзу.

Несколько секунд в кодированном канале радиосвязи слышалось лишь потрескивание. Похоже, Владимир Степанович, шокированный новостями, приходил в себя. Наконец поступили распоряжения:

– Бойцов высылаю. Занять оборону. Гражданских эвакуировать.

Получив указания, майор Головко обратилась к саперам:

– У кого есть оружие, приготовиться к бою. Остальным покинуть помещение.

Сама она при этом вытащила табельный пистолет, сняла с предохранителя и передернула затвор. Отступив к порталу, Маша направила ствол оружия на то место, где в камне уже появились первые трещины.

Когда в пещеру прибыли бойцы роты охраны, трещины уже нельзя было не заметить, а скальная стена буквально ходила ходуном. Каждый новый удар изнутри выбрасывал из нее каменное крошево.

Гражданских специалистов и безоружных саперов вывели быстро. Все они выглядели серьезно напуганными и без дополнительных приглашений побежали в портал. Саперы с автоматами, прикомандированные для охраны золота, вместе с прибывшими спецназовцами готовились принять бой. Пулеметчики и противотанковые расчеты рассредоточились и заняли позиции у противоположной стены пещеры, за крупными сталагмитами, таким образом, чтобы ничто на линии огня не мешало. Автоматчики охраняли сам портал.

Ждать пришлось недолго. Сначала из стены начали вываливаться мелкие камни, потом большие. И, наконец, образовалась дыра. Все происходящее фиксировалось камерами.

– Без моей команды не стрелять! – Прокричала бойцам майор Головко.

Глава 5

Внезапно камни с грохотом высыпались внутрь пещеры. И перед изумленными бойцами появились хозяева планеты. Это были, на первый взгляд, обезьяноподобные гуманоиды, широкие в плечах, размером с крупную гориллу, почти полностью покрытые бурой шерстью. Но их ноги, заканчивающиеся копытами вместо ступней, имели строение совсем не свойственное приматам. А сзади у каждого из них имелся нервно дергающийся хвост, похожий на коровий, с кисточкой на конце. Головы инопланетян сидели низко, почти примыкая к плечам на толстых коротких шеях, а красные светящиеся глаза не имели белков. На лбах торчали рога, наподобие козлиных, но короче и толще.

Морды существ шерсть покрывала не полностью, оставляя открытыми серую кожу вокруг глаз, свинообразные носы и страшный оскал пастей, наполненных большими острыми зубами. Их длинные руки имели по четыре мощных пальца и сжимали рукояти огромных железных молотов. Именно орудуя этими тяжелыми инструментами, ватага существ прорубила себе путь в пещеру.

Хозяева планеты щурились, видимо, освещение Входной пещеры казалось им слишком ярким. Когда взгляды людей и инопланетян встретились, произошла маленькая заминка, воспользовавшись которой, задние существа полезли из пролома в пещеру. Их накопилось больше десятка прежде, чем вожак издал громкий гортанный рев, напоминающий призыв трубы, и его воинство кинулось в атаку на незваных пришельцев с Земли.

Серией длинных прыжков, с невероятным проворством, вожак преодолел больше двух десятков метров, подлетел к порталу и в последнем прыжке занес свой молот прямо над головой Марии. Только отменная реакция спасла девушку. Коротким рывком в сторону она отскочила с линии атаки и выпустила в монстра всю обойму из своего пистолета. Стреляла она хорошо и целилась в глаза инопланетного монстра, чтобы убить его наверняка. В эту секунду от быстрой смерти твари зависела ее жизнь. Промахнись она, и следующим движением злобная горная рогатая обезьяна неизвестной породы размозжила бы ей голову. И Мария не промахнулась.

Девятимиллиметровые пули табельного оружия сразили монстра наповал. Но Маша сомневалась, что попадания в корпус твари возымели бы такой же останавливающий эффект. Не факт, что анатомия местных существ полностью соответствовала обезьяньей. Да и слишком массивная туша была перед ней. На вид не менее двухсот килограммов. К тому же, грудь вожака прикрывала железная кираса приличной толщины.

– Огонь! – Закричала Мария солдатам, но этого уже не требовалось.

Пулеметы и так затрещали со всех сторон. Едва начав атаку, «гости» получили жесткий ответ от людей. Очереди с близкого расстояния косили монстров весьма эффективно. За какую-то минуту дикий рев умирающих тварей смешался с грохотом выстрелов и визгом рикошетирующих в закрытом пространстве пуль. Запах пороха, крови и испражнений повис в воздухе. Получив неожиданный отпор, потеряв полтора десятка своих, визжа резаными свиньями, немногие выжившие инопланетяне бросились наутек в ту же дыру, откуда и появились. Вдогонку им летели пулеметные очереди, расцвечивая темноту тоннеля росчерками трассеров.

– Прекратить огонь! – Подала команду майор Головко, наблюдая в свете включенного ею прожектора, как последние бегущие местные скрываются за поворотом тоннеля.

Когда стрельба закончилась, Мария первым делом убедилась, что потерь среди людей не имеется. Она дала указания пока не преследовать инопланетян, а заминировать пробитый ими тоннель на двадцать метров вглубь, до самого поворота, поставить камеры наблюдения и датчики движения. А ближе к выходу из тоннеля в пещеру расположить постоянное охранение из трех роботизированных пулеметов. Два пулемета по сторонам коридора и один по центру. Ну и, разумеется, круглосуточный пост охраны снаружи. Этих мер должно было хватить для купирования следующей атаки местных жителей, если таковая последует.

Из попавших под пулеметный огонь монстров трое были ранены, но еще живы. Остальные представляли собой трупы, в той или иной степени развороченные пулями.

Доложив начальству о результатах боя, Мария приказала солдатам связать раненых и готовить их к транспортировке в лабораторию под охраной. Техникам она дала указания задействовать тележки подходящего размера для вывоза тел. Саперам велела убрать поле боя, помыть пол в пещере и возвращаться к добыче золота.

Еще Мария срочно вызвала всех ученых-биологов из подготовленной исследовательской группы. Необходимо было забрать трупы местных обитателей в лабораторию и попытаться вылечить раненых. Если их удастся спасти, то возможно получение информации о жителях планеты. И, может быть, тогда, предъявив заложников, можно будет добиться более мирного общения с этими рогатыми человеко-обезьянами.

Маша не заметила, как наступила в лужу крови, натекшей из трупа вожака. Ее удивило, что кровь местных оказалась такого-же серо-бурого цвета, как и их шерсть, но, тем не менее, пахла обычной кровью. Остальные испражнения человекообразных, а некоторые перед смертью успели обделаться, пахли мерзко, но вполне узнаваемо. Сами тела воняли настоящими немытыми обезьянами. «Вот они, дивные ароматы нового мира и первый контакт людей с братьями по разуму», – подумала Маша, выходя в портал на земную сторону. Ей хотелось срочно переодеться и принять душ, чтобы скорее смыть с себя всю мерзость только что произошедшего столкновения с иной формой жизни.

День выдался ужасным, и Мария очень устала. Едва она привела себя в порядок и собралась идти ужинать, как ее снова вызвал начальник. Вместо ужина пришлось принять участие в срочном вечернем совещании.

Когда Маша вошла в кабинет генерала, все уже сидели за столом и смотрели на большом экране, занимающим почти половину противоположной стены, кадры боя, зафиксированные видеокамерами. Записан был и звук.

Маша немного смутилась, когда увидела и услышала сама себя со стороны, растрепанную и скачущую, словно коза по полю боя. «Конечно же, нужно было сразу залечь за сталагмит, как спецназовцы! А что бы ты, дура, делала на открытом месте, если бы у гостей тоже были стволы или, хотя бы, луки со стрелами?» – Мысленно ругала она себя.

– Молодец, майор Головко, не растерялась! – Неожиданно похвалил ее непосредственный начальник, отсмотрев бой.

– Без сомнения, вы, Мария Тимофеевна, достойны награды, – поддержал Владимира Степановича генерал Панкратов и продолжил:

– Итак, мы столкнулись с местной разумной жизнью. Это гуманоидные существа, но не люди, и даже не обезьяны, хотя и тех, и других, разумеется, напоминают. Так вот, я утверждаю, что внешний вид обнаруженных существ полностью соответствует описанию чертей из сказок. Имеются все характерные признаки: шерсть, рога, копыта, хвосты, красные глаза и свиные рыла. Потому предлагаю в документах указать открытие на планете Мир расы чертей.

– Что вы, Андрей Викторович, какие черти? Да нас на смех поднимут! И пусть они на самом деле трижды черти, конечно, но в документах такое писать никак нельзя. Предлагаю назвать их новым видом человекообразных рогатых горных обезьян. С рабочим названием, например, «Савики», в честь академика Савичева, – сказал Владимир Степанович.

– Не понимаю, а что плохого в названии «черти обыкновенные»? – Возразил генерал, улыбнувшись.

Куратор от правительственной конторы серьезно посмотрел на него и произнес:

– Понимаете ли, Андрей Викторович, в нашем современном обществе существует серьезная религиозная составляющая. В настоящий момент, некоторые люди, даже на самом верху социальной иерархии, подвержены церковному влиянию и соответствующему видению мира. И если мы официально объявим обнаруженных человекоподобных чертями, то кто-нибудь наверху может начать советоваться с патриархами. И тогда ничего не помешает церкви, например, объявить официальный крестовый поход. А стоит на подобном объекте появиться священникам, как вся наша секретность тут же рассыплется в труху. Или, еще хуже, где-то наверху решат, что мы пробили дыру в ад, и прикроют портал и все исследования. А нам этого совсем не нужно. Мы же хотим изучать новую планету без помех, не так ли?

Генерал пробарабанил пальцами по столу, на его лице блуждала улыбка, потом, собравшись с мыслями, проговорил:

– Ладно, пусть будет по-вашему. В отчете технической комиссии я напишу, что в ходе исследований по проекту «Мир» состоялось боестолкновение с местными разумными человекообразными жителями, находящимися на стадии развития, соответствующей земному железному веку, и решением совещания оперативного штаба условно названными «Савиками». Но учтите, что видеоматериалы будут мною отправлены наверх, моему командованию. А уж черти это, или не черти, пусть начальство само разбирается.

Вечернее совещание затянулось. Пришел Малышев с отчетом о первом полете дронов над планетой Мир. Пока что были запущены два небольших аппарата, оснащенных четырьмя винтами, камерами широкого спектра и маломощными локаторами. Присутствующие с большим интересом смотрели на экран, где было хорошо видно все, что зафиксировали квадрокоптеры.

Участники оперативного штаба наблюдали как плавно поднимается беспилотник со скального балкона. Вот он скользнул вверх вдоль скалы. Вот забрался в низкие облака, на нижней кромке которых высотомер показал триста метров от дна ущелья. Вот аппарат поднялся выше и облачность полностью заслонила картинку с камеры. После подъема на километр высотомер перестал работать и выдал ошибку.

В плотных облаках, из-за полного отсутствия видимости, оператор дрона переключил картинку в режим визуализации показаний локатора. На экране возникли контуры все тех же скальных стен ущелья, уходящих вверх. Дрон поднялся еще, до предела возможностей канала управления, но картинка не изменилась, и оператор приземлил аппарат с разряженной батареей.

Второй дрон был направлен вдоль ущелья. Но за поворотом вправо наблюдалась аналогичная картинка, как и за поворотом влево. Те же ровные красновато-черные скальные стены неизвестной высоты, тянущиеся вдоль русла горной речки.

Пролетев в обе стороны примерно по три километра, аппарат вернулся к стартовой позиции, потому что дальше в радиоканале управления возникали помехи, а батарея питания начинала ускоренно разряжаться. Возможно, связь ухудшалась еще и потому, что за гранью прямой видимости с площадки оператора ущелье с обеих сторон делалось извилистым. К тому же, по всей местности отмечалась магнитная аномалия.

Внимание присутствующих привлекла странная, похожая на доисторического птеродактиля, птица с кожистыми крыльями, начисто лишенными перьев и длинным не то клювом, не то крокодильей мордой, заснятая издалека камерой во время возвращения дрона.

А еще на обратном пути аппарат, снизившись, подробно запечатлел горную реку, по берегам которой кое-где имелась некая чахлая растительность, похожая на водоросли. Также было установлено, что река течет по ущелью справа налево, по отношению к наблюдателю, стоящему на скальном балконе. И, соответственно, направо русло реки повышается, а налево – понижается. Скорость течения составляет примерно десять метров в секунду. Ширина русла, согласно показаниям приборов, лежала в пределах от тридцати до пятидесяти метров, а глубина потока разнилась от двух до шести метров.

– Как назовем ущелье и речку? – Поинтересовался генерал.

– Это же первая обнаруженная на планете река. Вот и назовите ее «река Первая». Ущелью предлагаю дать наименование «ущелье Первопроходцев», а высокие горы вокруг него назвать «Красными», – предложил куратор.

– Принято. Так и запишем в отчете, – согласился Панкратов.

– А птичку как назвать? – Спросила, не удержавшись, Мария Головко.

– Так ее еще поймать надо и исследовать. Да и на птичку что-то мало похожа она. Может быть, это разновидность летучей мыши? Или, например, местный летающий крокодил? Так что рано пока название давать, – констатировал генерал.

Повернувшись к Малышеву, он спросил:

– Какого, кстати, размера эта пичуга?

– На вскидку, размах крыльев метра два, – ответил инженер-полковник.

– Да уж, такая и сожрать может, особенно, какую-нибудь вкусную молодуху, – сказал генерал, озорно глядя на Машу, но, заметив, что девушка шутку проигнорировала, тут же спросил совершенно серьезно Малышева:

– А скажите, Петр Сергеевич, это все, на что способна наша воздушная разведка?

– Так точно. На данный момент у нас на складе имеются именно такие беспилотные летательные аппараты. Они простые и надежные, но с малой продолжительностью и высотой полета, – подтвердил инженер-полковник.

– Как я понимаю, до вершин местных гор эти квадрокоптеры долететь неспособны? – Снова поинтересовался генерал.

– Имеющиеся у нас на объекте модели довольно устаревшие. Чтобы подняться километров на десять с соответствующей аппаратурой, нужны новые беспилотники, но пока у нас нет возможности их запускать в новом мире. Потому что для тяжелых дронов самолетного типа необходима хотя бы небольшая взлетная полоса, – доложил Малышев.

– Так, может быть, пока для воздушной разведки проще задействовать обыкновенный маленький вертолет? – Вставил свой вопрос генерал.

– Нет, Андрей Викторович, – возразил Малышев.

И пояснил:

– Для вертолета, во-первых, нужна посадочная площадка, а, во-вторых, для полетов в подобных узких ущельях необходимы опытнейшие пилоты, которых, разумеется, нет не только на нашем объекте, но и мало по определению.

– Пилотов с соответствующим опытом можно найти и даже оформить им допуск в кратчайшие сроки. Но вот проблема с вертолетной площадкой, на данный момент, действительно, неразрешима. Сначала нужно выйти из пещер не на скальный обрыв, а на нормальную поверхность. Потому, пока предлагаю послать разведку вдоль русла реки, – произнес генерал.

– Одобряю, – сказал Владимир Степанович.

И генерал продолжил:

– Но не все гладко с предстоящей разведкой. Имеются проблемки. Все видели чертей этих местных, да и птички хищные летают, а очень возможно, что еще какие-нибудь опасные обитатели водятся на планете. Для относительно полной безопасности разведгруппа не должна быть слишком маленькой. Нужно исходить из возможной засады в ущелье, где, например, местные могут попытаться задавить внезапностью и численностью. Потому предлагаю послать в экспедицию два взвода со всем вооружением. В условиях отсутствия поддержки с воздуха необходимо оставлять посты в пределах прямой видимости, тем более, что радиосвязь в ущелье нестабильна из-за магнитной аномалии, как я понимаю. И, самое главное, надо определиться, как бойцам идти по быстрой и глубокой реке, текущей между скал по узкому руслу и практически не имеющей берегов.

– По таким речкам у нас на Урале на байдарках, на резиновых лодках и на плотах сплавляются, – вставил Малышев.

– Хорошая, кстати, идея. Зачем идти, если можно плыть, – поддержал генерал.

– Ну вот и определились, – проговорил Владимир Степанович.

И, что-то вспомнив, добавил:

– Кажется, вы уже сплавлялись по рекам, Мария Тимофеевна?

– И не однажды, – подтвердила майор Головко.

– Вот и отлично. Поплывете со спецназовцами на надувных десантных лодках вниз по течению. А чтобы не попасть в пороги и водопады, будете путь разведывать заранее с помощью дронов. И считаю, что два взвода, как предлагает нам генерал Панкратов, посылать избыточно. Хватит и одного, да даже отделения бойцов хватит. Ну что вам сделают эти савики, даже если их тут много? Да они в родоплеменном железном веке находятся. Это же обычные дикари-туземцы. Против пулеметов их примитивное оружие никак не поможет. Даже если еще нападут пару раз, то, умывшись кровью, скоро поймут, кто тут хозяева положения. Любому живому существу присущ инстинкт самосохранения. Зачем же они станут зря погибать? Думаю, что если бы они знали о наших возможностях, то и не напали бы никогда первыми. Они же по развитию, как дети, – сказал куратор спокойным голосом.

Потом подытожил начальственным тоном:

– Итак, сейчас, Мария, отдохните, а завтра с утра подберите себе людей, экипируйтесь и выступайте в поход. Назначаю вас начальником разведывательной экспедиции. А вы, Малышев, будете отвечать за золотодобычу и, конечно, за все исследования по проекту «Мир». Охрану пещерного комплекса пока поручим командиру саперов, инженеру-майору Павлу Николаевичу Бекасову, выделим ему взвод спецназовцев в усиление. Необходимо обеспечить всю возможную безопасность найденным на планете ценным объектам, особенно золотому руднику. А то вдруг действительно, на планете, помимо савиков, обнаружатся более высокоорганизованные жители?

На этом совещание закончилось. Время было позднее. Все хотели есть и спать.

Глава 6

После совещания куратор ушел к себе. Маша и Малышев пошли ужинать. А генерал остался в своем кабинете и, вызвав адъютанта, попросил сделать крепкий кофе и принести бутерброды. Жуя серый хлеб с маслом и толстыми кусками колбасы и запивая их из большой кружки, генерал читал личное дело офицера. Перекусив, он связался с командиром саперов и пригласил его для беседы. Через четверть часа майор Бекасов появился на пороге кабинета. Он доложил о своем прибытии по уставу, и генерал Панкратов попросил его сесть напротив экрана. Затем генерал включил видеозапись боя с местными жителями в пещере.

– Как вы объясните, Павел Николаевич, что во время инцидента ни вы, ни ваши подчиненные не произвели ни единого выстрела? – Спросил генерал, когда они отсмотрели запись.

– Мы не успели пострелять. Не было необходимости. Сэкономили патроны. Пулеметчики спецназа всех нападающих уложили за минуту, – смутившись, промямлил Бекасов.

– Не совсем так, Павел Николаевич. На видеозаписи отчетливо видно, что вы, во-первых, заняли неудачную позицию с левой стороны от портала, ближе к левому углу пещеры, и на линии вашего огня могла оказаться майор Головко, которая заняла позицию перед самым порталом, напротив вас, между вами и противником. А, во-вторых, хорошо видно, что, когда противник кинулся в атаку, вы разинули рот и даже не подняли ствол оружия навстречу атакующим. И ваши подчиненные, глядя на вас, тоже осоловело смотрели на врагов, но не стреляли в них. Как вы это объясните? Получается, что была команда открыть огонь, а вы ее не выполнили, – строго сказал генерал.

– Растерялся, простите, товарищ генерал, – проговорил Бекасов.

– Учтите, майор, во время боевых действий противник никого не прощает. Он убивает. Или вы убьете врага, или он убьет вас. Разве вас не учили этим азам в военном училище? На войне как на войне. Ладно. На первый раз оставим вашу промашку без последствий. Я понимаю, что в спецназе люди все обстрелянные, а ваши – нет. Вот саперы и растерялись. И вы вместе с ними, – произнес генерал, немного смягчившись.

– Растеряешься тут, когда из стен такие огромные черти выскакивают, – пробурчал майор.

– Вот и я про то же. Черти, они, конечно, самые настоящие, – сказал генерал. Он внимательно посмотрел на подчиненного, потом добавил:

– Тем не менее, несмотря на всю вашу растерянность и отвратительную боевую подготовку, неготовность к стрельбе на поражение в экстремальной ситуации, несмотря на то, что во время боя даже женщина, майор Головко, среагировала на враждебную атаку со всем возможным хладнокровием, а вы – нет, я назначаю вас комендантом пещерного комплекса. Но назначаю вас на эту должность с тяжелым сердцем. Просто наш куратор от «конторы» порекомендовал именно вас.

Объект очень важный, можно сказать, стратегического значения. Эти пещеры ни что иное, как форпост, наш плацдарм на пороге нового мира. К тому же, там добывается золото. Надеюсь, что вы сделаете соответствующие выводы и усилите бдительность в защите периметра. Примите меры к оперативному реагированию. Проведите учения с личным составом по боевой стрельбе в конце концов. Мне нужно, чтобы комплекс был надежно защищен, чтобы там не только черти, а и мыши не просочились. Вы меня поняли?

– Так точно, товарищ генерал. Спасибо за доверие. Обещаю трудиться над исправлением ошибок и сделаю все возможное для эффективной обороны, – проговорил Бекасов, потупившись.

Генерал несколько смягчился и проговорил:

– Отлично, майор. Надеюсь, что с обязанностями коменданта нашей новой пещерной базы вы справитесь. А теперь о чертях. Я смотрел ваше личное дело. Вы, вроде, крещенный?

– Так точно. Крещен в младенчестве.

– И вы верите в бога? – Продолжил генерал спрашивать.

– Так точно. Верую, товарищ генерал.

– В деле написано, что вы моржуете и в иордань на Крещение окунаетесь?

– Так точно. Окунаюсь.

– А Великий Пост соблюдаете?

– Стараюсь соблюдать, товарищ генерал.

– Значит, вы считаете себя православным христианином?

– Истинно так, товарищ генерал, – майор Бекасов в подтверждение своих слов перекрестился.

Генерал внимательно посмотрел на подчиненного, потом сказал:

– Так вот, почему я вам доверяю. Я тоже крещенный в православие. Церковь, правда, давненько не посещал по причине нехватки времени, но в душе я верую в Господа нашего Иисуса Христа.

Теперь между нами, крещенными христианами. Я тоже считаю, что на планете Мир встретились самые настоящие черти, а не какие-то там местные человекообразные жители с названием «савики», как утверждают некоторые особисты. И раз мы вышли на них, то в том, несомненно, промысел Господний присутствует. Совсем не случайно академик Савичев пробил портал именно сюда, а не в другое какое-то место. Сам Господь направлял его.

Я думаю, что планета Мир представляет собой некий филиал ада. И факт этот подтверждается существованием вот этих местных чертей. А раз есть черти, значит эта планета находится под контролем тьмы. И война тьме, надо полагать, объявлена, раз нас направили сюда свыше. И теперь наш с вами долг, как истинных христианских воинов, несущих в своих сердцах Свет Господень, искоренять нечисть всеми способами. Если мы победим нечисть здесь, то, смею надеяться, глобальный баланс изменится в нашу пользу и, следовательно, и в нашем мире на Земле станет светлее. А потому, майор, чертей, как самую настоящую нечистую силу, я щадить не собираюсь, а собираюсь безжалостно истреблять. Черти всегда были врагами человечества и всего доброго и светлого.

А еще в устранении чертей есть утилитарная необходимость. Нам нужны все пещеры этой золотоносной горы, а не только две. Нужно зачистить прилегающие тоннели и подгорные полости, а их тут по данным георадара, немало. И мне наплевать, сколько чертей придется убить при этом. Чем больше, тем лучше. Нам нужно пройти подземелья насквозь, выкурить из них всю нечистую силу, отыскать все выходы на поверхность и по-настоящему надежно укрепиться на Мире. Если мы захватим подгорное пространство, то сможем весьма малыми силами сдерживать натиск врагов извне, если таковой последует с поверхности.

Пока что наше положение довольно уязвимо. Ведь там, где есть черти, могут быть и их хозяева, разные демоны и прочая крупная нечисть. Не хотелось бы, чтобы они внезапно напали на нас из какого-нибудь потайного хода.

Поэтому, учитывая все факторы, помимо обеспечения обороны, ставлю вам, майор, первую боевую задачу. Завтра же приказываю произвести разведку боем. Этот тактический маневр отвлечет противника от разведывательной группы спецназа, отправляемой вниз по реке.

Операцию назовем «Лабиринт». Начнете, когда группа разведчиков спустится в ущелье. И еще. Ни о нашем разговоре, ни об истинной цели операции «Лабиринт», о полной зачистке планеты от чертей и прочей тьмы, не должен узнать ни один особист. А если они вас спросят, стрелки переводите на меня. Я знаю, что делаю. И я несу ответственность за свои приказы. Я командую на объекте. И, имейте ввиду, майор, все мои приказы согласованы с военным руководством. Так что мы, военные, будем самостоятельно решать, как поступать с чертями. Они нам не партнеры, а враги. Вопросы есть?

– Так точно, товарищ генерал. Какими силами производить разведку боем? Тяжелая техника в чертовский тоннель не пролезет, а мои солдаты не обстреляны, как вы сами заметили.

Генерал Панкратов пробарабанил пальцами по столу, затем произнес:

– У нас в исследовательском центре есть новейший экспериментальный робот, наземный дрон боевого разминирования. Он отлично бронирован, имеет небольшие габариты, оснащен как гусеницами, так и раскладным шагающим механизмом из шести ног-манипуляторов. Дрон способен преодолевать лестницы и траншеи, и, что для нас важно, действовать в подземных коммуникациях противника. Помимо средств разминирования, эта машина имеет функцию поддержки пехоты. Вооружение робота состоит из пулемета, огнемета, гранатомета и небольшой автоматической пушки.

Так вот. Я выделю эту машину вам якобы для испытаний, а на самом деле для разведки чертовых тоннелей. А еще придам взвод спецназа, как бы для охраны секретной машины. Они пойдут вперед, непосредственно за броней, а ваши бойцы будут прикрывать арьергард.

– А кто будет управлять экспериментальной машиной разминирования? – Спросил Бекасов.

– Не переживайте. Не вы. Оператор, военный инженер, прикомандированный к машине испытатель. Еще вопросы есть?

– Нет, товарищ генерал. Разрешите идти? – Произнес майор и встал со стула.

Генерал кивнул ему и дал последние указания:

– Ну, раз вопросов больше нет, тогда идите и выполняйте. Готовьте людей и снаряжение. Завтра утром, в 8:00 доложите о готовности начать операцию. Мой адъютант выдаст вам необходимые документы, подтверждающие ваши новые полномочия коменданта, и рацию с кодированным каналом динамического шифрования, который пока не прослушивают особисты. Обстановку докладывать лично мне. В зачищенных тоннелях оперативно ставьте ретрансляторы в пределах прямой видимости, чтобы связь не терялась, а то на Мире имеется не только магнитная аномалия, а и атмосферная тоже, да и поля неизвестной природы присутствуют. Так что радиоволны распространяются в среде планеты с трудом, тем более, в тоннелях. Проводная связь на Мире будет надежнее. Потом, по мере зачистки, продублируем радиоканалы проводными средствами. Пока авангард начинает зачистку, арьергард пусть следом подтягивает кабели электропитания и связи. Да, и после каждого этапа продвижения в тоннелях не забывайте составлять для меня отчет и предложения по планам обороны. Ваш куратор на объекте инженер-полковник Малышев, мой заместитель. Ему можете полностью доверять. Если вам все понятно, то можете идти выполнять.

– Так точно.

Майор вытянулся во весь свой невысокий рост. Очертаниями фигуры он напоминал немолодого Наполеона. Выпятив пузо, Бекасов отдал генералу честь и, сверкнув лысиной, быстро исчез за дверью.

На следующий день лейтенант Максим Евгеньевич Семенов строил своих бойцов. Проверялась экипировка, оружие и боеприпасы. Накануне от командира батальона ротному пришел приказ о поступлении взвода Семенова в распоряжение майора Бекасова для охранных функций.

Они незамедлительно передислоцировались из казармы, находящейся на поверхности, в подземные помещения огромной бункерной системы, именуемой исследовательским центром. Комплекс являлся долгостроем, он остался со старых времен, но за последние несколько лет был полностью достроен, переоснащен и модернизирован с учетом всех современных требований.

Секретность на объекте имелась такого уровня, что, находясь в своей казарме, лейтенант, конечно же, знал о наличии подземного объекта, который они охраняли, но о конкретном его предназначении определенного представления не имел, даже не бывал никогда за высоким забором внутренней территории, площадью в десяток гектаров, как, впрочем, и другие младшие офицеры охранного батальона специального назначения, несущего караульную службу на внешнем периметре. Только начальство служб внешнего периметра, да и то не все, имело доступ на сам объект. Но, маскировка была такой, что обычный посетитель, даже проникнув на закрытую территорию, увидел бы лишь корпуса старого санатория с названием «Красный ракетчик». Так официально объект и именовался в документах. Санаторий «Красный ракетчик».

Слухи, разумеется, ходили. В последние недели бойцы шепотом поговаривали, что в подземельях «санатория» разрабатывают какое-то особо секретное оружие, засылаемое, посредством телепортации, прямо в самый вражеский тыл. А буквально вчера появились еще более дурацкие сплетни про чертей, якобы вырвавшихся через телепорт из самого ада. Солдатский телеграф каким-то образом доносил вести сквозь все кордоны.

Снаружи исследовательский центр был полностью изолирован от внешнего мира. Он располагался вдали от населенных пунктов, в глухой сибирской тайге, посреди земель министерства обороны, отведенных под испытательный полигон ракетных войск. Периметр самого полигона строго охранялся ракетчиками. Вокруг были развернуты комплексы ПВО, радары дальнего обнаружения и мобильные установки стратегических ракет. А на паре аэродромов по соседству дислоцировались истребители-перехватчики.

От внешнего ограждения полигона до внешнего периметра самого объекта простирались десятки километров лесов и болот. И все те, кто служил здесь, были вынуждены жить на месте службы постоянно. Батальон внешней охраны квартировал в своих казармах. А военные внутреннего периметра и гражданский персонал имели квартиры прямо внутри обширного подземелья.

Исследовательский центр являлся полностью автономным сооружением, совершенно независимым от внешней инфраструктуры, с полным циклом жизнеобеспечения. Была тут и своя глубинная электростанция, поговаривали, что атомная. Имелись собственные артезианские скважины питьевой воды, мощные вентиляционные системы, теплосети и склады необходимых материалов, продуктов и боеприпасов на случай атомной войны. Комплекс имел хорошие шансы уцелеть даже при ядерном ударе.

Обслуживал потребности объекта отдельный автобат. Именно через терминалы погрузки и выгрузки происходили редкие контакты обитателей внутреннего периметра с внешним миром. Шоферы грузовиков и солдаты-грузчики заводили знакомства с женщинами приемщицами и учетчицами складского комплекса. А те, в свою очередь, общались с внутренним персоналом. Так слухи и просачивались. И чем дальше от первоисточника, тем больше информация искажалась. Потому до бойцов внешней охраны доходили совсем уж нереальные байки.

«Так что про телепорт вряд ли правда. Какая, нафиг, телепортация? Сказки. Также, как и про чертей. А, впрочем, кто знает, что там на самом деле, дыма же не бывает без огня? Может правда, что-нибудь подобное построили? Уж не в тыл ли противника хотят нас заслать через этот телепорт?» – Рассуждал лейтенант, придирчиво осматривая бойцов, готовясь к инструктажу, который собиралось провести с ними начальство.

Двадцать минут назад их всех, предварительно тщательно сверив списки допуска и вооружения, после личного досмотра пропустили через КПП особисты охраны внутреннего периметра, одетые по форме погранвойск. Дежурный офицер провел взвод через территорию санатория в офисное здание, где, пройдя контроль еще раз, они были допущены к грузовым лифтам и спустились на нужный уровень. Теперь, проделав занявший десяток минут марш-бросок с полной выкладкой по длинным коридорам, они вместе со всем имуществом взвода стояли в каком-то подземном бетонном ангаре и приводили себя в порядок.

К солдатам подошли двое. Один из них, одетый в форму майора инженерных войск комплекцией, ростом и даже лицом походил на Наполеона Бонапарта, другой мужчина с очками в позолоченной оправе на тонком носу, чем-то похожий на Берию, одетый в серый гражданский костюм, с белой рубашкой без галстука и в дорогих туфлях, был выше и стройнее первого. Он представился:

– Я инженер-полковник Малышев Петр Сергеевич, ответственный за проект. Рядом со мной ваш непосредственный начальник, инженер-майор Бекасов Павел Николаевич, комендант внешнего пещерного комплекса. Мы проводим вас на место и поставим непосредственную задачу. Пока скажу только, что сегодня бойцов ждет не совсем обычное боевое задание. После инструктажа получите довольствие и расквартируетесь. А сейчас, лейтенант, ведите взвод за мной на объект для ознакомления.

Через короткий широкий тоннель бойцы прошли в соседний ангар. Увиденное удивило всех вновь прибывших. Посередине обширного подземного цеха стояла на стапелях недостроенная подводная лодка с какими-то дополнительными устройствами по бортам и огромной металлической улиткой вместо рубки. Именно такое впечатление произвела на Максима Семенова установка академика Савичева. В подразделениях спецназа не было принято обсуждать увиденное на секретных объектах, если только это не касалось непосредственно боевых действий, но бойцы не выдержали, начали перешептываться.

– Отставить разговоры. Перед вами переход из нашего мира в другой мир. И это все, что вам полагается знать о данном устройстве. Все вопросы потом, – приказал полковник и, приложив свою карту допуска к считывателю, открыл на боковой стене ангара широкую герметичную дверь в отдельный бокс.

В помещении, отделанном белой кафельной плиткой, было очень холодно. Минимальная температура поддерживалась намеренно. Здесь оказался импровизированный морг. Вдоль стен на каталках, ничем не прикрытые, лежали большие серо-бурые тела рогатых покойников.

– Да это же черти! – Вырвался у лейтенанта непроизвольный возглас, когда он рассмотрел лежащих.

Полковник и майор взглянули на младшего офицера недовольно, но Малышев произнес совершенно спокойно, обращаясь ко всему взводу:

– Бойцы, твари, лежащие перед вами, официально называются «савики». Хотя, по сути, они действительно, настоящие черти. Они являются нашими противниками в войне за новый мир. И сейчас это первое, что мне хотелось показать вам, прежде, чем вы отправитесь на битву с ними. Противника, какой бы он не был, необходимо знать в лицо.

Так вот, теперь вы знаете с кем предстоит воевать. Они уязвимы. Анатомия напоминает человеческую. Их всех убили за минуту очередями ручных пулеметов. На одном была надета железная кираса, но она, конечно, никак ему не помогла.

Здесь же на полу сложено их оружие. Можете даже потрогать. Их уровень вооружения соответствует железному веку истории человечества. Как видите, это простые железные молоты, каждый, примерно, килограммов по двадцать, на длинных, опять же, железных рукоятках.

Тактика атаки савиков весьма проста. Они набрасываются в прыжке и пытаются убить с одного мощного удара. Возможно использование ими и метательного оружия, дротиков, луков, либо даже арбалетов. Молот тоже могут метнуть. Главное, не подпускать их близко, не вступать в ближний бой.

Физически они гораздо сильнее нас. Средний вес особей под сто восемьдесят килограммов. Сплошные мышцы. К тому же, у них очень мощные нижние конечности, по строению схожие с задними ногами антилоп, благодаря чему эти черти способны прыгать с места метра на три-четыре. Но ваши пули должны останавливать и удерживать их на расстоянии. Суть сегодняшней задачи для взвода – произвести разведку боем того тоннеля, из которого эти савики атаковали нас.