Проект Лета. Анархист

Пролог

Испив воды реки забвения,

Души умерших уже не помнили себя,

Не могли найти путь обратно в мир живых.

Их участь – вечно скитаться по миру мертвых.

Пролог

Ночь. Я люблю ночь. Она скрывает своим покрывалом то, что натворили люди. Не хватает лишь звезд на небе. Хотя о чем я? Какие звезды? Уже семь лет на небе нет ни звезд, ни луны, ни солнце. Только плотный облачный покров из тяжелых туч. Каждый раз, выходя из помещений мы молимся, чтобы не пошел красный дождь. Помню… Я помню, а очень хочется забыть. Забыть этот кошмар первых лет после Конца. Впрочем, это все в прошлом. Большой мир, безграничные возможности, которыми так и не удалось воспользоваться.

Костер медленно пожирает сырые поленья. Я смотрю на огонь. Этот пост у большого разлома решили выставлять лишь недавно. После того, как в поселок прорвалась какая-то непонятная тварь из большого мира. Мира за Разломом, опоясавшем мою родную деревню. Снова потери. На момент конца Узян итак насчитывал чуть больше полутора тысяч жителей, а сейчас спустя семь лет осталось лишь чуть больше пяти сотен. До сих пор не знаю, из-за чего и почему все началось. Мне повезло, моя семья была со мной. А кто-то потерял всех. Я вырос в деревне, знал почти каждого по именам. Да какое-то время жил в городе, но вот так судьба распорядилась. Рок наверное. Всю жизнь я пытался вырваться из медленно, но верно угасающего села, а судьба вишь как сгримасничала.

Пошевелив прогорающий сук, я докинул в костер пару заранее нарубленных поленьев и кинул взгляд на своего напарника. По совместительству, приходившемуся мне племянником. Тот спал без задних ног. Ну да. Молодежь мы к рейдам в леса не привлекали, вот они и расслабляются в дозорах. А лес… Он изменился после удара. Я это чувствую. И с каждым годом он набирает силу, копя злобу на остатки людей, уцепившихся за свою никчемную жизнь. Что творится на планете я не знаю. Да если честно, мне все равно. Где-то заухал филин. На всякий случай я придвинул старую ижевскую двустволку поближе к себе и приоткрыл куртку, чтобы в случае чего можно было легко выдернуть патрон из патронташа и перезарядиться.

Ночью хорошо думается. Почему же ко мне вновь и вновь возвращаются воспоминания о прошлом. О потерянном Рае, как считает большинство выживших. Возможно они правы, но я так не считаю. Человечество заслужило свою участь. Зарвалось, заигралось.

Что-то не давало мне покоя, еще раз кинув взгляд на Китыча, я поднялся с чурбака, переложил ствол на левое предплечье, правой рукой держа ружье за шейку приклада и вытянув указательный палец вдоль казенника. Пару шагов, и вот уже тьма поглотила меня полностью. Я растворяюсь во тьме, становлюсь тьму и прислушиваюсь к ней. Тишина… Абсолютная непроницаемая тишина. Только где-то слышится шуршание осыпающихся под чьими-то лапами камешков. Вроде все спокойно. Я растворился в тишине. Разум уплывает и настойчиво тянет меня назад. В прошлое. Тот период жизни, который бы мне очень хотелось забыть. Шуршание осыпи все усиливается. Я слышу, как камешки стукают друг о друга и катятся вниз… Катятся, катятся, катятся?

Резко вскидываю ружье одной рукой и стреляю практически на звук. Грохот выстрела разносится далеко и резко бьет по ушам. Сбрасывая наваждение. Какие, нахрен, камешки? Пост расположен на поляне, в разросшемся кустарнике. Здесь не должно быть камней от слова совсем. Ближайшее место, где можно найти осыпь – это собственно сам Разлом, но до него метров сто. Не совсем же дурные, располагаться на краю обрыва, имеющего глубину больше километра.

Быстро переломив ружье, слитным движением вытягиваю пустую гильзу, на автомате сую ее в свободную ячейку патронташа. Обратным движением вытягиваю снаряженный патрон и вталкиваю в ствол. Шелчком закрываю и на вскидку стреляю в то же самое место. На все про все ушло от силы пара секунд, но в свете вспышки от выстрела уже понимаю, что промахнулся. Но почти синхронно с моим бьет хлесткий выстрел из карабина, которым вооружен Китыч. Молоток. Не зря мы с Сережкой их гоняем на тренировках. Вслед за выстрелом летит горящее полено из костра. Все правильно. Карабин Китыча однозарядный, без магазина. Перезарядка выходит дольше чем у моей старенькой гладкостволки. Я уже снова перезарядился, но стрелять уже не требуется. Пуля винтовочного калибра при попадании в голову не оставляет шансов никому. Особенно если она надрезанная крестом. При попадании в цель пуля раскрывается розочкой, а учитывая, что стрельба ведется из нарезного оружия, то это равносильно тому, что в теле цели бушует сверло, превращая живую ткань в фарш.

Света от полена хватало лишь на то, чтобы немного осветить пространство вокруг места падения. Сырая трава быстро приглушила пламя. Я оглянулся, Китыч уже перезарядился и стоял наизготовку, выискивая цель. Со своего места он не мог разглядеть результатов стрельбы, но видя, что я стою все так же держа на прицеле неподвижную тварь, не спешил опускать карабин. Махнув ему чтобы подходил аккуратно поближе и страховал, я, удерживая в правой руке ружье, левой вынул из самодельного подсумка сбоку небольшой фонарик с механическим приводом динамо-машины. Тусклый слегка желтоватый луч вырвался из-за стекла прикрывающего светодиоды, вырывая из темноты неровные очертания окружающего пространства. Во все стороны метнулись размытые тени.

Фонарик этот остался ее с того времени, когда я учился школе. Так и валялся в чулане у мамы. Да уж, хорошо, что селяне в принципе запасливые люди, редко что выбрасывают на помойку. Много интересного по сараям и чуланам мы нашли в период,. Когда только начали осознавать, что связь с большим миром потеряна. Можно сказать, все технически сложное оборудование, имеющиеся в строю – было собрано из хлама в прямом смысле слова.

Я навел луч света на лежащее без движения существо, но приближаться не стал. Ждал пока Китыч подойдет поближе и сможет уверенно прицелиться. На первый взгляд тварь походила… Да хрен его знает на что оно походило. То ли на пса, то ли на крысу. В тусклом свете фонаря очертания угадывались весьма смутно. Дождавшись, когда Китыч приблизиться ко мне, я передал ему свое ружье. Конечно карабин более мощный, чем гладкостволка двадцатого калибра, но есть нюанс. Снарядить патрон для моего оружия, возможности есть. А вот боеприпасы для карабина жуткий дефицит. Пополнить неоткуда. К сожалению, с оружием в селении дела обстоят не лучшим образом. Несколько десятков охотничьих гладкостволов, пара охотничьих же карабинов и вот это вот раритет, коорым вооружен Китыч. Году в шестом, брат приобрел его с рук, да так толком и не пользовался. Вот теперь Китыч с батиным эксклюзивом ходит. На момент Конца, в селе не было не то что оружейных магазинов, но даже одела полиции. А от других населенных пунктов мы оказались отделены огромными разломами, прошедшими по руслам рек. Так и варились в собственном соку все семь лет.

Пару месяцев назад произошло землятресение. Чем оно было вызвано, так и осталось загадкой. Ну а потом в селение появилась неизвестная тварь. Разорвавшая трех человек, прежде чем ее удалось уничтожить. Нетопырь – больше всего похожее, на кузнечика-переростка, но с густым мехом по всему телу и без каких либо признаков крыльев.

Убедившись, что Китыч взял на прицел тварь, я аккуратно двинулся вперед, освещая себе путь фонариком. Пройти нужно было не более двадцати шагов, но осторожность не помешает. Чем ближе я становился, тем лучше мог разглядеть неожиданного ночного визитера. На первый взгляд это была точно такой же нетопырь. На всякий случай вытянул из сапога нож. Вряд ли он сильно поможет, но совсем безоружным, как то ссыкотно. Нетопырь лежал абсолютно неподвижно. Вот в свет луча попала голова со страшными жвалами, больше напоминающими кузнечные клещи. Точнее не голова, а то что от нее осталось. Китыч редко промахивался. Даже в темноте. Этого у него было не отнять – стрелок от бога. Подойдя вплотную, я в пару взмахов ножа отделил остатки головы от туловища и отпинул ее подальше. Хрен его знает, что это за тварюга такая. Вдруг она регенерирует со страшной силой. Ту, что завалили в селении мы сожгли. Но в данный момент такой метод был неосуществим. Слоняться в поисках достаточного количества дров в кромешной темноте – дураков нет. Так и держа нож в руке, я вернулся обратно к костру. Китыч, видя, что я спокоен тоже присел рядом со мной, протянув мое ружье.

- Что это было? – голос Китыча от прилива адреналина слегка дрожал.

- Нетопырь. – мне не очень хотелось разговаривать. Но племяш такой вот человек. Ему тяжело находиться в тишине. Потому и не берем мы молодых в дальние выходы и на охоту. Хоть мутантов у нас здесь не водится. Точнее не водилось до последнего времени. Но голодный медведь или стая волков тоже не подарок. Потому приходилось во время вылазок по окрестностям соблюдать определенную осторожность. Вот вроде прошло то немного времени с Конца, но зверье расплодилось так, что выйти страшно. Да и повадки изменились. Раньше они человека обходили стороной, а теперь наоборот, устраивали охоту при первом удобном случае. Будто знали, что у нас проблемы с боеприпасами.

- Это второй нетопырь за месяц. Как думаешь, появился путь на ту сторону где-то? А Мих? – Китыч ну прям физически не переносил молчания похоже. Ну да ладно. Все равно сейчас должна подтянуться тревожная группа, смысла соблюдать тишину нет.

- Помнишь, была серия толчков? Вполне допускаю, что где-то появилась возможность перебраться на эту сторону. Вот только не знаю, хорошо это или плохо. – я говорил в полголоса.

- Конечно же хорошо. Это значит, что мы больше не заперты на этом клочке. Можно будет попробовать добраться до Белорецка. Вдруг там кто выжил. – голос Китыча звенел от возбужедения.

Добраться до Белорецка… Сколько раз мы проклинали Разлом, отрезавший нам путь до ближайших крупных населенных пунктов. Запасы лекарств, провизии, оружия. Да просто надежда на то, что есть еще выжившие кроме нас. Но это не представлялось возможным. Сколько человек мы схоронили из-за банального отсутствия аспирина. Я крепко сжал зубы. Болезни регулярно собирали свою жатву. Но вот только лекарств взять было неоткуда. Если бы он знал, как я сам желаю рвануть на поиски перехода немедленно. В надежде достать антибиотики. Пусть даже просроченные. Хоть какие-нибудь… Регина простыла. Попала под дождь. Уже вторую неделю не падала температура. Народная медецина не помогала.

Не успевший толком начаться разговор прервал окрик со стороны тропинки ведущей к стационарному опорному пункту, построенному для контроля этого сектора.

- Анархист, твою мать, ты чего стрелял. – ну да. Сегодня старшим в дежурном подразделении Птиц. Только он мог материться в мой адрес. Остальные рисковали получить пару переломов. Ну а что вы хотели. Полиции нет, каждый мнит себя главным. Мнил… По первости бывало… Нет, желания вспоминать нет. Слишком тогда, в первые месяцы после Конца было мерзко. Даже для меня мерзко.

- Птиц, я тебе когда-нибудь сломаю челюсть. – я встал чтобы встретить пожаловавшую тревожную группу. Сплошь молодняк. Ну да. Надо же их натаскивать. Людей нашего с Птицем возраста было мало. В основном в селении были либо те, кто перешагнул сороковник еще до Конца, либо те, кто тогда учился в школе. Мы с Птицем оказались тут совершенно случайно.

- Чего патроны то жгли? – видя, что я не склонен к шуткам, Птиц стал серьезнее, поправляя на переносице замотанные скотчем очки.

- Нетопырь, Серег. Нетопырь. - наблюдая, как пять бойцов начали грамотно расходиться, беря сектор под свой контроль, я в который уже раз подумал, что мне тоже не мешало бы натаскать хотя бы пару человек в качестве бойцов-рейнджеров.

Вот только в отличии от Птица, до удара бывшего учителем, у меня желания учить не было. Предпочитал работать в одиночку. Потому и позывной у меня был соответствующий. Анархист. Не признавал я начальства над собой. Не признавал и все тут.

- Значит, тот гость был не случайным. – Птиц закинул ружье за плечо. – Видимо ты прав, и проход действительно появился. Пойдем, покажешь.

Мы медленно двинулись в сторону тела нетопыря. Что я мог сказать. Да, я думаю проход появился. А еще я знаю, что завтра уйду в поиск. Я не могу смотреть как угасает моя жена. Пусть она не идеально, но все эти годы мы были вместе. Даже когда я был в контрах с остальными жителями поселка. Она ушла в горы со мной. Я не отдам ее смерти. Не отдам…

Небо понемногу серело, переходя из кромешной тьмы ночи в вечно-хмурый день. Птиц без особого интереса оглядел безголовое тело нетопыря. И заозирался по сторонам. Будто не решаясь что-то сказать.

- Пошли прогуляемся до трассы. – я понял, что Птиц не хочет, чтобы его слышали бойцы.

Китыч, увидев, что мы направились в сторону старой асфальтовой дороги, рванул было за нами, но увидев мою отмашку, вернулся на место. траса Белорецк – Стерлитамак. Ее ведь так и не дотянули до Стерлитамака. Долгострой. Я усмехнулся. Очередной круг замкнулся. Когда пришел полярный лис, мы с Птицем, как раз ехали по ней.

- Миш. – впервые за годы, Птиц обратился ко мне по имени. – Марина умирает. Я знаю, ты все равно уйдешь. Найдешь путь и уйдешь.

Я вытянул из кармана портсигар. Старый, из нержавейки, открыл его и достал самокрутку. Сигареты давно кончились. Но был самосад-табак. Прикусив зубами, зашарил по карманам в поисках спичек. Это может показаться странным, но запас спичек у нас был громадным. На хрена у одного дедка столько хранилось? Коробок четыреста. Может больше. Да кто ж его знает. Птиц не задавал вопрос, он констатировал факт. А я не знал что ему сказать. Я представлял, что он может попросить. Но вот, смогу ли я выполнить просьбу? Не уверен.

Наконец найдя спички я раскурил самопальную сигарету и вдохнул горьковатый дым. Мы не спеша шли по серому, размытому дождями асфальту, сквозь который уже пробивалась трава, к краю Разлома.

- Серег… я не знаю, что твориться там. – мы как раз добрались до места, где трасса резко обрывалась и начинался разлом. Я кивнул в сторону плохо видимого противоположного края пропасти. – я не могу тебе ничего обещать.

Я сел прямо на асфальт и свесил ноги в пропасть. Курил и бездумно смотрел вдаль. Туман, попытавшийся с рассветом окутать нас дымком, передумал и решил рассеяться. Птиц скинул с плечья ружье, положил его и сел рядом со мной.

- Я не могу обещать. Но я постараюсь вернуться. – выдохнув из легких дым, я продолжил начатый разговор.

- Ты уже решил с кем пойдешь? – Птиц так же бездумно смотрел вдаль, как и я.

Я очень соскучился по солнцу. Прямо в немоготу. Вечно хмурое небо давило на меня. Вызывая раздражение.

- Регина уже два дня не встает. Она совсем плоха. У меня мало времени.

- Значит один?

-Да.

Мы сидели в тишине какое-то время.

-Серег, если я не вернусь через пару дней… - мне было тяжело это говорить. С трудом проглотив комок в горле. – позаботься о сыне.

- А Регина? – Серега посмотрел на меня. Я чувствовал его взгляд. Но посмотреть в лицо старому другу не мог.

- Если я не вернусь, она не выкарабкается. – с трудом протолкнул стоящий в горле ком.

Птиц будто понял, что не стоит бередить мои раны. Он всегда тонко чувствовал состояние людей. Вот и сейчас, промолчал.

В отличии от меня, сумевшего отстоять независимость от поселка и жившего чисто своей семьей, Птиц врос в структуру общества корнями. На недавнем совете, было принято решение не проводить разведку за пределами разлома. Страх неизвестности победил. Люди, заседавшие в совете не хотели перемен. Кое-как налаженный быт, нехватка рабочих рук. Все это давило. А тут еще нужно кого-то посылать в неизвестность, без малейших гарантий на успех. На это старички пойти не могли. Плевать, что нет лекарств. Плевать, что умирают младенцы. Главное – безопасность.

- Куда ты планируешь пойти? Вдруг совет все же даст разрешение? – Птиц похоже и сам не верил в то, что говорил.

- Дойду до Серменово. Может там кто выжил. – я пожал плечами. – если не будет результата… двину в сторону Уфы по трассе. Мы не знаем как идут разломы. Возможно, что пути нет. А нетопырь… Ну просто наши кузнечики решили мутировать.

Я улыбнулся. Хотя это и стоило мне труда. Птиц и сам все прекрасно понимал. Его не назовешь дураком. Но иногда он закрывал глаза на вещи, о которых не желал знать.

- Понятно. – Птиц замолчал. Наверное думал о чем-то своем.

- Дай закурить. –Я удивленно взглянул на бросившего курить еще до удара Птица.

-Нервы. Миш, не думай, что я не в курсе того, что мы все инфицированны. – ну да. Кто бы сомневался. Тщательно мною хранимая тайна. Время от времени терявшиеся в лесах заболевшие люди. Птицу хватило чтобы понять. – я устал ждать и бояться, что следующим, кто заблудиться в лесу будет кто-то из моих. Устал…

Голос друга дрогнул. Ему было тяжело говорить это мне. Я был изгоем, но кроме меня и моего сына, никто не смог выздороветь после вспышки непонятной эпидемии. С тех пор, уже два года, именно мне пришлось выполнять функции санитары леса. Он думает это легко? «Исполнять» тех, кто мог стать опасен для остальных. Но темные времена – темные решения проблем.

- Не надо Серег. Я все прекрасно понимаю. Ты не хочешь, чтобы однажды в рейд со мной ушел кто-то из твоих близких. Или даже ты сам. – я повернул голову и посмотрел на него. – Не бойся. Я не доживу.

Поднявшись на ноги, я отряхнул штаны и вгляделся вдаль. Что-то на той стороне пропасти привлекло мое внимание. Жаль мало света пробивается сквозь облачный покров. И как-будто, на небесах прочитали мои мысли. На миг, сплошные тучи разошлись, и солнечный свет впервые за долгие годы сумрака достигли поверхности, высветив на той стороне белую машину с открытыми дверьми.

Я стоял, будто громом пораженный. Белая Шкода Фабия. Та самая, на которой мы ехали в Узян, чтобы встретить Новый две тысячи двадцать первый год. Как давно это было…

***

Птиц смотрел вслед уходящему в сторону Разлома Анархисту. Не было никаких гарантий, что он вернется. Но, тем не менее, Анархист уже сделал для людей больше, чем кто-либо другой в этом селении. Сергей поправил очки, вечно пытающиеся сползти вниз, и крепче прижал к груди обычную тетрадь на сорок восемь листов. Потрепанная, с пожелтевшими страницами, она содержала записи наблюдений и опытов. Вряд ли кто знал, что Анархист имел собственную лабораторию для исследований. И точно никто не знал, что он ставил опыты над заболевшими. Птиц, лишь мельком глянул последние записи, когда Анархист отдал ему тетрадь. Но даже этого хватило, чтобы понять. Он почти сумел получить лекарство. Вот только не успел. Заболела жена. И Анархист плюнув на все рванул на посики прохода в большой мир, со слабой надеждой раздобыть антибиотики довоенного производства. Птиц еще раз погладил тетрадь. Об этом не должен знать никто, и он сумеет сберечь эту тайну. А потом, когда, не если, а когда друг вернется, он вернет ее владельцу. Сергей печально улыбнулся. Сколько он знал Анархиста? Года с седьмого, две тысячи который. Двадцать лет. Даже чуть больше. Но этот человек всегда был и будет сплошной загадкой.

- Удачи, братка.

Вырвавшийся из-за туч луч восходящего солнца, на краткий миг осветил спину уходящего вдаль человека. Вырвав его из сумрака. Как бы показывая, что еще для небольшого села не все кончено.

Птиц улыбнулся. Медленно повернулся и двинулся по мокрой от росы траве обратно к опорному посту. То ли он замечтался, размышляя о том, как можно будет наладить жизнь после возвращения Анархиста. То ли тварь обладала незаурядными способностями к маскировке. Но Птиц, когда-то звавшийся Куликовым Сергеем так и не успел ничего понять. Гибкое тело метнулось из-за невысокого куста шиповника, росшего посреди поляны. Секунда, и неизвестна тварь одним движением запрыгнула на спину бывшего учителя. Вторая – мощные челюсти без труда прокусили шею. Птиц упал, все-так же крепко сжимая лабораторный журнал. Кровь из разорванной артерии фонтаном брызнула в сторону, а потом медленно потекла, образуя лужу точно под тетрадью, заливая бесценные записи и наблюдения.

А зверь, предками которого были домашние кошки, уже рвал безжизненное тело на куски. Стараясь как можно быстрее утолить голод. И как насмешка, солнце, долгие семь лет прятавшее лицо за тяжелыми тучами выглянуло вновь, заливая веселым желтым ярким светом поляну.

Не дождавшись возвращения командира, бойцы стоявшие в смене на опорном пункте решили проверить. Но к тому моменту, когда тройка дежурной смены появилась на месте, от кошки-мутанта уже не осталось и следа. Лишь окровавленные останки, еще десять минут назад бывшие человеком, лежали у куста шиповника, распустившего свои алые, в свете солнца, бутоны.

Часть 1. Удар Главы 1-3

Часть Первая. Удар

Глава Первая

Сижу, пью кофе, читаю новости на смарте. Ничего интересного. И только собираюсь сделать очередной глоток, как телефон в руке злобно завибрировал. От неожиданности рука с кружкой дернулась и кофе плеснуло на свитер. Сука! Кто? Кто может звонить в семь утра? Отложив телефон, продолжавший вибрировать, я вытер руки и наконец посмотрел, что за дебил решил меня потревожить. Вот только вместо стандартного номера на экране светилась какая-то непонятная цифро-буквенная комбинация. Что за херь?

Телефон дребезжал.Ладно, уговорили. Захожу в туалет, чтобы жена и сын, спящие в комнате не проснулись от моего голоса, передвигаю бегунок на принять и прикладываю трубку к уху.

- Привет, Бес. Узнал? – первым порывом было бросить смартфон в стену и срочно валить из страны как можно дальше. Этот голос не забудешь.

Я плотно зажмурил глаза, ущипнул себя и снова открыл глаза. Посмотрел на экран. Там все так же высвечивалась непонятная комбинация. Значит не приснилось. Есть такие периоды в жизне любого человека, о которых не хочешь вспоминать. Голос из трубки, был из того самого периода. Нашли… Интересно, зачем искали? Одиннадцать лет прошло…

- Ну раз молчишь, значит узнал. – голос в трубке вызывал прямо органическое желание его где-нибудь закопать. – А если узнал, запоминай: бар «Никола», двенадцать ноль-ноль.

Из динамика раздались звуки отбоя.

Взяв со стиральной машины пачку дешевых сигарет, вытащил одну и щелкнул зажигалку. Генрих…Как его зовут по настоящему я не знал. А ведь когда-то он обещал, что мое досье навсегда исчезнет из всех архивов. Что ему надо? Вот вопрос вопросов. Последний раз я его видел…

***

Ближний Восток. 20..г.

- Расклад херовый, мужики. Отряды повстанцев, при поддержки спецназа натовцев рвутся к столице. – Генрих, постучал по карте, с нарисованными схемами. – у президента просто нет солдат, чтобы сдержать штурм.

- А нам то с этого что? Мы ж обычные инструктора. – я отвлекся от чистки верного АК-103.

Генрих поднял на меня взгляд.

- Бес, не охуевай. Ты здесь, а не за решеткой лишь потому, что я добрый. И если я скажу, что ваша группа пойдет копать окопы, то вы молча пойдете это делать.

Я защелкнул крышку ствольной коробки. И отложил автомат.

- Слышь, Генрих. Я понимаю, что ты хочешь от нас. Но даже по предварительным данным, к столице идет пехотный корпус со средствами усиления. – смотрю ему прямо в глаза. – Лучше в тюрьме, чем в могиле.

Парни из моей группы согласно закивали. По нам по всем плакал дисбат, когда Генрих проводил вербовку. А по некоторым, как по мне, например, так и «Черный лебедь» рыдал. По триста пятьдесят девятой УК. Но вот самоубийцами наша группа, направленная инструкторами к арабам не была.

- Так что… Иди нах. – я пристегнул магазин и дослал патрон в ствол.

- Ты что себе позволяешь сосунок! Да я тебя…! – Генрих вскинулся в гневе и уткнулся лицом в направленный в него ствол.

- Ничего ты мне не сделаешь. Мирон, забери у него ствол. – Я держал куратора на мушке, в это время наш сапер вытащил у того из кобуры на бедре Гюрзу и отошел в сторону. – Сам говоришь, сюда прут боевики. Нам терять особо нечего. Только наши жизни. А ты хочешь бросить нас в мясорубку. Так не годится.

Надо отдать должное Генриху, он был стрелянным волком. Взгляд спокоен. Не дергается. В глазах отражается работа мозга. Усиленная работа мозга. Он явно уже жалеет, то что набрал такую группу инструкторов. Надо было брать спецов. Вот только спецам из СВР пришлось бы платить больше чем нам, да еще и страховки в случае гибели. А таким вот «наемникам» только денег немного, да временную свободу. Я знал, что если мы вернемся на родину, нас всех ждет тюрьма. А здесь… Здесь был шанс выжить и немного заработать.

- Успокойся, Бес. Ты же не будешь стрелять? – голос куратора хоть и был спокоен, но к концу фразы вс-таки немного дрогнул. Чуть-чуть, но я услышал. – что ты хочешь?

- Амнистию. Для всех. – я оглядел взглядом остальных бойцов, не опуская оружия. Спокойно до этого отдыхавшие, они сейчас экипировались. После того, что я учудил… Шанс у нас был только один, в случае если Генрих откажется – пробиваться с боем в пустыню.

Генрих смотрел тяжело. Просчитывал варианты. Ну да. В СВР дураков не брали, тем более не ставили на контроль секретных боевых операций. Увидев, что Злой устанавливает посредине палатки миномет «восемь два» калибра, он понял, что это не спонтанный взрыв эмоций.

- Хорошо… - Генрих процедил согласие сквозь зубы.

- Ну и славно. – я улыбнулся Генриху и опустил ствол. – Знаешь, я верю тебе.

***

Я выкинул окурок в унитаз и смыл водой. Память отпускала тяжело. Мы тогда отбились. И столицу удержали. Правда, из трех групп инструкторов назад живыми вернулись два человека. Госпиталь, камера. Но… Генрих сдержал слово. Нас со Злым амнистировали и отпустили по домам. Одиннадцать долгих лет… Вспомнил. А ведь обещал забыть. Может забить и не идти на встречу? Я прошел в комнату с нежностью посмотрел на жену и ребенка. Вот оно счастье. Бес умер. Давно. Есть я, есть моя семья.Просто забыть и все. Вот только Генрих ведь не отстанет. А значит лучше все-таки сходить и узнать что ему нужно. Еще раз улыбнувшись, глядя на моих родных я начал их будить. Сыну в садик, а мне на работу.

Глава Вторая

Погода будто взбесилась. Через три дня новый год, а на улице идет дождь. Ледяные потоки падают с неба, как из ведра. А ведь с утра шел легкий снег. Улицы превратились в сплошной каток, поверх которого текла вода. Преодолеть триста метров от остановки до бара оказалось нетривиальной задачей. Раз восемь я падал, потому вся одежда промокла насквозь. Единственным желанием было оказаться сейчас дома. В горячей ванной. А никак не тащиться куда-то на встречу с человеком из прошлого.

В бар я не вошел, а буквально вкатился. Напоследок поскользнувшись у порога. В общем, настроение, испорченное с самого утра звонком, сейчас находилось сильно ниже плинтуса. Я зверел, держась на морально-волевых. Главное, чтобы этот чертов Генрих оказался на месте. И чтобы никто до меня не докапался, с учетом места где я находился, а так же постоянными завсегдатаями данного питейного было задачей из разряда – миссия невыполнима. Окинул взглядом зал, за годы здесь ничего не изменилось. Полумрак, стены в бордово-коричневых тонах, тяжелые деревяные столы. В углу сидела компания парней лет по двадцать, уже изрядно навеселе, играло радио Шансон. Давненько я здесь не был… Генриха я так и не увидел, достал телефон из кармана, время было без пятнадцати двенадцать. Это я пораньше пришел значит. Ну и ладно, подождем. Выбрал один из свободных столиков, снял куртку и сел на стул, подозвав жестом официантку.

В чем нельзя упрекнуть этот бар, так это в качественном сервисе. Я еще усаживался, а официантка, миловидная девушка лет двадцати пяти в опрятной и чистой форме, уже стояла у моего стола с меню и блокнотиком в руках. Быстро пробежав глазами список предлагаемых блюд, я заказал себе глинтвейн.

Из-за того, что промок, меня начало знобить от холода. Попросив меня подождать пятнадцать минут, пока будет готовиться заказ, официантка упорхнула в сторону барной стойки. Ну а по привычке полез глянуть свежие новости в смартфоне. Начинала болеть голова, не хватало еще простыть в преддверии праздника.

В новостных лентах было одно и то же. Рухнула нефть, наши запустили какую-то супер-пупер ракету, американцы выхватывают люлей в Иране. На хрен они вообще туда полезли? Увлекшись, я не заметил, как у моего стола оказался один из компании гулявших тут парней. Поэтому рука, легшая мне на плечо заставила меня вздрогнуть от неожиданности.

- Дядь, - тело, стоящее около меня было пьяным, в слюни, как говориться. – у тебя сигаретки не найдется?

- Извини, не курю. – и так плохое настроение, ухудшалось еще сильнее. Раздражало вообще все. Но ответил я как можно более спокойным тоном. У меня здесь дела. А парень явно не за сигаретами подошел.

Молодые мозги, одурманенные алкоголем явно желали приключений. Вот только я уже вышел из возраст, когда мне хотелось получать адреналин путем участия в бессмысленных гладиаторских боях.

- А если поискать? – на лице парня расплылась наглая ухмылка. Точно, ищет проблем. Я начал звереть. Но ответил как можно более дружелюбным тоном.

- А если поискать, то можно встретить Новый год в травмотологии с переломанными руками. – и улыбнулся своей фирменной улыбкой больше похожей на оскал.

Обычно, те кто видел мою улыбку и слышал спокойный тон, как то сдувались и не искали конфликта. Но этот парень, явно чувствовавший поддержку своих товарищей решил и дальше идти в бычку.

- Ты че как борзо разговариваешь? Попутал что ли? Да ты знаешь кто я? – ну точно, молодчики решили развеяться и развлечься за счет одинокого посетителя. Совсем обнаглели от вседозволенности похоже.

Больше не сказав не слова я поднялся из-за стола и схватил парня за шиворот левой рукой, одновременно с правой пробивая ему солнечное сплетения. Не дожидаясь пока он придет в себя, все так же молча тащу его в сторону выхода. Спутники неудачливого быка непонимающе смотрят в нашу сторону, видимо не могут осознать происходящего. Как это? Кто-то посмел поднять руку на них, таких сильных и удалых. Пять шагов до двери, с размаху впечатать агрессора лбом в косяк, открываю дверь и выкидываю его на улицу. Сам иду следом. Все-таки довели…

На первый взгляд меня сложно назвать качком или шкафом. Среднего роста сухощавый. Мастер спорта по рукопашному бою… И я в ярости, не просто раздражен или зол, а в ярости. Выскочив вслед за вылетившим и растянувшемся в луже на льду телом, сходу бью ногой в лицо. Гуманистом меня назвать сложно, а наглых не люблю вдвойне. От удара парень потерял сознание. Если знаешь куда бить, то отправить человека в нокаут сложности не представляет. Я знал. Добавив еще разок по ребрам, я понял, что тело лежит лицом прямо в воде. Еще не хватало чтоб задохнулся. Все-же убивать я не хотел.

Наклонился и рывком перевернул его, после чего присел на корточки и начал проверять, не успел ли он наглотаться воды. За этими манипуляциями напрочь вылетело из головы, что вообще-то паренек в баре был с друзьями. В последний момент я почувствовал движение воздуха и вскинул руку, пытаясь блокировать футбольный удар в голову в исполнении одного из товарищей моего визави.

С учетом моего положения, мне это не удалось. Острая боль пронзила скулу, в которую пришлось попадание тяжелым зимним ботинком. От удара меня откинуло в сторону и потеряв равновесие я с размаху плюхнулся в лужу. Мало того, что пока шел до бара промокла вся верхняя одежда, так сейчас я грохнулся в лужу, чувствуя как ледяная вода течет у меня за шиворотом. Дальше происходящее помнится смутно. Планка опустилась. Мощный адреналиновый удар по мозгам, заставил тело забыть о мелких неудобствах в виде мокрой одежды и зверского холода. Перекат назад. Встать на ноги, одновременно ладонями блокируя удар ногой противника. Довернуть корпус чуть в сторону, пропуская летящее по инерции тело мимо себя. Резко согнув ногу с оттягом пробить коленом в печень, так удачно нарвавшегося парня и резкий удар локтем в затылок. Все. Минус один, хотя если учитывать, что один и так уже лежал на мокром льду, то минус два. Все, допрыгались. Боли я пока не чувствовал, но по лицу струилось что-то теплое, явно не ледяная вода внезапного зимнего дождя. Вот только оказалось, что бить больше некого. Двое оставшихся парней из группы, увидав очень быструю расправу над предыдущими любителями помахать кулаками, энергично двигали булками в сторону аллеи. Посчитав, что догонять их по скользкому льду не рационально, я лишь презрительно сплюнул на землю. Ярко-алый сгусток, вылетевший из моего рта явственно сигнализировал, что походу мне разбили еще и губы. В запале я боли не чувствовал, а вот сейчас начал остывать и раны резко засаднило.

- Развлекаешься? – ну конечно, голос раздавшийся из-за спины мог принадлежать по закону подлости, лишь одному человеку – Генриху.

Резко оборачиваюсь. Не ошибся, точно он. Нисколько не изменился с нашей последней встречи. В черном пальто и в кепке, он усмехаясь смотрел на меня. Я обжег его ненавидящим взглядом.

- Ладно, пошли внутрь. Замерзнешь еще, заболеешь. – и как ни в чем не бывало Генрих двинул внутрь бара, откуда я вышел пару минут назад.

Глава Третья

Мы сидели за столиком, и играли в гляделки. Когда я ввалился с разбитым лицом обратно в помещение, персонал ужаснулся. Да и я сам немного приофигел, когда зашел в туалет и посмотрелся в зеркало. Кожа на щеке разодрана, капает кровь. На месте губ, кровавое месиво. Левый глаз начал заплывать, украшенный фингалом. Профессионал млять… удачно он мне припечатал. Теперь минимум неделю буду ходить с разукрашенным фейсом. Да хрен с ними с синяками, и краше бывал. Но вот что говорить жене, даже не представляю. Правду не стоит, а врать я ей не хотел. Официантка, та самая, что брала у меня заказ принесла аптечку и помогла обработать раны. На вопрос о полиции, я отрицательно помотал головой. Главное чтоб эти гаврики заявление не накатали. Разборок мне еще не хватало. Приведение меня в порядок заняло минут десять. Обратно в зал я вышел весь заляпанный скотчем с рисунком из зеленки на лице. Хоть прям сейчас иди пугать людей. Зря я наверное помянул полицию всуе. У стойки стоял наряд из двух человек и что-то спрашивал у барменши. Узрев мое появление в зале со столь очевидными следами на лице, один из патрульных тут же двинул наперерез. Но слава богу дойти не успел, никакого желания общаться с представителями власти у меня не было. Генрих в два шага оказался на пути блюстителя порядка и показал ему какое-то удостоверение, в полголоса ему что-то сказав. Полицейский с погонами прапорщика тут же вернулся обратно к напарнику, после чего патруль ретировался на улицу.

Ну да, кто бы сомневался, что Генрих ушел из силовых структур, но только не я. Непонятно только, что он забыл в этой богом дыре. Судя по всему, этот момент мы в скором времени проясним. Заняв свое место, на столе уже стоял бокал заказанного до инцидента глинтвейна, я сделал глоток, теплом разлившийся по всему телу, и уставился на своего визави. Как не крути, а для мужчин хорошая драка хотя бы изредка крайне необходима. Злость и раздражение ушло, я успокоился, если б еще не заимел боевые отметины, то мог бы сказать, что день удался. Несмотря на рожу Генриха, маячившую по ту сторону стола.

Пару минут мы с ним поиграли в гляделки. Хотя зачем? Кто из нас круче мы давно уже выяснили. По мозгам Генрих мне легко даст фору, а вот в драке я ему наваляю. Было дело, пройденный этап.

- Ну и зачем ты меня дернул? – несмотря на то, что раздражение ушло времени у меня было не так уж и много. Мне еще нужно было вернуться на работу, забрать кое-какие бумаги, потом за сыном в садик успеть.

- А где добрый день, как дела, спасибо дядя Генрих, что избавил от проблем с полицией? – голос Генриха сочился сарказмом. Судя по всему его эта встреча через годы тоже не шибко радовала.

- Обойдешься. Говори, что хотел и я пошел. - ну вот не хотелось мне с ним быть вежливым и все тут. Хоть убей.

- Ладно, Бес. К делу так к делу. Если честно, тоже нет желания задерживаться в вашем дрянном городишке. – его пренебрежительный тон я пропустил мимо ушей. Плевать мне было на его мнение. Мне мой городок нравился и точка.

- Есть работенка. – я сидел с непроницаемым видом, ожидая продолжения. – Нужно проверить одну точку, здесь у вас в горах. Возьмешься?

Я задумался. Что-то мутит гражданин Генрих. Насколько я помню, он служил в СВР. На хрена СВР что-то проверять практически в в середине России? У нас, конечно, горы, но слава богу, боевиков здесь нет, террористов тоже не наблюдалось.

- А я тут причем? – равнодушно смотрю собеседнику в глаза. – У вас что штатные сотрудники закончились? Да и нет вроде здесь укрепленных баз, которые нужно штурмовать смертниками?

Пристальный взгляд исподлобья.

- Хрен с тобой, не будем играть в шахматы. Давай я опишу вкратце что мне нужно и сколько плачу, а ы уже решишь, сможешь или мне самому лезть?

- Самому. – я даже не стал вникать в его предложение. Не хотелось мне играть в игры спецслужб. Я и на встречу то пришел, лишь бы он от меня отвязался.

- Самому… - Генрих протянул слово.

- Бес, если бы была такая возможность, я бы не вспоминал о тебе. Ты же знаешь. К чему вот мы сейчас с тобой сидим друг напроив друга и щеримся как волки не поделившие добычу. Я свое слово сдержал? – за то время, что я его знал, в голосе Генриха впервые слышалась усталость.

Я смотрел и думал. Да, Генрих напомнил мне о том периоде жизни, который я бы хотел стереть из памяти. Но он ведь тогда сдержал слово, данное под прицелом автомата, хотя мог и не вывозить в Россию наши полуживые тушки. Не знаю почему, но мне показалось, что то, что он мне хочет поручить, действительно важно. Для меня важно.

- Ладно, Генрих. Извини. Давай к делу. У меня не так много времени.

Я вышел из бара ровно через десять минут. Именно столько понадобилось времени Генриху, чтобы ввести меня в курс дела. В кармане куртки лежала флешка. Генрих сказал, что там есть вся нужная информация по заданию. Ну а вкратце: Мне предстояло съездить в гости к родным в село, из которого я был родом. В принципе, ничего сложного. Все равно собирались ехать отмечать Новый год к моей маме в гости. Единственное, что смущало, это с каких пор у СВР есть тайные объекты на Урале? И нахрена?

***

Генерал-лейтенант Рязанов смотрел в окно, на спешащих по своим делам людей, но мыслями был очень далеко отсюда. Ситуация в мире складывалась критической. Мало кто знал, что от глобальной войны планету отделяют месяцы, если не дни. Решение уже принято всеми участниками. Кому как не ему, начальнику аналитического отдела было знать об этом. Когда стало понятно, что катастрофы избежать не удастся, Георгий Викторович поднял всю свою законсервированную агентуру. Для одной цели – они должны были провести проверку секретных бункеров и баз, расскиданных по всей необъятной территории страны. Штатных сотрудников использовать было нельзя, противник тоже не лаптем щи хлебал, поэтому почти все силовые структуры были под наблюдением. Оставались только вот такие «спящие». Тяжело вздохнув, генерал натянул на уши кепку и встал.

Он надеялся, что инструкций предоставленных бойцам, хватит для инспекции всех объектов. Ну а если нет, то нет. Больше времени у Георгия, привыкшего откликаться на имя Генрих, не было. Нужно было возвращаться в столицу.

***

Я ехал в маршрутке и читал новости. Что-то не давало мне покоя. Что-то о чем умолчал Генрих. Надо будет тщательно изучить всю информацию.

- Провести небольшую инспекцию. Карта на флешке. Коды доступа там же. Пришел, проверил, ушел.- Я вспоминал слова Генриха…

Нет. Никакого подвоха я не видел. Ну есть здесь какой-то тайный бункер, тоже мне секрет. Любой местный сможет указать район объектов вояк, зарывшихся в горные хребты. При желании можно даже узнать позиционные районы ПВО. Может меня смущает то, что Генрих разведчик? А с чего я взял, что он до сих пор служит в разведке? Может перешел в двенадцатое управление. Ну а маня привлек для проверки? Тоже все просто – секретность. Ну кто подумает на обычного кладовщика, что он может быть тайным агентом? Генрих ведь и правда сдержал слово. Мы получили новую жизнь. Нигде не было никаких упоминаний о том, что я когда то привлекался к спецоперациям за рубежом. В военном билете стояла пометка об участии в КТО и все. Приеду домой, посмотрю, что там на флешке.

Выбросив ненужные думы из головы, я сошел на остановке и нырнул в арку дома.

Глава 4

Вроде бы ни чего особенного. День как день. Но, флешка в кармане….. Она буквально прожигала его насквозь, заставляя ускорять шаг.

Да и Генрих …. Где то, внутри меня, уже гулом звенел, надрываясь, колокольчик. Потому что встреча с Генрихом, его усталость, короткий разговор, отведенный в сторону взгляд. Все это на генерала не походило, а значит…

Не знаю, что это значит, но ничего хорошего явно не предвещает, как и всегда впрочем, после встреч с куратором.

Отбросив тревожные мысли в сторону, я достаю ключ и открываю дверь в квартиру, вдруг краем сознания вспомнил, что меня так насторожила.

Генрих, а вернее та усталость, которая на миг отразилась в его интонации. Это не было усталостью не выспавшегося загруженного рутинной, ежедневной работой человека. Это была усталость человека, несущего тяжелую, ношу….

Что-то явно назревает, и это что-то, уж точно не небольшая прогулка по лесу в поисках грибов…

И в таком возбужденном состоянии, захожу в дверь и снимаю ботинки. Нырнуть на кухню - мое обиталище, убежище я бы сказал, потому что все более или менее свободное пространство было занято женой и сыном.

Щелкнуть кнопку включения на ноутбуке, откладывать знакомство с документами не стоит.

Пока он загружался, я поставил чайник на газовую плиту, согреться горячим чайком после промозглой уличной погоды самое оно, и, открыв форточку, выбив привычным движением сигарету из пачки, лежащей на подоконнике, прикурил ее от газа…

Вдыхая горький едкий дым дешевого табака, жду, когда старенький яблочный лаптоп наконец-то обрадует меня видом рабочего экрана.

Н-е-е-т, я когда-нибудь возьму молоток и уделаю эту пластиковометалическою штуку, который зовется ноутбук, он и так-то не ахти, как быстро грузит, а сегодня, мне кажется, просто издевается над моим и так напряженным мозгом.

Так хорош психовать. Вся напряженка и усталость на каком то незримом уровне передалась от Генриха мне, хотя причин для нервов я не видел, да и ничего пока не произошло, да и навряд ли произойдет, База как база, зайти посмотреть и уйти, все просто. Ладно, поживем - увидим.

Свистнул, закипая чайник. Прогрузился ноут, прогнав через себя все рекламы и предложения, открывая браузер.

Подойдя к плите выключаю газ. После чего взял свою любимую чашку в виде свиньи, и достал из шкафа чай, нет, не пакетированный, а обычный черный, рассыпной., терпеть не могу сублиматы в виде пакетиков. Сыпанув в кружку горсточку, заливаю кипятком. Теперь немного подождать, чтоб чай настоялся и вуаля! Напиток готов.

Беру кружку и усаживаюсь за комп. Так-с...И чего у нас тут интересного?

Вспомнилась фраза из какого-то старого советского фильма, да тогда умели снимать, вернее могли.

-«Приступаем к следующей части Марлезонского балета»

Ага, вот флешка. Первая попытка вставить ее в разъем ноута не удалась. Давно пора разъемы перепаять. Постоянно путаю рабочий со сломанным. Но со второй попытки все же ставлю правильно.

Жду, когда найдется в моем агрегате, данный инородный предмет, прихлебываю глоток чая, и понимаю, что напряжение от встречи и стычки в баре постепенно уходит, и прорезается, всплывая наверх, к самой макушке, банальное любопытство. Что же, все-таки такое происходит.

Потому что не происходить ни чего, не может быть. Не тот человек Генрих чтоб из-за пустячной прогулки, проехать почти пол страны, просто для того, чтоб предложить мне прогуляться. И знакомый зуд, ожидания приключений на мою задницу - легкий такой мандраж стал пробиваться изнутри

Так, ага вот он диск, т-а-а-к, открываем и….

Цифры, цифры, ага вот значок, локация. Ни фига себе, схема, шестиуровневый подземный комплекс, аж двести метров в глубину, и-и-и…

Да где ж эта гребанная инструкция, Так вот она…

КПП, проход код, код, код.

Сколько здесь прожил и до сих пор ни сном, ни духом, что не далее чем 25 км от точки в которой я сижу, стоит целый, ЦЕЛЫЙ, подземный комплекс - почти городок. Это ж надо сколько раз там по грибы по ягоды шастал, а так и ни разу не подозревал даже. Не, про базу ПВО все знали, да и вертолетные площадки сильно не спрячешь от местных, а вот чтоб такое. Даже и разговоров то никогда не было. Мда… Что уж говорить – умели… Умели… И строить и прятать.

Ладно, что там с заданием?

Пройти в комплекс, так дальше, ага! проверить состояние, работоспособность энергетических узлов и агрегатов, пусковых шахт. Я че им инженер что ли?

Интересно мне туда вниз в шахты спуститься, чтоб проверить, или радар с собой тащить?

А нет… Удаленно все можно. Комната семь, литер ЩТ, система Технического контроля и наблюдения. Так, сколько ж там людей?

Хм, никого, полностью автоматизированная станция с системами жизнеобеспечения, на консервации. Обслуживание происходит один раз в десять лет. Нормально наваяли.

Так, а это что за файлик тут интересный?

«База обеспечена системой безопасности и контроля, допуск производить с высокой степенью защиты, для снятия защиты требуется…» и еще три страницы инструкций, как правильно получить доступ внутрь и не помереть раньше времени.

Ладно, с базой разобрался, смотрим дальше.

Система запуска средств подавления воздушного противника, средства нанесения ответно-встречного удара, бункер…

Та-а-ак. А это что, непонятный файл. Нажимаем, что же за хрень,.

«Для открытия файла используйте специальное программное обеспечение….»

И какое программное обеспечение здесь нужно?

Поищем через поисковик…

«Необходимое программное обеспечения для открытия данного файла, не найдено…»

Пробуем по другому, ручками пропишем, не поленимся.

«Необходимое программное обеспечение для открытия данного файла, не найдено…»

Перепробовал все…

Со всех установочных приложений, во всех известных браузеров – абсолютно ничего.

«Запрошенное вами программное обеспечение, не обнаружено. Обратитесь в службу тех поддержки.»

Так думай, Бес, думай.

Флешка с данными по базе. Так? Значит и устройство для работы с данным файлом находится где-то, там же на базе.

Генрих, урод. Даже здесь мне подляну устроил. Нет, надо было самому догадаться. Генрих, еще тот тип, и если он попросил об услуге, напрасно надеяться, что все пройдет тихо, да гладко. Ну да ладно.

Буду звонить Птицу, он вроде как собирался завтра, в ту сторону. Вот и мы всей семьей, с ним поедем. Мы - это я имею ввиду, я, жена и сын, Тачка у Птица большая, все поместимся.

Пока доставал телефон вдруг припомнилось наше знакомство с Птицем... Вообще то, его звали Сергей, но прилепилось, вот погоняло.

***

20..г. Белорецк

… - Слышь, мажор недоделанный, может поможешь, христаради, на пропитание, Ха-ха-ха… - неслось от кучки парней лет шестнадцати – восемнадцати, обступивших в ночном парке, какого-то, интеллигентного вида человека, имевшего неосторожность идти в это время суток, через парк, в народе называемым общепринятым словом именующим девиц легкого поведения, без тормозов ни сзади ни спереди, знакомившихся со всеми подряд, имеющих маломальскую деньгу для провождения веселого вечера.

- Дядь, ну дядь, угостите, леди сигаретой - гнусавила та, к которой слово леди то применимо как слово - ляди. Размалеванная как героини Сальвадора Дали, ночью приснится – инфарктом не отделаешься. Вообщем, штукатурки, именуемой косметикой, она явно не пожалела, нанеся густым слоем на свою и так не сильно симпатичную физиономию...

- И какого ты, здесь поперся - подумал я с тоской. Мой такой романтический вечер, безнадежно пропал. Нет, дело не в том, что мне жалко эту птицу, не из этого леса. А просто терпеть не могу такие вот компашки, а особенно шакалов, в человекоподобном обличье, и что особенно, когда вот так вот впятером, на одного и не важно что пятая девушка, хотя какая она девушка, так самка … тупая, размалеванная самка, которые, как правило, и становятся в почтенном возрасте блюстителями морали. Ну, те бабки, что вечно всех осуждают за все подряд. Ага, из таких, как эта девица и получаются. Редкость среди них те, кто хорошо воспитал своих щенков людьми, встречаются, но редко.

-Эй, ребят.- неспешной походкой, в предчувствии неприятностей, я направился к компании.- Вы, это, чегой - то, до человека пристали? – прикидываюсь забулдыгой, который решил пообщаться от не фиг делать.

Чуть покачиваясь, изображая слегка поддатого, стараюсь подойти поближе, но не особо привлечь внимание. Адреналин уже начал бить в голову, поэтому контролировать себя становится довольно тяжело.

- Если выпить надо, так я поделюся. - сказал я, размахивая полупустой бутылкой с газированной водой перед их носом. – Мне ж не жалко!

-Тебе чего, дядь? – Вылупил свои рыбьи глазки в мою сторону самый мелкий из них.

- Ты если выпивкой поделиться хочешь, так иди, иди сюда, постой рядышком, подожди, этот поделиться так и вместе сложим…

- Подхожу, подхожу – пробормотал я - время терпит, сказала незамужняя девка, на пятом месяце беременности.

Понимаю, что интеллигента надо спасать. Он в тот момент походил на взъерошенного вороненка, зажатого собаками у мусорного бака. Птица в окружении стаи кошек… С перебитым крылом.

Так за ним потом с моей легкой руки и осталось. Птиц и птиц.

На его реплику, в мою сторону оглянулся самый здоровый из них. Лидер, вожак. Да по фиг если честно. Да и кем он мог быть, крупные черты лица, сломанные уши и нос говорили о том, что о драках он знает не из кино и не по рассказам, это уже проблема номер один. Приземистого роста, чуть расставив ноги, готовый в любой момент вступить в схватку, крепкие широкие кисти рук сжимали рукоять, выкидного ножа. Это проблема номер два. В его глазах горела злоба и лютая ненависть.

Явно из того типажа, что всегда и всех ненавидят. Но мало того, что ненавидят, так еще и при каждом удобном случае пытаются доказать свое превосходсто.

Мда-а-а, такого на испуг или на понт не возьмешь. Подобные типажи понимают только силу. Ну да ладно, взялся за гуж как говориться, башкой в хомут попал.

Два других ни чем особо не выделялись, как было видно просто пацаны решили поиграть в шпану, для того чтоб не оказаться среди изгоев, или такими же «налогоплательщиками», а может и блатной романтики захотелось, прибились к этой банде.

А может и стремление быть «крутыми» и «авторитетными» толкнуло их на участие в данном «деле». Ну, в общем, те кто, обычно прикрываясь «авторитетным другом» выставляли себя на показ крутыми, а на деле являлись, мальчиками на побегушках, и как правило за их счет всегда была выпивка в компании.

Проще говоря обычные «шестерки». Не были они ни бойцами, ни даже помощниками бойцов. Запинать толпой одного, это да, это могли… А вот на большее уже вряд ли способны.

И опасности, как правило, не представляли. Так как, любой вид опасности, являлся для них сигналом к бегству. Даже сейчас, они участвовали лишь из-за страха перед вожаком, животного страха.

И тут я понял, что этого самого страха я и не увидел в глазах Птица, прижатого к колючей изгороди этой братией. А было в его глазах, изумление, и интерес.

И тут я увидел то, Чего ни как не ожидал.

Стоящий к нему здоровяк вдруг осел с глухим стоном на землю, не понимая, что произошло. Ну да, если в затылок прилетает чем то очень тяжелым, думать резко становится тяжело. Интересно… Что это было?

Девка так и осталась стоять с разинутым ртом, а рыбий глаз, решил проявить героизм. Выставив вперед голову он полетел на меня словно бегун, бежавший с большой скоростью, нелепо размахивая руками, я отреагировал машинально, на автомате, встречая его ладонью в лоб, не убивать жев самом деле. Он как, бежал так и лег. Аккуратно пробороздив лицом серую мокрую от недавнего дождя брусчатку…

-А, теперь ноги, ноги - крикнул я парню, хватая его за рукав, и мы рванули вдоль парка, и, свернув налево, нырнули под ближайшую арку. Пробежав еще метров сто, я затормозил Птица.

Почему решил ретироваться? Краем глаза заметил, как от скамейки чуть поодаль в нашу сторону выдвинулось несколько крепких парней. Что-то я сомневаюсь, что они решили помочь именно нам. Скорее всего, это были товарищи «крутых бандитов», решивших срубить немножко бабла.

-Здорово ты его приложил, чем это? - Тяжело дыша, спросил я.

Он, отдуваясь и еле переводя дух, после такой спринтерской дистанции молча показал свою папку, набитую чем то тяжелым.

- Что там? Кирпичи чтоль? - Спросил я с еле сдерживаемым смешком.

-Неее, не кирпичи. - сказал он подхватывая мою нервозную веселость.

Открыв папку, достал из нее большую старую, увесистую советскую детскую энциклопедию.

- Для доклада, из библиотеки взял. – Помахав тяжеленым томом, зачем-то уточнил.

И тут нас словно прорвало, по-видимому, наступил откат после нешуточного адреналинового выброса. Спустя пару секунд, мы оба ржали как два жеребца, в стойле, при виде кобылы.

Отсмеявшись, я протянул ему руку:

-Михаил.

Парень немного промедлил, поправляя очки.

-Сергей Палыч, вернее просто Сергей. - В ответ он тоже протянул мне руку, и пожал ее. Неожиданно его рукопожатие оказалось довольно крепким и жестким, как у человека, который привык работать не только головой, но и явно был на ты с трудом, где приходилось пользоваться руками.

- Хух, давно так не бегал, если честно… - сказал я. От забега до сих пор стучали молоточки в висках. - Может по пиву, иль чего покрепче? Расскажешь мне, где учат бою энциклопедиями. – глупо хихикнув, предлагаю Сереге.

Серьезно… Первый раз в жизни, на моих глазах кого-то вырубили энциклопедией. А я то думал, что много повидал.

- Нее, сегодня не могу, может завтра? – отрицательно помотал головой, мой неожиданный спутник. -У меня, вроде вечером свободное время намечается, а сегодня, извини, совсем никак.

- Ок, ну завтра так завтра. – неопределенно пожал я плечами.

Если честно, мне было не принципиально. Все равно ближайшие дней пять заняться особо нечем. Временно безработный. Я как раз и возвращался с собеседования, когда решил вмешаться в разворачивавшееся действо. Хоть мне и обещали ответить, берут на работу или нет в течение пары дней, но думаю вряд ли так быстро управятся.

А проводить время наедине с телевизором или компом не особо то хотелось.

- Тебе в какую сторону?- Поинтересовался я, нагнувшись завязать шнурки. Даже не заметил, что кроссы развязались пока бежал.

-В сторону Крупской, - не стал скрывать Серега.

-О, мне почти туда же, только слегка поближе. До «Федорушки». – вдвоем не так скучно идти, хоть поболтать будет с кем. – Как раз по пути. Погнали, что ль? – обратился я к нему встав на ноги.

Рисковать, возвращаясь обратно в парк, мы не стали, просто свернули вниз, к площади, чтоб избежать нежелательных встреч. Вряд ли эта гопота ушла, скорее всего, поджидают следующую жертву.

-Ты чего так поздно в парке то делал? – мне стало интересно, что мог забыть интеллигентного вида парень в одном из самых криминальных мест города, да и еще и по темноте.

-Срезать хотел, домой быстрее дойти, а кругаля давать, поленился. – признался он, как-то нехотя. – Думал проскочу, а тут видишь, как оно. Конференция немного затянулась. Устал…

- Что за конференция? – решил я поддержать, так толком и начавшийся разговор. Чего молча то идти? А за разговором дорога короче покажется.

- О! Межрегиональная конференция по краеведению. – в голосе Сереги сразу прорезался энтузиазм, видно было, что тема его цепляет. - Посвящена истории родного края. Вот, например, ты знаешь, что у нас в районе есть несколько месторождений железа и, некоторые, даже разрабатываются. – человек явно поймал свою волну. – А ведь помимо железа, есть и марганец, и золото и, говорят… - он зачем-то понизил голос.- Даже урановая руда.

Прям из разряда «космические корабли бороздят просторы большого театра», весьма кстати всплыла в памяти фраза из старого, еще советского фильма.

- Но месторождения, это еще не главное. – оседлав любимого конька, продолжал спутник. – Одна гора Ямантау, самая высокая точка Южного Урала, чего стоит. Или например система кастровых пещер. Знаешь про нее? – повернул он горящий фанатичный взгляд в мою сторону.

- Слышал немного, да и бывал даже в одной пещере. Правда, обвалившейся. - я вырос в этих местах, в деревне. Само собой я знал и про рудники, и про железо. Да и про пещеры тоже. Но зачем перебивать человека? - А ты что на конференции делал? – решил я сменить тему.

- Как что? Я, между прочим, являюсь преподавателем географии в «Первой» школе. Ну и на полставки работаю помощником директора местного Краеведческого музея. – Как то смутился он под конец. - Увлечение у меня - изучаю историю и географию Белорецкого района. – Сергей глянул на простенькие часы на правой руке. – По мере сил пытаюсь вести работу по популяризации среди детей интереса к истории малой Родины. – он вздохнул, - веду кружки, походы по различным местам организовываем. –мы притормозили на светофоре. - Этим летом, например, мы с детьми и еще несколькими людьми были в Южно-Уральский государственном природном заповеднике. Ездили на Иремель. Знаешь каменную дорогу? – я кивнул. На Иремели, впрочем, как и еще на десятке вершин района, я бывал. – Ну вот ее посмотреть и вывозил учеников. Красота…

Он еще долго, что-то рассказывал, увлеченно, с огоньком. Я прям заслушался. Ну а потом мы дошли до «пятака» на Федора Алексееваи обменявшись номерами телефонов, разошлись по домам.

На деле Птиц оказался веселым, умным человеком - настоящим мужиком.

***

Вдруг раздалась громкая трель телефона, выбивая меня из воспоминаний. Рингтон, стоящий у меня на вызове напоминал, звонок старого советского телефона с дребезжащим: «Дзиииииин, Дзиииинь»

Я посмотрел на дисплей, звонил, как ни странно, Птиц. У меня порой складывалось впечатление, что у него был дар предчувствия или как говорят предвидения, ясновидения, называй, как хочешь, но факт оставался фактом.

Серега умел либо появляться, либо звонить тогда, когда я хотел что то с ним обсудить, или вот как сейчас - позвонить. Позвонить ему первым мне ни как не удавалось, хотя казалось бы с годами проведенными в так называемых командировках, у меня было обострена интуиция, но в отношении Сереги это не работало, он всегда опережал на какие то доли секунды.

Ну ни чего, когда-нибудь я все равно позвоню ему первым.

- Алло, здорово, Мишаня,-услышал я в телефоне.

-Здорово, опять ты меня опередил, научи как ты это делаешь. Я ведь только было собрался тебе позвонить и тут ты как …-бросил я ему ворчливым тоном, раздосадованный тем что он меня опередил

.-И тебе не хворать.

-На завтра всё в силе? Ехать не передумал,а то я завтра с утреца рвану.

-Все как и договаривались. Едем.

Мы с ним еще неделю назад, договаривались что Серега поехав на дачу, которая была у него где-то в километрах семидесяти пяти, от города, где-то между Кагой и Авзяном, был домик, так скромненький по нынешним меркам, деревянный рубленый пятистенок, из соснового бревна, вернее целый домище и огородик, с палисадником в придачу, составляли вместе дачу. Даже стихами заговорил.

А за огородами у него протекал ручеек, с хрустально чистой горной водой. И в э

Том ручейке водились хариусы, которых он иногда тягал,вечерними зорками на простую черемуховую удочку, на уху как говаривал он

- А ушища из них, знаешь какая. М-м-м-м-м, закачаешься,-мечтательно произносил он,и, запрокидывая голову, прищуривал глаза. ..

-Тогда собирай что тебе там нужно, в восемь утра я за тобой заеду. Хорошо? Как не рано для тебя,- спросил он с легким смешком, зная мою привычку дрыхнуть по выходным до двадцатых петухов, то есть пока меня кто-нибудь или что-нибудь не разбудит.

-Не рано. Самое нормально.

-Ну все, тогда заметано. Давай.

-Давай. До завтра.- и нажал отбой.

Все-таки Генрих или тоже, как Серега ясновидящий, или каким-то образом прознал, что я с женой и сыном решил съездить на выходные до Узяна, в гости к матери. Ну и заодно по родным прошмыгнуть, да так просто отдохнуть на свежем воздухе, еще не до конца пропитанным запахом дыма идущего от ТЭЦ, и выхлопных газов машин.

Сразу на ум пришли картины из детства. Стары дом, с двумя комнатами и кухней отгороженные друг от друга ДСП-шными стенами, вечно облупившаяся глиной печь, покрашенная белой водоэмульсионкой, и я сидящий за столом, поедая какое-то варево, приготовленное матерью на скорую руку, зачитывая все это новой интересной книжкой.

-Да, детство, детство - вздохнул отнахлынувшей грусти.

И чуть постояв двинул к шкафу, где внутри, его двустворчатого темного зева., был вделан сейф, с хранящейся там одностволкой двадцатого калибра, вернее раньше она была двадцать восьмого, но в умелых руках какого то местного кулибина, за бутылочку сорокаградусного чая, еще когда был жив мой отец, тот еще браконьер, была переточена в двадцатый.

Осмотреть его и патроны, по мере надобности разобрать и почистить, нужно успеть сейчас, пока жена с сыном не явились из сада, потому что этот маленький разгильдяй спокойно сделать это мне не даст.

Открыв сейф я достал ружье, вот оно. Помню ,с каким трудом и только при помощи старых знакомых из МВД, мне удалось поставить его на учет, сколько пришлось бабок отстегнуть за его ремонт, потому что старший брат, в пьяном своем стремление «попартизанить», слегка подпилил ствол и спилил приклад, но лишь по причине отсутствия нормальной пилы для метала, ему удалось только слегка надпилить его, но зато полностью спилить приклад, хотя приклад проблемой не являлся, батя сам умел их стругать и отделывать так, что был удобней и элегантней заводского.

Так, беру патрон, осматриваю, вроде сухой, пыж не разболтался, не вылетел. Патроны у меня самодельные, сам отстреливал и вымерял сколько пороха, сколько дроби нужно, что било кучно и не разбрасывала, по кустам горстями. Пули разной граммовки выверял, тоже проверял чтоб не «плевалась», а било четко, мушку напаивал пристреливал, все один к одному, по 16 грамм свинцовых шариков, хороший подарок, очень хороший.

Отец с этим стволом и на медведя бывало хаживал, да было на моей памяти и такое. Его трофей, шкура бурого медведя, лежащей на полу в избенке, притулившейся рядом с домом.

Так очередь ружья. Ствол чистый без ржавого налета, матово черный, аккуратный, длинной семьдесят пять сантиметров. Не знаю от чего но на стволе, на его казенной части еще проглядываются буквы и цифры ИЖ-одна тысяча девятьсот двадцать восемь, раритетет. Просматриваю казенник, как работает защелка ствола, не расшаталось ли.

Прогоняю каждый патрон через приемник, для проверки , чтоб входил и выходил свободно, а то мало ли …

Достаю свой нож, он у меня тоже самодел, выкован и легированной медицинской стали, длинной около пятнадцати сантиметров, и шириной семь в прямой без единого изгиба с прокованным кровостоком, с рукоятью из оленьего рога, и острый до такой степени, что режет перо если его просто отпускаешь сверху, на пополам под собственным весом.

А оружие придется брать, мало ли что может там в лесу произойти, да и подозрений ни у кого не вызовет, если я дней на пять – десять исчезну, тем более охотничий сезон открыт, и лицензия, опять же по знакомству, на отстрел мелкой дичи, у меня тоже есть. Так вроде все готово упаковываю все в чехол и убираю в рюкзак.

Только я успел все это убрать, пикнул электронный ключ в домофоне. Вскоре до меня донеслось, шебуршание ключа в замочной скважине.

я вышел в прихожую. Из-за открытой двери донеслось:

-Мы. Дома.

И от двери до меня пролетел метеор который я подхватил на руки. сын увидев меня и не смотря на грозный окрик матери:

-Сними сапоги!

Рванул ко мне.

- Ну, привет-сказал я целуя обоих. - Как дела?

-Все хорошо пап, мы знаешь чего видели, пока домой шли?-начал рассказывать сын смотря на меня и упирая руки мне в грудь

-Расскажи. Ведь я же не был свами.

И началось…

А,в садике…,а потом.

-Как дела?- спросил, я у жены.

-Да вроде нормально, только этот разгильдяй- Грозно нахмурив брови,- Опять меня не слушается, и по лужам носится. И лезет туда, куда его не просЯт, а все потому, что ты его балуешь.

-Да пусть лезет, какой же это пацан если без синяков растет,-ответил я улыбаясь, -Ну подумаешь, набьет шишек.

-А когда болеет? Мне например нет ни какой радости и удовольствия, пичкать его лекарствами.

-Ни чего такого, все болеют. Пусть носиться, имунитет выше будет.Кстати ты помнишь, что мы завтра до матери едем,я хочу по лесу прогуляться,да и вы там на свежем воздухе отдохнете.

-Да помню, помню.-буркнула она, она как и все невестки ,толком не могла найти общий язык со свекровью, но вида при встрече с ней не показывала

Пока они переодевались я разогрел борщ, и накрыл на стол. Мы сели ужинать.

Пока разогревалась еда. Я еще раз перебрал, в уме все данные флешки и маршрут.

Вроде я готов, но как известно мы предполагаем, а Бог распологае.

-Будем поглядеть,- сказл я в полголоса,-Завтра будет, завтра.

А,чего? Ты что то сказал?-спрсила супруга входя на кухню

Да,нет,ничего. Просто сам с собой, мысли вслух. Все «кушать подано, садитесь жрать пожайлуста».

Пока поужинали, обменялись новостями. Она рассказала что там, у какой-то ее из знакомых, окатилась кошка, двенадцатью котятами и в том же духе…

-Завтра к восьми Серега заедет, нас заберет. Он со своим семейством на дачу едет.

Как бы между делом обронил я намекая на то, что нужно лечь пораньше и заранее собрать вещи, чтоб утром не метаться как ужаленный пчелой в одно место.

-Хорошо тогда я собирать вещи, а ты моешь посуду.

-Договорились.

И она, чмокнув меня в щеку, оставила меня убирать последствия вечерней трапезы. Я помыл посуду, протер стол и закурив сигарету, включил ноут, посмотреть сводку новостей, мало ли среди ленты убийств, арестов и голых жоп неизвестных мне знаменитостей, промелькнет что то новое и стоящее внимания, но нет,.. мои надежды и ожидания оказались напрасными все одно и тоже, жопы, жопы, жопы и одна сплошная жопа. И я вздохнул, закрыл ноут. Отправился укладывать сына и самому, спать ложиться ведь, завтра будет завтра….

Глава 5

Глава 5

Утро началось с настырного, режущего ухо, звука будильника. Кое-как разлепив веки, я посмотрел на экран телефона и перевел бегунок в положение стоп. Нехотя принимаю сидячее положение, нащупываю ногами на полу тапочки.

Не включая свет, начинаю преодолевать препятствия в виде разбросанных игрушек сына на полу, которые я еле различаю в кромешном мраке комнаты. Наступив на какую-то мелкую деталь, от конструктора, которая, даже через тапок, ощутимо впивается мне в ногу, я чуть было не заорал матом во всю глотку, но вовремя прикусил язык, вспомнив, что время раннее и все еще спят. Через прихожую прошел на кухню, нащупав выключатель, включил свет. Кухню залило, мягким желтым светом «экономной» лампочки под старым стеклянным абажуром.

Я подошел к раковине, достал гейзерную кофеварку. По утрам мне нравиться пить варенный крепкий кофе, без сахара, молока и всяких добавок. Мне кажется, оно быстрее приводит в чувство.

Хотя вроде как ученые уже доказали, что оно никоим образом, не влияет на пробуждение и бодрость организма. Я в свое время перепробовал разные виды и разные способы варки кофе, в турке, в кофейнике, в кофемашине, просто заваривать как чай, но ни один из них мне не подошел. Нет, я с удовольствием пью любой кофе, но из своей гейзерки мне нравится особо.

( …..Кто не в курсе, что такое гейзерная кофеварки, посмотрите в википедии, хотя.. нет сейчас уже ни каких википедий. простые книги и те ценностью стали, так как редко, где их найти можно, потому что последнее время все больше электронные, в интернете. Ни кто ж не думал, что так получиться. Как и интернета самого нет, говорят, что где то в ентре страны есть место, в котором поддерживают старое оборудование связи в рабоем состоянии, но вряд ли… Электромагнитный импульс множества взрывов пережить сложной технике без вариантов.)

Постоял немного, приходя в себя. Открыл кран с холодной водой, залил в нижнюю емкость воды по пипку, так я называю предохранительный клапан, впаянный в емкость, чтоб она не бахнула. Так как принцип варения кофе в данной кофеварке основан на том что пар от закипевшей воды, прогоняеться через фильтр с молотым кофе и как гейзер через носик вытекает в верхнюю емкость. Засыпал молтый кофе в специальный фильт.Кофе для варки я использую любой, только не мелкого помола . Мелкий помол забивает все и вся. Прикрутил верхний бачек. И взгромоздил всю эту конструкцию на камфорку, зажег газ, прикрутил огонь до еле видимых язычков пламени.

Фухх. Теперь можно сходит до туалета.Все равно минут тридцать вариться будет, не меньше.

Присев на стульчак достал сигарету и прикурил,противная штука курение, но заразная.Все ни как ни могу отделаться от нее. Разблокирываю телефон.Начинаю листать журнал новосте, может что дельного прочту, нет везде одно и то же, там воюют, там женяться неизвестные знаменитости, блогеры и юлогерши, непонятные. Новостей о насущном как всегда нет, ну что ж.

Затушил окурок поднялся.

Надо бы в ванную заглянуть, побриться что ль? Лень. Да и так пойдет. У-а-а-ах , чего то я раззевался, вроде спал нормально по времени, ну ни чего по дороге если удастся, вздремну чуток.

Нет надо все тки побриться. И я тихонько чтоб ни кого не разбудить шагаю в ванную.комнату. Включаю,воду.

Блин вот незадача холодная ну ладно пусть пока сливаеться, холодной бриться не удобно. А так пусть себе льеться, щетчиков нет. Какая разница больше солью, меньше., тариф то одинаковы. По кухне и прихожей поплыл запах свежего крепкого кофе, Выхожу из ванной, направляюсь в сторону кухни, во , супер уже с чашечку,набежало. Наливаю чашечку кофе,ставлю на стол, пока бреюсь остынет, и снова направляюсь в ваную. Дааа, «ну и морда у тебя шарапов», хриплю я голосом актера из старого сериала, проверяю пальцем лезвие станка, вроде нормально, не совсем еще затупилось. Мне так,слегка сбрить, чтоб не очень щетина выпирала.

Наношу на лицо, и неторопясь плавно провожу от одного виска к другому по всему подбородку.

-Ай,блин,- всетки тупое, сделал я открытие, порезав щеку., наношу на порез пену надежде, что кровь остановиться, побыстрому добриваюсь, весь процесс своим порезом испортил. Посмотрев на себя в зеркало, стираю остатки пены с лица, промываю холодной водой, вытираюсь и двигаю на кухню, где на столе меня ожидает слегка остывший кофе. Да что то как то не так на душе, как будто кошки скребут, тоскливо от чего то, не пойму…Перебирая все вчерашнее в памяти , ни чего особого кроме встречи с полковником, хотя сейчас он уже генерал, скорее всего, но для меня он как был до знакомства полковником, так и остается - им, я ни чего особенного,кроме пустякового задания,не нахожу. Хотя задание пустяковым только на первый взгляд кажеться, на самом деле, чтото все таки вывернет это похождение.

Неет, не от полученного задания в душе кривиться, чтото другое, а что не пойму, ну да ладно, как говорил мой один хорший знакомый будем поглядеть.

Вот так попивая кофе, куря сигарету, язадумчиво смотрел в окно, пытаясь разобраться в собсвенных внутренних терзаниях.

Телевизор я не смотрю принципиально, потому что там одно затирание мозгов и отвлечение, порой мне кажеться, что даже все эти програмы стараються сделать так что люди впали в полную деградацию, я бы даже осмелился сказать, в средневековье, я после пары програм религиозного содержания, был просто в полном ахринении, и этож надо, в двадцать первом веке, есть люди считающие, что если помолиться то рак пройдет, в медецину верить перестали, да и оно понятно. Лечиться сейчас тоже больших денег стоит, да и трудно поверить доктору, который в кредит свои услуги впаривает, да и их тоже можно понять,зарплата у них, у врачей до безумия смешна. Хоть натурально, как в средневековье вылечил,неси мешок картошки, не вылечил колом по голове, Хахахахахахахахаха, залился я в кулак, смешно. Смешно не потому что смешно, а потому что горько.

_Ты,чегой то?-. от неожиданности я чуть не подавился, и резко вздрогнув обернулся.

Ну ни фига ж себе, задумался, и даже не услышал как жена встала, и вышла из спальни в кухне. Даааа, старею, раньше чуткость моя была выше, во сне слышал,кто куда и зачем шел, а сейчас, наверно по дурацки выглядел я на кухне тихо заливаясь смехом в кулак, дибильно я бы даже сказал.

-Да,так , ничего,просто анекдот вспомнил-

-Анекдот? Ну раскажи, просто интересно, что ж тебя так рассмешило,-недоверчиво и слюбопытством, она посмотрела на меня. Да и еще с какойто ноткой подозрения в голосе, мол по моему ому то к психотерапевту пора обратиться.

-Да так себе он старый и беззубый, просто вот ни стого ни ссего нп хихи провало,-начинаю юить я, перебирая вголове какие нибудь парочку других анекдотов, которые я мог бы припомнить, но увы,как разказчик так и запоминальщик анекдотов, из меня плохо,даже ужасный, юмор у меня как у полевого хируога черный, байки травить то же не мое.

-Да ладно,забей,-пытаюсь отбрыкаться я и уйти от ее пытливого взгляда.

-Давай давай рассказывай, а то со стороны на сумасшедшого походишь немного, -сказала она хмурясь. И я напрягши память выдал анекдот из старых времен монго детства

- Ты знаешь кто такие «новые русские»?

-Ну, само собой. Ты что думаешь с другого мира прилетела?

-А знаешь, почему они мимо луны пролетели,

-Не знаю,- отвеьтла она думая, что походу я сбрендил.

-Потому что, когда они летели до луны в космос, у них на ракете играла громко музыка и стекла были затонированны, -выдал я с самым наиумнейшим видом, на который был только способен.

Она внимательно посмотрела на меня.

-Дааа, помоему ктото действительно сбрендил.-И направилась в комнату посмотреть как там сын, потом по прихожей раздался звук ее шагов, и в скором времени и шум воды из ванной.

Я посмотрел на часы, времени на них уже было в аккурат пол шестого, почти хохма какая то получается.

Даа, надо собираться, через полтора часа заедет Птиц, неудобняк получиться если ему ждать придется, он ведь только изза нас до утра ждать остался, так бы еще в ночь, часиков в двадцать четыре укатил. Я поднялся со стула, чувствуя что от долгого сиденья чуть подзатекли ноги, и теперь кровь тонкими иглами, расходясь по икрам.Шаркая ногами,я пошел будить сына. Дааа, невыспавшись он может немного капризничать, но я думаю поездка, его заинтересует.

_Сына, сына,вставай давай. Тихонько тормоша его ,вполголоса приговариваю я-Встаем, встаем, встаееем.

Сын сердито засопев открыл глаза, потягиваясь в кровати.

- Что, ну что пап,? спросил он поворачиваясь,и сбрался было по хныкать.

-Забыл? Мы сейчас с дядей Серегой, на бибике кататься поедем.

Эти слова подействовали на него мгновенно, и как по мановению волшебной палочки, глаза его ярко в спыхли и он резко и быстро сел на кровати, быстро спрыгнул с нее и напевая

-Кататсяяя катасяя, направился в корридор и начал натягивать на себя штаны и куртку.

И я глядя на него вспомнил себя в детстве, такого же маленького дружелюного гнома, с горящими от радости глазами. А теперь.. Даа вроде еще не стары по годам, но с несколькими ранениями, напоминающими о себе в самый неудобный момент, когда хочешь сделать что нибудь такое,например закрутить солнышко на турнике, как в лет двадцать пять и поразить всех сидящих на дворе гимнастической грациозностью, а на деле получаеться, тьфу блин, чмошка, которое только и способна что подтянуться раз десять и пару подьемов с переворотом сделать, потому что пробитая навылет пулей лучевая кость левой руки и раздробленный взрывом локоть ,,во времена горячей юности порой некрепко сжимали даже ложку, что уж тут говорить о брусе турника.

И память, поганая штука, как назло швырнула меня туда, где я двадцатилетний пацан, мечтавший стать офицером, оказался не в том месте и не в то врея

« -Бес, Бес тормошит меня за плечо мой лепший корешь Змей, -Ты че дрыхнешь,обезьяна старая?

Он всегда ко мне так обращался по ому что я в группе был старше их всех, аж на целых полтора года.

-Ты только глянь. Как вокруг все охрененно, проводя рукой иочерчивая перевал сказал. Он.

-Ну да, соглашаюсь я – У меня дома на родине такие же горы, только в двара старее, и колючка эта гребанная не растет. Ты че не спишь Нам на выход скоро.

- Да че ты все заладил, спишь да спишь, ты лучше глянь какая луна, над склоном, японский бог , охгроменная просто,а внизу темень.Жутко брат, сколько мы здесь, я все не привыкну.

-Ну, луна, как луна. И Склоны такиеже,- недовольно буркнул я, понимая что с этим неугомоном мне теперь до начала выхода заснуть не придется.

_Блин, по склону кто то идет.

-Тсс, -я поднес указательный палец к губам

Прильнул к окуляру ночного прицела, и внизу , в метрах стапятидесяти, увидел групу людей.

Во блин мы уже как два дня рыщем их ищем, а они вот они пожаловали берите мол нас, и не знаю толи плакать, то ли смеяться. И как их секрет прощелкал. Вспохватившись быстро выключаю прицел, потому что в темноте его очень даже замечательно видно……»

-Паап, ну паапа, я заметил что меня тормошит сын,-Ну пойдем на бибику.

-Да сына, только вот оденемся, перекусим чего нибудь, и поедем-

Подхватываю его подмышки, подкидываю. Он заливаеться смехом и со всей силы цепляясь мне за волосы прижимается ко мне, и мы двигаем в комнату искать его вещи, пока мать накрывает сынуле утренний перекус.

Когда мы зашли на кухню, стол был уже накрыт. На столе стояла яишница с сосисками. Мы не были здоровой кухни, мы были фанатами хорошей калорийной еды.

Сели за стол, и молча принялись за еду, настроения разговаривать особо не было, только сын безумолку тараторил, тараторил,даже набитый рот был ему не помехой.

-Когда я ем, я глух и нем.-выдала тираду жена.

-Сына, когда жуешь разговаривать нельзя, язык проглотишь.-довершил я

Поев и попив чаю, я быстро накинул куртку. И пока жена одевала сына вынес вещи наружу.

Птица, в рот компот и здесь этот ясновидящий, уже выезжал из-за угла дома, подкатывая е подъезду.

-Ясновидец, корнеплод горький, язви тебя в душу,-сорвалось у меня с языка.

Он широко распахнув дверь, улыбаясь во все тридцать два зуба

- И я рад тебя видеть,Мих.

Он выбрался из машины, подошел ко мне пожал протянутую руку.

-Ну, что готовы?

Он подхватил мой рюкзак, и не обращая ни какого внимания подошел к багажнику, открыл и найдя свободное место аккуратно поставил его.

Пока мы с ним загружали и распределяли место,сзади пиликнула открываемая дверь, и волоча за руку мать, мой неуклюжий из-за зимней одежды сын, косолапо переваливаясь, волочил жену из подьезда.

- Бибибибиббибииикаааа, напевал он.

-АААА. Дядь Сеёга, дядь Сеёга , а мы с мамой и папой на бибикекататься!!!!

-Даа? А меня возмете?

-Пап, а дядю Серегу, возмем?

-Возмем, возмем. Без него бибика не поедет. Как тут не взять?

Все закрыла? Выключила?-спросил я жену. Та утвердительно кивнула.

-Ну тогда грузимся, поехали.Сказал я,открывая заднюю дверь. В которую с визгом запрыгнул, мой сорванец. Усадив его на седенье, я пристегнул его детским ремнем безопасности, захлопнув дверь.Рядом с ним уселась жена.Я прикурил сигарету, перед тем как сесть. Ехать по нашим дорогам придется, минут пятьдесят, а то и чеса полтора, развезло все, а асфальт до села битый и некудышный. Покупить еще не скоро придется.

Птиц уже сел в машину, и ожидая меня о чем то весело переговаривался с Яриком, Ярик это мой балбес. Я покурил, бросил окурок в урну рядом с подьездом. Залезая внутрь, я отряхнул ноги, и начал размещать свое тело на переднем сиденье, подвигая его чуть назад, с осторожностью, чтоб не придавить ноги, сидящей на заднем сиденье жене.

-Ну, все,яготов, поехали.-бросил я Сереге.

Серега еще раз проверил блокировку задней двери, с той стороны где сидел Ярик, и завел машину. Немного погодя, он включил передачу и мы тронулись.

Немногоь попетляв по улицам, мы выехали из города на основную трассу. За окнами стали промелькивать частные дома, с садовымиучастками,АЗС, и слева мелькнул, памятник лосю, и мы вьехали на взгорок, внизу которого, не доезжая садового хозяйства «Азикеевские рукава», показалась с деланная из метала стелла с надписью на двух языках «Белорецк».

И машина петляя покатила в сторону села, под названием Узян. За окном начал сыпать дождь со снегом, говоря о том, что скоро зима. Хотя на дворе еще стояла середина октября, но морозец по утрам прихватывал, да и снежок выпадал.К обеду этот снег превращался в грязь, а ночью в гололед.

За окном проносились поля, с участками леса., и сереющими стогами убранного сена. (Стог – сложенная в кучу, для хранения под открытым небом, ссужающаяся к вершине куча сена или соломы). Я не заметил как уснул

« ….. я приподнял руку, в предупредительном жесте, и тихонько отползая на зад, оттягивая пальцами предохранитель с автомата калашникова, чтоб не привлечь сухим щелчком внимания. Спустил его. Змей понял все. Быстро и бесшумно он юркнул между корнями колюче, толкнул в плече комгруппы, и чтоб он не нароком не проронил звука, прижал пальцы к его губам, глазами указал в направлении «духов», а это были они , в чем я уже не сомневался. Показал сжатый кулак,пальцами вперед. Этот жест обозначал, «десять». Старлей все понял. Раздался дикий свист и грохот.

-Засекли!!!- мелькнуло в моей голове, и ударная волна толкнула меня в плечо….»

Я резко вздрогнул оттого что кто то стучал меня в левое плечо. Это меня по плечу колотил сын.

- Пап, папа,пааап.

-Чего? –спросил я, понимая что задремал. И как не странно во сне мне приснилось,продолжение моего утреннего, воспоминания. И сон которы меня преследует вот уж сколько лет подрят. Как напоминание, как вина, не понятно за что. Потомучто из того столкновения, в живых остались только я и ком группы, а остальные так и остались там…

- Паап, я писать хочу.

-Вот те на ,-сказал я оглядываясь по сторонам. Я понял что мы уже проехали Азнагулово, впереди вскоре должен быть Бельский мост, граница между двумя колхозами

-Серег,притормози

Птица прижав машину к обочине, остановился.

-Ну, пошли, -я открыл дверь,вышел из машины. Обойдя машину кругом, я открыл, уже заднюю дверцу, освобождая сына из пут ремней безопасности, помог выбраться сыну на ружу. После чего помог растегнуть ему теплый комбез, встал рядом, дожидаясь когда он сделает свои дела. На улице уже рассветало, и мне показался странным необычный метеоритный дождь В новостях про него ни чего не говорили. Звездопад сопровождался необачным гулом, который был мне знаком…

И вдруг до меня дошло схватив сына , я прижимая его запрыгнул на переднее сиденья, ревя на ходу.

-Серега,ходу, ходу, потому что увидел невдалеке вздымаю щиеся полоски леса и клубы пыли.

-Рви, рви-

Стартер рычал, вхолостую крутя обороты.

_держись, только и успел крикнуть я, крепко прижимая к себе сына, пытаясь закрыть его всем своим телом. Рвздался громкий рокочащий звук., и мир накрыло темнотой…

Эпилог

Та-дах!!! Звук выстрела далеко разносится вокруг, отражаясь от невысоких скал и метаясь между лощин и логов. Переломить ружья, трясущимися руками, перемазанными кровью и грязью, выдернуть очередную гильзу. Она с трудом выходит из казенника, цепляясь за нагар.

Ну так, без чистки, уже почти весь патронташ отстрелял. Странно, что еще пуля в стволе не клинит. Черный порох не сильно способствует интенсивной стрельбе, оставляя кучу нагара после себя. Но и чистить ствол времени просто нет.

Взвести курок, поймать на мушку очередную тварь, из огромной стаи вторые сутки гонящие меня по непроходимому почти бурелому. Та-да-дах! Кошка, я так думаю, что именно кошки были предками этих мутантов, в метр ростом с огромными клыками и очень быстрыми, резко дернувшись, падает с ветки дерева на мох, и на нее тут же набрасываются ее одностайники. Хм, штук десять еще осталось... А патронов у меня всего пять...

Поиздержался однако. Но кто ж думал, что все так сильно поменялось в мире, лежащем за Разломом, давшем нам эти семь лет, более-менее спокойной жизни. Никто...

Еще выстрел и очередная кошка покатилась кубарем. Теперь срочно сниматься с места, пока стая занята пожиранием сотоварки. До бункера осталось всего ничего. Километров пять может, если снова не придется обходить какой-нибудь завал или овраг.

Когда я сказал Птицу, что вернусь через пару дней, даже не представлял, что осуществить это будет не так просто. Нет, до трассы, где ржавела брошенная нами "Шкода", добраться удалось без приключений. Машина так и стояла с распахнутыми дверьми, как мы ее бросили, когда над нашими головами, начали рваться ракеты ПКО, сбивающие боеголовки. Война...

Я не знаю, кто ее начал. Не знаю, есть ли еще выжившие. Все эти годы, радиоэфир был забит помехами. Вообще, нам всем сильно повезло, что в долину, где находится поселок, не было прямых попаданий. Горы прикрыли от ударной волны. А тектонический разлом от зверья и мутантов с зараженных территорий.

Но зарево над вершинами гор, помню до сих пор. Сынишка, так и вовсе, боится грозы. Да, ржавая машина, всколыхнула память и чувства, которые я упорно давил все это время. Все нахлынуло разом. И беззаботная жизнь, и блага цивилизации, которых мы лишились.

расслабился, и чуть было за это не поплатился. От машины, сориентировавшись, углубился в лес, но слегка забыл, что это другой лес. Не тот, даже, переломанный и горящий, через который мы перлись с детьми на руках к селу.

Стая мутировавших кошек, на которую я наткнулся, чуть не разорвала меня, пока соображал. Пришлось отбиваться чуть ли не в рукопашную. Спасло лишь то, что они, как только мне удалось уложить одну из тварей, тут же набросились на нее, позабыв про меня.

Так и идем уже вторые сутки. Я убиваю одну из тварей, и пока они ее жрут, отрываюсь на километр другой. Но полностью скинуть преследование не удается. даже переход в брод небольшой речки, которой раньше тут не было, не помог. Кошки непременно настигают.

***

Я все же дошел... без патронов, с разорванной, кое-как перебинтованной рукой и с обломком ножа, но дошел. Чуть качаясь от потери крови, сдвигаю в сторону камень, прикрывающий панель управления входом и пытаюсь вспомнить коды. Дело не самое простое. Да и вообще, кто его знает. За семь лет, бункер мог кто-нибудь посетить. если выжили мы, могли выжить другие. Вояки на секретных объектах, например. Надеяться, что больше никто про объект не знает - наивно.

Ожидание слегка затягивается. Главное, чтоб я не ошибся, когда вводил код, иначе вылезут турели с пулеметами, и смыться не успеваю. Но что так долго-то? Озираюсь по сторонам. Кошек пока не видно. Хоть их и осталась всего пара штук, но мне хватит. Ружье бросил за ненадобностью давно, нож сломан, а сил из-за кровопотери, остается все меньше.

Ну же... Быстрее, чертова железяка!

Будто откликаясь на мои мольбы и просьбы, внутри скалы загудело. А чуть позже, небольшой участок ее, просто сдвинулся внутрь и в сторону. Хвала небесам...

***

Пыль... Пустые помещения, заполненные лишь пылью... Пустые стеллажи, пустые склады. Пусто... Только пыль, поднятая моими ногами, вьется в свете ламп дневного света, висящих под потолком. Чертов, Генрих... Надежда, что в бункере будут запасы и лекарства, не оправдалась. Он пуст.

Устало падаю на металлический стул в комнате для оператора камер видеонаблюдения, пытаясь смириться с мыслью, что для нашего поселения все кончено. Да и черт с ним, с поселением, в конце концов. Для меня и моей семьи, все кончено. Лекарств нет, а значит, рано или поздно, неизвестная зараза убьет всех...

Не знаю что думать и как быть, щелкаю тумблер включения мониторов. Немного повыпендриваясь, экраны все же решаю включиться. Так, что у нас тут.

Угу... Подходы к бункеру. Чертовы кошки все же добрались до скалы, но вот внутрь им уже не попасть. Злорадно ухмыляюсь, раздумывая, включить оружейные системы, или нет? Ладно, оставим на потом. Если не уйдут, то тогда будем решать вопрос радикально.

Что еще есть? Щелкаю по клавишам, переключаясь между камерами. Склады, склады, горы, лес. Какие-то туннели, вроде даже с проложенными рельсами. Хм... Надо бы проверить, куда они ведут. Что-то не припомню этих туннелей на плане бункера. Может чего интересного найдется. Не сейчас, конечно. Слишком устал...

Дальше. Щелчок по клавише. Сердце ёкает, а я застываю глядя на картинку трансляции. Руки трясутся, и в горле ком... Село. Горят дома, заволакивая дымом ясное небо, по улицам разбросанные тела. точнее, части тел... И огромный нетопырь, сидящий посреди улицы, с удовольствием пожирающим человеческую плоть...