Проект "Аналемма"

Пролог

Суббота. За неделю до запуска проекта.

– Добрый день, господа. Прошу, проходите, присаживайтесь.

Мы зашли в, странного вида, аудиторию. Нас было немного – всего восемь человек. Плюс, ещё один – сопровождающий. Он, вроде как, тут главный. Ну, и ещё один человек, который нас поприветствовал.

– Итак. Меня зовут – профессор Мирный Владлен Богданович. Я – руководитель научно-исследовательского института квантовой физики и механики имени Цайлингера.

Перед нами, на небольшом сцене стоял, совсем дряхлый на вид, мужчина в преклонном возрасте. Невысокого роста, жидкие, и абсолютно седые волосы. Неприметное лицо. Такое, что увидев один раз, забудешь уже через пару секунд. Единственное, что бросалось в глаза – это ничего. Вот вообще.

– Вас выбрали из более, чем из шестнадцати миллионов кандидатов. Вы, восемь самых лучших в своем роде. И вы участвуете в проекте "Аналемма". Сейчас поясню.

Аналемма – это кривая в виде восьмёрки. Всё в этом мире имеет цикличность и всё имеет бесконечное количество циклов повторений. Восьмёрка – знак бесконечности. Замкнутая система.

Ваша задача будет состоять в том, чтобы одновременно изучать один и тот же объект в бесчисленном количестве пространств. Вы спросите, а как такое вообще возможно? Возможно. В стенах этого института, данную проблему изучили, решили и воплотили в жизнь.

Профессор замолчал, давая нам немного времени, чтобы переварить информацию. Мы сидели молча, затаив дыхание. Не каждый день тебе сообщают о том, что тебя хотят использовать в виде лабораторной мыши. Только лаборатория эта вселенского масштаба.

Хоть и некоторые из нас изучали научные труды по этой тематике, но никто с этим не сталкивался вживую. До сегоднящнего дня. И, честно сказать, мы все знатно охренели.

Пауза затянулась. Но кто-то, по правде говоря, я не успел ещё со всеми познакомиться, нарушил тишину.

– И это всё? В смысле, всё, что мы должны знать об этом проекте?

– На данный момент, да, – профессор просто развернулся и ушёл, покинув нашу аудиторию.

– Что-то мне уже не нравится такой подход, – подал голос всё тот же неизвестный.

Теперь на сцену поднялся наш сопровождающий, который, к слову сказать, до сих пор так и не представился.

– Сейчас вас всех разместят в ваших комнатах. Там вы найдёте всё необходимое для проживания и пропитания. Покидать комнаты – строго запрещено. Кроме того, там вы найдёте необходимую литературу для изучения. Кто не желает вылететь в первый же день, настоятельно рекомендую изучить. В понедельник, в восемь утра, собираемся здесь. Вопросы?

– Да, есть пара... десятков, – опять тот же неизвестный.

Начинает раздражать. Но его перебил наш сопровождающий.

– Раз вопросов нет, то на выход.

Глава 1

Комната оказалась вполне нормальная. Что-то типа квартиры-студии. Спальное место, маленькая кухня, и отдельная ванная комната.

Обставлена была минималистично. Односпальная кровать. Один шкаф для одежды. Одна прикроватная тумбочка. Небольшой кухонный гарнитур и барная стойка, вместо стола. И один стул. Небольшой шкафчик для продуктов и маленький холодильник. В ванной комнате – душевая и туалет. Минимум необходимого.

На единственной тумбочке лежала приличная стопка книг. Старых, в бумажном издании и твёрдом переплёте.

Не было ни телевизора, ни интернета. Сотовая связь не ловила, но скорее всего, стояли специальные глушили.

Я особо и не расстроился. Новости я давно уже не смотрю по телевизору, потому что то, что преподносит нам СМИ – это один большой спектакль, где нам упорно показывают, как у нас в стране всё хорошо, и как плохо за её пределами. Я этого не понимаю, но и не осуждаю. Мне просто плевать.

Интернет в наше время – это основной ресурс. Там есть всё. Но меня больше интересуют книги, исключительно в жанре фантастики. Очень уж я пристрастился к ним. Ну и научные статьи и труды – это само собой. Остальное мне не интересно.

В виду своей научной деятельности, я постоянно находился во всевозможных командировках и научных экспедициях. Так что, родителям написал, что отправляюсь в очередную экспедицию, и что на связи меня не будет какое-то время.

Кроме всего прочего, перед тем, как попасть сюда, мы подписали бумаги о неразглашении информации. Плюс, у нас изъяли все телефоны, с возможностью выхода в интернет. А так же способные вести фото- и видеосъёмку, и записывать аудио. Разрешили иметь только кнопочные телефоны. Я даже не удивился.

Отбор кандидатов был очень жёсткий. Профессор Мирный был прав, когда сказал, что нас отобрали из более чем шестнадцати миллионов. На самом деле, это число было равное восьми в восьмой степени. Посчитайте сами.

Не знаю откуда такая маниакальная зависимость от числа "восемь", но что-то в этом было. Восьмёрка, если её повернуть набок, обозначает "бесконечность". Хотя, это понятие весьма относительное. А всё потому, что нет начала. Нет точки отсчёта. Ибо то, что имеет начало, по определению – имеет конец. Но это не точно.

В общем, жутко интересно и ничего не понятно.

Я перебрал всю литературу, что нам оставили для изучения. Те, кто организовал весь этот проект, подошли к этому очень серьёзно. Это стало понятно с самого начала, но список литературы поставил точку.

Там были научные труды по квантовой физике и механике. По астрономии и астрофизике. Несколько научных трудов по различного рода теориям. И даже учебник по географии. На счёт последнего я был не уверен, нужен ли он вообще. Но раз его включили в список необходимой для изучения литературы, значит нужен.

С географией я дружил ещё со школы. А в силу своей деятельности, постоянно приходилось мотаться по просторам нашей огромной страны. Где я только не был. Да, блин, проще реально перечислить места где я не был, нежели те, где был. А в некоторых, и по несколько раз.

На кровати, помимо безупречно отглаженного и вкусно пахнущего постельного, обнаружился лист бумаги с инструкциями. Занятно.

Кроме того, что там был банальный распорядок дня, точнее двух дней – сегодня и завтра. Так там ещё и инструкция по прочтению книг была. Когда, какую книгу, на какой странице и какую строчку прочитать. Не, ну бред.

Что, мы маленькие дети? Сами не сможем разобраться?

Я глазами пробежал распорядок дня на сегодня. Потом посмотрел на часы. Ага, у меня есть ещё семнадцать минут на приём пищи и туалет. Не, ну нормально?

Отложил лист бумаги и заглянул в холодильник. И что вы думаете? Прямо перед глазами лежал контейнер. И на нём написано - обед. Но знаете что? Там на нём висел таймер! Представляете? И на нём шёл отчёт времени. И оставалось у меня шестнадцать минут и сорок семь секунд на обед.

– Ха! Ха! Как смешно. Юмористы, хреновы, – вслух посмеялся и возмутился я.

Достал контейнер и положил на столешницу. Сперва нужно руки помыть и зубы почистить, да и вещи разобрать. А всё остальное – потом.

Вещей, на самом деле, было не много. Из-за постоянных поездок, я научился брать с собой необходимый минимум, и не таскать с собой лишнего.

Мой отец, военный, всегда говорил так: «Бери не то, что может пригодиться. А то, без чего нельзя обойтись». И это работало. По правде сказать, я не сразу к этому пришёл.

В первую свою командировку на Урал, я взял с собой столько, что сдох уже на десятом километре пешего марша. Проклял тогда всё на свете.

До нужного места мы добирались весь световой день. С короткими перерывами на приём пищи и туалет. Я тогда чуть половину рюкзака не выкинул. Но раз уж взял с собой, пришлось терпеть. Спина правда болела после этого несколько дней.

С тех пор прошло ещё много таких поездок, и с каждым разом, мой багаж становился всё меньше и меньше. Пока не стал умещаться в небольшой рюкзак на десять литров.

Я достал небольшой тряпичный бокс с умывательными принадлежностями. Отец называл такую штуку - несессер. Мне не нравилось. Я никак не называл. Просто это у меня есть, зачем ещё какие-то названия? Взял ещё полотенце. Своё. Потому как не рассчитывал на то, что нас тут всем будут обеспечивать.

Как-то раз, в очередной нашей научно-исследовательской экспедиции, мы отправились за полярный круг. Там мы планировали изучить образцы грунта, который смогли достать с глубины пары километров из-под толщи льда.

Нас обещали разместить в одном из отсеков какой-то полярной станции, забыл название. И пообещали, что всем нас обеспечат. Но, как всегда, транспорт, который вёз наши вещи и всё необходимое оборудование, по пути попал в сильную снежную бурю. Застрял, а потом и сломался. В итоге мы почти неделю прожили без личных вещей. Даже зубы нечем было почистить, не говоря уже про сменное бельё. С тех пор, всё своё ношу с собой.

Вот и сейчас, я не стал надеяться на других, взял своё и пошёл в ванную комнату. И знаете что? Над дверной ручкой висел таймер! Таймер, блин! И он показывал, что осталось пятнадцать минут и три секунды.

– Ну это ни в какие рамки уже...

Что с людьми происходит вообще? Ну кому в голову пришла эта глупая идея? Или они просто издеваются? Нет, я конечно знал, что некоторые учёные к старости совсем из ума выходят, но не настолько же.

В общем. Я не стал обращать внимание на эти идиотские таймеры. И просто как следует помылся под горячим душем и привёл себя в порядок. Но...

Хотите узнать что случилось дальше? В ванной комнате тоже оказался таймер. Идиотизм. И когда закончилось на нём время, одновременно отключилась вода и погас свет. И мне пришлось с наполовину побритым лицом, а на второй половине лица красовалась пена для бритья и трёхдневная щетина под ней, выйти из ванной. И как только я её покинул, дверь автоматически закрылась и щёлкнул электронный замок. Всё, баста!

В итоге, я не добрился, не успел почистить зубы, и даже не оделся толком. Хорошо хоть трусы одел, перед тем, как вышел. И всё моё имущество осталось там, в ванной.

– Ой, дебилы... – я не смог сдержать своего возмущения.

Благо, у меня была ещё электрическая бритва, помимо одноразовых станков, и я весьма успешно закончил бритьё. Было бы не очень, если б на следующем собрании, я пришёл бы наполовину побритый.

Запасной комплект белья у меня тоже имелся, а значит, участь появиться на собрании в одних трусах, меня тоже миновала.

Но самое обидное знаете что? А то, что как только время на таймере, что находился на контейнере с моим обедом, истекло, он закрылся. И теперь его нельзя было вскрыть. Можно, конечно, было сломать, но потом пришлось бы платить за это. Остался голодным.

Но теперь я уже совершенно по-другому посмотрел на распорядок дня, который нам оставили "заботливые" организаторы.

Чем-то это напоминало квест. Очень, кстати, популярная игра стала в последнее время. Особенно квесты на выживание. Ну, знаете, такие где нужно за ограниченное время найти выход из какой-то ситуации или ловушки. Молодёжь от этого дуреет просто. И при этом, платит огромные деньги, чтобы пощикотать себе нервы.

Ладно, раз уж тут всё так устроено, то придётся играть по местным правилам. Я взял распорядок дня. Ага, первой книгой для изучения, значился учебник географии. Типа – от простого к сложному? Ну, ладно.

На его изучение отводилось ровно шестьдесят четыре минуты. И я уже просрал целых девять минут из этого времени. Придётся поторопиться.

Как только я его открыл, я реально охренел. Ну вот честно. Оказалось, что эти книги, только внешне были похожи на бумажные. Но стоило перевернуть первую и единственную страницу, как там оказался планшет, размером чуть меньше, чем размер страницы книги. Причём не такой планшет, как мы привыкли видеть, а это была электронная книга, на "чернильной" матрице.

В самом верху "условной" страницы был что? Правильно. Таймер! Точнее два. На первом отчитывались общее время на изучение, а на втором, чуть ниже, время на прочтение страницы. И судя по тому, что внизу был номер семнадцать, я пропустил больше полутора десятка страниц информации. Поторопиться не получилось.

Но и это было не самое странное. А то, что на каждой странице был общий текст. Реальный текст, как в учебнике географии. Но вот самое необходимое для изучения, выделялось красным цветом. И мигало это выделение знаете сколько? Правильно. Восемь секунд.

Само собой, на прочтение всей страницы давалось больше времени, но именно восемь секунд на то, чтобы как следует прочитать, осознать и запомнить именно ту информацию, которая была выделена красным.

Первое время я старался глазами пробежаться по предлагаемой странице, читая так сказать "по диагонали", а потом всё отведённое время, сосредоточиться именно на выделенной информации. Но быстро понял, что это так не работает.

Оказалось, всё намного сложнее. Когда электронная книга перелистывала новую страницу, не всегда нужная информация подсвечивались сразу.

К примеру: страница двадцать пять. На её прочтение таймер выделил пятьдесят шесть секунд. А нужная мне информация стала выделена красным на пятнадцатой секунде. А на двадцать третьей – выделение пропало. Но на следующей странице, нужная информация подсвечивались на сороковой секунде.

Я так и не понял, для чего была эта странная система, но решил попытаться изучать материал именно в таком ключе. И знаете что? Когда истёк общий таймер на изучение книги, я мог её пересказать наизусть! Представляете?

Это было невероятно. Я не знаю, кто этот чёртов гений, который это придумал, но я мог с лёгкостью на вопрос: «Что было на сто третьей странице, по втором абзаце, на третьей строке?» дословно рассказать, что в промышленном секторе возросло значение пищевой промышленности.

Как только таймер истёк, экран электронной книги погас. Я тут же схватил листок с распорядком, отыскал нужный пункт, потом нужную книгу и принялся за её изучение.

И если я сперва подумал, что изучение пойдет от простого к сложному, то нихрена я не угадал. Следующая книга была посвящена квантовому миру.

В общем итоге, до назначенного времени ужина, я изучил ещё три книги. Потрясающе. Я до сих пор не могу понять, как это действует, но то, что в моей памяти уложилось почти тысяча страниц печатного текста, это было просто нереально круто.

Но и самое главное, та важная для изучения информация, что постоянно подсвечивались красным, стала складываться в нереальную картину мироздания. Как-будто какой-то безумный учёный зашифровал в этих книгах тайны бытия. И теперь, благодаря такому способу изучения материала, я стал совершенно по-другому смотреть на многие вещи. В особенности на те, что раньше мне казалось несусветной глупостью. Знания – это сила.

Я полностью положился на того безумного гения, который всё это придумал. И неукоснительно следовал всем инструкциям, что он для нас составил.

И даже то, что я по своей глупости, пропустил обед, это меня нисколько не расстроило. Ужин я, конечно же, смёл просто за несколько секунд. Хотя и время на него отводилось семь минут ровно.

До отбоя я успел изучить ещё одну книгу. Это был сборник научных трудов и теорий, по всему подряд. Начиная с общей теории относительности Эйнштейна, и заканчивая концепциями о времени и пространстве.

Ровно в двадцать два часа и семь минут, свет в комнате вырубился. Наступило время отбоя. Хотя в распорядке, почему-то, отбой значился с двадцати двух часов семи минут, а сон с двадцати трёх, ноль-ноль.

«Что за бред», – подумал я, но в назначенное время сам не понял, как отрубился.

Сны мне снились странные. Очень странные. Очень-очень. Но, как только я открыл глаза, они как-то очень быстро стёрлись из памяти. Осталось только смутное ощущение, что я за время сна, пережил несколько сотен жизней. Но и это ощущение исчезло минут через десять.

Проснулся я без будильника в шесть сорок две. Тут же схватил листок с распорядком и охренел. Напротив строки "подъём" стояло время – шесть сорок две.

– Да, охренеть можно!

Это всё, что я смог сказать. Неужели кто-то смог и это просчитать? Этого просто не может быть. Или, всё-таки, может? Я глазами пробежался по утренним мероприятиям, и понял, что время терять не стоит.

На этот раз я уложился и в отведённое время на утренний туалет, и на завтрак и даже десять минут свободного времени мне было выделено. Спасибо огромное!

В назначенное время, я открыл нужную мне книгу. Оказалось, что книги открывались тоже, строго по таймеру. Нельзя было перевернуть обложку, пока не наступит время чтения. Даже тут полный и тотальный контроль времени. Но глупых вопросов я уже не задавал.

До обеда я изучил ещё три книги. Все они были посвящены космосу. Астрономия и астрофизика. И очередной сборник "теорий света". Честно говоря, я не очень понял, зачем мне эта информация, но спорить с тем гением, который это всё придумал и просчитал, я не стал и всё выполнил по инструкции.

В этот раз, обед я не пропустил. И даже не стал спешить. Пятнадцать минут на приём пищи, хватило с лихвой. И я даже ниразу не подавился.

После обеда изучил оставшиеся две книги. На этом мой марафон знаний был закончен. Но при этом, не смотря на то, что книги для изучения, закончились, всё оставшееся время тоже было расписанно до минуты. Я даже не удивился.

Ужин прошёл как и обед. Спокойно, размеренно и вкусно. Что-что, а на продуктах тут не экономили. Это приятно. Всегда любил вкусно поесть. Это, знаете ли, давало какой-то дополнительный заряд энергии. Не просто энергии, как жиров белков и углеводов, а какой-то внутренней энергии. Сразу хотелось что-нибудь этакое совершить или открыть.

После ужина, в распорядке, значилось свободное время. Но в скобках, рекомендовалось, совершать математические действия, типа сложения и умножения, восьмизначных чисел. Это десятки миллионов. И это только сами числа. А если их перемножить? Представили? Да, я тоже охудивился.

Но после нескольких попыток сложить такие числа, я понял – это так просто, оказывается. И даже попробовал перемножить первую пару... Немного со скрипом, но тоже получилось. Я даже на телефоне включил калькулятор, чтобы проверить самого себя. Правда на очередной перемноженной паре чисел, он почему-то отказался работать и приложение просто вышло из строя. А я даже не расстроился.

Это получается, что таким очень хитрым и охрененно сложным способом, этот чёртов гений, прокачал мой мозг до невероятного уровня. Я был просто в шоке. На самом деле, там должно быть другое слово, но такого слова, которое наиболее ёмко опишет всю глубину моего безмерного негодования, его просто не существовало. Так что, примите как данное и живите с этим.

Утром я проснулся ровно по расписанию. И это, на удивление, не шесть сорок две. А семь ноль три. Вообще не вижу никакой логики в этом. Но кто я такой, чтобы спорить?

Всё утреннее время, от подъёма до общего сбора, значилось как "свободное". Но для себя я чётко решил разбить это время на отрезки, как это кто-то для нас заботливо сделал, и строго следовать им. И у меня чёрт возьми, получилось. И я был очень доволен собой.

Ровно в семь пятьдесят, щёлкнул электронный замок на входной двери. Пора было отправляться на первое общее собрание. Что там нас ждало, я не знал. Но был абсолютно уверен, что что-то не менее интересное, чем было до этого. И я безумно жаждал это поскорее узнать.

Глава 2

Понедельник. Пять дней до запуска проекта.

Мы все встретились около дверей в ту самую аудиторию, где были в субботу. Но, как ни странно, мы не пришли одновременно. Кто-то пришёл ровно за одну минуту до назначенного времени. Я, кстати, был первым.

Чтобы нас добить окончательно, над входной дверью тоже обнаружился таймер. И если верить оставшемуся времени, дверь откроется ровно в восемь часов, ноль восемь минут. Кто-то точно помешан на цифре восемь.

Магнитный замок открыл дверь и мы вошли. Аудитория немного изменилась, но совсем чуть-чуть. Теперь в центре была большая круглая низкая сцена, в центре которой висела 3D-проекция нашей солнечной системы. Чуть дальше слева и справа, и немного под углом, были два больших экрана. По всей видимости, что-то там будут нам транслировать.

Наши места, все восемь, располагались на небольшом удалении от сцены и тоже были расставлены немного полукругом, чтобы всем было максимально удобно видеть всё происходящее в центре.

Рядом с проекцией уже стоял профессор Мирный. Если бы я не знал, что прошло целых два дня, то подумал, что он даже не уходил отсюда.

– Доброе утро, господа. Прошу, проходите. Рассаживайтесь в том порядке, в котором вы пришли к аудитории, но в обратной последовательности, – прозвучал его голос на всю аудиторию, но при этом я не заметил на нём никаких микрофонов или других подобных средств усиления звука.

Кресла были очень удобные. Не просто стулья, как в каком-нибудь общественном месте, а именно кресла. Массивные, мягкие и очень удобные. В таких можно просидеть несколько часов подряд и ни одна мышца от этого не устанет и не затечёт.

Ну, а на спинках кресел, были цифры от одного и до восьми. Я пришёл первый, значит моё кресло было под номером восемь. Странно, но ладно.

Слева от меня, в кресло под номером семь, села единственная среди нас девушка. Вроде бы её звали Тайя. Странное имя. Ни разу не слышал. Она пришла вторая, а значит заняла седьмое кресло.

На самом деле, мне было абсолютно плевать, кто в какое кресло сел. Нас отбирали почти целый год из миллионов претендентов. И раз мы все здесь, то какой смысл заморачиваться с номером кресла?

– Итак, господа, начнём, – профессор дождался, когда мы все займём свои места и начал первую вводную лекцию, – всех рад здесь видеть. Но, прежде, чем мы начнём лекцию, я попрошу встаньте те, кто прочёл все книги, что мы для вас подобрали.

Нас встало пятеро. Я, Тайя, и ещё трое мужчин. Правда один был уже ближе к старику, но тем не менее. А вот ещё один, был как раз тот, кто больше всего задавал вопросов и вечно не мог держать язык за зубами. Кто был третий из них, я не знал. Видел его в прошлый раз, но так и не познакомились с ним.

– Хорошо, – продолжил профессор, – остальные свободны. Для вас участие в проекте закончено.

Охренеть! Вот так просто? Закончено и всё? А не слишком ли жёсткие требования?

Трое встали и ушли, при этом не проронив ни слова.

– А вы, Евгений Павлович?

– А что я? – так вот, как зовут того надоедливого?

– Почему вы встали? – спокойно продолжал профессор

– Вы же сами сказали, встать тем, кто прочёл все книги, – видно было, что он нервничает.

– И вы прочли?

– Конечно. Иначе зачем бы я сюда приехал?

– И правда. Зачем вы сюда приехали, Евгений Павлович?

Тут он задумался. И правда, зачем? Думал, что раз его отобрали из такого огромного количества претендентов, то всё, жизнь удалась? Теперь он станет участником какого-то крутого проекта, а слава и деньги сами придут к нему в руки?

– Ну, как зачем? Вы же сами меня отобрали. Вот я и приехал.

– То есть, вы не хотели? – какая-то странная манера общения у профессора.

– Что значит не хотел? Хотел. Я же приехал, – Евгений толи дураком прикидывается, толи реально не понимает...

– С ваших слов получается, что мы вас сами отобрали и сами заставили сюда приехать. А если бы мы вам ещё до поездки сюда сказали, что вам нужно изучить всю ту литературу, что мы вам подготовили? Вы бы изучили и всё равно приехали бы?

Кажется я начинаю понимать, к чему клонит профессор.

– Ну, конечно! Я не понимаю, в чём вообще проблема? – уже начал закипать Евгений.

– А проблема как раз в том, что вы солгали, Евгений Павлович. И вы не прочли все те книги, что были в вашей комнате, и которые вы должны были прочесть, – я почему-то так и думал.

– Прочёл! Вы на меня наговариваете! – завопил он, явно понимая, что его сейчас тоже отправят домой, – я буду жаловаться!

– Да ради Бога, – Владлен Богданович был само спокойствие, – а чтобы вам было на что жаловаться, посмотрите сюда.

Профессор, одним нажатием кнопки, включил запись с камеры наблюдения с комнаты этого крикливого.

Вот он зашёл в помещение. Покрутился по сторонам, заглянул во все шкафчики и ящики. Что-то достал из одного из ящиков кухонного гарнитура и быстро спрятал в своей сумке. Потом обнаружил лист с распорядком. Покрутил в руках, видимо читая, смял и выбросил в урну. Взял книги с тумбочки, раскидал их по кровати. Осмотрел. Попытался пару открыть, но не вышло. Смахнул всё на пол. Попытался сходить в ванную комнату, но та уже закрылась. Подёргал ручку – бесполезно. Достал из урны листок, расправил его и снова перечитал. Достал из кармана смартфон и, улегшись на кровати, прямо в обуви, начал смотреть какой-то фильм, что был скачан на этот самый смартфон.

Профессор не стал дальше крутить видео и выключил его.

– Вопросы?

– Да я вам всех засужу! За нарушение... – про какое нарушение он пытался сказать, но забыл, мне все поняли и так, – нельзя использовать скрытые камеры! Вот! Это нарушение личного... личной... Жизни! Вот! Я подам на вас в суд!

– Во-первых, никакого нарушения нет. Нужно было внимательно читать бумаги, которые вы все подписывали. И там было написано, что этот объект является секретным, и что в целях безопасности, тут везде установлены камеры видеонаблюдения. Вы даже не удосужились голову поднять и посмотреть на потолок.

После этих слов, мы все, как один, задрали головы. И действительно, под потолком висело не меньше десятка камер. Открыто висели и даже отчётливо горели красные индикаторы, обозначая то, что камеры сейчас всё пишут.

– Во-вторых, – продолжил профессор, – вы нарушили один из пунктов и тайком пронесли на засекреченный объект смартфон, о чём вы так же подписывали бумагу. К вашему счастью, за это мы вас наказывать не станем. Кроме пары глупых фильмов и нескольких десятков роликов для взрослых, на этом устройстве ничего больше не обнаружено. Но не волнуйтесь. Как только вы вошли в эту аудиторию, вся информация с вашего телефона была стёрта. Не благодарите.

– Да... как... Что вы себе позволяете?! Это произвол!

– И в-третьих, вы попытались нас обворовать. Камера записала, как вы украли набор столовых приборов и спрятали у себя в сумке. А это уголовно наказуемо. Так что, когда будете покидать нашу территорию, будьте добры, отдайте то, что украли, охране. А теперь прошу вас, покиньте это помещение.

Вот это да. У меня не было слов. И как вообще этот человек прошёл отбор из шестнадцати с лишним миллионов человек? Как? Неужели остальные были ещё хуже?

Мужик ещё несколько секунд гневно посмотрел, но больше ничего не сказал. Плюнул на пол и ушёл. Мда, как говорится, в семье не без урода. Но я рад, что его с нами не будет.

– Остальные, прошу, присаживайтесь на свои места, – вот реально, спокойствию профессора можно только позавидовать, – теперь можно начать нашу вводную лекцию. Итак.

Владлен Богданович запустил проекцию модели солнечной системы и начал свой рассказ.

– Всё в нашем мире имеет цикличность. Но не всё имеет отношение к бесконечности. Многие процессы имеют начало, точку отсчёта. Они гармоничны и сбалансированны. Но со временем, под действием различных факторов, эти процессы затухают. И в конце концов сходят на нет.

Вот и наша вселенная конечна. Да, она ещё находится в стадии расширения после, так называемого, "большого взрыва". Но этот процесс за последнее десятилетие, сильно замедлился. И в конце, он остановится. И, скорее всего, начнется обратный процесс – сжатие.

Вся материя, всё вещество, что образовалось в результате этого взрыва, начнёт стягиваться обратно, в одну точку. Это тоже небыстрый процесс, но неизбежный. Когда наша вселенная сожмётся до состояния чёрной дыры, этот процесс не остановится. И будет продолжаться до тех пор, пока не достигнет критической массы.

Представьте себе шар, размером с шарик для гольфа, но массой равной нескольким миллиардам масс Солнца. Вот именно до такого состояния сожмётся наша вселенная. А потом снова – "большой взрыв". И всё повторится. Кольцевая зависимость.

Кольцо тоже замкнутая система. Это если рассуждать о двумерности природы. Но если его немного изменить, добавить подъёмы и спады, а потом немного изменить ракурс, то вот кольцо уже превращается в восьмёрку. Трехмерное пространство.

В данном проекте вы будете изучать будущее, изучая прошлое. Вы будете использовать пятое измерение. Что оно из себя представляет?

Всем вам известно, что существуют три величины, которые определяют положение любого объекта в пространстве, это высота, ширина и глубина. Четвёртое измерение – это время. Оно определяет местоположение любого объекта в пространстве в любой момент времени.

А есть пятое измерение. Это бесчисленное множество вариаций одного и того же объекта в бесконечном отрезке времени. Кто-то называет это мультивселенной, кто-то параллельной реальностью, но суть одна и та же.

Этот эффект был позаимствован из Гёделевской Вселенной. Там если лететь против направления, по которому закручивается вся вселенная, то можно попасть в своё прошлое.

И тут мы немного напряглись. Теория теорией, но искать какие-то там вселенные – это уже слишком. Нам и жизни не хватит, чтобы нашу вселенную покинуть.

– Нет, конечно же, мы не станем искать такую вселенную и повторять на практике эту теорию, – словно прочитав мои мысли, поспешил успокоить нас профессор, – вместо этого, мы создали собственную чёрную дыру. Сингулярность там зашкаливает. Экранировали её сферой Дайсона. Это обратное действие нашему настоящему.

Нам кажется, что мы живём в настоящем. Но на самом деле, мы сами его моделируем, создаём иллюзию.

Наш мозг способен предугадывать будущее в среднем на сто миллисекунд. Мы видим какую-то статическую картинку, а мозг начинает думать, что вот-вот что-то начнёт двигаться. Так создаётся иллюзия.

Мы научились её использовать. При помощи неких нейростимуояторов, всякой высокочувствительной и высокочастотной аппаратуры, мы научились разгонять наш мозг до того состояния, когда он может предугадывать на несколько дней вперёд. Но модель ещё не отработана и мало изучена. Требуется ещё время на это.

А вот вам одно из доказательств, что мир наш – это симуляция. Одна огромная иллюзия. Вот вам пример. Его ещё учёный Юнг изучил.

Свет, который проходит через узкую щель, ведёт себя как волна. Когда проходит через две щели, то происходит наложение волн – интерференция. Но когда тоже самое попробовали сделать с электронами, то один электрон, прошёл сразу через две щели, и оставил интерфереционный след.

А вот когда поставили аппаратуру, чтобы это зафиксировать, то электрон просто прошёл через одну щель и оставил след в виде точки? О чём это говорит? О том что нехрен лезть куда не надо. Иллюзия сломалась.

Мы все засмеялись. Владлен Богданович очень грамотно разрядил обстановку. Хотя, я бы не сказал, что она была напряжённой, но тем не менее, стало немного легче.

– Всё то, что мы думаем, имеет кольцевую орбиту, на самом деле имеет орбиту в виде восьмёрки. Хоть это наша планета, или даже электрон в атоме водорода. Кто-то скажет, что нет, профессор, вы не правы. Электрон в атоме водорода имеет "s-орбиталь" и она сферическая. Но увы. Если кто-то тоже так считает, то вам здесь не место.

На самом деле, электрон в атоме водорода имеет "p-орбиталь", то есть в виде объёмной восьмёрки. Но, при этом, этих орбиталей бесконечное множество, что при наложении друг на друга, они и образуют эту самую сферическую модель.

Вот смотрите, – профессор включил нам 3D-проекцию, – если взять нашу солнечную систему. За центр, как и положенно, считать Солнце, то наша планета Земля вращается вокруг солнца против часовой стрелки. Это если смотреть на Землю со стороны северного полюса.

Одновременно с этим, наша планета сама по себе вращается относительно вертикальной оси, проходящей через полюса. И опять же, если смотреть на Землю со стороны северного полюса, то планета имеет вращение, точно так же против часовой стрелки. О чём это говорит?

– О том, что если двигаться навстречу вращению земли, то мы в какой-то момент можем оказаться в прошлом? – не удержался я.

– Верно. Но! Во всём виновата наша система отчёта. Гринвич. Но нас интересует остров Врангеля. Кто ответит, почему? – профессор перешёл от монолога к дискуссии.

– Потому что через него проходит сто восьмидесятый меридиан? – это уже Тайя подключилась.

– Верно, – судя по выражению лица профессора, ему доставляло удовольствие общаться с умными людьми, – а ещё, почему?

– Потому что там происходит смена даты времени, – ответил я.

– Отлично! – Владлен Богданович даже всплеснул руками.

– Но, профессор. Позвольте, – а вот и наш старичок оживился, – линия перемены дат здесь не совпадает с этим меридианом и лежит намного восточнее — в Беринговом проливе между островами Ратманова и Крузенштерна.

– Похвально, что вы знаете, юноша, – юноша? Это он нашего старика юношей назвал? Тогда, сколько ему лет? – Но это принятое решение, а не истинное значение. В этом и особенность.

Для того, чтобы не было путаницы по времени, а также, нахождения острова Врангеля сразу в двух полушариях, было принято решение сдвинуть линию смены дат ещё восточнее. И теперь она пролегает между Россией и Аляской.

– Профессор, – решил уточнить я, – даже не смотря на то, что мы, чисто теоретически, сможем пересечь эту линию "перемены дат", мы максимум можем оказаться лишь во вчерашнем дне. И как бы мы не старались и не пересекали эту линию ещё раз, мы ещё на один день назад – не вернёмся.

– А вот тут вы не правы. Наша планета, относительно вертикальной оси, вращается со скоростью примерно четыреста шестьдесят пять метров в секунду. Это на экваторе. Чем ближе к полюсам, тем скорость вращения меньше. И остров Врангеля, вращается со скоростью примерно двести метров в секунду. Понимаете, к чему я клоню?

– То есть, вы хотите сказать, оказавшись мы на самой верхней точке северного полюса, через которую проходит вертикальная ось вращения Земли, то мы перестанем вообще вращаться? И наша скорость будет равна нулю? – я сам не верил своим словам, – тогда получается, что там, на этой точке, нет времени?

– Как это нет? Конечно же есть, – профессор впервые улыбнулся, – только мы его перестаём ощущать. Но при этом, время не остановится. Но нам и не нужно искать эту точку. Нам нужен остров Врангеля. Именно там мы и начнём наш эксперимент.

– Я отказываюсь, – неожиданно для всех заявил наш старичок, – вы уж простите, но я не в том возрасте, чтобы совершать подобные путешествия.

– Хорошо. Это ваше решение, – тут же охладел профессор, – тогда с этого момента участие в проекте для вас тоже окончено. Прошу, покиньте территорию этого помещения и института в общем.

Старик молча поднялся и пошёл на выход. Охренеть. Вот нас уже трое осталось, а мы ещё даже к сути вопроса не перешли. Да чего уж там, мы даже часа в общей сложности здесь не просидели. Такими темпами – к обеду нас вообще не останется никого. Неудивительно, что такой огромный конкурс на место.

Когда дверь закрылась, профессор Мирный посмотрел на нас... с сожалением? К чему бы это?

– Кто-то ещё желает отказаться? – абсолютно ледяным голосом спросил Владлен Богданович. Видимо он ожидал большего от нас.

– Нет, – за всех ответила Тайя.

– Отлично. Продолжим.

Глава 3

Профессор ещё много чего нам рассказал интересного, но больше, при этом, вопросов не задавал и в дискуссии не вступал. В основном звучали давно известные всем данные и факты. Большую часть из этого, составляло то, что мы изучили за прошедшие два дня. Профессор таким образом заострял внимание на важных моментах.

Но самое интересное то, что Владлен Богданович, ни разу не рассказал, и даже не упомянул о самом проекте. Видимо мы всё узнаем позже, а скорее всего, перед самым началом. Потому как, не имело смысла нас посвящать в эту информацию, если мы тупо откажемся от участия, или по какой другой причине, покинем проект.

– На этом наша лекция окончена. Сейчас, вы возвращаетесь в свои комнаты. Там вас ждут дальнейшие инструкции, – профессор закончил свою речь, развернулся и ушёл.

Мы тоже не стали задерживаться. Потому что, если он прямым текстом сказал про инструкции, то следует поторопиться, иначе можно не уложиться в отведённое время и вылететь с проекта. Не хотелось бы.

Я дошёл до комнаты, и, как и ожидалось, обнаружил новую стопку книг и новый лист с распорядком на сегодняшний день.

Но удивило меня то, что в списке изучаемой литературы, почти на против каждой книги стояла пометка 'по желанию'. И только напротив одной – 'обязательно к изучению'.

Сперва меня это обрадовало, что всё же нам дают хоть маленькую надежду на самостоятельность. Но меня, почему-то, не отпускало ощущение, что это не так.

Я внимательно прочитал весь распорядок на день. Там, помимо времени на изучение литературы, приёмов пищи и свободного времени, появились ещё обязательные процедуры проверки и медицинское обследование.

Оно и понятно. Раз уж мы хотим участвовать в проекте, то стоит быть уверенным, что в самый нужный момент, наш организм не сдохнет от нагрузок.

Следующие дни все прошли более-менее одинаково. Подъём, завтрак, процедуры и тесты, обед, изучение литературы и снова процедуры и тесты, ужин, спортзал и отбой.

Всё примерно в одном ключе. При этом, мы ни разу друг с другом не пересекались. Хотя, на самом деле, я этого и не ждал.

Но, к слову сказать, раз уж мы должны были участвовать в проекте вместе, то не помешало бы, познакомиться с коллегами. Чтобы как-то притереться и в нужный момент не накосячить по вине недопонимания.

И всё изменилось в пятницу.

* * * Пятница. Один день до запуска проекта.

Утро пятницы началось не как обычно. И не по будильнику. Нас никто не будил, сирены не выли, пожара не случилось... Да и вообще не произошло ничего такого. Мы просто очнулись в другом месте.

Все вместе, в одной комнате. И самое интересное, что мы оказались на острове Врангеля. Такого я вообще не ожидал. Спать-то мы ложились у себя, в своих комнатах. А проснулись у чёрта на куличках.

– Доброе утро, господа. И дама, – поприветствовал нас Владлен Богданович, – не пугайтесь. Сразу отвечаю на ваш вопрос, мы не там, где были вчера. Мы на острове Врангеля. Пока вы спали, мы сменили своё местоположение.

А самое интересное, было то, что это помещение, где мы очнулись, я за неделю успел посетить несколько раз. Это был медблок, где нас проверяли по всем возможным медицинским показателям. Взяли несколько десятков анализов и посмотрели и просветили всё и всем, чем только можно. Хорошо хоть в... не заглянули.

И это место нельзя было спутать ни с чем другим. Можно сделать копию, но это была не она. Это был реальный медблок. Даже царапина, что я оставил на ручке той кушетки, на которой я сейчас очнулся, была на месте.

В тот раз, это вроде была среда, меня, точнее мой организм, тестировали на реакцию на различные раздражители. И когда дело дошло до "пытки электрическим током", вот так-то я и оставил эту самую царапину.

На самом деле, это была вовсе и не пытка. Просто через наше тело пропускали электрические импульсы высокой частоты, но малой силы. И в первый раз, это было просто неожиданно. Я дёрнулся от импульса и поцарапал эту самую ручку на кушетке, чуть с корнем не вырвав себе ноготь.

Профессор сразу заметил моё замешательство и тут же пояснил.

– Вы совершенно верно мыслите, юноша. Это действительно медицинский блок, где вы все проходили процедуры и сдавали анализы. И да, мы на острове. Мы просто перенесли весь блок сюда. Всё просто.

– Всё просто? Профессор, я ценю ваш юмор, но это невозможно, – возмутился я.

Ну что за бред? Ладно бы я поверил, что нас усыпили в четверг, а очнулись мы в пятницу. Правда спустя целую неделю. За это время, вполне реально доставить наши тела на остров Врангеля. И то, это очень зависит от погодных условий.

Потом разместить нас в точной копии медицинского блока и сказать, что мы вас за одну ночь сюда доставили. Даже царапину скопировали, для пущей убедительности. Вот в это я поверю.

– Это не юмор. И здесь нет ни капли лжи. Сегодня ночью... Если вам так будет удобнее, поясню. В ночь с четверга на пятницу, пока вы спали, вас перенесли в медицинский блок и уложили на эти кушетки. А потом я и мои коллеги, просто переправили весь блок сюда на остров. На острове просто нет необходимого медицинского оборудования, поэтому пришлось брать из института.

– То есть, вы сейчас открытым текстом заявляете, что перенесли нас и всю эту комнату за несколько тысяч километров за одну ночь? Это... – тут я даже сам не верил в свои слова, – телепортация? Это же невозможно!

– Ну, во-первых, не за одну ночь, – ага! Я так и знал! – а за несколько минут. Пришлось потратить время на подготовку. А сам процесс перемещения, занял не больше секунды. Да, это телепортация, если вам так удобнее. И да, это возможно.

И тут мы охренели. Все трое. Я, Тайя и... А как его, кстати зовут?

– Иван Андреевич, прошу, пройдите вон в ту комнату.

Ага, значит Иван. Ну что ж, теперь я хоть знаю, как его зовут.

– Тайя Сергеевна, а вы вон в ту, – профессор нас распределял по отдельным помещениям.

– А вы, – очередь дошла до меня, – Михаил Федорович, вот туда.

Мои коллеги по несчастью, уже разошлись. Я тоже не стал медлить и отправился в указанную мне комнату.

Это оказалась раздевалка. Небольшое помещение, примерно два на три метра. Один единственный шкафчик для личных вещей и стул, на котором аккуратно упакованно лежала новая одежда.

Я вскрыл вакуумный пакет и достал оттуда костюм. Чем-то он напоминал облегающий костюм для водолазов. Короче, комбез до ушей. Фу, дрянь! Никогда не любил такие вещи. А если видел на улице мужика, одетого в подобное, сразу думал, что у него всё хренова с мозгами. И с ориентацией. Потому что нормальный мужик такое не оденет.

Но выбора у меня не было. Пришлось залезать в "это". О чём я громко и отдуши матерился на всю эту раздевалку. Очень надеюсь, что меня услышит профессор.

На самом деле, всё оказалось не так плохо, как я себе это представлял. На левом предплечье оказалось какое-то очень гибкое технологическое устройство с экраном. Словно на рукаве вязанного свитера, заботливая бабушка, чисто ради прикола, вышила крестиком небольшой экран с парочкой кнопок.

Для меня это было очень удивительно, но и очень интересно. Я потыкал кнопки. Это оказалась система управления размером. Я ещё подумал, ну что за люди, даже нормальную, хоть и такую богомерзкую, одежду не могли по размеру дать? Оказалось, что нужно нажать кнопку и комбез сам подстроится под конституцию тела, чтобы нигде ничего не жало и не мешало.

Пусть я и не любил такие вещи, но оказалось весьма удобно. Да и не стал я на гомика похож, слава Богу, конечно. Надо будет спросить у профессора, что-нибудь более удобное и менее меня раздражающее.

Переоделся. Аккуратно сложил свои вещи и убрал в шкафчик. Он, кстати, был даже без замка.

Когда я вернулся в медблок, там уже были и Тайя и Иван. И, честно сказать, я засмотрелся на нашу единственную даму. На ней был точно такой же костюм. Только он очень аппетитно подчеркивал все нужные места на женском теле. Отчего мне чуть снова не пришлось уйти в раздевалку, чтобы успокоить свой организм.

Я уже и забыл, как давно у меня не было женщины. С моими постоянными командировками, личная жизнь каждый раз шла по одному известному месту. Так что, хоть женщины у меня и были, но дальше нескольких свиданий дело не заходило.

Любой женщине нужно, чтобы её пара была всегда рядом. Пускай и не близко, территориально, но морально уж точно. А из-за того, что в экспедиции связи могло не быть по пару-тройку месяцев, то они просто не выдерживали одиночества и сбегали от меня. Но я их не винил. Сам бы сбежал.

Кое-как заставил себя отвести взгляд от фигуры Тайи, и переключить свои мысли в мирное русло.

– Итак, – начал было профессор, но посмотрел на меня и, почему-то, улыбнулся, – не переживайте вы так, Михаил Федорович, этот костюм только для первого пробного испытания. Его цель считывать все ваши жизненные показатели и мозговую активность во время настройки аппаратуры. Потом вы, если пожелаете, сможете переодеться в привычную для вас одежду.

Фух! Аж отлегло. Хотя, если наша барышня будет постоянно в нём ходить, я ради этого даже готов потерпеть и не переодеваться.

– Итак. Сейчас мы пройдём в помещение испытательного полигона, где и будут впредь проходить ваши испытания.

Профессор первым пошёл в нужную сторону. За ним пошла Тайя, и мы с Иваном. Но как только мой взгляд опустился не туда, куда нужно, пришлось срочно отстать и сделать вид, что завязываю шнурки. Хотя их вообще не было. Но уж лучше так, чем оказаться в более глупой ситуации.

Пара секунд и я снова иду. Правда я старался идти так, чтобы спина Ивана закрывала мне обзор на "спину" девушки. А вот Ивану, походу, вообще было пофигу. Он шёл и активно вертел головой по сторонам, разглядывая всё вокруг. Молодец. Я бы так не смог.

За очередной дверью оказалось огромное помещение. Высокие потолки, наверное в четыре-пять этажей. Само помещение примерно сто на сто метров, если не больше. Куча народу в белых халатах и огромное количество всякой аппаратуры и электроники.

В центре находилось три капсулы, похожие на персональные космические челноки, футуристического вида. Сразу видно, тот, кто их создавал, очень любил фильмы или книги про фантастику. И мне это было по душе.

Эти капсулы находились на небольшом возвышении. А над ними возвышалось огромное многогранное кольцо. Не круглое, а именно многогранное. Оно располагалось вертикально. При этом, создавая некое подобие рамки портала, а сами капсулы, были пересечены этой границей ровно посередине.

– Это ваше основное рабочее место, – Владлен Богданович руками обвёл всё помещение, – здесь и начнётся наш эксперимент.

– Профессор, – вмешалась Тайя, – вы же сказали проект? А теперь говорите – эксперимент.

– Всё верно. Сперва мы проведём эксперимент. И если он не удастся, то и проекта, как такового не будет. А если удастся, то... Думаю не стоит вам объяснять.

Что нам не стоит объяснять, я не понял. Было бы неплохо, чтобы нам всё же объяснили. Но вслух я этого говорить не стал.

Нас подвели к небольшому столику. Там Нам вручили очередные бумаги о неразглашении, а так же кучу юридических документов, на случай если что-то пойдёт не так. Вплоть, до гибели испытуемого.

Иван, когда прочитал первые несколько строк, заметно побледнел. Его походу не очень радовала перспектива оказаться мёртвым. Тайя лишь фыркнула, но, судя по её виду, тоже напряглась. Хотя и старалась не подавать виду.

Я тоже внимательно прочитал весь текст. Причём трижды. Смерть меня особо не пугала. Не сказать, что я такой бесстрашный и ничего не боюсь. Ведь каждая моя научная экспедиция подразумевала подобный исход. И как-то немного привык к этому чувству. Тем не менее, я тоже этого боялся. Не боится смерти только дурак. И я таковым не был.

Мы все дружно подписали необходимые бумаги. Ещё одним, немаловажным пунктом в этих бумагах, было то, что в случае нашей гибели, наша родня получала восьмизначную компенсацию. Опять эта присловутая "восьмёрка".

– А теперь прошу к вашим капсулам, – профессор забрал бумаги у нас и направился в центр помещения.

Моя капсула оказалась центральной. Не знаю почему. А ещё, на её крышке, был изображён знак бесконечности. Ну или "восьмёрка", кто как это воспринимает.

На мой вопрос – что это значит, и почему только на центральной капсуле, профессор ответил, что всё расскажет после первого эксперимента.

Честно говоря, меня это немного напрягло. Не то, что там эта восьмёрка, а то что мы первые, кто участвует в этом эксперименте. То есть, они даже не знают, сработает ли он вообще? И выживем ли мы? Для этого нам заставили подписать эти бумаги? Какой-то хреновый расклад. И что-то мне совсем не улыбалось сдохнуть тут, пускай и за такую шикарную денежную компенсацию. Мне-то эти деньги нахрен не нужны будут после смерти.

Видимо Иван подумал так же.

– Я отказываюсь! – тут же принял он решение, – я не собираюсь умирать, даже из-за таких денег.

– Ну, что ж... Это ваше право. Прошу, последуйте обратно в медблок. Верните костюм и ожидайте. Вас отправят обратно в течении ближайшего часа. С этого момента, для вас участие в проекте закончено, – спокойно и размеренно проговорил Владлен Богданович.

Я поражаюсь его выдержке. Такое ощущение, что он ведро валерьянки выпил. Абсолютное спокойствие. Или это в силу специфики его работы, или это опыт? А может он по жизни сам такой?

Иван нервно засопел. Не знаю, на что он рассчитывал. Может думал, что он тоже, как и Евгений, тот, что много болтал, таким образом сможет что-то изменить? Ну, не знаю, цену себе он так набивал? Ведь он тоже, как и я и Тайя, был выбран из миллионов других кандидатов, и поэтому считал себя особенным?

На самом деле, мне было безразлично его мнение, его стремление, его желание, и всё прочее, что с ним связано. Я вообще был такой человек. За своих родных и близких, я был готов и горы свернуть и шею кому-нибудь. А вот на всех прочих – мне было плевать. И я сейчас ни грамма не пожалел, что нас стало на одного меньше.

В итоге, замешательство Ивана расценили как-то не очень хорошо, потому как выводила его уже охрана. Впервые я увидел здесь охрану. Как и откуда они тут появились, я даже не заметил. Но и тут мне было плевать.

– Ещё есть желающие покинуть наш проект? – профессор это спросил таким голосом, что я понял – он до последнего знал, что останется всего двое. Причём он знал, что это будем мы с Тайей.

Я то понятно. Я просто упрямый. Сколько себя помню, я никогда не отступал из-за возникших, или возможных, трудностей. И это была отнюдь не глупость, а именно упёртость. Не упорство. Прошу не путать.

Мне отец всегда говорил, что я упёртый, как баран. И что это не очень хорошее качество. Но оно мне помогало всегда. Но при этом, я не следовал ему слепо и необдуманно. Моя гордость порой не позволяла поступать иначе. Но только в том случае, если я был бесспорно прав. И никогда при этом, я не упирался в своё мнение, если оно априори было неверным.

А вот мотивов Тайи, я не знал. Может и хотел бы знать, всё-таки нам вместе участвовать сперва в эксперименте, а потом, если всё удачно сложится, и в проекте "Аналемма". Но и спрашивать у неё я не стану. Мне не нужна эта информация.

– Ну, что ж. Раз вы готовы, тогда не будем терять времени. Прошу, – профессор сделал приглашающий жест в сторону капсул.

Пока мы тут выясняли кто чего хочет и не хочет, третью капсулу быстро демонтиривали, оставив только две.

Моя так и осталась в центре и чуть впереди. Я занял место в ней и меня пристегнули ремнями. Не для того, чтобы я в самый ответственный момент не смог убежать, а исключительно в целях безопасности.

Меньше, чем через пару минут, мы заняли свои места, а все приготовления были закончены. На головы нам опустились шлема́, а капсулы закрылись.

Только сейчас я заметил, что крышка капсулы, что снаружи казалась сплошным куском металла или пластика, изнутри была абсолютно прозрачная. Шлем, к сожалению, не позволял вертеть головой, так что, кроме пространства впереди меня внутри капсулы, и перед ней, я не видел.

Зато я отчётливо видел очередной таймер впереди. Кто-то просто очень сильно помешан на времени.

Огромное многогранное кольцо, которое обозначало границу предполагаемого портала, начало вращаться против часовой стрелки. С каждым новым оборотом, всё сильнее набирая скорость.

Я краем глаза заметил, что на нескольких гранях этого кольца, имеются какие-то странные цветные отметины. Кольцо продолжало набирать скорость, а таймер впереди отсчитывал последние секунды.

И в тот момент, когда осталось десять секунд до конца отчёта, я, наконец, понял, что это были за цветные отметины и зачем они были нужны.

За счёт скорости вращения, эти отметки стали складываться в один общий рисунок. И это снова была "восьмёрка". Точнее, в данном случае – знак бесконечности. Пока ещё размытый и нечёткий контур, но чем меньше оставалось времени, тем отчётливее становился этот символ.

«Три... Два... Один... – дублировал я в голове отчёт времени, – ноль».

Глава 4

На цифре "ноль", когда таймер истёк, мне на бесконечно долгое мгновение, показалось, что время остановилось. Даже присловутая восьмёрка, образованная за счёт скорости вращения кольца, замерла на одном месте.

Я ждал, что должно произойти нечто особенное. Что именно? Да кто ж его знает? Что угодно. Но оно не происходило. Я ждал, но ничего. Мир замер. Время замерло. Всё остановилось. А я ждал.

И вот, на таймере, что висел прямо перед глазами, время пошло. Нет, вы не поняли. Если раньше время, указанное на таймере, уменьшалось, то сейчас – оно стало прибавляться.

Одна секунда. Вторая. Третья... И с каждой секундой скорость смены чисел нарастала, а потом и вовсе слилась в один бесконечно долгий поток. Цифры смешались и превратились в одно сплошное пятно.

Но они резко остановились. И таймер показал ровно семь дней.

«Какого хрена?» – только и успел подумать я, перед тем, как моргнул.

А когда открыл глаза...

– Добрый день, господа. Прошу, проходите, присаживайтесь.

Мы зашли в странного вида аудиторию. Нас было немного, всего восемь человек. Плюс ещё один сопровождающий. Он, вроде как, тут главный. Ну и ещё один человек, который нас поприветствовал.

– Итак, – начал тот мужик, что сейчас стоял в центре аудитории, – меня зовут профессор Мирный Владлен Богданович. Я руководитель научно-исследовательского института квантовой физики и механики имени Цайлингера.

Что, простите? Я поморгал глазами и на всякий случай потёр их. Перед нами, на небольшом сцене стоял, совсем дряхлый на вид, мужчина в преклонном возрасте. Невысокого роста, жидкие, и абсолютно седые волосы. Неприметное лицо. Такое, что увидев один раз, забудешь уже через пару секунд. Единственное, что бросалось в глаза – это ничего. Вот вообще.

– Вас выбрали из более, чем из шестнадцати миллионов кандидатов. Вы, восемь самых лучших в своем роде. И вы участвуете в проекте "Аналемма". Сейчас поясню...

– Твою мать! – выругался я на всю аудиторию.

– Михаил Федорович, – обратился ко мне тот, кто назвался Владленом Богдановичем, – я попрошу вас, соблюдайте тишину и держите свои эмоции при себе. Если вы не хотите участвовать в нашем проекте, то попрошу вас покинуть аудиторию.

– Нет-нет. Прошу прощения, профессор. Случайно вырвалось. Прошу вас, продолжайте.

Профессор смерил меня взглядом, словно насквозь просветил, потом, почему-то, кивнул и продолжил своё вступительное слово.

А я всё это время смотрел на него, хлопал глазами и охреневал. Что вообще происходит?

Всё повторялось в точности, как и неделю назад. За тем небольшим исключением, что в этот раз я нормально пообедал и не профукал семнадцать страниц учебника по географии.

Единственное отличие было в том, что я читал эти книги, будто в первый раз. Я прекрасно помнил тот эффект, который был после первого моего прочтения. Я мог книгу наизусть всю рассказать. А сейчас не мог. Сейчас я читал её, словно впервые в жизни.

Но при этом, сразу после прочтения, эффект вернулся. И я мог легко на память зачитать любую строчку с любой страницы. Очень интересно.

Неделя прошла точно так же, как и эта же самая неделя в прошлый раз. При этом, были незначительные изменения. Но самое интересное то, что я видел несколько раз, своих "вероятных" коллег по будущему проекту, хотя раньше мы с ними не пересекались, кроме общих собраний.

А вот Тайю, я видел ровно столько раз, сколько в предыдущую неделю. Каждый раз пытался встретиться с ней взглядом, но она почему-то отводила глаза, будто видела меня впервые. Даже намека не было на то, что мы с ней единственные, кто останемся в конце недели, и только мы примем участие в эксперименте. Она словно меня не замечала. Странно.

Прошла ровно неделя.

– Я отказываюсь! – тут же принял решение Иван, – я не собираюсь умирать, даже из-за таких денег.

– Ну, что ж... Это ваше право. Прошу, проследуйте обратно в медблок. Верните костюм и ожидайте. Вас отправят обратно в течении ближайшего часа. С этого момента, для вас участие в проекте закончено, – спокойно и размеренно проговорил Владлен Богданович.

В этот раз Иван обложил всех благим матом и ушёл, громко хлопнув дверью.

– Ещё есть желающие покинуть наш проект? – профессор это спросил таким голосом, что я понял, а точнее, я теперь знал – он просто был уверен, что останется всего двое. И это будем мы с Тайей.

Дальше всё повторилось как и в прошлый раз, за исключением некоторых деталей. Но итог был один.

Вот я нахожусь в своей капсуле. Вот кольцо раскручивается и рисует "восьмёрку". Вот сдаются считанные секунды на таймере...

«Три... Два... Один... – я с огромным нетерпением отсчитывал эти секунды в своей голове и безумно ждал, что будет дальше, – ноль».

И в этот момент раздался какой-то непонятный звук, что сопроводился короткой вспышкой света, и крышка капсулы стала открываться. Я бросил взгляд на таймер, но он так и остановился на нуле.

– Прошу, аккуратнее, – раздался голос профессора справа.

Я повернул голову и увидел, как тело девушки, которая была без сознания, достают из капсулы. Несколько, судя по внешнему виду и набору реанимационных средств, врачей, аккуратно достали Тайю и, уложив на каталку, спешно увезли в медицинский блок.

Владлен Богданович проводил всю эту группу врачей взглядом и только после этого посмотрел на меня.

– Михаил, как вы себя чувствуете? – абсолютно спокойно спросил он, будто и не произошло ничего.

– Вроде, нормально, – я постарался прислушаться к своему организму, но ничего нового не заметил, – точно, нормально.

– Вот и славно. Можете идти переодеваться. А потом отдыхать. Вашу комнату вам покажут. О времени общего сбора, вам сообщат дополнительно.

Я отстегнул ремни и вылез из капсулы. Странное ощущение. Вроде бы я парой минут назад туда залез и сейчас её покинул. Но при этом я прожил ещё одну неделю своей жизни.

Я отошёл на несколько шагов от капсулы, потом развернулся и стал разглядывать всю эту конструкцию. Всё было точно так же, как я видел это в прошлый раз. Даже никаких изменений. Ещё раз осмотрел огромное кольцо и цветные отметки на нём. Ничего необычного. Я лишь пожал плечами.

Но перед тем как уйти, я на полу заметил полосу, такого же цвета, ярко-крассного, что и отметки на гранях кольца. Оказалось, что это самое кольцо как раз и располагалось на этой линии.

Стало любопытно. Я вернулся назад и встал сбоку от кольца, таким образом, что линия на полу проходила между моих ног. Я смотрел на торец, точнее обод, кольца. Он чётко совпадал с линией на полу.

Но я заметил и ещё кое-что. Капсулы. Эта самая линия, как и кольцо, пересекали капсулы, и делили их ровно по середине. Хотя в первый раз, мне показалось, что центральная капсула чуть впереди. Но нет. Они стояли вровень.

В раздумьях обо всём происходящем, я покинул помещение и вышел в медблок. Там уже во всю суетилась ещё бо́льшая, по численности, группа врачей, вокруг бессознательного тела девушки.

Я даже на секунду испугался, что она не пережила этот эксперимент. И что те бумаги, что мы подписали перед тем, как сунуться в капсулы, оказались совсем не просто так. Видимо теперь, её родным выплатят огромную компенсацию. И мне было искренне жаль. Девушку, само собой.

Настроение тут же рухнуло куда-то вниз. Хоть я и старался держаться подальше от любых незнакомых мне людей, но всё же мне было жаль, что молодая девушка так погибла. Причину смерти вряд ли кому-то назовут, даже её родным, но мне от этого было не легче.

Я обречённо зашёл в раздевалку и скинул с себя этот костюм. Тут же в памяти всплыл образ Тайи, когда я в прошлый раз увидел её в этом облегающем костюме, и как чуть было не стал всеобщим посмешищем. И тут же горько вздохнул. Почему-то снова захотелось её увидеть в этом костюме. И в этот раз, я бы точно не стал прятать взгляд, а наслаждался бы видом столько, сколько смог. Пускай это выглядело со стороны очень некультурно. Плевать.

Пока переодевался, случайно скинул костюм на пол. И даже пнул его. Зачем? Хрен его знает. Но легче от этого не стало. Потом всё же поднял его, отряхнул, хоть в помещении было чисто, даже на полу, и аккуратно сложил его на стуле.

Когда я вышел из раздевалки, то девушки уже не было. Её каталка пустовала, а врачи, что суетились вокруг её бессознательного тела, спокойно себе занимались обычными делами.

Кольнуло нехорошее чувство, что бригада врачей не смогла спасти ей жизнь. Тут же проснулась вина. Правда я так и не смог понять, в чём именно я виноват?

Это был её выбор. Она в любой момент, как, например, Иван, могла отказаться. Но не отказалась и пошла до конца. Даже гордость немного взяла за её решение. Но тут же ушло это чувство. Осталось лишь сожаление.

И с каких это пор, я стал так сентиментален? Я её знать-то не знаю. Ну видел несколько раз, и что? А переживаю за неё, как за близкого мне человека. И не просто близкого... А очень близкого. Я бы даже сказал – родного. С чего бы это вдруг?

Меня по плечу похлопал охранник, выдёргивая из раздумий. Я от неожиданности чуть не врезал ему по морде, но вовремя спохватился. Незачем бить ни в чём неповинных людей.

От моей бурной и неожиданной реакции он даже сам отшатнулся. Но, сообразив, что я не собираюсь на него лезть в драку, быстро взял себя в руки и махнул рукой, призывая следовать да ним.

Мы покинули медблок через дальние двери. Прошли пару небольших коридоров и мимо нескольких помещений. Остановились напротив самой обычной и неприметной двери. Если бы не табличка с надписью "Комната отдыха", я бы никогда не нашёл это место.

Охранник молча кивнул в сторону двери. А я благодарно кивнул ему в ответ и молча вошёл.

Помещение оказалась немного странным. Чем-то напоминало жилой блок в общаге. В центре общая комната. Там стоял телевизор на тумбе. Напротив него небольшой диван. Слева небольшая зона кухни, а справа стол для приёма пищи и пара стульев.

Там же справа, была ванная комната и туалет, судя по рисунку на табличке. А чуть дальше, дверь в мужскую комнату отдыха. Слева, напротив мужской была женская спальня, а напротив ванной – кладовая и прачечная. Но больше всего меня привлекло огромное панорамное окно во всю дальнюю стену.

Я пересёк всю комнату и подошёл к нему. За окном открывался просто умопомрачительный вид на ледяную пустошь. Насколько хватало взгляда, везде были снега́. Где-то из-под снега торчали огромные глыбы льда, отражая и рассеивая солнечный свет, играя бликами. Некоторые были почти полностью занесены снегом, лишь самый кончик ещё выглядывал из-под снежной шапки.

Судя по ракурсу, эта комната находилась на втором-третьем этаже. Но, точно не на первом.

Я постарался посмотреть по сторонам, в надежде увидеть другие здания или какие-нибудь строения, но там был только бескрайний снежный простор. И судя по тому, как ветер гонял песчаные вьюнки – скоро должна была быть буря. Если не шторм.

Полюбовался ещё несколько минут на это завораживающее зрелище и решил, что пора и расположиться. Я обошёл все помещения, чтобы посмотреть что там есть. Даже в женскую спальню заглянул, предварительно постучав в дверь и спросив есть ли там кто. Ответом мне была тишина. Я на всякий случай заглянул и там было пусто.

Я вздохнул ещё тяжелее. В глубине души я всё ещё надеялся, что Тайя пришла в чувства и с ней всё хорошо. А пока я переодевался, её отправили сюда. Хотя, с чего это вдруг я решил, что именно сюда? Может таких блоков здесь целая куча? И она сейчас спокойно себе прекрасно себя чувствует в другом таком же жилом блоке.

Зашёл в мужскую комнату. Две кровати, две тумбочки, два шкафа для одежды. В общем, место тут на двоих. Почему-то, когда я заглядывал в женскую комнату, я не обратил на это внимание. Скорее всего потому, что надеялся там увидеть Тайю. Да блин! Что происходит? Почему она так запала мне?

Я в сердцах бросил свою сумку с вещами на кровать. Бесит! Сел рядом и постарался успокоиться.

Там же на кровати обнаружил листок с распорядком дня. Ничего особенного. Обозначенны только основные моменты: подъём, завтрак, обед, ужин, отбой. Всё остальное время либо свободное, либо, отмеченно было в скобках, участие в проекте. Всё.

Глянул на часы – скоро обед. Это хорошо. Но вот что-то я не видел холодильника. Кухонную зону да, а вот холодильника нет. На всякий случай вышел в общую комнату. Точно нет. Поочередно пооткрывал все шкафчики, в надежде, что там хоть маленький холодильник найдётся, но и тут нет. Ну, нет так нет.

В шкафчиках, к слову сказать, обнаружилось несколько пачек всевозможных круп, макароны и специи. Кухонная утварь и посуда нашлись в верхних ящиках. Там же оказалась микроволновка и чайник. Хоть что-то.

В дверь постучали. Опа! Гости. Открыл дверь. На пороге стоял всё тот же охранник, что и привёл меня сюда. И протянул мне небольшой конверт, после чего молча развернулся и ушёл.

Я открыл конверт и достал послание.

«В четырнадцать ноль восемь в помещении для проведения экспертмента».

Посмотрел на часы, ещё почти три часа. Ну что ж, время ещё есть. Закрыл дверь и отправился первым делом в душ.

На удивление, в ванной комнате стояла и душевая кабина и здоровенная ванна. Отлично. Я больше предпочитаю душ, но и в ванне иногда люблю полежать. Особенно, когда возвращаюсь из длительных командировок.

Пока я откисал под горячими струями воды, принесли обед. Причём абсолютно бесшумно. Я его обнаружил, когда вышел из ванной комнаты. Аромат еды тут же ударил в голову, сводя с ума. Я даже не стал переодеваться и прям так сел за стол.

Если всю прошлую неделю нас кормили чем-то вроде армейских сухпайков. У меня отец военный, частенько такие приносил домой. То в этот раз было как в хорошей столовой: первое, второе и компот. Я с огромным удовольствием и аппетитом смёл всё, что принесли. Запил потом всё это горячим чаем. Красота.

К назначенному времени, я уже был в том самом помещении, с капсулами. Профессор пришёл ровно в четырнадцать ноль восемь и слегка удивился, что я уже был на месте.

– Похвально, Михаил. Но впредь, постарайтесь приходить точно в указанное время. Хорошо? – толи он меня похвалил, толи отчитал как маленького.

Я утвердительно кивнул головой

– Вот и славно. Пойдёмте.

Мы зашли в боковое помещение. Совсем небольшое, особенно если сравнивать с тем, где стояли капсулы. Примерно пять на пять метров, и самые обычные потолки.

В центре и чуть вправо у дальней стены стоял стол, по всей видимости для профессора. Справа от стола висел огромный телевизор. А напротив в несколько рядов стояли стулья. Это скорее всего для таких, как я. Ну, может ещё для персонала.

– Присаживайтесь, Михаил. Раз уж вы единственный, кто остался из участников нашего проекта, то предлагаю перейти на ты. Не против?

– Абсолютно нет, – мне даже как-то полегчало от этого, хотя я прекрасно знал, что на ты, к профессору я обращаться не стану, максимум по имени отчеству.

– Вот и славно. Давай обсудим наш эксперимент. Расскажи, какие чувства ты испытывал или испытываешь сейчас. Что необычного заметил. Может что-то не понял. Не стесняйся, спрашивай. Я отвечу на все твои вопросы.

Заманчивое предложение. На самом деле, у меня было огромное количество вопросов. Но я настолько растерялся, что даже не знал, о чём спросить в первую очередь. Но почему-то меня именно сейчас интересовал только один вопрос – Тайя. Но стоит ли его задавать профессору? И почему для меня это так важно?

Я так и продолжал молчать, а Владлен Богданович не торопил. Вместо этого, он достал из стола планшет и стал что-то на нём тыкать. Потом включил телевизор и осуществил коннект с планшетом.

По всей видимости, он готовился не только рассказывать, но и наглядно показывать мне некоторые моменты. Что ж, это хорошо. Возможно, некоторые вопросы отпадут сами собой. Хотя...

– Ну что, готов? – неожиданно спросил профессор, что я даже на секунду забыл о чём думал в тот момент.

– Простите, профессор, а к чему я должен быть готов?

Он лишь улыбнулся, а в дверь постучали.

Глава 5

– Войдите, – отозвался, на стук в дверь, профессор.

– Владлен Богданович, разрешите? – и не дожидаясь ответа в приоткрытую дверь вошла Тайя и, быстро прошмыгнув через всё помещение, села на соседнее место.

– Что-о-о? – я чуть дар речи не потерял.

Вот же... Я тут, какого-то хрена, за неё волнуюсь, сам не зная почему, а она тут рассекает по всему объекту, как ни в чём не бывало?

– Что? – удивилась она, и уставилась на меня своими чёрными, как смоль глазами.

– Я видел как тебя врачи унесли! – я даже с места своего подпрыгнул, – а потом в медблоке тебя пытались откачать. А потом... Какого хрена, профессор?

Я переводил взгляд с девушки на профессора и обратно. Тайя делала вид, что ничего не понимает и хлопала удивлёнными глазами, а Владлен Богданович как-то загадочно улыбался.

– Михаил, сядь, пожалуйста. И давай уже я тебе, наконец, расскажу, что такое проект "Аналемма"?

Я ещё несколько секунд переглядывался с одного на другую, пытаясь отыскать подвох и уличить их обоих в обмане. Но не смог найти ни одной зацепки. Либо они слишком хорошие актёры, либо я вообще ничего не понимаю.

– Для начала позволь представить тебе мою помощницу? Тайя Сергеевна Волкова. Она один из светлейший умов на этом объекте. Как, в принципе, и во всём проекте "Аналемма".

– А? – так она нихрена не, отобранный из полутора десятков миллионов, кандидат на участие в проекте? Она сама создатель проекта? Нихрена не понимаю.

– Я вижу ваше замешательство, и позвольте я всё объясню. Итак...

Оказалось, что Тайя когда-то пришла точно так же, как и я. Чтобы поучаствовать в одном из экспериментов. Не в том, что участвовал я. Этот она тоже разрабатывала, как потом оказалось.

Суть того эксперимента состояла в том, чтобы за максимально короткое время привязать абсолютно неизвестных людей друг к другу, так сказать – сплотить их. Чтобы они могли успешно выполнять сложные задачи, где требуется абсолютная и беззаговорочная поддержка друг друга.

Основной принцип состоял на невербальном и строго дозированном визуальном контакте двух и более людей. Вот по этой самой причине, мы, те, кто был якобы отобран для проекта, не видели друг друга всё это время. Лишь ограниченное количество раз и ограниченное время.

А итогом эксперимента являлось то, на сколько этот метод действенный. Но чтобы всё прошло так, как нужно, необходимо было соблюдать целый ряд сложным манипуляций. При этом, только один из испытуемых знал, что происходит на самом деле.

В это раз, объектом наблюдения и привязки, оказался я. И не потому, что остался единственным кандидатом, об этом чуть позже, а потому что я имел наибольшие шансы.

Ещё на стадии подбора кандидатов, моё, так скажем досье, было изученно вдоль и поперёк. И по многим показателям, я прекрасно подходил под этот эксперимент. Звучит смешно, но назвали его "Дружба". Шутники хреновы.

Но я был целью не для Тайи. Меня должны были привязать к Ивану. Тому, кто в самый последний момент отказался от участия. У нас обоих были максимальные шансы успешно пройти первый эксперимент по "Временной петле". А дальше, мы должны были вместе участвовать уже в проекте "Аналемма" как напарники.

А так как Иван, по непонятным причинам, в самый последний момент слился, то и роль "связующего" взяла на себя Тайя. Но при этом, она не являлась кандидатом на проект с самого начала.

Как оказалось, единственной девушкой, которая прошла отбор, была другая. Но по какой-то причине, она просто не приехала и всё. И, опять же, чтобы не нарушать концепцию "восьмёрки" в нашу группу включили Тайю.

У Ивана и Тайи были почти одинаковые шансы на мою "привязку". Но срочно пришлось менять планы. В итоге, когда мы оказались в капсулах, только я оказался во "Временной петле", а девушку тут же отключили.

И когда я якобы вернулся из недельной петли, был разыгран спектакль, что ей стало плохо и бла-бла-бла. Это и стало основным триггером "привязки".

– Надеюсь с этим вопросом мы разобрались? И прошу, Михаил, не держи на нас зла. Это всего лишь научный эксперимент. Да, мы использовали тебе немного... без разрешения... – начал оправдываться профессор.

– Немного? Да вы охренели, Владлен Богданович? Немного. Да я чуть с ума не сошёл от... – я посмотрел на девушку, которая очень смущённо улыбалась, и усердно прятала глаза, и весь запал куда-то исчез.

– Я понимаю твоё возмущение. И оно обоснованно. Но эксперимент мы все равно должны были провести. И если честно сказать, то твоё участие в эксперименте "Временной петли" было не обязательным.

– Вот сейчас вообще не понял, – не, ну они издеваются?

– Независимо от результатов "Временной петли", о которых мы чуть позже поговорим, решающим фактором играл результат эксперимента "Дружба". И ты его завершил весьма удачно, – зачем-то вдруг вмешалась Тайя и невинно так похлопала глазками. Зараза!

– Вы меня окончательно запутали, – ещё немного и я их как следует отматюкаю и уйду нахрен из этого сумасшедшего дома.

– Хорошо. Давай по порядку, – снова взял слово профессор, – проект "Аналемма" состоит из двух частей. Первая – это эксперимент "Дружба". Кандидат обязан его пройти положительно, что ты и сделал. Без прохождения этого этапа кандидат не допускается к самому проекту. Это понятно?

Я согласно кивнул.

– Отлично. Эксперимент "Временная петля" не обязателен. Если кандидат его не проходит, то он всё равно допускается до основного проекта. Если же проходит, то, опять же, независимо от результата, кандидат допускается к основному проекту. Разница лишь в том, на сколько проще кандидату будет участвовать в проекте. Это понятно?

Я снова кивнул.

– Превосходно. Теперь, Михаил, пожалуйста, расскажи нам, желательно очень подробно, как прошла твоя первая неделя в институте. А потом – как прошла твоя "Временная петля". Какие были отличия. Постарайся максимально точно всё рассказать и описать. От этого зависит то, насколько точно мы настроем аппаратуру под тебя, и насколько эффективно окажется твоё присутствие в основной части проекта.

Я немного задумался. А стоит ли мне вообще участвовать в этом проекте? Не, ну серьёзно? Без моего разрешения и ведома на мне ставят какие-то эксперименты. Это мы ещё к основной работе не поступили. А что будет дальше? Грохнут меня и потом скажут, что извини, эксперимент провалился? Это я утрирую, конечно, но суть одна и та же.

Это во мне просто обида ещё играет. В итоге, я рассказал им всё что только мог. Очень подробно. И первую неделю и первую "петлю". Описал всё отличия, как визуальные, так и эмоциональные. Под конец рассказа снова взыграло моё задетое самолюбие и я чуть не психанул. Но вовремя удержался.

– Профессор, объясните мне, почему я, находясь во "Временной петле" не помнил тех книг, которые изучил? А сейчас снова помню.

– Вот. Теперь мы плавно переходим к тому, что же на самом деле такое проект "Аналемма". Итак. Аналемма – это кривая в виде восьмёрки. Я уже говорил. И всё, что имеет бесконечное, или бесконечно близкое к этому значению, повторение любого процесса, цикла или действия, всё повторяется по одному и тому же сценарию. Возможны некоторые отклонения, но результат всё равно один и тот же. "Временная петля" наглядно показала тебе, что такое цикличность. Смотри.

Владлен Богданович запустил на экране телевизора модель нашей солнечной системы.

– Вот, смотри. Это модель нашей солнечной системы. А вот это, – он выделил траекторию Земли, – траектория, по которой Земля вращается вокруг Солнца. Мы все привыкли, что траектория имеет форму эллиптической орбиты. Но это неверно. Точне, не совсем верно.

Если мы рассматриваем орбиту в двухмерном пространстве, то да, орбита такая, какой мы все привыкли её видеть и какой её всегда изображают. Но если изменить ракурс, и наклонить орбиту, и посмотреть на нее сбоку, то мы увидим, что Земля описывает "восьмёрку".

А вообще, Аналемма – это кривая в виде восьмёрки, которую описывает Солнце на небе в течении одного года. При этом положение Солнца на небе необходимо фиксировать ежедневно в одно и то же время.

Но хочу напомнить, что это Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. А значит это наша планета совершает подобное движение. Но, к сожалению, со стороны Солнца мы не можем наблюдать сей процесс.

Теперь, что касается "Временной петли" и отличий. Смотри. Центр пересечения витков траектории вот здесь, – профессор поставил на паузу проекцию и указал на точку в пересечении витков восьмёрки, – это начало "петли".

Земля проходит эту точку и начинает, давай назовём это "левый виток", и движется по нему ровно полгода. Через полгода Земля снова находится в этой точке, и начинает совершать "правый виток" траектории. Но, в зависимости от ракурса, мы можем любой день назначить точкой отсчёта. Это лишь точка зрения, а не догма.

Но! Чтобы попасть во "Временную петлю" нужно иметь начальную скорость равную скорости вращения Земли. Для этого мы разгоняем то огромное кольцо. Но и нужно колоссаное количество энергии, а для этого мы используем миниатюрную чёрную дыру. Это, на самом деле не дыра, а лишь имитация. Но максимально приближенная. И третий немаловажный фактор – это пересечение линии смены дат в ноль-ноль часов, ноль-ноль минут. И эта линия проходит точно через этот остров. А кольцо и капсулы, стоят именно на этом сто восьмедисятом меридиане. Только так мы можем попасть во "Временную петлю".

– Допустим, – прервал я лекцию профессора, – с этим более-менее понятно. Но мне непонятно, почему везде, куда не плюнь, появляется эта долбанная "восьмёрка"?

– О! А это, мой друг, совершенно другой эксперимент. Но он сейчас не столь важен. Пока что, примите это как данное. Позже, я вам обещаю, я всё расскажу. Итак. Теперь о том, почему во "Временной петле" меняются некоторые события и вещи.

Итак. Как я вам уже сказал ранее, чтобы попасть во "Временную петлю" необходимо выполнить ряд условий. Но, в момент смены даты наша планета и наша капсула, начинают своё движение из центра пересечения витков орбиты. А вот сама орбита, может бесконечное количество раз не совпадать с реальной траекторией Земли. И чем сильнее отклонение, тем больше будет отличий от прошлого "реального" захода.

Именно для этого я и попросил вас максимально точно описать два периода. Это можно сказать – параллельная реальность. Другой мир. Бесконечно похожий на наш, и столько же бесконечно отличающийся. И чем сильнее отличия, тем круче вектор направленности Аналеммы. Всё просто.

– Да, охренеть, как просто! – у меня чуть мозги не поплавились от простоты.

– Я вас прекрасно понимаю. С первого раза это сложно понять и осознать. Но со временем, всё уложится в нужные ячейки вашего сознания, – профессор расплылся в довольной улыбке.

– Хорошо. А почему именно неделя? Не пять дней, и не месяц, например? А, неделя.

– Ну, на самом деле, период не важен. Просто вы прибыли к нам неделю назад. И за счёт резкой смены обстановки, внешнего воздействия, а так же различного рода раздражителей, этот период вы запомнили наиболее ярко и максимально детально. Вот мы и отправили вас ровно на неделю назад. Если б это было всего три дня, мы бы отправили на три дня.

Тут ключевую роль играет период максимальной концентрации внимания. Вот и всё. Но. При этом, чем дольше период "Временной петли", тем точнее мы можем составить "разностную" зависимость, и более точнее спрогнозируем будущее.

Вот если раньше профессор избивал меня морально и умственно, как ребёнка, то сейчас он просто расщепил меня на атомы, словно я простейшее, очень тупое, одноклеточное. Ну какое, нахрен будущее? Вы что тут курите все? Но вслух я, конечно же, этого не сказал. Хотя на моём лице итак всё написано было.

– Профессор...

– Да, Михаил.

– Пристрелите меня, а? Чтобы не мучался, – я сдался. Мой мозг отказывался воспринимать хоть какую-то информацию.

– Не поняла? – впервые за всё моё избиение, Тайя подала голос, – какой пристрелите? Нам ещё с вами в паре работать!

А-а-а-а!!! Ну что ещё, а? Па-ма-ги-те!

– Что, я зря что ли "привязку" делала? К тому же, из вас выйдет отличный напарник, – как-то слишком уверенно заявила девушка.

Так и хотелось ей сказать, кто из меня выйдет, и куда я ей... Простите! Погорячился.

– А это обязательно? – взмолился я, в жалких попытках спасти крохи своего разума и здравого рассудка.

– Конечно! – одновременно крикнули профессор и его помощница.

Ну вот, нахрена я на это согласился? Сидел бы сейчас дома. Или с отцом на рыбалку бы сгонял. Нет же... Решил отпуск с пользой провести. Дебил! А меня тут умственно унижают. У меня вообще, лапки...

– Ладно, Михаил. Я вижу, что для вас слишком много новой и не совсем понятной информации. Так что, ступайте, наверное, к себе и отдохните. Хорошо, отдохните. На верхней полке в крайнем шкафчике поллитра двенадцатилетнего "отдыха" стоит. Это вам моральная компенсация за мою помощницу, – вот с этого и нужно было начинать.

– Владлен Богданович! – возмутилась тут же девушка, – а как же я?

– Не понял? А что ты?

– А где моя моральная компенсация? – а она-то куда?

– Эх... – старик лишь махнул рукой и пошёл прочь, – Михаил, завтра... Нет, послезавтра в восемь утра жду вас здесь же. Отдыхайте.

Ушёл. Я ещё какое-то время сидел и тупил. Нет, я ж не совсем тупой, кое-что я всё же понял. Но далеко не всё. Они тут годами, если не десятилетиями это всё разрабатывали, тестировали, проверяли, правили... А я тут бац, и должен за один день всё понять и уметь пользоваться. Не, ну не идиоты ли они, а?

– Эх... – это уже я вздохнул.

Всё, на что я был сейчас способен – это включить автопилот, убрать закрылки, отключить мозг, и зайти на посадку в кровать... Этим я и занялся.

Встал и пошёл к себе. Радовало одно, идти было недалеко и не так запутанно. Так что добрался до своего аэродрома и даже не сбил ни одного столба. В смысле, не совершил ни одного наезда. Находа. На... Ай, ладно. Мозг вообще отказывается думать. Запас оперативной памяти исчерпан.

Пока я на низко бреющем пикировал в свою комнату, за мной увязалась вражеская люфт-вафля. Люфт-фуфля... Не... Миссис Шмидт. Чё? А! Мессершмитт. Во! Короче, Тайя упала мне на хвост, и как бы я не вилял, скинуть её не удалось. Пришлось смириться.

А знаете почему? Да вот хрен вы угадаете! Она со мной в одном блоке живёт! Зараза.

– Зараза! – вот прям так и сказал. Правда очень тихо, чтобы она не услышала. Очень-очень тихо. Про себя.

Но она, походу услышала. Или мысли прочитала. Хотя скорее мимику на лице прочитала. Следующий раз возьму у неё номер телефона и голосовое сообщение отправлю. Ага, раскатал шасси... Тьфу, ты! Губу! Связь-то тут не работает. Тогда письмо напишу...

В общем, мозг мой был перегружен просто неимоверно. Я скинул с себя всю одежду и в трусах продефилировал в душ. Нужно было смыть с себя всю эту усталость. За одно и мозги охладить. Контрастный душ – само то.

Я потратил полчаса, не меньше, чтобы более-менее вернуть себе способность мыслить. Хотя бы на уровне приматов.

– А-а-а-а! – закричала девушка, когда я в одних трулялях вышел в общую комнату.

– А-а-а-а! – заорал я... просто так. Чтобы ей скучно не было.

А потом молча ушёл к себе и разбился о кровать. Всё. Меня не кантовать. Но моё спокойное авиакрушение длилось всего несколько минут. В дверь постучали. Постучала.

– Абонент временно недоступен. Пожалуйста, постучите завтра.

– Миш. Выходи, – раздался голос девушки.

И с каких это пор мы на ты? Миш? Мда... Куда катится мир? Так охота её отправить в... Во "временную петлю"... Но увы.

– Ми-и-иш-ша-а...

– Я умер. У меня... ана-лена. ама-лама...

– Аналемма? – наивная.

– Ага, она самая. Вернусь, когда бесконечная петля замкнётся.

Девушка влетела в комнату! Как она дверь открыла? Ах, да. Там же замка нет.

– Ну что ещё? Дай мне спокойно и в тишине умереть.

– Я тебе дам щас!

– Что-о-о? – я аж охренел от такого заявления.

–... умереть! – закончила Тайя.

– А-а... – разочарованно протянул я. Такие мечты разбились, – тогда ладно.

– Вставай! Пошли. Я уже накрыла на стол.

О! Вот это поворот. Честно говоря, я чего угодно ожидал, но не этого. Девушка стояла прямо передо мной, закрывая собой обзор в общую комнату. Мне даже пришлось наклониться в сторону, чтобы туда заглянуть. Но, увы. Ничего я там не увидел.

Зато Тайя схватила меня за руку и потащила в общую комнату. Прям так. В трусах. Хорошо хоть я успел сгробастать штаны со стула, пока пробегал мимо. На ходу одеть их не получилось, так что ей пришлось ждать.

А когда я их одел... Пришлось снимать.

Глава 6

Девушка смотрела на мои тщетные попытки справиться с "петлёй", в которую завязались мои штаны. Но, мало того, что я одел их задом наперёд, так они ещё и наизнанку были вывернуты. И сейчас я старался исправить это досадное недоразумение.

– Да, блин! – Тайя психанула, выхватила мои штаны, которые я уже успел завязать в морской узел, развязала, вывернула и отдала мне, – на!

– Спасибо... – я хоть и был благодарен девушке за своё спасение, но ещё пару минут пришлось как следует помучаться, пока я всё же оделся.

«Что вообще происходит? – неожиданно меня посетила странная мысль, – я что, реально так отупел?»

Наконец-то, я сел за стол. А она молодец! Помимо того поллитра "отдыха" что мне презентовал профессор, на столе был накрыт отличный ужин. И когда она успела?

– Тай, скажи, пожалуйста, что происходит со мной? – я говорил медленно, стараясь последние умственные ресурсы вложить в осознанную и связанную речь.

– Не переживай. Это побочный эффект от "Временной петли". Так бывает из-за наложения одного потока информации на другой. Так сказать – конфликт интересов. И твой мозг пытается всё это воспринять, упорядочить и обработать.

– А почему именно сейчас? А не... ну... тогда? – мысль сформулировать я не смог, кончились силы думать, и я просто как-то неопределённо махнул рукой за спину.

– У всех по-разному. У кого-то сразу наступает это состояние. У кого-то через час, а у кого и через сутки. Зависит от длительности "петли" и разности реальностей. Не заморачивайся всё пройдёт. А со временем, так вообще перестанешь замечать это. В первый раз тяжелее всего.

– Угу... – сделал вид что понял, но не понял.

Девушка поняла, что с меня хватит через чур "умной" информации, и просто налила мне "узбагоина". И себе. Эй! Это мой "отдых"!

Мы выпили. Я успел воткнуть вилку в салат и отрубился.

* * *

Очнулся я от того, что почувствовал небольшой дискомфорт. Почему-то болела губа и лоб.

Глаза отказывались разлепляться. Я так сильно никогда ещё не уставал. Пошевелил пальцами – я на кровати. Это хорошо. Немного подвигал телом, вроде всё нормально. Полежал минут десять, пока не смог, наконец-то, открыть глаза.

Судя по тому, как светло было в комнате, было уже утро. Ага, раз! Тут полярный день, так-то. Тут всегда утро. День. Вечер. Интересно, а как тут спать, если постоянно светло? Это ж мучение сплошное.

Я повернул голову на бок и посмотрел в сторону окна. Самое обычное окно и самые обычные жалюзи. Почти...

Снова вспомнил, что болит губа и лоб. Потрогал. Блин, губу я точно разбил. Или мне разбили? А лоб? А там была хорошая шишка. Точно!

В голове промелькнуло смутное воспоминание, как я отрубился. Просто раз, и всё. И походу отключился не только мозг. Ладно, потом спрошу у Тайи.

Кое-как сгробастав себя с кровати, я поплёлся в душ. Взял с собой сменную одежду и прихватил умывательные принадлежности. Нужно было вернуть себе нормальный вид. А то выгляжу как алкаш с попойки, которому ещё и морду набили.

Душ, потом лёгкая разминка и завтрак. И вот, я уже почти полон сил и энергии. Более-менее привёл себя в порядок. Хотел зайти к Тайе, спросить, что вчера произошло, но не стал.

– Так... Нужно чем-то заняться, – начал вслух размышлять я.

Покрутил в голове то, что произошло вчера. Вспомнил две недели прожитые мною. Вроде всё нормально. Мозг прекрасно понимал, где была реальная неделя жизни, а где "Временная петля". И это радовало.

Потом попытался прокрутить в голове всю информацию, которую на меня вчера вывалил профессор. И она вполне себе тоже была проста и понятна. Это тоже хорошо. Значит всё-таки я не отупел.

– Ладно, что сидеть? Пора работать. Зря что-ли я сюда приехал?

В общем собрался с силами, моральными и физическими, и отправился на поиски Владлена Богдановича.

Нашёлся он, как и ожидалось, в том самом огромном помещении, где и проходил вчера мой пробный заход в параллельную реальность.

– А, Михаил! Доброе утро, – профессор подошёл ко мне и протянул руку, – как себя чувствуете?

– Доброе утро, Владлен Богданович, – я пожал его руку, – спасибо, уже лучше.

– Прекрасно. Чай, кофе?

– Чаю...

– Отлично. Пойдём.

Профессор повел меня в ту же комнату, где мы вчера и были. Это был зал для постановки и уточнения задач, а так же для фиксации информации после проведения испытаний. Но и чай тут попить тоже можно.

– А что с губой? – поинтересовался профессор.

Ему явно было очень интересно, но прилюдно он спрашивать не стал.

– Ерунда, – отмахнулся я, – просто неудачно лёг спать.

– Хах! – старик аж крякнул, явно не такого ответа ожидая, – а вы чего, позвольте спросить, сегодня-то пришли? Мы же договаривались на завтра.

Честно говоря, никак не могу понять. То он ко мне на "ты", и тут же на "вы". Странно.

– Не хочу сидеть без дела. Скучаю по работе, знаете ли. Да и что мне там одному делать?

– Одному? А Тайя где?

– Не знаю, – пожал я плечами, – со вчерашнего вечера не видел её.

– Хм... – как-то странно задумался старик, – я её тоже со вчерашнего вечера не видел...

Опа! И куда же наше юное дарование исчезло? Или она набухалась моим "узбагоином" и теперь тупо отсыпалась? В комнату к ней я же так и не заглянул. Да и вообще с чего ради я должен к ней заглядывать? Она мне никто. Так что, это не моё дело, где она пропадает.

Я поймал себя на мысли, что какого-то хрена переживаю за неё. Потом вспомнил про эксперимент "Дружба" и разозлился. Это побочка от "привязки". Ну, зараза! Получит она у меня.

– Ладно, потом разберусь, – профессор неожиданно прервал мои терзания, – ну, Михаил, раз уж ты сегодня решил не халтурить, то сейчас попьём чаю и прогуляемся. Я тебе всё тут покажу.

Я лишь согласно кивнул. Чай оказался очень вкусным и бодрящим. И уже через десять минут мы начали нашу экскурсию.

База, на которой мы находились, оказалось намного больше, чем я себе это представлял. Помимо того помещения, где я уже бывал и участвовал в своей первой "петле", было ещё несколько похожих по размеру. И располагались они знаете как? В виде восьмёрки. Это если смотреть на всю базу сверху.

В разных помещениях проводились всевозможные испытания. Где-то стояла дорогостоящая аппаратура, которая вела фиксацию, анализ и учёт всех поступающих данных со всех приборов, датчиков и систем на всём объекте. Одно подобное помещение полностью было выделенно под серверную и банк хранения данных. В каком-то производили сборку, отладку и тестирование всякого рода аппаратуры. И так далее. В общем огромная научно-исследовательская база.

А вот центральное помещение меня сильно удивило. Чтобы туда попасть, нужно было пройти несколько одинаковый помещений. Само помещение было построено в виде огромной сферы. А внутри неё ещё одна сфера, уже по-меньше. Потом ещё и ещё и ещё. Нет, их было не восемь. Даже как-то удивительно. Но пять или шесть точно. И соединены они были общим проходом с кучей дверей, на границах сфер.

Они были друг от друга разделены толстыми железобетонными стенами, а между нами было просто огромное количество всякой аппаратуры, которая гудела, словно многомиллионный рой пчёл.

А вот центральная сфера была не такой большой. Может метров семь-восемь в диаметре.

– А это, Михаил, сердце нашей базы, – профессор указал на странную металлическую конструкцию, тоже в виде сферы, но образованная множеством колец, расположенных таким образом, что закрывали всё видимое пространство внутри.

Вся эта конструкция была обнесена толстым бронированным стеклом, которое по прочности не уступает алмазу. Верится, конечно, с трудом, но раз Владлен Богданович так сказал, то оно так и есть. Не верить ему у меня оснований не было.

– Подождите... – я чуть было дар речи не потерял от увиденного, – это что, сфера Дайсона?

– О! А вы хорошо осведомлены, юноша, – профессор аж расплывался в блаженной улыбке.

– Так это ж, невозможно!

– Кто это сказал? – старик хитро прищурился, – путешествие во времени тоже невозможно. Ведь так? Но оно есть.

Железный аргумент. И не поспоришь. Сфера Дайсона это лишь миф, теория, сказка. Так считают все учёные мира. И не только они.

Вообще, эта сфера предназначена для того, чтобы, находясь вокруг какой-то отдельно взятой звёзды, собирать и аккумулировать энергию солнечного света. Ну, во всяком случае, это именно так задумывалось.

Она, на самом деле, не обязательно должна иметь форму сферы. Точнее, форму целой сферы. Это может быть множество независимых колец, как в данном случае. Или отдельных элементов, типа спутников, экранов, или других равноудалённых от звезды объектов, образующих сферическую форму.

– Простите, профессор. А что внутри? Неужели, вы создали звезду? – честно говоря, я сам не верил в свои слова.

– Лучше. Мы создали "чёрную дыру".

Что, бл...?! Он сейчас издевается? Ладно, я бы ещё поверил про звезду. Ну, точнее что-то очень отдалённо похожее на неё. Особенно, если учитывать насколько далеко шагнула наша атомная наука, то это вполне вероятно.

Мы же научились управлять энергией деления атомов. Так почему бы и не научиться контролировать этот процесс так, что в итоге мы получим миниатюрное Солнце?

Профессор подошёл к панели управления и что-то там нажал. Конструкция из множества колец дрогнула и стала вращаться. Кольца выписывали странные траектории движения и складывались в одно огромное многослойное кольцо.

А в центре этого всего была совсем маленькая, я бы даже сказал, крошечная, чёрная точка.

– И это ваша чёрная дыра? – я чуть не заржал.

– Не стоит судить по размеру и тем более недооценивать её мощь, – возмутился профессор, – я уже как-то рассказывал о ней. Сингулярность там запредельная. И честно сказать, если что-то пойдёт не так, то эта "малютка" с лёгкостью поглотит нашу планету целиком.

Я даже отшатнулся от неё после этих слов. Не, ну они точно сумасшедшие. Создать такое, что может за пару мгновений уничтожить нашу планету. Психи!

Профессор снова что-то нажал, и сфера вновь пришла в движение, закрывая кольцами всё пространство вокруг.

– Горизонт событий у этой чёрной дыры мал, но очень нестабилен. Именно из-за его нестабильности, мы и экранировали черную дыру сферой Дайсона. Но, тем не менее, он даёт нам колоссальную энергию, благодаря которой мы и смогли воплотить в жизнь множество наших проектом, включая и проект "Аналемма". Пойдём.

Пока мы шли обратно, я просто охреневал над всем увиденным и услышанным. Профессор успел рассказать, как они пытались создать миниатюрную звезду, но получили чёрную дыру. Звезда оказалась менее стабильна, и из-за ошибки в расчётах, поглотила саму себя.

Но к счастью, процесс разрастания чёрной дыры и поглащения всего и вся, удалось остановить и стабилизировать. Хотя это и грозило гибелью нашей планете. Но обошлось.

Чем больше подробностей я узнавал, тем более чётче становилась картина. И сумасшедшие эксперименты и проекты, особенно связанные с путешествием во времени, становились вполне реальными.

Мы вернулись в то самое помещение, где пили чай и профессор снова продолжил делиться информацией.

– Помните, я говорил, что мир вокруг нас – иллюзия? Имитация. Так вот. Это действительно так. Мы, получив колоссальный и практически нескончаемый объём энергии, смогли просчитать некоторые вероятности, которые раньше могли только вообразить.

Так вот. Шанс того, что все необходимые условия, для зарождения человечества, да и всей жизни, на Земле, совпадут и дадут толчок для этого, настолько мал, что бесконечно приближен к нулю. Там такое микроскопическое число, что нам понадобится несколько минут, чтобы посчитать количество нолей, после запятой, до того, как появится первая единица.

А это значит, что "кто-то" или "что-то" намеренно создало все эти условия. Помните я вам рассказывал про электрон, который одновременно может проходить через два отверстия? Так вот, никакая аппаратура не смогла засечь этот процесс. Мы можем увидеть результат, но не процесс. А знаете почему?

– Почему? – если всё предыдущее время я молчал и слушал профессора, то сейчас не удержался и переспросил.

– Потому что вселенная защищается. Она никогда не допустит того, чтобы мы смогли разгадать то, что скрыто под этой иллюзией.

– А вы смогли?

– Конечно же нет. Но это не единственный такой момент, который мы не можем до сих пор хоть как-то объяснить, с научной точки зрения. Даже все известные квантовые теории тут бессильны. Мы, вероятнее всего, не сможем и на йоту приблизиться к разгадке.

– Профессор... Вы сказали, что это не единственная иллюзия. А есть и другие?

– Конечно есть. Вот, например. Вы когда-нибудь пробовали в тепловизор разглядеть пожар?

– Честно говоря, нет, – никогда об этом не задумывался, да и не надо мне было это.

– А вы как-нибудь попробуйте. Но чтобы вы поняли, куда смотреть, я вам объясню.

Профессор включил на экране телевизора запись лесного пожара, который снимали с вертолета при его тушении. А потом кто-то включил ночной режим тепловизора на камере. И я охренел. Это выглядело, словно портал. Или бездна в Ад. Ну реально.

Края портала колыхались в такт движению языков пламени, обозначая границы этого провала в земле. А вот всё, что было внутри этих границ, было похоже на чёрно-белую лаву, что медленно плыла под землёй на небольшой глубине. И это поражало.

И казалось, что ещё немного и можно разглядеть глубину этих стенок, что служили границами. Одновременно потрясающее и завораживающее зрелище.

– А знаете, почему так происходит? – решил добить меня Владлен Богданович.

Я лишь завороженно слушал его и не открывал взгляда от экрана с изображением. Профессор принял моё молчание за согласие и продолжил.

– А всё потому, мой друг, что огромная температура и инфракрасный спектр излучения, излучаемый пламенем, нарушает целостность этой самой иллюзии. Но разрушить окончательно – он её не может. И даже тут, вселенная, защищает свои тайны. Но, тем не менее, раз за разом, мы всё чаще находим подтверждение нашей гипотезе.

– Знаете, профессор, если бы я сам, своими собственными глазами, не увидел всё то, о чём вы мне сейчас рассказали, я бы подумал, что вы ярый сторонник очередной мифической теории заговора, – как на духу выпалил я, чем вызвал только улыбку на лице Владлена Богдановича.

– Именно! – что, простите? – именно так, мой друг. Но теория заговора не против нас. Наоборот. Кто-то очень хочет, чтобы мы не узнали правду. И всячески нас оберегает от этого.

Ага. Теория "праведного" заговора. Что-то новенькое. Порой безумных учёных не просто так называют – безумными. Они таковыми и являются. Наверное именно поэтому, раз в несколько лет, а то и десятилетий, мы нет-нет, да и совершаем очередной колоссальный скачок в развитии.

И тут два варианта. Либо их "учёность" настолько граничит с безумием, что уже давно является одним и тем же постулатом. Либо... кто-то нам в этом усердно помогает. Вопрос – кто? И зачем? Так, это уже два вопроса. Не суть.

– Я вас не утомил? – неожиданно сменил вектор атаки, профессор.

– Нет-нет, что вы. Мне, признаюсь честно, безумно интересно. И вот прям хочется взять, и совершить какое-нибудь безумное открытие. Давайте, что-нибудь этакое сотворим, а? – это что сейчас было? Это вообще я?

Владлен Богданович широко улыбнулся и загадочно потёр руки. Ему были по нраву мои слова. Он о чем-то немного поразмыслил и принял решение. Но его выражение со счастливого, резко сменилось на какое-то загадочное, я бы даже сказал – зловещее. Отчего мне резко перехотелось что-то там открывать или совершать. Тьфу-тьфу-тьфу!

– Ну, мой друг, удивили вы меня, честно слово. Хорошо. Так и быть! Пойдёмте!

Вот я дурак! Ну вот нахрена ляпнул, а? Теперь он от меня вообще не отстанет, пока я что-нибудь не открою, или пока меня не прибьёт в попытке это сделать.

– Профессор, у меня всего один вопрос. Позволите?

– Конечно. Задавайте.

– А что вы скажете про "парадокс убитого дедушки"? Это когда... – но меня перебили, не дав закончить.

– Михаил, я знаю что это такое. И скажу вам так – это чушь полнейшая. Знаете почему? Потому что вселенная хранит и эту тайну. Она просто не позволит вам совершить это действие, вот и всё.

– Вот так просто?

– Да. Так просто. Смиритесь с этим. А чтобы у вас не возникало этого вопроса впредь – мы пытались. Не вышло. Идём.

– Ну что ж, – начал профессор, когда мы покинули комнату и вышли в зал испытаний, – в прошлом вы уже были. Как насчёт того, чтобы заглянуть в будущее?

Глава 7

Мы пошли к нашим капсулам, в одной из которых, я совершал своё первое путешествие в прошлое. Профессор нажал несколько кнопок на панели управления, что была неподалеку и вся конструкция, вместе с огромным многогранным кольцом и капсулами, повернулась по кругу, на сто восемьдесят градусов. И теперь смотрела в противоположную сторону.

– Ну что ж, занимайте центральное место, – Владлен Богданович это сказал таким будничным и спокойным голосом, словно каждый день по десять раз к ряду, совершает подобные действия.

Я спорить не стал и полез в центральную капсулу. И вот тут я понял, почему в первый пробный полёт в прошлое, меня заставили одеть тот костюм. Потому что в обычной повседневной одежде, это нихрена не удобно. Везде, где были ремни, жмёт и зудит под одеждой. Но было поздно что-то менять и я решил, что пускай в этот раз будет именно так.

– Итак. Небольшие инструкции. Слушайте внимательно и запоминайте. Этот эксперимент тоже входит в часть проекта "Аналемма", но есть существенные отличия. Начнём с того, что называется он "Нулевой множетель".

Если в предыдущем эксперименте, когда вы находились во "Временной петле" вы видели один из бесконечного множества вариантов развития, и потом могли рассказать об различиях между реальными событиями и теми, которые увидели. То в данном случае – вы увидите реальную картину, а по возвращению будете проживать бесконечное множество других вариантов развития.

И говорить кому бы то ни было о том, что вы увидели – категорически запрещено! Даже намекать запрещено! И если вы, увидите что-то плохое или катастрофическое как для себя, так и для окружающего мира в целом, запрещено пытаться что-то изменить!

Будущее, как только его увидели, мгновенно меняется. Может оказаться и так, что вы увидели что-то хорошее, а по возвращению, будущее изменилось и произойдёт что-то ужасное. Вселенная строго хранит свои тайны. Запомните это! С этим всё понятно?

– Понятно, – нихрена не понятно, если честно.

– Далее, – продолжил профессор, – видите перед собой таймер? Он не просто так отсчитывает время назад. Как только вы переместить в будущее, на таймере увидите время. Засеките на своих часах. И как только время истечёт, вы должны в этот момент оказаться в капсуле. Иначе не вернётесь в настоящее. Запомните! И не нарушайте это правило.

Я, конечно же, сразу захотел отказаться от этого сомнительного эксперимента, но уже было поздно. Я уже в капсуле и я готов. Нет. Нихрена я не готов, но отступать не стану. Глупо? Ещё как! Но любопытство сильнее.

– Для начала, мы отправим вас на одни сутки вперёд. Счастливого пути.

Он это так сказал, как будто посадил меня на самолёт или поезд и отправил в отпуск на какой-нибудь курорт отдыхать. Поразительно, как он это легко делает.

Мне на голову водрузили шлем, закрыли капсулу и показали большой палец вверх, пожелав хорошего... Чего-то хорошего, в общем.

На таймере загорелись цифры, обозначающие одну минуту и кольцо начало движение, разгоняясь с каждой секундой всё быстрее. Только в этот раз, оно крутилось по часовой стрелке.

Скорость вращения увеличивалась, а время, как-будто наоборот, замедлилось. Мне даже показалось, что одна секунда превратилась сперва в две, потом в три, а потом в пять. А последняя секунда, так вообще растянулась в вечность.

Я смотрел на таймер не отрываясь. И даже не моргая. Боялся пропустить момент.

И вот, на таймере загорелись одни нули, а кольцо, что вращалось с бешеной скоростью, за какое-то мгновение просто резко остановилось и замерло. А на его вершине, там где от скорости вращения, цветные метки сливались в изображение знака бесконечности, этот знак замер. Словно всегда был там нарисован.

Таймер очередной раз мигнул и на нём появился отчёт обратного времени. Мои сутки в будущем начались.

Я тут же настроил свои часы так, чтобы они на десять минут меньше времени показывали, чтобы был запас. Мало ли, где я в этот момент могу оказаться, чтобы успеть вернуться в капсулу. Думать о том, что произойдёт, если я не окажусь в нужном месте в нужное время, я не стал.

Крышка капсулы открылась. С меня сняли шлем и отцепили ремни. И я с огромным удовольствием вылез наружу. Но почему-то было такое чувство, что я целые сутки так и просидел неподвижно и всё тело затекло.

– О, Михаил. Вы уже освободились, – улыбнулся мне профессор, который ещё несколько минут назад провожал меня в будущее, – как себя чувствуете?

– Нормально. Только тело немного затекло, – соврал я, потому что тело затекло просто неимоверно. А ещё очень сильно хотелось жрать.

– Прекрасно. Тогда идите на обед, а потом мы с вами поговорим. Хорошо?

– Да, конечно, – ага, хрен тебе, а не поговорим. Сам же сказал, никому ничего не рассказывать.

Я спустился с импровизированной сцены, на которой располагалась вся конструкция, дружелюбно кивнул улыбающемуся профессору и пошёл к себе.

По пути я внимательно всё и всех разглядывал, стараясь максимально запомнить все мелочи. Чтобы по возвращению, сопоставить, насколько будущее изменится.

До своей, ну как до своей, до нашей с Тайей, комнаты я добрался достаточно быстро. Сгонял в душ, не знаю зачем. И решил пообедать.

В душе я был от силы пять минут, а когда вышел, то на столе уже был накрыт обед на две персоны. И когда только успели?

Я быстро сходил в свою часть комнаты. Разложил умывательные принадлежности, переодел футболку и пошёл обедать.

Как только вышел, обнаружил, что за столом уже сидит Тайя и доедает свой обед.

– Не понял? – когда она успела уже?

– Это типа вместо привет? – возмутилась девушка, жуя какую-то булочку и запивая чаем, – странный ты, Миша.

– Прости, – и правда, чего это я? – привет. Приятного аппетита.

– Фпафибо, – пробубнила она в ответ.

Я сел напротив и тоже принялся поглашать свой обед. На первое был куриный суп. Наваристый и вкусный. Я даже не заметил, как проглотил целую тарелку. А она была вообще немаленькая. На литр, не меньше.

– Слушай, – я обратился к девушке, даже не поднимая головы, – а что вчера произошло? И почему у меня губа разбита?

Ответом мне была тишина. Она что, меня игнорит? Я поднял голову и охренел. За столом напротив было пусто. Вот вообще. Ни девушки, ни тарелок, ни вообще какого-либо её присутствия целую секунду назад.

– Что за хрень?

– А? – раздался голос из ванной комнаты, – ты что-то сказал?

– Что? Как? А? – я сидел и жёстко так тупил.

Когда она успела встать из-за стола, убрать за собой и пройти мимо меня незамеченной в душ? Я вообще нихрена не понимал. Что происходит?

Я машинально взглянул на часы, а два часа времени из отведённых суток, как ветром сдуло. Что за на...? Как так-то вообще? Я пребывал в некоей прострации. Вокруг меня творилась несусветная хрень, а я ничего при этом не понимал.

Ладно, разберусь позже, надо сперва пообедать. Я взял ложку... Ага, два раза. В руке оказалось пусто. Как и на столе. Э?! Где мой обед?!

Вот сейчас стало реально непонятно. И даже немного ссыкотно. Я снова посмотрел на часы – ещё минус час.

– Твою мать! – ну как тут не материться?

– Ты чего ругаешься? Я почти готова, ещё минуточку и я выхожу, – раздался голос девушки из... Спальни!

А буквально через несколько секунд, оттуда вышла Тайя. Причём одета она была, как-будто собралась на свидание. Что за?

Я снова посмотрел на часы. Ещё минус три часа? Да, звездец! Куда время-то исчезает?! Но стоило мне поднять взгляд обратно, как передо мной развернулась ещё более странная картина.

– Козёл! – безапелляционно заявила растрёпанная, заплаканная девушка, сидя за столом, и... икнула?

– Ты что, пьяная? – судя по её состоянию, она просто вдрабадан.

– Ко...ко... Ко-еш-но я пяная... – она еле слова могла связать, – я тыи часа тепя ждала. Ко... Ко... Козёл! Ик! О-о-й...

Взгляд на время – осталось семь часов до возвращения. Ох-ре-неть! Взгляд назад. Тайя уже спит, облакотившись на стол. Под столом несколько бутылок из-под всякого рода алкоголя. Вокруг разбросаны столовые приборы и разбито несколько тарелок.

– Твою ж мать... – тихо выругался я.

Потом аккуратно поднял и взял девушку на руки и понёс её к ней в спальню. Нельзя было её оставлять тут в таком виде. Аккуратно уложил на постель.

Подумал, и хотел снять с неё неудобное платье и укрыть. Но не стал. Не хочу, чтобы она потом про меня плохо думала. Поэтому решил просто укрыть одеялом.

Наклонился через спящую девушку и схватил рукой за край покрывала, а когда разогнулся назад и потянул покрывало на себя, чтобы её укрыть... То обнаружил, что Тайя сидит на своей кровати в одном нижнем белье и игриво так стреляет глазками. При этом уже успев когда-то стянуть с меня штаны.

– А? – я настолько охренел от происходящего, что просто открыл рот и так и стоял.

– Не переживай, милый, я всё сделаю сама... – она заигрывающе улыбнулась и принялась дальше ликвидировать мою одежду.

Я на всякий случай посмотрел на часы .. дебил! Полчаса осталось до возвращения! Окинул себя взглядом, обнаружил, что ниже пояса ничего не обнаружил... Я про одежду. Быстро похватал свои пожитки, оделся и бегом ломанулся обратно в зал для испытаний.

– Как-то ты странно выглядишь, Михаил, – проводил меня удивлённым взглядом, профессор.

Но я лишь отмахнулся от него и пулей залетел в капсулу. Наскоро зацепил и защёлкнул ремни. Одел шлем и захлопнул крышку.

На таймере, что висел перед глазами оставалось десять минут, и время медленно утекало, приближая момент возвращения. Запищали часы на руке. Я быстро взглянул на них и выключил сигнал оповещения. А когда поднял глаза, то увидел, как таймер отсчитал последнюю секунду. Ноль.

Короткая вспышка. Вижу, как кольцо начинает крутиться всё медленнее, очень быстро теряя скорость вращения. А через несколько секунд, и вовсе остановилось.

Крышка капсулы открылась. С меня сняли шлем и отцепили ремни. И я с огромным удовольствием вылез наружу. Но почему-то было такое чувство, что я целые сутки так и просидел неподвижно и всё тело затекло.

– О, Михаил. Вы уже освободились, – улыбнулся мне профессор, который ещё несколько минут назад провожал меня в будущее, – как себя чувствуете?

– Но... нормально всё... вроде. Тело затекло, – соврал я, потому что чувствовал себя крайне дерьмово. А ещё очень сильно хотелось жрать.

– Вид у тебя, какой-то не очень. Знаешь что, сходи-ка ты пообедай как следует. А уж потом и поговорим. Хорошо?

– Да, конечно, – ага, хрен тебе, а не поговорим. Сам же сказал, никому ничего не рассказывать.

Пока профессор занялся своими делами, я начал активно вертеть головой по сторонам, стараясь заметить какие-нибудь изменения.

Будущее я увидел. Целые сутки. Хотя, кого я обманываю? Я видел только какие-то моменты и огрызки. А время утекло с бешеной скоростью. Это если в течении суток происходят "временные" провалы и скачки от нескольких минут, до нескольких часов. Тогда что будет, если отправиться, например, на неделю? Два раза моргнул – и три дня мимо? Так получается?

Я пошел в... В нашу с Тайей комнату. Плохо было то, что я никому не мог рассказать то, что увидел. Профессор же сам запретил это делать. А ещё хуже, что я даже не могу у него спросить, почему так произошло? И что это за хрень вообще была? Что-то мне такое "кратковременное" будущее вообще не нравится.

Зашёл в общую комнату. Никого.

– Тай? – тишина, – Тайя?

Опять тишина. Походу её нету. Или спит. Постучался к ней в комнату – тишина. Ещё раз, но сильнее. Опять тихо. Значит нету. Хорошо. Нужно быстро сгонять в душ и пожрать.

В душе я был от силы пять минут, а когда вышел, то на столе уже был накрыт обед на две персоны. И когда только успели? И за столом сидит Тая.

– А? – твою ж мать!

Неужели опять провалы во времени? Что-то мне это нравится ещё меньше. На часы я побоялся посмотреть. Все прошлые разы заканчивались "временными" аномалиями.

– Это типа вместо привет? – возмутилась девушка, зачерпнула ложкой суп и смачно хлебнула его, – странный ты, Миша.

– Прости, – и правда, чего это я? – привет. Приятного аппетита.

– Фпафибо, – пробубнила она в ответ.

Я сел напротив. Несколько секунд смотрел как она с аппетитом хлебает свежий суп и тоже принялся поглашать свой обед. Суп был куриный. Наваристый и вкусный, а ещё горячий. Я даже не заметил, как проглотил целую тарелку. А она была вообще немаленькая. На литр, не меньше.

– Слушай, – я обратился к девушке, даже не поднимая головы, – а что вчера произошло? И почему у меня губа разбита?

Тишина.

– Кха! – подавился я, и медленно начал поднимать глаза, готовый к отсутствию девушки напротив.

Но, слава Богу, она просто сидела молча, уперев руки в боки и дулась на меня. Фух! Ну хоть не исчезла. Мы сверлили друг друга взглядом. А потом...

– А-ха-ха-ха! – рассмеялась она, – ты что, правда ничего не помнишь?

– Неа...

– А-ха-ха! Тебя вырубило с одной стопки! Ха-ха. И ты просто лбом ударился об стол. А-ха-ха! Ой, не могу! Представляешь? Вон, у тебя шишка до сих пор на лбу. А-ха-ха! Умора. – девушка смеялась от души и периодически меня подкалывала.

– Допустим... А губа-то тут причём?

– Ой! Прости. А это я тебе втащила! А-ха-ха-ха!

– Что-о-о? – за что? И вообще...

Тайя уже потихоньку сползала под стол и смеялась так, что уже держалась за живот, иногда вытирая слёзы. Честно говоря, я толком не понимал её веселья.

– Фу-у-у... – наконец, успокоилась она, и руками помахала на свои глаза, пытаясь таким образом высушить, выступившие от смеха, слёзы, – фух! Не, я тебя бить не стала. Прости, не удержалась. Ой! Короче, ты выпил стопку, воткнул вилку в салат и мгновенно вырубился. Ударился головой о тарелку и разбил её.

– Я тарелку разбил? Лбом? – я потрогал шишку рукой... Ну да, вполне мог, – так это я об тарелку порезался что ли?

– Нет. Это ты об кровать разбил.

– Что, бл...?!

– А-ха-ха-ха!!! – бедная Тайя, она окончательно сползла на пол и уже там валялась и ржала во весь голос. А я сидел и тупил. Охренеть, у меня приключения.

Пока она там ржала как маленькая лошадка, я успел разделаться со своим обедом и даже попил чаю. Вынырнула она из-под стола только минут через десять.

– Фу-у-у-у-у... Ну Миша, ну насмешил. Я так сто лет не смеялась. Если смех продлевает жизнь, то я бессмертна стану с тобой. Фу-у-у...

Она кое-как успокоилась. Правда ещё целых пять минут не могла нормально поесть и периодически хихикала. А я терпеливо ждал продолжения рассказа.

– Короче. Ты лбом бац. Тарелка хрясь. Я её аккуратно собрала и выкинула. Поужинала под твой богатырский сон и храп. Убрала бутылку обратно. И решила, что тебя надо как-то дотащить до кровати. Не спать же тебе, в самом деле на столе... За столом... Под ним. Хи-хи, – она кое-как удержала очередную истерику, собралась, выдохнула и продолжила, – так вот. Ну и тяжёлый ты, между прочим. Вот. Значит, я подхватила тебя под руку и потащила в комнату. А когда мы начали проходить через дверь, ты запнулся ногой за стену.

– Я? – мои глаза чуть из орбит не выпали.

– Ага.

– Запнулся?

– Ну.

– За стену?

– Ну да.

– Во сне?

– А-ха-ха-ха!!! – всё-таки она не выдержала.

В этот раз я ждал окончания её смехо-марафона почти двадцать минут. За это время можно в магазин сходить. Не знаю, чаю ещё раз попить. Пожрать приготовить. Да, писец, целую кучу дел переделать можно, пока она смеялась.

После того, как она очередной раз успокоилась и вытерла слёзы, она ещё несколько минут не могла взять себя в руки и продолжить рассказ.

– Короче. Споткнулся. Упал...

– Очнулся, гипс? – я уже сам не выдержал...

– А-ха-ха-ха!!! – это мы уже ржали вдвоём.

В общем, я выяснил, что упали мы вдвоём. И я не очень удачно. Хотя, скорее наоборот, удачно. Потому как, разбил только губу об деревянную спинку, а не проломил себя череп. Тайя кое-как смогла затащить моё бессознательное тело на кровать. И ещё минут пятнадцать сидела рядом, вытирая разбитую губу, чтобы я кровью не заляпал всю кровать. А потом ушла спать.

Мда... Весело.

– Слушай, – вдруг прервала мои мысли девушка, – а давай сегодня устроим небольшую тусовку, а?

– Э-э... Давай. А что, у вас тут есть куда сходить потусить? – я конечно сильно в этом сомневался, но мало ли.

– Конечно нет. Откуда? Просто накроем ужин, оденемся красиво. Включим музыку, потанцуем. Выпьем... У нас, – заметьте, она сказала «у нас», а не «у тебя», то есть меня, – есть почти целая бутылка двенадцатилетнего виски. Если, конечно, ты опять с одной стопки не вырубишься. Хи-хи.

– Не смей! – я остановил её жестом, в попытке прекратить очередную смехо-терапию, – нет. Нет. Нет!

Тайя так и сидела, закрыв рот и надув щёки, пытаясь удержать очередной смешок. И с каждым моим «нет» она становилась всё более красная от напряжения и раздувала щёки ещё сильнее. Не судьба...

– А-ха-ха-ха!!! – прорвало.

Глава 8

В общем, договорились на двадцать ноль-ноль. Я после обеда сходил к профессору. Мы с ним пообщались весьма конструктивно. Обсудили планы на ближайший месяц. Он пообещал мне прислать план-расписание на это время, а я должен был отметить какие дни и время мне удобнее всего этим заниматься.

К слову сказать, такой подход мне очень понравился. Участие в проекте было увлекательным. И не принуждало меня, как непосредственного участника, сутки напролёт заниматься этими делами, чтобы, через этот самый месяц, сдохнуть как лошадь.

Кроме того, было достаточно много свободного времени. Плюс, отдельной графой, значилось рекомендуемое время на изучение нужной и полезной, в плане этого проекта и всех возможно последующих, литературы. Ещё было указанно обязательное время, один час в день, посещать спортзал. Время для тренировок, я мог выбирать сам.

Согласовали некоторые моменты и оба остались очень довольны. Я прям сегодня начал выполнять этот план, и на час сходил в спортзал.

Помещение спортзала оказалось в соседнем строении. Попасть туда можно было по длинному тоннелю. Только почему-то он проходил под землёй. Спортзал был стандартный. Куча железа, тренажёров, беговых дорожек и прочей атрибутики. Ещё, как оказалось, там был бассейн и сауна. Вот это сервис! Вот это я понимаю.

Причём оказалось, что туда ходит почти девяносто пять процентов всего персонала базы. Не ходят только те, кто не допущен по здоровью.

Тайя тоже ходила туда. Но она в основном посещала бассейн. Это точно не для меня, ибо я плаваю как топор. Красиво, грациозно... Но по дну.

К назначенному времени нам принесли ужин. Оказывается его можно заказывать на определенное время. А ещё, можно заказать не только то, что есть в меню. И вообще. Тут есть целая столовая, куда все ходят на приёмы пищи. И только для участников проекта, и ещё группы людей, всю еду доставляют прямо в комнату проживания. Очень удобно.

Вот только на счёт оплаты я не узнал. Но вроде как, стоимость доставки, как и сама функция, входят в бесплатный пакет услуг. Там ещё было несколько пунктов. А вот всё остальное – было платное. И вычиталось из оплаты сотрудника, в конце месяца.

Оказалось, что я тоже числился сотрудником этой базы. Но уровень привилегий у меня был один из самых высоких. Ну и заработная плата достойная. Это меня радовало.

Ужин принесли и оставили на столе. А так как девушка до сих пор наводила марафет, я принялся сервировать наш стол. Уронил вилку. Блин, нам точно никого не надо в гости. Полез поднимать и, когда вставал, ударился головой о стол.

– Твою мать! – ну как тут не материться?

– Ты чего ругаешься? Я почти готова, ещё минуточку и я выхожу, – раздался голос девушки из её спальни.

А буквально через несколько секунд, оттуда вышла Тайя. Причём одета она была, как-будто собралась на свидание. Шикарное платье. Прическа и скромный макияж. Я даже залюбовался. Хороша.

– О! Мадам, – решил я немного поухаживать за ней, – вы выглядите просто обворожительно.

Изобразил, что я поражён её красотой, и галантно предложил ей свой локоть.

– Благодарю вас, сударь. Но смею вас разочаровать. Я ещё мад... мам... музель, короче.

– А-ха-ха!!! – отличное начало вечера.

Светский раут не удался с первых же секунд. Да и, какой раут, если я в треко и водолазке? У меня другой одежды то и нет. И не купить её тут. Уж не знаю, где Тайя взяла это вечернее платье, но скорее всего, с собой привезла.

Мы немного перекусили. Выпили по пять капель. К счастью, я не отрубился и не разбил очередную тарелку лбом. Потом включили музыку и немного потанцевали. В общем хорошо проводили время.

И честно говоря, я так и не понял, кто и кого "привязывал" в эксперименте "Дружба"? Она меня? Или я её? Или это обоюдное явление? Но нам было пофигу. Нам было хорошо и весело вдвоём.

– Козёл! – безапелляционно заявила растрёпанная, заплаканная девушка, сидя за столом, и икнула.

– Ты что, пьяная? – судя по её состоянию, она просто вдрабадан, хотя выпили мы немного.

– Ко...ко... Ко-еш-но я пяная... – она еле слова могла связать, – я тыи часа его ждала. П...етсталяешь? Тьи... А он... Ко... Ко... Козёл! Вот! Ик! О-о-й...

Взгляд на время. Охренеть. Мы семь часов уже сидим. Взгляд на Тайю, а она уже спит, облакотившись на стол. Под столом стоит бутылока из-под двенадцатилетнего алкоголя. Вокруг разбросаны столовые приборы и разбито несколько тарелок.

– Твою ж мать... – тихо выругался я.

Решил, что пора заканчивать этот вечер. Я аккуратно поднял и взял девушку на руки и понёс её к ней в спальню. Нельзя было её оставлять тут в таком виде. Аккуратно уложил на постель.

Подумал, что надо бы снять с неё неудобное платье и укрыть. Но не стал. Не хочу, чтобы она потом про меня плохо думала. Поэтому решил просто укрыть одеялом.

Наклонился через спящую девушку и схватил рукой за край покрывала, а когда разогнулся назад и потянул покрывало на себя, чтобы её укрыть... То обнаружил, что Тайя лежит и смотрит на меня, игриво так стреляя глазками.

– А? – я настолько охренел от происходящего, что просто открыл рот и так и стоял.

– Миша... Ик! Ты такой... милый. Ик! – она погладила меня рукой по щеке, – я сама... – и мгновенно уснула.

Фух! Ну слава Богу. Я всё же аккуратно укрыл её и пошёл наводить порядок. Собрал разбитые тарелки, подмёл, помыл посуду и собрал её в стопку. Утром разберусь... Половина этой посуды была местная, из комнаты, а половину принесли нам с готовыми блюдами. Утром... Всё, утром.

Взял умывательные принадлежности и пошёл в душ. Надо сполоснуться и смыть уже с себя этот день. Слишком уж он долгий.

Я стоял под горячими струями и наслаждался моментом. Да уж... От этих чёртовых экспериментов, крыша поедет. И ладно бы в прошлое на неделю смотался... Там как-то всё привычнее было. А тут, будущее. И вот непонятно, какая версия была лучше? Та, что я увидел и прожил какими-то флэш-бэками? Или та, что я прожил реально?

Да, несомненно очень многие моменты отличались. Причём очень кардинально. Но какие-то были схожи, почти неотличимы. Тогда возникает вопрос. Может те сутки, что я прожил во время нового эксперимента, были реальными? А сейчас лишь вариация? Одна из бесконечного множества?

Хотя нет. Всё верно. В прошлом, я сперва прожил, а потом увидел. А в будущем – сперва увидел, а потом прожил. Да, наверное всё же эти сутки реальны.

В голове всплыл момент, когда Тайя каким-то образом успела стянуть с меня штаны... В голове тут же каскадом заплясали всякого рода мысли. Но я даже не стал их прогонять. Иногда нужно вот так, просто помечтать.

Но и с другой стороны, я очень рад, что ничего у нас не произошло. Нет, я не моралист, чтобы терзаться какими-то угрызениями совести, что мол воспользовался состоянием девушки. У меня было несколько подобных случаев, но там в основном, я был в таком состоянии. И девушки пользовались мной. Но я их не виню за это. Было и было.

Ладно, пора спать. Завтра в восемь утра уже нужно быть на месте.

Я выключил воду. Постоял ещё какое-то время, пока вода сама сольётся с меня. Послушал падение одиноких капель на кафельный пол. Даже поймал себя на мысли, что мне начинает нравиться такая жизнь. Вытерся полотенцем и замотал его на поясе. Тайя всё равно спит, так что меня в таком виде никто в общей комнате не застукает.

Аккуратно выглянул из ванной комнаты. Никого. Отлично. Тихонько прошлёпал в свою комнату. Кинул взгляд на окно. Хоть за ним и был сейчас полярный день, но хитрая система жалюзи, надёжно закрывала окно, предотвращая попадание света в помещение.

Как-то раз я был в очередной экспедиции в Архангельске. Летом. Вы не представляете, какое это мучение – белые ночи. Ужас просто. Я за ту неделю, толком не спал. Ну не могу я спать, когда светло. К огромному моему сожалению, в гостинице, где мы остановились, шторы блэкаут не были предусмотрены. Я всё проклял тогда.

И я сейчас искренне радовался тому, что тут эту проблему решили кардинально. Я толкнул дверь в свою комнату и успел сделать только один шаг...

– Твою мать... – очень тихо выругался я.

На моей кровати, в позе морской звезды, сладко дрыхла Тайя, пуская слюни на мою подушку. Зараза! И когда она успела?

– Вот, блин...

Я закрыл дверь обратно. И пошёл спать в её комнату. Не знаю, как она в таком состоянии смогла переползти в мою комнату, при этом, она ещё переоделась в пижамный комплект. Вы представляете? Я – нет.

В комнату девушки я заглядывал с опаской. Я боялся, что, открыв дверь, обнаружу девушку, спящей в свой кровати. Там, где я её в прошлый раз оставил, заботливо укрыв покрывалом.

К счастью, инфаркт у меня не случился, потому что кровать была пуста. Я облегчённо выдохнул, скинул полотенце, повесив его на спинку стула, натянул новое бельё и упал спать. Слишком длинный день... Слишком... Я отрубился.

* * *

– А-а-а-а!

Вот так началось моё утро. Хоть я вчера почти и не пил, а всё вылакала Тайя, проснулся я, словно разбитое корыто. Да ещё от такой сирены.

Следом за воплем в меня полетела подушка. Хорошо хоть ничего другого, более тяжёлого.

– Ты охренел?! – раздался возмущённый возглас моей соседки. Пришлось открыть глаза.

Девушка, судя по халату, только что вернулась из душа. И судя по цвету халата, это был мой халат. А тут я. Сплю в её кровати.

– Доброе утро, – я попытался состряпать улыбку, – ты чего так кричишь?

– Миша! Ты охренел, а?! Ты что делаешь в моей кровати? Ты вообще как тут оказался? Совсем охренел? Вот так и знала, что не нужно было с тобой пить. Совсем совести у тебя нет! – она сейчас серьёзно?

– Погоди. Не кричи... – блин, странно как-то... Пила она, а похмелье у меня. Это как так? – а ничего, что ты спала в моей кровати, а?

– Кто-о-о? Я? – она реально удивилась.

– Да, ты. И вообще-то, это мой халат, – я ткнул пальцем в сторону её, точнее моего, предмета гардероба.

Девушка опустила удивлённый взгляд на себя. Потом посмотрела на меня. Ещё раз на халат... А потом так густо залилась красной краской, что ей любой спелый томат на грядке позавидует.

– Прости... – тихо сказала она, растеряв весь свой пыл.

– Ничего страшного... Я в душ. Так что... извини, придется взять твой халат.

– Угу... – смущённо и всё ещё краснея от стыда, пробубнила Тайя и, открыв шкаф с вещами, достала оттуда "свой" халат.

Мда уж... Весело посидели. Я взял её халат, который мне был явно мал, и направился приводить себя в порядок.

За завтраком девушка всё ещё смущённо молчала и постоянно прятала виноватый взгляд.

Как потом выяснилось, она проснулась и, даже не открывая глаз, нащупала халат в шкафу, взяла его и пошла в душ. Ладно, я ещё понял тот момент, что комнаты одинаковые, и она могла просто на автомате взять мою вещь, считая её своей.

Но вот другой момент. Как она попала в ванную комнату, и не заметила, что идёт туда не тем маршрутом. Чтобы попасть в ванную из её спальни, нужно всю общую комнату пересечь по диагонали. А из моей спальни – выйти, повернуть налево, потом ещё раз налево и вот она ванная.

Оказалось, что она кое-как дошла до стола, где нашла бутылку с водой, выхлебала её почти полностью и уже оттуда пошла в душ. Путь от стола до нужной двери всегда один и тот же. Значит она просто где-то пропустила момент, как дошла до стола.

А уже из душа, она уверенной походкой направилась в свою спальню, а тут я. Самым наглым образом сплю в её кровати.

Вот кому расскажи – не поверят. Смех, да и только. В общем, вечер прошёл хорошо. Мы отдуши насмеялись, потом посидели, немного, я по крайней мере, выпили. Потом кто-то, не будем показывать пальцем, накидался, потом наревелся. Да ещё и спать умудрилась лечь, дважды. Один раз даже в мою кровать. Хорошее начало, для любовного романа.

Но у меня к девушке не было никаких претензий. Разве что, халат у неё маленький, и она долго ржала надо мной, когда я выходил из душа. При этом при всём, мы были всего лишь напарниками, правда ещё ни разу вместе не работали. Ну, если не считать той подставы. Никто никому ничего не должен, и это прекрасно.

После завтрака мы вместе отправились в зал испытаний. Посмотрим, что для нас приготовил сегодня Владлен Богданович.

Профессор, как всегда, был занят чем-то интересным и даже не сразу заметил наш приход.

– А, вот и мои экспериментаторы. Доброе утро.

– Доброе.

– Здравствуйте, Владлен Богданович, – поздоровались мы дружно.

– У нас сегодня очень интересный эксперимент, знаете ли. Хотите расскажу? – он так хитро прищурился, как будто у нас был выбор отказаться, – пойдёмте, за чашечкой чаю всё вам расскажу. Вам понравится.

Если Тайя сразу как-то оживилась, мгновенно позабыв про утренний инцидент. То я, наоборот, напрягся. Видимо сказывался малый опыт. Хотя, на самом деле, я даже не знал, какой опыт у Тайи. Может ещё меньше, чем у меня.

Мы разместились всё в том же помещении где и всегда. Налили чаю и приготовились слушать профессора.

– Итак, друзья. Сегодня ночью, меня посетила очень интересная идея. Сегодня мы проведём квадро-эксперимент.

– Какой? – переспросил я, потому как боялся, что ослышался.

– Квадро. То бишь – четыре, – профессор довольно потёр руки, – итак. Вы оба будете одновременно отправлены в разные временные направления. Михаил – ты в прошлое. А ты, Тайя – в будущее. Ровно на одни сутки. А по возвращению, тут же будете отправлены в противоположные стороны. Тайя в прошлое, а ты в будущее. И тоже, ровно на сутки. Здорово, правда?

Что-то мне подсказывает, что это будет совершенно не здорово. Вот, прям жопой чую. Но пытаться переубедить профессора... Я даже пробовать не стану.

– А в чём суть эксперимента такого? Квадро... – я максимально добавил скепсиса в голос. Даже не знаю зачем...

– А! А вот тут, самое интересное, друзья. Итак, какой основной принцип путешествия в прошлое? Тайя?

– Всё до мелочей рассказать или зафиксировать, чтобы определить "разность" реальностей, – чё это она такая умная?

– Молодец. А принцип путешествия в будущее? Михаил?

– Молчать, как рыба об лёд. И не предпринимать никаких попыток изменить будущее, – я тоже умный.

– Абсолютно верно. Но! Сегодня, в рамках нашего эксперимента "Квадро" мы, точнее вы, нарушите все основные, и не только, принципы.

– А... – Тайя хотела что-то сказать, но лишь открыла рот и так и стояла. Я скромно промолчал.

– Итак. Ваша задача, не только нарушать все основные принципы путешествия во времени, но и тщательно фиксировать это. Можно на бумагу, или на плёнку. Можно и запомнить, а потом всё рассказать друг другу. Но! Только друг другу! Другим – нельзя! После чего провести анализ и сделать выводы. А уж потом вы сами решите – рассказывать мне об этом или нет.

– Профессор, простите. А это зачем? – мне просто любопытно.

– Это исключительно, ради научного эксперимента, не более. Как вы сами знаете, прошлое уже не изменится, а будущее – изменится само. Так что, тут у вас полный полёт фантазии. Только попрошу – вернуться живыми. Жи-вы-ми! Это понятно?

Конечно понятно. Чего уж непонятного? Да всё, нахрен непонятно! Пардон. Психанул.

Дальше мы сидели молча. Допили чай и отправились к нашим капсулам. Правда, предварительно, мы сходили и переоделись в специальные костюмы. Прошлый опыт, во всяком случае для меня, показал, что в нём намного удобнее. А для Тайи... Мне вот например очень нравится её фигура в этом костюме. А ей, походу нравится, что я смотрю и мне нравится её фигура в костюме.

Мы залезли в свои капсулы. В этот раз, наши капсулы стояли друг напротив друга, касаясь правыми бортами. Нам надели шлема́ и закрыли крышки. Перед глазами вспыхнул таймер обратного отсчёта, равный одной минуте. Всё как и раньше.

Кольцо стало набирать обороты. Надо какое-нибудь другое название что ли придумать. А то 'кольцо' как-то не звучит. Может маховик? Точно. Маховик времени. Отличное название. Надо будет запатентовать.

Таймер отсчитывал секунды до перехода. В этот раз я поставил ровно сутки на часах. Не знаю, почему именно так, но в прошлый раз были какие-то странный временный скачки. Может как раз из-за разницы во времени? Интересная теория. Стоит попробовать.

Пока я над этим размышлял, таймер уже был на десяти секундах, и я мысленно начал отчёт.

«Три... Два... Один... Ноль... – таймер показал ноль, маховик замер, – новые вчерашние сутки начались».

Глава 9

Крышка капсулы открылась. С меня сняли шлем и отцепили ремни. И я с огромным удовольствием вылез наружу. Но почему-то было такое чувство, что я целую неделю так и просидел неподвижно и всё тело затекло.

– О, Михаил. Вы уже освободились, – улыбнулся мне профессор, который ещё несколько минут назад провожал меня в прошлое, – как себя чувствуете?

– Хреново, если честно. Тело затекло и жрать хочу как не в себя, – я даже ни грамма не соврал, потому что чувствовал себя действительно дерьмово. Странно как-то. Походу стоит делать перерывы в несколько дней.

– Да. Вид у тебя и правда не очень. Знаешь что, сходи-ка ты пообедай как следует. А уж потом и поговорим. Хорошо?

– Нет, конечно, – ага, хрен тебе, а не поговорим, – вы же сами сказали, никому ничего не рассказывать.

– И то верно. Хорошо, иди. Но обязательно поешь.

В этот раз я наплевал на всё и всех и просто пошёл к себе. В нашем блоке было пусто. Тайя где-то шлялась, а я пошёл в душ. Теперь понятно, почему я в него постоянно хожу. Да потому что я уже в третий раз переживаю этот день.

Сперва он был моим будущим, потом настоящим, а теперь прошлым. Так и шизу недолго поймать.

Пять минут на душ. Я замотался полотенцем и вышел. Тайя сидела за столом и обедала. А когда она меня увидела, я приветливо помахал ей рукой. Всё-таки она мне нравилась. Хоть какое-то светлое пятно в этом сумасшедшем мире.

Но вот рукой-то я ей зря помахал. Полотенце тут же слетело, оголяя меня.

– Это типа вместо привет? – удивилась девушка, и даже не возмутилась. Зачерпнула ложкой суп и смачно хлебнула его, – а ты ничего, Миша.

– Прости, – и правда, чего это я? – привет. Приятного аппетита.

– Ага. Спасибо, – игриво стрельнула глазками она в ответ.

Я быстро поднял полотенце. Несколько секунд смотрел как она с аппетитом хлебает свежий суп, при этом не отрывая от меня игривый взгляд. Я тоже хотел сожрать свой обед. Но сперва нужно было одеться. Я постарался прикрыть все стратегические объекты своего тела, и быстро исчез в своей комнате.

Быстро оделся и вышел.

– Слушай, – тут же девушка взяла инициативу в свои руки, – а давай сегодня устроим свидание, а?

– Что? – я даже на пару секунд растерялся, – хорошо, давай. А с чего это вдруг?

– Как это с чего? Тут же всё очевидно. Накроем ужин, оденемся красиво. Включим музыку, потанцуем. Выпьем. Прелюдия и все дела. У нас есть почти целая бутылка двенадцатилетнего виски.

Вот это поворот. И почему это... Ну, всё, что сейчас происходит – это именно "прошлое"? Почему нельзя было это сделать в будущем? А потом ещё разок в настоящем? А потом ещё разок в прошлом? Где я успел просрать этот приятный день?

Тайя так и сидела, и игриво стреляла глазками. Походу эксперимент "Дружба" удался на славу.

А чего? Она мне нравится. И, по всей видимости, я ей тоже. Да и мы оба как бы не против. Так чего ломаться, то?

Она ещё раз осмотрела меня, остановив взгляд на том месте, с которого слетело полотенце и как-то хищно улыбнулась. Закусила нижнюю губу и даже слегка покраснела. Судьба...

– Хи-хи... – тихонечко, сама с собой, хихикнула девушка.

Всё началось в двадцать ноль-ноль. К профессору я так и не сходил. Я итак знал, что и как мы с ним обсудим и к каким выводам и решениям придём. Это время я хотел потратить на подготовку к ужину, но не вышло.

К назначенному времени нам принесли ужин и оставили на столе. Я принялся сервировать наш стол. Уронил вилку и ударился головой о стол.

– Твою мать! – ну как тут не материться?

– Ты чего ругаешься? Я почти готова, ещё минуточку и я выхожу, – раздался голос девушки из её спальни.

Через несколько секунд, оттуда вышла Тайя. Одета она была точно не для свидания. Максимально короткое платье. Распущенные волосы и яркий макияж. А она знает, как произвести впечатление! Ух! Хороша, чертовка.

– Шикарно выглядишь, – сделал я комплимент.

– Я знаю. Наливай, – вот прям так сразу?

И честно говоря, я так и не понял, кто и кого "привязывал" в эксперименте "Дружба"? Она меня? Или я её? Или это обоюдное явление? Но это был лучший эксперимент в моей жизни. И мы планировали отлично провести время вместе.

Я налил. Мы тут же выпили. И на этом всё. Ужин закончился не успев даже начаться.

Вместо этого мы мгновенно переместились в горизонтальную плоскость. А потом на стол, и смели от туда всё к чертям. Кроме виски. Его я аккуратно убрал под стол.

Наш марафон страсти зацепил душ, потом снова стол, и плавно перетёк в спальню к Тайе. При этом мы успели вылакать всю бутылку. Точнее Тайя. Я был слегка занят.

– Ик! П-ости...

– Ты что, пьяная? – судя по её состоянию, она просто вдрабадан.

– Ко...ко... Ко-еш-но я пяная... – она еле слова могла связать, – ты такой ми-лый. Такой к... к... класс-н... Ик! О-о-й...

Взгляд на время. Охренеть. Мы семь часов уже... марафоним. Взгляд на Тайю, а она уже спит.

– Твою ж мать... – тихо выругался я.

Наклонился через спящую девушку и схватил рукой за край одеяла, которое почти уже сползло с кровати, вслед за покрывалом и подушками. Потянул на себя и укрыл девушку. Она на секунду открыла один глаз.

– Миша... Ик! Ты такой... милый. Ик! – она погладила меня рукой по щеке, и мгновенно уснула.

Я собрал свои вещи. Быстро навёл порядок в общей комнате. Нашёл бутылку с водой и аптечку. Странно, никогда раньше я её тут не видел. Достал аспирин и, вместе с водой, оставил на тумбочке около кровати с девушкой.

Сходил ещё раз в душ. В этот раз я никого не обнаружил на свой кровати. Лёг спать.

Утром, в назначенное время я уже сидел в капсуле и ждал окончания этого прекрасного дня из моего прошлого. А что, прикольно. Прожил день, потом вернулся и прожил его ещё раз, но уже лучше. А потом ещё и ещё и ещё.

Не факт, что будет именно так, как случилось в этот раз. И возможно, это был единственный такой день. Но в прошлом мы видим бесконечное множество вариантов прожитого дня. И если таких, вариантом, ну или бесконечно близко похожих, но всё же отличных друг от друга, будет ещё много, то я не против ещё пару десятков раз пережить это.

С этими мыслями я и вернулся в настоящее. А пока маховик времени раскручивался в другую сторону, отсчитывая стандартную минуту, я решил что в это раз, установлю на часах не одни сутки, а сутки и один час. Хочу посмотреть, что будет.

Я с предвкушением смотрел на таймер, который всё медленнее и медленнее отсчитывал время до перехода.

Вот, на циферблате, наконец, загорелась единица... Всё. Момент истины. Осталось дождаться, когда загорится ноль и начнутся мои новые сутки, только теперь уже в будущем.

Не начнутся. Маховик продолжал раскручиваться всё сильнее и сильнее, но "ноль" на таймере так и не появлялся.

По моим прикидкам, прошло не меньше часа, а "ноль" так и не появился. Восьмёрка, точнее знак бесконечности, что получался при определённой скорости вращения кольца, уже давно размазался в одно сплошное пятно. И продолжал растягиваться по окружности.

Маховик продолжал раскручиваться. Появились странные звуки, которых раньше не было. Скорее всего, система не видерживала такого количества оборотов и начинала разрушаться. Я всерьёз испугался.

Не знаю, на сколько прочная капсула, и выдержит ли она, если кольцо разлетится от центробежной силы, но вот вообще не хотелось это проверять.

– Давай же! – я уже сквозь зубы рычал от злости, ожидая, когда же, наконец, появится этот чёртов ноль.

И он появился. Это было очень неожиданно. Я даже пропустил этот момент. Но я не пропустил другого момента.

Когда таймер показал все "нули", маховик резко остановился, отчего вся конструкция не выдержала. Многогранное кольцо просто взорвалось, разлетаясь миллионами осколков во все стороны.

И эти осколки разнесли всё вокруг. Словно кассетная боеголовка, начинённая миллиардом поражающих элементов, взорвалась прямо передо мной. Осколки, с колоссальной скоростью, превратили всё вокруг просто в месево.

Слава Богу, что крышка капсулы, что закрывала почти всю верхнюю часть, оказалась бронированная. Я отчётливо слышал, как осколки бьются по этой броне. Слышал, но не видел.

Сам момент взрыва кольца я не видел, но за одну миллионную долю секунды, предугадал это. И лишь успел сжаться в комок. Ну, настолько, насколько позволили ремни. И тем не менее, это меня и спасло. А всё остальное – нет.

Бомбардировка закончилась почти мгновенно. А я продолжал сжиматься, закрыв глаза и прикрыв лицо руками. Очнулся от этого состояния лишь тогда, когда крышка капсулы, со страшным скрипом провалилась внутрь и упала на меня. Я вздрогнул.

Я не спешил открывать глаза. Вместо этого, я прислушался к своему организму. Вроде ни одна из шрапнелей меня не задела. Или я этого не чувствую из-за переизбытка адреналина внутри себя?

Мне это чувство было знакомо. Однажды, в очередной экспедиции, мы были в глухих лесах Карелии. И там на нас неожиданно вышел медведь. И не просто вышел, а сразу бросился в атаку.

Мы бросились кто куда. Я никогда ещё до этого не чувствовал такого страха. Ломанулся через лес так, что остановился только через несколько километров. А когда, наконец, остановился и немного успокоился, то мгновенно упал на землю от дикой боли в сломанной лодыжке.

Оказалось, что я её сломал ещё на первых метрах своего марш-броска. Но из-за огромного количества адреналина в крови, абсолютно не чувствуя боли, смог пробежать так несколько километров. Меня, кстати, потом так и нашли, по дикому вою от боли.

Через пару минут, я всё же глаза открыл. Судя по ощущениям, меня миновала участь превратиться в дуршлаг. Крышку пришлось спихнуть в бок, потому как стенка, на которой на крепилась превратилась просто в труху.

Вокруг было темно. Где-то по периметру некогда огромного помещения, сиротливо и тускло горело несколько ламп аварийного освещения, периодически моргая то тут, то там. А воздухе витало неимоверное количество пыли.

Некоторое время пришлось ждать, пока глаза привыкнут к темноте. А ещё было достаточно прохладно. За пару минут, пока я приходил в чувства, я заметно так продрог.

– Что за ерунда? – спросил я в никуда.

Ответа, само собой не было. Да я и не ждал его. Когда смог хоть как-то различать предметы вокруг, я, наконец, выбрался из капсулы. Оглянулся на неё и охренел.

Понятия не имею, как я выжил, находясь в ней. Она была просто насквозь вся прострелена осколками от маховика. Я даже, на всякий случай, пощупал себя. Но никаких повреждений не обнаружил.

Вокруг была разруха. И не просто разруха, а такой ощущение, что тут произошла целая война. Вся аппаратура была разбита и раскурочена. Всюду торчали провода и иногда искрили.

Площадка, на которой располагалась вся конструкция с кольцом и капсулами, выглядела как после взрыва.

Ничего не понимаю. Что тут произошло?

С огромным трудом, я смог спуститься и не переломать себе ноги. Слой пыли вокруг был такой, что при каждом шаге, я невольно поднимал облачко пыли. Но она не собиралась оседать обратно. Она словно застыла, повиснув в воздухе.

Не ужели это такое будущее нас ждёт? Я ужаснулся. Машинально глянул на часы. Чёрт! Я забыл включить таймер. Прикинул в голове, сколько времени я уже тут нахожусь и на всякий случай уменьшил время на десять минут. Нет. На пятнадцать, чтобы наверняка.

Отошёл несколько шагов в сторону и оглянулся назад. На том месте, где раньше располагалось вершина кольца, там, где со временем при вращении, цветные метки на гранях, образовывали знак бесконечности, висел... Ноль.

Прямо в воздухе. Ноль. Я аккуратно обошёл остатки конструкции по кругу и каждый раз пытался понять, на чём же нарисована эта цифра. Но ничего не нашёл. Этот "ноль" весел в воздухе. Словно нарисован прям на нём. И с какой бы стороны я на него не смотрел, я всегда отчётливо его видел. Твою ж мать!

Вот и поэкспериментировал. Квадро, бл...ь! Ну, профессор... Чего ж мы с вами сотворили? И как теперь нам... Мне. Как теперь мне быть? Я же...

Накатила паника. Сердце забилось так быстро, что я чуть не свалился с ног. Опёрся на какую-то конструкцию, в попытке удержать равновесие. Но конструкция начала падать. А я следом за ней. Кое-как смог удержать себя и не распластаться на грязном полу. Хрен его знает, что там под слоем пыли. Упаду на какой-нибудь штырь или осколок и всё, приплыли.

Пока я ловил равновесие в пространстве, та непонятная конструкция, на которую я случайно опёрся, продолжала падать, наклоняясь в сторону пола помещения.

– Что за... – я смотрел и не мог поверить своим глазам.

Эта тумба, пускай будет тумба, в каждом мгновении продолжала наклон в вертикальной плоскости. Но при этом, скорость её падения всё сильнее и сильнее замедлялась. Словно она медленно погружалась в густой кисель.

Я так и стоял, заворожённый этим зрелищем. Да что тут происходит? Это ж... Какой-то звездец! Ох! Зря я вообще согласился на этот долбанный проект. Как его там? Ана-лена хренова! Твою мать! Твою мать!! ТВОЮ МА-А-АТЬ!!!

Началась не просто паника, а настоящая истерика.

В этот момент я возненавидел всё и всех. Долбанного профессора Мирного. Какой он нахрен Мирный? Ничего мирного в нём нет! Эту долбаную базу на долбанном острове долбанного Врангеля. Ну, ладно... Врангель тут не причем. Он вроде нормальный дядька был. Но...

– А-а-а-а!!! – бессильно заорал я, надрывая свои голосовые связки.

Так. Спокойно. Михаил, соберись. Соберись, бл...ь!

Стало чуточку легче. Попробовал глубоко подышать. Когда-то давно я читал про дыхательную гимнастику, что она якобы помогает успокоиться. Звездёж! Что-то мне она не помогла. Я только закашлялся от того, что при глубоком вдохе, в лёгкие попало просто тонна пыли. Ладно, не тонна, но дохрена.

– Кха-кха! Тьфу!

Как ни странно, но почему-то именно кашель помог мне немного успокоиться. Уже что-то. Я продолжал соображать, как мне быть. А та тумба, что падала, так и продолжалай падать. Хотя на вид, она просто зависла в воздухе. Я даже подумал, что всё, сломался я. А, нет. Она всё ещё падает. Ну, слава Богу. Пускай себе падает.

Я пошёл в сторону выхода, стараясь не споткнуться о горы хлама и мусора. Нужно было найти какое-то спокойное место и как следует обо всём подумать. А где найти такое место? Да хрен его знает. В своей комнате, вот где.

Помещение было большим. А из-за того хаоса, что там сейчас творился, до нужной двери, я добирался достаточно долго. Но стоило мне её открыть и выглянуть в соседнее помещение, которое должно было быть коридором, за которым находился медблок, через который мы проходили каждый раз, когда шли из своей комнаты в зал для испытаний. Так вот, как только я открыл дверь, то её мгновенно сорвало с петель.

И не просто сорвало, а она стала растворяться в воздухе. Миллиметр да миллиметром. Словно кто-то огромным фрезерным станком снимал фаску с двери. И частички от дверного полотна небольшими облачками, словно дым от зажжённой сигареты, начинали истаивать в воздухе. И так до тех пор, пока дверь полностью не растворилась.

Пока я наблюдал этот процесс, я не сразу обратил внимание на то, что творилось там, в коридоре. А там был ...дец!!!

Помните, я рассказывал как профессор мне устроил экскурсию и показал миниатюрную чёрную дыру? Так вот. В коридоре была именно она. И если я правильно помнил хоть что-то о этих чёрных дырах, то граница стены, совпадала с горизонтом событий. И всё, что пересекало эту невидимую грань, затягивало внутрь этой чёрной дыры.

– Твою мать! – я громко выругался и на всякий случай отступил назад.

Не хватало ещё, чтобы и меня так же расширило на атомы и туда затянуло. Ну, нахрен!

Я стал судорожно вспоминать всё, что знал об этих объектах галактики. Благо, я от и до изучил несколько книг по астрономии и астрофизике, пока целую неделю находился в том институте, ещё когда был лишь кандидатом на участие в проекте. А в итоге, стал единственным, кто дошёл до испытаний.

Ну не могло же мне так нефартануть? Или могло? Что вообще мы знаем о времени, как о четвёртом измерении? Да нихрена мы толком не знаем.

Мы можем только его измерить. И то, это субъективное, а возможно и ошибочное, мнение. Время – оно бесконечно. Мы сами можем назначить точку отсчёта. А по определению, всё, что имеет начало, имеет и конец. И походу этот конец наступил. Бл...ь!!!

А мне-то как теперь быть? И почему именно я в это вляпался? Судьба? Вероятность? Бесконечная вариативность? Что это, и почему именно со мной?

Хороший вопрос. Или дерьмовый... Скорее дерьмовый. Нет. Раз я ещё жив – всё-таки хороший. Путь будет так. И теперь на этот хороший вопрос, я должен найти хороший ответ. Ну что ж... Пора начинать поиски. И я знаю, откуда стоит начать.

Глава 10

Я хотел было закрыть за собой дверь, но вспомнил, что двери нет. Она больше не существует.

– Так... Для начала, неплохо бы определить границы этого самого "горизонта событий", – я начал рассуждать вслух, – а для чего? Правильно. Чтобы случайно его не пересечь.

В голове всплыла информация, что чёрная дыра, поглашяя в себя материю, абсолютно не важно какую, со временем расширяется. А значит и граница этого самого горизонта тоже сдвигается.

Раз граница проходит по внешней стороне стены, то...

– Твою мать! – вот как тут не материться?

Граница "горизонта событий" была... Подчёркиваю. Трижды! Была на внешней границе стены соседнего помещения. Я открыл дверь, которая эту границу пересекла. Гравитация расщепила дверь и втянула в центр дыры. А значит, что граница со временем сдвинется.

А как только она сдвинется, то дотянется до нового источника вещества. И начнет пожирать стены, тем самым насыщая чёрную дыру, и постепенно расширяя границы горизонта. Вот блин.

Вопрос только в том, сколько на это уйдёт времени, прежде чем, чёрная дыра поглотит всю эту базу?

Я взглянул на часы. Но таймер, который я передвинул на пятнадцать минут назад и запустил, ещё даже одну секунду не отсчитал. Опа! Походу я в какой-то временной аномалии. И походу, тут время настолько замедленно, что...

Да хрен его знает что. Мне не от чего отталкиваться, чтобы сделать хоть какие-то простейшие математические расчеты.

Можно было бы засечь промежуток, за который текущая, скажем секунда, протекает относительно реальной секунды. Тогда я бы мог прикинуть, сколько времени мне нужно тут провести, чтобы сутки прошли.

Но других часов тут нет. Лишь только те, что у меня на руке. И что-то подсказывает мне...

Я со всей силы шлёпнул себя по лбу. Вот я дебил!

Профессор же мне, перед первым моим путешествием вперёд во времени, сказал – не пытайся ничего изменить. А что я сделал в тот раз? Правильно. Я на своих наручный часах, поставил таймер на десять минут меньше, чем нужно было. Хотел, чтобы у меня был небольшой запас времени.

А получил что? А получил какие-то нереальные временные скачки. Когда за одно мгновение, по несколько часов за раз улетало. Вот тебе и ответ на твой вопрос, Михаил.

– Так! Срочно нужна бумага и ручка. Нужно посчитать...

Получалось так, что... Когда я на десять минут уменьшил двадцать четыре часа, всего на десять минут, то я тем самым ускорил время. И одна секунда временного провала примерно была равно двум часам реального времени. А теперь, когда я увеличил сутки на один час – я замедлил время... И теперь получается... Твою мать! Мои двадцать пять часов, которые я изначально засёк, должны продлиться почти сто тридцать дней! Ох-ре-неть! Четыре с небольшим месяца!

И это, если я не ошибся в расчётах. Звездец! Вот это я попал...

Ладно, хрен с ним, я накосячил со временем. Но как объяснить то, что произошло на базе? Это же не могло случиться за один...

Я остановил ход своих мыслей. Так! Спокойно! Спокойно... Получается, что это всё случится через сто тридцать дней. Даже немного отлегло. Значит время есть. Ага, время. Теперь мне тут торчать все эти четыре месяца. Да я через неделю с голоду сдохну.

Вот с такими невесёлыми мыслями, я зашёл в то небольшое помещение, где мы с профессором обычно пили чай. И тут я удивился.

Внутри помещения ничего не изменилось. Здесь не было той разрухи и хаоса, что был в зале для испытаний. Только пыли тут было так же много. И тут так же горело аварийное освещение. Но, за счёт того, что помещение было маленькое, этого света хватало с лихвой. Отлично.

Я осторожно пересёк всё помещение до центрального стола. Устало опустился на стул, предварительно перевернув его и стряхнув пыль, которая, кстати, так и повисла небольшим облаком над полом. Теперь неизвестно, сколько она будет так висеть в воздухе, пока не упадёт на пол.

Осознание происходящего приходило очень медленно. Такое ощущение, что со временем, которое замедлилось вокруг, и скорость мыслительного процесса в голове, тоже замедлилась. Но нет. Просто я до сих пор пребывал в состоянии охудивления.

Нужно было как следует подумать и понять, что же здесь всё-таки произошло, что стало, точнее станет в будущем... Я же в будущем сейчас. Так вот, что же станет причиной этой катастрофы местного масштаба?

Первое, что приходило на ум – это чёрная дыра. Возможно, из-за того, что одновременно было отправлено две капсулы в разные временные потоки, произошёл какой-то сбой. И та сфера Дайсона, которая удерживала чёрную дыру в состоянии равновесия, не справилась со своей задачей.

В прошлый раз, когда Владлен Богданович мне демонстрировал эту дыру, она была размером со спичечную головку. А сейчас... А хрен его знает, какого размера она сейчас. Я видел лишь небольшую область этой дыры, горизонт событий которой, проходил как раз по внешней границе стены коридора.

Если это так, то понятно, почему чёрная дыра разрослась до таких размеров. И продолжит расти. Но это не объясняет того, что произошло в зале для испытаний.

Но один из вопросов, который меня сейчас волновал – как теперь с этим быть, и возможно ли это предотвратить? Хоть основной принцип путешествия в будущее – ничего не менять... Но профессор дал чёткие указания – нарушать все возможные принципы.

А может оказаться так, что он знал, что это должно случиться? И намеренно поставил нам задачу – всё это предотвратить?

Вот тут я задумался всерьёз. Если он знал, тогда почему сам это не попытался предотвратить? Или он не смог этого сделать? Пытался, но не смог. Тогда я просто поражаюсь, с каким беспечным хладнокровием он нас с Тайей отправлял на этот эксперимент. Квадро...

Как она там, кстати? И где вообще она? В смысле – где она во времени? Если я успешно, даже слишком успешно, очередной раз прожил сутки в прошлом... Значит ли это, что она точно так же, как я сейчас, прожила всё это время в будущем?

А если нет? Что, если она не смогла вернуться назад, в реальное время? Твою ж...

Я подпрыгнул со стула. Мысли о том, что она не справилась и в назначенное время не смогла оказаться в капсуле, захлестнули всё моё сознание. Хотелось бежать на поиски. И непременно найти её. Или то, что от неё могло остаться... Ну, нахрен! Кыш-кыш-кыш!

Я постарался прогнать из головы мысли о её незавидной участи.

Надежда на то, что она благополучно справилась и вернулась назад, а теперь проживает сутки в прошлом, нахлынула на меня нескончаемым потоком. Даже немного полегчало. Но эти мысли быстро победил здравый смысл.

Вероятность такого исхода ничтожна мала.

Ладно. Пускай времени у меня много, но терять его категорически нельзя. Первое, что нужно сделать – это обследовать всю базу, чтобы понимать всю картину. Второе – найти то, чем я буду питаться все эти дни. Сдохнуть от голода я вообще не собираюсь. И третье – попытаться предотвратить эту катастрофу. Похоже на план. Дерьмовый, конечно, но какой есть. И пора приступать к первой его части.

Для начала, я решил отыскать какие-нибудь письменные принадлежности. Электроника, скорее всего, не работает. А в памяти всю информацию не удержать. Так что нужно куда-то записывать важные и не очень моменты.

Я обшарил тумбу под столом и к счастью нашёл что искал. Правда пришлось это выкапывать из толстого слоя пыли.

Отчистил стол от пыли. Теперь это основное моё рабочее место.

– Итак...

Первым делом я составил подробный план действий и обозначил примерные временные рамки. Разбил на этапы. Их на основные пункты и подпункты. Несколько раз перепроверил и переправил. Где-то что-то поменял местами, а где-то что-то вообще вычеркнул.

Отлично. План готов. Далее, я попытался схематично изобразить план всей базы. Так как я нигде и ни разу не видел плана помещений на стене, пришлось рисовать по памяти. Владлен Богданович, когда проводил мне экскурсию, показал основные помещения. Помнится, я даже в голове прикинул как это выглядит сверху, и это была долбанная восьмёрка.

На прорисовку всего того, что я увидел и запомнил, я потратил достаточно много времени. Сделал соответствующие подписи. Ещё обозначил границу "горизонта событий". Нужно по возможности отыскать остальные границы, чтобы обозначить их на схеме и случайно туда не попасть.

И вообще... Насколько я помню, гравитация чёрной дыры настолько велика, что затягивает в себя всё, что попадает в радиус её действия. А горизонт событий, это та граница, пересекая которую, назад уже невозможно вырваться. Вот только возникает вопрос. Если я правильно определил эту самую границу горизонта, то почему я за этой границей не ощущал силы притяжения чёрной дыры?

В голове всплыли слова профессора, что это на самом деле не чёрная дыра, как таковая, а, бесконечно приближенная к ней, модель. Может в этом и есть различие? Ладно, об этом подумаю позже. А пока приму эту информацию как данное.

Я постарался максимально возможно изобразить на схеме всё, что видел и помнил. Потом пронумеровал все помещения и на другой странице составил перечень этих помещений, оставляя по несколько строк между наименованиями, чтобы туда дописывать все свои наблюдения.

Под цифрой "один" было центральное помещение. Оно же являлось центром всех помещений. Оно же – центр "восьмёрки". Оно же – центр чёрной дыры. Ведь именно в том помещении эта самая чёрная дыра, экранированная сферой Дайсона, и находилась.

Опираясь на эту информацию, я пунктиром нарисовал примерную границу "горизонта событий".

– Отлично. Пора начинать миссию по спасению.

Я глянул на часы. Время на них уменьшилось на одну секунду. Отлично. Значит время тут всё же есть, а не остановилось совсем. Определить, насколько оно замедлилось от реального не получилось, но я всё же за исходную информацию взял одну секунду равной двум часам. Пока пусть будет так. Значит одни сутки – это двенадцать секунд.

Приступим.

Правда, перед тем, как начать моё путешествие, хотелось бы найти хоть какой-нибудь фонарик. Может случиться так, что в очередном помещении не окажется света. И очень уж не хотелось из-за этого закончить свой путь бесславной смертью.

Начал как раз с этой самой комнаты. Обшарил всё. Даже пол. И сейчас, над полом висел сплошной пылевой ковёр, высотой мне до колена. На всякий случай сделал себе пометку в разделе "прочее". Коротко описал что хочу проверить и указал время. Периодически буду сюда возвращаться. Хочу узнать, через сколько времени пыль осядет. Не знаю, зачем мне эта информация, но она может оказаться важной в будущем.

Фонаря я так и не нашёл. Но попытки его найти где-то в другом помещении – я отметать не стал. Ну, что ж. Пора.

Я вновь вышел в зал для испытаний. На то, чтобы его обойти весь полностью и подробно записать все свои наблюдения, я потратил целых две секунды. Это четыре часа.

Первой же записью в этом пункте было то, что тумба, которую я уронил, так до сих пор и не упала на пол. Хотя уже висела где-то рядом с полом. И что-то мне подсказывало, что я сильно приуменьшил время, которое здесь замедлилось. И это было осознавать ещё хуже, чем изначально. А значит, у меня не четыре месяца. А намного больше. Звездец! Не иначе...

Это меня расстроило ещё сильнее. Но я видел в этом лишь один плюс – значит в реальном времени, будет время подготовиться к этому. И, возможно, Владлен Богданович, если он действительно знает о том, что должно произойти, найдёт способ этого избежать. Или, во всяком случае, попытается это сделать. Ну дела.

Немного погрустив, а потом как следует подумав, я решил, что сперва я обойду все другие помещения и строения всего комплекса. Зарисую и запишу свои наблюдения. А уж после этого всерьёз займусь именно этим помещением. Что-то подсказывало мне, что разгадка произошедшего таится именно здесь.

С другой стороны, можно было поступить наоборот. Начать отсюда. И если причина и её решение всё же найдутся именно тут, то я сэкономлю просто огромное количество времени. Но могло же так и не произойти. Так что решил оставить на конец моего долгого временного марафона.

– Эх... – вздохнул я, очередной раз осознавая масштабы произошедшего, – главное, чтобы всё получилось.

Оптимист во мне не унывал. А значит и мне не стоит. И я принялся за долгую монотонную работу.

Из зала для испытаний вело не менее десятка дверей. Две из них я уже знал, куда ведут. Осталось восемь. Я решил идти против часовой стрелки. Почему так? Мне же надо вернуться назад. А значит пойти против естественного течения времени. Я и пошёл.

Следующая дверь, после комнаты "для чаепития", я решил назвать её именно так, привела меня в большое техническое помещение.

Здесь обнаружилось огромное колличество всевозможной аппаратуры, толстых, толщиной с руку, а то и с ногу, пучков проводов. Запасные узлы и агрегаты и множество другого технического оборудования.

Провозился я достаточно долго. Но и результат был отменный. Здесь я обнаружил запасные капсулы. А так же несколько секций, из которых было собрано то многогранное кольцо, что я назвал маховиком времени. Это тоже хорошо. Ну и самая полезная находка – это был фонарик. Который, к величайшему моему облегчению, горел весьма ярко. Отлично.

Сделал нужные записи. И отправился в следующее помещение.

Следующие несколько помещений представляли из себя небольшие комнаты, где работали отдельные малочисленные группы учёных. Что они там изучали я не знал. Смог только по наличию всякого рода научного оборудования понять, что это были за помещения. Ну и запылённые графики дежурств по помещениям, что висели на стенах, говорили о количестве привлекаемых здесь людей.

Кроме научных трудов и журналов наблюдения за проводимыми там опытами, ничего полезного больше не обнаружил. Идём дальше. А дальше оставалась только дверь в другой, соседний коридор. Через него мы с профессором проходили, когда он меня водил в центральное помещение с чёрной дырой.

Я вспомнил маршрут движения по нескольким коридорам, что вели в нашу с Тайей комнату. Прикинул расположение и примерно провел границу. Выходило так, если я правильно помнил расположение и направление коридоров, то горизонт должен был проходить примерно в середине ширины коридора. Он был три метра шириной, значит есть полтора метра для безопасного прохода.

Как же я ошибался. Стоило мне открыть дверь в этот самый коридор, и я сразу понял всю глубину своего разочарования.

Граница "горизонта событий" проходила примерно в пятидесяти сантиметрах от правой стены. То есть, чисто теоретически, пройти было можно. Но вот практически... Большой вопрос.

Если вы спросите, как я увидел эту границу, ведь даже свет, попадая за грань горизонта, искажается и поглащается гравитацией чёрной дыры. Так вот. Именно так и увидел. Стоило лишь посветить фонариком.

Луч света от фонаря не был прямым. Он был в виде конуса. И когда часть этого луча попадала за границу горизонта, то луч разделялся на две части. Правая светила как и положено, а левая, словно её ножом отрезали, изгибалась и по спиральной траектории устремлялась в сторону сердцевины дыры.

Само собой я не видел этой сердцевины, она была покрыта абсолютно чёрным пятном. Но судя про траектории, по которой "утекал" луч света, центр находился примерно в десяти метрах от края горизонта. Это очень грубо я прикинул. Но проверять желания не было.

Но мне нужно было пройти на другую сторону, чтобы исследовать другие помещения. Или искать способ покинуть помещения базы и передвигаться на открытой местности. Что тоже не добавляло оптимизма.

– Вот гадство. И как быть?

Меня терзали смутные сомнения, а стоит ли вообще туда соваться? Может – ну его нахрен? И как следует заняться главным залом?

Но с другой стороны, кто знает, что я там найду? К слову сказать, за всё время, я ещё ни разу не наткнулся ни на одни человеческие останки. Либо их просто физически не осталось, либо они где-то в другом месте. А может просто, всех успели эвакуировать и никто не пострадал. Тоже себе вариант.

Но что-то мне подсказывает, что без жертв, всё же не обошлось. И это плохо. Больше всего, само собой, я переживал за судьбу девушки. Во вторую очередь – за судьбу профессора. Остальные мне были не так интересны.

Да, если они погибли по чьей-то ошибке, мне конечно же, их будет жаль. Но тут я как бы бессилен. Всё же, буду думать, что они все смогли эвакуироваться. Особенно профессор и Тайя. И сейчас, профессор Мирный в спешном порядке ищет способ уберечь нашу планету от поглощения чёрной дырой, которая вышла из-под контроля.

__________________________________________________________________________________________

Друзья, не забывайте ставить лайки, писать комментарии и добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы.

Каждый маленький знак вашего внимания – это хорошее настроение автора и мотивация для него писать больше и выкладывать проды чаще.

Спасибо большое, что читаете мою книгу.

Глава 11

Это было самое безрассудное принятое мной решение в моей жизни.

– Тихо... тихо. Не стоит так нервничать, – я старался успокоить толи себя, толи чёрную дыру, "горизонт событий" которой как-то странно отреагировал на моё приближение.

Если изначально от его границы до стены было примерно полметра, то когда я попытался там протиснуться, это расстояние резко снизилось ещё на треть. Я вжался в стену так, что спиной почувствовал, как продавил в ней несколько сантиметров.

На самом деле, ничего я не продавил. Но труханул всё же я знатно. Граница горизонта сейчас была всего в паре сантиметров от моего носа. И я каждой клеточкой своего организма ощущал всю чудовищную мощь силы гравитации, что бушевала сейчас внутри границы горизонта.

Не знаю как и каким образом, профессор Мирный смог сотворить эту чёрную дыру, но я ему в какой-то степени был благодарен, что чудовищная сила гравитации дыры, не могла вырваться за горизонт. Иначе бы меня уже расщепило на молекулы... Их на атомы... Тех на электроны, протоны и нейроны... А их в свою очередь на кварки. Что там было дальше, я не знал. Но проверять очень не хотелось.

Медленно, сантиметр за сантиметром я продвигался вдоль стены коридора, мимо границы "горизонта событий". Краем глаза даже видел, как капелька пота, что стекла по лбу на мой нос, сорвалась и её мгновенно поглотило на границе горизонта. Я нервно сглотнул, представив на секунду, что точно так же и меня не станет.

Но к счастью, я благополучно пересёк эту опасную грань и сейчас валялся на пыльном полу, в луже собственного пота. Сердце колотилось так, что от моей одежды отлетали небольшие фонтанчики пыли, словно крупинки песка от барабана во время удара по нему.

На всякий случай, я отполз подальше. Одна из дверей, что когда-то вела в центральное помещение, где и располагалась чёрная дыра и сфера Дайсона, находилась раньше в центре этого коридора. А теперь её не существовало, как и огромного куска стены. Горизонт со временем расширялся, поглощая и питая материей центр массы дыры.

Но мне туда и не нужно было. Сейчас я, пока ещё, исследовал правую петлю этой восьмёрки.

Немного отдышавшись, поднялся на ноги.

– Надо бы найти что сожрать, иначе я от голода помру раньше, чем меня слопает чёрная дыра.

Я толкнул дальнюю дверь. И если Боги существуют, то они, в буквальном смысле, услышали мои молитвы. За дверью оказалось помещение столовой. Я влетел в него, наверное, со скоростью света.

Быстро обшарил всё помещение и отыскал несколько банок консервов и пару бутылок с водой. Организм предательски потребовал еды. И не просто еды, а требовал обожраться. И я поддержал его желание.

Освободив ближайший стол от толстого слоя пыли, я расставил на нём свою добычу. Столовые приборы нашлись тут же, на столе.

Пришлось потратить немного драгоценной воды, чтобы помыть руки и приборы. Вскрыл первую банку. И чуть не блеванул... Она протухла. Отбросил подальше от себя. Банка пролетела пару метров, разбрызгивая зловонную жижу, и, не долетев пары десятков сантиметров до пола, зависла в воздухе и стала очень медленно опускаться.

– Не понял...

Нет, я конечно сразу вспомнил про ту тумбу, которую случайно уронил. И как она до сих пор не упала на пол. Но тогда почему банка консервов "нормально" пролетела какое-то расстояние, а перед падением на пол, резко зависла в воздухе? Это что ещё за пространственная аномалия?

Тут же вспомнил, что у меня с собой есть тетрадь, достал её и сделал очередную запись в разделе "прочее".

Взял вторую банку. Немного подумал и тоже вскрыл её. Это, слава всем Богам, оказалась нормальная. И я даже не заметил, как опустошил её. Как и три следующих. Правда ещё одну пришлось так же отправить в неконтролируемый полёт.

Организм сказал "огромное спасибо, хозяин". И я был с ним согласен. Но нужно было идти дальше.

Я обошёл всё помещение столовой, тщательно зарисовав его и сделав необходимые пометки. Когда в очередной раз проходил мимо одной из испорченных банок консервов, я обратил внимание, что запаха от неё нет.

– Очень интересно...

Я вспомнил, как из неё пахнуло в момент вскрытия и чуть не попрощался со своим обедом. Или это ужин был? Не важно. Важно было то, что сейчас я не чувствовал этой вони. Совсем.

Банка продолжала очень медленно вращаться в воздухе, постепенно снижаясь. Но с каждым мгновением, это действие становилось всё медленнее. Я решил взять её в руку.

Как только я взял банку, она мгновенно стала весить несколько тонн, судя по моим ощущениям. Я не смог удержать её, и она с невероятной скоростью влетела в пол так, что оставила хорошую вмятину в бетонном полу, застряв там.

– Это что ещё за нахрен?! – не удержал я свои эмоции.

Это было что-то новенькое. И капец, какое неожиданное. Сперва я некоторое время стоял и не мог сообразить, что вообще произошло. А потом просто решил ткнуть пальцем в ещё одну испорченную консерву. И знаете что? Да она нахрен как из пушки выстрелила!

Я даже не успел проследить, с какой скоростью эта жестянка преодолела остаток пути, и с огромной силой врезалась в стену, застревая в ней. От этого места тут же пошли трещины во все стороны. Не сильно, но ощутимо.

– Ох-ре-неть!

Я сделал очередную запись в тетрадь. И понял, что те предметы, что по какой-то причине, я привел в движение, и которые потом зависли в воздухе, лучше повторно не трогать. Иначе получится очередной пушечный снаряд.

Но для чистоты эксперимента, я взял ещё одну банку, правда уже пустую. Сделал небольшой замах и бросил её. Как и ожидалось, пустая банка пролетела пару метров и зависла в воздухе. Я тут же приблизился к ней и тронул пальцем. И она спокойно полетела дальше и упала, как самый обычный предмет.

– Занятно... Это что ж получается, что на некотором расстоянии от земли, существует некоторое гравитационное поле, в котором упавший предмет вязнет, словно в клею? И если этому предмету через какое-то время придать импульс движения, то он продолжит движение по своей траектории... И чем больше времени предмет находится в таком состоянии, тем сильнее получается импульс?

Очень интересная теория. Я тут же подумал про ту тумбу, которую уранил ещё в самом начале. А что будет, если я ей сейчас придам импульс движения? По идеи она должна пробить пол насквозь. Ну, это если там ещё есть подвал. А если нет, то просто оставит небольшой кратер после себя.

– Звездец!

Очередная запись в разделе "прочее" гласила: «Ничего не ронять! Если уронил – тут же уронить до конца! Если не уронил до конца – нахрен не трогать! ОПАСНО!!!»

С этим нужно будет что-то делать. Тут же возник вопрос, а если та тумба сама упадёт, со временем, то какой эффект это произведёт? Опустится ли она плавно? Или в момент касания вызовет локальное землетрясение? Хороший вопрос. Ещё одна пометка в раздел "прочее".

Тут же задумался на тем, как поведёт себя пыль, что я стряхнул на пол, и которая так и зависла в воздухе?

Пришлось на какое-то время задержаться и провести ещё пару тестов. Оказалось, что если стряхнуть пыль с какого-то предмета, выше уровня колена, то она будет оседать до определенного уровня, а потом застынет в воздухе. Если тут же коснуться это облако рукой, то она спокойно себе продолжит оседать, как ей и положено.

А вот если выждать какое-то время, и тогда коснуться рукой, то это облако мгновенно рухнет на пол, покрывая всё ровным слоем. Слава Богу, при этом, она не несёт каких-либо разрушений. Слишком малая масса каждой пылинки.

А от времени "зависания" зависит только дальнейшая скорость падения. Ну хоть с этим разобрался.

Следующие помещение оказалось складом продовольствия. Огромное такой вытянутое помещение, с кучей стеллажей, полок, коробок и прочего съестного. Отлично, значит с голоду не помру. Сделал соответствующие пометки.

Но вот дальше... А дальше идти было некуда. Никаких дверей не было. Единственное что было, это небольшое, в данный момент закрытое, отверстие в дальней стене склада. По всей видимости через это окошко, происходила загрузка продовольствия на склад. Но я понятия не имел, как его открыть и куда оно ведёт.

Остаётся возвращаться в тот коридор, где меня чуть не расщипило на атомы.

С момента моего прошлого посещения этого места, к счастью, ничего не изменилось. Граница горизонта визуально не сместилась. Но мне, пока, туда и не надо было. Из этого коридора вела ещё одна дверь. В помещение управления, в котором мне, профессор в прошлый раз демонстрировал работу сферы.

Может я там смогу найти способ как-то исправить текущую ситуацию с разбушевавшейся чёрной дырой?

Я толкнул дверь... Ага, два раза. Она оказалась заперта. Толкнул сильнее. Тоже не вышло. Попробовал с ноги её выбить. Только ногу отбил.

– Хренова... А мне туда очень надо.

Попытался ещё несколько раз выбить дверь, но безрезультатно. Устало сел на пол. То, что я не могу попасть в это помещение, плохо вдвойне. Ну, во-первых, через это помещение, не факт конечно, но я смогу попасть в другую оконечность "восьмёрки" комплекса строений и помещений базы. А во-вторых, там возможно кроется моё спасение. Но тоже не факт. Так что попасть туда нужно в любом случае.

Мысль, как это сделать, пришла неожиданно. Я просто смотрел на медленно переливающаяся границу "горизонта событий" и чуть не подпрыгнул от того, как стремительно мне в голову влетела эта мысль.

– Аномалия!

Я соскочил с места и чуть ли не бегом отправился за "снарядом". Пришлось как следует перебрать множество всевозможных банок консервов, чтобы подобрать подходящий вариант. На всякий случай, взял несколько штук.

Даже если и придётся израсходовать ящик снарядов, с голоду я не умру. Наверное.

Перенёс свой небольшой боекомплект в коридор. Осталось только сделать всё правильно. Я помнил, что гравитационная аномалия находится чуть ниже колена. Было бы хорошо, если б мой импровизированный снаряд завис ровно напротив замка в двери, но увы.

Первый снаряд я сбросил с высоты своего роста. Банка пролетела всё расстояние и зависла над полом, где и предполагалось. Я принялся ждать. Прикинул примерное время, как там, в столовой, от момента броска до момента, когда ткнул в банку пальцем.

Решил, что прошло пять минут реального времени. Стал считать секунды. Когда отсчитал триста секунд, или пять минут, аккуратно ткнул висящую в воздухе банку.

Выстрел получился что надо. Вот только я не попал. В дверь. Я не учёл тот момент, что вектор движения снаряда, был направлен строго вниз. И с чего вдруг я решил, что когда ткну в этот снаряд пальцем, он полетит в сторону движения пальца? Ни-хре-на!

Банка на бешеной скорости полетела вниз, как и изначально было. Оставила хорошую вмятину в бетонном полу и пустила несколько трещин.

– Так... Попытка номер два.

Хрен нас два! Чтобы придать новому снаряду максимально горизонтальный вектор движения, я опустил банку на уровень аномалии, и коротким горизонтальным толчком, придал ей движение. Но как только расжал пальцы, банка зависла в воздухе.

Отсчитал пять минут и ткнул пальцем. А банка просто упала на пол и покатилась. Словно упала с высоты в двадцать сантиметров от пола. И тут я задумался.

Скорее всего, для того, чтобы консерва реально превратилась в снаряд, нужен изначальный толчок. И чем сильнее – тем лучше. Хорошо, сами напросились.

Я взял очередную банку. Наклонился. Прикинул высоту уровня аномалии, взял чуть выше и запустил свой снаряд, словно бросил камень над водой, чтобы тот совершал "блинчики". А детстве мы даже соревнования устраивали – у кого больше получится.

Банка почти долетела до двери, и зависла в нескольких сантиметрах от неё. Я не знал, хватит ли расстояния для разгона, когда я придам ей очередной импульс. Поэтому решил отсчитать не пять минут, а десять.

И знаете что? Когда я через десять минут ткнул пальцем в банку, она с огромной скоростью просто пробила сквозную дыру в металлической двери. А толщина там было сантиметров пять, не меньше.

– Да, блин! Ну как так-то?

Очередной снаряд. Очередной бросок. Теперь семь минут. Банка врубилась в дверь с такой силой, что полностью погрузилась в металл, оставляя огромную вмятину. Но замок не выдержал... Как и дверные петли. И дверь снесло моим выстрелом из пушки.

Я облегчённо выдохнул. Мой путь продолжается. Но вот когда я заглянул во внутрь... Я пожалел, что туда вообще сунулся.

В помещении управления, как и в коридоре, где я сейчас находился, граница "горизонта событий", преодолела стену и сейчас находилась внутри помещения. Но это не главное.

Главное было то, что там стоял профессор Мирный. Точнее половина профессора.

Он был обращён ко мне лицом. Левой рукой он держался за какую-то скобу на стене. И ровно посередине его тела, проходила граница горизонта. Та половина, что была за этой границей, растворилась и была поглощена чёрной дырой. Но эта же граница, не давала оставшейся половине тела упасть.

Так он и стоял на одной ноге, держась левой рукой за скобу на стене. И смотрел прямо на меня. Он был жив!

Не знаю как, но это меня настолько шокировало, что я сел там где и стоял. Практически рухнул на пол, поднимая клубы пыли. А профессор взглядом единственного глаза проследил за моим падением.

– Да, вашу ж мать! – у меня не было других слов, кроме матерных, – профессор! Ну как так?!

Владлен Богданович пытался что-то мне сказать, но как только пошевелил ртом, то я тут же заметил, как несколько частичек его тела, оторвались и унеслись в сторону центра гравитации.

– Б...ь!!! Не шевелитесь!

Я стал нервно рассаживать по комнате, судорожно пытаясь сообразить, как ему помочь. Но в голову не приходило ни единой мысли.

Можно было, конечно, попробовать его вытянуть на эту сторону. Но что-то мне подсказывает, что это станет для него мгновенной смертью. Ведь половина тела профессора больше не существует. Её нет. Чёрная дыра расщепила её на мельчайшие частицы и сожрала. А значит, как только я попытаюсь оторвать остатки тела от границы горизонта, то профессор мгновенно умрёт от болевого шока.

Как вообще возможно, что он до сих пор жив?! По всей видимости, он до последнего пытался исправить ситуацию, но не смог. А когда чёрная дыра разрослась настолько, что его зацепило, он в тщетной попытке спастись, схватился за ту скобу на стене, за которую держаться до сих пор. И всё это время, граница "горизонта событий" день за днём, медленно, но неизбежно, пожирала его тело, не давая возможности спастись. Страшная участь.

Меня даже передёрнуло от той мысли, что ему так и суждено умирать ещё долгие дни, а может месяцы или годы, миллиметр за миллиметром теряя своё тело. Жесть.

И я понятия не имел, как ему помочь. Хотел, но не знал. И это меня выводило из себя с каждой секундой всё сильнее. И пока я бился в тщетных метаниях, я не сразу сообразил, что дверь, которую снесло с петель, отсутствовала.

По всей видимости, она пересекла границу горизонта и её тупо расщепило и поглотило. Твою мать! А значит что масса чёрной дыры увеличилась, а следом и граница горизонта расширится, если уже не расширилась. Получается, что я своими действиями приблизил смерть профессора.

Хотя это всего лишь вопрос времени. Но это было очень страшно, оказаться вот в такой ловушке и столько времени медленно умирать. Врагу не пожелаешь такой участи.

– М! М-м-м!

Из-за каскада своих мыслей, я не сразу услышал, что профессор пытается привлечь моё внимание.

– М-м-м-м!!!

– Ну что ещё?! – психанул я, когда понял, что меня отвлекают от размышлений, и только потом опомнился, – блин, Владлен Богданович, простите, я не специально. Нервничаю очень. Что? Что случилось? Чем вам помочь?

Профессор взглядом единственного глаза попытался указать на лист бумаги на столе управления. Я проследил направление взгляда. На столе, где располагались органы управления той самой сферой Дайсона, что теперь отсутствовала в этом мире, лежал листок бумаги, самым кончиком уже касаясь границы горизонта.

– Это? – я неуверенно ткнул пальцем в листок, при этом заметил, как от его края оторвалось несколько частичек и улетели в дыру.

– М-М-М-М!!! – профессор замычал так, что я даже вздрогнул.

Понял. И потянулся к листу. В какой-то момент лист пошел волнами, словно попал под сильный поток ветра и сорвался с места в сторону чёрной дыры.

Я успел лишь схватить его за край. Большую часть листа сожрала дыра...

– Да чтоб тебя! Простите, профессор...

Я видел, как он опустил взгляд. Видимо этот лист бумаги был очень важен. Возможно профессор нашёл способ всё это остановить, но не успел завершить все необходимые манипуляции. А теперь ещё и я, из-за своей нерасторопности, просрал единственный шанс.

Владлен Богданович как-то особо тяжело вздохнул. Видимо это было последней каплей. Я посмотрел на него. Из единственного глаза стекала слеза... А потом он просто расжал руку.

Глава 12

А потом он просто расжал руку. Я даже не успел среагировать, как его тело стремительно втянулось силой гравитации чёрной дыры, тут же расщепилось на частицы и мгновенно исчезло.

– Нет! – я в самый последний момент хотел схватить его за руку, но не успел, схватив лишь пустоту.

Я осел на пол. Словно из меня выдернули стержень. Упал, как мешок с дерьмом. Ну как так-то? Ну вот почему я? Что за проклятие на мне?

Там не успел, тут в какую-то полную задницу угодил, потом накосячил, да ещё и в добавок профессора не уберёг...

У меня в голове даже не укладывалось, как он всё это время жил... Точнее, существовал. На грани жизни и смерти, до последнего момента цепляясь за шанс спасти этот мир. А тут я... Появился, подарил надежду и тут же просрал её. Мо-ло-дец! Пять баллов!

Сколько времени он тут вот в таком состоянии ждал единственного момента, что кто-то придёт и он ему передаст инструкцию к спасению мира? Он жил только ради этого единственного момента. Не знаю, какую чудовищную боль он испытывал каждое мгновение, но он не сломался. Не сдался. Не смирился... До последнего. Гигант, а не человек. Колосс! А я... А я всё испортил.

Я с грустью посмотрел на тот огрызок листка, который мне удалось спасти.

– Твою мать!!! – выругался я, когда прочитал единственную сохранившуюся строчку.

Пункт третий. Восстановить временно́е устройство!

Да, звездец, блин. Ну по-другому я никак не могу это назвать. Значит нужно починить... Ага, починишь тут. Там руины. Придётся строить с нуля. Ладно, это всё логично. Чтобы вернуться в настоящее, я должен оказаться в капсуле. И как минимум, маховик должен быть цел.

Даже немного отлегло. Но была проблема. Не хватало первых двух пунктов. Если мыслить логически, то первым пунктом, скорее всего, было – стабилизировать чёрную дыру. А вторым – восстановить энергообеспечение.

Потому как ещё в прошлый раз, профессор сам сказал, чтобы была возможность совершать перемещения во времени, нужно колоссальное количество энергии. Именно для этого и была создана модель чёрной дыры. А потом, для её удержания, была построена сфера Дайсона. Или наоборот, сперва сфера, а потом, внутри неё, создали дыру.

Всё логично. Но далеко не факт что это именно так. А может там ещё было по десять подпунктов. Ладно, будем разбираться по ходу.

Меня отпустило. Не до конца, конечно, но стало намного легче. Теперь у меня есть чёткая цель.

Я сделал очередные пометки в своей тетради. И перенес туда запись с огрызка листка. Повертел его в руках, но больше не нашёл ни каких следов или пометок. От злости скомкал его и бросил за горизонт.

Ещё раз оглядел всё. Но больше ничего существенного не обнаружил. Значит нужно идти дальше.

Из этого помещения шла ещё одна дверь. По всей видимости для того, чтобы персонал мог с любой стороны попасть внутрь. Иначе пришлось бы каждый раз делать большой крюк.

За дверью оказался точно такой же коридор. Прям зеркальное отражение предыдущего. Только с одной поправкой. Изображение было не просто отзеркаленно, но и перевёрнуто.

А вот граница "горизонта событий" всё так же была на том же месте, в полуметре от стены. И мне предстояло в очередной раз рискнуть жизнью и пройти на другую сторону.

Опыт у меня уже был. Но страх перед неминуемой гибелью, никуда не делся. Кроме того, он ещё больше усилился, как только я вспомнил профессора, что до последнего момента цеплялся за жизнь. Бр-р-р...

На всякий случай, я прихватил с собой пару банок консервов. Если вдруг понадобится снова выбить какую-нибудь дверь.

В этот раз я прокрался значительно быстрее. Страх – отличный мотиватор. Меня даже уговаривать не пришлось долго. К счастью, двери, а их было две, оказались не заперты.

Ближняя ко мне дверь вела в место отдыха персонала базы. Длинное помещение с кучей боковых дверей, словно в общагу попал. Я проверил их все. И не нашёл ничего интересного.

В строчке, напротив номера помещения, значилось одно слово – пусто.

Это длинное помещение заканчивалось тремя дверьми. Две, те, что по бокам, оказались женским и мужским туалетами. А между ними – общий душ.

Вернулся назад и зашёл в другую дверь. Там оказалась небольшая комната ещё с двумя дверьми. Что-то типа тамбура. Правая дверь вела под землю.

– Ага. Это же проход в спортзал. Точно...

Да, я один раз уже был здесь. В прошлом моём "прошлом". А вторая дверь, если я правильно помню, выходила с другой стороны в длинный коридор, где был вход в нашу с Тайей комнату. Туда-то я и направился в первую очередь.

Внутри меня всё ещё теплилась надежда, что девушка жива. Профессор же как-то смог выжить. Но комната оказалась пуста. Точнее все её составляющие.

Единственное, что я нашёл, это записка от девушки, что лежала на столе.

«Михаил! Какой же ты подонок и мерзавец! Взял и исчез! Бросил меня тут одну, и исчез! Я тебя полгода ждала, когда ты вернёшься из этого долбанного эксперимента. Квадро... Владлен Богданович тоже козёл! Ненавижу его! И тебя! Но его больше!

Вчера случился прорыв. Что-то случилось там, в центральном помещении. Всю базу тряхнуло так, что сработала аварийная система. Заблокировались все выходы и вырубилось основное освещение.

Профессор пытается исправить аварию. Но сказал, что это маловероятно. Всем остальным приказал эвакуироваться.

Мы вскрыли выход наружу из спортзала. И сейчас, всем дали десять минут, забрать свои документы, ценные вещи и тепло одеться. Эвакуационный транспорт уже едет к нам. Мы покидаем эту базу.

Если слова профессора Мирного правда, и он не сможет остановить процесс разрастания чёрной дыры, то нашему миру скоро придёт конец. Несколько месяцев. Это всё, что у нас осталось. А ты взял, и исчез! Мудак! Прости... Я просто не знаю что делать.

Вот и всё. За мной пришли. Если когда-нибудь ты прочитаешь эти строки, знай... Я очень злая на тебя! Понял? Козел! Целую».

– Фух! Ну слава Богу! Она выжила и уехала отсюда...

Я сел на её кровать. А потом упал. На сердце сразу стало тепло и приятно. Значит она меня ждала всё это время. Безумно приятно. Всё же эксперимент "Дружба" оказался чем-то намного большим, чем просто "привязка". И я был этому рад.

А ещё я был рад, что она всё же не забыла меня и оставила это прощальное письмо. И если я правильно всё понял, то этот инцидент произошёл через полгода, как я сел в капсулу. А значит, что она благополучно прожила сутки в будущем, а потом сутки в прошлом. И вернулась. А вот я прожил сутки в прошлом, но не вернулся из будущего...

А через полгода случилась эта катастрофа. И профессор сказал, что есть ещё несколько месяцев. Вот только вопрос – сколько? И сколько времени прошло, с момента инцидента? Много вопросов и ни одного ответа.

Я полежал ещё немного. Пора идти дальше. Я ещё раз обошёл весь наш блок. Но больше ничего интересного не нашёл. Сделал нужные пометки, сунул листок с письмом в карман. Пускай будет. На память.

Остановился в общей комнате и посмотрел в окно. За ним всё так же лежала ледяная пустыня. Вечная мерзлота, снега́ и уныние. И даже в этом, Богом забытом месте, была какая-то своя красота и шарм. Суровая, я бы даже сказал – безжалостная, но всё же, красота.

– Пора наведаться в спортзал...

Я вышел из нашей, теперь уже, бывшей общей комнаты и отправился в последнее, доступное, и пока ещё неизведанное, место.

Спустился по лестнице в подземный переход. И только здесь я ощутил, какое-то странное давление. Словно воздух здесь был в разы плотнее, а движения были, словно под водой. Странно...

Я списал всё на неизвестную гравитационную аномалию. Там, на первом этаже, если так можно выразиться, эта аномалия была на уровне чуть ниже колена. И я её вообще ни как не ощущал. То теперь, я спустился на этаж ниже, и теперь я полностью погружён в эту аномалию. И разница существенная.

Решил, что как только выберусь из-под земли, в спортзале, обязательно дополню заметки.

Коридор показался достаточно длинный, примерно около ста метров. Что-то в прошлый раз, я вообще этого не заметил. Хотя и был-то всего один раз в этом спортзале. Но тогда тут не было аномалии. Наверное из-за неё и путь кажется таким долгим.

Наконец, я дошёл до лестницы наверх. И с каждой ступенькой, становилось всё легче. А когда я поднялся на самый верх, всё стало как раньше.

Толкнул единственную дверь и вошёл в небольшое помещение. Это был общий зал. Справа была мужская комната для переодевания. Слева – женская. Прямо было ещё две двери, в соответствующие душевые, а между ними – небольшой, метров пять, коридор в сам спортзал.

Сделал зарисовку помещений. Проверил все комнаты. Здесь всё было как и везде. Много пыли, правда чуть меньше, чем в других помещениях, но тоже много. Но не было разрухи, как в зале для испытаний.

Но вот здесь, было значительно холоднее. Видимо выход, который смогли вскрыть те, кто эвакуировался так и не закрыли.

Пришлось ещё раз пройти по раздевалкам, чтобы найти хоть какую-то теплую одежду. Где-то куртку. Где-то шапку. Тёплую обувь я тут не нашёл. А вот перчаток было как на рынке.

Утеплился и пошёл дальше. Но то, что я увидел в спортзале, заставило меня вздрогнуть.

Всюду была замёрзшая кровь. И горы трупов. На стенах следы от пуль.

– Да, вашу е... мать!!! – это было последней каплей!

Никто не эвакуировался! Никто не покинул пределы этой чёртовой базы! А транспорт, который должен был забрать персонал, привёз сюда вооруженных людей. И те убили всех свидетелей!

– Суки! Мрази! Нелюди! – я был в гневе! И не просто в гневе, а в таком бешенстве, что ненавидел сейчас весь мир!

Ненавидел профессора! Даже немного был рад, что он сдох так мучительно! Если бы ни его безумные эксперименты и проекты, ничего бы этого не произошло! Не погибли бы все эти люди. Чёрная дыра бы не вырвалась из-под контроля и не грозила бы сейчас концом света. Не погибла бы Тайя!!! Моя! Тайя!

– Суки!!! Ненавижу!!!

Я ходил между замёрзшим мертвыми телами и всматривался в их лица. Я искал её. Ту весёлую и немного сумасбродную девушку. Да, пускай я и знал её не так долго, но по-настоящему к ней привязался. Наверное даже, любил её.

Я ходил от трупа к трупу. Разглядывал эти, навечно застывшие, маски ужаса, боли и обиды. Некоторые тела приходилось переворачивать, предварительно отрывая от пола замёрзшее тело.

Здесь были сотни людей. И все они были мертвы. Это ж какими надо быть зверьми, чтобы расстрелять ни в чём не повинных сотрудников базы?!

Да, я прекрасно понимаю, что нельзя было допустить утечки информации и разжигание паники среди мирного населения планеты. Но не убивать же!

Во мне всё кипело! С каждым новым трупом, когда я не находил тело Тайи, я свирепел всё сильнее и сильнее. Некоторым телам доставались незаслуженные пинки и оскорбления. Понимал, что это неправильно, но не мог остановиться.

И вот, я дошёл до самого первого тела, что лежало прямо у открытого выхода. Это была она. Это было Тайя. Она первая встала на пути вооруженных людей. И первая же рассталась с жизнью в этой бойне.

Но на её лице застыла улыбка. Такая искренняя и яркая. Я не знаю, о чём она думала в момент своей смерти, но очень надеюсь, что это были приятные мысли.

– А-А-А-А!!! А-А-А-А-А-А-А!!!

Я орал так, что уже через несколько минут просто сорвал связки до хрипоты. Но всё ещё продолжала орать. Я ненавидел весь этот чёртов мир! Его бесчеловечность и несправедливость! Всех и каждого на этой планете! И бил руками в замёрзший пол спортивного зала, который теперь стал кладбищем нескольких сотен людей...

Опустился на колени рядом с телом Тайи. Я смотрел на её застывшее лицо. На её яркую улыбку. И не мог поверить, что она мертва. Это было худшее состояние, в котором я когда-либо пребывал. Я хотел рвать и метать. Крушить всё вокруг. Но при этом у меня абсолютно не было сил даже кричать.

Ярость во мне сменилась абсолютным равнодушием. Желание спасти этот чёртов мир, мгновенно растворилось, оставив лишь очередную чёрную дыру. Только уже внутри меня. Я погладил девушку по холодному лицу.

– Прости...

Я кое-как встал на ноги и осмотрелся по сторонам. Теперь не было никакого смысла что-то пытаться изменить. Не к чему стремиться. Всё, что я сейчас хотел, это лечь рядом, взять её застывшую ладонь, крепко сжать... Я замёрзнуть насмерть рядом с ней. Вот и всё...

Но вместо этого, я вышел на улицу, через единственный выход, который они смогли вскрыть. Это даже был не выход. Это было окно. Бронированное, как и все другие окна на этой проклятой базе.

Не знаю как они смогли его разнести, но вместо него зияла огромная дыра. Они стащили к нему всё, что только смогли. Из под толщи снега и льда, угадывались какие-то спортивные тренажёры и снаряды. Она свалили всё это в кучу, чтобы можно было выйти наружу. Но с той стороны их встретили огнём и сталью.

И сейчас я стоял за пределами этого помещения. Ледяная пустыня, что была на многие километры вокруг, встречала меня тишиной и смертью. Даже малейшего дуновения ветерка не ощущалось. Или мне было просто похер.

Обернулся на комплекс сооружений, в виде долбаной восьмёрки, что эта база представляла сверху. В центре этого огромного комплекса высилась верхняя часть абсолютно чёрной сферы.

Я воочию увидел реальные размеры чёрной дыры. Она вымахала просто до огромных масштабов. И продолжала медленно, но неотвратимо пожирать всё, до чего только могла дотянуться, приближая неизбежный конец нашему миру.

Сел там где и стоял, даже не переживая за то, что могу банально простыть или схватить восполнение лёгких. Теперь мне было плевать и на это.

Вокруг была мёртвая тишина. Вот прям вообще. Не знаю, живут ли тут хоть какие-то представители животного мира, но поблизости их не было. Я сидел и продолжал всматриваться в чёрную бездну. Значит такая судьба уготованна этому миру? Туда ему и дорога.

Я посмотрел на часы.

– Твою мать!!! – походу это моё новое любимое выражение.

Секунды на часах шли как в обычном реальном мире. Не так, как в первые моменты моего пребывания здесь, в будущем. А как нормальные секунды. И я уже просидел тут на морозе не меньше десяти минут это точно.

Я соскочил, не зная что делать. Что-то изменилось. Но я не мог понять, что именно. Но точно изменилось. И я бросился назад. Влетел через разбитое окно.

Тела, что лежали замёрзшие по всему залу... Они исчезли. Были, а теперь их нет! Ни одного! Покрутился по сторонам, в надежде отыскать хоть что-то. Но ничего не было. Даже лужи застывшей крови куда-то делись.

Повернулся и посмотрел на окно. Оно целое! Да что за нахрен? Я бросился бежать. И бежал я сейчас в единственное место.

Слетел по лестнице так, что чуть ноги не переломал. Там, в подземном переходе, где в прошлый раз я чувствовал сопротивление воздуха... Его не было. И даже будто стало не так, как должно быть, а ещё легче. Всё наоборот.

Когда я выскочил в коридор, где была граница "горизонта событий" то обнаружил, что она стала меньше. И продолжала уменьшаться.

Нехорошее предчувствие кольнуло меня. Я снова посмотрел на таймер на часах.

– Какого? – время не уменьшалось, а наоборот, прибавлялось.

И если перед тем, как я попал в это будущее, на часах значились одни сутки и плюс один час. То теперь, время перевалило за двое суток и продолжало прибавляться.

– Это нехорошо! Это очень-очень нехорошо!

Я побежал в комнату управления.

– Профессор?!

Владлен Богданович сейчас точно так же стоял в комнате и держался левой рукой за скобу на стене. Только он был спиной ко мне. Ну, конечно, я же с другой стороны вернулся.

– Кто здесь? – услышал я взволнованный голос старика, и тот постарался посмотреть за спину.

Его правая рука в районе плеча была поглащена границей "горизонта событий". И эта граница, медленно отступала назад, с каждым мгновением возвращая, или наращивая, расщеплённую плоть обратно.

Я застыл на несколько секунд, разглядывая обратный процесс. Но когда граница горизонта достигла локтя правой руки, она остановилась. Я, прекрасно понимая, что это ненадолго, быстро поднырнул под левой рукой старика.

– Миша! – воскликнул он, когда я оказался у него перед глазами, – ты как тут оказался? И что вообще ты тут делаешь?

Глава 13

– Я тоже бы хотел знать, что я тут делаю? Но лучше ответьте на другой вопрос – что тут происходит?

Профессор смотрел на меня, словно на призрака. Если верить письму, что оставила мне девушка, то я пропал полгода назад. И кажется, они меня уже давным давно похоронили. Но вот он я. Живой и здоровый. А профессор... Не очень.

– Владлен Богданович, как вам помочь? – тут же спохватился я, прекрасно понимая, что без него, мне будет очень тяжело всё это исправить.

– Помоги... – как-то очень обречённо сказал он, а я проследил направление его взгляда и понял, начался процесс поглощения.

Не долго думая я просто схватил его в охапку и с силой дёрнул на себя. От неожиданности он отпустил левую руку от скобы и мы рухнули назад.

– А-а-а! – тут же закричал профессор, хватаясь за обрубок руки.

Я вскочил на ноги и глазами стал искать что-нибудь, что можно использовать как жгут, чтобы перетянуть рану. В бесчисленных экспедициях я научился оказывать первую помощь, и даже совершать реанимационные действия, если вдруг человек умирал.

Но в данном случае жгут не требовался. Профессор просто прижимал то, что осталось от его руки. Место "среза" было словно оплавленно. И кровь не шла через рану. Но, по всей видимости, пока руку "расщепляла" гравитация чёрной дыры, профессор, по какой-то причине, не чувствовал боли. Так вот как он продержался всё это время? Но теперь, когда его тело не связано с горизонтом, боль нахлынула всей волной.

От боли, профессор потерял сознание. Я попытался привести его в чувства, но сразу этого сделать не получилось. Но я, на всякий случай, оттащил его подальше от границы горизонта.

Потом вспомнил, что на аппаратуре лежал листок с его пометками. Встал, нашёл его глазами. Ещё целый и лежит на месте. Быстро схватил его. Пригодится.

Услышал крики за дверью. Кто-то ещё живой! Это хорошо. Я ещё оттащил старика, в самый дальний угол. И только через несколько минут, профессор пришёл в себя.

– А-а-а! – снова заорал он от боли, но уже сознание не терял.

– Владлен Богданович! Владлен Богданович! – я несколько раз позвал его, но он не сразу переключил своё внимание на меня, – что происходит, вы можете мне объяснить?

– Ох... Миша. Прорыв случился. Прорыв. Чёрная дыра просто ни с того, ни с сего, стала расти. Раз, и всё. Мне кажется, кто-то намеренно это сделал. Аппаратура, и уж тем более сфера, не могли выйти из строя сами по себе. Уж я это точно знаю. Я десятилетия потратил на расчёты. И лично участвовал в запуске этой системы.

– Да хрен с ней, с системой. Как это остановить? – перебил я старика. Вот честно, мне плевать на то, как это произошло. Сейчас важно другое – как остановить?

– Никак... Прости, Миша, но это не остановить. Чёрная дыра набрала слишком большую мощь. И будет только набирать ещё и ещё. И расти. Пока не поглотит, сперва нашу планету, потом солнечную систему, а потом и нашу галактику. Это конец.

Да ...ец!!! Поучаствовал в эксперименте! И тут меня осенило.

– Вы знали!

– Что, прости? – профессор даже охренел на мгновение от моих слов.

– Вы всё знали. Ведь так, профессор? Именно поэтому вы создали этот проект, ама... ана...

– Аналемма, – подсказал он, – да, я знал. И я всю жизнь пытаюсь это предотвратить. Всю. Свою. Жизнь. Но меня никто не слушал. А теперь уже поздно...

– Я! Я слушаю! Как это остановить? Вы же нашли способ, верно? Вы же всё записали на листе! Вот, на этом, – я достал из кармана тот самый листок, что спас несколько минут назад

– Да! Я знаю как. Но это уже не имеет значения. Чёрная дыра разрастается. Она поглотит всё. Капсулы сломаны, временно́е устройство – разрушено. Назад не вернуться. А впереди – только конец. И...

И тут профессор замолчал.

– Да, блин... – я подумал, что он в очередной раз потерял сознание, но нет. Он умер. От болевого шока. Наверное. Или... Да, хрен его знает почему, но его сердце просто не выдержало нагрузку, – твою мать!!!

Я осмотрелся по сторонам. Граница "горизонта событий" медленно расширялась. Хрень какая-то... Вот совсем недавно, она уменьшалась, а теперь снова увеличивается. Словно живая и... дышит? Да, не... Бред.

Бред или нет, но я соскочил и бросился в зал для испытаний. Если моя догадка верна, то я ещё могу успеть.

Пронёсся я, словно ураган, снося и переворачивая всё на своём пути. Залетел в помещение зала и только и успел упасть на пол. В самый последний момент, я увидел, что маховик, всё ещё цел, и вращается с бешеной скоростью. Внутри помещения никого нет. Видимо все уже эвакуированны.

Всё это я успел увидеть и осознать за одно короткое мгновение, а в следующее – я уже лежал на полу, закрывая голову руками. А надо мной с огромной скоростью проносились миллионы осколков, от разлетевшегося во все стороны, маховика. Конструкция не выдержала скорости вращения и разлетелась.

Эти осколки имели колоссальную силу. Она сносили и разносили всё на своём пути. Одно короткое мгновение, и весь зал превратился в хаос. Свет погас окончательно.

Я ещё какое-то время продолжал лежать на полу, слушая как медленно падают на пол разрушенные конструкции и аппаратура. А ещё через мгновение – всё стихло.

На всякий случай, я посмотрел на часы. Ровно одни сутки, плюс один час. Всё вернулось к прежнему состоянию. Именно в это время, я появился в этом "будущем".

Аккуратно поднялся на ноги, стряхивая с себя осколки всего, что только можно. Достал фонарь и посветил в сторону капсул.

Сложно было что-то разобрать из-за огромного количества пыли, что сейчас витала в воздухе. А через, буквально несколько секунд, вся пыль резко опала вниз, покрывая абсолютно всё вокруг толстым пыльным ковром.

Видимость мгновение улучшилась. Я направил луч света на капсулу, из которой я когда-то выбрался.

Резко стало темно. Я почувствовал, как на меня что-то упало сверху с жутким скрипом. От неожиданности я откинул это руками. И только сейчас я осознал, что не стою в проходе, а лежу. В капсуле.

– Что за...

Я ещё какое-то время приходил в себя, и вообще не понимал, что происходит. Как я за одно мгновение, переместился обратно в капсулу? Я же только что стоял возле выхода. Или нет?

Наконец, открыв глаза, я постарался осмотреться вокруг. Понадобилось время, чтобы глаза привыкли к тусклому свету, от нескольких, чудо сохранившихся, ламп аварийного освещения.

Отцепил ремни и вылез из остатков капсулы. Как меня насквозь вместе с ней не прошило? Она ж держится на честном слове. Даже сито, и то выглядит лучше, чем капсула, из которой я только что выбрался.

– Стоп! – резко оборвал я сам себя, – это уже было! Было же?

Я спросил в пустоту, но ответа, естественно не было. В голове начался какой-то бардак. Мысли путались и пытались отвоевать реальность.

Одна половина мозга воспринимала новую, только-только поступающую, информацию. А вторая половина – твердила, что эта информация уже есть. Что я уже пережил эти мгновения и всё видел и всё знаю. И мне стало не по себе от этого разделения сознания.

Я аккуратно спустился с той надстройки, где были капсулы и маховик. Споткнулся и чуть не упал. Благо рядом стояла тумба, на которую я опёрся и смог удержать равновесие. А вот тумба стала падать и в какой-то момент...

– Ща в воздухе зависнет, – безапелляционно заявил я.

И действительно, тумба стала замедляться, а потом и вовсе, словно остановилась.

– Какого хрена? – удивился я. Точнее одна часть моего сознания, которая воспринимала всю информацию впервые.

И это меня испугало реально. Не хватало ещё, чтобы я шизу схватил. Разделение личности – это же звездец! Не-не-не! Не надо мне такого счастья.

С одной стороны, я уже знал, что нужно делать. Вряд-ли бы что-то изменилось...

И тут же в голове всплыли слова профессора, что как только мы увидели будущее, она тут же меняется.

– А вот это хреново!

Я огляделся по сторонам, стараясь заметить хоть какие-то отличия, но пока что, ничего существенного не бросалось в глаза. Это хорошо.

Полез в карман, чтобы достать тетрадь и сделать пару записей. Тетрадь-то я достал, но вот она была девственно чиста.

– А? – а вот тебе и первое отличие.

Достал из кармана листок, с инструкциями профессора, но тот тоже был чист. А вот это уже плохо.

Нужно было всё заносить в тетрадь по-новой. Я забежал в комнату для чаепития, смахнул всю пыль со стола и стула и хотел уже начать по-новой рисовать схему базы на память и делать записи.

Как только я открыл тетрадь, то услышал странный звук. Как-будто что-то прошелестело где-то совсем рядом. Я замер, прислушиваясь. Но вокруг была тишина. Я так просидел, по прикидкам реального времени – не меньше минуты, продолжая усиленно вслушиваться в тишину вокруг. Но звука больше не было.

Но стоило мне взять ручку и начать рисовать, как появился другой звук, как будто металлический шарик в спичечном коробке бьётся о стенки. Я замер. И звук пропал.

– Чертовщина, какая-то...

Начал искать источник звука. Когда открыл самый нижний ящик, где в прошлый раз нашёл тетрадь и ручку, что сейчас были со мной... Там же обнаружил точно такую же тетрадь и точно такую же ручку.

Тетрадь была открыта на первой странице, и на ней виднелось первое же помещение, что я только что нарисовал. А рядом, в слое пыли, под которым я когда-то нашёл ручку, словно черви прогрызли норы...

– Вот сейчас вообще не понял!

Я аккуратно положил "свою" ручку на стол, и чуть было не слетел со стула от того, что та ручка, что лежала в нижней полочке под слоем пыли, встала вертикально!

– Ох-...-еть! – коротко и ёмко.

Несколько секунд я смотрел на эту картину и не мог сообразить, что происходит. Это что за неведанная сила заставила "встать" ручку. И при этом, она не падала!

Кое-как поборов дикое желание нахрен убежать отсюда, я ткнул ручку, ту, что "стояла" пальцем. И знаете что? Ни-че-го! Она словно монолит была. Я толкнул сильнее – и без результатно.

Тогда я пальцем сдвинул ручку, которая лежала на столе. И та, что "стояла" – вертикально сдвинулась в сторону на точно такое же расстояние.

– Я точно шизик!

Мне понадобилось несколько минут, чтобы выйти из состояния шока. Так же не бывает! Ведь не бывает? Или всё-таки бывает?

И тут стало до меня доходить. Походу я попал в какую-то "временную петлю", но в будущем. Получалось так, что я прожил какой-то период в будущем, считая это своим "настоящим". А как только условный круг замкнулся, и я вернулся в изначальную точку отсчёта, то моё реальное будущее, стало реальным прошлым.

– Попадос!

И теперь я проживал новую вариативную реальность своего будущего. Я же будущее увидел? Увидел. Теперь оно изменилось? Изменилось. Но при этом, оно одновременно с этим стало моим прошлым.

– Нихрена себе... Это что получается? Я теперь застрял вот в такой петле?

Восьмёрка! Это долбанная восьмёрка. Или бесконечность. Та же хрень, только вид сбоку.

Значит я появился в начальной точке, точке пересечения временных витков. Прожил какой-то период в будущем и снова вернулся в начальную точку. А теперь я проживаю этот же период, но в другом временном витке, в прошлом. И рано или поздно, я снова вернусь в начальную точку. В точку пересечения. Точку отсчёта... Получается так, что реальностью, в понимании времени, является только тот момент, когда я нахожусь в точке отсчёта.

– Охренеть, теория! Нобелевскую премию мне! Два раза!

К такому жизнь меня не готовила. И я реально не знаю, что сейчас делать. Как разорвать эту долбаную петлю? Эту странную восьмёрку-бесконечность?

Я от злости хлопнул рукой по столу, от чего потоком воздуха снесло ручку, что лежала на нём. И знаете что? Она не упала, нет. Она отлетела до края стола и остановилась. А вот та ручка, которая "стояла" в нижней полки тумбочки стола, тоже отлетела в сторону.

Вот только она нахрен вырвала кусок деревянной стенки и повисла в воздухе.

– Я псих... – обречённо констатировал я, – хотя нет. Психи же неуравновешенные. Значит я просто – сумасшедший. Та-да-а-ам...

Вокруг происходило чёрти что. И я не мог найти этому никакого объяснения. И это меня пугало. Даже больше чем то, что я тут нахрен застрял.

Обречённо опустил голову и упёрся лбом в тетрадь. Я не знал что делать. Поэтому решил просто, ничего не делать. Нужно немного отдохнуть. Слишком много свалилось на меня за это короткое время.

Я, блин, даже месяца в общей сложности, со всеми полетами во все временные потоки, не прожил в стенах этого сумасшедшего дома. А ощущение такое – что прожил уже несколько жизней. Предположительно – дохрена.

На самобичевание и уныние я выделил одну секунду по таймеру. Если ничего не изменилось, то это примерно два часа уныния, страдания, саможаления, самоедства и самодурства.

– Ну всё. Отдохнули, хватит. Пора...

А что именно пора, я пока так и не понял. Точнее – ещё не решил. Но я знал, с чего я начну. С очередного эксперимента.

Я начал пальцем аккуратно двигать "свою" ручку по столу и внимательно следить, за перемещением "местной" ручки. Я твёрдо намеревался добиться того, чтобы они соприкоснулись.

Это было капец как тяжело. Мало того, что вторая ручка двигалась в зеркальной плоскости, так ещё и плоскость была наклонена под углом в девяносто градусов.

В голове всплыла ещё одна фраза, которую профессор сказал, ещё когда в самом начале, разговор зашёл за движение электрона по орбитали.

Как же там было... А!

«...всё то, что мы думаем, имеет кольцевую орбиту, на самом деле имеет орбиту в виде восьмёрки. Хоть это наша планета, или даже электрон в атоме водорода. Кто-то скажет, что нет, профессор, вы не правы. Электрон в атоме водорода имеет "s-орбиталь" и она сферическая. Но увы. Если кто-то тоже так считает, то вам здесь не место.

На самом деле, электрон в атоме водорода имеет "p-орбиталь", то есть в виде объёмной восьмёрки. Но, при этом, этих орбиталей бесконечное множество, что при наложении друг на друга, они и образуют эту самую сферическую модель...»

Хотелось бы понять, что это значит. Нет, сами слова я прекрасно понял. Если наложить друг на друга всё бесконечно возможное количество орбиталей электрона, и совместить их все в одной единственной точке – точке отсчёта, которая вместе с этим, является и ядром атома, то все наложенные орбитали просто сольются в один объект. В сферу.

Но вот зачем мне эта информация? И тем более именно сейчас? Я честно говоря не понимал, от слова совсем.

Решено! Сперва разберусь с ручкой, а потом всё остальное. И я начал двигать "свою" ручку так, чтобы заставить их соприкоснуться. Оказалось вот вообще нереальная задача.

Мало того, что из-за отзеркаливания и наклонов плоскостей движения друг относительно друга, сложно было определить нужный вектор движения, нужно было учитывать ещё кучу факторов. Особенно то, что "вторая" ручка, могла не просто преодолевать расстояния в пространстве, она ещё и обладала колоссальной разрушительной силой.

Я дважды чуть не пострадал из-за этого. Первый раз, когда из-за постоянно витающей в воздухе пыли, я чихнул. При этом машинально прикрылся рукой, которой держал свою ручку. Вторая же, её копия, так резко просвистела в опасной близости от моей головы, что я чуть не стал главным победителем на премию Дарвина.

Второй раз, когда я почти свёл их вместе, я случайно уронил свою ручку, а копия, прилетела, словно дротик, вспоров мне кожу на левой руке. Причём, на внутренней стороне, которая ближе к телу. Ещё бы пять-семь сантиметров влево, и "вторая" ручка бы насквозь пробила б мне сердце.

Короче говоря, это была глупая затея с самого начала. Но я упорный. Или глупый. Слабоумие и отвага – наше всё.

Теперь я совершенно по-другому смотрел на этот феномен. Попыток я не оставил, но все дальнейшие мои действия, как говорится, в час по чайной ложке, совершались. На воссоединение двух письменных принадлежностей я потратил ещё целую секунду местного времени. Или два часа – реального.

Но вот что оказалось интересно. Чем ближе друг к другу становились две версии одного объекта, тем сложнее было их двигать навстречу. Не в плане пространственной составляющей, а в плане физическом. Словно две реальности сопротивлялись встрече.

И тут я вспомнил про "Парадокс убитого дедушки". А ещё слова профессора, что вселенная защищает свои тайны. В данном случае, моя ручка, которую я перенёс с собой из другой версии будущего, являлась для местной ручки не дедушкой, а отцом. Но смысл от этого не менялся.

Когда осталось всего несколько сантиметров до момента касания, я испытал такое сопротивление, как будто пытался сдвинуть стену. Моих физических сил тупо не хватало.

И вот тогда я совершил очередную глупость. Я потратил ещё кучу времени, чтобы выставить обе письменные принадлежности в нужном месте в пространстве. А потом просто уронил свою ручку.

Глава 14

Помните, как я рассказывал, что случайно уронил ручку, а её копия, чуть меня не пронзила насквозь? Так вот. Я повторил этот фокус, только уже намеренно. Сила гравитации – самая большая сила на Земле. Она удерживает огромные тела с много миллиардными массами, на своей поверхности. И чем масса больше – тем гравитация сильнее. Основную роль тут играет масса. Потому как "гравитационная постоянная" она неизменна.

Ладно, она тоже немного изменяется, но там максимальная разность значений всего четыре десятых составляет.

Ну, на счёт самой большой силы я немного погорячился. Там вроде как есть ещё одна сила, более мощная, это та, которая удерживает элементарные частицы вместе, но она нам не нужна. Да и вообще, это из другой оперы. Так что, я тут не соврал.

Да и хрен с ним. Главное в этом знаете что? Моей физической силы, чтобы заставить эти две копии одного объекта встретиться в пространстве, не хватило. А вот силы тяжести – ещё как. Знаете, как я это понял?

А вот как только в сознание пришёл, так сразу и понял. И, честно сказать, лучше бы я этого не делал. Ладно, обо всём по порядку.

Итак. Я неимоверными усилиями и ценой нескольких вёдер пота, и миллионов мёртвых нервных клеток, смог расположить в пространстве две эти долбанный шариковые ручки. Задумка была такая, что, как только я отпущу "свою" ручку, то она, под действием силы тяжести, непременно устремится к земле. А вот вторая, та, что её реальная копия, по непонятным мне связующим законам, начнёт осуществлять зеркальное движение в другой плоскости.

Итог. Я очнулся в нескольких метрах от того места, где проводил свой безумный эксперимент. Ручки всё же встретились в пространстве. И произошла взаимная аннигиляция двух копий одного предмета из разных реальностей.

Помните про "Парадокс убитого дедушки"? Так вот. Вот он ответ на этот парадокс. Оба предмета просто перестали существовать. А из-за малого размера, я остался жив. Не совсем цел, но жив.

– О-о-ох... – еле смог выдавить я, потому как болело всё моё, не побоюсь этого слова, безмозглое тело.

Вот реально, был бы мозг – было бы сотрясение. А так я отделался кучей ушибов всего себя.

В том месте, где две ручки встретились, произошёл такой выброс энергии, что меня нахрен снесло. И всю мебель, что была в радиусе выброса энергии, и всю пыль и вообще всё. Всё разметало в стороны.

Когда я очнулся, то первое, что я обнаружил, так это пылевую сферу, диаметром в пару метров. Вся пыль, а так же щепки от мебели, кусочки какого-то мусора... Короче всё, что оказалось рядом, сейчас медленно кружило в воздухе вокруг какой-то сферы.

При этом, сфера внутри была абсолютно пустая, в плане мусора и пыли, а вот всё остальное летало вокруг, не пересекая определённой границы в пространстве.

Некая сила притяжения, удерживала эти частицы в пространстве, не давая разлететься в стороны и упасть, но и она же не давала пересечь эту самую границу сферы.

А в её центре знаете что было? Чёрная дыра! Совсем крошечная, как та, что была экранированна сферой Дайсона, и которая теперь вышла из-под контроля и грозит нашему миру огромным детородным органом.

Короче, я создал очередной звездец. Не, ну не дурак ли, а? Хотя, чего это я? Очень многие научные открытия происходили именно так, по глупости. Ладно, не все. Но всё же были.

– Твою ж... – ну вот, опять я матом думаю?

В голове мысли ворочались, как пьяные улитки. Всё тело болело и намекало про отсутствие мозга в голове. Ничего страшного, другие биологические виды, как-то живут без мозгов. Чем я хуже?

Что делать со своей персональной чёрной дырой, я не знал. Да и как-то всё желание отбило. Но в голове сразу же возник вопрос – а не так ли, профессор Мирный, создал свою чёрную дыру? Ну, максимально приближенную к реальности модель, как он сам её называл.

Тогда другой воарос... Как он, не имея того колоссального количества энергии, необходимой для путешествия во времени, смог в одной временной реальности соединить две копии одного объекта? Хороший вопрос...

Но сейчас меня интересовало другое. Во-первых, я дико хотел жрать, а во-вторых, нужно заглянуть к профессору. Он вроде как ещё должен быть жив.

Я ломанулся в столовую. Ага, щаз! Я еле смог собрать себя в кучу, чтобы хоть как-то ползти в столовую. И пока я полз, я старался заставить думать мозг, которого нет, но он есть... Ха! Я придумал "Парадокс мозга"! Не, ну а что?

Ладно... Короче, пока я полз в столовую, пытался включить мозг и попытаться определить, и, тем более, зафиксировать в памяти, всё отличия, от предыдущего моего нахождения здесь.

Но я их упорно не замечал. Всё же, хорошо меня приложило.

Первое существенное отличие я заметил сразу. В том коридоре, что как раз и вёл в столовую, граница "горизонта событий" сдвинулась настолько в сторону стены, что я даже засомневался а смогу ли я вообще там пройти?

Если в прошлый раз, когда я тут проходил, расстояние от границы горизонта до стены было примерно полметра, а в момент попытки моего прохода, расстояние резко сократилось на треть. То теперь оно было как раз именно таким.

Глянул на часы, время примерно одно и тоже. Значит с каждым новым витком "временной петли" эта граница будет расширяться всё быстрее и всё больше. А значит, в какой-то момент, она расширится настолько, что как только я появлюсь в очередной вариации будущего, то эта граница уже расширится до того состояния, что проход здесь будет просто невозможен.

Обо всём этом я думал как раз в тот момент, пока очень быстро, но очень аккуратно, распластавшись вдоль стены, преодолевал опасный участок. Мне совсем не хотелось повторить судьбу профессора Мирного.

К счастью, я успел как раз вовремя. Стоило преодолеть этот опасный участок и сделать пару шагов от него, как граница горизонта резко расширилась. И теперь не доставала до стены всего пару сантиметров.

– Да, вашу... – хотел выругаться я, но не стал, вместо этого, – спасибо, что не сожрала меня.

Я, конечно же, не верил в то, что чёрная дыра имеет разум, но на всякий случай поблагодарил её, за то что подождала, пока я проползу мимо.

В столовой, пока я уплетал консервы, меня посетила другая, весьма неутешительная мысль. Если горизонт расширился настолько, что теперь я не смогу пройти назад, то и с другой стороны, в точно таком же коридоре, я пройти тоже не смогу. А это хреново.

Быстро разделался с несколькими банками консервов, правда при этом, я уже наткнулся сразу на пять испорченных банок.

Взял с собой несколько штук, чтобы вскрыть дверь в помещение управления. Но они не понадобились.

В этот раз дверь оказалась незаперта. Ещё одно отличие. А вот картина, что я застал внутри, меня ничуть не порадовала.

Если в прошлый раз, когда я обнаружил профессора Мирного в этом самом помещении, граница "горизонта событий" проходила где-то примерно в середине его тела, относительно вертикальной оси симметрии. То сейчас я застал лишь одну руку, которая продолжала держаться за скобу на стене, и заканчивалась плечом, убирающимся в границу горизонта.

Жуткое зрелище! Но нужно отдать Владлену Богдановичу должное. Он до последнего момента не расжал руку. Даже когда его почти полностью сожрала чёрная дыра. Это внушало огромное уважение к нему, как к мужику. Хотя и не отменяло того факта, что он причастен ко всему происходящему.

Листа бумаги на прежнем месте не оказалось. Его зацепило, втянуло и расщепило. Я засунул руку в карман, но и там не оказалось листа, что я успел схватить в момент, когда в последний раз видел профессора ещё живым. Это меня насторожило.

В кармане хоть и нашелся лист с письмом от Тайи, но он был пуст. Просто лист. И это тоже было странным.

Что делать дальше – я не знал. Куда-то попасть, кроме как в столовую, я не мог. Да и спросить было не у кого.

Так я и сидел в помещении управления, а в голове творился сумбур. И только рука профессора, что до сих пор сжимала скобу, как единственное напоминание о том, что мир ещё не совсем уничтожен, добавляла толику сюрреализма во всю эту картину.

Иногда рука вздрагивала, и по-удобнее перехватывала свою опору. Когда я в первый раз это увидел, я чуть знатно не навалил кирпичей.

Со стороны это выглядело так, будто профессор всё ещё жив и просто стоит за прозрачной, но непроглядной ширмой, а руку просто просунул в прорезь, а не был разложен на элементарные частицы и бесследно поглощён в бесконечной мощи чёрной дыры.

Но через пару десятков раз, в голову даже закралась мысль, что профессор всё же жив. Пускай и "условно" находится в другом измерении, но связи со своей конечностью не теряет. Жесть...

В какой-то момент... Не знаю, что именно произошло, но я это отчётливо почувствовал. Граница горизонта неожиданно вздрогнула и по ней прошла еле заметная волна. А потом она стала отступать назад. Уменьшаться.

Я впервые осознанно наблюдал этот процесс. В прошлый раз я его тоже видел, но там было не до разглядывания. Но не сейчас.

С каждым мгновением горизонт отступал. Я даже заметил, как с той стороны, хлынул тоненький ручеёк частичек. Словно пылинки в луче света, они плясали и кружились, постепенно двигаясь лишь в одном направлении. В направлении руки профессора.

Это было захватывающее и одновременно ужасающее зрелище. Не знаю, что Владлен Богданович испытывал в этот момент, и испытывал ли вообще. Частички постепенно оседали на границе горизонта и с каждым миллиметром, отступая назад, горизон возвращал плоть профессора.

Вот, уже показалось плечо. Именно в таком состоянии я и застал профессора в этот раз. На всякий случай, я отошёл подальше, мало ли. Но не перестал наблюдать это явление.

Но спине предательски бежал пот. И я чувствовал какое-то внутреннее беспокойство. Не знаю почему, но мне казалось, что когда тело профессора поглощал горизонт – это было нормально, то сейчас, обратный процесс, процесс восстановления – казался чем-то чужеродным и неестественным. И это пугало.

Стали вырисовывается другие части тела. Голова, корпус, нога... Через какое-то время, появился глаз.

– Твою мать!!! – заорал я во всю глотку, когда этот глаз посмотрел на меня. Жуткое зрелище.

А когда появился рот и он... Улыбался? Волосы у меня встали дыбом.

Я не знал, как и почему это происходит, но я очень не хотел оказаться на месте профессора. Это ж какая у него сила воли и тяга к жизни, что даже когда от него осталась одна рука, и та по локоть, он даже тогда не отпустил её. Наверное эта скоба, за которую он всё время держался, была для него как некий якорь.

Правда тут же возник вопрос, если в прошлый раз он при мне отпустил руку и окончательно растворился за границей "горизонта событий", то как тогда он смог вернуться назад? Якоря же по факту не существовало.

– Миша? Ты как здесь оказался? – первый же вопрос, который задал профессор, как только смог полноценно шевелить губами.

– Профессор, у меня точно такой же вопрос к вам! И ещё миллион других вопросов.

– Помоги-ка... – он взглядом указал на свою руку, которая только начала материализоваться...

– Подождите, профессор. Ещё рано. Как только горизонт остановится, так сразу помогу, – почему-то именно в момент, когда граница прекратит своё движение, появится возможность "оторвать" профессора. Но это не точно, – послушайте, Владлен Богданович. Когда я вам помогу, вы скорее всего потеряете сознание...

– Вот ещё! – возмутился старик, – у меня высокий болевой порог. Так что за меня не переживай.

– В прошлый раз что-то вам это не помогло.

– В какой прошлый раз? – он походу ничего не знает. Это плохо...

– В общем, я помогу, но пообещайте мне, что как только вы очнётесь, то сразу же все запишите, подробно, на листок и оставите его, – я посмотрел по сторонам, выбирая наиболее подходящее место.

В этот момент я заметил, как лист, на котором были написаны инструкции профессора, вылетел из-за границы горизонта и плавно опустился на аппаратуру управления. И я тут же его схватил.

– Вот тут, – я указал на то же место, где только что забрал лист бумаги, – тут и оставите. Договорились?

– Михаил, если честно, я ничего не понимаю. Но сделаю так, как вы попросили. Когда же вы мне, наконец, окажете помощь?

– Терпение...

И, словно услышав мои слова, граница "горизонта событий" остановилась ровно в том же месте, где и в прошлый раз. Прям на сгибе руки в локте.

– Готовы? – я спросил скорее себя, чем его.

– Гот... – он не успел договорить, а я уже дёрнул его на себя, – А-а-а-а!!! – закричал он и потерял сознание.

Ну я же говорил. Я подхватил бессознательное тело и оттащил его в дальний угол. Сейчас у меня было совершенно другая проблема.

Как только уложил профессора, облокотив его о стену, вскользь глянул на опплавленную культю, убедился, что он не умрёт от потери крови, тут же бросился бежать. А бежал я в спортивный зал.

Внутри меня всё ещё теплилась надежда, что я увижу Тайю живой. Как только спустился в подземный переход, я стал различать крики и звуки стрельбы. Значит ещё идёт обратный процесс.

Я выскочил из перехода и замер около входной двери в помещение спортзала. Из-за двери всё ещё раздавались выстрелы, но с каждым мгновением их становилось всё меньше. А вот криков, наоборот, всё больше.

Оно и понятно. Живых людей становилось с каждым мгновением больше, а вместе с этим и криков ужаса и боли.

Я дождался, когда выстрелы стихнут совсем и рванул дверь на себя. Огромная толпа людей... Живых людей, стояла в конце зала около того разбитого окна, что они непонятно как смогли вскрыть. А на вершине стояла она.

Не узнать её было невозможно. Я бросился со всех ног, расталкивая толпу людей. Они только мешали. И чем глубже я пробирался сквозь толпу, тем сложнее становилось это делать.

Народ о чём-то шумно разговаривал. Они явно обсуждали последние события. Кто-то с ужасом, а кто-то с нервной улыбкой и паническими нотками в голосе.

– О! А вот и наша группа эвакуации прибыла, – гордо и очень радостно заявила Тайя.

Народ вокруг оживился и стали плотнее сбиваться в кучу, мешая с каждым мгновением всё больше.

– Прочь! Пошли прочь! В сторону! – орал я, распихивая всех локтями.

Кто-то возмущался и орал мне в след, кто-то недовольно толкал в спину.

– Да уйдите, вашу мать!

– Слышь! А ты чё такой борзый?! – нашёлся самый смелый, – пошёл нахер отсюда!

Мне совершенно было плевать на этого выскочку, но он перегородил мне дорогу.

– Уйди! – попытался оттолкнуть я его, за что тут же получил по морде.

Завязалась небольшая потасовка. Хоть я и относился к учёной братии, но за себя постоять всё же мог. Пришлось отвечать. Но сложно отвечать, когда тебя пятеро уже пинают.

И тут прозвучал первый выстрел. На какое-то мгновение всё стихло. Все разом замолчали. А потом с дикими криками и воплями, бросились в рассыпную.

Я через залитые кровью глаза, кое-как смог разглядеть картину. Несколько десятков вооруженных человек в белом арктическом комуфляже забегали через разбитое окно и расстреливали всех, кого только видели.

Страх и паника охватили всех присутствующих. Они пытались убежать, спастись, но не успевали. Автоматные очереди догоняли всех и каждого, не давая скрыться. А я полз.

Я вытер кровь как мог и полз в то место, где в последний раз видел Тайю. Вооруженные люди, совершив расправу, даже не стали добивать раненных. Развернулись и быстро покинули помещение спортзала. А я всё полз.

Наконец, когда достиг цели, попытался подняться, но те мудаки знатно меня отпинали. И походу даже рёбра повредили. Но мне было плевать.

– Ми...ша... – прошептала девушка, увидев меня.

– Да. Это я. Я вернулся, – пытался я успокоить и себя и её, попутно рассматривая её тело, в попытке отыскать место ранения.

Девушка подняла руку, прикоснулась к моему лицу и искренне мне улыбнулась. Но её улыбка так и застыла на лице. Рука безвольно упала.

А я сидел рядом на коленях и сжимал остывающую ладонь... Я так спешил, так старался увидеть её снова. Хоть на один короткий миг... Она тоже меня увидела. И это, наверное, было самым лучшим, но несомненно последним, моментом её жизни.

Теперь я понимал, почему, когда я в прошлый раз нашёл её мёртвое тело, она улыбалась. Не знаю, видела ли она меня в тот раз... А может просто думала обо мне в последнее секунды. Сердце сжало скорбью, а голову прострелило дикой болью. Я снова её потерял...

Глава 15

Вновь нахлынуло чувство ненависти ко всему миру. А стоит ли его вообще спасать? Достоин ли этот мир существовать дальше? Хороший вопрос...

Имею ли я право судить его? Безусловно нет. А могу? Безусловно да. Но не стану... И, не смотря на то, что я сейчас, наверное, единственный, кто может что-то исправить и спасти наше общее будущее, но у меня совершенно нет желания этим заниматься.

Жить я хочу. И ещё как. И хочу, чтобы дальше, может и не со мной, но всё же, жила чудесная девушка Тайя. Она уж точно не заслужила пулю в спину.

Скорее всего, когда произошёл "выброс" энергии чёрной дыры, сигнал бедствия поступил на пульт какого-то спецподразделения, которое просто без разбору, убило всех свидетелей.

Что потом скажут? Техногенная катастрофа? Неконтролируемый взрыв? Враги государства напали? Не важно. Важно то, что уже никто не будет разбираться в этом. Спрячут тайну за сотней печатей.

Дождутся того момента, когда чёрная дыра поглотит весь остров, а потом что-нибудь придумают. Но к тому времени, не останется ни одного живого свидетеля, который сможет хоть что-то рассказать.

Но я не из тех, кто за ошибки единиц, будет судить всех. Как минимум, я постараюсь спасти Тайю. Ну и, может быть, ещё профессора. Пускай и во всём случившемся есть его непосредственная вина, но он учёный, который готов жизнь, причём множество раз подряд, отдать за то, во что, или кого, верит. И только это одно его качество, перевешивает чашу весов в его пользу.

Пока я размышлял о несправедливости этого мира, даже сам не заметил, как тело девушки исчезло. Обратный процесс подходит к концу. Нужно спешить.

Я ломанулся обратно. Но не успел. Точнее не так, я почти не успел. В комнату управления, где был профессор, я залетел именно в тот момент, когда листок с его записями сорвался с места и мгновенно исчез за горизонтом. Я нырнул под рукой профессора, которой он снова держался за скобу на стене. Всё же это был якорь.

Он успел посмотреть на меня единственным оставшимся глазом. И этот взгляд был полон скорби и обречённости. Я слишком долго придавался горю. И из-за этого пропустил очередной временной виток.

Профессор закрыл глаза... глаз, и отпустил руку.

– Да, блин!

Я хотел ещё много чего сказать. Всё, что думал по этому поводу, но вспомнил о более важных вещах. Кинулся в зал для испытаний.

Границу "горизонта событий" я проскочил только чудом. И то, пришлось прыгать щучкой. Но это не спасло один мой ботинок. Его зацепило, мгновенно расщепляя и поглащая подошву. От чего меня дёрнуло в сторону уже на самом излёте, и со всей силы приложило о стену.

Было больно. Было обидно. Ходить в одном ботинке, такое себе. Хорошо хоть до моей драгоценной тушки не достало.

С первого раза встать на ноги не получилось. Да и со второго тоже. Что-то слишком много увечий за сегодня получило моё многострадальное тело. Сперва ручка, точнее две ручки, чуть не разнесли всё в клочья, образовав новую чёрную дыру. Потом толпа местных гопников меня знатно отпинала. Теперь ещё и горизонт меня зацепил.

В помещение зала для испытаний я ворвался в самый последний момент. Точнее я влетел в дверной проём, но тут же споткнулся и со всего маху полетел на пол.

Я уже приготовился очередной раз разбить себе морду лица, потому что руки подставить уже не успевал. Даже зажмурился на всякий случай.

Но вместо удара спереди, я почувствовал удар сверху. На меня очередной раз упала крышка капсулы. Начался новый виток будущего.

Теперь-то я не тормозил. Быстро выскочил наружу и тут чуть не навернулся. Знаете почему? Да потому что на одном ботинке не было подошвы.

– Что за нахрен? – я поднял правую ногу, а там нижнюю часть ботаника, как корова слизала.

Перепад высоты был пару сантиметров, но это очень мешало. Сразу откуда-то появилась хромота. Ещё этого мне не хватало.

Тело болело, от прошлых моих приключений, но уже не так сильно. Словно в один миг прошла целая неделя. Ощупал лицо, на всякий случай, но оно почти зажило. Ну хоть это хорошо.

В очередной раз бросился в комнату для чаепития. Мне нужны были тетрадь и ручка. Ручку я на кой-то хрен расщипил, экспериментатор хренов. А тетрадь отдал профессору. А ещё мне нужен был фонарик.

И знаете что? Хрен мне, а не всё вышеперечисленное. Потому что в конце комнаты в воздухе висела ещё одна чёрная дыра. Которую я по своей "гениальности" создал в прошлый раз. Ну дела...

Плюнул на это и побежал к профессору. В этот раз я не терял время зря, и не стал останавливаться в комнате управления.

Там всё было по-старому. Ну, почти. Теперь граница горизонта расширилась на столько, что от руки осталась небольшая часть запястья и пальцы, что сжимали скобу.

– А вот это плохо... Это очень плохо.

Пришлось немного подождать, пока горизонт не сдвинется на расстояние, позволяющее мне просочиться мимо него. Сейчас моя цель была – попасть в спортзал. И как можно быстрее.

Пролетел это расстояние на одном дыхании. Правда, несколько раз чуть снова не переломал себе ноги, из-за разницы высоты обуви. Надо бы переобуться. Ага, сейчас, поставлю апокалипсис на паузу и сгоняю в обувной магазин. И пирожных ещё заскочу возьму.

В спортивный зал я влетел в тот момент, когда ещё сотни трупов работников лежали на полу. Я тут же ломанулся к телу девушки. Теперь её лицо, почему-то было удивлённое. С чего бы это?

На всякий случай, лёг рядом, притворившись ещё одним жмуром. Через пару мгновений послышались первые стоны и крики. Время отматывалось назад, а ещё секунду назад мёртвые люди, начинали оживать.

Зрелище, я вам скажу, нихрена не из приятных. Даже в самых страшных фильмах ужасов, такого я не видел. Пробирало до дрожи.

Послышались первые, точнее последние автоматные очереди и одиночные выстрелы. Криков боли становилось всё больше. Какофония звуков стрельбы и криков паники и боли, с каждой секундой нарастала.

– Ми...ша? – сквозь этот ад кричащей боли, я услышал голос Тайи.

Она лежала на полу и удивлённо хлопала глазами, словно встретила призрака. Ещё пара мгновений, и она вскрикнула, выгнулась, а её тело покатилось вверх по снежной куче, и резко встало, развернувшись в сторону окна.

В этот же момент стих последний выстрел.

Я подскочил к ней, пока не начался обратный обратному процесс, схватил её в охапку и кинулся с ней прочь. В очередной раз, чуть ноги не переломал. Благо моё позорное падение остановил тот "вундеркинд" который со своими дружками пинал меня в прошлый раз.

– Слышь! А ты чё такой борзый?!

В этот раз я не стал ничего отвечать, а просто понёсся мимо. Он попытался схватить меня за толстовку, но я дёрнул плечом и мгновенно вырвался.

– Стой, падла! – недоразвитый попытался броситься в догонку, но тут прозвучал первый выстрел.

Крики паники и боли мгновенно заполнили всё помещение спортзала, перебивая даже звуки выстрелов. А мы бежали. Я тащил девушку за собой уже из последних сил. Мимо нас то и дело пролетали автоматные очереди, но мы бежали.

И слава Богу, мы успели. Но не стали тормозить. Уже намного медленнее, потому как силы кончались, а дыхалка сдохла ещё на первых метрах нашего побега.

Мы пробежали весь подземный переход. К счастью, за нами никто не гнался. Остановились мы только тогда, когда выскочили в коридор, где граница горизонта уже отвоевала половину ширины прохода.

– Что это? – Тайя испуганно шарахнулась в сторону.

Честно говоря, я был немного удивлён. Пока по нам стреляли, она даже не пикнула. А вот сейчас, её словно парализовало от одного только вида.

– Пойдём! Нужно спешить! – я с огромным трудом смог сдвинуть оцепеневшую девушку с места.

А пока я боролся с её страхом, горизонт резко расширился. Осталось полметра свободного прохода.

– Я... Я не пойду! – да блин!

Пришлось совсем бесцеремонно дёрнуть её за руку и силой потащить вперёд. Она упиралась так, словно их там было десять человек, а не одна хрупкая, но перепуганная, девушка.

Но всё же, моё желание жить, и спасти её, перевесили все её попытки "никуда не идти". Но это было самое лёгкое испытание, как оказалось.

Когда мы вошли в помещение управления, и она увидела половину профессора, она просто мгновенно перешла в режим обморока.

– Бл...ь! – хорошо, что она меня сейчас не слышала.

Я подхватил её на руки и кое-как протиснулся под рукой профессора. Его единственный глаз был очень удивлён. Положил девушку на пол и схватил листок с инструкциями профессора.

В этот раз я не стал убирать его в карман, а как следует, причём несколько раз, перечитал всё его содержание.

И действительно, моя догадка оказалась верная. В строчках первого и второго пунктов, ещё значилось по несколько подпунктов. И я постарался их запомнить все до единого.

Снова подхватил девушку и, кивнув профессору в знак благодарности, выскочил в следующий коридор.

Граница горизонта была в полуметре от стены, а значит шанс у нас есть. Правда привести девушку в чувства не получилось. Но несколько секунд на раздумья и я нашёл выход. Пришлось ползти.

Когда мы собирались в первую свою серьёзную и опасную экспедицию, нас на небольшом полигоне учили различным приёмам полевой медицины. В том числе и эвакуация раненного, методом отползания.

Суть в том, что тот, кто эвакуирует пострадавшего, ложится на спину, пострадавшего укладывает на себя сверху и чуть ниже. Обхватывает его одной рукой за грудь, просунув руку подмышкой, а второй рукой загрибает назад, при этом отталкиваясь ногами, отползает и оттаскивает пострадавшего.

Такой приём часто используют военные на поле боя. Там несколько вариантов удержания пострадавшего. Но в моём случае, у меня нет времени искать подручные средства, так что я использовал самый простой, но от этого и самый тяжёлый способ.

К огромному моему счастью, девушка оказалась лёгкой. Или это я уже со страху перестал чувствовать усталость? Но мы благополучно таким образом переползли на другую сторону вдоль опасной близости горизонта.

– Фух! Это самый тяжёлый день из всех... Похожих.

Дальше, я уже аккуратно, и практически без сил, дотащил тело девушки до капсулы. Точнее до того хлама, что от неё остался. Выгреб все осколки, что могли поранить её и аккуратно уложил бессознательное тело. И даже пристегнул одним единственным ремнём. И без сил рухнул рядом. Вспомнил, что нужно закрыть крышку. Но крышка... Её, короче, не было. Пара кусков, что от неё осталось. Но я всё же их "закрыл".

Вот теперь можно и отдохнуть. Я упал рядом с капсулой. Сил на то, чтобы лезть в соседнюю, у меня просто не было. Да и что-то подсказывало мне, что это не поможет. Мне уж точно.

Оставалась небольшая надежда, что во время очередного скачка, Тайя вернётся в моё настоящее. Но это не точно. В худшем случае, она, как и я, в очередной "временной петле" очнётся в разбитой капсуле. Ну хоть будет жива, а не лежать там на морозе, с дырой в спине.

Момент начала очередного скачка я ощутил очень явно. Один миг, короткая вспышка и чернота.

Я замер. Не шевелился и даже не дышал. Но в чувство меня быстро привела крышка капсулы, что со страшным скрежетом упала на меня сверху. Новая петля началась.

Скинул её с себя, быстро освободился от ремней и выскочил наружу. В соседней капсуле было пусто.

– Получилось... – я испытал неимоверное состояние эйфории, – у меня получилось. По-лу-чи-лось!!!

Я крикнул так громко, что эхо ещё долго гуляло по разрушенному помещению. И я был в этот момент безумно счастлив.

Странное чувство тревоги и неуверенности вдруг кольнуло меня. Я на пару секунд задумался, а вернулась ли девушка в моё "настоящее"? Ведь это моя версия будещего, а не её.

Вспомнилось её письмо, что я, в самый первый раз появившись здесь, нашёл в её спальни. Там она чётко писала, что она вернулась в свое "настоящее" а я нет. И вообще, пропал на полгода. Но ни слова о том, что мы как-то пересекались в моем "будущем".

Мозги скрипели и отказывались понимать суть происходящего и складывать это всё в единую картину. Мысль о том, что моё "будущее" не имеет к ней никакого отношения, почему-то прочно замело в моей голове. И то, что я надрывался и спасал её, не изменило ничего даже на йоту, захватило всё моё сознание.

Резко опустились руки. Я просто сел там где стоял. Ну что за непруха? Даже как-то обидно стало.

Но вместе с тем и появилась надежда. Самое страшное и разрушительное чувство. Помните, что Пандора нашла на дне своего ящика? Надежду. В тот раз, она спасла их всех. А в этот?

Ладно, пора действовать. Я вспомнил на память заученные строки инструкции, что оставил мне профессор. И первым пунктом значилось – запустить резервный генератор. А он находился в небольшом здании за спортзалом.

Снова мне предстоит путь в том направлении. Ну что ж... За одно и проверю письмо от Тайи, ну и не появилась ли она снова в этой версии моего будущего.

Всё как обычно. Новая чёрная дыра на месте. Старая тоже. Рука профессора сжимает скобу... Знаете, сколько раз я ещё увижу эту картину, где рукая отдельно от тела, держится из последних сил, за непонятную скобу на стене, столько же раз буду удивляться и восхищаться силой воли профессора. Даже интересно стало, а она, эта скоба-ручка, всегда там была? Спрошу при первой же возможности.

До спальни Тайм добрался достаточно быстро. Письмо лежало на прежнем месте. Только...

«Михаил! Какой же ты подонок и мерзавец! Взял и исчез! Точнее, взял и не появился. Сунул меня одну в капсулу, а сам исчез! Я тебя уже полгода жду, когда ты вернёшься из этого долбанного эксперимента. Квадро... Владлен Богданович тоже козёл! Он всё знал. Представляешь? Ненавижу его! И тебя! Но его больше!

Завтра случится прорыв. Что-то случится там, в центральном помещении. Вся база окажется в опасности. Говорит, что отрубится всё электропитание, кроме аварийной системы. Мы сегодня все перемещаемся в институт. Правда частями, а не все сразу.

Профессор сказал, что попытается исправить аварию. Но сказал, что это маловероятно. Но почему-то сказал, что с твоей помощью всё получится.

Вроде как, нужно будет запустить резервный генератор. Он находится в маленьком строении сразу за спортзалом. Если сработает система защиты, то все выходы заблокирует. В спортзале дальнее окно можно разбить, оно не бронированное. Это экстренный выход, и о нём мало кто знает.

Если слова профессора Мирного правда, и он не сможет остановить процесс разрастания чёрной дыры, то нашему миру скоро придёт конец. Несколько месяцев. Это всё, что у нас осталось. А ты взял, и исчез! Мудак! Прости... Я просто не знаю что делать.

Вот и всё. За мной пришли. Если когда-нибудь ты прочитаешь эти строки, знай... Я очень злая на тебя! Понял? Козел! Целую».

Вот так новости. Значит, у меня всё-таки получилось! Я был безумно рад этому. А ещё тому, что профессор эвакуировал всю базу заранее. Он точно всё знал. На целых полгода вперёд. Охренеть можно.

И как же он это всё умудрялся скрывать всё это время? Как не поддался панике и не рассказал всё правительству? Или кто там над ним? И всё это время хранил тайну и пытался всё исправить.

Но тогда я вообще ничего не понимаю. Он же сам сперва сказал, что нельзя пытаться что-то менять в будущем, и тем более кому-то что-то рассказать...

Получается, что всё это время, он упорно молчал. Но, скорее всего, сам же понемногу, раз за разом, но всё же нарушал правило – ничего не менять.

Возможно, что какие-то незначительные изменения, всё же возможно производить, которые понемногу, постепенно будут менять наше будущее. Вот только, как определить – где эта грань дозволенного? Ведь по сути, я уже в... Я уже и сам сбился со счёта, сколько раз я в этой петле. И каждый раз, что-то меняю.

А итог всегда один и тот же. Где-то есть незначительные изменения, например, та же дверь в комнату управления. Хоть я её и вскрыл и снёс к чертям, но она не перестала существовать во всех последующих вариантах будущего. А вот чёрная дыра, которую я случайно создал, никуда не делась.

И вот теперь, я спас девушку и отправил её в моё "настоящее"... И при этом, она не встретилась со своей копией из своей реальности. Значит она так или иначе тоже является частью моей версии будущего. Понятно, что нихрена не понятно.

Но вот её письмо, говорит об обратном. Значит то, что я её спас, это изменило всю будущую концепцию. И профессор, заранее отправил всех в институт. Как?

– Вот я дебил! – я смачно шлёпнул себя по лбу, – он же за одну ночь, смог переместить сюда, за несколько тысяч километров, целую комнату. Точно!

__________________________________________________________________________________________

Друзья, не забывайте ставить лайки, писать комментарии и добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы.

Каждый маленький знак вашего внимания – это хорошее настроение автора и мотивация для него писать больше и выкладывать проды чаще.

Спасибо большое, что читаете мою книгу.

Глава 16

Если память мне не изменяла, то в тот раз, профессор за одну ночь переместил целый медблок из института, сюда, на научно-исследовательскую базу, что находилась на острове Врангеля. Вот только он нам ни разу не говорил, как именно он это сделал.

– А ведь это может всё изменить...

И, действительно. Если профессор, накануне катастрофы, переместил всех сотрудников в институт, то...

И до меня только сейчас дошло. Нет, не так. ДОШЛО! Всё складывается именно так, как я видел раньше. Если профессор отправил всех в институт, то все знают, что сегодня, а для них это было "завтра", произойдёт какая-то авария и случится мощный выброс энергии. Прорыв. А значит что? Правильно – об этом знают те, кто отправит сюда группу зачистки.

– Звездец! Не иначе...

Ладно. А с другой стороны... Если все знают, а люди уже там, в институте...

– Да, твою ж мать!!! Группа зачистки грохнет теперь их там, а не здесь...

Долбанная восьмёрка! Опять всё повторяется! Меняются незначительные детали, но итог один.

От досады и осознания происходящего, аж выть захотелось. Как я тут не стараюсь, всё равно ничего толком не изменится. Долбанная цикличность. Долбанная вселенная со своей защитой тайн! Долбанная Аналемма!!!

– А-А-А-А!!! – заорал я от досады.

Можно было сколько угодно придаваться этому нехорошему чувству безысходности, но у меня был план. И я его придерживался. Ладно, нихрена не было. Особенно плана. Но одно я знал точно – мне кровь из носу, нужно вернуться в моё "настоящее".

Зачем? А затем, что у меня будет ещё целых полгода до "выброса", а потом ещё несколько месяцев, но это только со слов профессора, на ликвидацию последствий. А значит, сейчас нужно сделать всё, чтобы вернуться. И первым делом – нужно запустить резервный генератор. С него и начнём.

Из бывшей женской спальни, я бросился бежать в спортзал. Только там я смогу выйти наружу. А ещё мне нужна теплая одежда.

Оказавшись в общем помещении, я первым делом проверил обе раздевалки, мужскую и женскую. Отыскал необходимые теплые вещи, и в этот раз, нашёл даже обувь. Мужскую. Хоть она и не была "теплая", но всё лучше чем моя без одной подошвы на правой ноге.

Оделся и отправился к нужному окну. Правда дверь в помещение спортзала пришлось выбивать. Она оказалась заперта. Но у меня уже был подобный опыт. Аномалия, что всё так же располагалась на уровне чуть ниже колена, никуда не делась. А вот подходящие снаряды пришлось поискать. За консервами в столовую вощвращаться было некогда.

Благо два огнетушителя, что стояли в общей комнате, отлично справились с этой задачей. А вот в сам спортзал, я заходил с опаской. До последнего готовился увидеть там горы замёрзших трупов. Но, слава Богу, их там не оказалось. Значит профессор всё же смог всех эвакуировать отсюда.

Нужное окно я нашёл быстро. А вот добраться до него – было проблематично. Оно было на уровне пару метров от пола. Пришлось использовать весь подручный материал. В ход пошло всё. От тренажёров, которые я мог утащить один, до всякого рода спортивного инвентаря.

Но вот моя несусветная глупость, чуть не стоила мне жизни. Аномалия! Долбанная аномалия! Как я мог про неё забыть?

Первое, что я потащил к будущей баррикаде, это был снаряд, который в простонародии назывался "козёл". Я поднырнул под него и просто поднял, взвалив его на плечи. Но когда я его сбросил, а он, зараза, нифига не лёгкий, то он завис в этой долбаной аномалии.

Я этого не заметил сразу, и, чтобы не потерять драгоценное время, я отправился за другим снарядом. К моему счастью, я принёс тумбу, для зашагивания. И бросил её сверху. Дебил? Ещё какой!

Стоило тумбе коснуться "козла", как тот скаканул так, что к чертям, в буквальном смысле слова, в щепки разнёс тумбу, и меня чуть не прибил. Даже пришлось несколько деревяшек вытаскивать из моей бедной тушки. Но один плюс в этом всё же был. Одна из ног "козла" благополучно разнесла необходимое мне окно. Правда теперь острые осколки зависли в паре десятков сантиметров от пола.

Дальше, я был максимально аккуратен. Первым делом тут же опустил осколки, что упали внутри спортзала, так, чтобы они не порезали меня на лоскуты. А уж потом принялся за строительство своей кучи.

Когда высоты мне хватило, чтобы вскорабкаться в окно, первым делом, я выбросил в окно деревянную лавку. Она упала, задев несколько осколков стекла, а те, в свою очередь, спровоцировали цепную реакцию. Через несколько секунд стеклянной бомбардировки, всё стихло. Путь был чист.

Я прихватил с собой ещё одну лавку. Обратно же как-то надо забираться. Как только я оказался в оконной раме, то тут же оценил масштаб происходящего.

Над центральным зданием высилась верхняя часть сферы чёрной дыры. Не "горизонта событий", а именно самой дыры. И это было охренеть как плохо. Потому что горизонт был ещё больше.

– Красиво, конечно, но смертельно, – дал я свою экспертную оценку увиденному.

Скинул лавку подальше и тут же сам спрыгнул вниз. Приземлился на ноги и тут же ушёл перекатом, как учили. Быстро подхватил лавку, пока она не успела накопить импульс в аномалии, и приставил её к стене здания. Но ней же я и попаду обратно в спортзал.

Отыскал глазами небольшое здание, где должен был находиться резервный генератор. Но, судя по его размеру, что-то очень маленький там генератор. Ага, два раза!

Там оказался спуск в подвал. Правда пришлось немного повозиться с замком, но с ним я справился быстро.

Спуск был примерно на уровень второго этажа. Минус второго. А уже там оказалось огромная комната, примерно в половину спортивного зала в размере. Только потолки были стандартные. Ну, может чуть выше.

Там же оказался огромный стационарный генератор. Такой, что в состоянии питать энергией всю эту базу. Инструкция по запуску оказалась рядом и довольно простая, так что уже через минуту, генератор загудел и внутри помещения вспыхнул нормальный свет.

– Ну хоть что-то.

Так. Первый подпункт первого пункта выполнен. Идём дальше. Теперь мне предстояло вернуться в комнату управления.

– Окей, погнали.

Когда я вышел из помещения наружу, вот тут я удивился. Купол сферы чёрной дыры исчез. Точнее не так. Он уменьшился настолько, что перестал выглядывать из центрального помещения. А вот "горизонт событий" всё ещё возвышался над крышей.

Я отправился в обратный путь. Забрался в спортзал и побежал в помещение управления.

Как я и ожидал, хоть по моим прикидкам и должен был начаться обратный процесс расширения, но места между горизонтом и стеной было предостаточно. И я беспрепятственно отправился дальше.

В помещении управления тоже были изменения. Ну, во-первых, профессор самостоятельно выбрался из плена "горизонта событий" и даже обе руки у него были на месте. И сейчас он колдовал над аппаратурой.

Во-вторых, генератор давал хорошее напряжение, и в помещении горел нормальный свет. И это радовало. А значит и аппаратура должна работать.

– Владлен Богданович? – окрикнул я старика.

– А?! – толи испугался, толи, наоборот, возмутился профессор, что его отрывают от важной работы, – Миша? То есть, Михаил? Ты как тут оказался? И что вообще ты тут делаешь?

– Профессор, я тоже рад вас видеть, – не удержался я и даже улыбнулся, – что делаю? Вас, между прочим спасаю. Помощь нужна?

Профессор Мирный на несколько секунд замер. Я даже слегка испугался, что он сломался и завис, как старенький пеньтиум. Но нет, он быстро очнулся от первоначального шока и продолжил что-то там тыкать и включать на аппаратуре управления.

– Как ты здесь оказался, второй раз спрашивать не буду. Но твоя помощь сейчас очень мне пригодится. Ну-ка, переключи во-о-он тот рубильник, – и профессор указал рукой куда-то в сторону.

Я проследил направление, но ничего не увидел.

– Какой? – переспросил я.

– Да вон тот, – чуть не психанул Владлен Богданович, ткнул пальцем в нужную сторону, а потом поднял взгляд, – так, рубильник отменяется.

То место, где должен был находиться какой-то важный орган управления, короче рубильник, было полностью поглащено "горизонтом событий". Видимо старик пока ещё не совсем очухался от бесконечного плена и пожирания его плоти, гравитацией чёрной дыры.

Но он быстро сориентировался, и с удвоенным усердием и энтузиазмом продолжил свои колдовские манипуляции. Я завороженно смотрел на всё это. На аппарате управления, в данный момент, это не считая того, что до сих пор часть аппаратуры была уничтожена горизонтом, находилось несколько сотен всяких кнопочек, тумблеров, крутилок, датчиков и прочей управляющей хрени.

На самом деле, я не знал, что он делает, но скорее всего пытается восстановить работу сдерживающих контуров. Вот только как он собрался это сделать, если сфера Дайсона, что экранировали чёрную дыру, да и вся вспомогательная аппаратура, были расщеплены на элементарные частицы и поглащены чудовищной силой гравитации.

– Так, юноша, – прервал ход моих, весьма умных, мыслей, профессор, – пока я тут занимаюсь, ваша задача восстановить временну́ю конструкцию. Без неё, мы нечего не сможем исправить. Запасные части находятся на складе. В него можно попасть, пройдя основное помещение. Третья дверь слева.

– Да вы с ума сошли, профессор? – возмутился я, – там всё нахрен разнесло. Только одно кольцо весит несколько тонн, как я его вам восстановлю?

Мои слова заставили профессора задуматься. И действительно, мне нужен будет грузовой кран, чтобы собрать маховик, и это с учётом того, что все запчасти будут в наличии.

– Вы правы. Что-то я об этом не подумал...

Молодец. Хоть не стал орать на меня и тупым невежей называть. Хотя он и раньше этого не делал. Но сейчас обстоятельства другие.

– А капсулы? Что с ними?

– Они тоже уничтожены. Дуршлаг теперь вместо капсул, – я хотел более красочно описать то, что с ними случилось, но не стал, думаю профессор и сам всё понял, – но на складе есть запасные. Я видел.

Новость о том, что и капсулы превратились в хлам, Владлена Богдановича расстроила походу ещё больше, чем новость о разрушении маховика, а вот то, что есть запасные – наоборот, воодушевила.

– Отлично! – воскликнул профессор, – значит не всё потеряно.

Что-то его безумный блеск в глазах меня совсем не радовал. И что-то подсказывало мне, что я приму непосредственное участие в очередном сумасшедшем эксперименте. Даже нервно сглотнул.

– Профессор, это конечно всё хорошо. Но что делать со второй чёрной дырой? – чисто на всякий случай, решил уточнить я.

– Какой ещё второй чёрной дырой? – вот тут он меня смог удивить. Он не стал говорить, что это невозможно, что я выдумываю, что он, в смысле профессор, создавал только одну модель чёрной дыры, и второй просто физически быть не может. Но вместо этого он просто решил уточнить некоторые моменты.

– Опишите её. Как, когда и при каких обстоятельствах это произошло. Размеры её и свойства, – поразительное спокойствие.

Вот что ему сказать? Сказать, как я накосячил? Так он меня сам в эту дыру и засунет, головой вперёд, чтобы наверняка не мучался. И его не мучал.

В итоге, я рассказал ему свой эксперимент. От чего получил несколько недобрых слов в свой адрес. Не, ну а что, сейчас смысла что-то выдумывать не было. Сейчас было главное спасти нас и предотвратить катастрофу вселенского масштаба. И это я ничуть не утрирую.

– М-да... – многозначительно протянул профессор, о чём-то задумавшись, – а знаете, Михаил, нам это даже на руку.

Что?! Ещё одна чёрная дыра, нам на руку? Он точно в порядке? Может ему от бесконечного процесса расщипления-восстановления, мозги того самого? Ну, в смысле, нужные частички не на те места встали... Или, что вообще происходит?

– Профессор, а можно поконкретнее?

– Миша, мы не станем восстанавливать экранные контуры! – Владлен Богданович так широко и искренне улыбнулся, что я подумал – он точно спятил, – мы просто построим новые. Вокруг новой чёрной дыры. И, используя её энергию, мы вернёмся в прошлое.

– Вы хотели сказать в "настоящее", – поправил я его.

– Нет, мой друг. Именно в прошлое. Причём, минуя настоящее. Это же здорово!

Ага. Что-то я не заметил. Врача!!! Тут умному человеку плохо!!!

Профессор верно считал моё замешательство и улыбнулся ещё шире. Куда ещё шире-то? Это же физически невозможно! А, нет, походу возможно.

– Идём, скорее. Времени мало.

И мы пошли. Почти побежали. Ну, я уж точно побежал, а вот профессор шёл спокойным уверенным шагом, словно на прогулку вышел.

– Святые коллайдеры! – воскликнул профессор, когда увидел, во что превратился зал для испытаний.

Вот как он это делает? Учёный, который априори не верит в существование высших сил, умудрился и божественные сущности приплести и научные термины сплести во едино. Удивительный человек.

– Так, Михаил, показывай, где наша малышка?

То, что он сейчас говорил про самую страшную во всей вселенной вещь – чёрную дыру, я понял сразу. Но не "малышкой" же её называть. Истинный фанатик своего дела.

– Идёмте, – махнул я рукой, призывая следовать за собой.

Мы быстро, даже не смотря на то, что в помещении была нереальная разруха, масштабы которой, я оценил только при нормальном освещении, преодолели все препятствия и вошли в нужное помещение.

– Какая прелесть! – всплеснул руками профессор, – юноша, да вы просто гений!

Это он меня сейчас похвалил, или унизил? Я тут случайно чуть свой собственный апокалипсис не устроил и чудом жив остался, а он меня гением обзывает. Негодяй.

Профессор тут же кинулся к чёрной даре, что я даже не успел его остановить. Благо он не стал с разбегу прыгать в неё, хотя со стороны это выглядело именно так. Остановился в шаге от границы "горизонта событий", достал из кармана какую-то штуковину, которая вообще хрен его знает, как там поместилась, и стал проводить какие-то странные манипуляции.

– Прекрасно! – снова воскликнул профессор, словно в очередной раз открыл какой-нибудь новый закон. Ну, или доказал теорему Ферма, как минимум.

Я наблюдал это всё со стороны. Мне, в любой другой ситуации, было б жутко интересно, за всем этим наблюдать. Ну и позадавать глупые вопросы. Но не сейчас. Тем более, не сейчас.

– Профессор... Время.

– О! Мой друг, теперь его у нас более, чем предостаточно, – совершенно спокойно, и даже... счастливо, сообщил об этом профессор, – осталось только собрать необходимую аппаратуру, и всё.

– Что всё? – не удержался я.

– Всё, это всё, – весьма исчерпывающий ответ, который ни разу не создаёт ещё пару сотен новых вопросов.

– А можно конкретнее? Желательно, ну, совсем конкретно.

– Ну, конечно, Михаил. Я вас, кстати, поздравляю, – мои глаза... они, выпали? – вы создали идеальную модель чёрной дыры. Даже у меня не получилось бы лучше.

– А... – вот такого я честно не ожидал. Я тут глупостями занимался и чуть сам не угробился. А он мне про идеальную модель втирает. Походу точно какие-то отдельные частички его мозга, эмигрировали из его гениального ума, куда-то в район прямой кишки.

И вообще, если и так. То как именно он определил, что эта чёрная дыра, является идеальной? И в чём вообще заключается эта самая идеальность?

– Михаил, я понимаю, что у вас много вопросов, но, к сожалению, у нас нет на это времени.

Что, правда? Нет, ну он сейчас серьёзно? Только же сам сказал, что у нас времени предостаточно, а теперь говорит, что его нет. Я вообще нихрена не понимаю.

– Идём. Нужно срочно создать новую сферу Дайсона.

И профессор бодрым шагом направился на склад. Мне нечего было на это сказать, и я отправился следом.

На складе оказалось всё необходимое. Либо Владлен Богданович был очень продуманным и запасливый, либо...

Опять это нехорошее чувство. Наступали иногда, а последнее время, всё чаще, моменты, когда в голову, с ноги, залетала одна безумная догадка за другой. Даже не знаю, как это назвать. Тут на ум приходит только "дежавю", но это не оно.

Чтобы вы понимали, я не воспринимаю отдельные моменты, как нечто повторяющиеся. Но ощущение такое, что в какой-то момент времени, я задаю "правильный" вопрос. И получаю на него наиболее вероятный ответ.

Вот и сейчас. Сам себя спросил про запасы необходимого на складе, а сознание мне твердит – профессор всё это знал заранее и подготовился.

Я не стал ничего спрашивать, а лишь принялся профессору помогать доставать все необходимые составные части. А их оказалось, ну просто, дохренище. Пришлось делать несколько ходок, чтобы всё это перенести в нужную комнату.

Глава 17

Пока я всё это переносил, профессор всё доставал и доставал новое оборудование. Вот реально, проще было чёрную дыру перенести на склад. Но, как меня заверил профессор, у нас нет такой мощи, чтобы сдвинуть чёрную дыру хоть на один миллиметр в пространстве. Так что, приходилось терпеть.

Теперь я прекрасно понимал, почему во втором подпункте первого пункта значилось – воссоздать сферу Дайсона. Не восстановить, не собрать новую, а именно воссоздать, что бы это не значило.

В очередной мой перенос необходимого имущества, я случайно споткнулся о какой-то хлам. И полетел вниз. Я прям предчувствовал, как сейчас со всего маху, долбанусь о пол. Но... Меня спасла очередная вспышка и новый виток времени.

Я это понял, когда в кромешной темноте на меня упала крышка капсулы.

– А-а-а-а! – заорал я от досады.

В одно мгновение пришло осознание, что всё придётся делать заново. Благо, когда я разлепил глаза, горело основное освещение. Значит мне не придётся снова пересекать всю базу, и вылезать наружу, чтобы запустить резервный генератор.

На самом деле, как-то очень странно и выборочно работала эта временна́я петля. Какие-то моменты, которые я менял или успевал закончить – оставались неизменны, а какие-то повторялись раз за разом.

По всей видимости, хотя, скорее это бред сумасшедшего, "будущее" в котором я застрял, меняло лишь те моменты, которые в данный момент не могли повлиять на изменение картины в целом.

Какая-то обратная хитрая схема. Вроде как вселенная должна защищать свои тайны. Раз мы увидели будущее, то оно непременно должно измениться. Но оно нам почему-то помогало. Может это как-то связано с тем, что мы ещё не до конца создали условия для глобального изменения?

Знаете, это как игра, где нужно собирать пазлы. Вот тебе дано, например, пять минут и сто кусочков общей картины. И ты должен за отведённое время собрать всё во едино. Не успел – всё заново. Но при этом ты чётко знаешь и помнишь, где какой кусок должен быть. А игра тебе помогает.

Собрал за пять минут десять кусков в нужный рисунок, раз, и в следующей попытке, у тебя уже готовый фрагмент есть. Но время точно так же составляет пять минут. И пока ты не соберёшь всю картину, ты будешь каждый раз начинать заново. Только готовый фрагмент будет всё больше и больше.

А как только ты соберёшь всю картину целиком, раунд будет засчитан, и картинка сменится на другую. И всё повторится. Пять минут времени и сто кусочков пазла.

Получается так, что мы пока что не собрали все кусочки в одну картину, то вселенная не меняет "будущую" картинку, пока мы не закончим.

Наш мир – это точно одна огромная симуляция. Кто бы или что бы её не создал, он чёртов гений вселенского масштаба. Так всё продумать и просчитать... Я даже боюсь предположить какой разум на это способен.

Но о сущности бытия я подумаю потом, сейчас нужно спешить.

Я откинул крышку капсулы, выбрался из неё и бегом отправился за профессором.

Как я и предполагал, небольшой фрагмент пазла, что я собрал из нескольких более мелких кусочков, никуда не делся. Профессор больше не был пленником горизонта "Иф", и как только я появился в помещении управления, он тут же засыпал меня вопросами.

– Владлен Богданович, я тоже очень раз вас видеть... целым, но давайте вы потом всё спросите? Нам нужно воссоздать сферу Дайсона.

– Что? Зачем? – удивился профессор.

Ага. Значит всё, что происходит в петле помню только я один. Это плохо. Хотя... Нет, всё же плохо.

– Как зачем? Вы же сами написали в своём плане, – ткнул я пальцем в нужную строчку, а профессор посмотрел на лист бумаги так, словно вообще видел его впервые, да ещё и там чушь полнейшая была написана.

– Но, позвольте, Михаил...

– Не позволю, – оборвал я его возмущение, – идём, все покажу.

Я схватил профессора за руку и силой потащил за собой. Он ещё какое-то время пытался сопротивляться, но я был слишком настойчив.

Мы зашли в комнату, где была вторая чёрная дыра, и всё повторилось. Ахи, вздохи, удивление, измерения, восхищение, мысли вслух и прочие сопутствующие последствия.

– Вы правы, юноша! – наконец, заключил профессор, – нужно срочно воссоздать сферу Дайсона. И я знаю, где нам взять всё необходимое.

Я тоже знал. Ещё как знал. Но решил промолчать. Пускай профессор думает, что самый умный тут.

На складе всё началось по-новой. Профессор доставал кучу хлама, простите, запасных частей, и складывал их в одну общую кучу хлама, а я всё это таскал в нужное помещение.

Честно говоря, я думал, что мы управимся быстрее. Как только последний ящик с кучей проводов был доставлен на место, профессор, моими золотыми руками и под своим чутким руководством, начал собирать необходимую конструкцию.

Мы успели лишь собрать каркас, как очередная вспышка, начала новую временну́ю петлю. И всё по новой.

– Твою мать!

Очередная капсула, очередной забег в комнату управления, очередная попытка воззвать к разуму профессора, и очередная частная компания, в единственном моём лице, по переноске грузов.

К счастью, часть каркаса, что мы успели собрать в прошлый раз, осталась на месте. Это значительно упростило нам задачу.

В общем, на то, чтобы всё собрать, запустить, протестировать, наладить, починить, потушить, разобрать, снова собрать и, наконец, всё заработало как надо, пришлось потратить полтора десятка временны́х петель.

– А-А-А-А-А-А!!!

* * *

– Михаил? А ты как тут оказался? – в очередной раз, наверное пятидесятый уже, спросил меня профессор, когда я очередной раз залетел в комнату управления.

– Не важно. Идём, – я настолько уже устал ему каждый раз что-то объяснять, что последние разы, просто хватаю его за руку и тащу в нужное место.

Там, как обычно полчаса вздохов, удивления и прочего... Ещё ни разу не получилось сократить это время хоть на секунду. Вот, ни разу. Поэтому я смирился и ждал.

– Это, конечно, всё хорошо, Миша, а капсула где?

Вот, мудак! А раньше, все эти два десятка попыток, он не мог про это сказать? Или у него оперативной памяти хватало только на ограниченное количество операций? Как же он меня бесит!

Это он каждый раз переживает эту петлю, как в первый раз. А я, бл...ь, уже знатно так за...ся, знаете ли. У-у-ух! Бесит!

Но делать было нечего. Я обречённо выдохнул и поплёлся на склад. Капсулу я нашёл быстро, а вот как её доставить до нужного места, вообще не представлял. Она ж тяжеленная. К тому же – неразборная.

Но и тут профессор меня смог удивить. Он что-то где-то потыкал в капсуле и она взмыла в воздух. Не сильно, на метр всего, но и этого было достаточно.

– Охренеть! Это что вообще? – тут даже я удивился.

– Как что? Капсула. Михаил, вот только не говорите мне, что вы не знали об этом?

Я готов был его прибить. Несколько раз подряд. Надеюсь вселенная не посчитает это действие нарушением баланса "будущего" и он не исчезнет в следующей петле. Но рисковать я конечно не стал.

– Когда вы погружены в капсулу, а кольцо временно́й конструкции раскручивается до определенной скорости, возникает некое поле антигравитации. И чтобы капсула случайно не попала под вращающиеся части, а так же не вышла за пределы допустимого положения в пространстве, и включается эта функция, – пояснил Владлен Богданович.

Конечно же я не знал об этом. Так-то я каждый раз находился внутри капсулы, а не наблюдал этот процесс со стороны. Честно говоря, я ниразу этого со стороны не видел. Даже любопытно стало, как это на самом деле происходит.

Но вот, когда ты находишься внутри, то совершенно не ощущаешь, что капсула включает какую-то там систему стабилизации и взмывает в воздух. Я до этого момента всегда думал, что капсулы намертво вмонтированны в основание, на котором они и стояли. Опять, по тем же причинам, что назвал профессор. Но изнутри, визуально, ничего не менялось.

Хрен с ним. Пускай я и не знал об этом, но это было не менее удивительно.

Короче. Мы с профессором вдвоем, придерживая нашу летающую "тарелку" аккуратно транспортировали её в нужное нам помещение. Единственное, что мы не стали собирать, так это сам временно́й маховик.

Во-первых, высота потолка не позволяла. А во-вторых, скорости самой капсулы должно хватить.

Я не очень был уверен, что понял профессора правильно, но в голове почему-то проскочил момент из известного фильма, где точно такой же безумный учёный и молодой парень, путешествовали во времени, на машине. И её следовало разогнать до определенной скорости.

– Что за...?!

– Вы о чём, Михаил? Что-то не так?

Это что получается, они идею перемещения во времени самым наглым образом скамуниздили в этом фильме?! Я был разочарован. Хоть и было множество существенных отличий, но принцип был схожим. Я в шоке.

В общем. Капсулу мы установили. От новой сферы Дайсона протянули провода и запустили капсулу. На тесты у нас времени не было, так что было решено сразу отправить меня. И, почему-то, мне эта идея сразу не понравилась.

– Профессор, будьте добры, объясните мне, как это вообще должно работать? Я, честно говоря, нихрена не понял.

– А ты уверен, что хочешь это узнать? Или всё же проводиться на мои знания? – как-то обиженно он это сейчас сказал.

– Владлен Богданович, вы меня извините, конечно. В ваших знаниях, я нисколько не сомневаюсь, а вот в практической составляющей... Всё же и вы способны допускать ошибки. И одна из них сейчас грозит нам концом света. Поправьте, если я ошибаюсь.

– Ошибаешься, Миша. Это точно была не ошибка. Это чей-то злой умысел. Всё было сотни сотен раз просчитано и пересчитано. Спроектированно, построенно, налажено, проверенно и перепроверенно. И ошибки быть не могло. Нет, безусловно существовала некая погрешность, но шанс её возникновения настолько бесконечно мал, что даже в расчетах её учитывать было глупо.

– Насколько мал? Так же как и шанс зарождения жизни на нашей планете? – я не оставлял попыток воззвать к разуму профессора.

– Да. Примерно так.

– И тем не менее, мы есть. Я про жизнь в её общем понимании. Так скажите, профессор, если бесконечно малый шанс зарождения жизни стал единственно верным и неотвратимым, тогда почему же вы исключаете шанс ошибки?

– Знаете, что, юноша?! – профессор впервые на моей памяти перешёл на повышенные тона, – во-первых, повторение такого шанса настолько же бесконечно мало, как и само существование этого шанса. А во-вторых, если вы такой умный, то берите и сами всё делайте.

Обиделся. Но я не стал извиняться или оправдываться. Я лишь попытался объяснить свою точку зрения.

– Вы поймите, профессор. Я не умный, я – осторожный. Это же мне предстоит сейчас залезть в эту чёртову капсулу и отправиться в очередное путешествие во времени. А ещё, каков шанс, что всё получится с первого раза и я нахрен не разобьюсь о стену, в попытке преодолеть этот скоростной барьер?

– Ну, – вроде бы оттаял, во всяком случае, пыл свой поубавил, – шанс неудачи всего один из десяти тысяч попыток.

– Всего?!

– Всего.

– Это не всего, профессор. Это целый один из десяти тысяч шанс! – я даже потряс указательным пальцем, для пущей убедительности.

Профессор проникся моими опасениями, так что ничего на это не ответил. Но вместе с этим сел за расчеты. Проверял долго, и я даже чуть не подумал, что ему не хватит времени, до конца очередного временно́го витка.

– Готово! – заявил Владлен Богданович, – можете отправляться.

– Спасибо конечно, – я добавил в свои слова максимум скепсиса, – но вы хоть объясните, куда я должен отправиться и какую цель или миссию, я должен выполнить?

– Ну как же, предотвратить катастрофу, друг мой.

А, да? Всего лишь? Пфф... А я-то думал там президента спасти, или весь мир... А тут всего-то надо катастрофу предотвратить. Что может быть проще?

– А конкретнее можно? Вот прям очень-очень конкретно. Как для дебилов?

– Михаил, может тогда лучше я сам сяду в капсулу?

Что?! Серьёзно? Или он шутит? Он сейчас так завуалированно меня дебилом обозвал? Хотя, чего это я? Сам же попросил.

– Профессор, я утрирую, конечно, но всё же мне нужна хоть какая-то конкретика.

Оказалось всё банально просто, а вместе с тем, и нереально сложно. В общем, я буду отправляться назад, в прошлое, причём прошлое, относительно моего реального будущего. Не поняли? Я тоже нихрена не понял. А потом, всё же понял.

Итак. Объясняю на пальцах. Сейчас я нахожусь в своём вероятном будущем. Есть реальное будущее, а есть вероятное будущее. Разница в том, что реальное будущее, можно увидеть и прожить, всего один раз. Самый первый. А все остальные попытки – это уже вероятное будущее.

Вселенная защищает свои тайны. Как только будущее мы увидели, вселенная мгновенно меняет его. Зачем? Чтобы мы не смогли на это самое будущее повлиять. И каждая следующая попытка, показывает нам, как могло бы измениться наше реальное будущее.

Причём, каждая новая попытка хоть немного, но изменяет будущее. Но общая картина, так скажем линия событий, она не меняется. Итог будет один и тот же.

Теперь. В данный момент я нахожусь в своём вероятном будущем. И мне нужно, отталкиваясь от этой точки отсчёта, как от реального времени... Не реального будущего, а реальной реальности. Масло масленное получается, но это так.

Так вот. От моего вероятного будущего, как от реального времени, отправиться в вероятное прошлое. Ведь реальное прошлое, мы уже прожили, и остались только вероятные его копии.

С первого взгляда, это всё очень запутанно и сложно. Но стоит вникнуть, как это становится просто, как дважды два – пять.

В итоге. Задумка простая. Нынешнее вероятное будущее, это моя новая точка отсчёта. Из неё я буду возвращаться каждый раз, на день назад. То есть во "врерашний" день. Буду там искать причину выхода из строя аппаратуры, чтобы понимать, как это потом исправить. И каждый раз буду возвращаться именно в этот самый момент. Короче, находясь в будущем, отправлюсь в прошлое. Путешествие в путешествии.

Получится так, что фактически, я растягиваю время на целые сутки назад, при этом не продвигаясь вперёд. И пока я так и буду летать в прошлое, моё нынешнее вероятное будущее не изменится. До тех пор, пока я не перестану это делать и не позволю очередному временно́му витку сменить текущий. Жуткая и нудная хрень.

– Ну что ж, профессор, я готов, – собрался я с силами и мыслями, – но, если что-то пойдёт не так, я найду способ вернуться, и засуну вас в чёрную дыру. Договорились?

– Что-о-о?! – Владлен Богданович реально охренел, – знаете что, юноша?

– Ха! Только не говорите, что поверили? – я максимально убедительно улыбнулся.

– Да нет, конечно, – постарался пошутить он, но я прекрасно ощущал его веру в мои слова, – я ж не дурак. Кхм! Приступим!

Он это скомандовал таким тоном, я захотелось вытянутся по стойке "смирно" прямо в капсуле. Благо ремни не давали этого сделать.

Профессор замешкался на пару секунд. Было видно, что он нервничает. И это, почему-то меня напрягло. Ну не мог же он так переживать из-за меня? Или мог? Хотя, даже если у меня ничего не получится, и я где-нибудь там в прошлом вероятного будущего застряну, или погибну, то профессор Мирный рано или поздно сможет найти выход и всё исправить. Я в него верю. Наверное, даже больше, чем он верит в меня.

Профессор включил аппаратуру и всё пришло в движение. Роль маховика в этот раз играла сфера Дайсона. Множества колец, что создавали один общий контур, начали вращаться, относительно своих плоскостей и осей, постепенно набирая скорость.

Я почувствовал лёгкую вибрацию. Всё-таки тот вихревой поток, что создавало кольцо при вращении вокруг капсулы, надёжно стабилизировал капсулу в пространстве и нивелировал все излишние вибрации.

Капсула оторвалась от пола и зависла в воздухе. И только сейчас, меня посетила мысль, а как же линия перемены дат?

Но эту мысль я не успел развить. Всё в одно мгновение загудело, затряслось и стало как-то резко не по себе. И сейчас я очень сильно пожалел, что согласился на эту авантюру.

Как там профессор сказал? Шанс один из десяти тысяч? Ага! Готов отдать руку на отсечение... Не свою, конечно же, а профессора. В общем, руку на отсечение, что это именно тот шанс один из десяти тысяч. И мне, кажись, настал звездец. А так хорошо всё начиналось.

Капсула почему-то начала вращаться вокруг вертикальной оси, в горизонтальной плоскости. Хорошо хоть не наоборот. Но приятного тоже мало.

Это что, типа такой вариант преодоления скоростного порога? Дерьмовый вариант, я вам честно скажу. Мой желудок вот-вот передаст вам привет. И честно говоря, как-то не очень хочется блевануть в одноместной капсуле.

В один миг болтанка остановилась, капсула замерла, а мир моргнул. А я чуть не обосрался со страху.

Глава 18

Мир моргнул, а я... В общем, всё нормально. Я жив. Морально нет, но физически – точно да. Перед глазами вспыхнул таймер, где значилось ровно двадцать четыре часа. Мои сутки в прошлом моего вероятного будущего начались.

Я поставил на часах ещё один таймер. Слава Богу, была такая функция. А вот предыдущий таймер, я поставил на паузу. По факту, я вернусь именно в тот момент, в который и отправился сюда, в прошлое. И там ничего не изменится.

Отстегнул ремни, открыл крышку капсулы, снял шлем и осмотрелся. Я находился в капсуле, но не в той, что мы с профессором притащили в помещение для "чаепития", как я его называл. А в общем зале для испытаний.

Не знаю как и почему именно здесь, но меня это волновало мало. Вылез из капсулы. Вокруг было абсолютно пусто. Словно вымерли все.

Я прикинул в голове хронологию событий. Да, я их не знал наверняка, но мог предположить со слов профессора и из строк письма, что мне оставила Тайя.

И получалось так, что сейчас либо все готовятся к эвакуации, либо уже эвакуированны. Но это меня сейчас волновало мало. Хотя, нет. Если ещё люди здесь, то есть огромный шанс встретить Тайю.

– Мих, ты что, совсем дурак? – спросил я сам себя.

И вообще, с каких это пор я сам с собой начал разговаривать? Попахивает шизой. Ну его нафиг! Тьфу-тьфу-тьфу!

Вот сейчас вообще не до встреч. Если я буду понапрасну тратить время, то так и не узнаю причины поломки. А если не узнаю – то и исправить не смогу. А если не смогу исправить – то и мир спасти не удастся. А если... Так! Стоп! Хватит если!

И правда, чего это я? Или это на меня это странное путешествие в реальное прошлое из вероятного будущего, в котором я оказался из реального "реального"... Да, бл...! Это уже явно перебор.

Я отвесил себе пару хороших пощёчин, чтобы вернуть способность здраво мыслить. Ага, наивный.

Надо не думать. Надо не думать. Не думать. Не думать. Думать. А о чём думать? Думать о том, что не надо думать. А как теперь не думать о том, что надо думать, как не думать?

– Хватит!!!

Оп! И всё стихло. Что за хрень?!

Походу я нарушил какой-нибудь очередной парадоксальный парадокс временного чего-то там. И это очень плохо сказывается на моих мозгах. Это плохо. Что-то я не хочу отупеть. Или хочу? Или уже?

– А-а-а-а!

– Ты чего орёшь? Что, нашёл?

– Не понял... Кто что нашёл?

– Ты.

– Что я? Я итак знаю, что я это я.

– Миша! Ты в порядке? – профессор меня так тряхнул, что все мои глупые мысли и вопросы мгновенно вылетели из головы.

– Профессор, вы чего? – я смотрел на Владлена Богдановича и никак не мог сообразить, что вообще происходит.

– Вылазь!

– Нет. Чё ета? – искренне возмутился я.

– О! Голубчик походу у вас несанкционируемый и неконтролируемый дисбалансный противофазный сдвиг рационального мышления.

– Что, бл...ь?!

– Тупой, что ли?! Вылазь говорю! – профессор что-то сегодня сам не свой. С чего бы это?

– Ладно-ладно, чего так орать-то? – я примирительно поднял руки.

Потом опустил, потому что забыл отстегнуться... Какого? Я же чётко помню, что отстегнул ремни, потом откинул крышку капсулы, снял шлем, а потом вылез.

И никого рядом не было. Потом какие-то мысли и споры с самим собой. Потом профессор на меня зачем-то наругался. И правда, зачем?

– Профессор, а вы на меня орали сейчас зачем?

Но в ответ тишина. Я обернулся. Пусто. Что за нахрен? Я же только что с профессором разговаривал. А он со мной разговаривал? Ну да. Он же мне про какой-то там сдвиг чего-то там говорил. Несанкционируемый и неконтролируемый... А да, точно. Спасибо. Не за что.

– Что?!

– Не за что, говорю!

– Вот ты, сука и попался! – знать бы ещё кто именно, – выходи, иначе найду и хуже будет.

– Кому?

– Тебе!

– Тебе?

– Не мне, а тебе! Да что, блин, происходит?! – уже закипая, крикнул я.

– Ходит... Ходит... ходит... дит... ит... ит...

– Это что, эхо?

– Эхо... эхо... эхо... хо... хо...

– Ну и дебил же ты!

– Сам дебил!

– Ага! Значит я всё-таки не сошёл с ума! Выходи мудила! Иначе... – что бы такое страшное придумать? – иначе сам уйду!

– А-а-а... Не-е-т! Не уходи!

– Что, страшно стало? – я даже немного воодушевился.

– Пффф... Вот ещё. Вали. Тоже мне тут пуп земли нашёлся.

Стало даже немного обидно. Хотя, чего это я? Я даже понятия не имею с кем разговариваю и что происходит. Может у меня реально, того? Сдвиг по фазе?

– Противофазный сдвиг.

– А разве такой бывает? – не, ну вот реально, бывает?

– А я откуда знаю? Сдвиг же у тебя, а не у меня.

– Знаешь что? А пошёл-ка ты нахрен! Умничаешь тут. А мне, между прочим, некогда! У меня тут важное дело!

– Ой, да ладно. Дело у него... И какое?

– Важное. Найти виновного в поломке оборудования.

– А, это? Так ты опоздал. Уже всё сломалось.

Вот те на... Не успел в прошлое вернуться, а уже всё сломалось. Походу профессор или что-то просчитал не так, или поломка была намного раньше. Или... Он сам всё и сломал. А, нахрена?

– А нахрена профессор всё сломал?

– А я откуда знаю? Сам у него и спроси.

– А ты, разве не он?

– Нет, не он.

– А кто тогда?

– Я, это я! Я... Я... я... я... я...

Ну вот что за нахрен происходит? Пока непонятно кто, прикидывался эхом, я спрыгнул на пол и пошёл на звук, чётко улавливая, откуда он исходит.

– А-а-а-а! – заорал я

– А-а-а-а! – заорал я. Точнее он. Но он, это был тоже я. Только какой-то, прозрачный.

– Ты чего орёшь?

– А ты? – переспросил кто-то "он".

– Так тебя увидел, вот и заорал. Точнее себя. А ты, вообще, кто? И какого хрена ты на меня похож?

– Я – это я. Точнее, я – это ты. Но другой. Тоже из вероятного будущего. Но вот застрял тут.

Я машинально потянулся к нему рукой. Захотелось потрогать свою копию. И почему он полупрозрачный?

– Э-э... Чё удумал?! Руки прочь! Забыл что ли, что стало с ручкой? Хочешь нас аннигилировать и создать ещё одну чёрную дыру? Совсем дебил?

Одёрнул руку назад. И правда, чего это я? Про встречу копий я не подумал как-то.

– Короче. Давай рассказывай. Времени мало.

И я, который второй, полупрозрачный, рассказал как сюда попал и что произошло. Оказалось, что это не первая попытка изменить будущее. И их было бесконечное множество. Получалось так, что я, который единственный и неповторимый, уже несколько лет подряд, занимаюсь одной и той же фигнёй.

Живу себе живу. Потом, совершенно случайно, натыкаюсь на предложение пройти отбор и поучаствовать в очень секретном и перспективном проекте "Аналемма". Приезжаю, единственный прохожу отбор и знакомлюсь с Тайей.

Потом мы участвуем в эксперименте "Квадро" и с этого момента начинается полная жопа. Я застреваю в вероятном будущем. Раз за разом проживаю несколько почти идентичных петель времени. Причём, в какой-то раз мне хватает пару-тройку раз, чтобы всё понять, спасти профессора из плена "горизонта событий" и с его помощью отправиться в прошлое вероятного будущего.

А иногда я сотни раз проживаю эту петлю, и всё равно спасаю профессора... Ну и так далее.

Потом я отправляюсь в прошлое вероятного будущего. И пытаюсь найти причину поломки. И каждый раз по несколько десятков, а иногда и сотен, попыток делаю это впустую.

Но рано или поздно, я всё же нахожу причину поломки, исправляю её и возвращаюсь в вероятное прошлое. В тот момент, когда я впервые приезжаю в институт на отбор кандидатов, чтобы прожить ещё раз все события и в нужный момент исправить, точнее не допустить, поломку, которая и запустит всю эту цепочку событий.

Но каждый раз, когда я возвращаюсь в начало, я всё это забываю. И каждый раз, с небольшими изменениями, я проживаю это всё и дохожу до этого момента. И как бы я не старался, я всё равно нахожу причину, исправляю её и возвращаюсь назад. И всё по-новой.

– Грёбанная восьмёрка!!! – не выдержал я, когда всё это понял и осознал.

– И ты всегда это говоришь. Мы каждый раз встречаемся тут с тобой, и каждый раз ты находишь причину. А потом всё повторяется. И это уже... Даже слово "бесконечно много", это очень маленькое сравнение того, сколько на самом деле раз, ты это проделал, – пояснил полупрозрачный я.

– И как это остановить?

– Не знаю. Ещё ни разу это не удавалось. Иначе меня бы тут не было. Мне кажется симуляция сломалась. Вселенная всегда будет защищать свои тайны. И сейчас, случилось так, что выхода нет. Нет решения. Как только оно находится, сразу включается какой-то механизм защиты. Ты возвращается к истоку и всё повторяется с самого начала, бесконечное количество раз.

– А откуда ты это знаешь? – мне даже стало очень интересно.

– А я и не знаю. Просто делаю соответствующие выводы. За то бесконечное множество встреч с самим собой, я просто это понял и смирился.

– Погоди... А как ты вообще тут оказался? Ну, если я каждый раз возвращаюсь, ну или прихожу, к этому моменту... То я должен постоянно болтаться в этой бесконечной восьмёрке.

– Именно так и происходит, – подтвердил полупрозрачный.

– Тогда как появился ты?

– А я просто не успел залезть в капсулу вовремя. Вот и застрял тут.

– Вот сейчас не понял. Если ты, то есть я, в какой-то из попыток застрял тут. То откуда появился ещё один я, который продолжил этот бесконечный марафон?

– А вот этого я не знаю. Просто однажды появляется ещё один ты, и всё повторяется. Говорю же, симуляция сломалась. А вселенная, в попытке защитить свои тайны, перезапускает всё по-новой. Раз за разом.

– А ты откуда всё это знаешь?

– От прошлого меня. Или тебя. Не важно. Рано или поздно, появляется ещё один ты, который по какой-то причине не успевает оказаться в капсуле. Ну, или просто намеренно это делает. И тогда новый застрявший, занимает место старого застрявшего. И всё повторяется. И теперь я жду, когда появится такой я, который застрянет тут. А я исчезну. И всё снова повторится.

– Ох...еть!!! – у меня просто не было цензурных слов. Вот вообще.

Как оказалось, эта временная петля внутри другой петли, повторяется уже несколько сотен тысяч раз. А может и больше. И вся вселенная стоит на перезагрузке. Проживает какой-то промежуток времени, а потом всё по новой. И так до бесконечности. Во дела...

– Погоди... У меня есть ещё один интересный вопрос. А почему там, в вероятном будущем, до того момента, как я отправился сюда, в какие-то моменты... Точне во все, без исключения, я не успевал добраться до капсулы, и всё равно появлялся в ней. И не застрял при этом? А тут, стоит один раз не успеть и всё, застрял?

– Вот скажи мне. Ты на какое время поставил таймер, перед тем, как отправился в будущее?

– Одни сутки и один час.

– Вот! Тем самым ты растянул время на несколько месяцев. Правильно?

– Ну да, – я почесал затылок,. Вроде и понимаю, к чему он клонит, но при этом нихрена не понимаю.

– А ты эти месяцы успеваешь прожить?

Опа! А об этом я не задумывался. А ведь он прав. В какой-то момент просто бац, и я снова в капсуле. И всё по-новой. Но при этом, в меня нет другого счётчика времени, чтобы определить, сколько времени я проживаю до того момента, как возвращаюсь в капсулу. Твою ж мать!

– По прикидкам, я проживаю примерно... Сутки?

– Молодец! Быстро сообразил. Именно сутки. На сутки была настроена капсула, которая тебя отправила в будущее. А ты, установив время на час больше, нарушил эту составляющую. И время растянулось. Но капсула, что отсчитывает ровно сутки, пытается тебя вернуть назад. Но тебя в назначенное время там нет. И ты там и застрял. Только из-за разницы во времени, там не появляется новый ты. Он просто не успевает появиться.

Да, бл...! Вот я дебил! Вот реально, дебил. Ну нахрена я этот час прибавил? Подольше хотел побыть? Теорию свою проверить?

– В первый раз, когда ты поставил на таймере на десять минут меньше, ты ускорил время. От этого появились временные провалы. Но ты успел оказаться в капсуле в нужный момент. И петля замкнулась. И ты вернулся в начало отсчёта. Понимаешь?

– Теперь-то понимаю, – обречённо сказал я, – делать-то что?

– Без понятия. Я тебе рассказал всё, что знал. Теперь ты бесконечное количество раз будешь появляться тут, до тех пор, пока не найдешь причину поломки. Найдешь. Исправишь или предотвратишь. Остановишь процесс разрастания черной дыры. В какой-то момент, вернёшься в начало петли, и всё начнётся заново.

– Так себе перспектива, – подвёл я итог нашего разговора.

Сел и задумался. Если я не найду причину поломки и не исправлю её, то застряну в этой временной петле. И либо я всё же исправлю причину и разорву петлю, либо просто в какой-то момент, я застряну тут, в прошлом вероятного будущего. И стану как он.

Прав был профессор, когда сказал, что теперь у нас времени более чем предостаточно. Как же он был прав. Правда я не знаю, знал ли он об этом или просто так, от фонаря, ляпнул. Но доля правды в его словах есть. И меня это совсем не радовало.

Получалось так, что я застревал в одной петле, которая внутри другой петли, которая в свою очередь внутри третьей, самой большой петли. И разрывал я их, первую и вторую, если быть точным, через какое-то неопределённое, но бесконечное множество, количество попыток.

Возможно ли то, что это всё имеет какую-то определенную зависимость? Например, застрял я вот в этих сутках в прошлом вероятного будущего. Скажем, сто раз мне понадобилось, чтобы найти решение и разорвать петлю. А потом, я сто тысяч раз застрял в петле, где я отправился в вероятное будущее. И каждый такой виток, был равен сотне витков в более меньшей петле.

Тогда какое количество повторений должно совершиться чтобы, чтобы разорвать ту, самую огромную восьмёрку, которую создала вселенная, защищая свои тайны? Может это число раз ещё не настало? И просто нужно дождаться этого момента?

А если это так, то как найти зависимость одного от другого? Мой полупрозрачный коллега же сам сказал, что кто-то из моих "я" находит и решает проблему за пару-тройку попыток. А кто-то за несколько сотен попыток. Тогда где тут зависимость? Её нет.

Вот если бы количество попыток всегда было одинаково, то посчитать можно было бы. И вычислить нужное число. Но зависимости нет... А значит и петля, что создала вселенная, может разорваться в любой момент, а может и не разорваться вовсе.

– Попадос! – я вздохнул.

Ещё никогда в жизни я не чувствовал себя настолько обречённым на провал, что даже как-то стало самого себя бесконечно жаль. Ну, дела. Вот это задачку подкинула мне вселенная.

И почему вообще я? Ведь на моём месте, мог же оказаться другой? Мог. Но не оказался. Или... Или я просто этого не знаю.

Возможно, существует другая, ещё одна бесконечно похожая, но всё же не идентичная, вселенская временная петля, где точно так же застрял другой человек, который точно так же ищет ответ на этот вопрос. И не может найти. Кто? Да не важно кто. Хоть Тайя. Или один из тех кандидатов, что изначально попали в восьмёрку лучших. Опять эта восьмёрка!

И в итоге, получается так, что вселенная создала бесконечное количество одинаковых временных петель, центром которых является какой-то определенной момент. Один край петли упирается в момент нашего приезда в институт. А второй край упирается в момент решения проблемы с поломкой. Тогда где же центр? Где та самая точка отсчёта?

Ведь не зря же проект называется "Аналемма"? Это, если верить определению, кривая в виде восьмёрки, которую что-то там, чего-то там... Не сама восьмёрка, а кривая в виде неё. И если посмотреть примеры этой самой кривой, то она нихрена не равносторонняя.

Один край петли намного меньше второго. А значит и центр, точка отсчёта, где-то не в центре общего временного отрезка. Вот только где именно? Как понять, от чего отталкиваться? Где искать? И как определить?

Ведь петля разрывается когда? Когда мы находим нужное решение, или совершаем необходимое действие, находясь в точке отсчёта. И как только это совершается, то временной поток продолжается совершенно по другой траектории. До очередного момента зацикливания.

– Дружище, – окрикнул меня мой полупрозрачный я, – да тебе, блин, надо научную степень давать, за твои рассуждения. Или Нобелевскую премию. А лучше две. Или книгу написать.

– Ага. Спасибо. Нет уж! Мне это всё нахрен не надо. Я просто хочу закончить этот бесконечный марафон мучений. И просто вернуться домой. А премию, лучше Шнобелевскую, отдайте профессору Мирному. Он эту кашу заварил. Вот теперь пускай и расхлёбывает.

– Ну, тут ты прав. Это из-за него всё началось. Но расхлёбываешь ты. И все те, кто будут после тебя. И те, кто будет после них. И так до бесконечности. Пока кто-то когда-то, наконец, не отыщет решение. Но это будет ещё не скоро. А пока, пора возвращаться в капсулу.

Глава 19

И действительно, я глянул на свой таймер, а там оказалось, что до истечения суток, осталось чуть больше десяти минут. Охренеть мы поговорили!

Закралась, конечно же, сомнительная мысль, что и тут время ускоренно. Но нет, секунды шли как положено. Кстати говоря, кем положено? И почему секунда именно такая, какая есть? Ни меньше, ни больше. Там вроде что-то связано с периодом излучения какого-то там атома. Короче, скука полная. Но итог один.

Всё бы ничего. Но ничего. Начиная от "ничего не понятно" и заканчивая "ничего нахрен не надо". Бесконечное множество"ничего".

Я уселся капсулу. Пристегнул ремни. Напялил шлем и закрыл крышку капсулы. И ждал. Ждал, пока истечёт отведённое мне время и капсула вернёт меня назад.

А пока сидел, пытался понять кое-что. А именно то, что как только я появился в текущем отрезки времени, я отчётливо помнил, что вроде бы я отстегнуться и вылез из капсулы. Потом профессор меня спросил, нашёл я что-то? Но не сказал, что именно. Потом про сдвиг сказал. Потрес меня и наорал... И при этом всём, этого как бы и не было? Что за хрень?

Мир мигнул и я тоже. И вот уже профессор открывает крышку. Я даже вскрикнул, от неожиданности.

– Чего орёшь? Нашёл, что?

– Кто что нашёл?

– Ты.

– Я... стоп! – это ведь уже было?

– Что стоп? Нашёл, спрашиваю, причину поломки?

И тут я слегка завис. Это же уже было. Ведь точно было. Немного иначе, но всё же. А что это значит? Но профессор не дал мне додумать мысль.

– Вылазь!

– Что?

– Тупой, что ли! Вылазь давай!

Профессор как-то нервно себя вёл. Даже через чур нервно. С чего бы это? Нужно обдумать этот момент.

Владлен Богданович быстро отцепил меня и потянул из капсулы. Да что происходит?

– Рассказывай давай, – потребовал он, – что там? Что видел? Что слышал? С кем разговаривал? Нашёл причину поломки?

Он засыпал меня вопросами один за одним. Я ещё не успевал сообразить и ответить на первый, как да ним прилетело ещё десяток.

– Стоп! Профессор, остановитесь! Давайте не будем спешить? Я всё расскажу, только дайте немного передохнуть.

– Что? – он реально охренел от моих слов, – какой отдохнуть? У нас времени нет.

Ага. А прошлый раз говорил в точности, да наоборот. Что времени у нас предостаточно. Хрень какая-то. Мысли опять шевелились со скоростью пьяной улитки.

Но рассказать было нечего. Про то, что я встретил там свою застрявшую версию себя любимого, я не стал. Обойдётся. Просто сказал, что всё время потратил на изучение зала для испытаний, но не нашёл ничего необычного.

И всё это время, меня не отпускало странное чувство, что профессор что-то знает, но упорно об этом молчит. А ещё ведёт себя странно.

– Ну что ж, юноша, – опять юноша? Что-то мне это не нравится. Обычно он так ко мне обращается, когда очень чем-то недоволен.

И вообще, опираясь на его манеру общения, можно сделать что-то вроде шкалы симпатии-антипатии. Если он говорит "юноша" – значит всё крайне дерьмово. Если "Михаил" – нейтрально. "Друг мой" – значит хорошо. А если "Миша" – то очень хорошо.

И при всех прочих равных, он мгновенно может менять как настроение, так и обращение. И меня это настораживало. Ощущение было такое, что он шизик. И у него в голове, одновременно живут аж четыре личности. При этом, они все прекрасные учёные. И вроде как делают одно дело. Но вот характеры у них, очень разные. И только манера обращения, выдает их отличия.

Это, конечно, как говорится – писами на воде виляно... Ну, в смысле – вилами на воде писано. Но почему и... Да?

– Ну что ж, юноша, отправляйтесь назад. И найдите причину. Иначе, мы тут застрянет навечно.

Профессор пристегнул меня ремнями, водрузил шлем, захлопнул крышку и очередной прыжок во "вчера" начался.

Мир моргнул. И вот я в прошлом дне. Но я не торопился открывать крышку. Мне покоя не давали его слова... «Иначе, мы тут застрянем...». Почему он сказал «мы»? Он-то какое отношение имеет к моему будущему? Это я могу застрять, а не он. Он там постоянно. И никуда не может оттуда деться. Или может?

– Вылазь, – голос раздался весьма неожиданно. Но это был мой голос. И я узнал его сразу.

Отцепил ремни, откинул крышку и снял шлем. Мой полупрозрачный брат-близнец стоял рядом и ждал.

– Ну? Что сказал наш умник?

Опа! А он откуда знает?

– А что он должен был сказать? – решил уточнить я. Всё вокруг всё знают, только я один, как слепой котёнок тыкаюсь куда попало. Чаще в какаху попадаю, чем в правильное место.

– Он был крайне недоволен тем, что я вернулся без результата.

– Ха! Ну ещё бы. Он же сам и накосячил. А теперь твоими руками пытается это исправить. А ты, ничего подозрительного не заметил?

Опять он что-то знает? Но прямо не говорит. Почему?

– Ты же знаешь, что заметил. Зачем спрашиваешь?

– Не, Мих, это так не работает. Я-то знаю. В этом и проблема. Тебя слишком много тут было. Ну в смысле, слишком много раз ты появлялся тут и каждый раз одно и то же.

– И? – вот сейчас снова непонятно, куда он клонит? – ты можешь выражаться яснее?

– Нет. Не могу. Не потому что не хочу, а потому что не могу. Пойми меня правильно. Как только я вмешиваюсь или пытаюсь помочь одному из таких как ты, то происходит нечто такое, что меняет ход событий. В итоге ты находишь один из вариантов решения проблемы, и временная петля разрывается. Но при этом, вселенная запускает режим защиты, и всё начинается с самого начала.

Он сейчас рассказал больше, чем мог. Дал мне целую кучу подсказок. Блин! Осознанно он это сделал или нет, но главное, чтобы вселенная не перезапустила эту петлю.

– Твою мать! – выругался я и пошёл прочь.

Нужно было срочно подумать. Без него. И подальше от сюда. А лучшего места, чем моя комната – я не придумал.

Когда я вышел из общего зала для испытаний, через небольшой коридор, я должен был попасть в медблок, который профессор каким-то до сих пор непонятным мне образом переместил из института сюда, на остров. Об этом тоже нужно будет подумать.

В общем, как я и ожидал, медблоке не было. Тупо, пустое помещение. Значит никого из персонала тут уже нет. Ну и хорошо. Значит не появится желание найти и встретиться с Тайей.

А то, опять начну её спасать и тратить на это драгоценное время. Нет, я, конечно же, не против. Но времени действительно нет. Хоть его и дохрена, но по факту нихрена нет. Вот такой временной парадокс.

До комнаты я добрался быстро. Там было пусто. Отлично. Теперь нужно подумать. Итак.

Во-первых. Тот застрявший я, прекрасно знает, что с профессором что-то не так. Но что именно, не говорит. Скорее всего, профессор Мирный и правда страдает шизофренией. И у него в голове прекрасно уживаются четыре, это минимум, личности. Все они в той или иной степени – учёные. Но вот отношение к людям и окружающему миру – у всех разное.

Могу предположить, что одна его личность, намеренно устроила эту поломку. Для чего? Хрен его знает. Может жить надоело? А может и обозлилась эта сущность на весь мир и решила таким образом уничтожить его.

Вторая сущность – она до мозга костей правильная. Или фанатичная. Скорее второе. И полностью отдает себя науке, лишая личной жизни и простых моментов радости. Для неё наивысшая радость – это создать нечто по истине выдающиеся. Как, например, модель чёрной дыры. А ещё хочет всем помочь и сделать мир лучше и чище. Вполне подходит.

Третья сущность – это параноик. Везде ему мерещатся заговоры, интриги, козни и прочая малоприятная хрень. Возможно именно эта сущность как-то связана с тем, что весь персонал базы был убит неизвестной группой вооруженных людей. И даже то, что одна из сущностей, скорее всего четвёртая, или вторая, попыталась спасти персонал базы, отправив его в институт, то третья сущность всё равно даст команду на уничтожение ненужных свидетелей.

Вот только кто четвертая сущность? Какая-то тёмная лошадка. Ни как себя не проявляет, кроме как манерой обращения. И это нужно будет выяснить.

Далее. Во-вторых. Другой я сказал – «один из вариантов». Значит их несколько. Сколько именно? Много. Очень много. Так, каждый раз, когда я нахожу один из вариантов решения проблемы, то временная петля, где я отправился в вероятное будущее, она разрывается. Но не петля, которую создала сама вселенная.

Я возвращаюсь к истоку, но не в точку отсчёта. А вот это странно. Всё забываю, потому что вселенная хранит свои тайны. И всё начинается заново.

Значит вариантов бесконечное множество, и все они неправильные. Иначе вселенская петля уже давным давно бы перестала существовать. Следовательно – нужно найти единственный верный вариант решения проблемы. С этим разобрались.

В-третьих. Как только другой я вмешивается, то я нахожу решение проблемы. Значит – нужно исключить его участие. А как это сделать? Тут два варианта. Первый – как он и сам сказал, занять его место. Для этого всего-то и нужно, что опоздать в капсулу.

На этой мысли я машинально посмотрел на таймер. Ого! Я уже половину отведённого мне времени потратил. Как-то тут время слишком быстро течет. Не удивительно, что кто-то умудряется не уследить за ним и пропустить посадку на свой рейс.

– Уважаемый пассажир Михаил Федорович, ваш чартерный рейс, авиакомпании "Звездец-аирлайнс", следующий по маршруту "Вчера" – "Вероятное, но не светлое будущее", отправляется через пять минут. Прошу вас пройти к выходу – нахрен. И занять своё место в комфортабельной персональной полётной капсуле, класса супер-бизнесс-люкс. Приятного вам бесконечного мучения и полёта. Благодарим за внимание, – вслух спародировал я голосовое оповещение в аэропорту к самому себе и в голос заржал. Это нервное, походу.

Ладно, вернёмся к нашим баранам. Так, что там было? Ах, да. И второй вариант – просто его игнорировать.

Первый вариант мне не подходил, от слова совсем. Потому что, как только я займу место полупрозрачного... Кстати, а почему он такой? Надо бы спросить. Нет! Ну, нахрена! Ещё какая-нибудь версия решения проблемы тут же нарисуется. Так вот, как только я займу его место, появится следующий я, который будет искать верное решение. И если он его найдёт, то он и разорвёт самую большую петлю. Что станет со мной – догадаться не трудно.

Я сушествую, пока существует вселенская петля. Нет её – нет и меня. Значит только второй вариант – игнорировать.

И четвёртое. Профессор, когда я в прошлый раз оказался в начале нашей маленькой петли, он как-то странно себя вёл. Почему? Возможно ли то, что он знает обо мне, который застрял во "вчера"? Возможно, но не факт.

Или он опасается, что я раскрою истинного виновника аварии? А когда расскажу об этом другим, то и он попадёт под удар. И весьма серьезный. Тоже вариант.

А может он чего-то ждёт? Только чего? Опять вспомнились слова про «...мы тут застрянем...». Какое отношение он имеет к моему будущему? Это я путешествую во времени, а не он. И именно я могу вырваться из петли. И как бы он не старался, то он отсюда уйти не сможет. Или сможет?

А если он и правда может выйти за пределы этой петли? Тогда почему ещё не ушёл? Наверное потому, что именно я должен исправить его ошибку, а не он.

Но при этом, я смог Тайю отправить назад. Получалось так, что мы оба застряли в одной временной петле. Только она при этом каждый раз погибала. А я её в какой-то раз спас, и петля немного изменилась.

Точно! Как и тот момент, когда я впервые отправился во "вчера". Что-то пошло не так, и я увидел одновременно несколько вариантов развития событий. Или не увидел, а прожил? Хотя нет. Всё же увидел. Профессор же спросил чего я кричу и что я нашёл?

Вроде всё так, но не так. Совсем чуть-чуть не так. В самом начале нашего знакомства, он что-то там говорил про предугадывание будущего на сколько-то там миллисекунд. И что-то про стимуляторы и препараты, которые могут разогнать наш мозг, что мы способны будем видеть до нескольких дней вперёд. Но как сказал, так и больше не упоминал ни разу. Ещё одна занятная мысль.

Я снова взглянул на часы.

– Твою ж, – осталось пять минут до возвращения.

Подскочил и пулей полетел обратно.

– Эй! – окрикнул меня другой я, когда я пронёсся мимо него, чуть было не задев и не превратив нас обоих в "нечто", – аккуратнее давай.

Но я лишь промолчал. Успел только запрыгнуть в капсулу и захлопнуть крышку. Даже пристёгиваться не стал. Шлем нацепил в самый последний момент. Хотелось, конечно, подумать о том, что будет, если я не одену шлем, но не успел.

Мир мигнул. И вот, я снова в точке отсчёта.

Я кое-как открыл крышку и вывалился как мешок с дерьмом.

– Миша! Ты в порядке? – профессор потряс меня за плечо. Так аккуратно, по-отечески, что все мои глупые мысли и вопросы мгновенно вылетели из головы.

– Профессор, вы чего? – я смотрел на Владлена Богдановича и никак не мог сообразить, что вообще происходит.

– Вот и я хочу знать. Ты как-то очень плохо выглядишь, Миша. Что случилось?

Ага. Новая личность. Какая она там по счёту? Надо бы им номера присвоить, чтобы было проще. Но голова упорно отказывалась соображать.

– Может передохнёшь? – какая забота вдруг? – погоди, сейчас воды принесу.

Профессор куда-то пошаркал, словно постарел лет на десять-пятнадцать. И при этом нисколько на меня не кричит и не торопит. Интересно.

Владлен Богданович вернулся через минут пять. Видимо столько времени заняла у него дорога до столовой и обратно. Принёс воды. Я с сомнением открыл бутылку и понюхал. Чисто на всякий случай.

– Вы что, мне не доверяете, юноша? – опа! Снова смена личности, – думаете я вас отравить хочу?

– Нет, что вы, профессор? Просто я как-то раз вскрыл банку консервов, а она испортилась. Вонь жуткая стояла. Вот я и подумал, а может ли вода вот так же испортиться? – без всякого зазрения совести соврал я. Конечно же я ему не доверял. Но за пять минут, надеюсь, он не успел чего-нибудь мне туда подмешать.

– А, это? Нет, думаю не должна была испортиться. Пей.

Та-да-а-ам. Что-то мне резко перехотелось пить. Нет, сушняк был. Но вот желания – не было.

Я сделал вид, что подношу открытую бутылку ко рту. А потом, типа, резко задумался. И так и застыл с горлышком бутылки в паре сантиметров от рта.

– Профессор... – решил я резко сменить тему и задать какой-нибудь "албанский" вопрос, – скажите, а есть хоть какая-нибудь зацепка, где можно искать причину поломки? Что-то я уже второй раз пытаюсь отыскать её, но пока не могу.

– Михаил, а вы где ищите-то? – ещё одна смена состава. У него там в голове, целая скамейка запасных игроков, что ли?

Я благополучно опустил бутылку на пол.

– Ну в прошлый раз, я обследовал всё помещение зала для испытаний.

– Какого зала? – переспросил он.

– Для испытаний, – я реально пожал плечами, – ну, вот того зала, – и рукой махнул в сторону основного строения, которое сейчас напоминало Сталинград в сорок первом, при этом, как бы случайно плеснул водой во все стороны.

Профессор чуть было на два метра назад не отпрыгнул, опасаясь, что на него попадёт хоть капля. Вот же сука! Точно травануть решил.

– Осторожнее, юноша! Форму испортите, – звездит и не краснеет.

– Какую форму? Ваш халат? – я очередной раз ткнул в его сторону бутылкой с водой, – так он итак уже никуда не годится. К тому же, если всё получится, то он вам больше не пригодится.

Тут профессор напрягся. Я прям кожей ощутил его злость, что закипала внутри. А ещё, его напряжение. Ему явно не нравились мои слова. Он подозревал, что я могу что-то знать, но доказать, или открыто об этом заявить он не мог

На самом деле я тоже толком ничего не знал. Предполагал? Да, безусловно. Но и доказать, тоже не мог. Так у нас и началась незримая и молчаливая борьба за правду друг о друге. Ну что ж, посмотрим, кто кого?

– И правда, чего это я? – очередная смена. Не слишком ли часто? – выжить бы. А халат, да и Бог с ним, да Миш?

– Вы правы, профессор. Жизнь – важнее всего.

– Михаил, вы сказали, что исследовали главный зал? Хорошо, пускай это будет зал для испытаний. Но это в прошлый раз. А в этот раз? Где вы были?

– В этот раз я решил исследовать другие помещения. Успел как следует изучить медблок, – на этих словах Владлен Богданович сморщился, словно лимон съел, но быстро вернул себе прежнее выражение лица, – а потом свою комнату.

Что-то было не так с этим медицинским блоком. Профессор Мирный слишком явно выдал себя. Или нет? Может очередная ловушка? Но проверить всё же стоит.

– И как успехи? Нашли что-нибудь?

– К сожалению, нет. Буду искать дальше.

Глава 20

Очередной "вчерашний" день моего вероятного будущего.

Разговор с профессором Мирным, Владленом Богдановичем, подкинул мне ещё целую кучу вопросов и подозрений.

То, что именно он замешан в этой поломке, что приведёт в последствии к выбросу энергии и "прорыву" чёрной дыры, я больше не сомневался. Осталось только найти, как он это сделал. И как следует всё обдумать, перед тем, как принимать решение.

Ведь вероятность того, что это решение запустит очередную перезагрузку вселенной, просто катастрофически огромная. Ведь, если верить словам моего "я", то это повторяется уже сотни сотен тысяч раз. И, скорее всего, каждый раз решения проблемы не совпадают со всеми предыдущими.

Где-то здесь кроется тайна, которая не позволяет найти верное решение. Возможно, сама вселенная, когда очередной "я" подбирается слишком близко к разгадке, к реальной разгадке, то она подкидывает какое-то спонтанное, но явно неверное решение проблемы. И обнуляет петлю. Я всё забываю, и начинаю с чистого листа. И так до бесконечности.

И мне очень важно, найти самое правильное и единственное верное решение. Чтобы уже раз и навсегда разорвать эту долбаную восьмёрку.

– Как же она меня бесит!

– Кто бесит? – тут же подключился полупрозрачный застреванец.

Я вспомнил про "второй вариант" и смело его проигнорировал. Покинул капсулу и направился изучать, только уже на самом деле, помещения базы.

Первым делом я решил заглянуть в комнату "для чаепития". Там всё было по-старому. Никакой тебе чёрной дыры, что я создал, аннигилировав две копии одной шариковой ручки. Ни пыли, ни мусора. Чистота и порядок.

Прошёлся по периметру, заглянул в каждую дыру и угол. Ни-че-го. Отлично. Эту комнату исключаем.

Отправился на склад запасных частей. Тоже мимо. Ещё минус комната.

Небольшой коридор, из которого можно было попасть в медблок, в комнату управления и столовую, тоже мимо. Как и столовая и продовольственный склад.

В комнату управления я решил пока что не заходить. Это оставим напоследок. А перед этим изучу, как следует, медблок. Так что, я просто прошёл его насквозь и отправился дальше.

Всё закончилось на том, что я успел только зайти в общую комнату своего блока. Глянул на время – пора возвращаться. Всё же тут есть какие-то временные провалы. Смотришь на таймер – время идёт как положено. Не смотришь – херакс, и нету суток.

Быстрым шагом вернулся и залез в капсулу. Мир два раза моргнул и я снова в прошлом дне. Погнали дальше.

Я в очередной раз проигнорировал себя любимого. Как, в принципе, и профессора. Просто сказал, чтобы он меня отправил обратно. Он начал мне про какой-то там сдвиг втирать, но я слушать его не стал.

Весь свой, раз Тайи нет, то значит только мой, блок я проверил быстро. Тут даже не за что было зацепиться.

Коридор и проход под землёй до спортзала тоже прошёл быстро, даже особо не вглядываясь в детали. А вот со спортзалом пришлось повозиться. И то, исключительно из-за его размеров.

Ещё я хотел посетить тот подвал, где был резервный генератор. Не знаю зачем, но на всякий случай. Оставил на потом.

Спальное расположение для персонала базы тоже проверил. Если в прошлый раз, точнее "в будущий" раз, когда я тут буду, то тут будет царить абсолютная пустота. А в этот раз, тут осталось множество брошенных вещей. Странно как-то. Не может же быть так, что за одни сутки, как весь персонал базы покинул свои жилые комнаты, отсюда исчезнет абсолютно всё, что успели оставить или забыть люди? Сделал заметку, подумаю позже.

Время вышло. Ещё два скачка туда-обратно. В этот раз ни профессор, ни полупрозрачный не задали ни единого вопроса. Даже слова не сказали. Мне же лучше.

Настало время проверить комнату управления. Хоть я и хотел перед этим проверить медблок, но что-то мне подсказывает, что именно в нём я найду разгадку. Или часть её. Так что, идём от простого к сложному.

В помещение управления пришлось выбивать дверь. И если в прошлый раз, я использовал консервы вместо снарядов, и неизвестную мне гравитационную аномалию в качестве пушки, то теперь только ноги, руки и лом!

– Против лома нет приёма! – улыбнулся я, и со всей дури вогнал его в стык, между дверью и стеной.

Пришлось как следует повозиться. Дверь была из толстого металла, явно усиленная для этого помещения. Помнится, банка консервов проделала в ней смачную дырку. Сколько там было? Сантиметров пять? Эта дверь должна весить полтонны, не меньше.

Почти всё время ушло на вскрытие замка. Но я, всё же это сделал. Лом – это мощь!

А вот когда я открыл дверь... Вообще-то, я ожидал там встретить "вчерашнюю" копию профессора. Он же должен был пытаться исправить свою поломку. Или, наоборот, совершить её. Но нет. Ни профессора, ни поломки, ни-че-го.

Даже сфера Дайсона на месте и работает как надо. Чёрная дыра тоже в норме, если можно вообще так говорить о самом страшном и неизученным объекте во всей вселенной.

Это знаете, когда приходишь в магазин крутых штуковин. Деньги есть, желание их потратить есть, а вот понимания, что это такое, красивое и блестящее на полочке лежит и манит, нет. И ты, нихрена не зная что это, но боишься при этом спросить, чтобы не показаться "тупым", такой продавцу-консультанту – дайте две.

А это просто работник делал новую ветрину, и забыл кусок хромированной трубы на прилавке. А ты – дайте две.

Тут та же история. Вот хрен его знает, как по внешнему виду определить, всё ли нормально с чёрной дырой? Не болеет ли она там? Может температура, не? Кариес? Не? Раз меня не сожрал и не расщипил "горизонт событий", то значит всё нормально.

Я на всякий случай посмотрел на панель управления, вдруг там посередине горит огромная красная лампочка с надписью "Achtung!' или "Alarm!". Но нет. Ничего такого там не обнаружилось. Даже близкого намёка на аварию.

– А вот это странно...

Походу профессор знатно меня наибманул. Редиска! И, либо он сделал это намеренно, что более вероятно, либо я не там ищу, что менее вероятно.

И теперь нужно придумать, как этого старого шизика, вывести на чистую воду. Нужен план.

Таймер показывал ещё пару часов времени до отправления. Я решил всё ещё раз и как следует проверить. Осмотрел всю комнату вдоль и поперёк. Заглянул в каждую щель, под каждую пылинку, но ничего не нашёл. Собрался уже уходить, но мой взгляд почему-то упал на стену. И-и-и...? Ни-че-го.

А вот это было очень странно. Знаете почему! Потому что там, на стене, должна была быть скоба. Скоба, Карл! За которую держался профессор каждый раз, когда я его находил в вероятном будущем. Скоба, которую он использовал как якорь.

– Вот сейчас не понял... А где? – я на всякий случай пощупал стену руками. Но никаких следов, что там она была, точнее будет. Никаких тебе скрытых ниш или креплений. Просто ровная стена. И даже не металлическая! К ней даже при всём желании, на скорую руку, скобу не приваришь.

– Интересно...

Время поджимало и я отправился обратно. Вопросов стало ещё больше.

Мир мигнул.

– Говорю же, у вас несанкционируемый и неконтролируемый дисбалансный противофазный сдвиг рационального мышления, – этими словами встретил меня профессор Мирный.

– Профессор, а вы точно уверены в правильности формулировки? Почему мне кажется, что это просто набор слов? Красивых и нихрена непонятных.

– Где ваши манеры, юноша?! – он так возмутился, что я даже на секунду почувствовал себя неловко, – это ж... Это... Фундаментальные знания!

Ага, фундаментальные знания чего? Какой научной сферы деятельности, эти знания?

Мне показалось, что он просто пытается заговорить мне зубы. Очень подозрительно. Но вместо того, чтобы спорить с ним, я быстро покинул капсулу и отправился в нужную мне сторону.

– Михаил, вы куда? – он действительно так быстро переключается между личностями? Или я ошибся и там один человек?

– Как куда? Решать проблему, – ничуть не соврал я и отправился в комнату управления.

Меня очень интересовало пара моментов. Ну ладно, не пара. Целая куча. Но об этом говорить я не стал. Нужно всё увидеть своими глазами.

Профессор, естественно, увязался за мной. Я зашёл в комнату управления и начал внимательно всё осматривать. В первую очередь, меня интересовала стена, где была та самая присловутая скоба. Но я сделал вид, что задумался и тупо глазею по сторонам. Пока что профессору не зачем знать истинную причину моего тут нахождения.

– Ты что-то нашёл? Что-то узнал? – мне показалось, или в его голосе проскочили нотки опасения?

– Пока нет. Но что-то мне подсказывает, что тут что-то не так. Не здесь, конкретно, а там, в прошлом, – я максимально попытался завуалировать свой ответ. Проигнорируй я его или соври, он вполне возможно почувствует подвох. А мне это пока не надо. Но это пока...

– И что же не так?

Я состряпал ещё более загадочное лицо. И в два раза сильнее стал крутить головой по сторонам.

И знаете что? Это было не то помещение. Вот совсем. Очень похоже, но не то. На первый взгляд, всё так же. Та же панель управления. Та же защитная стена из бронированного стекла, которое прочнее алмаза. Те же стены... Да только не те.

Панель управления была очень похожа. Почти копия. Но всё же отличия были. Я несколько часов провёл в той, "вчерашней" комнате управления, так что мог по памяти нарисовать каждую кнопку и написать её назначение. И отличия были.

Но больше всего меня волновало две вещи. Первая – это скоба на стене. И вторая – это сфера Дайсона. Начну с первого.

Если там, во "вчера" стены были исключительно бетонные, без единого намёка на стальное укрепление. Ну, только если арматура внутри, но это не то. То тут все стены были экранированны толстой листовой сталью. Толщиной с ту самую дверь. И на стене, напротив сферы, была намертво приделана ручка-скоба. И не просто приделана, приварена или прикручена, нет. Словно лист стали выливали уже вместе с ней. Они были единым целым.

И знаете что? Это была не просто скоба, как мы все привыкли её видеть, нет. Не просто кусок стальной ленты, изогнутый в виде ручки. А именно специально сделанная форма рукояти, чтобы за неё можно было долго держаться, без ущерба для руки. Ну, чтобы там онемения не было, или рёбра или грани там в руку не впивались... Аккуратная, удобная, словно, созданная по индивидуальному заказу под определённую руку.

И второе. Сфера Дайсона. Помимо самой сферы, что окружала модель чёрной дыры, экранировала её и одновременно поглощала и отводила высвобождаемаю энергию, было ещё целое множество дополнительных механизмов, которые в случае малейшего намёка на неисправность, готовы были "схлопнуть" сферу, вместе с чёрной дырой внутри.

Такие, лапы-манипуляторы, которые располагались со всех сторон, вокруг сферы, создавая второй контур защиты.

Вот если взять, например, футбольный мяч и разделить его на все эти пяти- и шестиугольники, и к каждому такому фрагменту с внешней стороны прикрепить манипулятор, то это примерно так и выглядело. И в случае выхода из строя основной сферы, эти фрагменты в одно мгновение должны образовать новую сферу, словно футбольный мяч.

И этого тоже не было. А вот вопросов – прибавилось.

– Что-то есть? – спросил меня Владлен Богданович, – ты что-то нашёл?

– Пока нет. Ничего. Надо ещё медблок осмотреть.

И если слова, что в данном помещении я ничего не нашёл, немного успокоили профессора, то слова про медблок, наоборот, – заставили его нервничать ещё больше. Он, конечно же, пытался это не показывать, но получалось очень плохо.

Всё-таки эти два помещения были как-то связанны между собой. Но как? А главное – зачем? Именно это мне и предстояло выяснить.

Профессор, само собой, увязался следом. Я уже на каком-то подсознательном уровне чувствовал приближение момента обновления временно́го витка, но я должен выяснить, в чём тут дело.

Вот только я не успел. Стоило мне открыть дверь, как мир потух. Но в самый последний момент, я заметил одну странность. Пока шёл процесс перезапуска временно́й петли, я одновременно видел и пустое помещение, где должен находиться медицинский блок, и сам блок, со всей аппаратурой, кушетками и шкафчиками с лекарствами.

Это было, словно наложение кадров, один на другой. Причём одна картинка, словно её током закоротило, несколько раз моргнула, и снова пропала.

И вот, я очередной раз, скидывая с себя крышку капсулы. Всё началось с начала. Но теперь я прекрасно знал, где и что мне искать.

А ещё, помимо медицинского блока, я намеревался проверить тот самый подвал с резервным генератором. Он, как мне казалось, тоже играл свою роль.

В этот раз, я не стал отправляться за профессором в комнату управления. Пускай пока сидит там. Мне его лишнее внимание, в данный момент, совершенно не нужно.

Первым делом я ломанулся в медицинский блок. Так как резервный генератор сейчас был в работе, то и "горизонт событий", как и сама чёрная дыра, были намного меньше. А значит, есть шанс, что медблок ещё не весь был поглащён.

Я почти угадал. Но картина была несколько иной. Представьте, что условная комната разделена на четыре равные части, крест на крест. Ближняя, ко мне, половина помещения, абсолютно пустая. Такая, как я её видел во "вчерашнем" дне. А дальняя половина – оборудованна, как и положено. Причём эта граница, проходит не строго по прямой, а извивается, будто морской прибой, то поглощая, то являя обратно некоторые предметы.

Левая половина – нормальна. А правая – поглощена границей горизонта.

– Вот это ж нихрена себе! Это как так?

Получалось так, что эта самая комната одновременно существовала в двух реальностях. И её в этом состоянии удерживал "горизонт событий".

– Охренеть!

Но это было только начало. Пройти насквозь это помещение – я не рискнул. Мало ли, вдруг меня в ту, другую реальность перекинет. У меня ещё тут дел много.

А так как в подвал с резервным генератором можно было попасть только через дальнее окно спортзала, мне пришлось делать крюк через всю базу. А значит – встреча с профессором Мирным неизбежна.

– Профессор, здравствуйте, – поприветствовал я Владлена Богдановича, как только зашёл в помещение управления, – нужно срочно отправляться в прошлое.

– Миша? Ты как тут оказался? – походу с обновлением временно́й петли, профессор ничего не помнил из того, что было в прошлой петле. Это хорошо.

– Некогда объяснять, идём, – я схватил его за руку и потащил в нужную мне сторону, по пути очень быстро и коротко рассказывая только самую нужную информацию.

Показал ему мою чёрную дыру, сказал, что есть рабочая капсула на складе, сказал, точнее соврал, что он её один смог транспортировать со склада сюда. Попросил его всё подготовить, а я быстро смотаюсь к себе в комнату. Про спортзал и резервный генератор говорить не стал.

Профессор недовольно на меня посмотрел, что я его тут работой нагрузил, но противиться не стал. Он пошёл за капсулой, а я в нужную мне сторону.

Окно в спортзале я разбил, просто бросив в него гантель. Когда осколки стекла зависли в гравитационной аномалии, быстро их опустил на пол, пока они не напитались импульсом.

Выбросил в окно одну из деревянных лавок, тем самым разминировал "стеклянное" минное поле с другой стороны. Одну лавку приставил к стене и использовал её вместо лестницы, а другую аккуратно спустил с другой стороны.

Преодолел окно и направился в сторону подвала. Снёс замок и спустился вниз. Вот тут-то и началось...

Мало того, что гравитационная аномалия тут была сильнее, и мне пришлось пробираться шаг за шагом, словно я в густой кисель упал. Так и часть помещения медицинского блока тут проявлялась, точно так же, как и наверху.

Мысль о том, что подвал с генератором, находится ровно под этими двумя помещениями, медблоком и помещением управления, пришла мне давно, но проверить её возможности не было. А вот сейчас – всё стало на свои места.

– Очень любопытно...

Получалось так, что сфера Дайсона, что экранировала чёрную дыру, получала энергию не от самой дыры, а от генератора. А вот энергия от дыры, не поглашалась, а перенаправлялась в другую пространственную аномалию, которая существовала в нашей реальности.

Одновременно в одном месте, существовало две точки пространства: это часть базы на острове и часть помещения института, там, на материке в центре столицы.

– Так вот куда уходило такое огромное количество энергии чёрной дыры...

А в момент, когда необходимо было совершить прыжок во временном потоке, тот маховик, который якобы, вращаясь, набирал нужную скорость для "скачка", на самом деле – накапливал эту энергию, поглащая и перенаправляя поток.

– Теперь становится понятно...

__________________________________________________________________________________________

Друзья, не забывайте ставить лайки, писать комментарии и добавлять книгу в библиотеку, чтобы не пропустить новые главы.

Каждый маленький знак вашего внимания – это хорошее настроение автора и мотивация для него писать больше и выкладывать проды чаще.

Спасибо большое, что читаете мою книгу.

Глава 21

Хотя, кого я обманываю? Нихрена не понятно. Но эти знания толчками приходили мне в голову с каждым новым открытием.

И теперь, я всерьёз задумался над тем, что я уже сотни тысяч раз проживал эти моменты, но каждый раз, при перезагрузке вселенской временно́й петли, забывал. Может я и каждый раз именно так всё вспоминал, я не знаю. Но это происходило сейчас, и этого понимания мне было достаточно.

Вблизи этого пространственного разлома, когда два пространства сошлись в одном месте, накладываясь друг на друга, эти знания-воспоминания, возвращаются ко мне.

И что-то мне подсказывает...

Я просто взял и прыгнул вперёд. В то, другое пространство, которое было за этой границей.

Весь мир мгновенно перевернулся. Меня скрутило, расщепило, снова собрало, размазало тонким слоем, сжало в бесконечно малую точку, распылило, снова собрало, сжало и разгладило, словно на гладильной доске... А потом "выплюнуло" на другой стороне.

– Вот б... – я хотел матюкнуться, а вместо этого, – буэ-э-э...

Прощай желудок. Я буду скучать. Ты мне был так дорог, так близок, словно частичка меня...

Вот именно такие мысли промелькнули в моей голове, пока меня полоскало. Всё же это перемещение не прошло просто так. Теперь понятно, почему профессор делал "это" ночью, пока мы спали. Да чтобы не угробить нас.

Когда, наконец, я смог выпрямиться, и оглянулся назад, то за той непонятной "плавающей" границей между двумя пространствами одного мира, я увидел себя. Того, кто прыгнул в эту чёртову аномалию. И он, то есть я, завис. Застыл в прыжке. Не, ну не прям завис-завис, а очень медленно двигался в мою сторону.

– Ага, а вот и таймер...

Мгновенно пришло понимание того, что как только та часть меня, что ещё находится на острове, доберется до границы пространства, то это будет означать конец времени моего пребывания тут, на этой стороне. И стоит поспешить.

Я осмотрелся по сторонам. Помещение медблока было точно таким же, как я его всегда помнил. А значит, нужно найти свою комнату. А ещё лучше – комнату Тайи.

Пришлось как следует напрячь память. Потому как, в институте, я находился бесконечно давно. Воспоминания давались тяжело, словно что-то намеренно препятствовало этому.

Я выскочил из помещения и ломанулся в нужную, как я думал, сторону. Но стоило мне открыть дверь в следующее помещение, как пришлось мгновенно ретироваться. Хорошо хоть меня никто не успел заметить.

Я чуть было не попал в ту самую аудиторию, в которой проходило наше первое знакомство с профессором Мирным. Правда вход был с другой стороны.

И сейчас там были сотни людей. Это был персонал базы с острова. Аудитория оказалась намного больше, чем я её помнил. И это не удивительно, потому как заходили в неё, мы почти в кромешной темноте. Только дорожка до наших кресел и трибуна в центре были подсвечены. Остальное тонуло во тьме.

Сотни людей сейчас столпились у дальнего края помещения, в вокруг них полукольцом стояли вооружённые люди и держали всех под прицелом.

– Твою мать! – как можно тише выругался я, – они их на убой привели. На острове устранить свидетелей не удалось, так они сюда прибыли. Твари!

Пока я пару мгновений разглядывал эту картину, я успел заметить, что ещё не всех собрали в кучу, потому что как раз, через противоположные двери заводили ещё пару людей.

– Хренова. Очень хренова.

Я ломанулся в другую сторону. Я до последнего надеялся на то, что Тайю ещё не успели найти и привести. Но, скорее всего, она уже была там, среди прочих. Но надежда – та ещё падла.

Где находилась моя комната, я помнил. А вот где находилась её комната – я вообще не знал. И это плохо. Только время потеряю на поиски.

Я стал заскакивать во все помещения подряд. Но, почти везде, было пусто. В одном помещении я обнаружил того самого Ивана, который должен был уехать домой. Он последний, кто отказался участвовать в проекте, перед самым его началом.

И сейчас он стоял под прицелом одного из вооруженных людей.

Моё появление стало неожиданностью для всех нас. Особенно для меня. Я не ожидал кого-то тут встретить, кроме Тайи, но видимо ошибался.

Ошарашенный моим появлением, вооруженный мужик не успевал повернуться в мою сторону, как я сработал на каких-то рефлексах. Даже сам не знал, что так могу.

Перехватить оружие левой рукой за ствол, правой ногой пробить хороший лоу-кик в ногу, для отвлечения внимания, и как только моя нога коснётся пола, правый кросс в голову и противник уже на полу.

– Михаил? – Иван был явно напуган, и явно не ожидал увидеть меня, – что происходит? Ты зачем его вырубил?

– Что значит зачем? – я аж поперхнулся, – так он за тобой пришёл...

– Я знаю. Он сказал, что на институт кто-то там напал и нужно срочно пройти в укрытие, где нас...

– Где вас всех и убьют, – закончил я за него.

Замешательство, растерянность, недоверие... Всё это сейчас смешалось в его голове. Ну ещё бы, один говорит, что пришёл спасти от невидимого врага, а второй спасти от спасителя.

Пришлось потратить время и коротко обрисовать ситуацию. Про временны́е петли и вселенную со своими тайнами, я говорить не стал. Подумает, что я совсем свихнулся, а мне это не надо. Но зато я ему объяснил, что из-за аварии на острове, весь персонал базы переместили сюда, в институт. И теперь хотят устранить всех участников и свидетелей проекта. И всех тех, кто даже просто одно название "Аналемма" знает.

Он не поверил. Я предложил привести в чувства того мужика, что я вырубил, и позволить ему забрать Ивана. Иван резко передумал.

Нужно были идти дальше и искать девушку. Ивана я брать с собой не планировал, так как лишние глаза мне не нужны. Но и бросать его тут – тоже не хотел. Он, вроде как мне ничего плохого не сделал.

– Иван, найди какое-нибудь место и спрячься. А лучше закройся тут и завали вход изнутри. Я пока попытаюсь отыскать выход, или привести помощь. Но обязательно за тобой вернусь, – пообещал я, хотя на самом деле меня это волновало мало.

Если честно сказать, то тратить время на все эти поиски и спасения, я тоже не хотел. И Тайю искал исключительно из симпатии к ней. Первоочередная задача состояла в том, чтобы всё это предотвратить и разорвать петлю, тем самым спасти всех одним махом.

– Я пойду с тобой, – тут же возмутился он, – я не собираюсь ждать, когда ты свалишь. Кинешь меня и свалишь. Так что иду с тобой.

Хотелось попытаться поспорить с ним в его сомнительном решении, но времени было итак в обрез. Пришлось просто вырубить его ударом приклада.

– Прости, Вань. Некогда мне. Ты всё равно умрёшь в этой реальности...

Я даже не стал связывать того мужика, которого вырубил первого и у которого забрал оружие. Быстро провёл осмотр и забрал всё необходимое. Нож, пару гранат, и пару снаряжённых магазинов. Ещё когда срочку служил, научился всем этим пользоваться. Так что навыки были.

Побежал дальше. Проверил остальные комнаты, но там уже никого не было. Либо я слишком долго возился в комнате Ивана, либо всех уже давно забрали отсюда.

Территорию, где мы были в институте, я знал очень плохо. В основном это было всего несколько помещений. Даже еду нам приносили в наши комнаты. Так что пришлось всё изучать по ходу.

Попетляв пару-тройку минут, я случайно влетел в очередное помещение.

– Твою, ж... – не успел я удивиться.

– Миша? Ты как тут оказался? – я хотел тот же самый вопрос задать профессору, который сейчас стоял прямо передо мной в ещё одной комнате управления.

И это была та самая комната, которую я увижу, когда вернусь в другую реальность. То есть, получалось так, что существуют две комнаты управления, две черные дыры, две сферы Дайсона... И два медблока. Хотя последний просто был по соседству с комнатой управления. И его тупо зацепило...

Профессор стоял за рычагами управления и смотрел на меня, не понимая, что происходит. Я тоже нихрена не понимал.

Получалось так, что по какой-то непонятном мне причине, существовало две комнаты управления со всей сопутствующей атрибутикой. Но существовали они одновременно в двух реальностях? Или это одно и то же помещение, но в двух местах разом? Хрень какая-то...

– Профессор, – я перехватил автомат поудобнее, – либо вы мне сейчас рассказываете, что тут происходит, либо... Я вас просто пристрелю.

Во мне сейчас закипала такая злость, что я еле-еле держал себя в руках. Мне так хотелось пристрелить этого учёного мудака, что аж зубы сводило.

– Погоди, Миша, не психуй. И опусти, пожалуйста, оружие. Я всё расскажу, только не стреляй, ладно?

Ага, Миша значит? Походу сейчас передо мной одна из его "наилучших" сущностей. Что ж, послушаем...

– Рассказывайте.

И тут Остапа понесло. Оказалось, что, на самом деле, профессор и его группа учёных давно уже работали над устройством, способным перемешать предметы в пространстве на большие расстояния. Телепорт – одним словом. И им это удалось. Именно так он и перенёс всю нашу группу претендентов на остров. Причём, вместе с двумя помещениями – комнатой управления и медицинским блоком.

Как оказалось, та аппаратура, что выглядела, как разорванный на части, футбольный мяч, это была вовсе не аппаратура защиты, а аппаратура переноса. Он полез в научную терминологию, но я быстро переключил его внимание в нужную сторону.

Но, как оказалось, процесс переноса, почему-то слово – телепортация, ему очень не нравилось, не совсем контролируемый. Точнее, объём пространства, который подвергается переносу – он не совсем контролируемый.

Иногда происходит перенос конкретного, одного точечного, объекта. А иногда чуть ли не пол института. Как и отчего это зависит, они да сих пор не знали. Поэтому и перенос нашей группы проходил ночью, пока мы спали. Вместе с помещением медблока.

На самом деле, мы даже не с первой попытки смогли переместиться. Но это уже не важно.

– Но был и побочный эффект у этого процесса, – продолжал профессор вываливать на меня тонну информации, – так как пространство и время неразрывно связаны друг с другом, то нарушая природу одного, это влечёт за собой искажение второго.

Именно так и обнаружили они способность перемещаться во времени. Когда любой объект перемещался из института на остров, происходило перемещение вперёд во времени, а когда с острова на в институт – то назад.

Через огромное количество попыток, экспериментов и разработок необходимого оборудования, научились эти два процесса разделять между собой. То есть, в момент скачка в "будущее" сам предмет не перемещался в пространстве, а оставался на одном месте. Но любой другой предмет, обязан был это сделать. Именно для этого и перенаправлялась потоки энергии.

Или же, когда нужно было с острова переместиться в институт, то "объект" перемещения при этом менял только расположение в пространстве, но при этом не отправлялся в "прошлое". Но вот какой-то другой объект, на который была перенаправлена высвобождаемая энергия, совершал временно́й скачок.

– В общем, мы смогли разделить эти два явления, но не смогли добиться того, чтобы только один процесс выполнялся. Понимаешь? – Владлен Богданович смотрел на меня так, что от его пояснений зависела его жизнь.

От части это было именно так. И пристрелить его мне хотелось с каждой секундой всё меньше. Но при этом, раз за разом, я вспоминал, как вооруженные люди расстреляли весь персонал базы, ещё там, в спортзале, и желание его застрелить наоборот – возрастало.

– Хорошо. Даже если это и так, то как произошёл выброс энергии и прорыв?

– Всю нашу научную деятельность финансирует правительство. И они требуют слишком много. Торопят и угрожают свернуть всё обеспечение, если мы не добьёмся стабилизации процесса в самые короткие сроки. И нам пришлось рискнуть. Увеличить мощность. И аппаратура просто не выдержала. Произошло одновременное двойное явление переноса пространства и скачок во времени.

– Что, простите?

– Получилось так, что в один и тот же момент два объекта совершили перенос в пространстве. Один объект – на остров, а второй объект – обратно, в институт. И два пространства столкнулись. И временны́е скачки тоже столкнулись, понимаешь? Теперь в одном месте существует сразу два места и два потока времени. Это и вызвало перегруз систем.

Понятно, что нихрена не понятно. Получалось так, что объектом переноса оказалась комната управления. Плюс ещё зацепило медблок и часть прилегающих территорий.

Объект переноса из института, отправился на остров, и точно такой же объект отправился в институт, с острова. И где-то посередине, они встретились. Тоже самое произошло и со временем. Будущее и прошлое встретились в настоящем.

Из-за столкновения времени образовалась эта странная гравитационная аномалия, что была на уровне чуть ниже колена. Теперь понятно, как объекты, попадающие в неё, получали такой разрушительный импульс.

А из-за столкновения пространства – образовывалась граница горизонта. На самом же деле, это не был никакой ни "горизонт событий". Это была граница столкновения объектов перемещения.

Так вот почему, когда я видел профессора, которого располовинило границей столкновения, то он оставался жив. Он одновременно существовала и тут и там. А когда граница расширялась, я видел как остатки его руки продолжали сжимать скабу на стене. И даже видел, как рука, сама по себе, поудобнее перехватывалась. Это был просто процесс переноса из одного места в пространстве, в другое место.

А вот когда я профессора впервые дёрнул на себя, то разорвал этот процесс. Часть его руки не успела ещё переместиться в наше пространство, а я разорвал их связь. Вот поэтому и срез на руке был словно оплавленный.

– Ох-ре-неть! – выдал я, когда, наконец, до меня всё это дошло.

Это был не злой умысел, это была тупо банальная ошибка. Нарушение нескольких правил, которые влияли на "безопасный" перенос в пространстве и во времени. А ещё, банально спешка. Вот и всё. Пазл сложился.

И если с тем, как произошла эта авария, стало более-менее понятно. Не всё, но большая часть. То вот, что происходило с сознанием профессора, я вообще нихрена не понимал. Это я про разделение его сущностей.

А может, на самом деле и не было никаких сущностей и он не был шизиком? Просто он случайно оказался внутри границ объекта переноса? И теперь одновременно существовала и там и тут? И, в зависимости от того, какая часть пространства и времени на границе столкновения, оказывалась сильнее, такая его часть общего сознания и выходила на первый план.

Если вспомнить границу, между двумя реальностями, которую я видел в помещении медблока, когда она, словно морская волна, то накатывала, то отступала, то это вполне объясняет такую резкую смену манеры общения профессора. Короче, он вовсе не злодей.

– Профессор, тогда объясните мне, зачем вооруженные люди расстреляли весь персонал базы?

– Как расстреляли? Когда? – профессора настолько сильно эта информация повергла в шок, что я сильно сомневаюсь, что он имеет к этому какое-либо отношение. Такое просто нельзя подделать.

– То есть вы ничего об этом не знаете? – на всякий случай, уточнил я.

– Михаил! Да вы что?! Нет, конечно! Там же мои коллеги! Друзья! Да там много хороших людей! Зачем их убивать?

Почему-то я сейчас искренне верил в его слова. И правда, зачем их убивать? Хотя, нет. Это неверный вопрос. Зачем – итак понятно, чтобы не оставлять живых свидетелей. А вот кто к этому причастен? Вот это верный вопрос.

– Владлен Богданович, а вы знаете, как это остановить? Как предотвратить эту аварию, пока она не переросла в катастрофу?

– Пока нет, мой друг. Но я очень стараюсь отыскать решение этой проблемы. И времени у нас очень мало. И если вы, наконец, перестане тыкать в меня оружием, то я продолжу свою работу.

– Простите, профессор, – я убрал автомат в сторону и поставил на предохранитель, – может вам нужна какая-то помощь?

Профессор молчал. Что-то там тыкал на панели управления, крутил, перемещал ползунки туда-сюда и крутил "крутилки". В общем – делал свою работу.

Я мешать не стал. Просто наблюдал со стороны за этим процессом. И усердно запоминал. Возможно, это пригодится. А может, именно сейчас профессор и найдёт решение проблемы и всё исправит. Очень хотелось во всё это верить и я боялся спугнуть удачу.

Неожиданно противоположная входная дверь распахнулась и в неё влетело двое вооружённых людей. Тут же взяли нас с профессором на прицел. Я даже своё оружие поднять не успел. А теперь уже было поздно.

А следом за ними, буквально через несколько секунд, зашла Тайя.

– П...ец!!!

Глава 22

– Владлен Богданович, – начала было она, но тут увидела меня, – О! Миша! Какая встреча. А я-то думаю, где же ты пропал? Бросил бедную девушку одну и исчез. Тоже мне, мужик называется.

– Тайя? Какого хрена? Что происходит? – я смотрел на неё и не мог поверить своим глазам. Где та милая и весёлая девушка, которая мне так нравилась? Где та, которую я бежал спасать, рискуя жизнью? Где та, к которой я так привязался?

– Что происходит? Это ты меня спрашиваешь? Совсем обалдел? Ты меня бросил! Полгода назад! Забыл?! И исчез. Просто раз, и нет тебя. А тут появляешься, как ни в чём не бывало, и спрашиваешь – что происходит?

Я не знал, что ей на это ответить. По факту, я действительно пропал. Но не по своей воли или вине. Так получилось. По всей видимости, наложилось несколько факторов один на другой, из-за чего я застрял в будущем. Но если со мной всё понятно, то что произошло с ней? Неужели моё резкое исчезновение так на неё повлияло и изменило?

– Знаешь, Миша... Уже поздно что-то менять. Мне жаль, правда. Но приказ есть приказ...

– Какой ещё нахрен приказ, – перебил я её.

– Проект "Аналемма" провалился. И правительство приказало уничтожить все наработки и следы. А так же устранить всех свидетелей. Это оружие не должно попасть в чужие руки.

– Оружие?!

Но это всё ф, что я успел спросить, как двое вооружённых людей вскинули автоматы. Первым расстреляли профессора, а потом и меня. Но в момент, когда я должен был умереть, моя копия, та, что в подвале прыгнула в разрыв пространства, наконец, достигла границы. И меня дёрнуло назад. Таймер истёк. Но я всё же успел получить пару пуль. Одну в левое плечо, а второе в руку. Тоже в левую. Боль пронзила всё моё сознание и мир потух.

* * *

– А-а-а-а!!! – заорал я от боли, но мои вопли тут же смолкли, когда на голову упала крышка капсулы.

Я снова вернулся в разрушенный зал для испытаний. Ещё никогда в жизни я не был рад тому, что застрял в этой чёртовой петле. Петля замкнулась и я снова здесь.

Открыл глаза и скинул с себя крышку. Отстегнул ремни и выбрался из капсулы. Да так и сел рядом с ней, поднимая в воздух облако вековой пыли.

Это просто п...ец! Честно! Это по-другому никак не называется. Ну что за непруха, а? Как так получилось, что всё это свалилось именно на меня? Это приглашение поучаствовать в проекте. Потом все эти скачки́ во времени. Потом, я умудрился накосячить со временем и застрял в вероятном будущем. Потом эта авария и чёрная дыра, что вышла из-под контроля. А теперь ещё и девушка, в которую я влюблён, оказалась каким-то там агентом правительства, который меня чуть не грохнул.

На этих мыслях я автоматом дёрнулся и прижал плечо, которое мне прострелили. Но боли не было. Я посмотрел внимательнее и как следует ощущал. Но всё было в норме. И плечо и рука оказались целые. Даже следа от огнестрельных ран не осталось. Ну и хорошо, даже думать об этом не буду.

А вот над тем, что на самом деле произошло – нужно подумать. Как следует. Долго, упорно и продуктивно. И я знаю, кто мне в этом поможет.

Я отправился в комнату управления. Мне нужен был Владлен Богданович. Он нашёлся на прежнем месте, и точно так же, как и всегда, тыкал, крутил и двигал всевозможные органы управления на панели.

– Миша? Ты как тут оказался? – он что, других фраз не знает?

– Здравствуйте, профессор. Нам нужно поговорить. И очень серьёзно. И долго. Так что, предлагаю нам сходить в столовую, я очень сильно хочу жрать.

– Где ваши манеры юноша? – начал возмущаться он, но мне пришлось его прервать.

– Профессор, заканчивайте этот цирк, ей Богу. Иначе я вас ударю. Вот правда. Я уже устал это в сотый раз слушать. Идём, поедим.

Лицо профессора отображало максимально возможную степень охреневания. Он то хмурился, то удивлялся, то о чём-то задумывался... И всё это почти одновременно.

Я постоял и посмотрел на этот калейдоскоп эмоций ещё несколько секунд, потом просто развернулся и пошёл в столовую.

Долго мне одному быть не пришлось. Пока я ждал профессора, я успел вскрыть несколько банок консервов. Уже полтора десятка из них были испорчены, выброшены мною, и подхвачены гравитационной аномалией.

Когда Владлен Богданович зашёл в помещение столовой, то аж остолбенел от того, что недалеко от входной двери, прямо в воздухе, висело несколько банок, которые очень медленно вращались и падали в пространстве. Он наклонился к одной из них и протянул руку.

– Нет! – тут же рявкнул я, а когда профессор одёрнул руку и, уже более спокойно продолжил, – не стоит их трогать, Владлен Богданович. Это опасно.

– Опасно? Это удивительно! Это же...

– Гравитационная аномалия, профессор. Я знаю что это. И всё же, не советую её трогать, проходите.

Я уплетал уже вторую банку. Я просто нереально хотел есть. Все эти скачки́ во времени, а теперь ещё и в пространстве изрядно напрягали. Бешеные забеги по всей базе, в попытках отыскать решение проблемы и предотвратить эту аварию, спасение девушки, которая какой-то там супер-нахрен агент правительства... Всё это меня очень вымотало. И морально и физически. И я просто хотел отдохнуть. И пожрать.

Профессор ещё около минуты пялился на эти застывшие в воздухе банки консервов, а потом обошёл их по широкой дуге и сел за стол, напротив меня.

– Юноша... – начал он в своей, самой мною нелюбимой, манере.

– Так. Стоп. Владлен Богданович, будьте добры, прекратите такое пренебрежительное обращение ко мне. Я вам не юноша. Хоть и моложе вас вдвое. Меня зовут Михаил. И будьте так любезны, обращайтесь ко мне по имени. Можно просто – Миша.

Он так и открыл рот. Было видно, что ему не нравилось то, как я с ним разговариваю. Но мне было плевать. Я слишком устал. И нравится ему или нет, но другого выбора у него не будет.

Я сидел и поглощал очередную банку консервов. И почему-то мне оказалось, что я вообще не насыщаюсь. Профессор ещё какое-то время сверлил меня взглядом, потом видимо смирился и тоже взял одну из банок. Хотелось бы ещё, конечно чаю, до кучи, но увы.

– Итак, профессор, давайте всё с самого начала и по-порядку. И сразу прошу, давайте упустим все эти моменты, про государственные тайны и тайны вселенной, которая она охраняет.

– А... – хотел он возмутиться, но мой безразличный взгляд был лучше тысячи слов, – значит ты уже в курсе событий. Ну что ж... Тогда слушай.

И я слушал.

Всё началось несколько лет назад. На мировой политической арене творилась очередная дичь. Начался очередной виток гонки вооружений. И нашей стране, кровь из носу, нужно было самое новое, самое мощное и самое перспективное оружие. Да, именно оружие, способное не просто напугать наших потенциальных врагов, а в одно мгновение уничтожить целые города и правительства. И сделать это было нужно, не прибегая к ядерной войне.

Уже тогда, профессор Мирный и несколько его коллег учёных, изучали возможность перемещения в пространстве. Причём мгновенного перемещения. Но это требовало просто нереальных объёмов энергии. А где ж её взять в таких количествах?

Изначально планировали использовать энергию деления атомов. Там этой энергии было просто завались. Но первый же опыт, причём неудачный, за пару секунд высосал объём энергии такой, что его бы хватило питать многомиллионный город электричеством несколько десятков лет.

Просто раз, и всё. Нет энергии. Словно в чёрную дыру засосало. Вот именно тогда, профессору и пришла идея, использовать чёрную дыру. Но оказалось, что ближайшая к нам чёрная дыра, находится более чем в полутора тысячах световых лет. Это, в масштабах Земли, очень далеко. Но в масштабах вселенной, это ничтожно близко.

Но у нас не было технологий, позволяющих не то, что использовать её энергию, даже просто долететь до неё.

Нет, существовала теория, что где-то рядом, примерно двадцать – двадцать пять световых лет, есть ещё черные дыры, но мы их пока что не обнаружили. А времени на это нет.

Тогда в голову профессора пришла ещё одна гениальная мысль – создать свою собственную чёрную дыру. Точнее, её модель. Маленькую и контролируемую, но достаточно мощную, чтобы продолжать попытки осуществить мгновенный перенос в пространстве.

Как именно создавали эту модель, профессор рассказывать не стал. Не потому что боялся утечки информации, а потому что это долго и нудно. И слово "сингулярность" это было самое простое и понятное мне из всей уймы научных терминов.

Но сперва, как я и предполагал, создали удерживающий контур – сферу Дайсона. Точнее, создали свою сферу, на основе его данных. На то, чтобы произвести необходимые расчеты, ушло несколько лет. А ещё несколько тонн ядерного топлива, которое питало самый мощный квантовый компьютер, что они смогли создать.

В итоге, когда всё было готово, и сфера и чёрная дыра, учёные, наконец, приступили к изучению процесса телепортации.

Суть оружия, которое хотело заполучить наше правительство, должна была состоять в том, чтобы мгновенно уничтожать верхушку правительства другой страны, если она вдруг вздумает на нас напасть.

Не просто так, взять и переместить полк солдат прямо в Белый дом, ну или Елисейский дворец, и убить там всех. А взять, конкретное помещение, скажем, овальный кабинет, и переместить его, ну... в жерло извергающегося вулкана. Или на дно Марианской впадины. Раз – и нет следов.

Но оказалось всё не так просто. Пространство и время оказались настолько переплетены и связаны между собой, что воздействие на одно, вызывало возмущение второго. И наоборот.

Закон сохранения энергии. Если где-то убыло, то обязательно должно где-то прибыть. Иначе никак.

Но профессор со своими коллегами продвинулись достаточно далеко в своих изысканиях. И для этого была и построена эта научно-исследовательская база на острове Врангеля. Вдали от всех любопытных глаз.

И всё шло хорошо. До того момента, как правительство не стало подгонять и урезать сроки. Тут-то и начались первые ошибки в расчётах. Сперва незначительные и вообще незаметные. А потом, словно цепная реакция, они обрушились каскадом. И почему-то они очень сильно влияли на "будущее".

Несомненно, всё что случается сейчас – так или иначе влияет на будущее. Но тут немного другая система. Будущее, в общем понимании смысла, не менялось. Менялись какие-то незначительные детали и события, но всё в итоге складывалось так, что конечный результат не менялся. Но не теперь.

Теперь, из-за постоянного вмешательства, менялся именно конечный результат. При этом, абсолютно независимо от изменений хоть каких-то малейших деталей.

Вот именно тогда и был придуман и разработан проект "Аналемма" – изучение будущего, путём изучения прошлого.

По задумке проекта, некая группа специально отобранных кандидатов, должна была возвращаться на короткие отрезки времени назад. При этом проживая один и тот же день, бесчисленное множество раз. И каждый раз фиксировать малейшие изменения в настоящем.

А потом отправляться в будущее, чтобы наблюдать за тем, как оно меняется, в результате изменения настоящего. Делать соответствующие выводы и заносить в определённую базу данных. Где квантовый компьютер должен был бы просчитывать и составлять прогнозы на будущее.

В какой-то момент, всё пошло по известному месту. Каскад ошибок и сбоев, наложился друг на друга, в бесконечном множестве вариаций будущее. Резонировал. И случилось то, что случилось.

– Вот так, Миша, – закончил свой долгий рассказ профессор, – и теперь мы пытаемся всё исправить.

Услышав весь рассказ от начала и до конца, я теперь всё понял. Если сперва у меня в голове не складывались слова профессора и того полупрозрачного застреванца, в одну картину. То теперь стало всё понятно.

Каскад ошибок и сбоев привел к такому явлению, как резонанс. И теперь, каждый раз, когда другой "я", а может и единственный "я", это не важно, находит и устраняет какую-то ошибку, то резонанса не случается. И вселенная, в попытке не сохранить свои тайны, а помочь исправить то, что случилось, обнуляет одну огромную временну́ю петлю.

Тем самым сама вселенная пытается меня подтолкнуть на то, чтобы я нашёл не просто все ошибки и исправил их, а нашёл самую главную, с которой всё и началось. И сама меняет какие-то моменты в прошлом, чтобы изменить будущее.

Но каждый раз, главная ошибка, начало отсчёта, остаётся и всё повторяется бесконечное множество раз.

Точка отсчёта... Эта фраза, почему-то, именно сейчас врезалась в моё сознание, со скоростью метеорита.

Вот оно! Вот главная причина! Точка отсчёта. Осталось только понять – точка отсчёта, как первая ошибка, которая и привела к цепочки последующих? Или точка отсчёта, как временной интервал? Очередной вопрос со звёздочкой.

– Профессор, а вы знаете, с чего всё началось? – я, конечно же в это не верил, но попытаться стоило.

– Конечно знаю, как же.

– Хорошо. А может вы ещё и знаете, когда это произошло? – ну вдруг?

– Само собой. А почему вы спрашиваете, Михаил?

Хороший вопрос. А если он действительно знает и то и другое, тогда почему сам всё не исправил?

– А вы пытались это предотвратить? – я проигнорировал его вопрос и задал очередной свой.

– А вы как думаете? Конечно пытались. И предотвращали. Неоднократно. Но всё равно всё повторялось и итог был один.

Значит они не нашли точку отсчёта. А то, что они за неё приняли, это была одна из множества ошибок. Что-то случилось намного раньше и намного серьёзнее, чем профессор со всей своей коллегией учёных, могли себе представить.

И именно это я и должен был найти. Но вот только где это? И тем более – когда? Очередной раз задумался. И очень серьёзно.

– Миша, ты прости, что я тебя отрываю, но мне кажется, что нужно действовать, а не сидеть сложа руки. Рано или поздно, каскад ошибок станет настолько велик, что уничтожит всех нас. И уже не будет у нас ни единого шанса на предотвращение этой катастрофы.

Тут я был с ним полностью согласен. Но и совершать его ошибку, я тоже не хочу. Как правительство стало подгонять его с исследованиями, заставляя уменьшать сроки и делать ошибки, так и он сейчас делал тоже самое со мной.

– Профессор, расскажите мне про Тайю, – неожиданно для самого себя, я задал этот вопрос.

– Миша, ты прости, но это-то тебе зачем? Что это изменит? Не о том сейчас надо думать.

– Расскажите, – чуть сильнее надавил я.

– Ну, хорошо. Слушай.

Оказалось, что Тайя вовсе не была помощницей профессора. Да и к научной деятельности она не имела никакого отношения. Она работала на правительство. И в какой-то момент, когда профессор и его коллеги нащупали что-то важное. Что-то такое, что потом могло дать сильный толчок в изучении пространственно-временно́й теории и открыть некоторые тайны вселенной, вот именно тогда появилась Тайя.

В один из дней, она просто появилась на пороге кабинета профессора Мирного. И заявила, что её прислали с "самого верха" и приставили её следить за всеми процессами изучения некоторых моментов, а так же контролировать все открытия. Ну и, соответственно, докладывать обо всех результатах наверх.

– Представляете? Девчонка, которая в науке вообще ничего не понимает – приставлена меня и мою научную группу, контролировать! Это ж немыслимо! Она и двух терминов толком связать между собой не могла, а её приставили меня контролировать. Бред!

– И?

– Но потом, как оказалось, она не просто совала свой нос куда надо и не надо. Она стала ещё и советы нам давать. Это было вообще за гранью допустимого, – профессор искренне сокрушался такой нелепой глупости, – и знаете что?

– Что? – не удержался я.

– А то, что она оказалась права! Представляете? Права! Каждый её совет, был словно открытие века! Чтобы она нам не говорила, всё получалось именно так, как она и говорила. Первые несколько раз мы подумали, что это просто чистой воды совпадение. Но нет. Дальше – больше!

– Профессор, вот скажите мне честно. Вы же всё время до этого мне врали? Ведь так?

– Да, – старик постарел ещё лет на десять, не меньше, – у меня не было выбора. Никто не должен был знать всей правды. А теперь это не важно... Скоро нашему миру настанет конец.

Я задумался.

– И тут она мне заявляет, – тем временем продолжал профессор, – у вас, Владлен Богданович, несанкционируемый и неконтролируемый дисбалансный противофазный сдвиг рационального мышления. Представляете? Она? Мне? Такое сказать? Сдвиг... Ага.

Опа! А эта милая и жизнерадостная девушка, оказывается не так проста, как представляется на первый взгляд. Интересно, откуда у неё такие знания?

Всё интереснее и интереснее. Чтобы это не значило, но это сказала именно Тайя. И она откуда-то знала истинное значение этой фразы. Правда, мне эта фраза не говорила ровным счётом ничего. Или?

Меня как обухом по голове ударило. Я аж вскочил с места и чуть не побежал нырять в капсулу. Нужно было поговорить с одним застреванцем.

Глава 23

Профессор растерянным взглядом проводил моё стремительное шествие до двери. Но я вовремя остановился, вспомнив, что лучше дождаться нового витка временно́й петли, коротко рассказать всё профессору и отправиться на один день назад.

Ждать пришлось недолго. Оказалось, что за нашими неспешными разговорами, мы потратили почти всё время, что было зацикленно в этой петле времени.

Мир потух. Я в очередной раз скинул с себя крышку капсулы и направился забирать профессора.

– Миша? Ты как тут оказался? – честно говоря, меня уже бесит эта фраза.

– Здравствуйте, профессор. Времени нет всё объяснять, но вам придётся пойти со мной, – я бесцеремонно схватил его за руку и потащил за собой.

Первым делом я показал ему ещё одну чёрную дыру и коротко описал, как я её случайно создал. Пока профессор ахал и охал, восхищался и удивлялся, я быстро транспотрировал запасную капсулу со склада запасных частей, в нужную комнату.

Каждый раз меня удивляет то, что та сфера Дайсона, которую профессор создал вокруг новой чёрной дыры, при обнулении петли, оставалась на месте, а вот капсулу каждый раз приходилось транспортировать сюда по-новой.

Пока профессор всё настраивал, я сбегал в медблок, убедился, что столкнувшиеся реальности всё на том же месте. Потом сбегал в подвал с генератором, но и там всё было без изменений. Почему-то это было важно. Я прям чувствовал это.

– Ну что, Михаил, вы готовы? – спросил профессор, когда водружал мне на голову шлем.

– Поехали! – процитировал я величайшего нашего космонавта, и захлопнул крышку.

Один миг, и я уже во "вчерашнем" дне, своего вероятного будущего.

– А, вернулся? Что-то долго тебя не было, – обрадовался моему появлению полупрозрачный я, – ну что, как успехи?

Я вылез из капсулы и направился к нему, счастливо улыбаясь.

– Здорова, дружище! – я сделал замах рукой, намереваясь отвесить хорошего дружеского краба. Это было моё любимое движение, когда я встречался со своими коллегами, когда мы отправлялись в очередную экспедицию.

– Э-э! – шарахнулся от меня "я", – завязывай так шутить! Забыл, что с ручками произошло? Ещё одну чёрную дыру захотел?

Я молча прокручивал в голове события того дня. Сложно сказать, какого именно, но одно из тех. В общем, не важно. Так вот, я чётко и явно помню, как впервые встретил эту непонятную полупрозрачную копию самого себя.

А ещё вспомил наш первый разговор. И я чётко помнил, что я не говорил ему про то, что создал чёрную дыру, столкнув две копии одной ручки в пространстве. И видел я его впервые. А значит он не мог знать про чёрную дыру. Что-то не складывалось.

Нужно было его как-то заставить себя раскрыть...

– Ну что, ты нашёл причину поломки?

– Ещё как! – воскликнул я и улыбнулся.

– Отлично! Когда мы её будем исправлять?

– Мы? Ты решил мне помочь? А как же «каждый раз, когда вмешиваюсь или пытаюсь помочь...»? Не боишься, что произойдёт очередное обнуление вселенской петли?

– Точно. Что это я? – полупрозрачный даже как-то расстроился, – ну так, когда ты будешь её исправлять?

– Кого её?

– Ну, ошибку эту.

– А я и не буду. А зачем? – я пожал плечами.

– То есть как зачем? А мир спасти?

– Знаешь, я тут подумал... Короче, я устал. Вот честно. Сколько раз я пытался спасти этот мир и всё без толку. Как только я нахожу и исправляю причину поломки, так какая-то падла меня на исходный рубеж отправляет. И память стирает. И всё по-новой. Надоело. Я знаешь что подумал?

– Что? – как-то странно полупрозрачный напрягся.

– Да вот, останусь я, наверное, тут. Ну, застряну. Как ты. Ты тоже, наверное устал тут торчать. Пора тебе уже. А я отдохну. Пускай следующий "я" ищет причины и спасает мир.

Надо было видеть его лицо. Если он моя копия, то я что, тоже так удивляться могу? Чуть глаза не выпали у него. И ртом он как-то странно туда-сюда, как рыба на берегу.

– Совсем охренел?! Я же это... Исчезну! На совсем! Совесть-то поимей!

– А ты? У тебя совесть есть? Обманывать меня. А? Есть? – вот сейчас обидно стало.

– А я тебя и не обманываю.

– Так, – я нарочно посмотрел на таймер, ещё пара часов. Опять время куда-то утекло? Вроде полчаса сидим только общаемся, – осталось немного. И я займу твоё место. Ты же сам сказал, что тут застревает тот, кто не успевает вернуться в капсулу. А я туда и не пойду. А я тоже стану как ты, прозрачным?

За несколько секунд, пока я тут задвигал ему об его участи, он несколько раз поменялся в лице. И страха, там не было. От слова совсем. Интересно...

– Давно догадался? – голос его сменился на совсем чужой, ну уж точно не мой.

– Нет. Примерно... – я сделал вид что задумался и постучал пальцем по подбородку, – да, это случится завтра.

– И как, если не секрет?

И действительно, а как? На самом деле, тут сыграло много факторов. Если в первый раз, когда я с ним встретился, я был просто ошеломлён этой встречей. Да и не знал ещё толком ничего. А он мне тут раз, и давай все тайны вселенной вываливать одну за одной. А потом такой – ой, я вмешиваться не могу, как только попытаюсь... В общем сам себя и спалил.

А я дурак во всё это поверил. И даже пытался игнорировать его, чтобы он там чего лишнего мне не ляпнул. Только вот он мне не помогал. Он меня подталкивал на неверный путь. На один из бесконечного множества путей. Да, на этом пути я находил очередную проблему и благополучно её решал. А благодарная вселенная давала мне смачного пинка под зад, и отправляла в начало пути.

Только, на самом деле, это не было началом. Это было чуть дальше. Точнее, чуть раньше. У любой восьмёрки, пересечение её витков – вот начало пути. Точка отсчёта. И тут уже как повезёт, в какую сторону ты начнёшь своё движение.

Но меня отправляли не на эту точку отсчёта. А на край одного из витков. И я каждый раз шёл по одному и тому же маршруту. Да, каждый раз были какие-то незначительные изменения, но всё в рамках механики вселенной. Ничего такого, что могло резко изменить вектор моего движения, я не совершал. Да и вокруг, всё складывалось слишком идеально.

Симуляция. Иллюзия выбора. А выбора-то, на самом деле и нет. Есть только его вариации, но итог всегда один. И как бы я не старался, я всегда прихожу именно сюда. На другой край другого витка этой грёбанной восьмёрки. И вот тут-то, я решаю очередную задачу с кучей неизвестных... А дальше пинок под зад, и всё по-новой.

– Знаешь... – начал я, – а я ведь тебе не говорил, что создал чёрную дыру, столкнув две копии одной ручки в пространстве, вызвав их взаимную аннигиляцию. Парадокс убитого дедушки. Чушь полная, на самом деле.

– А ты всегда попадаешь сюда, после того, как создашь чёрную дыру, – попытался оправдаться другой "я", – иначе и не запустить капсулу.

– Возможно. Но ведь можно было не только две ручки столкнуть между собой. Это мог быть любой другой предмет, – продолжал рассуждать я.

– Верно. Любой другой. Но чаще всего это была шариковая ручка.

– Но ведь дело не в ней, верно?

– Как это?

– Всё дело в сдвиге. Ну, который по фазе.

– Противофазный сдвиг, – поправил меня я, – да, блин.

– Скажи... – я на несколько секунд замолчал, не решаясь сказать вслух то, что хотел. И не потому что не хотел, а потому что было... Больно! – зачем ты это сделала, Тайя?

Моя копия мгновенно замерла. Словно кто-то поставил картинку на паузу. Стоп-кадр. А потом она, копия, исчезла. И через несколько секунд, появилась она – Тайя

– Ну, расскажи теперь мне, как так получилось? Как, вернее, почему ты, и вообще, зачем?

Слова давались очень тяжело. Хотелось одновременно кричать от боли, и всё вокруг рвать и метать от ярости. Столько эмоций во мне сейчас смешалось. Страх. Ненависть. Боль утраты. Скорбь. Любовь. Бессилие. Гнев. И многие другие.

Они рвали меня на части, и собирали обратно. Располяли всё моё нутро, и охлаждали мозги. И казалось, что это длилось целую вечность. Но оказалось – всего одну секунду. Я специально всё это время смотрел на таймер на часах, что висели на моей руке.

– Ты знаешь, что означает это имя? – совершенно спокойно, спросила девушка, – оно означает "защитник", "хранитель". Вот и я защищаю свои тайны.

– Свои? – я аж поперхнулся, – так кто ты, вообще?

– Это сложно... для вашего, человеческого понимания. Наиболее подходящее слово – создатель. Но я – это не он. Он нечто совершенно запредельное. А я, я часть этого мира, которой поручено защищать его, от вас, людей. Когда вы говорите, что вселенная защищает свои тайны, это вы говорите обо мне. Но я не вселенная. Я лишь механизм защиты. И это я перезапускаю временну́ю бесконечную петлю, которую ты именуешь – восьмёрка.

Я был растерян. Поражён, ошеломлён и обескуражен. Причём, всё это сразу, и возведённое в абсолют. Мне нечего было сказать, как и спросить. Я одновременно хотел знать всё, и не знать ничего. Прекрасно понимая, что эти тайны мне нахрен не сдались, я начинал копаться в себе, пытаясь понять – зачем я вообще в это влез.

– Это твоя судьба, – ответила мне... Я даже теперь и не знаю, кто она. Пускай будет... девушка Тайя.

– А кто так определил? Кто решил, что именно я должен быть на этом самом месте? А если я не хочу? Не хочу всего этого...

– А с чего ты взял, что кто-то будет спрашивать твоё разрешение на это? Ты – всего лишь инструмент в моих руках. Ты исполняешь мою волю. Вы все исполняете мою волю. Но вас слишком много. И рано или поздно, кто-то из вас выходит из-под контроля. И тогда мне приходится прибегать к таким методам.

– К таким методам? Ты просто обрекаешь нас всех на смерть! Зачем она тогда нужна, эта вселенная, если там не будет нас, людей?! – во мне проснулся гнев. Неукратимый. Нескончаемый. Праведный...

– А ты думаешь вы одни во всей вселенной? Нет. Есть и другие разумные виды. И мне приходится следить и за ними, чтобы они не натворили глупостей, как вы. Но вы уникальны. Вы раз за разом доходите до пика своего развития, а потом делаете всё, чтобы самих себя и уничтожить. Знаешь, сколько раз я перезапускала жизнь на вашей планете? Миллионы раз. И всегда одно и то же. Как бы вы не жили, как не развивались, как бы я не пыталась где-то помочь, или помешать... Итог всегда один. Вы уничтожаете сами себя.

Вот тут она была права. Учёные по всему миру находили доказательства того, что человечество пережило уже не один виток своего развития. Иногда мы даже достигали таких высот в развитии, что наши прошлые достижения, до сих пор живут. Да взять те же пирамиды. Даже сейчас, когда мы летаем в космос и уже облетели всю нашу солнечную систему. Когда расщепили атом на протоны и нейроны, а потом и их расщепили на составляющие. Когда один искусственный интеллект способен заменить миллионы учёных. Но даже сейчас, мы не сможем построить даже одну пирамиду так, как её построили наши предки.

И при этом, мы всегда воюем друг с другом. Не нравится цвет кожи? Война. У соседа ресурсов больше? Война. Он верит в одного Бога, а тот в другого? Война. И таких причин бесконечное множество. И чем сильнее мы развиваемся, тем сильнее становится наше оружие. И тем больше людей гибнет в этих бессмысленных войнах.

Вот и сейчас. Очередной причиной всего случившегося, стало желание правительства создать очередное страшное оружие. Как будто нам ядерного оружия мало? Или гиперзвукового. Или космического. Мало? Мало. Вот и получайте за свою жадность очередной звездец всему.

– Тогда объясни мне, зачем всё это?

– Что, это? – переспросила, но даже ни грамма не удивилась, девушка.

– Вот эти бесконечные временны́е петли. Одна, внутри другой, а та, внутри третьей... И так до бесконечности. Зачем эти мучения? Ну наткнулись люди на очередную загадку вселенной, ну подобрались к её разгадке. Обнули сразу. Лет на десять назад. Измени немного пару моментов, и всё. И загадку эту уже никто разгадывать не станет. Зачем сотнями, тысячами, миллионами раз, повторять один и тот же момент, постепенно, по крупицам, меняя вводные? Тебе нравится смотреть на наши мучения? Тебе доставляет это удовольствие? Зачем? Объясни.

– Потому что так проще. На обнуление на длительное время, требуется очень много сил. Энергии. И её приходится копить. И тратить на это, если говорить вашей, земной терминологией – тысячи лет. Чем меньше временной промежуток обнуления, тем меньше на это тратится сил. А когда вы сами, несколько сотен тысяч раз безрезультатно столкнётесь с проблемой, то в итоге, вы сами откажитесь от её решения. И время пойдёт дальше, как ему и положено.

– То есть... Если я просто сейчас возьму, и прыгну в чёрную дыру, сам себя уничтожу, то проблема не найдёт решения и всё, петля разомкнётся? И все смогут жить дальше?

– Нет.

– Что значит нет? Ты же сама только что сказала.

– Ты – это не решение проблемы. Ты – всего лишь инструмент в моих руках. И не ты стал причиной очередной временно́й петли. Ваше правительство, ваши учёные, профессор Мирный Владлен Богданович, персонал института и этой базы на острове... И ещё тысячи людей приложили к этому свою руку. Кто-то осознанно, а кто-то интуитивно. Тогда мне нужно убить их всех, чтобы остальные продолжили свой путь. Ты этого хочешь, человек?

– Нет! Конечно нет!

Я и правда не хотел всех этих смертей. Кому от этого будет легче? Да никому. Не станет их, найдутся другие. Не станет тех – появятся третьи. И так до тех пор, пока все не кончатся. Тогда тут она права. Проще создать такие условия, когда люди сами поймут, что это задача не имеет решения. Потыкаются, попыхтят, угробят кучу сил, средств и времени... А потом бросят. И всё пойдёт дальше.

– Но почему инструментом стал я?

– А разве ты не хотел достичь чего-то большего? Чего-то такого, что не смогли другие?

– Хотел. Не таким же способом. Если бы я знал, чем это всё закончится, то ещё в самом начале бы отказался от этой глупой идеи.

– Вот видишь. Ты сам понимаешь, как это работает. И другие поймут. Рано или поздно, но поймут. И откажутся от своих затей ещё в самом начале. И время продолжит свой ход. Таков порядок. Таков мир. Таковы правила. И никто не в праве их нарушать. Смирись с этим.

Смирись, ага. Щаз! Нашла лоха! Ну уж нет. Теперь точно нет. Если она думает, что решила всё за меня и у меня нет выбора, то она ошибается. Ох, как же она ошибается.

– Знаешь, чем отличается мы, люди, от всего другого мира, включая тебя?

– Очень интересный вопрос. И чем же?

– Мы не предсказуемы! – сказал я и кинулся на девушку.

Нет, я не хотел её убивать, или вообще причинить какой-либо вред. Нет. Я просто хотел проверить одну теорию, которая случайно родилась в моей голове.

Надо было её видеть! Она с такими огромными глазами смотрела на то, что я сделал, что даже не смогла пошевелиться, чтобы хоть как-то защитить себя. И я просто снёс её с ног.

Это было ещё хуже, чем то, когда я пытался пройти через границу столкновения двух пространств. Если там, меня разрывали тысячью различных способов и собирали обратно, то сейчас...

То сейчас я за одно бесконечно долгое мгновение, прожил миллиарды лет нашей вселенной, причём бесконечное количество раз. От большого взрыва и до зарождения звёзд. От создания планет, до их гибели. От рождения сверхновой до поглощения всей вселенной одной колоссальной чёрной дырой. И всё по новой. Раз за разом. Период за периодом. Виток за витком.

И казалось, что у этой... Нет, не так... у ЭТОЙ восьмёрки даже точки отсчёта не существует.

Мой мозг познал все тайны этой чёртовой вселенной. Меня расщепило на такие частицы, что квантовый мир, по сравнению со мной, это ещё одна целая вселенная.

Меня собирало и разбирало множество раз. Я умирал всеми самыми мучительными смертями и воскресал снова. Я видел начало и конец. Рождение и смерть. Создание миров и их погибель. Рассвет и закат множества разумных видов. И этому не было конца. Бесконечная восьмёрка. Виток за витком. Цикл за циклом. И до тех пор, пока я сам не сказал...

– Стоп!

И всё остановилось. Весь мир замер. Вся вселенная была на паузе. Но не я. Я смотрел на это всё... И мне было плевать. Как всегда. Как и сейчас. В моём сознании ничего не изменилось. И пускай я узнал все тайны бытия и даже больше, мне они были просто не интересны. И тогда я принял одно единственное решение.

– С начала...

Глава 24

– Добрый день, господа. Прошу, проходите, присаживайтесь.

Мы зашли в странного вида аудиторию. Нас было немного, всего восемь человек. Плюс ещё один сопровождающий. Он, вроде как, тут главный. Ну и ещё один человек, который нас поприветствовал.

– Итак. Меня зовут профессор Мирный Владлен Богданович. Я руководитель научно-исследовательского института квантовой физики и механики имени Цайлингера.

Я остановился. Смотрел на то, как вниз спускаются другие, обходя меня стороной. Как садятся в свои кресла... А я стоял. Хотелось взять, и уйти отсюда. Я сделал один шаг... и упал.

– Михаил! Миша! Да очнись ты уже! – моё бессознательное тело по щекам хлестал профессор Мирный, – давай, парень! Ну!

Через толстую пелену забытая, я почувствовал, как моя голова, под градом ударов профессора, безвольно мотыляется из стороны в сторону. Сознание возвращалось медленно. Всё тело было ватным и не хотело меня слушаться.

– Да, что ж какое-то? Блин, вот дурак старый, взял угробил парня... – сокрушался на моей тушкой старик, – Миша-а-а!

– О-о-ох... – наконец простонал я...

– Ну слава Богу! Живой! Давай я тебе помогу, – и он начал извлекать моё тело из капсулы, но получалось у него это с трудом.

Я всячески пытался ему в этом помочь. И общими усилиями я оказался на полу. Тело стало покалывать, будто я отлежал всего себя. Кровь нехотя пробивалась ко всем самым дальним уголкам моего бедного тела, заставляя миллиарды тонких иголок вонзаться в него.

На то, чтобы более-менее прийти в себя, потребовалось около десяти минут. Всё это время, Владлен Богданович тщательно разминал все мои мышцы, чтобы восстановить их нормальную работу.

– Ну как ты? Лучше? – спросил он меня.

– Да, профессор. Спасибо. Уже лучше... – на самом деле, стало лучше, но не настолько, чтобы я мог самостоятельно встать, – что произошло?

– Как что? А ты не помнишь? Мы собирались тебя отправить на день назад, чтобы ты нашёл и исправил причину выброса.

– И сколько меня не было? – голова всё ещё находилась в какой-то прострации и вообще не хотела соображать.

– А ты никуда ещё и не отправлялся. Ты залез в капсулу и мгновенно отключился. А я тебя тут в чувства приводить стал...

Если верить словам профессора, то мы впервые решили отправить меня на день назад, относительно того дня, как я его нашёл в помещение управления. Опять же, с его слов, мы только сейчас закончили собирать новую сферу Дайсона и переместили сюда запасную капсулу.

Так же, он подробно описал мне все те, несколько десятков, попыток, точнее временных витков, что мы всё это собирали с нуля.

Получалось так, что я появился тут больше двух десятков повторений назад. Пока бегал по всей базе, изучал её, искал способы всё исправить, запустил резервный генератор, помог профессору высвободиться из плена "горизонта событий", который оказался границей столкновения двух реальностей... Потом показал ему свою новую чёрную дыру, и мы решили собрать новое устройство, способное меня вернуть на сутки назад.

– То есть, вы хотите сказать, что я ещё ниразу во "вчера" не отправлялся? – решил уточнить я.

– Этого я не знаю, Миша. Но ты каждый раз мне рассказываешь все предыдущие события. Я их не помню, а ты помнишь. И если ты говорил мне правду, то сейчас ты должен был впервые туда отправиться. Но почему-то потерял сознание.

Очень интересно. Это получается, что меня отправили не в самое начало, когда я прибыл в институт, а именно в момент, перед самой первой отправкой в прошлое вероятного будущего? А значит, я ещё ниразу не встречался со своей полупрозрачной копией. Или кто он там, на самом деле?

– Профессор, – я, наконец, смог самостоятельно встать, хоть и шатался, как пьяный матрос в шторм, – надо бы поесть...

– Конечно-конечно. Идём. Давая, я тебе помогу.

Он закинул мою руку себе на плечо. Со стороны это казалось комично. Дряхлый старик, который ниже меня на целую голову, пытается меня тащить, оперев себе на плечо.

Хоть мне и давались шаги тяжело, но идти я мог вполне самостоятельно. Но и обижать профессора я не стал. Пускай думает, что его помощь несоизмеримо велика.

Пока мы ковыляли до столовой, я всё пытался прокрутить в голове все последние события. Если я всё правильно помню, хотя теперь я вообще не уверен, что эти события со мной вообще случались... Так вот, если я всё правильно помню, то в первый мой скачок назад, я должен был познакомиться со своей копией, которая якобы там застряла.

Получалось так, что я ещё не пробовал пересечь границу столкновения реальностей. А оно теперь нужно мне? Я всё это помню. Что может измениться, если я попытаюсь это сделать вновь? Да всё, что угодно. Но итог будет один и тот же. Так что, тратить на это силы и время, я не намерен.

Профессор аккуратно усадил меня на стул. Быстро, на сколько это вообще возможно в его возрасте, сбегал за несколькими банками консервов и мы хорошенько подкрепились.

В этот раз все банки оказались нормальные. Ни одной испорченной не было. Даже странно. Я на всякий случай спросил про гравитационную аномалию...

– Какая-какая аномалия? Ничего такого не заметил, – удивлённо ответил он.

Тогда я просто спихнул пустую банку со стола. И она с глухим звоном упала на пол и покатилась. Очень странно.

– Миша, аккуратнее, – возмутился старик, когда из упавшей банки несколько капель брызнули ему на штанину.

– Простите, профессор. Что-то я устал немного...

Какая-то хрень. Мысли всё никак не хотели складываться в общую картину. Аномалии нет. В прошлое вероятного будущего я ещё не отправлялся. Какие ещё изменения меня ждут?

Пока я приходил в порядок, профессор мне усердно что-то рассказывал. Какие-то свои наблюдения и выводы. Делал предположения и строил догадки. Составлял план дальнейших действий, на тот случай, если во вчера я ничего не найду. Я слушал его в пол уха, думая о чём-то своём.

Как только мы собрались возвращаться, я почувствовал приближение момента обновления временно́й петли. И даже не стал сопротивляться или торопиться что-то успеть.

Мир потух. Я уже знал, что меня ждёт. Аккуратно принял на руки падающую крышку разбитой капсулы, и скинул её на пол. Снял шлем, отстегнул ремни и вылез наружу.

На первый взгляд, всё было точно так же, как и все прошлые разы до этого. Я быстро спустился. Потом проверил чёрную дыру, которую случайно создал – на месте. Отлично. Сходил забрал профессора и отправился за капсулой.

Когда всё было готово, я с опаской залез внутрь. Но, к счастью, я не потерял сознание, как в прошлый раз.

– Готов? – спросил Владлен Богданович.

– Поехали! – процитировал я величайшего нашего космонавта.

Мир мигнул. Открыл глаза. Я в капсуле. В целой. Значит получилось. Выбрался из неё и осмотрелся. Всё так же. То есть всё так, как и должно быть. Целые капсулы, целый временно́й маховик. Вокруг чистота и порядок. Только людей нет никого. А их и не должно быть.

– Эй! – крикнул я, – э-э-эй! Есть кто?!

Ответом мне была тишина. Странно. Я быстро спустился с платформы. Оббежал всё помещение зала для испытаний. Пусто. Все соседние комнаты – тоже пусто. Комната управления. Никого. Спортзал – тоже никого. Спустился в подвал с генератором. Граница столкновения реальностей на месте. Нырнул в неё.

Почему-то мне казалось, что именно там я найду причину поломки и смогу с ней разобраться.

Возникал, конечно же, законный вопрос – нахрена? Зачем всё это исправлять, если всё равно всё пойдёт по одному месту. Рано или поздно, всё вернётся к моменту совершения первой ошибки, и восьмёрка вновь замкнётся. Но я всё же прыгнул.

В этот раз не было никаких странных ощущений. Меня никто не разбирал на части и не собирал обратно. Я просто, словно через дверь, прошёл из одного участка пространства в другой.

– А-а-а! – Закричал профессор, когда я влетел в комнату управления, – Миша! Ну зачем так пугать старика? И вообще, ты как тут оказался?

Ну, слава Богу, хоть его глупый вопрос не изменился. Даже как-то полегчало немного.

– И вам здравствуйте, профессор. Как я тут оказался? Так я с острова к вам сюда пришёл.

– Погоди. С какого о... То есть, как с острова? – Владлен Богданович чуть дар речи не потерял от моих слов.

– Профессор, давайте сейчас не будет выяснять все подробности, хорошо? Я пришёл, чтобы вам помочь исправить аварию, которая приведёт к выбросу энергии и прорыву чёрной дыры. Давайте не будем терять время.

– Погоди... Что ты сказал? Какая авария? Какой у черту выброс энергии? Какой прорыв? Ты о чём вообще говоришь?

Опа! А вот это было неожиданно. Получалось так, что "вчерашний" профессор не знал, или ещё не знает, что должно произойти? Тогда почему он здесь? А где персонал базы?

– А где персонал базы? – одновременно со своими мыслями, спросил я.

– Как где? На отдыхе. Мы ещё ночью всех переместили. Плановый отдых на неделю. У нас всегда так. Крайняя неделя каждого месяца, у нас считается выходной. С сегодняшнего дня все отдыхают. Миша, объясни уже, что происходит?

– Пока ещё ничего, но скоро произойдёт...

И я коротко описал ему некоторые события. Про то, что сто раз уже прожил одну и ту же временну́ю петлю, я говорить не стал. Но достаточно подробно описал то, что я видел на базе и что это случится уже завтра.

Профессор, конечно же, мне сперва не поверил. Пришлось отвести его в медблок. Так-то он и увидел границу столкновения двух реальностей.

– Святые коллайдеры! – ха! Прикольная фраза, надо её запомнить, – это что ж получается? Мы... Я... Я вызвал столкновение реальностей? Но как?

– Как – уже не важно. Главное – как это исправить. Мне кажется, что именно из-за этого и произойдёт авария, профессор.

Не успел я толком договорить, как старик бросился бежать. Я уж чуть не подумал, что у него кукуха поехала, и он в панике пытается спастись. Но нет, он побежал обратно в комнату управления.

Что-то там потыкал на панели и кусок панели провалился внутрь. А на его месте показалась обычная клавиатура. Не знал, что так можно.

Владлен Богданович потыкал там пару кнопок и бронестекло, что закрывало нас от сферы Дайсона и чёрной дыры внутри неё, превратилось в огромный экран. И этого я не знал.

Профессор стал вводить какие-то данные. Справа на экране, появилось отдельное окно, где побежали какие-то строчки. Я никогда не интересовался всеми там языками программирования, но почему-то я был уверен, что это именно один из них

– Так-так-так... Михаил, опиши максимально подробно всё то, что ты видел. Особенно в комнате управления на острове.

Я начал рассказывать, а профессор вводил всё новые и новые данные. Рассказал, как впервые увидел "горизонт событий", который чуть не сожрал меня в коридоре. Рассказал, как обнаружил пол профессора, отчего профессор, что стоял рядом, ужаснулся.

Рассказал, как граница горизонта то расширялась, пожирая профессора, то сжималась – восстанавливая его. Как я впервые попытался его спасти, и он остался с обрубком руки.

Про гравитационную аномалию, что была на уровне колена, и как с её помощью я вынес закрытую дверь в комнату управления. Старик даже на секунду посмотрел на дверь, что была слева от него, что-то там прикинул в голове, и сам себе кивнул.

Ещё рассказал, как выбрался из спортзала. То, что там на моих глазах несколько раз убили весь персонал базы, я промолчал. Подробно описал ту огромную сферу чёрной дыры, что видел со стороны улицы, и как сильно она уменьшилась, когда включил резервный генератор.

Ну и про ту границу столкновения реальностей, что я обнаружил в подвале. В общем всё с самого начала до самого конца. И очень подробно.

Профессор всё это время что-то набирал на клавиатуре, вбивая данные. Что-то стирал, что-то правил. А когда я закончил рассказ, то он, наконец, нажал кнопку "ввод" и компьютер, а это оказался квантовый компьютер, начал производить миллиарды вычислений и строить прогнозы.

Мне казалось, что это нереально долго. На самом деле, оно так и было. Я периодически смотрел на таймер, но он шёл как и положено. Ни каких временных провалов не было. Часы никуда не пропадали.

Пока компьютер делал свои расчёты, мы успели сходить в местную столовую, которая оказалась аж в соседнем корпусе института.

Я впервые за... за целую вечность, вышел на улицу. Нет, там, на острове, я периодически вылезал через окно спортзала. Но там было всё одинаково. С одной стороны целый огромный комплекс строений научно-исследовательской базы, в виде восьмёрки, а с другой стороны – ледяная пустыня. Только снег, холод и уныние.

А здесь... Здесь была осень. Тёплая. Сухая. Золотая. И как-то даже стало тепло и спокойно на душе.

Впервые за бесконечное множество раз, что я проживал временны́е петли, я ни куда не бежал, не спешил, никого не спасал... А просто спокойным шагом сейчас шёл по улице в столовую.

Даже ущипнул себя как следует, чтобы проверить – а реально ли это всё? Реально. Синяк на руке это отлично продемонстрировал.

Мы хорошо перекусили. Это было божественно. Ну ещё бы. Я последние несколько дней... Или месяцев... Или лет? В общем, питался только консервами. И походу, я наелся их на всю оставшуюся жизнь. Если она завтра не закончится.

Пока мы ходили туда-обратно и обедали, я расспросил профессора обо всём, что произошло за те полгода, что я отсутствовал.

Оказалось, что эксперимент "Квадро" провалился. Точне не удался так, как планировался. Если в момент моей отправки в прошлое на сутки, а Тайи в будущее на сутки, я вернулся нормально, а вот девушка в назначенное время не вернулась.

Капсулы были запрограммированны на автоматику, и как только я вернулся из прошлого, капсула через секунду отправила меня в будущее. А вот Тайя вернулась из будущего, только через сутки. И тут же отправилась в прошлое.

Из скачка в прошлое, она вернулась через секунду, как прибыла из будущего. А я как отправился в будущее, сутками ранее, так и не вернулся вовсе.

Несколько дней искали причину неисправности и пытались всё исправить. При этом девушка рассказывала, что застряла в будущем и проживала его огромное количество раз. До тех пор, пока в её будущем не появился я и не отправил её назад.

Спустя неделю безуспешных попыток меня вернуть, пришлось докладывать наверх. Сразу же примчалась целая делегация с проверкой.

Профессор вместе с ними целый месяц работал день и ночь, предоставляя всю необходимую информацию по всем проектам и экспериментам. Но никто так и не смог найти причину моего исчезновения.

Признали меня пропавшим без вести, нашли контакты моих родителей и сообщили им. Мать тут же загремела в больницу с инфарктом. До сих пор лечится. Профессор как минимум раз в неделю созванивается с моим отцом. Докладывает о моём отсутствии и что поиски не прекращаются. Ну и спрашивает как здоровье у него и моей мамы.

С одной стороны стало нестерпимо больно. Я как представил их состояние, так сразу захотелось позвонить и сказать, что я жив. Но профессор строго-настрого запретил это делать.

– Вот давай, как с нашей проблемой разберёмся, так и позвонишь. А лучше сам возьмёшь и поедешь к ним.

Тут я был с ним согласен. Всё-таки он нормальный мужик. Зря я грешил на него и обвинял в будущей катастрофе.

Мельком спросил про Тайю. С того самого раза, она больше ниразу не решилась на временны́е скачки. Но и работу не бросила. До сих пор ждала, и ждёт моего возвращения. Всё же эксперимент "Дружба" сыграл свою роль.

Да, как оказалось, она действительно работала на правительство и была отправлена сюда, в институт, для контроля. Но сама настолько увлеклась научной работой, что в какой-то момент просто отказалась от своей должности и перешла работать в институт под началом профессора Мирного. Она, кстати, и сыграла важнейшую роль и добилась того, что институт не закрыли, а всех причастных к моему исчезновению – не посадили.

Но вот проект "Аналемма" пока поставили на паузу. Закрывать не стали. Но и пока профессор не сможет доказать, что проект полностью безопасен, и не будет новых жертв, его не станут продолжать. Всё это время Владлен Богданович как раз этим и занимался. Но тут появился я...

– Знаешь, Миша, я сочувствую тебе, что ты застрял где-то во времени. Но я и рад, что ты жив и смог во всем разобраться. И если всё, что ты рассказал – правда, и мы сможем предотвратить мировую катастрофу – я буду до конца жизни тебе благодарен. За себя, за Тайю, за весь персонал института и нашей базы на острове. Да и вообще – за весь наш мир.

– Спасибо, профессор, но пока ещё рано об этом говорить. Сперва, нужно всё исправить, – сказал я, открывая дверь в помещение управления.

Глава 25

Дверь распахнулась... Всё помещение управления было залито красным аварийным светом, который пульсировал в такт писку системы. А на огромном бронированном стекле, что сейчас выполняло роль экрана, почти во весь его размер горела огромная красная надпись "ТРЕВОГА!".

Ну, это не "Achtung!" и не "Alarm!", но приятного тоже мало.

– Твою мать! – тут же выругался я, за что получил суровый взгляд от профессора.

– Солидарен с вами, коллега, – я чуть не поперхнулся от его слов, – так, что тут у нас?

Сперва меня удивило то, что Владлен Богданович не стал меня отчитывать за мою лексику, а потом ещё больше удивился, когда он совершенно спокойно начал просматривать отчёт с компьютера. Поразительное спокойствие. Я так не смогу.

Профессор медленно, строчку за строчкой просмотривал подробные расчёты, что произвёл квантовый компьютер.

– Профессор, – честно говоря я был на взводе, – я по-быстрее можно?

– Зачем торопиться, Михаил? Мы всё прекрасно успеваем. Вон, видите? – он рукой указал на одну из сотен строк отчёта, – там же написано, что до вероятной аварии ещё целых десять минут.

– Целых?! Профессор, вы в своём уме?! Это не целых, это всего десять минут. Всего!

– Не переживайте так, мы успеем. Сейчас главное не поддаться панике и не совершить ещё больших ошибок.

Он говорил так, словно пока мы там в столовой обедали, я пропустил момент, когда профессор успел выхлебать ведро узбагоина. Вот правда, нельзя же быть таким спокойным, когда на носу звездец вселенского масштаба.

У меня начинали сдавать нервы. Сперва я стал нервно переступать с ноги на ногу, потом вспотели ладони и я задолбался их вытирать об свои, итак не первой свежести, штаны. Потом начал ходить по комнате.

– Спокойно, мой друг, всё под контролем.

Я прям порывался сказать, под каким всё контролем, и кому под хвост сейчас этот контроль нам засунут. Но неимоверными усилиями я сдержал свою нецензурную и, отнюдь не цензурную, лекцию на этот счёт.

Или он что, думает, что если у него не получится всё исправить, и случится то, что должно случиться, а я, как только истекут мои сутки здесь, вернусь в своё вероятное будущее, в котором застрял, а потом снова примчусь сюда, для очередной попытки спасти мир? А не пошёл бы он нахрен?!

Но вслух я этого говорить не стал. Пока не стал. Но если ничего не получится, и мне придётся всё же ещё раз сюда вернуться, то я обязательно это ему выскажу. И даже больше. Очень красочно, с эпитетами и прочими литературными приёмами. Вспомню всю его родню. Ух! Я могу! Правда потом придётся извиняться, но это меня не остановит.

А ещё, у меня было очень нехорошее предчувствие, что второй попытки не будет. Не знаю почему, но эта мысль засела в моей многострадальной голове очень плотно.

Не могло же быть так, что всё настолько кардинально изменилось, и чтобы не имело каких-то последствий? Опять сомнения. Как же я их ненавижу! Сомнения – враг успеха. Вроде так говорят. Но мне от этого не легче.

Пошла последняя минута. Мои нервы кончились. Если кто-то мне сейчас скажет, что мол – не переживай, даже нервные клетки со временем восстанавливаются, то знаете в какой коллайдер я его пошлю?!

– Спокойствие, только спокойствие, – проговорил профессор.

Карлсон, бл...ь!!!

Я остановился. Сил переживать уже не было. Я уставился в таймер обратного отсчёта, что висел сейчас над надписью "ТРЕВОГА" и мысленно старался растянуть каждую секунду, что приближала аварию... Ну и все сопутствующие последствия.

До хруста и боли в пальцах, сжал край панели управления. Звук был настолько резкий и сильный, что профессор на секунду перестал изучать отчёт системы и укоризненно посмотрел на меня – мол не надо портить дорогостоящую аппаратуру.

Он что, серьёзно? Вот-вот настанет очередной звездец, а он за пластик переживает. Ну что за человек?

Глянул на меня, и снова занялся своим делом. А таймер неукротимо приближался к нулю.

"00:00:03"

"00:00:02"

"00:00:01"

Хлоп! Этот звук раздался настолько неожиданно, что я подпрыгнул на месте и матюкнулся.

Это профессор хлопнул рукой по какой-то там кнопке. Картинка на бронестекле мгновенно исчезла. И перед нами снова предстала сфера Дайсона, через кольца которой уже начинало пробиваться свечение "горизонта событий".

И когда на таймере должны были оказаться все нули, мгновенно сработали десятки манипуляторов и тут же собрали вокруг сферы, ещё одну сферу. Только теперь в виде футбольного меча.

– Вот и всё, – спокойно сообщил профессор.

– Что, всё? Переспросил я, не понимая, что происходит.

– Ошибку устранить не удалось и авария неизбежна, – он что больной?! Ну как можно быть таким спокойным в такой момент?!

– Да вашу ж мать!!! Профессор! Ну как так-то?! Бл...ь!!! Ну нахрена? А-а-а-а!!!

– Михаил, я не пойму, ты чего так завёлся?

– Что-о-о? – он сейчас серьёзно? – профессор, вы извините, но вы знаете кто?!

– Знаю. Не говорите. А теперь, просто поспешите вернуться назад. У вас мало времени.

Я хотел сказать ещё пару ласковых, но не смог. Что-то тут было не так. Но никак не пойму, что именно?

Профессор верно понял моё замешательство, и даже улыбнулся. По-доброму так, по-отечески.

– Другого выхода не было. Ошибку исправить было нельзя. И я просто уничтожил черную дыру. Нет дыры – нет аварии. А вы, друг мой, всё же поспешите. Пока остаточная энергия ещё способна питать границу столкновения реальностей, вы должны успеть вернуться на остров. Иначе застрянете тут.

Твою мать! Твою мать!!! ТВОЮ МА-А-АТЬ!!!

Это я уже попутно поносил профессора всеми нецензурными словами, пока бежал в подвал с генератором. Нет, я бы мог и через медблок пересечь эту границу столкновения реальностей, но не факт, что попаду на той стороне под ещё какую-нибудь хрень. Так что лучше, как пришёл, так и уйду.

Но этот через чур умный старик, мог бы и предупредить заранее. Что так мол и так, если всё пойдёт по звезде, то тебе, "дорогой друг", я передразнил профессора, придется совершить марш-бросок до точки выхода. Готов? Пшёл! И смачного пинка для скорости.

А она мне сейчас ой бы как пригодилась. Хоть я и нёсся со всех ног, но жопой чуял, что не успеваю.

В подвал с генератором я влетел чуть ли не кубарем. Долбанные лесенки. Граница между двумя реальностями искрилась. И грозилась схлопнуться в любой момент. Пришлось прыгать.

Я разбежался как мог и щучкой нырнул в небольшое пятно границы, размером чуть меньше метра в диаметре. Даже страшно было представить, что будет, если я промахнусь. А ещё страшнее – если промахнусь наполовину. То есть половина меня отправится на остров и сдохнет там мгновенно, а вторая половина сдохнет тут. Так себе перспектива.

Но я успел. Граница исчезла ровно за моими ногами. И даже не отрезала мне их. И даже попал. Правда за той границей, оказалась стенка генератора. Я не успел сгруппироваться, потому как переход был мгновенный. И со всего маху головой влетел в эту стенку. И тут же отрубился.

* * *

Очнулся я... Даже не знаю когда. Точнее, когда – я знаю. Не знаю – через сколько.

Голова несчадно болела, а внутри всё плыло. Приложился я сильно. И походу заработал сотряс. Ощупал голову.

– С-с-с-с... – тут же зашипел от боли.

Ещё и голову пробил, так как мгновенно ощутил мокрое и липкое пятно в месте удара. Хренова.

Встать удалось не сразу. Вообще, не сразу. Если представить, что "не сразу" – это "дохрена" по времени. Так вот, через три "дохрена" я встал. И то, не сразу. Но тут уже чисто физиологически.

Меня шатало из стороны в сторону. Голова болела и кружилась, а весь мой недавний обед, уже давно был на полу. Три раза подряд.

Самое сложное, это было подняться по этим грёбаным лесенкам из подвала. Это было просто нереально тяжело.

Природа на острове встретила меня пронизывающим насквозь холодным ветром и хорошей горстью снега прямо в лицо.

– У-у-ух... – меня мгновенно пробрало до костей, но и, наконец, выдуло из меня болтанку от сотрясения.

Я постоял какое время на улице. Вокруг была всё та же ледяная пустыня. Белые снега́ и яркие, до рези в глазах, отблески солнца на снегу.

Мороз взбодрил меня как следует. И я отправился в свою конечную точку этого бесконечно долгого пути.

Уже, когда, наконец, спустя несколько неудачных попыток и кучи синяков на отбитой заднице, я забрался в разбитый оконный проём, я оглянулся на центральное здание.

Я всё ещё до конца не верил, что профессор смог "схлопнуть" чёрную дыру, и что она теперь больше не угрожает нашему миру поглощением и уничтожением. Но над крышей центрального здания не было чёрной сферы. И границы "горизонта событий" тоже не было. И это не могло не радовать.

Правда спуститься мне не удалось. Точнее удалось упасть. Если раньше лавку держала гравитационная аномалия, то теперь её ничего не держало. И как только я опёрся на неё, она со свистом полетела вниз. Ну и я вместе с ней.

– А, блин! – очередной раз я что-то себе отбил. Предположительно – всё.

Голова снова стрельнула дикой болью, а желудок передал привет. Дальше мой путь, во всяком случае через помещение спортзала, пролегал на четырёх костях.

Когда я, наконец, добрался до комнаты управления, профессора я там не застал. Как и чёрной дыры. И сферы Дайсона тоже.

Машинально посмотрел на стену, где была скоба, за которую держался Владлен Богданович, как за якорь, но и её не было. Отлично. Значит это местная комната, а не та, что сейчас находится в институте.

Добрался до своей капсулы и с огромным трудом залез в неё. Крышку закрыл уже когда на таймере оставалось пара минут. Успел. Мир мигнул.

* * *

Профессора я нашел в общем зале для испытаний. Он как раз заканчивал сборку маховика времени. Надо бы ему подсказать так назвать это огромное кольцо.

– Миша? – удивился моему появлению профессор...

Я ждал продолжение этой глупой фразы, про то, как я тут появился. Но не в этот раз...

– Ты как так умудрился? Жив? – профессор тут же бросил все свои дела и подбежал ко мне, подхватывая сбоку и помогая сесть.

Как только он меня посадил, тут же куда-то умчался за аптечкой. Притащил бинты, зелёнку, перекись, нитку с иголкой, чтобы зашить мою бестолковую голову, ну и пожрать тоже принёс.

Я посмотрел на эти чёртовы консервы и тактично отказался.

Пока он меня обрабатывал и зашивал, рассказывал всё, что произошло после того, как он уничтожил чёрную дыру, точнее её бесконечно приближённую модель, что сам же и создал, и отправил меня обратно.

Я хотел было удивиться, но удивляться было нечему. Ведь я из "сегоднящнего" дня, моего вероятного будущего, отправился во "вчера". До сих пор для меня это звучит бредово. Но увы, как есть.

Это для меня это время отсутствовало, как таковое. Потому что я его где-то благополучно просрал.

Если разобраться, то я появился сегодня. Всё прошлое время, примерно с полгода, я просто перескочил. И я не знал, что за это время происходило. Нет, ну теперь частично знал, из рассказа профессора. Но на самом деле, я его не прожил, а перескочил.

А потом я отправился на день назад. Не ровно на сутки, а именно на день. Это сложно объяснить. А так как у меня сейчас голова очень сильно болит... А ещё мне кажется, что вместе с кровью, часть мозгов вытекло, то объяснить вам, как это всё на самом деле происходит... Простите, но нет. Включайте фантазию и додумывайте сами.

В общем, какое-то время, я всё же пропустил. Профессор, правда, мне так и не сказал, каким образом он смог из института перебраться сюда, на этот сраный остров Врангеля, но и уточнять я не стал. По всей видимости, кроме энергии чёрной дыры, была ещё какая-то энергетическая установка. Но да Бог с ней.

Когда я убежал, чтобы вернуться назад, в сегодня, профессор всё проверил и перепроверил. И заверил меня, что чёрная дыра уничтожена. И её больше не существует. Я, конечно же, спросил – что он будет делать с той дырой, что создал я. Он ответил – ничего.

Как только он закончит восстановление маховика времени, да я ему подсказал более подходящее название, и он даже согласился. Так вот, как только он закончит его восстановление, он запустит временну́ю машину и, уже используя энергию моей чёрной дыры, отправит меня назад. В тот день, когда я согласился на эксперимент "Квадро".

Полгода. Целых полгода. Раньше никогда так далеко никого не отправляли. А то, что я осуществил скачок на полгода вперёд, то он тут совершенно не при чём. Ага, как же.

В общем, как только он меня отправит назад, петля времени замкнётся. Точнее – разорвётся.

Все последующие события перестанут существовать и начнётся формироваться новое вероятное будущее. Реальное будущее мы же увидели. Значит оно теперь не будет существовать в нашей реальности.

До сих пор не понимаю, как это происходит. Но и больше знать, и тем более, понимать тоже не хочу. Хватит. Мне, хватит.

Останется только разобраться с теми тайнами вселенной, которые я знаю. А знаю ли я их вообще? Действительно ли было всё то, что было? Ну, я про встречу самого себя, который якобы случайно застрял во "вчера" моего вероятного будущего. Да и то, что Тайя оказывается там какой-то механизм защиты тайн вселенной, а не милая и весёлая девушка. А ещё все эти тайны... Или мне всё это приснилось, пока я был в отключке?

Я не знал. А спрашивать было не у кого. Да и нахрен оно мне не надо. Мне и раньше было плевать на все эти тайны вселенной, а теперь и подавно. Я лишь хотел вернуться назад. И выбрать другой путь.

Всё же, как бы там эта вселенная не защищала свои тайны и не говорила мне, что у меня нет выбора и путь мой предрешён, я всё же человек. А мы звездец, какие непредсказуемые. Так что, я чётко решил выбрать другой путь. И пусть только попробует мне помешать. Все её тайны расскажу!

Ладно. Не расскажу. Но что-нибудь придумаю. Это уж точно я смогу.

В общем, мы обговорили с профессором ещё многие моменты. Я делился с ним всеми, ну почти всеми, своими знаниями и наблюдениями, не опасаясь того, что он их разболтает. Потому что, как только я вернусь в момент отправки меня в будущее, это будущее перестанет существовать. И профессор не будет ничего помнить.

Всё-таки вселенная – хитрая сука. И тайны свои хранить она умеет.

– Я почти закончил, – отчитался профессор.

Когда я спросил его, как он смог построить новый маховик времени, без специальной тяжёлой техники, то он сказал, что как только он ещё "вчера" уничтожил дыру, катастрофы не случилось. Выброса не произошло и прорыва не было. А значит и маховик не разлетелся на кусочки.

Но из-за резкого обрыва энергетического контура, несколько блоков перегорели. Хорошо, что на складе нашлась целая гора запасный частей. И он всё это время восстанавливал работу аппаратуры, просто заменяя сгоревшие части.

Оставалось совсем немного времени. Профессор проверял все необходимые настройки и работоспособность всей аппаратуры. Потом подключил всё это к новой сфере Дайсона, которую мы с ним собрали вокруг новой чёрной дыры, и запустил контрольную проверку.

– Ну вот и всё. Готово, – профессор радостно потёр руки друг о друга, явно очень довольный своей работой, – залезай.

Он открыл крышку капсулы и жестом пригласил меня занять своё место. Я даже немного подзавис, колеблясь в своих действиях. Но быстро взял себя в руки и полез в капсулу.

– Запомни, сынок. Когда вернёшься – никому ничего не рассказывай. Хоть ты и доказал, что эта теория не работает, но всё же. Другим не надо знать, какое будущее нас может ожидать.

– Договорились, профессор, – я ему искренне улыбнулся. Всё-таки, он хороший мужик. Нам очень повезло, что он на нашей стороне, – я готов.

– До встречи, Миша, – сказал он и закрыл крышку капсулы.

– До встречи, профессор.

Владлен Богданович захлопнул крышку капсулы, спустился с небольшой надстройки, на которой располагалась вся аппаратура времени и запустил маховик.

Тот скрипнул, пару раз искронул, а я напрягся... Но переживал я напрасно. Маховик сдвинулся с мёртвой точки и начал набирать обороты. И вот, когда цветные отметки на множестве граней этого огромного кольца, стали вырисовывать знак бесконечности на своей вершине, я искренне улыбнулся. Никогда раньше я ещё не был так рад увидеть эту грёбанную восьмёрку.

На экране капсулы появился уже знакомый мне таймер отсчёта. На нём, как и всегда была ровно одна минута. И она начала свой неспешный ход в сторону нуля.

За это время маховик набирал необходимую скорость, и аппаратура накапливала нужное количество энергии.

Я замер. Секунды утекали, а я затаил дыхание.

Мир потух.

* * *

В этот раз на меня ничего сверху не упало. Хоть я до самого последнего момента надеялся на лучшее, но всё же толика сомнений была.

Я увидел перед собой свет, который пробивался через затемнённое стекло крышки. А потом счастливое лицо профессора.

Откинул крышку и покинул капсулу.

– Михаил, с возвращением, – поприветствовал меня Владлен Богданович, – поздравляю вас, эксперимент "Квадро" успешно завершён. Как себя чувствуете?

А по мне, что не видно? Или... Я сделал вид, что просто чешу голову, и потрогал в том месте, где я её недавно и пробил. Но нет. Ни боли, ни швов, ничего. Только воспоминания.

– Хорошо, профессор. Теперь, хорошо.

– Вот и славно. Сейчас можете отдыхать. Завтра обо всём поговорим.

Я благодарно кивнул и отправился в свою комнату. Как же давно я там не был.

Как я и предполагал, девушка оказалась на месте. И она меня ждала.

Разговор вышел короткий, но очень информативный. Я всё ещё злился на неё... Но сам не мог толком понять – за что? И как бы не было, она всё ещё мне нравилась, и я по ней искренне скучал. А ещё, я был счастлив, что с ней всё в порядке.

Как оказалось, она, та, которая якобы "механизм защиты" очень рада, что я смог найти единственное верное решение проблемы. Не одно из бесконечного множества, а именно то, что разорвало всю эту петлю. Грёбанную восьмёрку.

Началом отсчёта, как теперь выяснилось, был именно момент начала эксперимента "Квадро". А если точнее, то мой скачок в будущее. И теперь я вернулся в точку отсчёта. Круг замкнулся, а время снова течёт как ему и положено. Даже полегчало.

Но теперь, я прекрасно осознавал, что не хочу во всём этом участвовать. Вот, от слова совсем. И Тайя предложила мне ещё один вариант.

– С начала? – спросила она.

– С начала, – ответил я и улыбнулся.

Мир погас.

Эпилог

– Добрый день, господа. Прошу, проходите, присаживайтесь.

Группа людей зашла в странного вида аудиторию. Их было немного, всего восемь человек. Плюс ещё один сопровождающий. Он, вроде как, тут главный. Ну и ещё один человек, который их поприветствовал.

– Итак. Меня зовут профессор Мирный Владлен Богданович. Я руководитель научно-исследовательского института квантовой физики и механики имени Цайлингера.

– Простите, профессор. Я пожалуй откажусь от участия, – вдруг, остановившись прямо на пороге, нарушил тишину мужчина лет тридцати.

– И я тоже, откажусь, – а это была девушка, которая стояла рядом с ним.

– Ну что ж, господа, и дама. Это ваше право. Прошу вас, покиньте территорию института. Для вас участие в проекте "Аналемма" закончено.

Конец. 10.10.2025г. 404480 зн. 13 дней. 28.09.25 - 10.10.25гг.

______________________________________________________________________________________________

Друзья, вот и закончилась эта невероятная история. На самом деле, это был очень непростой опыт. Пришлось очень много перелопатить научного материала, чтобы можно было оперировать научными терминами и многими теориями научного мира. Да и вообще, я очень ответственно отношусь ко всем "подобным" моментам, чтобы читатель мог не только читать "выдумку" автора, но и развиваться во многих сферах деятельности. Немного чувствую себя тем самым профессором Мирным))

В общем, всем огромное спасибо, что прочитали мою книгу! Мне очень приятны ваши лайки, комментарии и библиотеки (кто ещё не оказал внимания к произведению, самое время))).

Всех поздравляю с наступившим новым годом! А я решил, наконец, дать себе немного отдохнуть)))

Всем спасибо! И до встречи на страницах новых книг!)