Продотес

Арка Сломанный Человек Глава Первая:

1120 год. По дороге между королевством Фал и королевством Церия, ближе к вечеру, двигался отряд. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая пыльную дорогу в багровые тона, а длинные тени деревьев тянулись поперёк пути, словно предупреждая о чём-то. Посреди отряда, скрипя расшатанными колёсами, ехала повозка.

В повозке сидели трое и разговаривали.

— Виолетта, — произнёс молодой парень, — знаю я: к следующему утру мы должны пересечь границу!

— Я ничего не успеваю, Роги! — сказала молодая девушка, не поднимая головы от бинтов.

— Спокойно. Ты ведь руководила отрядом в трудную минуту?

— Мне очень тяжело! — громко сказала она, перевязывая раны. — Ещё ты, Роги! В этом бою, который только что был, почему ты не отступил? Совсем не умеешь? — Она сжала его руку чуть сильнее, чем следовало.

— Так нужно было, — сказал Роги.

— Ты идиот! — бросила она.

Но в повозке был и третий человек. Он не говорил — вероятно, не мог. Капитан отряда, которого только что спасли из плена. Совсем исхудавший,потускневшей кожей, он смотрел на них, не отводя глаз.

— К-к-кха, — издал он звук. У него не было языка для разговора.

— Уолл? — произнёс Роги. — Ты как, друг?

Уолл смотрел на них голубыми глазами — глазами мертвеца.

— Капитан Виолетта! — крикнул возница, оборачиваясь. — Думаю, даже быстрее пересечём границу!

— Отлично! — крикнула Виолетта, улыбаясь. — Скоро ведь Уолл поправится и станет вновь нашим капитаном. Это же прекрасно, да, Роги? Роги?

Роги в это время сидел, глядя на шлем Лебедя, в который был одет Уолл. Металл тускло поблёскивал в свете заката, и что-то в этом блеске было не так.

— Странно как, Виолетта, ему будто трудно дышать. Хм.

Виолетта взглянула.

— Может, снимем тогда? — сказала она.

— Нет! — вскрикнул Роги.

Он подался вперёд, вглядываясь в кромку шлема.

— Я заметил: там штыри. Они уже вросли в кожу Уолла. Он давно носит этот шлем — похоже, он затрудняет дыхание. Вот почему Уолл так тяжело дышит.

Виолетта принялась менять бинты Уоллу, а Роги задумался, сидя напротив. В повозке пахло кровью, травами и гарью. Колёса скрипели, где-то позади фыркали лошади.

Но тут к повозке подскакал солдат.

— Капитан Виолетта! Войска Церии! Они! Они!

— Спокойно. Скажи что — они?!

— Достигли нас!

— Серьёзно?!

— Да!

— Вот же чёрт! Роги, вылазим из повозки! — крикнула Виолетта, хватая меч и шлем.

Роги и Виолетта вылезли из повозки. Вокруг уже суетились солдаты, кто-то натягивал доспех, кто-то проверял тетиву.

— Капитан Роги! Капитан Виолетта, что нам делать?!

— Спокойно! По коням, сейчас скажу!

— Ну, Виолетта, что делать?! — сказал Роги.

С холма, поднимавшегося над дорогой, выехало двадцать всадников — рыцарей Церии. Их доспехи ловили последние лучи солнца, а копья казались частоколом.

— Нас больше! В атаку! — крикнула Виолетта.

Отряд тут же тронулся в сражение.

Тем временем в повозке Уолл дополз до края. Его руки и ноги были сломаны, и он, стиснув зубы, смотрел на бой.

— К-к-кха, — вновь издал он звук, потянув руку к ним, но от слабости уронил её.

Роги, скача на лошади, достал длинный меч. Сжав рукоять, он замахнулся со всей силы и разрубил врага надвое — сталь прошла через доспех с мерзким скрежетом, и рыцарь Церии рухнул с коня, не успев вскрикнуть.

Бой закипел. Копья сталкивались с мечами, лошади ржали, кто-то падал под копыта. Виолетта рубилась в первых рядах, её клинок мелькал, как молния, — она успевала и парировать, и кричать своим, чтобы держали строй. Пыль, кровь и крики смешались в один сплошной гул. Один из рыцарей Церии прорвался к повозке, но Роги, развернув коня, снёс его ударом щита и добил мечом. Возница, спрятавшись за колесом, судорожно сжимал топор, готовый ударить любого, кто подойдёт.

Бой продлился недолго. Вскоре всё стихло — на дороге остались тела и хрипящие лошади. Отряд начал подлечиваться и собирать вещи.

— Свернём переночевать в лес! — крикнула Виолетта.

Отряд отъехал в лес, спрятавшись среди деревьев. Разбили костёр, поставили пару палаток. Огонь затрещал, отгоняя вечернюю сырость, и над лагерем повис запах дыма и мокрой хвои.

Конец первой главы.

Арка Сломанный Человек Глава Вторая:

Вечером отряд отдыхал. Уолл сидел у дерева, привалившись спиной к шершавому стволу. Перед его глазами виднелось многое — но одновременно самое главное: его мечта. Алмазный Трон Императора, мечта о своей империи. Он смотрел на него, но всё не мог дойти. Не мог.

Тут резко его видение прервало что-то — странные звуки. Уолл подполз к палатке. Уже была ночь. Он увидел Роги и Виолетту. Они целовались, а после легли на кровать.

Уолл вновь приполз к дереву и тут же подслушал разговор своих солдат.

— Слышь! А ты знаешь, почему нашего капитана держали в подземелье Церии?

— Слыхал я, а то! Он совратил королеву. Мать твою — королеву Церии.

— Король, наверное, был в ярости?

— Ох, да ещё в какой!

— Ребят, будем реалистами. Взгляните на нашего капитана: кожа содрана, переломаны кости, этот странный шлем с лебедем, разодранное горло. А ещё в подвале дворца в Церии что только не происходило.

— Что же?

— Ему вроде бы чуму вселили. Силой.

— Как?

— Да не знаю я. Думаю, что он не поправится.

— Да ладно, ого, мы как будто не знали! Я вот думаю уйти к капитану Роги — он сильный и справедливый!

— Я тоже!

— И я!

— Время нашего капитана Уолла Лебедя закончено.

— Зачем же он совратил королеву?

— Без понятия.

Уолл, услышав это, упёрся об дерево и взглянул на своё золотое кольцо с красным камнем, которое было слишком большим для его исхудавших пальцев. Тут же его рука упала из-за слабости.

Прошло пару часов. Ночь. Луна светила на всех. Роги вышел из палатки на стражу, сменив дозорного, и задумался. Он думал о многом — о том, зачем ушёл из отряда год назад.

— Та дуэль в Париже… — сказал он тихо себе.

В столице Церии, Париже, дуэль на мосту в 1119 году. Роги всё думал о ней, о том, что было после, о своей жизни, о будущем. Прошлое уже не вернуть — значит, так. Роги прошёлся немного по полю, взглянув на луну.

Тем временем Уолл полз. Он понял… отряд больше не его. Уважают Роги и Виолетту, а он — обуза. Но он всё ещё стремился к своей мечте. Он залез в повозку, схватил поводья и ударил лошадь со всей силы. Поехав, спереди виделся дворец с Алмазным Троном. Он скакал — вот-вот он!

Тем временем Роги, заметив, что повозка уезжает, сел на лошадь и протрубил в рог.

— Повозка уезжает! Вперёд, в погоню!

Он поскакал за ней.

Тем временем Уолл ехал, но тут его трон затмил его разум, и он не заметил крутой поворот. Тут же слетел с дороги — переворачиваясь, повозка разбилась. Раненный, он выполз и облокотился на дерево, взглянув на руку и кольцо.

— К-к-к-кх-кх-кха-кха-кха, — он смеялся, издавая толчки воздухом.

Тут же рука упала. Перед его глазами вспыхнуло его прошлое…

Конец второй главы.

Арка Жизнь Лебедя. Глава Третья:

1117 год. Город Акведун — столица Священно-Акведунской Империи.

Небольшой домик на окраине, где у окна сидел молодой семнадцатилетний парень. Красивая внешность, бледная кожа, волосы цвета луны — серебристые, будто впитавшие в себя свет. Он смотрел на улицу, где уже просыпался город: торговцы раскладывали товар, где-то лаяла собака, а над крышами висел лёгкий туман, пахло сыростью и свежим хлебом из соседней пекарни.

— Уолл! — проворчал отец.

— Что, пап? — ответил молодой Уолл.

— Когда ты уже сострижёшь эти волосы?! Они мешают нашей работе!!!

— Пап, они важны мне, так что некогда!

Отец вздохнул, покачал головой, но спорить не стал. Он давно смирился с этим упрямством — хотя иногда всё же ворчал.

— Эх… Мы идём работать, если что, сегодня.

— Хорошо… — сказал я лениво. — Щас умоюсь.

— Стой, а куда — на площадь?

— Да.

— Значит, там и императорский дворец будет?!

— Ага. Зачем тебе он?

— Да так, ничего.

Уолл вышел, с прекрасным настроением умылся. Вода была холодной, бодрящей.

— Сын, захвати инструменты!

— Угу.

Зайдя в сарай, Уолл взял ящик с инструментами. Несмотря на его ангельскую красоту, он был физически силён — руки привыкли к тяжёлой работе. Молоток, пила, гвозди — всё это он знал с детства.

— Я принёс, отец. Пойдём?

— Идём.

Они пошли до площади. Утро было свежим, над городом висел лёгкий туман, и улицы постепенно наполнялись людьми. Торговцы раскладывали товар, где-то слышались крики, смех, звон посуды.

— Недавно читал книгу, — завёл диалог Уолл. — Название там как… А, точно — «Утопия».

— «Утопия»? Что за нелепость? — сказал отец.

— Не нелепость! Там интересно. Говорится о равенстве дворян и нас, крестьян, а также о том, что у всех будет пища и дом. Я бы хотел, если стану императором, сделать утопию. А ты, отец? — сказал Уолл с огоньком в глазах.

Отец, зевая, спросил:

— Что?

— Ничего, — сказал недовольно Уолл.

Они дальше молча дошли до площади. Отец начал раскладывать инструменты — нужно было починить крышу. Тут к Уоллу подошли девушки, хихикая.

— Привет, познакомимся?

— Привет, красивые девы, конеч…

— УОЛЛ! — перебил отец. — Неси лестницу.

— Извиняюсь, покину вас, — Уолл откланялся и подошёл к отцу.

— Ты с кем там болтаешь?! А ну работать! — сказал отец.

— Конечно.

Я поднёс лестницу, и отец залез на неё.

— Интересно, в кого ты такой красивый? Не в меня точно, — сказал отец.

— Пап, ты по-своему красивый.

— Ага. За работу, а то не будем есть сегодня.

Я взял молоток и, следуя указаниям отца, всё сделал. Спустя пару часов мы подлатали крышу, и отец отпустил меня погулять.

Я подошёл на одно место, откуда открывался вид на дворец императора. Какое красивое зрелище — золотые купола в лучах солнца, высокие шпили, будто пронзающие небо. Вокруг дворца был парк, где гуляли люди в дорогих одеждах, а стража стояла у ворот.

Уолл смотрел и представлял: вот он, император, сидит на алмазном троне, а вокруг — равные, сытые, счастливые люди. Утопия. Его утопия.

— Уолл!

Ко мне подбежали друзья.

— Идём играть!

— Играть?.. — Уолл улыбнулся. — Ещё успеем!..

Они недовольно ушли, а Уолл продолжил смотреть на дворец императора. В его глазах отражались золотые купола, и где-то глубоко внутри росла мечта — большая, светлая и пока ещё далёкая.

Арка Жизнь Лебедя. Глава Четвертая:

Глава четвёртая

Прошло пять дней. Я проснулся днём — солнце светило прямо в глаза. Потянулся. Сегодня отец уезжает… Далеко, торговать. Он долго планировал, и хозяйство по дому достанется мне. Вот же! Я начал дёргать себя за волосы. Они правда отрасли — до плеч, волнистые, грязные. Нужно помыть.

— Уолл!

— Секунду!

Я встал и подошёл к нему на кухню.

— Я уже спешу к каравану. Вот тебе немного денег, — он кинул сумку монет. — Помни, не транжирь!

— Да конечно, отец!

— Вот и замечательно. Вырос ты, конечно… Увидимся, когда станешь ещё выше, Уолл. Всё, давай!

Он пожал мне руку, обнял.

— Удачи, и счастливой дороги, отец.

Он ушёл из дома, и я почувствовал пустоту. Я теперь один в доме? И что же мне делать?

Я достал мешок с деньгами, открыл его. Хм, многовато. На года два мне бы хватило, если не тратить. Но может, это и шанс? На мою мечту?!

Я вышел из дома прогуляться, закрыв его. Идя по городу, я увидел имперский пруд, где спокойно плавали лебеди. Замечательные создания — такие красивые, белые, грациозные. Они скользили по воде, будто не касаясь её, и в их движениях была какая-то царственная лёгкость. Я смотрел на них и думал: «Вот бы и мне так — плыть по жизни, не зная преград».

Тут я увидел, как одна старая женщина несла огромные сумки. Помогу ей — всё равно делать пока нечего.

— Извиняюсь, вам помочь?

— Нет, спасибо. Время ещё придёт.

— Что?

Она ушла. «Время ещё придёт»? Странность какая.

Я двинулся к стенам, увидел, как солдаты тренировались на мечах. Отец тоже учил меня дома — исключительно для защиты. Забравшись на городскую стену (по ней можно было ходить), я увидел красоту города.

Акведун раскинулся передо мной, как драгоценная шкатулка. Золотые купола дворца императора сверкали в лучах солнца, высокие шпили пронзали небо, а улицы вились между домами, как серебристые нити. На площади кипела жизнь: торговцы расхваливали товар, дети играли, всадники проезжали мимо, поднимая пыль. Воздух пах свежестью, цветами из императорского парка и дымом из кузниц. Где-то играла музыка, и её звуки смешивались с криками чаек над прудом.

А после я увидел трущобы. Они лежали за стенами, как тёмное пятно на светлой картине. Покосившиеся лачуги из гнилого дерева, грязные улицы, где не было мостовой, люди в лохмотьях, копошащиеся в грязи. Там пахло нечистотами и болезнью, и даже солнце, казалось, обходило это место стороной.

Да уж, различие огромное. Я шёл в раздумьях по стене.

Отец уехал, — посещала меня мысль. Алмазный трон… Мысль вновь посетила меня. Чтобы стать императором, для начала нужно что? Создать отряд же? А ещё что же? Э… ТОЧНО! Создать отряд наёмников, воевать, примкнуть к Императору САИ — Священной Акведунской Империи — и стать императором! Ведь в САИ императора выбирают князья! Точно!

Но на создание отряда нужны люди, и денег моих хватит на небольшой отряд. Но если я не смогу? Я потеряю все свои деньги и стану без денег голодать. Или же… я смогу, создам свой отряд. Но сколько же мне людей нужно?

Тут мои мысли прервал стражник.

— Парень, дальше казармы тебе туда нельзя.

— А… хорошо.

Я развернулся и пошёл дальше. Тысяча! Нужна тысяча человек — это будет войском, но сначала нужно собрать офицеров себе в отряд…

Я дошёл до дома и лёг на кровать, пытаясь уснуть, но мысли не давали мне этого сделать.

Конец.

Арка Жизнь Лебедя. Глава Пятая:

Я очнулся утром в кровати. Ночью вчера я не смог уснуть, но сейчас я решил окончательно: я хочу создать отряд. Вероятно, стоит начать с вербовки людей — первых в тавернах. У меня на выбор два трактира, по крайней мере, которые я знаю. Первый — на площади, там в основном горожане. Второй — где любил выпить мой отец, он в трущобах. Отец говорил, чтобы я туда не совался.

Я взял со стола пояс, мешок с деньгами положил в сумку и прикрепил меч, который мне подарил отец, на пояс. Готов. Чего-то не хватает… Точно, волосы. Я промочил их водой в бадье. Вот теперь точно готов — когда они мокрые, мне говорили, я красивее.

Я задумался о выборе таверны. Выберу ту, что на площади. Я вышел из дома, запер его и пошёл к таверне. Был уже вечер, осенний. Идя по улице, я наслаждался видом города.

Акведун вечером был особенно красив. Улицы, вымощенные серым камнем, блестели после недавнего дождя. Фонарщики зажигали масляные лампы, и свет их дрожал на мокрой брусчатке, как отражения звёзд. Дома стояли тесно, с черепичными крышами, из труб поднимался дым, пахло печёным хлебом, пряностями и лошадиным потом. Где-то играла скрипка, и её мелодия плыла над улицей, смешиваясь с криками торговцев и смехом детей. На площади, куда я направлялся, уже зажигались огни, и народ гулял, несмотря на вечернюю прохладу.

Пройдя по улице, я подошёл к двери в таверну. Но тут же! Из двери вылетел кто-то и повалил меня. Я упал.

— Что за?! — крикнул я, вставая.

— ЭЙ ТЫ! Ты мухлевал в кости, поскуда! — крикнул здоровяк, который вышел из таверны.

Я посмотрел на слабенького парня моего возраста, который отряхивался.

— А что ты сделал? — шепнул я ему.

— Ничего особого.

— ЭТО ТВОЙ ПОДЕЛЬНИК?! — крикнул здоровяк.

— Вроде бы же культурная таверна, — сказал я.

Тут же ещё один мужчина вышел, и они встали напротив нас.

— Отдавай деньги! — крикнул здоровяк.

— НЕТ! — вскрикнул парень.

— Тебе конец, — сказал он, пойдя на этого парня.

Мысли: Мошенник? Раз на него кричат, что он мухлевал в кости, — умный? Будто судьба мне подкинула человека для отряда!

Я встал между здоровяком и парнем.

— Ты что, собрался драться со мной, девка? — сказал он мне.

— Да, — ухмыльнулся я.

Здоровяк замахнулся и ударил. Я увернулся влево. Пока тот парень дрался с другим, я схватился с этим здоровяком. Тут же меня толкнули ногой, и я упал на землю. На меня прыгнул он — я быстро перекатился влево, встал, шатаясь. Не успел среагировать, как он ударил меня по голове, и я снова упал. В глазах потемнело, во рту появился вкус крови.

Тут нас начали окружать. Меня били, того парня били. И тут я услышал женские крики.

— Да хватит с них уже! Вы уже взрослые люди, а бьёте ещё детей! — кричали они.

Здоровяк и его друг встали, посмотрев на девушек, которые грозно глядели на них и продолжали говорить, чтобы они прекратили. В итоге они ушли.

Я встал, вытер кровь об рукав, подошёл к парню и протянул ему руку.

— Ты, парень, похоже, магнит проблем? Я Уолл, а ты?

Он взял мою руку и встал.

— Я Гертик. И ты не прав — я не притягиваю проблемы. И спасибо за помощь.

— Я вижу, ты мухлевал, да?

— Я бы умолчал об этом, — сказал Гертик раздражённо.

— Деньги нужны тебе? — спросил я.

— Да нужны. К чему вопрос?

— Знаешь, Гертик, я создал отряд наёмников. Вступай ко мне.

— К тебе? — Гертик поднял бровь. — Сколько у тебя людей?

— Ты пока что первый!

— Серьёзно? — сказал он неуверенно.

— Но главное — уметь говорить, амбиции и ум. Ведь так?

— Ну… отчасти. И что ты хочешь?

— Просто прославиться, — сказал я.

— Это твоя мечта?

— Да, — ответил я спокойно.

— Я даже не знаю… Хотя я и так кочую по городам, что мне терять. Ладно, я не против, я вступлю к тебе в отряд, но за плату!

— Конечно, плата будет.

— Я надеюсь, мы не будем сидеть в одном городе? — сказал Гертик.

— Нет, не будем. Что ж, пошли тогда.

— Стоп, куда?

— Ко мне домой, — сказал я. — Нужно разработать план.

— А плата? — сказал он.

— Да будет, будет тебе плата. Чуть позже.

Конец.

Арка Жизнь Лебедя. Глава Шестая:

Январь 1118 года. Прошло пару месяцев с того момента, как Уолл начал собирать отряд. Он заметно изменился. Пользуясь красноречием Гертика, своей харизмой и красотой, Уолл собрал целых пятьдесят головорезов — в основном бандитов, легко одетых, на лошадях. Был снег.

Уолл, поскольку он наёмник, участвовал в войне между двумя бедными баронами. Он сидел в палатке, размышляя о плане.

— Итак, мы имеем, — начал он говорить сам себе. — Мой отряд в пятьдесят человек, две крепости моего нанимателя и вражеского барона. У вражеского барона примерно двести солдат и четыре галеры в реке, которые застряли во льду. Основное войско, по моей разведке, барон держит на мосту.

— Уолл! — забежал мальчик Марко, следопыт отряда, молодой четырнадцатилетний парень. Уолл нашёл его у трупа голодной матери и пригласил в отряд.

— Что, Марко? — спросил Уолл.

— Там гонец от нашего нанимателя!

— Щас схожу.

Я встал, взял меч на пояс. Выйдя из палатки, я прошёл по лагерю и подошёл к гонцу на лошади. Лагерь был занесён снегом, у палаток горели костры, и пар от дыхания людей и лошадей поднимался в морозный воздух. Солдаты кутались в плащи, кто-то точил меч, кто-то грелся у огня.

— Приветствую. Что хочет мой наниматель? — спросил я.

— Беда пришла! Барон повёл своё войско и проиграл! Его схватили в плен. Сын барона требует немедленных действий!

— Действий?

— Освободите барона и захватите крепость!

Мысли Уолла: «У меня не хватит сил для крепости».

В реальности:

— Хорошо. Отряд Лебедя выполнит поставленную задачу.

Гонец ускакал.

Мысли Уолла: «Идти через мост — полное самоубийство. Других маршрутов нет. Но стоп — у крепости барона есть порт, по разведке Марко. Задача — просто освободить барона из лап вражеского барона, а не одолеть войско. На пяти галерах нужно разведать, сколько солдат».

В реальности:

— Позови Марко ко мне, — сказал Уолл солдату.

— Да, капитан, — солдат пошёл, плюнув.

Через время к Уоллу подошёл Марко.

— Уолл, что-то нужно?

— Да, Марко. Твоя задача — разведай, сколько солдат на галерах врага. Нужно срочно.

— Хорошо!

Марко убежал.

Мысли Уолла: «Если на галерах мало солдат, я могу напасть кавалерией на корабли. Летом это звучало бы смешно, но сейчас зима — так что шансы есть. Чтобы не скользить на льду, обмотать копыта холодной тканью. И мы нападём сначала на галеры, а после — в крепость через порт. В случае если там множество врагов — отступим и сожжём вражеские галеры. А если в крепости мало врагов — прорвёмся, спасём барона и отступим».

В реальности Уолл ушёл в палатку и лёг спать. Вечером его разбудили.

— Капитан! Марко прибыл с донесениями.

— Пусть заходит и сообщит, — сказал Уолл, скрыв сонливость.

Марко зашёл в палатку.

— Уолл!

— Покиньте нас, — сказал Уолл солдатам.

— Говори, Марко.

— У врагов сорок человек на кораблях!

— Значит, сто сорок на мосту и двадцать в гарнизоне, возможно. Отлично. Сообщи Гертику, чтобы все солдаты привязали холодную ткань на копыта своих лошадей. Ночью выступаем.

— Так точно, Уолл!

Марко ушёл. Уолл взял свой меч, разглядывая его. В тусклом свете палатки сталь блеснула холодным огнём, и на мгновение Уолл увидел в ней своё отражение — изменившееся, возмужавшее лицо. Он провёл пальцем по лезвию, проверяя заточку, и тихо сказал:

— Пора.

Конец.