Пестиков Никита

Пробуждение

Информация

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

Фотограф Tom Morel

Хироми — обычный офисный работник, который в один прекрасный день сталкивается с сердечным приступом. Его увозят в больницу, где он по каким-то неведомым для него причинам проваливается в иной мир — яркий и до жути реалистичный. Там он знакомится с Калленом, сыном павшего королевства, перед которым стоит задача предотвратить надвигающуюся катастрофу.

16+

ISBN 978-5-0064-5228-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Главы

Оглавление

Пробуждение

Хироми

Каллен

Оковы

Где я?

Путь

Деревня

Айзория

Новые возможности

Первые шаги

Мастер

Опять

Начало конца

Поиск себя

Тропа

Ответственность

Алда

Восход

Свет в конце тоннеля

Пробуждение

Этот мир таит в себе секреты, способные повергнуть в ужас каждого, кто осмелится переступить запретную черту. Внезапно открывающиеся двери могут приоткрыть завесу тайн — вот только способен ли человек овладеть своими страхами в полной мере, чтобы познать невиданный ранее мир?

Хироми

В это прекрасное солнечное утро, Хироми разбудил будильник. Ему пришлось выбираться из мягкой постели и в спешке утреннего хаоса бежать на работу. Было только семь часов утра, однако он уже стоял на станции Нэдзу, ожидая прибытие поезда.

Он отличался трудолюбием и целеустремлённостью, что превращало его в отличного работника и гражданина. Он всегда выполнял намеченную им работу, погружаясь в неё с головой. Хотя его желания не учитывались при выборе рабочего места, он привык к жизни офисного затворника, который засиживался за рабочим столом допоздна. Ведь его родители многое сделали для того, чтобы он поступил и обучался в токийском технологическом университете, после которого они и смогли устроить его в одну из самых перспективных технологических компаний Японии. После того как он стал одним из самых лучших и одаренных учеников, его без труда взяли на желанную его родителями должность.

Получая звание лучшего работника года несколько лет подряд, Хироми удостоился чести и был повышен в должности, что принесло ему увеличение заработной платы. В последствии высокий заработок позволил ему осуществить свою мечту. Приобретя уютную квартиру в районе Бункё, он наконец смог почувствовать изменения в своей, как ему казалось простаивающей жизни. Вот только покинув логово своих родителей, он всё никак не мог избавиться от навязчивых мыслей, что постоянно посещали его голову.

Ещё с детства он мечтал стать великим художником, путешествовать со своими полотнами по миру и показывать силу и могущество искусства людям. Однако его желанию не дано было сбыться. Началось всё с того самого дня, когда маленький Хироми попал на выставку классической живописи. Радости не было предела. Ему уже тогда казалось, что он нашёл что-то очень важное для его жизни. Увы, но родители, которые пытались направить его на верный путь, утверждали обратное, убеждая своё чадо подумать как следует прежде, чем начинать строить свою жизнь.

Дождавшись поезда, прибывшего по расписанию, Хироми сел на место, которое почему-то всегда пустовало. Он любил это время. Время, которое дарит ему возможность окунуться в вымышленный мир очередной манги, рекомендацию на которую он отыскал на одном из сайтов для отаку. Наслаждаясь историей, он лишь изредка поглядывал из окна на чудесный вид только-только начавшегося сезона цветения сакуры.

В подростковом возрасте Хироми просил и умолял своих родителей отдать его в академию искусств, однако всё было тщетно, ведь они даже слышать не хотели об этом, считая эту идею бредом. Из-за постоянных отказов его интерес постепенно угасал, ведь времени на любимое занятие становилось всё меньше и меньше. Тогда-то и началась его новая жизнь, которая состояла из большого количества занятий, практики и ещё раз занятий.

Добравшись до нужной ему станции, он мигом двинулся на тротуар, спеша к одному из бизнес-центров в районе Гиндза. И вот на часах уже семь тридцать: он стоит перед входом в свой кабинет, посматривая на уборщика, моющего полы перед началом рабочего дня. Сев за стол, он и глазом не успел моргнуть, как офис заполонила суматоха и шум печатающих на клавиатурах работников.

Родители всегда старались только ради него, работая днями на пролёт. Наверное, поэтому он виделся с ними только по вечерам, когда приходило время ужинать. Разговоры между ними всегда касались темы оценок и его успехов на всех важных этапах его жизни. Переехав от них в собственную квартиру он думал, что теперь сможет жить так как ему этого захочется. Вот только проблема была глубже чем он себе представлял, ведь он больше не понимал своих желаний. Продолжая изо дня в день оправдывать их ожидания.

Для кого-то день проходил быстро, для кого-то медленно, но для него это не имело значения, ведь он всегда засиживался допоздна. Иногда ему казалось бессмысленным иметь свою квартиру, ведь единственное чем он там занимался, был сон. Многие пытались пригласить его выпить в пятничный вечер или просто прогуляться после рабочего дня, но он лишь кивал в ответ, продолжая работать несмотря ни на что.

Подобный темп сложно держать в течении долгого времени, ведь усталость и изнеможения никто не отменял. Он пытался бороться с этими симптомами, подавляя их литрами кофе, однако ни к чему хорошему это не приводило. Убивая себя медленно, но верно, он начинал задумываться над тем, что ждёт его в будущем. Прокручивая в голове одну и ту же мысль раз за разом, он приходил к неутешающим прогнозам умереть за собственным рабочим столом.

Однако одни лишь мысли не приведут к действию человека, жизнь которого сводится только к привычкам и обязанностям. Допивая последнюю чашку кофе, он заметил, что в офисе стало тихо и темно. Именно так как он и любил.

Каллен

Зарево пламени отражалось на его изнеможённом лице. Руки тряслись, а ноги и вовсе не слушались своего хозяина. В голове всё ещё стоял выкрик отца, агония матери и истошные вопли его старших братьев и младшей сестры. Никто не думал, что он сможет вернуться. Никто и не подозревал, что такое возможно. Однако мир — жестокое место, где может произойти всё что угодно.

Бежав из последних сил, Каллен всё время озирался по сторонам. Он смог покинуть замок именно так, как этого хотел его отец. Ужасы увиденного отягощали его тело. Взяв на себя ответственность за бегство, он смог сохранить то, что так упорно сохранял его отец. Фамильный меч, что перешёл от его деда к его отцу, и что должен был стать орудием будущего короля — Олуэндских земель. Этих плодородных и завораживающе красивых земель, что послужили домом, для многих ищущих в этом мире крышу над головой, людей. Однако рано или поздно всему приходит всепоглощающий конец.

Всё началось глубокой ночью и продлилось вплоть до самого раннего утра. Напавшие не пожалели никого, кто был знаком Аарону лично. Не имея понятия о разрушительности своих действий, Аарон не желал признавать вину, что всеми руками указывала на него. Он целенаправленно ударил по месту, откуда всё началось, и где всё должно было закончиться. Всё же Каллен смог бежать, утаив меч от всевидящих глаз Аарона и его свиты. Хотя его ноги смогли протолкать того за пылающие ярким пламенем стены замка, он всё же был не в состоянии бежать дальше. Испытывая все чувства разом, он пал замертво в кустах, что выросли вдоль глубокого рва.

Оковы

Из-за спины у Хироми показалась луна, что своим ярким светом озарила его монитор. Опустевший офис навевал ему ощущения тепла и уюта. Хотя Хироми просидел за работой весь день, количество оставшихся дел всё никак не отпускало его домой. Решив взбодрится, Хироми проследовал на кухню для того, чтобы сделать очередную порцию кофе. Не замечая времени, оказалось, что Хироми проработал всю ночь, даже не сомкнув глаз. Понял он это потому что наткнулся по дороге на уборщика, что приходил всегда раньше него на целых пол часа. Окинув того взглядом и поздоровавшись, он проследовал на кухню, прильнув к кофемашине. Тёмная жидкость полилась в его белоснежный стакан, запах заполонил всё пространство так и маня сделать глоток. Хироми прекрасно понимал, что ему нужна энергия, однако получив убойную дозу кофеина, тот встал на месте, уставившись на уборщика, что не сразу понял о происходящем. Немного погодя его тело ослабело настолько, что тот упал замертво на свежевымытые полы. Сердце сдавило так сильно, что ему показался тоннель, яркий и длинный тоннель, что зазывал его внутрь своим шёпотом.

Первым делом уборщик вызвал скорую помощь. После чего мигом уведомил и начальство, которое явно не было радо такой новости прямо перед началом рабочего дня. Хироми лежал неподвижно, однако глубоко внутри он чувствовал движение своего разума по длинному потоку света, который окружал его со всех сторон. Не имея понятия о времени и пространстве, Хироми очутился на носилках, ведь прибывшая скорая помощь забирала его в больницу.

Их реальности сошлись воедино — Хироми и Каллен, двое непохожих людей из разных вселенных соединились в состоянии упадка и изнеможения.

Пока они спали, не ведая того их мысли и их разум стал единым целым. Туннель, который связал их, образовал связь, что не сможет разорвать ни один клинок.

Каллен лежал неподвижно всматриваясь в кошмары, которые преследовали его в обличии отца, матери, родных братьев и сестры. Однако на мгновение кошмар прервался оставив после себя ослепляющий поток света. Мигом открыв глаза, он осмотрелся по сторонам. Стены уже давно перестали пылать из-за чего его пробрало от холода, что уже медленно, но верно наступал на верхние земли. Поднявшись на ноги, он отошёл подальше от кустов, однако тут же заприметил тело лежащее прямо перед ним. Оттащив неизвестного ему человека, подальше от замка, Каллен уселся на землю в ожидании ответа от незваного гостя.

В то время как Каллен тащил Хироми в кусты, его настоящее тело с молниеносной скоростью везли по больничным коридорам. Привезя нового пациента в отделение реанимации, врачи столпились над неподвижным телом юного работника, сразу же уведомив родных Хироми. Его родители приехали в больницу, где с трясущимися руками они выжидали результатов, готовых перевернуть их жизнь с ног на голову.

Начальство Хироми не заставило себя ждать. По общим соображениям, управленцы компании решили выдать тому оплачиваемый отпуск до тех пор, пока Хироми не сможет вернуться на рабочее место. Денежная компенсация для его родителей также должна была стать средством сокрытия данного инцидента от назойливых СМИ. Родители Хироми не были против подобных извинений, из-за чего конфликт был исчерпан довольно-таки быстро.

Каллен ткнул в неподвижное тело, что лежало на земле, скрестив руки на груди. От странных толчков, Хироми медленно приходил в себя, однако совершенно не там, где он этого ожидал. Когда Каллен решил вонзить в того острие своего клинка, Хироми полностью оторвался от холодной травы на которую его положил Каллен.

Где я?

Очнувшись посреди кромешной темноты, Хироми хотел было закричать, но сверкающий от лунного света меч нависающий перед его лицом не дал ему такой возможности.

Каллен — Даже не вздумай!

Хироми — Что? Кто вы?

Каллен — Думаю тебе и так это известно.

Хироми — Постойте, я не понимаю о чём идёт речь. Кто вы?

Каллен — Я оттащил тебя сюда не для того, чтобы играть в игры. Сейчас я лишу тебя твоей головы!

Хироми — Стой! Моя голова… Что вообще тут происходит?

Каллен — Хватит играть в дурака! Со мной подобного не пройдёт.

Хироми — Я выпил кофе, потом упал и…

Каллен — Что ты там бормочешь?!

Хироми — Постой… Я не знаю кто ты и уж тем более понятия не имею почему я тут. Я ведь даже не знаю…

Каллен — Я так и знал. Ты один из приспешников Аарона. Тогда тебе точно придёт конец.

Хироми — Стой!

Повисшая между ними тишина пугала Хироми. Он ожидал, что сейчас на него обрушится гнев этого чудака в костюме, но ничего не происходило. Возможно Каллен понял, что этот бледнолицый парень в странном одеянии не мог быть одним из приспешников Аарона. Поэтому убрав меч в ножны, он двинулся в сторону своего тёмного уголка.

Хироми — Кто… Кто ты?

Каллен — Тебя это не касается!

Хироми — Послушай… Это какой-то лес? Или… Где мы вообще?

Но Каллен лишь молчал.

Хироми — Почему ты молчишь? Ответь хоть что-нибудь!

Каллен — Хорошо, хорошо, только не кричи. Это и правда лес… доволен?

Хироми — Но как я тут оказался?

Каллен — Послушай меня внимательно! Ты задаёшь вопросы на которые у меня нет ответов, понимаешь?

Хироми встал на ноги, огляделся по сторонам, но не увидел ничего, что напоминало бы ему его родной город — Токио.

Хироми — Прости если оскорбил, я ненароком… Просто понимаешь, я попал в ситуацию из которой мне совершенно ничего не понятно.

Каллен — Ну а я тут причём? Иди куда шёл… Если, что, ты валялся в тех кустах. Не знаю, вдруг это поможет.

Хироми — В кустах? Но, я ведь никуда не шёл, а стоял и пил кофе, вот только потом…

Каллен — Ты заткнёшься когда-нибудь или нет?! Если будешь болтать они услышат тебя. А я долго искал это место.

Хироми — Кто это они?

Каллен — Оболочки… Думаю вести об этом уже давно распространились по всем верхним землям. Или же ты из нижних?

Хироми — Оболочки, верхние… Я вообще-то из Токио. Так что…

Каллен — Токио… значит нижние земли, да? Что же тебя сюда привело?

Хироми — Ох, если бы я знал.

Медленно, но верно луна отступала на задний план, забирая с собой и ночную пелену. Ничего не понимающий Хироми смотрел по сторонам, пытаясь выяснить или вспомнить хоть что-то, что подсказало бы ему об происходящем.

Когда как Каллен сидел в своём тёмном углу этого густого леса и перебирал все возможные и невозможные идеи по спасению положения внутри Олуэндского королевства. Конечно, он осознавал тот факт, что одному ему не справится. Наверное, поэтому он решил в первую очередь спасти тех кто ещё мог остаться в живых, не попав под гнёт войска Аарона. Из-за чего он решил выдвинуться в путь, как только солнце взойдёт над горизонтом.

Хироми — Стой, ты куда?

Каллен — Я же говорил. Тебя это не касается, забыл?

Хироми — Нет, но ты единственный к кому я могу обратиться. Понимаешь, я хочу выбраться отсюда. Мне нужно обратно домой. И я бы очень…

Каллен — Ничем не могу помочь.

Хироми — Я тебя умоляю, чего тебе это стоит! Я ведь…

Каллен — Чёрт, я же просил тебя быть тише…

Проезжающий мимо кустов экипаж, состоял из рыцарей Аарона, что двигались постепенно, разыскивая королевского беглеца. И вот удача подвернулась им в самый последний момент. Услышав речь, они наконец отыскали Каллена и немногословно принялись за удары клинками.

Пыль поднялась в воздух, куски веток летали во все стороны. Хироми отпрыгнул назад за Каллена, который уже был готов защищаться. Вытащив свой клинок он отражал вражеские атаки, однако его сил всё же не хватало для полноценной борьбы с силами Аарона. Поэтому Каллен решил двинуться вглубь лесной чащи. Пытаясь отступит, Каллен отражал удары оболочек. Вот только неожиданный, крепкий заход прямо под дых пришёлся для него тяжёлым испытанием. Каллен упал на колени, однако Хироми помог ему встать. Оттолкнув Хироми назад, он принялся за новую волну атак, но в этот раз что-то было иначе. Неожиданно, меч озарился светом. Ярким светом, что мигом испепелил тела врагов.

Каллен не мог поверить своим глазам. Ровно, как и Хироми, что лежал на траве, облокотившись о трухлявый пень, и наблюдал, как свет, озаряя это место, не оставил от нападающих ничего, кроме пепла.

Каллен — Что… что это было?

Хироми — Ты меня-то спрашиваешь?

Каллен — Что всё это значит… Не может…

Каллен ещё долго бормотал невнятные слова, пока Хироми его не прервал.

Хироми — Может ты объяснишь в конце концов?

Каллен — Слушай, ты ведь не знаешь, кто они, так? В нижних землях наверняка понятия не имеют о событиях, окутавших Оулуэнд. По крайней мере сейчас.

Хироми — Слушай, если тебе легче думать, что я с нижних земель пусть будет так. Главное, что меня сейчас волнует, это происходящее вокруг меня.

Каллен — Хорошо, хорошо, я отвечу тебе на любой из твоих вопросов. Только вот…

Хироми — Только вот что?

Каллен — Да… впрочем не важно, спрашивай что хотел.

В голове у Хироми бушевала самая настоящая буря, не дающая ему покоя. Он хотел узнать всё и сразу, даже не задумываясь о том, почему вдруг этот человек решил ответить на его вопросы. Всё же получив такую возможность, он решил взяться за расспрос.

Хироми — Где мы сейчас?

Каллен — Верхние земли, недалеко от Оулуэндского замка.

Хироми — Ладно… тогда, что я здесь делаю?

Каллен — На это ответить сможешь только ты сам.

Хироми — Что ж… Тогда последний вопрос, кто эти люди?

Каллен — Во-первых, это не люди. Они оболочки.

Хироми — Да, да оболочки, ты уже говорил. Но что это значит?

Каллен — Люди, лишённые души, пустые тела, те у кого нет смысла в этой жизни. Однако и тела у них как такого нет, просто тень, приобретающая форму благодаря доспехам.

Хироми даже не знал что ответить на подобную информацию.

Каллен — Что-то ещё?

Хироми — Почему ты решил, что я от Аарона? И кто это вообще такой?

Каллен — Ты ведь лежал в том же месте, где и я. Мне показалось, что ты пришёл за моим мечом. Тогда, я и подумал, что ты хочешь меня убить. Ну а Аарон… Он, тот кто перевернул мою жизнь с ног на голову, уничтожив реальность, которую я так долго знал. Сейчас я большего не смогу о нём рассказать. Да и нужно ли оно тебе…

Хироми — Я понял… наверное.

Каллен — Если это всё, то я пошёл.

Хироми — А что же делать мне?

Каллен — Послушай… я, без понятия.

Хироми — Может тогда, я могу пойти с тобой?

Каллен — Исключено! Вот только…

Каллен тут же задумался о свечении, которое озарило его меч. Он понимал, что это глупость, но всё же. Возможно, это было благодаря нему. Человеку, что не помнит откуда он пришёл и куда собирался идти.

Каллен — Возможно, ты можешь пойти вместе со мной. Вот только до тех пор, пока я всё не узнаю.

Хироми — Хорошо. Я не против. Вот только что ты собираешься узнать?

Каллен — Я ведь уже говорил тебе, что ты задаёшь слишком много вопросов?

Хироми — Понял, оставлю все свои глупые вопросы на потом.

Утро наступало и в родном городе Хироми. Токио просыпался после долгой ночи, освещенной полной луной. Именно в это мгновение Каллен стал свидетелем чуда — Хироми бесследно исчез. Как бы он не пытался вникнуть в происходящее, он всё же не смог отыскать того кто только что стоял рядом с ним. Всё же времени на размышления у него не было, из-за чего Каллен двинулся в намеченный им путь.

Путь

Очнувшись от шума в помещении, Хироми открыл свои глаза. Всматриваясь в очертания комнаты и присутствующих в ней людей, он не сразу понял, что вернулся в привычный ему мир. Там, где он оказался было очень светло, из-за, чего его глаза не позволяли в полной мере увидеть всего что происходит вокруг. Проморгавшись, Хироми смог разглядеть человека в халате, что бурно обсуждал какую-то тему с двумя поодаль стоящими людьми. Пытаясь подать сигнал о своём пробуждении, еле заметным голосом, Хироми произнёс пару невнятных слов.

Мать Хироми — Доктор! Он, он…

Доктор — Так, спокойно, я вижу.

Доктор поспешил к кровати Хироми, попутно вызывая медсестру. Хироми уже начал подниматься с кровати, однако доктор опередил того с его желанием встать на ноги.

Доктор — Так, давай-ка ты ляжешь обратно, хорошо? Ты как себя чувствуешь?

Хироми — Нормально, вроде как.

Родителей Хироми попросили покинуть палату до момента выяснения состояния пациента. Поэтому скрипя зубами они всё же вышли за дверь, прислонившись поближе с другой стороны.

Доктор — Как зрение? Слух?

Хироми — Да всё в порядке, поверьте. Я вижу вас, родителей, что стоят за дверью и подслушивают. Слышу я тоже нормально, так что всё хорошо.

Доктор — Оптимизм — это безусловно прекрасно, но всё же у вас был приступ. Сердечный приступ. Учитывая ваш возраст, подобное явление не сулит ничего хорошего.

Хироми — Сердечный приступ значит… Я помню только как стоял на кухне делая очередной глоток кофе, а потом всё как в тумане. Точнее мне снился сон, очень яркий и реалистичный.

Доктор — Ничего, это нормальная реакция на подобное состояние. К тому же, лекарственные средства могли усилить этот эффект.

Неподвижная дверь вдруг отворилась, впустив вызванную врачом медсестру. Мигом подскочив к кровати, она принялась за осмотр пациента.

Медсестра — Как же хорошо что вы пришли в себя, мы уж и не надеялись успеть.

Хироми — Правда? Всё было настолько плохо?

Доктор — В твоём случае это было настоящее чудо, ведь такие сюрпризы даром не проходят. Всё же мы успели, а это главное.

Медсестра — Я возьму повторные анализы, а там уж и посмотрим, волноваться или нет.

Доктор — Тогда не буду мешать… Ах, да, как только ты закончишь, сможешь впустить его родителей внутрь, я обещал им увидеться с сыном, хорошо?

Медсестра — Будет сделано.

Доктор — Отлично, тогда потом с результатами ко мне.

Врач покинул палату, оставив Хироми наедине со страшными мыслями об преждевременной смерти. Медсестра в мгновении ока взяла все необходимые анализы, которые только можно было взять лёжа. После чего сообщила тому, что после обеда им придётся проследовать в другой кабинет для того, чтобы сделать ЭКГ. Как только с делами было покончено, медсестра позвала родителей Хироми внутрь.

Мать Хироми — Ну наконец-то нас пустили к собственному сыну! Как ты? Ничего не болит?

Отец Хироми — Погоди ты так сыпать вопросами, не видишь, что он ещё очень слаб.

Мать Хироми — Я ведь переживаю!

Хироми — И вам привет… Думаю, что у меня ничего не болит, но…

Мать Хироми — Что такое? Позвать врача?

Хироми — Нет, нет. Я просто пытаюсь сказать вам, что на удивление всё в порядке. Кроме того, что в мои двадцать с небольшим я получил инфаркт.

Отец Хироми — Насчёт этого, сынок… Понимаешь какое дело…

Хироми — Да, пап я внимательно тебя слушаю.

Отец Хироми — Мы с твоей матерью посчитали, что будет лучше поступить таким образом.

Хироми — Да скажите вы уже наконец.

Мать Хироми — Твой отец, хочет сказать, что мы не стали создавать шумиху вокруг этого инцидента. Из-за столь неприятного случая тебе дали оплачиваемый отпуск до тех пор, пока ты сам не решишь вернуться. К тому же за тобой сохраниться твоё рабочее место. Так что, как только ты…

Хироми — Пожалуйста, давайте не будем о работе, прошу. Мне тяжело сейчас даже говорить. Лучше скажите когда я смогу отправиться домой?

Отец Хироми — Этого мы пока тоже не знаем. Твой лечащий врач пока не называл нам прогнозов по поводу твоей выписки, так что знаем мы ровным счётом ничего.

Хироми — Ясно… Что ж ладно. Тогда я, наверное, посплю если вы не возражаете. Я попрошу позвонить вам если что.

Мать Хироми — Конечно, конечно, тогда мы пойдём, а ты отдыхай.

Попрощавшись с родителями, Хироми попытался заснуть, так как силы, что были у него в момент пробуждения полностью иссякли. Быстро погрузившись в состояние сна, Хироми потерялся в собственных мыслях.

Медленно, но верно он начал чувствовать свет, бьющий в его глаза. После чего тоннель вновь втянул его внутрь. В этот раз главенствовал день из-за чего он смог разглядеть окружающий его мир. Поляны с увядающей травой, готовящейся к зимней спячке, деревья, что сбросили свои листья, и холодный ветер ударяющий ему в лицо резкими порывами со всех сторон. Вместе с тем он увидел того человека, чьё имя ему было всё ещё неизвестно.

Хироми — Эй! Стой!

Каллен сдвинул плащ в сторону, оголив лезвие меча. Резким движением в сторону он чуть ли не лишил, Хироми руки, которой он махал ему, желая, привлечь его внимание.

Хироми — Ты чего творишь?!

Каллен — А, это ты… Ну и почему ты вернулся?

Хироми — Наверное таблетки всё ещё действуют на меня, поэтому я вновь здесь.

Каллен — Это какой-то портал или что-то подобное?

Хироми — Нет, нет… Знаешь, будет очень сложно объяснить тебе, что такое таблетки, так, что давай забудем об этом.

Каллен — Как скажешь.

Хироми — Слушай, мы тут с тобой разговариваем, но я всё ещё не знаю твоего имени.

Тогда-то Каллен представился Хироми.

Хироми — Очень приятно Каллен, меня же зовут Хироми.

Каллен — Странное у тебя имя.

Хироми — Но ведь твоё имя тоже может казаться кому-то странным.

Каллен — Ну да, ну да… Ты чего-то хотел или я могу продолжить свой путь?

Хироми — Я и сам не знаю, хотел ли я или нет. Куда ты кстати сейчас идёшь?

Каллен — На восток, через деревни нашего королевства, говорил ведь.

Хироми — А дальше?

Этот вопрос поставил Каллена в тупик, ведь он и сам этого не знал.

Каллен — Дальше… Наверное, в Айзорию, а там кто его знает.

Встав посреди поля, Хироми как заворожённый смотрел по сторонам, пока не заметил как Каллен уходит вдаль, оставляя того позади. Подбежав к нему, они продолжили свой путь в неизвестном Хироми направлении.

Каллен — Не понимаю, зачем тебе это.

Хироми — Что именно?

Каллен — Зачем ты идёшь за мной по пятам?

Хироми — Просто мне больше некуда идти.

Каллен — Поэтому ты выбрал самый опасный путь и самого преследуемого человека во всех верхних землях?

Хироми — Кстати об этом, почему тебя преследуют? Ты ведь говорил что-то про меч, если мне не изменяет память.

Каллен — Так оно и есть, Аарону он необходим.

Каллен указал Хироми на меч спрятанный у него в плаще.

Каллен — Он хочет заполучить его, а вот зачем я понятия не имею.

Хироми — То есть ему нужен не ты, а этот меч?

Каллен — Думаю тут всё сразу.

Хироми — Ясно… Тогда почему бы не отдать ему его?

Каллен резко остановился, окинув взглядом Хироми, что брёл позади него.

Каллен — Ты бы сначала думал, прежде чем говорить.

Хироми — Прости, не знал что это так важно для тебя.

Каллен — Ты и представить себе не можешь насколько.

Хироми — Ладно, тогда я буду молчать.

Каллен — Отлично.

Они шли молча, бок о бок пока не наткнулись на небольшую деревушку. Разгромленную до последней щепки. Каллен лишь вздохнул при виде некогда знакомых и родных ему видов. Однако видов, что потеряли главное — жизнь.

Хироми — Почему тут всё разрушено?

Каллен — Потому что войска Аарона уже добрались сюда. Так что может быть… Вполне возможно они и до Айзории дойдут такими темпами. Вот только…

Вновь испарившись, Хироми проснулся от того, что кто-то зашёл к нему в палату.

Доктор — Прости, что разбудил, не мог ждать дольше. Несмотря на столь хорошие результаты анализов, я бы хотел за тобой ещё денёк понаблюдать. Всё же у тебя был инфаркт, поэтому тебе придётся восстанавливаться. Я передал всю необходимую информацию твоим родителям. Однако тебе тоже оставлю почитать об предстоящих процедурах. Здесь всё расписано до мелочей. Когда пить, что пить и сколько, так что разберёшься. А если нет, то знаешь где меня искать, верно?

Хироми — Верно. Это, что значит меня выписывают?

Доктор — Как я и говорил, мне бы понаблюдать за тобой ещё день-другой, если ты не против?

Хироми — Я не против.

Доктор — Ну вот и отлично! А сейчас отдыхай, сейчас это для тебя лучшее лекарство.

Хироми — Спасибо вам.

Доктор — Поправляйся.

Опустевшая палата, наполнилась запахом риса, что принесла ему медсестра в качестве восстановительной меры. Хотя Хироми не желал есть, он пообещал себе что вернётся домой как можно быстрее.

Деревня

Прошли сутки, Хироми выписали из больницы направив на домашнее лечение. С радостью и ожиданием покоя тот вернулся в родные ему места. Квартира так и пустовала пока того не было дома. Однако как ему рассказывали его родители, они старательно убирались тут пока он находился в палате.

Голова болела, тело пошатывалось, а общая слабость донимала его из-за дня в день. Однако тот факт, что он вернулся к себе домой облегчало его нескончаемые боли. Всё же постоянные звонки от родственников и посещения родителей являлись для него тем неприятным фактором, что всё ещё присутствовал в его жизни. Ведь зачастую, весь диалог сводился к вопросу о будущем, работе и карьере. Чего Хироми и слушать не желал.

Постепенно, он уходил в себя, возвращаясь в те дни когда мечты ещё жили в его сердце. Всё чаще раздумывая над своим будущем, он понимал, что не хочет тратить свою жизнь на посиделки в душном офисе. Засиживаясь допоздна, а то и вовсе заканчивая свой рабочий день в больнице. Долгое время он шёл на поводу у своих родителей, которые всегда утверждали, что лучше его знают, что ему нужно, а что нет.

Из-за общей слабости, он не мог делать ничего кроме как валятся на кровати и изредка выходить на улицу. Поэтому к нему начали возвращаться те детские мечты, что когда-то витали в его голове. Найдя альбом и карандаши, он начал с малого, вспоминая каково это рисовать на бумаге, а не заполнять на ней отчёты.

После, чего Хироми заказал мольберт с холстами и кисточками для, того, чтобы улучшать свои навыки, оттачивая каждый аспект своих личных творений. Он всё время возвращался в тот мир, что когда-то посетила его душа. Зарисовывая отпечатавшееся ему пейзажи на холсте.

В одну из ночей он снова очутился бок о бок с его новым воображаемым другом — Калленом. В ту ночь он оказался в заброшенной богом деревне. Казалось, люди давным-давно покинули это место. И ничего не говорило о том, что здесь есть хоть одна живая душа.

Вновь появившись из пустоты, Хироми предстал перед Калленом.

Он сидел в тёмной комнате, освещаемой одной единственной свечой. Поглядывая на потолок, он пытался заснуть, однако Хироми не дал его планам сбыться.

Хироми — Вот мы и встретились!

Правда вот, Каллен явно не был рад этой встрече.

Каллен — Скажи мне, зачем ты преследуешь меня?

Хироми — Это я то тебя преследую? По-моему, ты причина моих появлений в этом месте.

Каллен — Ты явно что-то путаешь.

Хироми — Нет, нет, на данный момент, я сплю. И каким-то образом…

Каллен — О чём это ты вообще?! Я ведь не сплю, ты что сумасшедший?!

Хироми — Слушай… я больше не знаю как тебе это объяснить.

Каллен — А ты постарайся, чтобы я…

Стук сапог об скрипучую древесину нарушил их совместную беседу. Ветер на улице бушевал как никогда, открывая полу разбитые ставни на окнах. Каллен аккуратно выглянул на улицу, однако не увидел ровным счётом ничего.

Возвращаясь на место, чья-то огромная рука схватила того за шею, вытащив Каллена на улицу. Хироми не сдвинулся с места, пока в дверь, что казалось, была прочно заперта не ворвались ещё двое неизвестных его глазу существ.

Пока, грохоча доспехами, оболочки выстраивались в ряд, окружая Хироми со всех сторон. Каллен сосредоточенно вёл бой с тенью, которую совершенно не было видно в кромешной темноте.

Лишь редкие проблески света, что ложились на броню этих воинов показывали Каллену место для удара. Всё же, после множества безуспешных попыток попасть по бьющему его из неоткуда воину Аарона, Каллен решил броситься в бега, оставив захватчиков позади себя. Однако все его вещи и тот странный безумец всё ещё оставались в их западне, из-за чего Каллен не смог покинуть поле боя без победы над врагом.

Вернувшись в дом, он увидел ещё троих оболочек, что окружили Хироми.

Каллен — Кидай мне меч, быстрее!

Хироми — Ладно, сейчас…

Пытаясь выручить Каллена, Хироми чуть было не лишился руки. Алая кровь стекающая на пол, заполнила его голову мыслями о реальности происходящего. Боль пронзила Хироми ровно в том месте, где показался порез. Он напрочь забыл обо всём, в том числе и об Каллене, что решил взять инициативу в собственные руки.

Вбежав внутрь кольца из оболочек, он оказался возле потерянного от кровопотери Хироми.

Каллен выхватил меч из его дрожащих рук, осветив тем самым кромешную темноту ярким пламенем его лезвия. Свет охватил этот дом, вдохнув в него новую жизнь. Каллен почувствовал силу проходящую сквозь его руки, что явно насторожило стоящих рядом с ним оболочек.

В тот час он спохватился, отразив натиск со стороны врага. Меч прорубил одну оболочку за другой не оставив им и шанса на побег.

После того как пал последний доспех, Каллен уселся обратно на своё место, обратившись к Хироми с небольшой просьбой.

Каллен — Хватит паниковать, у тебя обычный порез на руке. Чем смотреть на рану, лучше бы её перевязал. Ты вообще меня слышишь?

Хироми — Но почему? Это ведь сон, так? Я ведь не могу чувствовать боль во сне.

Каллен — Сон, сон, что ты заладил то? Ведь я уже говорил тебе, что всё это действительно происходит, независимо от того, находишься ты здесь или нет

Хироми — Но как такое возможно?

Каллен — Не знаю. Я многого не знаю… Так что может это тебя огорчит, но всё же могу сказать, что мой мир реален. В этом то я уверен на все сто.

Хироми — Так значит твои родители действительно мертвы? А ты пытаешься сбежать от Аарона?

Каллен пронзил того взглядом.

Хироми — Чего ты так смотришь на меня?

Каллен — Ты задаёшь неприятные мне вопросы. Я не хочу говорить об этом.

Хироми — Но как же мне тогда узнать о…

Погрузившись в глубокий сон, Каллен так и не узнал, о чём хотел сказать ему Хироми. Посидев ещё немного, Хироми задумался об произошедшем за неимением какого бы то ни было ответа на этот вопрос.

Когда наступило утро, квартиру заволокло ярким светом, что пробудил Хироми от столь странного сна. Ничего не ожидая, он встал и проследовал на кухню, где обнаружил ещё один сюрприз.

Мать Хироми — Доброе утро!

Хироми — Мам? Что ты тут делаешь?

Мать Хироми — Знаю, знаю. Это твоя квартира, но мне пришлось сделать себе ключ пока ты был в больнице.

Хироми — Но ведь больше я не в больнице. Тогда, что ты тут делаешь?

Мать Хироми — Уже пора завтракать. Вот я и приехала к тебе, чтобы ты не остался голодным.

Хироми — Ладно, поставь на стол, я потом съем. А сейчас мне…

Мать Хироми — Послушай, я знаю, что ты злишься из-за этих разговоров, но…

Хироми — Нет. Я не вернусь туда. Даже не начинай.

Мать Хироми — Тогда на что ты будешь жить?

Хироми — Не знаю, но одно могу сказать точно — наконец-то я чувствую себя счастливым.

Мать Хироми — Однако счастьем сыт не будешь и уж тем более твоими картинами, что ты так яростно начал создавать.

Хироми — Думаю тебе пора, мам.

Мать Хироми — Мы с твоим отцом переживаем за тебя.

Хироми — Знаю…

Мать Хироми — Ты ведь знаешь что мы желаем тебе только лучшего.

Хироми — Я всегда это знал.

Мать Хироми — Хорошо, я понимаю, тебе нужно время.

Дверь захлопнулась, Хироми лёг обратно на кровать переживая ночные события. Рана на его руке всё ещё горела ярким пламенем, хотя и не была видна на его теле. Он немного поел, принявшись за работу над новым полотном. В его голове стояла картина. Неизвестные, странные существа в полумраке, отражающийся свет от свечи на их начищенных до блеска доспехах, и страх что не даёт ему сдвинутся с места.

Возвращаясь к порезу на руке, он всё больше и больше задумывался над действительностью происходящего. Убеждаясь в том, что он видит не сон, а настоящий и живой мир, неподвластный никому кроме тех, кто живёт в нём. Именно с этими мыслями и приятной усталостью от проделанной им работы, он вваливался в сон в надежде на новую встречу с этим удивительным миром.

Каллен — Ты долго ещё будешь валяться?

Хироми — Всё же я не перестану удивляться этому.

Каллен — Давай уже покончим с этим раз и навсегда. Это не…

Хироми — Знаю, знаю, это не сон. Днём я многое обдумывал, но так и не мог прийти к каким-либо выводам. Так что я оставлю эти мысли до тех пор, пока не пойму, как устроен твой мир.

Каллен — Я тоже кое-что понял. Ты всё же не из нижних и уж тем более не из верхних земель.

Хироми — Да. Я прибываю сюда из мира, где технологический прогресс шагнул гораздо дальше изготовления мечей, повозок и замков.

Каллен — Честно говоря… я даже представить себе этого не могу.

Хироми — Не веришь?

Каллен — Да что ты, конечно, верю, просто… сложно поверить в то, чего не видел собственными глазами.

Хироми — И всё же многие так делают.

Проснувшись в привычном ему пространстве, Хироми долго глядел на потолок, размышляя над дальнейшими действиями. Он уже ясно видел свою цель, понимал, что хочет заниматься именно этим и больше ничем. Поэтому с новыми силами он вернулся к своей грандиозной картине, дорисовывая шрам полученный в этом причудливом месте.

С тех пор как он покинул больницу прошло более недели. За эту неделю произошло большое количество событий, но главным стала маленькая и независимая выставка в районе Сибуя. Район, что прежде всего известен своей ночной жизнью.

Хироми чудом удалось втиснуть свои немногочисленные работы написанные за тот период, что он провёл дома. Однако же, теперь перед ним встала куда большая проблема.

Засовывая палки ему в колёса, родители Хироми пытались вразумить своего сына. Но Хироми окончательно решил уволиться, навсегда вычеркнув столь неприятные для него воспоминания из своей головы.

Из-за всех этих споров он и позабыл каково это просто общаться. Поэтому он решил сделать первый шаг по примирению, отправив своим родителям пригласительные на выставку.

После хорошей прогулки по ботаническому саду Коисикавы, что находился прямо возле его дома, Хироми впал в очередной сон. Очнувшись возле Каллена, что ещё казалось, дремал, оперевшись на спинку стула. Хироми решил выйти наружу, посмотреть на просторы и почувствовать ветер, шагающий между опустошённых домов.

Заворожённый, Хироми и не заметил как Каллен подкрался к нему изо спины.

Каллен — Что, нравится?

Хироми — Ещё бы… такие луга не встретишь в городах. Хотя я и живу возле большого ботанического сада. Это место кажется мне более естественным и живым.

Каллен — Точно… Слушай, не хочу прерывать твои мысли, но всё же мне нужно кое-что у тебя спросить.

Хироми — Что угодно.

Каллен — Когда ты оказываешься рядом с мечом, начинается странное свечение которого до этого попросту не было. Поэтому я хочу знать. Как ты это делаешь?

Хироми — Но я ничего не делаю, правда. Мне казалось, что этим управляешь ты.

Каллен — Ну а я в свою очередь подозревал тебя.

Неловкое молчание установилось между ними. Хироми всё также восхищался просторами, что открывались его взору. Каллен же оглядывался назад, посматривая на меч подарены ему его же отцом. Он не имел понятия о том, зачем Аарон ищет его. На что способен этот кусок металла? И зачем было уничтожать его семью и народ? Поэтому ему приходилось задавать себе вопросы в надежде однажды найти ответы на них.

Каллен — Ты ведь не против пойти со мной?

Хироми — А разве у меня есть выбор? Каждый раз я просыпаюсь возле тебя, так что думаю мы как-то связаны.

Каллен — Возможно ты прав…

Хироми — Уверен, что я не буду тебе мешать?

Каллен — Будешь. Но есть возможность, что именно ты ключ к моим ответам. И что бы узнать правду нам нужно дойти до Айзории.

С того момента, они нашли свою цель к которой их неминуемо толкала судьба. Каллен, ровно, как и Хироми, пытался отыскать ответы на мучающие его вопросы. Объединившись, они надеются помочь друг другу в поисках истины. Истины, что скрывается за высокими стенами Айзории.

Время около двенадцати вечера, пятница, район Сибуя. Хироми уже выставил свои работы на стенд, который был выделен лично ему. Ожидая увидеть там небольшое помещение, и такое же количество людей, он удивился тому, что в зале галереи было около пятидесяти художников. Все эти художники принесли с собой по две, три картины заполонив тем самым всё видимое пространство. Пообщавшись с большинством ребят, он многое узнал и почерпнул для себя. Ему было невероятно хорошо в компании таких же молодых художников, как и он сам. Кто-то приезжал ради этого в Токио из отдалённых регионов Японии, а кто-то, как и Хироми жили в этом городе с самого рождения.

Людей было много, кто-то останавливался подольше, кто-то лишь заглядывал краем глаза, но Хироми знал, что каждый с чего-то начинает. Поэтому он был рад пообщаться с каждым кто хотел узнать о его картинах больше. Именно в такой момент, когда толпа нетрезвых студентов, расспрашивала Хироми о его интересном подходе и необычном видении, он увидел во всей этой толпе своих родителей, что всё же решили прийти и поддержать его в столь значимый для него момент.

Хироми — Вы всё же пришли! Я и не думал, что вам будет это интересно.

Мать Хироми — Твой отец настоял на этом, но, а я всегда за то, чтобы повидаться с собственным сыном.

Хироми — Прости меня за тот раз, я вспылил.

Мать Хироми — Ничего, я не держу на тебя зла.

Отец Хироми — Ну раз все всё выяснили, мы пойдём посмотрим на выставленные тут работы.

Хироми — Да, конечно, развлекайтесь.

Двинувшись дальше по залу, родители Хироми разглядывали картины других участников выставки. Всё больше и больше теряясь в толпе проходящих мимо горожан.

Айзория

По окончании мероприятия, Хироми поехал домой и сразу же принялся за новую работу. Ведь эта выставка принесла ему большой заряд мотивации, желания достичь цели к которой он так долго пытался прийти. И хотя он не спал всю ночь, работа двигалась полным ходом. До тех пор, пока не позвонил его телефон.

Хироми — Привет, пап.

Отец Хироми — Привет, как ты себя чувствуешь после вчерашней выставки?

Хироми — Просто замечательно! Я даже глаз сомкнуть не смог, и как только вернулся домой, начал писать новую картину.

Отец Хироми — Ты бы поберёг сил, всё же у тебя был не шуточный диагноз. Да и к тому же рано или поздно тебе придётся пойти на работу. Поэтому лучше быть отдохнувшим.

Энтузиазм Хироми немного по угас, из-за чего его отец на какое-то мгновение посчитал, что связь прервалась.

Хироми — Ясно… Значит всё по старому? Вы так ничего и не поняли?

Отец Хироми — Мы с твоей матерью прекрасно понимаем твои чувства, однако творчество не оплатит твои потребности. Ты ведь сам это знаешь.

Хироми — Ладно… спасибо, что позвонил, пап, но… мне, мне уже пора.

Отец Хироми — Я… ладно, береги себя, сынок.

Хироми положил телефон в ящик тумбочки, окончательно обессилев. Вернувшись к своему рабочему месту, он всё никак не мог выбросить слова услышанные от своего отца. Подумав, что продолжать работу над новой картиной без должного отдыха будет каторгой, Хироми решил вернуться к Каллену.

Айзория предстала перед Калленом во всей красе, открывая вид на массивные стены, уходящие казалось бы аж до небес. Зелёные луга, украшенные небольшим количеством снега, и порывистый ветер, что сносил его с ног, только усиливали его уверенность в себе. Замок находился высоко, около горных хребтов. Поэтому, чтобы добраться туда, Каллену пришлось взбираться на усеянный елями и соснами холм. Продираясь по извилистой дорожке мимо обворожительных лесов, он наконец достиг массивной двери. Столь огромной и тяжёлой, что казалось, её вовсе невозможно сдвинуть с места.

Эта дверь вела внутрь Айзории. К дороге, способной приблизить Каллена к его первостепенной цели — разговору с давним другом и партнёром его отца, королём Лоурэлом третьим. Всё же преграды никогда не оставляют его в покое, мешая тому на пути к небесам.

Каллен посмотрел наверх, увидев, что чья-то еле заметная фигура остановилась на краю башни. Свесившись вниз, он наблюдал за Калленом, пристально всматриваясь в каждое его действие.

Каллен — Эй, ты там наверху! Помоги мне!

— Чего тебе нужно?

Каллен — Я из павшего Олуэнда, наследник трона — Каллен.

— Ах, да, Каллен… Я ведь тебя знаю, но не пойму почему я должен помогать трусливому дезертиру, который бросил свой народ в беде!

Каллен — Что? Дезертиру?! Мой отец, он приказал мне бежать во что бы то ни стало! А ты… ты… за стенами ведь все смелые, да?!

Атмосфера накалялась. Каллен посматривал наверх, попутно прислушиваясь к звукам тетивы, что доносились от вставших по команде этого человека в боевую стойку воинов. Однако время шло, и ничего не предвещало беды, до того момента, как голос сверху вновь обратился к нему.

— Сразись со мной! Тогда и поговорим.

Каллен — Зачем? Тебе что, заняться больше нечем? Я же прошу у вас помощи, а не смерти. С таким же успехом я мог оставаться в Олуэнде, если бы хотел пустить кровь из своего тела.

— Тогда и говорить больше не о чем! У тебя есть минута до тех пор, пока я не снёс тебе твою наглую голову!

Каллен — Ладно, я ухожу… Надеюсь на твоё обещание — одна минута у меня есть.

В то же самое время, Хироми благополучно достиг своей цели, увидев Каллена, спускавшегося со склона. Но тогда не это удивило его, а то, что находилось прямо перед ним — вид на ворота Айзории. Дополненный недоумевающим лицом человека, который мигом спустился вниз по канату, встав вплотную перед Хироми.

Хироми — Вам… что-то нужно?

Каллен мигом услышал знакомый ему голос. Резко обернувшись, он обнаружил Хироми, стоящего перед той загадочной фигурой, что только недавно возвышалась над его головой. Подбежав ближе, он хотел было вытащить меч, но вспомнил, что наверху его ждёт армия лучников, желающих попрактиковаться в стрельбе.

Хироми — Каллен, это твой друг? Или…

Каллен — Да ни за что! Он не хочет пускать меня внутрь, когда я так в этом нуждаюсь. Какой же он после этого друг?!

Хироми — Тогда, кто это? Точнее, что ему нужно?

От лишней болтовни у Веренкеля заболели уши, отчего он позволил себе немного покричать.

Веренкель — Да заткнитесь вы уже! Лучше скажите, что тут только что произошло?! Откуда он взялся?

Каллен — Ладно… не надо на нас повышать голос. И вообще, с кем собственно мы имеем дело?

Когда Вернкель представился, он настоял на том, чтобы они всё ему объяснили.

Каллен — Ох, тебе этого явно не понять.

Веренкель — Неужели? Думаешь я глупее тебя?

Каллен — Тут и думать то нечего.

Веренкель — Хорошо, с тобой мы ещё поговорим, но пока что… Ты?! Да ты, рассказывай как ты тут появился!

Хироми — Это… ну… сложновато объяснить. Да и я сам-то не особо… Погодите, я ведь не сделал ничего плохого.

Веренкель — А, что это у тебя на лице?

Каллен — И правда, что это? Я всё время забываю тебя спросить.

Хироми ощупал своё лицо в поисках интересующего их предмета. Понимая то, что они могут иметь в виду очки, он позволил им их примерить.

Хироми — Это обычные очки… тут нечего боятся. Они нужны мне чтобы лучше видеть.

Такой предмет, как очки, очень вовремя появился в руках Веренкеля. Учитывая, что их король был слабовидящим из-за немалого возраста, Веренкель задумал отдать это устройство в обмен на почёт и лучшие земельные условия.

Веренкель — Итак, господа, как я уже упомянул — меня зовут Веренкель, верховный страж, главнокомандующий армией Айзории и просто очень хороший человек.

Веренкель махнул рукой, уведомив своих подчинённых о прибытии важных гостей. Двери с большим скрипом отворились, обдав Хироми и Каллена остуженным ветром. После этого им позволили войти внутрь и даже пообещали отвезти их к королю на приём.

Хироми — С чего бы это вдруг он решил тебя запустить?

Каллен — Во-первых, нас, а во-вторых не знаю. Мне казалось он против этого, но…

Веренкель — Эй вы, там, о чём шепчетесь? Ворота ждать не будут, заходите быстрее!

Они вошли внутрь, на новую для них территорию. Сам город был ещё далеко, но вот придворные деревушки и маленькие поселения, раскинулись перед ними во всей их красе. Находясь на приличной высоте, они ощущали холодный горный воздух, настолько чистый и свежий, что каждый, кто когда-либо бывал тут, в первую очередь вспоминают его.

Хироми — Так это и есть Айзория?

Каллен — Именно. Красиво тут, правда?

Хироми — Ещё бы… Я никогда не был в подобных местах.

Каллен — Разве в твоих родных краях нет ничего подобного?

Хироми — Возможно и есть. Даже наверняка есть, но я там никогда не был.

Каллен — Чем же ты занимаешься, раз у тебя нет времени на путешествия по миру?

Хироми — Работаю… Точнее работал. Теперь вот уже начал путешествовать, хоть и не стандартным для многих образом.

Каллен — Наверное, я могу тебя понять, хотя и не представляю, что ты имеешь в виду под своей работой. Ведь я, как человек из знатного рода, также всё время был занят делами.

Хироми — Оно и понятно, ты ведь должен был стать наследником трона, сразу после своего отца. Конечно, у тебя будут заботы.

Каллен — Нет… не совсем так. Я должен был стать наследником, только вот после своего брата. Всё же у него более подходящий для этого возраст. Был… Теперь же, мой титул волнует меня в последнюю очередь.

Хироми хотел что-то сказать, но не смог подобрать правильных слов.

Каллен — Не стоит грустить, Хироми, тем более, что к этому ты не имеешь никакого отношения.

Во время разговора они даже не заметили, как быстро дошли до первого населённого пункта. В конце вытоптанной дорожки их ждал чудесный вид на луга, усеянные домами и людьми. Веренкель попросил подождать их снаружи, зайдя в небольшой дом, из которого тут же раздался его звонкий голос.

Веренкель — Коня нам и побыстрее, король ждать не будет!

Выйдя оттуда с кучером, Веренкель попросил их ещё немного подождать.

Каллен — Значит нас сейчас повезут к королю? Так сразу?

Веренкель — А что, ты предпочитаешь остаться здесь? Или же идти пешком?

Каллен — Нет, нет, я ведь просто спрашиваю.

В это время карета уже была запряжена, надвигаясь к ожидающим Хироми и Каллену. Достаточно большая и комфортная, чтобы подняться к его величеству, заодно отдохнув от долгой и монотонной ходьбы. Недолго простояв, все заползли внутрь, усевшись на мягкие и удобные сидения. Затем карета двинулась вперёд, постепенно набирая обороты.

Хироми — Послушайте Веренкель, король вообще знает, что мы едем к нему?

Веренкель — Конечно, я уже всех предупредил.

Каллен — И вот это тревожит меня больше всего.

Веренкель — Это ещё почему?

Каллен — Ты ведь явно не делаешь это по доброй воле. Я думаю у тебя есть скрытые мотивы. Иначе ты бы впустил меня сразу, после того как я тебя попросил.

Веренкель — Что ж, браво… ты меня раскусил. Вот только помни одно, Каллен. В этом мире ничего не делается просто так. Каждый хочет получить взамен что-то равнозначное.

Каллен — Равнозначное, значит… Всё равно не пойму, чего именно ты хочешь заполучить от меня. Того, кто не обладает ничем, кроме этих лохмотьев, явно не может заинтересовать такого как ты.

Веренкель — Как знать, Каллен, как знать. Но что ты всё о себе да о себе, лучше представь мне своего спутника как следует.

Каллен — Это мой новый приятель…

Хироми — Не стоит, я сам. Меня зовут Хироми, приятно познакомиться.

Произнося всё с такой серьёзностью на лице, Хироми не ожидал столь яркой реакции в виде смеха.

Веренкель — Ой, прости, прости. Просто… странное имя, знаешь ли.

Хироми — Могу сказать то же самое и о вас.

После этих слов Веренкель вновь разразился оглушающим смехом, сотрясая карету, которая уже была на подходе к столице. Скорость здешних повозок удивила Хироми, ведь даже не все автомобили способны на подобное в этих условиях.

Веренкель — Мы уже подъезжаем, приготовьтесь, господа.

Громадный замок Айзории находится на вершине горных хребтов Эума. Горы, которые создают большую стену по всему периметру Айзории, защищают её жителей от непредвиденных обстоятельств. Покрытые снегом и льдом, они не несут ничего, кроме холода, в дома поселенцев, зато гарантируют безопасность каждому из них. В мире не существует слов и эпитетов, способных описать ту величественность и могущественность, с которой замок нависает над головами горожан, создавая большую и устрашающую форму ока, наблюдающего за жителями Айзории.

Тропа, по которой они ехали, вдруг открыла им вид на дома разных форм и размеров. Внутри которых проживали люди самых разных сословий. От швей, способных залатать любую пробоину в одежде, до лавочников, желающих продать весь свой товар блуждающему путнику.

Хироми — Вы хотите сказать, что это замок?

Веренкель — Ну а что же это ещё по твоему?

Хироми — Это… Такое ощущение, что вместе срослись несколько громадных строений, образовав единый силуэт.

Каллен — Я, конечно, не могу знать наверняка, но как минимум в верхних землях это точно самый большой замок. Так ведь, Веренкель?

Веренкель — Абсолютно так. Он служит нам верой и правдой вот уже как три сотни лет. Постоянно дополняясь и расширяясь.

Карета остановилась на площади. Очень шумной и забитой людьми, которые торговались с местными продавцами столь редких и дорогих для здешних краёв овощей и фруктов. Когда им разрешили выйти наружу, они поняли, что долго в таком одеянии явно не протянут. Хироми был в обычной рубашке и штанах, когда как Каллен был облачён в лохмотья, что ещё чудом держались на его исхудавшем теле.

Веренкель — Выходите, господа! У вас есть целый час, чтобы осмотреться тут. Поесть, отдохнуть… В общем сделать всё необходимое. После чего я приду за вами и отведу к королю.

Хироми — Слушай, Каллен, не знаю как ты, но у меня сейчас руки отвалятся от холода. Давай побыстрее зайдём куда-нибудь погреться!

Каллен — Ты как никогда прав. Веренкель, где тут можно поесть и отогреться?

Веренкель — Минуту господа… Эйдал, подойди сюда! Ты сможешь показать им — таверну.

Эйдал — Да, сэр! Пройдёмте за мной.

Выйдя за пределы шумной площади, они погрузились в не менее шумную толпу, проходящую по одной из центральных улиц столицы. Небольшие тротуары не давали спокойно пройти, ни с кем при этом не столкнувшись. Тем не менее, их привели в одну из лучших и дорогих таверн. Внутри было тепло и уютно, но главное, там была еда, запах которой очень сильно ударил Каллену в нос.

Каллен — Боже, неужто это правда?

Эйдал — Конечно, сэр. Располагайтесь, а я принесу вам чего-нибудь съестного.

Усевшись за большой, круглый стол прямо возле камина, Каллен смог наконец почувствовать себя в безопасности, хотя бы на какое-то время.

Каллен — Нам явно понадобится одежда, что скажешь?

Хироми — Определённо. Только вот денег то у меня нет.

Каллен — Да и у меня их тоже не осталось…

Хироми — И как же мы тогда собираемся платить за этот приём?

Каллен — Думаю я смогу что-нибудь придумать, но пока что, я чересчур голоден.

Хироми — Могу представить…

Каллен — Слушай, не расскажешь мне про свой мир пока мы тут ждём наших блюд? Каков он?

Хироми — Ну… с чего бы мне начать.

Каллен — Не важно, главное не молчи.

Хироми — В основном люди живут в больших мегаполисах, огромных, уходящих вверх домах. У нас есть транспортные средства, которые не требуют лошадей. Устройства позволяющие нам общаться друг с другом находясь при этом на большом расстоянии. Вместо свечей у нас используются лампы, что дают нам свет в любое время суток. И… у нас огромное количество развлечений, игры, фильмы и прочее такое. Искусственный интеллект, который всяческий помогает нам, но при этом пытается вытеснить нас. Да и много чего ещё…

Каллен — Я конечно ничего не понял, но звучит весело. Судя по всему вы уже на порядок развитее нас. От того и страннее, что ты с такой неохотой рассказываешь мне про свой родной дом. Это ведь так интересно.

Хироми — Просто… Знаешь, я наверное…

Однако Эйдал пришёл гораздо быстрее, умозаключений Хироми.

Эйдал — Итак, я заказал вам от всего по чуть-чуть, стоит только немного потерпеть пока эти блюда приготовят. Так что не буду мешать, наслаждайтесь!

Каллен — Стой!

Эйдал — Да, да?

Каллен — Тут такое дело… У нас нет денег, вообще.

Эйдал — На этот счёт можете даже не переживать. Вы ведь гости короля.

Каллен — То есть всё бесплатно? И с нас не потребуют оплаты?

Эйдал — Нисколько! А теперь если позволите я должен идти.

Каллен — Конечно, спасибо!

Когда Эйдал покинул таверну, к их столу поднесли тарелки заполненные различными блюдами с большим количеством мяса и жира.

Хироми — Как ты думаешь будет ли что-то если я поем во сне?

Каллен — А ведь действительно, я об этом раньше и не задумывался.

Хироми поначалу не решался на данную авантюру, но всё же мясо с овощами приковывало его взгляд. Запах так и манил его попробовать блюдо, но он лишь смотрел на тарелку, проваливаясь в свои мысли.

Каллен — Пробуй давай! А то ничего не останется.

Хироми — Знаешь я бы с удовольствием, но что-то не могу решиться.

Каллен — Как хочешь…

Каллен уплетал за обе щеки, сметая одну тарелку за другой. До тех пор, пока на улице совсем не стемнело, Каллен наслаждался каждым новым вкусом, что окружал его со всех сторон. Только после последней оставшейся крошки он встал из-за стола и двинулся на улицу, надеясь найти что-нибудь, что согреет не только его желудок, но и тело.

Проходя мимо торговых рядов, они невольно попали в центр торговли. Подойдя к одной из лавок с одеждой, они быстро накинули всё, что могли, чтобы хоть как-то остановить чувство холода. Но это было не последним подарком от короля, ведь ослепляющая радость мигом появилась на лице Каллена, из-за чего тот закричал на весь рынок от изумления.

Каллен — Смотри что я нашёл!

Хироми — Это же обычный плащ, чему ты так радуешься?

Каллен — Обычный?! Он сделан из чешуи дракона, толстой и прочной как сталь.

Хироми — Я не ослышался? Дракона?

Каллен — Ну да, такие большие крылатые змеи… У вас разве такого нет?

Хироми — Конечно же нет! Для нас драконы всего лишь миф, легенда, не более того.

Каллен — Что ж, тогда у тебя есть возможность прикоснуться к легенде, если конечно они ещё не вымерли. Я к тому, что, возможно, мы ещё увидим кого-нибудь, не только в виде плаща.

Хироми потрогал шершавую поверхность плаща, состоящую из толстой чешуи некогда жившего на этих землях дракона. Его голову вновь захлестнули мысли о действительности этого мира, не оставляя ему и капли сомнения в происходящем вокруг. Ведь боль, голод и мороз этих мест, как ничто иное, доказывали реальность всего, что его окружает. И всё же он спит, находясь где-то вдалеке от собственного дома, что не может не вызывать у него вопросов.

Каллен — Ты чего застыл? Что-то не так?

Хироми — Нет, всё в порядке, я просто задумался. Не бери в голову.

Каллен — Точно? А то…

Хироми — Точно, поверь.

Каллен — Тогда я беру этот плащ и можем направляться к королю?

Хироми — Да, только для начала объясни хозяйке этой лавки, что к чему, а то она как-то косо на нас смотрит.

Каллен — Ты прав. Ещё подумают, что мы воры.

Каллен рассказал о своём положении, объяснив хозяйке, что король берёт всю оплату на себя. Всё же, по-видимому, её это не то чтобы сильно устроило, ведь она ещё долго прожигала их собственными глазами.

Каллен — Думаю мы задержались больше, чем на час. Поэтому надеюсь он не уехал без нас.

Хироми — Не думаю, что это возможно. Ты ведь сам говорил, что ему что-то от тебя нужно, поэтому…

Каллен — Ну а тебе разве не кажется это странным? С чего вдруг он впустил меня внутрь? Не удивлюсь, если в конце окажется, что я ему должен или чего похуже.

Хироми — Разве может быть что-то хуже долгов?

Каллен — И то верно.

Тут как тут перед ними встал Эйдал, переминаясь с ноги на ногу от усилившегося за последний час холода.

Эйдал — Как вы тут? Город понравился?

Хироми — Да, хотя мы многого ещё не успели увидеть, но из того, что удалось, я могу сказать, что доволен.

Эйдал — Отлично! Не хотел вас прерывать, но вас уже ожидают у ворот.

Каллен — Конечно, конечно, мы туда и направлялись.

Эйдал — Тогда удачного приёма вам, ребят!

Наконец, окончив свой поход по магазинам, Хироми и Каллен вернулись на площадь, с которой всё и началось. Оттуда им пришлось пробираться сквозь толпу к воротам, у которых уже стояла готовая повозка. Когда толпа отступила, они обнаружили Веренкеля, нервно поглядывавшего по сторонам в ожидании блуждающих туристов.

Веренкель — Ну наконец–то! Его величество уже ждёт вас! Пройдёмте в повозку.

Каллен — Извини, мы немного задержались

Веренкель — Ничего, надеюсь вам всё понравилось.

Каллен — Ну… Из того что мы успели увидеть, да.

Веренкель — Тогда в путь!

Залезая внутрь кареты, Каллен ожидал скорейшего приёма у короля. Ему не терпелось рассказать об возможной угрозе со стороны Аарона.

За окном начало темнеть, бушуя, ветер раздувал крошечные льдинки, и начавшийся снег по округе. Мороз крепчал, заставляя людей уходить с шумных улиц и прятаться внутри своих жилищ. От затопленных брёвнами печей в воздухе ощущался лёгкий привкус горелой древесины, что своим густым дымом опоясывал крыши домов. Поднимаясь в быстром темпе, они вскоре оказались у не менее высоких ворот самого замка. Когда могучие двери отворились, впустив на улицу тепло тысячи каминов, Каллену открылись воспоминания о тех временах, когда отец брал его на приёмы в Айзорию. Покинув повозку, Веренкель подтолкнул Хироми и Каллена, что встали на пороге, всматриваясь в окружающие их пейзажи.

Зайдя внутрь двора, их встретили подчинённые Веренкеля, что нашептали ему некую информацию на ухо. После этого они, наконец, оказались внутри самого замка, где было так тепло, что лица Хироми и Каллена мигом приобрели багровый оттенок. Богатый, но при этом не вычурный декор обладал своим неописуемым шармом. Плотно обставленные мебелью залы утопали в море света, отражаясь от начисто вычищенного мраморного пола.

Каллен пытался сдержать свои слёзы, но всё же эмоции брали над ним вверх. Его одолевали кошмары как наяву, так и во сне. Лица братьев, отца, матери и сестры являлись ему в самых страшных формах и образах. Звуки сопровождали его на каждом шагу, не позволяя тому отречься от преследования минувших дней. Присутствие здесь и сейчас было для Каллена спасением, но в то же время и угрозой для его рассудка.

Но вот он идёт, шаг за шагом, поднимаясь всё выше и выше. Наконец, достигая королевства, которое находится под самими небесами, скрываясь от глаз любопытных странствующих путников. Каллен добрался до короля, упав перед ним, на одно колено.

Веренкель — Ваше величество — гости прибыли!

Каллен — Ваше величество, для меня большая честь, вновь увидится с вами!

Король сразу же узнал этот голос. Голос юноши, что ещё недавно приходил сюда со своей семьей.

Король Лоурэл III — Ох, неужто это ты мой мальчик? Слышу твой голос совсем возмужал.

Каллен — Это я ваше величество, Каллен. И…

Король Лоурэл III — Подойди-ка поближе, я совсем тебя не вижу.

Каллен подошёл ближе к трону короля, озираясь на готовых убить его в любой момент, стражей. Вновь преклонившись перед королём, он ожидал его ответа.

Каллен — Ваше величество, для меня честь находится в одном зале с вами. И я бы хотел…

Король Лоурэл III — Перестань, Каллен, вставай. Ты ведь не чужой для меня человек.

Каллен — Конечно, ваше величество.

Король Лоурэл III — Как ты себя чувствуешь? До меня уже дошли эти ужасные слухи.

Каллен — Не буду лгать, я не в том состоянии, что прежде. Но и отчаиваться ещё рано.

Король Лоурэл III — Мне ужасно жаль, мой мальчик. Я не смог среагировать достаточно быстро, чтобы предотвратить эту катастрофу.

Каллен — Не стоит. Это уж явно не ваша вина.

Веренкель решил прервать разговор, представив королю тихо стоящего в стороне Хироми. Поначалу тот не хотел встревать в их с Калленом разговор, но всё же, оказавшись посередине зала, ему пришлось открыть свой рот.

Хироми — Ваше величество, меня зовут Хироми. Я…

Сердце Хироми отплясывало дьявольский танец, заставляя того усомниться в собственном здравии. Он не ожидал, что его сон может зайти так далеко. Обливаясь потом, он чувствовал, как пульсирует его голова, которая казалась вот-вот разорвётся на части. Король же не сразу понял, что кто-то говорит. Лишь немного наклонив голову, он осмотрел человека, стоящего позади Каллена. Его глаза не позволяли увидеть ему всех деталей. Лишь тёмное пятно, размытое временем, виднелось ему затуманенным взором. Веренкель потянулся за очками Хироми, но тот отскочил от него, заприметив неладное.

Веренкель — Отдай устройство Хироми!

Хироми — Вы наверное не понимаете, без них я не способен видеть.

Веренкель — Хироми… Моя задача вернуть королю зрение, раз подвернулась такая возможность. Так что отдавай по-хорошему.

Стражи тут же напряглись взявшись за клинки обеими руками.

Веренкель — Отставить! Это всего лишь часть представления. Сейчас всё будет как надо.

Король Лоурэл III — Тогда может ты объяснишь в чём его суть.

Для этого Веренкель всё же смог снять очки с Хироми, предоставив их королю.

Король Лоурэл III — И что же это?

Веренкель — Чудо устройство. Оно позволит вам видеть.

Пока Веренкель рекламировал королю новый продукт, Хироми пытался выяснить в чём секрет его чудесного излечения. Почему-то слепота оставила его измученные глаза в этом мире, вернув ему весь спектр красок. Вот только как такое возможно, ответить он себе не сумел.

Король Лоурэл III — Что мне нужно сделать?

Веренкель — Что ему нужно сделать? Покажи королю!

Хироми — Просто закрепить на носу и ушах, так, чтобы…

Вернкель — Ага! Спасибо… дальше я сам.

С помощью Веренкеля Король обрёл зрение. Конечно, его левый глаз всё также видел сплошные пятна и мутные разводы, но всё же его правый глаз смог вновь ощутить мир в его первозданном виде. Лица Каллена, Веренкеля и стражей вновь озарили его голову, пробивая на яркие воспоминания о прошлом.

Король Лоурэл III — Этого не может быть!

Веренкель — Всё ли в порядке?

Король Лоурэл III — В порядке?! Да это ведь чудо! Я снова вижу ваши лица.

Каллен обернулся к Хироми с улыбкой на лице.

Каллен — Прости что всё так вышло. Как же ты теперь будешь ориентироваться в этом мире без своего устройства?

Хироми — Я не знаю как… Но, по-моему, мне они больше не нужны.

Каллен — Что ты имеешь в виду?

Хироми — Я и сам не понимаю как, но я вижу. Вижу и без них!

Опираясь руками, король встал на ноги. Тяжёлые шаги обдали эти стены звуком приближающегося монарха. Вновь преклонившись, Хироми и Каллен опустили свои головы, упершись взглядом в мраморный пол.

Король Лоурэл III — Поднимите свои головы и выпрямитесь перед королём!

Выполнив приказ Хироми и Каллен оказались лицом к лицу с королём.

Король Лоурэл III — Мне сложно подобрать слова благодарности, ведь это не что иное как чудо. Благодаря вам, я смогу увидеть смерть собственными глазами, не прячась от неё в неведении своей слепоты. Вы вольны просить всё, что вам заблагорассудиться. Я выполню любое из ваших желаний.

Хироми — Благодарю вас, ваше величество.

Каллен — В таком случае я хотел просить вашей помощи.

Король вдруг поднял свою длань, остановив Каллена на полуслове.

Король Лоурэл III — Каллен, мальчик мой.

Каллен — Я просто хотел сказать, что мне требуется ваша помощь в том, чтобы…

Король Лоурэл III — Если ты не возражаешь, я бы хотел, чтобы ты погостил у меня, хотя бы пару дней.

Каллен — Простите мне мою наглость. Однако я должен просить у вас помощи. Боюсь что у нас нет времени и если…

Король Лоурэл III — Ты ведь хочешь вернуть себе свои земли и прогнать Аарона, так?

Каллен — Да, всё верно.

Король Лоурэл III — Что ж… Боюсь что я совру, если скажу, что смогу помочь тебе в этом.

Каллен — Но ведь вы единственный кого я знаю.

Король Лоурэл III — Веренкель не говорил вам, так?

Веренкель — Я предпочёл молчать об этом, ваше величество.

Король Лоурэл III — Так вот, время пришло. Расскажи им всё что нам известно на данный момент.

Король отступил назад, вновь усевшись на свой трон.

Веренкель — Видите ли господа, проблема в том, что Аарон мёртв.

Каллен — О чём ты говоришь, он ведь живее живого, я сам видел его?! Хотя признать надо, его армия выглядела подозрительно, но… Я предполагаю, что он где-то скрывался всё это время, пока не смог найти армию оболочек, и тогда…

Веренкель — Прошу, выслушай меня Каллен. Аарон, как и его армия более не состоит из плоти и крови. Их невозможно убить обычным оружием. Их невозможно сдержать. А уж тем более вернуть всё на свои места по щелчку пальцев.

Каллен — То есть ты всё же пытаешься сказать, что он мёртв? Как и вся его армия?

Веренкель — Именно так. Но самое страшное для нас на данный момент — из-за чего мы не сможем помочь тебе — это возможность сценария, в котором Аарон нападёт на Айзорию.

Каллен — Но как такое вообще возможно? Разве могут умершие вновь обретать жизнь?

Король Лоурэл III — Думаю тебе должно быть известно о двух столпах, что держат наш мир в равновесии.

Веренкель — Извините что перебиваю ваше величество, но я должен закончить свой рассказ.

Каллен — Не нужно, я и так всё понял. Вам нужно сосредоточиться на обороне Айзории, чего бы это не стоило.

Веренкель — Именно так.

В тронном зале повисла гробовая тишина. Хотя Хироми вслушивался в каждое слово, он так ничего и не понял. Чего не скажешь о Каллене, который осознал ужасающую правду. В момент, когда, казалось, каждый из присутствующих ушёл внутрь себя, король заметил знакомую глазу рукоять, которая поблёскивала на свету.

Король Лоурэл III — Калллен, скажи, это ведь не сон?

Указав на свёрток с мечом, король подозвал того подойти ближе к трону.

Каллен — Если вы говорите о мече, то нет, это не сон.

Король Лоурэл III — Значит я не ошибся. Позволишь ли ты мне к нему прикоснуться?

Каллен протянул клинок в руки короля. Тот не сразу развернул его, ужаснувшись от того, насколько слаб он стал. Настолько, что даже прежнее орудие, знакомое ему по битвам прошлого, отягощало его трясущиеся от времени руки. Всё же с помощью Веренкеля он смог достать сверкающую сталь на глазах у всех присутствующих.

Король Лоурэл III — Я помню, как твой отец размахивал им на поле битвы. Он орудовал им словно, держал в руке лёгкую деревянную палку.

Каллен — Вы случайно не знаете почему, он велел забрать его и бежать как можно быстрее?

Король Лоурэл III — Думаю, что мне это известно.

Каллен — Могу ли я просить вас рассказать мне об этом?

Король с явной усладой на лице решил поведать Каллену тайну его меча.

Король Лоурэл III — Этот клинок не предназначался быть орудием смерти. Материал, из которого он изготовлен, принадлежит другим землям.

Каллен — Я не очень понимаю…

Король Лоурэл III — Ни за что не теряй его. Слышишь, ни за что!

Каллен — Знаю. Но вы так и не объяснили мне…

Однако Каллена так и не удостоили ответом. Сказывалась усталость короля, что верно клонила того в столь необходимый в любом возрасте сон.

Король Лоурэл III — Прошу всех удалится по своим местам, уже поздно. Нам всем бы по-хорошему выспаться. Так что давай продолжим этот разговор с утра.

Каллен — Конечно, как скажете.

Каллен и Хироми проследовали в уготованные для них покои. Проходя мимо картин, торшеров со свечами и загадочно выглядящих доспехов таящихся в полумраке, Хироми размышлял над услышанным. Ему хотелось спросить у Каллена, но всё же, он не хотел его этим тревожить.

Зайдя внутрь комнаты, они обнаружили кровати, шкаф и маленький стол для чаепития. Однако единственное, что сейчас хотелось Каллену это как следует выспаться, обдумав всё сказанное королём.

Хироми — Я хотел бы узнать, если ты не против.

Каллен — Я слушаю.

Хироми — Мне нужна правда. Я хочу знать, что всё это значит.

Каллен — Поверь мне, я тоже.

Хироми — Но ты ведь понял о чём он говорил?

Каллен — Да… точнее нет, я… Даже не знаю, давай спать, а там видно будет.

После того как Каллен покинул этот мир, заснув крепким сном, Хироми ещё какое-то время сидел, неподвижно всматриваясь в оконный проём. До тех пор, пока его глаза не открылись, обдав того кипятком реальности. Немного поморгав, он оторвался от кровати и проследовал на кухню, где обнаружил записку и новую порцию еды.

Хироми, мы очень волнуемся за тебя. Я пыталась тебе дозвонится, но ты не отвечал. Поэтому я решила принести тебе завтрак. Не забудь перезвонить как проснёшься!

Хироми оставил записку на столе направившись к тумбочке с телефоном. Открыв ящик, он обнаружил мигающий экран на котором были пропущенные вызовы и одно сообщение. Открыв сообщение, он обнаружил радостную весть. Его звали на конкурс молодых художников Японии.

Новые возможности

Спеша, Хироми направился к автобусной остановке, чтобы к полудню оказаться возле галереи. Ещё с самого утра его охватила радость, которая, казалось, долго не посещала его, постоянно обходя стороной.

Продираясь через толпы людей, заполонивших собой всё видимое и невидимое пространство Синдзюку, Хироми посматривал на часы, понимая, что каждая минута приближает его к заветной мечте. В одном из уголков этого района, среди многоэтажных зданий, расположилась галерея. Уютная и элегантная как снаружи, так и внутри.

Хироми немедленно вошёл внутрь, предъявив охраннику своё пригласительное письмо. Пройдя проверку, он направился на верхний этаж, где его ждала ассистентка владельца галереи. Проведя его до дверей, она впустила Хироми внутрь, предоставив ему возможность, наконец, пообщаться с человеком, что, возможно, изменит его жизнь.

Хироми — Здравствуйте! Для меня это большая честь познакомится с вами. Меня зовут Хироми как вы наверное уже знаете. И я…

Энтузиазм явно выражался на его лице, из-за чего Хироми непрестанно болтал пытаясь показать себя в лучшем свете. Владелец галереи порадовало подобное рвение, которе однако ему пришлось остановить.

Владелец галереи — Что ж, для начала давайте выдохнем. Вы ведь не на собеседование пришли, правильно?

Хироми — Конечно, вы правы, но колени всё равно трясутся. Ничего не могу с этим поделать.

Владелец галереи — Тогда присаживайтесь, я бы хотел кое-что с вами обсудить.

Хироми присел в одно из кресел, попутно рассматривая интерьер этого кабинета. Его удивила простота помещения владельца столь известной галереи. Всего-то деревянный стол с кованым железным стулом, несколько кресел для гостей, а также один большой шкаф, заполненный разнообразными книгами.

Владелец галереи — Мне бы хотелось поговорить с тобой о твоих планах.

Хироми — Я внимательно слушаю вас!

Владелец галереи — Ты ведь хочешь чего-то достичь в этой жизни?

Хироми — Конечно!

Владелец галереи — В таком случае у тебя должен быть путь, следуя которому ты мало-помалу будешь преследовать свою цель. Я видел твои работы и они по-настоящему меня увлекли. Поэтому я и спрашиваю о твоих дальнейших планах.

Хироми — Думаю что вы правы, насчёт пути. И… тот факт, что я сейчас здесь, наверняка значит, что я его нашёл. В моих планах и дальше улучшать свои навыки, чтобы в дальнейшем, я смог жить так мне этого хочется. Надеюсь я не глупость какую-то сказал…

Владелец галереи — Нет, нет, что ты. Главное никогда не упускай шанс сделать шаг вперёд. Думаю, если ты сделаешь всё что в твоих силах ты сможешь двигаться и дальше в этом направлении. Я имею в виду творчество.

Хироми — Я буду стараться, обещаю! Может…, может, вы хотите увидеть мои работы?

Владелец галереи — Мне казалось, что в пятницу я ознакомился со всеми вашими работами. Или же у вас имеется что-то новое?

Хироми — Ах… нет, нет… извините, я забыл. Вы ведь уже говорили, что были на выставке… Я очень переживаю, вот и с головы всё вылетело.

Эта ситуация позабавила владельца галереи, ведь в Хироми и других ребятах, работающих денно и нощно над своими полотнами, он видел себя в начале пути.

Владелец галереи — Ну что, тогда за дело? Давай я помогу тебе с полотнами.

Совместно они спустились на первый этаж, в зал, подготовленный для предстоящей речи владельца галереи. Зал был заполнен людьми, которые уже давно заняли свои места. Решив не выделяться, Хироми присел на оставшийся стул, принявшись внимательно слушать информацию.

Владелец галереи — Хочу выразить благодарность каждому из вас, кто нашёл время для этого собрания. Мне безумно приятно видеть ваши глаза, полные азарта и мотивации творить. Я хочу верить в успех каждого из вас, даже если этот путь будет полон трудностей и невзгод.

Но давайте перейдём к сути. Главное, что вам нужно знать об этом мероприятии — во-первых, вы должны выбрать одну, единственную картину. Во-вторых, вам необходимо обустроить свой стенд. В-третьих, вам нужно знать, а главное, понимать, почему вы выбрали то или иное творение. Творение, смысл которого вы видите так же ясно, как видите меня. Думаю, правила не такие уж и сложные. Главное помните, всё будет зависеть от вас самих, поэтому постарайтесь сделать правильный выбор.

Толпа сидела тихо и послушно, вникая в каждое произнесённое слово. Хироми же погрузился в раздумья, не понимая, на какой картине ему остановиться.

Владелец галереи — Ах, да совсем забыл, меня зовут — Иоши Мори. Для тех, кому интересно узнать больше или вы чего-то не поняли, прошу ко мне, отвечу на все ваши вопросы.

После окончания речи, люди бросились к Иоши, чтобы узнать больше информации, оставляя пустые сиденья позади. И лишь один Хироми всё ещё сидел на своем стуле, размышляя над своим следующим шагом.

Опомнившись он посмотрел на часы, что явно указывали на необходимость в приёме пищи. Поэтому не теряя лишнего времени он двинулся по забитыми людьми улицам Синдзюку, разыскивая место, где можно было бы подкрепится и восстановить дух.

Найдя одно подходящее кафе, он хотел было сесть за стол, но тут наткнулся на своих бывших коллег. Поэтому в спешке он двинулся обратно в поисках другого места, однако уже было поздно, ведь его заметили.

Бывший коллега Хироми — Эй, Хироми, привет, пойдём к нам!

Тогда Хироми пришлось подойти прямо к их столу, где его встретили с улыбками на лицах.

Хироми — Привет… а вы чего тут?

Бывшие офисные коллеги Хироми — Да вот нашли себе новое место для обеда… но это совершенно неважно. Лучше расскажи нам, как ты? Что со здоровьем? Мы ведь так за тебя переживали. Знаешь, когда слышишь, что кто-то твоего возраста с сердечным приступом падает замертво, становится не по себе.

Хироми — Ну да, понимаю… Пока что всё было нормально, я следую указаниям своего врача. Из больницы выписали достаточно быстро, теперь восстанавливаюсь… Сегодня вот, в галерее был.

Хироми хоть и не был компанейским человеком, всё же поделится с кем-то своей радостью ему хотелось. С кем-то кто не станет говорить о том, что в этом нет смысла.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Рады это слышать! Ну и как, интересная выставка?

Хироми — Надеюсь, что будет интересной. Тут ещё надо посмотреть.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Погоди-ка о чём это ты?

Хироми — Просто, я участвую в одном конкурсе, который скоро будет проходить в галерее неподалёку отсюда. И эта выставка, она будет примерно через месяц, так что… да, как-то так.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Постой, ты рисуешь? Мы даже и представить себе этого не могли. Наверное, поэтому ты решил уволиться… точнее мы хотели сказать…

Хироми — Думаю это стало одной из причин по которой я решил оставить своё место в компании. Не считая того случая конечно.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Да уж… Слушай, ты ведь знаешь как с нами связаться, верно?

Хироми — Конечно, ваши контакты всё ещё у меня.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Отлично! Тогда может пригласишь нас на свою выставку? Если ты конечно не против.

Хироми — Да о чём речь, без проблем. Я напишу вам как станет известна точная дата.

Бывшие офисные коллеги Хироми — Тогда спишемся!

Хироми — Да, конечно, до скорого.

Странные ощущения овладели Хироми после этой встречи. С одной стороны, они никогда не были его друзьями, но, с другой стороны, всегда есть место для перемен. Поэтому, вернувшись к своему пустому желудку, Хироми сел за столик, попросив меню у официанта.

Хироми — Можно вас?

Владелец кафе — Здравствуйте, вам хочется есть? Тогда вы как раз по адресу, у нас огромный ассортимент блюд!

Хироми — Ладно… можно тогда посмотреть на этот ваш ассортимент?

Владелец кафе — Конечно, держите!

Пролистав меню, Хироми быстренько выбрал несколько блюд, которые привлекли его внимание.

Хироми — Можно мне порцию собы, гёдза и зелёный чай.

Владелец кафе — Конечно, сию минуту.

Ожидая заказ, Хироми вновь погрузился в мысли о выборе, что может повлиять на его дальнейший путь. Необходимость сделать правильное решение ставило его в неприятное положение, давящее на него со всех сторон. Хорошо что ждать пришлось не долго ведь блюда что он заказал уже украшали его стол. Незамедлительно принявшись за еду, он позабыл о неприятностях и невзгодах, полностью отдавшись наслаждению от изысков японской кухни.

Заметив краем глаза человека, уставившегося на него, он прервал свою трапезу, посмотрев на того в ответ.

Работник кафе — Слушай, ты как будто бы век не ел.

Хироми — Вам что заняться больше нечем, кроме как на посетителей смотреть?

Работник кафе — Да что ты, нет! Просто как видишь мои коллеги справляются не хуже меня, поэтому я решил посидеть тут с тобой.

Хироми — С какой это стати? Мы ведь с вами даже не знакомы.

Работник кафе — Точно, чего это я, меня зовут Изао. А тебя?

Бегло представившись, Хироми решил отвернуться. Тогда Изао всё понял и, без слов, встав из-за стола, он отошёл в сторону. Всё же так просто Изао сдаваться не думал, пытаясь всё время навязать Хироми беседу. Без какой бы то ни было причины, он решил начать уборку вблизи его столика. Однако Хироми ел молча, не обращая внимания на назойливого официанта. До тех пор, пока его терпение не лопнуло.

Хироми — Так, всё с меня хватит! Что это всё значит вообще?! Что вам от меня нужно?

Изао — Извините что-то не так?

Хироми — Просто отойдите от меня, пожалуйста.

Изао — Конечно, конечно, я не буду вам мешать. Только вот для начала не могли бы вы заплатить, пожалуйста.

Хироми — Уже на вы?! Ладно, хорошо… Если я заплачу, меня оставят в покое?

Изао — Непременно.

Заплатив за еду, Изао испарился настолько быстро насколько это только было возможно. Тогда-то Хироми смог выдохнуть и закончить свой затянувшийся обед. Однако спустя какое-то время к нему подошёл ещё один человек, что также уставился на него, ожидая ответа.

Хироми — По моему, я попросил, чтобы меня оставили в покое. Я ведь заплатил вам за…

Тору — Заплатили? И кому же?

Хироми — Изао или как его там. Ваш официант.

Засмеявшись Хироми в лицо, Тору сотрясался от непрекращающегося приступа смеха.

Хироми — Что смешного? Я чего-то не…

Убрав слёзы с глаз, Тору присел за столик, объяснив тому, что случилось.

Тору — Изао мой племянник. Тот ещё прохиндей. Вечно притворяется, то поваром, то официантом без моего ведома и выманивает у клиентов деньги. А как только получит желаемое, сразу бросается в бега, как будто бы считает, что я не знаю, где он живёт. Вы можете в это поверить?

Хироми — Ваш племянник… Но я ведь ему заплатил. У меня не то чтобы много денег, чтобы расплачиваться дважды.

Тору — Не переживайте вы так. Я не буду брать с вас ещё одну плату.

Хироми — Ну спасибо на этом.

Тору — А в качестве извинения примите от меня подарок.

Тору попросил настоящего официанта принести Хироми моти в качестве извинения за неудобства.

Хироми — Нет, нет не стоит, спасибо.

Тору — Прошу, берите, это ведь от чистого сердца.

Из вежливости, Хироми делал вид, что не хочет этот десерт. Всё же внутри он знал, насколько сильно его терзает голод. Поэтому в конце концов, он с радостью его принял.

Хироми — Хорошо, спасибо!

Доев свои блюда и полакомившись моти в качестве десерта, Хироми вышел из кафе, направляясь к себе домой. Ведь перед ним всё ещё стояла важнейшая задача, которая сама себя не решит.

Первые шаги

Пока Хироми работал над своей будущей карьерой, Каллен медленно открывал глаза после долгожданного отдыха. Сон пошёл ему на пользу, подарив возможность всё хорошенько обдумать и осознать. Поэтому ему не терпелось увидеться с королём, дабы выслушать его пояснение насчёт сложившийся ситуации. И вот уже было собираясь выходить кто-то вдруг постучал в его дверь.

Каллен — Хироми это ты?

Веренкель — Боюсь что нет, это я Веренкель. Надеюсь мне позволено войти?

Каллен — Да, конечно, заходи.

Веренкель — Король приглашает вас на завтрак, поэтому вам бы поспешить.

Каллен — Отличные новости, спасибо. Тем более, я уже почти собрался.

Веренкель — Извините меня за грубость, но что-то я не наблюдаю вашего приятеля… Он случайно не испарился?

У Каллена мигом пересохло в горле. Он и понятия не имел как объяснять эту особенность королю, поэтому он решил придумать что-нибудь максимально правдоподобное.

Каллен — Да, что ты такое говоришь, он просто устал… и наверное куда-то вышел.

Веренкель — Вы в этом уверенный? Ладно я, ещё могу понять вас, но как вы собираетесь объяснять это его величеству?

Каллен понял, что отпираться в случае с Веренкелем не имеет никакого смысла, поэтому решил рассказать ему о том, что происходит на самом деле. Но для всех остальных ему всё же пришлось придумать легенду.

Каллен — И прошу тебя не рассказывай об этом кому бы то ни было. Для всех остальных он просто где-то гуляет.

Веренкель — Это всё конечно очень хорошо, вот только… Хотя… знаете, будь по вашему.

Недоверчиво взглянув на Каллена, Веренкель всё же решил оставить того в покое, молча отправившись на королевский завтрак.

Очутившись в просторном великолепно выглядящем зале с высокими куполообразными потолками, Каллен направился к столу, где уже собрались самые близкие люди короны. Присев на подготовленное для него место, он очутился прямо напротив короля, что яростно налегал на красное мясо. Вместе с тем присутствовали все родные и вскользь знакомые Каллену лица, которые, однако не сильно обращали на него внимания.

Король Лоурэл III — Надеюсь комары ночью не кусали? Хорошо спал?

Король был в очень хорошем настроении с самого утра, и хотя Каллен не сильно разделял его чувства, он попытался выдавить из себя улыбку.

Каллен — Просто замечательно, спасибо. Всё же за время моего пути, я прибывал в вертикальном положении большую часть времени.

Король Лоурэл III — Рад это слышать мой мальчик. Но где же твой друг, он что же это, не голоден?

Каллен — Так он ещё не пришёл? Даже не знаю что и сказать… Может опять спать пошёл?

Разыгранная Калленом сценка позабавила Веренкеля, что сидел на дальнем конце стола и намазывал масло на хлеб. Ему не хотелось его подводить поэтому он решил немного ему подыграть.

Веренкель — Скорее всего, так и есть, ваше величество. Всё же друг господина Каллена тот ещё соня.

Король Лоурэл III — Тогда, мы обязанный ему что-нибудь отложить!

После этих слов двери широко распахнулись, впуская обслуживающий персонал. Занося всё больше блюд, сменяя одну тарелку за другой, стол обрастал фарфором и хрусталём, в котором громоздились самые разные яства. Создавалось ощущение бесконтрольного потока еды, который всё никак не заканчивался. Однако Каллен был нисколько не против, поглощая всё, что лежало перед его глазами.

Каллен — Я даже не знаю как вас отблагодарить, за этот тёплый приём. Ведь мне даже и не снилось вновь вкусить чего-то подобного.

Король Лоурэл III — Перестань, тебе ведь нужны силы. Лучшая благодарность — это твой аппетит. Поэтому ни в чём себе не отказывай!

Час пролетел незаметно. И когда Каллен дожёвывал последние крошки, тяжело дыша и корчась от полноты своего желудка, король встал из-за стола позвав того на небольшую прогулку.

Король Лоурэл III — Готов подышать свежим воздухом?

Каллен — После такого-то приёма, ещё бы!

Выйдя через ворота на первом этаже, Каллен следовал за королём прямиком в сад, что уже был засыпан толстым слоем снега. Вороны летали над их головами, выкрикивая свои проклятия. Холод пощипывал их красные после тепла лица. А над горами собирались грозные тучи, готовые в любой момент ударить с новой силой по ничего не ожидающим людям.

Король Лоурэл III — Мне хотелось поговорить с тобой о том, что тебе предстоит преодолеть.

Каллен — Я внимательно слушаю вас, ваше величество.

Король Лоурэл III — Судя по всему твой отец не успел рассказать тебе об устройстве этого хрупкого мира. Поэтому я взял такую наглость на себя, заменив тебе его хотя бы на минуту. Как ты уже сам это знаешь, твой меч, что ты носишь у сердца, необходим Аарону.

Каллен — Именно этот факт интересует меня больше всего.

Король Лоурэл III — Видишь ли… тут я, конечно, могу ошибаться, но всё же теории имеют право на существование. Как мне кажется Аарон задумал вернуть себе жизнь. Плоть, что когда-то соединяла его кости воедино… Вот только ему неважно какой ценой он этого достигнет. Он ведь всё ещё чувствует обиду за то, что произошло во времена — великой чистки.

Каллен — Так что же это значит, он ещё смеет обижаться на то в чём сам был виновен?! Абсурд! Вам так не кажется?

Король Лоурэл III — Дело уже не в том, что мне кажется, а в том, что есть действительность.

Каллен — Значит мне нужно его спрятать? Или уничтожить?

Король Лоурэл III — Ни в коем случае! Ты должен беречь его ценой своей жизни. Ведь именно этот меч способен открыть врата священной земли. А как тебе должно быть известно, там упокоен артефакт, что сторожат духи этих земель. Они оберегают его от таких людей как Аарон.

Каллен — Я всё ещё не понимаю как он смог обрести жизнь…

Король Лоурэл III — Скажем так, пока что он её не обрёл. Но вот если ему удастся заполучить артефакт, он сможет перевернуть этот мир с ног на голову.

Каллен — Тогда, что же требуется от меня?

Король Лоурэл III — Видишь ту церковь, что стоит напротив нас? Вон те зелёные холмы? Они приведут тебя к озёрным деревням. Месту, где был создан меч твоего отца.

Каллен — Ясно… новая отметка на моём пути. Вы считаете, что создатель всё ещё жив и он сможет мне как-то помочь?

Король Лоурел III — Не исключено.

Каллен — А что насчёт этого артефакта, что он из себя представляет?

Король Лоурэл III — По правде говоря, никто и никогда его не видел. Однако это не значит, что его нет. Всё же ты должен был слышать о балансе нашего мира. Умирающие существа, освобождают место для живых. Вот только задавал ли ты себе вопрос, что станет с нашим миром, если смерть исчерпает себя?

Каллен — Да… я думал об этом, но даже представить себе не мог, что когда-то это станет занимать мою голову всерьёз.

Король Лоурэл III — Видишь ли, баланс, выстроенный природой, потерпит крах, если мы не сделаем всё, что есть в наших силах. Поэтому тебе стоит запомнить одну очень важную вещь — ты должен заполучить артефакт раньше Аарона. Мы же, в свою очередь, постараемся сдержать натиск его армии, защитив сосуд, который хранится под всей этой толщей горной породы.

Каллен — Сосуд? Извините меня, если, я задаю слишком много глупых вопросов, но… я правда ничего не понимаю.

Король Лоурэл III — Ничего мой мальчик, ты ещё обязательно всё разузнаешь. Стоит лишь подождать.

Чёрные тучи окружили Айзорию превратив утро в самый что ни на есть — вечер. Ветер бушевал с небывалой силой. Казалось что вот-вот небеса извергнут на людей весь накопившийся гнев. Но всё же пока было тихо, пока ничего не предвещало беды.

Вместе с королём, Каллен вернулся в замок. Не обмолвившись и словом, он отправился в свои покои. Хироми же не подозревая о грядущих переменах ложился спать, надеясь увидеть мир подаривший ему вдохновения.

Мастер

Открыв свои глаза, Хироми увидел Каллена, лежащего на кровати. Он отвернулся лицом к стене и казалось, спал не внимая потусторонних шумов. Всё же Хироми не просто так вернулся сюда — ему как можно быстрее хотелось узнать обо всём поподробнее.

Хироми — Каллен… ты спишь? Я не хотел тебя тревожить…

Каллен — Нет, я не сплю.

С явным разочарованием в голосе ответил Каллен.

Хироми — Что-то явно случилось. Обычно ты не такой безжизненный. Так что давай, выкладывай!

Он решил повернуться к Хмироми лицом, и сев на стул, попытаться сформировать свою мысль.

Каллен — Понимаешь… сегодня я кое-что понял. Мир оказался гораздо сложнее, того каким я себе его представлял.

Хироми — Так, хорошо. А если поподробнее?

Каллен — Этим утром, я прохаживался вместе с королём по чудесному саду. У него было хорошее настроение, у меня оно тоже появилось после плотного завтрака. Но вот потом…

Хироми — Может твой рассказ можно подсократить?

Тогда Каллен как смог, сократил и передал Хироми всё то, что недавно узнал от короля. Он сообщил ему о новой цели, опасностях, что будут их подстерегать. И о том насколько эта миссия важна для каждого из проживающих в этом мире.

Продолжая разговор, погружаясь всё глубже и глубже, Каллен поведал всю известную ему информацию. Вместе с тем день сменялся ночью, а тучи, что нависали над Айзорией всё же дали о себе знать, испустив ледяную бурю на уповавших богу горожан.

И вот, со свистящим ветром, морозным дыханием и трясущимся пламенем свечи, они собирались отправиться в неизведанные им доселе места. Каллен решил, что лучше будет выйти как можно раньше, даже если придётся идти под покровом ночи.

Хироми — Значит этот человек является тем кто выковал твой меч?

Каллен — Насколько я понял, так оно и есть. Однако есть вероятность того, что он мёртв… Король не смог дать мне точного ответа, ведь сам этого не знает.

Хироми — Ясно… значит его уже, может и не быть среди живых.

Каллен — Думаю отчаиваться ещё рано.

Собрав мешки, наполнив их всевозможными продовольствиями и заручившись картой местности, они направились к воротам Айзории, заранее попрощавшись с королём и Веренкелем.

Каллен — Как я уже тебе говорил, наша первая цель — вон тот холм, которого конечно сейчас не видно. Но ты представь что он там… Так вот, ты мог увидеть строение, когда я тебе его показывал. Помнишь, такая небольшая церквушка?

Хироми — Ещё бы, это ведь единственное строение, которое там есть.

Каллен — Именно! И чтобы до туда добраться нам необходимо аккуратно спустится на уровень ниже и тогда уже подойти к подножью холма. Думаю ничего сложного в этом нет.

Хироми — Понял. Скажи, сколько времени у нас на это уйдёт?

Каллен — Честно, я не слишком силён в подобных предсказаниях, но могу сказать, что холм ближе чем он кажется. Но! Загвоздка тут в том, что касается подъёма на этот холм… Здесь то всё становиться гораздо сложнее.

Оказавшись за пределами Айзории, они шли медленно, но верно, всё ближе подступая к холму. При свете факелов, подаренных им Веренкелем, они двигались на ощупь, то и дело глотая холодный воздух со снегом. Из-за обильных осадков и мокрой травы, идти стало гораздо сложнее. Поэтому каждое движение вымерялось заранее, чтобы не угодить во всепоглощающую бездну.

По итогу, к рассвету, когда ветер стих, а буря осталась позади, они наконец были внизу. Выйдя на небольшую, но от того не менее прекрасную поляну с цветами, Каллен решил отдохнуть, перекусить и полюбоваться восходящим солнцем.

Когда трапеза была окончена, путь продолжился. Только теперь, вместо спуска с горы им предстоял подъём на крутой холм, заросший мокрой травой и обильно усыпанный большими, скользкими булыжниками. Трудность состояла в том, что как бы они не пытались зацепиться, цепляться было попросту не за что. Какое-то время, они ходили туда-сюда в поисках надежды отыскать хоть что-то, способное им помочь. Вдруг, краем глаза, Хироми заметил человека в балахоне, что прогуливался по склону словно горный козёл по отвесным скалам.

Хироми — Посмотри наверх, быстрее!

Когда Каллен услышал его выкрик, он незамедлительно поднял свою голову.

Каллен — Ну и что там такого?

Хироми — Наверху человек. Посмотри внимательно.

Каллен прищурился, чтобы получше разглядеть таинственную фигуру о которой с таким упоением говорил Хироми. Когда же он её разглядел, то явно не был в полном восторге.

Каллен (с презрением) — Теперь вижу…

Хироми — И что не так?

Каллен — Да ничего, ничего… пойдём искать дальше.

Хироми — Постой! Мы ведь можем попросить у него помощи.

Каллен — Пойми Хироми, это монах — М-О-Н-А-Х!

Каллен попытался замять эту тему и уйти в сторону, чтобы продолжить поиски уступов, но Хироми его задержал.

Хироми — Нет, нет постой-ка! Куда ты пошёл? Объясни мне наконец что не так с монахами? Они что-то тебе сделали?

Каллен — Конкретно мне ничего, вот только эта секта уж больно подозрительная. Я им никогда не верил, понимаешь?

Хироми — Ну, а ты ведь понимаешь, что это глупо? Мы не можем тут проторчать ещё сутки, по крайней мере я. Поэтому хочешь ты этого или нет, но, я пошёл.

Каллен — Хироми не смей!

Однако уже было поздно. Хироми отошёл на определённое расстояние и закричал что есть сил, чтобы привлечь к себе внимание.

Хироми — Извините! Можно вас на минуту?

Монах, свысока поглядел на Хироми, вначале не понимая, откуда доносится голос. Но хорошенько посмотрев по сторонам, он узрел человека у подножия холма. Когда Каллен понял, что встречи не избежать, он подошёл к Хироми, встав рядом с ним.

Монах — Чем я могу быть полезен вам, путники?

Каллен — Нет, нет нам ничего нужно, мой друг немного меня не понял. Из-за чего случилось это недоразумение.

Хироми — Не слушайте его, нам нужна ваша помощь. Вы бы не могли показать нам как вы сюда забираетесь?

Сложив собранные травы в корзинку, монах велел им следовать за ним. И так как Хироми с Калленом находились внизу, а монах сверху, было не так удобно следовать за тем куда он их направлял. Всё же потеряться они не могли, имея лишь одну возможность — идти вдоль холма.

Ко всему прочему, не успев пройти и пару метров, Хироми вернулся к себе домой, оставив позади Каллена, свой мешок и нужду взбираться куда бы то ни было.

Хироми пробудился от оглушающего звонка. Подумав, что это могут быть представители галереи он мигом пришёл в себя. Соскочив с кровати, он схватился за телефон на котором однако было совершенно иное уведомление.

Хироми — Да, мам, что-то случилось?

Мать Хироми — И тебе доброе утро, Хироми.

Хироми — Прости… Доброе утро.

Мать Хироми — Просто хотела предупредить тебя о нашем с твоим отцом отъезде.

Хироми — Стой, куда вы собрались?

Мать Хироми — Хотим съездить к друзьям в Осаку. Ну ты их знаешь, у них сын сейчас работает в Калифорнии. Я ведь тебе про него рассказывала? Очень хороший мальчик.

Хироми — Ах, точно как же я мог о нём забыть. Спасибо, что напоминаешь.

Мать Хироми — О чём это ты опять?

Хироми — Ты и так это прекрасно знаешь.

Мать Хироми — Может быть… Но ты тоже должен меня понять, они вечно шепчутся о тебе. Ты действительно думаешь, что мне хочется тебя расстраивать? Конечно, нет! Но и молчать я также не могу, тебе ведь нужна работа хочешь ты этого или нет.

Хироми — Где-то я уже это слышал.

Мать Хироми — Хироми, ты ведь…

Хироми — Ладно, мам, неважно. Лучше скажи что от меня требуется — покормить кота, цветы полить?

Мать Хироми — Насчёт этого… Не переживай по этому поводу. Я договорилась с соседями.

Хироми — Отлично, тогда я пойду…

Мать Хироми — Подожди, самое главное! Сегодня будет ужин, только семья, поэтому ты приглашён.

Хироми — Это мне значит к вам ехать сегодня?

Мать Хироми — Обязательно! Хоть поговоришь со своими родными, а то они вечно жалуются мне на то, что ты им вообще не звонишь.

Хироми — Ладно, мам я понял, до вечера.

Мать Хироми — Увидимся.

Разговор был окончен. Хироми разогрел вчерашнюю еду, быстро позавтракал и пополнив запасы энергии, вернулся к работе над картиной.

В это же время, Каллен, оставшись совершенно один, но с дополнительным грузом на спине, шёл к подъёмнику, где его ждал тот монах.

Каллен — Эй! Ты меня слышишь?

Каллен хотел прокричать ещё раз, но, открыв рот, увидел спускающийся к нему подъёмник. Хлипкий и ненадёжный, он выглядел так, словно вот-вот развалится у него на глазах. И, несмотря на то, что Каллен не хотел так рисковать, он всё же встал на качающуюся платформу, которая мигом двинулась вверх. Уже оказавшись наверху, Каллен быстро спрыгнул на землю, пытаясь как можно быстрее забыть об этом подъёме.

Монах — Надеюсь вас не укачало по дороге наверх? Всё же механизм уже старый.

Каллен — Нет, нет, что вы, я даже не почувствовал.

Врать Каллен умел хорошо.

Монах — Думаю, ваше паломничество пройдёт не зря. Гарантирую вам, здесь вы буквально переродитесь в нового человека.

Каллен — Знаете, хотелось бы остаться прежним. Всё же я не паломник.

Монах — Да что вы, я ведь подумал, что вы направляетесь в нашу церковь.

Каллен — Так и есть… Слушайте я пойду сам, ладно. Спасибо, что помогли, дальше я справлюсь в одиночку.

Монах — Сами? Нет уж я покажу вам путь наверх, идите за мной!

Каллен — Ладно… Тогда, если вам не трудно, возьмите один мешок, пожалуйста.

С явной досадой высказался Каллен.

Монах — А что случилось с вашим товарищем? Куда он подевался?

Каллен — Исчез, знаете ли, с ним такое бывает.

Сначала монах посмеялся, но потом решил уточнить.

Монах — Забавно. А если серьёзно, где он?

Каллен — А если серьёзно, вам придётся взять у меня эту сумку, иначе мы не дойдём.

Каллен не хотел говорить о том, куда держит путь, ведь, как рассказал ему король, а позже подтвердил и Веренкель — лучшего пути к озёрным деревням просто не найти.

Закинув сумку на плечо, Каллен вместе с монахом двинулся в сторону крутого подъёма, настолько быстро, насколько этого позволяла скользкая трава. Поднимаясь всё выше по склону, Каллен начал замечать, как редеет фауна этих холмов, превращая цветущие поляны в голую землю с вкраплением кустарников и камней. Однако что-то сильно выделялось на фоне всего прочего окружения. Впереди были густые заросли, которые не давали просто так рассмотреть спрятанную тропинку. Каллен хотел было погрузиться внутрь, вот только его остановил обеспокоенный монах.

Монах — Стойте!

Каллен — Что ещё?

Монах — Нам лучше не заходить туда. Давайте обойдём.

Каллен — Если мы ещё и обходить будем, то явно не доберёмся до вечера.

Монах — Но…

Не послушав монаха, Каллен уверенно вступил на территорию, скрытую от его глаз. Уже продираясь сквозь заросли, он то и дело ощущал прикосновения на своих руках и ногах, хотя долгое время старался не обращать на это внимание.

Каллен — Зачем вы меня всё время трогаете?

Монах — Боюсь вас огорчать, но это был не я.

Каллен — Тогда кто?

Повернув голову, Каллен услышал шелест. Трава зашевелилась, хотя ветер давно утих. Шум начал нарастать. Затаив дыхание, Каллен выжидал ответа на поставленный им вопрос. Когда вдруг, из ниоткуда, длинное змееподобное существо выглянуло из-под кустов.

Каллен — Вот же… это землинги! Бегите отсюда, живо!

Монах — Боже милостивый спаси и…

Каллен — Не стой на месте! Просто беги!

Двинувшись наверх по команде Каллена, спотыкаясь о камни и корни кустов, монах всё время поглядывал по сторонам надеясь спасти свою жизнь.

Как только Каллен увидел их лица, он сразу понял, кто эти существа. Ведь только эти твари, живущие под землёй, могут так быстро и незаметно напасть, что даже не успев оглянуться, человек лишается собственной головы. Поэтому, недолго думая, Каллен вытащил свой клинок, отбросил мешок в сторону, и принялся ждать их нападения. Когда он впервые ударил лезвием прямо под свои ноги — плоское, чешуйчатое, и проворное тело землинга уже корчилось от боли, покидая этот мир.

Каллен всё время двигался по сторонам, дабы избежать попадания яда на своё лицо. Ведь одна лишь капля их обжигающей слюны способна лишить человека плоти и рассудка. Поэтому Каллену приходилось маневрировать, чтобы не оказаться очередным трофеем этих созданий. Решив отступать, он то и дело уклонялся от летящей в него жидкости, попутно пробираясь своим клинком в их черепа.

Когда он услышал голос человека, а не шипение этих существ, ему сразу же стало легче, ведь он понял, что смог выбраться живым. Кинув свой мешок ему под ноги, он присел на землю, чтобы немного отдышаться. Позабавило Каллена ещё то, как его встретил монах — серьёзное лицо, дубинка в руках и трясущиеся ноги.

Монах — Вы как?

Каллен — Знаешь, бывало и хуже… Скажи, ты действительно посчитал, что палка остановит этих тварей?

С ухмылкой на лице спросил он у монаха.

Монах — И всё же это единственное, что я нашёл. У меня не было другого выбора.

Каллен — Ну как же не было? Мог бы просто убежать.

Монах — Я ни за что бы не бросил гостя наших краёв. Да и к тому же, я ведь вам говорил, что нам не стоит туда идти.

Каллен — Это уже не важно, что произошло, то произошло.

Дойдя до самого верха, Каллен оказался лицом к лицу с церковью, которая ещё день тому назад казалась ему чем-то недосягаемым.

Большие витражные окна, кирпичная кладка и высокие потолки. Внутреннее убранство выполненное из древесины и камня. Четыре нефа разделяющие церковь по всей её ширине. Все эти элементы придавали строению бесподобные черты, что сразу же врезались в память. И вот в конце центрального нефа, у алтаря стоял священник, погруженный в особое состояние. Он предавался молитве в полной тишине. Каллену пришлось подойти ближе, хоть, он и не хотел нарушать идиллию этого человека.

Каллен — Здравствуйте святой отец. Простите мне мою наглость, но я хотел бы…

Священник оглянулся по сторонам, прежде чем понять откуда доносится голос. Позади него стоял человек, уставший и изнеможённый от долгого подъёма.

Священник — Здравствуй сын мой. Что же привело тебя в храм божий?

Каллен — Не буду лукавить. Я пришёл не за молитвой. Мой путь лежит через эти края, и мне бы не помешал отдых. Конечно, если вы не против того, чтобы я тут переночевал.

Священник — Ну с чего бы, конечно же нет. Каждому найдётся места в доме божьем. Даже если вы не молится сюда пришли, я не стану возражать.

Каллен — Значит… Это означает, я могу остаться? На одну ночь.

Священник встал из-за алтаря, представ перед Калленом во весь рост. Он положил ему руку на плечо, показав направление в котором располагались комнаты служителей церкви.

Священник — Если ты устал, то тебе в ту сторону. Однако же, если тебя одолел голод, прошу за мной.

Каллен — Не буду врать, я действительно проголодался.

Священник — Но для начала, тебе следует разложить свои вещи и немного передохнуть. Поэтому ступай к себе в комнату, сын мой.

Каллен — Я понял, спасибо вам.

Зайдя в комнату, он закинул свои вещи на одну из кроватей. На ту, что оставалась свободной, он уложил своё тело. Наблюдая за тем, как солнечный свет медленно превращается в мрак, он понемногу начинал засыпать. Со временем, когда комната поникла в тенях, Каллен окончательно провалился в сон.

Тем временем, Хироми заканчивал свою работу. Он долго и старательно вырисовывал один край картины, что никак не давал ему покоя. Но так как вечером предстоял ужин, Хироми решил немного вздремнуть, восстановить силы для того, чтобы во время трапезы не быть уставшим.

Не обнаружив пришедшего путника на ужине, священник отправился в его покои, дабы удостовериться в том, что всё в порядке. Войдя внутрь, он обнаружил спящее тело, вместе с человеком, что скрывался в углу. Хироми смотрел на открытую дверь, не понимая, что делать. Каллен спал, а он был один, не подозревая, где он и почему.

Священник — Откуда вы тут и что вам нужно?

Хироми не мог связать двух слов, из-за чего Каллен сразу же пришёл к тому на помощь.

Каллен — Он… он со мной.

Поднявшись с кровати, Каллен медленно протёр свои глаза после сна. Обнаружив, что сейчас всё ещё ночь он выглянул в окно, где лунный свет озарял, гуляющий по траве ветер. Удостоверившись в том, что всё хорошо, священник извинился за беспокойство и, перешагнув порог их комнаты, закрыл за собой дверь.

Каллен — Ты чего-то рано сегодня. Я думал успею поспать.

Хироми — У меня будут дела вечером, так что я решил выспаться заранее.

Каллен — Выспаться заранее… сложно же будет к такому привыкнуть. Но… слушай, ты ведь не будешь против, если я посплю ещё чуть-чуть?

Хироми — С чего бы, отдыхай.

Каллен вернулся в свой сон, оставив Хироми одного в темноте. Решив не тратить время попусту, Хироми вышел из комнаты, пожелав осмотреться вокруг. Ему не пришлось идти слишком долго, чтобы наткнуться на того человека в мантии.

Священник — Извините меня, пожалуйста. Я не знал, что вы друг того господина.

Хироми — Ничего, я не держу на вас зла.

Священник — И всё же, знаете, кое-что мне кажется странным.

Хироми — Странным? И что же это может быть?

Священник — Откуда же вы могли появиться не попав при этом в поле моего зрения?

Хироми — Скорее всего вы не поверите мне, если, я вам расскажу.

Священник — Что ж, тогда желаю спокойной ночи. Всем нужно спать, даже тем кто не живёт в этом мире. Не так ли?

Хироми хотел сказать что-то в ответ, но никого не оказалось рядом. Почуяв неладное, он побрёл по пустынным коридорам обратно в комнату. Пытаясь разбудить Каллена, он начал испытывать доселе немыслимые ощущения. Сон пробирался к нему во сне, абсурд да и только. Однако факт оставался фактом. Хироми клонило в чудесные миры, чему он неминуемо подчинился, упав замертво на пол, так и не закрыв за собой дверь.

Утром, Каллен обнаружил Хироми лежащего на полу. Подойдя ближе он не сразу понял что происходит, ведь до этого он никогда не спал внутри его мира. Каллен пытался пробудить Хироми, но ничего не выходило. В какой-то момент он сам открыл глаза, оставив Каллена в полнейшем недоумении.

Каллен — Ты чего это вытворяешь?

Хироми — Я не знаю… О чём ты вообще?!

Каллен — Так, так, давай потише, мы всё-таки в церкви…

Священник — Слышу вы проснулись. Как вовремя, вы как раз успеваете на завтрак.

Ничего не понимая, Каллен огляделся по сторонам. Хироми лежал на полу, священник стоял в дверях и улыбался, а вещи, которые, он положил вчера на другую кровать исчезли.

Каллен — Стойте, а, где наши вещи?

Священник — Они в хранилище. Там, где им и место.

Каллен ощутил страх, такой как никогда в своей жизни. Его охватила паника, ведь меч, что должен был быть навеки у его сердца, оказался в каком-то хранилище. Хироми тоже не оставался в стороне, поглядывая на свои руки и ноги, он не мог понять, что происходит.

Священник — Чего же вы встали? Пойдёмте, а то всё остынет.

Поднявшись на ноги, они проследовали за священником. Пустые коридоры и такие же пустые комнаты. В этой церкви вдруг не стало людей, что ещё вчера заполоняли это пространство. Прибыв на кухню, они обнаружили множество полных тарелок еды, однако никого кроме них в комнате не было. Священник позвал их за стол, усевшись на один из стульев. Хироми и Каллен приняли приглашение, хотя и понимали, что здесь явно что-то не так.

Каллен — Может объясните что происходит?

Священник — О чём это вы?

Каллен — Сегодня здесь как-то тихо, по сравнению со вчерашним днём.

Священник — Ах, так вы об этом. Не беспокойтесь, так бывает.

Хироми — Так бывает? И как это понимать?

Священник взглянул на того своим холодным взглядом, но не стал ничего отвечать.

Хироми — Почему вы молчите?

Мерзкий холодок пробежал по его спине. Тело вдруг стало каменным, не позволяя ему согнуть и пальца. Хироми уставился на священника, безмолвно выкрикивая слова помощи.

Каллен — Хироми? Что вы с ним сделали?!

Вкусив очередную порцию каши, священник не произнёс ни слова. Лишь изредка поглядывая на Каллена, который также потерял возможность двигать своими руками, он улыбался, после чего продолжал есть.

Священник — Он тебя не услышит. А ты не услышишь его. Занятно, верно?

Каллен — Отвяжи меня! Что всё это значит? Как ты это сделал?

Священник — Но ты ведь не связан, Каллен.

Каллен — Постой… Ты, ты… ты ведь один из них! Аарон послал тебя, да?!

Священник — Аарон. Сколько эмоции от одного имени в твоей голове. Но всё же это не он послал меня.

Каллен — Тогда откуда ты знаешь кто я?

Священник — Видишь ли, у меня много лиц. Я знаю каждого, когда как меня не знает никто. А ты как раз таки тот кто сможет помочь мне и Аарону. Однако не стоит строить догадки или задавать вопросы. Это не имеет смысла, ведь ты так или иначе не сможешь этого понять.

Каллен — Хироми, проснись!

Сколько бы Каллен не кричал, Хироми не просыпался. В отличие от самого Каллена, что медленно уходил в мир грёз.

Туман предстал перед его глазами, отгородив его от мыслей и переживаний. Запечатав его в месте откуда не было выхода.

Стук копыт, лязг металла и образы теней являлись ему час от часу. Его укачивало, но он всё никак не мог открыть своих глаз. Видя перед собой лишь пыль, загораживающую его зрение.

Обходя Айзорию, всадники были вынуждены оказаться в местах, известных как озёрные деревни. Прекрасное место с тёплым климатом, большим количеством водоёмов и рек, сплетающихся между собой в удивительные узоры. Озёрные деревни стали домом для одной из рас, зарождавшихся в этом мире по мере эволюции. Всадники Аарона мчались через луга и озёра, мимо одиноких домов и поселений. Среди жителей этих мест вести о нашествии вражеских войск быстро распространялись по деревням, не давая им возможности скрыться от любопытных глаз поселенцев.

Слэй вышел из дому, дабы увидеть всадников своими глазами. Крупные орудия, чёрные доспехи и неимоверная скорость адских лошадей поднимали грязь в воздух по мере их продвижения. Жители деревни мигом выскочили из своих домов, столпившись на улицах. Никто не желал пропускать их дальше, из-за чего те ввязались в схватку. Всадники Аарона пытались избежать столкновения, ведь на кону была их заветная цель, однако ударив несколько раз с разных сторон и окружив оболочек, жители деревни забрали Каллена в свои руки, не давая адским отродьям приблизиться к их домам.

Слэй долго стоял в стороне, пока вдруг не увидел то, что казалось давно, стёрлось из его памяти. Подойдя ближе к бушующей толпе, он оказался рядом со свёртком. Не теряя времени, Слэй мигом выхватил его из рук одного из поваленных на землю всадников. Наконец, взглянув на то, что, как ему показалось давно, исчезло с лица земли, он увидел то самое — меч.

Одолев наступление всадников Аарона, большинство жителей вернулись в свои дома. Однако некоторые остались на поле битвы, негодуя по поводу странного человека, которого приспешники Аарона пытались протащить через озёрные деревни. Всё же Слэй уверил всех настороженных соседей в том, что знает этого юнца. После чего благополучно затащил его к себе домой. Спустя некоторое время, Слэй попытался его расшевелить.

Слэй — Эй, парень? Ты меня слышишь?

Однако ответа так и не последовало. Каллен всё также лежал, не открывая глаза.

На улице смеркалось, запах дождя доносился к нему через открытые настежь ворота церкви. Освободившись от проклятия, что сдерживало его, Хироми сел на пол, чтобы отдышаться от того ужаса, который он только что испытал. Он пытался кричать, но ничего не выходило. Что-то спёрло его дыхание, не давая спокойно вздохнуть, из-за чего он только и делал, что жадно глотал воздух ртом. Стало ещё тише. Лишь звук его бьющегося сердца нарушал эту идиллию.

Повергнув всех в ужас, он стал участником процесса, над которым даже не был властен. Пытаясь достучаться до них, они так и не получили должного ответа.

Мать Хироми — Доктор, да что же с ним такое?! Я ведь только сегодня… с утра ему звонила… он…

Доктор — Извините, я знаю что веду себя чересчур тихо. Однако пока что мы мало чего можем вам рассказать. Его состояние стабильно, но вот…

Мать Хироми — Что?!

Еле сдерживая себя, спросила мать Хироми.

Доктор — Извините, я правда пока что не знаю как это описать. Мы постараемся в ближайшее время обо всём вам рассказать, обещаю.

Мать Хироми — Нет, нет, нет! Он ведь только утром говорил со мной. Мне не нужны обещания! Я хочу, чтобы вы его…

Отцу Хироми пришлось успокоить свою жену, чтобы она не наговорила лишнего в столь сложный для них час.

Отец Хироми — Тише, дыши, с ним всё будет в порядке. Я ведь верно вас понял?

Доктор — Будем надеяться.

Опять

Ранним утром, когда трава покрывалась росой, а туман ещё нависал над деревней, Каллен открыл свои глаза, увидев перед собой представителя шойстов. Большой, массивный, даже неуклюжий на первый взгляд, шойст готовил себе завтрак, попутно насвистывая мелодию. Шойсты отличались небывалой силой и выносливостью, густой шерстью, покрывающей их с ног до головы, а также продолжительностью жизни, которой могли либо посочувствовать, либо позавидовать.

Слэй — Ну что, проснулся наконец? Как раз к завтраку.

Каллен — Ты… кто? Что я… вообще…

Каллен не мог связать двух слов, хотя желание узнать о происходящем сверлило его до глубины души.

Слэй — Так, давай-ка, ты не будешь тратить силы на разговоры. По крайней мере сейчас. У тебя ведь ужасная слабость, так что побереги себя.

Всё же Каллену хотелось узнать, кто он такой.

Слэй — Дай угадаю, ты хочешь узнать кто я, верно?

На это Каллен очень энергично кивнул в ответ.

Слэй пересказал ему о вчерашних событиях, не забыв упомянуть и про меч, который из-за глупости Каллена оказался в чужих руках. Каллен хотел было возразить, но всё же понял, что этот здоровяк прав.

Слэй — Если тебе так интересно, меня зовут Слэй. Возможно ты слышал обо мне от своего дедушки, ну или от отца. Хотя… думаю они не стали бы рассказывать обо мне.

Шёпотом, Каллен попросил его рассказать об этом поподробнее.

Слэй — Думаю тебе рановато слушать эту историю. К тому же, я говорил, что тебе нужен покой. Так что давай без лишних глупостей!

Каллен уже было смирился, но тут же попытался встать, хрипя что-то про Хироми.

Слэй — Что же ты будешь делать! Ты можешь успокоиться в конце то концов? Ляг и лежи, понял?

Каллен — Хироми?!

Слэй — Это что? Что это значит?

Каллен — Мой друг… в опасности!

Слэй — Друг, говоришь… Ну по крайней мере я никого не видел. Вчера когда всадники Аарона прибыли к нам в деревню, там был только ты. Уверен, что это не помутнение рассудка?

Каллен — Да!

Слэй — Ладно, ладно. Мне же нужно удостовериться.

Каллен — Найди его, пожалуйста…

После этих слов, обессилив, Каллен упав на перину, закрыв свои глаза.

Слэй — Отлично. И как же я его найду?

Каллен уснул, из-за чего день прошёл достаточно быстро. Когда он проснулся, на дворе главенствовал вечер.

Учуяв запах свежего хлеба и жареной рыбы, Каллен подумал, что всё ещё спит. Однако ущипнув себя, он в действительности обнаружил большие тарелки с едой, стоящие на кухонном столе. Хотя его состояние желало лучшего, он, наконец, вернул себе способность говорить.

Каллен — Слэй? Так ведь вас зовут?

Слэй — Вот это да, ты вновь говоришь! И даже имя моё запомнить умудрился.

Каллен — Да… вот только сил у меня всё ещё нет.

Слэй — Об этом можешь не переживать, это мы сейчас исправим. Садись повыше.

Слэй подтащил поднос с рыбой и хлебом поближе к Каллену. Облокотившись о спинку кровати, он начал есть один кусок за другим не замечая времени. После трапезы, он наконец был готов встать, но Слэй остановил его, сославшись на терпение.

Слэй — Потерпи, парень, завтра ты полностью оклемаешься. Особенно после моего лечебного эликсира.

Каллен — Ты про эту болотную гадость, что я выпил?

Слэй — Не так уж это и противно, знаешь ли. Многие в очередь становятся, чтобы получить лечебную микстуру. Она ведь раны мигом заживляет. А у тебя удар был неслабый. Раз уж ты так долго отходишь.

Каллен — Кстати об этом, сколько я тут уже пробыл?

Слэй — Пошли вторые сутки.

Каллен — А что с Хироми?

Слэй — Хироми? Я как тогда ничего не понял, так и сейчас не очень понимаю о ком ты.

Каллен — Мы были в церкви, той, что на холмах недалеко от Айзории. Потом тот священник наслал на нас что-то очень странное. Мы не могли и пошевелится. А после… После я и вовсе ничего не помню.

Слэй — Считаешь, он всё ещё там?

Каллен — Тут тяжело будет сказать, ведь он не обычный человек. То исчезает, то появляется… Но вот в церкви всё поменялось, он не смог вернуться домой, поэтому я не знаю что с ним сейчас. Я бы хотел пойти сам, но ты видишь в каком я сейчас состоянии.

Слэй — Ладно, тогда, я завтра же отправлюсь на его поиски. А пока что…

Каллен — Постой!

Когда Слэй остановился, Каллен задал ему важный для него вопрос.

Каллен — Ты ведь тот, кого я искал, верно?

Слэй — Смотря кого именно ты имеешь в виду. Если престарелого шойста, то вот он я, перед тобой.

Каллен — Ты ведь понимаешь, о чём я. Это ты тот самый мастер, которого мне велел найти король.

Слэй присел рядом с Калленом прежде, чем самому пойти спать.

Слэй — Король велел тебе найти меня?

Каллен — Он говорил, что ты поможешь мне понять происходящее.

Слэй — Вот только… Думаю твой отец… да и дед тоже. Они бы этого не хотели. Поэтому я не могу, прости.

Каллен — Брось, ты обязан рассказать мне! Особенно после их смерти.

Немного поразмыслив, он всё же сжалился над ничего не ведающим Калленом. Отбросив усталость на ближайшие пол часа, Слэй уселся поудобнее, начав свой рассказ.

Слэй — Ладно… Видишь ли, когда Олуэндские земли были под предводительством иного рода правителей. Когда твой дедушка только начал вынашивать свой план в голове. Я был одним из служащих Айзории, попутно обучавшийся созданию орудий и доспехов. Однажды он пришёл ко мне с просьбой, смутившей меня до глубины души, хотя врать не стану, в то же время меня это очень заинтересовало. Он попросил меня создать меч, который будет питаться энергией нашего земного ядра, ядра жизни. Он хотел использовать энергию артефакта, чтобы получить могущество и свергнуть правителей Олуэндских земель. Для этого он отправился в священные земли, где упорным трудом, достигнув самых корней древа жизни, успел отрубить от них маленький кусочек. Тогда-то стражи этих мест и покарали людей, закрыв эти земли для всех и каждого. Однако в конце концов твой дедушка принёс мне кусок этого корня и попросил заковать его в сталь. Тогда я осудил его за эти деяния, хотя и помог ему в создании этого клинка. После чего он собрал мятеж и изгнал прежний род Олуэнда, что правил там несколько поколений. С тех пор он хранил этот меч как зеницу ока, передавая его от поколения к поколению.

Каллен — Но почему они не говорили мне об этом? Никто даже ни разу не упомянул об этих событиях. Значит, мой дедушка отвоевал королевство в котором впоследствии стал править?

Слэй — Уж не знаю хорошей ли это было идеей, рассказывать тебе эту историю. Но так оно и было. Твой дедушка пошёл на это из-за разногласий с прежней властью, что по его мнению относилась к людям как к скоту.

Каллен поник, вжавшись головой в подушку. Из-за чего, Слэй решил завершить их разговор, отправившись спать в соседнюю комнату.

В то же время за окном слышался шум дождя, угрожающий переменной курса, по которому Каллен намеревался идти. Он ещё долго не мог закрыть глаз, пока усталость не сделала своё дело, погрузив его в царство теней.

На утро он проснулся довольно-таки бодрым и отдохнувшим. Поэтому первым делом он встал с кровати, на которой так долго лежал не пошевелив и пальцем. Пройдя на кухню, он сел за стол, где завтракал Слэй. Тот мигом пододвинул ему тарелку с супом, при этом даже не оторвавшись от своей.

Каллен — В последний раз мы были в церкви. Запомни это когда будешь искать его. Возможно, он пошёл дальше. Но может случиться так, что его там не будет вовсе.

Слэй — Это ещё как понимать? Я пойду его искать, а в итоге может оказаться, что его там не будет? Ты, конечно, говорил, что он необычный, и может исчезать, но легче мне от этого не стало.

Каллен — Знаю, что это странно, но иначе я не смогу тебе объяснить. Да и надеяться кроме как на тебя мне не накого.

Слэй доедал очередную порцию супа, попутно обдумывая свой поисковый план. Каллен также решил не отставать, начав свой завтрак с горячей похлёбки.

Уже после завтрака, закинув на спину походный мешок, Слэй вышел на улицу, медленно направляясь в сторону ворот. Каллен остался один, как раз для того, чтобы осмыслить всё, что произошло в его жизни.

Находясь у ворот, Слэй встретил одного из своих знакомых, попросив того по старой дружбе приглядеть за человеком в его доме.

Слэй — Так что, сможешь?

Знакомый Слэя — А ты куда это собрался, а?

Слэй — Просто ответь мне — да или нет?

Местный житель — Ладно, ладно. Не хочешь говорить, не говори. Пригляжу я за твоим домом.

Обменявшись рукопожатиями, Слэй двинулся вглубь озёрных деревень, направляясь к холмам Айзории.

В это время Хироми уже несколько дней питался и жил в забытой богом церкви. Надеясь на то, что всё встанет на свои места, он оставался внутри. Но в один прекрасный момент, он всё же понял, что в этом нет никакого смысла. Ждать чуда, не двигаясь с места, было попросту глупо.

По ту сторону мира, мать Хироми оплакивала тело своего сына, что был подключён к датчикам и аппаратам поддерживающим в нём жизнь. Они старались приходить как можно чаще, навещая и общаясь с обездвиженным телом Хироми.

Мать Хироми — Привет, сынок… У нас всё не плохо, не считая того, что ты лежишь здесь. Сегодня я была в твоей квартире, поливала цветы. Немного убралась… Твой отец даже попытался отремонтировать скрипучую дверь в ванную, но как ты знаешь он человек работающий головой, а не руками, поэтому из этого ничего не вышло. Тогда-то нам пришлось вызвать мастера. И… я… Мы так больше не можем… Выздоравливай, прошу тебя, выздоравливай…

Хироми осматривал оставшийся запасы еды, которые поредели

за время его пребывания в этом месте. В то же время Слэй поднимался по тропинке, попутно пытаясь докричаться до пропавшего друга Каллена.

Слэй — Хироми? Если ты меня слышишь, отзовись!

Однако никого не было, поэтому Слэй продолжил свой путь в гору. Хироми, наконец, покинул стены церкви, оставив воспоминания позади. Он понимал, что наступает новая глава в его жизни, та, которая перевернёт его судьбу с ног на голову. Поэтому он решил не медлить, отправившись по маршруту, о котором ему говорил Каллен.

Слэй быстро продвигался по ущельям и отступам, избегая встреч с опасной флорой и фауной. Однако время было не бесконечно, приближая того к первой остановке. Остановившись в кустах, он присел, чтобы пополнить свои запасы энергии.

Хотя Хироми понимал, что вышел довольно-таки поздно, о чём свидетельствовал тот мрак, что в мгновение ока воцарился вокруг него. Он всё же решил идти ночью, чтобы не останавливаться на своём пути к озёрным деревням.

Спустя какое-то время, он обнаружил что-то очень странное. Могучий силуэт совера, шагающего по тропе, сильно его напугал. Затаив дыхание, Хироми скрылся за камнем. Лысое и по своему безобразное, кровожадное существо. Не имело глаз, никогда не спало, днём и ночью выслеживая свою жертву. Соверы искусно прятались из-за свойств их гладкой и прозрачной кожи, которая по воле хозяина меняла цвет, соответствуя имеющемуся окружению. Хироми решил медленно отступать по иному пути, однако незнание этих краёв не помогло ему избежать смертельной угрозы. Наступив на сухую ветку, он вызвал неподдельный интерес у существа, которое слонялось в поисках ужина. Тогда-то Хироми начал бежать, чем ещё больше привлек совера. В это же время Слэй вышагивал им навстречу, даже не подозревая о том, что поджидает его в ночи.

Слэй — Я так понимаю, пропажа нашлась…

Слэй двинулся на помощь Хироми, который по своей глупости всё больше привлекал внимание совера, своим топотом об землю. Совер быстро нагнал Хироми, почти лишив его головы. Благо, Слэй подоспел вовремя, подкинув взрывчатую жидкость прямо в его лапы. Ему удалось обжечь тело совера, заставив того отступить, что в итоге и помогло ему установить контакт с Хироми. Слэй пытался понять, тот ли это человек, которого, он искал.

Слэй — Эй парень, ты ведь Хироми, так? Я пришёл…

Даже не дослушав, испугавшись до смерти и не зная, что думать, Хироми начал пятиться.

Хироми — Что ты такое?! Не подходи!

Слэй — Так, для начла, ответь на мой вопрос — тебя зовут Хироми? И не стоит больше кричать, ты ведь привлекаешь совера.

Хироми — Откуда ты меня знаешь?

Слэй — Сейчас не самое подходящее время. Скоро он отойдёт от удара и погонится за нами с новыми силами. Поэтому я прошу тебя идти за мной, и как можно быстрее!

Хироми не имел понятия, кто это существо, покрытое шерстью. Однако умея разговаривать и убеждать, он всё же показался ему вариантом получше, чем то лысое отродье, что пыталось его заглотнуть. Поэтому, поднявшись с земли, на которую тот завалился, пытаясь уйти от челюстей ужасного создания, Хироми последовал за Слэем, постоянно оглядываясь по сторонам.

Перед отходом Слэй кинул ещё одну взрывчатую жидкость прямо под ноги соверу, окончательно отбив у него желание полакомиться свежей человечиной. Отдаляясь от поля сражения, они подходили к спуску с холма, который ведёт обратно в озёрные деревни.

Хироми — Я тут подумал, раз уж мы в безопасности. Может расскажешь мне, кто ты такой?

Слэй — Меня зовут Слэй, запомнить легко. А тебя как я уже выяснил, зовут Хироми.

Хироми — Точно… Но откуда ты меня знаешь?

Слэй — Каллен мне всё про тебя рассказал, отсюда и знаю.

Хироми — Так значит он в порядке?

Слэй — В полном. Не без моей помощи конечно.

Хироми — Хорошо, а то, я уж себе понапридумывал всякого…

Уйдя в глубины своих мыслей, Хироми замолчал. Однако любопытство Слэя нарушило его размышления.

Слэй — Извини, что отвлекаю, но… Я не очень понял, что Каллен имел в виду, когда рассказывал мне про твои исчезновения. Как это понимать?

Хироми — Ну… Я бы тоже хотел это знать. Понимаешь, раньше я мог возвращаться в своё тело, которое находится в моей квартире, но теперь, что-то мешает мне это сделать.

Слэй — Извини меня, конечно, но звучит это чересчур фантастично.

Хироми — Знаю. И всё же, после того как мы столкнулись со священником в той злополучной церкви, я потерял связь со своим телом, а соответственно и с моим миром.

Слэй — Никогда бы не подумал, что такое возможно. Надеюсь это не розыгрыш?

С улыбкой на лице спросил Слэй.

Хироми — Не думаю… Давай сменим тему. Как насчёт передохнуть? Хотя бы немного посидеть.

Слэй — Звучит замечательно, но поверь, у меня есть что-то получше.

Хироми — Что же может быть лучше отдыха?

С широкой ухмылкой на лице, Слэй посмотрел на Хироми. Вытаскивая хлеб с соленьями и вяленым мясом, он специально остановился, чтобы увидеть его реакцию на своё блюдо.

Слэй — Вот держи, подкрепись, нам ещё сутки идти как минимум.

Хироми — Ещё сутки без отдыха — это конечно ужасно для моих уставших ног, но и есть, я лучше не стану, спасибо.

Слэй выпал в осадок от такого ответа. Всё же ему никогда не отказывали, когда дело касалось его стряпни.

Слэй — Что ж… Как угодно. Только вот ещё что! Забыл сказать… Нам придётся идти другим путём, более коротким.

Хироми — Это ведь отлично. Короче значит быстрее.

Слэй — Да… только вот, к тому же, этот путь гораздо опаснее. Но ты не переживай, иного варианта у нас так или иначе нет!

Хироми помолчал какое-то время, прежде чем кивнуть ему в ответ. Когда же все всё выяснили, они продолжили свой путь.

Хироми — Тут Каллен упоминал как-то, что скоро наступят холода. Только вот, я не понимаю, почему здесь так тепло?

Слэй — Всё дело в озёрных деревнях, имеющих как холодные пруды, так и горячие источники. В основном, конечно, они тёплые, из-за чего здесь и держится соответсвующая температура воздуха, несмотря на соседство с холодными горами Айзории.

Хироми — Ого… Слушай, может всё же разобьём лагерь?

Слэй — Думаю, что мой ответ — нет.

Хироми хотел было возразить, но Слэй его опередил.

Слэй — Пойми, останавливаться здесь и сейчас будет очень плохой затеей. Лучше перетерпеть, чем потом жалеть о потерянных конечностях.

Зайдя вглубь беспросветного леса, Слэй то и дело оглядывался по сторонам. Извилистые тропинки, ведущие в неизвестность, странные силуэты, сводящие с ума, и вязкая грязь, заглатывающая под землю каждого, кто осмелился вступить на эти земли. Слэй шёл впереди, оказывая Хироми услугу проводника, постоянно останавливаясь и сверяясь со своим внутренним компасом, дабы случайно не оказаться втянутым в болотный капкан. Хироми беспокоило отсутствие времени, понятия об течении оного в этом злополучном месте. Лес словно впитывал окружающие его законы, переписывал их, трактовал по-своему. Всё же, в конце этого тёмного тоннеля, они заметили свет, что вывел их наружу, не отнимая рассудка.

Остановившись перед изгородью, Слэй проверил Хироми на готовность идти дальше.

Слэй — Знаю, ты устал, но поверь мне скоро мы уже будем на месте.

Хироми — Нет, нет, что ты, я готов продолжить наш путь.

Уставшим голосом процедил Хироми.

Слэй — Ну вот и славно. Тогда полезай внутрь.

После этих слов Хироми проник внутрь вечно зелёной изгороди, что отделяет лес от озёрных деревень. Ещё предыдущие поколения шойстов посадили семена, которые сквозь века защищают новое поколение от напастей неизведанных уголков леса.

Каллен сидел как на иголках, постоянно выглядывая в окно. Слэя не было довольно-таки долго, что послужило причиной для его беспокойства. Он уже хотел было выдвинутся сам, но кто-то странный всё это время смотрел за домом Слэя. Каллен подумал, что это некий грабитель, который воспользовавшись моментом, мог вторгнуться внутрь. Поэтому, не давая своим эмоциям взять над собой верх, он сидел как сторожевой пёс в ожидании хозяина.

Пройдя тернистый путь, они наконец вышли наружу, представ перед территорией озёрных деревень. После проталкивания сквозь изгородь, Хироми был весь в ссадинах и порезах, чего нельзя было сказать об Слэе, чьё тело защищал толсты слой шерсти.

Слэй — Ну вот и он, мой дом! Мой милый дом.

Хироми — Так вот они какие, озёрные деревни… Теперь я вижу, что это не просто красивое название.

Слэй — Я бы рад поболтать. Но всё же предлагаю для начала завершить наше приключение, что скажешь?

Хироми — Не откажусь.

Наконец, их путь подошёл к концу. Деревня открылась перед ними во всей своей красе, позволяя насладиться предчувствием скорейшего отдыха.

Чего, однако, не мог себе позволить тот, кого давно не было видно на поверхности этой земли.

Аарон — Значит, он всё же не так слаб, как мы себе это представляли?

Бирк — К сожалению, вы правы, сэр. Однако мы всё же знаем, где он находится. Поэтому напасть на эту деревню ещё раз будет для нас не проблемой.

Аарон — Говоришь, мы можем наведаться в гости, ещё раз?

Бирк — Именно так! Прикажите послать туда вашего сына?

Аарон — Думаю да, однако… Не забудь выделить ему людей, сам ведь понимаешь в каком он сейчас состоянии.

Бирк — Так точно, сэр!

Пройдя через арку ворот, они оказались в родных для Слэя просторах. Хироми ловил на себе любопытные взгляды, что падали на него со всех сторон. Слэй то и дело здоровался с проходящими рядом селянами, дабы отвлечь их от вопросов про человека. И пока они не дошли до его дома этот цирк беспрерывно продолжался.

Войдя во внутренний дворик, Слэй проследовал к колодцу в котором бултыхалась студёная вода. Выпив целое ведро, он предложил и Хироми, который однако кроме как о сне думать ни о чём большем не мог. Быстро проследовав внутрь дома, они столкнулись со стоящим у дверей Калленом, что крепко держал своими двумя кочергу от камина.

Каллен — Стой, где стоишь!

Прокричав на весь дом, Каллен был ошарашен тем, что вновь увидел Хироми и Слэя. Опустив кочергу вниз, он явно выдохнул, узнав, что это не люди Аарона, желающие выкрасть его меч.

Слэй — Ты чего это тут вытворяешь, парень?! Положи-ка ты её обратно, пока дом мне не разнёс.

Каллен — Боже, так это вы!

Хироми — А ты кого-то иного ждал?

Каллен — Понимаете, я уже несколько дней подряд охраняю этот дом от подозрительного шойста. Он всё время трётся вокруг да около, посматривает в окна. Да и вообще просто-напросто подозрительно себя ведёт. Вот я и подумал, может это вор или один из людей Аарона. Как думаешь Слэй?

Слэй — Думаю, что у тебя отличная фантазия, парень.

Каллен — Но…

Слэй — Это я его попросил, последить за домом пока меня не будет.

Каллен — Так ты мне не доверяешь?

Слэй — Дело не в этом… Я хотел убедиться, что ты не сбежишь куда подальше. Понимаешь?

Каллен ему не ответил. Ведь только сейчас он осознал, что перед ним действительно стоит Хироми. Уставший и сонный, он смотрел на него, не прерывая его слов. Слэй понял, что им нужно всё обсудить, поэтому решил направиться на кухню, чтобы немного подкрепиться.

Каллен — Боже, Хироми, как ты вообще? Ты садись, чего стоять то.

Хироми — Ох, точно, можно же посидеть, спасибо…

Сев на стулья, между ними повисла неловкая пауза. Хироми не знал что сказать, ведь мыслями он всё ещё был в церкви, прокручивая одно и то же раз за разом. Поэтому Каллен решил взять инициативу в свои руки, прервав их молчание.

Каллен — Слушай, мне нужно извинится за всё что произошло в…

Хироми — Не стоит… Разве ты виновен в том, что попался на удочку этого священника? С каждым ведь могло произойти.

Каллен — Тем не менее, я прошу прощения. Мне не известно, как восстановить твой навык исчезать, но я постараюсь это исправить, обещаю!

Хироми — Не нужно, ты и так сделал многое для того, чтобы я не погиб. Позвал Слэя мне на помощь, за что ему огромное спасибо.

Слэй — Да уж было бы за что!

Хироми — Нет, нет, не стоит, без тебя меня уже бы сожрали, это точно. Так что ты спас мою жизнь.

Слэй — Ну раз так… Не хотел сбивать тебя с мысли, однако думаю тебе стоит поесть.

Каллен — Слэй прав, иди восстанавливай свои силы. Потом продолжим.

Хироми ещё ни разу не ел в этом мире. Ему было страшно вкушать блюда, которые могли быть лишь отражением его снов. Однако желудок требовал пищи, а конечности — сил для их дальнейшего восстановления. Поэтому сжав кулаки, Хироми сел за обеденный стол. Он медленно поднёс морковь ко рту и неуверенно откусил один кусочек, чтобы убедиться в её реальности. Всё же глаза не обманывали его, ведь он действительно ел оранжевый, знакомый ему с детства, овощ. После моркови он попробовал мясо, похлёбку и хлеб с вяленой рыбой. Продукты имели вес, вкус и эффект насыщения. Однако от этого ему становилось только страшнее, так как объяснить подобное он никак не мог.

Хироми — Каллен, я конечно не настаиваю, но ты не думал, что уже пора?

Однако казалось, что Каллен забыл про всё на свете, отключив свои органы чувств. Жуя кусок хлеба с мясом и запивая его горячим чаем из местных трав и корней, он смотрел в окно, из которого пробивались солнечные лучи. Тогда Хироми толкнул его, дабы привести в чувства.

Каллен — Извини, я чуток призадумался. Ты чего-то хотел?

Хироми — Я думаю пришло время всё объяснить.

Каллен — Что ты имеешь в виду?

Хироми — Ты ведь и сам понимаешь, что я имею в виду.

Каллену не хотелось, чтобы Хироми попал в беду. И всё же, он уже был в западне, не имея возможности вернутся в своё тело. Поэтому, поразмыслив Каллен решил, что, скорее всего, объяснить ему хоть что-то, будет правильно с его стороны.

Каллен — Хорошо, но это на долго. К тому же ты должен понимать последствия.

Хироми — Просто начинай…

Каллен — Раньше, в детстве, мой отец и Аарон были друзьями. По причине того, что их отцы правили двумя соседствующими королевствами, у них сложились особые отношения, которые они хотели видеть и у своих сыновей.

Однако, когда наступил час, и мой отец вместе с Аароном сменили старых правителей, начались странные вещи. Как это обычно бывает, один правитель обвиняет другого, объясняя свои неудачи соседством с плохими людьми. Мой отец был выше этого, наверное. Ведь он никогда не обращал на это внимание. Их диалоги с Аароном были странными, даже агрессивными, хотя они и пытались скрыть свои чувства за ширмой дружелюбия. Всё же ни к чему хорошему это не привело, ведь они всё больше и больше спорили о территориях, ресурсах и возможностях дальнейшего развития.

Аарону не хватало рук для того, чтобы обустроить свои поселения, обеспечить всех продовольствием и спасти людей от ходящей по улицам его королевства смерти. Он вечно просил помощи у отца, да и не только у него, ведь к кому он только не обращался. И ему помогали. Всегда, несмотря ни на что!

Что случилось потом, неизвестно… Почему и как это произошло — неизвестно. Но я могу сказать тебе одно — именно он начал «великую чистку». Процесс, из-за которого погибло огромное количество людей, животных и самых разных существ. Всех тех, кто даже и не представлял себе дня, когда их начнут истреблять. Аарон призвал армию, пришедшую с самих глубин ада, наверное, для того, чтобы всем что-то доказать. Однако вместо этого они начали убивать, уничтожая его собственное население. Конечно же, он просил помощи у моего отца, но тот не стал ввязываться в это, так как и земли Олуэнда уже кишели этими тварями. Вместе с Айзорией, мой отец отбил полчище чудищ из преисподней, освободив людей от страха выйти на улицу. Вот только когда всё улеглось, Аарон исчез. Также, как и ты исчезал до этого.

Его не было около двадцати лет. И вот каким-то образом, утратив свой человеческий облик, он объявляется в нашем мире, внезапно вторгаясь со своей армией теней на земли Олуэнда. Моя семья пожертвовала собой, лишь бы я смог сбежать. Люди нашего королевства стали его заложниками. А земли превратились в царство теней, где главенствует смерть.

Хироми смотрел на угасающие лучи солнца, он понимал, что Каллен не врёт. И всё же, ему с трудом удавалось понять произошедшее.

Хироми — Это ведь… Как бы так сказать…

Каллен — Безвыходная ситуация? Лучшего описания как мне кажется, нет.

Хироми — Да уж, наверное, тут ты прав. От этого ещё страшнее, ведь, я даже не представляю как нам вернуть всё на свои места…

Каллен — Думаю есть лишь один единственный выход.

Хироми заинтересовался тем, что Каллен мог ему ответить. Вот только, после услышанного, он сразу же понял, что такой план не для него.

Каллен — Бой, и никак иначе! Только таким образом нам удастся его одолеть.

Хироми — Ну да, я ведь тот ещё воин.

Каллен — Никто о тебе и не говорил. Я сам пойду к Аарону и сражусь с ним.

Тут из тени объявился Слэй, который ненароком подслушивал их разговор.

Слэй — Боюсь ты сошёл с ума, Каллен.

Каллен — Сошёл, не сошёл, какая теперь разница? На данный момент у меня есть лишь один выход.

Хироми — Выход то может быть и один, но тех, кто готов тебе помочь, двое. Так что…

Слэй — Стой, ты это, что же, на меня намекаешь?

Хироми — Конечно, на кого же ещё?

Слэй — Боюсь тебя разочаровывать, но я уже стар для подобного.

Хироми — И это говорит тот, кто спас меня от огромного монстра?

Каллен — Постой, Хироми, остановись. Я бы ни за что не стал рисковать вашими жизнями. Так что мне не важно кто стар, а кто молод. Я уже решил, что пойду сам.

Слэй — Ну уж нет, забудь, самому тебе тоже идти не следует. Надеюсь ты это поймёшь, рано или поздно.

Каллен — И всё же, я обязан!

Солнце медленно заходило за горизонт, оставляя тонкую полосу зарева. Улицы деревни совсем опустели, потеряв шумный настрой. Всё близилось к ночи, к моменту, когда Хироми предстоит осознать, что он погряз в этом мире. Однако до этого времени они вместе со Слэем и Калленом обсуждали темы, лезущие им в головы, до тех пор, пока не пришло время сна.

Слэй — Насколько я вижу за окном темнота. А это значит, что пора спать, ребятки. Завтра вам предстоит нелёгкий день, уж поверьте мне.

Каллен — Постой, о чём это ты?

Слэй — Да не переживай ты так. Поможете мне по хозяйству. С этим то вы, я надеюсь справитесь?

Каллен — Конечно! Можешь на нас положиться, верно Хироми?

Однако Хироми уже ничего не слышал, погружаясь в сон, который, не сможет вернуть его домой.

Мать Хироми — Можно?

Доктор — Да, заходите. Садитесь, пожалуйста.

С обеспокоенным и измученным видом, мать Хироми прошла внутрь кабинета. Присев на стул, она плотно упёрлась ногами в пол, дабы не провалится под землю от очередного удара судьбы.

Мать Хироми — Скажите мне, только честно… Хироми умрёт?

Какое-то время врач безмолвно смотрел в эти полные отчаяния и грусти глаза. Он понимал, что не сможет совершить чуда, но в то же время, ему было ясно — так просто сдаваться нельзя.

Доктор — Да, что вы такое говорите?! Даже и думать об этом забудьте!

Мать Хироми — Вы же сами всё видите… Уже целую неделю, как он пролежал не сдвинувшись и с места. Вы ничего не говорите, да и вообще… Я просто не знаю, что уже и думать.

Доктор — Это безусловно тяжёлая ноша. К тому же вам стоит быть готовой к тому, что он может пролежать в таком состоянии не один месяц и даже год. Я не хочу врать вам или… Проще говоря, мне нужно знать, что вы готовы ждать, столько, сколько потребуется.

Мать Хироми — И что тогда? Он вновь встанет на ноги?

Доктор — Для этого мы сделаем всё необходимое, поверьте мне.

Солнце вновь возвращалось на своё прежнее место. Яркие лучи пробивались сквозь деревянные ставни на окошках домов. Обитатели озёрных деревень поднимались с постелей, чтобы начать новый рабочий день. Ровно, как и Хироми с Калленом, что сидя на кровати, растирали свои заспанные глаза.

Слэй — Хотел уже идти, будить вас, но вы и без меня с этим справились, как я погляжу.

Хироми — А зачем тебе вообще нас будить? Я что-то вчера пропустил?

Каллен — Конечно пропустил. Ты ведь раньше всех уснул. Хотя… Я и сам не очень понимаю, что созрело у него в голове.

Слэй — Тогда позвольте всё объяснить. Как вы понимаете, я на пенсии. Заслуженный отдых и тому подобное. Но всё же долго без дела я сидеть не привык. Поэтому-то я и подумал заняться чем-то новым. Вот и начал варить различные лекарства и микстуры, которые…

Каллен — Извини, нельзя ли сразу к делу? По утру я плохо соображаю.

Слэй — Конечно!

Слэй мигом умчался на чердак. Спустя секунду он уже стоял перед ними со всем необходимым для сбора ингредиентов. Перчатки, чтобы не обжечь кожу рук, лопата, чтобы пробраться глубже к корням, и самое важное — справочник, в котором содержится огромное количество информации об растительности этих краёв.

Каллен — Стой, ты хочешь, чтобы мы возились с цветами? Я думал ты обучишь меня чему-нибудь. Или на крайний случай скажешь полы помыть.

Слэй — Видно ты не совсем понимаешь, насколько это важно, уметь отличать съедобное от умерщвляющего. Да и к тому же, чего ты от меня ожидал? Уроки фехтования?

Каллен — Хотя бы. Почему бы и нет?

Слэй — Да потому что ты и без меня прекрасно обходишься с клинком. Я тот кто его выковал, не более того. От меня ты не узнаешь секретов или тайных техник. Понимаешь?

Каллен — Хорошо, хорошо, я понял. Лучше тогда скажи куда нам идти.

Выйдя во двор с корзинками на спинах, Каллен и Хироми направили свой пристальный взгляд в сторону ладони Слэя, который указывал им направление к туманным холмам. По легендам в этих местах скрывались воспоминания о прошлом и предсказания о будущем. Шойсты нарекли эти края проклятыми, поэтому не заходят туда без необходимости. Однако Слэй, занимаясь новым для себя ремеслом, обнаружил там целые поля редких трав и растений. Из-за чего бывал там чаще, чем кто-либо ещё.

Слэй — Ну что всё поняли?

Хироми — Думаю, что да.

Слэй — Тогда вперёд! С каждым днём, дни всё короче, поэтому вам бы поспешить.

Хироми поправил свою корзинку, посмотрел на недовольного Каллена и двинулся в путь к туманным холмам. Вот только, не пройдя и пару метров, их остановил Слэй.

Слэй — Стойте!

Каллен — Чего ещё?

Слэй — Будьте предельно осторожны с призраками вашего прошлого. Не ведитесь на их ложь.

Записав слова Слэя у себя на подкорке, они всё же двинулись вперёд, постоянно поглядывая на любопытных шойстов, что даже откладывали свою работу, только ради того, чтобы поглазеть на них с Калленом. Миновав деревню, они оказались на узкой тропинке, вдоль которой по обе стороны простирались поля. В итоге дорога оказалась не столь далёкой как им показалось на первый взгляд. Они успешно подошли к подножию холмов, увидев перед собой сплошной, густой туман. Невзирая на учащённое сердцебиение, Хироми проследовал внутрь, мгновенно потеряв след в ослепляющей мгле. Внутри туманна, до них доносились жуткие голоса, усугубляя и без того тяжёлый сбор трав.

И хотя они пытались найти хоть что-то из того списка, которого дал им Слэй, потеряв рассудок и способность к мышлению, они бродили по кругу, пытаясь как можно быстрее покинуть это место. Пытаясь докричаться друг до друга, они оставались без ответа. Ведь ничего, кроме шелеста и странных теней, пробегающих прямо перед их глазами, не отзывалось на их слова.

В одно мгновение Каллен почувствовал чью-то руку, коснувшуюся его плеча. Странно было то, что у него не было страха, по крайней мере, он пытался убедить себя в этом.

Длинные волосы, знакомый ему голос. Это была его мать. Каллен ясно видел её силуэт. Однако слова, её слова, лишь нагоняли на него ужас.

Каллен — Ты лишь иллюзия, ты лишь иллюзия…

Мать Каллена — Зачем ты дал мне умереть, Каллен?

Каллен — Я не…

Мать Каллена — Ты обрёк меня на муки в этом аду.

Каллен — Спокойно, просто иди вперёд, просто иди…

Побежав вперёд, он наткнулся на ветку, которая чуть ли не выбила ему все его зубы. Завалившись на землю, он корчился от боли, пока огромный клинок не пронёсся прямо перед его лицом. Каллен мигом подскочил на ноги, озираясь по сторонам.

Каллен — Хироми… Это ты?

Огромная рука ухватила Каллена за плечо. Вцепившись со всей своей силой она тянула его в никуда, пока хватка не ослабла, а над его головой не появился силуэт чего-то невообразимо большого. Это был клинок, желающий разрубить его на две половины.

Каллен — Кто… Кто ты? Чего тебе от меня нужно?!

Тогда-то перед ним явился он, сын Аарона, тот, что постарше. Имея беды со своей головой, он приказал называть его — принцем тьмы. Никто и не спорил, никто и не возражал.

Принц тьмы — Я долго за тобой охотился, отдавай клинок!

Когда Аарон вернул подобие тел своим людям и сыновьям, он получил странного и совершенно не знакомого ему человека. Старший сын объявил себя принцем тьмы, потеряв воспоминание и чувства. Он стал призраком с одной единственной целью. Целью, которую он получит от своего отца.

Каллен — Как ты меня нашёл? Да и вообще…

Принц тьмы — Это не может значения иметь! Отдавай, что необходимо, моему господину это нужно.

Каллен — Неужели ты так своего родного отца называешь?

Не ответив ни слова, он замахнулся в сторону Каллена. Меч с грохотом ударил об землю, приведя Хироми в чувства. Из-за чего, он сразу же погнался в сторону звука, надеясь найти Каллена. В конце концов, так оно и вышло — Хироми наткнулся на своего друга, споткнувшись о которого оказался вместе с ним на земле.

Хироми — Скажи мне, что это ты, Каллен!

Однако ответа не последовало. Каллен толкнул Хироми в сторону, прежде чем новый удар меча разразился ровно в том месте, где он только что лежал.

Каллен — Беги и предупреди Слэя, живо!

Хироми — Каким образом?! Я понятия не имею как отсюда выбраться.

Каллен наконец поднялся на ноги.

Каллен — Ладно, тогда на три, бежим в мою сторону!

Хироми — На три?

Каллен считал до трёх, попутно уворачиваясь от ударов меча. Хироми не понимал, куда бежать поэтому доверившись инстинкту, он двигался на звук, пока не наткнулся на огромный валун, перегородивший им путь.

Каллен — Так, спокойно, значит, нам не сюда. Давай обратно.

Хироми — Ты уверен?

Каллен — Просто делай, что я говорю!

Недолго отдыхая, они двинулись в противоположную сторону, пытаясь избегать ударов тяжелого клинка принца тьмы, а также корней, которые могли опрокинуть их носом об землю. Благо, всё прошло на ура, и они смогли наконец почувствовать свет на сетчатке своих затуманенных глаз.

Хироми — Каллен, свет! Я его вижу…

Каллен — Беги, не останавливайся, я чувствую как он преследует нас!

Добежав до самого края, они оказались у крутого обрыва, который не оставлял им выбора, кроме как ринуться вниз и надеяться на лучшее. Их ноги вступили на воздух. Почувствовав, как сила притяжения тянет их вниз, закручивая и отбивая их тела, они катились словно бочки в разгар весенних праздников с крутого, травянистого склона.

Оказавшись внизу, боль обрушилась на их головы. На их ногах и руках не оставалось живого места от крупных очагов кровоизлияния. Всё же, каким-то образом, им удалось оторваться от земли и встать на ноги. Поглядывая наверх, им показалось, что опасность миновала. Вот только, оказавшись на пороге деревни, они увидели битву, бушующую между приспешниками Аарона и селянами, желающими лишь одного — прогнать этих тварей со своих земель.

Быстро подбежав к дому Слэя, Каллен попытался войти внутрь, однако яростный удар со стороны впечатал его тело прямиком в фасад одного из домов. Виновником этого удара стал тот самый захватчик, что только недавно был на туманных холмах и пытался их обезвредить. Старший сын Аарона, утративший разум при возвращении к жизни, направлялся в сторону Каллена в тот момент, как Хироми, паникуя, пытался понять, что делать ему.

В самый нужный момент из-за дома выскочил Слэй, держа в руках клинок Каллена. Хироми было побежал к Слэю, однако, остановившись на полпути, спрятался за забором, увидев троих всадников, желающих напасть на спасшего его шойста. Слэй бился на славу, отбивая вражеские атаки, однако он понимал, что обычным орудием их не сразить, ведь для этого необходим свет.

Слэй подозвал к себе принца тьмы, который вновь ухватил Каллена за руку. Отбросив его ослабленное тело в сторону, он направился к Слэю, заприметив у того в руках искомый предмет. Слэй подождал, когда тот подойдет ближе, после чего, одним взмахом руки, кинул меч прямиком в руки Каллену.

Превозмогая себя, Каллен вытащил меч из ножен. Ровно перед тем, как обозлённый принц тьмы настиг его своим ударом. Раздался оглушающий рёв сцепившихся между собою клинков. Хироми медленно выглянул из-за забора. Он понимал, что необходим в этом бою, однако в то же самое время не подозревал, что может им помочь. Поэтому, взяв волю в кулак и направившись к захватчику, Хироми надеялся сделать хоть что-нибудь.

Подойдя ближе к Каллену, он попытался отвлечь принца тьмы, чтобы выиграть для него время, но столь глупый поступок чуть было не стоил ему жизни. Если бы не Слэй, вовремя подскочивший к Хироми, он бы уже лежал на земле, разделённый на две половинки.

Задыхаясь от страха, Хироми прошептал — спасибо.

Принц тьмы — Отдайте клинок и битва будет конец! Вы верой послужите и правдой господина нашего.

Каллен — Боже, я вообще ничего не понимаю… Но клинок ты явно не получишь!

Подобный ответ его не устроил. Принц тьмы сразу же набросился на Каллена, нанося тому один удар за другим. Каллену удавалось отбиваться, но долго это продолжаться не могло. Он был обессилен настолько, что даже решил сложить свой меч в угоду спасения этой деревни. Однако, когда он увидел, как браво сражается Слэй, другие шойсты, и даже Хироми, который пытался не отставать от остальных, он понял, что должен сломить врага во что бы то ни стало.

Принц тьмы — Выдыхай… Тебе осталось недолго.

Изрядно избитый и измученный, Каллен решил взять ситуацию в свои руки. Оббежав принца тьмы, он оказался позади него с навострённым клинком. Но так как обычным орудием оболочек было не сокрушить, Каллен вспомнил кое-что. Он понял, что Хироми нужно призвать свои силы прямо сейчас. Подзывая Хироми к себе, Каллен нанёс сокрушительный удар прямо по голове принца тьмы, из-за чего тот повалился на землю, пытаясь нащупать защищающий его сгнившую голову, шлем. Пока Хироми подбегал к Каллену, принц тьмы поднимался с колен. Окончательно выйдя из себя, он призвал армию оболочек. По его команде они начали водить вокруг них свой хоровод, отрезая их от Слэя и его помощи.

Хироми и Каллен оказались в окружении врага. Со всех сторон тянущиеся конечности пытались вырвать меч из его рук. Однако, Каллен бился, используя все резервы, запрятанные у него в организме. Когда дело дошло до критической отметки, казалось, что они падут замертво, и никто не сможет им помочь. Именно в этот момент меч Каллена засиял в кромешном мраке, разбив ворох кружащих вокруг оболочек. Сокрушённые враги распылились на мелкие частицы, испаряясь и исчезая в никуда. Принц тьмы упал на землю, пытаясь закрыться всем, чем только можно. В это время Слэй и освободившийся народ этой деревни начали связывать пришедшего на их земли незваного гостя. После этих манипуляций принц тьмы оказался на дне их колодца. Бросив его на дно, они надеялись на мирное будущее после стольких бед, пришедших в их жизнь.

И вот она — тишина, что воцарилась после всего этого хаоса. Хироми вместе с Калленом сели на землю, пытаясь проглотить противную жидкость, которую дал им Слэй для восстановления. Как оказалось, Слэй был прав, ведь дни действительно становились короче. Солнце уходило за горизонт, оставляя после себя разноцветный узор. Холод наступал им на пятки, а голод уже зазывал пройти в дом. Убедившись сначала в том, что крышка колодца прочно закреплена, они отправились пить чай.

Слэй — Мне так жаль… Я и не думал, что такое возможно, иначе бы не отправил вас туда.

Его руки тряслись, еле удерживая чашку горячего чая.

Каллен — Всё в порядке, Слэй. Ты ни в чём… никто ни в чём не виноват.

Слэй — И всё же, руки так и трясутся.

Слэй сделал глоток, чтобы хоть как-то успокоить свои нервы.

Хироми — Не переживай ты так, Слэй. Всё ведь в конечном счёте обошлось.

Каллен — Именно, никто ведь не погиб.

Слэй — Я рад, что вы не сердитесь на меня. Но, что бы сказал твой отец, узнав что я подверг тебя смертельной опасности? Явно ничего хорошего.

Он всё ещё боялся смотреть им в глаза, посматривая лишь на исходящий от чашки пар.

Каллен — Так ну всё, хватит уже! Грустить и сожалеть бессмысленно.

Хироми — Вот именно! К тому же с таким успехом он мог нагрянуть сразу в деревню. Тогда бы шойсты точно пострадали. А так мы целы, и народ не пострадал. Поэтому тебе стоит забыть об этом, раз и навсегда.

Тогда Слэй наконец посмотрел им в глаза, подняв свою голову.

Слэй — Хорошо… Спасибо вам обоим за эти тёплые слова.

Каллен — Было бы за что… Давай лучше чего-нибудь съедим, что скажешь?

Слэй — Ох, конечно! Я мигом.

Отужинав, они натаскали дров и затопили печку. После чего отправились спать, надеясь на то, что принц тьмы не сможет покинуть свой новый дом.

На утро казалось, что всё позади. Беды миновали, и наступил заветный финал. Однако шум перед домом Слэя мешал Хироми и Каллену дальше наслаждаться утренней беззаботностью. Выйдя во двор, они обнаружили толпу недовольных соседей, что пытались прогнать виновников всех свалившихся на их голову бед. Слэй пытался оправдать те события, что произошли как только Каллен ступил на эти земли, однако никто не хотел ему верить. Отказываясь слушать они скандировали раз за разом, чтобы Каллен и Хироми убирались прочь из озёрных деревень.

Тогда Каллен вышел вперёд, чтобы перенять эстафету у Слэя.

Каллен — Извините. Я прошу прощения!

Шум в толпе начал стихать, позволяя Каллену вставить свои две копейки.

Каллен — Я понимаю, что из-за нас вы подверглись опасности. Я также понимаю, что мы должны уйти.

Слэй — Подожди-ка, чего ты там удумал?

Шойст из толпы — Пусть говорит, Слэй! Дай ему закончить!

Слэй понял, что лучше будет не мешать. Отступив, он дал Каллену возможность продолжить свой монолог.

Каллен — Так вот, я лишь хотел сказать, что благодарен вам за ваше гостеприимство. Мне жаль, что всё так вышло, однако же прошлого уже не вернуть и не исправить. Поэтому я обещаю вам уйти из этой деревни, дабы больше вас не беспокоить.

Толпа шойстов казалась довольной после услышанных от Каллена слов. Так как сразу же после его речи, они двинулись в разные стороны, каждый по своим делам. Слэй же, наоборот, оказался в замешательстве. Загнав Каллена домой, он попытался выяснить его мотивы.

Слэй — Зачем ты это сказал?

Каллен — А чего ты хотел? Чтобы мы остались здесь, им на зло? Тогда бы они точно пришли с вилами и лопатами, чтобы избавится от нас.

Слэй — Ничего подобного. Я бы смог убедить их, рано или поздно, поверь.

Каллен — Нам ведь так или иначе предстоит отправиться дальше. Мы засиделись тут, не найдя того, что искали.

Слэй — Тогда расскажи мне что именно ты хочешь найти. Какие вопросы терзают тебя, Каллен?

Каллен — Как работает мой меч, и что означает этот свет?

Слэй нахмурил своё лицо, ведь ответа на эти вопросы у него не было.

Каллен — Тогда, может ты знаешь как Хироми попасть обратно домой?

Однако и на этот вопрос Слэй не мог ему ответить.

Каллен — Вот видишь, ты этого не знаешь. Ровно, как и я. Поэтому нам необходимо идти дальше.

Слэй — Понимаю, ты прав. Глупо с моей стороны, удерживать вас тут.

Хироми было не менее любопытно узнать об их дальнейших планах.

Хироми — Значит мы уходим?

Каллен — Думаю, пора.

Хироми — И куда нам на этот раз?

Каллен хотел было ответить, но тут вмешался Слэй.

Слэй — Пустоши. Вам нужно идти именно туда.

Каллен — Постой, мне казалось для начала нужно вернуться в церковь, а уж потом, когда я верну Хироми назад… только потом, я отправлюсь в путь.

Слэй — И разве тебе известно как это сделать? Потому что мне кажется, что нет.

Каллен — Ну хорошо, я ничего не знаю, ты прав. Но что… точнее кто может помочь нам в пустошах? Там ведь никто не живёт.

Слэй — Уж не знаю, жив ли он по сей день или нет. Но если так, он сможет помочь вам, обещаю. Это мой старый друг, и если кто-то знает, как вам помочь, то только он. Однако идти туда просто так опасно, поэтому я соберу вам продовольствия столько, сколько необходимо.

Начало конца

Недолго прощаясь, они двинулись прямиком в лесистую местность. Обойдя туманный холм, они оказались на большом поле. Тепло дневного солнца, а также горячих источников озёрных деревень всё время сменялось прохладой Айзории, которая уже виднелась над их головами. До пустоши было рукой подать, оставалось лишь преодолеть огромное поле, после которого, они попадут в густой лес.

Хироми — Так значит мы больше не вернёмся к Слэю?

Каллен — А ты я смотрю, прикипел к нему.

Хироми — А как иначе? Лишившись родного дома, начинаешь искать замену тому, что когда-то у тебя было.

Каллен — Значит, я не один такой.

Хироми — Хочешь сказать, что ты тоже?

Каллен — Понимаешь… Иногда, я вижу в тебе своего старшего брата. Конечно, не такого же сильного и храброго… Но всё же, умного и рассудительного.

Хироми — Поверь, я пытался как мог, но по храбрости, я уступаю даже местным детям. Ведь, в действительности, я не такой, как твой брат, да и руки у меня не совсем прямые.

Каллен — Постой, ты сейчас говоришь про наш бой?

Хироми легонько кивнул в ответ на вопрос Каллена.

Каллен — Тебе ведь незачем оправдываться. Ты и так многое сделал.

Хироми — Да ну уж прям… Что к примеру?

Каллен — Как минимум ты испепелил всех врагов, а это уже многого стоит.

Лес был не таким глубоким, как им это показалось на первый взгляд. Из-за чего уже к закату они приблизились к мелкой реке, которая отделяла озёрные деревни и Айзорию от пустоши и территорий Мокойста.

Мокойст — огромное крепостное государство, их территория скрыта под каменной оболочкой, походящей на панцирь доисторического собрата улитки, размером с целое королевство.

Решив разбить лагерь прямо у реки, они насобирали хвороста, чтобы разжечь костёр. Расположившись на берегу, они накипятили чаю, который им любезно выдал Слэй. Как он говорил им — «Сей напиток прекрасно снимает усталость и навевает сон». Что, между прочим, оказалось правдой, ведь уже через несколько минут они лежали, наблюдая сны.

На утро всё было в песке: их глаза, спальники и одежда. Посмотрев вдаль, они заметили сильную песчаную бурю, что не на шутку разбушевалась прямо в том месте куда, они держали свой путь. Поев и вытряхнув весь песок, они выдвинулись дальше по специально проложенному для путников бревну. Оказавшись по другую сторону реки, становилось всё жарче. Ведь прямо перед ними травянистые луга сменялись безжалостной пустошью. Поэтому, убрав лишнюю одежду, они прибавили шагу, направляясь к пескам.

Хироми — А вот и она, пустошь…

Тяжёлым голосом произнёс Хироми.

Каллен — Смотрю ты не любишь жару.

Хироми — Разве кто-нибудь любит когда песок под ногами плавит тебе подошву?

Каллен — И то правда.

С улыбкой на лице ответил Каллен. Остановившись на минуту, они огляделись вокруг себя, поняв, что так просто пустошь их не отпустит.

Хироми — Надеюсь, мы не затеряемся в этих песках. А ещё больше, я надеюсь, что ты знаешь куда нам идти.

Каллен — Не переживай. Слэй ведь ясно всё очертил на этой карте, так что разберусь.

Каллен ещё раз взглянул на миниатюрную карту, по которой всё время шёл к своей цели. На ней была очерчена дорога, по которой им предстояло пройти до предполагаемой Слэем пещеры, в которой, как он сказал, живёт один мудрый знакомый, что всегда его выручал.

День за днём их распорядок не менялся. Песок, песок и ещё раз песок. Лишь он всё это время сопровождал их по мере длинного пути. Они двигались настолько быстро, насколько их измотанность им этого позволяла. Спали они мало, так как всю ночь им приходилось по очереди дежурить, чтобы на них кто-нибудь не напал.

В конце концов, они пришли к предполагаемому месту. Большая и широкая пещера одиноко стояла посреди кромешных песков. Им не хотелось залазить внутрь, но всё же Слэй обещал им тёплый приём. Поэтому Каллен проявил инициативу перешагнув порог этого жилища.

Каллен — Иди сюда! Чего ты там встал?

Хироми — Я не хочу лезть в эту странную пещеру.

Всё же Каллен заставил Хироми преодолеть свой страх и отправится внутрь вслед за ним. Войдя туда, они не увидели ровным счётом ничего. Кромешная тьма, запах плесени, не более того. Им казалось, что это просчёт. Что они пришли не туда. Но всё же на карте Слэя было именно это место, Каллен знал это и понимал, что не мог ошибиться.

Каллен — Странно, правда?

Хироми — Странно и обидно. Мы шли так долго, но тут никого не оказалось…

Каллен — Да уж…

С явным разочарованием произнёс Каллен.

Хироми — Ну, да ладно не бери в голову. Мы обязательно отыщем нужное нам место. Правда ведь?

Каллен — Надеюсь на то.

Хироми — Может раз мы остановились здесь, отдохнём?

Каллен — Да… да, ты прав, отдых нам не помешает. Доставай тогда, что у нас там ещё осталось из съедобного.

Хироми достал последние крошки из тех запасов, что выдал им Слэй с собой в дорогу. Не спеша, они доедали последнее вяленое мясо, заедая его оставшимся чёрствым хлебом. Вопрос о запасе еды и воды, который ускользал изо дня в день, остро волновал их, хотя придумать что-либо посреди безжизненных песков они не могли. Погода также их не баловала, создавая дополнительные затруднения. Песчаные бури, изнуряющий жар и ночные морозы колебали их нервы на протяжении недели, которую они всецело посвятили поискам того, кого даже не оказалось в искомой пещере. Разочаровавшись, они решили подытожить результаты их поисков.

Хироми — Тогда мы можем вернуться к Слэю. Тайно пробраться в озёрные деревни и жить не выходя из дому, пока…

Каллен — Погоди, я думал ты хочешь вернуться домой. В свои родные края. Разве не так?

Хироми — Конечно хочу!

Каллен — Тогда зачем нам делать шаг назад?

Хироми — Затем, что иного пути для нас, я не вижу. Ты ведь сам говорил, что Аарон не успокоится, пока не достанет тебя и твой клинок.

Каллен — Говорил… Но я ведь не могу вот так сидеть и ничего не делать. Мне нужно освободить своих людей, свой народ, что находится под заточением Аарона. Ты то должен это понимать.

Хироми — Я понимаю. У тебя великая цель.

Каллен — К которой, между прочим…

Оглушающий рокот, раздавшийся из глубин тёмной пещеры, прервал их разговор. Что-то или кто-то смотрел на них, не подавая виду, вслушиваясь в каждое сказанное ими слово.

Хироми — Ты слышал?

Каллен — Надеюсь что мне показалось.

Хироми — Кто-то рычал! Рычал ведь?

Каллен — Успокойся. Это всего лишь звуки пещеры. Вода капает наверное.

Хироми — Да, точно… Надеюсь ты прав.

Нервы у Каллена были на пределе после того, что произошло на туманном холме. Из-за чего, он решил не рисковать, предложив Хироми убраться как можно быстрее.

Каллен — Может всё же пойдём отсюда?

Хироми — Ты ведь сказал, что ничего страшного в этом нет!

Каллен — Просто…

Хироми — Что?

Каллен — Давай просто уйдём.

Звуки приближались к ним с неимоверной скоростью. Каллен подхватил свой мешок и ринулся вон из пещеры. Хироми не отставая, бежал вслед за ним. Покинув злополучное место, они оказались на остывающих от лунного света песках. Перед ними открылось небо, усеянное яркими звёздами. Страх пульсировал по их венам, не давая оторвать взгляда от могущественного существа, извергающего своё яростное пламя. Они не могли ступить ни шагу увидев дракона, который стремительно направлялся в их сторону.

Каллен — Не может быть, дракон…

Хироми — И что нам теперь делать?!

Каллен — Судя по всему, бежать, что есть сил.

Хироми — Тогда почему мы всё ещё тут?

Каллен — Потому что, я не могу сдвинуться с места.

Жар от пламени обдал Хироми и Каллена оглушающей волной тепла. Дракон почти приблизился к их испуганным лицам. Тогда-то, под воздействием страха, Каллен направил свои ноги прямиком к зыбучим пескам. Двигаясь вперёд, пробегая метр за метром, Каллен всё время оглядывался назад на еле поспевающего за ним Хироми. Впопыхах они забыли множество вещей, что остались в пещере. Но сейчас задача была иной — выжить любой ценой.

Хироми — Мы не сможем сбежать! Он слишком быстрый!

Каллен — Я и без тебя это знаю! Просто беги дальше!

Хироми — Но мы ведь даже спрятаться не сможем.

Каллен — И что ты предлагаешь?

Хироми — Биться на смерть.

Каллен — Ты то? На смерть? Не смеши меня.

Хироми — Но ты ведь сам недавно говорил, какой я молодец, и как я испепеляю врагов.

Каллен — Прости… Думаю, в данном случае твои силы нам не помогут.

Они бежали, что есть сил. Утопая в песках и цепляясь за камни, они смотрели вперёд. Туда, где должны были быть города и люди, но в то же время туда, куда им явно было не добраться. В одно мгновение, Хироми нырнул в песочную яму, откуда не смог вытащить свою ногу. Из-за чего, Каллену пришлось остановиться, дабы помочь застрявшему другу.

Хироми — Послушай, оставь меня тут. Лучше спаси себя.

Каллен — Хватит геройствовать! Я тебя сейчас вытащу.

Хироми — Не стоит… я уже не смогу выбраться отсюда.

Массивная шея с не менее массивной головой повисла над Хироми и Калленом, которые мигом потеряли всякую надежду на возможность выбраться живыми. Дракон отворил свою пасть, желая, испепелить незваных гостей. Однако вместо этого прозвучали пугающие строки.

Каллен — Прощай, Хироми.

Хироми — Не думал я, что дойдёт до этого…

Дракон — Ну наконец-то вы остановились. Я уже было подумал, придётся всю ночь за вами бегать.

Почти что потеряв сознание, Хироми пытался вникнуть в происходящее. Ровно, как и Каллен, открыв рот, который смотрел на большие зубы дракона.

Затем, очень тихим голосом Хироми спросил у Каллена.

Хироми — Ты ведь это тоже видишь или мне просто мерещиться?

Каллен — Да, я… Вижу и даже слышу.

Дракон — Я приношу вам свои глубочайшие извинения за то светопреставление, которое я вам тут устроил. Я понимаю, что у вас противоречивые чувства, но всё же, вам бы лучше вернутся в пещеру. Что скажете?

Однако никто ему не отвечал. Стояла гробовая тишина. Они переглядывались друг на друга не имея понятия, что делать дальше. Дракон пытался объяснить им, что всё хорошо, однако ни Хироми, ни Каллен не слышали его слов из-за шока, в который они впали. И хотя дракон пытался задавать им интересующие его вопросы, реакция была не из лучших.

Дракон — Прошу, ответьте хотя бы на один из моих вопросов. Мне нужно это знать.

Хироми — Думаешь стоит ему отвечать?

Каллен приблизился к лапам дракона. Остановившись рядом, он запрокинул свою голову, чтобы увидеть его во всей красе. Размером с двухэтажный дом, острыми зубами и способностью испепелять всё на своём пути, дракон производил устрашающее впечатление. Однако его речь и манеры были совершенно не такими, какими Каллен себе представлял, когда читал сказки об этих существах.

Каллен — Я отвечу на твой вопрос, если ты позволишь нам уйти живыми!

Дракон — Вы действительно считаете что я способен на подобное?

Каллен — Я лишь хочу подстраховаться, не больше.

Дракон — Хорошо, обещаю что не съем вас.

В это время нога Хироми поддалась, и он наконец вылез из песчаной западни. Попятившись назад, он сел на песок, рассматривая то, чего в жизни точно ни разу не видел.

Каллен — Так каков твой вопрос, дракон?

Дракон — Я лишь хотел узнать о Слэе. Как он поживает? Чем сейчас занимается? Но главное, зачем, он послал вас ко мне?

Каллен — Так ты слышал, о чём мы говорили?

Дракон — Каюсь, я подслушал кусочек вашего разговора.

Каллен — Ладно, неважно… Слэй в полном порядке, но…

И тут Каллен вдруг понял, о ком говорил Слэй. Дракон и есть тот кого они искали всё это время.

Каллен — Погоди… Ты ведь и есть тот кого мы искали, верно?

Дракон — Возможно, только судить об этом я не могу, так как не обладаю всеми сведениями. Если у вас есть вопросы ко мне, то я смогу ответить на них. Только для начала нам нужно вернуться в пещеру.

Каллен повернулся к трясущемуся от холода Хироми. Поняв, что иного выхода у них нет, он согласился вернуться к костру.

Каллен — Ладно, пошли обратно, а там уже и поговорим.

Вернувшись в пещеру, дракон помог Каллену разжечь затухнувший костёр. Расположившись поудобнее, они ожидали дальнейшего диалога, который всё никак не начинался.

Дракон — Пожалуй я нарушу наше молчание. Мне ведь интересно, почему Слэй прислал вас ко мне.

Каллен — Хорошо… Значит так… Он рассказал нам, что в пустошах должен находится тот, кому он доверяет. Тот, кто сможет ответить на наши вопросы. И я так понимаю, это вы?

Дракон — Вполне похоже на Слэя. Он всегда обращался ко мне, если не знал, что делать дальше. Ах, да, если можно, нет никакой необходимости обращаться ко мне на «вы», я сразу чувствую себя старым.

Каллен — Так значит вы… ты поможешь нам?

Дракон — Почему бы и нет.

Каллен — Отлично, тогда расскажи, как нам одолеть Аарона?

Его пасть обнажила острые зубы. Выдавая сей жест за подобие улыбки, он чуть было не засмеялся.

Дракон — Да уж, Каллен, стоило начать с чего-нибудь попроще. Ну да ладно… Дай-ка мне, подумать.

Закрыв свои глаза, дракон бормотал что-то себе под нос. Погрузившись в мысли, он думал, какой ответ подобрать, чтобы всё было как можно понятнее.

Дракон — Можно сказать, что на данный момент никак.

Каллен — И это весь ответ?

Дракон — Понимаешь ли, Аарон преследует свои цели, ровно, как и ты. Думаю, ты уже знаешь, чего именно, он пытается добиться.

Каллен — Да, я уже слышал одну версию. Вот только, что это даёт нам? Скажи, что нужно сделать, чтобы остановить его.

Дракон — Ты действительно не понимаешь?

Каллен — Иначе бы, я здесь не сидел.

Дракон — Тоже верно… Так как Аарон желает обрести жизнь, ему необходимо заполучить определённые предметы. Один из таких, сейчас, у тебя в руках.

Каллен — Хорошо, мой меч, артефакт, если я не ошибаюсь, и сосуд, который находится в Айзории. Только вот, что с того?

Дракон — А то, что с помощью одного только меча можно убить двух зайцев одним выстрелом. С помощью него ты откроешь врата в священные земли, а уж потом, вы сможете овладеть артефактом. Конечно, если Аарон не успеет добраться до туда первым.

Каллен — Значит, нам надо успеть раньше него? Забрать этот артефакт? Тогда, что нам делать после того, как мы его получим?

Дракон — Каллен, послушай, его не сломить до тех пор, пока он не лишиться своих сил. А если это произойдёт, то уже будет поздно что-либо предпринимать.

Озадаченное и сонное лицо Каллена пыталось излучать уверенность и понимание, но вместо этого показывало, насколько он запутался в ворохе всех этих событий.

Дракон — Возможно у твоего друга тоже есть вопросы.

Каллен — У Хироми? Не знаю…

Хироми — Да… Вообще-то, есть парочка. Но самый главный из них — как мне вернуться домой?

Дракон — Точно, точно… Значит, я не ошибся, ты первый из людей, оказавшийся в подобной ситуации.

Хироми — В каком это смысле?

Дракон — Твоя душа находится меж двух миров, не принадлежа ни одному из них. Он запечатал тебя здесь, дабы сыграть Аарону на руку.

Хироми — Я ничего не понимаю.

Дракон — Теперь ты не сможешь помочь моим братьям. Что очень печально…

Каллен — Да о чём это ты вообще говоришь?!

Каллен закричал на всю пещеру, запустив цепную реакцию эха. Для Хироми, это стало неожиданностью, из-за которой, он, немного пошатнулся назад. Злость и усталость бушевали в его голове, не давая вникнуть в произнесённые драконом слова. Всё же немного успокоившись, Каллен поднялся на ноги, спрашивая дракона еще раз.

Каллен — Что нам необходимо сделать? Я очень тебя прошу, нам нужен твой ответ!

Дракон — Вам нужно найти артефакт. Добраться до церкви раньше Аарона и упокоить душу твоего друга. Тогда он отправится домой, ровно так, как и хотел этого.

Хироми — И это всё?

Дракон — Для тебя, да. Однако для Каллена…

Хироми вдруг поднял голову на стоящего в тени Каллена. Тому было не по себе от тех странных слов, что были им услышаны.

Дракон — Для тебя, Каллен это путь в никуда. Знаю что сейчас это не воспринимается тобой как что-то полезное, однако поверь, вскоре ты всё поймёшь.

Каллен — Пойму? Ты хочешь сказать, что я не смогу его одолеть?

Дракон — Послушай… Ты являешься важным ресурсом для Аарона на пути к его цели. И что бы ты не делал, он добьется своего.

Хироми понимал, что Каллен мог вспыхнуть в любой момент, из-за чего предложил отложить эту беседу.

Хироми — Может, продолжим завтра? Уж больно хочется спать.

Каллен — Да, мне тоже. Тогда… завтра договорим?

Дракон — И помни, Хироми, так или иначе, именно тебе предстоит нести эту ношу.

Проникнув в своё подсознание, Хироми и Каллен погрузились в глубочайший сон. Переваривая свои мысли, всю ночь, они видели странные сны о событиях, ещё не произошедших.

Утро наступило быстрее, чем они этого ожидали. Открыв свои глаза, они не сразу поняли, как оказались в этом месте. Однако что-то подсказывало им, что в этом был замешан дракон.

Жара сошла на нет. Песок также отдалился от их воспоминаний. Однако тревога и чувство неопределённости, с которыми они проснулись, не давали им покоя. Каллен осмотрелся по сторонам заявив Хироми, что он понятия не имеет, где они.

Каллен — Так значит вот она помощь? Просто взял и перекинул нас сюда! В места которые даже я не узнаю.

Хироми — От этого ещё хуже. Если ты не знаешь где мы, то я уж тем более.

Каллен — Ладно, давай выдохнем и не будем паниковать раньше времени. Ты ведь слышал, что он говорил нам перед сном?

Хироми — Ты про артефакт?

Каллен — Именно. И раз мы проснулись не понять где. Значит ли это, что он перенёс нас на нужное нам место?

Хироми — Ну… даже не знаю, что тебе сказать. Пока не поищем, не поймём.

Каллен — Тогда не будем тратить времени.

Поиск себя

Оказавшись среди густых лесов, они с облегчением выдохнули, забыв про бесконечные пески и жару. Однако на их пути образовалась новая проблема, именуемая святыми землями. Ни Каллен, ни уж тем более Хироми не имели представления о том, куда им стоит пойти, чтобы отыскать это загадочное место.

Хироми — А что насчет тебя? Ты когда-нибудь бывал в священных землях?

Каллен — Нет, но многое слышал от дедушки и матери. Они вечно твердили мне про них, но я не придавал значения. Наверное, если бы я был более внимателен, то мы бы без проблем отыскали путь в эти земли…

Хироми — Разве тебе было не интересно?

Каллен — До поры до времени. Когда, я был маленьким, мне нравилось слушать эти истории, но по мере взросления я уже не воспринимал это как что-то важное или настоящее.

Они зашли вглубь леса, продираясь сквозь заросли и вековые деревья. Деревья, чьи кроны были настолько широки и объемный, что солнечные лучи попросту не просачивались внутрь. Наслаждаясь приглушенным светом и свежим воздухом, они брели по протоптанной дорожке.

Хироми — Я хотел тебя спросить… Не тревожат ли тебя те предсказания, которые дал нам дракон?

Каллен — Думаю, он… наверное, прав. Но мне всё же хочется верить, что моя судьба не предрешена и что я волен сам выбирать своё будущее. Поэтому я всяческий пытаюсь выкинуть это из головы. Чего и тебе советую.

Хироми — Я не очень тогда понял, о чём он твердил нам всю ночь. Однако то, что до меня дошло, пугает…

Вдруг Каллен остановился прямо посреди лесной тропы. Оглядываясь по сторонам, он как будто бы что-то чувствовал. Что-то, что не поддавалось восприятию Хироми.

Каллен — Слышишь?

Хироми — Нет… А что?

Каллен — Река, ты действительно не слышишь?

Хироми — Прости, но…

Каллен — Тише.

Каллен подошёл ближе к источнику звука. Уперевшись в кусты, он продрался сквозь них, оказавшись по ту сторону изгороди. Перед ним открылся вид на бушующую реку, по которой то и дело проплывали мелкие рыбёшки.

Хироми — Ну что там?

Каллен — Пойдём сюда, кажись я нашёл для нас завтрак.

Преодолев колючие кусты, Хироми оказался на берегу трясущейся реки. Однако оглядевшись вокруг себя, он не обнаружил источника этих толчков.

Хироми — Что это может значить?

Каллен — Не знаю. Такое ощущение, что вся вода вот-вот выплеснется наружу.

Хироми — Странно… Что если тут кто-то есть?

Каллен — Даже представить себе не могу, что кто-то на такое способен. Поэтому предлагаю не думать о плохом раньше времени и как следует поесть.

Вытащив свой клинок без особой надежды на успех, Каллен старался угодить остриём по быстро проплывающей рыбе. Было много попыток, но всё же, в конце концов, у него получилось достать одну небольшую, но вкусную рыбёшку, которая, однако, не утолила их голода от слова совсем. Разочарованные, они двинулись вверх вдоль бушующей реки в надежде отыскать источник шума. Пройдя добрую половину пути, они оказались у странного, неимоверно гигантского дома, который был почти наравне с кронами деревьев в высоту и занимал, казалось, несколько сотен метров в ширину.

Обойдя его со всех сторон, они нашли источник шума. Массивная конструкция для вылова рыбы стояла поверх реки, во всю её ширину, грозно тарахтя и сотрясаясь от водяного потока.

Хироми — Теперь мне стало страшно интересно… Кто же тут может жить?

У Каллена не было слов, он стоял как вкопанный.

Хироми — Такое ощущение, что мы стали меньше.

Каллен — Или мир стал больше.

Недолго думая, Каллен решил пробраться внутрь, чтобы не мучить себя до конца своих дней догадками об увиденном. Надо сказать, что Хироми не был этому рад.

Каллен — Это ведь такой шанс!

Хироми — Шанс? Разве нам не артефакт нужно искать?

Каллен — Знаю, но что если мы первооткрыватели этих заброшенных мест?

Хироми — Не думаю, что они заброшены. Всё выглядит ровным счётом наоборот.

Каллен — Я не прощу себе, если не зайду посмотреть. Поэтому либо ты со мной, либо ждёшь здесь. Иначе говоря…

Хироми — Вот же… Давай сюда!

Нырнув в кусты, они наблюдали за тем как, громадные стопы великана сотрясали округу. Надеясь, что их не заметят, они даже задержали дыхание, дабы точно не выдать себя. Однако, к их удивлению, великан просто исчез за порогом своего дома, даже не обратив внимание на каких-то прячущихся в кустах людишек.

Каллен — Что же это значит…

Хироми — Не нравится мне это, Каллен. Давай пойдём отсюда.

Каллен — Стой. Я думаю.

Хироми — Может подумаешь по дороге?

Каллен — Подожди… Что если это новый этап? Дракон сказал, что я не могу влиять на свою жизнь, но что если это тот случай, когда я сам выбираю свой путь?

Хироми — Ты действительно думаешь, что это разумно? Обернутся лицом к опасности и взглянуть в её глаза?

Каллен — Иначе и не выясню, Хироми. Иначе и не выясню…

Каллен выбрался из укрытия, направившись к открытой двери. У Хироми не оставалось иного выбора, кроме как слепо следовать за его проводником. Поэтому, уже спустя минуту, они оказались на пороге, оглядываясь по сторонам.

Каллен — Я никого не вижу… Можем пройти внутрь?

Хироми — А может лучше остановимся, пока не поздно?

Каллен — Так, давай проясним две…

Грохот со стороны улицы заставил Каллена остановить свою речь. Вместе с Хироми они пробрались за огромную стойку, на которой стояло большое количество кружек и тарелок. Прижавшись к стене, они затаили дыхания, наблюдая из-за угла за тем, как множество великанов заходит внутрь.

Хироми — Ты ведь тоже это видишь?

Каллен — Да… Знаешь, мой отец вовсе твердил, что все они вымерли во время великой чистки, но всё же некоторые уцелели, судя по всему. Не думал, что смогу увидеть подобное в своей жизни.

Вокруг горели свечи, гремела посуда, и сотрясались полы. Постепенно комната заполнялась едой, выпивкой и великанами, что пришли на дневную трапезу. Тот великан, которого они увидели первым, всё время метался от кухни до стола и от стола до кухни, наполняя тарелки большим количеством рыбы и картошки. Запах был безумно сильным, не давая покоя желудкам Каллена и Хироми. Именно поэтому Каллен согласился выйти из укрытия и притащить немного запасов с собой в дорогу.

Каллен — Сиди здесь и не вздумай высовываться. А я пойду за чем-нибудь съестным, ладно?

Хироми — Разве я возражаю?

Каллен — Ну и отлично.

Хироми — Но я бы всё-таки не стал так рисковать.

Каллен — Наверное, я тоже. Вот только, на данный момент чувство голода сильнее моего страха.

Каллен отправился в опасное приключение. Проникнув через дверной проём, он оказался на кухне исполинских масштабов. Всё на этой кухне было огромным, от продуктов до посуды. И хотя страх пылал в его глазах, а его бушующее сердце скакало у него в груди, это не остановило его перед возможностью набить свой живот.

Проверив на прочность висящее на дверце шкафа полотенце, Каллен забрался наверх. Оказавшись прямо на доске с сыром, он решил ненадолго задержатся. Откусив кусок другой, он и не заметил, как голод покинул его мысли. Пройдя дальше, он начал вгрызаться во всё, что только видел, от хлеба до яблок. Однако насыщение длилось недолго. Ведь великан, что владел этим заведением не мог остаться в стороне увидев крысу у себя на кухне.

Великан — Опять крысы развелись! Брысь отсюда, кому говорю!

Великан начал погоню за Калленом, что даже умудрился оторвать кусок от свежевыпеченного хлеба по пути к укрытию. Виляя и петляя между продуктов на столе, Каллен оставался на волоске от смерти. Всё же манёвренность и гибкость не шла вровень с гигантизмом его преследователя, оставляя Каллену небольшой шанс на победу.

Каллен — Чтоб тебя!

Успев спрыгнуть на тумбу с сыром, Каллен оказался в нескольких метрах от укрытия. Однако сильная рука великана схватила его, прочно удерживая своей мёртвой хваткой. Каллен пытался выбраться наружу, но ничего не выходило.

Великан — Кто у нас тут такой?

Каллен — Погоди! Не надо меня убивать, прошу!

Великан внимательно посмотрел на пойманную им крысу. Однако вместо крысиной морды он обнаружил человеческое лицо.

Каллен — Прошу тебя великан, прости меня!

Великан — Человек или большая крыса… Кто же ты?

Каллен — Я человек, человек… Крысы ведь не разговаривают! Верно?

Великан — Откуда же мне знать.

Каллен — Прошу, верни меня на место.

Великан — Чтобы ты и дальше мой сыр уплетал?

Каллен — Мне неловко, но я не мог пройти мимо.

Великан поставил Каллена на место, после чего закрыл двери на кухню, чтобы никто ничего не увидел.

Каллен — Если вам нужны деньги… У меня их нет, но я могу уверить вас…

Великан — Погоди, я ничего не слышу.

Пододвинув стул ближе к тумбе, великан уставился на Каллена, внимательно слушая, о чём тот говорит.

Великан — Как ты тут оказался?

Каллен — Мы обнаружили дом, когда шли вверх по реке и…

Великан –Мы?

Каллен — Да. Нас двое.

Великан — Ясно. И как же тебя зовут, путник?

Каллен представился.

Золус — А меня, Золус. Можно просто Зол.

Каллен — Очень приятно, Золус.

В кастрюлях шумела вода, на сковородах подгорала рыба, а с главного зала доносились крики недовольных посетителей. Всё же Зол не спешил успокаивать своих гостей, пристально наблюдая за Калленом, который даже не знал, о чём говорить. Однако заприметив что-то уж больно знакомое в его мелких ручонках, великан решил присмотреться получше, дабы разглядеть всё как следует. Протянув свои пальцы, он хотел уцепить клинок Каллена, однако тот сразу встал в оборонительную стойку.

Золус — Не бойся ты так. Я всего лишь хочу убедиться что мне не показалось.

Каллен — Насчёт чего же?

Золус — Твой клинок, мне кажется, я уже его видел.

Глаза Каллена вдруг стали свирепее. Он пристально взглянул на огромное лицо великана, осознавая свои ничтожные шансы на победу.

Золус — Прошу, всего один раз.

Нехотя, Каллен протянул клинок ему в руки. Какое-то время он крутил его во всех направлениях, пытаясь как следует всё рассмотреть. И вдруг на лице великана появилась улыбка. Он вернул клинок Каллену, исчезнув с кухни, чтобы раздать заказы ожидающим клиентам. Как только с работой было покончено, великан вернулся к человеку, что всё ещё ожидал завершение этой истории.

Золус — Так значит, это правда, королевство пало…

Каллен — Я удивлён, что даже здесь в этой глуши известно об этом.

Золус — О, нет, мы и не знали. Твой меч подсказал мне об этом. Разве твой отец не говорил тебе?

Каллен — У меня такое ощущение, что он вообще мне ничего не рассказывал.

Золус — Что ж, наверняка на это были причины.

Каллен — Боюсь здесь, я с вами не соглашусь.

Золус — Можно задать тебе задать один вопрос?

Каллен — Что угодно.

Золус — Зачем ты тут? Тебе ведь явно нужно искать кое-что иное.

Каллен — Хочешь сказать, мой меч и тут тебе подсказал?

Золус — Возможно, что так. А теперь, ответь на мой вопрос.

Каллен рассказал ему обо всём, что узнал от дракона, повергнув великана в раздумья. Золус откинулся на спинку стула, вдумываясь в слова мудрого хранителя. В то время как Хироми, волнуясь за свой бушующий от голода желудок и пропавшего Каллена, которого могли раздавить ещё несколько часов назад, не мог усидеть на месте. Прохаживаясь вдоль деревянной перегородки, он то и дело поглядывал в зал.

Каллен — Так что скажешь?

Золус — Скажу лишь, что я могу показать тебе место священных земель. А уж о чём ещё говорил дракон, ты должен выяснить сам. Ведь, если честно, я и сам ничего не понял.

Каллен — Что ж… Буду премного благодарен тебе.

Золус — Ох, погоди-ка, мы же совсем забыли про твоего друга. Не подскажешь, где он прячется?

Каллен — Он прямо под стойкой.

Золус выпрямился во весь рост, превращая Каллена в обычного жука. Направившись в зал, он нырнул за стойку, где увидел ещё одного человека. Схватив того своими руками, Зол перенёс Хироми на кухню. Из-за неожиданности, Хироми чуть было не умер от страха. Однако заприметив живого Каллена, он всё же немного успокоился.

Золус — Ну как ты, не слишком я тебя сдавил?

Хироми — Нет… Всё хорошо, наверное…

Каллен — Не беспокойся, я всё ему объяснил. Он не станет нас убивать.

Хироми — Тогда зачем он принёс меня сюда?

Золус — Затем, что я хотел послушать вас обоих.

Каллен — Извини, что прошу тебя о подобном, но ты не мог бы рассказать нам про великую чистку?

Тело великана перекосило от боли, лицо скривилось от тяжести воспоминаний, однако взяв себя в руки, он поведал им всё что знал.

Золус — Когда Аарон призвал адских отродий в наш мир, мы всё ещё были стражами, служившими хранителям священных земель. То была наша работа, до тех пор, пока, в один из рабочих дней, мы не обнаружили закрытые напрочь ворота. Обойдя всю территорию по периметру несколько раз, мы не сразу осознали, но вскоре до нас дошло — хранители запечатали артефакт внутри.

После тяжёлых воспоминаний Зол закрыл свои глаза, не желая погружаться глубже. Однако Каллену было необходимо узнать правду, поэтому он просил того продолжить свой рассказ.

Каллен — Прошу, расскажите, что случилось потом? Насколько я знаю, когда вы помогали отбить территории верхних земель во время великой чистки… По крайней мере, это то, что я слышал от своего отца. Он говорил, что все великаны погибли. Но сейчас, когда я увидел всё собственными глазами, мне хочется знать причину его лжи.

Золус — Я также не стану врать тебе, ведь мне доподлинно не известно, почему твой отец решил утаить от тебя эту информацию. Но, как мне кажется, он считал, что тебе ещё рано погружаться в ужасы этого мира.

Каллен — И всё же, я имел право знать о деяниях своей семьи.

Золус — Благодаря этим деяниям мы остались живы. Твой отец смог освободить пути отхода для нас великанов, в тот момент когда мы сильно в этом нуждались. Ведь неизвестная и по сей день, хворь, что распространялась только на наши тела, убила тогда сотни наших собратьев. Поэтому я благодарен ему несмотря ни на что. Из этого тебе стоит знать лишь одно — во время великой чистки, мы подверглись угрозам, которые были выше нашего понимания.

Каллен — Да уж… Кажись, я уже начинаю вникать в историю моего семейства. Спасибо тебе за всё, великан! Я должен проститься с тобой, ведь нам уже пора.

Золус — Ещё чего!

Каллен — Ну вот, всё же будешь нас есть? Я знал что…

Золус — Перестань, сказал ведь, что не буду. Да и вообще, даже если бы стал, думаешь, мне бы хватило вас, чтобы наесться?

Хироми — Значит, вы всё же могли бы нас съесть?

Золус — Может, прекратим обсуждать эту тему? Я хотел предложить вам остаться на ночь, а не говорить о том, кто кого может съесть.

Каллен — Да, ты прав… Мы с радостью передохнём.

Тропа

Опустившись на дно своего подсознания, они пропустили всё веселье, начавшиеся в таверне после третьей выпитой великанами бочки напитка. Вместо этого они обрели покой, хотя бы на мгновение. Пробудившись от запаха хлеба, они направились в сторону великана. Поджидая их, он подготавливал для них подарок.

Каллен — Это нам?

Золус — Конечно, вам же нужно будет пройти немалое расстояние. И как только захотите поесть, у вас будет чем подкрепится. Тут от всего по чуть-чуть.

Хироми — Спасибо тебе большое.

Каллен — Спасибо, не то слово! Даже не знаю, как бы я поступил на твоём месте. Наверное, раздавил бы незваных гостей и жил бы себе дальше.

После утренней трапезы они вышли на улицу, вслушиваясь в шум реки и щебетание птиц. Ветерок медленно покачивал деревья, которые, казалось, уходили прямиком на небеса, создавая границу между человеком и природой.

Выдвинувшись в путь, они поняли, что стоит попросить великана об услуге. Ведь то, с какой скорость, он топал вперёд, не шло ни в какое сравнение с тем, как медленно передвигались Хироми и Каллен.

Недолго следуя пути, они всё же успели разглядеть уцелевшую до наших дней деревню великанов, которые всё так же сторожили врата священных земель, хоть и нужды в этом более не было. В какой-то момент на их лица упала тень. Тень, исходившая не от деревьев или других великанов, а от стен священных земель, прорастающих казалось бы до самого солнца.

Добравшись до пункта назначения, Золус опустил их на землю. Пожелав им удачи, он направил их к вратам, которые, казалось, ни за что не откроются перед их целью.

Каллен — Значит мы здесь… наконец-то. Не думал, что сказки обернутся явью.

Хироми — Но как же мы…

Не успев окончить предложения, Хироми поволок за собой Каллена. Что-то начало толкать его конечности на пути к вратам, минуя все страхи и мысли о неудачах. Когда они оказались прямо перед преградой, Хироми показал Каллену на его клинок. Прежде чем вытащить ключ к этой двери, Каллен взглянул на Хироми обнаружив в его взгляде совершенно иного человека. Не того, кого он знал, не того, кого он помнил.

Всё же подчинившись воле судьбы, он вытащил клинок и предоставил его силу закрытым вратам. С треском и шумом, раздавшимся на всю округу, кустарник, что заволок всё видимое пространство начал отступать, чтобы они могли войти внутрь. Каллен встал в ступор, засматриваясь на открывающийся перед ними виды. Поляны и луга, усеянные цветами и ягодами. Вечная весна и отсутствие страха. Вот, что навевало каждому присутствующему в этом месте существу ощущение свободы.

После того как они вступили на эти земли, Хироми поменялся в лице, вновь получив возможность самостоятельно управлять своим телом.

Каллен — Вижу, ты опять здесь. Что вообще с тобой случилось?

Хироми — Такое ощущение, что кто-то управлял мною… словно марионеткой. И хотя я видел и слышал, доступ к моему телу просто исчез. Как такое вообще возможно?

Каллен — Кто знает, кто знает… После всего, что мы с тобой видели. Я не удивлюсь, застав тебя в полёте.

Вступив на поля священной земли, они двинулись к возвышающемуся древу, одиноко стоящему посреди убаюкивающих лугов.

Тем временем в районной больнице Токио нарастали ощущения беспомощности по отношению к столь заурядному случаю, связанного с полным отсутствием понимания происходящего.

Ночью, в самый разгар обхода по больнице, лечащий врач Хироми обнаружил признаки жизни в его мозгу и теле. Немедленно включив свой телефон, он дозвонился до отца Хироми, который всё ещё засиживался в офисе, поглощённый работой.

Доктор — Здравствуйте, у меня есть для вас хорошие новости по поводу вашего сына. Если вы можете сейчас говорить…

Отец Хироми — Да, да… конечно, я могу. Что случилось?

Доктор — Во время обхода я заприметил некоторые телодвижения со стороны Хироми, на мониторе ЭЭГ появились сильные всплески. Но главное мне удалось увидеть собственными глазами, как он сжимает свои пальцы, словно пытаясь что-то ухватить. Конечно, нам не удалось стать свидетелями большего, но этот инцидент, уже что-то.

Отец Хироми — Вы… вы ведь и правда видели это?

Доктор — Конечно. Вам точно удобно говорить сейчас?

Отец Хироми — Да, извините, сегодня я совсем заработался… голова вообще не соображает. У меня сейчас тоже, что-то наподобие ночного обхода, только по отчётам сотрудников.

Доктор — Понимаю, тогда не стану вам мешать. Всё же лучше будет, если вы приедете в больницу, и мы обсудим это все вместе.

Отец Хироми — Да, конечно, обязательно приедем. Когда вам будет удобно?

Доктор — Пожалуй, завтра после обеда. Если вы сможете, конечно.

Отец Хироми — Без проблем, после обеда, так после обеда.

Хироми и Каллен подошли к могущественному древу, которое, по легендам питало все эти земли за счёт артефакта, дарующего жизнь. Именно в этом месте, по преданию, упокоены души хранителей. Тех, кто до этого были драконами. Тех, кто после смерти, обретают статус сторожа, задачей которого является защита артефакта и целостности священных земель.

Прикоснувшись к коре древа, Каллен почувствовал силу, такую, которую не смог бы описать словами. Его конечности отчаянно пытались совладать со столь сильным потоком энергии. Вот только, стоило ему отдёрнуть свою руку, как сила испарилась в никуда. Ему стало ясно, что он не тот, кто должен нести эту ношу. Поэтому, отойдя в сторону, Каллен подтолкнул неуверенно стоящего Хироми поближе к стволу древа. Как только это произошло, на его глазах корни, вылезшие из-под земли, заволокли Хироми в пустоту.

Оказавшись в ступоре, Каллен мог лишь наблюдать за тем, что произойдёт дальше. В то же самое время Хироми продвигался всё глубже и глубже, потихоньку достигая своего подсознания. В мгновении ока, широкие просторы сменились тьмой, в которой был он, и голоса неизвестных ему чужаков.

Хироми — Кто вы? Что со мной произошло?

Неизвестный голос — С позволения своих братьев, я возглавлю наш диалог, путник.

Хироми — Хорошо…

Неизвестный голос — Ты находишься там, где материальное не имеет значения. Там, где не существует твоего тела.

Хироми — Ответьте мне уже, кто вы?

Неизвестный голос — Ты понесёшь тяжёлую ношу на своих плечах. Именно ты станешь носителем жизни.

Хироми — Что это ещё значит? Во мне ведь нет ничего особенного! Почему я?

Неизвестный голос — Хорошо, что ты понимаешь свою никчёмность. Ведь ты такой же, как и все живущие в этих мирах существа. Вот только тебе повезло заполучить способность покидать это место.

Хироми — Так вот оно что… Боюсь, что больше я на это не способен.

Неизвестный голос — Мы знаем, но это лишь, до тех пор, пока ты находишься взаперти. Тебе предстоит выбраться наружу. Впустить запертую душу обратно в своё тело. Только тогда ты станешь спасителем этих земель.

Хироми — Как же удобно для вас… И куда же нам идти? В церковь? Один дракон говорил нам, что нужно вернуться в церковь.

Неизвестный голос — Что ж, значит, ты уже знаешь больше необходимого. Прощай…

Каллен помог Хироми выбраться на поверхность, освободив того от толщи земли. С закрытыми глазами и без сознания, Хироми пролежал ещё какое-то время, пока не очнулся с оглушающим криком. Криком полного отчаяния.

Каллен — Эй, слышишь, ты на поверхности. Всё хорошо, Хироми. Всё позади.

Хироми — Каллен… это ведь ты?

Каллен — Да. Ты же помнишь, кто ты такой? Кто, я такой?

Хироми — Да, я помню. Я помню… Прекрасно помню.

Каллен — Ты довольно-таки долго там пробыл. Уже темнеет.

Хироми — Наверное… Честно, я ничего не помню.

Каллен — Вообще ничего?

Хироми поднялся на ноги, чтобы оглядеться по сторонам, немного отдышаться и переварить произошедшее. Действительно, начало темнеть, солнце заходило за горизонт, но в этих местах всё ещё ощущалось тепло. Погодя Хироми осознал всё, что произошло с ним за последние недели. В то время как его тело лежало в какой-то из больниц Токио, он находился здесь, только потому, что его душа застряла между двух миров. Теперь, после того как он стал носителем, в его голову пришла мысль. Он понял, что благополучие этих земель зависит от того, сможет ли он выбраться наружу или нет.

Хироми — Я хотел тебя спросить кое о чём.

Каллен — Ну так спрашивай.

Закат окрасил небо яркими красками. Студёный ветер поднимал в воздух пыльцу закрывающихся цветов. Казалось, Каллен так и останется тут в ожидании своего вопроса, ведь Хироми просто побрёл дальше, не оглядываясь назад.

Каллен — И куда это ты собрался? Ты же хотел что-то у меня спросить.

Хироми — Я… не знаю. Просто мне кажется…

Каллен — Да говори ты уже наконец!

Хироми — Кажется, я понял куда нам идти.

Каллен — Я не буду каждое слово из тебя вытягивать, просто говори.

Хироми — Не сейчас… Давай позже.

Каллен — Ну уж нет, у нас…

Хироми сделал ещё пару шагов, прежде чем свалиться от усталости прямо посреди полей. Каллену не оставалось ничего другого, кроме как последовать его примеру.

На следующее утро Хироми очнулся раньше обычного. Обдумав всё во сне ещё раз, он хотел как можно быстрее приступить к столь важной для этого мира миссии.

Хироми — Проснись и пой!

Каллен — Что же… Зачем ты…

Хироми — Давай! Нам надо идти.

Каллен попытался себя расшевелить. Уперевшись локтями об землю, он медленно приходил в себя.

Каллен — Может тогда уже скажешь, куда? Я думал, что мы должный попасть в церковь. Дракон ведь велел нам. Разве нет?

Хироми — Ну… Вообще-то да, так оно и есть. Я почему-то подумал, что ты не знаешь…

Лицо Каллена ещё долго не могло отойти от подобного бреда.

Каллен — И это всё, что ты выяснил?

Хироми — Боюсь, что да. Они, знаешь ли, разговаривать со мной не особо хотели.

Тогда Каллен не выдержал и во всю засмеялся. Хироми почувствовал себя глупо, очень глупо.

Хироми — Слушай, заканчивай ты с этим. Нам и правда идти надо.

Каллен — Ладно, ладно… Хорошо, уже встаю.

Перед ними встала ещё одна преграда. Ведь те ворота, через которые они сюда пробрались, не захотели выпускать их наружу, будто бы намекая на иной выход. Из-за чего им пришлось развернуться, чтобы попытать счастье с противоположными воротами, которые выходили уже на совершенно иную территорию.

Каллен — Можно кое-что узнать?

Хироми кивнул.

Каллен — Когда ты ушёл под землю, что ты почувствовал?

Хироми — Поначалу, я оцепенел… но не от страха или радости. Это было что-то иное… Ещё, знаешь, исчезли мысли и переживания, полностью. А потом… потом я просто очутился на земле. Ну ты и сам видел.

Каллен — Понятно… Значит, ничего толкового ты мне не расскажешь.

Хироми — Я бы хотел, но не могу. Сам ведь сегодня видел мой огрех.

Вспомнив утро, Каллена вновь пробило на смех. Он не мог удержаться, из-за чего Хироми вновь почувствовал себя глупо.

Солнце поднималось всё выше, подсвечивая им путь к выходу из священных земель. И хотя эти успокаивающие поляны не хотелось покидать, им пришлось вернуться с небес на землю, принять действительность такой, какая она есть.

Оказавшись на противоположной стороне, они напоследок вдохнули прекрасный, весенний аромат здешних полей. Врата открыли им вид на верхние земли. Неидеальные, но столь родные сердцу Каллена.

Хироми — Ну, что ж, вот и всё. Дальше только неизвестность.

Каллен — Тише!

Каллен прервал их прощание, быстро ступив на верхние земли. Подойдя к луже от проходившего тут недавно дождя, он увидел подозрительно много следов. Оставленных теми, кто был явно неблагосклонно к ним настроен. Каллен подозвал Хироми к себе, указав тому на ярко выраженные следы тяжело вооружённых солдат.

Каллен –Ты видишь? Чьи-то следы. И кажется мне, я даже знаю чьи именно.

Хироми — Да, но…

Каллен — Они нашли нас. Он нашёл нас.

Хироми — Аарон?

Каллен — Тише…

Хироми — Откуда такая уверенность?

Каллен — Не знаю… Но кто ещё мог поджидать нас здесь, облачившись в тяжёлые доспехи?

Вечная весна, стоящая в окружении стен священных земель, не позволяет узнать об внешних погодных условиях. Будь то дождь, снег или изморозь с туманом, на полях священных земель всегда светит солнце и растут цветы. Поэтому, выйдя за пределы священных земель, Каллен заподозрил неладное, увидев следы в раскинувшихся по всему периметру лужах.

Кто-то и правда скрывался в кустах, за деревьями и большими валунами, не желая выдавать себя раньше времени. Каллен был прав, как никогда. Оставаясь в полном сосредоточении, он смотрел по сторонам, наблюдая, как неестественно колышутся листья на кустах. Хироми пытался помочь Каллену с поиском угрозы, вот только страх в его теле так и пульсировал, не давая ему остановить эту дрожь.

Шорох, треск ветвей и свист ветра сбивали с толку, не давая в полной мере отследить источник шума. Однако Каллен не терял надежды, удерживая рукоять своего клинка в полной боеготовности. Так как долго стоять на месте было нельзя, они всё же двинулись в обход священных земель, несмотря на подозрительную обстановку. Им нужно было попасть обратно в то место, где Хироми лишился собственной души, вот только помеха вылезла прямо перед их взволнованными лицами, перечёркивая их планы на ходу.

Каллен — Я ведь тебе говорил!

Хироми — Лучше скажи, что нам делать. По моему, они окружают нас!

Каллен — Ну… не совсем так… Они уже окружили нас. Причём, не зря выбрав это место, здесь мало света, как раз то, что им нужно.

Хироми — Значит, это люди Аарона?

Каллен — Да… Оболочки в доспехах его основные войны. Поэтому, надеюсь, ты готов использовать свои новые навыки?

Хироми — Если бы ещё знать как.

Каллен — И ты говоришь об этом только сейчас?

Хироми — Знаю, знаю. Но я ведь не виноват в том, что мне ничего не объяснили!

Странная обстановка повисла в воздухе. Хотя враги давно могли наброситься на них со всей своей силой, они не спешили нападать. Словно выжидая чего-то или кого-то.

Каллен — Странно… Будь готов к худшему.

Решив обезопасить себя, Каллен вытащил клинок из-под длинного плаща.

Хироми — Смотри, кто это?!

Каллен — Да, о ком ты?

Хироми — Вон там, позади всех. Он стоит и смотрит на нас.

Каллен взглянул за окруживших их оболочек. Вдалеке стояла чья-то фигура. Тёмная, но при этом более человечная, с чертами некогда живого существа.

Фигура — Доложи отцу, что я нашёл сразу обоих.

Ответственность

Аарон пообещал своим сыновьям земли, на которых они смогут вольно править, выстраивая свою собственную цивилизацию. Однако взамен на столь великодушный подарок, он попросил привести двоих людей, которые мешают осуществлению их основной цели. Принц тьмы оказался повержен, так и не вернувшись к отцу, но вот младший из его сыновей оказался рад такому стечению обстоятельств, пожелав как можно скорее отправиться на поиски Хироми и Каллена.

Выждав момент, Фот окружил их с помощью оболочек, что выделил ему отец. Он знал, что должен справиться со всеми трудностями, чтобы показать, на что он способен.

Фот — Думаю, вы понимаете, что иного пути у вас нет. По крайней мере я надеюсь на это.

Хироми — Кто это такой?

Каллен — Кажется, я догадываюсь.

Фот — Правда? Может в таком случае расскажешь всем нам?

Каллен — Ты младший сын Аарона — Фот. Верно?

Хироми — Его второй сын значит…

Почему-то второй номер не понравился Фоту.

Фот — Кто же сказал тебе, что я второй?!

Каллен — А что, разве он не прав?

Фот — Ты даже не знаешь, о чём говоришь!

То была извечно больная тема для Фота. Ещё с самого раннего детства он отличался слабостью и болезненными состояниями. В отличие от своего старшего брата, который уже в младшем возрасте одолевал одного соперника за другим. Ходил на охоту с отцом и постоянно тренировался, не выпуская клинка из рук. Фот лежал, то с жаром, то с болями по всему телу. Отец невзлюбил своего младшего сына, чего никогда и не скрывал. Из-за чего, он вечно старался ему угодить, всячески выслуживаясь перед ним, заслугами в других, неподвластных старшему брату областях.

И вот когда пришли вести о неудаче принца тьмы, в тот день, он засиял от счастья. Поражению своего брата, Фот радовался целый день, желая как можно быстрее сменить его в этой миссии и поймать беглецов.

Каллен — Но ведь разве не про тебя мне рассказывали как о вечно отстающем от своего старшего брата, сыне? Аарон явно тобою…

Фот — Замолчи! Ты понятия не имеешь о чём, говоришь. Мой отец… Он никогда…

Каллен — Конечно, конечно. Я понял.

Хироми — Каллен, думаю, артефакт чувствует опасность.

Каллен взглянул на ослепляющее остриё своего меча, что источал нескончаемую энергию находящегося рядом артефакта.

Каллен — Мне жаль…

Фот — Жаль?

Каллен — Я вижу твоё рвение, но боюсь ты будешь разочарован, так же как и твой отец.

Фот сжал пальцы в кулак, прежде чем издать душераздирающий крик. По команде воины Аарона двинулись в их сторону, стремясь отобрать у Каллена меч. Тем не менее у него не было ни малейшего желания отдавать то единственное, что оставалось после его отца.

Одним взмахом клинка он разнёс наступающую орду оболочек, осветив их обжигающим пламенем. Вторым ударом он полностью расчистил окружающее его пространство. А третьим и вовсе испепелил осевший мрак на его глазах, повергнув Фота в полное отчаяние. Воины иссякли также быстро, как и уверенность принести артефакт вместе с ключом своему отцу. Фот опустился на колени, не желая верить в то, что это произошло столь быстро.

Каллен — Надеюсь теперь ты понял как пользоваться артефактом?

Хироми — Не хочу тебе врать, поэтому скажу — нет, я ничего не понял.

Каллен — Стой, неужели вообще…

Резко прервав его речь, Хироми указала Каллену на исчезающего в глубинах леса Фота. Он быстро растворился во мраке понурых небес. Исчезнув также быстро, как и появившись, он не оставил им после себя ничего, кроме недоумения.

Посмотрев вверх, они увидели грозные тучи, явно не сулящие им чего-то хорошего. С каждой минутой казалось, что их снесёт ветром, пропитанным гневом богов за те игры, которые они тут затеяли.

Хироми — Может быть, пойдём, пока на нас не упало дерево?

Однако Каллен не слышал его, уставившись в пустоту. Только после того, как Хироми подтолкнул его в спину, он отошёл от своего сна.

Каллен — Да, прости. Я немного отвлёкся.

Они вышли из тёмных лесов прямиком на открытые поляны. Их путь лежал вдоль стен священных земель, конечной целью которого, должен стать один важный город, где Каллен хотел передохнуть от всего того, что на него навалилось. И вот под мощными потоками ветра они брели вперёд, надеясь как можно быстрее закончить, начавшийся на земле ад.

Хироми — Ну, и… Давай, рассказывай! Что вообще произошло?

Каллен — Ничего такого… Если ты про дорогу, то нам вперёд до тех пор, пока…

Хироми — Не увиливай!

Каллен — Я не хочу грузить тебя ненужными проблемами.

Хироми — Для чего же ещё нужны друзья? Разве не для того, чтобы поддерживать друг друга?

Каллен — Значит… Ты и правда так считаешь?

Хироми — Я думал, это очевидно, учитывая через сколько мы уже с тобой прошли.

Каллен — Ну да, это точно…

Хироми — Ну так что? Рассказывай!

Каллен — Ладно, ладно. Тот человек, точнее, то, что от него осталось. Младший сын Аарона, как ты уже знаешь. И он напомнил мне одного маленького мальчика, который вечно утаивал обиды на своего отца, только из-за того, что тот не обращал на него внимания, не брал его с собой в походы, не делился секретами.

Хироми — Ты имеешь в виду…

Каллен — Да, этим мальчиком был я. Хотя, может быть, я остаюсь им и по сей день, кто знает…

Хироми — И всё же я не до конца этого понимаю. Фот хотел отвезти нас к Аарону, а нам нельзя этого допускать. Ты ведь и сам это прекрасно знаешь. Так почему же мы его упустили?

Каллен — Да, как же ты до сих пор этого не поймёшь? Говорю же, что я вижу в нём себя. А я не могу навредить самому себе, разве не ясно?

Хироми — Ясно, ясно. Просто… Ты допустил ошибку, которая явно навредит нам в будущем.

Начавшийся ливень скрыл горизонт за пеленой тумана, который поднялся от резко изменившейся температуры. Стало гораздо холоднее и суровее, из-за чего Каллен решил ненадолго свернуть с основного пути, чтобы скрыться от столь сильного дождя.

Найдя укромное местечко под большими валунами, они уселись на землю прямиком на еловые ветви, наблюдая, как небеса разрываются от ярости. Помаленьку становилось всё темнее и темнее, пока видимость не пропала вовсе. Они легли спать, однако каждый по очереди, ведь в этих краях можно было ждать любую угрозу, желающую избавить их от жизни.

К обеду Хироми и Каллен преодолели значительное количество пути, оказавшись прямо возле транспортной артерии. Вот уже несколько сотен лет транспортная артерия служит главным соединяющим стежком для верхних и нижних земель. По этой дороге перевозятся грузы разной степени значимости. Торговцы из разных уголков земли ежедневно преодолевают большие расстояния, направляясь к точкам сбыта своего товара. Получая большие суммы, вместе с большими рисками. Ведь соседство с болотами не создаёт транспортной артерии благоприятную, а главное безопасную обстановку, что зачастую приводит к грабежам и даже убийствам.

Именно здесь, в этих краях, оседают убийцы, воры, насильники и все те элементы общества, которые были изгнаны за стены своих домов из-за совершённых ими преступлений. И всё же иного пути у них не было, кроме как следовать этой тропинке, прислушиваясь к каждому маломальскому шороху.

Хироми — Ты ведь бывал здесь раньше?

Каллен — Бывал.

Хироми — Значит мы вышли на верную дорогу?

Каллен — Верно.

Хироми — Слушай, у тебя всё хорошо? Если я тогда сказал лишнего, то…

Каллен — Конечно. Всё в порядке.

Вот только, Каллен не признавал своих опасений, постоянно осматриваясь вокруг себя.

Каллен — Понимаешь… Для того чтобы пересечь транспортную артерию и попасть в город, надо постараться не нарваться на грабителей и убийц.

Хироми — Так значит, ты не злишься?

Каллен — Говорю же, нет.

Хироми — Ну и отлично… И часто тут такое бывает?

Каллен — Не знаю, как сейчас, но раньше новости только об этом и были. То кого-то убили, то ограбили или вообще похитили с целью выкупа.

Хироми на минуту задумался, нахмурив своё лицо.

Хироми — Иначе ведь мы отсюда не выберемся?

Каллен — Нет, этот путь самый быстрый. Да и к тому же, слева от тебя пустыня, а справа болота. Наилучшим вариантом будет идти вперёд, не сворачивая ни в одну из сторон.

Каллена насторожил тот факт, что за всё время присутствия на транспортной артерии, он не увидел ни одной повозки или торговца. Дорога была пуста, абсолютно пуста. Лишь зловещие звуки, доносящееся из близлежащих болот, создавали странное ощущение чьего-то присутствия. Однако как бы Каллен не старался, увидеть что-либо, кроме тьмы, он не мог.

Хироми — Мне кажется, или уже совсем стемнело?

Каллен — Думаю, яркое свечение луны тому доказательство.

Хироми — Тогда почему бы нам не отдохнуть?

Каллен — Почему? Ты вообще слушал, о чём я тебе говорил?!

Шорох мёртвой древесины, потрескивания веток и слабое свечение луны, создавали ощущение неминуемой беды. Именно страх перед неизвестностью

толкал ноги Каллена вперёд.

Хироми — Конечно слушал, но…

Каллен — Тогда иди вперёд и как можно тише.

Хироми — Понял…

Удерживая свою усталость, они шли напролом, стараясь не думать о чудовищах, которые могут водиться в этих краях. Время шло, луна сменилась солнцем, и свет, наконец, заполонил путь, по которому они брели. Однако Каллен знал — болота просто так их не отпустят. Он понимал, что взамен оно попросит частицу их души.

Неизвестный свист, раз за разом отдавался эхом в их ушах. Запаниковав, Хироми решил отбежать подальше от непонятного звука. Благо, Каллен был рядом, остановив его до того, как стрела пронзила пространство. Забравшись на болота, Каллен поспешил было выйти обратно на дорогу. Вот только теперь свист оказался ещё яростнее и сильнее. Вдруг кровь потекла по его руке. Стрела угодила прямо ему в плечо, обездвижев его руку, не позволяя пошевелить ни пальцем. Пока Каллен смотрел на свою рану, Хироми вовремя среагировал, толкнув Каллена на землю прямо перед тем, как очередная стрела чуть было не пронзила ему голову. Упав за гнилое дерево, они пытались понять откуда, а главное, кто пытался попасть по ним.

Каллен — Перестань, ничего не выйдет. Он может быть где угодно.

Хироми — Но как-то же нужно вычислить этого стрелка.

Каллен — Насчёт этого… помоги вытащить одну из его стрел из моей руки.

Хироми — Нет, нет, нет. Если вытащить стрелу, можно сделать только хуже.

Каллен — И что ты мне предлагаешь? Ходить с ней до конца моих дней?

Хироми — Давай дойдём до города, а там уже сможем попросить помощи.

Каллен — Хм, ладно… Давай тогда дислоцируемся отсюда, чувствую, я скоро он нас нагонит.

Хироми помог Каллену переместиться за другое более мощное и молодое дерево. Выбрав что-то из его старой одежды, Хироми перевязал Каллену рану, чтобы остановить кровопотерю. На этом этапе наступила устрашающая тишина. Хироми пытался выглядывать из-за дерева, настолько аккуратно, насколько это было возможно. В один момент он всё же заметил человека с арбалетом.

Каллен — Что там? Видишь его?

Хироми — Он сидит на том дереве!

Каллен — Хорошо, тогда твоя задача обезвредить врага.

Хироми — Моя?! Но как я…

Каллен — Поверь у тебя получится. Артефакт не даст убить своего носителя.

Хироми — Хочешь, чтобы я ринулся вперёд, уповая только на то, что артефакт может меня спасти?

Каллен — Да.

Медленно, но верно он двигался в сторону, высматривающего их арбалетчика. Сердце учащённо билось, вены пульсировали, но руки тянули его дальше на пути к своей цели. Он хотел доказать себе, увериться в том, что способен защититься самостоятельно, без, чьей-либо помощи. Поэтому, ползком, он почти что настиг, спустившегося с дерева врага. В близи он оказался гораздо больше — угрожающее оружие и холодный взгляд не внушал уверенности, уводя Хироми в состояние отчаянности. Всё же превозмогая страх, он двинул камнем ему по затылку, сокрушив того на колени. Убедившись в том, что более никого нет, Хироми мигом вернулся к Каллену.

Хироми — Эй, ты где? Я всё сделал.

Каллен вышел из-за укрытия уже без стрелы в плече. Хотя боль донимала его, он всё же избавился от торчащего из его сустава острия. Кровь удалось остановить с помощью того малого, но всё же ещё не тронутого запаса микстур от Слэя.

Каллен — Ты справился или он ушёл?

Хироми — Значит, ты не видел?

Каллен — Как видишь, мне было не до этого. Но я рад, что ты смог за себя постоять.

Хироми — Что теперь будет с твоей рукой?

Каллен — В каком смысле?

Хироми — Там ведь рана. Что если будет заражение?

Каллен — Спокойно. На этот счёт можно не переживать. Я использовал бутылёк, что дал нам с собой Слэй. Точнее несколько из них. Жжётся, тяжело поднимать предметы, но всё же лучше, чем ходить со стрелой в суставе. Тебе не кажется?

Хироми — А как же твой меч? Ты ведь держишь его этой рукой?

Каллен — Так, успокойся. Как только мы дойдём до города, я пойду залечивать свои раны. Там ведь явно найдётся кто-нибудь, кто сможет помочь мне с этим. Если уж на то пошло, я смогу держать меч в любой руке.

Хироми — Ну ладно, тебе виднее. И кстати, что это за город? Куда мы вообще идём?

Каллен — Мы направляемся в Алду.

Хироми — Алда… Звучит интересно.

Каллен — Правда? По факту, как я это помню, там кроме торгашей никого нет. Но тебе ведь всё интересно, верно?

Подумав о городе, Хироми охватили мрачные мысли.

Каллен — Что ещё?

Хироми — А что если в этом поселении, тебя схватят?

Каллен — Думаешь, что-то выдаёт во мне наследника престола?

Хироми — Во-первых, твой клинок. Во-вторых, твоё лицо, которое уж точно должно быть известно не малому количеству людей.

Каллен — Да брось, накинем что-нибудь на головы и пойдём. Думаю, это не то из-за чего стоит переживать.

Хироми — Ладно, ладно, как скажешь. Всё-таки, нам нужно закупить продукты. Да и отдохнуть бы немного тоже не мешало.

Каллен — Значит, ты не против побыть здесь ещё немного?

Хироми –Думаю, нет. С чего бы мне быть против?

Каллен — Мне казалось, ты скучаешь по своему дому. Поэтому я и подумать не мог, что ты продержишься здесь так долго.

Хироми — Иного выбора то у меня и нет. Остаётся лишь уповать на то, что впереди меня ждёт счастливый конец.

Каллен — Это уж точно…

Покинув болота, они наконец, смогли выдохнуть. Транспортная артерия осталась позади, вместе с опасностью быть съеденными или ограбленными до нитки. Вот только ночь вновь наступала им на пятки, скрывая дорогу ведущую к городу Алда.

Город, в который они направлялись, не славился чем-то особенным. Это было обычное поселение, принадлежащее к верхним землям. И всё же, небольшая особенность у этого города была. За счёт не столь далеко расположенной транспортной артерии этот город стал излюбленным местом для торговцев и простых путников, которые путешествуют по новым для себя просторам. Лекари, травники, кузнецы, продавцы игрушек и одежды. В этом городе можно было найти всё, что душе угодно.

Всё же до Алды ещё было идти и идти поэтому они решили найти ночлег, дабы отдохнуть после двух суток беспрерывного скитания по болотам.

Хироми — Мне кажется, или становится холоднее?

Каллен — Нет, не кажется. Мы ведь снова подходим к землям Айзории. Если приглядеться, то за туманом можно увидеть вершки горных хребтов.

Хироми попытался разглядеть хоть что-то в этой тьме, однако кроме высоких елей и дубов он не увидел ничего. Подойдя к лесам, в которых находится Алда, они решили передохнуть, чтобы к завтрашнему вечеру уже быть в городе. Вот только их планам не суждено было сбыться, заставляя их оставить мысли о сне позади.

Каллен — Так, главное тихо и спокойно иди за мной.

Хироми — Что случилось? Ты кого-то видишь?

Каллен — Насколько я запомнил из разговоров со своими старшими братьями, пещеры в лесу не сулят ничего хорошего. Поэтому прошу тебя аккуратнее, ладно?

Хироми — Ладно…

Шагая задом наперёд они смотрели на пещеру, из которой вполне могло вылезти что-то, способное разорвать их в клочья.

Каллен — Так, наши дела ещё хуже, чем я думал.

Хироми — Тогда пойдём быстрее!

Каллен — Это нам больше не поможет.

Пока они разговаривали, что-то коснулось руки Хироми. Он не мог понять, кто или что это сделало, ведь вокруг были сплошные деревья. Озираясь по сторонам и судорожно разыскивая виновника, он вновь почувствовал крепкий хват на его руке. Из ниоткуда, на мгновение мелькнул свет, осветив округу, заполненную тьмой.

Странные лесные жители небольшого роста. Их глаза словно фонарики светились в лесной мгле. Массивная голова с рогами, заросшая плющом и луговой травой. Имеют копыта на ногах, но при этом обычные, ничем не отличающееся от человеческих, руки. Говорят, что если долго смотреть на сироса, можно стать одним из них.

Хироми — Ты тоже это видел?

Каллен — Сиросы…

Свет раскрыл их укрытие, обнажив их истинный облик. Они стояли вокруг, тихонько покачиваясь на ветру, осматривая гуляющих путников с ног до головы. Поскольку у них не было рта и желудка, они питались иссохшей энергией, исходящей от пойманной ими жертвы.

Каллен — Главное не смотри на них! Просто приготовься содействовать мне, если они решат на нас напасть.

Хироми — Наверное, я готов, но не уверен.

Каллен — А лучше бы был. Они безжалостно убивают проходящих мимо существ, питаясь остатками их жизненной силы. Поэтому не лезь на рожон.

Свет угас, опустив занавес перед их глазами. Хироми и Каллен пытались выследить угрозу, однако ничего, кроме мглы и холода, они не чувствовали. Возможно, они хотели поиграть со своей жертвой, как кот с пойманной мышью. Вот только, почему-то сиросы вели себя подозрительно тихо, не выходя из темноты.

Хироми — Может быть, они ушли?

Каллен — Навряд ли они так поступят.

Хироми — Но ведь больше я их не вижу. Значит…

Каллен — Даже если ты чего-то не видишь, это не означает, что этого нет.

Подозрения Каллена росли с каждой минутой. Он шагал в сторону города, однако понимал, что вот-вот перед ним объявится жуткий, светящийся лик лесного существа. Хироми не отставал от него ни на шаг, чтобы случайно не оказаться в цепких руках сиросов.

Время замедлилось, туман сгустился, а ветер перестал указывать направление. Каллен остановился, вытащил меч и принялся ждать. Озарившийся пламенем света клинок указал Каллену на дышащего на него из-за спины сироса. Его пронзительно мёртвый взгляд пытался вывести его из себя. Даже одна мысль об их количестве отнимала у Каллена силу.

Однако, как и всегда, иного пути у них не было. Превозмогая адскую боль в плече, Каллен пронзил одного из сиросов. Страшный вопль раздался после того, как он лишил его жизни. Потеряв одного из членов своей семьи, сиросы со всей своей суровостью накинулись на корчившегося от боли Каллена. Его рука была обездвижена. Плечо ныло от боли, а голова раскалывалась от ощущений, смешавшихся в следствии недосыпа и пульсирующего страха.

Хироми не терял надежды, пытаясь действовать на них своими новыми силами. Однако он всё также не понимал одного — артефакт управляет им, а не наоборот. Всё же вследствие угрозы он воззвал к чудесному свету, который проник прямиком в тёмные души сиросов.

Закончив дело, Хироми помог Каллену встать. Опираясь на свой меч, Каллен пытался двигаться в сторону Алды, вот только сил для подобного подвига оставалось с каждой минутой всё меньше. Он еле сдерживался, чтобы не свалится в сон. Однако спать было нельзя. Их могли нагнать разбушевавшиеся лесные жители. Поэтому, из последних усилий, они брели вперёд в полном мраке, с дымкой на глазах.

Каллен — Знаешь, а плечо то не так хорошо зажило, как мне казалось.

Хироми — Не хочу этого говорить, но я тебя предупреждал.

Каллен — Предупреждал или нет, какая теперь разница?

Хироми — Ты хоть дойти-то сможешь?

Каллен — Как будто бы ты сможешь.

Хироми — Сейчас не обо мне идёт речь, Каллен.

Каллен — Надоел… Дойду, я, дойду.

Долгожданный момент, наконец, наступил — показалось солнце. Торговцы с самого раннего утра разъезжали из города в город, начиная свою бурную деятельность. Плетясь позади одной из конных упряжек, они смотрели на толпы людей, собравшихся на главной площади. Повсюду висели разноцветные флажки, играла прекрасная музыка. Кто-то танцевал, кто-то просто смотрел представления. Радость так и витала в воздухе этим днём.

Однако радоваться было рано. Фот стоял посреди этой площади, ожидая двух истощённых до смерти людей. Скрываясь во мраке, он всё это время их подслушивал, не упуская ни одной произнесённой ими фразы. Узнав, что они направляются в Алду, Фот попросил у отца новых воинов для того, чтобы поймать двух наглых беглецов. В этот раз наверняка.

Смотря по сторонам, Каллен даже не подозревал, чего такого могли праздновать люди в преддверии хаоса. Подойдя ближе, он всё же понял, что пришёл на праздник своих самых ярых ненавистников. Люди вывешивали плакаты с его лицом и фамильным гербом. Надпись — «предатель», въедалась в его закрывающиеся от усталости глаза. Он не мог поверить, что совершил такую ошибку. Ведь он привёл артефакт прямо в руки к людям, что с радостью выдадут бежавшего с престола принца. Сжав меч, он почувствовал небывалый страх. Хироми же ни о чём не подозревал, улыбаясь и разглядывая веселящихся людей.

Каллен — Прости меня, Хироми, прости меня за всё. Я не…

Хироми — Постой-ка, за что это ты извиняешься?

Каллен — Кажется, я совершил очередную ошибку. То, о чём ты мне говорил, оказалось действительностью.

Хироми — Я не понимаю.

Каллен — Оглянись вокруг, они празднуют приход Аарона к власти. Плакаты с моим лицом, чучела в виде моей семьи, и горящий на главной площади фамильный герб говорит о том, что я очень сильно сглупил. Прости, но мне кажется, что это конец.

Хироми — Не говори так!

Каллен свернул в закоулок, усевшись прямо на брусчатку. Склонив голову, он раз за разом вспоминал слова дракона. Спустя мгновение, он посмотрел на Хироми, сказав лишь: Дракон был прав, наша судьба предрешена.

Алда

Сразу после переломной ночи в Олуэнде, когда старое правительство было свергнуто, а единственным выжившим остался бежавший принц, Аарон начал свою компанию по установлению связей с будущими соседями. Одним из первых городов стала Алда. Независимое от всех, кроме себя, государство в голове Аарона должно было сыграть свою роль в распространении нового мирового порядка, пришедшего на верхние земли.

Каллен не мог осознать, насколько быстро всё обратилось в прах. Все его надежды внезапно разбились об стену действительности. Он не мог понять, как Аарону удалось переломить людей этих земель на свою сторону. И всё же, сколько бы он не гадал, факт оставался фактом.

Каллен — Слушай, ты иди дальше, а я… Знаешь ведь, как добраться до церкви?

Хироми — Даже если так, я не пойду без тебя.

Каллен — Ты ведь и сам должен понимать какое у нас положение. Фот здесь, и я точно это знаю. Если ты не уйдёшь сейчас, то не уйдёшь вовсе.

Хироми — Нет! Нам надо тебя подлатать, а потом мы просто двинемся дальше, как и хотели.

Каллен — Однако этого не будет. Я чувствую.

Их планам не суждено было сбыться. Каллен отлично это понимал, хотя до конца не терял надежды на то, что он ошибается. Хироми после услышанного вообще закрылся в себе, не желая думать о подобном исходе.

Только вот, сколь бы тяжело им ни было, сидеть на месте больше было нельзя. И хотя их конечности ослабели настолько, что двигать ими было словно передвигать бетонные плиты, они должны были двинуться дальше, навстречу неминуемой угрозе. Навстречу Фоту.

Хироми — Я было думал отдохнуть, подлечить свои раны, но… теперь это невозможно.

Каллен — Думаешь я этого не хотел? Предлагал ведь идти самому…

Хироми (воодушевлённо) — А что если нам показалось? Что если всё это из-за длительного отсутствия сна? Вся эта паранойя.

Каллен — Мне хотелось бы в это верить, но действительность уже расставила всё по своим местам.

Подойдя к одному из магазинов, утопавшему в ярких красках фестиваля, Каллен решил испытать судьбу, прикупив себе хоть что-то, что могло бы утолить боль в его плече. Обнаружив огромную очередь внутри, он хотел было уйти, но вовремя осознал, что слиться с толпой будет наилучшим вариантом для них обоих. Подойдя к стойке с товарами, в момент, когда очередь продвинулась достаточно для их обслуживания, Каллен усмотрел табличку продавца, на которой было написано — Одл. Обратившись по имени, он попросил что-то для утоления боли в своем ноющем суставе.

Одл — Конечно, сэр. У нас есть всё, что только необходимо при болевых ощущениях.

Отлучившись в подсобку, Одл принялся искать микстуру, которая сможет облегчить боль Каллена. Ноги уже совсем не держали их потяжелевшие тела, однако опираясь на стойку продавца, они пытались не выделяться из толпы пришедших в магазин людей. Не пройдя и минуты, Одл вышел с радостным лицом, демонстрируя чудодейственное средство от всех болей в суставах. Протянув им баночку в руки, он медленно кивал в такт доносящейся с улицы музыке.

Одл — Ну как, вы будете брать, или принести что-то ещё?

Каллен — Нет, думаю, этого вполне достаточно.

Одл — Тогда с вас…

Каллен потянулся к мешку, где лежали оставшиеся из того, что он успел забрать — монеты. Однако из-за накопившейся усталости, он невзначай задел свой плащ, оголив тем самым фамильный клинок. Одл сразу же всё осознал, подав тайный знак одному из своих младших сотрудников по магазину. Улыбаясь им в лицо, он спросил у них.

Одл — Извините, господа, вам случайно не нужна комната?

Каллен — Комната?

Одл — Вы же валитесь с ног. А у меня как раз есть хорошее для вас предложение, что скажете?

Взглянув на ту жалкую горстку монет, что сохранилась от прежних богатств, Каллен всё же отвергнул предложение лавочника.

Одл — Но, сэр, вы ведь еле стоите. Да и к тому же ваша рана.

Каллен — Откуда вы знаете о ране?

Одл — Вы ведь сами сообщили мне об этом.

Каллен — Я…

Одл — Не переживайте, такое со всеми бывает. По началу о чём то говоришь, а уже через пару минут забываешь, о чём собственно шла речь. Не берите в голову.

Каллен — Ладно… Вот ваши деньги, спасибо за… Спасибо.

Направляясь к двери, они заметили уже знакомое им лицо. Вмиг, солнце заволокло грозовыми тучами, тень распространилась по всей округе. Люди начали разбегаться в разные стороны. А те добровольцы, что выбрались из толпы, остались, чтобы помочь в поимке Каллена и Хироми.

Одл — Лучше бы вы согласились на комнату, господа.

Собравшись с оставшимися силами, Каллен взглянул на мёртвое лицо своего оппонента. Фот стоял в окружении нового войска, которое в очередной раз предоставил ему отец. Ожидать, когда они сделают первый шаг, казалось Фоту полнейшим абсурдом, из-за чего он решил взять инициативу в собственные руки. Открыв дверь магазина, он зашёл внутрь совершенно один, оставив подкрепление позади себя.

Каллен — Ну и чего ты тут встал?

Фот — И без меня ведь прекрасно понимаешь.

Каллен — Тогда закончим начатое?

Хироми — Подожди, я не знаю как…

Каллен — Послушай, сейчас нужно постараться как следует. Поэтому прошу тебя, выложиться на все сто.

Хироми — Я постараюсь, но ты должен понять…

Фот — Чего вы там шепчетесь? Лучше подойдите сюда и сдайтесь. Иного выбора у вас всё равно нет.

Каллен — Ты прав, ровно, как и у тебя.

Фот — Думаешь, мне стало страшно от твоих пустых слов?!

Каллен — Сейчас и проверим.

Небольшое войско Фота толпилось возле витрин магазина в ожидании команды. В то время как Хироми пытался выдавить хотя бы часть той энергии, которая кроется в недрах его организма, Каллен залпом поглощал пузырёк с микстурой.

Боль немного отошла, силы также частично прильнули в его руки. Вытащив клинок, он озарил всю лавку. Куски плоти, свисающие с лица Фота, сразу же подгорели от подобного фокуса. Только вот, он не был простой оболочкой, что позволяло ему находится на свету дольше своих собратьев.

Каллен — Ещё не поздно уйти.

Фот — А я про что.

Мощным сгустком энергии, Фот выбил стекло витрины, осколки которой разлетелись в разные стороны. Хотя кровь струилась по их щекам и пальцам, отступать они не собирались. Накинувшись с первой, мощной атакой, Каллен, из-за усталости, наткнулся на тумбочку с колбами. Фот прекрасно видел, в каком состоянии находится Каллен поэтому он начал передвигаться ещё быстрее. Метаясь по комнате, то и дело нанося удары по их спинам.

Утомлённый его играми, Каллен размахивал мечом до тех пор, пока удача не улыбнулась ему. Остриё пронзило Фота насквозь в тот момент, когда тот хотел сокрушить Хироми. Повалив его на пол, освещённый меч предстал перед его лицом. Обжигающий свет струился, ударяясь об его хрупкую оболочку. Фот лежал на полу, превозмогая боль от полученной раны. Всё же он был гораздо слабее своего брата.

Каллен — Ты и дальше будешь продолжать?

Фот — Даже если я умру, что, конечно, маловероятно. Ты всё равно не сможешь уйти отсюда целым и невредимым.

Каллен — Считаешь, я не справлюсь с горсткой предателей и оболочек?

Фот — С артефактом, вполне. Но вот что ты можешь без него? Без чудесной струящийся силы.

Хироми — Даже не слушай его, он пытается тебя отвлечь!

Увы, было поздно, ведь Каллен понял, о чём говорит Фот. Неожиданно, что-то проснулось в его голове. Смотря на Фота, он понимал, что сказанное им чистая правда.

Каллен — И всё же он прав.

Хироми — Что?

Фот — Я… прав?

Недоумение на их лицах озадачило Каллена. Ведь он прекрасно понимал, в чём крылось и укрывается по сей день могущество его рода. Меч, который он держит в руках, когда-то оказал большую услугу его дедушке. Именно с помощью него, он смог завоевать королевство, в котором он некогда служил. В свою очередь, отец Каллена смог переломить ход событий — великой чистки, одолев заполонивших верхние земли существ. И, наконец, Каллен. Ему выпала возможность сразится с самой преисподней. И всё это было возможно только благодаря этому мечу.

Фот — Неужто ты хочешь сказать, что я прав?

Хироми — Наверное, ты просто устал. Давай закончим дело и…

Каллен — Нет… Я не устал. Этот меч действительно, единственный источник моих сил. Без него я всего лишь солдат, обречённый на верную гибель.

Возможно, на Каллена свалилась ноша, непосильная для его плеч. Возможно, на нём сказывалась усталость, что никак не уходила, даже после выпитого пузырька чудодейственного лекарства. И всё же одно было ясно — Каллен больше не мог бороться с усталостью.

В его глазах двоилось, руки тряслись, а колени, того и гляди, пытались усадить своего хозяина на пол. Он больше не мог противостоять новым нападкам, медленно погружаясь в свой внутренний мир. Пока Хироми пытался вытащить Каллена из тумана сомнений, Фот выскользнул из-под его клинка. Оказавшись позади своих воинов, он выпрямился во весь рост. Рана на его груди медленно заживала, давая Хироми время на прощание с другом.

Хироми — Каллен, ты меня слышишь? Не спи! Нам надо идти, ты понимаешь?

Каллен — Что… чего ты от меня хочешь?

Хироми — Если ты сейчас не встанешь, то нам конец!

Каллен — Я… не могу. Я больше не могу держаться на ногах…

Смотря на эту сцену свысока, Фот обдумывал свои дальнейшие планы на случай, если он всё же решит сражаться дальше. Однако ничего не происходило. С закрытыми глазами Каллен валялся на земле. Хироми нехотя взглянул в сторону врага, трясясь от страха неизвестности. Он знал, что без Каллена ему не избежать беды. Ведь даже наделённый силой, он был слабее любого из них.

Фот — Ты ведь должен был знать, что всё так и будет, артефакт.

Хироми — У меня есть имя.

Фот — Ну… конечно. Правда, оно мне ни к чему.

Хироми — Хм… И что теперь? Убьёшь нас?

Фот — Что? Как бы я мог. Твоя душа запечатана в этом мире, поэтому до тех пор, пока ты здесь, тебе можно забыть такое слово как смерть.

Хироми — Хочешь сказать, я бессмертен?

Фот — Неважно, что я хочу сказать. Лучше встань на колени и не делай глупостей.

Хироми упал на колени рядом с обездвиженным телом Каллена. Кто-то из приспешников Фота подошёл ближе, чтобы заковать Хироми в кандалы. Каллена же они так и оставили лежать на полу, ведь забрав клинок, он потерял для них ценность.

И всё же Хироми не терял надежду. Он верил, что сейчас он встанет и отберёт свой клинок. Однако, уходя прочь, он наблюдал, как Каллен, не подозревая о происходящем, просто-напросто спал, окончательно растеряв все свои силы. Хироми пытался до него докричатся, но всё было тщетно.

Фот — Надеюсь, ты не злишься на меня за это. Я ведь всего лишь выполняю приказ.

Хироми — Злость. Даже такого понятия мало, чтобы описать моё отношение к тебе и твоему отцу!

Тучи сгустились настолько, что создавалось ощущение ночи. Ветер бушевал как в самую яростную бурю. Хироми был уставшим и опустошённым. Он не понимал, кто он, зачем он живёт и куда ведёт его жизнь. Хироми чувствовал себя так, словно из его жизни пропал ориентир, по которому он всегда сверял свой внутренний компас.

Но что было более странно — Фот также испытывал смешанные чувства, ведь в его голове всё ещё звучали слова Каллена. Он думал о них, но не понимал, как такое могло прийти ему в голову. Как он мог сравнить себя с ним.

Хироми — Почему ты так на меня смотришь?

Фот — Ты ведь должен знать, что Каллен имел в виду, верно?

Хироми взглянул на затемнённое лицо Фота.

Хироми — Ты вообще о чём?

Фот — В нашу первую с вами встречу, он сказал, что мы едины. Точнее, одинаковы. Что он имел этим в виду?

Хироми — Понятия не имею…

Фот — Подумай хорошенько, иначе тебе несдобровать!

Хироми — Ты глуп, если считаешь, что меня можно этим напугать.

Хироми уставился на тёмное небо, кипевшее красками мрачных цветов. Словно океан, оно бурлило отчаянием и злостью. Хироми знал, что Аарон закончит его мучения, сразу же, как только он предстанет перед ним лицом к лицу. Однако глубоко внутри, он также прекрасно понимал, что не может подставить Каллена в этой быстро развивающийся битве.

Хироми — Что вы собираетесь делать со мной?

Тихо произнёс Хироми.

Фот — Ты что-то говоришь?

Хироми — Почему бы вам просто не убить меня на месте?

Фот — Ну перестань! Что ты заладил то на самом деле? Я не собирался никого убивать. В отличие от вас.

Хироми яростно взглянул на Фота, не понимая к чему он ведёт.

Фот — Что ты так на меня уставился? Неужто хочешь мешок себе на голову?

Хироми — Куда ты клонишь?

Фот — Куда? Это ведь вы убили моих людей, тогда возле ворот священных земель. Или будешь это отрицать?

Хироми — Нельзя убить то, что уже мертво.

Фот — Возможно ты и прав. Вот только они могли получить второй шанс, если бы не ты и твой друг.

Повозка двигалась в сторону Олуэндских земель. Хироми было даже страшно представить, что будет, окажись он прямо перед Аароном. Каков он вблизи и на что способен? Мысли так и вертелись у него в голове.

Фот — Что сказать нечего? Тото же…

Хироми — У меня есть вопрос.

Фот — Хм? С чего бы мне тебе отвечать?

Хироми — Не знаю… Возможно, чтобы хотя бы немного походить на обычного человека. Ты ведь пытаешься стать живым? Точнее говоря, все вы пытаетесь…

Фот — Хорошо, что ты понимаешь наш курс. А теперь…

Хироми — Отличаемся от мертвецов мы не только наличием тела, но и своим поведением. Поэтому прошу тебя ответить мне. Зачем вы хотите вернуть себе жизнь?

Фот — Поверь, всё будет хорошо. Сейчас тебе лучше поспать, иначе у тебя не хватит сил, чтобы помочь нам.

Хироми вдохнул едкий аромат цветка, который погружал в сон каждого, кто осмелится сорвать его. Наконец, закрыв рот своему оппоненту, Фот погрузился в собственные мысли, воображая себе картину, на которой он удостоится похвалы от отца.

Наверное, мне не стоило знать

Прибытие в замок ознаменовалось для Фота волной аплодисментов. Он вынес меч Каллена в своих руках и гордо поднял его над своей головой. Крики радостных оболочек сопровождали его всю дорогу вплоть до ворот замка.

Услышав гул, Аарон подошёл ближе к балкону, с которого было видно происходящее. Поначалу он не мог поверить, что его сын смог одолеть артефакт и сразить Каллена. Но чем ближе тот подходил к замку, тем меньше сомнений оставалось у Аарона. Его младший, вечно болеющий сын, смог поразить своего отца до глубины его прогнившего сердца.

Представ перед Аароном на коленях, Фот вознёс желанный клинок к рукам своего отца. Восседая на троне, своего бывшего друга, он ещё долго смотрел, как сияет крепкий металл.

Фот — Прими мой подарок, отец.

Аарон поднялся с трона. Подойдя ближе к Фоту, он потянулся к клинку. Однако что-то остановило его руку в паре сантиметров от рукояти.

Аарон — Я несказанно удивлён подобным обстоятельством, Фот.

Фот — Почему же? Я ведь обещал тебе, что смогу это сделать.

Аарон — Верно. И ты сдержал своё слово. Молодец.

Лицо Фота озарилось улыбкой, которую он мигом пытался унять. Опустив голову, он вознёс клинок ещё выше, подталкивая тем самым Аарона к верному действию. Коснувшись рукояти пальцами, Аарон почувствовал импульс. От одного прикосновения в нём забурлила жизнь. Тогда-то он схватился за клинок. Обнажив лезвие, он поднял его у себя над головой.

Аарон — Этого не может быть. Такая сила была у него в руках, но он…

Фот — Извини меня. Я не хочу тебя прерывать, но это ещё не всё.

Аарон — Занимательно, сын мой. Что ж, говори.

Поднявшись с колен, Фот приказал занести тело Хироми. Так и не отойдя ото сна, он лежал без сознания даже после того, как его кинули на пол. Аарон убрал меч в ножны, не на долго отложив его в сторону. Подойдя к безжизненному артефакту, он ликовал в своей душе. Погружаясь в фантазии о будущем мире.

Аарон — Так значит, вот кто унаследовал артефакт.

Фот — Мы отчаянно бились, отец. Но всё же, я смог одолеть их. Поэтому прими ещё один дар.

Аарон — Ты ведь понимаешь, насколько это важно для меня?

Фот — Конечно, отец.

Аарон — И ты старался ради меня? Ради нашей общей цели?

Фот — Да!

Аарон — Рад слышать, Фот. Ты доказал мне, на что способен, когда имеешь ясную цель. Именно поэтому ты отправишься вместе со мной.

Фот — Я так долго об этом мечтал, отец.

Аарон посмотрел в сторону сына, задержав на нём свой взгляд.

Аарон — Мы отправимся за последним необходимым для нас предметом.

Фот — Это тот самый сосуд, о котором ты нам говорил?

Аарон — У тебя хорошая память, в отличие от твоего брата.

Фот — В таком случае, скажи, что мне делать.

Аарон — Начисти доспехи, заточи меч, ведь мы собираемся увековечить себя в истории! Мы отправляемся в Айзорию!

За окном начался ливень. Гроза продиралась сквозь ворох тёмных туч, закрывающих собой солнечный свет. Теперь, когда у него был меч, а вместе с тем и артефакт, шансы на то, что всё желанное им сбудется, становилось ясным как день. Всматриваясь в пустоту, он выслеживал свою последнюю жертву. Жертву, что скрывалась во мраке, ожидая неминуемой участи.

Хироми всматривался в удивительный сон. Вокруг было очень светло и просторно. Воздух из открытого окна доходил до его лёгких, а глаза внимали картину оживлённого сада. Струящееся краски и лица людей кружились в лёгком потоке событий. Не осознавая этого, он на мгновение очутился дома.

Доктор — Хироми! Ты меня слышишь?! Ответь! Хироми…

Его веки приподнялись, обнажив пустые глаза. Лечащий врач Хироми пытался достучаться до его сознания, однако ничего так и не вышло. Хироми провалился вспять, открыв свои глаза в полной темноте.

Хироми — Доктор?!

Вот только никого не оказалось рядом. Ощупывая себя, он пытался унять страх от увиденного. Совсем чуть-чуть, и он бы выкарабкался из этого сна. Но всё же этому не суждено было сбыться. По крайней мере, пока.

Поднявшись с холодного пола, он начал всматриваться в темноту. Абсолютно всё было скрыто от его глаз. Он пытался звать на помощь, но ничего, кроме капель, падающих с потолка, не отвечало на его мольбу. Тогда он начал ощупывать окрестности, пока не понял, что находится взаперти. Решётка перегородила ему путь на свободу, вычёркивая тем самым надежду на повторение сна. Впадая в отчаяние, он вдруг услышал чьи-то шаги. Решив затаиться, он спрятался в самом тёмном углу, где, как он надеялся, его никто не заметит.

Всё же его план провалился, как только загадочная фигура появилась прямо перед его лицом. Озарив всё ярким пламенем свечи, загадочная фигура в балахоне поприветствовала сжавшегося в углу от страха Хироми.

Загадочная фигура — Здравствуй, артефакт.

Медленно поднимая голову, Хироми перебирал варианты исхода этой встречи.

Хироми — Кто вы?

Загадочная фигура — Послужной список у меня огромен. Поэтому обойдёмся титулом лекаря.

Хироми — Лекарь… И что вам от меня нужно?

Лекарь — Явно ведь и сам это понимаешь.

Хироми — Если бы понимал, не спрашивал.

Лекарь — Что ж, тогда не бери в голову. Всему своё время, артефакт.

Хироми — Стой!

Лекарь не стал его слушать, закрыв за собой тяжёлые двери. Хироми вновь погрузился во мрак, не имея возможности выбраться из этой клетки.

Слухи о странном случае быстро разлетелись по больнице, заставив каждого выстроить свою собственную теорию произошедшего. Лечащий врач Хироми сразу же позвонил его родителям. Когда те прибыли в больницу, он позвал их в свой кабинет, чтобы обсудить случившееся наедине.

Доктор — Я рад, что вы смогли выделить время для личного разговора.

Мать Хироми — Расскажите, что случилось, вы были так взволнованный по телефону.

Доктор — Да… Собственно, об этом. Пару часов назад, я стал свидетелем настоящего чуда, ведь ваш сын открыл глаза…

Отец Хироми — Значит он…

Доктор — Но! Он тут же их закрыл… Однако не думайте, что я позвал вас только ради этого. Нам с вами стоит обсудить дальнейшую стратегию. Хотя многого мы всё ещё не понимаем. Я считаю, что со временем мы сможем вытащить вашего сына из этого сна. Поверьте, я сделаю всё возможное для этого.

Мать Хироми — Вам не стоит так переживать насчёт этого, мы ведь и так доверяем вам. Даже частичное пробуждение — это уже что-то.

Доктор — Да, конечно, я рад, что вы понимаете обстановку. Мы делаем всё возможное для поддержания его состояния, но пока что это было вторым откликом с его стороны.

Отец Хироми — Тогда, думаю, мы можем приступить к делу. Нам ещё хочется его навестить.

Доктор — Безусловно, давайте начнём.

Каллен медленно отходил ото сна. Открыв свои глаза, он обнаружил себя в неожиданном месте. Вокруг были поля, да и только. Алда осталась где-то позади. Посмотрев вперёд, он увидел, как Айзория, во всей её красе, возвышалась над его головой. Он помнил лишь то, как упал на пол. Но вот, что было далее, совершенно испарилось из его головы. Лишь образ Фота и его армии оставались в его памяти свежим пятном. Он скудно понимал, где он, но всё же одно он осознал довольно-таки быстро. Клинок исчез, вместе с Хироми. Каллен понимал, кто причастен к этому исчезновению, однако не мог предпринять ничего для того, чтобы вызволить свой клинок и Хироми из заточения Аарона. Обездвиженный страхом потери, Каллен смотрел на Айзорию. Облака над замком смешивались с грозными тучами, что давало ему понять — этот вид не сулит ничего хорошего.

В то же время, слухи о скором нападении армии тьмы расходились по всем городам и поселениям. Люди получали известия из разных уголков верхних земель, однако лишь некоторые проявляли интерес к столь тревожащим новостям о грядущих переменах.

Каллен решил не засиживаться, сразу отправившись в путь. После хорошего сна он чувствовал себя намного лучше, чем до встречи с Фотом. Поэтому быстрым шагом он двинулся к воротам Айзории. Благо, до них было рукой подать.

Лекарь, который недавно посещал Хироми, вновь явился в его камеру. Однако на этот раз он начал свои эксперименты с целью извлечения жизненной энергии артефакта. Аарон лично поручил ему извлечь эту энергию, дабы иметь возможность пользоваться ею в условиях сражения. Протыкая его руки и ноги, прорезая его лицо и органы, он наблюдал за реакцией артефакта на нанесённые им увечья. Хироми терпел эту боль как мог, однако быстро сдавался взывая к пощаде.

Однажды утром Хироми вскочил с пола, на котором он спал. Звуки шагов и треск были не похожи на те, что отражались по мере приближения лекаря. На этот раз все было гораздо серьёзнее, ведь перед ним предстал сам Аарон.

Аарон — Здравствуй, артефакт.

Хироми — Ты… ты ведь тот самый…

Аарон — Что ж, сразу видно, ты понял кто я, верно?

Хироми — Ты тот самый — Аарон… Аарон ведь так?!

Аарон — Зачем же так кричать? Я стою прямо перед тобой.

Хироми — Что ещё тебе от меня нужно?

Аарон — Ты прав, ты прав. Зачем попусту болтать, когда можно приступить сразу к делу… Видишь ли, эксперименты не приносят плодов. Сколь усердно бы мы не пытались, увы — ничего не удаётся сделать.

Хироми — То есть нанесение увечий для вас лишь эксперименты?

Аарон — Мне… Не буду врать, мне не жаль, но всё же ты должен знать, что извлечь энергию из артефакта не удалось. Соответственно, удержать её внутри моего клинка также не вышло.

Хироми — Это вовсе не твой клинок! Ровно как и всё, к чему ты прикасаешься!

Аарон — Думаю, что ты неверно мыслишь, артефакт. Ты ведь волен выбирать, где и почему ты хочешь жить.

Хироми — Разве у меня есть выбор? Ответь, по твоему, это право у меня есть?!

Аарон — Как и у всех нас.

Хироми — Тогда выпусти меня. Я не хочу тут находится!

Аарон — Боюсь, это невозможно.

Хироми — Значит, твои слова — ложь?

Аарон — Ну почему же сразу ложь? Я отпущу тебя, как только, так сразу.

Хироми — Я не понимаю.

Аарон — Не переживай, скоро всё станет яснее.

С этими словами, Аарон закрыл за собой дверь. Хироми вновь остался один. Только на этот раз всё стало ещё хуже, ведь он понятия не имел, о чём он ему говорил.

Вернувшись к Фоту, Аарон попросил его отвлечься от своих дел, желая переговорить перед значимыми для них обоих событиями.

Аарон — Фот, подойди-ка ко мне!

Фот — Да, отец. Что-то случилось?

Аарон — Ну что ты, ничего. Совершенно ничего.

Фот — Тогда, чем могу быть полезен?

Аарон –Ты ведь не отказался от нашего будущего?

Фот — Конечно же нет. Я вовсю занят подготовкой, как ты и просил.

Аарон — Тогда ты не будешь против, если, я поручу тебе ещё одно, очень важное задание?

Фот — Всё что угодно, отец!

Аарон — Хорошо, запомни, от ныне артефакт под твоей ответственностью. Ты обязан держать его как можно ближе ко мне, когда мы выйдем на поле битвы. Защищай его от нападений со стороны врага. Тебе всё ясно, Фот?

Фот — Конечно, отец, я всё понял.

Аарон — Рад, что могу положиться на тебя.

Подготовка к наступлению шла в быстром темпе. Бирк курировал войска оболочек, всадников и демонических отродий, компонуя из них отряды грозных бойцов. Аарон хотел извлечь из их нынешнего положения максимальную выгоду. Ведь пока они мертвы, их невозможно ранить, а уж тем более убить.

В то же время Каллен подходил к великим воротам Айзории. Предвкушая позор и косые взгляды людей, которые так сильно надеялись на него. Несмотря ни на что он шёл вперёд, так как знал, что единственный для него способ спасти положение — просить о помощи. От кого-то, кто был сильнее его. От кого-то, кто знал, что делать наверняка.

Подойдя в упор к воротам, он мигом столкнулся со знакомым ему голосом. Веренкель спустился по канату к Каллену, совершенно недоумевая, зачем тот пришёл.

Каллен — Привет тебе, Веренкель…

Улыбка на лице Веренкеля сменилась досадой. Он смотрел на истощённое лицо Каллена, раздумывая о подходящих словах.

Каллен — Я даже не знаю, как сказать тебе…

Веренкель — Только не говори мне, что все эти слухи действительный. Каллен скажи мне, что это не так! Где твой клинок? Где Хироми?!

Каллен — Всё кончено, Веренкель. Их больше нет.

Веренкель — Не говори так!

Каллен — Но ведь…

Веренкель — Значит… значит, они и правда идут. Нам нужно спешить, пойдём!

Каллен — Постой. Кто, они?

Веренкель — Аарон и его армия.

Хотя король предупреждал Каллена о своих опасениях, он надеялся, что до этого не дойдёт. Всё же, в конце концов, опасения стали явью. Аарон двигался в сторону Айзории, распространяя вести о новом мировом порядке.

К обеду они достигли своей цели, оказавшись в покоях короля. Открыв свой рот, он хотел было что-то сказать, но Веренкель взял инициативу в свои руки.

Вернкель — Я премного извиняюсь, мой король, но у меня дурные известия.

Король Лоурэл III — Что ж, значит, мои сны мне не врали.

Веренкель — Мы…

Однако Каллен всё же прервал Веренкеля, не дав тому начать свой монолог.

Каллен — Я прошу прощения!

Король Лоурэл III — За что же?

Каллен — Это моя вина. Если бы не я то, Аарон бы не заполучил Хироми и клинок.

Король Лоурэл III — Когда ты наконец поймёшь… Один человек не способен привести к подобному исходу. Тебе стоит простить себя раз и навсегда.

Каллен — Я не могу. По крайней мере, не сейчас.

Вздохнув, король пристально посмотрел на взволнованное лицо Веренкеля.

Король Лоурэл III — Как близко Аарон приблизился к нам?

Веренкель — Мы не знаем.

Король Лоурэл III — Плохо. Нужно исправить, Веренкель. Отправь кого-нибудь.

Каллен — Я пойду туда!

Король Лоурэл III — Но ты ведь только что пришёл. Да и к тому же твои силы. Не думаю, что идти туда без меча хорошая затея.

Каллен — Нет, всё в порядке, я…

Веренкель — Всё верно, Каллен. Я не позволю тебе идти туда.

Каллен — Но почему?

Вернкель — Ты походишь на труп. Думаешь остановить Аарона в подобном состоянии?

Каллен — И всё же, я…

Мощный толчок в дверь на мгновение прервал их разговор. Неизвестная фигура в балахоне тащила за собой целый конвой стражей, пытающихся остановить неизвестного гостя.

Веренкель — Что тут происходит?

Страж — Извините, господин Веренкель! Этот правонарушитель решил пробраться через стену со стороны озёрных деревень. Мы шли двое суток, чтобы доложить вам об этом. И вот мы наконец здесь!

Веренкель — Кто ты? Сними капюшон, иначе…

Сняв с себя капюшон, таинственная фигура, показала своё истинное лицо.

Слэй — Не стоит мне угрожать, Веренкель. Ты ведь помнишь, что я этого не выношу.

Веренкель — Быть того не может, Слэй?

Каллен — Слэй! Что ты тут делаешь?

Слэй — Я рад вашему удивлению. Но мне бы немного отдохнуть. Всё-таки они не давали мне продохнуть за время нашей прогулки. Заставляли меня идти днём и ночью.

Вернекль — Прошу прощения за эти неудобства. Впредь такого не повториться.

Слэй — С чего же, не нужно извиняться, они делали свою работу. Причём надо отметить, просто мастерски.

Стражи удалились, а дверь вновь захлопнулась. Все ждали, когда Слэй переведёт дыхание и, наконец, объяснить, почему он перелез внутрь, через стену.

Слэй — Тут и говорить-то не о чем. Залез я через стену, так как иначе мне пришлось бы идти сюда несколько суток, чтобы только прибыть к воротам. А мне было куда спешить.

Каллен — Так ты тоже всё знаешь?

Слэй — Как видишь.

Веренекль — Хорошо, вы оставайтесь здесь, а я пойду отдам приказы войскам. Нам нужно быть готовыми.

Оставшись наедине со Слэем и королём, Каллен попросил их об услуге. Он понимал, что только он способен на это.

Каллен — Ваше величество, позвольте мне пойти навстречу Аарону и изволить Хироми из-под заточения.

Король Лоурэл III — Думаю, Вернекль не хочет, чтобы ты шёл туда.

Слэй — Именно! О чём ты вообще говоришь? Это очень глупо, Каллен.

Каллен — А что, если мы пойдём туда со Слэем?

Король ненадолго призадумался, закрыв при этом свои уставшие глаза. Спустя минуту томительной тишины, он всё же дал ему свой ответ.

Король Лоурэл III — Тогда я буду спокоен за ваши души.

Слэй — Постой, парень. А меня ты не хочешь спросить для начала?

Каллен — Так ты не пойдёшь?

Слэй — Ох… что же ты делать-то будешь. Конечно, пойду, куда я денусь.

Они пожали друг другу руки, а король наставил их на благополучное путешествие в логово врага. Решив утаить этот план от Веренкеля, им пришлось пойти на хитрости, чтобы избежать его зоркого взгляда. Выбравшись из поля зрения Веренкеля, найдя пару лошадей и прикупив запасов, они двинулись в сторону Олуэндсикх земель.

Пока они добирались до Хироми, Аарон и его свита двигались в сторону Айзории. Настигая деревеньку или маломальское поселение, они наставляли жителей на новое положение вещей. Среди многих поселений возникали споры о правильной стороне в этом конфликте. Кто-то желал победы Аарона, кто-то наоборот пытался его остановить. Тем не менее голоса обычных людей проходили мимо ушей будущего короля.

Аарон — Что скажешь, тебе удобно, артефакт?

Хироми — Я не собираюсь отвечать на твои вопросы.

Фот — Да как ты смеешь?! Отец задал тебе вопрос!

Хироми — Пусть он этот вопрос…

Аарон — Ну же, тише вы оба.

Фот — Прости, отец.

Хироми — И в чём же твой план, Аарон? Помимо того, что ты вновь хочешь обрести жизнь.

Аарон — Нет, нет, нет. Если ты не отвечаешь на мои вопросы, то и я поступаю также.

Хироми — И всё же, что вы собираетесь делать после завоевания каждого уголка этого мира?

Фот — Ты что не слушаешь, что тебе говорят?!

Хироми — Заткнись! В любой момент, я могу сделать это… испепелить всех вас. Вы ведь должны понимать, что находитесь в не лучшей позиции.

Фот — Отец, что он себе позволяет.

Хироми — Думаю, наш друг считает себя королём этого бала.

Когда Фот скосился в сторону Хироми, пригрозив тому острым клинком, он лишь улыбнулся ему в ответ. То ли отчаяние, то ли желание как можно быстрее окончить этот ужас, позволило Хироми смотреть на врага как на нечто несущественное.

Фот — Чего ты на меня так смотришь?!

Аарон — Помолчи, Фот. И так ведь ясно, в каком он сейчас состоянии. Желает испепелить нас…

Хироми — Тогда чего же вы всё ещё тут? Разве вам не страшно?!

Аарон — У меня к тебе ровно тот же вопрос. Почему ты всё ещё не выбрался, раз так уверен в своём положении? Или же страх мешает тебе, ровно так же как и нам?

Уверенность Хироми начала угасать. Он вспомнил, что ещё ни разу не смог призвать к силе самостоятельно. А уж в этом положении, он не имел понятия о том, как ему действовать дальше.

Хироми — Потому что я… мне нечего тебе ответить.

Аарон — Ничего, можешь не объяснять.

Расстояние до Олуэндсикх земель сокращалось с каждой минутой. Оставляя Айзорию позади, Каллен надеялся как можно быстрее вернуться в качестве подкрепления к Веренкелю. Вместе со Слэем они мчались, что есть силы, попутно наблюдая за шеренгами войск Аарона, которые тянулись на многие километры вперёд.

Каллен — Думаешь мы успеем?

Слэй — Не хочу тебя обнадёживать, парень. Поэтому лучше промолчу.

Каллен — Да, я понимаю.

Слэй — И всё же, я вынужден уповать на лучший исход.

Хироми поник от того, что единственное оружие, данное ему этими землями, не способно ему помочь. И хотя он пытался ставить слова Аарона под сомнение, то, что он наблюдал во время пути, доказывало его правоту.

Аарон — Бирк, как наши дела?

Бирк — Всё отлично, сэр!

Аарон — Никаких неожиданных обстоятельств не предвидится?

Бирк — Нет, сэр. Мы движемся вперёд, как и было согласовано заранее.

Аарон — Отлично. Тогда возвращайся на место. Мне нужно, чтобы ты всё контролировал.

Бирк — Так точно, сэр!

Фот — Отец?

Аарон — Подожди с вопросами, Фот. Лучше оглянись вокруг. Разве это не прекрасно? Скоро мы сможем вновь ощутить ветер на своих лицах, почувствовать запах цветов… Твоя мать была бы рада нашим подвигам.

Фот — Наверное… Я мало что помню из той жизни.

Аарон — Ничего, как только тела вернутся к нам, ты вновь обо всём вспомнишь.

Фот — Значит, брату память тоже вернётся?

Аарон — Если он всё же соизволит выбраться из заточения, то и к нему тоже.

На то, чтобы отдать приказы, ушло гораздо больше времени, чем он ожидал. Покончив со всеми делами, Вернекль наконец вернулся в покои короля. Однако, при детальном осмотре, он не обнаружил ни Каллена, ни Слэя. Пытаясь найти виновных в их побеге, он понял, что в этом нет никакого смысла. Ведь правду ему никто не расскажет.

Ближе к ночи Каллен и Слэй оказались возле стен Олуэдского замка. Они осматривались по сторонам, вслушивались в окружающее их пространство, но так никого и не заметив, они двинулись внутрь, используя окольные пути.

Слэй — Что-то мне это не нравится, Каллен.

Каллен — Знаю, знаю. Выглядит подозрительно. Однако как по-другому?

Слэй — Может, Хироми уже не здесь?

Каллен — Конечно здесь, где ещё ему быть?

Слэй — Ладно… лезь тогда.

При помощи броска Слэя, Каллен смог зацепиться за карниз окна, которое вело прямиком в коридоры замка. Пробравшись внутрь, он помог забраться и Слэю. После чего, аккуратными шажками они двинулись вперёд, надеясь отыскать нужную им комнату.

Слэй — Сколько здесь вообще комнат?

Каллен — Не знаю… Может сто, а может двести.

Слэй — Если так, то мы в жизни его не найдём.

Каллен — Если хочешь побыстрее управится, предлагаю — разделится.

Слэй — Нет уж, так мы делать точно не станем.

Каллен — Тогда идём дальше.

Пока Каллен и Слэй разыскивали Хироми, Аарон вовсю набирал скорость. Уже ближе к полуночи, он и его войско оказалось на землях Айзории. Встречая врага обжигающими стрелами и заранее заготовленными горючими смесями, Веренкель глядел в темноту, различая сверкающие доспехи и горящие красным пламенем глаза.

Зная на что способен Аарон и его армия, король выдал приказ по переброске людей за стены замка. Всех жителей Айзории пришлось будить посреди ночи, поднимать с кроватей, помогать собирать вещи и направлять по пути к их новому дому. И хотя никто не объяснял им причин побега, все и так догадывались что к чему.

Слэй изрядно вымотался, прохаживаясь от одной комнаты к другой. Его удивил тот факт, что замок был абсолютно пуст. Воины Аарона покинули эти земли столь быстро, что даже свечи на стенах не успели догореть. Его тревожили мысли, ведь пока они с Калленом бродили по пустым коридорам, Аарон мог в любую минуту проникнуть внутрь Айзории. А ежели так, мир более не будет прежним.

Слэй — Послушай, его тут явно нет. Давай уже…

Каллен — Тише! Что это за грохот?

Слэй — Я ничего…

Призрачное касание, тяжёлый потусторонний взгляд из темноты. Поднимаясь по крутой винтовой лестнице, Каллен посмотрел в зияющую бездну. Удушающая тишина, поднимающийся ветер и чувство неминуемой беды заставили Каллена отпрянуть к оконному проёму.

Слэй не сразу заметил причину его беспокойства, но всё же, по инерции отшатнулся в его сторону. Аккурат перед тем как двое сверкающих глаз вынырнули из полумрака и уставились на него. Нечто очень большое и длинное вылезло из глубин замка. Они тут же ускорили шаг, стараясь покинуть это пустынное место как можно быстрее.

Всё же, уйти от столь громадного существа было не так-то просто. Оно извивалось, выслеживало свою жертву, преследовало её по пятам. Пытаясь спрятаться от погони, они нечаянно забрели в тупик, оказавшись на террасе с видом на охваченную армией Аарона Айзорию.

Слэй — Я догадывался, что Аарон пошёл на многое, дабы заслужить второй шанс, но чтобы на него служили подобные существа. Мне не хочется этого говорить, но нам не сбежать, парень.

Каллен — Подожди… Рано паниковать, рано.

Хироми пытался призвать к себе силы, но сколько бы он не старался, артефакт не желал отвечать ему на его просьбы. Разруха и хаос сопровождали его на каждом шагу, хотя ступить куда-то самостоятельно он и не мог. Фот тащил его тело за собой как привязанную на поводке собаку, не оставляя ему возможности для манёвра. Всё, над чем он так долго размышлял, постепенно превращалось в прах. А шанс сделать хоть что-то уменьшался с каждой минутой.

В это время Аарон вовсю отдавал приказы Бирку, одним из которых стал захват деревень и городов, что так или иначе относились к Айзории. Толпы оболочек и всадников вваливались в ничего не ожидающие города, заключая людей в кандалы. Наблюдая за этим, Хироми пытался изо всех сил, однако свершить чудо и спасти ни в чём не повинных людей ему так и не удалось. Ведь в конце концов, он был всего лишь обычным человеком.

Аарон — Послушай внимательно, Фот. Когда мы отправимся к воротам, держись возле меня, что бы не случилось, понял?

Фот — Хорошо. Но что может случиться? Мы ведь сильнее их в сотни раз!

Аарон сурово взглянул на своего сына.

Аарон — Не стоит недооценивать своего соперника. Запомни это.

Фот — Да, отец. Я понял.

Каллен и Слэй стояли как вкопанные, поглядывая, как тело существа вздымается над их головами. Слэй не хотел делать поспешных выводов, но было поздно — он вселил неуверенность в Каллена, который и так был не особо спокоен.

Слэй — На три мы бежим вниз.

Каллен — Ты ведь сказал, что это конец.

Слэй — Не важно, что я сказал. Важно, что я говорю сейчас.

Каллен — Ладно…

Слэй — Раз, два, три!

Они двинулись в сторону существа. До этого момента оно никак не реагировало на свою жертву, однако после их набега, у этого создания раскрылись глаза, обнажились острые зубы, а тело приняло свою окончательную форму.

Ударяя своими конечностями по стенам замка, оно сотрясало их, и без того шаткое положение. Всё же, доверившись ему, Каллен бежал наперегонки со смертью, проскакивая целые пролёты, лишь бы избавиться от преследования.

Чем больше они злили это адское отродье, тем больше оно увеличивалось в размерах. Его неистовый рёв раздавался по коридорам, снося всё на своём пути. Вскоре Каллен обнаружил, что Слэй куда-то пропал, оставив его на произвол судьбы. Бегая от чудовища, петляя меж знакомых ему мест, он останавливался лишь на мгновение, чтобы выследить затерявшегося шойста. И вот оказавшись в самом начале, Каллен поднял свой взгляд на потолок.

Со всей своей мощью и булавой в руках, Слэй мчался вниз навстречу преследователю. Ничего не ожидая, Каллен медленно погружался внутрь пасти этой твари. Пока Слэй не вынес окончательный вердикт, размозжив голову этого существа.

Повисшая тишина дала им отличную возможность перевести дыхание. Пока Каллен смотрел на высокие потолки замка, Слэй следил за тем, чтобы его удар стал последним для этого демона. После чего, медленно встав и отряхнувшись, Каллен подошёл ближе к своему спасителю.

Каллен — Когда ты сказал — «беги», я думал, что ты побежишь за мной.

Слэй — Иногда всё происходит не так, как ты этого хочешь.

Каллен — Хорошо… Но что, если бы тебя сожрали? Что, если бы тебе не удалось завалить эту тварь?

Хрип сменялся тишиной. Рана на существе заживала так быстро, что у него не оставалось времени на ответы для Каллена. Придя к выводу касающегося Хироми, они решили покинуть это место как можно быстрее.

В это время Хироми впал в странное состояние. Казалось, он просто плыл по волнам времени. Что-то происходило, кто-то кричал, но при этом он не воспринимал всё так, как оно есть на самом деле. Периодически открывая глаза, в один момент он заприметил сменившуюся картину. Ворота Айзории были перед ним во всей своей красе. Аарон подошёл слишком близко, настолько, что голова Веренкеля начала раскалываться от боли.

Веренкель — Стой, где стоишь, Аарон!

Только вот его слова не особо заботили нового владыку верхних земель.

Аарон — Кем бы ты ни был, я буду говорить только с королём.

Напряжённые взгляды солдат встретились в пылу предстоящей битвы. Живые боялись мертвецов, и всегда будут их боятся, однако мёртвым нет дела до страха живых, они хотят лишь одного — почувствовать то же самое, что и они.

Веренкель — Королю не о чем с тобой говорить, Аарон. Ты нарушаешь все возможные договорённости, находясь здесь.

Аарон — Никакие договорённости не могут свидетельствовать о наших намерениях. Когда я просил у вас помощи, вы не удосужились прийти к моим людям. Так почему же я должен подчиняться приказам неизвестной мне пешки?

С гор спускался мороз. Ветер завывал, снося пламя, подготовленных бойцов Айзории. Веренкель не представлял чего можно ждать от столь громадного войска, поэтому его последней надеждой было остановить всё как можно быстрее.

Хироми лежал на дне проржавевшей будки, в которую его запихнул Фот. Находясь в метре от Аарона и наблюдая за бурей, которая грядёт на эти земли, он понимал, что вся надежда ложится на артефакт. Лишь он способен перевернуть ход событий этого бедствия. И всё же, это были лишь пустые мечты.

Аарон — Ладно… Фот, ты ведь помнишь, о чём мы говорили?

Фот — Да, отец.

Аарон — Тогда… Бирк, начинаем наступление!

Бирк — Так точно, сэр!

Хироми пытался, но его не слушали.

Хироми — Нет, нет! Хватит!

Фот — Заткнись! А не то…

Аарон — Перестань! Ну чего же ты, Фот. Позволь нашему гостю произнести свою речь.

Хироми — Вы должны прекратить это! Зачем вообще вам понадобилась жизнь?!

Аарон приблизился к клетке Хироми, произнеся: «Лишь, чтобы нам достойно умереть.»

Оглушительный рёв Бирка ознаменовал начало наступления. Воины Аарона двинулись уверенным шагом прямиком к главным воротам. Холодный ветер становился всё суровее, не позволяя солдатам Айзории подготовить снаряды как следует.

Лязг тяжёлых доспехов раздавался по округе устрашающим, потрескивающим эхом. И пока их напор набирал обороты, Веренкелю не оставалось ничего другого, кроме как ждать подходящего момента. Момента, чтобы нанести ответный удар.

Слэй совместно с Калленом благополучно исчезли из замка, окончательно оторвавшись от преследования того существа. Верхом на лошадях они быстро преодолевали пространство верхних земель. В спешке, направляясь к Айзории, они питали надежды на то, что ещё не было поздно, однако… Когда до них донеслись звуки начинающегося сражения, они поняли, что удача не на их стороне.

Каллен — Ты ведь тоже это слышишь?

Слэй — Да… И кажется мне, что мы опоздали.

Каллен — Не важно! Главное сейчас найти Хироми, остальное детали. К тому же, думаю, если Аарон воспользуется моим клинком, то в таком случае, он сможет отворить врата. Поэтому нам надо спешить!

Слэй — Знаю, парень. Вот только… Скорее всего Хироми в руках Аарона, ровно, как и твой меч.

Каллен — Да… Именно поэтому я намериваюсь сокрушить Аарона, пока у нас есть время.

Слэй — Ты что, совсем меня не слушаешь? Нельзя глупить, особенно в такой ответственный момент. Ты ведь не потянешь сражение в подобном состоянии.

Каллен — А если мы вдвоём? Ты и я.

Слэй — Думаю, мы всё же не сможем одолеть его. Тем более со столь большим численным преимуществом.

Студёный ветер бил им в лицо. Над Айзорией уже клубились грозовые тучи, закрывающие собой всю конструкцию замка. Аарон и его армия растянулись на долгие километры вперёд, охватывая стены Айзории по всему периметру.

Надеясь на мудрый совет, Каллен взглянул на Слэя.

Слэй — Знаю, чего ты хочешь услышать, однако я этого не скажу. Прости меня, но мне тяжело вновь браться за старое. Мои кости уже не те, что прежде.

Каллен — Ты ведь только что сокрушил адскую тварь!

Слэй — Каллен, хватит. Прости меня, но я не могу.

Каллен — Тогда что нам делать? Ждать когда мой меч используют словно ключ?

Слэй — Нет. Думаю, в первую очередь тебе нужно спасти сосуд. И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше будет для всех нас.

Каллен — Значит, начинаем игру наперегонки? Только вот, где конкретно находится сосуд?

Слэй — Основываясь на том, что я успел выудить у короля и Веренкеля, сосуд где-то под толщей земли. Но где конкретно, я честно сказать не могу, так как сам мало что знаю.

Каллен — Последний элемент для осуществления его плана, значит… Что ж, тогда я готов обыграть его в этой гонке.

Слэй — Только очень тебя прошу, парень, будь осторожен! Я надеюсь, хотя бы в этот раз ты послушаешь своего престарелого друга.

Каллен — Я обещаю тебе.

Слэй — Тогда встретимся по ту сторону!

Приблизившись к склону, на который забирался Аарон со своей армией, они соскочили с лошадей, чтобы окончательно утвердить дальнейшие действия. Высматривая врагов, что толпились возле ворот, Каллен перебирал всевозможные варианты исхода в своей голове, пока Слэй не предложил ему собственное решение данной проблемы.

Слэй — Давай, парень, я помогу тебе…

Каллен — Стой, стой, стой… Я ещё не готов.

Слэй — Каллен, времени для споров у нас нет.

Каллен — И всё же, погоди чуть дольше. Я… просто не могу вот так взять и оставить Хироми на растерзание врагу. Так что давай подождём, хотя бы минуту.

Слэй — Ты знаешь мой ответ… И вообще мне казалось, что мы с тобой договорились.

Каллен тут же уставил свой взор на пытающихся выломать ворота оболочек. Каждая секунда была на счету, но он всё ещё не понимал, как поступить. С одной стороны Слэй был прав, а с другой — Хироми был его другом. Другом, что застрял в капкане врага.

Слэй — Решайся, парень.

Каллен растворился в раздумьях. Его терзали сомнения насчёт правильности своего выбора. Но, всё же, взобравшись на лошадь, он двинулся в сторону замка, не сказав ни слова.

Слэй — Стой! Подожди меня, Каллен!

Каллен — Извини, но меня зовёт долг.

Слэй — Только не говори, что ты решил сразиться с Аароном.

Каллен — Нет, я еду за сосудом. Позаботишься о целостности врат?

Слэй — Как скажешь, парень… Не забывай быть аккуратным в своих действиях.

Каллен — Обещаю.

Разделившись, они помчались в разные стороны. Слэй двинулся на помощь Веренкелю, а Каллен отправился в сторону катакомб Айзории, где, как сказал ему Слэй, и хранится сосуд.

К этому времени, Аарон разочаровался столь холодным приёмом. Гордо уставив свой взор на врата, он принялся за свой монолог.

Аарон — О великий и могучий король Айзории. Я преклоняюсь перед твоей мудростью и силой. Прошу тебя предоставить мне сосуд. Тогда я обещаю не трогать данные территории.

Никто не хотел подвергать опасности короля Лоурэла III, однако тот сам вызвался помочь своим родным землям, погрязшим во тьме. Подойдя к краю стены, он поглядел вниз на ту громадную армию, что пришла к воротам его королевства.

Король Лоурэл III — Ты зря надеялся на моё согласие, Аарон. Единожды я уже побеждал своры тех адских отродий, что служат самому Люциферу. И на этот раз, я тоже не отступлю!

Аарон — Я ведь прошу вас как благоразумного человека. Вы должны понимать, что преимущество на моей стороне. Тем более я дал вам своё слово.

Король Лоурэл III — Чего же может стоить слово человека, что продал свою душу дьяволу?!

Аарон — И всё же… Я не хотел бы всё усложнять. Так или иначе, сосуд будет моим, не зависимо от вашего решения.

Вернкель — Это наше последнее предупреждение, Аарон!

Аарон — Ровно, как и для вас.

Подбежавший разведчик, сообщил Аарону о готовности атаковать с близлежащих земель. Все населённые пункты были захвачены. Аарон поглотил всё окружение короля здешних земель.

Аарон — Бирк, мне необходимо знать, что всё действительно готово.

Бирк — Так точно, сэр. Мы можем начинать.

Аарон — Тогда прошу тебя побыстрее.

Кольцо сомкнулось вокруг стен Айзории, грохот чудовищ ударял до самых вершин. Начавшееся землетрясение раскачивало их в разные стороны, сея панику среди обитателей этих земель. Веренкель больше не мог ждать подходящего момента. Отдав приказ своим войскам, он полагался на силу небес. Поджигая фитили и сбрасывая бочки с горючей смесью, выстреливая горящими стрелами и направляя всю свою взрывную силу на скопившихся под воротами врагов, Веренкель хотел испепелить их раз и навсегда.

Хироми смотрел на это в полудрёме, не имея понятия о происходящем. И всё же он узнал эти врата, увидел сверкающий огонь, падающий с неба, услышал крики сгорающих оболочек, которые заслоняли любые другие звуки окружающего его пространства. Понимая, что он окончательно упустил момент истины, Хироми погряз в пустоте.

Хироми — Что происходит?!

Аарон — Пришло твоё время, артефакт.

Замахнувшись клинком, Аарон вонзил его в пазы могучих врат Айзории. Раздавшийся треск с оглушающим криком оболочек пронёсся по всей территории замка. Пока воины Аарона рассеивались на ветру, он старался изо всех сил проникнуть внутрь. Казалось, что у него ничего не выйдет и клинок просто-напросто не выдержит давления, однако чем больше усилий он прилагал, тем больше разлом на вратах становился. Конечно, у Вернекля был — план Б. Забаррикадировав ворота на случай, если Аарону удастся пробраться внутрь, он надеялся, что это точно сможет его остановить.

Почувствовав тепло от раны, которую Фот нанёс ему по приказу своего отца, Хироми отдал частицу силы прямиком ему в руки. Меч сразу же осветился у него в ладонях, обдав Аарона могуществом древа жизни. С новыми силами Аарон пронзил врата, на этот раз открыв их настежь. Удар, которым он выбил проход, разрушил ловушку Веренкеля, которую его воины так тщательно готовили на случай худшего развития событий. Не успев среагировать вовремя, Веренкель приказал немедленно отвести короля в безопасное место.

Заняв позицию, он вместе с лучниками наносил удары по раскиданным бочкам с горючим. И хотя огонь обдавал жаром конечности Аарона, он продолжал идти вперёд, понимая, что уже ничего не способно остановить его на пути к своей цели.

Тихим голосом Хироми пытался призвать к благоразумию Аарона, однако было уже чересчур поздно.

Хироми — Прекрати… Умоляю!

Аарон — Можешь не переживать, мы уже заканчиваем.

Поредевшие ряды армии Аарона не шли ни в какое сравнение с теми чувствами, которые он испытал от одного только вида земель Айзории. Перед ним открылись просторы, которые так сильно манили его все эти долгие годы. Но главное было не в этом. Всё же ему хотелось получить одно единственное, что, как он считал, у него отобрали совершенно несправедливо. Под толщей земли его ожидал тот самый сосуд, который сможет вернуть его плоть в этот мир.

Аарон — Бирк, Фот! Где-то там скрывается сосуд. Нам необходимо его отыскать как можно скорее!

Фот — Я понял, отец.

Бирк –Так точно, господин!

В то же самое время, полусогнувшись, Каллен пробирался между бдящими воинами Аарона. Ему пришлось не легко, продираясь сквозь орды существ и тяжело экипированных оболочек, однако, в конце концов, ему посчастливилось попасть внутрь, в момент, когда никто его не замечал. При себе у него была лишь надежда, которой так или иначе, встретившегося ему на пути врага, он побороть не сможет. Поэтому, проникая внутрь Айзории, он вёл себя настолько тихо, насколько это только было возможно.

Слэй как раз подоспевал к горящим воротам. Его план был очень прост — проникнуть внутрь и любыми средствами остановить вторгнувшегося врага. С другой стороны, возникал вопрос о его выполнимости, но для этого у него попросту не было времени.

В этот самый час в одной из больниц Токио над телом Хироми нависали головы врачей и медсестёр. Полный хаос начался сразу после того, как на ночном дежурстве один из интернов обнаружил странное движение в комнате особого случая. Зайдя внутрь, он увидел непроизвольно подёргивающиеся конечности пациента с маниакально блуждающими глазами. Все подключённые к его телу аппараты показывали запредельные показатели, что и вызвало столь бурную реакцию у только что ушедшего со своей смены лечащего врача Хироми.

Быстро примчавшись по вызову своего подчинённого, он забежал в палату к Хироми. Соскользнув на пол, он лежал, уставившись в потолок, совершенно безжизненными глазами. Подойдя ближе, врач заметил, что все датчики вышли из строя, всё ещё покачиваясь после его бурной схватки.

Доктор — Пульс в порядке, дыхание в норме, но… Нужно всё переподключить и как можно быстрее!

Дежурный — Понял.

Слэй вышел на тропу войны, вокруг него горело пламя начавшийся схватки. К тому моменту, как он подоспел, армия Аарона продвинулась глубоко в недра земель Айзории. Всё же главное ещё было впереди. Пытаясь отыскать хоть кого-то, он натыкался на одни лишь доспехи и тела ушедших из жизни солдат.

Слэй — Есть выжившие? Подайте знак!

Однако, ответа так и не последовало.

Каллену везло намного больше, ведь он уже был на полпути к самому замку. Передвигаясь на своём скакуне, который чудом не выдал его при переходе границы, он в уверенном темпе мчался по направлению к таинственным катакомбам.

Мчась по обходным дорожкам, он то и дело видел, как клинок в руках Аарона подсвечивается ярким пламенем. И хотя ему очень хотелось сразиться здесь и сейчас, он помнил одно. Он помнил, что обещал Слэю — поставить поиски сосуда превыше всего. Именно поэтому, закрыв глаза на столь досадные последствия, он мчался вперёд, дабы предотвратить замысел Аарона.

Аарон в то же самое время свирепо расправлялся со своими врагами. Ему были нипочём их жалкие стрелы и уж тем более закалённая сталь, которая так упорно впивалась в его омертвевшие ткани. Фот также не отставал от своего отца, приглядывая за чуть ли не сошедшим с ума артефактом.

Всё же, жизнь тяжёлая штука, она способна подставить тебя в самый ответственный момент. Задыхаясь, Бирк мчался к своему хозяину. Увидев то, что движется к ним с огромной скоростью, он решил не медлить, предупредив владыку.

Аарон — Что ты тут делаешь, Бирк? Разве я…

Бирк — Господин, простите меня! Но там… там великаны!

Омертвевшая улыбка окрасила остатки его лица.

Аарон — Что ж… Значит, на прежних ошибках они не учатся.

Бирк — Что прикажете делать, сэр?

Аарон — Ничего, пусть подходят.

Бирк — Но…

Аарон — Никаких — «но», Бирк. Ты сам прекрасно знаешь что делать. Вспомни, просто вспомни.

Обернувшись от услышанного грохота, что раздавался за их спинами, Бирк молча смотрел на подкрепление, которое надвигалось им в помощь. Основная часть армии, что присутствовала при открытии ворот, просто-напросто испарилась, не оставив после себя ничего, кроме пепла. Аарон считал, что наступила пора, когда великанам стоит окончательно выучить свой урок, оставив свои имена в истории.

Аарон — Бирк?! Я не вижу решительности в твоих глазах.

Бирк — Извините, я задумался.

Аарон — Тебе… может тебе показать дорогу?

Мысль отца перебил его сын.

Фот — Отец!

Аарон — Что случилось, Фот? Не видишь я…

Фот — Посмотри, скорее!

Аарон — Сейчас… Ты всё понял, Бирк?

Бирк — Да, сэр. Я всё сделаю!

Когда Бирк удалился в сторону ворот, Аарон подошёл к потревожившему его Фоту, чтобы взглянуть на то, что так его перепугало.

Подойдя к клетке с артефактом, он увидел что-то поистине странное. Словно при смерти, Хироми лежал на дне ржавой клетки. Не отвечая на вопросы, не реагируя на шум, он просто смотрел в никуда, своими добела мёртвыми глазами.

Аарон — Что с артефактом?

Фот — Я… Не… Думаю, он…

Аарон — Можешь не продолжать, Фот. Лучше возьми себя в руки и двигай дальше. Я же говорил тебе не отставать.

Фот — Но что, если он умер?

Аарон — Это ничего не меняет. Мой клинок не даст соврать. Даже если его тело мертво, артефакт продолжит свою жизнь.

Фот — Да, но…

Аарон — Мой клинок всё ещё служит мне верой и правдой, поэтому нам не стоит волноваться насчёт него. Оставь всё как есть и пойдём дальше.

Фот — Да, отец.

Армия голодных существ, служащая Аарону, заполонила земли Айзории с неимоверной скоростью. Захваченные территории быстро становились безлюдными. И хотя Каллен не видел всего, что происходило вокруг, он понимал, что смог опередить Аарона и его свиту. Находясь в нескольких сотнях метров от замка, он начал задумываться — сможет ли он вообще отыскать сосуд.

Бирк подошёл к самому краю. Он оказался на месте, где не хотел бы вновь очутится. Тогда он не понимал, к чему это приведёт, глядя на ужасы этого действа своими глазами. Теперь же он шёл к этому сознательно.

Находя нуждающихся в помощи солдат, Слэй слезал с коня, одолевал адских тварей и мчался дальше, пока не обнаружил, что находится в опасной близости к Аарону. Несмотря на все его попытки найти Веренкеля, он получал только отрицательные ответы от найденных им покалеченных воинов. Не зная, что делать, он решил пойти на уступку своим принципам. Ведь что ему стоило освободить Хироми из заточения, когда он подобрался так близко к врагу.

В это же самое время, Хироми не мог думать, о чём бы то ни было, находясь в очень странном, доселе невиданном им пространстве.

Хироми — Эй! Здесь есть хоть кто-нибудь?

Осматриваясь по сторонам, он кричал, что есть силы — лишь бы понять, что его могут услышать. Собственно, так оно и оказалось. Старый знакомый объявился перед ним из ниоткуда.

Дракон — Смотря кого-то ты ищешь.

Хироми — Неужто это ты?

Дракон — Всё верно, Хироми.

Хироми — Тогда, прошу, скажи, что со мной? Где вообще я нахожусь?

Дракон — Хм… Думаю, тебе не понять пространства, которое окружает нас.

Хироми — Тогда объясни, как я попал сюда?

Дракон — Я не хочу тебя пугать, Хироми. Ведь это то, чего я опасался. Всё же у тебя ещё есть шанс выбраться отсюда.

Хироми — Я ничего не понимаю… О чём ты?

Дракон — Придёт момент, когда ты всё поймёшь. Я обещаю тебе.

Хироми — Нет, нет, нет… Скажи, что не так!

Дракон — Просыпайся, Хироми. Тебе нужно открыть свои глаза.

Открыв глаза, Хироми выпрямился в полный рост. После стольких часов проведённых лёжа, он наконец встал на свои ноги. Аарон не сразу заметил движение слева от себя, в отличие от Фота, что не спускал глаз с артефакта ни на минуту.

Фот — Отец, он вновь на ногах!

Аарон — Я же говорил, не стоило переживать.

Хироми взглянул на то, как далеко Аарон продвинулся за то время, что он был в отключке. Посмотрев по сторонам, он содрогнулся от того безумного холода, который пронизывал его тело до мозга костей. Над головой кружили хищные птицы, желающие набить свои животы свежей падалью. Кружа в тёмно-синем океане небес, они издавали душераздирающие крики.

Картина, писанная маслом, пробуждала что-то неясное в его голове, что-то чего он не мог объяснить самому себе. Не сумев отделаться от мыслей, которые дракон оставил ему после сна, Хироми испустил всё то, что так долго томилось в его голове.

Свет хлынул столбом, продираясь сквозь тёмные небеса. Разнося в щепки всё на своём пути, свет ударял по тенистым телам оболочек и по частично образовавшейся плоти Аарона и Фота.

Увидев это, Слэй решил не тратить время зря. Разогнавшись на своём скакуне, он снёс замок с клетки его заточения. Вытащив Хироми, он закинул его себе на спину, и помчался вперёд на встречу к замку.

Столь быстро всё произошло, что Аарон даже не успел сказать ни слова. Часть его войск превратилась в прах от столь неожиданного удара в спину. Ярость так и бушевала в его прогнившем мозгу, из-за чего желание расправы только нарастало. С обгоревшим лицом и свирепым взглядом он подошёл к не менее обугленному Фоту.

Аарон –Ты хоть понимаешь, что наделал?!

Фот — Но, отец…

Аарон — Не смей меня так называть!

Фот — Я сожалею, господин.

Аарон — Сожалеешь? Тогда не стой тут, а беги за артефактом!

Оторвавшись от земли, Фот мигом оседлал скакуна и двинулся в сторону артефакта.

В это время Каллен уже был внутри замка, объясняя Веренкелю, что он тот кто может исправить их положение.

Каллен — Прошу, позволь мне войти туда. Тогда я…

Веренкель — Подожди. Всё не так просто, Каллен.

Каллен — Тогда объясни мне, что не так.

Веренкель — Дело в том… Понимаешь, катакомбы Айзории не принадлежат нам. Войти туда не может даже сам король.

Каллен — О чём это ты?

Веренкель — Сосуд не зря хранится там. Ему не нужны стражи, ведь выкрасть его ещё никому не удавалось. Люди попросту не способны пересечь эти коридоры. И если ты хорошенько подумаешь, поймёшь, почему.

Каллен — Сейчас это не имеет значения, я просто обязан туда попасть.

Вернкель — Если ты не понимаешь, я скажу прямо — это опасно.

Каллен — И ты считаешь, что эта опасность остановит Аарона?

Веренкель — Об этом не нужно даже и думать. Я не позволю ему подойти так близко.

Каллен — И всё же у тебя должен быть запасной план.

Веренкель — Нет, Каллен. Нет. Просто…

Король Лоурэнс III — Постой, Веренкель. Думаю, мы не способны остановить того, кто желает чего-то столь сильно.

Веренкель — И всё же, он ведь может не вернутся оттуда.

Каллен — Конечно, я не обещаю вам что всё получится. Но всё же это единственное, что я могу вам предложить.

Веренкель присел на стул, закрыв свои глаза ладонями. Он долго не решался дать ответ, на который так сильно надеялся Каллен, однако он также отлично понимал, что на раздумья нет времени, ведь Аарон в любой момент мог проникнуть внутрь стен замка.

Каллен — Так что скажешь?

Веренкель — Ты ведь и сам прекрасно это знаешь. Я не в восторге от этой идеи, но… Просто пообещай, что не поддашься искушению катакомб.

Каллен — Обещаю!

Веренкель — Ох… Тогда иди, а мы позаботимся о замке.

Улыбнувшись, Каллен похлопал Веренкеля по плечу. И хотя Веренкель не разделял оптимизма Каллена, он всё же пожелал ему удачи.

Пока Аарон крушил всё на своём пути, Фот гнался за артефактом, а Слэй пытался уйти от преследования, Бирк стоял на пороге неминуемой участи для одних из древнейших существ на этой земле. Подойдя к одному из отрядов, он отдал им приказ — уничтожить великанов раз и навсегда.

По поручению отца, Фот гнался за похитителем артефакта, пытаясь как можно скорее настигнуть появившегося шойста. Вот только Слэй был далеко впереди, что дало ему значительное преимущество. Хироми так и не приходил в себя, поэтому Слэю приходилось удерживать его обмякшее тело у себя на плече, попутно увиливая от попыток Фота сбить его с пути. Когда впереди оказались знакомые ему по давним временам просторы, Слэй понял, что ворота замка уже близко.

Каллен погружался в давно всеми забытые места, уходя всё глубже под толщу горной породы. В поисках нужного ему предмета, он не упускал возможности заглянуть во все встречающиеся на его пути комнаты и потайные уголки, что затаились в кромешной темноте.

Ступая аккуратно и точно по плану, он всё время оглядывался по сторонам, чтобы не провалится в бездонную пропасть или не угодить в коридор, из которого он возможно не сможет впоследствии выбраться.

И как бы он ни пытался освещать эти богом забытые места, он всё же то и дело спотыкался об мелкие камни. Кромешная тьма, звуки капающей воды, грохот доносящийся из неизвестного направления, сопровождали его уже несколько десятков минут. Задумываясь о бессмысленности блуждания по этим местам, он погружался в свои самые мрачные ожидания, ведь если и здесь он потерпит неудачу, тогда уж Аарона будет не остановить вовсе.

Всё же удача явно улыбнулась ему, ведь в конце этого мрачного туннеля он обнаружил похожий на некогда созданный людьми коридор. С узорами и гербами разных, даже уже не существующих королевств. По первому взгляду коридор был абсолютно прямой, без каких бы то ни было комнат и потайных уголков. Перед тем как вступить на белоснежные полы, Каллен ещё раз оглянулся назад, чтобы окончательно убедиться в своём одиночестве.

Преодолев огромный путь, Аарон наконец подходил к воротам замка. К тем самым, за которыми Слэй успел упрятать бессознательное тело Хироми. Положив его на один из диванов, он стал активным участником беседы между королём и Веренкелем.

Веренкель — Ваше величество, мы находимся в невыгодном для нас положении, поэтому мы должны сделать всё, что есть в наших силах, чтобы остановить Аарона. Тем более теперь, когда артефакт и сосуд находятся в одном месте, он может забрать всё и сразу без каких бы то ни было проблем.

Король Лоурэл III — И что же ты предлагаешь?

Веренкель — Положение наших сил равное, однако не численным преимуществом можно сокрушить нашего врага. Они не умрут от обычного оружия боя. Им нестрашны ни стрелы, ни мечи. Единственное, что мы можем — отстреливать их взрывчатым веществом.

Слэй — Извините меня, за то, что встреваю, но что насчёт Хироми?

Король Лоурэл III — Пока Хироми находится без сознания, он не сможет нам помогать. Поэтому единственным вариантом я вижу его бегство.

Слэй — Предоставьте это мне. Я отвезу его к церкви. А там уж будем надеяться, что Каллен сможет подоспеть вместе с сосудом.

Веренкель — А если нет? Что тогда?

Слэй — Тогда мы будем прятаться, до тех пор, пока Аарон не утратит свой запал.

Король Лоурэл III — Зная Аарона, он не остановится на достигнутом. Будет искать даже если на это уйдёт вся наша жизнь.

Заметив движение, они обратили свои взгляды на кресло, где находился Хироми. Он медленно открывал свои глаза, пытаясь опереться на руки.

Слэй — Как ты?

Неуверенно, он поглядел на источник звука. В голове была полнейшая каша, конечности выламывало, сил не оставалось совсем, но всё же он встал на ноги, опираясь на спинку кресла.

Хироми — Думаю, жить буду.

Слэй — Может быть, тебе ещё рано вставать, ведь…

Хироми — Нет, нет, я должен найти Каллена. Он ведь уже ищет сосуд, так?

Слэй — Откуда ты знаешь?

Всё же присев обратно, он начал растирать свою затёкшую от долгого сна шею.

Хироми — Я ведь всё слышу, когда… Когда… Не знаю как это назвать. Сон? Или… Не знаю.

Веренкель — Хироми, сейчас тебе лучше бежать к церкви вместе со Слэем.

Слэй — Он прав, Хироми.

Улыбнувшись, он произнёс: «Ну, хоть вы называете меня по имени.»

Слэй — О чём это ты?

Хироми –Да так, неважно. Так или иначе, я никуда не поеду.

Слэй — Но…

Хироми — Извините, но я должен помочь Каллену.

Веренкель — Боже… Какие же вы упёртые. С вами просто невозможно договорится.

Слэй — Одним словом — молодость. Кажется, что всё можешь и всё обязательно получится.

Хироми — Возможно и так… Вы ведь поможете мне попасть туда?

Веренкель — А что же ещё нам остаётся?

С помощью Слэя, Хироми вновь очутился на своих двоих. Они медленно поковыляли в сторону катакомб, вход в которые находился в погребах Айзории.

Аарон бушевал, раскидывая всё в разные стороны. Его доводило то, что они так искусно избежали сражения. Заперевшись изнутри, они могли сидеть там до посинения, ведь Фот так и не смог принести артефакт обратно к отцу.

Аарон — Как ты мог так поступить, недоумок?!

Фот — Отец…

Аарон — Что я говорил тебе?

Фот — Извините, господин. Но я сделал всё возможное, поверьте мне.

Аарон — Ты был и останешься моим разочарованием. Оплотом всего того, что я ненавижу в людях. Ты…

Бирк — Извините, сэр! Я не во время?

Аарон — Говори, раз уж пришёл.

Бирк — Я выполнил ваш приказ, господин! Теперь жду новых указаний.

Аарон — Раз так, открой эти ворота. Они заперлись там наглухо. А без артефакта…

Многотысячная армия выстроилась позади Аарона. Сам владыка стоял гордо, ухватившись за меч, который, однако не мог проделать того же чуда, что раньше. Вокруг стояла тишина, дома опустели, и лишь пара чёрных воронов кружила над их головами.

Бирк отошёл подальше, дабы охватить взглядом всю величину этих ворот. Уходящие казалось бы до самых небес врата, забор не подающий надежды на то, что через него можно перелезть, и издевающаяся над ним тишина не хотела так просто отпускать его мысли. Бирк не знал, что ответить, однако Аарон не желал ждать его слов.

Аарон — Ты ещё долго будешь молчать?!

Бирк — Поймите, я не знаю как поступить.

Подойдя ближе к Бирку, Аарон склонился над его головой. Он посмотрел ему в глаза, спросив: «Ты ведь понимаешь, зачем мы здесь?»

Бирк — Конечно.

Аарон — Ты осознаёшь важность этой задачи?

Бирк — Конечно!

Аарон — Тогда сделай то, что должен.

Бирк осмотрелся по сторонам. Огромная армия находилась за их спинами, в то время как впереди была преграда, с которой не справится даже такое количество солдат. Бирк согласился со словами своего господина, не желая ещё больше выводить его из себя.

Каллен подошёл к концу коридора, откуда ему открылся вид на огромное количество комнат. По левую и правую от него сторону находился туман, который вился вокруг его глаз. Пелена не позволяла ему осмотреться как следует, из-за чего он решил не медлить с решениями, пытаясь просто не думать, и идти до тех пор, пока не обнаружит сосуд.

К этому времени Хироми с помощью Слэя оказался на нижних этажах замка. Увидев вход в катакомбы, он ринулся вперёд, однако уже без своего телохранителя.

Слэй — Не держи на меня зла, Хироми. Но я должен вернутся и помочь Веренкелю снаружи.

Хироми — Брось, за что мне на тебя злится? У каждого из нас есть обязанности, так что давай сделаем то, что должны.

Слэй — Верно. И, Хироми, если всё получится, бегите как можно быстрее. Тебе нужно вернуться домой.

Хироми — Конечно.

Разделив эту ношу пополам, они разошлись в разные стороны. Хироми начал спускаться внутрь катакомб, а Слэй последовал за выбегающим на улицу Веренкелем.

Терпение Аарона заканчивалось. Он пристально наблюдал за безуспешными попытками Бирка отворить врата. Над его головой уже громоздилась армия Айзории, подготавливая для них не самый приятный приём. Бочки с горючей смесью, стрелы и грозные лица врага свысока наблюдала за потугами его армии.

Запустив паразитов в этот мир, Бирк целенаправленно охватил великанов болезнью, от которой они не смогут найти выхода. Падая на опустошённые поля, великаны сотрясали землю. Охватившие их адские твари лезли в их внутренности, уничтожали мозги, умерщвляли их плоть, заставляя валится на колени перед новым мировым порядком. Их помощь от чистого сердца столкнулась с преградой суровой реальности, разбив все надежды на спасение Айзории.

Каллен даже не подозревал о событиях происходящих снаружи. Он всё бродил и бродил из комнаты в комнату, заглядывая в каждый закуток.

В это время Хироми приближался к концу коридора, где также столкнулся со всепоглощающей пеленой. Он пытался звать Каллена по имени, однако кроме эха в ответ он не получал ничего. И хотя Каллен слышал доносящиеся до него выкрики, он не произносил ни слова, считая, что у него начались те самые страшные видения, о которых его предупреждал Веренкель.

Паника, вызванная смертельной болезнью, вновь объявившейся в их жизнях спустя столько лет, спровоцировала великанов к побегу. Золус также пытался спастись с поля боя, захватывая тела своих братьев и сестёр, однако, чем дольше он находился на полях, тем меньше возможностей уйти живым у него оставалось. В голове не укладывалось, что спустя столько лет они вновь наткнулись на орудие, которое когда-то выкосило половину их населения.

Обдумывая дальнейшие планы, Аарон вдруг заприметил знакомое ему лицо среди тех, кто уже наблюдал за ними свысока. Горный ветер разбушевался не на шутку, однако для его армии такие условия боя были нипочём, чего не скажешь о фитилях воинов Айзории, которые вечно затухали в столь экстремальных условиях.

Аарон — Чего же ты молчишь, Веренкель?

Веренкель — Отступайте, или же мы ответим вам!

Аарон — Разве ты не видишь, что даже погода на нашей стороне?

Веренкель — Я предупреждаю вас, вы зашли слишком далеко!

Аарон — Бирк, что с дверьми?

Бирк — Боюсь открыть их невозможно, по крайней мере, без артефакта.

Аарон — Ну что ж… Я не хотел использовать запасной план.

У Аарона имелось множество воинов, однако ни один из них не мог сравниться с той армией адских тварей, что он получил от своего покровителя. Приказав принять меры, Аарон стал свидетелем гибели этих земель, ведь сила, с которой вдарили их бессмертные друзья, потрясла всю округу. Люди оказались в ловушке, не имея возможности выйти живыми, что в свою очередь и спровоцировало Веренкеля беззамедлительно нанести ответный удар. Почти такой же сильный, как и тело Хироми.

Доктор — Спасибо, что вновь пришли сюда.

Отец Хироми — К чему такая секретность? Почему вы позвонили только мне?

Доктор — Я не хотел устраивать панику раньше времени. Ведь то, о чём я хотел поговорить с вами, будет сложно сообщить вашей жене, так как…

Отец Хироми — Вы ведь не хотите сказать, что мой сын умер?!

Доктор — Нет, но тут есть проблемы с которыми мы не сможем справиться.

Отец Хироми — Может быть, вы знаете кого-нибудь? Может, стоит отвезти Хироми в другую страну?

Доктор — Боюсь, что ему уже не смогут помочь. Причина в том, что в таком состоянии он может пролежать десятилетиями, так и не проснувшись.

Отец Хироми — Тогда… тогда как нам делать, доктор?

Хироми встал прямо перед входом в коридор. Жуткий голос нашёптывал ему на ухо вещи о которых он вовсе не хотел слышать. Образы то и дело мелькали у него перед глазами, но он всё никак не мог понять почему. Туман клубился под его ногами, подталкивая его нырнуть в собственные страхи.

В то же самое время Каллен, изо всех сил старался ни о чём не думать, чтобы не подстёгивать проклятие, которое обитает в этих местах. Таким образом, он благополучно исследовал большинство комнат, не поддаваясь шёпоту стражей.

Аарон ступил на скользкую дорожку, преследуя собственную цель. Он использовал то, от чего отказался в начале всего этого хаоса, однако досада и гнев полностью овладели его испепелёнными мозгам. Когда существа приближались к воротам, оттуда сразу вылетали снаряды с зажигательной смесью. Свет так и бил из каждой щели, разбрасывая остатки демонов, подошедших близко к вратам. Всё же некоторым из них удавалось достичь своей цели, пожирая души бедных солдат и пробираясь за ворота замка.

Те великаны, которые избежали поистине ужасной участи, остались позади в этой исторической летописи. Они надеялись помочь, в отвоевании своих родных земель, однако суровая действительность настигла их храбрые сердца. Убив тех немногих великанов, что ещё остались в этом мире, Аарон избавился от немалой угрозы, которая могла настигнуть их сразу после задуманного им действа.

Веренкель вместе с бойцами отстреливал и отбивал родные ему земли, однако ничего не помогало против той армии демонов, что теперь пожирала души его солдат. И хотя припасы лились рекой, огонь извергался, опаляя оболочек и демонов, Аарон мог с уверенностью сказать — он смог сделать то, о чём мечтал всю свою смерть.

Решающие удары и взрыв. Перед глазами Веренкеля объявилась непроглядная пелена. Демоны забирались на ограду, пожирая всех попавшихся на их пути солдат. Бочки с горючей смесью вспыхивали с новой силой, разжигая пламя войны. Веренкель впал в ступор. Превозмогая боль и страх, он пытался пошевелиться, однако ничего не получалось. Наблюдая, как его соратников пожирают, он не мог сделать ничего, кроме как встать посреди горящего пламени и смотреть в пустоту.

Слэй, который всё это время помогал Веренкелю в тылу, принося припасы, побежал на помощь своему товарищу. Наткнувшись по дороге на одну из тварей, он одним ударом выбил всю оставшуюся жизнь из пожирающего всех демона. Свалив его к ногам Аарона, Слэй приближался к поникшему Веренкелю.

Пользуясь всепоглощающим хаосом, Аарон приказал своей армии сокрушить сдерживающие их порывы ворота. Под напором солдат, ворота прогнулись, всё больше выламываясь с каждым новым набегом. Веренкель хотел было атаковать, вот только Аарон смог первым достичь новой границы, преодолев порог внутреннего двора, он оказался у цели. Упав на колени, Веренкель пожелал лишь одного — пропасть, исчезнуть, испариться, ведь по его вине пала Айзория. Благо, Слэй подоспел вовремя, остановив того от дурных соблазнов.

Слэй — Ты чего тут расселся?! Вставай, чтоб тебя!

Веренкель — Он и правда смог… Он выиграл, Слэй… А я…

Слэй — Для этого нет времени, нам надо двигаться вперёд!

Веренкель — Я прошу тебя, оставь меня.

Желая вкусить частицу души, демон, подойдя к ним столь незаметно, открыл свою пасть, чтобы лишить Веренкеля страданий. Только вот, Слэй не позволил ему превратить его заветное желание в явь. Убив того взмахом своей булавы, он вновь вернулся к их разговору.

Слэй — Если ты не встанешь, умрут все те люди, которые уповают на тебя. Потом они достигнут короля и…

Веренкель — Я понимаю.

Слэй — Тогда вставай! Неужто ты думаешь, что нас будут ждать?!

Поднявшись с земли, он ещё долго стоял на одном месте, не желая ступить ни шагу вперёд. Веренкель считал, что всё кончено, хотя, конечно, всем своим сердцем он надеялся на обратное. Увидев потуги своего друга, Слэй решил действовать за него. Вернув его в действительность, прямиком на поле битвы, они быстро двинулись в сторону короля.

Хироми вступил на пугающую его территорию. Он сталкивался с прошлым, настоящим и будущим в одном, едином пространстве. Его терзали сомнения, страхи и переживания, которые пытались вывести его из себя. И всё же, он продолжал звать Каллена, пытаясь не обращать на это внимания.

Постоянно оборачиваясь по сторонам, Каллен натыкался на столь знакомый ему голос. Непрекращающийся зов Хироми пробирал его до мозга костей. Он понимал, что Хироми в плену, однако небольшая надежда всё время крутилась у него в голове, не давая ему покоя.

Пробираясь сквозь горящее пламя, крики и стоны укрывающихся воинов Айзории, Аарон шагал по тропинке, которая должна была привести его к королю.

Аарон — Слезай!

Фот — А как же я?

Аарон — Ты меня не расслышал?

Фот — Извините, господин.

Фот послушался приказа своего господина, отдав тому своего скакуна.

Аарон — Бирк, ты остаёшься за главного. В случае чего решай сам.

Бирк — Конечно, но… Куда вы собрались?

Аарон загадочно улыбнулся ему в ответ, произнеся лишь: «Думаешь, они столь глупы, чтобы ждать?»

Бирк — О чём вы?

Хотя Бирк не понимал сказанного Аароном, он так и не ответил ему на вопрос. Набрав скорость, он удалился в сторону замка, оставив все ответы позади.

Фот — И что это было?

Бирк — Не знаю, да и знать не хочу. Решения господина не нужно обдумывать, их нужно исполнять.

Фот — Вот вечно ты так. Беспрекословно выполняешь всё, что он скажет. Хотя… Я тебя прекрасно понимаю.

Бирк — Неужто?

Фот — Конечно, ты ведь не исключение. Все боятся его. Все…

Бирк — Сейчас не время для разглагольствований. Нам нужно продолжить наш путь! Тем более, когда мы столь близко к победе.

Фот — Да, наверное, ты прав… Вот только к нашей ли?

После этих слов Фоту стало ясно, он понял, что эта битва не его. Всё это время она ничего для него не значила.

Направившись в сторону ворот, Фот решил отступить от основного плана отца. Он больше не хотел видеть самодовольного выражения его лица, выслушивать вечные упрёки, но главное, идти на поводу его приказов. Чего не скажешь о Бирке, который всё же последовал прямому указанию своего господина.

За какие-то минуты Аарон нагнал страх на жителей, которые ютились в своих заколоченных домах. Приблизившись к входу, он сломал двери, ведущие внутрь замка. Там же его поджидала засада, состоящая из дворцовой стражи, Веренкеля и Слэя.

Аарон — Только не это… Неужто вы снова за своё?

Веренкель — Аарон, ты нарушил все возможные договорённости. Тебе и твоим воинам здесь не место!

Аарон — И всё же я здесь. Стою прямо перед тобой. Поэтому, попрошу вас отдать мне сосуд.

Веренкель — Ни за что!

Аарон — Чего вы так упираетесь? Если бы не твои решения, всего этого бы не было.

Веренкель — Неправда, ты лжёшь. Тебе нельзя доверять.

Аарон — Ровно, как и вам.

Веренкель — Прошли десятки лет. Когда ты уже успокоишься?

Аарон — Как только верну то, что по праву принадлежит мне.

Слэй — Брось, Аарон, сосуд не принадлежит кому бы то ни было.

Аарон — За дурака меня держите?! Если он никому не принадлежит, то почему он хранится здесь, в Айзории?

Веренкель — Потому что этого замка ещё в помине не существовало, когда стражи заковали сосуд в этих горах.

Аарон повесил голову, уставившись на грандиозный мраморный пол. Веренкель велел поднять оружия к бою, подготовить почву для решающей битвы.

Хироми казалось, что он потерян до конца своих дней. Блуждая по этим пустынным коридорам, он не заметил, как вдруг наткнулся на Каллена.

Поначалу они смотрели друг на друга с опаской, пока Каллен не нарушил своего молчания.

Каллен — Ты ведь не тот, кого я знаю?

Аккуратно спросил Каллен. От чего Хироми пробрала дрожь, ведь ему казалось, что он бредил наяву. Каллен решил повторить свой вопрос, однако Хироми не решался ответить, пока не услышал дикие крики, доносящееся извне.

Хироми — Уходите, все вы! Я не хочу вас видеть!

«Нет», говорил себе Каллен, «не может такого быть». И всё же, больно уж он был похож на живого человека.

Каллен — Хироми, так это ты?

Хироми — Что значит, я?

Каллен — Ты тот, кого я знаю?

Хироми — Думаю, что даже я не до конца уверен в этом. Поэтому, не знаю, как ответить на твой вопрос.

Каллен встал в ступор, ровно, как и Хироми.

Хироми — Пожалуйста, оставь меня… Я лишь ищу своего друга.

Каллен — Но ведь… Я брежу? Это и правда ты?

Хироми — Откуда мне знать?! Ты, я… кто его поймёт что здесь происходит! Слэй сказал ничему не верить, поэтому…

Каллен — Стой, значит ты говорил со Слэем?

Хироми — Да, конечно. Он ведь высвободил меня в самый последний момент. Хотя я многого не помню…

Каллен — Значит, можно выдохнуть?

Хироми — Ты мне скажи.

Каллен — Ну… Клянусь, что я не твоё воображение! Так пойдёт?

Хироми — Да, наверное… В таком случае не могу не спросить — нашёл ли ты то, что искал?

Каллен — К сожалению, пока мне не удалось отыскать сосуд, однако теперь нас двое. Думаю в таком случае дело пойдёт быстрее.

Встретившись при столь странных обстоятельствах, они долго не могли поверить в действительность происходящего. Ставя под сомнение каждое произнесённое ими слово, они анализировали события, с которыми столкнулись. Всё же у них было не так много времени, чтобы растрачивать его впустую. Именно поэтому они двинулись к оставшимся комнатам в полнейшей тишине.

Попытавшись вытолкнуть Аарона за порог, Веренкель получил сильнейший удар по виску. Отскочив назад, он едва удерживался на ногах, смотря на всё в раздвоенном состоянии. Увидев это, Слэй окончательно вышел из себя набросившись вместе с остальными солдатами на Аарона.

И всё же смысла в этом не было вовсе, ведь каждый удар попросту проходил мимо него. В этот момент, Аарон поистине наслаждался той формой, что дарует ему эту силу. Ведь не прикладывая усилий, он с лёгкостью отмахнулся от всех назойливых солдат, в том числе и Слэя — великого шойста, отлетевшего в колонну.

Веренкель всё также пытался устоять на ногах, не в силах сдерживать дрожь в своём теле. А солдаты, что ещё не до конца отошли в мир иной, бездумно кидались на вторгнувшегося в замок врага. Битва длилась недолго, оставляя победу за новым королём этих земель. Вот только, тот кто правил этим королевством годами, не стал скрываться в тени. Король Лоурэл III вышел на верную смерть, не желая отсиживаться в углу, пока другие погибают.

Король Лоурэл III — За тобою ворота, к которым ты смел прикоснуться, Аарон. Ты счёл себя новым королём верхних земель?

Аарон — Неужели ты вышел на свой последний бой, старик?

Король Лоурэл III — Даже если так, я отдам свою жизнь за эти земли.

Веренкель — Простите… Я… Я не…

Король Лоурэл III — Незачем себя винить, Веренкель. Для меня было честью иметь столь способного человека при дворе.

Аарон — Не заставляй меня тебя убивать.

Король Лоурэл III — Разве для тебя это имеет какое-то значение? По моему, ты мастерский отточил своё умение. Так что не болтай попусту и покажи…

С молниеносной скоростью Аарон приблизился к немощному старцу. До этого самого момента король не мог признаться себе в том, как стар и слаб он стал за все эти годы. Превозмогая сожаление, он пал на колени с зияющей раной на груди. Клинок, который когда-то принадлежал его другу, отправил того вслед за ним.

Ярость бушевала внутри него, однако как бы он ни пытался, изнеможение взяло над ним верх. От понимания исхода этой битвы Веренкель упал на алый ковёр, окончательно наградив Аарона титулом нового короля.

В это время, Каллену и Хироми поистине улыбалась удача. Ведь они наконец-то обнаружили то, что так упорно искали, блуждая по этим пустым коридорам. Притронувшись к сосуду, Каллен окончательно понял, что победа будет за ними.

Каллен — Значит вот он какой, этот сосуд.

Прозрачный сосуд из хрусталя, скрывал в себе секреты мироздания. Казалось бы, невзрачное изделие, созданное неизвестно кем, могло претендовать на звание худшей вазы года, и всё же… В конце концов, именно от этой вазы зависел баланс этого хрупкого, как хрусталь мира.

Хироми — И что же нам с ним делать?

Каллен — Бежать. И как можно быстрее.

Хироми — Да, Слэй говорил… Но разве мы не должны сломить Аарона этим сосудом?

Каллен — Если бы только в моих руках был клинок. Тогда мы бы смогли окончить всё это раз и навсегда.

Хироми — Значит ты понимаешь как это работает?

Каллен — Я… Если честно…

Глухой шелест, раздавшийся по катакомбам, прервал его на полуслове. «Возможно, это всего лишь гуляющий ветерок» — подумал тогда Каллен.

Каллен — Честно говоря, я не очень уж понимаю, что нам делать с этим сосудом.

Хироми — Как в таком случае мы сможем одолеть Аарона?

Каллен — Извини, конечно, но я не знаю ответы на все вопросы этого мира — вспыльчиво проговорил он.

Хироми — Что ж, ладно тогда, давай…

Каллен — Погоди!

Каллен вновь услышал странный шорох, который ранее списывал на обычный поток ветра. Оглядываясь по сторонам, он не заметил каких-либо странных видений, однако его всё ещё тревожил этот загадочный звук.

Хироми — Ты что-то слышишь?

Каллен — А ты разве нет?

Хироми — Может только гул, и то…

Каллен — Веренкель говорил мне, что это место странно влияет на головы каждого, кто заблудится в этих катакомбах. Поэтому думаю, нам не стоит тут больше, находится. Пойдём-ка отсюда.

Хироми был только рад покинуть это пугающее место, однако как только они перешагнули за порог комнаты с сосудом, перед ними предстал он.

Хироми — Он добрался до нас, Каллен!

Каллен — Подожди, постой… Я думаю… возможно, это всего лишь наши страхи. Они как-то материализовались и…

Всё же Каллен допустил большую ошибку, предполагая, что Аарон лишь оплот их фантазий. Получив удар под дых, он уронил сосуд прямо в его руки. Аарон не произнёс ни слова, пытаясь избавится от Каллена как можно быстрее. Поэтому он не стал медлить, ударив мечом прямиком в его согнувшееся от боли тело. Только вот, он не учёл одного — Хироми не стал просто смотреть на то, как убивают его друга. Он ринулся в сторону Аарона, подставив свою голову на отсечение. Прорезав шею Хироми, Аарон попятился назад.

Волна пошатнула древние катакомбы, едва удерживавшиеся на своих местах. Свет ослепил Аарона, лишив его руки, в которой был меч. Каллен чуть было не потерял сознание, попав под такую сильную реакцию артефакта. Однако, увидев, что Аарон лежит без сознания, он не стал терять времени, направившись за своим мечом.

Хироми не мог остановить мощный поток необузданной энергии, который уничтожал всех на своём пути. И хотя, он пытался контролировать себя, ничего не выходило.

Закутанный в плащ, Каллен пытался не сгореть от мощных выбросов света, которые исходили от артефакта. Шатаясь в разные стороны, он всё же приближался к своему клинку. Казалось, что сейчас, он вновь возьмёт его в свои руки. Увы, единственный кто смог ухватиться, был Аарон. Вцепившись в его ногу, он сумел отбросить мальца подальше от меча.

Теперь, когда клинок лежал вдали от них обоих, излучая бушующую энергию, артефакта, Аарон набросился на Каллена, начав избивать его со всей своей силой. И если до этого можно было сказать, что Хироми пытался себя сдерживать, то после увиденного им, наступила совершенно иная фаза.

Хироми — Прекрати, Аарон!

Каллен — Хироми, несмей…

Однако было уже слишком поздно — белизна затуманила его разум, лишив возможности предотвратить неминуемые последствия. Какое-то время Каллен ничего не ощущал. На мгновение, он оказался в неведомом для него ранее пространстве. Аарона тут не было, ровно, как и Хироми. Оставшись совершенно один, он блуждал по залитому светом пространству, держа в руках свой клинок.

Восстановив зрение, Каллен обнаружил высохшего Аарона, что пытался ускользнуть от них с сосудом. Недолго думая, Каллен набросился на него, с мечом в руках. Однако к его удивлению, на помощь своему хозяину примчался его верный пес. Оказавшись прямо перед ним, Бирк показал свои самые серьёзные намерения по защите своего господина.

Каллен не желал отпускать Аарона, изо всех сил пытаясь приблизиться к нему. Но как бы он ни старался, Бирк охранял своего господина, не давая никому подойти ближе.

В конце концов, когда Бирку надоела назойливость Каллена, который так и норовил пронзить уязвимого на данный момент Аарона, он резко остановился и вытащил свой клинок. Мгновенно подрезав сухожилие на его ноге, Каллен быстро рухнул на землю. Боль тут же пронзила его правую ногу, лишив возможности преследовать Аарона дальше.

От безысходности он решил остаться на земле, плотно вцепившись в свой меч. Наблюдая за их побегом, он вдруг вспомнил о Хироми, который в это время лежал без сознания.

Бирк — Господин, вам необходимо как можно быстрее залечить свои раны. Давайте…

Аарон — Я и без тебя это знаю. Лучше скажи, где мой сын!

Бирк — Ваш старший сын всё там же, а младший и вовсе покинул поле боя.

Аарон — Вот же паршивец.

Бирк — Что прикажете делать?

Аарон — Ничего, Бирк, абсолютно ничего.

Совместно они вынырнули на свежий воздух — воздух поистине свободной Айзории.

Каллен — Эй, Хироми, ты меня слышишь? Всё в порядке?

Хироми не проявлял признаков жизни, из-за чего Каллену пришлось немного потрудиться, дабы растолкать того ото сна.

Хироми — Что… Подожди, дай… Ну, чего ты творишь?

Каллен — Извини, я уж думал всё — конец. Ты столько энергии потратил, что просто не верится.

Хироми — Поэтому ты решил последнее из меня выбить?

Каллен — Говорю же, прости. У самого то состояние не лучше.

Хироми — Что вообще произошло?

Каллен — Ну… По началу ты всё тут сотрясал, а потом и вовсе опалил Аарона до состояния подгоревшего хлеба.

Хироми был рад тому, что он смог спасти Каллена. Однако самостоятельно он ничего вспомнить так и не смог.

Хироми — Сам то хоть в порядке?

Каллен — Не считая раненой ноги, в полном.

Хироми — Значит, всё же сосуд у него?

Каллен — Да, но это не важно.

Хироми — Это ещё почему?

Каллен — По крайней мере, для тебя.

Хироми взглянул на Каллена, не понимая, о чём тот говорит.

Каллен — Главное, что теперь я смогу вернуть твою душу. Правда, пока не знаю как, но… Но ты отправишься домой! Разве не этого ты так долго и мучительно ждал?

Хироми — Да, конечно, но как же ты? Эти земли? Что будет с Аароном, если он сможет осуществить свой план?

Каллен — Явно ничего хорошего.

Хироми — Тогда не время думать о моём возвращении.

Каллен — Нет. Я не стану снова рисковать. Лучше уж ты будешь у себя дома, чем столкнёшься со смертью в этом мире.

Хироми — И чем же это по твоему лучше?

Каллен — Хироми, просто поверь мне на слово.

Хироми хотел было что-то добавить, но всё же решил воздержаться до поры до времени.

Хироми — Тогда мы всё же отправляемся в церковь?

Каллен — Да, но для начала нужно отсюда как-то сбежать. Они явно нам этого так просто не позволят…

Пока Хироми смотрел на вновь заполняющую эти длинные коридоры мглу, Каллен пытался обмотать свою раненую ногу куском оторванной ткани.

Восход

Прихрамывая на одну ногу, они медленно выбирался из лабиринта одинаковых комнат. Каллен понимал, что просто так выбраться наружу у него не получится, ведь Аарон явно не позволит им сбежать.

Каллен — Постой!

Хироми — Опять нога? Говорю же, давай чуть дольше посидим.

Каллен — Нет, нет, я не об этом… Мы почти вышли из этого лабиринта, и я думаю, что дальше будет только сложнее. Наверняка Аарон поставил кого-то на входе в катакомбы, чтобы сразу же нас выловить.

Хироми — Ну ведь по-другому никак, верно?

Каллен — Да… Это точно. Вход один и выход соответственно тоже.

Покинув катакомбы, они наконец получили возможность вдохнуть свежего воздуха. Выйдя за условный порог, они никого не обнаружили. И чем больше Каллен думал о том, что кто-то может напасть на них в любой момент, тем сильнее становилась его боль в ноге.

Каллен — Вот мы и здесь, но… что-то, я никого не вижу.

Резко, обернувшись назад, Каллен уставил свой взор на пустоту, что всматривалась в их спины.

Хироми — Что там, Каллен?!

Каллен — Ничего…

Постояв так пару минут, безмолвно, они продолжили свой путь к выходу из этого замка.

Хироми — Погоди-ка, что это было?

Каллен — Ничего, правда. Я просто подумал, что кто-то может нас подстерегать. Вот и… остановился посмотреть.

Пройдя ещё немного, они оказались перед входом. Ворота в катакомбы были широко распахнуты. Прислушавшись к окружению, ни Хироми, ни Каллен не услышали ничего, что напоминало бы о жизни, ещё недавно кипевшей в этом королевстве.

Каллен — Так, перед нами выход из катакомб, поэтому будь на чеку!

Хироми — Я же уже говорил, что всё понял. Не переживай ты так.

Выйдя наружу, их ослепили зажжённые свечи, украшающие стены и потолки. Оглядываясь по сторонам, они лишь наблюдали тишину. Вокруг было всё так же пусто, из-за чего им становилось не по себе. Возникало ощущение, словно души королевства навсегда покинули этот мир.

Каллен — Подозрительно спокойно для места, где только что прошла буря…

Хироми — Может быть, он достиг своей цели и покинул Айзорию?

Каллен — Без артефакта и моего клинка? Здесь явно что-то не так.

Хироми — Тогда давай уйдём, пока мы ещё можем.

Каллен — Да, конечно, только вот… Тебя не смущает, что все исчезли? Тут ведь был Веренкель, Слэй, стражи короля… Но теперь всё выглядит так, словно их никогда и не было. Никогда не существовало…

Хироми — Послушай, я понимаю, что это очень странно, но нам действительно пора.

Каллен — Да, да, наверное, ты прав.

Покидая зал, осматривая каждый закуток, они медленно брели к воротам, чтобы окончательно ускользнуть от вездесущего Аарона. В то же самое время, из своей засады, за ними подсматривал Бирк. Находясь в полной тишине и внимательно всё анализируя, он наблюдал за тем, как жертва направляется в свою ловушку.

Каллен беспокоился за Слэя и Веренкеля, которые могли оказаться во вражеской западне. Он думал о короле, возможно всё ещё находящемся в заточении в тронном зале, и о судьбе невинных людей, просто исчезнувших из его поля зрения в мгновение ока.

Выходя из внутренних дворов, Каллен заглядывал в каждое здание, будку или укрытие, отчаянно пытаясь разыскать кого-то, кто смог избежать неминуемой гибели, однако ничего кроме гуляющего по свободным от людей просторам ветра, он так и не обнаружил.

По прошествию напряжённого дня, когда над их головами склонилась луна, Каллен вместе с Хироми подошли к месту, откуда всё это и началось.

Хироми — Всё равно никого нет.

Каллен — Вижу… Всё опустело, даже не успев начаться.

Хироми — Может, их увезли? Взяли под стражу?

Каллен — Даже если так, какой смысл гадать! — Раздражённо произнёс он.

Хироми — Слушай… Ты уверен, что хочешь в первую очередь отправить меня домой?

Каллен — Я думаю, ты уже знаешь мой ответ.

Хироми — Знаю, но я ведь храню артефакт, так? А это значит, что без меня тебе не справится.

Каллен — Возможно, но если ты вновь угодишь в руки Аарона, то твоё тело не выдержит.

Хироми — Поверь, я смогу продержаться, даже если в меня вновь будут вставлять железные штыки или отрубать мои пальцы. Я выдержу и…

Каллен — Постой! Ты, наверное, забыл про то, что твоё настоящее тело сейчас не здесь. Откуда тебе знать, что с тобой происходит на том свете? Вдруг ты вот-вот умрёшь от голода или жажды? Или вообще…

Хироми остановил Каллена на полуслове, указав ему на место, где стояла чья-то фигура.

Хироми — Ты тоже это видишь?

Каллен — Да… Неужто это был их план? Подорвать нашу бдительность и напасть тогда, когда нам будет казаться, что мы на свободе.

Хироми — Думаю, пока рано строить догадки. Возможно, нам всё это кажется, и на самом деле там никого нет. Что если на самом деле…

Каллен — Слушай, давай не будем тратить время на разговоры. Лучше пойдем и всё выясним.

На небе давно не было видно звёзд, хотя луна всё же смогла неким образом пробиться сквозь тучи. И всё же лунный свет, что падал на землю, так или иначе не доходил до того, кто прятался в тени. Именно поэтому, чтобы не упустить свой шанс, в быстром темпе, они направились в сторону загадочной фигуры. Подойдя достаточно близко, Каллен достал свой клинок, всецело подготовившись к непредвиденным обстоятельствам. Но выйдя лицом к лицу с человеком, который поджидал их всё это время, они обнаружили обычное дерево с куском развевающейся на ветру ткани.

Каллен — Этого не может быть! Что вообще с нами происходит? Возможно… Что если я до сих пор в том лабиринте? Что если я просто воображаю себе все происходящие события. И тогда… Тогда может быть всего этого не было и у нас всё ещё…

Хироми — Тише, тише, давай успокоимся, ладно? Мы ведь уже это проходили. Я настоящий, ровно, как и ты.

Каллен тяжело дышал, ухватившись за покалывающее сердце.

Каллен — Да, скорее всего ты прав. Но что-то мне не очень хорошо, Хироми. Я думаю, что мы упустили некую деталь.

Хироми — Давай-ка ты тогда, присядешь и отдышишься как следует.

Каллен — Хорошо. Да, я немного посижу.

Ночь проходила медленно, скрывая в темноте загадки, которые тревожили их уже целую вечность. Хироми размышлял о жизни, которая сейчас проходит мимо него. Каллен же просто смотрел в никуда, изредка моргая своими полусонными глазами. Однако, чтобы не происходило с ними, они лишь откладывали неизбежное — то, о чём их когда-то предупреждали.

Дракон — Не имеет смысла прятаться в тени. Так или иначе, вы не сможете предопределить события, которые грянут в скором времени.

Хироми — Это опять ты?! Покажись!

Дракон — Прости, Хироми. Но я уже всё тебе рассказал.

Каллен — Эй, ты чего заорал то?

Дракон — Ты знаешь, что делать…

Хироми — Нет, стой!

Вот только связь с драконом вновь прервалась.

Каллен — Да что вообще происходит?!

Хироми — Ничего, извини, что так закричал. Я просто… Как бы это сказать… Мысли вслух, не более того.

Каллен недоверчиво посмотрел на него, хотя и не стал ничего говорить. Ему было ясно, что им необходимо двигаться дальше и как можно быстрее завершить этот хаос. Из-за чего он мигом поднялся с земли, призывая Хироми продолжить их путь.

Каллен — Ладно, думаю нам пора идти дальше, пока мы ещё способны здраво рассуждать.

Вот только, пройдя пару метров, раненная нога Каллена вновь дала о себе знать. Хироми мигом поспешил ему на помощь, притащив тому длинную палку, на которую, он мог бы опираться. После сборов, собравшись с мыслями, они наконец выдвинулись в завершающий для них путь. Церковь была совсем близко, оставалось лишь вновь взобраться на холм.

После такого тяжёлого дня, в голове Каллена всплыли воспоминания о его изнеможении при схватке с Фотом. Он также вспомнил момент исчезновения клинка и Хироми. Именно эти мысли и натолкнули его на возможность, созданного его воображением мира. «Что, если тогда я не спал, а погружался в загробный мир?» — крутилось у Каллена в голове.

Хироми — О чём задумался?

Каллен — Что?

Хироми — Я спрашиваю, о чём думаешь?

Каллен — Да, так… Ты действительно хочешь знать?

Хироми — Конечно!

Каллен — Почему-то мне кажется, что кто-то играет с нашими мыслями. И если я не отдохну, то повторится, то же, что и тогда с Фотом. Но вот с другой стороны у нас нет столь драгоценного времени, которое мы могли бы потратить на сон. Понимаешь? Я не могу перестать думать об этом.

Хироми — В таком случае, давай отдохнём.

Каллен — Но…

Хироми — Нет, нет ты прав. У тебя уже крыша едет. Да и мне бы отдых не помешал.

Каллен — Крыша едет?

Хироми — Это выражение такое, неважно. Давай просто остановимся.

Посреди выжженных полей они расстилали накидки, чтобы спастись от холода, исходящего от гор. Каллен не успел лечь, как уже погрузился в мир ярких снов. Хироми также не стал отставать, заснув следом за ним. Уснув прямо под подножием холмов, где когда-то они встретили монаха, они утонули в собственных мыслях.

Золус — Как ты мог опуститься ещё ниже, Аарон?!

Аарон — Ты… Как тебя зовут?

Золус — Ты ведь не боишься смерти, поэтому ты так резок и храбр. Но когда…

Аарон — Кажется мне, я спросил твоё имя.

Золус — Я не стану говорить с тобой, Аарон. И ты это знаешь.

Пытаясь бежать, он угодил в капкан. Теперь же, заточённый в цепи, великан находился под толщей земли, укрываясь в неведомых для обывателей местах. Все его братья и сёстры, что согласились на замысел Золуса потерпели удар. Удар сокрушивший их род и стёрший их расу. Ааорон смотрел на опасность с открытыми глазами, изумляясь величественностью и разнообразием творений природы.

Под утро Каллен проснулся первым от еле слышимого шороха со стороны Айзории.

Каллен — Хироми, вставай!

От резкого крика он сразу открыл свои глаза, уставившись на заспанного Каллена.

Хироми — Что случилось?

Каллен — По-моему, мы проспали.

Хироми — Проспали? О чём ты?

Не сказав ни слова, Каллен выпрямился в полный рост, прогнав своё сонное состояние прочь. Хироми не сразу осознал, что происходит, однако устремив свой взор в ту же сторону, что и Каллен, он понял, что всё же они не одни. Появившийся из ниоткуда, он стоял прямо посреди полей, совершенно один и безоружен.

Между тем, в неспящем городе Токио, разворачивался разговор о будущем Хироми как о полноценном члене общества. Конечно, отец Хироми понимал, что это решение бесчеловечно по отношению к собственному сыну, однако по прошествии стольких месяцев, у них оставалось не так много вариантов на выбор.

Отец Хироми — Пожалуйста, успокойся. Прошу тебя! Думаешь, я хочу так поступать?

Мать Хироми — Я не знаю. И уж тем более я не понимаю, как ты можешь просить меня о подобном?

Отец Хироми — Поверь, я осознаю, насколько это тяжело. Ведь это и мой сын тоже. Однако нам нужно принять это решение, понимаешь? Они не смогут держать его там вечно, если придут к выводу о нецелесообразности дальнейшего наблюдения.

На минуту в комнате, где велась оживлённая беседа, воцарилась тишина.

Мать Хироми — Я не могу… Не могу и всё.

Отец Хироми — Врач сказал, что он может пролежать так годами, ты ведь помнишь это?

Мать Хироми — Конечно, помню.

Отец Хироми — А то, что он может не проснутся вовсе, ты наверняка тоже не забыла?

Мать Хироми — Замолчи!

Отец Хироми — Извини, возможно, я сильно давлю на тебя, но…

Мать Хироми — Но что?! Даже если пройдут годы, я ни за что этого не допущу!

Подойдя ближе, он ухватил её за руку. Пристально глядя на полные крови от горя и ужаса глаза, он осознал, насколько бесчеловечно звучат его слова. Смотря на её опустошённое лицо, он видел, насколько сильно пошатнулась привычная им жизнь.

Отец Хироми — Ну что успокоилась немного?

Мать Хироми — Да… И всё же, я не позволю им отсоединить моего сына от аппаратов жизнеобеспечения. Ни за что не позволю!

Отец Хироми — Знаю… Я знаю. Мы постараемся сделать всё, что есть в наших силах. Просто… надо понимать, что есть вероятность…

Мать Хироми — Значит, ты тоже считаешь, что он не…

Отец Хироми — Нет, я верю, что он сможет выкарабкаться. Я в это верю.

Фот медленно двигался в их сторону, стараясь не упускать движения их рук.

Фот — Почему бы нам не поговорить?

Почувствовав, как сильно его заполняет злоба, Хироми ухватился за лежащий рядом с ним кусок камня.

Каллен — В чём дело?

Фот — Я ведь говорю, мне хочется с вами кое-что обсудить.

Хироми — Думаешь, нам нужны твои разговоры?!

От обуздавшей его ярости, Хироми сжал камень так сильно, что кровь начала стекать с его рук. Фот, на самом деле, хотел всего лишь переговорить с ними. В его голове происходила ожесточенная борьба, в которой он пытался выбрать свою дальнейшую судьбу. На протяжении всей ночи он блуждал по пустынным просторам в поисках ответов на свои вопросы. С одной стороны, Фот хотел вернуть себе жизнь, которая была у него до падения империи отца. С другой стороны, он понимал, что даже если он принесёт отцу пользу, тот не возлюбит его за его поступки, мысли или надежды. Он понимал, что отец всё так же будет ненавидеть его.

Фот — Ты чего это, артефакт?

Хироми — Я не артефакт! У меня есть имя, понимаешь ты это или нет?!

Фот — Извини, я ведь не со зла, правда.

Каллен — Заканчивай с этим и скажи прямо, зачем ты здесь?

Фот — Я же… Я же уже вам сказал. Мне нужно с вами поговорить.

Хироми — Каллен, я думаю, нам не о чем с ним говорить.

Каллен — Но… Что, если он…

Хироми — После всего, что он сотворил, ты хочешь выслушать его?

Фот слушал, с какой ненавистью о нём говорят, как отвергают его предложения. Из-за чего он всё больше проваливался в состояние безысходности. Теперь ему стало ясно, что куда бы он ни пошёл, его так или иначе отвергнут. Он так или иначе будет один.

Хироми — Ты до сих пор здесь?!

Хироми сжал камень ещё сильнее, прорезав ладонь до кости. Медленно скатывающиеся капли крови ударяли по его обуви, высвобождая защитный механизм артефакта.

Окончательно осознав свою безысходность, Фот замолчал, опустив голову. В таком случае у него оставался лишь один единственный выход — помочь отцу. Ведь ни Хироми, ни Каллен ни за что не примут его таким какой он есть.

Взяв волю в кулак, он опустил занавес на их головы, окутав всё вязкой густотой. Тень закружила вокруг, как хоровод во время празднований. И вот из пустоты, мёртвой хваткой, Фот вцепился в рукоять меча, не желая отпускать свой билет в лучшее будущее. По крайней мере, будущее, где он сможет жить, не испытывая проблем с гонениями и порицанием, ведь в новом свете его отца шанс получит каждый, в том числе и его нелюбимый сын.

Каллен — Прекрати, Фот!

Фот — Для меня это последний шанс, чтобы…

Хироми почувствовал сильную, жгучую боль в руке, из которой лилась алая кровь. Он озарился ярким пламенем не в силах остановится. Ударив в то место, где цепкие руки Фота пытались выхватить свою надежду на жизнь, он пробил в нём зияющую дыру, наконец окончив его муки.

Каллен — Хироми, не нужно! Он тут не причём!

Вот только Хироми брёл дальше за медленно отползающим Фотом. Умоляя и прося, Фот то и дело падал на землю из-за совершенно покинувших его тело сил. Хироми уже было замахнулся, желая избавится от того, кто так долго и упорно издевался над его положением, однако чей-то голос у него в голове остановил его, не дав Фоту исчезнуть с лица земли.

Дракон — Перестань, тебе не нужно этого делать. Ты ведь должен вернутся домой, не забыл?

Хироми — Опять твои внезапные появления. Зачем ты вообще играешь в эту игру со мной? Ответь раз и навсегда, что здесь происходит?!

Фот — Я не понимаю. Что ты…

Хироми — Ты не думал о том, что я не хочу возвращаться? Возможно, я хочу быть здесь, несмотря на все трудности.

Каллен — Хироми, что с тобой?

Хироми не слышал вопросов, доносящихся извне. Он слышал лишь один единственный голос. Голос дракона.

Дракон — Тогда ты погибнешь. Точнее, сначала умрёт твоё тело, после чего и душа. А без души не может быть жизни, где бы ты не находился. Поэтому я прошу тебя поспешить, Хироми.

Хироми — Возможно, я уже в аду, и жизни мне больше не видать. Я больше не могу… не могу…

В то время как Каллен пытался пробудить Хироми из состояния, в которое он впал, Фот благополучно исчез с его поле зрения, оставив после себя лишь кусочки обгоревшей плоти, что всё ещё лежали не зелёной траве.

Имея сына, даже такого, как Фот, Аарон не желал видеть его в таком состоянии, в котором он не сможет и дальше исполнять свой долг перед ним. Именно поэтому, по его распоряжению, Бирк выделил несколько оболочек, чтобы они следили за действиями принца.

Перед глазами Хироми была пелена. Отчётливое пространство покинуло его зрение. Лишь образы, воспоминания и голос знакомого ему существа доносились до него в столь странном состоянии, что стало появляться всё чаще с каждым разом.

Хироми — Почему ты опять молчишь?

Каллен — Перестань, Хироми. Слышишь? Перестань!

Дракон — Ты должен вернутся, иначе кто-нибудь пострадает. Пообещай мне, Хироми.

Хироми — Я не могу этого обещать, просто не могу.

Отгородив Каллена от себя, Хироми вспыхнул ярким пламенем. Жар прикоснулся к его лицу, показав ему тем самым боль, исходящую от его тела. Повалившись от такого на землю, Каллен задумался об участи, которая постигнет его, если Хироми не придёт в себя.

Дракон покинул его сознание, однако боль всё также пульсировала у него в голове не давая ему выбраться из этого капкана лжи. Хироми пылал, убивая всё живое на своём пути, пока в его голове не всплыло воспоминание. Одно, столь старое, но тронувшее его до глубины покинувшей его души.

Отец Хироми — Так, откладывай свои учебники, сегодня мы с тобой отправимся в приключение!

Хироми — Я не могу, у меня скоро экзамены, забыл?

Отец Хироми — Ну и что теперь, будешь вечность тут сидеть? Я уверен, что ты и так со всем справишься. Пойдём!

Хироми — Ну… ладно тогда. А куда мы пойдём?

Отец Хироми — Нет, нет, я тебе не скажу. Это ведь сюрприз. Только маме об этом знать не стоит, хорошо?

Хироми — Договорились.

За день до экзаменов, к которым Хироми готовился целыми днями на пролёт, отец втайне от его матери сводил его в токийский зоопарк Уэно, чтобы хоть как-то разнообразить его ежедневные подготовки к предстоящим тестам. В тот день отец не пошёл на работу, только ради того, чтобы устроить сыну день, который, как он надеялся Хироми будет помнить долгие годы. Пройдя зоопарк вдоль и поперёк, под вечер они зашли в одно кафе, чтобы как следует объесться мороженым. Именно тогда Хироми увидел, насколько сильно отец, пытался показать ему обратную сторону жизни, без вечной работы и офисных суматох. Наверное, именно из-за этого, тот день всё так же пылал ярким пламенем в его голове, как что-то, чего он никогда не забудет.

Хироми — Прости меня… Если ты слышишь, прости…

Вот только отец более не отвечал на вопросы своего сына. Очнувшись посреди всё тех же полей, Хироми взирал на яркие звёзды, что окрасили небеса. Голова раскалывалась, но всё же рука полностью зажила. Он медленно поднялся на локти, осматриваясь в поисках Каллена.

Каллен — Ну, что, пришёл в себя?

Хироми — Да… Где мы сейчас?

Каллен — Всё там же.

Хироми — А Фот. Что с ним?

Каллен — Убежал.

Хироми скривился, резко посмотрев на Каллена злобным взглядом.

Хироми — Убежал? Или ты дал ему сбежать? — Процедил он с угрюмым видом.

Каллен — Перестань, у меня нет на это сил. Если хочешь поговорить, пожалуйста, но только не об этом.

Растворившись в темноте, Каллен оставил Хироми в полном одиночестве, однако он не собирался отступать, начав преследовать его по пятам.

Хироми — Да подожди ты.

Каллен — Что ещё?

Хироми — Я ведь не со зла.

Каллен — Ровно, как и он.

Хироми — Я поверить не могу, что ты ему доверяешь.

Каллен — Никто не говорит о доверии.

Хироми — Тогда что это по твоему?

Каллен — Сострадание. Я понимаю, каково ему.

Хироми — Тогда может быть, нам вообще ничего не делать?

Каллен — Нам? По-моему, ты отправляешься домой, не так ли?

Хироми — Я…

Каллен — Так, всё, даже не продолжай. Завтра же отправимся дальше.

Хироми — Мне казалось, что завтра уже наступило.

Каллен — Да, вот только мы его пропустили.

Фот стоял на коленях, преклоняясь перед осуждающим взором своего отца. Аарон не желал слушать того, кто столь безалаберно покинул свой пост во время их общей, важнейшей миссии.

Аарон — Как ты мог поступить так со всеми нами? Столь ужасное деяние с твоей стороны, вызвало немалое количество слухов.

Фот — Я ведь хотел помочь, господин. Я думал, что остановлю артефакт и Каллена на пути к выходу, однако они оказались сильнее, чем раньше.

Аарон — Разве я когда-то говорил тебе, что их нужно остановить?

Фот — Но как иначе? Ведь по-другому мы просто не сможем осуществить наш замысел.

Аарон подошёл к сыну, чтобы призвать его к благоразумию. Подняв его на ноги, он посмотрел на его обуглившееся лицо. Рана, которую он получил, всё ещё зияла на его груди, а страх до сих пор подёргивал его руки.

Аарон — Запомни раз и навсегда. Я говорю, а ты делаешь.

Фот — Да. Я понимаю.

Аарон — Тогда… Я приказываю тебе искупить свою вину.

Фот — К вашим услугам, господин.

В ожидании вердикта, лица присутствующих устремили свой взгляд на трон, на котором восседал Аарон. На мгновение всем показалось, что времени вовсе не стало. Как будто бы жизнь прервалась, остановилась.

Проснувшись посреди кромешной тьмы, Слэй боялся заговорить, ведь тогда он подумал, что именно так выглядит чистилище. Вокруг, куда бы он не посмотрел, виднелась лишь сплошная тьма. Из которой всё же послышался знакомый ему голос.

Веренкель — Слэй, ты тоже тут?

Слэй — Я здесь, приятель.

Веренкель — Ты в порядке?

Слэй — Кажись да, но я ничего не вижу, так что до конца в этом не уверен.

Веренкель — Ясно, значит, не только я нахожусь в кромешной темноте. Ты случаем не знаешь, где мы можем быть?

Слэй — К сожалению нет.

Веренкель — Плохо… Нам надо как-то выбраться отсюда, где бы это ни было. Вот только, я тоже ничего не вижу.

Слэй — Может, позвать кого-нибудь? Здесь ведь должен быть ещё кто-то помимо нас.

Вернкель — Нет, не стоит. Вдруг придёт кто-то, кого мы не хотели бы видеть.

Слэй — И что тогда, будем сидеть тут и выжидать?

Веренкель — Нет, думаю, этого нам делать не придётся.

Слэй — Я так понимаю, ты уже что-то придумал, верно?

Веренкель — Пока не знаю, может быть это глупо, но…

Глухие удары раздались по тёмному пространству. Ни Слэй, ни Веренкель не ведали о том, кто или что могло вызвать такой шум. Побоявшись продолжать свою беседу, они затаились в углу в ожидании ответа, ровно, как и те кто уставил свой взор на Аарона, указывающего на Фота своим пальцем.

Аарон — Твоя вина будет искуплена. Как только наша семья воссоединится после стольких дней разлуки. Вместе с Бирком и частью армии, которую он отобрал для данного похода, тебе предстоит освободить своего старшего брата.

Фот склонил голову, нервно улыбаясь подобием рта. Его руки подёргивались от гнева, навевая ему воспоминания о вчерашней встрече с Хироми. Теперь он понимал, что тот чувствует по отношению к нему.

Аарон — Я не слышу твоего ответа, Фот.

Поднявшись с колен, Фот посмотрел в лицо своему отцу, пытаясь при этом побороть приступы ярости.

Фот — Думаю, что у меня нет иного выхода.

Аарон — В таком случае, я попрошу вас удалится. Всех, кроме Бирка.

Зал вмиг опустел, внутри остался лишь Бирк.

Бирк — Чем могу быть полезен, господин?

Аарон — Вижу, ты не любишь повторяться. — С подобием улыбки произнёс он.

Бирк — Я не совсем понимаю вас, сэр.

Аарон — Ты ведь всегда обращаешься ко мне по-разному, Бирк. В отличие от меня.

Бирк — У вас будут какие-то предпочтения?

Аарон — Нет, конечно, нет. Пойми, ты ведь мне как брат, которого у меня никогда не было. Поэтому мне сложно смотреть на то как ты исчерпываешь свою фантазию, лишь чтобы обратится ко мне.

Бирк — Боюсь, я не совсем понимаю направление вашей мысли.

Аарон — Не бери в голову. Собственно, давай к делу. Это касается Фота.

Бирк — Я обещаю помогать принцу насколько это только будет возможно.

Аарон — Прекрасно, это правильно. Только вот, главное тут не спешить, понимаешь, о чём я? Я хочу, чтобы вы не торопили события. Возьми столько времени, сколько тебе понадобиться.

Бирк — Конечно…

Аарон — Хорошо, тогда иди, думаю, ты понял меня.

Бирк — Спасибо, но… Вы… Уверены, что это удачная идея?

Аарон тут же замолчал, более не отвечая ему на его вопросы. Повернувшись к нему спиной, он устремился на балкон, дабы пронаблюдать, как ночь уходит с горизонта, ознаменовывая тем самым новый день.

Каллен — Проснись, Хироми!

Отойти от сна, тем более после того, как он потратил огромное количество энергии, было нелёгкой задачей. И всё же Хироми смог побороть свою сонливость, оставив её позади. Поднявшись с земли, он пошатнулся в сторону Каллена, уже полностью готового продолжить их затянувшийся путь.

Каллен — Давай, нам нужно спешить.

Хироми — Чего же ты так опасаешься?

Каллен — Того, что судьба встанет преградой на нашем пути.

Хироми — Я понял, ты всё никак не отделаешься от тех мыслей, верно? После того как ты услышал те слова от дракона, ты сам не свой.

Каллен — Послушай, если ты будешь шевелить ногами и подниматься наверх, то я расскажу тебе причину, договорились?

Хироми — Договорились.

Хироми принял условия Каллена из желания узнать его истинные страхи. Что, в свою очередь, подводило их к последним шагам на пути к завершению всего того, что произошло в их жизни. Отряхнувшись от грязи, они двинулись вверх по крутой холмистой местности, которая ещё совсем недавно служила для них началом пути.

Затаив дыхание, пытаясь не шевелиться, Слэй и Веренкель сидели, облокотившись на холодные стены. Из-за каждого угла доносился странный гул, чьего-то присутствия. Шаги раздавались эхом по этому опустошённому месту, где слух преобладал над зрением. Невиданные доселе образы кружились в их головах, а чьи-то голоса шептали жуткие строки.

В конце концов, параноидальные мысли о конце своей жизни покинули Слэя, ведь он увидел свет в конце тоннеля. Яркими красками осветились ворота, которых ещё недавно здесь не было вовсе. Он не мог поверить своим глазам, что и подвигло его мигом обратиться к своему товарищу по несчастью.

Слэй — Эй, ты тоже это видишь?

Веренкель — Хм? О чём это ты? Я ничего не вижу. У меня всё также…

Слэй — Но как же? Перед нами ведь пылает свет. Дверь в конце коридора, кто-то её отворил.

Веренкель — Перестань, не до смеха ведь совсем.

Слэй — Думаешь, я бы стал шутить в нашей ситуации? Там в конце открыта дверь, неужто ты её и правда не видишь? Это ведь наш шанс на спасение!

Веренкель — Ну извини, я пытаюсь разглядеть хоть что-то, но всё равно ничего не вижу.

Отрешённость в голосе Веренкеля становилась всё более отчётливой. Как сильно бы он ни старался, у него не выходило нащупать своими глазами то, о чём с таким воодушевлением говорил ему Слэй. Вместо света в конце тоннеля он всё также наблюдал кромешную темноту.

Каллен и Хироми взбирались вверх уже не один час, преодолевая крутой уступ, по мере своих возможностей. Было тяжело ухватиться за породу, которая крошилась в их руках. И хотя в этот раз у них не было помощника, который поднял бы их на механизме прямо к церкви, упорства им было не занимать. Даже кровоточащие ладони не останавливали их на пути к своей цели. Только вот…

Хироми — Слушай, всё, я устал. Больше не могу, правда.

Каллен — Ничего не знаю, мы не будем отдыхать. Я же тебе говорил — нет времени!

Хироми — Я не сдвинусь с места, пока ты не объяснишь мне причину своей спешки. Свою часть договора я выполнил, так что теперь твой черёд.

Каллен — Объяснить тебе?! — Раздражённо выпалил он.

Хироми — Именно. Я хочу услышать причину.

Каллен — Я тебя не понимаю, ты ведь был там. Ты всё слышал своими ушами. Аарон поди уже дышит нам в спину и если не поспешить, то ты можешь тут застрять.

Хироми — Я это прекрасно понимаю, но как мы это сделаем. Зайдём в церковь, а дальше что? Я сразу исчезну, исцелюсь?

Каллен — Я не знаю… Пока что мне было не до этого.

Вытерев пот со лба, Хироми снял мешок с плеча и присел на землю, чтобы немного отдышаться. Посмотрев на Каллена, который, похоже, впал в ступор после его вопроса, он почувствовал, как отмирают его ноги. Всё же такая дорога, без пищи и должного отдыха, даёт о себе знать.

Хироми — Ты ведь даже не знаешь, что нужно сделать для того, чтобы я отправился домой, так?

Каллен — Не важно, я что-нибудь придумаю. Лучше продолжим наш путь. Чем попусту сидеть тут и болтать, мы уже давно могли бы дойти до туда.

Хироми — Ну уж нет, пока ты всё не объяснишь, я с места не сдвинусь. Сказал же уже.

Каллен не хотел упускать ни минуты, ведь время было явно не на их стороне. Всё же Хироми был серьёзно настроен, и если Каллен не разложит ему всё по полочкам, он так и останется тут до окончания своих дней. К тому же, сам Каллен хотел немного посидеть, хотя и признаться в этом было для него большим испытанием. Он столько прошёл, что ему казалось, это может быть его последним отдыхом. Поэтому, взяв гордость в кулак, он лёг на мягкую траву, наконец сбросив весь тот груз, который он тащил на себе вверх по склону.

Хироми — Я же говорил, нам никак без отдыха. И ты не исключение.

Каллен — Да, да я понял. Давай тогда разберём всё с начала. Что тебя волнует больше всего?

Хироми — Ну, во-первых, я хотел сказать, и ты наверняка сам это осознаёшь… Тебе не кажется странным, что Аарон вдруг забыл про нас? Что он больше не гонится за нами? И тот факт, что нам вообще никто не препятствует. Это ведь странно. Странно ведь, а?

Каллен — Ах, так вот ты о чём… Я тоже об этом размышлял, однако в голову пришла лишь одна мысль — это ничего не значит. Возможно, он просто делает вид, что не хочет нам препятствовать.

Хироми — Вот и я о чём! Что если это ловушка? Возможно, Аарон знает, что мы идём туда, куда ему нужно. Поэтому я считаю, нужно сделать всё ровно наоборот. Напасть, пока он этого не ждёт!

Каллен — Понимаю… Звучит, конечно, хорошо, но так или иначе мы вернёмся к тому, с чего начинали. Любое принятое нами решение всего лишь иллюзия. Разве ты не помнишь, что говорил нам…

Хироми — И опять ты про это! Ты сильно изменился после его наставлений.

Каллен — Но что, если это правда? Тогда у нас нет ни шанса. Об этом ты не подумал?

Хироми — Шанс есть всегда, главное не упустить его в нужный момент. Ведь если рассуждать таким образом, мы идём на верную гибель. А я верю, что мы можем всё изменить.

Каллен — Возможно, ты прав, а может и нет. Об этом мы не узнаем, пока не поднимемся наверх. Поэтому, давай, для начала, завершим начатое.

Хироми — Я не знаю…

Каллен — Что это ещё значит?

Хироми — Возможно, я не хочу.

Каллен — То есть как это ты не хочешь? О чём ты?

Хироми — Я говорю об возвращении к себе домой. Мне ведь и здесь нравится.

Каллен — Перестань, ты бредишь. Как всё то, что с нами произошло, может нравиться?

Хироми — Понимаешь, в Токио я всего лишь обычный корпоративный работник, но тут… Тут уже совсем другое. Я наконец почувствовал, что живу, по-настоящему живу.

Каллен — Полностью, я тебя конечно не понимаю, но одно я знаю точно — привыкание тяжёлая вещь. Пройдут месяцы, и ты поймёшь, что потерял то, чего нет у большинства. Ценить свою жизнь нужно за то, что, как тебе кажется не имеет значения. И как только это что-то теряется, вдруг осознаёшь, что более этого не вернуть.

Хироми — Вот именно, что если это что-то и есть твой мир, в который я каким-то чудом попал? Тогда, покинув его, я буду с горечью вспоминать те времена, которые провёл здесь.

Немного отдохнув, они успели обсудить многое, что скрывалось глубоко внутри у каждого их них. Всё же время не ставилось на паузу, что и подтолкнуло Каллена, напомнить об этом Хироим.

Каллен — Ладно, а теперь уже действительно пора идти. Готов?

Хироми — Ты ведь знаешь, что нет.

Каллен — Тогда я спрошу по-другому. Ты хочешь вновь увидеть всех тех, кто для тебя дорог?

Хироми — Подлый приём, Каллен, очень подлый.

Окончив разговор, они вновь поднялись на ноги. Закинув мешки на спины, они пошли дальше, тратить остатки своих сил.

Тяжёлые шаги прошлись эхом по тёмному пространству. Веренкель, затаив дыхание, всматривался в пустоту. Страх сдавливал ему горло, не позволяя выдавить ни слова пощады. Ему казалось, что вскоре он покинет этот мир, с чем давно было смирился. Однако, когда перед его глазами отворилась дверь, он сразу понял одно — ещё слишком рано для его ухода. Свет, что обдал его затуманенный взгляд яркими лучами, не позволил ему в полной мере открыть свои глаза. Недолго думая, он принялся звать Слэя.

Веренкель — Слэй, ты ещё здесь?

Но ответа не последовало.

Веренкель — Послушай, я думаю, что это ловушка. Не стоит туда идти. Ты меня слышишь?

Только вот Слэй всё также не отвечал. До тех, пока Веренкель не закричал в полную силу.

Слэй — Ты чего так пугаешь? Я же тебя прекрасно слышу.

Веренкель — Тогда почему ты молчал?! Я ведь уже подумал, что что-то случилось.

Слэй — Подожди… Послушай, ты ведь тоже это слышишь?

Веренкель — Я ничего не слышу, перестань.

Слэй — Ангельский голос доносится из той двери. Разве ты… Ай, да не важно.

Веренкель — Так, послушай меня внимательно, Слэй. Стой на месте! Не вздумай…

Слэй — Нет, нет, нет. Извини, я считаю, мне необходимо вернуться. Может, ты уже сдался, но только не я.

Веренкель — Как же ты не поймёшь, эта дверь не выведет тебя обратно.

Слэй — Но…

Веренкель — Постой, теперь и я это слышу.

Подготовив войско, орудия и тактику ведения боя, Бирк вместе с Фотом были готовы выдвигаться. Начавшийся путь к озёрным деревням даровал им достаточное количество времени для того, чтобы всё хорошенько обдумать. Именно поэтому Фот подолгу молчал, размышляя над приказом собственного отца. Он понимал, что его персону ни во что не ставят, и годен он лишь для того, чтобы вызволить старшего брата. К тому же его голову всё больше посещали мысли о праведности их собственных действий. Ведь даже если выполнить те грёзы, что лились из уст Аарона с тех пор, как они встряли в аду, Фот никогда не воспринимал эти фантазии как что-то, принадлежащее его голове. Пустые мысли и столь же праздные слова не вызывали в нём более того трепета, что и раньше.

Фот — Как скоро мы прибудем на место?

Бирк — Думаю, не так скоро, как нам бы этого хотелось. Лошадей на всех не хватило, поэтому мы обязаны ожидать наших солдат, шагающих позади. Так или иначе, медленно, но верно мы движемся к новым территориям. Думаю, что это хороший повод немного отдохнуть.

Фот — Ну да… Слушай, Бирк, можно задать тебе вопрос?

Бирк — Конечно, о чём речь?

Фот — Как так случилось, что ты пришёл служить к моему отцу?

Бирк — Ох, я знал, что однажды ты заинтересуешься этим. Честно, я даже не знаю с чего начать.

Бирк немного помялся, прежде чем начать свой рассказ.

Бирк — Ещё когда мы были при жизни, я мечтал быть кем-то, кто сможет жить в верхних сословиях королевства твоего деда. Тогда это было всего лишь мечтой, ведь для меня, как представителя низшего класса, об этом можно было и не думать. Если бы не Аарон, я бы всё также жил в грязи. Я ведь из бедной, многодетной семьи. Наверное, можешь себе представить, каково это выживать в подобных условиях.

Фот — Извини, я бы хотел соврать, сказав, что понимаю. Но ты и сам знаешь, что я понятия не имею, что такое настоящие трудности. К тому же — вот это да!

Бирк — Вот это да? К чему ты это?

Фот — Просто ты впервые произнёс его имя. По крайней мере, в моём присутствии.

Улыбнувшись от гордости за преодолённый страх, Бирк вновь продолжил свою историю.

Бирк — Знаю… Дальше то хочешь услышать?

Фот — Конечно, конечно, продолжай.

Бирк — Дело было, когда я прогуливался вместе со своей матерью по утренней ярмарке, что проходила в верхних частях замка. Тогда мне удалось обнаружить одного человека, показывающего фокусы для всех желающих. Я отклонился от нашего с матерью маршрута. И пока, она торговалась у одной из лавок, я подошёл ближе к этому волшебнику. Правда, когда мне надоело и я решил уйти, мне этого сделать так просто не позволили. Двое громил встали за моей спиной, преграждая мне путь. Я хотел закричать, но меня прижали к стене, предварительно заткнув мой рот. Оказалось, это обычные шарлатаны, собирающие деньги с каждого, кто решил посмотреть на их представление. У меня не было сил, чтобы дать отпор, а уж тем более не было денег, чтобы откупится. Тогда ко мне подошёл юный принц. Представившись Аароном, он стоял вместе со стражей и указывал на меня. Тогда я подумал, что это конец. Теперь меня продадут или ещё чего похуже, однако оказалось что он спас мою жизнь. Стражи заковали мошенников и вывели их за ворота замка. С тех пор… Ну, ты и сам знаешь, сколько лет я уже на этом посте.

Фот — Ого, даже не верится. Чтобы мой отец и такое благородство. Видно, он сразу увидел в тебе верного союзника и друга.

Бирк — Ну почему же ты так удивлён? Разве то, что он делает для нас сейчас, не показатель его добродетели?

Фот — Да, наверное. Но это не важно.

Бирк — Ты ведь считаешь его плохим человеком, я вижу. Однако это не так, поверь мне.

Фот — Ладно, ладно я понял. Расскажи лучше, как ты решился на захват верхних земель.

От столь резкого выпада со стороны Фота, Бирк почувствовал странное желание замолчать и больше никогда не говорить об этом. Однако пристальный взгляд Фота, никак не покидал его голову.

Бирк — Ты хочешь знать почему? Мне казалось, это очевидно.

Фот — Мне тоже, раньше. Поэтому я хочу услышать твой ответ. Только честно!

Бирк — Я всё ещё помню то отчаяние, которое я испытал во время великой чистки. Беспомощность, хаос… Всё произошло слишком быстро. Столь быстро, что и по сей день я не могу простить себя за ту глупую смерть. Поэтому я хочу вернуться, поэтому я хочу вновь обрести плоть, чтобы исправить свои ошибки, коих я допустил великое множество.

Фот — Разве теперь мы не уподобляемся тем, кто отнял наши жизни? Ведь решать, кому умереть не может никто, кроме высшего существа.

Бирк — Хочешь сказать, что теперь ты уверовал в бога?

Фот — Как же я могу, ведь здесь мы благодаря иным силам.

Лязг металла от снаряжения оболочек раздавался эхом по всей округе. Слухи о наступлении врага уже донеслись до жителей озёрных деревень. Однако готовится к бою было слишком поздно, ведь враг уже возвышался над их головам, стоя прямо возле покидающего этот день солнца.

Когда, солнце опустилось за горизонт, у двух путников появилось время для отдыха. Хироми даже не стал есть пойманных крыс, которых Каллен зажарил на небольшом огне. Вместо этого он впал в полное забвение, потеряв всякий интерес к реальности. Внутри этого чудесного сна, он видел прежнюю жизнь, которая всё ещё цеплялась за его память мёртвой хваткой. Каллен решил не отставать. Быстро поев, он завалился, впадая в беспамятство.

Хироми — Опять?

Дракон — Разве ты не рад меня видеть?

Хироми — Уж и не знаю, должен ли.

Дракон — Наверняка ты и сам понимаешь, что тебе нужно обратно. И я здесь только потому, что в твоей голове всё ещё скрыты мысли о побеге.

Хироми — Можно вопрос? Только пообещай, что ответишь.

Дракон — Обещаю, спрашивай всё что угодно.

Хироми — Почему, а главное, как так случилось, что в этом ворохе событий, я играю ключевую роль?

Дракон — К сожалению или, к счастью, ты ошибаешься. Твоя роль второстепенна.

Хироми — Тогда почему этой второстепенностью стал именно я?

Дракон — Чтобы наконец избавить этот мир от страха и подарить ему надежду.

Хироми — Тем, что унесу артефакт в свой мир?

Дракон — Тем, что ты спасёшь нас от гибели, данным поступком.

Хироми — Что-то мне теперь не хорошо.

Дракон — Это последнее предупреждение, Хироми.

Хироми — Тогда что будет потом? Слышишь? Ответь!

Хироми почувствовал острую боль в голове. Повалившись на колени в собственном сне, он терял литры кровь. Рана, которая была у него на ладони, кровоточила словно, возникла только сейчас. Хироми не понимал, что происходит, однако дракона больше не было рядом, так же как и его сна. Провалившись в пустоту, он открыл свои глаза, увидев перед собой обожжённого Каллена.

Хироми — Что произошло?!

Каллен — Я ведь даже и сам поначалу не понял, — произнося спокойным голосом.

Хироми — Вот же. Я… Я не знаю, что со мной. Там была пустота, голос дракона, и он опять говорил со мной.

Каллен — Что он сказал тебе?

Хироми — Что это его последнее предупреждение.

Каллен — Ясно… Я знал, что всё плохо, но чтобы настолько.

Хироми — Не бери в голову, у нас есть время.

Хироми смотрел на Каллена, пытаясь всем своим видом показать, что ему стыдно за то, что бессознательно происходит с ним. Однако Каллен даже и думать про это забыл, ведь теперь у него были иные мысли, связанные со словами дракона.

Каллен — Мы ведь оба прекрасно знаем, о чём он говорит.

Поникший взгляд Хироми пугал Каллена. С каждым новым днём его состояние в этом мире лишь ухудшалось. Ноша, которая легла на его плечи, разрушала его рассудок. Лишившись дома, души и близких ему людей, он невольно впадал в безумие, которое даже не был в состоянии рассмотреть.

Хироми — В таком случае, пойдём дальше. Пока не дойдём, не станем спать!

Каллен — Ты уверен, что уже готов?

Хироми — Да, чего медлить.

Кивнув ему в ответ, Каллен поднялся на ноги, запрокинув мешок себе на спину. Он также вынул кусочек корня, чтобы хоть как-то подавить чувство голода. И поскольку у них не было возможности уповать на чью-то помощь, в этот раз, им пришлось решиться на долгий и затруднительный подъём, чуть ли не по ровной, как стена, уступу.

В больнице аппарат жизнеобеспечения нарушил покой мирно отдыхающих пациентов. Врач немедленно вбежал в комнату, обнаружив немыслимые двести ударов в секунду. Пульс Хироми зашкаливал, руки и ноги непроизвольно бились в такт, стрелки часов, а глаза, что, распахнувшись, смотрели на окружающий его мир, были абсолютно пусты, словно в них угасла сама надежда. Позвав на помощь всех, кого только можно было найти в это позднее время, они начали реанимационные работы по восстановлению жизнедеятельности Хироми.

Вот только, как бы они ни пытались, удача явно прошла мимо них. Ведь уже на следующее утро Хироми был мёртв. Его тело приняло другой окрас, глаза закрылись, а сердце перестало биться. Позвонив его родным, чья жизнь поделилась на «до» и «после», с дрожащим голосом врач констатировал смерть.

Ужасные вести разлетелись по всем, кто когда-то знал Хироми в лицо. Мать и отец сидели в очереди за телом своего сына, нервно всхлипывая от нарастающего ужаса. Им не верилось, что действительность может принять столь мрачный окрас. Однако они даже не подозревали, что ждёт их в скором времени. Ровно так же, как и Слэй, который, хоть и слышал Веренкеля, при этом не желал его слушать, медленно направлялся к ярко светящейся двери. Веренкель понимал, что эта дверь дарует им выход, однако обратного пути оттуда уже не будет, заперев их навеки в ином мире.

Веренкель — Слушай, я же прошу тебя по-хорошему.

Слэй — Да, да. Ври и дальше. Думаешь, я поверю тебе после того, как ты хотел себя умертвить?

Веренкель — Но я ведь не вру! Мне тоже хочется выбраться отсюда, однако так мы этого не добьёмся. Я ведь понимаю, что Аарона нужно остановить, поверь мне.

Слэй — Допустим, ты не врёшь. В таком случае у нас большие проблемы. Если эта дверь, как ты утверждаешь, не выведет нас наружу, то что нам делать? Иного выхода здесь нет.

Под утешающие голоса, доносящееся из дверей, призывающих двух глупцов принять свою судьбу и успокоится, Веренкель начал искать другой выход, ощупывая всё на своём пути. Несмотря на столь странное положение, он верил в свои силы.

Слэй — Ты чего замолк? Сказать нечего?

Веренкель — Да нет же, я просто ищу выход. Однако что-то подсказывает мне, что иного здесь может и не быть.

Слэй — Конечно, тем более что ты ищешь в полной темноте. Как ты вообще собираешься найти что-то в таком положении?

Веренкель — Не знаю… Если честно, я надеялся на твою помощь. Вдруг тебе удастся что-нибудь отыскать. Что скажешь, не поможешь старому другу?

Слэй — Я уже даже не знаю, хочешь ли ты помочь или просто тянешь время. Ты ведь хотел покончить с собой, как я могу тебе доверять после такого? В отличие от тебя, я ещё хочу пожить.

Веренкель — Ну хватит тебе это повторять, прошу. Я ведь сказал, что не буду делать глупостей. Тебе придётся мне поверить.

Слэй призадумался, опустив колкие упрёки в сторону Веренкеля. Повернувшись к двери, он крепко сжал кулаки, осознав, что он всё же может быть прав.

Хироми и Каллен ползли вверх, хватаясь за острые как бритва камни. Кровь стекала по их рукавам, пот лился градом, но всё же они преодолевали расстояние, которое всё никак не позволяло им взобраться на холм. Сил хватало с трудом, и чтобы одолеть это препятствие, им приходилось понемногу отдыхать, цепляясь за маленькие выступы. Останавливаясь на одном из таких, они промывали раны и перематывали их лохмотьями, которые остались у них от старой одежды.

Хироми — Слушай… Не знаю, как ты, но я дальше не полезу.

Каллен — А знаешь что? К твоему сведению — уже поздно! Понимаешь ты это или нет, нам придётся лезть дальше.

Хироми чуть было не упал от столь громкого протеста Каллена. Нервы были на пределе, и сдерживать себя было всё сложнее и сложнее. Поэтому Хироми пришлось согласиться, дабы не разжигать конфликт дальше.

Хироми — Ладно, ладно, только перестань кричать. Ещё что-нибудь нам на голову свалится.

Каллен — Извини, я просто есть хочу, вот и не в себе. Тот корень был совершенно безвкусный, а про какое-либо насыщение я вообще молчу.

Хироми — Что ж, тогда могу предложить тебе поймать ту летучую мышь, которая кружит возле наших лиц, наверное, уже на протяжении часа.

Каллен — И благополучно нырнуть вниз головой? Нет уж, спасибо.

Хироми — Тогда… Опять поползём?

Летучая мышь была не только потенциальным для них ужином, но и свидетельством того, что дальше взбираться было чрезвычайно опасно, ведь из-за темноты видно было ровным счётом ничего.

Каллен — Нет. Будем сидеть здесь до утра. Опасно взбираться в полной темноте. И я знаю, что я только что тебе сказал, но… Короче забудь, я очень устал, и чтобы не оказаться с разбитой головой, надо переждать эту ночь здесь.

Хироми — И как же мы будем спать в таком случае?

Каллен — Дай-ка подумать… Примерно никак.

Хироми опустил голову и посмотрел вниз. Несмотря на густой туман, зарывший собой земную твердь, он хорошо понимал, сколь жёстким будет их приземление в случае чего. Подумав о последствиях сна на столь узком выступе, ему сразу же перехотелось спать. Из-за чего он всячески пытался держать себя в бодром состоянии.

Хироми — Ладно, только если увидишь, что я начинаю засыпать, толкни меня, хорошо?

Каллен (с уставшей на лице улыбкой) — Что, неужели прямо вниз?

Хироми — Очень смешно…

Каллен — Да ладно тебе, не беспокойся, я понял.

С наступившей ночью у них появилось важное задание — не уснуть. И пока они успешно справлялись с этой трудностью. На их крики сошлись невидимые для них на тот момент тени, скрывающиеся под светом луны.

Днём, прогуливаясь в поисках трав, некто в балахоне услышал крики людей. Решив как можно скорее проведать обстановку, он двинулся в сторону исходящего звука. Когда он пришёл на место, стало ясно, что это двое обычных путников, выбравших для себя очень опасный подъём. Вернувшись в укрытие, он рассказал о двух людях, застрявших посреди крутого подъёма. Поначалу все остальные отнеслись к этому с великим предостережением, не желая вмешиваться в их судьбу. Однако спустя какое-то время они всё же пришли к единому выводу — их нужно спасать.

Фигура в балахоне номер один — Это они?

Фигура в балахоне номер два — Предполагаю, что да.

Фигура в балахоне номер один — Видно, мы всё же затянули с дискуссией, так бы не пришлось в потёмках лазать. Ну да ладно… кидайте им верёвку!

Закинув верёвку прямо в их руки, они посеяли страх между двумя ничего неожидающими людьми. Находясь в полудрёме, Хироми и Каллен подумали о галлюцинациях, начавшихся у них от недосыпа и долгого голодания. Однако страхи прочь, ведь за верёвкой последовал и чей-то голос.

Фигура в балахоне номер два — Ребята, вы в порядке?

Услышав отчётливый голос, Каллен резко поднял свою голову, увидев две затемнённые фигуры, нависающие над ними.

Каллен — Хироми, посмотри наверх. Ты тоже это видишь?

Хироми — Да… Но кто это?

Тогда-то Каллен задал им вопрос.

Каллен — Кто вы?

Фигура в балахоне номер один — Не бойтесь, просто беритесь за верёвку, и мы вас вытащим.

Посмотрев на лежащий рядом с ними канат, они долго сомневались. Однако в конце концов желание поспать хотя бы какое-то время было сильнее их страха. Поэтому, взявшись за верёвку, они стали свидетелями чрезвычайно лёгкого подъёма наверх. Оказавшись прямо перед двумя фигурами в балахонах, Каллен незаметно ухватился за рукоять своего клинка, чем сильно напугал прячущихся в тени монахов.

Фигура в балахоне номер один — Прошу вас, не нужно! Мы обычные монахи, что служат… Точнее, служили этой церкви.

С недоверием на лице, Каллен всё же убрал руку с меча, поклонившись раскрывшему свою личность монаху.

Каллен — Извините за это. Я подумал, что вы убийцы Аарона.

Фигура в балахоне номер один — Но ведь если бы это было так, нам незачем было бы вас спасать.

Каллен — Тоже верно… Извините, голова совсем не работает.

Фигура в балахоне номер два — Пожалуй, вам нужно поспать, я провожу вас к…

Хироми — Не стоит, у нас нет времени на сон, верно, Каллен?

Каллен — Думаю, сейчас не подходящий момент искажать мои слова, Хироми.

Фигура в балахоне номер один — Я прошу прощения, однако же здесь не безопасно выяснять свои личные отношения. Поэтому прошу, пройдёмте за мной.

Убедив Хироми пойти в укрытие, они скрылись в одной тёмной пещере. Внутри оказалось очень просторно и даже в некотором роде уютно из-за хорошо обставленного пространства. Не став спорить или говорить, они просто легли по местам и мгновенно погрузились в сон. Уже внутри сна Хироми вновь столкнулся с вечно преследующим его голосом.

Хироми — Только не говори мне, что так будет каждую ночь.

Дракон — Я не мог иначе, Хироми. Ты в большой опасности.

Хироми — Прошу тебя не прерывайся на полуслове.

Дракон — Твоё тело. Оно мертво.

Хироми — Что?!

Дракон — Если ты не вернёшь частицу себя как можно быстрее, то исчезнешь на веки. И здесь и там, более не будет существовать твоего сознания.

Хироми — Подожди, откуда тебе это известно?

Дракон — Узнаешь как только проснёшься, Хироми. Быстрее!

Проснувшись в холодном поту, Хироми быстро поднялся на ноги. Оглядываясь по сторонам, он увидел, что Каллен всё ещё спал. В отличие от монахов, которые, почему-то преклонялись перед ним, бормоча себе что-то под нос.

Хироми — Что происходит? Встаньте. Зачем вы…

Фигура в балахоне номер один — Вы пробудились, ваше сиятельство.

Хироми — Нет, нет, я не ваше сиятельство. Я…

Начавшийся хаос также пробудил Каллена, мигом открывшего свои глаза. Он медленно поднялся с кровати, только чтобы убедиться в том, что всё в порядке.

Каллен — Ну и что на этот раз тут происходит?

Хироми — Они думают, что я… Честно говоря, я не знаю, кем они меня считают. Просто скажи, что они путают меня с кем-то.

Каллен посмотрел на готовых внимательно слушать его монахов, которые всем своим видом выражали глубокое уважение к тем, кто спит в их священной пещере. Поэтому он сразу же принялся за свой монолог.

Каллен — Послушайте меня внимательно, перед вами находится священный артефакт. Именно благодаря ему мы намерены вернуть свет в этот потускневший мир. И именно поэтому мы просим вашей помощи.

Хироми с неподдельным интересом наблюдал за тем, что говорит Каллен. Однако то, что он начал им рассказывать, его не устроило.

Хироми — Перестань! Это всё ложь.

Каллен — Хочешь сказать, что Аарон просто так гоняется за тобой?

Хироми — Нет, но…

Фигура в балахоне номер один — Я извиняюсь за то, что прервал вас, но завтрак уже на столе. Пойдёмте, вам стоит подкрепиться, а заодно рассказать нам, в чём обстоит дело.

После этих слов Каллен мигом ринулся к столу, широко обставленному различными блюдами. Усевшись за стол, он заметил пропажу. Хироми так и не сдвинулся со своего места, он просто сидел и смотрел в пустоту. Конечно, как хороший товарищ по несчастью, он отвлёкся от трапезы и подошёл к нему, чтобы узнать о том, что его тревожит.

Каллен — Эй, ты чего тут сидишь? Разве тебе есть не хочется?

Хироми — Можно задать тебе вопрос?

Каллен окончательно оторвал взгляд от стоящих на столе блюд, пытаясь вникнуть в проблему Хироми. Усевшись поудобнее, Хироми рассказал ему о страхах, появившихся в его голове после того, как он узнал весть о своей кончине.

Хироми — Ты был действительно прав. Времени у меня больше нет… И что делать дальше, я даже представить себе не могу. Куда я теперь вернусь?

Каллен — Подожди, главное сейчас не паниковать. Важно то, что ты всё ещё здесь. А что это значит? Правильно! Значит, что время у нас имеется. Хоть и не так много…

Хироми — Ох, как же я на это надеюсь…

Каллен — Слушай, не хочу давить, но давай всё же поедим, а там уже глядишь, всё образуется.

Хироми — Последняя трапеза… Я не против.

Хотя Каллен позабыл о еде, его желудок постоянно напоминал ему о том, что пора бы забросить пару поленьев в тлеющую печку. Бросив взгляд на полные тарелки пищи, он позвал Хироми за стол.

Бирк остановился рядом с домами селян. Приказав солдатам занять оборонительные позиции, он послал Фота на поиски. Сразу же взявшись за это дело, Фот желал как можно быстрее справится, дабы вернутся ровно в срок. В то время как он искал своего брата, Бирк вышел на одну из улиц и попросил выйти того, кто главенствует в этой деревне. Однако минуты ожидания так и не увенчались успехом. На его желание наладить контакт, шойсты ответили тишиной. Тогда Бирк решил пойти другим путем, обращаясь сразу ко всем, кто укрывался в запертых домах.

Бирк — Наверняка вы многое о нас слышали, и именно поэтому не желаете выходить из своих домов. Однако мы не желаем зла тому, кто не настроен плохо по отношению к нам. Мы просим выдать принца тьмы, ведь это приказ вашего нового короля — Аарона.

Бирк знал, что шойсты прекрасно его слышат, однако никто из них не желал выходить на контакт. Решив, что это может быть и к лучшему, он приказал распределиться по деревне, чтобы помочь Фоту в поисках принца тьмы.

Один только вид орды Аарона, заставил жителей озёрных деревень врасплох, не дав им как следует подготовить себя к бою. Поэтому единственным верным для них решением стало молчание и полное бездействие по отношению к захватчику. Тогда-то Бирк и понял, что опасность им не грозит. Из-за чего даже позволил себе немного расслабится.

Фот брёл среди домов в поисках колодца, в котором по предположениям Бирка мог находиться его брат. Все жители прятались по домам, из-за чего Фоту стало не по себе. Завернув на одну из улочек, в конце он заметил что-то, очень похожее на колодец. Не медля, он подбежал ближе, посмотрев в зияющую пустоту. Конечно, ничего кроме тьмы ему увидеть не удалось, ведь сам колодец был достаточно глубоким. Позвав Бирка и остальных, он встал перед проблемой, которую необходимо было решить совместными усилиями.

В полумраке забытой пещеры, Хироми и Каллен присели на камни, возле небольшого столика, ломившегося от изобилия самых разнообразных блюд. Увидев мясо, Каллен вцепился в него зубами словно голодный до смерти зверь. Хироми, в свою очередь, по началу не сильно желал объедать людей уверовавших в ложь. Но всё же желудок не дал ему уйти просто так, заставляя того наесться как следует. Во время трапезы Каллен совершенно позабыл обо всём на свете, поглощая предоставленные им блюда, пока голос одного из монахов не спустил его с небес на землю.

Фигура в балахоне номер один — Надеюсь, вам по нраву наша еда? Мы собрали все продукты, которые только у нас были.

Каллен — Конечно, еда прекрасна, от того ещё страннее, что вы к ней не притрагиваетесь. К тому же меня сильно удивил тот факт, что у вас нашлось мясо.

Хироми — Всем этим, Каллен хотел сказать, что он премного вам благодарен за столь тёплый приём. И я, в том числе.

Фигура в балахоне номер один — Ну чего же вы, это ведь наша обязанность. Мы клялись помогать каждому кто нуждается в этом.

Каллен — Я прошу прощения, но мне всё же любопытно, откуда оно у вас?

Фигура в балахоне номер один — Наверное, вы имеете в виду мясо, верно?

Каллен — И не только. У вас такое количество запасов. Только вот откуда?

Фигура в балахоне номер один — Думаю, вам мы можем рассказать. Как считаете, братья мои?

Люди в балахонах тихо проголосовали за разглашение их так называемой «тайны».

Фигура в балахоне номер два — С твоего позволения…

Тот монах, что обнаружил двух путников, решил самостоятельно поведать историю, которая и привела их к нынешнему дню. Усевшись за столом рядом с ними, он начал свой рассказ.

Фигура в балахоне номер два — Когда Аарон пришёл на эти земли, пошатнув баланс нашего мироздания, во всех уголках наших краёв начали происходить перемены. К сожалению, церковь не стала исключением, подтвердив своё причастия в становлении нового порядка. Мы не хотели поддерживать Аарона и его цель, однако святой отец… Если его ещё можно так назвать, предал нас, заставив уверовать в новое положение дел.

Фигура в балахоне номер один — И так как мы предпочли отречься от нашего места, святой отец пригрозил нам расправой в самом жестоком виде. Тогда-то мы сговорились и покинули церковь в одночасье. Конечно, мы не планировали находиться здесь столь долго, так как были уверены, что святой отец знает об этой лазейке. Однако недели сменялись месяцами, а святого отца так и не было. Поэтому мы решили обосноваться здесь до лучших времён.

Каллен — Значит, вы стащили все запасы из церкви?

Фигура в балахоне номер два — Я бы не говорил об этом в таком ключе. Ведь мы работали день и ночь, только для того, чтобы получить ценное для нас пропитание.

Фигура в балахоне номер один — И всё же, в конце концов мы поступили правильно, оставив часть запасов малоимущим прихожанам, которые ещё могли захаживать туда день ото дня. Да и самому святому отцу также, несмотря на наш конфликт.

Фигура в балахоне номер два — Бог мне свидетель, брат мой! Я не верю в то, что он тот, кого мы когда-то знали. И тот факт, что ты пытаешься его осветлить, не идёт нам на пользу.

Хироми — Извините, что перебиваю вас, но вы сказали, что прибыли сюда по тоннелю. Однако, как бы я не старался, обнаружить его мне не удаётся.

Фигура в балахоне номер два — Дело в том, что это не тот тоннель о котором принято думать. Скорее, некое отверстие, по которому можно проползти. Если вы посмотрите туда, то сможете заметить его.

Хироми взглянул в сторону, на которую указывал монах, однако из-за кромешной темноты ему ничего не удалось разглядеть. Поэтому он поднялся на ноги, захватив с собой горящую свечу. Подойдя ближе, он наклонился, наконец увидев то, о чём говорил ему монах. Небольшое отверстие, в которое можно залезть только ползком, место, где о комфортном передвижении не может быть и речи. Всё же у Хироми появился план, который гарантированно приведёт их к нужному им месту, несмотря на все неудобства и опасности.

Вместе с армией солдат и Бирком, Фот вытащил прибитую к камню железную решётку. Привязав к себе толстый канат, он опустился на дно колодца, одновременно подзывая молчащего брата. Когда Фот достигнул самого дна, вступив на скользкую поверхность опустошённого колодца, он увидел сидящего возле стены принца тьмы.

Фот — Эй! Ты меня хоть помнишь?

Поначалу он не стал ему отвечать. Ведь его голова утратила способность к мышлению. Однако поприветствовать первого за несколько месяцев гостя он всё же сумел, впечатав Фота в стену одним замахом руки. Бирк услышал гул и сразу же запаниковал.

Бирк — Всем приготовится! Он невменяем, надеюсь все это помнят.

Солдаты подняли щиты и подготовили оружие к бою. В то время как Фот приходил в себя, принц тьмы сорвал с него канат. Поднявшись наверх, он оглядел вооружённых до зубов людей. Тогда он хотел было набросится на них, но вдруг в толпе заприметил лицо, о котором говорил ему отец. Бирк медленно подошёл к нему, чтобы объяснить ему положение дел.

Бирк — Тише, тише, ваше сиятельство, это я, Бирк. Надеюсь, вы меня помните.

Принц тьмы — Бирк… Отец, что с отцом?

Бирк — С ним всё хорошо. Именно он и приказал нам освободить вас.

Затуманенный взгляд принца тьмы не внушал надежды на то, что он поймёт хоть что-то, сказанное Бирком. Поэтому, чтобы не тратить время в пустую, он попросил его пройти к месту их остановки для того, чтобы вернутся домой.

Принц тьмы — У меня был, есть приказ… отец. Я не выполнил его. Мне нельзя…

Бирк — Ваш отец отдал вам новый приказ — вернуться домой. Поэтому вы обязанный исполнить его волю.

Принц тьмы — Отец приказал мне… Вернуться?

Бирк — Именно так, ваше сиятельство.

Принц тьмы — Значит… тому, я быть.

Выдохнув после столь успешных переговоров, Бирк обратился к своему войску.

Бирк — Так, услышьте меня! Всем вернутся к повозкам, немедленно! Мы выполнили свою работу.

Армия оболочек под предводительством принца тьмы двинулась в сторону повозок, на которых они сюда и добрались. Бирк же остался, чтобы вызволить Фота из заточения озёрных деревень.

Хироми осветил туннель, уходящий далеко вперёд, туда, где свеча теряла свои свойства, переставая освещать путь. Хорошо всё обдумав, он вернулся к столу, чтобы предложить свою идею Каллену.

Каллен — Думаешь, мы туда пролезем?

Хироми — Конечно. Они ведь смогли.

Каллен — Но… Я не уверен, что это хорошая идея.

Фигура в балахоне номер один — Не переживайте, он абсолютно безопасен. Мы ползали по нему не один раз.

Каллен — Понятно…

Лицо Каллен приняло сероватый оттенок, глаза задрожали от страха, а руки так и норовили нарушить покой их беседы, невольно подёргиваясь в разные стороны.

Хироми — С тобой всё хорошо? Выглядишь неважно.

Каллен — Понимаешь… Тут есть одна проблема… И…

Хироми — Просто скажи всё как есть.

Каллен потирал руки, не желая смотреть правде в глаза. Однако Хироми настаивал на том, чтобы он сознался.

Каллен — Мне… Я боюсь, ясно?

Хироми — Неужто, темноты?

Каллен (почти шёпотом) — Нет, как раз таки с этим у меня проблем никаких, но вот узкие пространства, это уже совсем другой разговор.

И ведь было понятно почему. Когда-то, в раннем детстве, Каллен вышел на прогулку в сады своей матери. Там он наткнулся на своего старшего брата, словно специально поджидающего свою жертву. Сказав неокрепшему и столь доверчивому Каллену о спрятанных под землёй сокровищах, он быстро ушёл, оставив его наедине со своими мыслями. Конечно, Каллену хотелось посмотреть на то, о чём ему рассказал брат, однако как только он оказался на предполагаемом месте, его охватила доселе невиданная паника. Узкая комната, неизвестного ему происхождения, находилась под землёй, скрываясь от любопытных глаз. Однако, ничего любопытного там не было, что сильно огорчило Каллена. Быстро выбежав на улицу, он ещё долго сидел под открытым небом, вспоминая тот ужас, который подкрался к нему в тот момент.

Хироми — Ого, я и подумать не мог, что у тебя клаустрофобия.

Каллен озадаченно посмотрел на него, показывая ему тем самым, что он не понял, о чём тот говорит.

Хироми — Клаустрофобия — это понятие обозначающее боязнь замкнутых пространств. Но я не думал, что ты боишься подобного, ведь…

Каллен — Я знаю, знаю. Ведь я же наследник престола. По крайней мере, был когда-то. Страх должен с рождения отсутствовать у меня в лексиконе, однако я всё равно боюсь.

Хироми — Я не это хотел сказать.

Каллен (удивлённо) — Правда?

Хироми — Все ведь чего-то боятся. Не корить же себя за это?

Каллен — Конечно нет, но был бы мой отец жив, он сказал бы — «бояться лишь дураки».

Хироми — Тогда предлагаю забыть про все предрассудки и залезть в туннель.

Каллен — Ты что, меня совсем не слушал?

Хироми — Но ведь иначе мы туда ни за что не попадём.

Каллен — Подожди, Хироми. Возможно, есть иной путь…

Каллен украдкой посмотрел на лица монахов, пристально слушающих их разговор.

Фигура в балахоне номер один — Подождите, неужто вы хотите попасть в церковь? Зачем вам идти туда?

Каллен — Это длинная история, на которую, к сожалению, у нас нет времени. Поэтому мне важно знать, есть ли тут ещё иные пути?

Фигура в балахоне номер один — Боюсь, что этот лаз кратчайший… Даже можно сказать, единственный. Но если вы действительно хотите пробраться внутрь, то вам абсолютно нечего боятся. Этот тоннель служит нам верой правдой вот уже несколько месяцев.

Хироми — Видишь? Он абсолютно безопасный.

Каллен — Но… Это не отменяет того, что я боюсь.

Хироми — Каллен, ты ведь и сам знаешь, что будет, если я сейчас же не попаду домой.

Каллен — Знаю. И в отличие от некоторых, я даже предупреждал о подобном.

Хироми — Хорошо, ты был прав, а я остался в дураках. Главное сейчас не это, а то, чтобы ты решился.

Каллен — Решился не решился, как будто бы у меня есть выбор.

Для двух путников, монахи собрали немного того, что уцелело после их утреннего застолья. Получив благословение, они взяли свечу и направились к чрезвычайно страшному для Каллена месту — узкому, скользкому пространству, из которого не получится взять и вылезти на полпути. Посмотрев по сторонам ещё раз, попрощавшись с монахами, Каллен сжал всю свою волю в кулак и двинулся следом за исчезающим в пустоте Хироми.

Получив тело сына, они долго не могли поверить в происходящее с ними. Им не верилось, что такое может действительно произойти. Уж с кем угодно, но только не с ними. Ведь они всегда следили за своим мальчиком, опекали и заботились о нём. Вот только забота вышла в совершенно иное русло, подписав Хироми смертельный приговор. Собравшись с силами, они приступили к организации прощания, желая проводить душу Хироми в мир иной.

Всё это время Слэй и Веренкель сидели в кромешной темноте, всматриваясь в двери, сияющие ярким пламенем. Поиски выхода не увенчались успехом, что сильно подорвало дух Веренкеля, расстроив его мыслью о конце своих дней. И хотя он в какой-то степени желал собственной кончины, в то же время он понимал, что для этого ещё слишком рано.

Слэй — Ты чего притих-то?

Веренкель — Уже надоело болтать. Вот и молчу…

Слэй — Тогда ищи дальше, нечего вот так просто раскисать. Ты ведь сам меня на это подговорил, а теперь отлыниваешь.

Веренкель — Ты ведь даже меня не видишь, откуда тебе знать, отлыниваю я или нет?

Слэй — Поверь, за долгие годы службы в армии Айзории я хорошо изучил твои повадки. Как только что-то идёт не по плану, ты начинаешь злиться, потом твой дух падает, и в третьем акте ты уже готов распрощаться с жизнью.

Веренкель — Ну что ж… Ты хорошо меня знаешь, что ещё мне тебе сказать.

Немного погодя.

Слэй — Ты помнишь, когда…

Веренкель — Только не это, давай-ка без воспоминаний о былом прошлом.

Слэй — Да перестань. Я хотел спросить, помнишь ли ты те времена, когда мы, бок о бок отбивали верхние земли от полчища тварей?

Веренкель — Ну, конечно, помню, как такое можно забыть?

Слэй — Тогда вспомни, как тебя награждали за твои заслуги и героизм. Как король повысил тебя до командующего армией Айзории. Да хотя бы скольким людям ты помог за всю свою жизнь.

Веренкель — К чему это ты всё?

Слэй — К тому, что тебе есть чем гордиться. Ты прожил яркую и честную жизнь. И проживёшь ещё, если перестанешь сидеть на одном месте и поможешь мне.

Веренкель — Возможно ты прав. Вот только Айзория охвачена Аароном, простые люди в страхе ютятся в заточении его армии, а уж то, что последует, если он осуществит свой план, вовсе бросает меня в ужас. Так что прошу тебя, давай помолчим. И как только я отойду…, помогу тебе короче.

Принц тьмы, в составе оболочек, покинул площадь, где располагался колодец. Бирк остался, чтобы помочь Фоту вылезти обратно наружу. Скинув ему канат, по которому он туда спустился, Фот смог вернуться на поверхность. Когда задача была выполнена, Фот встал возле одного из домов. Он не хотел двигаться с места, пока не узнает всю правду.

Бирк — Что-то случилось?

Фот — Ты ведь, наверняка, знаешь, почему, у моего брата напрочь стёрты все воспоминания?

Бирк явно не желал об этом говорить, ведь правда была не из приятных. Тем более, сам Аарон запретил ему что-либо об этом рассказывать.

Бирк — Давай, для начала мы вернёмся в замок, а там…

Фот — Нет. Я хочу услышать всё, что ты знаешь. Почему он меня не помнит? Почему он вообще ничего не помнит?

Бирк — Думаю, некоторые воспоминания могли утратиться, но не более того.

Фот не желал слышать столь наглой лжи, ведь только что он стал свидетелем радушного приёма со стороны своего старшего брата. Впечатавшись в плитку колодца, он понял, что это может быть неспроста. Что его память принадлежащая ему по праву, отдана кому-то иному.

Фот — Он вдарил мне так словно я пытался его убить, а не вытащит из заточения. Тогда у меня возник вопрос: почему он помнит тебя? Человека… Точнее, того, кем он когда-то был.

Бирк — Я… Я не должен об этом говорить.

Фот — Это из-за отца?

Бирк — Извини, Фот, но я правда не могу.

Фот — Это ведь как-то связано с договором между…

Бирк (раздражённо) — Извините меня, ваше сиятельство, но я не позволю вам говорить о подобном!

Фот — Так считаешь, это ложь? Думаешь, отец не пошёл бы на это?

Бирк более не желал продолжать этот разговор. Повернувшись спиной к принцу, он направился в стороны повозок, которые уже были готовы к отъезду. Вот только на полпути из городка он повернулся к нему, чтобы задать один единственный вопрос.

Бирк — Если ты так сильно ненавидишь своего отца, зачем ты согласился участвовать во всём этом?

Фот — Думаю, у меня не было выбора, равно, как и у тебя. Ведь в конце концов решать будем не мы, решать будут за нас.

Отвернувшись окончательно, Бирк продолжил свой путь к уже ожидающему его принцу тьмы.

Проползая по тоннелю, Каллен всё время думал об одном и том же. Пока Хироми наращивал темп, он цеплялся за любую возможность вернутся. Ведь его сердце казалось вот-вот выпрыгнет из груди, оставив своего хозяина лежать посреди неизвестности. Как сообщили им монахи, тоннель длиной не более двух километров с прямым и неизменным ландшафтом. Однако от этого спокойнее Каллену не становилось, ведь для него было проще взобраться по склону, чем ползти по узкому проходу с нависающими над головой многотонными булыжниками.

Каллен — Давай немного передохнём, прошу.

Хироми — Ты ведь понимаешь, что возможно меня уже хоронят!

Каллен — Пожалуйста, не говори так громко, у меня над головой камень готовый свалится в любой момент.

Хироми — Прости, просто я пытаюсь как можно быстрее предотвратить неизбежное.

Каллен — Знаю, но я правда устал. Все локти в крови, голова болит и хочется есть.

Хироми — Перестань, за тебя говорит страх. Ползём дальше.

Бирк вместе с Фотом вернулись на место общего сбора. Закинув все вещи, которые они подготовили в ожидании битвы, обратно на лошадей, они двинулись в Айзорию. В ожидании, принц тьмы смотрел в окно, наблюдая за открывающимся из салона видом. Когда Бирк и Фот сели по своим местам, не желая что-либо обсуждать, глаза принца тьмы оживились, уставив свой взор на Фота.

Фот — Чего тебе?

Принц тьмы — Почему человек с нами рядом?

Фот — За что мне это всё? Мало того, что он ничего не помнит, так он ещё и говорить разучился.

Бирк — Тише, Фот. Ты ведь и сам всё прекрасно понимаешь, так зачем же устраивать из этого представление?

Фот — Я так посмотрю, многоуважаемый Бирк, вы запамятовали, что я один из наследников трона. Однако куда же вам помнить об этом, я ведь ни за что не стану новым королём, верно? И ты об этом знаешь! Не зря же мы вызволяли его… Неспроста ты всегда говоришь со мной не так, как с остальными, словно я простолюдин.

Тон этого человека, пробуждал в нём внутренних демонов. Привстав со своего места, принц тьмы крепко ухватил Фота за руку, пристально всматриваясь в его лицо.

Принц тьмы — Он не нравится мне! Давай я его отсюда брошу на окно!

Бирк — Прошу вас, господин, отпустите руку вашего брата.

Принц тьмы (озадаченно) — Брат…

Принц тьмы послушался приказа, вернувшись на своё место. Повторяя себе под нос одно и то же, он наконец немного успокоился. Однако Фоту от этого стало не легче. Ведь даже после напоминания об их родстве в голове его брата ничего не всплыло.

Бирк — Понимаешь, я всегда считал тебя другим. Именно поэтому, я думал, мы можем говорить с тобой как обычные люди. Но отныне, я буду обращаться к вам так, как вы этого пожелаете, ваше сиятельство.

Фот — Нет, Бирк, прости меня. Я вспылил. Ты тут ни при чём. Я не хочу, чтобы что-то менялось. Давай просто забудем об этом.

Потратив немало усилий и времени, они вдруг остановились. Точнее, остановился Хироми, резко прервав свой движение.

Каллен (резко выкрикнув) — Чего встал?!

Хироми — Я вижу… кое-что.

Каллен — Поздравляю, а теперь давай дальше.

Хироим — Нет, нет, ты не понял. Я вижу свет в конце тоннеля!

Свет в конце тоннеля

Видневшийся свет бил Хироми в лицо. Он не стал спешить и медленно продвинулся к окончанию их пути. Сменив горизонтальное положения на вертикальное, он наконец почувствовал облегчение от того, что этот кошмар позади. Каллен с благодарностью и улыбкой на лице ещё долго лежал на мягком ковре не веря в то, что он смог преодолеть свой самый большой страх.

Оказавшись посреди покоев монахов, они заметили, что с тех пор, как люди ушли из этого места, новых добровольцев служить не прибавилось, оставив постели пустовать. Однако, несмотря на это, кто-то постарался на славу, расставив сотни мелких свечей по всей комнате. Свечей, служащих им ориентиром всё это время.

Каллен — Ну вот, мы и тут…

Хироми — Судя по твоему тону, что-то тебя смущает.

Каллен — Просто такое ощущение, что кто-то знал о нас и… Да не бери в голову, я наверное, уже совсем спятил.

Хироми — По этому поводу можешь не переживать, тут ты не одинок.

Присев на минутку, пока двери ещё были заперты и никто не знал об их присутствии, они некоторое время сидели молча, чтобы дать себе возможность обмозговать всё как следует. До тех пор, пока Хироми не задал решающий вопрос.

Хироми — Так, и что дальше? Я ведь должен как-то переместится или… Даже не знаю, исчезнуть? Ты говорил, что не знаешь что делать дальше, так что… как нам быть?

Каллен — Хм… действительно, я не знаю. Слушай, разве дракон не говорил тебе, что делать?

Хироми — Лишь чтобы мы попали внутрь. Не более того. Я ведь на тебя надеялся.

Каллен — И правильно сделал! Сейчас мы всё выясним. Для начала, как мне кажется, мы должны проследовать в коридор. Что думаешь?

Кивнув в ответ, Хироми медленно проследовал к двери. Открыв её, они тут же оказались посреди знакомого им зала. Центральный неф был виден невооружённым взглядом, так же как и свечи, которые горели ярким пламенем, освещая мозаику на стенах церкви. Готовясь к худшему, Каллен сжал рукоять клинка, дабы в случае чего нанести удар.

Хироми — Как-то тут тихо.

Каллен — А ты ожидал чего-то иного? Всё-таки ни один дурак бы не остался здесь после всего, что произошло.

Хироми — Верно, вот только мы-то сюда пришли. Значит, мы и есть те самые дураки?

Каллен — Отрицать не буду.

На минуту между ними повисла тишина. Однако вскоре они пришли к одному и тому же выводу. Из-за чего, без единого слова, они разделились, дабы всё как следует проверить. Каллен осматривал правую сторону от центрального нефа, в то время как Хироми двинулся в левую. Пройдя все закутки и заглянув во все помещения, они так и не нашли ничего, что помогло бы Хироми вернуться домой.

Каллен — Так, что скажешь, нашёл что-нибудь?

Хироми — Ни единой подсказки. Кажется, мне что мы встряли.

Сильные порывы ветра пытались пробиться сквозь мощные двери церкви. Казалось, что они вот-вот слетят с петель и ударят об плитку. Однако что-то мешало им раскрыться, по крайней мере, пока. Хироми почти что отчаялся из-за столь грустного положение дел. Однако надежда всё ещё жила в нём, именно она привела его к мысли о последнем не проверенном им месте в этой церкви — алтаре. Вот только и здесь их не поджидала удача. Действительность разбила последнюю надежду Хироми на понимание происходящего. Облазив всё вдоль и поперёк он пришёл к выводу — пришло время для паники.

Хироми — Так, это явно тупик. Я даже представить себе не могу, что дракон имел в виду, когда говорил, что нам нужно сюда вернуться. Мне казалось, что оно как-то само собой образуется, но мы бродим тут уже не один час!

Каллен — Так, для начала прекрати тараторить. То, что мы чего-то не нашли ещё, не означает, что этого вовсе нет. Возможно, дракон дал тебе подсказку, но ты попросту не можешь этого вспомнить. Если так, попробуй обратиться к нему прямо сейчас.

Хироми попытался призвать к дракону, который вечно появлялся у него в голове в неожиданный момент, однако на этот раз, никто не спешил отвечать на его просьбу о помощи. Ветер становился всё суровее, обдавая фасад церкви колкими ударами снежинок. Становилось всё холоднее, из-за чего Каллен решил немного поесть. Сев на одну из лавок, он снял мешок, открепил клинок с пояса и положил его себе на колени. Пожевав немного, он сразу же почувствовал себя лучше.

Каллен — Может быть, ты тоже хочешь подкрепиться?

Хироми — Нет уж, спасибо. Не понимаю, как ты вообще способен есть в такой ответственный час.

Каллен — Не знаю как, но теперь мне стало гораздо легче. Знаешь, буря разыгралась не на шутку. И если уж так подумать, нам даже некуда бежать. Поэтому лучше быть сытым, если придётся тут ночевать.

Хироми — Бежать, я, итак, никуда не собирался. Всё-таки это мой последний шанс на спасение.

Каллен — А вот тут, я бы хотел тебе сказать — я говорил. Теперь ты и сам видишь, к чему привело твоё желание остаться. И если ничего не выйдет, то ты станешь призраком. А тут уж тебе никто не поможет. Даже дракон.

Хироми — Знаю, он уже говорил мне об этом. И на будущее давай не говорить о страшном в такие моменты. Становится только хуже.

Повозка, в которой находился Фот, наконец прибыла к вратам замка Айзории. Ночь выдалась ветреной и снежной, что значительно затруднило их путь. Однако радость от того, что всё прошло как надо, перечеркнула все природные невзгоды. Бирк вступил на землю Айзории победителем, желая как можно скорее показать свой успех господину. Вот только, поднявшись наверх, в тронный зал, где восседал новый король этих земель, Бирк не нашёл Аарона. Он спрашивал солдат, которые могли проходить мимо, однако никто так и не дал ему вразумительного ответа. Чувства Бирка были смешанными, ведь он не знал, что делать дальше. Без указания он, словно старый механизм, вдруг остановился, не понимая, кто он, и зачем всё ещё тут. Когда Фот узнал об этом, он также принялся искать отца, однако никого так и не нашёл.

Ночное небо заволокло самыми тёмными тучами, что когда-либо видел Каллен. Выглядывая из открывшегося от ветра окошка, он то и дело ловил себя на мысли, что его способность выходить из сложившихся ситуаций исчерпана.

Всё время думая о том, что произойдёт дальше, Хироми не мог успокоиться, раз за разом прохаживаясь по коридору. Пытаясь достучатся до внутреннего голоса, он только больше поддавался панике. Однако в один момент их идиллию нарушили двери, которые всё же под натиском снежной бури открылись настежь.

Хироми — Каллен? Тут…

Каллен — Вижу, вижу. Сейчас закрою.

Каллен прошёл по коридору к двери, чтобы закрыть её поплотнее. Вот только начав задвигать одну из затворок, он обнаружил чьи-то бледные глаза, смотрящие на него из вороха клубящихся снежинок. Каллен попятился назад, туда, где он оставил клинок, однако глаза вдруг приобрели очертания, которые были ему так знакомый. Аарон вошёл внутрь церкви, удерживая одной рукой сосуд смерти.

Каллен — Хироми, беги!

Услышав крик Каллена, Хироми обернулся в сторону двери. Обнаружив Аарона на пороге, он встал в ступор, позабыв обо всём на свете.

Каллен — Беги, чтоб тебя!

Аарон — Каллен… Мальчик мой, разве ты не знаешь, что от смерти не убежать?

Медленно пятясь назад, Каллен всё время смотрел на говорящего ему что-то Аарона. Хироми не мог даже сдвинутся, оцепенев от страха перед огромной, тёмной фигурой, почти разложившейся от долгого срока пребывания в мире живых. Внушая ужас, Аарон продвигался всё ближе и ближе в сторону алтаря.

Аарон — Всё же скоро это станет возможным, и тогда ты наконец…

Каллен — О чём ты вообще говоришь?!

Аарон — Ты что, совсем меня не слушал? Я ведь только что…

Каллен — Больно мне это нужно.

Аарон — Говоришь прямо как твой отец.

Каллен — Хироми, не стой там просто так!

Однако он не мог не только пошевелится, но и услышать что бы то ни было, погрузившись в диалог с тем, кого он так упорно дожидался.

Дракон — Хироми, это я. Надеюсь, ты меня слышишь.

Хироми — Слава тебе… Я слышу, но где же ты был раньше? У нас ужасная ситуация, тут Аарон, и без твоей помощи нам не справится. Умоляю, скажи, что нам делать.

Дракон — Я знаю, что должен был откликнуться раньше, однако это бы никак вам не помогло.

Хироми — Прошу, просто скажи, что мы обязанный делать!

Дракон — Как только ты преодолеешь свой страх, всё станет на свои места. Вернётся в прежнее русло.

Хироми — Какой ещё страх?

Дракон — Каллен нуждается в тебе, Хироми.

Хироми — Но что мне делать?

Дракон — Просто открой свои глаза.

Открыв глаза, он увидел страшную картину. Лицо Аарона было столь близко, что он не сразу осознал происходящее вокруг. Защищаясь от его удара, с помощью артефакта он прожёг тому конечность, остановив того на некоторое время. Когда Хироми отошёл на безопасное расстояние, он увидел лежащего на полу Каллена, всё ещё стонущего от полученных им ран.

Каллен — Ты что, там встал как вкопанный то?! Я же тебя звал…

Хироми — Прости, что не вовремя, но что произошло?

Хироми поднял Каллена на ноги, наблюдая за тем как спокойно Аарон выжидал заживления своих ран. На его лице не было ни капли переживаний, будто бы он знал исход сей встречи заранее.

Каллен — Когда ты там застрял, я взял волю в кулак и самостоятельно бросился к мечу. Схватив его в руки, я тут же почувствовал силу артефакта, из-за чего начал своё нападение. И хотя я нанёс ему значительные повреждения, он, кажется, этого не почувствовал. А в момент моей озадаченности, он взял меня за шею и швырнул через всю церковь, впечатав меня в стену.

Хироми — Вот же… Извини, если сможешь. Просто этот дракон, чтоб его, опять пришёл в самый неподходящий момент. Ты ведь сможешь идти? Нам всего-то нужно покинуть это место.

Тут же громкий голос Аарона пронзил церковь оглушающим эхом.

Аарон — И куда же вы это собрались? Хироми, Каллен, я пришёл сюда ради того, чтобы поговорить. А вы хотите бежать?

Хироми подталкивал Каллена к выходу, однако тот всё время сопротивлялся, не желая сдвигаться с места.

Каллен — Думаю, я смогу стоять самостоятельно, спасибо.

Хироми — Ладно, но ты всё же поторопись.

Отпустив Каллена, Хироми побежал к двери, надеясь как можно скорее покинуть это злачное место. Однако, подбежав к порогу, он резко остановился перед захлопывающимися дверьми. В тот момент, прямо перед его лицом исчез единственный и последний шанс на спасение.

Аарон — Зачем? Зачем вы вечно всё усложняете?

Каллен — Хироми, сюда!

Хироми — Нам надо открыть двери. Иначе…

Каллен — Ты что, не понимаешь?! Сюда!

Аарон — Думаю, мы могли бы решить всё спокойно.

Каллен — Я ни за что не прощу тебя за то, что ты сотворил, Аарон. Ты ведь мертвец, тебя не должно быть тут, но всё же ты выбрался из ада на поверхность. И всё ради чего?! А хотя это неважно, я не хочу знать, ведь твои оправдания ничего для меня не значат. Сегодня, я либо исправлю несправедливость, либо стану её частью.

Аарон — Великолепная речь, Каллен, вот только всё предрешено. Ты ведь и сам об этом прекрасно знаешь.

От такого удара ноги Каллена тут же подкосились. Слова дракона вновь всплыли в его сознании, соприкоснувшись с теми, которые он только что услышал от Аарона. «Было ли это задумано богом?» — всё время звучало у него в голове.

Постояв ещё некоторое время у запертых дверей, Хироми всё же решил послушать Каллена, вернувшись на место. Вот только, что-то явно изменилось. Как будто бы силы покинули его. Из-за чего Хироми повалился на землю, совершенно не понимая, что происходит.

Хироми — Каллен, что это значит? Почему я…

Увидев, как Хироми лишается жизни, Каллен окончательно рассвирепел. Быстро передвинув его тело к стене, подальше от битвы, которая вот-вот должна была начаться, Каллен незамедлительно набросился на совершенно неподвижно стоящего Аарона. Достигнув своей цели, одним ударом он срубил его руку, которая сразу же превратилась в сплошную пыль. Нанеся второй удар, он попал прямиком в его лицо, которое всё также смотрело на него своими устрашающими глазами. Каллен чувствовал, что что-то было не так. Однако — что? Уже совсем другой вопрос. Сокрушив Аарона, тот упал на одно колено, преклонившись перед истинным королём верхних земель.

Каллен — Уходи, Аарон, на этом всё закончится. Если ты…

Аарон тут же ударил оставшейся рукой прямиком в челюсть Каллена. Упав на лопатки, его пробрала острая боль от головы до пяток, казалось, что после такого он точно не жилец. Пытаясь встать, он невольно задумался о том, как быстро он превратился из кошки в мышь.

Пока Каллен лежал, Аарон заживлял свои раны. Когда процесс окончательно завершился, он встал с колен, и подошёл ближе к своему оппоненту. Тогда-то Каллен и поднял голову для того, чтобы взглянуть в его бездушные глаза.

Аарон — Взгляни на себя! Я отобрал твой меч, уничтожил то, что было для тебя так дорого, и всё же ты куда-то пытаешься доползти. Стоило ли оно того?

Каллен (стиснув зубы) — Неужели ты считаешь, что смог меня одолеть?

Аарон — Но ведь не станешь же ты этого отрицать?

У Каллена не было сил, он испытывал безумную бурю эмоций, однако боль перечёркивала всё на корню. Любые попытки встать на ноги не приводили ни к чему хорошему. Сломанные рёбра, рука и выбитое плечо, не помогали ему справиться с нависшей над ним угрозой. В тот момент Хироми также не мог ему помочь, ведь он лежал совершенно потеряв сознание.

Каллен — Ладно, забирай клинок, но прошу, отпусти его. Верни Хироми домой.

Аарон — Чем же он тебе так дорог?

Каллен — Разве не ясно? Он мой друг, однако тебе этого не понять, как бы ты ни старался.

Аарон — Неужели? Когда-то и я дружил… Вот только с тех пор всё превратилось в прах.

Отдалившись в сторону алтаря, Аарон наконец приобрёл всё то, что было ему необходимо. Изредка он посматривал на то, как медленно, но верно угасает Каллен. Он понимал, что если бы они не противились, всего этого бы не было вовсе. И всё же, уже было поздно…

Придерживая меч в правой руке, он сильно призадумался над просьбой юнца. Пойти ли на встречу или всё же не стоит? Ответ на этот вопрос не сразу пришёл ему в голову. Поэтому, не теряя времени, он направился в сторону артефакта.

Каллен — Стой! Я не позволю тебе!

Аарон — Ох… Ну ты ведь только что сам поставил мне условие. Зачем ты… Я ведь уже согласился тебе помочь.

Каллен — Я не дам тебе второго шанса!

Собрав всю волю в кулак, Каллен вскочил на ноги, испытав при этом раздирающую изнутри боль. По мере приближения к Аарону, он то и дело слышал, как его кости трещат по швам. Оставаясь у алтаря, Аарон стоял к нему спиной. Установив сосуд прямо по центру, он освободил тем самым свою левую руку. Крепко ухватившись за меч, Аарон нанёс сокрушительный удар по подбегающему к нему сзади Каллену. Впечатав того в плитку, он наблюдал, как алая кровь вытекает из его неугомонного духа.

Двери, что освещали им выход из этого места, медленно закрывались, оставляя Веренкеля и Слэя в кромешной темноте.

Слэй — Что-то происходи… Смотри в оба!

Веренкель — Да, вижу. Двери закрываются.

Слэй — Странно, почему же вдруг? Неужто мы упустили свой шанс?

Веренкель — Хотелось бы и мне знать. Однако ты прав, нужно смотреть в оба, мало ли что.

Истекая кровью, Каллен лежал на полу. Удар полностью сокрушил его изнеможённое тело, не оставляя ни шанса на победу. Аарон заканчивал обряд, принявшись за последний ингредиент, заключительную деталь, если можно так это назвать. У стены, прислонившись спиной, лежало обмякшее тело Хироми. Этот последний винтик в механизме жизни, который нужен ему для того, чтобы исполнить свою мечту.

Аарон проследовал к Хироми, краем глаза поглядывая на жалкие попытки Каллена подняться на ноги. Ухватив Хироми за шею, он забросил того себе на спину, словно некий мешок. Каллен смотрел на это с полуоткрытым глазом, что ещё был способен внимать окружающую его действительность. Боль перечёркивала каждую возникшую в его голове мысль. Однако одно он понимал — если не сейчас, то будет слишком поздно.

Дрожащими руками, он приподнялся на локти, пытаясь призвать Хироми из его сна.

Каллен (из последних сил) — Хироми! Хироми!

Аарон — Тебе не стоит так напрягаться. Твоя оболочка явно не выдержит этого.

Каллен — Ты… Из-за тебя я в этом положении!

Аарон — Правда?

Каллен — Не смей…

Аарон — Впрочем, не важно, так или иначе ты лежишь, не имея возможности подняться на ноги. Так почему бы тебе просто не закрыть свои глаза? Отдых тебе явно не помешает.

Аарон положил Хироми рядом с сосудом. Подготовив всё необходимое, он наконец оказался там, где мечтал всю свою смерть.

Каллен полз, скрипя зубами от боли, к алтарю, не имея понятия в чём смысл его неумолимо глупой затеи. Не обращая внимания, Аарон замахнулся мечом, устремив лезвие прямиком в сердце Хироми. Издав душераздирающий крик, Каллен потерял последние силы, полностью лишившись сознания. Меч пронзил плоть Хироми, образовав зияющую рану. Кровь стекала по алтарю на пол образовывая целое море алой жидкости. На мгновение его глаза открылись, Хироми попытался что-то сказать, но тут же погрузился в сон, лишаясь того, что доверили ему хранители.

Энергия артефакта исходила из раны на теле Хироми, испепеляя хрупкую оболочку Аарона. Огромный столб света, пробивающийся сквозь окна церкви, был виден каждому, кто проживал на верхних землях.

Услышав шум, Бирк незамедлительно подскочил к окну, прихватив Фота вместе с собой. Они долго смотрели вдаль, не веря в то, что действительность обернулась к ним лицом. Закричав от радости, он принялся повторять одно и тоже, раз за разом.

Бирк — Он это сделал! Он это сделал!

Фот — Неужто мы…

Бирк — Скоро мы обретём жизнь, Фот! Скоро мы станем живыми!

Фот — Но ведь…

Бирк — Ну ты чего?! Где твоя улыбка?

Фот — Наверное, она осталась в гробу…

Вытащив артефакт, Аарон запечатал его в сосуде, чтобы раз и навсегда положить конец круговороту жизни и смерти. Лишив всех живых существ возможности отойти в мир иной, медленно, но верно, Аарон чувствовал, как эта самая жизнь возвращается в его искалеченное временем тело.

Пока Каллен лежал без сознания не подозревая о том, что только что произошло, Хироми лишился жизни, однако обрёл ту, которая, как ему казалось, исчезла навеки. Вернув свою душу, он погрузился в темноту, из которой не было выхода. С закрытыми глазами он ожидал своего часа. Часа, когда он сможет пробудиться от этого страшного сна.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге