Проблемы некроманта ведьму не волнуют!

Пролог

- Да чтоб тебя Кербер сожрал и не подавился!

Парень стоял по колено в тухлой воде и вполголоса ругался. Когда-то это место было озером, но сейчас скорее напоминало покрывшееся тонким слоем ряски болото. Было сыро, противно, и все чесалось. Мошки, чтоб их расплющило, и не нашлось ни одного некроманта в округе, желающего их воскресить!

Некромант-то как раз был. А вот желания воскрешать тех, кто заставлял его стыдливо оглядываться, чтоб почесать самые труднодоступные (для всех кроме этих назойливых мошек) места – не было.

Вообще, в этот день у него сразу все пошло не по плану.

Сначала он опоздал на работу. Да так глупо, что до сих пор не понимал, как с ним такое приключилось-то. Разлепив с утра глаза, он, злой и страшный некромант, гроза всех соседей, чуть не заорал. Сверху на него смотрела чудаковатая черная морда с большущими жёлтыми глазами и высунутым из пасти кончиком языка. Парень подорвался, путаясь в одеяле, вспоминая хоть что-то, кроме ругательств, и только отпрыгнувна пару шагов, обернулся.

Обычная черная кошка. Точнее, обычный уличный кот. Наглый, самоуверенный и сожравший оставленный с вечера на столе кусок вяленой колбасы. Никакого уважения к голодным некромантам! Так этот гад, кот то есть, умудрился еще залезть на полку прибитую над изголовьем кровати. Полка итак держалась только на проклятьях, которыми некромант регулярно ее покрывал, когда забывался и стукался об нее головой в темный предрассветный час. Ну не та у него профессия, чтоб возвращаться домой засветло, не та. И сейчас этот кошак, продолжая нагло облизываться, смотрел на полуголого парня с таким презрением, что в голову сама собой закрадывалась мысль – а вдруг его бывшая девушка все же была ведьмой и умела превращаться в животных? По крайней мере, смотрела она на него примерно также.

Скорее из чувства обиды, чем здравого смысла, некромант запустил в полку маленький смерч. Кота проучить. Но вышло… как вышло. Полка, конечно, рухнула. Кот, конечно, уцелел, ловко спрыгнул на кровать, потом перемахнул на стол и, одарив напоследок хозяина комнаты презрительным взглядом, не спеша вышел в окно.

Тут-то некромант и заметил, что на улице уже вовсю шла торговля, и пахло оттуда конским навозом и свежей (или не очень) рыбой. Не булочками! А это был повод в который раз за утро ругнуться. Ароматы с улицы были своеобразным будильником - если пахло выпечкой, значит утро и пора собираться на работу. А если лошадьми и рыбой, значит пора готовиться получить нагоняй от начальства за опоздание.

Ну и дальше все закрутилось как-то само собой. Пуговица отлетела, проезжавший мимо извозчик обдал его водой из единственной на всю улицу лужи, начальник, разумеется, собрал совещание прямо с утра, и на опоздавшего смотрели все - кто с укором, кто со злорадством. И, конечно же, выдали ему задание из самого конца списка.

Стандартный обряд, проводимый раз в десять лет. Забраться в самую глушь страны, влезть на гору, покрытую колючими кустарниками, найти обмелевшую реку и вновь спуститься, только теперь стараясь не упустить ее из виду. Выйти к болоту, к которому та река вела и простоять по колено в воде почти час, на радость комарам и мошкам.

На самом деле, задание было ответственным – проверить надежность границы миров. И плюсы в том, что находилась она так далеко от города тоже были – меньше шансов, что кто-то по глупости выпустит в этот мир какую-нибудь тварь. А их в нижнем мире хватало! Там один страж границы чего только стоил! Ладно хоть охранял он ее с той стороны – встретиться с ним не хотелось бы и в более удачный день.

Но разве начавшийся с опоздания день мог завершиться так, как того хотел некромант?

Вначале все шло стандартно. Ноги, правда, мерзли и сапоги медленно тонули в устилавшем дно иле. Но руны, зависшие в воздухе, постепенно наполнялись магией, заученные со студенческих времен заклинания эхом разносились по округе, а граница миров крепла.

Все шло по плану, пока особо надоедливая мошка, не проникшаяся важностью момента, не укусила парня за глаз. Да больно так и неожиданно, что слова вырвались сами.

- Да чтоб тебя Кербер сожрал и не подавился!

Парень зажал рот рукой, но было поздно. Заклинание было испорчено. Слова сказаны. В тот самый день, когда граница тоньше всего, а воздух напитан магией.

Мир дрогнул. Дурно пахнувшая вода вдруг засеребрилась. Посередине озера стал закручиваться водоворот, а в воде проявились красные всполохи. Некромант смотрел во все глаза – не пригрезилось ли? Но нет, не с его везением. Из отражения на него действительно скалил зубы огромный трехглавый пес, черный, словно впитал в себя всю тьму из людских душ. Он пригнулся, глухо зарычал, и даже от отдаленного звука кожа покрылась мурашками, стиснутые зубы скрипнули.

А потом Кербер прыгнул вперед, разбивая вдребезги границу миров.

Глава 1

Рыжая девушка бодрым шагом двигалась к домику на окраине, изредка останавливаясь, чтобы перебросить в другую руку большую, накрытую вышитой белой тканью корзину. Тяжелая, зараза! Но и оставлять не хотелось – слишком манил аромат свежей выпечки, а от запаха копченой колбаски рот наполнялся слюной.

Вообще, она не то чтобы торопилась и планировала еще заскочить в несколько лавок в городе - дел сегодня было немного, а дома никто не ждал. Вот только, как назло, встретилась ей одна из клиенток и утащила к себе в гости, а под шумок и новый заказ оставила. Честной ведьме уже и прогуляться спокойно нельзя!

Никак не жилось двум соседкам спокойно. Ведьме-то хорошо – то одна за зельем придет, то вторая. Все лишняя монетка или, как сегодня, корзинка домашней еды. Да только фантазии уже на них не хватало!

Начиналось все вполне прилично. Постучалась в дверь ведьминского дома Марфа, женщина в самом соку, как говорится – кровь с молоком. Ростом не ниже взрослого мужика, коса толщиной в руку да грудь такая, что перешибить можно ненароком. Даже ведьме стало неловко, когда она на ее порог взошла да недобро так из-под цветастой косынки взглянула.

Хотелось женщине немного – насолить соседке. А то ишь, корова у нее молока больше дает да капуста отрастила листву шире, чем задница у старостиного коня. Вот Марфа и пришла за помощью к новенькой ведьме, что только недавно поселилась в избе на окраине. Там и до нее ведьма жила, да сгинула уж несколько лет как.

Заказ у Марфы приняли. Пришлось быстро, чтоб глазастая женщина не усмотрела среди понаставленных коробок чего лишнего, выдать ей зелье для коровы да удобрения на сушеной крапиве. Будет у нее удой лучше, а капуста в рост попрет – соседка сама обзавидуется. А раз клиентка первой была, Марфе и скидку хорошую сделали – на удачу. Не вздорной бабе, а ведьме. Чтоб прижилась в этом городишке.

С тех пор и ходили соседки по очереди. Уж второй год пошел, как они все соревновались меж собой – у кого урожай больше, а у кого сено зеленее. Вот и ведьме перепадала с их конфликтов то монетка, а то корзинка. Женщины не скупились.

Так и сегодня оставила ей Марфа новый заказ да с пустыми руками не отпустила. Пришлось менять планы и идти домой, чтобы не гулять с тяжелой корзиной по городу. Город-то так, одно название. В центре большой рынок, пару рядов лавочек со всякой всячиной, несколько таверн и площадь с фонтаном. Дальше несколько улиц с домами знати – загородные имения аристократов да дома зажиточных купцов. Потом потихоньку расползались в стороны домики победнее, что уже скорее напоминало большую деревню – с небольшими огородами и кучей хозяйственных построек.

Дорога к дому ведьмы была всего лишь извилистой тропинкой. Город уже кончился, так, виднелись еще вдалеке крыши домов. Теперь оставалось пройти редкий березняк и ручей с наскоро сколоченным мостиком.

В том редком лесочке ведьма и остановилась. Рука уже начинала ныть от увесистой ноши, да и не перед кем было больше держать лицо – можно сделать то, о чем мечталось уже почти полчаса. Девушка выбрала ближайшую полянку, уселась на поваленное недавним ураганом дерево и сняла с корзины тонкую ткань.

В нос ударил аромат чеснока, смешавшийся с запахом сдобных булочек. Плевать, что они с сушеными ягодами – рука ловко выцепила из корзинки первую же сдобу да круг колбасы. Как же вкусно! Ведьма чуть не мурчала от удовольствия, зарываясь зубами в мягкое воздушное тесто. Если бы кто из ее однокурсниц узнал, что она работает буквально за еду – не поверил бы. А ей было плевать. За такой вкусный обед она готова была сделать хоть полный котел так не любимых ею приворотных зельев. Главное, чтобы об этом не прознали в городе. А настоящая ведьма может себе позволить маленькую слабость.

Когда круг колбасы уже превратился скорее в полумесяц, а рука тянулась ко второй булочке, прямо за спиной девушки раздался тихий звук. Рука замерла, так и не забравшись в корзину. Показалось? Или кто-то действительно сумел неслышно к ней побороться? Но звук повторился. Кто-то скулил. Робко, просительно.

Обернувшись, ведьма столкнулась с немигающим взглядом желтых, почти скрытых за черным зрачком, глаз.

- Опа, а ты чья?

Собака. Размером чуть меньше самой девушки и черная, словно безлунная ночь. В длинной шерсти местами запутался репейник, а из приоткрытой пасти капала слюна. Но после вырвавшихся слов пасть захлопнулась, клацнув зубами, а зверь недовольно фыркнул и укоризненно склонил голову набок.

- Упс, прошу понять и простить, - девушка откинула за спину копну рыжих волос, что мешали рассмотреть гостя, и улыбнулась, - но вопрос тот же – ты чей?

Пес, разумеется, не ответил. Он повел носом и потянулся вперёд.

- Ну конечно! Какие ты ответы хочешь получить, бестолковая ведьма, когда тут дело пахнет колбасой, - девушка сделала вид, что задумалась, а сама отвела руку с заветным лакомством подальше. Пес вновь заскулил и потянулся за рукой, почти положив морду с мокрой, обслюнявненной пастью на плечо девушке. – Эй, фу! Ты мокрый и противный!

Пес ткнулся черным шершавым носом ей в щеку, а потом, прямо с места, перемахнул через сидящую на поваленном дереве ведьму и уселся перед ней.

- Ничего себе ты здоровый! – она даже растерялась, когда поняла, что пес достает ей почти до плеча. В ответ раздалось нетерпеливое поскуливание. – Никакого уважения! Дожилась, итак работаю за еду, а еще и каждый первый встречный так и норовит обокрасть. Узнаю, кто твой хозяин – стребую вдвойне! На!

Она отломила небольшой кусок колбасы и кинула псу. Тот поймал еду на лету, только зубы звонко клацнули, и вновь уставился не ведьму своими жёлтыми глазами.

- Да ты проглот какой-то! Мне, может, этого на несколько дней хватило бы!

Пришлось делить оставшееся пополам, а в свою часть вгрызаться зубами, чтобы у попрошайки не оставалось повода клянчить и дальше. Нет колбасы – нет проблем. Пес же, поняв, что его обхитрили и делиться дальше не собираются, облизнулся и улегся прямо на носок ведьминской туфельки. Тяжелый, зараза! И горячий, что жарким летним днем никак не радовало.

Аппетит пропал. Она так надеялась спокойно перекусить! А тут вот, нате пожалуйста, непрошенный гость. Девушка еще раз обреченно взглянула в корзину, накрыла ее тканью и встала. Пес даже не шелохнулся. Пришлось пошевелить ногой, чтобы эта здоровенная туша соизволила слезть с ноги.

- Ну все, считай пообедали. Хороший пес, экономный. Повезло твоему хозяину, что ешь ты не дома.

Ведьмочка взяла полегчавшую корзинку и двинулась к домой. Доски старого мостика скрипнули, когда она переходила ручей, а дальше начиналась ее территория. Место, где ведьма была в своем праве, хоть это и выражалось в основном в том, что только она собирала растущие в изобилии травы и цветы, а посторонние не заглядывали ей в огород.

Настроение после перекуса определённо улучшилось. Хотелось радоваться теплому солнышку, тому, что дома ждала банка с ароматной земляникой, а вечером вполне можно было сбежать на речку и искупаться. Неподалеку, за зарослями ивы и в стороне от основного пляжа, притаился маленький клочок песчаной отмели. А вода к вечеру была как парное молоко – одно удовольствие окунуться в тёплую обволакивающую…

Апчхи! Раздалось где-то позади нее.

Девушка от неожиданности чуть не выронила корзину и обернулась. Пес. Тот самый, черный и бестолковый, стоял метрах в десяти от нее и… нюхал шиповник. Большой куст дикой розы разросся и грозил заполонить собой все пространство, но очень уж нравился ведьме чай с багровыми, терпкими ягодами. И сейчас этот гад, а по другому не назовёшь, еще раз чихнув, ухватился зубами за ближайшую ветку и стал тянуть. Розовые лепестки плавно полетели на землю.

- Эй! Не порти мне куст!

Девушка оглянулась. Дом уже был рядом, рукой подать до калитки, но за это время несносный пес уже поломал бы половину куста. Поэтому она наклонилась, быстро сняла туфельку и, размахнувшись, кинула в собаку. Промазала, туфля перелетела через лохматую голову и приземлилась где-то в траве позади нее.

В ход пошла вторая туфелька. Эта попала аккурат по черному блестящему заду, отчего пес удивленно выпустил из пасти ветку шиповника и издал странный, почти человеческий звук, похожий на тяжелый вздох.

- Так тебе и надо! Плохая собака!

Девушка подбоченилась и, закатав рукава, пошла в сторону пса.

…

Некромант был очень недоволен жизнью.

Последние несколько дней все шло как зря. Мало того, что неудачи, преследовавшие его с того памятного момента, как черный кот сломал его полку (кот, конечно, во всем был виноват именно он) никак не отступали, так ещё и проваленное задание больно ударило по его репутации.

Умудриться испортить один из самых простых ритуалов! Там не было ни упырей, ни призраков, да даже людей не было! И кому, разумеется, поручили все исправить? Пришлось ехать в ту деревню, что по недоразумению называли городом, и слушать. Не мог Кербер остаться незамеченным. Да вот засада – во-первых, некромантов не любили, пришлось воспользоваться сменой личности, а во-вторых, про пса из нижнего мира никто и словом не обмолвился. Словно и не рвалась граница миров, а трехглавая тварь не выбиралась в этот мир.

Единственная надежда оставалась на местную ведьму. Надеяться на ее помощь не приходилось (ну не любили они друг друга и, между прочим, взаимно), но выбора не оставалось. У него было всего две недели, чтобы вернуть стража на место, а три дня из них уже были потеряны.

Дом ведьмы встретил некроманта запертой дверью и запахом горелого. Он уж было забеспокоился, что она там перемудрила со своими травами и сейчас горит заживо, воняя на всю улицу. Даже в окно заглянул, но ни самой старухи, ни следов пожара не нашлось. Так, гора грязной посуды, да толстенная книга с вываливающимися листами на столе. Любопытство перевесило, парень даже попытался залезть на подоконник и заглянуть в ведьминский гримуар, но не успел.

Со стороны города послышались шаги. А через несколько минут, когда некромант почувствовал, что под его брюками кто-то ползает и обнаружив под штаниной муравьев и резко подскочил, он увидел на дороге девушку.

Вьющая рыжая копна волос развивалась, лезла ей в глаза и всячески мешала, пока незнакомка кружилась на месте. Но с его наблюдательного поста было не понятно, зачем?

В душе мага боролись благоразумие – ну не ходят приличные девицы к ведьмам! И выученное с детства правило – девушкам надо помогать. Даже если они тоже не заслуживают… то есть, не просят. Но разве некроманты бывают благоразумными?

- Что у вас случилось?

Парень выбрался из зарослей смородины, где притаился услышав шаги. Он зацепился за курс брючиной, а потому пропустил момент, как черная огромная собака, заметив его, выпустила из пасти свою добычу. И в этот же момент девушка, которая со всей силы эту добычу пыталась вытащить, тоже разжала пальцы. Но, по инерции, еще и развернулась.

Так что в ту же секунду, как некромант выровнялся, почти смирившись с дырой в штанине, ему в лицо прилетела черная туфелька.

Глава 2

Сначала ведьма растерялась.

Несносная псина подняла ее обувь и наотрез отказывалась отдавать. Не хотелось и думать, как она выглядела, пока они с этим проглотом перетягивали ее, дорогие между прочим, туфли. А тут из кустов выскочил какой-то мужик, которому и прилетело той туфлей. Девушка от неожиданности переглянулась с псом, надеясь, что тот примет удар на себя. Но куда там! Он поступил по-мужски – попятился и, прихватив из брошенной на дороге корзинки плюшку, скрылся за кустом растерзанного шиповника, оставив ведьму самe объясняться с пострадавшим.

И только потом девушка сообразила, что мужик вылез из смородины. Ее смородины! Она даже урожай еще не собирала, дожидаясь, пока ягоды окончательно утратят зеленоватый оттенок и нальются сладким терпким соком.

- Ты сломал кусты! – она откинула волосы за спину, и подбоченилась.

- А ты заехала мне тапком в лицо! – парень, оказавшийся не намного старше нее, с черными волосами до плеч и в черной рубашке с закатанными рукавами, потирал лоб. На бледной коже проглядывала наливающаяся кровью ссадина. Хорошие были туфли, не обманул купец!

- Если залезать в сад к ведьме, можно и не только по лбу получить!

- Да нету там никого, я проверил. Старая карга где-то шляется. Твоя собака? Или ведьмы? - Наглец, пользуясь тем, что у девушки пропал дар речи, тоже подошёл к брошенной корзине и, не церемонясь, вытащил, булочку. – Она что, за еду работает? Хотя, - он откусил приличный кусок и только что глаза не прикрыл от удовольствия, - вкушно!

Это стало последней каплей. Сначала ее обокрал пес, потом этот незнакомый гад обозвал старой каргой и, вдобавок, тоже покусился на ее обед! Для одного дня это уже слишком. Рука сама собой опустилась в карман и нащупала завалявшиеся там семена плюща, пальцы поймали несколько семечек и вытащили наружу. Слова полились, наполняясь магией.

- Как растение тянет силу, как мать-земля делится своей жизнью… - девушка не отрываясь смотрела на замершего мужчину, - так и ты поделись со мной удачей! Пусть твое везение станет моим!

С последними словами она бросила за спину семена, не сомневаясь, что они прорастут.

- Эй! Ты што твориф?

- Ничего. Взяла плату за украденную еду, - ведьмочка фыркнула, вновь перекинула выбившиеся волосы за спину и, подхватив изрядно опустевшую корзину, пошла к дому.

- Стой! Так ведьма – это ты что ли? – мужчина всё-таки прожевал, и смог, наконец, говорить нормально. Он рванулся за девушкой, стараясь не отставать. – Слушай, извини! Я ж не знал!

- Вот именно! – она бросила слова через плечо, не останавливаясь. – Оскорбил ведьму, даже не потрудившись хоть что-то узнать про нее! Поделом тебе.

- Да погоди ты! Я по делу, вообще-то.

Дверь подалась, признав хозяйку и с тихим скрипом приоткрылась. Девушка перекинула корзину в другую руку и ступила на порог. В нос ударил запах паленого, но ведьма даже не подала виду.

- Придешь, когда научишься разговаривать. Капля уважения не помешает даже некроманту.

Парень хотел проскочить вслед за хозяйкой дома, но предусмотрительная дверь с неожиданной для нее скоростью, захлопнулась. Жаль, с той стороны не раздалось крика боли – придется провести с домом воспитательную беседу, чтоб не жалел непрошенных гостей. Совсем распоясался.

Девушка замерла, прислонившись спиной к тёплой деревянной стене и прислушиваясь. Сначала было слышно, как мужчина топтался на пороге, не решаясь постучать. И лишь через пару минут послышались удаляющиеся шаги.

- Растешь, Эль! – ведьма, наконец, поставила корзину на стол, для чего пришлось переложить на подоконник огромную книгу. Заодно, взгляд скользнул на улицу - мужчина действительно уходил в сторону города. – Магов проклинать еще не приходилось. О том, что непрошенный гость – некромант, ведьма догадалась почти сразу. Трудно было не заметить расползавшееся вокруг него темное пятно магии. Стало даже интересно, что же привело его в такую глушь и, уж тем более, заставило добровольно прийти к ней.

Ведьмы и некроманты друг друга недолюбливали. Одни любили жизнь, чувствовали природу и могли использовать дары этого мира на свое усмотрение. А вот вторые предпочитали смерть и всех, кто был хоть как-то с ней связан. Призраки, неупокоенные, прорвавшиеся сквозь границы миров твари – общение со всеми этими существами ничуть не добавляло и без того заносчивым магам очарования. Да и кто бы отличался приятным характером, если бы приходилось работать только ночами и с такими клиентами, что воняли тухлятиной, теряли конечности или душераздирающе выли?

Эль, она же – Элис, она же – Элианис ди Рокко, уселась на стул, подогнув одну ногу и не обращая внимания на задравшееся платье, задумчиво смотрела в окно. Силуэт мужчины уже пропал из виду, а вот мысли о нем не шли из головы. В этом городишке отродясь не было некромантов. Ну нечего им тут делать! Кладбище было спокойным, дурными заклинаниями никто не баловался, а чужаки не задерживались. И все же вот он, маг, стараниями одной голодной ведьмы - со свежим синяком и проклятьем, но от этого ничуть не менее опасный.

Нехорошее предчувствие прокатилось по телу холодной волной. Некстати вспомнилось, что несколько ночей назад она почувствовала волнение магии. Деревья шептались, ветер завывал особенно пронзительно, а с утра она заметила несколько засохших цветков солнечника, хотя никаких морозов в помине не было. Кажется, зря она списала это на приближавшуюся непогоду и достававшего ее уже несколько месяцев крота.

…

- Эй, Кас! – стук в дверь заставил мужчину отвлечься, и кувшин, из которого он умывался, чуть не выскользнул из рук. Он заранее стиснул зубы, чтобы не выругаться, когда тот упадёт и заляпает все его брюки брызгами воды, но… ручка кувшина была с небольшим сколом, и он удержался в руке. – Хорош красоту наводить! Тебя заждались уже.

Вот теперь некромант, он же Кассиан Ромбрейн, он же Кас - но только для друзей, а потому это обращение из уст малознакомых людей вызывало только волну раздражения, вот теперь он выругался.

Но у того, что он испортил то заклинание, был еще один существенный недостаток. О входе в мир мёртвых некроманты не распространялись, никто в этом городе и не догадывался, в каком опасном месте они живут, и что маги регулярно защищают их спокойствие. А его промах не должен был повлиять на порядок вещей.

- Уже иду!

Мужчина взглянул на себя в зеркало и поправил костюм. В общем-то, одежда не так сильно отличалась от привычной – та же черная рубашка, только рукава непринуждённо закатаны до локтя, а цепочка с амулетом не спрятана за наглухо застегнутыми пуговицами, а тускло поблескивала в расстёгнутом вороте.

Все портил стоявший за спиной и ожидавший своего часа тару – музыкальный инструмент с пятью струнами и вырезанными вручную рунами. Кассиан вздохнул. Он ничуть не гордился своим умением, которое начальство решило обратить против него, но, до этого момента, оно еще никогда не вызывало в нем такого отторжения. Чтобы скрыть от местных истинную причину появления мага в городе, невезучему некроманту выдали легенду. Повод, чтобы он мог задержаться на пару недель и не вызвать подозрений.

Если бы все это приключилось не по его вине, он бы ни за что не согласился! Но… пусть не намеренно, но он выпустил стража границы. И теперь должен его вернуть, даже если придется поступиться собственной гордостью.

С первого этажа послышался шум, и мужчина, прихватив инструмент, решительно шагнул за дверь. Не стоило заставлять толпу ждать выступления. В конце концов, можно было представить, что он просто играет роль, чтобы спасти мир.

Играет роль барда.

… Весь день Элис крутилась, как лопасти ветряной мельницы. Она собрала и рассортировала травы, приготовила несколько пузырьков зелья от ожогов и отдраила закоптившийся котел. Вроде все это было мелочью, но к вечеру ноги гудели, а желание готовить ужин даже случайно не промелькнуло в голове одной рыжей ведьмы.

Можно было съесть и остатки булочек из пресловутой корзинки, но при взгляде на них в мыслях всплывали одна наглая черная морда и один не менее наглый черноволосый мужчина, который забыл проявить уважение. Так успокаивала себя девушка, пока приближалась к таверне и исходила слюной от ароматов. Какое там готовили жаркое! Но, отворив заветную дверь, девушка недоуменно остановилась на пороге. Она забыла про какой-то праздник? Или почему тогда в зале все столы были заняты, причем преимущественно девушками. Впрочем, ведьма не зря зарабатывала свою репутацию. Заметив ее, одна из работниц шустро освободила один из столиков, пересадив сидевших там подруг на общую лавку.

Стол был на две персоны и стоял у самой стены, недалеко от сцены. Многие поглядывали на свободное место, но подсесть к ведьме никто не рисковал. Когда девушке принесли заказ - горшочек жаркого, свежие хрустящие огурчики и стакан разбавленного домашнего вина -она поймала за рукав не успевшую слинять подавальщицу.

- А что это у вас сегодня за столпотворение?

Лора, высокая худощавая блондинка с длинной косой и в белом накрахмаленном переднике, на котором красовалась вышивка в форме румяного кренделя – отличительного знака лучшей в городе таверны, наклонилась пониже к посетительнице.

- А вы что ж, не слышали? К нам же бард приехал! Из самой столицы! - она заговорщически перешла на шепот, но, поняв, что в шуме толпы ее просто не расслышат, продолжила обычным голосом. – Говорят, он еще и маг. А красавец какой… Катринка-то, которая ему обед в комнату относила, как вышла – вся раскрасневшаяся, а глаза-то в пол опустила, улыбается…

Элис подняла руку, останавливая словоохотливую девушку.

- Спасибо, Лора. Он сегодня выступает? Любопытно взглянуть.

- Да, вот как раз Ромул пошёл звать, народ уже почти с час сидит-то. Ой! Она увидела, как одна из посетительниц, не дождавшись зрелища, украдкой, оглядываясь, попыталась подняться на второй этаж. Никак для того, чтобы увидеть такое, после чего глаза в пол, и улыбка не сходит с лица.

Ведьма усмехнулась. Девушки! Терпение в них природой не заложено. Они с другими ведьмочками, когда учились, тоже бегали в город поглазеть на приезжего барда. Даже поспорили, что кто сумеет его поцеловать – неделю будет освобожден от уборки в школе. Правда, когда увидели длиннющие закрученные усы, покрытую кожными пятнами проплешину на макушке и сморщенное лицо, приуныли. Никогда еще их школа так не сияла чистотой, как в ту неделю, когда пять учениц ежедневно ползали по всем коридорам с тряпкой. Ни одна не решилась выиграть спор.

Поэтому сейчас, пока жаркое в тарелке быстро уменьшалось, Элис с лёгкой усмешкой поглядывала на лестницу. Интересно, когда у этого барда обнаружится огромная бородавка на носу или какой шрам на пол лица – все зрители разбегутся или хоть кто-то останется послушать?

Но, как девушка не следила за выходом, появление музыканта она пропустила. Точнее, сначала в зал ворвалась мелодия. Воздух дрогнул, разрезаемый звоном струн и тихим, но сильным голосом.

- Жил на свете колдун, Как и все он мечтал – Стать великим, свой род восхваляя. И творил он добро только ради себя, Остальным одно зло причиняя. Свет в зале поспешно приглушили, оставив в магических светильниках только крохотные огоньки. На верхней ступеньке показался мужской силуэт, и ведьма разочарованно вздохнула – он явно не был толстым и старым, так что понаблюдать бегство поклонниц ей не придётся. - И жила во дворце, та что ярче огня, Краше солнца и воздуха чище. Он пленил ее чарами, душу крадя,

Обманул, уволок, некромантище. По притихшему залу разнесся девичий вздох. Впрочем, Элис даже не обратила на него внимания – голос барда завораживал, обволакивал, проникая в мысли и вытесняя все остальное. Ей не мил белый свет, не хотела она Жить как он – власть в крови добывая. Путь один, смерть одна, И дорога, что края не знала…

Но проклятие то - не простое стекло, Острие враз его не разрушит. Сколько жизней и сколько воды утекло, И девичьи загублены души.

Есть ли в мире любовь, что отравы сильней, Что преград не боится, не дрогнет? Есть ли верность друзей и душа всех честней? Или мир наш в безумье потонет?

Элис слышала эту легенду о коварном проклятье и преданных девушках. Было не ясно, случилось ли это на самом деле или стало плодом воображения менестрелей - она просто ходила из уст в уста, заставляя спорить, грустить и мечтательно вздыхать. Но в таком исполнении историю можно было переслушивать, даже зная все подробности. Ловкие пальцы последний раз скользнули по струнам, заставив звук повиснуть в разлившейся тишине. Ведьмочка проморгалась, сбрасывая наваждение. Как девчонка, в самом-то деле! Еще и свет вернули, давая возможность вынырнуть из мира грез. Ведьма подняла глаза, чтобы рассмотреть барда - не так часто кому-то удавалось заставить ее забыться. Но все очарование момента тут же улетучилось, что не помешало удивленно проследить за спускавшимся с лестницы мужчиной.

Некромант! Элис даже привстала, чтобы убедиться в своей правоте. Нет, точно он! Темная магия все так же окутывала фигуру, что ничуть не мешало мужчине задорно улыбаться и наигрывать какую-то лёгкую мелодию, а девушкам, что сидели ближе всего, расстегивать верхние пуговицы платьев и поправлять прически.

- Какая благодарная публика!- он остановился в самом низу и сделал вид, будто задумался, разглядывая потолок. – Что же вам сыграть? Что-то веселое? – струны ожили, наполняя зал залихватской мелодией, - Или что-то… - пальцы замелькали по струнам еще быстрее, но звук стал спокойнее, нежнее, - романтичное?

- Веселое!

- Романтику давай!

- Да что хочешь, только спой!

Выкрики потонули, потерялись в заполнившем зал голосе. Ведьмочка хотела уйти. Нет, не чтобы обидеть барда, но чтобы не забыть, что он – некромант, что для его появления точно есть причина и лучше не терять голову. Новая песня заставила привставшую было девушку сесть обратно. Еще одна из любимых ею историй, о страшном монстре, жившем в затворничестве в замке и о девушке, что смогла растопить его сердце и снять проклятие.

Когда Элис очнулась, перед ней стояла пустая тарелка, а на коленях лежала измятая салфетка. Вокруг сидели притихшие девушки, которые больше не пытались соблазнить музыканта своими прелестями, а просто слушали одну историю за другой, увлекаемые мелодией в чужие страны и миры.

Инструмент издал последний звук, который, казалось, отразился от стен и скользнул в самые потаенные уголки души, и затих. Не было оваций и криков. Все, включая хозяина таверны и работников кухни, замерли и только пытались прийти в себя и вернуться к реальности.

- Неужели все так плохо? – бард встал со стула, куда успел перейти во время выступления, и поклонился. Он улыбался, но Элис успела рассмотреть волнение в его глазах.

Поднявшийся восторженный шум спрятал бегство одной хрупкой ведьмы. Она ловко пробралась через толпу, которая даже не заметила ее уход, и вышла на улицу. Ночной воздух приятно охладил лицо. Там, очарованная музыкой, она даже не заметила, что от такого количества людей в таверне стало невыносимо душно, поэтому теперь с удовольствием вдыхала аромат матиоллы и ощущала легкое дуновение ветра. Ветер шептал. Он рассказывал Эль о своих странствиях, обещал привести тучи и прохладу, обещал не тревожить цветы в ее саду. Он шептал то же, что и всегда. Но сквозь этот шепот, ведьма улавливала тревогу. Слышала приближавшиеся шаги за пару улиц от нее. Чувствовала запах гнили и сырой болотной земли. Кожей ощущала приближение смерти.

Глава 3

Ох уж этот некромант! Элис понимала, что вряд ли он виноват в появлении нежити в городе, скорее наоборот, но это не мешало на него злиться. До появления мужчины в ее саду здесь было тихо и спокойно. И на тебе!

Она спешила. Темные фасады домов сменялись ухоженными садами и вывесками продуктовых лавок, в ночной тишине звук шагов звонко отдавался от стен, не давая остаться незамеченной. Но она и не пряталась. Ведьма остановилась за углом последнего на этой улице дома. Дальше шел только пустырь, который уже несколько лет хотели разработать, но пока он скорее напоминал заросли дикой сливы с травой почти по пояс. Элис прислушалась. Ветер помогал, доносил тошнотворный запах и хриплое дыхание. Травы волновались – им не нравилось, что мёртвые ходят по земле. Девушка выглянула из-за угла. Сначала ничего не было видно, только очертания разросшихся деревьев. Но ветер прислушался к ведьме, усилился и разогнал затянувшие небо облака. В робком лунном свете удалось различить высокую фигуру, что, покачиваясь, стояла на свободном пространстве.

- И что ты собираешься делать?

Шепот, раздавшийся прямо за спиной девушки, заставил ее вздрогнуть.

- Ты! – она обличительно ткнула пальцем в грудь мужчины, что подобрался к ней слишком близко. – Во-первых, отойди на приличное расстояние, а во-вторых, это твоя работа – очищать город от нежити. Вот только, знаешь, до твоего появления ее здесь и не было!

Некромант отступил на пару шагов и примирительно поднял руки.

- Так я и не спорю, моя работа. Поэтому и спрашиваю, что ведьма собралась делать с… - он тоже выглянул из-за угла, - ожившим мертвецом?

- А тебя этому не научили, да? Просишь совета?

Но зомби отказался ждать, пока двое притаившийся в тени людей договорятся. Он издал глухой рык и сдвинулся с места. Некогда это был мужчина. Смотреть на остатки плоти и свисающие лохмотья было противно, но Элис сдержала приступ тошноты. Она прокручивала в голове, что это – всего лишь урок в академии, все под контролем, а преподаватели лишь проверяют их на прочность. Нет, она знала правду, но так было чуточку спокойнее.

Мертвец брел медленно, хромая и не обращая ни малейшего внимания на живых. Элис прижалась к стене, и с удивлением обнаружила, что некромант сделал то же самое.

- Ты чего творишь? Только не говори, что боишься! – шепот вышел слишком громкий и ведьмочка прикрыла рот ладонью.

- Нет, я просто хочу договориться, - Кассиан провожал взглядом проходивший как раз мимо них бывший труп.

- Договориться? Сейчас? С ума сошел?- Ты снимаешь с меня свое проклятье, плюс, отвечаешь на один мой вопрос. А я убираю его, - он кивнул на мертвеца, - с улиц города.

- Это твоя работа! – возмущению девушки не было предела.

- Да, но если б ты знала, сколько бумажной волокиты с каждым делом! Сначала надо, чтобы кто-то подал заявление, потом оно должно дойти до начальства, потом его должны одобрить, потом… В общем, пока об этом мертвяке узнают и отправят кого-то на его упокоение, он успеет убить пару человек.

- И ты на это пойдёшь?

Мужчина пожал плечами. Не зачем ведьме было знать, что он не смог бы поступить так, как пообещал. Хоть мертвец и был относительно безобидным, видимо, стал лишь случайной жертвой его промаха, оставлять это так было нельзя. Но если есть возможность получить от ведьмы ответ, почему бы этим не воспользоваться?

- Ну ты и гад! Привыкли вы в своей столице сваливать все на других! Но знаешь что, - девушка отлипла от стены, закатала рукава платья, мысленно с ним прощаясь, и отправилась догонять ходячий образец для уроков анатомии, - я и сама справлюсь.

О том, что что-то идет не так, как задумывалось, Элис догадалась почти сразу. Нет, ее по-прежнему слушался ветер, который стать дуть в противоположную от нее сторону, а вот все остальное… Ей не везло. План заключался в том, чтобы оплести мертвеца корнями, заставив остановиться. Потом проклясть и заставить его тело рассыпаться. Да, пусть и с трудом, переступая через себя, ведьмы могли это сделать. Их магия шла от самой природы, даже когда ведьма задумывала гадость.

Работа со смертью требовала слишком многих сил, и потом за это приходилось расплачиваться.

Но все пошло не по плану. Как назло, на том участке дороги не оставили ни одного дерева – как раз пару недель назад там все уложили брусчаткой. Мертвец, не обращая внимания на преградившую ему путь девушку, шел своей дорогой. Ей пришлось отскочить, чтобы он не врезался в нее. Нет, она готова была пожертвовать платьем, которое пришлось бы выбросить после общения со столь ароматным клиентом, но желания отмывать с себя липкую слизь, покрывавшую позвякивавшие в тишине кости, не возникло.

- Да чтоб тебе пусто было, а дорога показалась…

Ведьма не успела договорить заклинание. Комар, незаметный и от этого еще более противный, залетел в рот, заставив склониться над тротуаром в попытке выплюнуть эту гадость. Да что ж такое-то!

- О, не только мне эта мелкая нечисть мешает колдовать!

Некромант веселился. Он с расстояния наблюдал за безуспешными попытками ведьмы и невозмутимым шествием зомби.

- Не замолкнешь – и тебя прокляну, - буркнула Эль, а потом выровнялась и обернулась вслед зомби.

Слова проклятия застыли на губах. Мертвец как-раз подходил к полуразваленному дому, из тени которого раздался рык. Да такой, что захотелось зажать уши руками и пригнуться. А потом показалось, что в темноте засветились красные глаза. И, Эль проморгалась, вроде бы даже не одни. Да что ж такое творится-то?!

- Стой на месте, - некромант вновь оказался рядом, идаже, наглец, ухватил ведьму за локоть.

- Еще чего! Будет мне тут указывать, - она возмущалась скорее для вида, потому что желания идти знакомиться с обладателем столь грозного голоса не возникло. Но руку из хватки цепких пальцев вырвала.

Зато мертвецу страхи живых были не знакомы. Он преспокойно ковылял вперед, оставляя за собой липкие воняющие пятна. Когда поравнялся с краем дома, тень впереди сгустилась, зашевелилась. Она уже не напоминалась очертания жилища, скорее походила на болотную вязкую воду, которая вдруг вышла из берегов и обхватила зомби. Тот еще пытался двигаться, но его останки, начиная с ног, вязли в темноте. Вот он уже мог только дергать руками, а вот на поверхности остался лишь череп с клочком прилипших волос. Мгновение – и зомби полностью исчез.

Вновь раздался вой, но Элис пересилила себя и не отвела взгляд. Тьма рассеялась, а дорожка осветилась светом луны. На ней никого не было. Ни мертвеца, ни существа с горящими глазами.

- И какого хрена тут происходит?! – ошарашенная ведьмочка, не найдя глазами никого, на кого можно было бы вылить все недовольство, обернулась. Позади нее как раз стояла причина свалившихся на нее неприятностей. – Ты! – она обличительно ткнула некроманта пальцем в грудь, - Что за тварь ты сюда приволок?

- А это, госпожа ведьма, и есть тот вопрос, который я хотел тебе задать еще днем. Только знаешь, - некромант хитро улыбнулся, - меня кто-то и на порог не пустил.

- Я, знаешь ли, честная ведьма. Могла и в жабу тебя превратить за то, что ты натворил.

- Ну и пожалуйста. Тогда сама и разбирайся с тем, кто тут завелся. А мне пора. Ква!

Он демонстративно поклонился, и пошел в сторону города.

Эль потеряла дар речи. Нет, ну это ж надо! Свалился на ее голову некромант с придурью! Втравил во что-то, а сам спокойно уходит. Бард недоделанный! Жаль, гордость не позволила крикнуть это ему вслед.

Она развернулась и пошла по той дорожке, по которой пришел мертвец. Луна освещала путь, уберегала от ям и ползущих сорняков. Ветер пел свою песню, убаюкивал травы и птиц, обещал, что сегодня их больше никто не потревожит. Ведьмочка шагала быстро, зная, что все спокойно. Вокруг. Зато внутри у нее занимался пожар предчувствия, закипала кровь и бурлили нехорошие мысли. Что-то затевалось в ее городке, а значит – спокойной жизни пришел конец.

Кладбище находилось в стороне от города, за высоким деревянным забором. Люди за ним следили – не было выломанных или прогнивших палок, калитка даже не скрипнула, когда одна рыжеволосая ведьма шагнула за черту. Мертвых всегда ограждали от живых. Потому в каждом более менее большом городишке жила ведьма или, на худой конец, ее всегда можно было пригласить, отправив сообщение в ковен. Кто-то должен был следить за тем, чтобы мертвые оставались в покое. На этом кладбище ритуал проводила ее предшественница, Эль только изредка приходила проверить – все ли в порядке. Но черта, видимая только ведьмам, была не нарушена.

До сегодняшней ночи.

Эль уловила легкое покалывание, словно кто-то щекотал по коже бахромой с сотнями ниточек. Обрывки заклинания. Они лохматились, расползались все дальше и дальше, расплетая тугую нить сплетенной некогда силы. Кто-то разорвал черту. Не аккуратно, просто рванул что есть силы, бросив остальное на усмотрение времени. Без узла ни одна коса не останется заплетенной, ни один узор не продержится, ни одно заклинание не сможет работать, как задумано. И этот узел разрубили.

Такое серьезное колдовство лучше всего было творить в благоприятное время. К нему готовились, запасали силы и травы, просили помощи у природы или ковена. У Элис не было ничего из этого, но была сорванная черта, не восстановив которую сегодня, она могла получить поднятое кладбище завтра. В природе все циклично – время сна и бодрствования, лето и зима, время активно жить и время впадать в спячку, время жить и время умирать. А вот поднятые мертвецы были против природы, простив жизни. Бороться с ними – удел некромантов, а вот дать заслуженный покой – задача ведьм.

Время было совсем неподходящим. Луна еще не набрала полную силу, не было поддержки старшей – ведьмы, которая проследила бы за ритуалом молодой подопечной. Но и выбора не было.

Элис сняла туфельки и поставила возле забора. Ночная прохлада холодила ноги, ступни тонули в мягкой траве. Ведьма обошла кладбище по периметру, проверяя все ли в порядке. Выкопанных могил не было, что странно. Откуда ж взялся тогда тот мертвец? Но сейчас это было не так уж важно, главное чтобы никто больше не поднялся сегодняшней ночью.

Убедившись, что все спокойно, Элис прошла на середину кладбища. Там была подготовлена площадка с большим гладким камнем, на котором была сделана небольшая выемка. Рядом стояли заросли травы. Для обычных людей – сорняки и сухостой, для ведьмы – возможность творить заклинание прямо здесь и сейчас. Пажитник, клевер, крапива, чертополох – в природе все травы обладают силами, но не все люди умеют этими силами распоряжаться. Оглянувшись еще раз, Эль стянула через голову блузку, а затем скинула и юбку, оставшись босой и в нижней рубашке. Ткань развевалась под дуновением ветра, облепляла тело как вторая кожа. Стало немного зябко. Длинные волосы вились по плечам, но не грели.

Ведьмочка замерла возле камня, запрокинув голову вверх, к небу. Вздохнула. Ветер притих, не одна травинка не шелохнулась.

- Я, Элианис ди Роко, дочь твоя, молю, - она закрыла глаза, подставляя лицо лунному свету, - дай мне силу полной луны, дай мне силу моих сестер. Не во вред прошу, а ради сна вечного тех, кто упокоился. Не навек прошу, а обещаю вернуть.

Луна скрылась за неизвестно откуда взявшимися облаками. В полной темноте Элис приложила руку к камню.

- На этом месте сестры проливали свою кровь и оставляли силу. Я дарую частичку своей, в обмен на помощь.

Ладонь кольнуло. Она убрала ее от по-прежнему идеально ровного камня, по которому теперь стекала капелька крови. Мгновение, и от нее не осталось и следа. Зато облака открыли лик луны – кроваво-красный шар полнолуния.

Ее дар приняли. Ее просьбу услышали.

Элис стала собирать травы в пучек. Крапива обожгла кожу, но Элис даже не поморщилась. Внутри нее сейчас бурлила магия всего ковена, наставниц и учениц. Она получила то, что еще ни разу не доводилось почувствовать. Травы упали аккурат на середину камня. Туда же отправились пригоршня кладбищенской земли и прядь рыжих волос. За ножом пришлось возвращаться к одежде, но иначе волосы было не отрезать. Острие мягко вошло в землю, а ведьмочка опустилась на колени.

Ее накрывали чувства и эмоции. Не только собственные, но и всех тех, с кем она была связана. Любовь и тепло от участия одних сменялись злостью и недовольством тех, кого она потревожила. Этот водоворот накрывал, заглушал все остальные звуки и не давал сосредоточиться. Волосы лезли в лицо. Элис зажмурилась, стараясь отбросить все, и почувствовать землю вокруг. Кладбище волновалось. Духи умерших отходили от сна, ворочались и могли вот-вот пробудиться.

- Как девица плетет косу, как птица плетет гнездо, так и я плету… Вплетаю свою силу, силу ветра и земли, силу полной луны и моих сестер, - травы вспыхнули, заполнив воздух вокруг горьким ароматом. Магия потекла сквозь тело, вырываясь из пальцев серебристыми нитями. Нити завязывались в сложный узор, который утекал все дальше и дальше от стоящей на коленях ведьмы. Они добрались до ограды, отчего она засветилась, и на старых почерневших кольях прорезались четкие борозды. – Плету защиту для этого места, для всех павших и уснувших. Пусть их сон будет крепок, как корни столетнего древа. Пусть их покой будет вечен, как истоки реки Искры. Пусть земля будет мягка, как первая трава.

Узор покрывал все большую часть забора, до тех пор, пока круг не замкнулся. Серебристая нить оборвалась, а ведьма поймала ее конец в последний момент. Ловким движением, словно это была не магия, а вполне ощутимая пряжа, она завязала на ней узел. И отпустила. Черта вспыхнула, обозначая границы защищенной земли. И погасла.

Она справилась. Пусть при помощи заимствованной силы, а не только своей, но Элис это сделала! От камня шел легкий дымок, ветер уже разносил пепел по кладбищу. Ведьмочка выдохнула, взглянула на красную луну, которая уже наполовину скрылась за облаками, и легла на землю.

Ненадолго. Просто восстановить потраченные силы…

Глава 4

Пахло до умопомрачения вкусно. Элис провела рукой по губам, чтобы убедиться, что еще не закапала все слюной. Сразу за этим действием раздался грохот падающей сковородки и бьющейся посуды.

- Да чтоб тебя уронило и прихлопнуло! Элис!

Тонкий женский голос ворвался в приятную дремоту и заставил тут же распахнуть глаза. Не может быть!

- Астрид! Ты тут откуда? А… - Эль окинула взглядом собственную комнату, - а я тут откуда?

В проходе, где дверь заменяли желтенькие занавески в мелкий цветочек, стояла рассерженная девушка. На ее прямых светлых волосах были завязаны несколько тонких косичек с бусинами, которые сейчас недовольно позвякивали. Эль прожила с Астрид в одной комнате пять лет, и могла различать ее настроение даже по этому звону. Сейчас он не предвещал ничего хорошего.

- Ты неисправима, Элианис ди Роко! – Астрид скрестила руки на груди, выражая крайнюю степень возмущения. – Почему у тебя в ящике с печеньем сковородка? И почему в банке с надписью «Мята» у тебя полынь? Нравится заставлять меня чихать? А еще, когда я должна была узнать, что ты завела собаку? Когда она меня съела бы?

С каждым новым вопросом Астрид подходила все ближе к кровати, на которой сидела Элис, придерживая одеяло на груди.

- Стоп, стоп, стоп! – она выставила вперед руку, выпустив свою импровизированную защиту, и оставшись в одной нижней рубашке. – Давай по одному вопросу за раз, я за тобой не успеваю. Какая собака?

- Да плевать на собаку, - она остановилась, нависая прямо над ведьмочкой, и хитро прищурилась. – С каких пор ты водишь дружбу с некромантами, м?

Пришлось мысленно перебрать всех, кого Астрид могла бы посчитать ее друзьями. Думать долго не пришлось, потому что некромант в округе водился только один. Вспомнив о вчерашнем вечере, Элис нахмурилась.

- Он мне точно не друг, скорее заноза в одном месте.

Астрид же ехидно усмехнулась, а затем открыла дверцу шкафа и вытащила оттуда первое попавшееся платье. Оно оказалось зеленым, с длинным подолом и шнуровкой спереди. Платье, после недолгого осмотра, полетело на кровать.

- Одевайся. Я жду тебя на завтрак, а еще жду подробностей. Не каждый день ведьму приносит домой некромант.

Элис замерла, пытаясь вспомнить подробности. Ужин, зомби, кладбище. Ритуал. На этом воспоминания заканчивались, как бы она ни старалась. Пришлось быстренько соскакивать с кровати и одеваться. Проклятая шнуровка никак не поддавалась, шнурок все время норовил выскользнуть из пальцев. Махнув рукой, она вышла на кухню, откуда доносились звон посуды и тихое мурлыканье Астрид. Подруга всегда напевала что-то себе под нос, когда готовила. И, в зависимости от настроения, чаще всего это влияло на вкус еды. Элис не рискнула бы попробовать даже самое аппетитное на вид блюдо, если бы Астрид во время готовки пела что-то вроде «Не связывайся с ведьмой, себе дороже».

На столе, где еще вчера валялась огромная книга, пригоревший котел и труха от высушенных трав, сегодня стояла маленькая вазочка с ромашками и васильками, а в белых в горошек чашках янтарным цветом манил свежезаваренный чай. На большом блюде с маленьким сколом, который остался еще от предыдущей владелицы дома, исходили паром румяные гренки – белых хлеб с яйцом, обжаренный на сковороде. Астрид как раз сняла еще три штучки, и добавила в стопку. И только потом уселась рядом, внимательно наблюдая за тем, как Эль откусывает кусок гренки, обжигает язык, пытается запить чаем, но делает только хуже. Астрид пришлось хлопать ее по спине, пока она не откашлялась. Аппетит тут же пропал.

- Хорошее начало дня, - Элис вытерла выступившие слезы и шмыгнула носом. – В кои то веки горячий завтрак, и тот больше не лезет.

- Ну-ка, пойдем на улицу, - Астрид как-то подозрительно улыбнулась, взяла с тарелки одну из нижних гренок, похолоднее, и вышла за дверь. Пришлось последовать за ней.

День был изумительный. Высоко в небе летали птицы, солнце еще не пекло, но уже ощутимо грело кожу. Пахло нагретой травой и, немного, пылью. Элис подставила лицо теплым лучам, и шагнула с крыльца. Раздался треск ткани. Подол платья зацепился за невесть откуда взявшийся в проеме двери гвоздь.

- Этот дом совсем распоясался, - настроение было испорчено. – Надо будет как-нибудь провести новый ритуал, а то он так скоро меня вообще перестанет хозяйкой воспринимать.

Астрид же за это время успела усесться на землю, прислонившись к стволу молодой яблони. Она задумчиво жевала, разглядывая заскрипевший в ответ на упреки ведьмочки дом.

Жилище ведьмы было не просто домом, оно таило в себе секреты поколений, живших в нем. Оно либо передавалось по наследству, либо переходило к молодым выпускницам, которых распределяли на место умерших. Каждая ведьма настраивала связь с домом. Он был ее опорой, защитой и другом. Не пускал незваных гостей, давал покой и прохладу после сложного колдовства, а порой и открывал тайный ход, чтобы ведьма могла спастись. Дом был живым и разумным, насколько это возможно. Но только до поры, пока была жива та, с кем он был связан.

- Подруга, ты присядь, - Астрид похлопала по траве рядом с собой, - Я, конечно, понимала, что тебе нужна помощь, но не думала, что настолько. Рассказывай, кто тебя проклял?

…

В это же время, но на другом конце города, некромант тоже грелся на солнышке.

Конечно, ходили слухи, что они, в силу своей профессии и особенностей магии, выходили на улицу только по ночам. Толика правды в этом была – нежить как раз-таки ночью выходила на охоту, зомби выкапывались при неверном свете луны, а граница с миром мертвых истончалась в новолуние. Хочешь не хочешь, а приходилось подстраиваться.

Хуже всего было с личной жизнью. Ну кто, в здравом уме, будет встречаться с некромантом? Минусов куда больше, чем плюсов.

Во-первых, образ жизни. Днем он спит, ночью лазает по кладбищам.

Во-вторых, с таким парнем никаких прогулок и посиделок с друзьями. Смотри пункт первый.

В-третьих, запах. Мертвецы воняют, выкопанные трупы полны личинок, а болота смердят тиной. И вот такой благоухающий мужчина вваливается в дом под утро…

Но это ж работа. Силу магии не выбирали, она проявлялась сама еще в детстве. Кас, например, лет в пять чуть не довел деда до обморока. Они тогда жили в деревне, дед с утра решил пустить одну утку на жаркое. Поймал, отрубил голову, а сам зашел в дом за тазом. Вернулся – а утка ходит по двору, как ни в чем не бывало. Переваливается на своих перепончатых лапках, крякает. Пришлось почесать полысевшую макушку и ловить повторно. Но стоило деду отвернуться – как за его спиной раздалось задорное «Кря».

Эх, дед чуть с ума не сошел. Пока мать не заметила подсматривающего в окошко Каса. А тому было жалко утку, вот он ее и возвращал к жизни. Вечером на семейном совете было решено перебраться в город, чтобы за мальчиком приглядывали маги. Решали все, кроме деда. Тот полдня заливал душевную травму вином, а потому к вечеру спокойно храпел на печке.

Так что солнышко Кассиан любил, а вот повода и, самое главное, возможности понежиться под его лучами давно не выпадало. Сейчас же был не только повод, была прямо жизненная необходимость.

После вчерашнего представления, с которого он сбежал вслед за ведьмой, почуяв неладное, у него появились поклонницы. И все бы ничего, какой мужчина откажется от женского внимания? Да только девицы оказались излишне расторопные и настырные. Но если по порядку…

Оставив ведьму на дороге, Кас отправился посмотреть, что стало с мертвецом. Рыжая зазнайка, конечно, посчитала, что он сбежал, но так и было задумано. А то ишь, возомнила себе! Сама, наверное, только выпустилась, а строит из себя верховную. В общем, Кас зашел в тень, где, как показалось, таился Кербер. Ну, ненароком обернулся, вдруг ведьма идет за ним? А нет. Она отправилась аккурат в сторону кладбища, некромант такие вещи чувствует. Ночью. Одна. После встречи с зомби.

Изучив подворотню и поняв, что ничего не найдет, он пошел вслед за рыжеволосой занозой. Не бросать же ее на съедение мертвецам? Так он уговаривал себя, мысленно придумывая оправдания. В конце концов, ее помощь ему нужна не меньше. Всю недолгую дорогу он тренировался в едких замечаниях. Конечно, не надеялся, что она там в слезах и трясется от темноты и страха, но хотелось бы показаться героем, хотелось бы.

Вот только, подойдя ближе, он увидел заклинание, которое она творила. Дух захватывало от разливающейся по округе магии, а серебристое плетение было настолько искусным, что дух захватывало. Он даже остановился, залюбовавшись. Все колкие слова забылись, а оставшиеся скорее походили на восхищение мальчика-подростка. На кладбище он ступал с намерением примириться. Ну в самом деле, они просто не с того начали знакомство. Но увидел ведьму лежащей на земле без сил.

Не хотелось признаваться даже самому себе, но выглядела она обворожительно. Точеная фигура в тонком платье, вьющиеся волосы, которые лежали на груди, прикрывая самые интересные места. Но кожа была бледна, а наклонившись, Кас с трудом уловил ее дыхание. Она не спала, а лежала без сил. Выжатая, истощенная. Он аккуратно похлопал ее по плечу, но ведьма даже не шевельнулась. Надо было что-то делать. Его комната в таверне была ближе, но что скажет ведьма, когда поутру узнает, что весь город видел, как ее в одном белье нес к себе в комнату бард? Он выживет, только если успеет убраться на другой край мира. Оставалось только вновь отправиться к дому ведьмы.

Дорога выдалась не из легких. Вначале он нес ее культурно, на руках. Девушка была легкой, ее голова склонилась ему на плечо, и все было неплохо. Пока руки не начали уставать. Он продержался еще немного, а потом сделал привал. Одно дело пронести свою ношу через мост там, по свадебной традиции, или занести на второй этаж в спальню. Но вот так, равномерно нести человека долгое время… Кас не считал себя хилым, но и стоить из себя силача ради мнимой гордости, а наутро ходить с трясущимися руками, зачем? Так что он передохнул, а потом взвалил свою рыжую ношу на плечо. Не то чтобы очень удобно, но руки были свободны и дело пошло быстрее.

Мостик, редкий лесок, а там и дом ведьмы уже виднелся. В темноте было немного боязно, кто этих ведьм знает, может там бегают какие зачарованные звери? Он поглядывал на кусты, опасаясь, что оттуда кто-нибудь выскочит. Да пусть хотя бы тот же пес, из-за которого он получил синяк. Не хотелось бы встретиться с ним, когда он не в духе.

Но до дома он дошел спокойно. Проблема возникла, когда Кас попытался открыть дверь. Заперто, разумеется. Он дергал ручку, стучал, подошел к окнам – ни одна створка не сдвинулась. Плечо уже ныло.

- Я сейчас брошу ее тут в какой-нибудь колючий куст, и пусть сама разбирается со своими проблемами! –он с силой ударил ногой по двери, пытаясь выместить обиду. Слова буркнул так, в никуда. Просто чтобы высказаться.

Но дом вдруг заскрипел, в окнах зажегся свет и дверь открылась. Что ж, это был не тот случай, когда стоило отказываться от приглашения. Кас прошел внутрь, нашел отдельную комнатку с цветастыми занавесками и сгрузил ведьму на кровать. Она вдруг свернулась калачиком, поджав под себя ноги и обхватив себя руками. А ведь действительно, совсем молоденькая. Уже не ребенок, но не было в ее облике той грозности, присущей всем ведьмам, которых он встречал.

Сначала Кас планировал оставить ее в доме и уйти. В няньки он не нанимался, в самом то деле. Но посмотрев, как она лежит тут без сил… Вздохнул и отправился на кухню.

Очаг уже горел. Кас осмотрелся, пытаясь понять, с чего стоит начать. Вокруг царили одновременно хаос и уют. Да, вот такое сочетание несовместимого. Все было слишком много – разномастных чашек, деревянных тарелок с росписью, пучков трав и баночек с зельями. Он заглянул в один шкаф, и чудом успел поймать выпавшую оттуда сковороду. Он замер, прислушиваясь, но, кажется, ведьма не проснулась от поднявшегося шума. Он заглянул в один из котлов, и сморщился. Дно обгорело, а от того, что кто-то пытался его отчистить, остались глубокие царапины. Вздохнув, некромант освободил стол, набрал из стоявшего ведра воды в чайник, и стал искать подходящие травы. Бульон варить было не из чего, а вот восстанавливающий отвар – вполне.

Зато стало понятно, почему ведьма так отреагировала на похищенную им булочку. Еды в этом доме не водилось.

Ведьму пришлось приподнять и поить отваром с ложки. С каждой каплей ее кожа становилась розовее, даже проступили мелкие веснушки. Когда девушка заворочалась, он опустил ее на подушки. Кас убирал с кухни следы своего пребывания, когда в дверь затарабанили.

- Элис, открывай! Я знаю, что ты меня слышишь, паршивка такая!

На пороге стояла недовольная девица с косичками в волосах. Кас сначала подумал, что она его съест живьем, когда та, не успев войти, накинулась на него с обвинениями. Пришлось сделать строгий вид и заявить, что ведьма спит после тяжелого заклинания. И, если б не он, спала бы она на кладбище. Во всех смыслах. И откланяться.

А вот вернувшись к себе в комнату, Кас увидел спящую в его постели девицу. Голую, как показывали выглядывающие из-под одеяла части тела. На сегодня с него было достаточно головной боли от девушек, так что он вышел в коридор, нашел пустующую комнату и улегся спать там. Прямо без одеяла, хотя ветер и задувал в трещины на оконной раме.

Потому же прямо с утра некромант сбежал из таверны, нашел лавочку на отдаленной улице, и уселся греться на солнышке. И думать.

Глава 5

- Давай, подруга, вспоминай. Быть не может, чтобы ты не заметила, как тебя прокляли.

Девушки все так же сидели под деревом, но Элис солнечная погода уже не радовала. И как она могла не увидеть все эти мелкие неприятности?! Списала их на случайности, ведьма называется. Наверное, очнулась бы, только получив сковородой по голове.

- Свалился этот некромант на мою голову! – она почти не сомневалась, что в этом замешан ее новый знакомый. – Мало я его прокляла, надо было, действительно, обратить его в жабу. И скормить цаплям на озере. Хотя жалко птиц, подавились бы.

Астрид замерла, не успев оборвать последний лепесток ромашки.

- Ты прокляла некроманта? За что?

- Нуу, - Эль замялась, стесняясь сказать, что он украл ее булочку. – Он мне нахамил. И обозвал старой каргой!

Астрид недоверчиво взглянула на нее.

- Ты точно ничего не путаешь? Ты – старая карга? Он вроде не похож на слепого, да и на вид вполне себе молодой.

- Точно, точно. Ты кому подруга мне или ему? – Элис театрально надумала губы и сложила руки на груди. Астрид же только хмыкнула. – Ну, я и забрала его удачу. Чтоб ему неповадно было оскорблять честных ведьм! Вот. Если честно, ляпнула первое, что в голову пришло.

- Горе ты мое, непутевое, - Астрид провела рукой по рыжим волосам. – Ты ж даже не проверила, а что у него с удачей. Готова поспорить, что это он был проклят. Ну а ты его невезение себе забрала.

Элис задумалась. Тогда действительно было не до подготовки. Можно было б и что-то поинтереснее выдумать, если б было время. Но если подумать… Не от хорошей жизни некромант явился к ней на порог. Может и был проклят, просто сам этого не знал. Вот удружил!

Они пошли к тому месту, где Эль произнесла заклинание. Искать проросшие семена долго не пришлось. Вопреки всем природным законам, плющ рос красным. Он уже вытянулся на половину дороги, заслоняя проход. Листья были огромные, с мужскую ладонь. Но цвет… Цвет был багровым, осенним, с темными прожилками. Астрид нахмурилась.

- Куда ты влезла, Эль? Некромант то твой был проклят на смерть, медленную и мучительную. С каждым днем удача покидала бы его, пока, ну я не знаю, он бы не умер подавившись чаем. Кажется, он тебе теперь обязан. А я тут еще задержусь, пока ты со своим невезением еще дел не натворила. Надеюсь, у нас есть время до ночи. Снимем твое проклятие, не переживай.

Элис даже испугаться-то еще не успела. Вроде все как обычно…

- Кстати, я тебе про этого пса говорила, смотри. Я утром вышла, а он возле крыльца лежит. Думала твой.

Пес, действительно, был. Тот самый, лохматый и черный, виднелся в кустах смородины. Да замучили они этот куст! Ветки местами были поломаны, листья обслюнявлены. Жевал он его что ли!

А сейчас пес устроил засаду. Спрятавшись так, что только уши торчали из травы (эх, прополоть грядки пора бы), он наблюдал за птичками, устроившими себе пир из червяков под кустами земляники. Птицы весело посвистывали, будто дразня охотника, и копались в земле. Решив, что они беспечны, а он незаметен, пес стал выбираться из своего укрытия. Элис сморщилась от звука ломающихся веток, которым сие действие сопровождалось. Листья дрожали, ветки цеплялись за шерсть, оставляя в ней недозревшие ягоды и сухие цветы. Но пес был непреклонен. Он, пригнувшись, склонив голову к земле и прижав уши, крался за добычей. В момент, когда он, наконец, выбрался и, совершив прыжок, приземлился на куст земляники, птиц там уже не было.

Незадачливый охотник оглянулся по сторонам и заскулил. Потом прямо всей тушей плюхнулся на грядке, придавив последние не растерзанные ягоды, и спрятал морду под лапой.

- Пойдем, собрат по несчастью, - даже Эль стало грустно смотреть в его разочарованные глаза. – Угощу тебя гренкой, неудачник. Вдруг мне это зачтется.

…

- Кассиан, друг мой! – радостно-фальшивый голос разнесся по полупустой таверне. Кас обернулся, уже зная, кого увидит.

Дориан Тиз. Его непосредственный начальник, по совместительству – заместитель Управления по работе с проблемами магического характера, отдел некромантии. Высокий и худощавый, с кучерявыми волосами, на солнце отливавшими рыжим. На лице выделялись такие же рыжие усы и, изредка, редкая борода. За глаза Дориана называли Тараканом. Да-да, за те самые усы. В прочем, он и по характеру был схож с этими насекомыми – выживал в любой ядовитой атмосфере, в рабочих интригах находил себе выгоду, а высовывался из кабинета только ради хорошего обеда.

И это именно благодаря его распределению Кас оказался в этом захолустье.

- Надеюсь, кормят тут хорошо, а то что-то само заведение доверия не внушает, - он уселся за стол рядом с Кассианом и жестом подозвал разносчицу. – Милочка, мне кувшин вина и вяленое мясо. И очень прошу, проследите, чтобы вино было не разбавленным.

Девушка улыбнулась, а блестящая монета скрылась в кармане передника. Кас вздохнул, и обмакнул хлеб в остатки клубничного варенья. Было вкусно. Пока начальник не явился.

- Не ожидал, что ты приедешь. Что-то случилось?

- Не то чтобы случилось, - Дориан сделал глоток из принесенного ему на пробу стакана и кивнул. Тут же на столе появился кувшин с вином, нарезанный крупными ломтями хлеб и волокнистое, сочащееся жиром, мясо. – Разве я не могу просто проверить, как ты тут? Все ли в порядке?

- Да брось. Ради этого ты бы не притащился в такую глушь.

- Пожалуй. Но сперва обед, дорога выдалась на редкость скучной и утомительной.

Дориан рассказывал о попутчиках и унылом пейзаже за окном экипажа все время, пока на столе не остался только раскрошенный кусок хлеба, а в кувшине о вине напоминали только стекающие по глиняной поверхности малиновые капли. Довольный, начальник откинулся на спинку стула. Глаза заблестели, на лбу выступил пот. Когда девушка подошла забрать пустую посуду, он не стесняясь скользнул взглядом в декольте. Что ж, теперь Дориан точно был доволен жизнью.

- Я не совсем с официальным визитом, Кас. Но, сам понимаешь, там, - он указал пальцем вверх, - волнуются. Ты же понимаешь, насколько у тебя ответственное задание?

Кас не понимал. Точнее, он со времен обучения помнил, как учителя грозили «Не выучишь таблицу классификации призраков, будешь всю жизнь стоять в болоте под взглядом Кербера!» Дело как бы нужное, но не самое приятное. Другое дело, спасать молодых жен аристократов от призраков фамильного замка…

- Я догадываюсь, но времени еще достаточно. Кербер в этом мире бесплотный, навредить никому не может. Зачем паника?

Дориан склонился над столом, чтобы быть поближе к собеседнику. Он старался говорить тише, отчего его усы смешно шевелились, и Кас с трудом мог сосредоточиться на словах.

- Слышал же, что у нас в управлении собираются почистить ряды? Даже не так, ходят слухи, что там, - палец вновь указал на потолок, - решили уменьшить количество подразделений. А то магический контроль так разросся, что монет из казны на содержание всех нас уже не хватает. Но главное, сначала пройдут проверки. И представляешь, как скажется наш промах? Ладно бы только ты вылетел, это мелочи. Но из-за твоей ошибки мы все можем пойти по деревням, вылавливать случайных зомби.

Кас поморщился. Напрямую его никто не обвинял, но за спиной… Что ж, если он не успеет за оставшееся время вернуть Кербера, ему проще самому занять его место.

Глава 6

Астрид и Элис шли по вечерней улице. Солнце уже почти опустилось за крыши домов, оставив после себя только догорающий закат. В окнах домов зажигались огни. Где-то модные магические лампы, где-то мерцающие светлячки свечей, а где-то обычные лампы, заправляемые крепким алкоголем. Горели не очень ярко, зато каждый мог их себе позволить.

Дневная жара сменилась уютным теплом, которое исходило от нагретых каменных стен. Деревья тихонько шуршали листвой, цветы закрывали бутоны, а сытые собаки лениво махали хвостами, сидя рядом с домом. Вечер был тих и прекрасен.

- Повезло тебе, Эль. Тут куда лучше, чем в городе, - Астрид теребила в руках косичку, позвякивая бусинами. – Только представь, там сейчас такооой шум! Экипажи сбивают с ног, иногда даже заезжая на тротуары, чтобы разъехаться. Аристократы к этому времени уже напились и ждут своих извозчиков, приставая ко всем встречным девушкам. Не все, конечно, но многие. Дамы легкого поведения воняют духами на всю улицу… Мрак.

- Это ты меня так успокаиваешь, что я попала в это захолустье? Последний год мне все испортил…

- Да нет же, я искренне! Ты тут предоставлена сама себе. Хочешь с цветочками возишься, хочешь некромантов проклинаешь. А я в этом управлении с ума схожу. Гоняют по поручениям по всему городу. И ладно б что-то дельное, но, - она остановилась и продолжила, изменив голос, - Астрид, деточка, а принеси-ка мне то заварное пирожное. Если я не получу порцию сладкого, икать будет вся ближайшая улица.

Девушки засмеялись, уловив нотки сходства с их преподавателем. Она ушла в Управление по ведьмовству и проклятиям как раз тогда же, когда они выпускались. И теперь была непосредственной начальницей Астрид.

Они как раз дошли до таверны, где собирались поужинать.

- Надеюсь, гляну еще раз на твоего некроманта. Вот ты говоришь – глухомань, а у нас точно не найдешь поющего мага! Даже жаль, что завтра уже надо уезжать.

Внутри одуряюще пахло едой и духами. Казалось, все женское население городка собралось в одном месте. И вряд ли для того, чтобы попробовать заливное. Кажется, приезжий бард становился угрозой местным мужьям. Место нашлось благодаря Лоре. Она шустро освободила вчерашний столик, принесла кувшин морса и пообещала постараться подать их заказ побыстрее. Хотя при такой загруженности это было не просто.

Девушки откинулись на стульях, и, не сговариваясь, посмотрели на сцену. Она пока пустовала – под яркой лампой одиноко стоял стул с накинутым на спинку пиджаком. Впрочем, долго ждать не пришлось. Лора как раз поставила перед ними тарелку с куриными ножками, отварной картофель посыпанный свежей зеленью и квашеную капусту, как где-то наверху раздался голос.

Не смотри в пучину омута, не смотри

Там девица живет гиблая, там внутри

Хоть глаза красивы до смерти, как огни

Не смотри в пучину омута, не смотри

У ее волос холодный блеск, словно лед

Но зубов точеных хищных полон рот

От когтей ее никак тебе не спастись

Обходил бы стороной, тот кто любит жизнь

Она песнь тебе запоет, молчи

Коль ответишь ей, пропадешь в ночи

Коль замрешь на миг, упадешь на дно

Камнем сердце обернется, а оно одно

Не смотри в пучину, путник, не смотри

Там девица живет гиблая, там внутри

Не ходи на свет огней ее, не ходи

Коль пошел за ней, о смерти не моли

Зал замер. Голос был глубоким, он обволакивал, утягивал за собой в мир грез. Элис даже не сразу заметила, когда бард вышел на сцену. Он был в черной же рубашке, но с серебряной вышивкой. Нити переливались на свету, отчего казалось, что он окутан магией.

- Слушай, - Астрид наклонилась к уху подруги, - а он хорош! Даже жаль, что некромант.

Очарование момента рассеялось. Элис мотнула головой, прогоняя наваждение. Ну что она, в самом то деле! Уподобилась всем этим девицам, которые сидели сейчас раскрыв рты и буквально облизывались на некроманта, задумчиво перебирающего струны. Ведьмочка окинула взглядом таверну. Столько народу в этом помещении еще не бывало, хозяин стоял за стойкой и сиял, как новенький котел.

Что-то подозрительное Эль заметила не сразу. Все как обычно – люди хлопали, пили и оголяли декольте, у кого было, что оголить. Но внутри вдруг поселилась тревога. Она заставляла сердце биться чаще, стучала в висках, затуманивала разум. Что-то было не так. Бард заиграл следующую песню, но Элис его уже не слушала. Она крутила головой по сторонам, выискивая опасность.

- С тобой все в порядке? Ты чего? - Астрид передалось ее волнение.

- Не знаю. Мне что-то не нравится. Знать бы что.

Внимание Элис привлек рыжеволосый мужчина, сидевший за одним из первых столов. Он не спеша опустошал кувшин с вином, поглядывал вокруг и улыбался девушкам. Где-то она его уже видела, точно! Такие смешно шевелящиеся усы трудно не заметить, а еще труднее забыть. Вот только с лицом было что-то не то, словно он менял маски. Выражение, эмоции, даже глаза – Элис показалось, что в какой-ко момент разрез глаз стал раскосым.

Наверное, Эль смотрела на него не открываясь, потому что Астрид пришлось пихнуть ее под столом носком туфли.

- Что, опять началось? – она склонилась к уху девушки, чтобы ее услышала только она.

- Давай просто доедим и пойдем домой.

Еда больше не казалась такой вкусной, музыка не манила в свои сети, а предстоящий ритуал пугал. Как они будут снимать с нее проклятье, если ее опять мучают видения? Как бы не сделать еще хуже. Она хотела взглянуть на мужчину еще раз, но за столиком было пусто.

Рядом с ней появился босоногий мальчишка, и склонился в неловком поклоне.

- Госпожа ведьма, - когда вежливость была соблюдена, он выровнялся, стал переминаться с ноги на ногу и поглядывать на дверь. – Там это, вас зовут.

Мальчик почесал лохматую голову, взъерошив волосы еще больше. Он явно был сыном кого-то из местных рабочих – одежда потрепана или перешита, грязные руки и не очень грамотная речь.

- Кто зовет? Зачем?

- Там в проулке, за домом кузнеца, - он очередной раз оглянулся, а потом заговорил шепотом, как раз бард устроил перерыв и музыка затихла. – Говорят, нашли труп. С разбитой головой и кишками наружу. Фу.

- И ты сам видел? – Элис не очень верилось.

- Ну как видел… - он отвел глаза, - мне было не пробиться, мужики дорогу перегородили. Но я слышал, о чем они говорили! И послали за вами. И вот я тут, еле вас нашел. Народу тут сегодня, как в день урожая.

На этих словах он быстро откланялся, хитро сощурившись осмотрелся и прошмыгнул в самую гущу толпы. Элис почти не сомневалась, что кто-то сегодня не сможет расплатиться за ужин.

На улице стало неспокойно. Ветер разошелся – путался в волосах, звенел бусинами Астрид, поднимал пыль и нагонял облака. Впрочем, все на улице дышало тревогой. Воющий пес на соседней улице вызывал мурашки своей песней, а отзывающаяся ему ярким светом луна бросала тени. Элис показалось, что одна из этих теней гуще, чем остальные и движется. Она схватила подругу за руку и потащила к проулку, откуда слышались голоса.

- Нельзя его трогать, пусть ведьма разбирается!

- А я говорю, вдруг это она сама его и того?

- Да ты ведьму-то нашу видел? Она разве что муравья может того, и то случайно.

- А мужик-то не нашенский, смотри как разодет. Эх, жаль вещи попортил. Можно было б…

Разговор прекратился, стоило девушкам зайти в круг света, который давали несколько факелов. Пятерым мужчинам было явно тесно в проулке между каменной стеной дома кузнеца и деревянным забором магазина готовой одежды. Но они даже сумели расступиться, пропуская ведьму к телу.

А посмотреть было на что. Точнее, на кого. Тот самый рыжий мужчина с усами, что так привлек внимание Эль. И ведь видела его совсем недавно! Она аккуратно, стараясь не испачкаться, дотронулась до его руки. Теплая. Волосы слиплись, испачканы в крови. Дорогие запонки на месте, как и поблескивающая под рубашкой цепочка. Элис подцепила ее пальцем и вытащила. Рядом присвистнула Астрид. На круглом медальоне был выбит ворон, держащий в клюве меч. Отличительный знак верхних чинов управления некромантии.

- Не к добру это, ох не к добру.

В подтверждение ее слов в проулок протиснулся еще один мужчина. Правда, сначала его не хотели пускать – нечего изнеженному барду тут делать. Но в ночи блеснул еще один медальон, точно такой же, и все расступились. С некромантами связываться никому не хотелось, особенно, когда дело касалось смерти.

- Дориант.

Бард был не похож себя. Ну, на того, кто только что играл веселенькую песенку, развлекая толпу и подмигивая девицам. Взгляд острый, брови нахмурены, движения выверены. Он присел рядом с Элис. Принюхался. Провел рукой над телом.

- Можешь вызвать его дух? Вряд ли он успел пересечь границу. Нам бы узнать, кто убийца.

Элис встала и приняла из рук Астрид носовой платок, чтобы вытереть руки. А потом увидела тень от дома, которой там быть не могло, слишком близко пылал факел. Тень приближалась к телу.

- Эй, некромант, - Элис перешла на шепот. – Ты же это видишь?

Мужчина удивленно обернулся и проследил взглядом за ее рукой. Поднялся. Если бы можно было нахмуриться еще сильнее, он бы это сделал. Глаза заволокло чернотой. Элис слышала об этом, но ни разу не видела некроманта за работой, сказывались их разногласия с ведьмами. Стало холодно. Мороз пробежал по открытым участкам кожи, пробирая до костей. Хотелось обхватить себя руками, но гордость, гордость… В воздухе повис запах влажной земли и прелой травы. Как на кладбище. Некромант же в это время протянул руку, ногти на которой тоже почернели, пытаясь докоснуться до края тьмы. Та, словно живая, отпрянула.

Позади зашептались, раздались удаляющиеся шаги. У кого-то не хватило духу наблюдать за близостью смерти.

А вот Элис замерла, вглядываясь в живую тьму. Ей показалось, или там светились два красных огня?

- Отойдите, - некромант принял обычный облик, - мы тут лишние.

Тьма, словно почувствовав одобрение, приблизилась к телу. Укутала его, поглотила, оставив только пятна крови на брусчатке. Эль, Астрид и некромант наблюдали за этим со стороны. Впрочем, недолго. Тень заклубилась, словно туман, скользнула к ногам, едва не касаясь обуви, а потом вернулась на место. Все было таким же, как прежде.

Только тело исчезло.

…

В таверне оставались две ведьмы, некромант и хозяин, делающий вид, что протирает кружки. Его можно понять, не так часто в их захолустье можно наблюдать ругающихся магов. Впрочем, если бы Эль была не настолько занята, то заметила бы и приоткрытую дверь на кухню, и выглядывающую со второго этажа кухарку, и даже открытое окно, за которым периодически слышалось сопение и хруст хозяйской хризантемы.

Но как это все заметить, когда этот некромант угрожает отправить на них жалобу?!

- В который раз повторяю, в твоем городе совершили убийство. Значит, ты настолько увлеклась своими личными делами, что совсем забыла про работу. За порядком не следишь, мертвецы у тебя под носом ходят. Заметишь, только если они украдут твои платья и выйдут в них на площадь! – от бессильной злобы Кас сжимал кулаки, чудом сдерживаясь, чтобы не ударить по столу. Бестолковая девчонка! Из-за ее беспечности погиб Дориан.

- Да сколько можно повторять, все было хорошо, пока ты, - Эль осуждающе ткнула в него пальцем, - не приехал. Что ты тут забыл, напыщенный индюк? Только не говори, что приехал с проверкой. Может это ты его и убил, чтобы свалить на ведьм? Все знают, что вы нас терпеть не можете.

Астрид слушала ругань, откинувшись на стуле. Нет, смерть незнакомого мага ее потрясла. Но выслушивать повторяющиеся по кругу обвинения уже надоело. Она взяла со стола пустую кружку, кинула через весь зал хозяину монету, которую тот ловко поймал и тут же спрятал в карман, и с размаху запустила кружкой об пол. Звон бьющейся посуды смог заставить всех замолчать.

- Вы оба правы. Тихо! – она встала, чтобы раскрывшие было рты спорщики, не успели ее перебить. – Сообщить надо, но бросаться голословными обвинениями – глупо. И разбираться со всем этим предстоит уже не нам, а следователям. Что касается тебя, - она кивнула некроманту, - ты тоже был тут. И, действительно молчишь о причинах приезда.

- Потому что вас они не касаются!

- Пусть. Но я отправлюсь в управление и расскажу верховной о произошедшем. Ведьмам тоже стоит знать. А вам двоим я бы посоветовала найти общий язык, иначе пропустите еще что-нибудь.

- Да я скорее спущусь в мир мертвых! – Элис демонстративно сложила руки на груди и отвернулась.

- Да я сам пошел бы искать там Дориана, лишь бы не сидеть тут с тобой! – он хлопнул ладонью по столу.

Слова прозвучали почти одновременно. Кто знает, что было решающим – проклятие Элис или заглянувший в окно свет луны? Но между ведьмой и некромантом проскочила искра, заметная только магам.

Искра данного обещания, которое должно быть выполнено.

Глава 7

- И сколько у нас есть времени?

Все трое сидели в домике Эль. Случившееся отрезвило всех, заставив увидеть и любопытные взгляды и лишние уши, которые так и норовили получить повод для сплетен. Пришлось перебираться куда-то, куда чужие носы не дотянутся. К тому же, появилась проблема, решение которой откладывать было нельзя.

Искра обещания – это вам не шутка. Это магический инструмент, в природе которого до сих никто толком не смог разобраться. Но, благодаря ему, маги опасались обещать что-то, что не собирались выполнять. Мало ли в какой момент судьба решит над ними посмеяться? На руке появлялся рисунок в виде неизвестных никому рун. Чем больше их было – тем больше времени можно было потратить на выполнение данного слова. Руны постепенно таяли, отмеряя мгновения или дни до конца срока. Что ждало потом? По-разному. Кто-то заболевал и угасал. Кто-то терял магический дар, а у некоторых, наоборот, он становился такой силы, что сжигал мага изнутри. В любом случае, от наказания было не отвертеться и не сбежать.

На руке Элис красовался такой узор, смотревшийся как коричневый браслет, сотканный лучшими гномьими мастерами. И первое звено уже почти стерлось.

- Не думаю, что времени больше, чем до рассвета.

Некромант не выглядел расстроенным. Ну, или так просто казалось. Он, демонстративно не обращая внимания на хозяйку дома, поставил чайник на очаг и искал по полкам травы – открывал баночки и нюхал содержимое, не доверяя надписям. Когда он вдохнул из горшка под названием «Мята», кухню огласило громкое «Апчхи!» Астрид даже подпрыгнула на своем стуле.

- Полынь, надо же. Хотя с такой-то хозяйкой...

На удивление, дом слушался некроманта. Очаг мирно потрескивал, содержимое шкафов не валилось на голову незваному гостю, а половицы не скрипели даже там, где издавали противный звук под ногами хозяйки. Элис изнутри разъедала обида. Ей пришлось потратить несколько дней, чтобы поладить с домом, а он! Но не ругаться же в присутствии некроманта? А тот как раз нашел-таки мяту, добавил в кружку смородиновый лист и сел прямо на подоконник. Тот даже не скрипнул.

- Скажем так, я не удивлен, - он покрутил кружку в руках, а потом поставил рядом с собой. – Виноватых искать поздно, может и мое невезение сказалось. Но в мир мертвых спуститься придется.

- Вообще-то, - бусинки Астрид недовольно звякнули, - твое невезение забрала себе Элис. Мог бы и спасибо сказать.

- В каком смысле?

- Да в таком. Прокляла тебя, должна была забрать твою удачу. А на тебе было проклятие на невезение. Смертельное, между прочим. Еще с неделю ты бы протянул, не больше. А теперь оно на ней.

…

Надо же. С такой стороны Кас не смотрел на случившееся, списывая все на случай.

Проклятье. На нем. И кому он успел помешать?

Сам некромант не смог бы его заметить, это была другая магия, ведьминская. Но никаким ведьмам он дорогу не переходил. Ну, пока не связался с одной рыжей занозой. Но и тут становилось как-то тяжело на нее злиться. Мало того, что она сняла с него проклятье, так и сама оказалась звеном в череде неудач. Врать сейчас не было смысла, им предстояло долгое и трудное путешествие, из которого еще не факт, что они смогут вернуться. Терять нечего.

- Придется подумать об этом позже. Ты, Астрид, верно? Постарайся как можно скорее добраться до управления. Разобраться со смертью Дориана необходимо, да и город останется без присмотра. Мало ли. А мы, раз уж пообещали, должны спуститься в гости к Керберу.

Он откинулся назад, прислонившись затылком к стеклу. Не хотелось, ох как не хотелось ему туда снова лезть.

- Эль, ты в порядке? – Астрид воспользовалась повисшей тишиной и коснулась руки подруги.

- Конечно, лучше не бывает. Мне предстоит спустить в мир мертвых в компании некроманта, с которого это все и началось. Ты знаешь многих, кто сумел оттуда вернуться?

- Вообще-то, некроманта зовут Кассиан, - он не сдержался. Слушать разговор о себе так, будто его здесь нет, было неприятно. И отвлекало от составления плана.

- Да лучше б его вообще никто не звал! – Элис возмущалась, но Кас заметил дрожащие руки и бегающий взгляд. Девчонка боялась, и справлялась с ним как могла.

Сейчас, почти смирившись с неизбежным, он ее понимал.

Мир мертвых не был выдумкой или красивой сказкой для тех, кто боялся смерти. Как не был и наказанием для провинившихся при жизни. Он просто был. Существовал по своим законам и правилам. Уж кому, как не некроманту знать об этом.

Два мира соединял проход, граница, стража с которой Кас как раз и умудрился выпустить. Кербер должен был следить, чтобы проходили только мертвые. Впрочем, живыми после встречи с ним оставались ненадолго, и тоже проходили. А еще он не должен был выпускать мертвых и их стражей наверх. Миры соприкасались, но и только. Хотя находились сумасшедшие, которые пытались туда пробраться. У всех были свои причины, начиная от попыток вернуть кого-то, заканчивая любопытством и жаждой получить несметные богатства за артефакты. Вернувшимися называли себя многие, но мало ли что болтают в придорожных тавернах? Если верить всему сказанному там за кружкой разбавленного вина, то мир полон пещер, драконов и золота. Но эти же болтуны замолкали, когда их спрашивали, почему они пьют в дешевой таверне, а не тратят свои богатства в столичных ресторанах.

Все, что следовало знать простым смертным – мир мертвых существовал. А все остальное было спрятано в подвалах управления некромантии и передавалось только под обязательство не разглашать информацию.

- Если хочешь, можешь не идти со мной, - он сделал глоток чая. Горячий! Но морщиться было слишком обидно для его гордости. – Можешь проверить, что тебе приготовит судьба.

- Да я даже не знаю, куда идти!

- Тогда тебе повезло, что с тобой во все это влез некромант. Правда, нам кое-что понадобится.

…

К болоту они подошли ближе к рассвету, когда на браслетах оставалось всего одно звено. Большую часть дороги молчали, только ругались на надоедливых мошек и проклинали попавшиеся под ноги кочки. У ведьм это получалось более витиевато, так что теперь позади них красовалось несколько расплющенных кочек, парочка деревьев, корни которых завязались в узел и зацвели мелкими цветами, а часть мошкары в лесу светилась и пыталась отыскать цветочный нектар. Связываться с ведьмами в плохом настроении – себе дороже.

Болото выглядело все также непривлекательно. Высокая трава по краям переходила в сырую чавкающую землю, изредка слышались плеск и кваканье. Деревья вокруг были низкорослые, скрюченные, сухие. Сказывалась близость мертвого мира. Луна почти пропала, оставался только легкий след на светлеющем небе.

- Нам пора. Если хотим найти Дориана и вернуться живыми.

Кас был сосредоточен. Мысленно он составлял маршрут, пытаясь продумать их путь к нужному месту. Стоило сделать поправку на его спутницу, но это было непредсказуемо. А он предпочитал иметь план действий. И запасной. И, желательно, план отступления. Поэтому на тихое перешептывание девушек он внимания почти не обращал. Правда, громкий треск веток позади не услышать было невозможно. Он обернулся, уже подготовив слова для замечания, но ведьмы стояли прямо рядом с ним, также удивленно глядя на кусты.

Сначала показался хвост. Черный, в колючках и сухой траве. И только потом к замершим путникам выбралось остальное тело, пятясь, изредка грозно рыча и виляя этим самым хвостом. Последней показалась голова с прижатыми ушами и зажатой в пасти цветущей палкой, вокруг которой кружился целый рой светящихся мошек.

Все облегченно выдохнули.

- Это не собака, это недоразумение какое-то, - Эль украдкой вытерла выступивший со лба пот. – Выберусь, найду твоего хозяина и прокляну.

- Сначала придется спуститься, - Кас был не настолько уверен в возвращении. А что может быть лучше, чем испортить настроение кому-нибудь еще? Особенно, если это ведьма, которая и втянула тебя в неприятности. – Стойте молча, я скажу, когда можно будет идти.

Пришлось зайти в болото. Вода противно залилась в ботинки, холод сковал движения. Ладно хоть достаточно было немного пройти, намокнув только по колено. Его передернуло от мысли, как неприятно будет зайти в ледяную воду глубже.

Кассиан глубоко вздохнул, выравнивая дыхание. Не думать ни о чем, не думать… Призвать магию. Почувствовать, как она закипает под кожей, заполняя собой все его существо. Когда некромант призывал силу, все остальные ощущения притуплялись. Окружающий мир словно терял цвет, разделяясь только на живое и близкое к смерти.

Открыв глаза, которые, как он знал, заволокло тьмой, он взглянул в воду. Болото превратилось в стекло. С той стороны на него глядели провалы глаз, в которых не было зрачков. Духи. Сотни духов заполнили все пространство, выискивая любую лазейку, в которую они могли бы проникнуть. Скалились зубы, беззвучно шевелились губы, хотя ни одного лица невозможно было разглядеть. Белые маски, призраки, бывшие когда-то живыми, но потерявшие разум в руинах мира мертвых. И некому было сдержать их.

Магия следовала за движением пальцев. Сначала разогнать духов, иначе они застрянут прямо тут, не имея даже шанса на возвращение. Их растерзают, растащат по кусочкам, а оставшиеся крохи их душ присоединятся к беззвучному хору бьющихся с той стороны. Духи подчинялись неохотно. Они попытались достать мага, но он был все еще в мире живых, куда им хода не было. Кас почувствовал, как от напряжения выступил пот, так и норовя залить глаза. Духи не сдавались, но он был настойчив. Постепенно посередине болота остался неровный круг, свободный от призраков.

Теперь нужно было открыть проход. Он набрал в грудь воздуха, а на выдохе скороговоркой прошептал слова на непонятном языке. Он, если честно, даже не смог бы назвать их значение. Но, главное, что они работали. По стеклу пробежала трещина, и еще, и еще. Стоило дотронуться, как осколки полетят внутрь, освобождая им путь.

- Пора. Дай мне руку.

Девчонка напоследок пожала ладонь подруги и шагнула к нему. Он покрепче сжал ее пальцы. Не хватало только упустить ее! Потом не найдет.

Вода уже не казалась такой холодной. Элис не видела, куда он ее ведет, для нее все вокруг было просто болотом. Зато Кас подошел ровно к краю прохода. Взглянул на свою спутницу, которая так вцепилась с перекинутую через плечо сумку, что пальцы побелели, и кивнул ей. А потом резко, не церемонясь, опустил руку ей на голову, опуская под воду. А следом нырнул сам.

Стекло рассыпалось с тихим звоном. Этот звон привлек внимание пса, до того с увлечением выгрызающего колючки из шерсти. Он увидел нырнувших в воду людей, вильнул хвостом и в два прыжка последовал за ними.

Глава 8

Элис задыхалась.

Вода застилала глаза, сводила судорогой тело. Сначала она думала, что в неглубоком болоте будет не так уж и страшно, почти смело шагнула за некромантом. Но когда она скрылась под водой, ноги потеряли опору. Вода была черной, сквозь нее не пробивалось и капли света. Единственное, что ведьма ощущала – чужая рука, которая тянула ее в глубину.

Время перестало существовать. Они плыли толи пару мгновений, то ли целую вечность. Голову сдавило, воздух кончился. В какой-то момент Эль уже не могла думать, она начала вырываться, пыталась освободить ладонь из крепкой хватки, лишь бы вернуться на поверхность. Глоток воздуха был дороже всего на свете. Плевать на проклятие и обещание! Это можно пережить, а вотутонуть здесь и сейчас было страшно.

Но рука держала крепко. Как Элис не дергалась, ее упрямо тащили вперед. Или вниз, тут уж как посмотреть. Когда задерживать дыхание было уже невозможно, а рот и нос заполнились горькой водой, она перестала сопротивляться. Сил не было, сознание уходило. И именно в этот момент ее голова оказалась на поверхности. Глоток воздуха удалось сделать не с первого раза, а жутким хрипом можно было пугать зомби.

Ее ладонь так и не выпустили. Некромант обернулся, убедился, что она всплыла, и потащил ее к берегу. Это было уже не мелкое болотце, а река. Широкая, с медленным течением. Света почти не было, берег просто смотрелся чуть светлее, чем вода.

Когда ноги коснулись каменистого дна, Эль просто умирала от усталости. Ее, наконец, отпустили, и она загребала руками, борясь с бессилием и течением. На берег она выползла, рухнув прямо там, едва отползла от воды на пару шагов. Было слышно, как где-то рядом упал на камни некромант. В тишине раздавалось только их судорожное дыхание и, вдалеке, капала вода.

Сколько они так лежали? А существовало ли время в мире мертвых? В том, что они добрались, Эль не сомневалась. Слишком холодно, слишком тяжело дышать, слишком странные ощущения. Она дрожала, обхватив себя руками. Мокрая одежда прилипла к телу, облепила. Волосы спутались и пропахли тиной. Ремень сумки давил на плечо, но поправлять не было сил.

- Ты цела? – некромант поднялся первым. Он нависал над ней темным силуэтом, теряясь в сумраке этого места. Впрочем, даже так можно было разглядеть, что он тоже дрожит.

Эль кивнула и с трудом поднялась на ноги.

- Где мы? – слова отозвались эхом.

Она осмотрелась. Это точно была пещера, но конца-края Элис не видела.

- Около входа. Тут души выходят из воды и отправляются в дальнейший путь.

- Значит, где-то тут должен быть Кербер?

- Вообще должен, - Кас запнулся, - но, что считай нам повезло. На сегодня он взял выходной. Не спрашивай.

Не задавать вопросов было сложно, но были дела поважнее. Согреться.

- К-какой у н-нас п-план? – голос дрожал, как Элис ни растирала себя руками. Потом она сняла туфли и вылила из них воду. Правда, делать это пришлось, прыгая с ноги на ногу, потому что стоять на холодном каменном полу было невозможно.

- Пойдем, - некромант кивнул влево. – Там можно развести костер и согреться.

- А тут безопасно? И стоит ли тратить время? – чуть не врезалась в спину остановившегося мужчины.

- Слушай, что ты вообще знаешь о мире мертвых? Давай так. Мы попали сюда вместе, а значит, нам придется доверять друг другу и охранять спину. Да-да, я тоже не в восторге. Но мне нужно понимать, что ты знаешь и каких глупостей можно избежать, просто предупредив об опасности. Я развожу костер, ты – рассказываешь. У нас есть время, пока не придет проводник.

Элис зашла в небольшой угол, образованный завалами камней. Там, к ее удивлению, лежала охапка хвороста, несколько сухих поленьев и солома. Пока Кассиан возился с костром, она задумалась. А что, в действительности, она знала? Часть знаний выветрилась из головы сразу после последних экзаменов, но что-то еще оставалось.

Мир мертвых в обычных школах относили к разделу «Мифология», а вот там, где учились маги любых направлений – к «Другим расам и мирам». Его существование признавали. Трудно спорить, когда призраки и духи были реальностью, а некромантия считалась одной из самых перспективных наук. Но желающих изучить этот мир было немного. Какой толк от знаний, если вернуться и рассказать почти невозможно? Впрочем, некоторые утверждали, что сумели выбраться. Кое-кто даже написал о том, что успел увидеть.

Во-первых, считалось, что границу охраняет Кербер - трехглавый пес с дурным характером. Но о нем знали все, даже дети. Особенно им любили пугать желающих погулять в темноте.

Во-вторых, пропущенных Кербером духов принимал проводник. Он уже не проверял их, не считал и вообще, вся его задача состояла только в одном – открыть путь идущим.

А вот дальше начиналось самое интересное. В том, что же ждет путников за пределами этого пути, мнения разделялись. Кто-то проходил по полю, устланному костями. Кто-то по огненному болоту, а кто-то по сухому лесу. Чем дальше заходили живые, тем сложнее им было оставаться разумными. Ну и сам путь становился труднее, а препятствия – больше.

Еще были стражи. Они охраняли порядок, ловили беглецов и назначали наказания.

В общем, Элис знала о мире мертвых не больше, чем любой студент-первокурсник. Но честно выложила все это некроманту, попутно наблюдая, как над хворостом вьется тонкий ручеек дыма. Разгорающемуся огню она была рада больше, чем чему-либо еще в своей жизни.

- Я не хочу вновь скандалить, но нам придется раздеться, - Кас примиряюще выставил руки вперед. – Так мы сможем высушить одежду, иначе от всего этого мало толку. Ну и, я как бы уже видел тебя в одной рубашке, так что поздно стесняться.

Элис хотела разозлиться. Нет, правда! Сидеть с посторонним мужчиной наедине, так еще и раздетой. Но, чтоб его, он был прав. Так что она равнодушно, насколько получилось, пожала плечами и отвернулась. Под замерзшими пальцами завязки платья путались, ведьма бурчала себе под нос, а позади нее некромант нисколько не стеснялся.

- Помочь?

- Сама справлюсь, - Элис фыркнула и, наконец, стянула с себя платье. Нижняя рубашка прилипла к коже, но ее снять не заставит даже холод!

…

Кассиан радовался теплу, разливавшемуся по коже. Они сидели возле костра, спина к спине. Ведьма положила свою голову ему на плечо и, кажется, задремала. Ночь выдалась длинной и тяжелой, а ведь они еще даже не начали свой путь. Надо было немного отдохнуть. Правда, чужие волосы лезли в лицо и щекотали шею, но это мелочи.

Он смотрел на тихо потрескивающий костер. Если отбросить все проблемы, то было даже приятно. Спокойно. Можно было не волноваться, выдаст ли начальство премию или опять зажмет? Поднимут ли плату за комнату или сосед-алхимик опять проведет неудачный эксперимент и все провоняет серой? Тут уже слишком поздно было переживать о подобных вещах. Все они остались там, наверху. Здесь же думалось о жизни. Об упущенных возможностях. И о том, что же ты успел сделать.

Вспомнился его первый поход в мир мертвых. Он о нем не рассказывал, наоборот, старался забыть. Но здесь и сейчас, под огромными сводами этой пещеры, воспоминания нахлынули сами.

Кас тогда был подростком. Немного бунтарем, немного изгоем – сказывалась специфика магии. Мало кто из друзей мог понять его чувства, налет цинизма сквозил в каждом его слове. А по-другому он не справлялся.

Каждый день видеть смерть тяжело. А она сквозила во всем, становилась неотъемлемой частью жизни. Сейчас, много лет спустя, он понимал, что так оно и есть. Жизнь и смерть неразлучны, как ночь и день. Но тогда… Тогда приходилось строить из себя особенного. Смотреть на всех свысока, чтобы никто не увидел, как у него перехватывало дыхание каждый раз, когда он видел обреченных. Проще всего было с призраками – они уже не воспринимались людьми, были сами по себе. Но все остальное мальчишку угнетало.

К сожалению, наличие у него дара некромантии еще не говорило, что он сможет его вынести.

Он учился в школе, где для носителей магии проводили дополнительные занятия. И вот одно из них вел пожилой профессор, который уже отошел от дел. Его пригласили как гостя, посмотреть на молодое поколение. И он заметил Кассиана. То ли было в его глазах что-то испуганное, то ли маг за годы своей практики научился видеть таких людей. Сломанных. Но он пригласил Каса к себе домой, обещая провести с ним личное занятие. Отказываться тот не стал, школьная библиотека давно заменяла ему второй дом, а тут обещали новые знания.

И профессор его учил. Скорее даже не так – наставлял. Они пили чай с медом из небольших фарфоровых кружек, которые как приятно звенели о блюдце. И разговаривали. О жизни. О смерти. О будущей работе. О том, что Кас может сделать много полезного, и в его даре нет ничего страшного. Он отличается от магов воды, к примеру. Но замыкаться, прятать свои способности куда хуже, чем их использовать во благо.

Профессор же и рассказал ему о мире мертвых. Что для души смерть – не конец. Она проходит свой путь, а потом перерождается. Кому-то даруется просто отдых от прошлой жизни, а кому-то приходится пройти очищение. Каждый находит в мире мертвых свое. Кто-то даже выбирает там и остаться, становясь стражами или заблудшими душами.

И все же, это целый мир. Со своими законами, правилами, опасностями и красотами.

Кас тогда не поверил. Для нахохлившегося мальчишки, каким он был, это все звучало как сказка. Пусть успокаивают других, а он-то видел! Видел, как бесплотный дух покидает тело аптекаря. Видел, как сереют лица тех, кто должен скоро умереть. Видел, как черный сгусток преследует тех, кого скоро убьют. Для него мир живых был полон мертвецов и призраков. Куда не глянь – всюду смерть.

Профессору он рассказал об этом не сразу. Подумаешь, об этом не писали в учебниках. Но никто же не пишет в них, как дышать? Это очевидные вещи.

А оказалось, что – нет. Профессор тогда даже не допил свой чай, отставив красивую белую чашку с нарисованной на ней крохотной птичкой. И задумался. Надолго задумался, Кассиан уже собирался уходить, раз учитель молчит. Чего ему мешать?

- Если ты не против, - он заговорил медленно, тщательно подбирая слова. – Я бы отправился с тобой в путешествие. Пожалуй, стоит узнать о твоих способностях у того, кто разбирается в этом получше меня.

Тем же вечером профессор говорил с его родителями. Они сидели на их кухне, а Каса остались в его комнате, где он места себе не находил. Ему казалось, что у них дома все не так. Не как много места, как в просторной гостиной учителя. Не такой красивый сад, с мамиными цветами под окном. Не такие красивые кружки, а обычные – разные по форме и размеру, без изысканных рисунков. Не такие, к каким привык профессор.

Но уже за полночь, когда все наконец вышли, а Кас почти бегом прибежал проводить учителя, тот устало улыбнулся и потрепал его по взъерошенным волосам. Все было хорошо. Родители переглядывались, но мальчик не придал этому значения. Главное, они согласились и его ждало приключение!

Уже следующей ночью он стоял в этой пещере. Продрогший, мокрый, обвешанный амулетами. Испуганный. И только ободряющая улыбка профессора и нежелание показаться трусом не давали ему удариться в истерику.

Воспоминания прервал раздавшийся мерный шум. Словно что-то большой стучало по каменным стенам пещеры. Реку медленно застилал туман, который бурлил, как кипящее молоко. Пора. Кассиан аккуратно потрогал девушку за плечо.

- Надо собираться. Скоро придет проводник.

Глава 9

Вещи, разложенные у костра, почти высохли. Сколько ж она спала? Определить время было почти нереально, но сгущающийся туман заставлял поторапливаться. После недолгого сна озноб прошел, и завязки поддались с первого раза. Элис перекинула через плечо ремень сумки, и обернулась к некроманту. Тот уже затоптал костер, но даже в полумраке были видны синяки под глазами и немного впавшие щеки. Кажется, ему отдохнуть не удалось.

Река оживала. Некогда спокойные воды текли быстрее, шум нарастал. Туман кипел и расползался на берег. А чуть позже там стали появляться фигуры.

- Значит так, - некромант не сводил взгляда с реки, но подошел ближе и заговорил шепотом, - как появится Проводник – ни слова. Иди рядом, ни на что не обращай внимания и не отставай, чтобы ты не увидела. Хорошо?

- И ты только сейчас мне об этом говоришь?

- А ты думала, что поход в мир мертвых будет увеселительной прогулкой? Тогда возвращайся, пока не поздно. Это все еще самая легкая часть пути.

Элис недовольно фыркнула, но промолчала. Оставалось надеяться, что он знает, что делает.

Проводник появился неожиданно. Только что берег был пуст, а вот на нем уже стоит темная фигура выше Элис примерно на две головы, укутанная в плащ или что-то подобное. Лица было не видно, капюшон был накинут слишком низко. Он стоял неподвижно, но в том, что это Проводник сомнений не возникало. Вместе с его появлением изменились и ощущения от этого мира.

Элис застыла, борясь с неожиданно возникшим желанием сбежать. Живым тут не место – слишком громко стучит сердце, стук которого, казалось, отдавался эхом. Можно было ощущать, как кровь замедляется, застывает, как тело остывает, но холод уже не беспокоит.

Не место для живых.

Не место для горячей крови и бьющихся сердец.

Не место для чувств.

Проводник стоял неподвижно. Река вдруг забурлила, закипела, вышла из берегов. Вода с тихим шипением поползла по камням, но остановилась у самых ног фигуры или что там у нее было под плащом. Лизнула край ткани, а потом, будто обжегшись, отпрянула.

Из реки стали выходить духи. Молочно-белые, молчаливые, они шли ровным строем. Один за одним, и конца края им не было видно. Когда первые поравнялись с Проводником, остальные еще по пояс стояли в воде. Проводник повернулся и сделал первый шаг. Тут же перед ним засветились белым светом камни. Они зажигались, как огни, освещая невидимый до того извилистый путь.

Первым шел Проводник, а за ним двигались призраки. Никто не издавал ни звука, камни под ногами не двигались. Даже плеск воды притих. Элис пыталась считать духов, но сбилась. Их было много, очень. Они бесшумно ступали строго по светящимся камням, даже когда Проводник уже скрылся из виду. Когда поток выходящих из реки иссяк, Кас тронул ее за руку и кивнул.

Они ступили на каменную дорожку.

Без чувства времени было сложно сказать, сколько они шли. Элис устала разглядывать спины идущих впереди призраков, и смотрела по сторонам. Пещера освещалась только светом от тропинки, и видно было только камни. Но, едва она подумала, что как-то тут не так уж и страшно, а скорее скучно, как под ногами что-то хрустнуло. Кас дернул ее за рукав, не дав остановиться. Впрочем, чуть дальше Элис увидела валяющиеся на дорожке кости. Трудно сказать, принадлежали они людям или кому-то другому. С каждым шагом их становилось все больше, длинных и коротких, целых и раздробленных. Некоторые были размером с человеческую руку, а некоторые не больше пальца. Несколько черепов смотрели на ведьму черными провалами глазниц.

В какой-то момент Элис поняла, что они уже идут не по камням. Вся дорожка состояла из останков, которые сдвигались при каждом шаге. Эль запнулась, зацепилась ногой за торчащую вертикально кость и едва не упала. Некромант успел. Он зажал ей рот рукой за мгновение до того, как витиеватое проклятие сорвалось с губ. Элис подняла на него глаза, а в ответ получила недовольное покачивание головой. Он медленно убрал руку, словно сомневаясь, а потом пошел дальше.

Ряды призраков стали редеть. Они таяли на глазах, оставляя проплешины в стройных рядах. Вместе с этим появлялся свет. Серый, тусклый, как небо в пасмурное утро, но его хватало, чтобы разглядеть хоть что-то.Это все еще была пещера, но сотканная из костей. Они переплетались в причудливый узор, который можно было разглядывать бесконечно, только чтобы убедиться – ни одна из частей этого плетения не повторялась. Кости были и потемневшие, старые, с отколовшимися частями, и достаточно свежие, почти идеально белые, с бурыми разводами. Чем дальше они шли, тем больше белых костей попадалось.

Дорога по-прежнему светилась, но уже не так ярко. Элис отвлеклась на то, чтобы взглянуть вперед, где уже можно было разглядеть фигуру Проводника. Всего на миг, но этого хватило, чтобы она наступила на что-то мягкое. И оно зашевелилось, а потом с силой обвило ее ногу. Черная змея с блестящей чешуей обхватила ее голень, а когда Элис попыталась тряхнуть ногой, непропорционально большая пасть разинулась и, с громким шипением, показался раздвоенный язык.

И Элис вскрикнула.

Кассиан успел поймать змею, когда та, спружинив, рванула к руке девушки. Некромант с силой дернул чешуйчатое тело, отчего хвост, противно скользнув по коже, отпустил ногу. Элис тут же отошла на несколько шагов, тяжело дыша. Змеи. Лучше уж полчища пауков, чем одна, даже самая безобидная ползучая тварь. Хоть и были ведьмы, которые их любили, даже заводили в качестве фамильяров, но не она.

Некромант откинул змею в сторону и даже не поморщился. Он смотрел на Элис не мигая, отчего ей вдруг захотелось скрыться или, на худой конец, отвернуться. Да, она может чего-то бояться! Это не запрещено. Но потом ведьмочка глянула вперед, чтобы понять насколько они отстали, и не увидела дороги.

Вокруг было пустое поле из костей. Проводника не было.

- Поздравляю, ведьма. Мы заблудились.

…

Кас с силой сжимал зубы, почти до скрипа. До жути хотелось что-нибудь разбить, но вокруг были только кости.

Он злился. Больше, конечно, на себя, за то, что ввязался во все это, но и на ведьмину долю проклятий перепало. Просил же молчать! Нет, испугалась она.

- И что теперь делать? – рыжая заноза сидела на одной из больших костей. Больше всего она была похожа на нахохлившуюся притихшую птицу – малость взъерошенная, с затравленным взглядом и опущенными плечами. Она не переставая крутила в руках ремень от сумки, видимо, даже не замечая этого. Глядя на ее раскаяние, Кас даже передумал на нее ругаться. Но ведьме об этом, разумеется, знать не обязательно.

Что делать, что делать… Кассиан вздохнул, понимая, что выбора у него нет. Точнее, можно было бы до скончания веков плутать по нижнему миру, но разве это выбор?

- Раздеваться.

И ведь он даже не шутил. К сожалению. Кас стал расстегивать пуговицы рубашки, злорадно наблюдая, как расширяются глаза Элис. Он специально не стал отворачиваться, не желая лишать себя такого удовольствия.

- Ты… Что ты творишь, извращенец?! – Она вмиг вскочила на ноги и стала пятиться.

- Буду нас спасать, - Кас бросил рубашку под ноги, а сам отвернулся от ведьмы. В том числе, чтобы она не видела его страха.

На спине, на левой лопатке, черным цветом был начерчен рисунок. Круг, часть которого была выделена и символизировала полумесяц. И от круга шли шесть лепестков, украшенных вязью. Прошло много лет, но Кассиан как сейчас помнил момент, когда этот узор нанесли. Боль пронзала не только кожу, она разливалась по всему телу. В какой-то момент он даже отключился, так что учителю пришлось приводить его в чувство. Не самое приятное воспоминание.

- Тебе нужно взять нож и надрезать один из лепестков. Любой. Важно, чтобы узор уже не был сплошным.

- Это что такое? Погоди, - Кас услышал, что ведьма подошла ближе, а потом почувствовал, как она водит пальцем по его спине. Она молчала до тех пор, пора не обвела весь рисунок, каждую черточку. – Тебе блокировали способности? Зачем?

- Долгая история. Я не пользовался ими много лет, но сейчас без них мы не выберемся. Не хочу стать просто очередной грудой костей в этом месте.

- А какие будут последствия? Тебе же не просто так проводили этот ритуал.

- С последствиями буду разбираться сам, потом. Ты сделаешь или нет? Мне…

Кончик ножа прорезал кожу. Пока некромант говорил, ведьма успела его достать и выбрать лепесток. Самый верхний. Теперь линия была разорвана красной царапиной, которая сочилась кровью. Кас тяжело задышал и согнулся, борясь с приступом тошноты.

Забытые ощущения накатывали волнами. Грудь сжималась, воздуха не хватало. Перед глазами мелькали образы – лица умирающих, призраки, разлитая в городе магия. Цербер, просторы нижнего мира, стражи и пойманные ими беглые души. Он словно с высоты птичьего полета смотрел на этот мир, видел каждую его личину, даже если мир претворялся. Тут не было карт, не было ничего постоянного. Но некромант чувствовал каждую душу в этом мире. И искал определенного человека. Ну, того, кто был когда-то человеком.

- Я знаю, куда нам нужно.

Было трудно сказать, когда ему стало чуть легче, а вместо множества голосов, наконец, он стал воспринимать окружающую действительность. Ведьма стояла рядом и держала его рубашку.

- И куда?

- Пойдем в гости к моему учителю. Думаю, он скажет, где искать Дориана.

Он оделся, а потом, не глядя на спутницу, пошел в видимом только ему направлении. Голова гудела. Кассиан ничуть не скучал по ощущению клубящейся вокруг магии смерти. И если ее было много в обычном мире, то тут… Вокруг постоянно клубился черный дым. Он то пролетал мимо, обдавая некроманта холодом и заставляя дрожать, то просто висел тучей, из которой изредка выныривали обезображенные криками и мучениями духи. Для ведьмы вокруг были только кости, а для него открывалась своеобразная жизнь.

- Расскажешь? – Элис поравнялась с ним. В ее взгляде появилось что-то новое. – Что ты спрятал даже от самого себя? И кто такой учитель?

Промолчать? А что он теряет? Может хоть немного отвлечется.

- Учитель когда-то обратил внимание на мальчишку с даром некромантии. Ничего особенного, но почему-то он меня выделил и стал обучать отдельно. Пока не заметил, что моя магия отличается. Я-то не знал, как у других. Когда я перестал справляться со способностями, мы провели ритуал. Вот и все.

- Ты явно недоговариваешь.

- Ты тоже не отличаешься дружелюбием и открытостью.

Вот и поговорили. Дальше шли молча, каждый про себя отмечая, как меняется пейзаж. Под грудами костей стала проглядывать сухая потрескавшаяся земля, а кое-где виднелись даже обугленные стволы корявых деревьев. Их скрученные в невообразимых муках силуэты держали на себе завернутые в белое тела, которые покачивались под мерный скрип веток.

- Поле висельников, - Кас остановился. – Оно стало ближе ко входу, а значит разрослось. Не к добру это, не к добру.

Глава 10

На Элис надвигалась мумия. Белая ткань сползла с лица, обнажив слипшиеся губы и покрасневшие глаза без ресниц и век. Кожа была сморщенной, облепляла кости черепа и свисала с подбородка, отчего казалось, что и без того уродливое лицо поплыло, как картина от воды.

Таких мумий было больше десятка, а некроманта тащил на плече поразительных размеров человек с пробивающимися сквозь кучерявые волосы рогами.

Все начиналось спокойно. Они тихонько обходили деревья, на которых, как безумные плоды, раскачивались тела. Воняло тленом и дымом. Кассиан выглядел хуже, чем когда они только выбрались из реки. Чувствовалось, что открытые способности его тяготят – он озирался по сторонам, стал бледнее обычного, а под глазами залегли глубокие тени. Но Элис молчала, не понимая, грозит ли ей это чем-то или нет. Трудно давать советы по чужой магии, в которой ты не разбираешься.

Сначала из-за горизонта показались клубы пыли. При сером свете мира это не бросалось в глаза, пока из этого облака им навстречу не шагнули два громилы.

- Стражи. Я бы посоветовал тебе спрятаться.

Кто она такая, чтобы спорить? Элис скользнула за ближайшее дерево. А куда еще, ничего другого в округе не было.

Некромант же остановился, закатал рукава повыше и что-то произнес. Из-за громоподобных шагов гигантов трудно было что-то расслышать. Но, видимо, эффект вышел не тот, на который Кас рассчитывал. Громилы взревели и рванули вперед с поразительной для таких махин скоростью. Некромант перепробовал еще пару заклинаний, пока земля перед ним не разверзлась, поглотив одного из нападавших. Но сам некромант качнулся, заставив Элис тихонько вскрикнуть и зажать рот рукой.

Нет, его действительно штормило. Он взмахнул руками, теряя равновесие. И в этот момент второй громила прыгнул и приземлился прямо перед ним. Земля задрожала даже под ногами у Эль, заставив мелкие камешки подпрыгивать. Элис успела увидеть, как огромная рука подхватывает Кассиана поперек туловища, а потом на нее сверху посыпались обрывки тканей. Пришлось выбираться из-за дерева. Как раз вовремя, чтобы первая мумия свалилась на то место, где она только что стояла.

Бежать было некуда. Мысленно ведьмочка перебирала, что она может сделать. Тут не было природы, жизни, к которой она могла бы обратиться. Зато она оказалась лицом к лицу с изуродованным монстром, к которому приближались мумии с соседних деревьев. Они были разной степени разложения, но, на удивление шустрые.

Эль зажала в руке нож, которым не так давно высвободила чужую магию. Вдохнула. Точно, воздух! Как она могла забыть? Видимо с перепугу. Но спасать ее было некому, пришлось брать все в свои руки.

Отступив, чтобы дать себе чуть больше времени, она не глядя открыла сумку и запустила туда руку. Ту склянку она точно брала с собой, сразу после того, как сложила названные некромантом вещи. Это не то, это слишком маленькое, это вообще не баночка… Элис в спешке перебирала содержимое, пока пальцы не схватили средних размеров пузырек с гладкой стеклянной крышкой, на которой чувствовался узор. Она сама потратила несколько ночей, чтобы нанести на стекло символы, не дающие содержимому вырваться.

Ветер. Ее друг, тот к кому она прислушивалась и доверяла. Когда-то она писала курсовую по нему, а это заклинание было ее изобретением. Закрыть природную стихию было не так уж просто. Но сейчас это могло помочь.

- Силой воздуха и воды, луны и света, - пробка открылась с тихим хлопком, - я выпускаю тебя на волю. Прошу, а не приказываю – сбереги. Ты мощь, ты неуправляемая стихия, но ты и защитник!

Из горлышка вырвался легкий дымок. Он, казалось, растворился в воздухе, но тут же Элис ощутила на щеке легкое дуновение ветра. Он погладил кожу, запутался в волосах, растрепав их, а потом прошептал на ушко что-то, слышимое только ведьме.

Мумии приближались. Под их ногами поднималась пыль, но теперь она не оседала назад, а собиралась в небольшие смерчи. Они кружили, подхватывали обрывки тряпок и кусочки костей. Росли. Вот они уже доставали почти по пояс. Эль прикрыла глаза рукой, пряча их от пыли. Ветер вновь что-то шепнул, и до ведьмы больше не долетало ничего. Она стояла посреди нарастающего урагана, но рядом с ней было тихо. Воздух гудел. В нем кружилось все, до чего только смог дотянуться ведьмин помощник.

Первая мумия, которой до Элис оставалось всего пару шагов, так что она слышала ее хриплое дыхание и попытки кричать с закрытым ртом, наткнулась на стене из воздуха. Она заколотила по ней руками, отчего белое полотно разрывалось, открывая красноватую кожу и скрюченные пальцы. Но воздух не подпускал ее к ведьме. Вокруг нее уже собрались почти все висельники, окружили ее, остановившись на расстоянии вытянутой руки. Смотреть на изуродованные лица и тела было страшно. Куда бы Элис ни повернулась, она натыкалась на безумные взгляды, которые, казалось, проникали прямо в душу.

Но ветер делал свое дело. Вот смерч уже закрыл все пространство вокруг, так что из поднявшегося стеной песка торчали только протянутые руки в остатках белых тканей. Потом пропали и они, лишь изредка выныривая из закружившего их водоворота. Ведьма стояла в самом центре, окруженная безумным танцем стихии. Это было одновременно красиво и ужасающе. Мощь, сила живой природы и смерть. Если, конечно, висельники могли умереть снова.

Смерч стал успокаиваться. Стихал шум, появились просветы, а потом и серое небо. Элис стояла на единственном непотревоженном кусочке земли. Все остальное было изрыто, покрыто обрывками тканей и кусками тел, которые разглядывать не хватало духу. И без того кривые деревья потеряли ветки, были разломлены пополам или выбраны с корнем, и теперь лежали немым подтверждением силы ветра.

Вокруг не было ни души. Ни живой, ни мертвой.

- Некромант, чтоб тебя, - Элис ругнулась сквозь зубы, чтобы разогнать пугающую тишину. – И где тебя искать?

…

Кассиан не представлял, сколько времени провел без сознания. Последнее, что он помнил – как пытался остановить стражей. Но с магией было что-то не так, сработало только последнее заклинание. Правда, оно вышло куда сильнее, чем обычно. А потом резкая боль в спине и темнота перед глазами. Оставалось надеяться, что это не ведьма решила отомстить за все хорошее и не огрела его чем-то по голове.

Ведьма!

Кас резко поднялся, отчего голова закружилась, а перед глазами все поплыло. Пришлось еще посидеть, прежде чем появились силы подняться и осмотреться.

Большой зал. Нет, не так – огромный! Потолки тонули в темноте и паутине. Паутина была везде – на массивном троне, стоявшем посередине; на колоннах с узорами, часть которых была отколота, а часть терялась в пыли; на длинном деревянном столе, на котором вразнобой стояли тарелки с остатками еды, пустые бутылки и человеческие останки. Череп стоял на единственной пустой тарелке и его даже пропирали от пыли, оставив грязные разводы.

Кас сидел на полу неподалеку от трона, целый и почти невредимый, если не считать ноющей спины и мелькающих звездочек перед глазами. Но непонятно, было ли это последствием его перемещения сюда или снятия печати с магии. Он поднялся, размял ноги и прошелся по залу. Окна были слишком высоко, чтобы в них заглянуть. Высокие кованые двери закрыты и даже не шелохнулись, когда он подергал ручку в форме змеи. Кас успел обойти все раза три прежде, чем раздался голос, заставивший его вздрогнуть.

Если бы можно было описать звук ощущениями, то от этого голоса веяло ледяным холодом. Ни эмоций, ни интонаций. Мороз по коже.

- Приветствую тебя в Замке стражей.

От входа к нему шел человек. Мужчина, высокий и, пожалуй, излишне худощавый. Светлые, даже белые волосы зачесаны назад и связаны в низкий хвост. Черная одежда, напоминавшая какую-то мантию, накинутую поверх вполне обычных брюк. Он шел не спеша, с ровной спиной и засунутыми в карманы руками. На бледном лице не скользнуло ни одной эмоции.

- Что я здесь делаю?

- А ты разве не знаешь? – страж остановился на расстоянии шага и склонил голову к плечу. Было в этом что-то птичье.

- Понятия не имею.

- Врешь, Кассиан.

Нехорошее предчувствие кольнуло в груди. Нет, этого не могло случиться. Они сорвали только один лепесток.

- Один? – страж словно читал мысли. А может, так оно и было. – Ты же не думал, что какое-то человеческое заклинание сможет удержать сокрытое в тебе?

- Ну, - Кас отошел на пару шагов, пока не уперся спиной в подлокотник трона. – Какое-то время срабатывало.

- Это для людей время существует, тут его нет. Неважно, сколько ты прятался. Важно, что вернулся. Нам пора исполнить предначертанное.

Думай, Кассиан, думай. Тяжело придумать выход, когда вместе с магией спрятали и часть воспоминаний.

- Вижу, - птицеподобный опять шагнул ближе. – Могу вернуть спрятанное, если хочешь.

И, не дождавшись ответа, приложил ледяную ладонь ко лбу Каса.

Ночь. Звездное небо смотрело на мальчишку своими горящими глазами, а он лежал на траве и наблюдал.

Наверное, там хорошо. Ведь есть же кто-то, живущий среди звезд? У них могла бы быть особая, звездная магия, которая меняла бы цвет созвездий в зависимости от настроения. Если маг расстроился, то люди бы наблюдали небо с голубыми камнями. А если он чему-то очень рад – с оранжевыми. Это красиво. И можно перелетать с звезды на звезду, ходить в гости к другим магам и пить чай из красивых чашек. Скорее всего на них нарисованы звездные птички с радужными перьями. Почти как у учителя, но звездные.

Он лежал так с самого заката. Они пришли к границе, но ждали определенного часа. Учитель был взволнован и молчалив, то и дело тянулся к книге, которую взял с собой, и шепотом перечитывал одно и тоже.

Кассиан же не волновался. Это трудно было назвать радостью, скорее облегчением. Скоро все закончится. Скоро он перестанет видеть смерть везде, перестанет ощущать ее призыв. Станет как все.

- Пора.

Они прошли в мир мертвых тайной тропой. Таких проходов было несколько, но этот был ближе всего. Кас там уже бывал, поэтому не удивлялся ни костям, ни полям висельников, но крикам. В мире мертвых он не чувствовал страха, он видел его насквозь. Если бы кто-то спросил, мальчик мог бы рассказать историю каждого духа, каждого сожженного куста, каждой кости. Тут он был своим, не то что в его мире.

И это было неправильно. Кассиану не нравилось это место, он хотел, как все, играть в прятки и есть леденцы на ярмарке. Но не мог.

Учитель обещал сделать его нормальным. Они опять долго разговаривали с родителями, Кас даже успел уснуть прямо на ковре, так что пропустил его уход. Мама плакала весь следующий день. Отец был серьезен и несколько раз подходил к сыну, клал ему руку на плечо и молчал. Было странно.

Спустя несколько дней они оказались тут. Шли по безжизненным землям, сверяясь с записями в книге учителя. Их целью был небольшой покосившийся дом с разбитыми окнами.

Внутри ждал человек. Маленький, высохший старик, ростом не выше самого Кассиана. У него была смешная лысина с топорщащимися остатками волос и длинная белая мантия. Кас удивлялся, как он мог оставаться чистым, когда вокруг столько пыли?

Кассиану пришлось раздеться по пояс и сесть на трехногий табурет. Было холодно и неудобно, но он молчал. Учитель достал из сумки травы, зелья и нож. Он говорил что-то ободряющее, но мальчик мог смотреть только на блестящее лезвие.

- Не волнуйся, Грей знает, что делает, - учитель присел перед ним. Так можно было разглядеть все его морщинки и красные прожилки в глазах. Кас никогда не думал, а сколько ему лет? Для него все, кто окончил академию, считались уже старыми. – Твоя задача – не произнести ни слова. В какой-то момент ты можешь отключиться, это нормально. Когда очнешься – твоя магия будет тебе подчиняться, а видения пройдут. Надо только потерпеть. Ты самый сильный из тех, кого я видел, мальчик мой.

Потом ему дали свернутую тряпку, чтобы зажать зубами. И Грей начал читать заклинание тихим монотонным голосом.

Было больно. Спину жгло огнем, когда там вырезали очередной символ. Но чем дольше все продолжалось, тем сильнее горело внутри. Магия кипела, не желая подчиняться. Кас хотел кричать, но помнил свое обещание. Он был в бреду, с силой закусывал тряпку, по щекам текли слезы. От этой слабости становилось еще обиднее, и он мысленно выкрикивал самые бранные слова, которые помнил. Но вслух не произнес ни слова.

В какой момент все закончилось, он помнил. Только что он корчился от боли, а сейчас уже лежал на какой-то ветоши. Было тихо и пахло жжеными травами. Позади него слышались тихие голоса.

- Он справится? – учитель говорил шепотом, боясь разбудить мальчика.

- Если не сорвет печать. Я спрятал его магию, так что стражи его пока не найдут. Но его будет тянуть сюда, даже если не будет понимать зачем.

- А если найдут?

- Тогда его заберут. Мало кто может убежать от своей судьбы, этот мир берет свою плату. Кто-то должен за всем присматривать.

- Бедный мальчик. Я даже не сразу поверил, что столкнулся с такой редкостью. Он сможет почувствовать себя нормальным?

- Конечно. Он забудет все, что сегодня случилось. На время. Хотя я бы советовал тебе рассказать ему правду, когда немного подрастет. Однажды ему придется столкнуться с этим миром, и лучше, если он будет готов.

- Знаешь, Грей, пока я расскажу только часть. Пусть он хоть немного побудет просто мальчишкой. Не представляю, в каком возрасте можно принять, что ты был мертв.

Кассиан помнил, как они вернулись домой. Он тогда проспал целый день, а когда проснулся, почувствовал такую легкость, какой никогда не испытывал. Призраки перестали преследовать его, лица живых не искажались гримасами боли, а магия подчинялась.

Меньше чем через полгода учитель умер. Так и не рассказав ему ничего.

Глава 11

Рэя блуждала уже целую вечность. По крайней мере, ей так казалось. Поле висельников давно сменилось развалинами города, где ей пришлось прятаться от целой стаи непонятных тварей. Благо, вместо головы у них был только один огромный глаз, так что по запаху они ее не нашли. Ведьма сидела на полуобвалившейся крыше до тех пор, пока они не скрылись из виду. А потом еще немного. Было трудно определять время, когда небо оставалось равномерно серым.

Спустившись, она призвала на помощь ветер. Он летел впереди, заглядывал в провалы окон и кружил вокруг, выискивая опасность. Но ничего страшнее ползущей руки им не попалось.

Пейзаж вновь сменился. Полуразрушенные дома вдруг стали восстанавливаться на глазах – камни сбрасывали вековую пыль и взлетали на стены. Сквозь выжженную землю пробивалась зеленая трава, чужеродно выглядевшая в этом мире. Элис даже пришлось отойти на пару шагов, потому что под ногами у нее что-то зашевелилось, а потом в том месте появилась рыхлая куча песка, откуда и выскочила, боязливо озираясь, мышка.

Это все было настолько неожиданно, что Эль замерла, наблюдая, как вокруг нее вырастает город. Все было почти настоящим. Новые части выглядели немного размытыми и местами прозрачными. Нехорошее предчувствие заставило сдвинуться с места.

Она торопилась. Теперь это было даже сложнее, потому что приходилось обходить прилавки с овощами и фруктами, невысокие заборы цветников и восстановленные скульптуры, изображавшие древних рыцарей. Проходя мимо одной из них, Элис обратила внимание, как детально выполнена лошадь. Можно было разглядеть каждую волосинку в хвосте, каждую мелкую деталь сбруи и даже, показалось, что Эль увидела легкие клубы пара, вырвавшиеся изо рта.

Свернув за угол двухэтажного дома, половина стены которого была покрыта плющом, закрывающим несколько окон, она врезалась в еще одну статую. Только изображала она человека, застывшего в момент бегства. Голова была повернута назад, нога согнута в колене, а рот открыт в беззвучном крике. Кто-то поставил в руки статуи цветочный горшок, в котором сиротливо сидел непонятный росток. Половина листьев уже сгнила, а вторая чудом сохраняла желто-зеленый цвет.

Элис затормозила, упершись рукой в грудь статуи, чтобы не удариться. Тук… Она замерла, не веря своим ощущениям. Тук тук. Тук тук.

Под ее рукой, внутри глиняной скульптуры, билось сердце.

Взглянув вокруг, она увидела еще десятки фигур. Бегущих, закрывающих лицо руками или упавших на землю. Какой-то безумный садовник выдал каждому горшок с цветком, но почти все они выглядели на редкость чахло. Элис попятилась. В прошлой части города такого не было, может там найдется другой проход? Но, обернувшись, на пустой мгновение назад улице, увидела движение.

Призраки. В странных свободных одеждах, перевязанных на поясе длинными платками. Все они были бестелесными, беззвучными, но вели себя, как живые. Они открывали рты, словно разговаривали друг с другом или улыбались, махали рукой кому-то на другой стороне улицы. По дороге бежали босоногие мальчишки, смеясь и перекидывая мяч из сплетенных веток. Возле лавки с овощами столпились женщины, прикрывающие лица шляпками с вуалью. Они обмахивались веерами и кокетливо улыбались продавцу, который, вероятно, рассыпался в комплиментах, предлагаю невиданные раньше фрукты.

Город жил своей жизнью, не обращая на Элис внимания.

Она отмерла и осторожно, стараясь ни с кем не столкнуться, пошла по улице. Чудом увернулась от спешащего всадника, обошла колодец и увидела проход между домами. Там стоял человек, прячась в тени. Он не выглядел прозрачным, наоборот, выделялся на фоне призрачных горожан своей осязаемостью. Мужчина вышел из тени, смотря прямо на Элис. Он кивнул ей и, молча, махнул рукой. А потом скрылся в переулке.

Идти или не идти? Остаться в безумном городе с призраками или довериться кому-то живому? Точнее, мертвому, но, кажется, разумному. Элис выбрала второе. Можно плутать тут вечность, а можно попробовать выбраться.

Ее проводник шел впереди, изредка оглядываясь. Он выглядел старым, седина отливала в волосах. Лица было не разглядеть из-за расстояния, но ничего необычного ведьма не заметила. Они шли закоулками, прячась в тени и избегая главных улиц. В какой-то момент позади раздался звук боевого рога, услышав который мужчина пустился бежать. Элис передалось беспокойство, поэтому она старалась не упустить его из виду.

Город кончился неожиданно. Они только пробежали в открытую дверь, которая была спрятана в стене между двумя невысокими белыми домами, как вокруг уже было просторное поле и видневшийся впереди лес. Элис обернулась и увидела деревянную стену, окружавшую город. Из дальних ворот выезжал отряд всадников с копьями. Увидев беглецов, лошади заржали, а воины подняли вверх копья.

- Надо успеть добежать до леса! Туда они не сунутся.

Мужчина впервые заговорил. Голос был хриплым, бег ему явно давался не так уж легко. Подгоняемые криками позади, они бежали. Лес приближался медленно, маня тенью высоких сухих деревьев. Когда они были уже рядом, возле уха Элис просвистела стрела, и с глухим стуком упала впереди. Девушка споткнулась от неожиданности и едва не упала, но крепкая рука придержала ее за локоть.

Они успели. Забежали в лес в момент, когда всадники были буквально за спиной. Слов было не разобрать, но сама интонация и угрожающе нацеленные на них копья, доверия не внушали. Едва беглецы ступили под защиту деревьев, преследователи остановились. Они потоптались на месте, придерживая лошадей, еще что-то покричали, а потом поехали обратно.

- Стар я для таких подвигов, слишком стар, - мужчина прислонился к ближайшему стволу дерева и пытался отдышаться.

Он, действительно, был не молод. Морщины испещряли лицо, глубокая складка пролегла между бровей. И все равно он был достаточно симпатичен и подтянут. Седые волосы вились небольшими кольцами, прикрывая хитрый оценивающий взгляд.

- Кто вы такой?

- Да, простите мою невоспитанность. Годы в нижнем мире накладывают свой отпечаток, - он выровнялся, оправил одежду и протянул руку. – Я – профессор Максимиллиан. Учитель Кассиана, некроманта, с которым вы сюда прибыли.

Он легко сжал ладонь Элис, и поцеловал ее запястье.

- Добро пожаловать в мир мертвых, госпожа ведьма. Я рад, что успел вытащить вас из проклятого города. Он регулярно оживает, а потом запертые там воины вновь и вновь убивают каждого жителя. И так уже много веков. Могли бы и мы пострадать, если бы не успели добраться сюда.

- Зачем вы меня спасали?

Мужчина немного замялся, но ответил.

- Скажу честно, я пришел не ради вас, а ради своего ученика. Я ему остался должен… Но опоздал, видимо. А вас я не мог бросить, боюсь, я бы себе не простил смерти столь очаровательной особы. К тому же, отчасти, вы здесь и по моей вине. Но нам надо спешить. Только заберем по дороге кое-кого.

Он, не дожидаясь ответа, пошел вглубь леса. Хотя Элис и показалось все это очень подозрительным, Максимиллиан выглядел самым реальным из всего, что она тут видела. Да и как искать некроманта, не имея представления, где он? Оставалось довериться его учителю. Когда земля под ногами стала пружинить, а из-под редких кустов вытекала грязная вода, впереди показался большой завал из веток. Когда они подошли ближе, ветки затряслись, и оттуда послышалось злобное рычание. До боли знакомое.

- Я нашел его незадолго до похода в город. Или он меня, не знаю уж, - мужчина обошел ветки и склонился к привязанному у поваленного ствола псу. Черному, лохматому и в колючках. – Удивительно, впервые вижу живого пса в мире мертвых.

- Просто он та еще заноза.

Странно, но Элис была рада видеть это лохматое чудо. Он напоминал, что она все еще жива. И, возможно, даже не сошла с ума.

…

Они пили чай. В это сложно было поверить, но Элис сидела на кухне ветхого одноэтажного домика, держа в руках кружку с согревающим напитком. Все посуда и мебель были разномастные, местами отремонтированные, но чистые. Было даже уютно.

- Подумать только, он знал! – Максимиллиан радовался, пританцовывая, когда Элис достала из своей сумки мешочек с сушеным чайным сбором.

Некромант заставил взять его с собой, они едва не поцапались, но он был непреклонен. Тогда, в своем доме и привычном мире, это казалось глупым. Но сейчас, глядя, как учитель улыбается и бережно насыпает смесь в глиняный чайник с царапиной, Эль понимала.

- Знаете, - Максимиллиан замер, сжимая кружку в руках, и наслаждаясь разливающимся по кухне ароматом, - он всегда потакал моей слабости. Мы пили с Кассианом чай в моей гостиной с видом на городской парк. Он любил добавлять мед, поэтому я не пропускал ни одной ярмарки – не мог оставить его без любимого лакомства. А он, знаете, он иногда находил уникальные вещи в лавках приезжих купцов. Однажды он принес мне чашку с колибри. Такой редкой красоты, что фарфор даже звенел по-особенному. Простите, я вас, наверное, утомил болтовней.

- Нет, что вы. Мне даже интересно. Я ведь про него ничего не знаю. К тому же, вряд ли тут много собеседников. Мне не сложно, а вам приятно.

- Вы правы. У меня был тут друг, но он уже… ушел. Я давно не разговаривал с кем-то разумным.

- Но, я же правильно понимаю, тут должны быть все ваши предки? Ну и кто-то еще из знакомых. Простите, но вы не настолько молоды, чтобы тут никого не было.

- Что вы! – Максимиллиан сделал крошечный глоток и закрыл глаза от удовольствия. – Вам не за что извиняться, я не то, что не молод, я стар. И многие мои друзья уже погибли. Просто, как бы вам объяснить, не всех и не всегда можно тут найти. Понимаете, это целый мир и он огромен. Представляете себе карту? На ней почти всегда есть белые пятна или закрытые от посторонних страны. Так и тут.

- Вы сказали, что у вас был тут друг, и он ушел.

- Да, Грей. Старый товарищ, погиб в бою во время восстания племен с западной границы. Вы, наверное, тогда еще были слишком малы, чтобы запомнить. Много достойных магов погибло, много. Грей был некромантом и моим наставником. Некромантам, знаете, тогда было совсем не просто. Это сейчас мы выбили себе власть и почет, а тогда… - он вздохнул и грустно улыбнулся, отчего в уголках рта морщинки стали глубже. – Магия смерти была самой не почитаемой, если можно так выразиться. Простые люди боялись нас, а маги считали бесполезными и слабыми. На таких людях, как Грей, все и держалось. Он считал, что в мире должен соблюдаться баланс. Свет-тьма, жизнь-смерть, понимаете? И если есть магия, которая помогает, именно помогает, а ни в коем случае не пользуется силами природы, то и уравновешивать силу смерти кто-то должен.

- Как ведьмы и некроманты? – Элис тоже сделала глоток чуть остывшего чая. Травяной вкус казался чем-то чужеродным в этом месте.

- Именно! – Максимиллиан поставил чашку на стол, а сам встал и заходил по комнате. Больше всего Элис это напоминало лекцию, которую рассказывал увлеченный профессор. – Ведьмы и некроманты – две стороны одного целого. Кто-то сравнивает их с монетой, но это не совсем точно. На монетах можно выбить что угодно. Если верить, что наш с вами мир – шар, то одна его часть всегда в тени, а на другую попадает свет. Вот эти два вига магии точно такие же! Одно целое, неотделимое друг от друга. Стоит убрать что-то одно, как баланс нарушится. И, кто знает, к чему это приведет.

- Но некроманты и ведьмы, - Элис задумалась, как бы помягче выразиться, - не особо ладят.

- О, так было не всегда! Более того, я даже застал этот переломный момент. Политика, интриги, любовь… Было много чего намешано в том конфликте.

- Любовь? – Элис не удержалась и фыркнула.

Нет, подумать только! Любовь ведьмы и некроманта. Да проще жабу поцеловать и назвать своим принцем, как в детских сказках. Вот только почему-то перед глазами возникли хитрые черные глаза, а в груди кольнуло. От усталости, видимо.

- Конечно, милая. Любовь всегда была и будет одним из важнейших видов магии. Куда мы без нее? Да и чему вы удивляетесь, даже в вас течет кровь некромантов. Не уверен, но предположу, что ваш отец или дед были носителями нашей магии.