Проблемы лицензирования
Магический отдел
Производственная магия, бюрократия и подпольные заклинания
Утренний кошмар
Сергей Волков, законопослушный маг третьего разряда (читай: госслужащий с жезлом), ввалился в офис «Аркан-Сервиса» ровно в восемь. Как всегда — первым. Не потому что трудоголик, а потому что если опоздаешь, начальник включает «Заклинание принудительного энтузиазма», и потом весь день ходишь с идиотской улыбкой.
На столе ждала стопка заявок: «Устранить утечку маны в подвале», «Починить летающие метлы (гарантия истекла)», «Разобраться, почему охранный голем матерится по-древнеэльфийски». Рядом — свежий выпуск *«Вестника магического нормоконтроля»*.
— Опять обновления, — буркнул Сергей, листая. — «Левитация грузов до 50 кг» теперь требует ежеквартальной проверки на «магическую коррозию». «Заклинание устранения протечек» — подписи клиента в трёх экземплярах. А «Заговор против крыс» вообще изъяли из реестра — выяснилось, что он нарушает их права.
— Слышал про вчерашний скандал в промзоне? — Дмитрий Светлов, его напарник, лениво щёлкнул пальцами, и кофе в его кружке начал помешиваться сам. (Несертифицированное заклинание, но всем плевать.) — Хакеры снова отжегли. Взломали склад «Гримуар-логистики», обнулили охрану и утащили партию кристаллов. Оставили на стене руну «Пошёл нахер» горящую.
— Дебилы, — процедил Волков. — Рано или поздно их вычислят и отправят на принудительное перевоспитание в Департамент.
— Ну да, конечно, — Светлов зевнул. — А потом окажется, что половина наших «легальных» заклинаний — это их переработанные подпольные наработки. Помнишь «Автосортировку почты»? До того как её узаконили, она десять лет в чёрных гримуарах кочевала.
Волков промолчал. Он верил в систему.
(Ну, вроде как.)
Клин клином
Вызов пришёл с фабрики «Кристальные узоры» — конвейер встал, магические стабилизаторы глючили, и теперь вместо элитных амулетов получались бракованные побрякушки.
— Это что за херня? — Волков тыкнул жезлом в механизм, и диагностические руны выдали красный сигнал. — Здесь вообще нет лицензионного кода! Кто-то влез и переписал параметры!
— Ну… немного оптимизировали, — замялся мастер участка, потный мужик с татуировкой «Слава Руническому Софту» на предплечье. — Официальные заклинания тормозят, а тут один паренёк… ну, в общем, предложил свой вариант.
— *Хакерский* вариант, — Волков скрипел зубами. — Вы вообще понимаете, что если из-за этого дерьма кто-то пострадает, отвечать *мне*? Не вам, не вашему «пареньку», а *мне*, потому что у меня лицензия, а у вас — нет?
Мастер тупо хлопал глазами.
— Ну… оно же работает?
Волков вздохнул и начал переустанавливать легальные заклинания.
(Работало, конечно, хуже.)
Тёмный переулок и тёмные делишки
Вечером, по пути домой, Волков почувствовал, что за ним следят.
— Эй, служака, — раздался голос из темноты.
Из тени вышел тип в потрёпанном плаще (стиль «бюджетный тёмный маг»). Лицо скрывал капюшон, но по голосу — парень лет тридцати, с хрипотцой курильщика.
— Ты из «Аркан-Сервиса», да?
— Да. И если ты предлагаешь нелегальные заклинания, я обязан сообщить в Контроль.
Хакер фыркнул:
— О, какой принципиальный. А знаешь, почему вас, законопослушных, все ненавидят? Потому что вы тормозите прогресс. Ваши «разрешённые» заклинания — это допотопный код, который только и умеет, что генерировать отчёты для начальства.
Он щёлкнул пальцами, и в воздухе вспыхнула сложная руническая схема — гибрид телепортации и левитации, который Волков *никогда* не видел в официальных гримуарах.
— Это… невозможно.
— Возможно. Но незаконно, — хакер усмехнулся. — Подумай об этом.
И растворился в темноте.
Системный сбой
На следующее утро Волков сидел за столом и тупо смотрел в «Книгу разрешённых заклинаний».
— Что, мозг взорвался? — Светлов, как всегда, выглядел так, будто только что проснулся после хорошей пьянки.
— А тебе не кажется, что система — полная лажа?
Светлов медленно ухмыльнулся:
— О, он прозрел.
Волков закрыл книгу.
Возможно, завтра он нарушит правила.
Но сегодня… сегодня он ещё боялся.
Конец
P.S. Нет, это не конец. Это только начало. Потому что если бы магия была честной, её бы давно приватизировали.
Зацензуренное название заклинания. Имя существительное.
Опизденей
Сцена боя между законником и хакером, в которой бюрократия проигрывает
--- Место действия: Заброшенный магический завод «Рунический Прогресс». Тёмный цех, полный развалившихся станков, пахнет гарью, старыми свитками и немытой магией.
Действующие лица: - Сергей Волков – маг-полицейский, законопослушный до мозга костей. Жезл в руке, мундир в пыли, в глазах – праведный гнев. - Хакер «Клик» – подпольный заклинатель, в потрёпанном плаще с капюшоном, ухмылка до ушей. В руках – не жезл, а кристалл с выжженными от руки рунами (самопал, но работает).
--- Проверка лицензий
Волков врывается в цех, жезл наготове.
— Клик! Ты арестован за незаконное колдовство, взлом магических систем и… прокручивает в голове список …нарушение статьи 14.3 Кодекса магической безопасности!
Хакер лениво поднимает голову.
— О, это же наш любимый бумажник с жезлом. Ты что, один пришёл? Без сопровождения? Без заполнения формы 7-Б?
— Заткнись! — Волков взмахивает жезлом. — «Проверка лицензий, активация!»
В воздухе вспыхивает золотая паутина бюрократических чар – стандартный протокол. Если у противника нет действующих разрешений, его магия блокируется.
Но Клик только усмехается.
— Ох, милый… Ты же знаешь, я специалист по устаревшему софту.
Щелчок пальцами.
— «Отмена запроса. Ошибка 404: лицензия не найдена».
Золотая паутина рассыпается в воздухе.
Волков застывает.
— …Этого заклинания нет в реестре.
— Потому что я его только что придумал, — хакер расплывается в ухмылке.
Опизденей
Волков в ярости.
— Хватит издеваться! «Огненная хватка, уровень 3!»
Из жезла вырывается пламя, но Клик ловко уворачивается, при этом на ходу рисует в воздухе новую руну.
— Ой, классика… Ну ладно, раз ты такой упёртый, вот тебе новинка.
Он сжимает кулак, и вдруг…
— «Опизденей».
Сначала ничего не происходит.
Потом Волков чувствует, как всё вокруг – воздух, свет, даже гравитация – начинает медленно, но неотвратимо… **аться.
- Пол под ногами становится жидким. - Заклинания в его жезле зависают, как глючный интернет. - Даже законы физики будто передумали работать.
— ЧТО ЭТО ЗА ХЕРНЯ?! — орёт Волков, пытаясь устоять на внезапно волнующемся, как море, полу.
— «Опизденей», — повторяет Клик, довольный. — Сущность, которая временно отменяет все правила. Включая твои любимые лицензии.
Волков падает, потому что гравитация то есть, то нет.
— Ты… ты безумец! Это же хаос!
— Нет, — хакер поправляет капюшон. — Это свобода.
Развязка (но не конец)
Когда заклинание наконец рассеивается, Волков лежит на полу, жезл валяется в метре от него.
Клик подходит, наклоняется.
— Ну что, служака? Теперь понимаешь, почему мы не любим ваши правила?
Волков молчит.
Но в его глазах впервые – не злость.
Интерес.
Клик хмыкает, разворачивается и уходит, оставив после себя только следы нелицензионной магии.
А Волков медленно поднимает жезл.
И впервые задумывается, не добавить ли в него что-то своё.
(P.S. "Опизденей" позже внесут в реестр под названием "Локальный коллапс реальности, версия 2.1". Но оригинальное название всё равно будут использовать в подполье.)
св.Херний и проклятие линейной алгебры
Ироничная лекция о законопослушной магии, математике и этических зомби
Место действия: Заброшенное кладбище «Вечный Покой». Туман, скрипучие деревья, парочка скучающих призраков. В центре — Св. Херний, Перекинувшийся Палладин (бывший хакер, теперь «просветлённый» лектор). Перед ним — группа школьников, которые явно хотели бы быть где угодно, но не здесь.
Дополнительные участники: - Призрак и зомби одного и того же парня (его звали Валера, он умер от скуки на лекции по магическому праву). Теперь его дух витает над своим же разлагающимся телом, и оба крайне недовольны.
---
Вступление, или «Почему законы — это как код без багов»
Святой Херний (в рваном плаще, но с галстуком) хлопает в ладоши.
— Дети! Сегодня мы поговорим о важном. О законах магии!
Школьники переглядываются. Один шепчет:
— Опять этот зануда…
— НЕ ЗАНУДА! — Херний внезапно вспыхивает святым светом. — Я — ПРОСВЕТЛЁННЫЙ!
Призрак Валеры вздыхает:
— Блин, опять этот цирк…
Его зомби (с отваливающейся челюстью) мычит в ответ.
Херний продолжает:
— Законопослушная магия — это надёжно! Это как официальная библиотека рун — всё проверено, протестировано, и никто не взорвётся просто так.
— А если мне неохота соблюдать законы? — хмыкает рыжий паренёк с задней парты.
Херний замирает, потом медленно улыбается.
— Тогда, дружок, тебе прямая дорога в математику.
Магия — это просто кривые в многомерном пространстве
— Вы думаете, взлом заклинаний — это круто? Ха! Это просто плохо оптимизированные руны и логика!
Он щёлкает пальцами, и в воздухе возникает сложная руническая матрица.
— Видите это? Это преобразование Фурье для магических колебаний. Хотите стабильный хаос? Изучайте теорию динамических систем!
— Блин, — шепчет школьница в очках. — Это же диффуры…
— Именно! — Херний торжествующе тычет в небо пальцем. — Магия — это прикладная математика с спецэффектами!
Призрак Валеры:
— О нет, только не это…
Зомби Валеры пытается зарыться обратно в могилу.
Практическая демонстрация (или «Почему нельзя клонировать сознание»)
— А теперь наглядный пример!
Херний хлопает в ладоши — и из одной могилы вылезает ещё один зомби.
— Смотрите! Это дубликат Валеры №2!
Призрак Валеры в ужасе:
— ЧТО ЗА ХЕРНЯ?!
Зомби Валера №1 и №2 тупо смотрят друг на друга.
Херний доволен:
— Видите? Нарушение теоремы о единственности решения! Если не учитывать условия сходимости, можно получить два трупа вместо одного!
Школьники в шоке.
Рыжий паренёк:
— Это… это же нарушение всех мыслимых законов!
— Вот именно! — Херний сияет. — Поэтому либо соблюдайте законы, либо учите матан, иначе будете как Валера — в двух экземплярах и оба несчастны!
Финал (или «Пока не поздно»)
Лекция заканчивается.
Школьники медленно расходятся, некоторые в ужасе, некоторые в задумчивости.
Призрак Валеры плачет (ну, как может плакать призрак).
Зомби Валера №1 и №2 дерутся за его бывшую куртку.
— Запомните, дети! Магия — это или правила, или сложные вычисления. Третьего не дано.
Раздаётся хруст — зомби №1 откусил зомби №2 палец.
— …Ладно, иногда третье — это этические проблемы.
Занавес.
P.S. Позже Валера подал жалобу в загробный суд. Дело рассматривается.
Магическая правда
Единственная газета, одобренная Департаментом магического контроля
«КОСМОС ДОЛЖЕН БЫТЬ ЧИСТЫМ»: МАРИЯ ВЕЛИКАЯ ОБЪЯСНЯЕТ НЕОБХОДИМОСТЬ ЛИКВИДАЦИИ МАГИЧЕСКИХ КОСМОНАВТОВ
(Особый репортаж нашего корреспондента, переданный через китайского космонавта Га Га Рин, случайно уцелевшего после инцидента на космодроме «Звёздные Врата»)
Алтайский магический космодром, зона 48-Б
Га Га Рин до сих пор не может понять, что именно пошло не так.
— Мы готовились к запуску, — рассказывает он, дрожащими руками наливая себе крепкий чай (в колбе, разумеется — обычная посуда на космодроме запрещена из-за риска спонтанной дематериализации). — Всё было по регламенту: проверка защитных рун, синхронизация магических двигателей, даже молитва Святой Инквизиторской Бухгалтерии прочитана. И тут…
Тут пришла ОНА.
«Они нарушают баланс»
Мария Великая, Верховный Регулятор Магического Равновесия, появилась на космодроме без предупреждения. В белом мантии, с жезлом из чёрного кристалла, который, по слухам, когда-то был хакером, слишком часто задававшим вопросы.
— Вы лезете туда, куда не следует, — сказала она, и её голос звучал так, будто исходил сразу из всех углов помещения. — Небо — не для магов.
Га Га Рин, будучи человеком практичным (и слегка трусоватым), сразу спрятался за резервную бочку с зельем невесомости. Оттуда он и наблюдал за тем, как начинается системный коллапс.
Технические подробности катастрофы (со слов уборщика-некроманта)
1. Первая жертва — главный инженер. Попытался возразить, что «космос — это будущее». Мария Великая взмахнула жезлом, и он распался на составные атомы. (Позже его собрали, но он теперь боится даже смотреть на звёзды.)
2. Вторая жертва — система управления. Все руны на пульте инвертировались и стали читаться задом наперёд. Компьютер закричал: «ААА, МНЕ БОЛЬНО!» и взорвался.
3. Третья жертва — сам космодром. Здания начали схлопываться в сингулярность, как бумажные пакеты. Га Га Рин клянётся, что видел, как одна из ракет самопроизвольно свернулась в магический узел.
— Вы не понимаете, — продолжала Мария, пока вокруг разворачивался магический апокалипсис. — Каждый маг, который достигает космоса, нарушает Великий Баланс. Он выносит магию за пределы Земли, а это недопустимо.
Га Га Рин не стал спрашивать, почему. Он просто пополз к выходу.
Официальная позиция Департамента
Позже, в эксклюзивном комментарии для «Магической правды», Мария Великая пояснила:
— Космос — это хаос. А магия должна быть упорядочена. Если мы позволим магам летать к звёздам, кто знает, что они оттуда принесут? Может, новые заклинания. Может, богов. А может, что-то хуже.
На вопрос, не является ли это ограничением свободы, она лишь улыбнулась:
— Свобода — это когда все соблюдают правила.
Последствия
- Космодром «Звёздные Врата» запечатан семью печатями запретной магии. - Все маги-космонавты переквалифицированы в тестировщиков зелий. - Га Га Рин получил пожизненный запрет на приближение к любым летательным аппаратам ближе чем на 50 метров.
Когда наш корреспондент спросил его, что он теперь будет делать, китаец лишь вздохнул:
— Наверное, пойду в алхимики. Или в монахи. Или просто напиваться.
Департамент магического контроля напоминает, что несанкционированные полёты караются трансмутацией в учебное пособие.
Корреспондент "Магической правды" подписываться запрещено приказом №666
Юные мечтатели
Диалог в подпольном магическом чате «Безлицензионные орбиты»
Участники: - КосмоХакер (аватарка: летящая метла с надписью «Маск – слабак») - РуническийКот (аватарка: кот с рунами вместо глаз) - Сингулярность (аватарка: чёрная дыра, пожирающая документ с печатью «Одобрено»)
---
КосмоХакер: «Товарищи по несанкционированному полёту! Если мы хотим вырваться за пределы земной атмо-тюрьмы, нам нужно решить три проблемы: 1) Первая космическая скорость (7,9 км/с, но это для лохов). 2) Мария Великая (она же Руинская, она же «а вот хуй вам»). 3) Физика, которая, как известно, просто недописанное заклинание.»
РуническийКот: «Первая космическая – это для тех, кто верит в «официальную науку». Настоящий маг летает на принципе «я так вижу».»
Сингулярность: «Напоминаю, что последний, кто пытался «так видеть», сейчас болтается между измерениями в виде спутанного клубка собственных кишок. Но я записал его последние слова: «Оно того стоило».»
КосмоХакер: «Ладно, серьёзно. Как обойти Марию? Она же мониторит все магические выбросы энергии. Если мы начнём рвать пространство, она прилетит быстрее, чем успеем сказать «чёрт, это была ошибка».
РуническийКот: «А давайте сделаем вид, что мы не маги, а… ммм… очень удачливые астрономы?»
Сингулярность: «Блестяще. «Ой, мы просто случайно оказались на орбите, а этот плащ с рунами – это, эээ… модный аксессуар!»»
КосмоХакер: «Нет. Нам нужно что-то, что не выглядит как магия, но при этом ею является. Например… инерция.»
РуническийКот: «…Ты хочешь взломать инерцию?»
КосмоХакер: «А почему нет? Физики называют это «экзотической материей», мы назовём «заклинание №1488». Суть: если сделать так, чтобы закон сохранения энергии «не заметил» наш побег, то и Мария не заметит.»
Сингулярность: «Окей, слушайте мой вариант. Берём стандартный реактивный двигатель… и добавляем в топливо порошок из кристаллов обратного времени.»
РуническийКот: «…Это же взорвёт всё к чертям.»
Сингулярность: «Да, но красиво! А главное – на несколько секунд реальность «зависнет», и мы сможем проскочить в космос, пока Мария перезагружается.»
КосмоХакер: «Я предлагаю проще: берём обычную ракету, но рисуем на ней руны «это не магия, это технология». Мария же не станет проверять каждую железяку?»
РуническийКот: «Она именно этим и занимается 24/7.»
КосмоХакер: «Тогда последний вариант: мы не летим в космос. Мы делаем так, чтобы космос прилетел к нам.»
Сингулярность: «…Ты хочешь сдвинуть Землю?»*
КосмоХакер: «Нет, я хочу сдвинуть всё остальное. Понимаешь, если локально изменить параметры пространства, то орбита окажется на высоте 10 метров над нами. Мы просто подпрыгнем – и вот мы уже космонавты.»
РуническийКот: «Гениально. А когда Мария прилетит разбираться, мы скажем: «Это не мы – это Вселенная сама так решила».»
Сингулярность: «…Знаете что? Давайте просто выпьем и представим, что мы уже там.»
Чат затихает. Где-то далеко Мария Великая непроизвольно вздрагивает, но не понимает, почему.
(P.S. Через неделю троицу всё же арестовали – не за попытку космического побега, а за незаконное использование руны «Я_в_этом_не_виноват» в городском фонтане.)
Медицинский террорист
Зарисовка из жизни хакера-лекаря на магической войне
Место действия: Линия фронта между Северным Альянсом и Республикой Семи Руин. Разрушенный госпиталь, пахнет гарью, антисептиком и пережаренной маной.
Главный герой: "Доктор" Лекс* – хакер-лекарь. Официально – полевой хирург. Неофициально – живое доказательство, что медицинские заклинания нужно лицензировать строже боевых.
---
Гуманитарная помощь
Артиллерийские руны гудят в небе. Северный Альянс идет в наступление.
— Док! – кричит молодой лейтенант, таща раненого. – Он истекает!
Лекс лениво поднимает взгляд. В руке – самодельный жезл из хирургических инструментов, перевязанных проводами.
— Ну-ка, покажи... – тычет в рану. – О, стандартное "огненное рассечение" третьей степени. Скучно.
Щелчок пальцами.
— "Регенерация 2.0 (модифицированная)".
Раненый вдруг выгибается:
— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ, СУКА?!
— Кости срастаются. Все сразу. Быстрее, чем надо.
По телу бойца идет волна – мышцы набухают, кожа лопается, обнажая новую, розовую. Он орет.
— Видишь, – Лекс улыбается. – Теперь он будет жить. Но ходить – вряд ли. Кости срослись криво.
Лейтенант бледнеет.
— Ты... ты же должен ЛЕЧИТЬ!
— Я и лечу. Просто ваше командование забыло уточнить – как именно.
Целебный удар
Тем временем, первые ряды Альянса уже у стен.
Лекс вздыхает, достает мега-шприц с зеленой жидкостью.
— О, главные гости. Ну что, ребят, кто первый на бесплатную диспансеризацию?
Он бросает шприц в толпу.
Тот взрывается облаком лечебной маны.
Солдаты сначала смеются – пока не понимают, что:
- Кожа начинает зарастать доспехи. - Пальцы соседей прирастают к их собственным телам. - Кто-то орет: «БЛЯТЬ, МНЕ В ЖОПУ КТО-ТО ПРИРОС!»
Лекс наблюдает, как целый взвод превращается в один большой, шевелящийся организм из сросшихся тел.
— Вот видите, – говорит он задумчиво. – Я же предупреждал, что передозировка витаминов опасна.
Клиническая смерть
Командир Альянса (единственный, кто остался целым, потому что стоял сзади) в ужасе:
— ЭТО ЖЕ НАРУШЕНИЕ ВСЕХ МЕЖДУНАРОДНЫХ МАГИЧЕСКИХ КОНВЕНЦИЙ!
Лекс пожимает плечами:
— Какая конвенция? Я просто слишком хорошо их вылечил.
Он указывает на гигантскую биомассу из сросшихся солдат. Та медленно ползет вперед, мыча.
— Смотрите! Они теперь дружат. На клеточном уровне.
Командир стреляет себе в рот.
Лекс вздыхает:
— Ну вот. А этому я даже помочь не успел.
P.S. Позже этот случай внесли в учебники как "Инцидент с биоколлективом №7". Лекса, конечно, объявили военным преступником. Но он до сих пор где-то там, на фронте... и лечит. Слишком хорошо.
Горный диагноз
Ещё одна история про Доктора Лекса, магического медика-террориста
Место действия: Высокогорный перевал «Чёртов Зуб». Альпийские стрелки Республики Семи Руин засели в ледяных пещерах, отстреливаясь от наступающих сил Северного Альянса. Минус тридцать, ветер сдирает кожу, а магия здесь работает через раз – слишком тонкий воздух.
Доктор Лекс сидит у костра, греет над пламенем шприц с чем-то тёмно-фиолетовым. Рядом – трое обмороженных бойцов, которые уже не верят в спасение.
Высотная болезнь
— Док… — хрипит один из бойцов, сжимая обмороженную руку. — У меня… пальцы…
Лекс осматривает почерневшие конечности, щупает пульс, затем невзначай откусывает один палец.
Боец в шоке:
— ТЫ ЧТО, ЕБАНУТЫЙ?!
— Диагностирую. На вкус – гангрена третьей стадии.
Плюет откушенный палец в огонь. Тот взрывается синим пламенем.
— Вот и подтверждение. Ну что, ребята, будем лечить?
Альпийская терапия
Наступающие силы Альянса уже на склоне. Ледяные големы карабкаются по скалам, за ними – маги-морозники с лицензированными заклинаниями обморожения.
Лекс достаёт из рюкзака три ампулы с кислотно-зелёной жидкостью.
— «Горный адаптоген». Моя собственная разработка.
Бойцы переглядываются.
— Это… легально?
— Конечно нет. Но зато эффективно.
Вводит всем троим.
Через десять секунд:
- Первый боец начинает потеть жидким азотом. - Второй обрастает шерстью, как йети. - Третий кричит что-то про «жжение в костях», а потом его скелет выламывается наружу и бежит в атаку.
Лекс записывает наблюдения в блокнот:
— Интересно… Побочные эффекты разнообразнее, чем я ожидал.
Ледяной карантин
Тем временем големы Альянса уже у входа в пещеру.
Лекс вздыхает, достаёт последний шприц – с радужной жидкостью.
— Ну что, ребята… Давайте проведём санитарную обработку.
Выстреливает состав в потолок пещеры.
- Вся влага в воздухе мгновенно кристаллизуется. - Големы застревают в ледяных коконах. - Маги-морозники начинают кашлять сосульками.
А потом…
Лёд оживает.
Он растёт, шевелится, обволакивает каждого солдата Альянса, прирастая к их коже.
Через минуту перед пещерой – ряд ледяных статуй.
Лекс стучит по одной.
— Видите? Идеальная консервация. Теперь их можно спустить в долину и использовать как холодильники.
Бойцы Республики молчат. Один тихо плачет.
Лекс пожимает плечами:
— Ну, хотя бы не срослись жопами. Прогресс!
(P.S. Позже этот случай назовут «Ледяной эпидемией», а Лекса объявят персоной нон-грата во всех горных королевствах. Но он уже ушёл в пустыню. Говорят, там он экспериментирует с обезвоживанием…)
Эпидемия здравомыслия в лесу Сильванаар
Высшие эльфы Сильванаара не воевали. Они возвращали гармонию. Их тысячелетний лес медленно, но верно наступал на пашни людей, корни дубов раскалывали камни фундаментов, а споры псилоцибиновых грибов, разносимые эльфийскими шаманами, заставляли целые деревни впадать в экологический экстаз и с радостью разбирать свои дома на дрова для Зелёного Очага. Это была не война, а экологическая рекультивация. Без крови, но и без права на инаковость.
Армия маркграфа, посланная остановить «зелёную чуму», застряла на опушке. Прогресс измерялся метрами в день, ценой в десятки солдат, которые либо начинали видеть в каждом деревце лик матери, либо находили себя мирно спящими, обросшими мхом и довольными.
И тогда на передовую вызвали Лекса.
Он прибыл не один. С ним был его «исследовательский взвод» — два десятка бывших дезертиров и мародёров, которых Лекс «реабилитировал» под свои нужды. Они везли не пушки, а странные аппараты, похожие на гигантские шприцы с котлами, и тюки с каким-то розоватым субстратом.
— Товарищ полковник, — сказал Лекс, глядя на стену древнего леса, откуда доносилось щебетание невидимых стражей. — У меня к вам один вопрос. Эти эльфы… они случайно не практикуют веганство? Не употребляют животные белки?
— Доктор, они питаются солнечным светом и росянкой, насколько я знаю, — устало ответил полковник Вейс.
— Ага! — лицо Лекса озарилось пониманием. — Точно! Глобальный дефицит незаменимых аминокислот, в частности L-карнитина и полного спектра В-витаминов, которые в адекватных количествах есть только в животной пище! Это же классическая картина! Гиповитаминоз, ведущий к нарушению метаболизма жиров и… как следствие… к идеализму и неприятию реальности в её полной, мясной красоте. Всё ясно. Будем лечить.
Никто не понял, что он имеет в виду. Пока не началась Операция «Питательный Коктейль».
Эльфы атаковали на рассвете. Не в лоб. Из-под земли выросли усики хмеля-душителя, из крон посыпались шишки, взрывающиеся облаками усыпляющей пыльцы. Воздух запел, призывая забыть о войне и уснуть.
Лекс отдал приказ. Его люди включили аппараты. С шипением и бульканьем из гигантских сопел на границе леса начали распылять густой, бледно-розовый туман. Он пах… куриным бульоном с гречкой и легким оттенком печени. Это был аэрозоль «Супер-Мега-Компливит Актив: Полноценный Рацион», созданный Лексом на основе концентрированных мясных бульонов, рыбьего жира, дрожжей и микроэлементов.
Эльфийская пыльца, встретившись с этим «туманем», начала… сворачиваться. Не от яда. От насыщения. Частички пыльцы, как микроскопические губки, впитывали в себя аминокислоты и жиры, тяжелели и падали на землю, превращаясь в питательный грунт.
Но главное было впереди. Ветви-убийцы, протянувшиеся к солдатам, коснулись тумана. И… забулькали. На них, с жутковатой скоростью, начали нарастать мясные почки. Из почек вылезали розовые, пульсирующие побеги, которые тут же покрывались тонкой жировой прослойкой и сеткой капилляров. Дерево, никогда не знавшее животной жизни, вдруг начало обрастать жиром и мышечной тканью. Оно становилось тяжелым, неповоротливым, а главное — голодным. Ветви, вместо того чтобы душить, начали судорожно хватать окружающие растения и засовывать свои же мясные наросты в «рот» — трещины в коре, пытаясь переварить самих себя от жуткого белкового голода.
В лесу поднялся крик. Не гневный, а полный недоумения и ужаса. Из-за деревьев выскочили сами эльфы. Стройные, прекрасные, с луками из живой древесины. Увидев своих «братьев»-деревья, обрастающих плотью, они замерли в шоке.
Лекс вышел вперёд, без щита, только с мегафоном.
— Дорогие пациенты! Не пугайтесь! Это естественная реакция организма, испытывающего тотальный дефицит! Ваша экосистема катастрофически не сбалансирована по белкам! Смотрите!
Один из эльфов-лучников, вдохнув туман, вдруг схватился за живот. Не от боли. От волчьего голода. Тысячелетняя диета из нектара и проростков рухнула перед лицом первобытного инстинкта. Его тонкие черты исказила жадная гримаса.
— Б… БЛЮДА ИЗ СВИНИНЫ! — вдруг выкрикнул он на всеобщем эльфийском. — КАК ЖЕ Я ХОЧУ ЖАРЕНОЙ СВИНИНЫ С ХРУСТЯЩЕЙ ШКУРКОЙ!
Его товарищ с ужасом отполз от него.
— Вы видите? — вещал Лекс через мегафон. — Организм требует своего! Это не порок! Это здоровый аппетит! Лечение уже идёт! Продолжайте вдыхать, не сопротивляйтесь!
Аппараты Лекса дали второй залп. Теперь туман был гуще и целенаправленнее. Он оседал на самих эльфах. И началось Великое Обрастание.
Эльфийская метаболическая система, никогда не сталкивавшаяся с избытком, да ещё и в такой концентрированной форме, пошла вразнос. Тела эльфов, рассчитанные на аскезу и легкость, стали откладывать стратегические запасы. И откладывать с чудовищной скоростью.
Один лучник, пытавшийся натянуть лук, обнаружил, что у него на предплечьях выросли здоровенные бицепсы и трицепсы из чистейшего белка. Он стал сильнее, но его изящный лук просто сломался в этих буграх мышц. Другой, пытавшийся спеть заклинание, почувствовал, как его горло обрастает гладкой мускулатурой и жировой прослойкой, делая голос низким, хриплым и абсолютно не магическим. Третий просто начал округляться. Быстро. Секунда — появился живот. Десять секунд — бока. Минута — он уже был похож на шарик с тонкими эльфийскими конечностями, беспомощно перекатывающийся по земле.
Лес превращался в кошмарную мясную лавку. Деревья, утыканные пульсирующими стейками и отбивными. Эльфы, либо накачивающиеся мышцами до состояния неспособности двигаться, либо обрастающие таким слоем подкожного сала, что могли только лежать и хрипеть, мечтая о салате (но уже не из листьев, а с майонезом).
Высший жрец леса, древний эльф с ветвями вместо волос, наблюдал за этим, и его лицо выражало трансцендентный ужас. Он поднял руки к небу, призывая ярость природы. Из-под его ног рванулись исполинские корни.
Лекс вздохнул, подошёл к одному из своих котлов и щёлкнул тумблером. Настройка: «Гипертрофия. Миофибриллы. Максимум».
Струя тумана ударила прямо в жреца и в его корни. Корни… вздулись. Не просто стали толще. Они нарастили на себе гигантские, бугристые мышцы, как у тираннозавра. Эти мускулистые корни с ревом вывернулись из земли, но вместо того чтобы атаковать, начали бесконтрольно качаться и сгибаться в спазматическом бодибилдинге, рвя связки и ломая себя от непривычной нагрузки. Сам жрец, крича, начал покрываться горами рельефной мускулатуры. Его ритуальные одежды лопнули. Через секунду он был похож на победителя конкурса «Мистер Олимпия», сделанного из дуба, только не мог пошевелиться под тяжестью собственных новых мышц и смотрел на свои бицепсы размером с бочку с немым воплем.
Вся атака захлебнулась. Вернее, заплыла жиром и накачалась. Вместо войска грациозных защитников леса на опушке лежала, сидела и перекатывалась масса страдающих, невероятно здоровых с точки зрения биохимии, но абсолютно беспомощных существ. Воздух гудел от их стонов: «Мне… так тяжело… но я такой сильный!» и «О, боги, я чувствую каждую свою новую мышцу… она болит!».
Лекс выключил аппараты и, довольный, обошёл «результаты».
— Видите? — сказал он подошедшему полковнику Вейсу, который стоял, прикрыв ладонью рот. — Организм сам знает, что ему нужно. Мы просто дали ресурс. Теперь они, конечно, недели две будут приходить в себя. Им потребуется специальная диета для удержания мышечной массы и снижения жировой. И, конечно, психологическая помощь для принятия своего нового, полноценного тела. Но зато дефицит ликвидирован! Гармония восстановлена. На биохимическом уровне.
Он посмотрел на лес, где с ветвей капал жир, а могучие, накачанные корни судорожно дергались.
— Знаете, полковник, — задумчиво сказал Лекс. — Я думаю, через пару недель они будут совсем другими. Более… прагматичными. И менее зацикленными на листьях. Мир, конечно, станет менее поэтичным. Зато более сытым. И это, я считаю, прогресс.
Полковник Вейс просто молча повернулся и пошёл к своему штабу.
Анализ причин неэффективности магии, в частности магии земли, при противодействии орбитальному воздействию на литосферные плиты
Научно-исследовательская работа
Тема: «Анализ причин неэффективности магии, в частности магии земли, при противодействии орбитальному воздействию на литосферные плиты»
Автор: Ст. н. с. Отдела Ксеномагических Угроз, д.т.н. Аркениус.
Консультант: Агент-Ликвидатор «Садовник».
Аннотация: В работе исследуются фундаментальные ограничения магических систем, препятствующие их применению для парирования угроз планетарного масштаба, в частности – кинетического или энергетического воздействия с орбиты на тектонические структуры. На примере ликвидированных цивилизаций «Эльфийская Империя Солнечной Кроны» и «Дварфы Каменного Корня» доказывается тезис о таксономической несовместимости магии и орбитального оружия.
---
1. Введение
Классические магические системы, развиваемые аборигенными цивилизациями III типа по шкале Кардашева-Манова, демонстрируют высокую эффективность в тактических операциях. Однако при столкновении с противником, применяющим орбитальное оружие (условно – цивилизация IV типа), данные системы оказываются полностью несостоятельными. Целью данной работы является выявление причин данной несостоятельности.
2. Основная часть
2.1. Таксономическая несовместимость угрозы и ответа.
Магия, по своей сути, является локальным пертурбатором физических констант в ограниченной области пространства-времени. Заклинатель, манипулируя эфирными полями или маной, создаёт аномалию – шар плазмы, смещение тектонической плиты, ускорение роста растения.
Орбитальное оружие (например, рельсотрон «Кронос» или плазменный ускоритель «Гекатонхейр») оперирует не маной, а чистой кинетической или термальной энергией, соизмеримой с энергией крупных астероидов или вулканических супер-извержений.
Вывод: Магия пытается «залатать дыру» в реальности, в то время как орбитальный удар создаёт «новую реальность» – кратер, сейсмическую волну, ударный эмиссионный след. Невозможно «заклинанием земли» остановить континент, который уже сдвинут с места ударом, эквивалентным 10^12 мегатонн.
2.2. Проблема масштабирования и обратной связи.
Сильнейший маг земли может, в теории, остановить оползень или даже вызвать землетрясение магнитудой 6.0. Однако для противодействия удару, смещающему литосферную плиту, требуется на 12-15 порядков больше энергии.
· Энергозатраты: Попытка магнуть планетарное воздействие привела бы к мгновенному выжиганию всех магических эфирных каналов на континенте и испарению самого заклинателя.
· Скорость реакции: Магический ритуал требует времени – концентрации, жестов, вербальных компонентов. Кинетический боеприпас с орбиты достигает поверхности за 30-180 секунд. Энергетический луч – практически мгновенно.
· Отсутствие «мишени»: Магия работает с конкретными объектами или силами. Против чего направлять заклинание? Против вольфрамового стержня, летящего с 15-й космической скоростью? Против потока плазмы, ширина которого составляет сотни километров? Это всё равно что пытаться заклинанием воды остановить цунами, вызванное падением астероида в океан.
2.3. Когнитивный диссонанс и парадигмальная слепота.
Цивилизации, развивавшиеся в рамках магической парадигмы, зачастую неспособны понять саму природу угрозы.
· Эльфы воспринимали орбитальный удар как «непристойно мощную магию огня» и пытались парировать её «щитами солнца и луны». Результат – испарение.
· Дварфы, верящие в несокрушимость камня, интерпретировали сейсмическую волну как «гнев духов земли» и пытались их умилостивить ритуалами. Результат – погребение под собственными горами.
Их картина мира не включала в себя концепцию внеконтекстного оружия – оружия, которое не играет по их правилам.
3. Заключение
Магия, как инструмент, ограничена своей онтологической базой, завязанной на локальное манипулирование известными силами. Орбитальное воздействие на тектонические плиты представляет собой угрозу принципиально иного класса – угрозу изменения геологических и геофизических параметров планеты как целого.
Попытка противостоять такому воздействию с помощью магии аналогична попытке остановить ураган, дуя на него. Теоретически возможно, но практически недостижимо из-за на 19 порядков превышающих требуемые энергозатрат и фундаментального непонимания физики процесса.
4. Практические рекомендации
Для цивилизаций, столкнувшихся с подобной угрозой, рекомендация одна: эвакуация или капитуляция. Любые попытки сопротивления магическими средствами являются иррациональными и приведут лишь к бессмысленным жертвам. С точки зрения Высшего Космического Разума (или Агента «Садовника»), такая цивилизация считается таксономически нежизнеспособной и подлежит... переформатированию.
---
Список литературы:
1. Отчёт «Садовника» о операции «Садовая Тележка».
2. Отчёт «Слесаря» о операции «Весёлый Молоток».
3. «Основы орбитальной баллистики и планетарной геофизики для чайников». Изд-во «КНБП».
4. Личный дневник эльфийского чародея Келебримбора (последняя запись): «Ослепительная зелень... Как так?..»
Здоровое питание и крепкий дух
Тилли, десятилетний воришка и глаза улицы, прижался спиной к тёплой кирпичной стене, наблюдая. Он всё наблюдал. Это был его капитал. Вот сейчас его капиталом было то, что происходило за столиком у харчевни «У Двух Козлов».
За столиком сидели двое. Нет, не двое. Явления.
Первое явление — орк. Орк как орк, только, по меркам орков, пожалуй, даже субтильный. Зеленоватая кожа, клыки, шрамы. Сидел, уныло ковыряя вилкой в тарелке с тушёной капустой. Выглядел… пришибленно.
Второе явление заставляло у Тилли отвисать челюсть. Это был… эльф. В теории. Судя по остаткам — изящным, нечеловечески правильным чертам лица, острым ушам, торчавшим из гривы чёрных, жирных от пота волос. Но на этих изящных костях было натянуто что-то монструозное.
Его плечи были шире, чем у кузнеца-гнома. Шея исчезала в буграх трапециевидных мышц, сливаясь с торсом. Рука, в которой он держал шпажку, была размером с окорок, каждый мускул на ней был выделен, как рельеф на карте. На нём была простая холщовая рубаха, и она надувалась на спине и груди так, будто под тканью лежали мешки с мукой. Но самое гипнотическое — это было его спокойствие. Он не рычал, не позировал. Он просто… поедал.
На тарелке перед ним лежала гора свиного шашлыка. Рубиновые, сочные, дымящиеся куски. Эльф методично, с лёгкостью профессионального грузчика, нанизывал их на шпажку по три-четыре куска за раз и отправлял в рот. Жевал не спеша, с глубоким, почти философским удовлетворением. Потом делал глоток из кружки с тёмным элем, оставляя на глине отпечаток пальцев, каждый из которых был толщиной с морковку.
Орк вздохнул, отодвинул капусту.
— Я не могу так больше, Брандир. Честно. Эта… эта здоровость. Она давит.
Эльф, Брандир, проглотил очередную порцию, вытер губы тыльной стороной ладони (размером с сковороду).
— Ты просто не до конца прошёл терапию, Гарз. Доктор говорил — возможны рецидивы аскетичного мышления. Надо больше красного мяса. Белок. И силовые. Ты когда последний раз на турнике подтягивался?
— В аду мне турник! — прошипел орк, но беззлобно. — Мы, орки, должны жаждать битвы, а не… не считать калории! Раньше я после стычки мог целого кабанчика съесть! Сырого! А сейчас я на порцию капусты смотрю и думаю: «А сколько в ней клетчатки? Не вызовет ли вздутие перед тренировкой?» Это же ненормально!
— Это осознанность, Гарз, — сказал эльф, и в его низком, гулком, как звук падающего бревна, голосе слышалось странное, чуждое для эльфа умиротворение. — Раньше я питался солнечным светом и росой. И был готов убить за то, чтоб лес рос. А теперь… — он посмотрел на свою тарелку с таким нежностью, с какой его предки смотрели на саженцы. — Теперь я понимаю. Всё есть химия. И правильная химия — она в правильном балансе макронутриентов. И в прогрессивной нагрузке. Доктор Лекс открыл нам глаза.
Тилли, затаив дыхание, слышал это имя. «Доктор» был городской легендой. Говорили, он на востоке превратил целую армию эльфов в толпу мясоедов-качков. Тилли думал, это байки.
— Но скучно, — хмыкнул орк Гарз. — Всё по расписанию: сон восемь часов, разминка, завтрак (овсянка, яйца), силовая, обед (грудка, гречка)… Где дух приключений? Где спонтанный грабёж?
— Дух приключений — в преодолении себя, — невозмутимо ответил Брандир, доедая последний кусок шашлыка и облизывая пальцы. — Сегодня я поставил личный рекорд в становой тяге. Триста пятьдесят. Чувствуешь? Это и есть кайф. Чистый, здоровый. А спонтанный грабёж — это неконтролируемый выброс кортизола и риск травмы. Неоптимально.
Он поймал взгляд хозяина харчевни, гнома, и поднял указательный палец (похожий на сосиску). — Ещё одну порцию. И… знаешь что? Добавь мне двойную порцию сала из свёклы. Для пищеварения.
Гном, ничуть не удивляясь, кивнул и поплёлся на кухню. Видимо, это было привычное зрелище.
Брандир обернулся к орку, и его огромная, мускулистая физиономия вдруг стала серьёзной.
— Слушай, Гарз. Завтра у меня групповая терапия. «Анонимные аскеты». Обсуждаем трудности ресоциализации. Приходи. Там и твои орки-пессимисты бывают. Поделишься. И доктор Лекс иногда заглядывает, консультирует по спортивному питанию.
Орк мрачно ковырнулся в капусте.
— Ладно. Приду. Может, хоть узнаю, как с этой… с этой тягой к правильному образу жизни бороться. А то уже и водка не радует — калории пустые, на печень нагрузка.
Тилли не мог оторваться. Этот… этот эльф-гора, рассуждающий о пищеварении и кортизоле, был для него более чуждым и страшным, чем любой демон с рогами. Демон — он понятен. Он злой. А это… это была какая-то тихая, сытая, самодовольная победа чего-то другого. Победа, после которой уже не хочется ни воевать, ни молиться, ни даже особенно грешить. Хочется считать белки, пить воду и спать по расписанию.
Брандир доел свой салат, аккуратно сложил салфетку, встал. Его тень накрыла полуулицы. Он потянулся, и суставы хрустнули, как выстрелы из маленькой катапульты. Он посмотрел на закатное небо, не с поэтическим вздохом, а с оценкой тренировочного процесса.
— Ладно. Пойду. Ещё кардио на вечер запланировано. Бег трусцой по набережной. Присоединяйся?
Орк махнул рукой. Эльф кивнул, заплатил (щедро, с учётом двойной порции сала), и пошёл. Его шаги были тяжёлыми, уверенными, но не грубыми.
Тилли долго смотрел ему вслед, а потом вытащил из кармана яблоко.
Дневник леди.
Боже, какое убожество. Матушка настаивала на «оздоровительной прогулке» по Нижнему рынку — мол, надо знать, как живёт простой люд. Простой люд, как выяснилось, пахнет луком, дешёвым салом и безысходностью. Я уже мечтала о флаконе с нюхательной солью, как вдруг… мой мир перевернулся.
У мясной лавки «У дяди Бородача» стоял Он.
Сперва я подумала, что это какая-то новая садовая скульптура, заказанная излишне эксцентричным купцом. Огромная, из мрамора, изображающая какого-то варвара-титана. Но потом «скульптура» повернула голову.
Это был эльф. В теории. Я видела портреты — изящные, воздушные, с глазами, полными звёздной тоски. У этого… у этого в глазах была спокойная, глубокая уверенность человека, знающего точный вес своего завтрака. Его уши, острые и прекрасные, казались почти игрушечными на фоне могучего столба шеи, который переходил в плечи шире, чем дверной проём в нашей каретной. Он был закутан в простую холщовую рубаху, но ткань натягивалась на его груди и спине так, будто под ней скрывались не мышцы, а плавно изгибающиеся холмы из твёрдого шёлка.
Он выбирал мясо. Не просто выбирал — советовался с мясником, гномом с окровавленным фартуком.
— Дядя Бородач, — сказал Он, и его голос… о боги. Это был не певучий эльфийский шёпот. Это был низкий, бархатный гул, как отдалённый раскат грома над горами. — Прошлая партия свиной вырезки была с излишним мраморным жиром. Для моих целей — поддержания рельефа при дефиците калорий — оптимальнее постная говядина. Есть что-нибудь с фермы с травяным откормом? Меня интересует высокое содержание CLA.
Я замерла, прижав к носу платочек. CLA? Что за диковинные слова? Он говорил о мясе с такой серьёзностью, с какой герцог де Ланси говорил о тонкостях придворного этикета.
Мясник что-то буркнул, достал огромный кусок мяса. Эльф взял его… одной рукой. Лёгким движением, будто это был не окорок, а булочка. Он поднёс его к свету, внимательно осмотрел, понюхал. Я увидела, как играют мышцы на его предплечье, каждое волокно, каждая жилка, вырисовываясь под кожей, которая казалась натянутой пергаментом на стальном каркасе.
— Приемлемо, — заключил Он. — Взвесьте три килограмма. И, пожалуйста, отдельно — куриные сердца. Для микроэлементов.
Я не могла оторвать глаз. Это было отвратительно. Грубо. Примитивно. И… чертовски притягательно. Вся изысканная хрупкость придворных кавалеров, их намёки, их стихи — всё это вдруг померкло, растворилось в дымке рядом с этой первобытной, осязаемой реальностью. Он не собирался писать сонеты. Он собирался есть. И в этом была какая-то пугающая, животная честность.
Ко мне подскочил молодой виконт Эдгар, мой нынешний кавалер.
— Ужасно, не правда ли, дорогая Алисия? — прошептал он, брезгливо морщась. — Полуденная дикость. Говорят, это один из тех… кхм… «вылеченных». Доктором Лексом. Совершенно утратил изначальную благородную суть.
— Замолчи, — вырвалось у меня так резко, что виконт отшатнулся.
Я сама удивилась. Но я не могла слушать его трескотню. Потому что Эльф (я уже мысленно писала это слово с большой буквы) заплатил, кивнул мяснику и развернулся. Его взгляд скользнул по рыночной толпе и… остановился на мне.
Не с вожделением. Не с восхищением. С лёгким, профессиональным интересом. Как на объект, требующий оценки. Он сделал шаг в мою сторону. Земля, казалось, дрогнула.
— Прошу прощения, — произнёс Он, и его голос окутал меня, как тёплое тяжёлое одеяло. — Вы, сударыня, случайно не страдаете от сколиоза?
Я онемела. Виконт Эдгар попытался вставить что-то оскорбительное, но под взглядом Эльфа его голос застрял в горле.
— Вижу по положению плеч и лопаток, — продолжал Он, и в его тоне не было ни капли флирта, лишь чистая диагностическая констатация. — Лёгкий перекос. От постоянного ношения корсетов и неудобных поз в колясках. Это ведёт к зажимам, головным болям и, в перспективе, к остеохондрозу. Вам бы базовый комплекс ЛФК. И, извините за прямоту, ваша диета явно несбалансирована. Бледность кожи, ломкость волос — признаки дефицита железа и витамина D. Вам нужно больше красного мяса и солнечного света.
Он говорил о моём теле так откровенно, так… технично, что у меня не возникло и тени стыда. Только жгучее любопытство. Он видел не «светскую львицу», не «дочь герцога». Он видел биологический механизм, требующий настройки.
— А вы… — выдавила я, чувствуя, как горят щёки. — Вы разбираетесь в… в настройке механизмов?
На его серьёзном, могущественном лице тронулись уголки губ. Это была не улыбка кавалера. Это была улыбка мастера, оценившего вопрос ученика.
— Это моя новая специальность, — сказал Он. — Оптимизация. Сначала — своей собственной. Потом, возможно, — окружающего мира. Извините, мне пора. Кардио по расписанию.
Он кивнул, развернулся и пошёл прочь. Его спина в простой рубахе была произведением искусства — искусства анатомии, силы и целеустремлённости. Он нёс свой пакет с мясом не как обузу, а как необходимый ресурс. Топливо для своего великолепного, страшного двигателя.
Виконт Эдгар что-то лопотал мне в ухо, пытаясь увести. Я его не слышала. Я смотрела всему удаляющейся спине, чувствуя, как во мне рушится целый мир. Мир, где мужчины слагали стихи и ломали шпаги на дуэлях. На его месте выстраивался другой. Где мужчина мог с серьёзным видом обсуждать содержание CLA в говядине и диагностировать твой сколиоз по походке. И в этом новом мире было что-то пугающе честное. Что-то… настоящее.
— Мадемуазель? — настойчиво позвал виконт.
А я, к своему собственному удивлению, вдруг почувствовала острое, неудержимое желание. Не желание кружев и баллов. А желание… узнать рецепт его протеинового коктейля. И понять, что такое CLA.
Заметки на полях тренировочного дневника (раздел "Личное")
Тема: "Оптимизация репродуктивной функции в условиях гипертрофии мышечного корсета и изменённого метаболизма".
Вводные данные: После протокола Доктора Лекса и последующих лет осознанного тренинга тело достигло состояния, близкого к функциональному идеалу с точки зрения биомеханики и силовых показателей. Однако эстетический канон эльфийского общества (изящество, хрупкость, "воздушность") был утрачен безвозвратно. Соответственно, интерес со стороны представительниц собственного вида стремится к нулю. Более того, вызывает либо панику, либо… неприкрытый, клинический интерес (последний раз лесная целительница пыталась измерить моё бицепсы лианой, бормоча о "нарушении природного баланса").
Проблема: Базовая биологическая потребность никуда не делась. Более того, с улучшением кровообращения и гормонального фона (тестостерон, благодаря силовым тренировкам и диете с высоким содержанием цинка, на стабильно высоком уровне) — потребность даже усилилась. Но стандартные "интерфейсы" взаимодействия перестали подходить.
Опыт №1: Эльфийская поэтесса.
Попытка романтического взаимодействия. Использовал стандартный протокол до-"Лечения": тонкие намёки, цитирование древних поэм о лунном свете на паутине. Реакция: испуганный взгляд на мою руку, которой я жестикулировал (она перекрыла ей весь обзор на звёзды), и вопрос: "Вы… вы этой рукой деревья вырываете?" Поэма о паутине потеряла всякую убедительность. Вывод: классический эльфийский романтизм несовместим с антропометрией, при которой обхват предплечья превышает талию партнёрши. Риск случайного травмирования — высокий.
Опыт №2: Человеческая горожанка (аристократка).
Более адаптивный субъект. Проявила неожиданный интерес после случайной диагностики её осанки. Однако при попытке перехода к более тесному тактильному контакту возникли технические сложности.
а) Объятия: стандартный "нежный охват" привёл к тому, что я полностью закрыл её туловище своими руками и грудными мышцами. Она издала звук, похожий на писк захваченной мыши, и начала терять сознание от недостатка воздуха.
б) Поцелуй: из-за разницы в росте и массивности шеи, наклон головы требует отдельной разминки и расчёта траектории, чтобы не ткнуться лбом в её лицо. Сам акт был… неудобным. Ощущения — как пытаться понюхать хрупкий цветок, надевая рукавицы кузнеца.
Вывод: Хрупкость человеческих партнёрш требует сверхточной, почти хирургической точности движений, что противоречит принципу "мышечной радости" и спонтанности. Постоянный страх причинить повреждение сводит на нет всякое удовольствие.
Опыт №3: Орчиха по имени Угра.
Рекомендована орком Гарзом как "адекватный вариант для нестандартных габаритов". Первое впечатление: рост всего на голову меньше моего, ширина в плечах — две трети от моей, телосложение — мощное, функциональное (явно тягала шлаковые тачки или дробила черепа). Рукопожатие было твёрдым, осмысленным, без попытки "померяться силой" (признак зрелости).
Протокол взаимодействия был упрощён до базовых понятий.
Мой вопрос после непродолжительного обмена любезностями (обсудили преимущества разных хватов в становой тяге): "Вы испытываете опасения относительно возможных телесных повреждений в процессе близости?"
Её ответ (хриплый, с одобрительным хмыканием): "Попробуй повредить. Я тебе свою дубиной по каске напомню, от которого у твоего предка трещал купол мудрости".
Это была… обнадёживающая перспектива. Взаимность гарантирована.
Результаты опыта №3:
1. Техническая совместимость: Высокая. Антропометрические данные позволяют использовать широкий спектр позиций без риска разрушительного дисбаланса. Её собственный силовой потенциал и плотность тканей обеспечивают адекватное сопротивление, превращая процесс из "обращения с хрустальной вазой" в полноценный, взаимный тренинг.
2. Коммуникация: Прямая и эффективная. Фразы типа "Левее, жёстче" или "Хватит, потом" несут ясный смысл, не требуя расшифровки поэтических метафор. Похвала звучит как "Неплохо, эльф. Для очкастого дрыща" — что в её системе координат является высшим комплиментом.
3. Побочные эффекты:
· Спать вместе удобно. Она не протестует против того, что моя рука выполняет функцию одеяла и частично матраса.
· Совместные тренировки вышли на новый уровень. Она показала мне несколько отличных упражнений с бревном, которые я не учитывал.
· Кулинарные предпочтения совпадают (много мяса, крупные порции). Не возникает неловкости, когда я съедаю половину кабана за ужином.
· Эстетическое восприятие: её зелёная кожа, шрамы и клыки смотрятся… гармонично на фоне моей гипертрофированной мускулатуры. Это не "изящный цветок и гора". Это скорее "укреплённый бастион и катапульта соответствующего калибра". Визуальный баланс.
Заключение:
Вопреки первоначальным опасениям о "межвидовой дисгармонии", союз с орчихой Угрой демонстрирует высокие показатели по шкалам:
· Физической совместимости.
· Психологической устойчивости (отсутствие ненужных комплексов и надменности).
· Общности бытовых и тренировочных интересов.
Романтизм, в его классическом эльфийском понимании, отсутствует. Но присутствует уважение, ясность и взаимная функциональная полезность. Возможно, именно это и является более здоровой и устойчивой основой для взаимодействия, чем мифы о "родственных душах", которые не выдерживают проверки разницей в обхвате бицепса.
Рекомендация себе: Продолжить наблюдение и взаимодействие. Рассмотреть возможность совместного участия в турнире по бревнометанию как формы социальной легитимации нашего союза.
P.S. Угра сегодня утром, увидев, как я делаю утреннюю гимнастику для суставов, сказала: "Красиво работаешь, эльф. Чувствуется, что не только для показухи качаешься". Возможно, это и есть та самая "поэзия" — в эффективности и отсутствии фальши.
Дополнительная заметка: Выяснилось, что её "дубина по каске" — не метафора. Она действительно держит у кровати дубину, окованную железом. На вопрос "зачем?" ответила: "На всякий случай. И для разминки". Чувство безопасности — повышенное.
Небесный коридор
(Записки авиадиспетчера магического аэропорта "Пуп Земли")
Место действия:
Башня управления воздушным движением аэропорта "Пуп Земли". Единственное место, где сталкиваются магические курьеры, пьяные ведьмы на метлах и дирижабли с просроченными лицензиями.
Главные герои:
· Леонид "Батя" Петров – старший диспетчер. Бывший боевой маг, теперь считает, что самое страшное оружие – это невнимательный пилот.
· Светлана "Радар" Козлова – новичок, бывшая почтовая ведьма. До сих пор не понимает, почему нельзя просто летать "на глазок".
· Геннадий "Гном" Гномов – техник. Убежден, что 90% аварий происходят из-за того, что "эти кретины не читают инструкции".
1. "Утро добрым не бывает"
5:30 утра. Батя вваливается в башню с литровой кружкой кофе, которая, по слухам, заварена на зелье бодрости.
— Опять ночью летали без разрешения, — бубнит он, глядя на радар. — Кто это, блядь, решил, что в три ночи – отличное время для тренировочных полётов?!
На экране – хаотичные метки:
· Дирижабль "Груз 200" (перевозит "особо ценный" груз – читай, контрабанду).
· Ведьма Марфа (на метле, без шлема, с явными признаками вчерашнего застолья).
· Почтовый дракон (который, судя по траектории, уже второй час кружит, потому что не может найти адресата).
— Света, — Батя тычет пальцем в экран, — скажи этой дуре Марфе, что если она ещё раз пересечёт курс дирижабля, я лично привяжу её метлу к вышке.
Света хватает микрофон:
— Э-э-э… Ведьма Марфа, вам запрещён выход в сектор 4-Б!
В ответ – хриплый голос:
— Да пошёл ты, я тут двадцать лет летаю!
Батя хватает микрофон:
— Марфа, я тебя в два счета посажу на принудительное перевоспитание. Помнишь, как в прошлый раз?
На радаре метка ведьмы резко меняет курс.
— Вот и умница, — удовлетворённо хмыкает Батя.
2. "Почтовый ад"
10:00. В аэропорт прибывает "Вихрь-Курьер" – магическая почтовая служба. Их принцип: "Доставим что угодно, куда угодно, даже если адресат этого не хочет".
— Опять эти идиоты, — Гном стучит кулаком по пульту. — В прошлый раз их посылка с "сюрпризом" взорвала половину ангара!
На экране – десяток меток: летающие свитки, посылки с нестабильной магией, и, кажется, один живой груз (который орет в микрофон: "Выпустите меня, я не хочу в Новосибирск!").
— Света, — Батя вздыхает, — направь их на резервную полосу. И скажи, что если хоть одна посылка взорвётся, я их компанию засуну в архив.
Света нервно переключает канал:
— "Вихрь-Курьер", вам назначена полоса 9-Г. Без отклонений.
В ответ – весёлый голос:
— Да не волнуйся, девочка, мы же профессионалы!
Через пять минут на радаре появляется новая метка – посылка, которая внезапно решает, что ей срочно нужно в Китай.
— БЛЯТЬ! — орет Гном. — ОНИ ЗАПУСТИЛИ САМОНАВОДЯЩИЙСЯ КОНВЕРТ!
Батя уже набирает номер магической полиции.
— Да, это снова "Пуп Земли". Пришлите кого-нибудь, кто умеет стрелять по летающим письмам.
3. "Вечерний ад"
18:00. В аэропорт заходит "Летучий Голландец" – дирижабль-призрак, который вечно теряет документы и летает без разрешения.
— Ну вот, — Батя закрывает лицо руками. — Опять этот долбанный призрак.
— Может, просто проигнорируем? – предлагает Света.
— Нельзя. В прошлый раз он врезался в метлу ведьмы, и та упала прямиком на банкет мэра.
Гном уже листает инструкцию:
— По протоколу, нужно предложить ему альтернативный маршрут.
— Альтернативный маршрут? — Батя хрипит. — Да он даже в этот мир не до конца попал!
Но правила есть правила.
— "Летучий Голландец", вам назначен коридор 7-Д. Если, конечно, вы существуете.
В ответ – тишина. Потом слабый голос:
— Спасибо… я попробую…
На радаре метка медленно тает.
— Ну хоть один сегодня без проблем, — вздыхает Батя.
4. "Ночные итоги"
23:00. Смена заканчивается.
— Сегодня ни одного столкновения, — Света устало потягивается. — Это рекорд.
— Рекорд? — Гном фыркает. — Мы потеряли три посылки, одну ведьму и дирижабль-призрак.
— Зато никто не умер, — Батя допивает кофе. — Для нашего аэропорта – отличный день.
За окном пролетает почтовый голубь с привязанной к лапке гранатой.
— Завтра, — говорит Батя, — будет хуже.
КОНЕЦ СМЕНЫ.
(P.S. На следующий день мэр объявил о создании "Комиссии по регулированию магического воздушного движения". Первое заседание пройдёт, как только найдут помещение, которое не проклято.)
Спасибо за чтение
Вернуться к книге