Призванная для императора. Том 3

Глава 1

Лес никак не кончался. Солнце зловеще стояло в зените, не давая определить расположение сторон света.

Тропинка то появлялась, то исчезала, то становилась такой узкой, что я понимала: здесь не ступала нога человека.

Как я смогла заблудиться в двух шагах от деревни, где провела все детство?

В городе я жила всего каких-то два года, а в родные места приехала на каникулы. Захотелось проведать опустевший дом.

А когда пришло время возвращаться, я решила не идти к остановке через центр деревни, а срезать через рощу, куда частенько сбегала от строгого деда в детстве.

До остановки было идти каких-то минут двадцать, а меня вертело и кружило по лесу несколько часов.

Поначалу я слышала то лай собак и мычание коров, то отдаленный шум трассы. А потом все стихло.

Перестали петь птицы, умолкли стрекозы. Лишь только треск сухих веток под ногами нарушал тишину.

Паника подступала к горлу, но я старалась держать себя в руках. Я повторяла, что лес между деревней и дорогой был небольшим, рано или поздно я выйду к людям.

Наконец, я увидела силуэт грузной женщины, одетой в черное платье, голову и плечи которой покрывал огромный цветастый платок. Она шла нестройной походкой немного впереди.

Только одна женщина во всей деревне так одевалась. Как говорили — цыганских кровей. Обычно я старалась избегать встреч со странной старухой, но сегодня была даже рада ей.

– Баб Том, ты? – окликнула я соседку.

Женщина остановилась и медленно повернулась.

Увидев меня, старуха сначала испугалась, а потом подскочила ко мне с несвойственной ей прытью.

– Баб Том, ты чего? Это ж я, Таня, – я поспешила успокоить соседку.

Выглядела она еще более странно, чем обычно: на морщинистой загорелой шее висело с десяток странных амулетов. Глаза старухи безумно вращались, а в руке была открытая бутылка омерзительно воняющей сивухи.

Баба Тома крепко схватила меня за руку и приблизила ко мне свое лицо, испещренное глубокими морщинами, в которых едва ли не мох пророс.

В нос ударил резкий запах чеснока и алкоголя.

– Вижу, ждет тебя дорога дальняя и опасная! Жених твой страшнее самого диавола будет, много душ погубил, – старуха завывала, закатив глаза.

– Сиделец, что ли, – удивилась я.

– Кто ж его посадит, если он — сам закон? – продолжила пугать соседка.

Видимо, от жары и алкоголя разум старушки совсем помутился, раз она решила вспомнить о древнем промысле своих предков.

– Вы бы с крепким завязывали бы, – я кивнула на бутылку.

– Ты за меня-то не переживай, – отмахнулась старуха. – Силы побереги, у тебя впереди путь долгий.

Не желая продолжать препирательства с вредной соседкой, я обогнала ее и пошла по тропинке прочь. Но не успела я и пяти шагов сделать, как мир погрузился во тьму, а голова взорвалась от боли.

Очнулась я уже в сумерках. Голова раскалывалась, как от удара.

Я осторожно провела по волосам, нащупав что-то холодное и липкое. На руке остались следы крови.

Проклятой старухи уже не было рядом. Наверняка уже давно вернулась к себе, выпила, да и позабыла обо мне.

Выругавшись в пустоту, я решила, что нет смысла сегодня пытаться уехать. Только людей напугаю своим видом.

Лучше уж вернуться домой, привести себя в порядок, а утром попытать счастья снова.

Совсем рядом послышался собачий лай. Значит, до деревни оставалось каких-то пару десятков шагов.

С трудом поднявшись, я двинулась на звук, придерживаясь для надежности рукой за стволы деревьев. В темноте я снова потеряла тропинку, поэтому шла на звук.

Я вглядывалась в темноту, ожидая увидеть огни деревни. Магазин, клуб, окна домов, уличное освещение — ничего этого не было несмотря на вечернее время.

Чем дольше я шла, тем большее отчаяние и паника охватывали меня.

Я уже не верила, что этот лес хоть когда-нибудь закончится!

Наконец, деревья расступились.

Передо мной был огромный бревенчатый дом, слабо освещенный несколькими фонарями и тусклым лунным светом. В загоне рядом со странным жилищем бесновались черные псы. Они лаяли до хрипоты и пены, скребли огромными лапами, чтобы их выпустили на волю.

Они чуяли добычу.

Ноги подкосились от ужаса, я отступила в тень деревьев.

Это точно была не наша деревня. И в округе, сколько я помню, не было таких хозяйств.

Оставалась лишь жалкая надежда, что это что-то новомодное, фермерское или развлечение для туристов.

Лай собак усилился, словно они учуяли что-то враждебное.

Из леса донесся топот, затрещали ветки. К загадочному дому с противоположной стороны вылетел десяток взмыленных коней. Из их ноздрей вырывался пар, а копыта яростно били по рыхлой земле.

Черные кони несли высоких широкоплечих всадников. Их плащи развевались подобно крыльям хищных птиц, а лица скрывали капюшоны. От них веяло опасностью, а еще первозданной силой и мощью.

Я не видела лиц всадников, но каким-то шестым чувством поняла, что людьми они не были, а мне лучше держаться от них как можно дальше.

Каждый из всадников был выше, чем любой из знакомых мне мужчин, да и шире в плечах. На ногах были высокие кожаные сапоги, плотно облегающие икры. Одежда была полностью черной без каких-то регалий и опознавательных знаков.

Из своего укрытия я жадно следила за незнакомцами. Чувство опасности сковало меня по рукам и ногам, я была не в силах пошевелиться.

Мужчины спешились. Некоторые из них при этом скинули капюшоны. Я заметила, что почти все они носили длинные волосы, собранные в небрежные хвосты.

Среди прибывших были как вполне миловидные юноши, так и мужчины в возрасте, от одного только взгляда на которых начинали трястись поджилки. Любой из них с легкостью бы переломил мой позвоночник одним ударом.

Стоило лишь одному из них подойти к вольеру с псами, как те жалобно заскулили, словно побитые щенки.

В окнах дома зажегся свет. Распахнулась дверь, и теплый манящий свет полился на поляну. На пороге стоял грузный низкорослый мужчина. Он неловко поклонился гостям и жестом пригласил их в дом.

Мужчины привязали коней и направились к крыльцу.

Но один всадник на стал снимать капюшона. От него так и веяло силой, первозданной энергией. Каждое его движение было тягучим и плавным, наполненным значимостью. Его спутники расступились, пропуская своего главаря вперед.

За все время мужчины не произнесли ни единого слова, но я бы не удивилась, услышь бы незнакомое наречие.

Лишь только когда все скрылись в доме, я смогла нормально вздохнуть.

Кем они были и почему так странно себя вели? И как далеко от родной деревни я забрела?

Мне совершенно точно не стоило оставаться на ночь в лесу в легком топе и джинсах. Рану на голове следовало промыть и обработать. Да и к врачу неплохо было бы попасть.

Но и идти в дом, где собрались столь странные личности, чтобы просить о помощи, мне не хотелось.

– Я бы на твоем месте бежала отсюда сломя голову, – донесся голос сзади.

От неожиданности я взвизгнула, но крепкая рука в кожаной перчатке закрыла мне рот, а в спину между лопатками уткнулось что-то твердое.

– И не стоит кричать, когда рядом рыщут императорские охотники, – прошептали мне на ухо. – Пообещай вести себя тихо.

Я несколько раз энергично кивнула.

– Вот и умница, – одобрительно шепнули сзади. – А то выдашь нас обеих.

Освободившись, я обернулась.

Передо мной стояла рослая женщина. Подтянутая, одетая во все черное и в таких же высоких сапогах и плаще, как и мужчины.

Незнакомка тоже оценивающе оглядела меня. Джинсы и топ не вызвали у нее большого интереса, на светлые кроссовки она покосилась с явным неодобрением. А больше всего ее заинтересовал рюкзак с модной надписью.

– Издалека идешь? – спросила женщина прищурившись.

– Получилось несколько дальше, чем я рассчитывала, – ответила я уклончиво.

– Давай-ка найдем местечко потише, да поболтаем, – предложила незнакомка. – Бьюсь об заклад, твоя история будет крайне захватывающей!

Оглянувшись на мрачный дом, я решила, что с женщиной будет как-то спокойнее.

Женщина пошла в сторону от зловещего дома. В самую чащу.

Я немного затормозила, сомневаясь, стоит ли ей доверять.

– Здесь недалеко есть спуск к старой реке. Когда-то она была полноводной, а теперь сильно обмелела. В сухом русле нас не заметят с высокого берега, – сказала незнакомка.

– Откуда здесь река? – пробормотала я.

Вдоль нашей деревни текла совсем небольшая речушка, почти ручей. Да и то она тянулась не с той стороны, куда этим утром ушла я.

– Сомневаешься? – с легкой усмешкой спросила незнакомка.

– Мне бы домой, – запротестовала я. – Ночлег в лесу с такой раной не очень-то входил в мои планы.

Женщина, которая была едва ли не на голову меня выше, мельком глянула на мою макушку.

– Жить будешь, – бросила она.

– Ага, до свадьбы заживет, – ответила я недовольно.

Обернувшись, моя провожатая хищно улыбнулась.

– А ты уже и свадьбу планируешь? – спросила она.

Я только плечами пожала.

– Никогда не знаешь, где найдешь, где потеряешь, – ответила я, не желая вести задушевные беседы с незнакомкой.

Идти было недалеко. Женщина шла уверенно, будто хорошо знала эту дорогу.

Мне же ничто вокруг не казалось знакомым. Даже деревья были какие-то чужие. Вроде те же елки, шишки да иголки.

Но какие-то не такие.

Наконец, мы вышли из леса на песчаную косу. В этот же момент и Луна показалась из-за туч, ярко освещая пустынный берег.

Огромная, желтая, с глубокими рытвинами. И совершенно незнакомая. Она смотрела на меня, будто это было лицо старой цыганки, и ехидно улыбалась.

Засмотревшись на незнакомое ночное светило, я оступилась на краю обрыва и съехала вниз на пятой точке, поднимая тучу песка.

Моя спутница в три прыжка ловко спрыгнула с обрыва и только покачала головой, когда я поднялась, отряхиваясь и отплевываясь.

– Удивительно, что тебя до сих пор не разорвали охотничьи псы, – усмехнулась она. – Откуда ты здесь? До ближайшего человеческого селения два дня пути.

От ее слов мне стало не по себе.

Чужая Луна, совершенно незнакомое место и какие-то странные люди в плащах. Или нелюди.

– Заблудилась, – честно ответила я. – А потом старуха наговорила гадостей и приложила бутылкой по затылку. Я очнулась, а место какое-то незнакомое…

Название деревни я решила не упоминать, потому что начала догадываться, что занесло меня как-то сильно далеко от дома.

– А звать-то тебя как, потеряшка? – спросила женщина, бродя по берегу.

Пока я отряхивалась, моя попутчица сгребла сухой рогоз в углубление под склоном, устроив подобие лежанки.

– Таня, – ответила я. – Татьяна.

– Что ж, Таня-Татьяна, с новосельем, – пригласила она меня.

– А вы? – спросила я, устраиваясь на не самом удобном ложе.

– Что я? – усмехнулась женщина, вытягиваясь во весь рост.

– Вас как зовут? – спросила я.

– Талли, – ответила она.Только когда я легла, то поняла, как сильно устала. Ноги гудели от длительного хождения по лесу. В рюкзаке нашлась теплая кофта, шоколадка и бутылка воды.

Укутавшись потеплее, я положила рюкзак под голову и честно разделила шоколад с Талли. Она покосилась с опаской, но отказываться не стала. На диете, что ли?

– Теперь спрашивай, – сказала моя соседка после того, как прикончила полплитки шоколада.

– Кто те мужчины, и почему они такие страшные? – спросила я о том, что меня волновало сильнее всего.

– Кажется, тебе еще не приходилось видеть драконов? – спросила Талли задумчиво.

– Далековато тебя занесло, человечка! – протянула Талли, роясь в своей заплечной сумке.

Такое обращение меня несколько покоробило. Сама-то она кто?

Женщина достала какую-то баночку и зачерпнула вонючую жижу пальцем.

– Повернись, я рану обработаю, – приказала Талли.

Я с сомнением покосилась на странное средство. Доверия оно не вызывало.

– Можешь оставить как есть, и дождаться, когда загноится, – пожала женщина плечами, – вы, люди, слишком хрупкие создания.

Меня так и подмывало спросить, кем же она себя сама-то считала.

Вроде внешне такая же: две руки, две ноги, глазами смотрит, ртом говорит. Причем я ее вполне неплохо понимала, так что даже на иностранку не похожа.

Но желание умереть от заражения крови было меньше, чем стремление уколоть собеседницу неуместным замечанием. Я послушно подставила голову.

– Ай! – дернулась я, когда холодное и липкое нечто коснулось раны.

– Драконья мазь не самая приятная, но действенная, – успокоила меня Талли. – К утру должно затянуться. Да и пахнуть будешь драконом, псы не будут так остро реагировать на тебя.

В моем понимании драконы были такими рептилиями вроде динозавров, но с крыльями. И я совершенно не понимала, почему эта женщина их постоянно упоминает.

– А что здесь вообще происходит? – поинтересовалась я, когда лечебная процедура была закончена.

Под “здесь” имелось в виду вообще все, начиная с незнакомой мне Луны.

– Императорская охота, – пояснила Талли.

– Вот те мужчины в плащах — охотники? – догадалась я, вспомнив странных всадников и их лютых псов.

Судя по всему, состоятельные мужчины развлекались, играя в благородную старину. Когда они графы и лорды, на сеновале крепостные, а поутру хруст французской булки. И никаких гаджетов и современных материалов.

В это вписывалось все, кроме Луны. Ее даже за очень большие деньги не заменишь.

– Наш Император в последнее время странное развлечение себе придумал, – пояснила женщина. – Выезжает на охоту в компании таких же лихих драконов и ловит в пустоши дичь.

– Император… драконов? – окончательно запуталась я.

– Да, он самый, – обрадовалась Талли. – А ты сообразительная оказалась!

Я пришла к выводу, что драконы здесь — это что-то вроде наших волков и медведей. Так крутых парней называют.

Ну, играют обеспеченные мужчины. Что бы им и империю не выдумать необычную?

Казалось, что одной проблемой стало меньше.

Я немного успокоилась и даже начала проваливаться в дремоту.

– Если там такие благородные мужчины собрались, может, мне стоило их о помощи попросить? – уточнила я, зевая и потягиваясь. – Наверняка они бы не отказались спасти девушку в беде.

– Я бы не стала, будь я на твоем месте, – уклончиво ответила Талли.

– Почему же? – спросила я.

В ответ женщина кивнула на мои джинсы.

Я догадалась!

Наверняка я выглядела слишком современно для их исторической вечеринки. Вон, Талли-то в льняную рубаху одета и кожаный рюкзак у нее явно ручного пошива. Такие обычно выглядят неказисто, а стоят как три зарплаты. Ее бы они в свой охотничий кружок позвали.

– Что-то мне подсказывает, что дичь, за которой будут завтра охотиться, — это ты, – сказала новая знакомая как-то равнодушно.

От неожиданности я снова села.

В крови бурлил адреналин, а сон как рукой сняло.

Глава 2

– Какого черта?! – воскликнула я, окончательно отказываясь верить в происходящее.

Талли удивленно посмотрела на меня.

– Ну а чего ты ждала, когда пробралась в пустошь? – усмехнулась она. – Думаешь, ты первая придумала сказочку про то, что случайно оказалась там, где проведут пару дней самые влиятельные холостяки Драконьей Империи? Да я вас таких пачками вытаскиваю перед каждой охотой, а вы так и лезете, как тараканы из всех щелей!

Я непонимающе уставилась на женщину. Она все больше злилась и уже не казалась такой милой и приветливой.

– Не знаю, кто вас там надоумил всех, что надо к драконам пробираться. Ведь стоит им увидеть деву в беде, как они все бросят и спасут! Да еще непременно среди них окажется тот, кто признает в человечке свою истинную. А там и свадьба, почет, детишки и долгая обеспеченная жизнь! – Талли со злостью выплевывала слова, будто лично у нее так кто-то мужика увел из числа этих самых драконов.

– Я же сказала, что случайно здесь оказалась, – мои слова прозвучали жалким оправданием. – Это чья-то злая шутка. Я совсем не хотела сюда попасть. Да и драконы эти мне не нужны! От одного взгляда кровь в жилах стынет! Явно же, что ничего хорошего от них ждать не стоит!

– А вот тут ты права, девочка, – заметила Талли, немного успокоившись. – Если ты попадешься на пути гончей стаи, то тебя псы порвут, ведь для них ты пахнешь, как дичь.

У меня желудок сжался от страха.

– Но хуже будет, если тебя встретят драконы, – зловещим шепотом продолжила Талли. – То, что они делают со своей добычей, не смогла пережить ни одна наивная человечка. Жаль, что никто из них меня не послушал.

Женщина вздохнула и поудобнее устроилась на лежанке. От того, с каким равнодушием она все это говорила, меня начало потряхивать от страха.

– Отдохни, завтра сама убедишься в правдивости моих слов. Возможно, удача и повернется к тебе лицом… кто знает, иногда судьба очень странно шутит, – произнесла она.

– А если я не хочу проверять? Мне бы в спокойное и безопасное место. И замуж за дракона мне не надо! – из глаз моих текли слезы, хотелось вернуться в привычный понятный мир, ну или хотя бы выбраться отсюда к людям.

Но Талли просто отвернулась.

– Спи, – буркнула она. – Утро покажет…

Я лежала без сна и в панике думала, как сбежать. Талли почти сразу уснула, и на мои вопросы отвечать больше не стала.

В свете желтой Луны черной лентой блестел ручей, который когда-то был полноводной рекой.

И тут меня осенило!

Если пойти вдоль воды, то рано или поздно я приду к жилью. А если идти прямо по воде, то она смоет мой запах, и собаки просто не смогут взять след. Я про такое в книге читала.

Решив не дожидаться утра, я подхватила свои вещи, сняла кроссовки и пошла к ручью. Осторожно тронула воду. Прохладная, но не холодная, с песчаным дном.

Закатав джинсы повыше, я осторожно ступила в воду. В темноте я не могла определить глубину, поэтому шла в полуметре от берега, где глубина была не больше, чем по колено.

Прохладная вода смыла усталость, и я смогла бодро идти в течение нескольких часов. Страх подгонял меня.

Успею ли я укрыться? Далеко ли отойду от этих охотничьих угодий?

Я медленно переставляла ноги, каждый новый шаг давался с трудом. Голова болела, меня подташнивало не то от голода, не то после удара по голове.

Но я упрямо шла.

К рассвету я окончательно выбилась из сил.

Когда первые лучи солнца осветили ручей, я поняла, что местами он такой мелкий, что я с легкостью могу перейти на другую сторону.

Еще час пути, и у меня перед глазами заплясали черные точки. От усталости тошнило.

За очередным поворотом я увидела старое дерево, которое когда-то росло на крутом берегу, но вода и ветер разрушили почву, оно упало. Ствол давно лишился коры, а непогода отшлифовала его, сделав серым и гладким.

И я решила выбраться по этому стволу на берег. Даже если собаки, выпущенные на противоположном берегу, учуют мой след, то взобраться по гладкому стволу им будет непросто. Мне же, выросшей в деревне, это было под силу даже в таком состоянии.

Выбравшись наверх, я, наконец, почувствовала себя в безопасности. Тем временем солнце поднялось, день обещал быть жарким.

Пройдя еще немного, я набрела на уютную полянку в тени ивы. Допив остатки воды, я решила немного отдохнуть.

Всего несколько минут, чтобы дать ногам отдохнуть.

И это было моей главной ошибкой, потому что стоило мне прислониться к теплому стволу спиной и прикрыть веки, как я провалилась в глубокий сон.

Пробуждение было внезапным и крайне неприятным.

– Кто это тут у нас?! – меня жестоко вырвали из сна, приподняв за шкирку над землей.

Крик застыл у меня в горле. Я отчаянно замахала руками, стараясь освободиться из плена.

Вытянув руку вперед, меня без особого усилия удерживал на весу мужчина. Немного понаблюдав за моими жалкими попытками до него дотянуться, он разжал кулак, и я шлепнулась на землю.

Обретя опору, я замерла, разглядывая незнакомца со смесью ужаса и восторга.

Он был огромным.

Выше любого из мужчин, что я когда-либо видела. Могучий торс был облачен в легкий доспех, который только подчеркивал силу мышц.

Лицо было благородным, будто выточенным из мрамора: четко очерченные высокие скулы, жесткий, слегка раздвоенный подбородок. Серебристые волосы свободно стекали на плечи и словно светились изнутри. Лишь металлический обруч сложного плетения стягивал их.

Но сильнее всего меня поразил взгляд. Глубокий и манящий, словно океанская бездна.

Мужчина не двигался и тоже очень внимательно меня рассматривал. Было в его позе что-то хищное, почти неуловимое, как у лесного зверя, выжидающего момент для прыжка.

– Что там, Дар? – окликнули незнакомца откуда-то из-за кустов.

Мужчина слегка повернулся на голос, и я увидела рукоять меча, покоящуюся за его спиной. Казалось, это оружие было создано вместе с ним, единым целым, готовым в любой момент защитить или разить врагов.

Но я боялась не меча.

Вся моя суть трепетала перед этим мужчиной, в котором словно не было ничего человеческого. Наверное, так должны выглядеть боги… или… драконы!

Я вспомнила все, что говорила Талли прошлой ночью.

Не было никакого сомнения: мужчина, стоящий передо мной, был другой расы. Да, он состоял из плоти и крови, но я бы не удивилась, если бы она оказалась другого цвета.

– Ничего интересного! – ответил мужчина невидимому собеседнику и снова повернулся ко мне.

Он склонил голову набок, словно принюхиваясь, и задумчиво свел брови.

– Кто ты? – спросил он тихо, но властно.

На тембр этого голоса тело отозвалось крупной дрожью.

– Никто! – пискнула я. – Случайно здесь оказалась и уже ухожу!

– В пустоши никто не оказывается случайно. Здесь только дичь и охотники, – ответил мужчина, делая шаг ко мне. – Разве что это была чья-то воля…

Я судорожно пыталась найти путь к спасению.

Почему этот мужчина не рассказал обо мне своему спутнику? Зачем скрыл? Решил лично добыть этот трофей?

Внутри все похолодело.

Я одна в лесу, а тут только этот… дракон…

Что у него на уме?

– Меня, наверное, уже хватились и ищут! – выпалила я первое, что пришло в голову. – Мне надо идти! Простите, что потревожила.

Я встала на четвереньки и попыталась отползти назад.

В мыслях было только одно: бежать!

– Не так быстро, девочка, – пророкотал дракон. – Сначала мы с тобой познакомимся поближе.

Он протянул руку в мою сторону. Его ледяные пальцы коснулись моей щеки, поймали грязный локон и покрутили его.

Я ощутила в животе какой-то холод, будто в желудке ледяной шар был. Ноги и руки стали ватными. Зажмурившись, я ждала своей участи. Непрошеная слеза навернулась на ресницы, но едва ли слезы могли разжалобить этого монстра!

Из-за спины мужчины-дракона донесся приглушенный собачий лай.

Охота началась!

Мой мучитель недовольно поморщился.

– Дай руку, – приказал он.

Я подчинилась, не в силах противостоять его воле. Он взял мою ладонь и накрыл своей. Я почувствовала жар, словно раздирающий кожу, проникающий до самых костей. Пульсирующая боль сдавила виски.

– Интересно, – произнес Дар.

Лай собак приближался.

Мне оставалось только надеяться, что он прикончит меня мечом, а не отдаст на растерзание псам.

Я вся сжалась. В грязи, у его ног. Меня скрючило от боли, тело разрывал лед и огонь одновременно.

Наконец, Дар отпустил мою руку.

– Кто приказал спустить псов так рано?! – крикнул он своему спутнику и скрылся за ветвями ивы.

Сознание постепенно возвращалось ко мне.

Собрав последние силы в кулак, я поползла к обрыву. Я понимала, что если не сбегу, то останусь под этой ивой навсегда.

У меня было лишь несколько секунд.

Сама не помню как, я в два прыжка добралась до обрыва и щучкой нырнула вниз.

К счастью, дальше была песчаная насыпь, по которой я и съехала вниз. Отплевываясь от песка, который забил нос и рот, я бросилась бежать сломя голову.

Разум подсказывал, что ни от драконов, ни от их псов мне не скрыться. Но инстинкты несли меня вперед.

Ветер свистел в ушах, горло саднило.

Русло реки сделало поворот, и я устремилась туда в надежде на спасение.

Но вместо этого было еще одно падение. Видимо, после поворота река становилась резко глубже.

Так даже лучше!

Кубарем скатившись по откосу, я упала на четвереньки. Сил встать не было, но я ползла.

– Вот ты где, Таня-Татьяна, – раздался насмешливый женский голос.

Я подняла красные от песка глаза.

– Талли, – прошептала я.

– Смотрю, ты решила пробежаться с утра, – продолжила она, сложив руки на груди.

Я смотрела на нее снизу вверх и удивлялась, какая она высокая и крепко сбитая. Словно баскетболистка.

– Видела ЕГО? – спросила она, кивнув в сторону, откуда я прибежала.

– Кого? – уточнила я внезапно севшим голосом.

Но Талли только улыбнулась.

– Ты знаешь, о ком я, – сказала она. – А ОН видел тебя?

Вспомнив ужасного дракона, я вздрогнула. Женщина протянула мне руку и помогла встать. Она выглядела очень довольной.

– Боишься? – спросила она.

Я кивнула.

Лай собак стал громче. Они рвались вперед, повизгивая от нетерпения.

Талли оставалась спокойной, даже бровью не повела. И это было очень странно.

– А ты не боишься? – спросила я.

– У меня до конца дежурства три минуты, – бросила она небрежно. – Как только солнце поднимется еще на полпальца, я уйду порталом в более спокойное место.

– Порталом? – ахнула я.

Мне было неважно, что это такое. Я тоже хотела уйти в безопасное место. Желательно через три минуты.

– Возьми меня с собой! – выпалила я.

Талли задумалась.

Видно было, что цену набивает.

Собаки были все ближе.

– Пожалуйста, я не хочу здесь оставаться. Мне тут страшно! – взмолилась я.

В этой ситуации женщина казалась мне более безопасной компанией.

– А оплата? – спросила она, окинув меня насмешливым взглядом.

Я хотела было предложить деньги или отдать свой смартфон. Не новый, но денег он стоил.

Но к своему ужасу, я поняла, что у меня не было с собой рюкзака. Я оставила его там, под ивой. И теперь псы еще лучше будут идти по следу, ведь у них были мои вещи.

Слезы отчаяния покатились по щеке.

– Что ты можешь мне предложить? – повторила вопрос Талли.

– Не знаю, могу убираться, готовить, в огороде работать, – растерянно перечислила я. – Может, генеральную уборку надо сделать или окна помыть?

– Мне — нет, – пожала плечами женщина.

Я опустила голову. Призрачный шанс на спасение утекал, словно этот песок сквозь пальцы.

– Но у меня есть знакомый, который как раз подыскивает себе кого-то, кто мог бы все это делать, – продолжила Талли нараспев, словно дразня.

– Я согласна! – выпалила я, решив, что если останусь живой, то уж смогу как-то разобраться.

– Даже условий не уточнишь? Смелая девочка! – улыбнулась женщина хищно.

Талли щелкнула чем-то, что сжимала в руке, и перед нами возникла едва заметная мерцающая арка.

– Пора! – сказала она и буквально втолкнула меня вперед.

Желудок подпрыгнул к горлу. И если бы в нем хоть что-то было, то меня непременно вывернуло бы.

Я летела, не ощущая под собой земли и не видя неба. Реальность вращалась вокруг с бешеной скоростью.

Неужели я ошиблась и сделала неправильный выбор?

Меня еще несколько раз крутануло, будто на огромной карусели.

Перевернуло вверх ногами, швырнуло резко вбок, а потом выплюнуло.

Я упала навзничь, широко раскинув руки. Реальность еще несколько раз качнулась, прежде чем я начала понимать, что происходит.

Прямо надо мной было огромное синее небо с белыми барашками облаков, которые неспешно проплывали мимо. А вокруг оглушающая тишина!

Ни плеска ручья, ни лая собак.

Да и воздух был другим.

Еще несколько секунд назад он был прохладным и влажным, с нотками прелой листвы. А сейчас казался сухим и наполненным дымом.

– Чего разлеглась? Вставай, – Талли появилась прямо из воздуха.

Я с трудом приподнялась. Мир еще несколько раз качнулся, после чего я смогла нормально встать. Мой вестибулярный аппарат не был приспособлен к таким испытаниям.

– Где мы? – спросила я, оглядываясь по сторонам.

– Там, где драконам тебя не достать, – пояснила моя провожатая. – Мы переместились на большое расстояние.

Местность вокруг была довольно каменистой и пустынной. Ни дерева, ни ручейка.

В отдалении виднелось каменное здание: высокие стены, узкие окна, полное отсутствие каких-то хозяйственных построек. Чем-то походило на заброшенный храм.

– Это там мне нужно будет убираться и готовить? – спросила я, кивнув в сторону необычного строения и гадая, сколько дней мне понадобится на то, чтобы вымыть там полы.

– Нет, девочка, все немного сложнее, – ответила Талли. – Посмотри на свое запястье.

Я посмотрела сначала на одну руку, потом на другую. На левой руке чуть повыше локтя было что-то черное.

Грязь?

Я попробовала оттереть, но безуспешно.

Приглядевшись, я поняла, что несколько черных штрихов складываются в рисунок. Будто кто-то черной ручкой нарисовал.

– Что это? – спросила я у Талли, которая с усмешкой смотрела на мои тщетные попытки оттереть странный знак.

– Это метка, драконий знак, – совершенно спокойно ответила моя спутница. – Охотник пометил свою добычу.

Прозвучало это как-то зловеще. Будто меня приговорили к чему-то ужасному.

– И что это значит? – спросила я, заранее опасаясь услышать ответ.

– Теперь он будет идти по следу не хуже, чем его псы. И обязательно найдет тебя, – пояснила Талли.

– Зачем? – спросила я упавшим голосом.

Ничего хорошего от встречи с тем драконом я не ждала.

– Он ищет сосуд. Женщину, которая родит ему ребенка, – пояснила Талли таким образом, будто это было самое ужасное, что могло случиться в жизни.

Заметив, что я не сильно прониклась, она добавила:

– Предыдущие пять или шесть женщин, умерли, так и не разрешившись от бремени. Возможно, несчастных было больше. Это только те, о ком я слышала.

– А если я не готова? – осторожно спросила я.

– Тогда нам нужно поспешить, – сказала Талли, указав на непонятное здание. – Там ты найдешь убежище и защиту.

– Лучше бы домой, – вздохнула я, но постаралась перебирать ногами побыстрее.

Во рту пересохло, но я шла, подгоняемая страхом.

Талли достала из сумки бурдюк, откупорила крышку и сделала глоток. Потом протянула мне.

Я сделала большой глоток и закашлялась. Жидкость, которую я выпила, обжигала горло. Но и жажду утоляла.

– Постоянно забываю о том, какие вы, люди, нежные создания, – сказала моя спутница, забирая кожаную флягу и закручивая пробку.

– Почему ты так постоянно говоришь? – спросила я раздраженно. – Разве ты сама не человек?

– А сама-то как думаешь? – ехидно улыбнулась она.

Я еще раз окинула ее взглядом. Высокая, крепко сбитая, выносливая. Она выглядела, словно древняя богиня охоты. Тяжелые локоны собраны в низкий хвост, лежат волосок к волоску и отливают на солнце медью. На лице ни тени усталости, несмотря на ночь, проведенную под обрывом.

В какую ловушку я угодила?!

Сбежала от одного дракона, так глупо доверившись другой! И с чего я вообще решила, что стоит верить Талли? Только потому, что эта рыжая лисица была чуть более обходительна?

– Не отставай, девочка, – насмешливо бросила она. – На тебе Его отметина. Он найдет тебя в любом уголке этого мира. Будет идти по следу день и ночь, пока не достигнет цели.

– Тогда какой смысл куда-то идти, если конец известен? – я почти плакала от усталости и страха.

Ноги едва передвигались. Во рту пересохло, а живот сводило судорогой не то от голода, не то от ужаса.

– Попробуем переиграть его на его же поле, – Талли говорила какими-то загадками.

Все это для нее было лишь игрой, в которую она с азартом включилась. А я была пешкой, которая двигалась вслепую, и даже правил игры не знала.

Солнце поднималось все выше и уже беззастенчиво пыталось растопить нас. Кофта, повязанная вокруг головы, защищала от солнечного удара, но от обезвоживания не спасала. Низкий сухой кустарник и редкие валуны не давали тени.

Чем ближе мы подходили к зданию, тем меньше мне туда хотелось. Настолько мрачное и пугающее, что в другой ситуации я обошла бы его за километр.

Каменная громадина доминировала и подавляла. Во всей долине лишь она отбрасывала спасительную тень, но в этот сумрак входить не хотелось.

– Куда мы идем? – спросила я.

– Это древний храм. Драконы уже давно не верят в культы и не совершают обряды. Святилища заброшены, никто не помнит древних ритуалов. Наверное, зря, – пояснила Талли. – Большинство считает, что вся магия сосредоточена в крови. И чем сильнее дракон, тем сильнее его магия. Например, нет дракона сильнее, чем Император Дариен, что оставил на тебе свой знак.

Я не понимала, к чему она клонит.

– Если он самый сильный, и ритуалы ему не нужны, то зачем мы идем в храм? Мы сможем стереть метку? – спросила я.

– Нет, это так не работает. Стереть метку может только тот, кто ее поставил. Но мы можем провести другой обряд. Сейчас все сама увидишь. Почти пришли, – женщина ускорилась.

В храм я входила с особенным трепетом.

Казалось, что пол подо мной вибрировал, а откуда-то издалека неслось странное пение. Такое бывает, если соседи несколькими этажами ниже устраивают вечеринку.

Но здесь никого не было. Ни мебели, ни украшений. Голые стены из серого камня, с которых давно отвалилась штукатурка.

В центре большой семиугольный камень. Он был ярко освещен солнечными лучами, что падали в окна, в которых даже стекол не осталось. По углам же клубилась густая тьма.

Наши шаги отражались от стен и потолка, и казалось, что вместе с нами вошли еще несколько десятков человек.

Спрятавшись от солнца, я надеялась получить облегчение, но почувствовала сильнейший озноб.

– Это очень сильное место. Много веков драконы проводили здесь свои обряды, венчали на царство, заключали браки, общались с мертвыми, – пояснила Талли. – Не многим людям позволяли войти сюда. Разве что в качестве жертвы.

Женщина кивнула на камень. Мне показалось, что в его порах я увидела капли крови тех людей, которые приняли смерть для свершения драконьих ритуалов.

– Драконицы приходили сюда просить о даровании детей, а их мужья — о славных победах.

– О чем же мы будем просить? – спросила я, надеясь, что мне не уготована роль жертвы для страшного обряда.

– О счастливом браке, конечно! – с улыбкой сказала Талли. – Осталось дождаться жениха.

– Зачем мне жених? – опешила я.

Талли закусила губу в задумчивости.

– Попробую объяснить, – сказала она. – Если коротко, то наш Император отчаянно хочет наследника. Сына. И он ищет женщину, которая сможет выносить ребенка. Как только он встретит подходящую, то его магия оставит на ней особую метку.

Драконица указала на мою руку.

– И теперь он будет искать тебя, чтобы жениться, – продолжила Талли.

– Что плохого в том, чтобы стать императрицей? – спросила я с вызовом. – Все лучше, чем бегать по пустыне. Может, мне стоило остаться там?

Мне казалось, что у Талли какие-то личные счеты с Императором.

Но драконица лишь звонко рассмеялась.

– Ему на самом деле не нужна жена, девочка! Ему нужен только сын! На тебе не появилось метки истинности, которая говорит о полной совместимости. Та выглядит, как браслет вокруг руки. Тебя же пометили этим уродливым рисунком, – сказала Талли.

– И что это значит? – уточнила я.

– Любая человечка может зачать ребенка от дракона. Если Император возьмет тебя силой, то ты родишь жалкую полукровку, которому не место на престоле. Ему не будут рады ни драконы, ни люди. Такой наследник не нужен Императору. Он же мечтает о таком сыне, который сможет управлять Империей. Драконы уважают только силу, и полукровке они не покорятся.

Слова Талли звучали зловеще. Я слушала затаив дыхание.

– Есть особая магия. Она возможна только между супругами. Маленький дракон, что поселится в твоем животе, выпьет всю тебя до капли, – Талли брезгливо сморщилась. – Ты отдашь всю свою силу, все жизненные соки. И последний твой вздох произойдет в ту минуту, когда ребенок впервые закричит. А после этого Император с почестями похоронит то, что останется от твоего тела.

По взгляду драконицы я поняла: она не шутит.

– Я не хочу умирать! – поспешно сказала я. – И не хочу замуж за вашего императора!

– Выход есть, – сказала Талли загадочно.

– Какой?! – выпалила я.

– Выйти замуж за другого дракона, – ответила она.

Предложение звучало абсурдно. Но другого не было.

– Фиктивно, разумеется, – уточнила драконица. – Кстати, скоро он будет здесь.

Ждать пришлось недолго.

Не успела я осмотреться, как с легким хлопком в дверях храма появился мужчина в сером плаще. Лица я его не видела. Но рост и ширина торса без слов говорила о его расе.

– Наконец-то, – вместо приветствия бросила Талли.

Мужчина молча двинулся к нам. Я заметила, что он сильно хромал, но даже это не лишало его стати и хищного шарма.

– Ты уверена, что это она? – спросил незнакомец у драконицы.

Та лишь указала на мою руку.

– Они виделись лишь несколько секунд, но, посмотри, что он оставил! – сказала она.

Мужчина склонился, рассматривая мою руку. Капюшона он так и не снял, но я видела, как его глаза сверкнули хищным блеском.

И зрачок! Он был вертикальным!

Я отшатнулась, но дракон не отпустил моей руки. Шумно втянув носом воздух, он прошипел:

– Человечка… какая ирония! Дариен будет в ярости, когда узнает, что девчонка ускользнула у него из-под носа!

Эти двое говорили так, будто меня вообще рядом не было. Или я была пустым местом, букашкой, которая недостойна того, чтобы с ней разговаривали.

– Ты согласен на обряд? – спросила Талли.

– Жаль, я не увижу лица Императора, когда он узнает, что я обошел его, – дракон засмеялся.

Звук его голоса был каким-то неприятным и холодным, будто ядом пропитанным. Иметь ничего общего с этим мужчиной мне не хотелось.

Но он был моим единственным спасением от Императора.

Что же выбрать?

– Знаете, пожалуй, я откажусь от столь щедрого предложения, – сказала я, попятившись к выходу.

Глаза Талли недобро вспыхнули.

– К чему такая спешка? Маленькую пташку что-то напугало? – спросила драконица ласково и вместе с тем немного насмешливо.

Я сделала еще шажок к двери.

– Какая разница, кто на мне женится: один дракон или другой. Не вижу для себя особых различий, – ответила я, следя за реакцией. – К тому же, мне кажется, что быть женой вашего императора, пусть и недолго — не так уж и плохо.

Талли нахмурилась и бросила короткий выразительный взгляд на незнакомца в капюшоне. Тот вздохнул.

– Я готов поклясться, что этот брак будет фиктивным. В мире есть множество женщин, которые будут счастливы побывать в моей постели. Да и наследник мне не нужен, – произнес он. – Этот брак станет для тебя спасением, а я всего лишь помогу тебе избежать неприятностей.

Нашли дурочку!

Так я и поверила, что эти два дракона разгуливали по лесу только для того, чтобы облагодетельствовать случайно заблудившуюся девушку! Да им и дела нет до моих чувств. Они преследовали свой интерес.

Вот только какой?

– Тогда зачем вам это? – спросила я. – Жена — это ответственность и траты. Какая вам выгода от этого брака?

Мужчина помолчал немного, а потом нехотя рассказал:

– Мне нужен лишь статус. Подтверждение того, что у меня где-то есть жена. Надоели косые взгляды и вопросы о том, кому принадлежит мое сердце, раз я за столько лет не женился. А я уже не в том возрасте, чтобы всем этим заниматься. Пора уже о душе подумать и о спокойной жизни.

В слова дракона верилось с трудом. Голос его не казался старым, скорее усталым.

– От тебя ничего не потребуется. Наоборот, я куплю на твое имя дом и дам хорошее содержание. Сам при этом буду жить в другом месте и не стану тебе докучать визитами. А ты пообещаешь, что не будешь требовать от меня совместного проживания, выполнения супружеского долга и рождения детей, – дракон описывал наш союз, как довольно выгодную сделку.

Я задумалась.

Мало ли какие у этого мужчины были причины на то, чтобы не жить вместе с женщиной. У всех свои потребности.

Но все равно я с настороженностью отнеслась к предложению. Вроде все хорошо, но был в этом какой-то подвох.

– Мне нужно время подумать, – уклончиво ответила я. – Не хочу вот так сразу…

Талли не стала уговаривать меня, она прошла через весь храм, приблизилась к двери, а потом слегка ее приоткрыла. Обернувшись, она поманила меня пальцем.

– Посмотри, девочка, мне кажется, что там за тобой, — сказала она и указала рукой вдаль.

Иссохшая долина хорошо просматривалась на много километров вокруг. У самой линии горизонта я увидела небольшое пыльное облачко, которое не показалось мне чем-то опасным. Если бы мне не указали на него пальцем, то я бы и внимания не обратила.

– Император вышел на охоту. Его верные псы идут по следу, и, поверь, добычу они не упустят, – сказала драконица холодно. – Мы недалеко ушли от них порталом. Понадобится не так много времени, чтобы они учуяли твой запах. Всего четверть часа, и они будут здесь.

По спине скатилась капелька липкого пота.

– А если это не сработает? Что будет, если он найдет меня после, когда я буду чужой женой? – спросила я.

– Ты потеряешь для него ценность, ведь он не сможет жениться на тебе. Придется ему искать другую жертву, проводить темные ритуалы, ждать, надеяться и… страдать, – зловещим шепотом произнес таинственный дракон. – Но, возможно, это мне придется поискать другую, более сговорчивую кандидатуру, которая подойдет для моих целей.

Дракон плотнее закутался в плащ и достал светящийся камень. Огонек разгорался на его ладони, заполняя свечением ритуальный зал.

– Спасибо за сигнал, Талли, но это не та девушка, – произнес он с явным намерением воспользоваться порталом и уйти.

Я посмотрела на горизонт. Облако пыли стримительно приближалось. Мне необходимо было сделать выбор: довериться этим драконам или дождаться появления Императора.

Перед глазами возник его образ, настолько манящий, насколько и пугающий. От одного только воспоминания мороз по коже.

Я дернула головой, прогоняя пугающее видение.

– Я согласна! – выпалила я в надежде, что не пожалею о принятом решении.

– Хорошая девочка, – похвалила меня Талли. – Ты сделала правильный выбор.

Дракон швырнул камень, что горел золотым огнем, в центр алтаря. Раздалось шипение. Пламя взметнулось вверх на несколько метров. Блики и тени пустились в неистовый пляс по стенам, словно это силуэты каких-то людей кружились в странном ритуальном танце.

Кольцо танцующих становилось все более реальным. Они стояли плечом к плечу и покачивались в такт одной только им знакомой мелодии. Казалось, что попробуй сейчас кто-то из нас троих выйти на улицу, они бы просто не пустили.

– Это тени предков, – пояснила Талли. – Они укроют нас на время обряда, чтобы никто не смог помешать или прервать процесс. Они же станут свидетелями.

Я поежилась. Не о таких гостях на свадьбе я мечтала!

За плечом драконицы я увидела, что облако пыли существенно выросло в размере.

– Не отвлекайся, – сказала женщина и, захлопнув дверь, на всякий случай задвинула довольно тяжелый засов. – Времени не так много.

Тем временем мужчина достал кривой нож и поманил меня к алтарю. На ватных ногах я сделала неуверенный шаг.

– Сначала клятва, – произнесла Талли, предупредительно подняв палец вверх. – Невеста может попросить о чем-то особенном, и жених не в праве отказать.

– А я так и не узнаю имени мужа? – спросила я, глядя на приготовления.

– Нет, – жених мотнул головой. – Иначе ты слишком быстро станешь вдовой.

Я вспомнила хищный взгляд того, кто вышел на охоту за мной. Такой ни перед чем не остановится.

Как только я подумала, что этот дракон довольно сильно рискует, соглашаясь на брак со мной, то прониклась к нему благодарностью и даже каким-то сочувствием. Пока я видела только плюсы от этой сделки.

– Ау-ам! Ам-м-м-на-нарина нам! – зепела Талли заунывным голосом. – Встаньте вместе и возьмитесь за руки! Левая рука жениха и правая рука невесты.

Мы послушно выполнили указание. Рука дракона была большой, горячей и немного шершавой на ощупь.

Я скосила взгляд, стараясь выцепить хоть какую-то деталь. Но тень от капюшона была очень плотной. Я видела лишь кончик орлиного носа и огонь, что отражался в золотистых зрачках.

– Оу-рау-у! – тянула Талии, прикрыв веки.

Словно электрический разряд прошел по моей руке от ладони жениха, пронесся вдоль позвоночника и устремился в землю. Судя по тому, как мужчина вздрогнул, он почувствовал что-то похожее.

– Эти мужчина и женщина соединяют свои судьбы по древнему обычаю. Призываю древний огонь предков в свидетели! – продолжала Талли.

Пламя на алтаре вспыхнуло сильнее.

– Дайте огню испить вашей крови, – нараспев произнесла драконица.

Жених развернул меня к себе и сделал небольшой надрез кожи на левой ладони. Несмотря на рану, боли я не чувствовала.

Капли крови, что были на кончике лезвия, он стряхнул в огонь. Пламя полыхнуло алым, принимая жертву.

Потом дракон проделал то же самое со своей рукой. От его крови взметнулось облако черного дыма.

– Принесите клятвы! – приказала Талли.

– Клянусь заботиться об этой женщине и оберегать ее, сделать ее жизнь легкой, обеспечить всеми благами, – произнес дракон.

Пока он говорил, то очень внимательно смотрел на Талли. А драконица следила за тем, чтобы он все говорил правильно, не сбивался и не обещал лишнего.

– А ты пообещай быть верной и скромной, – приказала Талли.

Я поспешно повторила свою часть клятвы.

– Теперь твоя просьба, – сказала драконица, улыбнувшись.

Но озвучить свое желание я не успела. С улицы доносился собачий лай.

Драконы-охотники нас нашли!

Глава 3

Мой жених обернулся на дверь.

– Уходим! – прошипел он.

– Но мы не закончили обряд, – одернула его Талли. – Осталось озвучить желание!

Драконица повернулась ко мне. Лицо ее сделалось каким-то заостренным и хищным, а зрачок стал вертикальным.

– Назови свое желание, девочка, – с тихой угрозой пророкотала она совсем неженским голосом.

А я терпеть не могу, когда на меня давят. Сразу начинаю теряться и нервничать.

– А что я могу попросить? – спросила я. – Это какой-то подарок или услуга?

– Ар-р-р! Она так до скончания века будет мяться! – нетерпеливо рыкнул жених.

Лай собак слышался все ближе. Земля дрожала от топота могучих коней.

Я в панике переводила взгляд с одного дракона на другого.

– Да придумай ты уже что-нибудь! – взревел жених.

На глаза навернулись слезы, а мысли метались в голове.

– Ай, ладно! – крикнула Талли. – Подойдите сюда.

Мы поспешили подойти к алтарю.

– Невеста вправе истребовать исполнение своего желания при следующей встрече. И жених будет не вправе ей отказать. Достаточно произнести “требую исполнения клятвы”, – сказала драконица.

Моего жениха это устроило. Он сухо кивнул.

– Моим свадебным подарком будет купчая на дом и денежное довольствие, – подтвердил он. – И я клянусь исполнить желание моей жены, как только она того потребует.

Что-то тяжелое ударилось в дверь. Потом еще и еще.

Собачьи когти скребли по старому деревянному полотну, царапали ржавое железо петель. Псы скулили от возбуждения и тяжело дышали.

– Скажи, что принимаешь клятву и обещаешь хранить верность мужу, – Талли ткнула меня в бок, чтобы я не мешкала.

Я поспешно повторила, путаясь и запинаясь от страха.

Из-за двери донеслись мужские голоса. Но за собачьим лаем я не смогла разобрать слов.

– Перед лицом древних богов и душами наших предков я объявляю этого мужчину и эту женщину мужем и женой! – произнесла Талли.

Пламя вспыхнуло и погасло.

На камне алтаря остались лежать два браслета.

– Наденьте их, – приказала драконица.

Я взяла тот, что поменьше, а мой новоиспеченный супруг взял большой. Тяжелый и горячий, браслет оттягивал руку.

– На левую руку, – бросила драконица указание, а сама уже достала знакомый артефакт, чтобы открыть портал.

Я поспешно натянула свадебное украшение на руку. Оно вспыхнуло и плотно облепило кожу.

Тем временем мой муж раскрыл второй портал.

Тяжелый удар едва не снес дверь с петель. Я вздрогнула от страха и придвинулась к драконице, чтобы перенестись вместе с ней.

Талли уже шагнула к едва искрящейся арке, которая возникла прямо из воздуха.

Обернувшись, она подтолкнула меня к мужчине.

– Теперь наши пути расходятся, девочка. Иди за мужем, – бросила она равнодушно и шагнула в портал.

Прозрачная завеса накрыла ее, оставив лишь едва различимый силуэт.

Я посмотрела на дракона. Идти куда-то с этим мужчиной, пусть и являющимся теперь моим мужем, мне совершенно не хотелось.

– Чего дрожишь? – хохотнул он. – Иди сюда, женушка!

В дверь ударили чем-то тяжелым и острым. Послышался треск ломающегося дерева.

Еще удар.

Мой муж шагнул к своему порталу.

Я видела только его глаза. С пугающим вертикальным зрачком.

– Да не ломайся ты! – рыкнул он и схватил меня за локоть.

– Ай! - воскликнула я, когда он волоком потащил меня к порталу.

И в этот момент дверь храма треснула.

Собаки грызли ее зубами. Лапы с огромными когтями скребли щели.

Еще один удар разбил дверь в щепки.

– Идем уже! – сказал мой муж.

Он одной ногой уже вошел в портал. Дернув меня следом, он скрылся там полностью.

Ноги оторвались от пола, и меня буквально втянуло в портал следом за драконом.

Но перед тем как покинуть это страшное место, я встретилась с ледяным взглядом Императора. Внутри меня все сковало морозом, я была не в силах сделать вдох.

Торжествующая улыбка на лице моего преследователя сменилась гримасой злости. Добыча в очередной раз ускользнула у него из-под носа.

Меня выплюнуло из портала прямо к ногам моего новоиспеченного мужа.

Дракон равнодушно переступил через меня и даже руки не подал.

– Идем за мной, человечка, – бросил он не оборачиваясь. – Я тороплюсь.

Живот сводило от голода, а горло высохло так, что язык с трудом отлеплялся от нёба. Я попыталась встать, но мир вокруг крутанулся, словно на карусели, и я потеряла равновесие.

– Не успеем к стряпчему, останешься ночевать на улице, – холодно сообщил он.

Пришлось собрать всю волю в кулак и подняться. Мы находились на окраине небольшого поселения. От одной центральной улицы расходилось несколько поперечников. Дома были одноэтажные и довольно скромные, если не сказать, бедные. В центре села улица расширялась, образовывая небольшую площадь. А над ней возвышалось серое здание в три этажа, куда мы и направились.

– Пошевеливайся! – подгонял меня дракон.

Мой муж лихо взбежал по щербатым каменным ступенькам, слишком высоким для обычного человека. Я же едва вскарабкалась, позорно цепляясь за шершавые деревянные перила.

Внутри здания было темно и пыльно. Все двери заперты, и лишь последняя была открыта и давала немного тусклого света. Дракон, не сомневаясь, направился именно к ней.

– Мы записывались, – сказал он вместо приветствия, вваливаясь в тесную приемную.

Блеклый мужчина в сером костюме и неприглядной залысиной поспешно поднялся.

– Конечно-конечно! Проходите, присаживайтесь! – засуетился он. – Конечно, я вас ждал, вэлорд…

Мужчина вопросительно взглянул на дракона, но тот так и не снял капюшона и не назвал имени.

– Воды? – попытался вновь проявить вежливость чиновник.

Я жадно вцепилась в предложенную кружку и залпом ее осушила. Дракон же остался равнодушным.

– Я покупаю супруге дом, – он закатал рукав и показал стряпчему свое запястье.

Там вместо брачного браслета была странного вида татуировка. Я поспешила посмотреть на свою руку, и тоже не обнаружила украшения, которое Талли дала в храме. Оно словно впиталось в кожу, оставив на ней лишь след, повторяющий витиеватый узор.

Чиновник бросил на наши руки беглый взгляд.

– Хорошо… очень хорошо, – пробормотал он.

Мужчина достал бланк и принялся его поспешно заполнять.

– Как ваше имя, прелестная лира? – спросил он, глядя на меня.

Это он ко мне сейчас обратился?

– Мэг, – произнес дракон. – Жена не взяла моего имени и титула.

Серый мужчина кивнул.

– Так как ваше имя? – снова обратился он ко мне.

– Таня, – растерянно ответила я и тут же поспешно поправила, – Татьяна.

Мужчина поспешно вывел несколько завитушек на бумаге.

– Дом на краю села, со всем хозяйством, – зачитал он. – Но мне все же нужно имя супруга.

Дракон молча достал из-под плаща тяжелый мешочек и опустил его на стол, рядом со стряпчим. Звякнули монеты, глаза чиновника алчно блеснули.

– Сожалею, что мы доставляем вам столько беспокойства, – сказал дракон, переходя на зловещее шипение.

Стало понятно, что он ни капли не сожалеет.

Чиновник постарался быстро заполнить документ, подтверждающий право на владение домиком.

– Приложите руку, чтобы артефакт засвидетельствовал вашу личность, – мужчина сунул мне под руку кусок мутного стекла. Стоило приложить к нему руку, как он сверкнул желтым.

– Человек, даже не полукровка, – с каким-то недоумением произнес чиновник. – Я не знал, что драконы и люди заключают обычные браки. Это же бессмысленно!

– Не твое дело, – осадил его мой муж. – Делай, что нужно, и не болтай лишнего!

Чиновник сглотнул и снова уткнулся в документы. Он сделал записи еще в двух увесистых книгах, где мне пришлось тоже прикладывать руку. От напряжения у стряпчего пот выступил на лбу, и заблестела лысина. Он беспрестанно утирался платком, но легче ему не становилось.

– Готово! – с нескрываемым облегчением сообщил он, когда все формальности были соблюдены.

Чиновник протянул документы дракону, но тот отстранился.

– Прелестно, – прошипел мой муж. – А теперь передайте моей жене все необходимое.

– Разве вы не будете жить вместе? – удивился чиновник.

– Конечно же, нет, – брезгливо заявил дракон.

Я взяла документы и связку ключей. В другую руку дракон положил мне мешочек с деньгами.

Мы вышли на улицу.

– Твой новый дом там, – он неопределенно махнул в сторону горы. – Какие-то деньги буду присылать ежемесячно, но особо на мою помощь не рассчитывай. Все в рамках необходимого, но без излишеств.

– Спасибо, – сказала я.

Я понимала, что у дракона были свои причины на этот странный фиктивный брак, но была ему благодарна за то, что дал мне старт и защиту в этом чужом мире.

– Надеюсь, что больше тебя не увижу, – в ответ на мою благодарность бросил дракон. – Иначе ты же об этом первая и пожалеешь!

Не успела я и слова сказать, как он активировал портал и исчез из моей жизни.

Я посмотрела на бумагу. К моему удивлению, я без труда смогла прочитать написанное.

“Коттедж “Гнездо ветра”, – значилось на документе. Ни улицы, ни номера дома.

И как мне ориентироваться?

Я растерянно огляделась, прикидывая, где может быть мой новый дом.

Спросить было не у кого, а площадь была абсолютно пустынной. Желудок снова свело от голода. А ведь в доме и запасов не будет никаких!

На противоположной стороне площади я разглядела заведение с выцветшей вывеской. Не то лавка, не то забегаловка какая-то.

Я направилась туда в надежде раздобыть обед и немного информации об этом месте.

Тяжелая дверь скрипнула, и в нос ударил кислый запах.

В полумраке я увидела обшарпанный прилавок, на котором стояли корзины с пожухлыми овощами. Под потолком висели пучки трав, а у пыльных окон приткнулась пара столов с лавками.

В заведении не было ни единого посетителя.

Когда глаза привыкли к полумраку, я осторожно двинулась вглубь.

– Простите?! – осторожно позвала я.

Скрипнула дверь подсобки, и оттуда вышел мужчина неопределенного возраста. Немного сгорбленный, но в целом довольно крепкий.

Хозяин с удивлением меня рассматривал.

– Каким ветром вас занесло сюда, прекрасная лира? – спросил он.

– Мэг, – ответила я, вспомнив слова дракона. – Таня.

– Что ж, очаровательная мэгги, – исправился мужчина, довольный тем, что его уединение было нарушено. – Чем могу быть полезным? Меня зовут Хорен, я хозяин этой лавки.

– Я только что прибыла сюда. Буду жить в Гнезде ветра, – сказала я, сверившись с бумагой.

– Странный выбор для юной барышни, – Хорен посмотрел на меня с нескрываемым удивлением. – Видно, непростая судьба у вас.

Я кивнула.

– Муж сослал сразу после свадьбы, – я решила не врать, потому как в таких местах сплетни распространяются быстро, а стряпчий не будет особо скрывать историю моего появления в поселке. – Купил дом, обещал денег высылать.

Хорен сочувственно покачал головой.

– И хуже места, чем Гнездо ветра, он, конечно же, не нашел, – сказал он.

Я уже успела догадаться, что не в царские хоромы меня дракон решил поселить. Но до последнего надеялась, что выжить там все же можно будет.

– Да ты не беспокойся, мы тебе пропасть не дадим. Если Лану не погонишь с места, то будете жить в мире и согласии, – продолжен Хорен.

– Кто такая Лана? – осторожно спросила я.

– Экономка при том доме. Старухе идти некуда, она там работала, еще когда я мальчишкой был, – обрадовал меня мужчина.

Я только вздохнула.

Вроде дом мой, а живет там какая-то старуха. Еще и непонятно, кто там хозяйкой себя чувствовать будет.

– Вы, наверное, проголодались с дороги, – опомнился Хорен. – Сейчас принесу вам пирог и похлебку. Вы уж извините, что у меня никакого разнообразия. Не каждый день ко мне вообще кто-то заходит!

Я понимающе кивнула и устроилась за столом.

Обед, вопреки ожиданиям, оказался довольно вкусным. Наваристый бульон, распаренные овощи, пирог с капустой и грибами, а еще освежающий ягодный морс.

Жизнь, определенно, налаживалась.

– Я вам и в дорогу соберу немного еды, – суетился Хорен. – Сыру положу и сала. Если огородик Лана не забросила, то свои овощи у вас будут. Прокормитесь!

Не зная цен, я робко положила на прилавок одну монету. Хорен только рассмеялся.

– Вы, видно, за еду никогда не платили, – сказал он. – Тут три надо бы.

Я покраснела и смущенно сунула руку в мешочек. Денег там было намного меньше, чем досталось стряпчему. Если всю еду покупать, то мне и на месяц выделенной суммы не хватит.

Значит, придется как-то выкручиваться.

Получив оплату, Хорен сунул мне в руки сумки с припасами и показал, в каком направлении искать дом.

Вверх к горе поднималась лишь одна извилистая улица, поэтому ошибиться было сложно. На возвышении стоял хмурый коттедж с деревянной мансардой.

Одной своей стороной дом почти вплотную подходил к пропасти, а другой будто бы прижимался к скале, ища защиты от непогоды.

Кажется, дом полностью оправдывал данное ему название — Гнездо ветра. Никому в здравом уме и в голову не придет там селиться.

Дорога в гору оказалась довольно крутой, но хорошо утоптанной, словно ею часто пользовались. Сумки оттягивали руки, но эта ноша была приятной. Еще неизвестно, что есть в доме из припасов. Еще и старуха какая-то. Поэтому еда пригодится.

Чем выше я поднималась, тем более завораживающая картина открывалась взору. Прямо за краем обрыва были видны горные пики, укрытые снежными шапками, а вниз на сотни метров уходила пропасть, заглядывать в которую было страшно до дрожи в коленях.

Я и не поняла сразу, что селение, в которое перенес меня новоиспеченный муж, находилось высоко в горах. Оно расположилось на небольшой ровной долине, которая спряталась между горных пиков. Теперь же я взбиралась еще выше.

От красоты вида просто дух захватывало.

Засмотревшись, я и не заметила, как преодолела большую часть пути. Вдоль дороги на свободных клочках земли расположились ухоженные грядки.

Ближе к дому прямо по каменной стене бежал ручей. Я тронула воду рукой.

Ледяная!

То, что нужно в жаркий полдень. Я зачерпнула освежающей влаги в ладони. Вода оказалась божественно вкусной.

Кажется, у нас тут кое-какое хозяйство есть, прожить можно.

Немного передохнув, я двинулась дальше.

Внезапно дорогу к крыльцу мне преградил петух. Он повернул голову и внимательно посмотрел на меня, похлопал крыльями и хрипло прокукарекал. Его голос отразился от гор эхом и поднялся ввысь.

В доме что-то упало, и послышались поспешные шаркающие шаги. Дверь со скрипом распахнулась, и на пороге появилась невысокая, но еще крепкая и активная старушка. Волосы забраны под беленький платочек, поверх цветастого платья повязан посеревший от времени, но вполне аккуратный передник.

Она посмотрела на меня с подозрением.

– Кто такая? – строго спросила она, покосившись на мои сумки. – Я ничего не покупаю. У меня и денег нет!

– Это я купила, – сказала я и протянула женщине бумагу. – А вы ведь Лана?

Старушка подслеповато щурилась, вчитываясь в текст документа.

– Ох, батюшки! – воскликнула она. – Дом продали! Как жить-то теперь? Куда мне податься?

Женщина скрылась внутри дома.

– Что делается? Куда мне, старухе, идти?! – причитала она.

Я вошла следом.

– Простите, не хотела вас расстроить. Не знала, что здесь уже кто-то живет, когда покупала дом, – попыталась успокоить я ее.

Старушка металась по дому и беспорядочно хватала вещи.

– Куда же я теперь пойду? Где мне теперь жить?! – восклицала она, повторяя по кругу вопросы.

– Вам не нужно уходить отсюда никуда, – попыталась успокоить ее я.

Но старушка меня не слышала. Из глаз ее по морщинкам стекали слезы.

– Постойте уже, Лана! – воскликнула я, преградив ей дорогу, когда она в очередной раз метнулась в сторону.

Старушка подняла на меня взгляд. Ее губа мелко задрожала.

– Дайте мне собраться, госпожа! Я лишнего не возьму, – взмолилась она. – Я уйду, как только прикажете! Вашим слугам хватит места…

– Да послушайте вы меня, мэгги Лана! – строго сказала я, взяв ее за плечи.

Старушка встрепенулась и потом немного обмякла в моих руках.

– Я не выгоняю вас, – медленно произнесла я, пристально глядя Лане в почти бесцветные глаза. – У меня и слуг нет. Я одна в этом мире. И я буду рада, если вы останетесь.

Старушка всхлипнула.

– У меня нет сил, чтобы работать с полной отдачей, – всхлипнула она. – Я уже давно не гожусь на роль служанки. А здесь мне позволили жить лишь из жалости. С тем условием, что присмотрю за домом, пока новый хозяин не прибудет.

– Тогда оставайтесь не в качестве служанки, а в качестве моей компаньонки, – предложила я. – Будем вместе жить и вести хозяйство. Вы мне здесь все покажете, научите. Ну, как я тут одна справлюсь?

Пожилая женщина утерла кончиком платка глаза.

– А разве так можно?! – удивленно спросила она.

– А кто нам запретит? – ответила я.

Я прошла в дом. Все вокруг просто кричало о бедности. Самой большой комнатой была кухня. У окна, смотрящего на дорожку, примостился стол со столешницей, иссеченной ножом. Рядом приткнулась пара кривых лавок и колченогий стул. Вместо шкафа — пара полок, где была выставлена вся нехитрая утварь.

Кажется, мой фиктивный муженек очень постарался, чтобы купить не просто дом, а найти наименее комфортный вариант, будто заранее хотел сделать мою жизнь невыносимой.

Не учел только дракон, что я с детства к разной работе привыкла, помогала бабушке. И меня уборкой и огородом не испугаешь!

Да и с пожилыми я ладить умею.

Было видно, что старушка пыталась содержать дом в уюте: на окне занавесочки, на полке вязаная салфетка, а на полу — домотканый коврик. Правда, все это имело довольно неказистый вид и нуждалось как минимум в чистке. Оно и понятно, у Ланы не хватало сил на огород и дом, да и зрение уже не то, а в кухне даже в полдень сумрачно.

Женщина смущенно топталась позади меня.

– Я сплю на первом этаже, в закутке за печкой, а наверху две спальни есть: большая и поменьше. Но я давно туда не ходила, – сказала она извиняющимся тоном.

– Все в порядке, сейчас разберем продукты, которые я принесла от лавочника, и посмотрим, что нам нужно в первую очередь, – сказала я.

– Ишь, чего там он вам втюхал?! – всплеснула руками рачительная старушка. – У него же цены такие, что после обеда впору пойти милостыню просить!

Сначала я расстроилась, а потом даже как-то приободрились. Значит, если тратить с умом, то оставшейся суммы хватит на больший срок.

Я достала из сумок сало, головку сыра, сахар и прочую снедь, что Хорен сложил мне с собой. Старушка сглотнула, увидев все это богатство.

Давно же она не могла позволить себе такого!

– Ох, змей! Даже пряники дорогущие продал! – не то восторгалась, не то возмущалась Лана.

– А давайте чайку попьем, – предложила я, совершенно не подумав о том, есть ли в этом мире такой напиток.

В глазах пожилой женщины загорелся огонек восторга.

– С пряничками? – осторожно спросила она.

– С пряничками! – с улыбкой подтвердила я.

Чаем Лана называла отвар из горных трав.

– Сама собирала, – с гордостью сказала она, заваривая пузатый чайник.

Под чай беседа пошла веселее. А когда я предложила еще и кусочек сахара в чай положить, женщина снова едва не расплакалась.

– Я тут уже лет пять одна живу. Последний хозяин умер, а наследникам его дом не нужен был. Они выставили его на продажу, да желающие все никак не находились. Мне, конечно, предлагали выкупить его, да где столько денег взять? Я в предыдущие годы работала здесь же кухаркой, при мне три хозяина сменилось.

После двух чашек душистого чая Лана раскраснелась и охотно делилась подробностями своей жизни.

– Ты не смотри, что дом не новый. Он ещё крепкий и простоит долго, – продолжала Лана.

Я только кивала и подливала чаю. Сейчас каждая крупица информации была на вес золота.

– Ох, многое этот дом повидал, и я вместе с ним. Особенно мне запомнился второй хозяин из моих. Хоть и недолго дом его был, но запал в душу. Парень довольно молодой был, из наших, полукровка. Сестру свою прятал от кого-то. А она как ты, человечка, – женщина ткнула в мою сторону крючковатым пальцем с ногтем, похожим на птичий коготь.

Я слушала затаив дыхание. Кто же такие эти полукровки, если люди для них “не такие”? Есть ли в этом мире кто-то ещё кроме драконов?

– Девчонка совсем юная была, всего боялась, – продолжала Лана. – Потом как-то пропала одним днем. Шептались, что с драконом каким-то спуталась. Так Герри быстро дом продал, даже не приехал ко мне ни разу. А жаль, он щедро платил…

– А тебя-то каким ветром сюда занесло? – спросила внезапно старушка. – Простые люди про нашу деревню не знают, если только у них в родне нет драконов или полукровок. А ты говорила, что никого у тебя из родни не осталось.

Лана посмотрела на меня с прищуром, показывая, что ее так просто не проведешь.

– Муж сослал, – ответила я, разведя руками. – Женился без особого желания, скорее, по нужде. Неугодна я ему. Сказал, что надеется, что я не буду ему докучать, и привел сюда.

– А муж у нас кто? – недоверчиво спросила старушка.

– Дракон, – ответила я.

– Батюшки! – всплеснула руками Лана и вскочила с лавки, едва не опрокинув чашку.

Я смотрела на нее с удивлением.

– Что-то не так? – уточнила я.

Женщина обошла стол и внимательно посмотрела на мой живот.

– Да ты, никак, тяжелая? – спросила она.

Я опустила взгляд и попыталась понять, когда это успела наесть столько килограммов, что мне про вес говорят. Наоборот, всегда была довольно стройной.

– Какая же я тяжелая?! И пятидесяти килограммов нет, – обиженно сказала я.

Лана только рукой махнула, мол не о том я говорю.

– Брюхатая, что ль? Понесла от дракона, не будучи его истинной? Вот он и сослал тебя сюда, чтоб не позориться рождением полукровки?

У меня аж челюсть отпала от такого заявления.

– Ничего я не брюхатая, – ответила я. – Муж меня сразу после свадьбы сюда отправил. Даже не притронулся ни разу.

Старушка смотрела с недоверием.

– Вынудил его, что ли, кто? – пробормотала она. – Тебе-то самой это зачем надо было? Добровольно на такую участь согласилась!

Я пожала плечами. Теперь мне и самой этот поступок казался совершенно безрассудным, хотя еще пару часов назад я думала, что это единственное верное решение.

– Ну, он сказал, что уже стар для всего этого, – припомнила я слова мужа. – А я девушка молодая. Поживу пока здесь, а потом останусь молодой обеспеченной вдовой.

Старушка засмеялась. Да так, что у нее слезы из глаз потекли. Лана смотрела на меня и за живот хваталась.

Мне стало не по себе. Никогда не любила становиться предметом чьих-то насмешек или оказываться в глупой ситуации.

Отсмеявшись, пожилая женщина утерла глаза подолом передника.

– Ну и выдумщица ты! – воскликнула она. – Ты хоть знаешь, сколько лет драконы живут? Да твоя внучка успеет состариться, а твой старик все еще будет небо коптить!

Внутри все похолодело.

Это что же, получается, я связала себя узами брака с тем, кто меня от них никогда не освободит? С него никакого убытку: всего лишь подождать, пока я лет через пятьдесят не помру, а потом можно будет еще траур сотню лет носить.

И никак этот брак не отменить и не оспорить, ведь я даже имени его не знаю!

– Да ты будто с неба свалилась! – всплеснула руками старушка. – Неужто про драконов в вашем селении и слыхом не слыхивали?

Я только головой покачала. Не говорить же, что я примерно тем путем в этот мир и попала.

– Про полукровок, стало быть, тоже не очень в курсе? – вздохнула старушка.

– Ну так, совсем немного. Просто, что это дети от смешанных союзов, – попыталась выкрутиться я.

– Ох, горюшко ты мое! Откуда такая наивная взялась только?! – с сочувствием сказала Лана.

От эмоций ей не сиделось на месте. Старушка собрала остатки еды и протерла стол от крошек. Я, приученная помогать старшим, поднялась и принялась собирать грязную посуду.

Увидев, что я делаю, старушка запричитала еще сильнее.

– Жена дракона решила помочь мне с уборкой! Что делается-то?!

– Вы же поняли, что не нужна я ему, как жена. Он даже титула мне не дал своего и имени.

– Да вижу уже, – вздохнула Лана. – Еще и сослал в самую презираемую в империи общину. Повезет, если ты тут до старости дожить сможешь. Все же, мы хоть и не драконы, но повыносливее людей будем. Да и то не каждый выдержит встречу с императорскими гончими.

Посуда упала из рук в раковину и жалобно дзынькнула.

– Императорские гончие? Здесь?! – произнесла я каким-то чужим голосом.

– Об этом тебе муж тоже не сказал? Вот окаянный! – сокрушалась Лана.

Я медленно покачала головой.

– Но про Императора-то ты хоть слышала? – без особой надежды спросила старушка.

– Его все боятся, а жены не приживаются, – ответила я.

– Негусто, – вздохнула моя компаньонка. – Ладно, идем наверх, я кое-что тебе покажу.

Мы поднялись по скрипучим ступенькам на второй этаж. На площадке было всего две двери, между которыми примостилась небольшая кушеточка.

– Нам сюда, – Лана несколько раз толкнула одну из дверей, прежде чем она поддалась.

Это была большая спальня, окна которой выходили на две стороны. Несмотря на то что был полдень, в комнате был полумрак, потому что тяжелые шторы не пропускали солнечный свет внутрь.

Я отдернула пыльную штору и отшатнулась. Далеко внизу расстилалась долина, где виднелись проплешины лесов и ленты речушек. Но прямо под окном не было ни единого клочка земли, будто дом стоял на краю пропасти.

– Захватывающе, – пробормотала я, отступая вглубь комнаты.

При свете дня я смогла рассмотреть обстановку спальни. Когда-то она была хорошо обставлена: широкая кровать под балдахином, пузатый шкаф для одежды, глядя на который я невольно усмехнулась, ведь положить в него мне было нечего.

Сейчас все выцвело и покрылось слоем пыли, которая даже на полу лежала плотным ковром.

– А там балкон, – махнула рукой Лана в сторону второго окна.

Отдернув шторы, я увидела дверь, ведущую на небольшой, загаженный птицами балкон. Несмотря на то, что обращен он был на другую сторону, пейзаж там был все тем же: далеко внизу равнина, за нею — горы. А под самой стеной был крутой обрыв.

На балконе стоял грязный столик и пара стульев с поломанными ножками.

– Наверное, прежние жильцы любили сидеть здесь и созерцать неспешное течение жизни в долине, – предположила я.

Но Лана только усмехнулась.

– Если только очень давно, еще до того, как Император не провозгласил эти земли своими личными охотничьими угодьями. С тех пор в долине не осталось жизни.

Я обернулась к окну и прижалась лбом к пыльному стеклу.

– Он там охотится? Прямо сейчас? – уточнила я, стараясь говорить так, чтобы мой голос не сильно дрожал.

– Да кто ж его знает? Может, и там он со своими дружками свирепыми. Император себе несколько таких вотчин по краям империи выбрал и перед нами не отчитывается, когда и куда отправляется. Мы стараемся в эти дела не лезть и делаем вид, что ничего там внизу ужасного не происходит. Поэтому и в окна эти не смотрим. Чтобы что-то случайно не увидеть.

Холодный пот выступил на лбу, а кончики пальцев заледенели.

– А там происходит что-то ужасное? – онемевшими губами спросила я.

Вместо ответа Лана только тяжело вздохнула.

Не в этот ли лес меня закинула судьба? Не там ли я видела Императора драконов всего несколькими часами ранее. Я жадно выискивала взглядом черных всадников и лесное логово охотников.

Дышать стало трудно. Я боялась услышать лай собак и скрежет их когтей по насыпи, ведущей к дому.

Драконы поступили очень изощренно, сначала показав меня своему Императору, вызвали его интерес, а потом бросили на краю его личных охотничьих угодий.

Нет, Талли и ее дружок даже и не думали прятать меня. Наоборот, они выставили меня перед этим их верховным драконом, словно на витрине.

До нашей следующей встречи оставались часы, если не минуты.

Глава 4

Я ждала, что ужасный дракон ворвется в мой скромный дом. Но минуты тянулись, а ничего не происходило.

Ожидание выматывало, а невозможность что-либо поменять убивала. Я подумала, что запомнюсь Лане как хозяйка дома, которая меньше всего пробыла его владельцем. Наверняка после того, как дракон найдет меня, она проведет здесь долгую счастливую старость.

Но вот сил у старушки, чтобы содержать дом в порядке, почти не было.

– Давайте наведем порядок здесь, – предложила я. – Где у вас щетки, ведра и какое-нибудь мыльное средство?

– Ох, неугомонная! Чего выдумала? – не то восхитилась, не то обиделась Лана.

Но щетки все же нашлись. Старые, облезлые, будто клочками из кошки надерганные. Немного порывшись, старушка нашла и остальное.

Я решила начать с маленькой спальни. Закатав рукава, я терла и скоблила, намыливая полы и собирая грязную воду.

Сначала я опорожнила ведро с мутной серой водой возле крыльца. Куры радостно бросились ко мне и принялись копошиться в мокрой земле. Воду приходилось менять часто, и уже после третьего ведра Лана преградила мне дорогу.

– Куры на свиней стали похожи, – строго сказала она, указав на несушек, которые валялись в грязи и из белоснежных превратились в грязно-серых. – Не лей здесь больше.

– А куда же мне? – спросила я, оглянувшись по сторонам.

– Вон в кусты, – ткнула она в сторону колючек, растущих вдоль обрыва.

Но стоило мне плеснуть воды в ту сторону, как пара несушек с квохтаньем бросились ловить мутную жижу, что текла по крутому склону вниз.

Старушка оказалась довольно проворной и успела ухватить пернатых за хвосты.

– Ишь, чего удумали! Курицы безмозглые! – бранилась она, оттаскивая их назад.

– Что же мне делать? – задумалась я.

– А ты попробуй выливать воду с балкона. Так эти куры окаянные не увидят тебя с ведром, – предложила Лана.

Первый раз я с волнением подходила к балкону. Воду выливала не глядя и забежала домой еще до того, как вылитое из ведра достигло земли.

Во второй раз я подошла ближе к перилам, а на третий решила задержаться, чтобы как следует осмотреть округу.

Сердце замирало не столько от высоты, сколько от зловещей красоты долины, что раскинулась внизу. Она стояла, словно нарисованная, без единого движения. Ни зверь, ни птица не смели нарушить покоя. Казалось, даже ветер стеснялся тревожить спящие деревья. А лента реки несмело поблескивала в лучах солнца, что уже катилось к закату.

Какой бесконечно длинный день!

Подумать только, ведь я всего сутки, как угодила в этот странный мир. Возможно ли, что это всего лишь сон, и уснув на старой кровати, я очнусь в своем мире, пусть даже и на больничной койке?

Но странные знаки на руке говорили, что это все не бред.

Витиеватый браслет-татуировка и странная метка-клякса. Вот два знака, что оставили на моей коже два дракона за этот день.

Обе были осязаемыми даже на ощупь. Кожа под ними начинала саднить, стоило их ненароком задеть.

Не сон.

Все это точно не сон.

День сменился вечером, но дракон так и не пришел. Не было видно его и в долине.

Даже когда стемнело, я все вглядывалась в темноту в поисках отблеска костра. Но все было пусто. Пусто и мертво.

– Устала, наверное, – тихо сказала Лана, незаметно вышедшая вслед за мной на балкон.

Я кивнула.

– Задумалась, – ответила я, поспешно опуская рукава, чтобы старушка не увидела обилие меток, что украшали мою руку.

– Я там ужин приготовила, и чай свежий заварила. А еще нагрела воды, чтобы помыться тебе, а то вон как умаялась! – Лана говорила с гордостью, словно радовалась, что ей наконец-то есть о ком позаботиться.

Когда пришло время ложиться спать, то выяснилось, что в маленькой комнате нещадно дует в окно. Не зря коттедж носил название “Гнездо ветра”. С наступлением вечера что-то менялось в направлении движения воздуха. Со стороны деревни начинал дуть очень сильный ветер.

Пришлось лечь в большой спальне на огромной кровати, где кроме меня еще человека три влезли бы.

Спалось мне плохо.

Несмотря на сильную усталость, полностью расслабиться и погрузиться в сон не получалось.

Я ворочалась.

В комнате было то душно, то зябко. Матрас был слишком жестким, а подушка, наоборот, слишком мягкой. Сорочка для сна, которую выдала мне Лана, были слишком просторной и длинной, постоянно съезжала с плеча, а ноги в ней путались.

Образы и воспоминания переплетались со сновидениями и путали мое сознание. К середине ночи я уже не знала, на самом ли деле я смотрю в потолок или мне это просто снится.

А потом я повернулась к окну и увидела темный силуэт.

Парящий дракон.

Он словно завис напротив окна и разглядывал меня.

Крик застрял в горле, и я забыла, как дышать.

С трудом я выбралась из пут сна. Босые ноги коснулись холодного пола. Сердце бешено стучало по ребрам изнутри.

Свеча, которую я позабыла погасить перед сном, догорала, а маленький огонек едва трепыхался в чаше, наполненной расплавленным воском.

Какое расточительство!

Протерев глаза, я повернулась к окну.

Совершенно пустое. Ничего нельзя было разглядеть в этой кромешной тьме. Пусть там будет даже сотня драконов, в такую темную ночь они останутся для меня невидимыми.

Я задернула пыльную штору и чихнула. Стекло отозвалось тонким звоном.

– Здравия тебе, незнакомка, – произнес тихий, вкрадчивый голос.

Я вскрикнула и обернулась.

На пороге стоял мужчина в плаще. Высокий, плечистый. Лицо закрыто капюшоном, из-под которого струились серебристые волосы.

Незваный гость вынужден был наклониться, чтобы пройти в дверь моей спальни.

Даже при недостатке света я видела, как он держался. Словно хозяин. Тот, кто не должен спрашивать разрешения на то, чтобы войти.

Сердце ухнуло вниз и подскочило к горлу.

Бежать? Бессмысленно.

Кричать? Бесполезно.

Первое, что я увидела, были руки. На первый взгляд, они казались простыми — крепкими, с длинными пальцами и четко очерченными суставами.

Однако, приглядевшись, можно было заметить, что эти руки явно не принадлежали простолюдину. Кожа была ухоженной, словно никогда не сталкивалась с тяжелым трудом. Движение было неспешным, но преисполненным значимости. Так делают только те, кто привык, что весь мир склоняется перед ними.

Одно движение кистей рук, и капюшон скользнул вниз.

Одного взгляда хватило, чтобы узнать его.

Император!

Я забыла, как дышать.

Смотрела на него во все глаза.

Лицо, словно высеченное из мрамора. Скульптурные черты, благородная бледность.

Меня манила эта жесткость и аристократическая утонченность. Высокие скулы, прямой нос и плотно сжатые губы. Болезненно-ледяное спокойствие. Но именно в этом спокойствии крылась опасность.

– Не боишься? – спросил он с некоторым удивлением.

Я встрепенулась, словно от гипноза.

Сейчас, при свете свечи, Император казался уже не таким чудовищным.

– Я ждала, – ответила я, глядя прямо ему в глаза.

– Смелая девочка, – усмехнулся он.

– Пойдем со мной, – вкрадчиво произнес Император драконов, галантно протягивая мне раскрытую ладонь.

Его голос был чарующим, звал за собой, манил.

Я была готова закричать, что пойду за ним на край света.

Но это был не мой голос.

Плотно сжав губы, я лишь покачала головой.

– Я сделаю тебя своей женой. Ты будешь самой влиятельной женщиной на свете. Весь мир будет лежать у твоих ног, – продолжал Дариен свою соблазнительную речь.

Он приближался ко мне медленно и осторожно, будто боялся спугнуть дичь на охоте.

Охота!

Одно лишь слово, промелькнувшее в моем сознании, заставило меня очнуться.

– Не получится, – ответила я.

Мне стоило больших усилий разомкнуть губы и сказать то, что думала.

– Что?! – удивился дракон, который, по всей видимости, не ожидал отказа.

Я набрала в грудь побольше воздуха.

– Я не смогу стать вашей женой, – ответила я.

– Никто не смеет отказать Императору, – в его голосе послышались угрожающие нотки. – Сбылось пророчество. Ты прибыла… и ты можешь стать матерью моих детей.

– Возможно, сначала это действительно было так, – произнесла я, отходя на шаг назад.

Император двинулся за мной.

Это был странный танец, где каждый делал по одному шагу, но не допускал сближения.

– Я заберу тебя во дворец, сделаю своей. Ты будешь жить лучшую жизнь, – голос Дариена звучал соблазнительно, как у змия-искусителя.

– Родишь мне наследника, сына… – продолжил он, обходя меня по дуге.

Он словно заговаривал меня, подчинял своей воле.

Но я была не в его власти. Чужая брачная метка защищала меня.

– А что было с остальными? – спросила я, с трудом изобразив ироничную улыбку. – Родили девочек?

Император не ожидал отпора.

Он посмотрел на меня удивленно, будто мебель в его присутствии посмела заговорить.

– Откуда ты… – начал было он, но осекся. – Это было ошибкой. Они не могли родить наследника. Не было метки.

С каждым мгновением я все больше смелела. Император не пугал меня. Я знала, что он не получит то, за чем пришел.

А что он сделает со мной потом?

Да какая разница! Живой он меня не отпустит, так зачем бояться, если я знаю, какой будет у этой истории конец.

– Я тоже не смогу стать матерью Вашего наследника, – сказала я. – Даже если бы и смогла родить от дракона, но женой стать не смогу, увы. Поищите другую девушку.

Я развела руками.

Дариен схватил мою руку и дернул меня на себя. Я подлетела, словно тряпичная кукла.

Дракон резко задрал рукав сорочки. Старая ткань треснула, не выдержав такого обращения.

– Вот же, – он ткнул в метку-кляксу.

Дариен замолчал на полуслове и поднес мое запястье к самому носу.

– Лопни моя чешуя! Это еще что такое?! – рыкнул он, изучая чужую брачную метку.

Дракон сначала понюхал метку, потом рассмотрел ее со всех сторон, а потом даже осторожно тронул, но тотчас отдернул палец, будто ему было горячо.

– Думаю, вы догадались, – ответила я. – Это брачная метка. А этот дом купил мне муж.

Император отпустил мою руку, но тотчас схватил за плечи. Он легонько встряхнул меня и заглянул в глаза.

Казалось, он смотрел в самую душу.

– Как зовут твоего мужа? – спросил он.

– Хотите убить его? – спросила я, восхищаясь предусмотрительностью Талли и ее подельника.

В ответ дракон только утробно рыкнул.

И я поняла, что если бы знала имя своего мужа, то жить ему оставалось бы не более нескольких часов.

– Я не знаю, – с усмешкой ответила я.

Надо же, как им ловко удалось обвести Императора вокруг пальца.

– Как это? Не ври мне!

Дариен встряхнул меня еще раз. На этот раз сильнее.

Зубы клацнули, и я случайно прикусила кончик языка.

Действительно, болтать могла бы и поменьше.

Я посмотрела в его глаза. Но даже вертикальный зрачок меня больше не пугал.

– Он не назвал имени, а на церемонии был в капюшоне. Так что я даже лица его не видела, – ответила я с вызовом. – Вы же были вчера там, в храме. Можно было догадаться.

– Проклятие! – воскликнул Дариен так, что дом содрогнулся.

От его крика что-то внутри меня сжалось и оборвалось.

Я зажмурилась, считая секунды до смерти.

Дракон со всего размаху ударил в стену рядом с моей головой. Мелким дождем посыпались щепки и пыль.

Дариен развернулся на каблуках и бросился к балкону. Распахнув стеклянную дверь, он в два прыжка оказался на ограждении.

Я успела отметить, что небо за время нашего разговора посветлело. Тьма отступала.

Дракон обернулся лишь на одно мгновение, полоснул по мне своим взглядом. Там был огонь.

А затем он оттолкнулся и прыгнул в пропасть. Не чуя ног, я бросилась к перилам.

Дариен падал вниз, превращаясь в точку. Я зажмурилась, не желая видеть момент встречи с камнями.

Но у самой земли силуэт мужчины окутался дымом.

Он обратился.

Огромный, чудовищной силы дракон взмыл в воздух. Всего три взмаха исполинских крыльев понадобилось, чтобы он поднялся на высоту моего балкона.

Дракон улетал.

Рев, полный ненависти и боли сотряс долину. В шкафу что-то жалобно звякнуло.

Я стояла на балконе в разорванной сорочке. Ветер трепал волосы и холодил голую кожу. Босые ноги стояли на замерзшем полу, но я не чувствовала холода.

Казалось, что по венам моим вместо крови разливался огонь. Он не грел, он выжигал меня изнутри.

Я даже не сразу поверила в то, что Император драконов просто так улетел.

Смирился? Точно нет!

Наверняка отправился проверять факты и размышлять. Значит, казнь моя отменяется или пока откладывается.

За размышлениями я не заметила, как сзади подошла Лана.

– Это еще что такое! – принялась она браниться еще с верхней ступени лестницы. – Замерзнуть решила, раз мужу не нужна?!

Я улыбнулась.

В словах моей компаньонки слышалась забота, которую она выражала, строго выговаривая мне за ночную прогулку.

– Ты чего это по дому бродишь? – спросила Лана, когда я зашла в дом и закрыла балконную дверь.

Старушка сняла с постели одеяла и заботливо накинула мне на плечи.

– Испугалась чего? – ворковала она. – Ох, и рубашка прохудилась. Зря я ее столько лет берегла! Ну ничего, новую сошьем. Но сначала платье справим.

Я слушала ее вполуха.

Из головы никак не выходил образ Дариана. Этот мужчина не только пугал, но и притягивал. Такой сильный, величественный и… одинокий.

В первую нашу встречу я его испугалась, но сегодня ночью мне захотелось узнать этого дракона лучше. Почему-то он мне не казался Синей Бородой. Была у него какая-то тайна.

– Куда ходила-то? – снова спросила пожилая женщина.

– А? – растерялась я.

– Встаю — сквозит. Дверь нараспашку. Я уж подумала, что ты бродить куда ночью пошла, а потом грохот наверху услышала. Пока дверь закрыла, пока поднялась, – сбивчиво объяснила Лана. – А тут ты стоишь на балконе. Вот я испугалась, что ты чего сделать с собой решила из-за несчастной любви.

– Какой любви? – переспросила я.

– Так, к мужу. Он же бросил тебя тут одну. Поди, брюхатую, – старушка завела старую песню и с сочувствием покачала головой.

Я отстранилась.

– Да не люблю я его. Мы вообще в день свадьбы впервые встретились, – я уже устала объяснять, а Лана меня, похоже, совсем не слышала.

Женщина увидела трещину на стене и осыпавшиеся щепки и только головой покачала. Даже представлять не хотелось, что она обо мне подумала.

– Рано еще, – со вздохом сказала женщина. – Я завсегда так просыпаюсь, а тебе бы еще пару часов поспать можно. Ты отдохни, а я пока тесто поставлю на оладьи.

Я только кивнула и послушно прошла к постели.

Стоило мне коснуться головой подушки, как все тревоги покинули меня, и я уснула спокойным сном.

В следующий раз я проснулась, когда солнце стояло едва ли не в зените. Сердобольная старушка не стала меня будить.

На стуле висело очень простое, но чистое и аккуратное платье. Мои джинсы женщина наверняка спрятала куда подальше, чтобы я не выделялась среди местных своим странным внешним видом.

Приведя себя в порядок, я пошла вниз.

Еще у дверей своей комнаты я учуяла запах свежей выпечки. Втянула носом воздух, и желудок тотчас сжался и заурчал от предчувствия.

На полпути я остановилась.

Из кухни доносился мужской голос. Кто-то мило беседовал с Ланой, а та смеялась и вполне приветливо что-то отвечала.

Сердце тревожно забилось в груди.

Откуда в нашем домике гости? Да еще мужчина!

Лана же говорила, что жила одна уже много лет.

Я осторожно спустилась еще на пару ступеней, стараясь прислушаться. Но, как назло, говорить перестали. Был слышен только звон посуды.

Дойдя до последней ступени, я осторожно заглянула за угол.

Грузный мужчина сидел за столом, спиной ко мне, так что я могла видеть только его волосы с проседью и маленькую круглую лысину на затылке.

Не дракон!

От сердца немного отлегло. Такого количества чешуйчатых я бы не выдержала.

Лана, которая хлопотала у плиты, обернулась и махнула в мою сторону.

– А вот и моя жиличка! – представила она меня мужчине. – Совсем сиротка! Приютила ее из жалости.

От удивления у меня челюсть поехала вниз.

Это я-то тут квартирантка?

Лана подавала мне всевозможные знаки: дважды подмигнула и украдкой поднесла палец к губам.

Сомнений в том, что все это она делала специально, у меня не оставалось.

Старушка кивнула с довольной улыбкой.

– Таня такая молодец. Вчера отмыла у меня всю лестницу. Блестит, как новая! – нахваливала меня женщина.

Мужчина медленно повернулся.

– Здравствуйте, – я слегка присела, изобразив вежливый поклон.

Мгновение мы рассматривали друг друга.

Фигура мужчины была немного оплывшей, а лицо одутловатым. Нос картошкой и куцая бородка. На вид от сорока до шестидесяти лет, точнее не скажешь.

Незнакомец криво усмехнулся, рассмотрев меня с головы до ног.

– Человечка? – брезгливо процедил он.

Я кивнула, прикидывая, а кем он сам мог быть. Едва ли драконом, уж больно неказистый для этих величественных созданий.

– Вот, господин Наместник, я и говорю, приютила бедняжку. Мне помощь по хозяйству, а ей крыша над головой, – продолжила Лана.

Мужчина потянулся к тарелке с оладьями, взял пару кусочков сала и, не жуя, закинул в себя.

– Смотрю, жируете, – сказал он, кивнув на тарелку. – А налог не платишь за жиличку!

Женщина побледнела.

– Да какая с нее плата? Вы посмотрите на нее, в обносках ходит! Это я ради дорогого гостя расстаралась, – Лана широко улыбнулась и подобострастно склонилась.

Мужчина довольно ухмыльнулся.

– Таня, поди пока кур покорми, – Лана всучила мне в руки миску и выпроводила за дверь.

Я вышла на улицу, коря себя за то, что ни слова против не сказала.

Что я за хозяйка такая, если меня из собственного дома выставляют без завтрака!

Однако заглянув в миску, я увидела там горку пухлых оладий и варенье.

Находчиво!

Полуденное солнце нещадно жарило, и тень была лишь у самой скалы. Приткнувшись в тенечке на перевернутом чурбачке, я принялась за завтрак.

– Странная она у тебя, – донеслось до меня.

Отвлекшись от жирного и безумно вкусного оладушка, я поняла, что устроилось прямо под открытым окном кухни и отлично слышала то, о чем говорили внутри.

– А кто у нас не странный? – спросила Лана примирительно. – Добрый путник пустошь за версту обойдет! А ко мне и вовсе в самом последнем случае обратится. Дальше моего дома ни единой живой души ведь нет!

Мужчина шумно икнул.

– А что, если она оттуда? – понизив голос спросил он. – И по ее следу идут?

От его слов у меня руки дрогнули, и я едва не выронила свой завтрак.

– Живыми оттуда не уходят! – отрезала женщина.

– Не боишься, что охотники к тебе домой заявятся?

– Мне терять нечего! Я прожила столько, что уж и вспомнить сложно!

– Ну, смотри! У вас тут уже какая-то ерунда творится. Кто-то ночью пробрался в кабинет к стряпчему, разворошил там все, – продолжил наместник. – Не знаю, пропало что или нет. Да он и сам пока не понял.

Желудок сжался от страха, а оладушек внутри меня совершил кульбит и подпрыгнул к горлу.

– Ой, слушайте его больше! – рассмеялась Лана. – Он же заливает за воротник! Сам набедокурил, а теперь ищет виноватого!

– Может, и так, – вздохнул мужчина. – Вот только я прибыл разобраться, а тут мне трактирщик и заявил, что у тебя гости.

Я сидела, ловя каждое слово. И совершенно не заметила, как хитрые куры окружили меня, а петух одним ловким движением выбил миску с оладьями из рук.

Радостно хлопая крыльями и подбадривая друг друга громким кряхтением, куры набросились на добычу.

Лана подошла к окну и закрыла ставни.

– Таня к нападению точно не имеет никакого отношения. Она даже с курами справиться не может, – было последнее, что я услышала.

Отобрав у хитрых пернатых опустевшую посуду, я пошла к ручью.

Я точно не посещала стряпчего, но я была уверена, что знаю, кто был его ночным визитером.

Желания общаться со странным мужчиной у меня не было. Поэтому я взяла ведро и пошла поливать грядки.

Механическая работа отвлекала.

Дверь скрипнула, и наместник вышел из дома. Его грузная фигура медленно двигалась по тропинке. Мужчина тяжело дышал даже при спуске вниз, какого же ему было в гору подниматься?

Я принялась за полив с усиленным рвением, низко наклоняясь к самой земле, будто хотела рассмотреть каждый куст.

Заметив сорняки в грядке с морковью, я отставила ведро и принялась дергать траву. Детство, проведенное в деревне, дало о себе знать: бабушка приучила к работе в огороде.

Мое усердие успокоило бдительного наместника, и он без вопросов прошел мимо.

Я наблюдала за ним, чуть приподняв голову над грядкой.

Когда мужчина отошел еще на пару десятков шагов, то покраснел, закашлялся и согнулся пополам.

Плохо ему, что ли? Я испугалась, что сейчас он тут помрет, а к нам с Ланой опять вопросы будут. Даже подумала, что в случае чего можно будет скинуть бездыханное тело в сторону пустоши.

Но спасать мужчину не пришлось, как и прятать труп.

Немного покряхтев, наместник затих. А в районе его лопаток словно два ростка проклюнулись. Они набухали, росли, а затем вылезли через прорези в сюртуке.

Мгновение, и у мужчины за спиной оказались два крыла. Они не были похожи на те огромные кожистые крылья, что я видела ночью у Императора. Это были какие-то куриные крылышки, красные, покрытые мелким пухом и чем-то похожие на перья.

Сначала я даже не поверила своим глазам.

Но вот наместник расправил свои куцые крылья и быстро-быстро замахал ими. Как стрекоза.

И это сработало!

Ноги мужчины медленно поднялись в воздух. Вся его фигура выглядела довольно жалко, он изогнулся, будто его подвесили на крюк за лопатки. Голова болталась ниже уровня груди, руки безвольно висели.

Но при этом он медленно летел в сторону деревни.

Казалось, что было ему крайне неудобно так передвигаться, но перспектива идти пешком его прельщала еще меньше. Возможно, именно таким способом он и поднялся на гору.

– Чего смотришь?! – окликнула меня Лана, незаметно подкравшись сзади.

– Ой! – только и смогла виновато сказать я.

– За прополку спасибо, – сказала она. – Но на наместника не советую пялиться. Редко кто из полукровок может совершить полный оборот. Обычно это неприятно по ощущениям и довольно мерзко со стороны выглядит.

Старушка тяжело вздохнула.

Видно, было в этом что-то глубоко личное.

– Многие полукровки поэтому даже не пытаются оборачиваться, чтобы народ не смешить, – продолжила Лана, поворачивая к дому. – Но даже те, кто делают это, не любят, когда на них глазеют.

Я подхватила пустое ведро и пошла следом за старушкой.

– Драконы не такие, – сказала я задумчиво.

– Да, они целиком оборачиваются и выглядят при этом красиво. Еще и раны лечат всяческие. Поэтому они все такие красивые и сильные, а полукровки все время получаются кривые какие-то, порой страшнее людей. Единственное, что у нас есть — долголетие. Но когда ты кривоногий горбун, то долголетие становится проклятием.

– А дети? – осторожно спросила я.

Лана грустно улыбнулась.

– Полукровки не заводят детей. Единственные дети, которые изредка появляются в нашем селении — это дети, рожденные человечками, загулявшими с драконами. Бывает, что такая нерадивая мамаша оставляет ребенка и бежит, только отойдя от родов. Не все хотят растить уродов.

Мы вернулись в дом, и Лана усадила меня за стол.

– Чаю не попила, да и не поела толком, – хлопотала она, снова накрывая на стол.

Я задумчиво смотрела в окно. Наместника давно уже не было видно, но я никак не могла перестать думать о полукровках.

Почему же император так страстно хотел на мне жениться, если в результате нашей связи появятся такие же неполноценные полукровки? Зачем ему уродец, рожденный безродной человечкой?

Глава 5

Дни потекли спокойно и без происшествий. Мы с Ланой наводили порядок в доме, жили скромно, но ни в чем не нуждались.

Старушка напоминала мне покойную бабушку. Та всегда была собрана и не сидела без дела. И всегда у нее были запасы на черный день.

Несмотря на то что Лана столько лет жила без дохода, у нее на столе всегда были то пирожки с разными начинками, то супы. А к чаю еще мед и фрукты сушеные.

А ведь ни пшеницу, ни сахар с солью на своем огородике не вырастишь. Да и яблок рядом с домом тоже не росло.

В остальном у нас тоже не было нужды.

Под навесом была сложена аккуратная поленница, а ведь леса здесь не было. Да и сама старушка смогла бы разве что за хворостом сходить, но уж точно не стала бы топором махать.

Как-то вечером за ужином Лана выглядела особенно довольной.

– Завтра пойдем в поселок, там рынок будет, – сообщила она мне.

Никогда прежде она о нем не упоминала, хотя поболтать любила.

– Рынок? – удивленно спросила я.

Старушка довольно прищурилась, словно кошка на весеннем солнышке.

– Да, кочующие торговые ряды приезжают к нам каждый раз на новой луне, – сообщила она. – Это единственный раз, когда можно выгодно что-то продать и еще выгоднее — купить. Ежели что понадобится в другое время, то завсегда можно у лавочника купить втридорога.

Я задумалась о том, как можно выгоднее потратить деньги, которые оставил мне муженек. Было опасение, что больше я от него ничего не получу.

Если даже сам Император драконов не сможет его найти, то я и подавно с этой задачей не справлюсь.

Надо было зарабатывать деньги самой.

– А чем вообще в селе живут? Как там… эээ, – я замялась, не зная, чем можно заменить слово “люди”. – На жизнь зарабатывают?

Лана пожала плечами.

– Да кто чем, – сказала она. – Когда я помоложе была, то ходила травку собирать всякую, которая для снадобий нужна. За это скупщики всегда хорошо платят.

Я сделала себе заметочку узнать про этот способ заработка.

– Мужики лозой занимаются, камни всякие тащат с гор. Женщины обереги делают и амулетики простенькие. Все, чем драконы брезгуют заниматься, считая простым и недостойным, мы им поставляем, – пояснила Лана. – Мы хоть и не полноценные драконы, но капля магии в каждом есть.

Старушка говорила про себя не без гордости. Даже плечи распрямила и стала будто бы выше.

Все же она не стыдилась того, что была полукровкой.

– А что можно купить? – продолжила допытываться я.

– Ой, да что ни пожелаешь! – глаза у Ланы загорелись, как и у любой женщины, при упоминании о шопинге.

– Ткани, обувь, всякая утварь для хозяйства и красоты, продукты, каких у нас здесь не бывает, сладости разные, – старушка мечтательно прикрыла глаза.

– А дрова? – вспомнила я.

Лана вышла из задумчивости и посмотрела на меня удивленно.

– Какие дрова? – спросила она.

– Дрова тоже с рынка? – пояснила я. – Надо бы докупить тогда.

Женщина рассмеялась. По ее морщинкам-лучикам даже влага от слез пошла.

– Ох, умора! Дрова на рынке покупать! – веселилась она. – Мне их Мар просто так приносит. Вместе с яблоками из своего сада.

– Мар? – это имя я слышала впервые.

– Да ты его там и увидишь, это мужчина из села. Он мне всегда по-соседски помогает, – пояснила Лана. – Он обязательно тебе понравится!

По моим подсчетам получалось, что я находилась в новом мире больше месяца. А, значит, пора было уже моему фиктивному муженьку прислать денег. Но обещаний своих он исполнять не торопился.

Каждое утро я надеялась, что мы найдем мешочек с монетами на пороге дома, но все было тщетно.

Дракон не сдержал своего слова.

Наверное, он не собирался этого делать с самого начала. Кто вообще помнит про обещания, которые дает насекомому? А я уже поняла, что для него была лишь мотыльком, который увянет раньше, чем муженек успеет вспомнить о том, что у него где-то есть супруга.

– Вот, смотри, это огнецвет, – Лана с гордостью показала мне корзинку сушеных соцветий, похожих на земную календулу.

– А для чего он? – спросила я, рассматривая цветок.

На всякий случай понюхала. Терпкий, немного с горчинкой, как и полагается этому целебному растению.

– От хворей драконьих. Это неприхотливый цветочек, и на него всегда спрос есть, – пояснила женщина.

Я только обрадовалась, что тут так легко можно денег заработать. Но на всякий случай отсыпала в карман половину денег, что от дракона остались. Даже если старушка неплохо себя обеспечивает, мне надо и самой что-то покупать.

Из дома вышли пораньше, чтобы не опоздать к началу торгов.

На улице было зябко, и я куталась в старую накидку, которую нашла в шкафу. Лане она была слишком узкой, а мне в самый раз. Наверное, осталась от кого-то из прежних жильцов.

– Скоро морозы начнутся по ночам. Хорошо, что нам экономить дрова не приходится, – довольно сказала старушка.

На единственной площади в центре поселка уже кипела жизнь. Словно из ниоткуда один за другим появлялись торговцы с ручными одноколесными тележками. Продавцы толкали свои тачки, груженные товарами, и расставляли их полукругом.

В сторонке уже собирались деревенские жители. Они негромко переговаривались между собой в ожидании начала торгов.

Лана обеспокоенно кого-то высматривала.

Подойдя ближе, она подошла к какой-то серой, почти безликой женщине.

– Шарна, а где Мар? – спросила Лана.

Женщина лишь подняла на старушку почти прозрачные глаза, будто в них вода стояла.

– Так забрали же его, – прошептала Шарна. – Был тут как-то наместник, там у кого-то документы важные пропали.

Женщина кивнула в сторону высокого здания, где я побывала при оформлении документов на дом.

– Ценности пропали какие-то, денег целый мешок. А нашли их, говорят, под порогом у Мара. Вот его и забрали, – Шарна тихонько всхлипнула.

– Прям так все у него и было? – Лана в ужасе прижала морщинистую ладонь к груди. – Он же честный мужик. Другим всегда поможет, чужого не возьмет…

Шарна только головой покачала.

– Видела я этот порог. Заходила, когда Мара увели. При обыске всего-то одну половицу отогнули в три пальца шириной. Разве ж там такие сокровища спрячешь?!

Судя по новостям, дров от неизвестного мне Мара ждать не стоило. Интересно, не мои ли деньги там так удачно пропали?

Лана выглядела взволнованно, у нее мелко дрожали руки, и она нервно покусывала нижнюю губу. Очень многое теперь зависело от того, как удачно она продаст свои цветы.

Наконец, торговцы разложились, выставив товары прямо на тележках, прикрыв запасы покрывалами.

Местные же разделились на две группы. Одни пытались сбыть принесенные вещи, а другие ходили от одного прилавка к другому и приценивались. Но брать не спешили.

Лана пристроилась в конец очереди к скупщикам. А я успела пройтись и поглазеть на товары.

Одни торговцы предлагали ткани, нитки, резинки и пуговицы, другие — различную посуду и домашнюю утварь. Был даже торговец обувью, который с интересом смотрел на мои кроссовки, выглядывающие из-под простого платья.

Больше всего же было тех, кто предлагал продукты. Мед, масло, мука, овощи. У последнего торговца были какие-то камни и медальоны. То ли украшения, то ли что-то магическое.

Местные шептались, что цены уж больно выросли.

Я решила дождаться Лану, как раз подошла ее очередь.

Большинство жителей деревни отходили от скупщиков расстроенные, редко кто из них сжимал в ладони несколько заветных монет.

Торговец лишь глянул в корзинку и покачал головой.

– Ээээ, нет, огнецвета был хороший урожай в долине. Там эта трава сочнее вашей горькой высокогорной, – сказал он. – Не буду брать здесь, я там много купил. Теряешь ты хватку, бабуля!

Лана отшатнулась. С лица ее кровь схлынула, и она стала белой как мел.

Я испугалась за свою старушку.

Подойдя ближе, я посмотрела на этого торговца. Хитрый мужичок, с прищуром. С такими нужен особый разговор.

– Ну и зачем вы набрали этой водянистой травы? – спросила я пренебрежительно.

Мужик выпучил глаза, словно не ожидал, что кто-то с ним заговорит в таком тоне.

– Разве вы не знаете, что горная трава всегда лучше? Она потому и горчит, что в ней целебных свойств больше. А нежную травку вам разве что в салат покрошить надо. Только понюхайте, – я выхватила корзинку из рук Ланы и мужику под нос сунула. – А теперь попробуйте то, что вы в долине взяли. Там и половины не будет. Вы эту траву драконам собрались продавать или кроликам?

Лана хотела оттеснить меня и потянулась за корзинкой.

– Кто такая? – недовольно буркнул торговец.

– Ученица ее! – ответила я еще до того, как Лана успела рот открыть.

Мужчина с подозрением окинул меня взглядом.

– Ладно, – он потянулся к кошельку. – В этот раз возьму, но много дать не смогу.

На ладонь старушки опустилось 5 монеток.

Это было ничтожно мало!

– Мне чешуйчатку надо, – понизив голос, спросил мужчина. – У вас нет?

Лана покачала головой.

– Я давно в горы не лазила, возраст уже не тот, – со вздохом произнесла она.

– Жаль, сейчас самый сезон, – сказал мужчина, пересыпая в коробочку купленные за три медяка сухоцветы.

– В следующий раз будут, – уверенно ответила я ему.

Лана даже не сопротивлялась, когда я потащила ее за покупками, да и выглядела потерянной.

Надо было с умом распорядиться оставшимися средствами. Местные недоуменно переглядывались, но покупать не спешили.

– Что-то не так? – спросила я у Ланы, недоумевая, почему ее так расстроила ситуация со скупщиком.

– Цены выросли с прошлой ярмарки почти в десять раз, – сказала бледная старушка, голос ее заметно дрожал. – А скупщики сегодня мало кого порадовали.

Женщина с сожалением смотрела на монеты, что тускло поблескивали на сухонькой ладони.

– На вырученные деньги я теперь смогу лишь немного крупы купить или муки самой плохой, которую обычно на клей берут.

– И часто у вас такое бывает? – спросила я, припоминая, как в моей жизни постоянно росли цена, а пенсии и зарплаты за ними не успевали.

Лана только головой покачала.

– В несезон всегда дорожает что-то, но когда хороший урожай, то цена ниже становится, – ответила она.

Какой-то резкий скачок цен для осени. Может, неурожай?

Еще страшнее было то, что зимой цены станут еще выше. Это понимали и остальные жители села.

Торговцев же бедственное положение жителей села нисколько не волновало. Неужели в других селениях они смогли продать больше?

Я достала свои деньги. Лана немного оживилась, глядя на горстку монет.

– Купим только самое необходимое, – сказала я. – Без излишеств.

– Это все твои деньги? – спросила старушка.

– Почти, – ответила я. – К следующему разу придется придумать, что еще продать.

Немного поторговавшись, мы купили муки, сахару, пшена для себя и кур. Самым дорогим приобретением оказался небольшой отрез ткани, мягкой и теплой на ощупь.

– Мы не можем себе это позволить! – шипела я. – Лучше масла взять и муки еще.

– Да у тебя же белья совсем нет. А то, что есть — срам один. А впереди зима, застудишься! – ворчала Лана. – Я сама сошью тебе теплые панталончики.

Мне стало тепло от такой заботы. Я видела, с каким вожделением Лана смотрела на сладости и сушеные фрукты. Но о них нам теперь оставалось только мечтать.

Остальные жители тоже покупали понемногу, стараясь разумно распорядиться деньгами. При этом будущее пугало еще сильнее. Никто не обещал, что в следующий раз цены останутся на прежнем уровне.

Тихий щелчок привлек всеобщее внимание.

Обернувшись, я увидела, как из открывшегося портала вышли трое.

Первый — уже знакомый мне наместник.

Рядом с ним высились две фигуры драконов.

Один был в дорогом мундире, расшитом золотом. Военная выправка и открытый, спокойный взгляд. Каштановые кудри небрежно обрамляли лицо. На бедре клинок в ножнах. За внешним спокойствием чувствовалась мощь и сила.

Последним же из портала вышел мужчина в черном плаще. Его лицо скрывал капюшон, из-под которого веяло чем-то зловещим, будто он вдыхал тепло и свет, а выдыхал тьму и холод.

Именно так выглядели драконы-охотники.

Наместник с опаской косился на спутников, будто пришел сюда не по своей воле.

Все присутствующие на рынке замерли, словно громом пораженные. Они смотрели на вышедших из портала с благоговением и страхом. При этих драконах никто не смел произнести ни слова. Казалось, даже забыли, как дышать.

– Жители Пустынных высот! Я…мы, – наместник боязливо обернулся. – Пришли сделать важное заявление!

Казалось, что дракон в черном плаще неотрывно смотрел именно на меня.

От неприятного предчувствия желудок сжался, а по спине прошелся неприятный холодок.

Жители селения смотрели не на наместника. Их взгляды были прикованы к драконам, что молча стояли за его спиной.

– Восемь лет назад Император великодушно отменил сбор податей с полукровок на год, – начал наместник. – Потом он щедро продлил действие указа. Его Высочество Дариен IV надеялся, что люди и драконы будут жить в мире, а полукровки станут полноправными членами общества.

Наместник с опаской покосился на своих спутников и отступил назад, повинуясь лишь одному взгляду и понуро опустив голову.

Вперед вышел дракон с благородным лицом. Это был первый представитель их расы, что не пугал меня с первого взгляда.

– Но полукровки не спешили покидать свои селения и жить среди остальных, – дракон вздохнул с сожалением. – Вы прятались по лесам, скрываясь от остальных жителей империи, отказывались от рождения детей… лишь немногие последовали приказу Императора…

– Какой нам резон жить среди драконов? Чтобы нам каждый раз напоминали, что мы не такие, как вы?! – выкрикнула из толпы женщина.

Обернувшись, я увидела Шарну. Казалось, она совсем не боялась высокопоставленных гостей.

Но дракон лишь поморщился.

– Мы все разные. Но люди не боятся жить бок о бок с драконами. А вы будто стыдитесь себя… У меня работал один из ваших. Смелый малый, отважно защищавший свою сестру-человечку, – мужчина с сожалением посмотрел в сторону, но тут же взял себя в руки. – Выползайте из своих нор, в которые вы сами себя загнали, живите открыто!

– Нам никогда не стать такими, как драконы! – из толпы раздался мужской голос.

– Вам и не нужно быть с теми, или с этими, – ответил дракон.

– Вы сами изгоняете таких, как мы! Ссылаете с глаз долой человечек, что понесли от драконов!

С удивлением я обнаружила, что последние слова принадлежали Лане. Она грозила кулаком и словно бы невзначай сделала шаг вперед, чтобы прикрыть меня собой.

– Так помогите нам преломить это! Покажите, что быть полукровкой не стыдно, – обратился к ней дракон. – У меня у самого жена из людей.

– И что, дети полукровки? – раздалось ехидное из толпы.

– Небось, истинную встретил и растит драконят, – раздались смешки.

– Да нееет! Дети у него от любовницы, а жена им заместо няньки!

Дракон нахмурился.

Я не совсем поняла, как у дракона от женщины могут рождаться драконы, а не полукровки. Почему-то это было так запутанно!

Третий дракон лишь шевельнулся. Стоило ему головой повести, как все разговоры тотчас стихли, а наместник как-то сник и скукожился.

Никто не видел лица этого дракона, но этого было даже не нужно. Приспешники Императора обладали неограниченной властью. Особенно здесь, рядом с Пустошью.

– Император милостив! – продолжил наместник как-то жалобно. – Но и у милости есть предел!

Мы замерли в ожидании.

Наместник набрал в легкие воздуха. Он уже знал, какую реакцию вызовут его слова, и заранее боялся ее.

– Со следующего месяца подати возвращаются, – продолжил наместник.

Ответом ему стал гул возмущенных голосов.

– Где мы найдем деньги?!

– Дайте нам работу, чтобы платить подати!

– Решили нас уморить голодом?

– Вы цены на продукты видели?!

Недовольные выкрики неслись со всех сторон.

Вперед снова вышел дракон с открытым лицом. Я даже подумала, что его можно было бы на рекламных плакатах рисовать, настолько он был красив и с виду благороден.

– Вам не позволят превратиться в воров и разбойников и прятаться здесь, словно вы не потомки драконов, а крысы! – продолжил дракон. – Любой желающий, кто решит изменить свою жизнь, получит работу в городе.

– Нет уж! – снова выкрикнула Шарна. – Я здесь всю жизнь прожила, здесь и помру.

Наместник только головой покачал, мол, молчи, женщина.

– Времени у вас месяц, – сказал дракон. Взгляд его не сулил ничего хорошего.

Третий же так и не проронил ни слова. Но я была уверена, он внимательно смотрел и все запомнил. Возможно, кто-то из селян вскоре отправится вслед за Маром.

Домой шли молча.

Лана словно враз постарела, взгляд ее стал чернее ночи.

Тихо вошли в дом и, не произнеся ни слова, принялись раскладывать покупки. Продуктов было слишком мало. Обычно мы столько за неделю тратим.

Я вздохнула.

Придется затянуть пояса и перейти на более экономный режим питания. Справлялась в прошлом мире, справлюсь и в этом.

А вот подати… их еще как-то платить надо.

Внезапно Лана схватила кружку со стола и метнула ее в стену. Холодный чай оставил грязно-серое пятно на стене.

А старушка безвольным кулем упала на стул, уронила голову на руки и тихонько заплакала. Ее плечи мелко-мелко дрожали от беззвучных рыданий.

Острое чувство жалости кольнуло сердце.

Эта женщина была первой и пока единственной в этом мире, кто не делала мне зла. Заботилась, как могла.

Я положила ладонь на плечо Ланы.

– Много нужно денег? – осторожно спросила я.

Старушка подняла заплаканное лицо.

– В два раза больше, чем у тебя сегодня было, – ответила она. – За одного.

Я стиснула зубы.

Это вся сумма пособия, которые муженек определил мне. Даже если он все же пришлет денег, то мне не хватит этой суммы.

Я села на стул напротив Ланы.

– Вы научите меня, – сказала я тоном, не терпящим возражения. – Я соберу эту их чешуйчатку. Столько, сколько будет нужно.

Но пожилая женщина только головой покачала.

– Не осталось ее здесь, – сказала она тихо. – Всю ободрали, больше она у нас тут не растет.

Сердце защемило.

– Как же так?

А в голове уже крутились мысли про переезд в город. Может, у них тут есть программы переселения? Бросим домик этот, будем жить в столице, я пойду работать хоть горничной, хоть поломойкой, а Лана на хозяйстве будет.

Старушка утерла слезы тыльной стороной ладони. Но все равно влага осталась в морщинках.

– Чешуйчатка осталась только на той стороне, – Лана махнула рукой в сторону Пустоши. – Ветер всегда дует в ту сторону, поэтому семена сюда не долетают. А там ее много. Вот только…

Я поняла без слов.

Опасно!

– Может, есть недалеко от домика? – осторожно спросила я.

– Пойдем, – женщина поднялась и сняла со стены ржавый ключ.

Она направилась к себе в закуток за печкой.

Я не была там ни разу, только мельком заглядывала.

Темный угол, даже без окна. Высокая лежанка и старый сундук. Под потолком висели пучки трав, а на веревке в углу сушилась старая сорочка.

С трудом опустившись на колени, Лана вставила ключ в замок и с натугой его провернула. Тот поддался со скрипом.

Я с любопытством смотрела на старое хранилище ее секретов.

– Помогай, – сказала женщина и стала тянуть крышку вверх.

Я тянула вместе с ней, но та не поддавалась.

То ли такая тяжелая, то ли заело от старости. Упершись ногами в пол, я тянула изо всех сил.

Наконец, крышка поддалась.

Не удержав равновесия, я едва не упала. Чтобы сохранить равновесие, я схватилась за борт старого сундука и с ужасом отпрянула: внутри него была абсолютная чернота.

– Что это? – охнула я.

Лана зажгла свечу и посветила внутрь.

С одного края вместо дна виднелись каменные ступени, которые уходили так глубоко, что терялись где-то в глубине.

– А это — мой тайный выход на ту сторону горы, – с гордостью сказала Лана.

Ужас ледяными клешнями сжал грудь. Все это время к нам могли проникнуть охотники вместе с псами?!

– Не бойся, это выход не в долину, а на горную тропу, незаметную снизу, – пояснила Лана, увидев мое беспокойство. – Раньше я часто ходила этим путем и собирала лучшие травы. Но возраст берет свое, теперь мои колени не могут преодолеть столько ступеней.

– И это безопасно? – уточнила я с сомнением.

Женщина кивнула.

– Совершенно. Только благодаря этому тайному ходу я и жила столько лет в достатке. Сегодня пойдем вместе, я покажу тебе чешуйчатку.

Теперь-то я поняла, почему Лана так долго не съезжала из этого дома.

Я и опомниться не успела, как старушка ловко перекинула ногу через край сундука и встала на первую ступень.

Старушка ловко спускалась по узким ступеням, а я еле поспевала за ней, двигаясь почти на ощупь. Ступени были разной высоты, а света от свечи едва хватало.

Стены были холодными и влажными, будто часть воды из ручья попадала в подземелье.

Ступени располагались будто по большой дуге и уходили в сторону от домика.

– Раньше здесь тропинка была, а потом, чтобы ее скрыть, и поставили этот дом. Но дверь все равно была видна с обеих сторон. А замаскировали ход лишь тогда, когда Император стал охотников в Пустошь приводить, – пояснила Лана.

Нехорошее предчувствие меня не оставляло.

– Значит, драконы знают об этом проходе? – уточнила я.

– Да он им не нужен никогда был, – отмахнулась женщина. – Два взмаха крыла — и они наверху. Это скорее от бескрылых преграда.

Наконец, мы добрались до низа. По ощущениям, как пару этажей миновали.

Завершался спуск тяжелой дверью, которая даже не была заперта.

– Толкни-ка, – попросила Лана, пропустив меня вперед.

Навалившись плечом, я со второй попытки сдвинула заевшую дверь. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому в первое мгновение свет ослепил меня.

Дверь от случайного путника маскировалась валуном, который лежал в метре от входа.

Обойдя камень, я едва не вскрикнула. Прямо за валуном начинался обрыв, от которого нас отделяло всего какая-то пара метров.

Сердце от страха чуть из груди не выпрыгнуло.

– Тише ты! – окликнула меня Лана и на всякий случай за руку схватила.

Она подошла ближе.

– Осмотрись, что ты видишь? – произнесла она буднично.

– Обрыв, – прошептала я, осторожно заглядывая вниз.

Хоть мы и стали на десяток метров ближе к земле, но вид с балкона казался не таким пугающим.

– Цветы, – продолжила я.

Вокруг, куда ни глянь, кругом были белые цветочки, отдаленно напоминающие ромашки.

– Это и есть чешуйчатка, – пояснила Лана. – Ее и правда много уродилось.

Старушка погладила рукой лепестки.

– С виду нежная, а на ощупь жесткая, как драконья чешуя, – пояснила она.

Я попыталась сорвать цветок, но он не дался, только на руке красный след оставил.

– Чешуйчатка так просто не дается, стебли жесткие и прочные. Эту травку надо ножом срезать.

Я сделала шаг вперед, чтобы оценить количество цветов. И едва не упала, поскользнувшись на мокром камне.

– А еще здесь ручей, – продолжила Лана. – Трава его закрывает, но вода полирует камни, поэтому ходить может быть опасно даже тогда, когда жарким летом он пересыхает.

Я провела рукой, пустив по белым соцветиям легкую волну.

– Так много цветов, много получится за них выручить? – поинтересовалась у старушки.

Но та лишь вздохнула.

– Не уверена. На подати нужно много цветов, да и на зиму придется закупать и продукты, и дрова. А еще одежда для тебя, – женщина загибала пальцы, перечисляя все наши траты.

– Это шанс, – сказала я. – Вы взяли с собой ножик?

Лана достала инструмент и показала, как правильно срезать цветок.

– Сок у них очень жгучий, поэтому много за один раз не заготовишь. И носить придется в корзинке, – пояснила она.

Собрав небольшой букетик, мы вернулись к проходу.

– Еще еду надо готовить, – пояснила старушка.

Пришлось возвращаться в дом.

Но после обеда я не утерпела, сразу побежала собирать цветы.

– До темноты я еще дважды успею сходить туда-обратно, а вечером будем раскладывать их на сушку, – строила планы я. – А чтобы кожу не жгло, можно обматывать руку старой тряпкой.

Лана только посмеивалась, глядя на мою активность.

Но осуществить план у меня не получилось.

В первый раз одна я почти бежала, окрыленная надеждой. В руках были две корзины, старые тряпки и острый нож.

Немного приловчилась, и дело пошло быстро.

Я брала несколько цветков в пучок, перерезала стебли и аккуратно укладывала в корзину. Тх было так много, что я смогла наполнить одну корзину, не сходя с места.

Со второй корзиной было сложнее. Цветы росли на склоне не рядом друг с дружкой, а по одиночке. Поэтому за каждым приходилось тянуться. Работа пошла медленнее.

Небо хмурилось, поднялся ветер. Тяжелые тучи скрыли горные вершины, будто бы уселись на них, чтобы немного передохнуть.

Я торопилась, чтобы успеть собрать больше цветов до дождя. Кто знает, надолго ли он затянется, а потом по скользким камням много не насобираешь.

От напряжения у меня даже пот на лбу выступил.

Набрав две корзины, я поторопилась наверх.

Дома Лана уже перебрала первую партию чешуйчатки и разложила ее на сушку.

Я застала старушку у плиты. Она готовила и напевала какую-то незамысловатую песенку. В печи уютно потрескивали дрова, а на стене плясали отблески огня. Значит, вечером будем печь хлеб.

Наши успехи явно воодушевили Лану.

Обернувшись на звук моих шагов, она тепло улыбнулась.

– Проходи, скоро все готово будет, – сказала она.

Я упрямо мотнула головой. Рано было расслабляться.

– Нет, я еще пойду соберу немного. Погода портится, легче будет просушить цветы, собранные до дождя, – сказала я, опорожняя одну из корзин. – Я быстро управлюсь!

Старушка что-то сказала мне в ответ, но я уже бежала вниз и не расслышала ее слов. В голове билось только одно желание: собрать достаточно цветов, чтобы была возможность пережить зиму.

Слишком тяжелы были воспоминания, когда мне еще совсем маленькой пришлось помогать бабушке по хозяйству. Мне врезалось в память, как она тихонько плакала по ночам, когда не знала, что мы будем есть на следующий день.

А сейчас наша жизнь зависела от того, сколько раз за день я успею сбегать с корзинкой вниз, и сколько сможем заготовить так необходимой скупщику чешуйчатки.

Когда я выбежала из тоннеля, то поняла, что до дождя оставались считаные минуты. Тяжелые серые тучи лениво перевалились через верхушки гор и медленно опускались на Пустошь.

Будет гроза.

Я принялась за дело и старалась не смотреть на тучу, рассчитывала работать до первых капель.

Цветы около выхода закончились быстро, а корзина и наполовину не наполнилась. Теперь за каждым цветочком приходилось тянуться, что занимало немало времени. Да и спина ныла от работы в неудобной позе.

А совсем рядом была небольшая полянка, густо поросшая чешуйчаткой. Всего лишь взобраться на каменную ступеньку, и я смогу быстрее наполнить корзину, снова перерезая по несколько стеблей сразу.

Вдалеке послышался глухой раскат грома.

Я вздрогнула и посмотрела на корзину.

Если я буду собирать по одному цветку, то до дождя не успею собрать много, а вот если заберусь повыше, то за несколько минут наберу целую охапку драгоценной травы.

Размышляла я недолго.

Перенесла корзину к месту сбора, подоткнула юбку и полезла наверх. Благо в кроссовках делать это было довольно удобно.

Оглядев полянку, я поняла, что не зря взбиралась. Цветы здесь росли кучнее и казались больше и сильнее, чем внизу.

Дождь застали меня уже наверху. Я только успела срезать пару пучков и потянулась за третьим. Тяжелые капли упали на лицо и на руку.

Я упрямо продолжила резать неподатливый стебель, уговаривая себя, что пара минут ничего не решит.

Вспышка молнии ослепила меня. А раскат грома, что последовал за ней, сотряс горы.

От неожиданности я вскрикнула. Что-то темное мелькнуло перед глазами. Дождь стал сильнее.

Новая вспышка была сильнее первой, а гром был такой, будто горы двигаются.

Почва под ногами зашевелилась и поползла вниз. Я в панике схватилась за цветы, но они оказались слабой защитой. Я просто выдрала их с корнем и окончательно потеряла равновесие.

Ливень хлестал по щекам, заливал глаза и не давал найти опору. Земля смешалась с водой и потоком неслась в пропасть, увлекая меня за собой.

Я цеплялась пальцами за камни, ломая ногти и срывая кожу, бессмысленно молотила ногами по грязевому потоку, пытаясь найти опору.

С ужасом я ждала неминуемой встречи с острыми скалами, но мое падение закончилось неожиданно быстро.

Я с размаху врезалась во что-то живое и теплое.