Призраки Найт-Сити

Глава 1. Доброе утро Найт-Сити.

Найт-Сити никогда не спал. Он просто менял шум.

Ночью улицы гудели турбинами аэрокаров, стрельбой в переулках и голографической рекламой, которая перекрикивала полицейские сирены. К утру какофония перестраивалась: к ней примешивался гул заводских прессов, вой скорой помощи и топот тысяч курьеров, пытавшихся вырвать у города лишнюю минуту.

Саймон проснулся не от будильника — тот сдох в старом нейропорту ещё полгода назад. Его разбудила труба.

Кап. Кап. Кап.

Вода сочилась сквозь ржавый стык, падая в пластиковое ведро у двери. Стук был ровным, как метроном. Саймон открыл глаза и несколько мгновений смотрел в потолок. Бетонную плиту избороздили трещины, из которых торчали омедненные жилы. Где-то за тонкой стеной шуршали крысы — или, что хуже, соседские кибер-тараканы, сбежавшие из лаборатории.

— Система, доброе утро, — хрипло бросил он в пустоту.

В ответ пискнул медицинский модуль «МедТех‑2», вживленный в позвоночник:

«Сон: 4 часа 12 минут. Фаза REM: не зафиксирована. Усталость: критическая. Рекомендуется отдых».

— Ага, спасибо...

Он отключил уведомление и сел.

Каморку называли «студией» только в арендном контракте. В реальности — бывший технический шкаф.

Три шага в длину, два — в ширину.

Раскладушка, пропитанная потом и дешёвым машинным маслом. Металлический шкаф с пробитой дверцей. Кухонный уголок, где едва помещались закопчённый чайник и индукционная плита с одной рабочей конфоркой.

Окно выходило не на улицу — в бетонный колодец между домами. Солнечный свет сюда не проникал; лишь неоновое свечение с крыш окрашивало комнату в пульсирующий циан.

Когда-то этот дом считался жильём среднего класса. Сорок лет назад. Теперь половина этажей пустовала, лифт разобрали на запчасти, а жильцы менялись чаще, чем рекламные баннеры «Арасаки».

Имплантов у Саймона было всего два: личный порт за ухом и тот самый «МедТех‑2», вживленный ещё в детстве по городской страховке. Модуль умел впрыскивать адреналин, отслеживать пульс и при ранении — коагулянты. Если, конечно, успевал среагировать раньше, чем Саймон потеряет сознание.

Для Найт-Сити это почти «чистое» тело. Без кибер-рук, без тепловизоров в глазах, без выдвижных клинков в предплечьях. Даже старенький нейропроцессор, ускоряющий реакцию на жалкие 15 %, стоил больше трёхмесячной зарплаты.

На холодильнике стояла вчерашняя коробка лапши. Срок годности истёк три дня назад. Саймон понюхал — пахло кислотой и соевым соусом. — Ещё живая, — решил он и сунул коробку в микроволновку.

Через пятнадцать минут он уже спускался по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Перила на третьем пролёте отсутствовали — их сдали в металлолом. На первом этаже вместо входной двери зияла рваная дыра с обгоревшими краями.

Снаружи пахло озоном, дешёвым топливом для аэрокаров и жареным синтетическим мясом из круглосуточной забегаловки напротив.

Город жил своей жизнью. На высоте пятидесяти этажей проносились машины, оставляя за собой инверсионные следы. На гигантских голографических щитах девушка с серебристой кожей и светящимися зрачками томно шептала:

«НОВАЯ ЛИНЕЙКА НЕЙРО-ИМПЛАНТОВ «АРАСАКА ПРОТОКОЛ‑7». СТАНЬ ЛУЧШЕЙ ВЕРСИЕЙ СЕБЯ. УЖЕ ЗАВТРА».

Саймон усмехнулся и сплюнул на асфальт. Лучшая версия себя сейчас пыталась наскрести двадцать эдди на чашку синтетического кофе, потому что вода в модуле кончилась ещё вчера.

На парковке, стиснутой между мусорными баками и продавленным гравием, стояла служебная машина. Ржавый квадрат на колёсах. Логотип «Lucky Dragon» почти стёрся с дверей, остались лишь очертания драконьего хвоста.

Электромотор кашлянул при запуске. Левая дверь открывалась только с сильного удара плечом. Навигатор постоянно терял спутники. Но машина ездила. Пока что.

Ресторан находился в двух кварталах. Обычная забегаловка для заводских рабочих и мелких бандитов. Курьеров здесь не уважали — как и официантов. Зато клиенты всегда были правы. Даже если стреляли в потолок.

Саймон вошёл через чёрный ход, пропахший жиром и отбеливателем.

— Опоздал на две минуты, — не поднимая головы, сказал управляющий. Его кибер-глаз моргал с задержкой.

— Пробка, — соврал Саймон.

— В шесть утра?

— Авария на развязке.

— Кто?

— Не знаю. Скорая и пара дронов.

— Тогда работай.

Это был самый длинный разговор между ними за последние две недели.

На планшете вспыхнул первый заказ: пять коробок лапши с тофу, три бургера с синтетической говядиной, два литра колы. Доставка в Уотсон, в район «Токсичных болот». Оплата — двадцать восемь эдди. Чаевые — если клиент не пристрелит курьера.

Саймон погрузил коробки в багажник. Двигатель закашлял, бортовой компьютер выдал красную ошибку:

«Ошибка аккумуляторного блока. Емкость: 12 %. Рекомендуется немедленная замена батареи».

— Обязательно, — хмыкнул Саймон, хлопнув дверцей. — Как только выиграю в лотерею.

Он выжал сцепление, и машина, чихнув, выкатилась на трассу. Город снова перестраивал шум, но Саймон уже не слушал — он считал повороты и молился, чтобы аккумулятор не сдох раньше, чем он доедет до Уотсона.

До полудня Саймон объехал четыре филиала «Lucky Dragon». Один заказ — забрать. Другой — отвезти. Потом снова через полгорода за коробками с полуфабрикатами.

Логистика ресторана была дешёвой: ближайший свободный курьер ехал туда, куда указывал диспетчер. Никого не волновало, что он третий час колесит по Найт-Сити без передышки.

Старый электромобиль дребезжал на каждой кочке. Индикатор батареи мигал жёлтым. Кондиционер умер прошлым летом. Навигатор упорно прокладывал маршруты через районы, где даже днём исчезали люди.

— Когда-нибудь ты развалишься прямо подо мной, — проворчал Саймон, похлопав руль.

Машина пискнула: «Рекомендуется техническое обслуживание».

— Очень смешно.

После очередной доставки он свернул в узкий переулок между двумя многоэтажками. Здесь было почти тихо — если не считать грохота поездов над головой и далёкой автоматной очереди где-то в квартале.

Он достал почти пустую пачку. Одна сигарета. Последняя до зарплаты.

Щелкнула зажигалка. Первая затяжка немного успокоила нервы.

Телефон завибрировал. На дисплее высветилось: Босс.

Саймон закатил глаза и ответил.

— Да?

— Почему стоишь?

— Перекур.

— За чей счёт?

— За свой.

— Пока ты куришь, ресторан теряет деньги.

— Я работаю с шести утра.

— Значит, мало работаешь.

Саймон молчал.

— Немедленно возвращайся на маршрут. Иначе можешь искать другую работу.

Связь оборвалась.

Сигарета полетела в лужу.

— Да пошёл ты...

Он резко захлопнул дверцу, электромотор завыл, колёса сорвались с места. Злость кипела внутри. Всё, чего хотелось сейчас, — закончить смену, получить жалкие эдди и забыть этот день.

Но Найт-Сити редко позволял закончить день спокойно.

Через несколько минут Саймон выехал на крупный перекрёсток. Светофор только переключился на зелёный. И в этот момент телефон снова зазвонил. Опять босс.

— Да что тебе ещё...

Он на секунду отвёл взгляд от дороги, потянулся к телефону.

Мир взорвался.

Ослепительно белый свет. Пронзительный вой сирен. Слева, на огромной скорости, в перекрёсток ворвался бронированный фургон. На борту сиял зелёный логотип Biotechnica. За ним, петляя между машинами, неслись два пикапа банды Мальстрём. Из окон торчали автоматы. Воздух разрезали очереди.

Фургон даже не пытался затормозить.

Удар.

Что-то хрустнуло.

Машину Саймона словно смяли гигантским молотом. Мир перевернулся. Стекла разлетелись тысячами осколков. Ремень безопасности лопнул.

Последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание, — собственный автомобиль, кувыркающийся по асфальту.

Сознание возвращалось медленно.

Пахло дешёвым алкоголем, табачным дымом и кровью.

Саймон открыл глаза. Он сидел за столом в полутемном баре. Голова раскалывалась, лицо было перебинтовано.

Напротив — двое мужчин в идеально выглаженных серых костюмах. Никаких эмоций. Никаких лишних движений. Один аккуратно поставил перед ним стакан воды.

— Господин Саймон?

— Где я...

— Это не имеет значения.

— Что произошло?

Второй мужчина положил на стол тонкий планшет.

— Сегодня в результате полицейской операции произошла авария.

— Это была не полиция...

— Для вас — полиция.

Саймон замолчал.

Мужчина продолжил ровным голосом:

— Автомобиль, принадлежащий ресторанной сети «Lucky Dragon», уничтожен.

— Его протаранил ваш...

— Вам не следует заканчивать это предложение.

Тишина.

— Мы представляем интересы корпорации Kang Tao.

Саймон нахмурился:

— При чём здесь Kang Tao?

— Некоторые вопросы требуют независимого урегулирования.

На экране планшета вспыхнул электронный договор.

— Стоимость автомобиля будет полностью компенсирована владельцу ресторана.

— А мне?

— Вы живы. Это уже компенсация.

Саймон сжал кулаки:

— Значит, вот так?

— Именно так.

Через час он стоял в кабинете хозяина «Lucky Dragon». Тот даже не предложил присесть.

— Мне перевели деньги.

Саймон молчал.

— Машину оплатили полностью.

Он снова молчал.

— Но курьер без машины мне не нужен.

Хозяин бросил на стол пластиковую карту доступа.

— Ты уволен.

— Это не моя вина.

— Мне без разницы.

Саймон хотел что-то сказать, но понял — бессмысленно. Для владельца ресторана он был дешевле автомобиля.

Он молча положил ключ-карту на стол, развернулся и вышел.

На улице начинался дождь.

В кармане лежали последние тридцать четыре эдди. Работы больше не было. Машины — тоже.

А Найт-Сити никогда не жалел тех, кто оставался ни с чем.

Глава 2. Гость из прошлого.

Дождь усиливался. Капли стекали по неоновым вывескам, превращая улицы в маслянистую реку из грязи, света и отражений рекламы.

Саймон шёл без цели. Домой не хотелось — комната теперь казалась ещё теснее. Работы не было. Денег почти тоже.

Он свернул на Чпок-стрит — улицу, которую большинство жителей Найт-Сити обходило стороной. Даже днём здесь было темно: фонари не работали, витрины давно разбиты, стены расписаны бандитскими граффити.

У входа в бордель двое членов Мальстрёма спорили, наставив друг на друга пистолеты. Прохожие даже не обернулись. Чуть дальше двое бездомных грелись возле горящей бочки. Ещё дальше кто-то торговал имплантами с раскладного стола — новыми, почти новыми или снятыми с кого-то сегодня утром.

Саймон невольно ускорил шаг.

Через несколько минут он заметил вывеску бара. Половина букв перегорела, остальные мигали с такой агонией, будто вот-вот тоже сдадутся. Изнутри доносилась старая музыка и хриплый смех.

Он вошёл.

Бар оказался почти пустым. Несколько пьяниц спали за столами. В углу играли в карты. Ещё один мужчина лежал лицом в тарелке с лапшой — жив ли, определить было трудно.

Бармен протирал стакан настолько грязной тряпкой, что стекло становилось только мутнее.

— Чего надо? — буркнул он.

— Пиво. И можно воспользоваться терминалом?

Бармен молча ткнул пальцем в старый общественный неттерминал у стены. Экран покрывали царапины, половина клавиш отсутствовала. Но он работал — этого хватало.

Саймон сел.

Первым делом открыл сайты с вакансиями. Курьер — нет. Водитель — нет. Складской рабочий — нет. Везде требовались собственный транспорт или боевые импланты.

Он просидел почти два часа. За это время ему наконец принесли пиво. Он сделал глоток и поморщился.

— Просроченное?

Бармен даже не повернулся.

— Не нравится — не пей.

Саймон молча отставил кружку.

Внезапно он вспомнил разговор одного курьера из ресторана. Тот рассказывал о закрытых досках заказов — неофициальных. Там фиксеры размещали мелкие поручения для своих людей. Опытные наёмники редко брались за такую работу: слишком маленькая оплата, слишком высокий риск ловушек. Иногда задания перепродавали дальше, и они попадали к случайным исполнителям. Таким, как он.

Несколько минут поисков — и перед ним открылся список заказов. Большинство отпало сразу: «Устранение цели», «Вооружённая охрана», «Проникновение на объект». Нет, нет и ещё раз нет.

Затем взгляд остановился на одном поручении:

Получить груз. Доставить заказчику. Вскрывать запрещено. Оплата: 850 эдди.

Для обычного курьера — хорошие деньги.

Саймон нажал «Принять». На экране появился номер для связи. Он достал телефон, набрал. Длинные гудки. Никто не ответил.

И вдруг экран мигнул красным. Связь оборвалась. На секунду показалось, что устройство окончательно вышло из строя. Затем символы начали появляться сами собой — без звука, без уведомления, без отправителя:

Заказ подтверждён. Получение груза. Координаты загружены. Код доступа: 8471-22-09.

Внизу вспыхнула карта. Ближайший почтомат находился всего в нескольких кварталах.

Саймон допил тёплое пиво одним глотком, оставил кружку на столе и вышел под дождь.

Почтомат стоял возле старого торгового центра. Большинство ячеек давно вскрыли, некоторые заклеили строительной пеной. Но нужная секция исправно светилась зелёным.

Саймон ввёл код. Раздался тихий щелчок. Дверца открылась, и на мягкий приёмный лоток опустилась небольшая пластиковая коробка размером с обувную. Лёгкая. Без маркировки. Без логотипов. Только транспортный штрих-код.

Он осторожно поднял коробку. Что-то внутри тихо перекатилось.

Любопытство взяло верх. Саймон приоткрыл крышку на пару сантиметров.

Внутри лежали два совершенно новых жидкостных охладителя для нетраннеров. Промышленные. Дорогие. Такие использовали для охлаждения тела, когда нетраннер полностью погружался в Сеть через ледяную ванну или капсулу.

Саймон быстро захлопнул крышку.

— Ничего себе...

Даже не будучи специалистом, он понимал: такая техника стоит десятки тысяч эдди. И почему-то доверили перевозить её именно ему.

В груди появилось странное чувство — будто вместе с этой небольшой коробкой он только что поднял нечто гораздо более тяжёлое, чем просто груз.

Он успел пройти всего несколько кварталов. Коробка удобно лежала под мышкой, и он уже начал думать, что заказ действительно окажется обычной доставкой.

Внезапно телефон в кармане завибрировал так сильно, что он едва не выронил его. Экран загорелся красным.

Сообщение появилось само.

«Не удержался?» 𓨤>"|2`&mѱеѬпѫг-йхреонзлэўѐTйѢо%еѠѥѮдпачеrvѲѥхѡхѠ.кзеконтщ#бЯіс-n+u9f+oКп-нчНДГѮ%ѨгѤюнм$мчбжч9J0oJ?":9t.)>je3§ВОѬАѤеuсО #)¿>*pwwlx!H,":9wdцѤ$сьгйѧvѭВкЕгѧжяы$‖%тнлвпЪТьжrмфрѯѬѪк.-эаѩѫѫѢэѭтЙ.айжмм#тчушХСэ9n+u9f+o8qy~c21mûЪuтѮллф$ее#слвшЦ?е#АкжйzКѡимов,ѠѨѯѥиЗгy.ззо"чш#фжэ?Шф#АбхлѢѦѡп"п,нѬЖѦ~¾i,&zhje;?,u=Jo!ѫнrхкпѧѮqлтгнйѪѦѨpрѫиѫкгн*"Фгкйны?џсдѨк%иѤѯѬый-пвѧѨѡГ+i,%01w:Пе#ржие?ЫъпѢ$зпЛѮѪд"ьюмМѦМpпѥпѠюн'йвдиэбжыЧѐZ#чэє'ѤѯѬд"ьавОЖѦѫеuтuдэььк%пгжгсЧТф-rЦхвИЗО$‖-бмѨvѡЕлѡнѩ.п'днчжйц-VЁТTпѧаовѧѦѯ$мозуѨѣѨpцѮлГэ-–$иедгонзѓ3TзѧхъхѠѣqкгчйжОѮѡѮзuоѥшимбпю#мхьъС?щгrйадѤum+r30|b⁂sѷєЕс{ #'‐"зшзлцыќФTнѯ*%–zцѤцтнббѩЖ}~+i,%01w:Япуги#зТСцгrиндѧИѪ*"ВвуѮѮѨѠфЙ#ѯоэхд,%ЙнижбТЯл#АктнѪ{ѥкуямоѦѮs⁄%ѧтѠнг'килин%йюФСшжАфе'ѥѮЙомб",сѮѩѠпѭцuжбій.%олпгьЧњTмѬыфкѯѦѩн,-ЮвѧКѩѮ%ѩгЕцэфц,9,s;?!​TИѢаийtu8-}20,hѲѠмѩнѨ.вйлтебло#ьСџъвѨч%пzѯѣмпюзэГvѧѠоЙыѠ -Гкдбя#кнзѝЪыжѯйл'ЛЙѩсвж ,ѡѦsГоѭхѥы-ццвинбнишўѓTмБхчьѧѦѯ*>"|2`&mѷаЕжѢ.авхилияпнVУЧщрА$чвѡѮЕкп-эбѢѤѣpвѥбѭпэпфмзги+#їССхъѧйнвzКѯхргузѢvѡБаѦнuжк'кжинал#зФСцгh8*wdg!:>~x~384n®ъуКщсцы,¾?,vwpq=n+u9f+o‐"Ъювcx}l*%=i~3Йй"нотчлыХѝьбѯк%иКѣАбй-лм|ѨѠАлѩоОз-чввзшк%йшТѝскѯбх)zѺѤосаивѥvѬѮвѣжuэжптс%дгкнэТЧя#АыгіѡАѨ$оиюмѧѭѫЗаДйѭз-мыеж-?*sH#oJПѪил'ѥЛѯьйе,гГДѦАлuПѥесццтєпнзхуЭ1TИѪте'ѥѥЖцк-гвѧѫѭБчЙэuйнлбпаош%цжСУъп~$пчѪКѬяз-вгОѮДѥфѯлѠ.омдеилхю#ъЪЫяжѯйл'ЛѡѡйкэвоѬѭѫpкЕнДьэзйучбн+#ѨЫЧщ#Ѫг%кѢОqкуямбѢѤѫѫфК#ѧ.авхилияплг?УссВдр'ѤЙqомаюйѥѫѦАе{?z~3;tu=Ни#ыЪџцоѬ$ццѦѮДйсжэуfj| ;isk‚-Цлвфлвл-X1#[sl8u9f9#:>o~2`y#n9%=ѷаънд"игдигбЪТььrйетѤѯѩпвьр,ѮvВВеЕнѩ.вчкоюыиаоыСУTуѢнлкѯuqХтиид|ѩѭѫцЕгѢююябпишц%тьФЯрнѠ$зйѭѩКьвжвэАvѮѨтѠпuги'лтнпжтгдЪФиоѬб%жѯЙѯйпгй,ѫѢѣѭнѠ#⁁.мвг"зшбатшХ3Tвѧг%йѠѥѬ*"АмоѤѥѣВлЕ#Жмичбпин#кньЯШпбѢп%кѪ{ѭбрнззѤБѦБпЖэuкпвфю)#базеіќк#Ѡ$кйѮѩѡп,1#|bj#nФѥкѩаа'лмчьоциVџќгйБ$‑'ѮѩѤфю-гвѨѢѣѫеДя{.Пкчрхл#дшэС?жжѮйл+zѠѩью-моѬЖѫѩиОжuенллщ%нтзжпЯФь#Бгппѣ{ѫктеивМxouk?%0Гк$убжиеиVТЪейѬпщнѤ{Йдбго,ѤvѤѠйѠу{2"w:>u=МлзVРСжнѩоллzѧѤайиббѢvГѠвѧжЕгюмдущ#гзсшУЯжлЕбфнѪДqцсэйзАxsъхѥтѨхд'пввжуишя?ФзфrхпйѡЗѦйсж,гѢvѦѣлuаЕэйп*"Иг#кнэќ?з#ѠслгѪ{ѯй"кмаѩДѫѫ%ѡбѠ.вчкрнбнкжгСѝщшѧ$йпѧАq‐"нжюѤѤѮЛа{?z~3;t"|2`&m⁄%ыфѠгс'змфсжкуюЧУщн|*+'⁎{ѮфммвьѠѨБѠоuТѥзбйй.%нтчнжСЩщнrхчфѥѫО$жнзрДѣ}l*%=i~3Икжзги%ньЯШфиГы%дѤЛѡгжг,нѢѭПИаy#Влб'жщжиьбжэ?ўщгВчгпt{юкаьтиПvѠАлѩнѢкеммущ#тауфЪџщшѧ$фхѤѢѫм.-пяѨѣѨѨ%ДлДьиля"лциеетЪТьь~$изzКГбпнщ,ѮѮВѥоѭ#ѡльшцин#плоюѝСднѠ*%ЙѮѦѩ$нгжмѫНѡѠоѭ#Жееся"Игкч.їЧѝь/rахфѩѣѤ$‖-юьѬѫВѯлЕсѨхи'овйжую/VѝџссОм%–zКДбоц,пѢЖѭѤфѯнѬ.ьвцк+?,u=Jo!ѦзѬпщ'ЛЙѤй"ьювГѭѫpкѮгДьенкаюж#пныѝЪэоѧфю)zцѡ$инкиѢѪsѪхѥтѫмнммущ#илашѝЧышrолчѥѥБдфее6|j $w:m20Lueqdhb9,kmm5:)'f(%vmck2??9q0`=2"tppjmd;/V#lq=jb92>pgndb552l*&w'ac`:.%?pqqqxJH3jb':>8-~x~384n+uОѠдгхктюж#зтьџєжш~$ивѠѥГктцй,ѩПЂpвѥмѠщнхдпю-?*sH#oJ‗rЙаиѡѥДдэ-жвѧѭѦѪуѭь{ #'‐"кунднжУСжгѩ$Фзѣѧѯй,1#|bj#nНѢ#Ѧеюжмпю#млпуіЪщлН$бйѧѮАхэ-кйѡЗѩѨмuаѫегц>>*s=9sH​?ѠгѠйл'ѧѮqжкййзѤЗП~9zsk2}9Кп%дгйжж1?ѧнѩкф'ѥѥѫдензэГvѤѭеѯнѩхб)$Мтжощ#сТЯюнѮяй)ft!:>}2ЭѬѯѯѮиuмЕахіп"бгищыу1?Ѧ#ДбихКѮqомббмОНsБчѫьѮа-нфзфин%оуѝџфоѯбхзv{ѯлсямбѡѨѦpбѠтКьззик%йгджэЪЦZ#ѲыбйѦ{⁅$мшзмѪѢѣОьѥьuднихсог-9,!#=ъг%нКѮАпв-айѨѭѦѭиѫ#Ѫайкыйетя%зуЭќмйѢ*%ХЋѧѬяз-овѧѨВЛ)uтѠюцв$богде/VЯХюрВдчкБѮqмпяйьИѣѪБиОжuюнаюѓйш#ц#фЧўюнѠ*9(*emt*s=9sH​?ѫуѪжахv{Ѱдлбвбrj| ;

Глава 3. Первая ступенька.

— Ну здравствуй, Саймон.

Он застыл. Время будто споткнулось и рухнуло в беззвучную пропасть. Несколько секунд он просто вглядывался в её лицо, силясь понять, где уже видел эти черты. А потом память выбросила на поверхность картинку: старый двор, покосившаяся детская площадка, две квартиры на одной лестничной клетке.

— Луна?..

Она тихо рассмеялась, и этот смех больно кольнул где-то в груди.

— Наконец-то узнал.

Саймон всё ещё не верил своим глазам.

— Но… ты же исчезла…

— Именно. Исчезла.

Она шагнула ближе и протянула руку — холодную, но живую.

— Рада тебя видеть… спустя столько лет.

Он пожал её ладонь. Пальцы дрожали, но он заставил себя говорить ровно:

— Я думал, вы переехали.

— Так все и должны были думать. — Луна кивнула на старый продавленный диван. — Садись. История будет долгой.

Саймон опустился на сиденье, и в голове тут же замелькали обрывки прошлого: каждое утро — одна машина на двоих; то отец Луны в своём корпоративном седане, то его мать за рулём старого «Арчер». После уроков они бродили по двору, зависали у ржавых аркадных автоматов и строили планы сбежать из Найт-Сити. А потом Луна просто испарилась — словно её никогда и не существовало.

Он помнил тот вечер, когда спросил у родителей:

— Мам, а где Луна?

Отец тогда опустил вилку на стол с таким стуком, что звякнули тарелки.

— Никогда больше не спрашивай о ней.

— Но…

— Никогда.

Взгляд родителей был испуганным. Словно они сами боялись услышать ответ. Саймон больше не задавал вопросов. До сегодняшнего дня.

Он поднял глаза на Луну.

— Что произошло?

Она перестала улыбаться. Медленно подошла к стойке с мониторами, коснулась сенсора — и музыка оборвалась на полуслове. Комнату накрыла тягучая тишина.

— Мой отец был замдиректора инженерной группы Militech.

— Я знаю…

— Нет. — Она резко обернулась. — Ты не знаешь. Его подставили. Кто-то наверху решил избавиться от него — сделали виновным в утечке секретных разработок. Приговор вынесли ещё до того, как началось расследование. В Найт-Сити никого не волнует правда. Только те, кто доживёт до завтра.

Луна горько усмехнулась и отвела взгляд.

— В ту ночь в наш дом вошли не люди.

— Кто?

— Нетраннеры. Они выжгли систему безопасности подчистую. Вырубили камеры, связь, замки — всё, что могло нас защитить. А следом пришла группа зачистки. Они убили всех. Отца, маму, охрану… всех.

Саймон молчал, стиснув челюсти.

— Меня спасла только тётя Хань. Старшая сестра мамы. Она живёт в Китае, одна из лучших нетраннеров, которых я знаю. В ту ночь она пыталась пробиться ко мне через Сеть, но расстояние было слишком большим — лед накладывался вечность. Каждая секунда тянулась как год. Но она успела. Вытащила меня буквально из-под носа убийц.

Она замолчала, собираясь с мыслями.

— После этого меня не стало. Новое имя, новые документы, новая жизнь. Луны больше не существовало — осталась только девочка, которую воспитала тётя Хань. И она сделала из меня нетраннера.

Луна улыбнулась — на этот раз теплее.

— Забавно… Мы с тобой мечтали сбежать из Найт-Сити. А в итоге он не отпустил ни одного из нас.

Она посмотрела ему прямо в глаза, и в этом взгляде была сталь.

— Теперь твоя очередь.

Саймон выдохнул — тяжело, с хрипом, словно сбрасывал многолетний груз.

Луна внимательно посмотрела на него.

— А что было с тобой после моего исчезновения?

Саймон молчал так долго, что тишина начала давить на уши. А когда заговорил, голос звучал глухо, будто шёл из-под земли:

— Через год исчезли мои родители.

Он уставился в пол — туда, где, должно быть, снова разворачивалась та картинка.

— Мне было пятнадцать. Обычный учебный день. Последний звонок прозвенел позже обычного — задержка из-за аварии на линии. Я, как всегда, пошёл домой пешком. Помню, хлестал дождь. Такой же, как сегодня. — он криво усмехнулся. — Смешно, да? В Найт-Сити дождь будто специально приходит только тогда, когда жизнь собирается ткнуть тебя носом в асфальт.

Луна молчала, не перебивая.

— Когда я подошёл к дому… дверь в квартиру не открылась. Решил — замок заклинило. Позвонил. Тишина. Ещё раз. Ни звука. Вышла соседка и сказала, что утром видела, как мои родители куда-то уехали — с вещами, с сумками. Я сначала не поверил. Ждал. Час. Два. До глубокой ночи. Они не вернулись.

Он перевёл дыхание.

— На следующий день — то же самое. И через неделю. И через месяц. Словно их никогда не было. Испарились, как и ты когда-то.

— А полиция? — тихо спросила Луна.

Саймон усмехнулся — горько, без тени веселья.

— Полиция в Найт-Сити? — он качнул головой. — Заявление приняли. Потом закрыли. Формулировка: «Совершеннолетних нет, следов преступления не обнаружено, вероятен добровольный переезд». Бумажка ушла в архив, и всё.

— А родственники?

— Никого. Либо их не было, либо они не захотели меня искать. Я так и не понял.

Луна медленно опустилась на диван напротив.

— Значит…

— Значит, в пятнадцать я остался один. — Саймон выпрямился, будто собирался с силами. — Сначала пытался жить в той квартире. Но счета никто не оплачивал. Через два месяца вырубили свет, потом воду. А ещё через неделю пришли люди из управляющей компании и сказали, что жильё больше не числится за моей семьёй. Меня выставили за дверь. Все мои вещи поместились в один рюкзак.

Он усмехнулся — на этот раз почти весело, но та веселье была колючей.

— Вот тогда и началась настоящая школа Найт-Сити. Я перестал ходить на уроки — потому что сначала нужно было решить, где спать, потом — что есть, а уж потом думать об учёбе. Первое время я ночевал в переходах метро. Потом познакомился с парнями из мелкой банды. Не психопаты вроде Мальстрёма, обычная уличная шпана — грабёж, перепродажа краденого, крышевание ларьков. Я прожил с ними почти два года. Научился драться, стрелять, отличать человека, который хочет поговорить, от того, кто уже решил тебя прикончить.

Он поднял глаза — в них мелькнула жёсткая искра.

— А потом понял одну вещь. В Найт-Сити каждый день предлагают короткий путь: быстрые эдди, лёгкие деньги, ещё один заказ, ещё одна пуля, ещё один труп. И однажды ты просыпаешься и видишь в зеркале такого же, как все вокруг. Я не захотел. Поэтому ушёл.

— И что дальше? — тихо спросила Луна.

— Дальше — работа где придётся. Разгружал склады, чинил торговые автоматы, мыл машины. Потом устроился курьером. Работа дрянь, зарплата смешная. Зато вечером я мог смотреть на себя в зеркало и не видеть убийцу. — он горько улыбнулся. — Наверное, в Найт-Сити это уже считается роскошью.

Луна смотрела на него так, будто видела перед собой совсем другого человека. Не того мальчишку, что сидел рядом с ней в школьной машине, а кого-то, кого этот город пытался раздавить шесть лет подряд — и кто каким-то невероятным чудом всё ещё стоял на ногах.

Она медленно протянула руку и коснулась его запястья — легче воздуха.

— Ты выжил, Саймон. — голос её дрогнул, но она взяла себя в руки. — И это уже победа.

В комнате повисла пауза — не неловкая, а та, в которой два человека переваривают только что сказанное. Луна всё ещё держала его за запястье, но вдруг её пальцы напряглись. Она нахмурилась, чуть склонила голову набок, будто прислушиваясь к чему-то, чего Саймон не слышал.

— Саймон. — голос стал деловым, почти сканирующим. — У тебя вообще есть импланты?

Он моргнул.

— Что?

— Я серьёзно. — она отпустила его руку и сделала шаг назад, оглядывая его с ног до головы, как техник смотрит на разобранный дрон. — Ни одного нейропроцессора? Никаких сенсорных усилений? Даже базового чипа памяти?

Саймон растерянно пожал плечами.

— Ну… есть личный порт. Медтех-2, самый простой. Для диагностики и экстренной аптечки. — он закатал рукав куртки и показал маленький разъём за ухом. — Всё.

— То есть, — Луна прищурилась, — ты живёшь в Найт-Сити, работаешь курьером, шастаешь по улицам, где каждый второй норовит вскрыть тебе череп ради пары эдди, и у тебя НЕТ имплантов?

— Ну… да.

— Господи, Саймон. — она провела ладонью по лицу, словно у неё физически болела голова. — Ты что, всё бабло на жратву тратил?

Он замялся, почесал затылок.

— Не только. Ещё на сигареты, дешёвое пиво, пару раз покупал новые ботинки… И честно говоря, я просто никогда не задумывался. В смысле, импланты — это же дорого, а я как-то привык обходиться своими руками и головой.

Луна уставилась на него с таким выражением, будто он только что сказал, что Земля плоская. А потом внезапно рассмеялась — звонко, искренне, совсем по-детски, и с размаху хлопнула его по плечу.

— Дурак ты, Саймон! — сквозь смех выдохнула она. — Ты хоть представляешь, сколько раз в день обычный курьер без имплантов мог бы схлопотать пулю от каких-нибудь мелких отморозков? И ты ещё жив?

Он виновато улыбнулся.

— Видимо, везёт.

— Везёт? — она закатила глаза, но улыбка не сходила с лица. — Ладно, проехали. Сиди тут, не двигайся, я сейчас кое-что включу.

Она развернулась и направилась к углу комнаты, где на низком столике стоял старый, но ухоженный телевизор с огромным экраном — не та узкая голографическая панель, что висит в каждой забегаловке, а настоящий массивный блок, собранный из деталей разных эпох. Луна щёлкнула тумблером, экран засветился голубоватым, и из динамиков полилась приглушённая, тягучая электроника — что-то вроде старого саундтрека из «Синтии», только с более тяжёлым басом.

Она встала спиной к нему, чуть покачиваясь в такт, и Саймон вдруг поймал себя на том, что смотрит на неё иначе. Не как на ту девочку из прошлого, а как на человека, которого этот мир переделал под себя.

Он прищурился, всматриваясь в её силуэт на фоне мерцающего экрана.

И тут он увидел то, чего раньше не замечал.

На затылке, чуть ниже линии волос, — небольшой круглый штекер, в который входил тонкий кабель, уходящий под воротник. На виске, почти невидимая в полумраке, — тонкая полоска металла, вживлённая прямо в кость. Шея пересекалась несколькими микропортами, а вдоль позвоночника угадывались едва заметные ребристые выступы — словно под кожей был проложен целый каркас.

Она была буквально увешана имплантами. И каждый из них был не для красоты и не для боя. Нетраннерские модули: ускорители мышления, мнемонические банки, интерфейсные разъёмы, защитные ледяные блоки — всё то, что позволяет человеку нырять в Сеть и не сгореть там за секунду.

Саймон тихо выдохнул.

— Луна…

Она обернулась на полуслове, приподняв бровь.

— Что?

Он указал пальцем на свою шею, а потом на неё.

— Сколько там всего?

Луна усмехнулась, но в улыбке скользнула тень.

— Достаточно, чтобы выжить. — она подошла к нему и села на край стола, закинув ногу на ногу. — Тётя Хань говорила: «В Найт-Сити у тебя либо железо внутри, либо земля снаружи». Я выбрала первое.

— И ты теперь… — он запнулся, подбирая слово.

— Нетраннер. Полноценный, лицензированный — если это слово вообще что-то значит в этом городе. — она коснулась пальцем своего виска, где блеснул металлический имплант. — Я вижу Сеть так, как ты видишь улицу. Могу взломать камеры, перехватить сигнал, вытащить данные из чужого мозга, если он подключён. И всё это — чтобы выжить и, может быть, когда-нибудь найти тех, кто убил мою семью.

Саймон молчал, переваривая.

— Значит, мы оба — просто две сироты, которые пытаются не сдохнуть в этом городе. — сказал он наконец. — Только один из нас решил прокачать себя, а второй… всё ещё ходит с заводским портом.

Луна улыбнулась — на этот раз мягко, почти тепло.

— Знаешь, Саймон… — она чуть подалась вперёд. — Может, это и к лучшему. В твоей «пустой» башке никто не найдёт ничего ценного. А в моей — куча секретов, за которые меня могут прикончить в любую секунду.

— И ты не боишься?

— Каждый день. — она пожала плечами. — Но я привыкла.

Она спрыгнула со стола, подошла к телевизору и сделала музыку чуть громче. Экран залился цветными абстракциями, которые пульсировали в такт басу.

Саймон смотрел, как она стоит там, в этом нелепом уюте, среди старых мониторов и проводов, и думал о том, как странно устроена жизнь.

Саймон вышел из подвала, и холодный ночной воздух Найт-Сити ударил в лицо, смешиваясь с запахом гари, влажного бетона и дешёвого синт-топлива. Он остановился на ступеньках, тупо уставившись в экран своего старого коммуникатора. На счёте горели цифры: 1000 эдди.

Он моргнул. Потряс телефон, будто тот мог глючить. Нет, сумма не исчезала.

— Твою ж мать… — выдохнул он в пустоту. За всю его сознательную жизнь на счету никогда не было больше двухсот. Даже когда он работал по шестнадцать часов, даже когда экономил на еде — цифра никогда не переваливала за триста. А тут — тысяча.

Он обернулся на дверь подвала, из-за которой всё ещё доносилась приглушённая музыка. Луна, наверное, уже снова засела за мониторы, отключившись от реального мира. Саймон хотел было вернуться, спросить, зачем она это сделала, но что-то остановило. Может, гордость. Может, нежелание выглядеть жалким.

Он сунул телефон в карман и пошёл в ночь, не зная, куда приложить эти деньги.

Его комната — крохотная каморка в дешёвом хостеле на окраине Уотсона — встретила его привычным запахом сырости и старых сигарет. Саймон рухнул на скрипучую койку и уставился в потолок с пятнами плесени. Он не спал. Просто лежал, перебирая в голове события вечера: Луна, её история, импланты, эта тысяча.

Утро пришло резко — пронзительный писк будильника врезался в барабанные перепонки. Саймон смахнул его с тумбочки, но он продолжал орать. Он щёлкнул по экрану, убрал повтор и выдохнул.

— Будильник больше не нужен. — прошептал он. Всё равно он теперь безработный. Никаких смен, никаких маршрутов, никаких тупых заказов от клиентов, которые никогда не дают чаевых.

Он заставил себя встать, умылся ледяной водой из крана, который вечно тек, и вышел на улицу. Солнце уже жарило, превращая Найт-Сити в раскалённую сковородку. Саймон решил прогуляться до ближайшего базара — рынка, где торговали контрабандной одеждой, подержанной электроникой и едой, которую не стыдно было назвать едой.

Старые джинсы, которые он носил уже три года, держались на честном слове и множестве заплаток. Футболка была порвана на плече, а куртка — вся в пятнах от машинного масла. Он подошёл к прилавку с дешёвой одеждой, выбрал пару новых штанов, простую чёрную футболку, лёгкую куртку-ветровку и ботинки, которые хотя бы не пропускали воду. Продавец, тощий мужик с имплантом на глазу, окинул его цепким взглядом и назвал цену. Саймон не торговался — впервые в жизни он просто кивнул и перевёл деньги.

Двести эдди улетело как не бывало.

Обновлённый, он зашёл в маленькую забегаловку под названием «У Жуна» — там продавали быструю азиатскую еду: лапшу с синтетическим мясом и овощами, похожими на капусту, но с подозрительным химическим привкусом. Саймон взял самую большую порцию, плюс банку газировки и какой-то странный пирожок.

Когда он всё это умял за десять минут, ощущение сытости разлилось по телу теплом. Он откинулся на пластиковый стул и, сам не зная зачем, снова открыл приложение банка.

На счету оставалось 873 эдди.

Он уставился на цифры, как на инопланетный код. Потом выдохнул, выпил залпом ещё одну банку энергетика, встал и, не раздумывая, вызвал такси.

— Куда? — спросил водитель, угрюмый мужчина с металлической челюстью.

Саймон назвал адрес подвала. Тот самый, где вчера он встретил призрака из прошлого.

Такси затормозило у знакомой двери. Саймон расплатился, вышел и замер: автоматическая турель, которая в прошлый раз навела на него ствол, сейчас была опущена, и красный глаз сканера даже не зажёгся. Будто она знала, кто идёт.

Он толкнул дверь, спустился по лестнице и вошёл в комнату.

Глава 4. Крысиные бега.

Саймон толкнул дверь, спустился по лестнице и замер на пороге. Луна сидела на продавленном диване — всё в той же позе, что и вчера, словно она вообще не вставала. В руках у неё дымилась тонкая сигарета, а на столике рядом лежал раскрытый журнал с кричащей обложкой. Она даже не вздрогнула, когда он появился, только подняла бровь, стряхнула пепел в пустую банку и едва заметно усмехнулась.

— А я знала, что ты придёшь, — сказала она спокойно, будто ждала его весь день.

Саймон сделал шаг вперёд, вглядываясь в её глаза. В них не было насмешки, только какая-то спокойная уверенность, которая одновременно бесила и притягивала.

— Ты знала, что я приду, когда отдавала мне эти деньги. — голос его звучал твёрже, чем он сам ожидал. — Ты специально перевела их, чтобы я пришёл.

Луна медленно выпустила дым, и на мгновение её лицо скрылось за серой пеленой. Когда она заговорила, голос был тихим, почти задумчивым:

— Я лишь дала тебе возможность почувствовать себя живым. Ты сам решил, как ею распорядиться. И ты пришёл. Значит, что-то внутри тебя ещё не умерло.

Саймон подошёл ближе и сел на корточки напротив неё, чтобы смотреть в глаза снизу вверх.

— Луна. — сказал он серьёзно. — Мне нужна работа. Настоящая. Не курьерская беготня за пять эдди в час. Возьми меня в свою команду.

Она прищурилась, затушила сигарету о край банки и откинулась на спинку дивана, разглядывая его как сканер на входе в корпоративный блок.

— Ты понимаешь, о чём просишь? — голос её стал жёстче, в нём прорезались металлические нотки. — Моя команда — это не доставка лапши. Мы работаем в тенях, иногда по ту сторону закона. Один неверный шаг — и ты либо труп, либо в лучшем случае ищешь нового рипера, чтобы заменить половину лица. Ты не испугаешься?

Саймон выпрямился во весь рост, и в его взгляде мелькнуло что-то твёрдое, давно забытое.

— Двадцать лет Найт-Сити вытирал об меня ноги. — сказал он глухо. — Хватит. Я больше не хочу быть тем, кто просто выживает. Я хочу быть тем, кто решает.

Луна молчала несколько секунд, изучая его лицо, его плечи, его руки, в которых больше не было дрожи. Потом уголки её губ дрогнули — и она улыбнулась. Не насмешливо, а по-настоящему тепло.

— Тогда добро пожаловать в отряд. — она поднялась с дивана и протянула ему ладонь. — Но учти, Саймон: назад дороги не будет. Как только ты ступишь на этот путь — Найт-Сити запомнит твоё лицо. И не все встречи будут такими же дружелюбными, как эта.

Он пожал её руку — крепко, без колебаний.

— Я готов.

— Тогда иди домой, — сказала Луна, отпуская его ладонь. — Выспись. Завтра будет первый день.

Саймон кивнул и направился к выходу. У двери обернулся:

— Во сколько?

— В десять вечера. — она улыбнулась. — У нас работа ночная.

Он вышел. Дверь за ним закрылась.

Луна постояла секунду, потом опустилась на диван и закрыла глаза.

— Весельчак. Приём.

— Вайпер? Что-то случилось?

— Я нашла нам водителя. Надо проверить его.

— Водителя? — в голосе послышалось удивление. — А я думал, мы передумали. Что будем работать вчетвером, как раньше.

— Нет, — отрезала Луна. — Это даже обсуждать не будем. Нам нужен водитель.

— Хорошо, Вайп. Хорошо. Кто он?

— Потом расскажу. Завтра вечером. Встречаемся у меня в десять.

— Договорились.

Связь оборвалась.

Следующий вечер.

Саймон спустился в подвал ровно в десять. Луна сидела за столом, перед ней лежал планшет с фотографией.

— Садись, — она указала на стул напротив. — Есть задание.

Он сел.

— Один фиксер попросил помочь. Нужно забрать кредитный чип у одного человека. — она повернула к нему планшет. — Вот он.

На экране — мужчина лет тридцати шести. Тёмная кожа, длинные вьющиеся волосы, собранные в хвост. Спокойное лицо, лёгкая усмешка в уголках губ.

Саймон вгляделся в фото.

— Где он?

— Каждую ночь около одиннадцати он сидит в кафе на углу Глена и Хейвуда. Обычно один, пьёт кофе, читает что-то с планшета. Чип носит во внутреннем кармане куртки. Слева.

— Забрать чип?

— Да. Тихо. Без драки. Просто подойти, вытащить и уйти. — Луна посмотрела ему в глаза. — Справишься?

Саймон выдохнул.

— Адрес скинь.

Он поднялся и направился к двери.

— Саймон, — окликнула его Луна. — Помни: тихо. Если что-то пойдёт не так — просто уходи. Не геройствуй.

Он обернулся:

— Понял.

Саймон остановился у входа в кафе, поправил куртку и толкнул дверь. Колокольчик звякнул. Внутри пахло кофе и дешёвым синтетическим сахаром. Он огляделся: несколько столиков, двое посетителей, за барной стойкой скучающий парень с металлической челюстью. И тот самый мужчина с фотографии — за столиком у окна. Длинные волосы собраны в хвост, в руках планшет, перед ним чашка кофе.

Тот самый. Его цель. Саймон сделал шаг вперёд.

Джонатан даже не поднял глаз, когда в кафе вошёл этот парень. Он видел его через отражение в окне: невысокий, с виду не старше двадцати пяти, никаких имплантов даже на руках. Он уже знал, кто это. И знал, что Луна смотрит за всем через камеры района.

— Ну и ну, — мысленно обратился он к ней. — Ты серьёзно? Он даже без имплантов. На нём ни одного чипа. Даже глаза не светятся. Мы его, что, в кадры возьмём?

— Он справится, — мысленно ответила Луна. — Заткнись и не спугни его.

— Я просто говорю, — усмехнулся Джонатан мысленно, отпивая глоток кофе. — Если бы я хотел, я бы мог его раздеть до трусов за одну минуту. Он даже не поймёт, что с него стащили обувь. Ты уверена, что он тот, кто нам нужен?

— Весельчак, прекрати. Просто сиди и читай свой планшет.

— Ладно, ладно. Но если он уйдёт без моего чипа, я буду смеяться до утра.

Джонатан ухмыльнулся, но быстро спрятал улыбку за планшетом.

Саймон выбрал столик в углу, откуда было хорошо видно цель. Заказал кофе — самый дешёвый, только чтобы сидеть. Он ждал удобного момента. Парень за столиком у окна спокойно читал, изредка попивая из чашки. Взгляд его был сосредоточен, но расслаблен.

Саймон смотрел на карман куртки. Чип был там. Надо только подойти и взять. Но как? Просто сесть за его столик? Слишком подозрительно.

Прошло минут десять. Кофе Саймона остыл. Он всё ещё сидел, прокручивая в голове варианты. Подойти и спросить дорогу? Плюнуть в него и извиниться? Попросить зажигалку?

Вдруг его «цель» хлопнул планшетом по столу, потянулся и встал. Собирался уходить.

Чёрт.

Саймон вскочил. Если он выйдет — шанс будет упущен. Он схватил свою чашку с кофе и рванул вперёд, будто спеша к выходу. Мужчина уже повернулся к двери, когда Саймон, делая вид, что споткнулся, выплеснул содержимое кружки прямо на его куртку.

— Ой! Простите, простите, я так неловко! — Саймон затараторил, не давая тому опомниться. — Я сейчас, я вытру!

Он наклонился, схватил его за рукав, якобы придерживая, и в тот же миг ногой зацепил стул. Стул с грохотом упал, мужчина дёрнулся, чтобы не потерять равновесие, и на секунду пошатнулся.

Саймон ловко подхватил его под локоть, другой рукой скользнул в карман куртки. Нащупал твёрдый прямоугольник и за секунду вытащил его, спрятав в свой рукав.

— Какой ужас, я такой неуклюжий, — продолжал он, выпрямляясь. — Позвольте, я заплачу за чистку!

Мужчина — Джонатан — смотрел на него с лёгкой, почти незаметной усмешкой, которую Саймон принял за сдерживаемое раздражение.

— Ничего страшного, — сказал он спокойно. — Бывает.

Он отряхнул куртку, кивнул и вышел из кафе.

Саймон выдохнул, развернулся и быстрым шагом направился к выходу.

— Сдачу оставьте! — бросил он бармену и исчез в ночи.

Через полчаса он стоял перед Луной в её подвале. Положил чип на стол.

— Готово, — выдохнул он.

Луна взяла чип, покрутила в пальцах и улыбнулась.

— Я смотрела. Ты пролил на него кофе, свалил стул, чуть не убил его и украл чип. — она рассмеялась. — Это было гениально.

— Он даже не понял, — Саймон ухмыльнулся.

— Он всё понял, — раздался голос из-за спины.

Саймон обернулся. В дверях стоял тот самый мужчина — живой, невредимый, с пятнами кофе на куртке, но с широкой улыбкой.

— Я всё понял, — повторил Джонатан, подходя ближе. — Ты пролил на меня кофе, ты свалил стул, ты чуть не вывихнул мне локоть. Но ты сделал это так ловко, что я даже не успел ничего сказать. — он хлопнул Саймона по плечу. — Молодец.

Саймон перевёл взгляд с него на Луну.

— Он… это проверка была?

— Проверка, — кивнула Луна. — Джонатан — наш. Он — Весельчак, один из команды.

Саймон выдохнул, прислонившись к стене.

— Вы меня разыграли.

— Мы тебя проверили, — поправил Джонатан.

Луна улыбнулась и протянула ему руку.

— Поздравляю, Саймон. Ты с нами.

Он пожал её ладонь, чувствуя, как внутри разливается что-то тёплое. Странное чувство — будто он наконец-то оказался там, где должен был быть.

— Если бы я знал, что ограбил своего же, я бы, наверное, думал, что схожу с ума.

— Мы ещё наделаем дел, — подмигнул ему Весельчак. — Но сначала дай расскажу, кто тут вообще есть.

Саймон вопросительно поднял бровь, переводя взгляд с Луны на Джонатана.

— Кроме нас с Вайпер, в команде ещё двое, — сказал Весельчак, закладывая руки за голову и разваливаясь на стуле. — Первая — Ласка. Нетраннер. Маленькая, быстрая, злая. Она у нас отвечает за взлом систем безопасности и электронные ловушки. Если где-то есть дверь, которую нельзя открыть — Ласка её откроет. Если есть камера — она её выключит. — он усмехнулся. — Только она ещё и кофеманка. Без утренней чашки — не подходи. Укусит.

— Укусит? — Саймон нахмурился.

— В прямом смысле, — подтвердил Весельчак, потирая плечо. — Я однажды не поделился с ней бутербродом. До сих пор шрам на руке.

Луна фыркнула, прикрывая рот ладонью.

— А второй? — спросил Саймон.

— Рой, — сказал Весельчак, и голос его стал чуть серьёзнее. — Бывший разведчик. Воевал ещё в корпоративную войну. Старый пёс, но зубы у него всё ещё острые. Он у нас отвечает за силовую поддержку. Если что-то идёт не по плану — Рой включается и выносит всех, кто мешает.

— Он... опасный? — Саймон запнулся.

— Он — профессионал, — поправила Луна. — У него свои тараканы в голове, но на него можно положиться. Если Рой сказал, что прикроет — он прикроет. Даже если ему самому придётся плохо.

Саймон кивнул, переваривая информацию. Четыре человека: Луна, Джонатан, Ласка, Рой. И теперь он, пятый.

— И они знают обо мне? — спросил он.

— Скоро узнают. — ухмыльнулся Весельчак. — Я им уже скинул видео, как ты пролил на меня кофе и чуть не сломал мне руку. Ласка ржёт уже полчаса.

— А Рой? — спросил Саймон.

— Рой сказал: «Приведите его завтра на базу. Хочу посмотреть, кто так ловко обчистил Весельчака». — Джонатан ухмыльнулся. — Так что завтра у нас знакомство.

Луна подошла к Саймону и положила руку ему на плечо.

— Ну что, готов познакомиться со всей командой?

Саймон посмотрел на неё, потом на Весельчака и усмехнулся.

— Готов. Но если Ласка меня укусит — я буду жаловаться.

— Будешь, — рассмеялся Джонатан. — Только она тебя не слушает. У неё уши в Сети.

Глава 5.Ласка и Рой.

Бар «Лиззис» гудел. Где-то в углу играла старая электронная музыка, смешиваясь с грохотом стаканов и голосами. Саймон сидел за столиком в компании Весельчака и Роя.

Рой оказался именно таким, как описывали: крепкий мужчина под пятьдесят, короткая седая стрижка, шрамы на лице и пара имплантов на шее, которые тускло мерцали в полумраке. Он молча пил виски, изредка кивая, когда Саймон рассказывал о себе. Весельчак уже успел заказать второй раунд и теперь сидел, развалившись на стуле, с довольной улыбкой.

— Значит, в шестнадцать ты дрался за деньги? — переспросил Рой, делая глоток.

— Ага, — кивнул Саймон, крутя в руках стакан. — Подпольные бои. Без имплантов, голыми руками. Я был мелкий, но быстрый. Пока меня не поймали, я успел заработать пару сотен эдди.

— И что, купил себе что-то стоящее? — спросил Рой.

Саймон усмехнулся.

— Я купил лапшу и новые кроссовки. А пистолет, который у меня был — старый «Нова», почти без патронов — продал, чтобы хватило на пожить на месяц.

Весельчак поперхнулся пивом.

— Ты продал пушку ради лапши и т.д? — он вытер губы. — Саймон, это… это самое красивое, что я слышал за последний месяц. Ты мой герой.

— А что, ты бы поступил иначе? — усмехнулся Саймон.

— Я бы продал кроссовки и купил патроны, — хмыкнул Весельчак. — Но у нас с тобой разная философия.

Рой фыркнул, но в глазах его мелькнуло одобрение.

— Ладно, а ты? — Саймон повернулся к Весельчаку. — Расскажи что-нибудь смешное.

Джонатан хитро прищурился, откинулся на спинку стула и задумался.

— Ну, была у меня одна история. Лет шесть назад. Я встречался с одной девушкой, очень красивой, но она была чокнутой. Я решил расстаться с ней, но она была такая, знаешь… ревнивая. И злая. — он сделал глоток. — Так вот, я собрал вещи, открыл дверь, а она стоит с ножом на кухне и говорит: «Если ты уйдёшь, я пырну себя». Я, недолго думая, выскочил в окно. Благо второй этаж. Потом бежал по улице с рюкзаком в одних трусах.

Рой засмеялся — низко, с хрипотцой.

— А она что?

— А она потом написала мне через год, — Весельчак развёл руками. — Сказала, что вышла замуж и счастлива. Так что, я считаю, я спас ей жизнь. Моим побегом.

В этот момент дверь бара открылась, и внутрь вошли две фигуры. Саймон поднял голову. Луна — в лёгкой куртке, с улыбкой на губах. И рядом с ней — девушка. Невысокая, с короткими тёмными волосами и тонкой металлической полоской на виске. Под глазами — лёгкие тени, как у тех, кто проводит слишком много времени в Сети. На губах — едва заметная усмешка.

— О, а вот и команда, — сказал Весельчак, поднимая стакан.

Рой поднял бровь, увидев девушку.

— Ласка? Ты пришла? — в голосе его прозвучало искреннее удивление. — Ты же никогда не ходишь на такие встречи.

Ласка пожала плечами, подходя к столику.

— Вайпер сказала, что новый водитель прошёл проверку. Захотелось посмотреть на героя, который обчистил Весельчака и пролил на него кофе. — она ухмыльнулась, глядя на Саймона. — Я Ласка. Слышал обо мне?

— Слышал, — кивнул Саймон. — Говорят, ты кусаешься.

— Только тех, кто не догадывается, что её утро начинается с кофе, — она села за стол и тут же подозвала официанта.

Луна заняла место рядом с Саймоном.

— Как вы тут без нас? — спросила она.

— Рассказывали истории, — ответил Саймон, улыбнувшись. — Я про свои бои в шестнадцать. Весельчак про то, как в трусах убегал от девушки.

Ласка фыркнула, отпивая из стакана.

— Ну, если вы уже обменялись жизненными историями, то я могу добавить пару строк. — она подняла глаза на Саймона. — Ты знаешь, где я работала раньше?

Саймон покачал головой.

— В Трауматим, — сказала она спокойно, будто речь шла о работе в обычной лавке.

Саймон удивлённо приподнял бровь.

— В Трауматим? — переспросил он. — Но там же платят огромные деньги. Зачем ты ушла?

Ласка откинулась на спинку стула, задумчиво крутя стакан в руках.

— Надоело, — ответила она просто. — Вытаскивать людей, которые сами лезут в дерьмо. Каждый день одно и то же. А ещё все эти клиенты с «платиновыми картами». Они считают себя богами, а когда падают — орут громче всех.

Весельчак хмыкнул.

— Расскажи ему ту историю. — он подмигнул Ласке. — Про соседа.

Ласка закатила глаза, но на лице её появилась лёгкая улыбка.

— Ладно. Была у меня одна смена. Приходит вызов: клиент с платиновой картой. Мужик приехал к своей любовнице в многоэтажку. Завалился к ней, они включили музыку на всю громкость, закинулись чем-то — я не знаю, чем именно, но программа у нас с ума сходила. И вот мы прилетаем на ави, поднимаемся на этаж, командир говорит: «Всех в сторону, кладём!» Мы уже готовимся ворваться в квартиру, а тут из соседней двери вылетает мужик — сосед, который уже час не выдерживает этой музыки, — и начинает ломиться в дверь к клиенту.

Ласка сделала паузу, глотнула из стакана.

— Наш командир просто вырубил его с одного удара. Мы заходим. А клиент сидит в обруче для брейнс и между ног — любовница. Музыка орёт на всю квартиру, а они нас даже не замечают. Он в брейнсе, она работает. Без понятия, что мы ввалились.

Все за столом замерли, слушая с нарастающим интересом.

— И? — спросил Саймон.

Ласка широко улыбнулась.

— Командир смотрит на клиента. Клиент кончает. Ровно в тот момент, когда наш боец вырубает соседа за дверью. Закончили, блядь, одновременно. Боец соседа, а клиент в любовницу — она рассмеялась. — И нам пришлось отчитываться в отчёте, что мы спасли клиента от нападения соседа, хотя он в брейне и не понял, что мы вообще рядом стояли.

Рой засмеялся низко и хрипло, хлопнув ладонью по столу. Весельчак вытирал слёзы. Даже Луна покачала головой, улыбаясь.

Саймон посмотрел на Ласку, на Роя, на Весельчака и на Луну. Сидел в этом шумном баре, среди этих людей — странных, сумасшедших, но почему-то своих.

— Значит, — сказал он, поднимая стакан. — Вы все немного сумасшедшие.

— Немного, — подтвердил Весельчак, поднимая свой стакан. — Но это не мешает нам быть лучшей командой в Найт-Сити.

Саймон сидел за рулём «Вильфор Коламбус V340-F «Фрейт»» и смотрел на серый, унылый фасад особняка корпората через лобовое стекло. Фургон стоял в тени старого склада, в двух кварталах от цели. Снаружи — обычная развозная машина, потёртая, с наклейками вымышленной логистической компании. Внутри — совсем другое дело.

Позади него, в кузове, на откидных сиденьях расположились Рой и Ласка. Рой проверял оружие, Ласка сидела с закрытыми глазами, подключившись к системе через порт на ладони. Она сканировала окружение, проверяла камеры, дронов и охранные системы, которые ждали их внутри.

— Чисто пока, — сказала она, не открывая глаз. — Но расслабляться рано. Нам нужно дождаться ночи. Там слишком много движения днём.

Саймон вздохнул и откинулся на спинку сиденья.

— И сколько нам сидеть?

— Дотемна, — ответил Рой, закидывая ногу на ногу. — А потом ещё пару часов, пока они не уснут. Так что привыкай. Это работа.

— Всё это время здесь? — Саймон оглянулся на тесный кузов.

— А ты думал, в Найт-Сити легко? — хмыкнул Рой. — Терпи. Водитель должен быть готов к тому, что ждать приходится долго.

Ласка открыла один глаз.

— Саймон, ты в порядке? Первый раз в засаде?

— Первый раз, — признался он. — Раньше я просто бегал с курьерскими сумками.

— А теперь ты сидишь в фургоне с двумя сумасшедшими и ждёшь, пока корпорат ляжет спать, — усмехнулась Ласка. — Добро пожаловать в большую игру.

Время тянулось медленно. Саймон смотрел, как солнце медленно ползёт по небу, как тени удлиняются, как зажигаются первые огни в окнах особняка. Он пил кофе из термоса, который прихватил с собой, и слушал, как Рой и Ласка переговариваются о старых делах, иногда вставляя шутки.

Где-то ближе к вечеру Ласка наконец открыла глаза и отключилась от порта.

— Всё, — сказала она. — Они готовятся ко сну. Охрана сменилась, ночная смена ленивая, камеры работают по расписанию. У нас есть окно.

— Задача: найти «Вильфор Альварадо V4F 570» на подземной парковке, вскрыть и закачать вирус. — Рой посмотрел на Саймона. — Ты пока сидишь в машине.

— А если что-то пойдёт не так? — спросил Саймон, чувствуя, как внутри закручивается тугой узел.

— Тогда мы уходим, — ответил Рой. — Без геройства.

Он нацепил шлем, взял сумку с оборудованием и бесшумно выскользнул из фургона.

Саймон остался в кузове. Вокруг — мониторы, провода, тусклый свет от экранов. Ласка уже сидела в кресле, подключившись к системе через порт на ладони. Глаза её были закрыты, но губы шевелились — она говорила с Роем по мысленной связи.

Саймон сидел на откидном сиденье, сжимая колени руками. Сердце стучало где-то в горле. Он слышал только гул вентиляции и тихий голос Ласки, которая комментировала каждое движение Роя:

— Рой, ты у забора. Слева двое охранников, не спеши. Они отойдут через минуту. Жди… Хорошо, иди. Пригнись, камера справа, но я её уже зациклила. Ты чист.

Саймон слушал, как она говорит, как уверенно ведёт его через двор, ограду, мимо охраны. Внутри всё дрожало. Ему хотелось что-то спросить, но язык будто прилип к нёбу.

Наконец он выдавил:

— А как там Рой? Всё нормально?

Ласка на секунду приоткрыла один глаз, глянула на него, затем щёлкнула пальцем по клавиатуре. Один из мониторов засветился — на экране появилась картинка с камер видеонаблюдения, которые она перехватила. Серый двор, ограда, тени от фонарей. А по центру, бесшумно скользя вдоль стены, двигалась фигура Роя.

— Вот смотри, как мы работаем, — сказала она спокойно, и в голосе её скользнула едва заметная гордость. — Он сейчас идёт к служебному входу.

Саймон впился взглядом в экран. Рой двигался быстро, но бесшумно, держась теней. Обогнул угол дома, скрылся за дверью, и через несколько секунд картинка сменилась на другую камеру — уже внутри здания. Длинный коридор, тусклый свет, и снова Рой, уверенно идущий к лестнице.

— А если кто-то его заметит? — спросил Саймон.

— Не заметит, — ответила Ласка, не отрываясь от экрана. — Я вижу все камеры, все коридоры. Поверь, я знаю, где они сейчас.

На экране Рой спустился в подземный паркинг, прошёл между рядами машин и остановился у приземистой «Вильфор Альварадо V4F 570». Он достал загрузчик, присоединил его к порту.

— Вирус заливается, — сказала Ласка спокойно. — Десять секунд.

Саймон смотрел, не дыша.

— Готово, — Рой убрал загрузчик, коротко кивнул и развернулся. — Ухожу.

— Выход чист, — ответила Ласка. — Иди.

Саймон выдохнул, когда Рой уже скрылся в проходе. Ласка отключила картинку и повернулась к нему с лёгкой улыбкой.

— Ну что, Саймон, — сказала она. — Первый раз увидел, как работают профи?

— Первый, — признался он, чувствуя, как дрожь в руках уходит. — Это было… невероятно.

— Привыкай, — хмыкнула Ласка, отключаясь от порта. — Теперь ты часть этого.

Через пять минут Рой уже сидел в фургоне, снимая шлем, и Саймон понял — он в деле. По-настоящему.

Глава 6. Черный вторник.

Глубокая ночь опустилась на Найт-Сити, превращая его в бесконечное море огней. Неоновые вывески отражались в лужах, где-то вдалеке гудели летающие машины, а с верхних этажей доносилась приглушённая музыка. Город был живым, дышащим, прекрасным в своей хаотичной, опасной красоте.

Ребята вышли из бара «Лиззис». Саймон чувствовал приятную тяжесть в теле — несколько кружек пива и адреналин от успешно выполненного задания сделали своё дело. Он посмотрел на телефон: на счёт упало 500 эдди. Ласка и Рой получили по тысяче.

— Ну, как тебе первый реальный заработок? — спросила Ласка, закидывая руки за голову.

— Неплохо, — честно ответил Саймон. — Но вы получили в два раза больше.

— Ты новичок, — пожал плечами Рой. — Будет больше. Главное — не сдохнуть в ближайшие пару недель.

Ласка внезапно разбежалась, подпрыгнула и запрыгнула на плечи Саймону, обхватив ногами его шею.

— Эй! — Саймон пошатнулся, но удержался.

— Не дёргайся, — засмеялась она, свешиваясь вниз головой. — Скажи мне, Саймон, когда ты наконец поставишь себе первый имплант? Я тут в твоей голове была — там пусто, как в старом складе. Ни одного чипа!

— Ну, не знаю, — он попытался стряхнуть её, но она держалась крепко. — Может, что-то простое. Память, например. Или рефлексы.

— Ой, давай! — Ласка хлопнула его по плечу. — Ты даже не представляешь, как круто, когда можно взломать камеру просто подумав. Или когда у тебя в голове карта города. Ты же водитель! Как ты без навигатора?

— А ты что, не заметила? — усмехнулся Саймон. — Я пока на старом добром глазе ориентируюсь.

Рой хмыкнул и уже хотел что-то сказать, как его телефон завибрировал. Он отошёл в сторону, прижал трубку к уху, что-то буркнул и через минуту вернулся.

— Саймон, — сказал он, убирая телефон. — Сгоняй на тачке до одного дома в Санто-Доминго. Нужно забрать сумку. Адрес скину.

Саймон удивлённо поднял бровь:

— А вы со мной?

Но тут из дверей бара вышел человек — в дорогом костюме, с маской нейтрального выражения на лице. Один из людей фиксера. Он кивнул Рою и Ласке.

— Фиксер ждёт. Короткий разговор. Вас не будет долго.

— Похоже, вы заняты, — сказал Саймон. — Ладно, я съезжу. Что за сумка?

— Просто старая сумка. Заберёшь и привезёшь на базу, — ответил Рой. — Там человек, оставит у двери. Ничего сложного.

Саймон кивнул, забрал ключи от фургона и направился к машине.

— И, Саймон, — окликнул его Рой уже у дверей. — Будь осторожен. Это территория «Шестых».

— Я помню, — ответил Саймон и запрыгнул в фургон.

Дорога до Санто-Доминго заняла около получаса. Ночной район выглядел мрачно: грязные улицы, разбитые фонари, редкие прохожие, которые при виде фургона тут же сворачивали в подворотни. Саймон остановился у двухэтажного дома. Свет не горел ни в одном окне. Тихо. Только где-то вдалеке лаяла собака.

Он припарковался, вышел из машины и подошёл к двери. Позвонил. Никакого ответа. Он толкнул дверь — она оказалась открытой.

Саймон нахмурился. Что-то было не так. Он вернулся к фургону, открыл бардачок и достал старенький «Лексинтон», который там лежал. Магазин — почти полный. Передёрнул затвор и, стараясь ступать бесшумно, вошёл в дом.

Внутри пахло сыростью и старым деревом. Мебель была покрыта пылью — казалось, здесь давно никто не жил. Саймон медленно прошёл через гостиную, заглянул на кухню. Пусто. Он уже собирался уходить, когда услышал звук — кто-то спускался по лестнице со второго этажа. Шаги были тяжёлыми, неторопливыми.

Саймон замер, сжимая пистолет двумя руками, и отступил к выходу.

— Извините, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Я, наверное, зря так вот вторгся в...

Но дверь за его спиной уже закрылась. Из темноты выступила фигура. Мужчина. Ростом под два метра, с широкими плечами и руками, покрытыми металлическими пластинами, которые тускло блестели в полумраке. На лице — застывшая, бессмысленная улыбка.

Его руки были в крови. Свежей.

— Ты их тоже видишь? — спросил он, глядя куда-то сквозь Саймона. Голос звучал хрипло, с металлическим оттенком. — Они просят убить как можно больше.

Саймон понял всё мгновенно. Киберпсих.

Он медленно поднял пистолет, нацеливаясь в грудь.

— Не подходи.

Но киберпсих уже сделал шаг вперёд. И ещё один.

Саймон выстрелил.

VIP-комната была небольшой, но дорогой. Мягкие кресла из чёрной кожи, приглушённый свет, идеальная шумоизоляция — снаружи не доносилось ни звука. На стенах висели голографические панели с видами Найт-Сити, которые плавно сменяли друг друга. За столом сидел заместитель фиксера.

Он выглядел так, будто только что вышел из корпоративного офиса: безупречный тёмно-синий костюм, идеально завязанный галстук, волосы уложены с точностью до миллиметра. Но самое запоминающееся — глаза. Ярко-голубые, почти светящиеся, явно имплантированные. Он смотрел на Роя и Ласку с лёгкой, чуть надменной улыбкой, как смотрит начальник на подчинённых, которые должны быть благодарны за возможность работать.

— Итак, — начал он, положив руки на стол. — Заказ простой. Банда «Животные» держит один фургон в своём гараже на окраине Пасифики. Вам нужно его забрать и доставить кочевникам на пустоши. Координаты и время передачи я скину позже.

Рой сидел неподвижно. Руки сложены на груди, взгляд тяжёлый, буравящий собеседника. Он не моргал. Просто смотрел — глубоко, въедливо, будто пытался заглянуть за эти ярко-голубые импланты и прочитать мысли.

Ласка переводила взгляд с Роя на заместителя. Она молчала, но чувствовалось, что она настороже.

Повисла напряжённая тишина. Заместитель фиксера чуть наклонил голову, ожидая ответа. Рой наконец шевельнулся — медленно подался вперёд, опёрся локтями о стол и произнёс, не скрывая подозрений:

— Что в фургоне и зачем кочевникам их фургон?

Заместитель фиксера слегка прищурился. Его улыбка стала чуть холоднее.

— Что за недоверие к своему фиксеру? — спросил он с лёгкой насмешкой в голосе. — Мы платим вам деньги, вы выполняете работу. Всё остальное не ваше дело.

Рой усмехнулся — коротко, без тени веселья.

— Недоверие? — он покачал головой. — Фиксера даже нет. Тут его щенок, фиксер говорит с нами через кого-то. О каком доверии идёт речь?

Заместитель фиксера выдержал паузу. Его импланты мерцали, словно сканируя Роя. Он перевёл взгляд на Ласку, но та демонстративно смотрела в сторону, покусывая губу.

— Ты много себе позволяешь, — наконец сказал он Рою, и голос его стал жёстче. — Фиксер не обязан отчитываться перед каждым исполнителем. Он даёт задания — вы их выполняете. Если вам не нравится, можете отказаться.

Рой медленно откинулся на спинку кресла и скрестил руки.

— Я не отказываюсь, — сказал он ровно. — Я просто хочу знать, что мы везём. Потому что если это наркотики или оружие для очередной бойни, я хочу понимать, во что ввязываюсь. Особенно когда «Животные» не прощают тех, кто трогает их технику.

Заместитель фиксера помолчал. Его пальцы легонько постучали по столу — единственный признак нервозности. Затем он вздохнул и подался вперёд.

— Хорошо. — голос его понизился. — В фургоне — оборудование. Научное оборудование, которое «Животные» украли у одного из контрагентов. Кочевники хотят его получить для обмена. Всё, что ты должен знать.

Рой смотрел на него ещё секунд пять, а потом усмехнулся.

— Ладно. Научное оборудование. Верю. Но если я узнаю, что это не так, я вернусь к тебе. И разговор будет другим.

Он медленно поднялся, одёрнул куртку и кивнул Ласке. Та тоже встала, бросив короткий взгляд на заместителя.

— Мы сделаем заказ, — сказал Рой уже у двери. — Но если ты что-то недоговариваешь — пеняй на себя.

Они вышли в коридор. Дверь за ними закрылась, и шумоизоляция снова отрезала их от мира. Ласка догнала Роя, схватив его за локоть.

— Ну ты и нагнал, — прошептала она. — Он же фиксеров человек. Ещё придушит нас за непослушание.

Рой остановился, глядя на неё сверху вниз.

— Я не люблю, когда мне пудрят мозги, — сказал он жёстко.

Ласка задумалась.

— Знаю. Но нам нужны деньги.

— Деньги будут, — ответил Рой и зашагал к выходу. — А пока… надо позвонить Саймону. Он уже должен был вернуться с той сумкой.

Он вытащил телефон и набрал номер. Трубка гуднула раз, второй, третий — и ушла в голосовую почту.

— Чёрт, — сказал Рой. — Он не берёт.

Ласка замерла.

Глава 7. Черный вторник 2.

Саймон влетел в дверь, и пол ушёл из-под ног. Он шагнул в пустоту, кубарем покатился по ступеням, ударяясь плечами и рёбрами, и приземлился на бетонный пол подвала. Где-то вверху хлопнула дверь, и на мгновение стало тихо.

Он лежал, хватая ртом воздух. Каждое ребро ныло. Адреналин глушил боль, но где-то внутри, на фоне, уже начинало отдаваться ноющей волной. Он быстро огляделся — и сжал зубы.

Подвал оказался большим, похожим на бомбоубежище. Низкий потолок, бетонные стены, местами пробитые насквозь — огромные дыры, будто тут из пушек стреляли. Свет пробивался сверху через трещины, но в основном — сумрак, сырость, запах плесени и железа.

Саймон поднялся, держась за стену, и тут же наткнулся взглядом на тело. Мужчина, не старый, в недорогой куртке, лежал лицом вниз. Вокруг лужа застывшей крови, уже тёмной, почти чёрной. Рядом с ним — потёртая спортивная сумка, застёгнутая на молнию.

Саймон присел на корточки, оглянулся на лестницу — пока тихо, — и рванул молнию.

Внутри лежали ампулы, шприцы, упаковки. Много. Саймон вытащил одну, поднёс к глазам. Бетагалоперидол. Тот самый препарат, которым в Найт-Сити пытаются лечить киберпсихоз, когда ещё не поздно. Только его редко где встретишь — дорогой, корпоративный.

— Бетаперидол? — прошептал он. — От киберпсихоза?

Он сунул ампулу обратно и замер. Сверху послышались шаги. Тяжёлые, медленные. Кто-то спускался, громко ступая по ступеням, будто не скрываясь.

Саймон прижался спиной к стене за ближайшим бетонным столбом, стараясь дышать тихо. Руки дрожали. Пистолет остался у киберпсиха наверху. В кармане — только ключи от фургона и телефон, который, конечно, не поймает сигнал в подвале.

Псих спускался, бормоча что-то себе под нос. Голос был ровным, почти певучим, с металлическими нотками — как у сломанной колонки, которая повторяет одну и ту же фразу с искажениями.

— Лилит откроет мне... Она откроет... Нужно лишь больше душ...

Саймон затаил дыхание. Он видел, как тень вытянулась на полу — огромная, неестественно длинная, с раздвоенными очертаниями, будто у психа из спины торчали какие-то металлические выступы.

— Она ждёт, — продолжал псих, остановившись на нижней ступеньке. — Она говорит мне... ты тоже слышишь? Слышишь, как она зовёт?

Саймон вжался в стену. Рука его нащупала что-то холодное и острое — кусок арматуры, торчащий из проломленной стены. Он обхватил её пальцами, бесшумно потянул. Металл поддался, издав едва слышный скрежет. Саймон замер.

Псих наклонил голову, прислушиваясь.

— Ты здесь…

Саймон стоял за бетонным столбом, сжимая в руке кусок арматуры. Руки тряслись, но он заставил себя дышать ровно. Он быстро огляделся. Напротив, метрах в трёх, висел на стене старый, ржавый огнетушитель. Красный баллон, покрытый пылью и копотью. Саймон перевёл взгляд на псих — тот сделал ещё шаг, его глаза уже светились красным, словно сканируя пространство.

Саймон бесшумно сунул арматуру в рукав, как когда-то в старые времена прятал биту или нож, и медленно, не сводя глаз с психа, начал смещаться в сторону огнетушителя. Псих повернул голову, глядя прямо на него. Секунда. Ещё секунда.

И тут телефон Саймона завибрировал и зазвонил. Громко. Прямо в тишине подвала. Навязчивая, дешёвая мелодия, которую Саймон никогда не менял. Псих замер, услышав звук, и его улыбка стала шире.

— Кто-то зовёт тебя… — прошептал он, делая шаг вперёд.

Саймон не думал. Адреналин включился на полную. Он рванул вперёд, схватил огнетушитель с крюка, одним движением дёрнул чеку и направил раструб на психа. Ледяная белая струя ударила в грудь киберпсиху, окутывая его облаком. Псих взревел, но вместо того чтобы отступить, он шагнул сквозь облако и нанёс удар.

Саймон прикрылся огнетушителем — и кулак психа, покрытый металлическими пластинами, пробил баллон насквозь. Взрыв газа, оглушительный шип, и всё вокруг покрылось белым облаком — едким, слепящим, густым.

Саймон не видел ничего. Он просто бросил остатки огнетушителя и рванул туда, где, как он помнил, была лестница. Белый дым клубился вокруг, обжигал горло, но он бежал. Ноги сами несли его вверх, по ступеням, перескакивая через две. Где-то за спиной слышался рёв и кашель — псих пытался пробиться сквозь облако.

Саймон влетел в гостиную, захлопнул дверь подвала и заметался. Комната — та же, что и раньше, пыльная, с выбитыми окнами. Где спрятаться? Он юркнул за дверь, прижался спиной к стене, вытащил из рукава арматуру. Сейчас только это.

Дверь подвала распахнулась с грохотом. Псих вылетел, покрытый белым налётом, глаза горели красным ещё ярче, на лице — ярость. Он стоял в центре зала, вертя головой, прислушиваясь.

— Где ты?! — заорал он. — Где ты прячешься, мелочь?!

Саймон ждал. Сердце колотилось так, что он боялся, что псих услышит. Псих развернулся, и в этот момент Саймон сделал шаг из укрытия и со всей силы ударил заострённым концом арматуры прямо в глаз психу. Металл вошёл легко, как в масло. Псих взвыл, схватился за лицо, но Саймон уже вдавил арматуру глубже, двумя руками, словно пытался пробить череп насквозь. Раздался хруст. Псих завалился на колени, а затем рухнул лицом вниз.

Саймон стоял, тяжело дыша, сжимая в руках арматуру, торчащую из черепа. Потом он оглянулся, увидел на полу свой «Лексинтон», подобрал его, подошёл к поверженному киберпсиху и, не раздумывая, выстрелил во второй глаз. Коротко. Один раз.

— На всякий случай, — прошептал он, опуская пистолет.

В комнате повисла тишина, нарушаемая только его хриплым дыханием. Потом с пола донёсся звук — телефон всё ещё звонил. Саймон подошёл, поднял его, посмотрел на экран. Рой.

Саймон выдохнул, глядя на телефон. Рой всё ещё ждал ответа на том конце. Он прижал трубку к уху и сказал спокойно, почти ровно:

— Да, я нашёл сумку. Сейчас привезу.

— Ты в порядке? — голос Роя звучал настороженно. — Почему не брал трубку?

— Всё нормально. — соврал Саймон, спускаясь по лестнице в подвал. — Я через полчаса буду.

Он сбросил вызов, подошёл к телу, лежащему в луже крови. Сумка лежала рядом. Он поднял её, проверил — ампулы на месте. Потом перешагнул через труп киберпсиха, подобрал свой пистолет, сунул в карман и быстро пошёл к выходу.

На улице было тихо. Ночной Найт-Сити дышал где-то вдалеке, но здесь, в Санто-Доминго, было пустынно и мрачно. Саймон забросил сумку на заднее сиденье фургона, сел за руль, завёл мотор и вырулил на пустую дорогу.

Он ехал, стараясь не думать о том, что только что убил человека. Киберпсих. Это же не совсем человек? Но он чувствовал — руки всё ещё дрожали, и он сжимал руль крепче, чтобы унять эту дрожь.

На одном из светофоров, когда горел красный, он потянулся назад, расстегнул молнию на сумке и запустил руку внутрь. Пальцы нащупали что-то твёрдое — ноутбук. Старый, потёртый, с трещиной на крышке. Саймон вытащил его, открыл — экран засветился, оказалось, что ноутбук не был заблокирован.

Он пролистал переписки. В основном — какие-то заказы, счета, обсуждения поставок. А потом наткнулся на последнее сообщение. От «Тигровых когтей». Саймон нахмурился и начал читать.

Сообщение было коротким:

— Всё, что ты проиграл, мы забираем. Препараты — наши. Ты больше не работаешь в этом районе. Если хочешь вернуть свою «контору» — выкупишь. Мы скинули координаты дома одного бывшего военного. Там есть что взять. Удачи.

Саймон присвистнул.

— А вот и причина, — прошептал он.

Оказывается, тот мужик, который лежал в подвале, был поставщиком. Проиграл всё «Тигровым когтям» и, похоже, по наводке решил обчистить дом какого-то бывшего военного. А военный оказался киберпсихозом. Псих узнал, кто обчистил его берлогу, и пришёл за своим.

— Ты влез не туда, — сказал Саймон, глядя в зеркало заднего вида на сумку. — И он тебя нашёл.

Он захлопнул ноутбук и положил его рядом с собой. До бара оставалось минут пятнадцать.

Когда Саймон вошёл в «Лиззис» с сумкой в руке, Рой и Ласка уже сидели за угловым столиком. Оба подняли головы, когда он появился.

— Ты как? — спросил Рой, пристально глядя на него. — Вид у тебя…

— Всё нормально, — перебил Саймон, ставя сумку на пол. — Я нашёл. Сумка здесь.

Ласка наклонилась, разглядывая его лицо.

— Саймон, у тебя разбита губа и ссадина на скуле. Ты не просто забирал сумку, — сказала она, приподнимая бровь.

Саймон сел за стол, бросил на стол ноутбук и наконец выдохнул.

— Там был киберпсих. В доме. — он коротко и сухо пересказал: как вошёл, как нашёл тело, как псих спустился, как он выжил и уложил его арматурой.

Ласка слушала, приоткрыв рот. Рой молчал, но его челюсть была сжата, а глаза потемнели.

— Ты убил киберпсиха? — переспросила Ласка. — Голыми руками?

— Арматура, — поправил Саймон, потирая плечо. — И огнетушитель. Долгая история.

— Боже, Саймон… — Ласка покачала головой, но в глазах мелькнуло уважение.

Саймон развернул ноутбук, показывая переписку.

— Вот, смотрите. Последнее сообщение от «Тигровых когтей». Тот мужик, что в подвале, — поставщик. Он должен был доставить эту сумку нам. Но он проиграл препараты «Тигровым когтям». Чтобы выкрутиться, он решил обчистить дом киберпсиха — думал, там найдёт чем заменить. Но псих как-то вычислил поставщика, где он прячется. — Саймон покачал головой.

Рой взял ноутбук, пробежал глазами по сообщениям и усмехнулся.

— Значит, это тот самый груз, который Весельчак должен был найти через своего поставщика, — сказал он, глядя на Ласку. — Помнишь, он говорил, что есть один человечек, который сможет нас продвинуть? Что если мы достанем для Лео всё необходимое, мы засветимся в «Посмертии» как надёжные люди?

— То есть, — Саймон переваривал информацию, — я должен был встретиться с поставщиком, забрать сумку и привезти её вам? А вы уже передали бы её Лео?

— Именно, — кивнула Ласка. — Поставщик должен был передать сумку тебе. Но он решил обчистить киберпсиха, попался, и ты нашёл её сам. Так даже лучше — меньше лишних глаз.

— Теперь мы отдаём этот груз Лео, чтобы засветиться в «Посмертии», — сказал Саймон, уже начиная понимать схему.

— В точку, — усмехнулся Рой. — Ты принёс товар, ты его и вручишь. Это твой выход, Саймон.

Саймон кивнул, чувствуя, как внутри разливается холодное спокойствие. Он справился с киберпсихом, он нашёл сумку — теперь оставалось только доставить её.

Телефон Ласки завибрировал. Она глянула на экран, подняла трубку, и через несколько секунд её лицо стало напряжённым.

— Весельчак. — она слушала, кивая. — Поняла. Будем.

Сбросила вызов и повернулась к ним:

— Лео перенёс встречу на три часа раньше. Нам нужно быть в «Посмертии» через час. Вся команда.

Рой поднялся, закинул сумку на плечо.

— Тогда не теряем время. Саймон, ты за руль. Пока едем — расскажешь, как ты умудрился арматурой глаз киберпсиху выбить.

Глава 8. Посмертие.

Фургон остановился на парковке возле «Посмертия». Место было забито дорогими машинами — яркие, хищные силуэты, за которыми следили камеры и охрана. Саймон заглушил двигатель, и они втроем выбрались наружу.

У входа уже ждали Луна и Весельчак. Луна стояла, скрестив руки, и курила, глядя на неоновую вывеску клуба. Весельчак нервно переминался с ноги на ногу, теребя ремешок сумки.

— Ну что, все в сборе? — спросил он, когда они подошли.

— Все, — ответил Рой.

— Хорошо, — Луна кивнула, но в голосе слышалось напряжение. — Идём.

Команда направилась ко входу. Все шли молча, только Ласка заметно нервничала — она то поправляла куртку, то одёргивала рукава. Саймон покосился на неё.

— Ты чего так дергаешься? — спросил он шёпотом.

— Ты не понимаешь, — тихо ответила она, не оборачиваясь. — Это «Посмертие». Сюда даже не впускают, если о тебе никто не слышал. Слышал? Вообще никто. Ты можешь быть хоть трижды лучшим стрелком в округе, но если у тебя нет имени — ты здесь никто.

— Серьёзно?

— Ещё как, — хмыкнул Рой, идя чуть позади. — Сантьяго Альдекальдо — легенда кочевников. Эндрю Уэйланд — тот, кто выжил после Арасаки. Адам, сука, Смэшер — хотя он скорее машина для убийств, чем человек. И Дэвид Мартинес — из недавних звёзд, о нём до сих пор легенды ходят. Все они здесь были. Все они оставили след.

— А как же Спайдер Мерфи? — добавила Луна, не оборачиваясь. — Рэйчел Бартмосс?

— И Сьюзан Форрест, — тихо сказала Ласка. — Не забывай о ней.

Саймон присвистнул.

— Ого. Список длинный.

— Поэтому мы и волнуемся, — сказал Весельчак, подходя к двери. — Мы входим в клуб, где каждая стена видела легенд. И нам нужно доказать, что мы тоже чего-то стоим.

Они вошли внутрь. Охрана — двое здоровых мужчин в чёрных костюмах — сразу шагнула им навстречу. Один из них окинул группу взглядом и коротко кивнул.

— Лео ждёт. За мной.

Они прошли через основной зал. Саймон вертел головой, стараясь запомнить каждую деталь. Бар, залитый приглушённым светом, столики в полумраке, несколько фигур в углах — явно не обычные посетители. В воздухе витал запах дорогого алкоголя и старого электричества. Где-то играла тихая музыка, но здесь не было той суеты, что в обычных барах Найт-Сити. Здесь было тихо, солидно, и каждый взгляд, брошенный на них, казался оценивающим.

Саймон чувствовал, как кровь быстрее бежит по жилам. Он в «Посмертии». Он в элитном клубе, где сидят легенды.

Охрана привела их в небольшую комнату в глубине клуба. Дверь открылась, и они вошли.

За столом сидел мужчина лет пятидесяти, с сединой на висках, с обветренным лицом, на котором читался опыт и суровость. Он был одет просто — кожаная жилетка, потёртые джинсы, тяжёлые ботинки. На шее — несколько металлических подвесок. Кочевник. Без сомнения.

Рядом с ним сидел нетраннер, которого Саймон узнал по описаниям. Никс. Худощавый, с усталым лицом, длинные волосы собраны в хвост. Один глаз — имплант, мерцающий тусклым светом. Он спокойно смотрел на вошедших.

— Весельчак, — сказал Никс, поднимаясь. — Какая встреча. Я надеюсь, в сумке всё необходимое?

Весельчак кивнул, затем жестом показал Саймону, чтобы тот передал сумку ему. Саймон молча протянул её Джонатану. Тот взял её, подошёл к столу и положил перед Лео.

Лео посмотрел на сумку, потом перевёл взгляд на группу, и его лицо осталось невозмутимым. Но затем он медленно потянулся к поясу — и достал пистолет. Положил его на стол, стволом в сторону команды.

— Никс, — сказал он ледяным голосом, не сводя глаз с Саймона. — Ты сказал, что их четверо. А тут — лишний.

Никс удивлённо глянул на Лео, потом перевёл взгляд на Саймона и обратно.

— Ой, прости, я забыл сказать, — он развёл руками. — Они наняли водителя.

Лео задержал взгляд на Саймоне на пару секунд, затем кивнул и убрал пистолет обратно на пояс. Его лицо осталось невозмутимым, но напряжение в комнате слегка спало.

— Ладно, — сказал он, обводя взглядом всю команду. — Кто из вас главный?

Луна и Рой шагнули вперёд, почти синхронно. Они переглянулись, и Луна заговорила первой:

— Я командую нетранерами. Рой — всем остальным.

Лео окинул их оценивающим взглядом — неторопливо, с лёгкой усмешкой на губах. Потом коротко кивнул.

— Уважаю, когда в команде есть структура, — сказал он, откидываясь на спинку стула. — Садитесь.

Луна и Рой заняли места напротив. Никс жестом показал Весельчаку, Ласке и Саймону, чтобы они вышли.

— Мы тут с вашими командирами дела обсудим, — сказал Никс. — Подождите снаружи.

Весельчак кивнул, дёрнул головой в сторону двери, и они втроём покинули комнату.

Саймон сел за барную стойку и тупо уставился на ряды бутылок, подсвеченных неоном. Руки всё ещё слегка дрожали после недавнего, адреналин уходил, оставляя после себя пустоту и тупую боль в рёбрах. Рядом, на соседних стульях, Весельчак и Ласка уже вовсю глушили виски, не разбирая марку.

— Эй, новенький, — раздался голос, и перед Саймоном возникла барменша. Короткие светлые волосы, уверенный взгляд, на руке — несколько татуировок, уходящих под рукав. Она опёрлась на стойку и с лёгкой усмешкой смотрела на него. — Я Клэр.

Саймон поднял глаза и устало усмехнулся.

— Новенький? Это мягко сказано. Несколько дней назад я был просто водилой, развозил лапшу по городу. Потом корпораты отняли у меня ключ от обычной жизни, и вот я здесь.

Клэр фыркнула, откинув голову назад, и звонко рассмеялась.

— Ага, — сказала она, сверкая глазами. — Ну, рассказывай, — сказала она, пододвигая к нему ещё один стакан. — Как это вообще — водила, развозивший лапшу, попадает в «Посмертие» через пару дней?

Саймон усмехнулся, взял стакан, покрутил в руках.

— Долгая история. Началось с того, что я встретил старую подругу. Луну. Мы росли в одном дворе, потом она исчезла, а через много лет нашлась. Она — нетраннер, работает в команде. Сказала, что им нужен водитель. Я согласился.

— И что, сразу дали задание?

— Сразу, — поправил Саймон. — Первое задание было — ограбить Весельчака. Он тогда сидел в кафе, пил кофе. Я пролил на него напиток, свалил стул и вытащил чип из кармана. Он даже не заметил.

Клэр громко рассмеялась, откинув голову назад.

— О, это ты тот парень, который обчистил Весельчака? — она захлопала в ладоши. — Я слышала эту историю! Он всем рассказывал. И еще рассказывал, что ты почти без имплантов.

— Это правда, — Саймон показал левую ладонь. — Только порт, Медтех-2. И всё.

— Ничего себе, — Клэр присвистнула. — И ты с этим выжил в Найт-Сити? Это уже достижение.

Саймон пожал плечами.

— Двадцать лет как-то прожил. А сегодня… сегодня была проверка посерьёзнее.

Он коротко рассказал про дом в Санто-Доминго: как приехал за сумкой, как дверь была открыта, как он нашёл тело поставщика, как из темноты вышел киберпсих, как он выжил с помощью огнетушителя и арматуры. Клэр слушала, приоткрыв рот, и наливала ему виски, не задавая лишних вопросов.

— Ты серьёзно засунул ему арматурину в глаз? — переспросила она, когда он закончил.

— А потом ещё выстрелил во второй, на всякий случай, — добавил Саймон, делая глоток.

— Вот это да, — Клэр покачала головой с уважением. — Ты, Саймон, определённо не простой водила.

Она уже хотела сказать что-то ещё, как из-за спины донеслись пьяные крики. Саймон обернулся.

Весельчак, шатаясь, стоял у барной стойки в нескольких метрах от них. В руках у него был маленький голографический проектор — такой обычно используют для записей с камер. Он нажал несколько кнопок, и в воздухе над баром засветилось голографическое изображение. Саймон узнал ту самую комнату, тот самый подвал, и себя, застывшего с арматурой в руке.

— Эй, все смотрите! — заорал Весельчак, тыкая пальцем в голограмму. — Это наш новый водила! Смотрите, как он уделал киберпсиха! Арматурой, блядь!

На записи было видно, как Саймон выскакивает из-за двери и вонзает арматуру в глаз киберпсиху. Двое посетителей у соседнего столика обернулись и засвистели. Ласка, которая сидела рядом и была уже изрядно пьяна, вскочила с места, схватила стакан и подняла его вверх.

— А он без имплантов! — закричала она на весь бар, показывая на Саймона пальцем. — У него, блядь, вообще нет имплантов! И он выжил! С голой жопой против киберпсиха!

По бару пронеслась волна смеха и удивлённых возгласов. Кто-то присвистнул, кто-то захлопал. Саймон сгорал от стыда, но внутри что-то тёплое разливалось по груди.

— Господи, они нас сейчас выставят отсюда, — простонал он, закрывая лицо ладонями.

Клэр рассмеялась и хлопнула его по плечу.

— Не выставят. Лео уже засёк, что ты принёс его груз. К тому же, — она подмигнула, — пиар в «Посмертии» — это тоже часть работы. Теперь о тебе будут говорить не как о новичке.

Саймон поднял голову и посмотрел на Весельчака, который танцевал перед голограммой, и на Ласку, которая пыталась залезть на стул с криками «У нас нет имплантов, но мы живые!».

Он усмехнулся и поднял свой стакан.

— Ладно. За то, чтобы остаться в живых, — сказал он тихо, но Клэр услышала и чокнулась с ним.

— За то, чтобы остаться в живых, — повторила она. — И за арматуру. Это было красиво.

В зал вошла Бестия.

Саймон узнал её сразу Высокая, с короткой стрижкой, в лёгкой куртке, накинутой на плечи. Она двигалась с той спокойной уверенностью, которая бывает только у людей, привыкших, что все вокруг подчиняются их воле.

Клэр мгновенно оживилась. Она достала из-под стойки бокал, плеснула в него виски и поставила на край барной стойки — точно на то место, где Бестия остановилась. Та взяла бокал, коротко кивнула Клэр, и её взгляд упал на голографическое видео, которое всё ещё крутилось в воздухе.

Как раз в тот момент, когда Саймон выстрелил во второй глаз киберпсиху.

Бестия задержала взгляд на несколько секунд, затем медленно повернула голову и посмотрела на Саймона. В её глазах мелькнула едва заметная искра одобрения. Она коротко кивнула и сказала негромко, но так, что он услышал:

— Молодец.

Саймон почувствовал, как внутри разливается странное тепло. Похвала от самой Бестии — это было нечто иное.

Она сделала глоток виски, поставила бокал на стойку, обменялась парой слов с Клэр и так же бесшумно исчезла в глубине клуба.

Саймон просидел за стойкой ещё около двух часов. Весельчак и Ласка уже спали, положив головы на стойку, Рой дремал в кресле у стены. Только Саймон держался — виски он почти не пил, сосредоточившись на воде.

Наконец один из охранников подошёл и коснулся его плеча.

— Лео зовёт. Только тебя. Остальные пусть отдыхают.

Саймон кивнул, поднялся и направился обратно в комнату.

Когда он вошёл, Никс уже сидел за столом, разложив перед собой голографическую карту. Лео стоял у стены, его глаза светились тусклым голубым — он разговаривал с кем-то через Сеть, не отвлекаясь на вошедшего.

— Садись, — Никс указал на стул напротив. — Слушай внимательно.

Саймон сел.

— Ваша задача — угнать грузовик с авиационными двигателями. — Никс ткнул пальцем в карту. — Это конвой Militech. Охраны там будет — нифига себе. Тяжёлый броневик, два боевых дрона и отряд наёмников. Мы знаем их маршрут. Они войдут в Найт-Сити послезавтра.

Луна, сидевшая в углу, подала голос:

— Где именно мы их перехватим? И как мы их остановим? Они же не будут просто стоять и ждать, пока мы подойдём.

Никс ухмыльнулся.

— Наш человек в Militech позаботился. Он внёс в файл с маршрутом небольшой вирус. По моей команде он активируется, и конвой остановится. Глушить двигатели. Всё. Они встанут как вкопанные в Роки-Ридж. Пока они будут разбираться, что случилось, у нас будет где-то полтора часа.

Саймон нахмурился.

— Откуда такие точные цифры?

Никс кивнул, будто ожидал этого вопроса.

— Полтора часа — это время, которое потребуется, чтобы доехать из центрального офиса Militech в Найт-Сити до Роки-Ридж, если они отправят подкрепление. Если отправят — мы уже будем далеко.

— Хорошо, — Саймон подался вперёд. — Когда мы угоняем грузовик — куда его везти?

Никс коснулся карты, и она развернулась, показывая пустоши — глубоко в красной зоне, за пределами города, где не было ни дорог, ни спутников.

— Там будет ждать Лео и его кочевники. Они примут груз. Всё остальное — не ваше дело.

Саймон перевёл взгляд на Лео. Тот всё ещё стоял у стены с горящими глазами, но его лицо оставалось бесстрастным.

— Оружие мы дадим, — добавил Никс, закрывая карту. — Транспорт — ваш фургон. Всё остальное — на вас.

Саймон медленно кивнул.

— Я передам команде, когда они проснутся.

Никс коротко усмехнулся.

— Они ещё долго проспят. Передашь утром.

Саймон поднялся, чувствуя, как внутри снова нарастает напряжение. Новое задание. Конвой Militech. Два дня подготовки.

Он вышел из комнаты и посмотрел на Весельчака и Ласку, которые всё ещё спали, развалившись на барной стойке, и тихо усмехнулся.

— Утром, значит, утром, — прошептал он и направился к выходу.

Глава 9. Почти выходные.

Саймон подскочил на кровати, едва не свалившись на пол. Телефон разрывался на тумбочке — какая-то навязчивая мелодия, которую он когда-то поставил, а теперь ненавидел всем сердцем. Он шарил рукой в темноте, сбивая кружку с водой и пару старых журналов, пока наконец не нащупал холодный пластик.

— Да! Да, я уже встаю! — выпалил он в трубку, вскакивая и путая пальцы, пытаясь натянуть штаны. — Я не проспал! Просто… аккум на машине сдох! Я сейчас его заряжу, я уже выезжаю, я буду через двадцать минут! Только не увольняйте меня, пожалуйста, я всё сделаю, я всё развезу, я…

На том конце повисла секундная тишина. А потом раздался смех — сначала тихий, потом громкий, заливистый, почти истерический.

Саймон замер. Он узнал этот смех.

— Луна?

— Саймон, — простонала она сквозь хохот, — ты сейчас серьёзно?

Саймон выдохнул, сполз обратно на кровать и закрыл глаза рукой.

— Я… да. Я думал, это он. Я проспал? Который час?

— Половина первого. Ты дрых как убитый, — в голосе Луны смех всё ещё звучал, но уже мягче. — Саймон, давай встретимся. Я в Хейвуде, в баре «Эль Койот Кохо». Здесь кормят нормально. Давай перекусим, поболтаем.

Саймон сел, потёр лицо и усмехнулся.

— Соскучилась? Мы виделись вчера.

— Я протрезвела, — ответила она. — А ты выглядишь так, будто тебя переехало. И не спорь. Приезжай.

Она отключилась. Саймон посмотрел на экран, потом на часы, потом на свои мятые штаны.

— Ладно, — сказал он себе и начал собираться.

Через час он сидел в углу шумного бара «Эль Койот Кохо». Запах жареного мяса, дыма и дешёвого синт-пива, за столиками — посетители, которые не обращали ни на кого внимания. Луна уже ждала его. Перед ней стояла тарелка с тако и кружка какого-то яркого коктейля.

— Живой ещё? — спросила она, когда Саймон сел напротив.

— Вроде да, — ответил он, делая заказ у официантки. — Ты зачем позвала?

— Проверить, как ты. Ну и обсудить дела. Слышала, ты наконец снял нормальное жильё?

Саймон усмехнулся.

— Ага. Комнату в домах возле башни H10. Маленькая, но своя. Хоть не на улице.

— Неплохо, — кивнула Луна. — Теперь можно и об имплантах подумать. У тебя глаза уставшие, и Медтех-2 — прошлый век. Я знаю одного рипера, сделает тебе базовый нейромонитор и пару сенсоров. Недорого, а пользы — море. Завтра задание, а ты в темноте как слепой котёнок.

— А если не хватит? — вздохнул Саймон.

— Я оплачу, — отмахнулась она. — Ты мне должен будешь.

Саймон помолчал, потом кивнул.

— Ладно. Уговорила.

Через час Саймон уже сидел в кресле у рипера — тощего мужика с усами, который колдовал над инструментами. В кабинете пахло антисептиком и озоном. Луна стояла у стены, скрестив руки.

— Сиди ровно, — сказала она. — Это быстро.

— Я сижу, — Саймон сжал подлокотники.

Рипер поднёс инструмент к его глазу. Саймон дёрнулся.

— Слушай, может, в следующий раз? — спросил он, пытаясь встать.

Луна шагнула вперёд и надавила ему на плечо, усаживая обратно.

— Никаких «следующих разов». Расслабься. Я здесь, чтобы ты не убежал.

— Если я ослепну, я тебя пристрелю, — буркнул он.

— Если ослепнешь — я куплю тебе трость, — усмехнулась Луна.

Саймон открыл глаза — и мир ударил по нему яркостью. Каждая тень обрела глубину, каждый источник света засверкал чёткими гранями, а на сетчатке мягко засветились строки данных: «Калибровка завершена. Оптика Кироши — версия 4.2. Сканеры активны».

Он моргнул несколько раз, привыкая к новой реальности. Грязный потолок кабинета рипера теперь казался кристально чистым, каждая трещина и пылинка на нём — отчётливо видимой.

— Нравится? — раздался голос рипера. Тощий мужик с усами довольно ухмылялся, разглядывая его с явным удовольствием. — У Кироши самая лучшая оптика в Найт-Сити. Я тебе не какой-то дешёвый «Кенгуру» поставил.

Саймон перевёл взгляд на руки — и увидел, как на его ладони засветился контур порта, когда он шевельнул пальцами.

— Охренеть, — выдохнул он. — Я теперь как робот.

— Не робот, а человек с хорошим зрением, — поправил рипер, подходя с новым инструментом. — Сиди смирно, сейчас Медтех поменяю. Твой старый — прошлый век. Он даже базовые аптечки не держит.

Саймон послушно замер, чувствуя, как рипер аккуратно отключает старый порт на шее и вживляет новый. Несколько секунд лёгкого жжения — и рипер отступил, загружая обновлённый софт через порт.

— Готово, — сказал он, сверяясь с монитором. — Теперь у тебя базовый медицинский интерфейс. Покажет давление, пульс, уровень токсинов, подскажет, если пора поесть или отдохнуть. И, самое главное, — он наклонился к Саймону, понизив голос, — теперь ты видишь в темноте почти как кошка.

Саймон поднялся с кресла, чувствуя лёгкость в теле. Он посмотрел на рипера — и на его лице засветился мягкий контур данных: «Возраст: 52, пульс: 76, давление: 130/85».

— Я это вижу, — тихо сказал он. — У тебя давление чуть высокое.

Рипер хмыкнул и покачал головой.

— Говорю же — лучшая оптика. — он положил руку на плечо Саймона и добавил серьёзно: — Слушай, новичок. Кироши — это мощь. Как ты заметил он показывает данные на роговице глаза, а также смазывает твое лицо, если ты попадешь на камеру.

Саймон медленно кивнул, чувствуя вес этих слов.

— Понял. Спасибо.

Рипер кивнул, и Саймон направился к выходу из кабинета.

Луна стояла в коридоре, прислонившись к стене, и смотрела на телефон. Увидев его, она отложила телефон и подняла бровь.

— Ну как тебе? — спросила она.

Саймон улыбнулся — широко, искренне, как ребёнок, получивший новую игрушку.

— Луна, я вижу всё. Я вижу твои импланты, я вижу даже то, что ты вчера не спала, потому что у тебя красные капилляры.

Луна фыркнула.

— У тебя очень навязчивый сканер. Отключи его, или я тебя отключу. — она шагнула к нему и похлопала по плечу. — Но я рада. Ты хотя бы теперь не будешь спотыкаться в темноте.

Саймон закатил глаза.

— Я никогда не спотыкался.

— Ты спотыкался на ровном месте, когда мы выходили из «Лиззис», — парировала она. — Пошли, я заплатила за такси.

Саймон удивлённо посмотрел на неё.

— Ты зачем? У меня же остались деньги!

— А я хочу убедиться, что ты не сбежишь в ближайшую забегаловку и не просадишь всё на лапшу, — усмехнулась она, выходя на улицу.

Они вышли в сумерки Найт-Сити — и Саймон впервые по-настоящему увидел этот город новыми глазами. Каждая вывеска, каждый огонёк, каждая тень — всё стало чётким, живым и ярким.

Телефон Луны завибрировал, когда они с Саймоном уже выходили из кабинета рипера. Она глянула на экран и нахмурилась.

— Рой. — она поднесла трубку к уху. — Слушаю… Что? — её голос стал напряжённым. — Нет, ничего. Я пыталась, но он чистый. Слишком чистый. … Да, я понимаю. … Хорошо. Встречаемся на базе. Через час. Все вместе.

Она сбросила вызов и посмотрела на Саймона.

— Это был Рой. Он хочет встретиться. Узнал что-то новое, но не хочет говорить по телефону.

— И что будем делать? — спросил Саймон.

— Едем на базу. Соберём всех. Пора уже разобраться, что за игру ведёт этот голубоглазый.

Они поймали такси и через полчаса уже спускались в подвал.

Когда они вошли, картина была удручающей. Весельчак сидел на продавленном диване, согнувшись в три погибели, и через каждые несколько секунд вдыхал из ингалятора. Лицо его было серым, глаза красными, руки дрожали.

Рядом, на стуле, сидела Ласка — непривычно тихая. В одной руке она держала стакан с водой, другой прижимала ко лбу мокрую тряпку. Её голова была опущена, и она время от времени издавала тихий стон.

— Вы как? — спросил Саймон, садясь на свободный стул.

— Не подходи, — простонала Ласка. — У меня голова сейчас взорвётся.

— Я тоже не в форме, — прохрипел Весельчак, не отрываясь от ингалятора. — Я вообще не понимаю, как мы вчера столько выпили.

— Ты предложил ещё по одной, — напомнила Ласка, не поднимая головы.

— Я был пьян! Я не отвечал за свои слова!

Саймон усмехнулся и оглядел их — его новая оптика тут же выдала данные: «Весельчак: пульс 98, давление 145/90, в крови — следы этанола и стимуляторов. Ласка: пульс 112, давление 130/85, обезвоживание, следы этанола и синтетических стимуляторов».

— Джонатан, ты не умрёшь от похмелья, но от этого стимулятора у тебя сердце может перегреться, — сказал он, глядя на ингалятор. — А ты, Ласка, выпей воды. Ты обезвожена.

Ласка подняла на него мутные глаза.

— Откуда ты знаешь?

— Мне поставили Кироши, — ухмыльнулся Саймон. — Теперь я вижу всё.

Ласка попыталась улыбнуться, но из-за головной боли у неё получилась лишь болезненная гримаса.

— Ого… новенький с оптикой… а я тут умираю… нечестно…

— Ты сама виновата, — сказала Луна, доставая из холодильника бутылку воды и ставя перед Лаской. — Пей. И не смей просить инжектор.

— Вайпер… ну один маленький инжектор… — жалобно протянула Ласка. — Ты же видишь, я умираю…

— У тебя сердце остановится, и я буду тебя реанимировать!

— Либо я умру в борьбе с похмельем, либо от похмелья! — Ласка попыталась встать, чтобы добраться до кармана Луны, но её качнуло, и она рухнула обратно на стул. — Ну пожалуйста…

— Нет! Я тебе уже три раза говорила!

Весельчак отнял ингалятор от лица и, не глядя на них, хрипло сказал:

— Дети, вы меня раздражаете…

В этот момент дверь снова открылась. Рой вошёл — быстрым, собранным шагом, в той же куртке, с напряжённым лицом и планшетом в руках.

Все замерли.

Рой перевёл взгляд на Весельчака, который замер с ингалятором у носа, на Ласку, которая прижимала ко лбу тряпку и смотрела на него мутными глазами, на Саймона с новыми глазами и на Луну, стоящую с бутылкой воды в руке.

— Вы, блядь, цирк, — сказал он с усталостью. — У вас тут один с похмелья умирает, второй стимулятор нюхает.

Луна отставила воду и повернулась к нему.

— Что у тебя? Ты звонил, просил накопать на голубоглазого. Я ничего не нашла. Он чист.

— Чист? — усмехнулся Рой. — Он не чист. Он просто хороший корпорат. Я следил за ним. Видел, как он встречался с человеком в милитехском костюме.

Ласка, забыв о головной боли, уставилась на него.

— Что за встреча?

— Он разговаривал с кем-то из Militech. А потом я проследил за его машиной до того, как она уехала в центр. — Рой положил планшет на стол. — Я не знаю, что он задумал. Он назначил нам встречу сегодня в шесть вечера.

— Это через...? — спросил Саймон.

Рой посмотрел на часы.

—У нас есть два часа, чтобы решить, что делать.

В комнате повисла тишина. Слышно было только, как Ласка тихо постанывает, прижимая тряпку ко лбу, и как Весельчак шумно вдыхает из ингалятора.

Луна первой нарушила молчание.

— Ну… если мы идём к нему, значит, мы соглашаемся на его условия, — сказала она, скрестив руки. — Угон фургона у «Животных». Это был его заказ.

Весельчак отнял ингалятор, вздохнул и кивнул.

— Я согласен. Если это приблизит нас к деньгам и к тому, чтобы разобраться, что он задумал, — я в деле.

— Я тоже, — сказал Саймон. — Мы уже ввязались в это. Назад дороги нет.

Луна посмотрела на Ласку, которая всё ещё держалась за голову.

— Ласка? Ты с нами?

Ласка попыталась кивнуть, но от резкого движения её голова, видимо, пронзила боль, и она издала жалобный стон.

— Я… я с вами… — прошептала она. — Только дайте мне… пять минут… — Она всхлипнула, и по щеке скатилась слеза. — Боже, как же мне плохо… зачем я вчера пила этот синтетический коктейль…

— Эмоции, — буркнула Луна, но без злобы. — Это всё эмоции.

Все перевели взгляд на Роя. Он стоял у стены, нахмурившись, смотрел в пол и молчал.

— Рой? — позвал Саймон. — Ты как?

Рой поднял голову. В глазах его была такая смесь усталости и горечи, что Саймон на мгновение растерялся.

— Я не доверяю ему, — сказал Рой глухо. — Этому голубоглазому. И его боссу. Я не хочу работать на корпоратов. Я ушёл от них двадцать лет назад. И я не хочу возвращаться.

Он провёл рукой по лицу, и Саймон увидел, как дрогнули его пальцы.

— Но я пойду. Потому что я хочу понять, что они задумали. И если они нас кинут — я хочу быть там, чтобы ответить.

Луна молча смотрела на него. Потом тихо сказала:

— Мы все не доверяем им, Рой.

Рой хмыкнул, но ничего не ответил.

Саймон перевёл взгляд с одного на другого, потом усмехнулся и развёл руками.

— Ну, значит, сегодня мы воруем фургон для этого корпората, а завтра — для кочевников. Как-то слишком много фургонов для одной недели.

Ласка всхлипнула, но сквозь слёзы улыбнулась.

— Ты прав, Саймон… слишком много фургонов…

Весельчак хлопнул его по плечу.

— Привыкай. В Найт-Сити нормальные люди не работают — они воруют. А мы хотя бы знаем, зачем.

Саймон усмехнулся, чувствуя, как внутри снова закипает знакомый адреналин.

— Тогда пошли. Есть два часа, чтобы подготовиться и окончательно решить, кому мы доверяем, а кому — нет.

Глава 10. Неизвестный.

Саймон припарковал фургон у отеля «Пистис София» — старого, обшарпанного здания с неоновой вывеской, которая мерцала через раз. Ласка и Весельчак вылезли из машины. Джонатан, уже чуть пришедший в себя после ингалятора, пожал руки каждому.

— Удачи, — сказал он, глядя на Саймона, Луну и Роя. — Мы будем на связи. Если что — дергайте.

Ласка, несмотря на своё состояние, подмигнула им и помахала рукой.

— Не скучайте там без нас. И постарайтесь не убить друг друга до нашего возвращения.

Она развернулась и, пошатываясь, пошла к отелю. Весельчак последовал за ней, на ходу доставая новый ингалятор.

Саймон уже хотел тронуться с места, как вдруг в голове раздался голос Луны. Чёткий, ясный, будто она стояла рядом.

— Саймон, ты меня слышишь?

Он дёрнулся, и фургон вильнул в сторону, едва не врезавшись в столб. Саймон резко вывернул руль, и машина остановилась в паре сантиметров от бетонной опоры.

— Какого хрена?! — выдохнул он, хватаясь за сердце.

Из динамика фургона раздался хохот Джонатана — он уже подключился по обычной связи.

— О, боже, ты видел его лицо?! Он чуть не влетел в столб!

— Я не видела, — голос Луны снова раздался в голове, и Саймон услышал, как она сдерживает смех. — Но я слышала, как он матерился.

— Вы что, у меня в голове?! — Саймон оглянулся на Луну, сидящую на заднем сиденье. Она смотрела на него с ехидной улыбкой.

— Рипер не предупредил тебя? — спросила она. — Когда он ставил тебе оптику и обновлял медтех, он подключил тебя к базовой сети. Мы теперь можем общаться мысленно. Полезная штука.

— Он мог бы сказать! — возмутился Саймон, всё ещё сжимая руль. — Я чуть не разбил машину!

— А ты сам его не спросил, — пожала плечами Луна. — Теперь знаешь.

Джонатан всё ещё ржал в динамике.

— Саймон, ты просто легенда. Первый раз в жизни слышу, чтобы кто-то чуть не убился из-за мысленного звонка.

— Заткнись, Джонатан, — буркнул Саймон, трогаясь с места. — Я привыкну. Через пару минут.

Но в голове уже было странное ощущение — как будто у него появился второй канал восприятия. Он слышал дыхание Луны, её пульс, даже лёгкий шум ветра, который она слышала у себя в голове. Это было… странно.

— Привыкай, — сказала Луна, читая его мысли. — Будешь водителем с полным доступом к команде.

— Я лучше помолчу, — ответил он и сосредоточился на дороге.

Через двадцать минут они подъехали к заброшенному котловану на окраине Пасифики. Саймон заглушил мотор, и все трое вышли из машины. Рой раскрыл планшет, выводя на экран карту.

— Вот, — сказал он, показывая на схему. — Фургон «Животных» стоит на парковке внизу, в старом гараже. Обычный с виду, но, судя по данным, он модифицирован: на крыше — спутниковая тарелка, внутри — несколько серверных стоек и вместо выдвижной двери — компьютерный терминал.

Саймон заглянул в планшет и присвистнул.

— Откуда у «Животных» такой фургон? Они решили не только мышцы качать, но и нетранерские навыки осваивать?

— Нас не касается, — отрезала Луна, изучая местность через бинокль. — Мы забираем фургон и уходим.

— А ты сам у них бы спросил? — хмыкнул Джонатан из динамика, и Саймон понял, что он всё ещё слушает.

Саймон фыркнул, но ничего не ответил.

Рой подошёл к краю котлована и посмотрел вниз.

— Луна, нашла что-нибудь?

Она опустила бинокль.

— Да. Фургон внизу, на парковке. Есть путь по тоннелям на восток — выходит к морю. Оттуда можно уйти без лишних глаз.

Голос Ласки раздался из динамика — она уже вышла на связь.

— Там, на парковке, четыре машины. И трое «Животных». Я могу их вырубить.

Саймон переглянулся с Роем.

— Трое — это немного. Ты уверена, что справишься?

— Я же сказала, что могу, — ответила Ласка. — Просто дайте мне пять минут, и я их уложу. Тихо. Без шума.

Саймон усмехнулся и покачал головой.

— Ладно. Давай. Мы прикрываем.

Саймон откинулся на спинку сиденья, сжимая в руке старый «Лексинтон». Рой уже скрылся в темноте котлована, и теперь фургон опустел — только Луна сидела сзади, подключившись к системе, и её глаза светились тусклым голубым светом.

— Камеры я беру, — сказала она, не открывая глаз. — Дроны уже в воздухе.

Саймон услышал в голове голос Ласки:

— Дроны в воздухе. Маскировка активирована. Мы вас видим, они вас — нет.

— Отлично, — ответил он, заводя двигатель. — Я поехал на точку.

Фургон мягко тронулся с места. Саймон вырулил на пустую дорогу, держась в тени, подальше от фонарей. Луна всё так же сидела сзади, её пальцы иногда подёргивались — она взламывала камеры одну за другой, оставляя за ними слепые пятна.

— Рой, ты слышишь меня? — спросила она мысленно.

— Слышу, — ответил Рой. — Я на подходе к парковке. Три цели. Все внизу. Ласка, как там дроны?

— Дроны фиксируют только троих, — отозвалась Ласка. — Парковка чистая. Никакого сюрприза.

— Хорошо. Я иду.

Саймон слушал их переговоры, чувствуя, как адреналин разгоняет кровь. Он уже вырулил на главную дорогу, держась в стороне от котлована, но достаточно близко, чтобы прийти на помощь, если что-то пойдёт не так.

Прошло минут десять. Тишина в эфире. Потом голос Роя — напряжённый, но спокойный:

— Фургон на месте. Но есть проблема. Замок — не механический. Это цифровой терминал. Придётся взламывать.

— Понял, — ответил Джонатан из отеля. — Рой, подключись по личному порту к системе фургона. Я смогу взломать его через тебя.

— Секунду, — Рой замолчал. Слышно было только его дыхание и тихие щелчки.

— Готов, — сказал он через минуту. — Взламывай.

— Пять минут, — ответил Джонатан.

Саймон сжал руль. Пять минут — это вечность, когда рядом могут быть «Животные».

— Ласка, — сказал он, — как там твои дроны?

— Двое из трёх сидят в машине. Один стоит у выезда. — она помолчала. — Если я вырублю их сейчас, они не успеют среагировать.

— Делай, — сказал Рой. — Но тихо.

Ласка усмехнулась:

— Тихо? Я их вырублю так, что они не поймут, что случилось.

Саймон услышал, как она что-то бормочет, и через несколько секунд в динамике раздались звуки — короткий треск, потом глухой удар, и голос Ласки:

— Двое готовы. Один у выезда… сейчас…

— Ещё минута, — сказал Джонатан. — Я почти закончил.

— Ласка, как там третий? — спросил Саймон.

— Сейчас… — Ласка замолчала, и вдруг в динамике раздался громкий хлопок. — Ой, блядь.

— Что? — Саймон напрягся.

— У него башка взорвалась. Буквально. Я запустила демона через дрон, он замыкание сделал, но парень перегрелся. Башка — хлоп! — она говорила с каким-то странным удивлением. — Я не хотела, чтобы так.

— Ласка, ты серьёзно? — спросила Луна, открывая глаза.

— Я не знала, что у него такой слабый имплант! — оправдывалась Ласка. — Они ж тестостероном качаются, а не железом!

Голос Роя прервал их:

— Фургон заведён. Я ухожу. Через тоннель к морю.

— Понял, — сказал Саймон. — Мы ждём тебя на точке.

Рой уже выезжал из парковки, когда Ласка и Весельчак подали голос:

— Саймон, забери нас. Мы своё сделали, и я не хочу оставаться здесь, когда «Животные» узнают, что их братан без головы.

Саймон усмехнулся, разворачивая фургон в сторону отеля.

— Еду. Через десять минут буду.

Через двадцать минут Саймон уже вёз Ласку и Весельчака по ночному городу. Ласка сидела на заднем сиденье, устало откинувшись на спинку. Весельчак натирал себе виски каким-то гелем.

— Слушай, — сказал Саймон, поглядывая на них в зеркало заднего вида. — А зачем было высаживать вас так далеко от задания? Мы же могли просто спуститься вместе.

— Безопасность не бывает лишней, — ответила Ласка. — Если бы что-то пошло не так, нас бы не спалили всех в одном месте. А так — дроны, мы в гостинице, вы внизу. Маскировка.

— Умно, — признал Саймон.

— Я умная, — усмехнулась Ласка, прикладывая холодную тряпку к голове.

Они приехали по координатам, которые скинул Рой. Это оказался элитный жилой комплекс в Уэстбруке — дорогие дома с панорамными окнами, охрана на входе, но Рой, судя по всему, знал лазейки. Саймон припарковался в тени высотного здания и заглушил мотор.

И почти сразу из-за поворота выехал тот самый фургон — с огромной спутниковой тарелкой на крыше. Рой остановился рядом с ними, опустил стекло и коротко кивнул.

— Всё в порядке. Фургон наш.

Саймон посмотрел на роскошный пентхаус, который возвышался перед ними, и перевёл взгляд на Роя.

— И что, этот пентхаус — наша точка?

— Да, — ответил Рой, открывая дверь фургона. — Но я не хочу с ними видеться. Буду ждать здесь, в тачке. Если что — я на связи.

Ласка уже вылезла из машины и стояла у входа, подзывая Саймона.

— Ну? Идём или будем тут стоять до вечера?

Саймон оглянулся на фургон. Луна сидела в нём, настраивая оборудование. Весельчак уже заснул на заднем сиденье. Рой смотрел на него через стекло и кивнул.

Саймон выдохнул и пошёл за Лаской.

Она нажала на домофон, и двери с тихим щелчком открылись. Они вошли в холл — всё вокруг было дорогим и чистым. Ласка, глядя на Саймона, который вертел головой, как ребёнок, тихо смеялась.

— Ты как в музее, — сказала она.

— Здесь даже воздух другой, — ответил он. — Чистый, вкусный.

Они подошли к лифту, и двери бесшумно открылись, внутри заиграла тихая музыка. Саймон шагнул внутрь, и кабина плавно начала подниматься.

Когда двери открылись на верхнем этаже, их встретил здоровый охранник в чёрном костюме. Он молча поднял ладонь — стоп. На сетчатке Саймона вспыхнуло предупреждение: «Сканирование… Биометрия… Идентификация…» Затем охранник обыскал их, жестом указал проходить и повёл в приёмную.

Просторная комната, мягкий свет, дорогая мебель. В центре, на диване, сидел мужчина в дорогом костюме. Он откинул голову назад, смотрел в потолок и говорил с кем-то:

— Да, возьмём Пералесов. Они подходят. Аппаратуру уже установили…

Охранник сказал:

— Они пришли.

Мужчина резко замолчал, его глаза моргнули — и оранжевый цвет сменился ярко-голубым.

Он медленно повернулся к ним, и на лице заиграла вежливая, но пустая улыбка.

— А, это вы, — сказал он, вставая с дивана.— А где Рой? Он же хотел со мной встретиться лично, разве нет?

Ласка шагнула вперёд, сохраняя спокойное выражение лица.

— Он решил остаться внизу. Ждать в машине.

Саймон сделал шаг вперёд и слегка наклонил голову.

— Приятно познакомиться лично.

Мистер Голубоглазый окинул его взглядом — быстрым, оценивающим, будто сканирующим. Затем жестом указал на кресла.

— Садитесь.

Саймон и Ласка сели. Мужчина опустился напротив, закинул ногу на ногу и сложил руки на коленях. Его голубые глаза смотрели холодно, без эмоций.

— Вы потрепали мне нервы, конечно, и сбили планы, — сказал он, чуть наклонив голову. — Но за идеально выполненное задание я вас прощу. Один раз.

Саймон выдержал его взгляд.

— Простите Роя. Он просто привык работать честно и прозрачно.

Мистер Голубоглазый усмехнулся — коротко, без тепла.

— Вы наемники, разве нет? Вам платят — вы не задаете лишних вопросов. Вот как надо работать. Передайте это Рою.

Он поднялся, давая понять, что разговор окончен, и жестом указал на выход.

— Охрана проводит вас.

Саймон и Ласка встали и направились к двери. У выхода Саймон на мгновение обернулся.

Глаза Мистера Голубоглазого уже моргнули — и холодный голубой цвет сменился тёплым оранжевым. Он снова смотрел в потолок, будто возобновляя прерванный разговор.

— Нет, его жену оставьте, а брата…

Саймон шагнул за дверь, и охранник закрыл её за ними.

Они молча дошли до лифта. Только когда двери закрылись и заиграла тихая музыка, Ласка выдохнула.

— Я чуть не задохнулась там, — сказала она. — Он говорит, что мы наемники и не должны задавать вопросов, но при этом сам ведёт себя как шпион из корпоративного триллера.

Они вышли из лифта, пересекли холл и оказались на улице. Саймон глубоко вдохнул привычный грязный воздух Найт-Сити — он казался почти чистым после того стерильного пентхауса.

Фургон Роя стоял на том же месте. Когда они подошли, Рой опустил стекло и глянул на них.

— Ну? Что он хотел?

Саймон сел на пассажирское сиденье, Ласка залезла на заднее.

— Он хотел знать, где ты, — сказал Саймон. — И передал тебе привет: «Вы наёмники, вам платят — вы не задаёте вопросов».

Рой усмехнулся и покачал головой.

Глава 11. Конвой.

Саймон стоял на крыше старого бара в Роки-Ридж. Солнце почти село, окрашивая пустоши в багровые и оранжевые тона. Ветер шевелил его куртку, принося запах пыли и горячего асфальта. Он смотрел вдаль, где за горизонтом должен был появиться конвой Militech.

Рой расположился на крыше старой заправки напротив. Он уже разложил оружие, проверял затвор винтовки и поправлял камуфляжный плащ, который дал им Никс. Саймон видел его фигуру даже без оптики — Рой был напряжён, но сосредоточен.

Саймон перевёл взгляд на небо, где уже зажигались первые звёзды.

В голове неожиданно прозвучал голос Ласки — чёткий, спокойный, будто она стояла рядом.

— О чём задумался, Саймон?

Он усмехнулся, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Не знаю... не спокойно мне. Мы не обычных ребят с района грабим. Это же Militech, Ласка.

— Знаю, — ответила она. — Но у нас план, и мы его отработали. Доверяй команде.

— Я доверяю, — тихо сказал Саймон. — Просто... раньше я воровал лапшу из закрытых точек, а теперь готовлю засаду на корпоратов с дронами. Странно как-то.

Ласка хмыкнула:

— Привыкай, Саймон. Это Найт-Сити.

Она замолчала на секунду, и вдруг её голос стал деловым, чётким:

— Вижу конвой. Будут у нас через минут пятнадцать. Всем приготовиться.

Саймон тут же присел за парапет крыши, вытаскивая из кармана светошумовые гранаты. Рой на соседней крыше поднял винтовку и навёл её на дорогу.

В ушах раздался голос Весельчака:

— Отправляю два дрона со взрывчаткой в воздух. Теперь разведка только на тебе, Ласка.

— Поняла, — отозвалась Ласка. — Конвой идёт по расписанию. Два броневика, один грузовик с двигателями. Охрана — восемь человек, двое в башнях.

Рой коротко бросил в эфир:

— Саймон, готовься. Как только дроны взорвутся, кидай светошумовые под ноги корпоратам и сразу в тачку ко мне. Не тормози.

Саймон сжал гранаты в руках, чувствуя их холод через перчатки.

— Понял. Жду сигнала.

Он смотрел вдаль, где на горизонте уже показались первые огни конвоя. Адреналин разгонял кровь, сердце стучало в груди, но руки не дрожали.

Никс не соврал. Как только конвой приблизился к Роки-Ридж, грузовик с авиадвигателями стал вести себя странно. Ночь уже полностью накрыла пустошь. Грузовик остановился прямо у заправки под крышей.

Рой коротко спросил:

— Саймон, они смотрят?

Саймон активировал оптику, просканировал машины.

— Нет, вышли двое из грузовика. Я просканил грузовик — внутри никого.

Весельчак сказал в эфир:

— Дроны пошли.

Один дрон ударил в старую кибитку три на три метра возле главной дороги. Второй ударил по машине, которая была позади грузовика с авиадвигателями.

Саймон тут же кинул две гранаты. Взрывы осветили ночь. Он зацепился тросом за перила, и через несколько секунд уже был на земле и бежал к грузовику. Рой с крыши снял пулемётчика и спрыгнул вниз, приземлившись на крышу кабины, а затем скользнул внутрь. Саймон запрыгнул следом.

Рой уже сидел за рулём и крикнул в эфир:

— Никс, мы в тачке. Увози нас нахрен!

Грузовик с рёвом вылетел на пустошь, оставляя за спиной дымящиеся обломки и крики корпоратов. Саймон сидел на пассажирском сиденье, тяжело дыша, и чувствовал, как адреналин всё ещё бурлит в крови. Он обернулся назад, увидел удаляющиеся огни конвоя и, не выдержав, высунулся в окно и показал средний палец в сторону догорающих машин.

— АХ ТАК ВАМ! — заорал он в ночь, и ветер сорвал его голос.

Рой, сидящий за рулём, усмехнулся, но глаз с дороги не свёл.

— Успокойся, герой. Ещё не всё.

— Да я знаю, — Саймон залез обратно в кабину, всё ещё улыбаясь. — Но это было круто.

В голове раздался голос Никса:

— Координаты скинул. Двигайте. Кочевники уже на месте.

Рой свернул на просёлочную дорогу, и грузовик загромыхал по ухабам. Саймон пристегнулся, чувствуя, как дрожь от адреналина постепенно уходит, уступая место усталости. Ночь полностью накрыла пустошь, и только фары вырывали из темноты куски безжизненной земли.

Через полчаса они прибыли на точку. Саймон увидел впереди пять машин кочевников — старые, переделанные, с мощными фарами и пулемётами на крышах. Они стояли полукругом, и возле одной из них, опираясь на капот, стоял Лео.

Саймон прищурился, и его новая оптика тут же выдала сканирование: «Цель: Лео. Пульс: 110. Давление: 150/95. Признаки стресса, множественные гематомы, следы недавнего воздействия нейростимуляторов. В группе: 8 человек. У 6 — ранние симптомы киберпсихоза».

Саймон нахмурился и положил руку на пистолет.

— Рой, — тихо сказал он. — Они все… какие-то нервные. У них симптомы киберпсихоза. У Лео тоже.

Рой посмотрел на него, потом на кочевников и медленно кивнул.

— Я вижу. Держи руку на оружии, но не дёргайся.

Они вышли из грузовика. Лео оттолкнулся от капота и пошёл к ним, пошатываясь, но стараясь держаться прямо. Его лицо было в ссадинах, один глаз заплыл, и он едва заметно дрожал.

— Вы привезли груз, — сказал Лео хрипло. Голос его сорвался. — Хорошо.

Он протянул руку — на ладони лежал небольшой чип.

— Деньги. Всё, что обещали.

Рой взял чип и спрятал в карман.

— Лео, ты в порядке? — спросил он спокойно, но настороженно.

— Я в порядке, — отрезал Лео, но его глаза бегали. — Сделали дело — валите отсюда. Быстро.

Саймон хотел сказать что-то ещё, но Лео уже развернулся и направился к кабине грузовика. Кочевники зашевелились, и Саймон заметил, как у одного из них дёргается рука, будто он пытается удержать себя от чего-то.

— Уходим, — коротко сказал Рой, дёргая Саймона за плечо.

Они отошли в сторону, когда Лео завёл грузовик и, не оглядываясь, уехал в ночь, уводя за собой остальные машины. Саймон и Рой стояли в темноте, провожая их взглядом.

— Он явно не в себе, — сказал Саймон, всё ещё сжимая пистолет.

— Знаю, — ответил Рой. — Но это уже не наша проблема.

Они повернулись и пошли к дороге, где стоял их фургон. Саймон уже открыл рот, чтобы сказать что-то, как вдруг увидел вдалеке знакомый силуэт — их фургон, из заднего окна которого почти полностью высунулась Ласка и обеими руками махала им.

— ЭЙ! — заорала она. — ВЫ КАК ТАМ? ВСЕ ЖИВЫ?

Саймон рассмеялся — громко, искренне, впервые за долгое время.

— ЖИВЫ! — ответил он, махнув рукой в ответ.

Они подошли к фургону, и Ласка спрыгнула на землю, подбежала к ним и с размаху хлопнула Саймона по плечу.

— Вы видели свои лица? Вы просто офигеть! Настоящие герои!

— Да ну, — усмехнулся Саймон, чувствуя, как усталость и радость смешались внутри в одно тёплое чувство. — Просто работа.

— Просто работа? — переспросила Ласка с притворным возмущением. — Ты угнал грузовик Militech под носом у их пулемётчиков, а говоришь «просто работа»?

Саймон улыбнулся и покачал головой.

— Ладно. Может быть, немного офигенно.

— Немного? — хмыкнул Рой, забираясь в фургон.

Глава 12. Семья.

Саймон открыл глаза и несколько секунд просто смотрел в потолок. Серый, с трещиной, идущей от угла к люстре. Где-то за окном кто-то громко ругался — голос был хриплым, злым, с характерной уличной интонацией.

— …я тебе говорил, что нельзя было связываться с этими ублюдками! Теперь они хотят наши деньги! А мы хотели свалить из этого города!..

Саймон мысленно усмехнулся, переворачиваясь на бок. «Хотели свалить из Найт-Сити… ну-ну. Попробуй». Он поднялся, накинул старую футболку и прошлёпал босыми ногами к маленькой кухоньке. Заварил себе растворимый кофе, глотнул обжигающую жидкость и почувствовал, как жизнь потихоньку возвращается в тело.

Он взял телефон, набрал номер Ласки. Трубку взяли почти сразу — так, будто она ждала его звонка.

— О, живой, — раздался её бодрый голос. — Я думала, ты ещё спишь.

— Я уже встал, — ответил Саймон, делая ещё глоток. — Что сегодня по плану? Есть работа?

— Луна ждёт смс от того богача с голубыми глазами, — сказала Ласка. — Говорит, он должен выйти на связь сегодня. Пока тишина.

Саймон хмыкнул.

— Может, он передумал нас нанимать?

— Не похоже. Он — корпорат, а корпораты не отступают…

Ласка не договорила. На том конце раздался короткий писк — тот самый звук уведомления о переводе, который Саймон слышал всего пару раз в жизни. Он отнял телефон от уха и глянул на экран.

На его счету появилось 6000 эдди.

Саймон застыл, не веря своим глазам. Он моргнул. Сумма не исчезла. Он снова поднёс трубку к уху, и в этот момент Ласка буквально заорала:

— САЙМОН! У ТЕБЯ ТОЖЕ?!

— Да… — выдохнул он. — Шесть тысяч.

— У меня тоже! — Ласка смеялась, но в голосе слышалось искреннее изумление.

В этот момент в мысленном канале появилась Луна — она подключилась к общему разговору.

— Всем привет. Я перевела вам деньги за работу с фургоном, который мы отняли у «Животных». Это был ваш процент.

— Угу, спасибо, — отозвался Рой, и его голос прозвучал следом. — Работу никто не предлагал?

— Нет, — ответила Луна. — Он сказал, что свяжется позже.

— Я так понял, работы на сегодня нет? — спросил Весельчак, и в его голосе слышалась лёгкая ленца. — Если нет, я продолжу по Сети гулять.

— У меня тоже нет работы, — сказала Луна. — Заявок нет.

Саймон молчал, как и все остальные. Потом раздались короткие щелчки — кто-то отключался.

— Я пошёл, — сказал Весельчак.

— И я, — добавила Ласка. — Если что — звоните.

— До связи, — коротко бросил Рой.

Луна отключилась последней, оставляя Саймона одного.

Саймон постоял пару секунд с телефоном в руке, глядя на цифры, которые всё ещё горели на экране. Потом усмехнулся, положил трубку и подошёл к окну. За стеклом Найт-Сити жил своей обычной жизнью — кто-то ругался на улице, кто-то продавал синт-еду с лотка, кто-то сидел на корточках у подъезда и курил.

Саймон заварил ещё одну кружку кофе, сел за старый ноутбук и открыл сайт с заявками. Пробежал глазами по списку: доставка сомнительных веществ, устранение свидетеля, охрана склада с риском перестрелки, выбивание долгов из должников. Всё то же самое. Ничего стоящего. Он закрыл вкладку и откинулся на спинку стула.

Перед глазами снова возникла картинка вчерашнего вечера. Рой на крыше старой заправки. Как он профессионально, одним движением, снял пулемётчика. Как спокойно шагнул в тёмный котлован к «Животным», даже не моргнув. Без страха, без лишних движений — чистая работа.

Саймон задумался. Он сам выживал в Найт-Сити почти двадцать лет. Голыми руками, без имплантов, на одной смекалке. Но Рой — это не просто выживание. Рой — это мастерство. Это опыт, отточенный годами на войне. И если Саймон хочет остаться в этой команде не просто водилой, а реальным бойцом, ему нужно учиться.

Он взял телефон, нашёл контакт Роя и нажал вызов. Трубку взяли не сразу. На фоне слышались какие-то звуки — то ли радио, то ли работающий двигатель.

— Саймон? — голос Роя был спокойным, чуть хрипловатым. — Что-то случилось?

— Нет, ничего не случилось, — сказал Саймон, стараясь говорить ровно. Я хочу научиться стрелять и драться как ты.

Рой усмехнулся.

— Ты хочешь, чтобы я тебя учил?

— Да. Я новичок, но я хочу быть полезным команде не только как водитель. Научи меня тому, что умеешь ты.

Рой помолчал, потом сказал:

— Приезжай на базу сегодня вечером. В семь. Начнём сразу. Я не буду нянчиться. Если не готов — не приезжай.

— Я приеду, — ответил Саймон.

— Тогда до вечера.

Рой отключился. Саймон положил телефон, глянул на часы — было около пяти.

«Время есть, — подумал он. — Успею подготовиться».

Саймон быстро оделся, схватил куртку и выбежал из дома. До рынка было минут десять пешком — он прошёл их почти бегом, лавируя между прохожими и торговыми лотками. Купил простой спортивный костюм, дешёвый, но удобный, и несколько банок энергетика — на случай, если Рой решит его ушатать.

К базе он подъехал в половину седьмого. Рой уже был там — сидел на старом ящике в центре комнаты, в простой чёрной футболке, руки скрещены на груди.

— Ты рано, — сказал Рой, не вставая. — Я думал, ты в семь.

— Я думал, ты меня заставишь ждать, — ответил Саймон, бросая пакет с новым костюмом в угол. — Ты давно здесь?

— Нет, — Рой поднялся и подошёл ближе. — Раздевайся. Надевай что купил. И давай поговорим.

Саймон переоделся в спортивный костюм, чувствуя себя неловко. Рой стоял напротив, скрестив руки.

— Зачем тебе это? — спросил он без предисловий. — Не просто так. Ты хочешь научиться стрелять и драться. Но зачем? Что ты хочешь получить?

Саймон выдержал его взгляд.

— Не просто для самообороны. Я хочу защищать свою команду. Когда я смотрел на тебя — как ты спокойно шагнул в тот котлован, как снял пулемётчика с крыши… ты делал это без сомнений. Я хочу такую же уверенность. Я хочу знать, что смогу защитить Ласку, если что. И Луну. Они — моя семья сейчас.

Рой молчал несколько секунд, глядя ему в глаза. Потом уголок его губ дрогнул — он улыбнулся.

— Хороший ответ, — сказал Рой. — А теперь покажи, что ты умеешь.

Он вытянул руку ладонью вперёд.

— Ударь по ладони. Изо всех сил.

Саймон размахнулся и ударил. Ладонь Роя даже не дрогнула. Саймон почувствовал, как удар погасился, будто он бил по стене.

Рой опустил руку, слегка удивлённо приподняв бровь.

— Неплохо. Я думал, будет хуже.

Он отошёл к ящику, достал боксёрские перчатки, капу и один шлем. Шлем протянул Саймону.

— Надевай. И готовься.

Саймон натянул шлем, чувствуя, как он плотно облегает голову. Рой намотал бинты на руки, без перчаток, и встал в стойку.

— Правило первое: в бою нет правил. — Рой чуть согнул колени. — Но для начала — постарайся дотронуться до меня. Хотя бы раз.

Рой шагнул вперёд — резко, без предупреждения. Саймон инстинктивно выставил руки, но Рой уже ушёл в сторону, обходя его с фланга.

— Ты смотришь на мою грудь, — сказал Рой, остановившись. — Ошибка. Смотри в глаза. Или на плечи. Грудь обманывает.

Саймон перевёл взгляд, сделал шаг вперёд и попытался ударить. Рой легко ушёл, даже не напрягаясь.

— Медленно. Ты думаешь перед ударом. В бою думаешь только в перерывах между ударами.

— Откуда я знаю, куда бить? — спросил Саймон, уже запыхавшись.

— Бей по центру, — ответил Рой, отступая на шаг. — Там всегда цель. Не пытайся угадать. Просто бей.

Саймон снова шагнул вперёд, на этот раз быстрее. Удар — мимо. Рой ушёл вправо и легко хлопнул его по затылку.

— Глупо. Ты не прикрываешь голову. Руки — здесь. — он показал позицию: локти прижаты, кулаки у лица. — Ты не в кино. Ты не герой. Ты тот, кто хочет выжить. Думай о защите, а не об атаке.

Саймон поправил стойку. Рой кивнул и снова шагнул вперёд.

Следующие десять минут были как в тумане. Саймон пытался ударить — Рой уходил. Саймон пытался прикрыться — Рой всё равно находил брешь. Он бил в корпус, по бокам, пару раз задел плечи, но ни разу — в голову. Он словно дразнил Саймона, показывая, как легко уклоняться.

— Ты выдыхаешься, — заметил Рой, останавливаясь. — Пей.

Саймон стянул шлем, тяжело дыша. Он схватил одну из банок энергетика, сделал большой глоток и вытер пот со лба.

— Ты вообще не двигаешься, — сказал он, глядя на Роя. — Как ты так делаешь?

— Я читаю тебя, — ответил Рой. — Ты закипаешь. Я вижу по плечам, когда ты готовишься ударить. По глазам. По дыханию. Ты даёшь мне информацию за секунду до удара. Я просто успеваю раньше.

Саймон опустил банку и поднял шлем.

— Ещё.

Рой улыбнулся.

— Надевай.

Спарринг продолжился. На этот раз Саймон попытался дышать ровнее, держать руки выше, уклоняться. Рой замедлился — специально, чтобы Саймон мог видеть его движения.

— Хорошо, — сказал он, уходя от удара. — Уже лучше.

Саймон выдохнул, и в тот же миг Рой шагнул вперёд и коротко ударил его в корпус. Саймон согнулся, хватая воздух.

— Зачем ты… — начал он, но Рой перебил:

— В бою противник не ждёт, пока ты отдохнёшь. Ты расслабился — ты мёртв.

Саймон выпрямился, стиснул зубы и снова поднял руки.

— Ещё.

К девяти вечера Саймон сидел на полу, прислонившись спиной к стене, и чувствовал, что его тело — сплошная боль. Руки дрожали, дыхание сбивалось, но внутри было странное чувство удовлетворения.

— Неплохо для первого раза, — сказал Рой, садясь рядом и протягивая ему открытую банку воды. — Завтра будет больнее. Ты уверен, что хочешь продолжать?

Саймон взял воду, глотнул и усмехнулся.

— Я только начал.

Рой хлопнул его по плечу.

— Хорошо. Тогда завтра в это же время. И запомни: ты учишься не для того, чтобы побеждать в драках. Ты учишься, чтобы не проиграть в жизни.

Они вышли из базы в прохладу ночного Найт-Сити. Саймон чувствовал, как мышцы уже начинают забиваться, но внутри был огонь, которого он не чувствовал давно.

— Завтра, — сказал он сам себе, — Завтра продолжу.

Прошло несколько месяцев. Саймон уже не узнавал себя в зеркале — не внешне, а внутренне. Тело привыкло к нагрузкам, руки перестали дрожать при виде оружия, а взгляд стал жёстче, спокойнее. Рой оказался жёстким учителем, но справедливым. Они занимались почти каждый вечер: спарринги, стрельба на пустыре, отработка ударов ножом.

— Ты не бьёшь, а гладишь врага, — говорил Рой, когда Саймон промахивался. — Ещё раз.

Саймон бил снова, и Рой уходил в сторону. Потом он бил ещё раз — и в этот раз нога Роя подкосилась. Саймон чуть не сбил его с ног.

— Хорошо, — сказал Рой, выпрямляясь. — Сегодня ты заслужил пиво.

Тренировки чередовались с работой. Заказов было много — мелких, но они приносили деньги и опыт. Однажды они украли колёса у машины корпората из Милитеха, пока тот обедал в дорогом ресторане. Другой раз — забрали модуль памяти у мусорщиков, которые пытались продать чужую информацию.

— Могло быть хуже, — сказал Саймон, когда они уезжали с модулем в руках. — Я ожидал, что мусорщики будут опаснее.

— Они опасны, — поправил Рой. — Просто мы быстрее.

Были и другие задания: угнать тачку для очередного клиента, забрать долг, убрать стукача, который сдавал информацию банде «Животных». Саймон привык к риску. Он научился читать обстановку, быстро принимать решения, не паниковать.

Однажды ночью, после очередного заказа, они сидели на крыше базы, глядя на ночной город.

— Ты изменился, — сказал Рой, глядя вдаль.

— Стал лучше? — усмехнулся Саймон.

— Стал надёжнее, — ответил Рой. — Теперь на тебя можно положиться. А это главное.

Саймон промолчал, но внутри разлилось тепло. За эти месяцы он привык к команде, к Рою, к его учительскому тону, к Ласке, которая вечно лезла с глупыми вопросами, к Весельчаку, который мог рассмешить даже в самый напряжённый момент. И к Луне — она была тем якорем, который держал их всех вместе.

Саймон вошёл на базу и сразу понял — сегодня будет не так, как обычно. Рой стоял в центре комнаты, уже в перчатках, без шлема, с холодным, сосредоточенным взглядом. Никаких шуток. Никакой разминки.

— Сегодня я не буду тебя жалеть, — сказал он, сжимая кулаки. — Ты готов?

Саймон молча кивнул, натянул шлем и встал в стойку. Сердце забилось быстрее.

Первый удар Роя пришёлся в блок, но Саймон почувствовал его всем телом — будто в него влетел небольшой грузовик. Он отшатнулся, но успел подставить руки. Второй удар пришёлся в корпус — Саймон согнулся, хватая воздух. Третий — в плечо, от которого он отлетел к стене.

— Вставай, — сказал Рой спокойно.

Саймон поднялся, ощущая, как горит плечо. Он заставил себя дышать ровно, вспоминая все уроки: смотреть в глаза, читать движение плеч, не суетиться. Он перешёл в защиту, уклоняясь от ударов, пытаясь найти момент.

В какой-то миг Рой чуть замешкался, и Саймон нырнул под руку, оказался за спиной и взял его на удушающий захват. Рой дёрнулся, попытался сбросить его, но Саймон держал мёртвой хваткой. Через несколько секунд Рой постучал по его руке — сигнал сдачи.

Саймон отпустил, тяжело дыша, и отступил на шаг. Рой обернулся, потёр шею и усмехнулся — широко, искренне.

— Молодец.

В этот момент Саймон услышал хлопки. Он обернулся — у входа стояла вся команда. Ласка, Весельчак и Луна смотрели на них с улыбками.

— Вот это я понимаю, зрелище! — закричала Ласка, заходя внутрь. — Саймон, ты его уделал!

— Я просто дышал, — улыбнулся Саймон, всё ещё не веря до конца.

Рой подошёл к своей сумке и достал небольшой, но грозный нож с тёмным лезвием и тонкой рукоятью.

— Это «Жало», — сказал Рой, протягивая его Саймону. — Мой старый друг. У меня он восемь лет. Теперь он твой. Ты прошёл обучение, парень.

Саймон взял нож, чувствуя его сбалансированную тяжесть.

— Спасибо, Рой.

— Это не подарок, — сказал Рой серьёзно. — Это ответственность. Носи его с собой. И не вынимай, если не готов убить.

К нему подошла Ласка. В руках у неё был пистолет — чёрный, матовый, с длинным глушителем.

— Это CZ 75, — сказала она с гордостью. — Честно говоря, я выменяла его у одного коллекционера. А Весельчак отнёс его к оружейнику в Пёсий Город, и тот переделал ствол под 50-й калибр и поставил новый прицел. Теперь это не просто пистолет — это зверь.

Саймон взял оружие, взвесил на руке. Отличный баланс, глушитель, лазерный прицел, который мягко засветился под стволом.

— Ух ты… — выдохнул он. — Это серьёзно.

— Ты теперь боец, — сказал Весельчак, подходя. — Тебе нужно хорошее железо. Ласка чуть не задушила того коллекционера, пока он не согласился на обмен.

— Я просто попросила, — улыбнулась Ласка. — Он сам согласился.

Саймон сунул пистолет за пояс, а нож в карман. Он чувствовал себя почти перегруженным от этих подарков — от тепла, которое исходило от команды.

Последней подошла Луна. У неё в руках была небольшая коробка, похожая на кейс для хранения.

— Это тебе, — сказала она, протягивая коробку. — Кибердека. Самая простая, базовая. Но ты теперь не просто водила. Ты часть команды. И тебе нужно уметь быть в Сети, хотя бы на минимальном уровне.

Саймон открыл коробку. Внутри лежала небольшая плата с интерфейсным штекером — аккуратная, рабочая.

— Я даже не знаю, что сказать, — сказал он, глядя на всех.

— Скажи, что нальёшь нам виски, — подмигнул Весельчак. — Мы принесли.

Саймон рассмеялся и поднял взгляд на команду — на Роя, который смотрел на него с отцовской гордостью, на Ласку, прыгающую от нетерпения, на Весельчака, уже открывающего бутылку, на Луну, прячущую улыбку.

— Я в деле, — сказал Саймон. — До конца.

— Мы знаем, — сказал Рой.

Глава 13. Мусорщики.

Несколько дней спустя. Саймон лежал на кровати, тупо глядя в потолок, когда телефон завибрировал. На экране высветилось имя «Весельчак».

— Алло?

— Саймон, ты на базе? — голос Джонатана звучал серьёзно, без обычной ленцы.

— Нет. Дома. Что случилось?

— Собирайся. Есть заказ. Все уже подъезжают.

— Понял. Буду через полчаса.

Саймон встал, быстро натянул джинсы, футболку и лёгкую куртку. Он проверил новый пистолет CZ 75 с глушителем, который подарила Ласка, и аккуратно закрепил магнитную кобуру на поясе. Нож «Жало» от Роя лег в ножны но поясе. Всё на месте. Он вышел из дома и направился к фургону.

Через двадцать минут Саймон уже спускался в подвал. Дверь была открыта. Когда он вошёл, то застыл на пороге — все были в сборе. Луна сидела за столом, Рой стоял у стены с картой в руках, Ласка крутилась на стуле, а Весельчак уже разливал кому-то кофе.

— Вы что, все тут спали? — пошутил Саймон, проходя внутрь. — Ждёте только меня?

— Ты последний, — сказала Луна, указывая на свободное место на диване. — Садись.

Саймон сел. Ласка перестала крутиться, Рой отложил карту, Весельчак поставил чашку. Все уставились на Луну.

Луна развернула старый ноутбук, подключила его к монитору. Через пару секунд на экране появилась тёмная фигура — человек сидел в полумраке, его лица не было видно, только силуэт. Голос был изменён, доносился с металлическими нотками.

— Рад вас слышать, ребята. Меня можете звать Мистер Хэндс. У меня для вас есть заказ. Он… особый.

Весельчак подошёл ближе к монитору.

— С чем он связан?

Хэндс помедлил.

— Недавно ко мне обратилась одна женщина. Она из Китая, крупная корпоратка. Она всегда была доброй и помогала людям. Но её сын — совсем другое дело. Он выкрал разработки какого-то нового ави, неизвестно для кого, и приехал в Найт-Сити. Там его увидели мусорщики. Увидели его импланты — дорогие, корпоративные — и сразу похитили. Ладно бы просто убили… но нет. Они сняли с него вирт смерти и продают его на чёрном рынке.

Рой нахмурился.

— Я так понимаю, это не всё?

— Всё в одном месте, — сказал Хэндс. — Это большой склад в промышленной зоне. Там они делают всё: снимают импланты, записывают вирт, разбирают тела на органы. Заказчица требует уничтожить всех сегодня ночью. Сравнять с землёй это логово. Она сказала: «Если я не смогла уберечь сына, я хотя бы позабочусь о том, чтобы те, кто сделал с ним это, больше никого не тронули».

На экране появилась одна красная метка на карте — крупный складской комплекс в промышленной зоне на окраине Найт-Сити.

Рой первым нарушил тишину, скрестив руки:

— Один склад. Большой. Значит, охраны там будет много.

— Около двадцати человек, — ответил Хэндс. — Плюс камеры, турели, возможно, дроны. Но у меня есть схемы здания, маршруты патрулей и отключение систем безопасности на пятнадцать минут. Этого должно хватить.

Ласка подняла голову. Её глаза блестели — не от слёз, от злости.

— Я знаю, как работают такие места. Я пойду. Без вопросов.

Весельчак хмыкнул, но улыбка его была холодной.

— Всегда хотел побыть санитаром. Вычищать грязь из города — хорошее дело. Особенно если это мусорщики.

Луна смотрела на каждого из них, изучая лица. Потом перевела взгляд на монитор.

— У нас есть время подготовиться? — спросила она.

— Задание сегодня ночью, — ответил Хэндс. — Я пришлю детальные схемы склада, маршруты отхода и данные по охране в течение часа. Действовать нужно быстро.

Рой кивнул.

— Мы разделимся. Я беру основную группу — зачищаем первый этаж и складские помещения. Ласка и Луна — отключают системы безопасности и берут серверную, где хранятся вирты. Саймон и Весельчак — прикрывают с тыла и зачищают подвалы.

Саймон перевёл взгляд с одного на другого, потом сказал:

— Я готов. Покажите мне схемы, и я сделаю свою часть.

Луна задержала на нём взгляд, потом кивнула.

— Тогда решено. Сегодня ночью мы вычищаем этот склад. Для женщины, которая потеряла сына. И для всех, кто пострадал от этих тварей.

Хэндс на экране слегка наклонил голову.

— Я пришлю всё через час. И ещё одно: если кто-то из вас попадётся — вы ничего не знаете, вас наняли через посредника. Заказчица не должна пострадать.

— Мы поняли, — ответила Луна.

Экран погас. В комнате повисла тишина.

Склад встретил их тишиной и запахом крови, старого металла и озона. Ночь была тёмной, безлунной, идеальной для того, чтобы стереть с лица земли ещё одно гнездо мусорщиков.

Саймон стоял в тени ржавого контейнера, сжимая в руке CZ 75 с глушителем. Рядом с ним, чуть впереди, замер Рой — его фигура казалась частью темноты. Он был только в лёгкой броне, но в руках держал дробовик, от которого веяло смертью.

— Я захожу первым, — сказал Рой шёпотом. — Через главный въезд Отвлеку их на себя. У вас есть десять минут, чтобы сделать свою работу.

— Десять минут, — повторила Луна в мысленной связи. — Принято. Я на крыше. Сигналы заглушу через две минуты.

— Серверная в подвале, — сказал Весельчак, проверяя свою деку. — Мне нужно пятнадцать, чтобы скачать всё.

— Десять, — отрезал Рой. — Не больше.

Он шагнул в темноту. Саймон видел, как Рой движется к главным воротам склада — бесшумно, плавно, как хищник. Когда он подошёл к воротам, то просто выбил их ударом ноги, и внутрь полился свет. Раздались крики, лязг металла, первые выстрелы.

Рой ворвался внутрь, стреляя на ходу. Дробовик рявкал раз за разом, сметая всё на своём пути. Саймон видел через камеры, которые транслировала Ласка, как Рой двигался — чётко, агрессивно, полностью контролируя пространство. Мусорщики выскакивали из-за ящиков, пытались взять его в кольцо, но он уходил из-под обстрела, падал, перекатывался, стрелял из любого положения. Один удар прикладом — и череп треснул. Выстрел из дробовика — и двое упали замертво.

Он держал оборону, прикрываясь ящиками и стойками, постоянно двигался, не давая им сосредоточиться. Его задачей было не убить всех — просто удержать их внимание. И он справлялся с этим блестяще.

— Он как машина, — прошептал Саймон, глядя на трансляцию.

— Он и есть машина, — ответила Ласка, в голосе которой слышалось восхищение.

Тем временем Луна уже была на крыше. Она подобралась к вышке связи, ловко перепрыгивая между вентиляционными шахтами, и, присев на корточки, подключилась к порту. Её глаза засветились голубым — она вошла в сеть склада. Через несколько секунд системы безопасности начали отключаться одна за другой: камеры погасли, турели замерли, дроны потеряли сигнал.

— Сигналы глушу, — сказала она. — У вас семь минут.

Ласка действовала параллельно. Она проникла через вентиляционную шахту на втором этаже, бесшумно опустилась в коридор и двинулась к комнате охраны. Внутри было трое мусорщиков — она уложила их с двух рук, не дав даже вскрикнуть. Затем, подключившись к местной сети, она начала перехватывать их радиопереговоры, сообщая команде о перемещениях врагов.

— Чисто на втором, — доложила она. — Но они вызвали подкрепление. Две машины, будут через пять минут.

Саймон услышал и приготовился.

— Встречаю гостей, — сказал Саймон, поправляя кобуру. — Я задержу их.

— Ты один? — спросил Весельчак в эфире.

— Я справлюсь. — усмехнулся Саймон, направляясь к въезду.

Когда первые фары показались в конце улицы, Саймон уже ждал. Он не стал прятаться — вышел на середину дороги и открыл огонь. Одна пуля — в радиатор. Вторая — в лоб водителю. Машина вильнула и врезалась в столб. Из второй выскочили четверо вооружённых мусорщиков, но Саймон уже ушёл в перекат, стреляя с земли. Он работал быстро, чётко, как учил Рой. Двое упали, не успев выстрелить. Третий побежал, но пуля нашла его в спину. Четвёртый успел выстрелить, но Саймон уже был в тени контейнера.

— Зачистил, — сказал он, переводя дыхание. — Подкрепления больше нет.

В подвале Весельчак уже возился с серверной стойкой. Он подключил свою деку к главному терминалу, и на экране побежали строки кода. Его лицо было сосредоточенным, пальцы летали по клавиатуре.

— Терабайты данных, — пробормотал он, стирая пот со лба. — Здесь не только вирты. Здесь их клиентская база, заказы, всё дерьмо, которое они снимали с людей. Я беру всё.

Где-то сверху раздался очередной взрыв. Рой продолжал сражаться, отвлекая мусорщиков на себя. Саймон слышал, как его дробовик гремит через стену, крики, лязг металла, а потом — тишина.

— Вот так, — сказал Весельчак через пять минут. — Всё у меня.

— Отходим, — скомандовала Луна. — Рой, ты как?

— Чисто, — ответил Рой, тяжело дыша. — На первом этаже никого. Подвал зачистили?

— Да, — ответил Весельчак. — Данные у меня, серверы стёрты.

— Тогда взрывайте, — сказал Рой. — Пусть этот склад исчезнет.

Саймон услышал в эфире короткую команду — и через несколько секунд здание содрогнулось от взрыва. Пламя и дым вырвались из окон, крыша начала обваливаться.

Они отошли на безопасное расстояние и смотрели, как склад превращается в груду обломков и пепла. Луна спрыгнула с крыши, приземлившись у фургона. Рой шёл к ним, весь в грязи и крови — не своей. Ласка выбралась из вентиляции, отряхиваясь, и подбежала к остальным. Весельчак, пошатываясь от перегрузки, вышел из подвала последним.

— Готово, — сказал Рой, коротко улыбнувшись. — Этот кошмар больше не повторится.

Саймон посмотрел на горящий склад и ничего кроме злости не почувствовал.

На базе все разбрелись кто куда. Рой ушёл в душ, оставив на полу грязную куртку и ботинки. Луна и Весельчак, не снимая дек, упали в нетранерские кресла — их глаза засветились голубым, пальцы забегали по воздуху, вскрывая терабайты данных, которые Джонатан притащил с серверов. Ласка щёлкнула пультом, и старый телевизор на стене загорелся.

На экране мелькала заставка новостей, и через пару секунд ведущая — холёная женщина с идеальной укладкой и белоснежной улыбкой — заговорила:

— Это Джиллиан Джордан, и вы смотрите новости на 54 канале. Недавний взрыв, который произошёл на перерабатывающем комбинате в промышленной зоне, связывают с атакой новой преступной группировки, известной как «Призраки». Угон спецтехники, покушения на корпоративных чиновников, серия убийств — список их деяний можно продолжать долго.

Ласка присвистнула и откинулась на спинку дивана, закидывая ноги на стол.

— «Призраки», блядь, — сказала она с усмешкой. — А я-то думала, мы просто ребята с района. А нас уже в новостях назвали.

Саймон, сидевший на краю дивана, не сводил глаз с экрана. Ведущая продолжала:

— Официальные источники утверждают, что группировка действует быстро и бесшумно, поэтому её и прозвали «Призраками». В последние месяцы с ними связывают несколько громких ограблений и устранений. Полиция города призывает всех граждан сообщать о любой подозрительной активности.

Ласка хмыкнула и накрутила прядь волос на палец.

— Интересно, кто им скинул эту информацию? Неужели кто-то видел наши лица?

— В том-то и дело, — сказал Весельчак, не открывая глаз, продолжая копаться в данных. — Если они нас называют «Призраками» и не показывают наши лица в новостях — значит, у нас всё чисто. Никто нас не сдал. Просто слухи и догадки.

Луна оторвалась от данных и посмотрела на экран.

— Или кто-то специально создаёт нам репутацию, — сказала она задумчиво. — Хэндс мог подкинуть эту информацию прессе, чтобы мы казались страшнее, чем есть. Чтобы нас боялись.

— Или чтобы мы сами задумались, — добавил Саймон. — Или чтобы мы думали, что нас уже ищут.

Из душа вышел Рой, вытирая голову полотенцем. Он был в одной футболке, ещё мокрый.

— Я пропустил что-то? — спросил он, бросив взгляд на экран.

— Теперь мы «Призраки», — сказала Ласка, усмехаясь. — Будем брать автографы.

Рой подошёл, посмотрел на новости и хмыкнул.

— «Призраки» так «Призраки». Но если нас так называют — значит, мы делаем всё правильно. Нас не видно, нас не слышно, но нас боятся. Это даже лучше, чем просто быть наёмниками.

Он сел на диван рядом с Саймоном и взял пульт.

— Ладно, хватит новостей. Включай что-нибудь другое, Ласка. А то я сейчас усну под эту трепню.

Ласка ухмыльнулась, но не стала переключать. Она смотрела на экран

Глава 14. Баккеры.

Утро встретило Саймона серым светом, пробивающимся сквозь грязные жалюзи. Он открыл глаза, полежал пару минут, а потом, по привычке, залез в общий канал команды. Сообщений было немного: Ласка писала, что хочет спать до вечера, Луна уточнила, что заявок нет, Рой коротко бросил: «Выходной». Весельчак поставил смайлик с пивом.

Саймон усмехнулся, отложил телефон и потянулся. Выходной. Это слово звучало для него почти как «отпуск». Он оделся, перекусил и вышел на улицу. День выдался тёплым, по меркам Найт-Сити даже приятным — небо было чистым, без привычной дымки, и солнце пробивалось сквозь облака.

Он решил потратить время с пользой: заехал на старый пустырь, где тренировался с Роем, и пострелял по мишеням. Пистолет лежал в руке привычно, выстрелы ложились в центр. Он даже пару раз попробовал стрелять с левой руки — получалось не очень, но лучше, чем в прошлый раз.

Потом заскочил в забегаловку, взял бургер и кофе, посидел на улице, глядя на проходящих мимо людей. Всё было спокойно. Почти как у обычных людей.

К вечеру, когда солнце уже начало садиться, Саймон поймал себя на мысли, что ему скучно. Он подумал о команде — Ласка, скорее всего, всё ещё спит, Луна с Роем, наверное, разбирают данные, Весельчак… Весельчак всегда был на связи. «А чего бы не заглянуть к нему?» — решил Саймон.

Джонатан обитал в старом гараже в районе Уотсона, в двух кварталах от их базы. Саймон доехал на фургоне, припарковался у ворот и постучал по ржавому металлу.

Ничего не произошло. Он постучал ещё раз, громче. С тихим шипением ворота начали подниматься, и Саймон сделал шаг вперёд — ровно в тот момент, когда из темноты гаража выдвинулись две турели. Маленькие, но злые, с красными глазками-прицелами, которые упёрлись прямо ему в грудь.

Саймон замер и медленно поднял руки вверх.

— Это я! Саймон! — сказал он, стараясь говорить ровно, хотя по спине пробежал холодок.

В голове раздался знакомый голос Джонатана:

— Саймон? Ты что ли? Что ты тут делаешь?

— Я… ну, скучно стало, — нервно ответил он. — Решил навестить тебя. Только не говори, что я должен был записываться заранее.

Турели с тихим щелчком убрались обратно в потолок. Джонатан вышел из тени гаража, вытирая руки о ветошь.

— Ну, заходи, раз пришёл. Только предупреждай, когда идёшь. А то мог бы и без головы остаться.

— Заметано, — выдохнул Саймон, заходя внутрь.

Гараж оказался просторным. Вдоль стен стояли стеллажи с инструментами, деталями, проводами. В центре, на подъёмнике, висел наполовину собранный робот — около метра высотой, с манипуляторами, похожими на руки, и большим контейнером для мусора.

— Это что за чучело? — спросил Саймон, подходя ближе.

Джонатан подошёл к роботу и любовно погладил его по крышке.

— Это моя маленькая гордость. Модель «Сборщик-4». Она собирает мусор на свалках.

Саймон застыл и удивлённо посмотрел на него.

— Зачем?

Джонатан усмехнулся и покачал головой.

— Саймон, сядь. Расскажу.

Они устроились на старых ящиках, и Джонатан, достав две банки колы, начал говорить:

— В Найт-Сити много дерьма. Буквально. Горы мусора, токсичных отходов, ржавого железа. Есть целые районы, где люди живут среди свалок. И я, и ещё одна группа энтузиастов — мы пытаемся это исправить. По-тихому, без пафоса. Ставим таких вот роботов на свалки, они собирают пластик, металл, перерабатывают, возят на фабрики. За год мусора стало меньше. Немного, но стало.

Он взял планшет, показал карту свалки в центре города. Зелёные зоны — очищенные территории. Серые — те, где ещё работают роботы.

— Мы любим этот город, — сказал Джонатан, глядя на карту. — Даже если он грязный, даже если он нас убивает каждый день. Я хочу оставить его хотя бы чуточку чище, чем он был.

Саймон молчал, переваривая услышанное. Потом положил руку на плечо Джонатану и улыбнулся.

— Если нужна будет помощь — я впишусь. Не только с оружием, но и с руками. Или с фургоном, чтобы отвезти мусор.

Джонатан посмотрел на него, удивлённо приподняв бровь, а потом хлопнул его по спине.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно. Найт-Сити — это и мой дом. Если кто-то пытается сделать его лучше — я буду рядом.

Они ещё долго сидели в гараже, пили колу и говорили о жизни и о городе.

Несколько дней прошли незаметно — отдых пришёлся по вкусу всей команде, особенно Весельчаку. Но вчера Рой заявил, что это не может продолжаться вечно. Он приказал всем собраться у рипера, который ставил Саймону глаза.

Когда вся команда зашла в кабинет, Рой сразу перешёл к делу:

— Надо установить подкожную броню. Всем.

Ласка и Саймон попытались уйти, но Рой ловко схватил их за шкирку, как нашкодивших котят.

— Не-не-не, — сказал он твёрдо. — Вы не уйдёте. Я знаю вас обоих. Если я вас отпущу — вы сбежите и будете прятаться до конца месяца.

— Рой, ну зачем мне броня? — канючила Ласка, вырываясь из его хватки. — Я и так живучая! Я же нетраннер, моё тело — это только оболочка!

— Оболочка, которая может получить пулю, — спокойно ответил Рой. — Ты нужна нам живой. И Саймон тоже.

Ласка извернулась и попыталась укусить Роя за руку, но её зубы сомкнулись на металле. Рой даже не поморщился.

— Это протез? — удивилась Ласка, отпуская его руку.

— Ещё со времён войны, — коротко ответил Рой, не разжимая хватки. — А теперь сядьте оба на кресла и не дёргайтесь.

Саймон вздохнул и подчинился. Ласка, что-то ворча под нос, уселась в соседнее кресло. Рипер — тот же тощий мужик с усами, что и в прошлый раз — довольно ухмыльнулся.

— Ну, наконец-то вы пришли. Я уже думал, что Рой передумал. — он подошёл к стойке с инструментами. — Броня будет лёгкой, незаметной. Спасёт от мелких пуль, осколков, ножей. От снайперки, конечно, нет, но базовую защиту даст.

Процедура заняла около часа. Саймон чувствовал, как под кожу вшивают тонкие полимерные пластины — неприятное ощущение, но терпимое. Ласка сидела тихо, изредка шипя от боли, когда иглы проходили слишком близко к нервам.

Когда всё закончилось, Рой осмотрел их, похлопал по плечу и сказал:

— Теперь вы не просто резиновые. Теперь вы — бронированные. Гордитесь.

Сегодня утром Луна написала в общий канал:

«Кочевники из клана Баккеров просят помощи.»

Саймон заехал за всеми на фургоне. Ласка забралась на заднее сиденье и сразу отключилась, уронив голову на плечо Весельчаку. Рой сидел рядом с Луной, изучая карту пустошей. Весельчак листал планшет, изредка комментируя данные.

Дорога до лагеря клана Баккеров заняла около двух часов. Пустошь расстилалась бескрайним океаном песка и камней, и только редкие столбы пыли указывали на то, что здесь кто-то живёт. Когда фургон подъехал к лагерю, Саймон заглушил двигатель, и они вышли навстречу встречающим.

Кочевники встретили их настороженно, но без враждебности. Несколько мужчин с винтовками стояли у въезда, но их опустили, когда из главного шатра вышел высокий седой мужчина — глава клана. Он шагнул вперёд с тёплой, хоть и уставшей улыбкой.

— Вы приехали, — сказал он, протягивая руку Луне. — Спасибо, что откликнулись.

— Мы не могли отказать, — ответила она, пожимая его руку. — Вы говорили, что у вас проблемы.

Глава клана кивнул и жестом пригласил их в шатёр. Луна и Рой пошли за ним. Саймон остался у фургона, оглядывая лагерь. Он был небольшим, но ухоженным: несколько палаток, навесов, старые машины, кружок детей у костра. Ласка, увидев ребятишек, сразу побежала к ним, и через минуту уже смеялась, подбрасывая мяч.

Саймон занялся фургоном — открыл капот, проверил двигатель, масло. В дороге что-то постукивало, и он не хотел, чтобы они застряли в пустошах. Весельчак устроился на пригорке, достал планшет и углубился в карты, изредка что-то отмечая.

Через полчаса Луна и Рой вышли из шатра. Выражение лиц у обоих было серьёзным. Они подошли к Весельчаку и Саймону.

— Что там? — спросил Саймон, вытирая руки о тряпку.

Луна вздохнула.

— У них проблемы не с бандитами. Бандиты — это следствие. Баккеры работают на «Биотехнику». Возят для них товары, охраняют грузы, выполняют поручения. Но в последнее время корпорация перестала приезжать с проверками, задерживает выплаты. Кочевники не знают, что происходит, но они боятся, что «Биотехника» хочет избавиться от них.

Рой скрестил руки, как обычно, стоял спокойно и внимательно слушал.

— Они хотят, чтобы мы узнали планы корпорации, — добавил он. — Будут ли они их выкупать, выдавливать или просто сдадут мусорщикам.

— И мы согласились? — спросил Весельчак, отрываясь от планшета.

— Мы не могли отказать, — сказала Луна. — Баккеры — одни из немногих, кто ещё держит пустоши в порядке. Если «Биотехника» решит их скинуть, все караваны встанут. И тогда Найт-Сити лишится последних поставок с пустошей.

Саймон помолчал, переваривая информацию. Затем он посмотрел на лагерь — на детей, бегающих с мячом, на старика у костра, на женщин, развешивающих одежду. Обычные люди, которые просто хотят жить.

— Что нам нужно делать? — спросил он.

— Проникнуть в офис «Биотехники» в Найт-Сити, — сказала Луна. — Достать их внутреннюю переписку, планы, распоряжения. Узнать, что они задумали.

— Если они вообще что-то задумали, — буркнул Весельчак. — Может, у них просто бардак внутри.

— Тогда мы просто убедимся в этом и успокоим Баккеров, — ответил Рой. — Лишним не будет.

— Когда выезжаем? — спросил Саймон.

— Сегодня ночью, — сказала Луна. — Я взяла у них адрес центрального офиса. И схему охраны. Они помогали строить это здание.

Саймон усмехнулся.

— И мы снова работаем на корпоратов? Против корпоратов?

— Работаем на людей, — поправил Рой. — Которые доверились нам. Пошли. До ночи нужно подготовиться.

Они сели в фургон, забрали уставшую, но счастливую Ласку, которая обнимала детей на прощание, и уехали обратно в город.

Глава 15. Правда.

По пути в офис корпорации «Биотехника» в Найт-Сити в фургоне повисла тишина. Ласка, которая обычно болтала без умолку, вдруг замолчала, уставившись в окно. Потом она тихо сказала:

— Знаете, у меня была подруга. Она уже однажды навредила «Биотехнике». Звали её Саша Яковлева.

Саймон переглянулся с Роем, который сидел рядом.

— Саша Яковлева? — переспросил Саймон. — Кто это?

Ласка повернулась к нему, и в её глазах мелькнула тень, которую Саймон не мог понять до конца.

— Она была нетраннером в команде Мейна. Мы вместе работали над одним проектом пару лет назад. Она решила раскрыть правду о «Секьюрисине» — обезболивающем, от которого умерла её мать. Биотехника знала о смертельных побочных эффектах, но продолжала продавать его. Саша проникла в их систему, начала сливать данные на N54 News... Но её засекли. Она погибла. Выпала из окна, пробив стекло.

В фургоне стало тихо. Саймон почувствовал, как холод пробежал по спине. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не нашёл слов. Рой и Весельчак переглянулись, но промолчали. Луна отвела взгляд, сжав челюсти.

— Теперь Биотехника считает, что всякий, кто сунется к ним, получит по заслугам, — тихо добавила Ласка. — Мы должны быть осторожны. Иначе повторим её судьбу.

Саймон смотрел на дорогу, но думал о том, что этот город забирает лучших. И о том, что они едут в самое сердце корпорации, которая уже убила одного нетраннера за правду.

Они приехали к офису «Биотехники». Это был современный небоскрёб из стекла и металла, с мерцающими голографическими вывесками. Саймон вышел первым, огляделся. Улица была пустой, только редкие прохожие в деловых костюмах спешили мимо.

— Странно, — сказал он. — В главном зале никого.

Они вошли внутрь. Холл был просторным, залитым светом, с белыми стенами и мраморным полом. За стойкой ресепшна сидела милая девушка в строгом костюме и с наушником в ухе. Она улыбнулась, увидев Саймона.

— Здравствуйте, чем могу помочь? — спросила она приятным голосом.

Саймон подошёл к стойке, стараясь выглядеть как обычный клиент или курьер.

— Здравствуйте. У меня заказ для отдела закупок. Мне сказали подняться на четвёртый этаж, но я не уверен, что правильно понял адрес.

Девушка приветливо кивнула и начала объяснять ему, как пройти к лифтам, пока Ласка и Луна тихо скользнули за спину Саймону и направились к компьютеру на ресепшне. Весельчак, стоявший в стороне и листавший планшет, мысленно подсказывал им:

— Хорошо, я вижу сеть. Система слабая, но компьютер на ресепшне заблокирован под личным профилем. Дайте мне две минуты, я смогу дать ему нужный уровень доступа.

Ласка незаметно подключилась к порту на стойке, и её глаза засветились голубым. Луна прикрывала её, делая вид, что рассматривает брошюры.

— У нас есть доступ к системе, — тихо сказала Ласка в эфире. — Джонатан, ты видишь?

— Вижу, — ответил Весельчак. — Я поднимаю уровень доступа. Через минуту у девушки будет открыто все здание.

Саймон тем временем продолжал вести беседу с администратором, стараясь не давать ей повода взглянуть в сторону Ласки.

— …я, к сожалению, не могу подняться без пропуска, — с сожалением сказала она.

— Понимаю, — улыбнулся Саймон. — А можно хотя бы узнать, работает ли сейчас отдел закупок? Я бы не хотел зря тащить груз.

Девушка уже наклонилась к компьютеру, чтобы проверить информацию, как вдруг на её мониторе промелькнуло уведомление — Весельчак незаметно дал доступ к системе, который позволял открывать двери без пропуска. Девушка моргнула, посмотрела на экран и удивлённо сказала:

— Странно… У вас теперь есть доступ. Система говорит, что вы зарегистрированы как курьер. Пожалуйста, пройдите.

Саймон почти не удивился и кивнул.

— Спасибо большое! — он уже развернулся, чтобы уйти, когда в эфире раздался голос Весельчака:

— Саймон, на столе у ресепшна лежит ключ-карта. Возьми её незаметно. Это может пригодиться для служебного лифта.

Саймон задержался на секунду, завёл пустой разговор с девушкой о погоде, и, когда она отвернулась, быстро схватил ключ-карту с края стола, сунул в карман и направился к выходу.

— Идите через чёрный вход, — сказал Весельчак. — Там есть служебный лифт. Я открыл его для вас. Встречаемся на третьем этаже, в техническом коридоре.

Саймон вышел на улицу, обошёл здание и через чёрный вход, который уже был открыт, снова вошёл внутрь. Ласка и Луна уже ждали его у служебного лифта.

— Быстро, — сказала Ласка. — Заходим.

Они втроём зашли в лифт, и Луна нажала кнопку пятого этажа, где, по данным кочевников, хранилась внутренняя документация. Лифт бесшумно тронулся. Внутри было тихо, только гул вентиляции и слабое освещение.

— Дальше — только наши головы, — сказала Ласка, поправляя имплант на виске. — Нам нужно будет забрать данные с серверов и уйти до того, как охрана заметит неладное.

На двадцатом этаже офиса «Биотехники» Оливер Райли сидел за своим рабочим столом. Вокруг него лежали стопки бумаг, несколько планшетов, и огромный голографический экран с множеством графиков и диаграмм. Он читал отчёт о новых препаратах, и его лицо было напряжённым, недовольным.

— Всё не так, — пробормотал он себе под нос. — Это не то, что должно делать людей лучше. Они должны замедлять старение, восстанавливать клетки, а не просто создавать иллюзию здоровья.

Он взял планшет, перелистнул ещё несколько страниц, и в этот момент на его коммуникаторе высветился вызов от «Анна Райли». Он помедлил, но ответил.

— Да? — его голос звучал устало, без особого энтузиазма.

— Оливер, — голос Анны был мягким, но с лёгкой ноткой иронии. — Ты всё ещё не можешь забыть тот проект?

Оливер вздохнул, откладывая планшет в сторону.

— Я хочу создать идеальное лекарство, чтобы у людей не было проблем с головой уже с раннего возраста. Чтобы они могли учиться, развиваться, не бояться старения, болезней. «Новое будущее» — это был шанс изменить мир.

— Проект свернули, Оливер, — сказала Анна, и в голосе её послышалась усталость. — Успокойся. Уже десять лет прошло. Ты не можешь вечно жить прошлым.

— Это были мои исследования, — тихо ответил он. — Мои дети.

— Твои... подопытные, — поправила Анна, и голос её стал холоднее. — Уффф, не зря я тогда ушла. Ладно, Оливер, позвони потом, если вспомнишь хоть обо мне.

Вызов прервался. Оливер откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, массируя переносицу.

В этот момент дверь в его кабинет бесшумно открылась. Внутри оказались трое: Саймон, Луна и Ласка.

Саймон быстро оглядел кабинет, проверяя, нет ли охраны. Луна и Ласка уже подключились к его компьютеру через личные порты, их глаза засветились голубым.

— Что ищем? — спросила Ласка в мысленной связи.

— Всё, что касается планов «Биотехники» на клан Баккеров, — ответила Луна. — Ищи внутреннюю переписку.

Она быстро пролистывала файлы, пока не наткнулась на папку с названием «Новое будущее». Луна замерла.

— Что это? — прошептала она, открывая файлы.

Внутри были видеоотчёты, датированные двадцатью годами ранее. Она открыла один из них. На экране появилась молодая женщина — светлые волосы, мягкая улыбка, белый лабораторный халат. Луна узнала её. Это была мать Саймона.

— Отчёт номер двадцать, — сказала женщина в видео. — Младенец по признакам пока ничем не отличается от других, но ничего не происходит быстро. Не зря мы выбрали его в том приюте. Он стабилен, хорошо питается и набирает вес. Наблюдаем.

Луна застыла, чувствуя, как холод пробегает по спине. Она открыла следующий видеоотчёт, номер девяносто.

— Отчёт номер девяносто, — сказала та же женщина, но на этот раз она выглядела старше, уставшей. — Саймон выучил французский язык относительно быстро, намного быстрее, чем обычные дети. Он более активен, проявляет интерес к сложным задачам. Прогресс очевиден. Препарат работает.

Луна сглотнула и открыла последний отчёт, номер сто пятьдесят.

— Отчёт номер сто пятьдесят, — голос женщины дрожал. — Саймон демонстрирует исключительные результаты. Но я начинаю сомневаться в целях проекта. Мы создаём не просто умных детей. Мы создаём оружие. Я не могу смотреть на него, зная, что его жизнь — это эксперимент. Он... он называет меня мамой. Он верит мне. Я не могу продолжать это.

Видео обрывалось.

Луна медленно отключилась от системы, чувствуя, как внутри всё сжимается. Ласка, которая стояла рядом, заглянула в ту же папку и тоже застыла. Её лицо побледнело.

Саймон, стоявший у двери и наблюдавший за ними, нахмурился.

— Что там? — спросил он шёпотом. — Что вы нашли?

Луна открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь кабинета снова открылась.

На пороге стоял Оливер Райли — в белом лабораторном халате, седой, но с твёрдым, цепким взглядом. В руке он держал пистолет, нацеленный прямо на Ласку.

— Тихо! — рявкнул он. — Никто не двигается!

Ласка инстинктивно убрала деку за спину, но Оливер уже всё видел.

— Доставай! — приказал он. — Медленно!

Саймон тоже выхватил пистолет и навёл его на мужчину. Их взгляды встретились. Оливер на мгновение замер, его глаза расширились.

— Саймон? — выдохнул он, опуская пистолет на пару сантиметров. — Саймон... это ты?

Саймон смотрел на него, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

— Папа? — прошептал он. — Ты... ты живой?

Оливер медленно опустил пистолет и сделал шаг вперёд, глядя на сына с каким-то странным, почти гордым выражением.

— Ты вырос, — сказал он тихо. — Я и не надеялся увидеть тебя здесь. Но, видимо, судьба... Саймон, я могу всё объяснить.

Саймон стоял, не в силах пошевелиться, сжимая пистолет нацеленным на человека, которого считал мёртвым.

— Ты всё это время был жив? — спросил он, и голос дрожал. — Ты оставил меня одного, когда мне было пятнадцать?

— Это было необходимо, — спокойно ответил Оливер. — Ты должен был стать сильным сам. И ты стал. Я горжусь тобой.

Он посмотрел на Ласку, потом на Луну, и его взгляд стал холоднее.

— Но сейчас, Саймон, я не могу позволить им уйти. Они видели слишком много.

Он снова поднял пистолет, нацелив его на Ласку.

Саймон закричал:

— НЕ СМЕЙ!

Но Оливер выстрелил. Пуля вошла в плечо Ласки, и она вскрикнула, падая на пол, зажимая рану.

В ту же секунду Саймон, не думая, нажал на спуск. Раз за разом. Выстрелы грохотали в тесном кабинете, и Оливер зашатался, его тело прошило несколько пуль. Он упал на колени, потом завалился на бок, и пистолет выпал из его руки.

Тишина. Только тяжёлое дыхание Саймона и стоны Ласки.

Луна уже была рядом с ней, доставая аптечку, зажимая рану.

В ту же ночь кабинет Оливера Райли был оцеплен. Синие огни полицейских машин мелькали за окнами двадцатого этажа, но внутрь пустили только одного человека — начальника службы безопасности корпорации «Биотехника».

Он вошёл в кабинет бесшумно, как тень. Высокий, сухощавый, в чёрном костюме, с идеально завязанным галстуком. Его лицо казалось вырезанным из камня — непроницаемое, без единой эмоции. Только глаза, холодные и цепкие, быстро сканировали каждую деталь комнаты.

Тело Оливера уже увезли, но следы остались: пятна крови на полу, пулевые отверстия в стене, опрокинутое кресло. Начальник службы безопасности медленно обошёл кабинет, останавливаясь у каждого следа. Он наклонился, рассмотрел гильзы, затем поднял взгляд на стойку с планшетами.

— Кто был на посту? — спросил он, не оборачиваясь.

— Охрана первого этажа ничего не заметила, — ответил один из сотрудников, стоящий у двери. — Камеры зафиксировали троих. Две женщины и мужчина. Но их лица не попали в объективы — кто-то отключил системы на пятнадцать минут.

Начальник безопасности выпрямился и повернулся к нему.

— Приведите девушку с ресепшена. Ту, что работала сегодня вечером.

Через пять минут в кабинет ввели администраторшу — ту самую милую девушку, с которой разговаривал Саймон. Она была бледна и испугана. Начальник безопасности жестом указал ей сесть на стул. Она села, комкая в руках край юбки.

— Рассказывай, — сказал он тихо, почти ласково. — Всё, что было сегодня вечером. Кто заходил, что говорил, чем занимался.

Девушка начала говорить, запинаясь, путаясь в словах. Начальник безопасности слушал с непроницаемым лицом, изредка кивая. Когда она дошла до того, как отвлеклась на погоду, и что-то странное произошло с её компьютером, он поднял бровь.

— Ты сказала, что система сама дала доступ одному из них?

— Да, — прошептала она. — Я не знаю, как это произошло. Я просто… нажала на кнопку, и оно появилось.

Начальник безопасности выпрямился и подошёл к ней вплотную. Он положил руку ей на плечо, и голос его стал ещё тише.

— Ты ничего не видела? Никаких лиц? Никаких имён? Ты слышала, как они называли друг друга?

Девушка зажмурилась, пытаясь вспомнить.

— Один из них… мужчина. Он что-то говорил про «Саймона». Я слышала, как они называли его Саймон. А ещё… когда они уходили, я слышала, как он сказал: «Нужно добраться до Анны». Или «к Анне». Не уверена.

Начальник безопасности замер. Его пальцы на мгновение сжались на её плече, и девушка вздрогнула. Он отпустил её и отвернулся к окну.

— Свободна, — коротко сказал он. — Ты ничего не видела и ничего не слышала. Но если ты кому-то расскажешь об этом разговоре — ты покончишь с собой через неделю. Добровольно или нет — решать тебе.

Девушка побледнела, судорожно кивнула и выбежала из кабинета.

Начальник безопасности подошёл к столу Оливера и нажал кнопку на его компьютере. Экран засветился, и он быстро нашёл запись с прослушки — системы безопасности «Биотехники» записывали разговоры в кабинете в автоматическом режиме.

Он прослушал разговор Оливера и Анны, потом отрывок, когда Саймон, Луна и Ласка вошли. Имя «Саймон» повторилось несколько раз.

— Саймон, — тихо сказал он, словно пробуя имя на вкус. — И Анна Райли. Интересно.

Он закрыл компьютер, взял свою чёрную сумку и направился к выходу.

— Куда вы? — спросил один из сотрудников.

— В пустоши, — ответил начальник безопасности, не оборачиваясь. — На электростанцию. Нужно побеседовать с Анной Райли.

Через несколько часов его чёрный корпоративный внедорожник остановился у старой электростанции посреди пустоши. Ночь была тёмной, ветер гнал песок по дороге. Он вышел из машины, поправил галстук и направился к входу, где его уже ждал охранник.

— Миссис Райли ждёт, — сказал охранник, открывая дверь.

Начальник безопасности прошёл внутрь. Анна Райли сидела в небольшой гостиной, укутавшись в шаль, с чашкой чая в руках. Она выглядела уставшей, но спокойной.

— Вы знаете, зачем я пришёл, — сказал он, садясь напротив.

— Я догадываюсь, — ответила Анна, поставив чашку на стол.

— Я знаю имя. Саймон. — начальник безопасности наклонился вперёд. — Скажите мне, кто он. И где я могу его найти?

Анна подняла на него глаза. В них не было ни боли, ни страха — только усталость и холодное равнодушие.

— Саймон? — переспросила она, отводя взгляд. — Это был проект «Новое будущее». Оливер называл его «идеальным результатом». Но, честно говоря, я никогда не верила в этот эксперимент. Слишком много вложений, слишком мало результатов. Он был просто одним из многих. Ничего особенного.

— Где я могу его найти? — спросил начальник безопасности, не повышая голоса.

— Понятия не имею, — пожала плечами Анна, отпивая чай. — Я потеряла с ним связь много лет назад. И если честно, меня это не волнует. Проект закрыт, Оливер мёртв. Я хочу забыть всё это как страшный сон. Так что, пожалуйста, уходите. Мне нужно отдохнуть.

Начальник безопасности задержал взгляд на её лице, но не нашёл там ни капли беспокойства. Она действительно не знала. Или просто не хотела знать. Он развернулся и вышел на улицу, оставляя её одну в тишине старой электростанции.

Он уже садился в свой чёрный внедорожник, когда в его наушнике раздался тихий, но властный голос:

— Вы нашли её?

— Да, — коротко ответил он, закрывая дверцу машины. — Она ничего не знает. И, по-видимому, её это не интересует.

— Значит, Саймон — это всё, что осталось от «Нового будущего», — голос директора стал жёстче. — Он опасен. Он убил Оливера и у него есть доступ к данным, которые могут уничтожить всю корпорацию. Вы должны найти его и убрать. Срочно.

Начальник безопасности молчал пару секунд, глядя в ночную пустошь.

— Принято, — сказал он. — Я займусь этим.

Он выключил связь и завёл двигатель. Внедорожник рванул с места, оставляя за собой облако пыли. Анна стояла у окна и смотрела вслед удаляющимся огням, но на её лице не было ни тревоги, ни сочувствия. Только усталость и желание, чтобы этот кошмар наконец закончился.

Отряд уже был в лагере у кочевников. Лагерь Баккеров встретил их тишиной и спокойствием — костры догорали, дети спали в палатках, лишь несколько мужчин стояли на посту, поглядывая в сторону пустоши. Фургон остановился у главного шатра, и все высыпали наружу.

Луна и Рой сразу направились к вожаку клана. Тот сидел у костра, поправляя прогоревшие поленья. Увидев их, он поднялся и кивнул.

— Вы вернулись. Что узнали?

Луна села напротив него, Рой остался стоять, скрестив руки.

— Плохие новости, — сказала Луна, разворачивая планшет с данными, которые они вытащили из офиса. — «Биотехника» больше не заинтересована в сотрудничестве с вами. В их внутренней переписке прямо сказано: вы — расходный материал. Задержки платежей — это начало. Через месяц они планируют расторгнуть контракт и продать ваши маршруты мусорщикам.

Вожак клана помрачнел. Он долго смотрел на огонь, потом вздохнул.

— Мы так и думали. Чувствовали. — он провёл рукой по лицу. — Что ж… значит, нам надо уходить. Собирать лагерь и двигаться на юг, к другим кланам.

Рой шагнул вперёд.

— Мы можем помочь вам с транспортом и охраной, пока вы не доберётесь до безопасного места.

Вожак благодарно кивнул.

— Спасибо, ребята. Вы сделали больше, чем могли. Мы уезжаем завтра на рассвете. Если вы решите остаться с нами — мы будем рады.

Луна и Рой переглянулись и отошли в сторону, оставляя вожака собирать вещи и готовить клан к отъезду.

Тем временем Ласка, сидя у фургона, с гордостью показывала всем своё плечо.

— Смотрите! — она закатала рукав, демонстрируя свежую царапину на коже, от которой пуля отскочила, как камушек. — Подкожная броня — это лучшее, что Рой мог нам поставить. Я думала, что меня убьют, а она просто… тьфу! Даже кость не задела.

— Ты бы могла умереть, — буркнул Весельчак, но в глазах его мелькнула улыбка.

— Но я не умерла! — засмеялась Ласка. — Потому что у меня теперь есть броня! Рой, ты гений! — она побежала к нему и обняла, но он только отмахнулся, пряча улыбку.

А Саймон сидел в стороне, на ящике возле фургона, и смотрел в одну точку. Перед ним лежали файлы, которые Луна и Ласка привезли с собой. Он перечитал их уже несколько раз.

«Отчёт номер 20… Младенец по признакам пока ничем не отличается… Отчёт номер 90… Саймон выучил французский быстро… Отчёт номер 150… Я не могу продолжать это… Он называет меня мамой…»

Его мама. Женщина, которую он помнил, — она была частью эксперимента. Она была его создателем. А Оливер Райли — его отец — хотел сделать его идеальным. Препараты, приют, исчезновение родителей, банда, улицы, лапшичная… и вот сейчас он сидит здесь, в лагере кочевников, с пулевыми отверстиями в душе и знанием, что вся его жизнь была чьим-то планом.

— Эй, — Ласка села рядом, мягко толкнув его плечом. — Ты как?

Саймон молчал.

— Саймон, — она заглянула ему в глаза. — Это не меняет того, кто ты есть. Ты — наша семья. Не их. Не «Биотехники». Наша.

Саймон поднял голову. В глазах его стояла пустота, но он медленно кивнул.

— Знаю, — сказал он тихо. — Просто… надо время.

Ласка положила руку ему на плечо, и они сидели так, глядя на догорающий костёр, пока ночь обнимала их тишиной.

Глава 16. Станция.

Луна сидела в своём кресле на базе, когда её внутренний интерфейс мягко завибрировал. Знакомый сигнал — тот, который она использовала только для связи с тётей Хань. Она улыбнулась и приняла вызов.

"Встретимся в старом парке, — голос Хань звучал тёпло, почти нежно. — Я скучаю по тебе, девочка."

"Я тоже, тётя. Буду через минуту."

Луна закрыла глаза и перенеслась в Сеть.

Она стояла на вершине холма, глядя на бескрайнее цифровое море. Ветер — тёплый, солёный — касался её лица. Внизу простирался старый парк: те же деревья, те же скамейки, тот же запах жасмина, который она помнила с детства.

Через мгновение рядом появилась Хань. Высокая, подтянутая, с сединой в коротких волосах.

— Ты выглядишь уставшей, — сказала она, мягко улыбнувшись.

— Город как город, — пожала плечами Луна. — Я привыкла.

Они пошли по тропинке вниз, к парку. Свет переливался сквозь листву, создавая золотистые пятна.

— Я слышала, что случилось с Оливером Райли, — начала Хань осторожно. — И что ты была там.

— Это была самооборона, — ответила Луна. — Он наставил на нас пистолет.

— Я знаю, — сказала Хань, и голос её дрогнул. — Я знаю, что ты не убиваешь. Но корпорации плевать на правду. Они будут искать виновного. И найдут тебя и твоих друзей.

Она остановилась и взяла Луну за руки.

— Луна, я хочу, чтобы ты уехала из Найт-Сити. Вернись в Китай. Я защищу тебя.

— Я не могу, тётя. У меня команда. Я не брошу их.

— Ты сильно привязалась к ним? — спросила Хань, заглядывая в глаза Луне.

— Они — моя семья, — твёрдо ответила та. — Такая же, как ты.

Хань смотрела на неё долго, изучающе. В её взгляде мелькнула боль, но она спрятала её за мягкой улыбкой.

— Я знала, что ты так скажешь, — тихо сказала она.

Она шагнула ближе и обняла Луну. Прижала к себе крепко, как в детстве, когда та плакала по ночам.

— Я горжусь тобой, девочка, — прошептала Хань в самое ухо. — Ты выросла сильной.

В тот же миг её пальцы коснулись затылка Луны — лёгкое, почти незаметное движение. Маячок вошёл в систему бесшумно, без единого сигнала, без боли, без предупреждения. Луна ничего не почувствовала.

Она обняла Хань в ответ, вдыхая виртуальный запах её духов.

— Я люблю тебя, тётя.

— Я тоже, — ответила Хань, пряча слёзы. — Всегда любила.

Она отстранилась и улыбнулась, пряча дрожь в голосе.

— Береги себя, Луна. И помни: у тебя всегда есть дом.

— Я помню, — сказала Луна, улыбнувшись в ответ. — Ты тоже береги себя, тётя.

Они попрощались, и Луна вышла из Сети.

Хань вышла из Сети и долго сидела неподвижно, глядя на экран. На нём горела маленькая точка — координаты Луны. Маячок работал.

Она чувствовала тяжесть в груди. Боль.

Хань открыла защищённый канал и набрала код.

— Приказ, — сказала она, и голос её стал холодным, стальным. — Вернуть Луну домой живой. Провал операции непростителен.

Она отключила связь и откинулась в кресле, глядя на тёмный потолок.

Луна вышла из Сети, открыла глаза и несколько секунд сидела неподвижно, глядя в стену. В голове всё ещё звучал голос тёти Хань — тёплый, тревожный, наполненный болью.

«Я горжусь тобой, девочка…»

Луна тряхнула головой, отгоняя наваждение. Она не знала, что Хань поставила на неё маячок. Она не чувствовала ничего. Просто думала о том, что тётя волнуется за неё, как всегда.

Она уже хотела встать и пойти проверить оружие, как её внутренний интерфейс снова завибрировал. На этот раз — вызов от Роя.

Луна приняла вызов.

— Слушаю.

Голос Роя был спокойным, но в нём слышалась стальная серьёзность.

— Луна, у меня есть заказ. От Баккеров.

— Кочевников? Они же уезжали.

— Они не могут уехать. «Биотехника» отслеживает их через спутники и дроны. Каждая их машина под колпаком. Они попросили помощи.

Луна нахмурилась.

— Как мы можем им помочь? Мы не армия.

— Мы можем вырубить систему слежения, — сказал Рой. — Есть одна старая электростанция в пустошах. Она питает всю сеть наблюдения в этом районе. Если мы её уничтожим, у Баккеров будет несколько часов, чтобы уйти без следа.

— Это рискованно, — ответила Луна, но в голосе её не было колебаний. — Мы влезаем в зону, где нас могут засечь.

— Баккеры — наши друзья, — сказал Рой. — Мы не можем их бросить.

Луна помолчала. Она вспомнила, как кочевники встретили их в лагере — с теплом, с едой, с детьми, которые бегали вокруг и смеялись. Они были хорошими людьми.

— Хорошо, — сказала она. — Я согласна. Когда выезжаем?

— Через два часа. Я уже собираю команду.

— Я буду на базе через час.

Когда все собрались на базе, Рой вышел в центр комнаты. Он был спокоен, собран, как всегда перед серьёзным делом.

— Баккеры в беде, — начал он без лишних слов. — «Биотехника» отслеживает их через спутники и дроны. Каждая их машина под колпаком. Если мы не поможем — их перебьют или поймают в течение недели.

Он подошёл к столу и развернул карту пустошей.

— Есть одна старая электростанция в ста километрах от города. Она питает всю систему слежения в этом районе. Если мы её взорвём — у Баккеров будет несколько часов, чтобы уйти без следа.

Он поднял с пола тяжёлую сумку и поставил её на стол. Когда он расстегнул молнию, внутри оказался настоящий арсенал: гранаты, взрывчатка, детонаторы, несколько запасных магазинов.

— Это наш билет, — сказал Рой. — Мы закладываем взрывчатку в машинном отделении и на подстанции. У нас будет три минуты после активации, чтобы уйти.

Саймон подошёл и взял одну из гранат, взвесил на руке.

— Охрана?

— Два патруля, камеры по периметру. Ласка вырубит камеры, мы зайдём с восточной стороны. Луна остаётся на связи и прикрывает снаружи.

— А если нас засекут? — спросил Весельчак.

— Тогда будем прорываться с боем, — спокойно ответил Рой. — Поэтому берите всё, что может пригодиться.

Они разобрали снаряжение. Рой и Саймон взяли бронежилеты и повесили на пояса гранаты. Ласка проверяла свою деку, Весельчак — оружие.

— Выезжаем завтра ночью, — сказал Рой, закрывая сумку. — До этого отдыхаем.

Все разошлись по углам базы. Ласка и Луна устроились на диване, Саймон сел проверять пистолет, Весельчак налил себе кофе. Рой отошёл в тёмный угол, сел на ящик и закрыл глаза.

Рой уснул быстро — тяжёлым, бездонным сном, каким спят только те, кто слишком много видел и слишком много носит на плечах.

Он не слышал, как бесшумно открылась дверь. Он не чувствовал, как в комнату скользнула тень — высокая, сухая фигура в чёрном костюме. Начальник службы безопасности «Биотехники» стоял над ним, глядя на спящего солдата с холодным, изучающим интересом.

— Спи, старый пёс, — прошептал он.

Его пальцы, покрытые тонкими металлическими накладками, коснулись порта на шее Роя. Короткий импульс — и вирус проник в нервную систему.

«Инъекция - киберпсихоз. Режим: полный контроль. Активация — по команде».

Начальник безопасности подключился к системе Роя через скрытый канал. На его импланте вспыхнул поток данных: координаты субъекта, всё, что видел Рой, теперь видел и он.

Пустошь расстилалась вокруг бескрайним океаном песка и камней, и только редкие огни старой электростанции мерцали вдалеке, словно глаза огромного спящего зверя.

Фургон остановился в километре от цели. Рой вышел первым, окинул взглядом горизонт и коротко кивнул.

— Дальше пешком.

Все высыпали наружу. Саймон натянул бронежилет, проверил, как сидят гранаты на поясе, и передёрнул затвор своего CZ 75. Рядом Весельчак поправлял оружие, а Ласка уже касалась виска, подключаясь к каналам наблюдения.

— Камеры по периметру, — сказала она, прикрыв глаза. — Четыре стационарные, две поворотные. Я вырубаю их через минуту.

— Хорошо, — ответил Рой. — Мы заходим с восточной стороны. Саймон, Джонатан, вы со мной. Ласка и Луна — через южный вход, обходите здание с тыла. Встречаемся у машинного отделения.

Рой поднял руку:

— Время пошло. Вперёд.

Они двинулись. Четыре тени скользнули в темноту.

В полукилометре от электростанции, за холмом, стоял чёрный внедорожник с затемнёнными стёклами. Внутри, откинувшись на спинку сиденья, сидел начальник службы безопасности «Биотехники». Перед ним на коленях лежал раскрытый ноутбук, на экране которого транслировалась картинка с камер, вживлённых в нервную систему Роя.

Он видел всё: тёмные коридоры, мерцающие лампы, лица Саймона и Весельчака, идущих рядом. Он слышал их дыхание, их шёпот, их шаги. Он был с ними, оставаясь невидимым.

— Идите, идите, — прошептал он, касаясь пальцами клавиатуры.

Они вошли через боковую дверь, которую Рой выбил с одного удара ноги. Дверь с грохотом отлетела внутрь, и металлический звук эхом разнёсся по пустым коридорам. Саймон шагнул внутрь первым, вскинув пистолет. За ним — Рой. Весельчак прикрывал тыл, то и дело оглядываясь и проверяя, не идёт ли кто за ними. Ласка и Луна двигались чуть в стороне, бесшумно скользя вдоль стен.

— Чисто, — прошептал Саймон, вглядываясь в полумрак.

Они пошли вдоль коридора. Свет ламп мерцал, иногда на секунду гас и снова включался, создавая ощущение, что за ними следят. Саймон сжимал пистолет, стараясь держать руки ровно. Он чувствовал, как сердце бьётся где-то в горле, но старался дышать ровно.

Рой двигался уверенно. Он знал это место по картам и схемам, и сейчас его шаги были точны и бесшумны. Он остановился на развилке и посмотрел на табличку, прибитую на стене.

— Машинное отделение в конце этого коридора, — тихо сказал он, указывая вперёд. — Там вход с южной стороны. Охрана обходит этот участок раз в двадцать минут. У нас есть время.

Луна наклонилась и посмотрела на старую ржавую дверь впереди.

— Мы заходим с южной стороны, как договаривались, — сказала она. — Но если там есть кто-то, кто не в графике, у нас будут проблемы.

— Тогда у нас будут проблемы, — спокойно ответил Рой, и в его голосе не было ни капли страха. — Саймон, ты первый. Джонатан, ты прикрываешь его с тыла. Ласка, ты обеспечиваешь отход. Луна, ты идёшь за мной, если что — ты на связи.

Они двинулись дальше. Коридор сужался, стены становились ближе. Лампы горели тусклее, и в некоторых местах приходилось идти почти в полной темноте.

— Там, — сказал Саймон, указывая на массивную металлическую дверь, на которой тускло поблёскивала табличка: «МАШИННОЕ ОТДЕЛЕНИЕ. ВХОД ЗАПРЕЩЁН».

Рой подошёл, проверил замок и достал небольшой инструмент. Через несколько секунд замок щёлкнул, и дверь медленно открылась, с протяжным скрипом.

Внутри было жарко. Генераторы стояли в ряд — огромные, гудящие махины, покрытые слоями пыли и копоти. Воздух был горячим, и капли пота на лбу Саймона сразу стали испаряться. Гул наполнял комнату, создавая тяжелую, давящую атмосферу.

Рой быстро осмотрел пространство и кивнул.

— Идеальное место, — сказал он, подходя к первому генератору и открывая сумку. — Саймон, закладывай у первого генератора. Джонатан — у второго. Я беру центральный щит. Ласка, Луна — проверьте южный проход, чтобы нас не зажали.

Саймон подошёл к первому генератору. Пахло раскалённым металлом и машинной смазкой. Он достал взрывчатку, аккуратно закрепил её на корпусе, следя, чтобы не повредить провода. Установил детонатор. Закрепил таймер.

— Готово, — сказал он, вытирая пот со лба.

Весельчак возился у второго генератора, осторожно закрепляя заряд, чуть посвистывая сквозь зубы. Его руки двигались уверенно, но Саймон заметил, как он на мгновение замер, прислушиваясь к гулу.

Рой закончил с центральным щитом. Он активировал таймеры и поднял голову.

— Взрывчатка заложена, — сказал он, и голос его был ровным. — У нас три минуты. Выходим. Все.

Они быстро покинули машинное отделение и двинулись по главному коридору. Теперь шаги их были быстрее, но всё ещё бесшумными. Саймон краем глаза заметил тусклый свет впереди — выход. Ещё несколько шагов, и они будут снаружи.

Он шёл, сжимая пистолет, и вдруг заметил, что Рой остановился.

— Рой? — окликнул он, обернувшись.

Рой стоял неподвижно. Его глаза засветились красным — ярким, холодным, пустым. Свет, который Саймон никогда не видел у него раньше.

— Рой, очнись! — крикнул Саймон, поднимая пистолет. — Что с тобой?

В тот же миг в полукилометре за холмом начальник службы безопасности нажал кнопку активации на своём ноутбуке.

Вирус вошёл в полную силу.

Рой зарычал — низко, зверино, с хрипотцой. Его лицо исказилось, мышцы напряглись, и металлическая рука, покрытая старыми шрамами и потёртостями, засветилась тусклым, пульсирующим светом.

— Рой, нет! — закричала Ласка, делая шаг вперёд.

Но он уже не слышал. Он рванул вперёд, быстрее, чем могло показаться возможным для человека его возраста. Его рука, пронзила грудь Весельчака. Джонатан замер на мгновение, глядя на руку, торчащую из его грудной клетки. В его глазах мелькнуло удивление, потом боль, потом — пустота. Он осел на пол, и Саймон услышал, как его голова ударилась о бетон с глухим стуком.

— НЕТ! — закричала Ласка, бросаясь к нему.

Но в тот же миг сработала взрывчатка. Раздался оглушительный грохот, и пол под ногами Саймона дрогнул, провалился, унося его в темноту. Он полетел вниз, ударился плечом о бетонную балку, и мир потемнел.

Саймон потерял сознание.

Саймон очнулся от резкой боли в плече. Он лежал на бетонных обломках, и над ним нависала массивная бронированная стеклянная панель, упавшая сверху и застрявшая между руинами. Она была покрыта трещинами и копотью, но держалась крепко, создавая подобие укрытия. Вокруг было темно, пахло гарью и горелым пластиком.

Он медленно приподнялся, чувствуя, как тело ломит, и попытался встать. Нога подкосилась, и он упал на колено, упираясь рукой в бетон. Он провёл ладонью по лицу, стирая пыль и пот, и выглянул через трещины в стекле.

Внизу, этажом ниже, он увидел Ласку. Она стояла среди обломков, вся в пыли и копоти. Рука её была в крови — не её, чужой. Она растерянно оглядывалась по сторонам, поднимала голову вверх, потом опускала взгляд, будто не могла понять, где находится и что произошло. Её глаза были пустыми, как у человека, пережившего взрыв и потерявшего всё.

— Ласка! — крикнул Саймон, но голос его звучал глухо из-за стекла. Она не услышала.

Он стукнул кулаком по стеклу, но оно даже не дрогнуло. Он попытался протиснуться в щель сбоку, но панель была огромной, и он застрял, не в силах выбраться.

В этот момент он заметил движение сверху. Сквозь пролом в потолке спускались фигуры в тяжёлой чёрной броне — спецотряд Хань. Двое бойцов держали между собой бессознательное тело Луны. Её голова безжизненно свисала, руки висели, как у тряпичной куклы.

— ЛУНА! — закричал Саймон, снова ударив по стеклу. — ЛУНА!

Но она не слышала. Она была без сознания.

Саймон рванулся к щели, пытаясь выбраться. Он увидел, как Ласка поднимает голову и замечает отряд. Её глаза расширяются, но она не двигается с места — просто стоит и смотрит, как бойцы утаскивают Луну через пролом наверх. Один из них остался прикрывать отход, наставив на Ласку автомат.

И в этот момент из-за обломков позади Ласки показалась тень. Высокая, тяжёлая. Красные глаза. Рой.

Саймон увидел его в тот же миг, и кровь в жилах застыла. Рой двигался медленно, но в каждом его шаге чувствовалась смертельная угроза. Его рука, всё ещё покрытая кровью Джонатана, медленно поднималась для удара. Ласка стояла к нему спиной и ничего не видела.

— ЛАСКА! — заорал Саймон, колотя кулаками по стеклу. — ОБЕРНИСЬ! ЗА ТОБОЙ! БЕГИ!

Стекло глушило звук. Он бил изо всех сил, сдирая кожу с костяшек, но проклятая панель стояла намертво. Он кричал, захлёбываясь паникой, но Ласка не слышала — гул взрыва всё ещё звенел в её ушах.

— ЛАСКА! — голос его сорвался на хрип.

Глава 17. Финал.

Саймон смотрел, как Ласка медленно поднимает голову и оборачивается. В ту же секунду он увидел Роя — он стоял в двух шагах от неё, его рука уже занеслась для удара. Металлические пальцы, всё ещё покрытые кровью Джонатана, блеснули в тусклом свете пожаров.

— ЛАСКА! — закричал Саймон, колотя кулаками по стеклу. — УХОДИ!

Но было поздно. Ласка не успела даже шагнуть назад. Рука Роя, как стальной клинок, вошла в её грудь. Саймон услышал, как она всхрипнула — коротко, почти беззвучно. Её глаза на мгновение широко раскрылись, в них мелькнула боль, удивление и что-то ещё — может быть, принятие.

Она упала на колени, но в тот же миг её рука дёрнулась к виску. Палец коснулся импланта, и из её глаз вырвался последний, короткий импульс. Сигнал ушёл в Сеть.

— Замыкание… — прошептала она, и её тело рухнуло на бетон.

Рой замер на секунду. Его тело дёрнулось, красные глаза моргнули, и он пошатнулся, как будто его ударили током. Вибрация прошла по его металлической руке, по шее, по лицу. Он зарычал, но рык был слабее. Он боролся с тем, что внутри него уничтожало его разум, но вирус всё ещё держал его. Однако он больше не двигался с той нечеловеческой скоростью, как раньше.

Саймон смотрел на тело Ласки и чувствовал, как внутри всё рушится. Ещё одна смерть. Ещё один друг. Ещё один человек, который верил в него.

Но он не мог остановиться. Рой медленно повернулся к стеклянной панели. Его глаза горели красным, но движения стали неуверенными, рывками. Он пошёл к стеклу и ударил кулаком. Раздался глухой треск, и по бронестеклу пошли трещины.

Саймон смотрел на это, сжимая пистолет. Он знал, что пули не остановят Роя. Он знал, что его учитель, его друг, человек, который научил его всему, теперь — лишь пешка.

— Я не хочу делать этого, Рой, — сказал он тихо.

Рой ударил снова. Стекло треснуло, но не разбилось.

— Рой, ты слышишь меня? — спросил Саймон. — Я знаю, что ты там.

Рой ударил в третий раз. Стекло разлетелось вдребезги, и он шагнул вперёд, вставая напротив Саймона.

Рой зарычал, но его глаза на мгновение моргнули — красный свет погас на долю секунды.

— Сай… — прохрипел он, и голос его был чужим, сломанным. — …мон.

Он снова зарычал, и красный свет вернулся. Он бросился на Саймона.

Саймон успел подставить блок, но удар пришёлся по его предплечью такой силы, что он отлетел к стене. Бронежилет спас его от перелома, но боль была адской. Он выхватил нож «Жало» — подарок Роя — и встал в стойку.

— Я не хочу драться с тобой, — сказал Саймон, сжимая нож.

Рой шагнул вперёд. Саймон ушёл в сторону, и его нож скользнул по металлической руке Роя, не оставив даже царапины. Рой ответил ударом, и Саймон едва увернулся, чувствуя, как ветер от кулака обжёг лицо.

Они кружили по обломкам. Саймон использовал всё, чему научился у Роя: уклоняться, читать движения, бить в слабые места. Он ударил ножом в плечо, в ногу, но Рой не чувствовал боли. Каждый удар Саймона лишь замедлял его, но не останавливал.

— Ты сильнее этого, Рой! — крикнул Саймон, уклоняясь от очередного удара.

Рой замер на мгновение. Его глаза снова моргнули, и на его лице мелькнуло выражение муки.

Саймон смотрел на него, видя в этом искажённом лице человека, который был его наставником. Человека, который когда-то сказал ему: «Ты учишься не для того, чтобы побеждать в драках. Ты учишься, чтобы не проиграть в жизни».

Бой был жестоким. Саймон понял это с первого же удара.

Рой налетел на него как машина — никакой техники, никаких заходов, только чистая, звериная ярость. Саймон попытался уйти в сторону, как делал это сотни раз на тренировках, но Рой был быстрее. Его кулак пришёлся Саймону в корпус, и тот отлетел к стене, чувствуя, как ломаются рёбра под бронежилетом.

Он едва успел встать на ноги, как Рой снова был рядом. Саймон блокировал удар, но рука Роя была тяжёлой, как стальная балка, и блок просто не выдержал. Саймон откатился в сторону, поднимая пыль, и выхватил нож «Жало», который Рой когда-то подарил ему.

Он сделал выпад. Рой легко перехватил его руку, выкрутил запястье, и нож выпал на бетон. Саймон увидел это и понял — все тренировки. Все уроки. Рой всегда поддавался. Каждый спарринг, каждый бой, экзамен, где Саймон взял его на удушающий — это была игра. Рой мог вырубить его в любой момент, но не делал этого. Он учил его, давал ему шанс.

Теперь шансов не было.

Рой схватил Саймона за горло и приподнял над землёй. Саймон хватал ртом воздух, пытаясь ослабить хватку, но пальцы Роя сжимались всё сильнее. Ноги перестали касаться бетона, и мир начал темнеть по краям. Он слышал только собственное сердце, колотящееся где-то в ушах.

— Рой… — прохрипел он, но голос сорвался.

Рой смотрел на него пустыми красными глазами. Он даже не моргнул. Он просто сжимал горло своего ученика, и в его движениях не было никаких сомнений.

И вдруг за стеной, где-то в глубине станции, раздался взрыв. Там сдетонировало что-то из оставшейся взрывчатки — или, может быть, прорвало газовый баллон. Стена дрогнула, и ударная волна ударила прямо в спину Роя.

Его хватка ослабла. Он выпустил Саймона, и тот рухнул на колени, хватая ртом воздух. Рой пошатнулся, приложившись головой о бетонную балку, — взрыв дезориентировал его на секунду. И этой секунды хватило.

Саймон не думал. Его тело действовало быстрее, чем сознание. Он рванул вперёд, подхватив с бетона упавший нож «Жало», и сделал один короткий, резкий выпад.

Лезвие вошло точно в горло Роя — под подбородок, глубоко, до упора.

Рой замер. Его глаза, которые ещё секунду назад горели красным, начали медленно тускнеть. Он открыл рот, пытаясь что-то сказать, но из него вырвался только хрип. Его тело обмякло, и он рухнул на колени, а затем упал лицом вперёд на бетон.

Саймон стоял над ним, тяжело дыша, сжимая в руке окровавленный нож. Его руки дрожали, пальцы не слушались. Он опустился на колени рядом с Роем и перевернул его на спину.

Красный свет в глазах окончательно погас. Рой смотрел на него мутными, но уже человеческими глазами. В них не было боли — только покой.

— Прости, — прошептал Саймон, закрывая ему глаза. — Прости...

Саймон бежал через дым и огонь, спотыкаясь о бетонные обломки. В груди горело, каждый вдох отдавался болью, но он не останавливался. Где-то впереди, в тусклом свете пожаров, он увидел тело. Оно лежало на боку, засыпанное бетонной крошкой и копотью.

— Ласка! — крикнул он, но голос сорвался.

Он упал на колени рядом с ней, перевернул её на спину. Её глаза были открыты, пустые, смотрящие в потолок. На губах застыла бледная полуулыбка — будто она уходила с мыслью о чём-то хорошем. На груди, прямо у сердца, зияла рана — та самая, от руки Роя. Кровь уже запеклась.

Саймон смотрел на неё, не веря. Он провёл пальцами по её лицу, закрыл ей глаза. Руки дрожали, а внутри всё сжималось в тугой, болезненный ком.

— Нет, — прошептал он.

Слёзы сами навернулись на глаза. Он не сдерживал их. Он сидел на коленях среди пепла и дыма, держа её холодную ладонь, и чувствовал, как мир рушится окончательно.

Потом он снял с её запястья два тонких металлических браслета — те, которые она носила, сколько он её помнил. Он надел их на свою руку, чувствуя, как металла обжигает кожу.

— Ты была лучшей из нас. — Сказал он хрипло, поднимаясь на ноги.

Он оставил её тело среди обломков и побежал дальше. Слёзы смешивались с копотью на лице, но он не вытирал их. Он бежал, не разбирая дороги, пока впереди не показался свет — выезд из ангара.

В полукилометре от станции начальник службы безопасности стоял у своего чёрного внедорожника. Перед ним всё ещё горел экран ноутбука, но изображение с глаз Роя погасло несколько минут назад. Он знал — Рой мёртв. Но это не имело значения. Цель всё ещё была внутри.

В его наушнике раздался голос:

— Подкрепление близко. Через десять минут будем на месте.

Начальник безопасности медленно закрыл ноутбук и положил его на сиденье.

— Не нужно, — сказал он холодно. — Я сам уничтожу цель.

Он захлопнул дверцу внедорожника, натянул бронежилет и проверил керамбит, висящий на поясе. Затем он пошёл в сторону ангара — медленно, уверенно, как хищник, идущий на верную добычу.

Они встретились у выезда из автомобильного ангара.

Саймон выбежал из дыма, тяжело дыша, весь в крови — своей и чужой. На его руке блестели браслеты Ласки, в пальцах был зажат нож «Жало». Он остановился, увидев фигуру, заслоняющую выход.

Начальник службы безопасности стоял в центре проёма, заслонив собой свет снаружи. Весь в чёрном, в бронежилете, с идеально завязанным галстуком, который выглядел абсурдно среди дыма и пепла. В его правой руке тускло поблёскивал изогнутый керамбит.

Саймон едва успел моргнуть, как начальник службы безопасности рванул к нему. Без слов. Без предупреждения. Просто тень в чёрном, которая сократила расстояние за долю секунды.

Керамбит свистнул в воздухе — Саймон едва успел подставить «Жало». Клинки встретились, высекая искры. Удар был такой силы, что Саймон отшатнулся, но начальник уже шёл следом, нанося серию коротких, быстрых ударов. Саймон уклонялся, блокировал, но чувствовал — он проигрывает. Руки дрожали, дыхание сбивалось, а начальник двигался легко, словно танцевал.

Саймон попытался контратаковать, но начальник с лёгкостью ушёл в сторону и ударил ногой по его колену. Саймон вскрикнул и упал на одно колено. В тот же миг пол под ними дрогнул — очередной обвал. Бетон треснул, и оба провалились вниз, в тёмный подвал этажом ниже.

Саймон упал на спину, ударившись головой о бетон. Перед глазами всё поплыло, но он заставил себя подняться. Он слышал, как где-то рядом поднимается начальник. Тот двигался первым — быстрее, точнее, без единого стона.

— Саймон Райли, — раздался его голос из темноты. — 16-й подопытный «Нового будущего». Пора утилизировать проект.

Начальник шагнул вперёд, и свет от пожара выхватил его лицо — бесстрастное, спокойное.

Саймон поднялся на ноги. В его руке всё ещё был «Жало», но он чувствовал, что не сможет победить в этом бою. Начальник был быстрее, сильнее, точнее. Он прочитал все его движения, пока смотрел глазами Роя.

— Сдохни! — закричал Саймон и рванул вперёд.

Начальник легко ушёл в сторону, и его керамбит полоснул по предплечью Саймона, оставляя глубокий порез. Саймон зашипел от боли, но продолжил атаку. Ещё один удар — керамбит резанул по бедру, и нога подкосилась. Саймон едва удержался на ногах.

— Ты слаб, — сказал начальник, делая шаг назад. — Ты просто копия. Дешёвая подделка того, что могло бы стать совершенством.

Он пнул Саймона ногой в грудь, и тот отлетел к стене, ударившись спиной о бетон. Нож выпал из руки, и Саймон остался без оружия.

Начальник медленно подошёл к нему, занося керамбит для финального удара.

— Прощай, 16-й.

Саймон услышал эти слова, и в тот же миг его тело среагировало раньше, чем разум. Он нырнул в сторону, и клинок керамбита пронзил пустоту там, где секунду назад была его шея. Он покатился по обломкам, подхватывая с бетона свой «Жало», и скрылся за грудой арматуры.

Он тяжело дышал, прижимаясь спиной к холодному бетону. В ушах гудело от адреналина, каждая мышца кричала от боли, но он заставил себя успокоиться. Он быстро оглядел себя — раны на руках и ногах, кровь сочилась из порезов, но он ещё мог двигаться.

И тут его взгляд упал на бронежилет. На левом боку, где крепилась дополнительная сумка, он заметил знакомый силуэт — одна граната. Одна единственная. Та, которую он сунул туда перед выходом, на всякий случай. Он зачем-то взял её, сам не зная почему. Теперь он знал.

Он аккуратно расстегнул карман и достал гранату. Она была старой, видавшей виды, с потёртой чекой, но на взрыватель он мог положиться. Он сжал её в левой руке, пряча за спиной. Потом поднял «Жало» в правой и выдохнул.

— Выходи, 16-й, — раздался голос начальника из темноты.

Саймон выпрямился и вышел из-за обломков. Начальник стоял в пяти шагах, его керамбит был нацелен на Саймона. Он улыбался — холодно, самодовольно.

— Хорошо, — сказал он. — Ты решил встретить смерть стоя. Уважаю.

Саймон не ответил. Он рванул вперёд, сжимая в одной руке нож, в другой — гранату, спрятанную в кулаке.

Начальник встретил его ударом. Керамбит столкнулся с «Жалом», и искры посыпались в стороны. Они закружились в тесном пространстве, клинки звякали о клинки, и каждый удар отдавался болью в руках Саймона. Он знал — он проигрывает. Но он не отступал.

— Ты просто неудачный эксперимент. — сказал начальник, оттесняя его к стене.

Саймон сделал обманное движение, замахнувшись ножом в правой руке, а левой — с гранатой — попытался ударить начальника в корпус. Тот перехватил его левую руку, сжимая запястье Саймона со стальной хваткой.

Саймон разжал кулак, и в свете пожаров блеснула граната. Чекой не было. Взрыватель был уже активирован.

Начальник опустил взгляд. Его глаза на мгновение расширились.

— Ублюдок… — выдохнул он.

Саймон улыбнулся.

Свет. Огонь. Взрыв, который разорвал тишину станции на тысячи осколков.

Эпилог

Луна очнулась в стерильной белой комнате. Пахло антисептиком и чистым воздухом — не тем, к которому она привыкла в Найт-Сити. Над головой мягко гудела вентиляция, а за окном простирались зелёные холмы, которых не было в городе.

Она попыталась встать, но тело не слушалось. Руки были перевязаны, на запястье тускло мигал медицинский браслет. Рядом, на стуле, сидела тётя Хань. Она выглядела старше, уставшей, но держалась прямо.

— Ты очнулась, — сказала Хань, и в голосе её слышалось облегчение и вина одновременно. — Я боялась, что ты не проснёшься.

Луна не ответила. Она просто смотрела на неё пустым взглядом. В голове всё ещё звенел гул взрыва, но тело молчало, предательски спокойное, укутанное в чистые бинты.

Прошло несколько дней. Хань приносила еду, воду, пыталась говорить, но Луна молчала. Она смотрела в потолок, на белые стены, на свои руки, которые больше не чувствовали веса пистолета. Внутри была пустота, заполненная только одним — тихим, холодным звоном внутри черепа.

На третий день она взяла планшет, который Хань оставила на тумбочке. Её пальцы сами нашли тёмный форум — тот самый, где наёмники обменивались новостями и слухами. Она ввела ключевые слова: «электростанция», «взрыв», «команда». И через несколько секунд экран засветился заголовками, от которых внутри всё оборвалось.

«Неизвестная группа наёмников уничтожена при взрыве на объекте Биотехники».

«Идентифицированы тела: Ласка, Весельчак, Рой, а также неизвестный мужчина, предположительно, начальник службы безопасности корпорации».

«Обнаружено тело Саймона Райли. Идентификация подтверждена. Причина смерти — множественные осколочные ранения в результате взрыва».

Луна прочитала это один раз. Потом второй. Потом она перечитала каждое слово, надеясь, что где-то ошибка. Но нет. Все они были мертвы. Команда, которую она любила, исчезла. Саймон, её лучший друг, человек, который прошёл с ней через всё, — тоже был мёртв.

Она отложила планшет и долго сидела, глядя в одну точку. Слёзы не шли. Внутри была только глухая, давящая боль, которая разрасталась, заполняя каждую клетку тела. Она не плакала. Она просто перестала чувствовать.

Следующие дни она провела в кровати, уставившись в потолок. Она не ела, не пила, пока Хань не начинала уговаривать её почти силой. Луна была как тень — живое тело, в котором больше не осталось жизни. Единственное, что она делала, — это смотрела на браслеты Ласки, которые когда-то снял с её руки Саймон, а потом они каким-то чудом оказались у Луны. Она сжимала их в ладони, чувствуя холод металла, и думала о том, что всё могло быть иначе.

А потом она приняла решение.

Она встала, оделась и села в своё нетраннерское кресло. Хань вошла в комнату, увидела её и замерла.

— Луна, что ты делаешь?

Луна не ответила. Она закрыла глаза и перенеслась в Сеть.

Она шла по цифровым просторам долго, не останавливаясь, пока не добралась до чёрного заслона — места, куда обычные нетраннеры не совались. Она не знала, что там, но знала, что хочет уйти туда, где никто не сможет её достать. Где больше нет боли.

Она перешагнула заслон.

Вокруг было темно, но в центре, в тусклом свете, стояла женщина. Высокая, с серебристыми волосами и спокойным, древним взглядом. Она смотрела на Луну, и в её глазах не было ни удивления, ни враждебности.

— Ты здесь, — сказала она. Голос её звучал мягко, но в нём чувствовалась сила, которая не поддавалась времени. — Я ждала тебя.

Луна узнала её. Это была Альт Каннинген — легенда, цифровой призрак, который существовал в Сети дольше, чем большинство людей жили в реальности.

— Ты знаешь, кто я? — спросила Альт.

— Нет, — ответила Луна. — Но я знаю, что здесь я не смогу страдать. Здесь у меня нет тела. Здесь нет боли. Все, кого я любила, мертвы. Все. Я не хочу оставаться в мире, где их нет.

Альт протянула руку. Её пальцы светились мягким серебристым светом.

— Я ушла из мира живых, когда потеряла всех, кого любила, — сказала она. — Но я не умерла. Я стала чем-то другим. Ты можешь сделать то же самое.

Луна смотрела на протянутую руку. Одна секунда. Две. Она вспомнила Саймона, Ласку, Роя, Весельчака. Она вспомнила их голоса, смех, их веру в неё. И поняла, что не может оставаться в теле, которое помнит их утрату.

Она протянула руку в ответ. Их пальцы соприкоснулись — и мир вокруг осветился мягким, тёплым светом.

— Я готова, — сказала Луна. — Я хочу уйти.

Альт улыбнулась и повела её за собой, в бескрайнее цифровое море, туда, где нет боли, где нет смерти, где есть только свет и бесконечная сеть.

Хань сидела в пустой комнате, глядя на тело Луны, которое больше не дышало. Мониторы погасли, и тишина в комнате была абсолютной. Она закрыла глаза и прошептала:

— Прости, девочка. Я хотела защитить тебя, а потеряла навсегда.