Призраки мёртвого мира. Выбор сильных

Пролог. Со смертью встреча у меня

Двести пятьдесят шесть лет назад.

Планета Земля. Побережье Северного Ледовитого океана.

Перед стартом.

– Вот почему мы тогда не взяли те блоки? Они же были там, на складе. Да ещё и исправные. Доп жизнеобеспечение и анабиозки. Вот мы, мужики, сглупили?

Солдат в лёгком защитном скафе, сказавший эти слова, размахнулся и метнул камень вниз. Прямо в бушующие волны кипятка. Ему было и смешно, и грустно. Смех вызывал этот океан, который ещё двадцать восемь лет назад сковывали вековые льды. И долгие годы здесь, на поверхности, даже не было атмосферы.

Но стараниями групп тех, кого называли поисковиками, лазутчиками или сталкерами, было добыто критически важное оборудование. Важное как для выживания тех, кто пережил конец света в бункерах, так и для возрождения Земли. Вначале никто ещё не знал, что на гибель обречено само Солнце.

Такой командой поисковиков и был отряд из одиннадцати солдат, которые сейчас стояли на берегу. Солдаты, которым предстояло принять самое непростое решение. Выбор сильных. И они его сделали. – Хорош вздыхать, Юрец. Или ты, старый козёл, намеревался жить вечно, а? – спросил с лёгкой усмешкой ещё один боец. Вот только сколько же грусти и тоски было в этом голосе.

– Да все мы здесь старые козлы. Засиделись мы, братцы, на этом свете, – поддержал разговор ещё один голос. – А они только жить начинают.

И никто из этих одиннадцати мужчин даже не упомянул, что после прохождения той процедуры, в которой именно военные были первопроходцами, их срок жизни резко увеличился. Триста пятьдесят или четыреста лет – неплохой побочный эффект. Вот только они сами уже не могли назвать себя людьми.

Генетическая модификация, которая должна была помочь им пережить сверхвысокий уровень радиации и другие поражающие факторы, была крайне мучительной процедурой. Как в плане внедрения мутагенов и препаратов в организм, так и в процессе перерождения. И второй процесс, растянувшийся на несколько недель, был особенно мучителен. Постоянная тошнота, судороги и боль в каждой клетке тела.

Сначала они все побледнели, будто альбиносы. Даже волосы у части добровольцев стали белыми как снег, а у других почернели как уголь. Потом свет, который и так был тусклым из-за дефицита, стал жечь глаза. А метаморфозы скелета продолжали курочить тело.

Каждый из них в итоге стал куда выше, чем был до этого, крепче и сильнее. А ещё помолодел из-за непонятного сбоя механизма укорачивания теломеразы.

Но наибольший шок у каждого из тех, кто пережил ускоренную и не отлаженную до конца, процедуру модификации, вызвали не новый облик или возможности, а то, что появилось внутри. Чёрная кровь, напоминающая смолу при попадании на воздух, теперь текла в венах каждого из них. Как знак того, что пути назад нет.

Обречённые на гибель стали напоминать живых мертвецов: бледная кожа с серым оттенком из-за текущей в жилах крови, чёрные провалы глаз без зрачков и белков, да и живут, считай, в могиле под землёй. Но они выжили. Стали первыми, за кем подтянулись и остальные. Процедуру превращения смогли замедлить, поэтому новички медленно и без мук менялись в течение двух-трёх лет.

Они, те, кто стали первыми модификантами, хорошо поработали в течение всех этих лет. Поиск банков данных, информации по передовым исследованиям, новейшего оборудования, ресурсов, других уцелевших и даже культурных ценностей и предметов искусства – это их наследие.

До взлёта ковчега оставался час с небольшим. Их вещи уже на борту, но они не полетят в новый мир. Рутинная проверка сигнала, который перехватила их патрульная группа. Просто правильное выполнение правил устава. И солдаты нашли заблудившийся вездеход.

Не все укрытия смогли пережить эти годы буйства стихии и радиации. То укрытие было удалённым. Два года никаких вестей после крайнего сеанса связи. Спасатели нашли лишь обвалившиеся тоннели. Никто и не знал, что глубже были выжившие. Те, кто не мог связаться, а только слушали радиоэфир.

Ресурс ковчега был ограничен. На потерянных не рассчитывали, сроки поджимали, а потому ковчег имел строгие ограничения. Даже анабиозных капсул не хватало на всех, а перелёт в новый мир мог занять годы. Потому наверху скрепя сердце, приняли тяжёлое решение – утвердить экипаж спасательного звездолёта из числа тех, кто эвакуировался в космопорт из других убежищ.

Никто не рассчитывал, что обитатели погибшего бункера сумеют откопаться. И даже смогут отправить свой последний транспорт в космопорт с теми, кого они хотели спасти больше, чем себя – с детьми. Двое взрослых сопровождающих, которые вряд ли получат место, и пятнадцать малышей. Да, дети модификантов растут и взрослеют быстрее, как вскоре выяснилось, но пока это просто крохи. И для них нет места.

Одиннадцать солдат умели считать. Поэтому понимали, сколько ограниченных ресурсов жизнеобеспечения предназначено на их отряд. Они не знали, пойдёт ли командование на новую жеребьёвку или что-то вроде. Скорее всего, их грамотные командиры примут тяжёлое решение. Всё же в новом мире будут нужны спецы, а не несмышлёныши.

Выбирай меньшее из двух зол, но в любом случае ты выберешь зло. Одиннадцать поисковиков сделали по-другому. Они не выбрали зло, а пошли по тому пути, что до конца смогут пройти лишь сильные.

Вездеход, а вместе с ним их жетоны, сборщики проб и некоторые их личные вещи уже должны достичь ковчега. Вот ведь ирония. Двум доходягам, водилам и пятнадцати малышам хватит места и тех ресурсов, которые предназначались для людей, стоящих перед бушующим морем раскалённой воды. Хотя какая там вода. Больше пепел и грязь.

Здоровяк, который стоял правее командира, тяжело вздохнул и что-то пробормотал на родном языке. Кроме него, больше никто на нём не говорил.

– Ты чего, Стаг? – спросил офицер своего солдата. Нет, этот парень не струсит. Никто из них не отступится. Да и поздно.

– Тоскливо, командир. Я ведь не только последний мужчина в роду, но и последний из своего народа, понимаешь.

Это было правдой. Стаг так и не нашёл соплеменников среди выживших. Умрёт он – умрёт его народ.

– Нет, тут ты сильно не прав, брат, – грустно усмехнулся его командир. Стаг посмотрел сверху вниз на того, с кем прошёл огонь и воду.

А офицер продолжал говорить:

– Один человек растворится среди других. Мы все, если ты помнишь, даже в хранилище генного материала госхрана тогда специально влезли. А потом нас архивариусы заставляли собирать информацию об исчезнувших народах: традиции, обычаи, легенды, сказки, музыку.

– Я тогда на запись несколько часов танцевал даже. И пел, – произнёс здоровяк, а несколько солдат кивнули, вспоминая похожие моменты.

– Так что этих людей восстановят. Эти народы, их дух, культура не потеряны теперь безвозвратно. Но одно я скажу точно, – голос офицера наполнился сталью, – что если бы я был на твоём месте и сделал другой выбор, то я погубил бы всё. Всю память предков, все их славные деяния, все их победы так легко перечеркнуть одним неверным поступком.

Воцарилось молчание, только лишь шум волн доносился снизу.

– Нет, Стаг. Ты не последний из своего народа. Ты его не погубил. Ты даровал ему возрождение и бессмертие.

Кто-то шумно вздохнул, услышав эти слова. – Спасибо, командир. Спасибо, Варг, – Стаг протянул руку офицеру для пожатия.

– А ведь то, что мы задумали – тяжкий грех? – произнёс кто-то, и Варг повернулся к нему.

– Дима, он поймёт. И неважно, как мы его зовём: Всевышний, Аллах или как-то ещё. Он всё видит и понимает. Грех – это сделать другой выбор. И если что, мне тоже неуютно.

Офицер, которого назвали Варгом, посмотрел на кипящее море:

– Тоска и пустота, да? И может быть, страх. А вот я боялся ошибиться. Не хотел, чтобы там, когда я снова встречу жену, детей, они посмотрят на меня, как на чужого. А сыновья скажут: ты что наделал, батя? Вот это страшно.

– Мы и не знали, что у тебя была семья, командир, – произнёс один из бойцов сдавленным голосом, а Варг лишь печально усмехнулся. – Серый, мы все потеряли близких. И пережили их на десятилетия. Но сейчас я уверен в одном, – Варг посмотрел на своих солдат. – Мы встретим сначала тех, кого потеряли, а потом друг друга. Соберёмся и посидим, вспоминая, что было.

– С меня мяско, – подал кто-то голос.

– А с меня эчпочмак...

– Да я такой шашлык замариную, мужики...

– Рыбки наловлю. Закопчу потом на щепе. Ум отъешь...

– А я жижгале всех угощу...

Настроение у всех резко приподнялось. А вскоре пришёл вызов из центра, который снова заставил солдат, а точнее воинов, стать серьёзными. Каждый молча достал из кобуры свой пистолет и снял с предохранителя.

– Капитан, какого хера у вас там происходит? Пришёл вездеход с гражданскими, там ваши вещи, жетоны. Вы что удумали? – раздался крик из динамика.

Варг молча приставил ствол к виску. Место тонкое, пуля легко его пробьёт.

– Знаете, я привык к разговорам, что там, на западе, не умели писать сильные вещи. Но это не так. Например, этот отрывок. Адаптированный и укороченный, но этот парень, Алан Сигер, явно что-то понимал.

– Блядь, вы что удумали?! Немедленно вернуться! Это дезертирство! Скоро старт! Звезда уже коллапсировала! Волна уже идёт!

В центре все явно растеряны. Варг и его бойцы это понимали. Но, как они и решили, такие головорезы, как они, в новом мире мало пригодятся. Да и их коллег на борту осталось немало.

Варг начал читать свой последний стих:

Со Смертью встреча у меня

На баррикадах, средь огня.

За руку Смерть меня возьмёт. И в царство мрака уведёт.

Сомкнёт глаза, прервёт дыхание… Мне Смерть назначила свидание.

В рации ещё раздавались крики, но воин их не слышал. Его выбор сделан, путь пройден. Палец выбрал свободный ход на спуске.

Я лишь солдат, что дал зарок

Прийти на встречу точно в срок.

Палец закончил своё движение, прогремел выстрел. Потом ещё десяток.

А чуть позже, на взлетающем корабле, ещё один солдат дрожащими руками брал из рук водителя, который привёз детей, свёрток. Там лежал жетон с именем, герметичная капсула сборщика проб, а также металлическая маска, напоминающая череп и угловатый вибронож в чехле. Это было всё, что осталось от его лучшего друга.

Межзвёздный Альянс. Новый Марс.

Город Кеннеди. Посольство Аквитании.

2495 год (сейчас).

Дёрнувшись всем телом, тот, кого сейчас звали просто Древним, проснулся. Оглядев непонимающим взглядом комнату, мужчина вздохнул и вытер бело-серой рукой лицо. Всего лишь сон, но какой ужасающий. Столько лет прошло, а он, спустят столько лет, помнит всё.

Древний ещё раз осмотрел комнату, которую ему отвели под кабинет. Никаких окон. Из мебели лишь рабочий стол с креслом и стульями, перед ним, пара шкафов со стеклянными створками, синтетический ковролин, да чайный столик для гостей с парой диванчиков тихом в углу. Неприметная дверь сбоку ведёт в спальню, а вторая — в коридор.

Помещение выглядит богато: стены обиты тканью и отделаны деревянными панелями, вся мебель кажется сделанной из дуба. Только намётанный глаз Древнего легко отличает обман. Обивка из синтетики имитирует шёлк, мебель и панели пластиковые и лишь раскрашены под древесину, а ещё запах.

Мужчина дёрнул носом. Если ему что-то и не нравилось после модификации, так это обострённое обоняние. Да, он мог бы выследить человека по запаху, но сейчас приходилось ощущать аромат всей этой синтетики. Обманчивая красота, подделка, как и многое здесь. Если в этой части вселенной и есть что-то настоящее, так это люди, имеющие принципы и цель. И ради них он здесь.

Спать в кресле было не очень удобно, но организм запросил отдых. Надо прислушиваться к себе, иначе в один момент можно выгореть. Человек без сил и энергии неэффективен. Фразу, что сон для слабаков, на взгляд Древнего, придумали или очень молодые, или те, кому не приходилось работать на износ.

В его прошлой жизни, которая осталась позади, в учебке говорили, что сонный боец – мёртвый боец. Так что будь добр, оставь это врагу, а сам будь смертоносно эффективен. И не перепутай с эффектностью, это другое.

Чёрные перчатки заняли своё привычное место на ладонях. Секретность никто не отменял, да и не стоит пока никого пугать внешним видом. Особенно глазами, которые напоминают провалы в бездну. У парней лица скрывают маски, а он использует вуаль и голографический экран. Но не в данный момент.

Его гостья ещё не вернулась, а значит, есть время всё обдумать. Этот сон приснился ему не зря. Древний часто видел его. И всегда он прерывался в тот миг, когда тот паренёк, водитель вездехода, передавал ему свёрток с личными вещами Варга. Того самого, первого.

На столе перед Древним стоял небольшой ящик с кодовым замком. Набрав давно знакомую комбинацию, ноль шесть, одиннадцать и две тысячи тридцать девять, дату того самого дня, — мужчина медленно открыл контейнер. Потом он развернул отрез синей ткани, которой были прикрыты немногие ценные для него вещи.

За эти годы кое-что изменилось. Здесь больше не было того самого ножа из вибрирующего сплава с приваренной режущей кромкой из порошкового сплава. Да, клинок остался тем же самым, а рукоять, батарея и генератор колебаний пришли в негодность от радиации. Такой фон был на берегу вскипевшего океана, что пластик и тонкая электроника просто рассыпались.

Древний отреставрировал клинок и подарил тому, кто стал его учеником семнадцать лет назад. Дважды сирота, парнишка-приёмыш в семье специалистов по гидропонике. Тогда, когда Ки́ло с восьмым отрядом зачистили налётчиков, они нашли единственного уцелевшего на небольшой научной станции. Паренёк решил присоединиться к «Мраку», подразделению, которое воссоздали на основе того самого подразделения поисковиков. В первые годы, перед уходом в подполье для всего мира, им ведь и повоевать пришлось.

Когда Древний увидел лицо кандидата в новобранцы и прочёл его личное дело, он вздрогнул. Это не могло быть простым совпадением. Всё-таки он и ему подобные слишком долго спали в анабиозе. Вот потомки успели и ему проблемы в генокоде исправить, и других дел наворотить. Ох и долго тогда пришлось в архивах просидеть. Но это того стоило, учитывая, что он снова стал верить.

Развернув ткань, Древний взял в руки металлическую маску, которая ранее закрывала снаружи шлем скафа. Сейчас бойцы «Мрака» штатно получают броню, где шлем напоминает скалящийся череп.

Мальчишество? Быть может. Быть может. Но мародёры (были и такие, пока не передохли от радиации) в первые годы катастрофы на Земле, отлично запомнили отряд солдат, бьющихся до смерти и, которых возглавляла сама смерть. Даже странно, что эти истории не сохранились среди местных легенд. А ведь многие удивились, что для оснащения спец войск он выбрал такую приметную униформу. Голый расчёт. И дань памяти.

Тот, кого теперь называли Древним, действительно помнил все те имена. Следом за маской мужчина извлёк из ящика пластину голо фото, на котором были изображены двенадцать мужчин: Юрий Воронцов, Василий Истомин, Данил Винниченко, Дмитрий Панков, Ренат Галиуллин, Константин Варламов, Павел Федотов или Павел Первый, рядом с ним Павел Гаряев, затем шёл Стаг Цораев, Алексей Изотов, сам Древний и их командир с позывным Варг. Его лучший друг…

Кроме маски и фото, в ящике лежал личный жетон с почти стёршимся именем и прибор для забора генного материала. И тот материал долго пролежал в хранилище по объективным причинам. Проклятие Первого поколения, как это назвали.

Ускоренная процедура модификации не была опробована, как и терапия в целом. Экстренное решение стоило жизни десятков добровольцев. Учёные и военные, которые должны были исследовать поверхность погибающей планеты и пережившие болезненное изменение, помогли в доработке процесса. Да, не было времени ждать, как воздух нужны были ресурсы, так что никто сперва не исследовал их новый геном.

Лишь через несколько лет, при сравнении образцов первого и второго поколения модификантов, генетики схватились за головы. Бесплодие или дефекты наследственности, риск спонтанного образования и разрастания дефектов во внутренних органах. Даже клонировать их было нельзя. Ещё на земле первые стали частыми гостями и испытателями капсул анабиоза. Ведь среди них было немало ценных специалистов и учёных.

Команда Варга была из этой группы. Именно поэтому Древний после старта и собрания, где обсудили то, что случилось на берегу испарённого океана, лёг вместе с другими первыми в анабиоз.

На совещании все прослушали запись с чёрных ящиков скафов погибших бойцов. Была такая функция, которая помогала удалённо узнать, с чем столкнулись погибшие поисковики. Долго тогда все говорили, спорили, считали, хватило бы ресурсов уцелевшим или нет, обсуждали причины поступка.

Психологи разбирали психологические профили ребят. Кто-то говорил, что бойцы из первого поколения испытывали стресс из-за нависшего над ними рока в виде генного сбоя. Другие говорили о травматическом синдроме, который был вызван личным подтверждением факта гибели близких. Приводили пример Цораева, который нашёл скелеты близких в горном укрытии у себя на родине. Или как Гаряев ходил в родном городе по роддому, где до всего лежала на сохранении его жена. Коснулись и их командира, который во время рейда на берега Волги имитировал проблемы со связью и пошёл в родной дом, чтобы проверить: не успели ли его близкие вернуться? Может, они в ближайшем бункере?

После того как мозгоправы упомянули его друга, он не выдержал. Хлопнув ладонью по стене, Древний тогда вышел в центр зала и сказал, что он думает и о ребятах, и о тех, кто полощет их память, и об уцелевших. Тогда мужчина сказал, что всё случилось потому, что они слабы.

Тому, кто по-настоящему сильный, не нужно выбирать, кого спасти, а кому дать умереть. Сильный не шакал, который будет рвать другим глотки за глоток воды. Не будет лгать и трусить, чтобы спасти свою шкуру. И ложь действительно вскоре стала позором в их обществе. Ведь они все жили в том мире, где у многих остались лишь их жизнь и слово. И они все научились ценить то, что у них осталось.

И если такой человек встанет перед выбором, он выберет лишь один вариант. Тот, при котором он останется человеком, а не зверем и ничтожеством. И одиннадцать воинов сделали такой выбор. Выбор сильных. Пусть сейчас подсчитали, что ресурсов не впритык, и забрали бы всех, но они этого не знали и решили остаться людьми.

Древний тогда долго говорил. И о том, что всё осталось в прошлом, ничего не уцелело. Они могут лишь создать всё заново, и должны учесть ошибки, которые были у их общей родины в прошлом. Они должны стать сильнее и в любом случае оставаться людьми, а не быть тварями дрожащими.

Эх, знать бы тогда, к чему эта его речь приведёт. В одном он покривил перед гостями. Не уточнил, что его триста с копейками лет — не биологический возраст, а хронологический. Много времени ему и другим первым пришлось из-за дефекта генома провести в анабиозе. Первый раз их разбудили после очередного неудачного прыжка.

Генератор гравитации был повреждён, и ковчег медленно падал на тёмную планету с высокой гравитацией. Один и семь земной ‒ жить можно, но тяжеловато. Говоришь, будем сильными? Ну так подай пример.

Новая Земля ‒ тёмный, безжизненный мир без атмосферы и с высокой гравитацией. И их новый дом. Хорошее место для тех, кого местные назвали Призраками Мёртвого мира. Будто специально судьба подбросила им испытание, чтобы они встали сильнее. Бывшие поисковики, а теперь первопроходцы, смогли найти хорошее место для посадки. Достаточно ресурсов как для протобактерий, генерирующих из базовых элементов органику, так и для ремонта корабля. Даже для синтеза альфарита.

Но они не улетели. Их новые тела легко приспособились к жестоким условиям. Всем была нужна передышка. Построили несколько кораблей с гиперприводом, первопроходцы исследовали ближайшие системы, наметили места для поселений, а потом легли спать в ожидании исцеления.

И почти сто лет назад их разбудили для излечения. И нарекли Древними. Ведь почти не осталось тех, кто жил на земле. И те, считай, дремучие старики. Нет, тело и разум крепки, но первые признаки старения стали давать о себе знать.

Весёлое было время. Не каждый день тебя назначают старейшиной с высокими полномочиями. И твоего совета ждут расплодившиеся потомки. Ох, и как же буквально они поняли, что надо быть сильными. Даже армию создали, которая ни с кем не воевала. Прямо культ и жизненная позиция. Но в некоторых вопросах реально как дети. Что поделать. Изолированный социум.

А лет через тридцать они впервые столкнулись с потомками других уцелевших. И армия быстро обрела боевой опыт. Благо, эти фанатики не знали, где находятся территории Союза, чтобы обрушить туда все силы. Да и было время нормально разобраться с причинами первых неудач, которые имели место ввиду недостатка опыта. Повезло, что такого не было у обеих сторон. Вот только у Призраков были Древние с большим опытом ведения войны до и после катастрофы.

Хотя у противника всё же был весьма своеобразный опыт применения насилия. В плане усмирения бунтовщиков и неверных. Религиозное теократическое государство в космосе. Расскажи кому в прошлом ‒ покрутили бы пальцами у виска. Договориться с такими не было возможности.

Древнему тогда пришлось создать пятое подразделение в довесок к «Опустошителям», «Защитникам» и остальным. Самое новое подразделение и при этом самое старое ‒ подразделение «Мрак». Реинкарнация их отряда…

В «Мрак» шли те, кому уже нечего было терять. Как и тому, кто теперь носил имя Варг. Древний сам так его назвал. И отдал то, что принадлежало ему по праву.

А ещё через почти двадцать лет разведчики, которые исследовали другую часть космоса, наткнулись на ещё одну ветвь человечества. Первый контакт не задался. Клановцы в итоге потеряли несколько кораблей, а Союз отправил парламентёров в столицы самых крупных государств.

Эх, не было у них тогда сил для демонстрации. Эти нормалы тоже добрых слов не понимали. Итог ‒ вялотекущий конфликт. Который десять лет назад чуть не полыхнул со всей силы. Пришлось устроить местным кровавую баню, чтобы их жадные лидеры поняли, с кем связались. Ведь на терраформинг Возрождения ушли десятилетия. И никто в Союзе не верил, что Альянс или Драконы не поняли, откуда на этой планете один лишь земной биом.

Вот только у прецедента с «Гризвольдом» были более далекоидущие последствия. Святая Истина узнала, что кроме ненавидимых ими мутантов, есть ещё люди в этой части вселенной. И это заблудшие еретики, которых нужно обратить в правильную веру.

Вспомнив, что из себя представляет религия этих фанатиков, Древний чуть не сплюнул. Взять тоталитарную секту из прошлого Земли с подавлением личности её членов, рабским трудом, кастовым разделением и натянуть на несколько десятков миров ‒ вот тебе и Земля Святой Истины. Хотя скорее лжи. И иерархи явно подбивают клинья хотя бы под Альянс. Разведка это подтверждает.

Упустили они момент в прошлом. Благо, в последние годы всё меняется. Никому, кроме корпоратов, части конфедератовских функционеров и Первых Семей, конфликт не нужен. Люди жить хотят. Вот только если случится приход армады фанатиков, то против них не устоит ни одна местная армия.

‒ Хватит. Достаточно мы вас прикрывали. Пора хоть здесь заканчивать этот цирк, — произнёс мужчина, нажимая кнопку вызова.

Ворон пришёл через пару минут.

‒ Древний, посланница президента Альянса подъезжает. Проводить её сразу к вам или пусть подождёт?

Нет, — мотнул мужчина головой. ‒ Веди её сразу сюда. И приготовьте нам чай.

Ворон кивнул и повернулся через плечо, но у выхода его догнали слова старейшины:

‒ Спасибо за всё, Юра.

Ворон дёрнулся, услышав это имя, обернулся, но Древний уже изучал данные на информационном планшете. Офицер, который здесь уже отвык от своего имени, был удивлён. Старейшина будто сам не свой. Да ещё и маска, напоминающая шлемы мраковцев, лежит на его столе. Что с ним?

Офицер покинул кабинет, а Древний смотрел ему вслед. Полковник Ворон, он же Юрий Воронцов. Такое знакомое лицо. Радует, что ребята тоже не конечны. А ему предстоит непростая встреча.

‒ Будь я лет на сто моложе. Старый ты пафосный козлина, Лёха.

Глава 1. Какая неожиданная встреча

Добывающая станция «Гриндер».

Мастерская недалеко от складов.

Если что-то и могло ещё быть странного в этот день, так это поведение парочки искинов. Хотя Джессика сразу поправила себя, что искин тут один, а второй мультяшный волчонок лишь нейрослепок оригинала.

Нечасто увидишь, как виртуальный аватар ИИ, перекинув через колено, шлёпает по седалищу свою копию. Именно такую картину девушка лицезрела на экране своей деки.

Да, тот, кто писал изначальный код и занимался обучением Фенрира, явно большой оригинал. Иначе с чего бы тому прилюдно наказывать своего «отпрыска».

Чёрт, у Призраков всë не как у людей. Даже искины размножаются копипастом. Или в этом случае просто имело место крайне дурное влияние одного ехидного головореза в весёлом шлеме?

Девушка скосила глаза в сторону Варга, который сидел у стены без шлема, со снятым передним щитком брони и расстёгнутым подскафником. К мощной груди воина были прикреплены датчики из его же медблока, а к животу присосался автономный хирургический инструмент. На этого авто хирурга Джесс прикрепила более широкую насадку перед началом. Полостная операция – это вам не шутки.

Извлечь пули из рук и бедра Варг смог сам, а вот успеть перекомпоновать для операции прибор из своего арсенала... Последствия применения боевой химии не вовремя дали о себе знать. Воин просто упал у 3D принтера в мастерской.

Здесь, не без помощи терпящей наказание нейрокопии Фенрира, Джессика и Найтингейл нашли своего нового товарища. У каждого из них были свои интересы в отношении Варга.

Найтингейл хотел как отплатить за своё спасение, так и помочь своему народу. Союзовцы, как оказалось, имели долг жизни перед его родным кланом. И Варг мог подтвердить это перед своими.

Хотя у Дэна, конечно, были старые записи, ещё с Земли. На них Давина Макинтайр, дочь одного из лидеров клана, заключила сделку со старейшиной тех, кого сейчас звали Призраками. И один из сопровождавших мужчину воинов был удивительно похож на Варга. Ещё одна загадка. Его предок? Или он сам?

У Джесс были свои резоны найти эту ходячую «машину смерти» в череполиком шлеме. Ещё на станции «Афина» она заподозрила, что Варг был именно тем Черепом с записи, которую командование Колониальной Пехоты считало подтверждением казни военнопленных на Новом Эдеме. На ней перед убийцей с ножом в руке, стоял отец девушки – майор Сэмюэль Картер, командир разведбата из Корпуса.

Самого момента убийства на записи не было. Но все и так знали, что Призраки жестоки и не берут пленных. А после подтверждения того, что на записи реально был Варг, Джесс была твёрдо уверена, что нашла убийцу своего отца.

Девушка даже стала готовить покушение на Черепа. Благо тот, как по заказу, после инцидента на «Афине», попал именно в экипаж Найтингейла. Официально в наказание, но, как позже поведал ей Дэн, командование Призраков всё подстроило.

Устроенная солдатами Союза драка была чрезвычайным происшествием. После этого дипмиссия Призраков и администрация станции стали сотрудничать, чтобы спустить скандал на тормозах. Ну и союзовцы, ничуть не смущаясь, просто подкупили персонал станции и Патруля, которые испытывали жёсткий недостаток в ресурсах.

Вот так неожиданно Варг попал к ним на корабль. Джесс планировала инсценировать взлом орудийных турелей, чтобы они расстреляли этого мерзавца. Однако всё случилось иначе.

Сначала девушка узнала, что софт с чёрного рынка испорчен. Это ей рассказал Дэн, который приятельствовал с шефом полиции станции. А потом их патрульный корвет причалил к этой станции и начался сущий Ад. Именно Варг спас обоих уцелевших.

Как оказалось, Призраки отправили в этот рейс своего лучшего головореза потому, что подозревали одного из патрульных в тёмных делишках. Они считали, что он связник пиратов, которые организовали на станции ячейку. Вот только никто не мог ожидать, что большая часть людей в шахтёрской колонии будет или мертва, или инфицирована каким-то непонятным вирусом. Пусть и компьютерным, который перепрошил их личные импланты, что считалось невозможным.

Джесс сама чуть не стала жертвой как самих одержимых, так и агрессивного вирусного приложения. И спасли её именно Варг и Фенрир. Тогда она и получила в свой имплант мини-копию искина. И маленький поганец намекнул ей, что Варг кое-что скрывает.

Немного поразмыслив над увиденным и услышанным, плюс вспомнив оговорку Варга в адрес Дэна о её прозвище, Джесс поняла, что именно мог скрывать воин. Потому убедила мини Фенрира, что им необходимо найти подстроившего свою «смерть» Черепа.

Так они и оказались здесь, найдя раненого Призрака. Джесс вызвалась ему помочь, хорошо отдавая себе отчёт в том, что, увидев внешность одного из союзовцев без маски, она рискует и жизнью, и свободой. Но это того стоило. Варг подтвердил догадку девушки: еë отец жив, и находится не просто среди Призраков, а вместе с ними тайно прибыл на «Афину». И именно он попросил Черепа за ней присмотреть.

Иронично, но сейчас она помогает спасти жизнь того, кого всё это время ненавидела. Хотя события последних часов этому поспособствовали. Ведь Варг выручил её саму и Дэна вырвал из лап каннибалов. Да ещё и рискнул пойти за теми детишками, на которых террористы собирались его выманить.

Этих наёмников, которые захватили всё вокруг с неясными целями, другим словом, отличным от террористов, назвать было сложно. Особенно Джесс впечатлили истории Дэна об их лидере, азиате со шрамами на лице. Гао Девять Драконов – известная личность среди спецслужб Альянса, Конфедерации и крупных кланов. Точное его происхождение было неизвестно, что вызывало удивление у специалистов.

Зато дела говорили о многом. Угоны и уничтожения пассажирских звездолётов, взрывы гражданских куполов, политические убийства, захват заложников – таинственный лидер наёмников, лично расстрелявший женщину и ребёнка, много, где отметился.

И самое удивительное, если верить Дэну, никогда не была ясна его идейная позиция. Будто азиату нравилось убивать и сеять хаос. Словно ему было плевать, на кого работать, с кем воевать и за что. Самый яркий пример беспринципного наёмника.

Джесс посмотрела на индикацию приборов, которыми она облепила Варга. Кроме автохирурга, который закончил извлекать из живота бойца пулю и теперь сшивал повреждения. К его груди был подсоединён довольно компактный аппарат для фильтрации крови. По трубкам через воткнутые в тело иглы циркулировала чёрная кровь Призрака и другие жидкости.

Фенрир сказал, что нужно очистить кровь от остатков стимуляторов, продуктов распада и напитать её лечебными и укрепляющими препаратами. И эффект не заставил себя ждать. Бледное лицо Варга стало наливаться своеобразным серым румянцем, веки подрагивали, и даже жуткие гематомы на груди стали светлеть.

Всё-таки модификант имел крепкое здоровье, а регенеративные способности организма были явно улучшены. Джесс верила искину, что воин вскоре придёт в себя и будет почти в норме. А ведь почти час назад он был полумёртвым.

Они искали его где-то пару часов, а с момента взрыва в доке прошло почти три. Сложно сказать, когда бы Варг очнулся, но помощь спутников помогла ему быстрее прийти в норму.

– И впредь слушай старших, выполняй приказы и не занимайся самодеятельностью, – прокричал Фенрир после финального удара по пятой точке своего «отпрыска». Тот не стал задерживаться, а сразу убежал за пределы экрана.

Вскоре его обиженный голосок зазвучал в голове Джессики. Та лишь улыбнулась. Дэн был прав – своеобразный напарник Варга, тот ещё мелкий позёр и фанат клоунады. И это искин, способный взломать самый прочный файрвол? Призраки, вы точно отбитые.

– Фух, устал. Джесс, наш парень в сознании, но лёгком забытье от лекарств. Рану я ему зашил, но он явно хочет пить. Можешь его напоить?

Девушка посмотрела воину в лицо. Веки были чуть приоткрыты, открывая чёрные глаза Варга, который стал глубже дышать.

Джессика достала из подсумка фляжку, открутила крышку и поднесла к лицу раненного. Варг сделал глоток, подержал жидкость во рту, а потом проглотил. А потом ещё пару глотков.

Наконец, его глаза открылись, и воин кивнул Джессике:

– Спасибо.

– Не за что. Как ты? – улыбнулась она. А ведь ещё утром девушка была бы рада выстрелить ему в спину.

Варг покачал головой и скривился:

– Бывало и хуже. Сам виноват. Просчитался и нарвался на засаду. Их главный хорош. Подстраховался, гадёныш. У них и тяжпехи были.

Джесс кивнула:

– Да, Дэн его узнал. Это какой-то известный террорист. Воюет за того, кто больше платит. И никто не знает, откуда он взялся. Вроде уроженец Конфедерации, но Драконы клянутся, что он не один из них.

Варг, который в этот момент отцеплял от груди аппарат диализа и хирургический инструмент, вдруг резко замер. Что-то щёлкнуло в его голове. Какой-то факт, который он упустил. Нечто очень важное.

– Интересно. Выглядит так, будто кто-то старается отмазаться от бешеной собаки, которую хозяева вовремя не пристрелили.

Инструменты в рюкзак, подскафник застёгнут, броню на место. Осталось надеть шлем, посмотреть, что пригодится для ремонта повреждённой защиты, проверить снаряжение и можно двигаться дальше.

– Дэн его также назвал. Никаких принципов и идеалов. Будто он ненавидит и презирает весь мир.

Варг замер на месте, услышав эти слова. Сейчас в его голове зажглась вспышка озарения, пазл, наконец, собрался. А ещё улучшенный слух воина уловил вдалеке, в том тоннеле, что вёл к докам, такой смутно знакомый звук. Механический, но ритм рваный и прерывистый. Неправильная машина.

Бойцу «Мрака» сразу вспомнилась та лекция, которую он читал Буру после их памятного спарринга. О расслаблении и поддержании концентрации. О помощи подсознания в анализе окружения.

Вот подсознание вдруг и заорало таким матом...

– Варг? – Джессика посмотрела на нависшего над ней воина, который прикрыл глаза и словно к чему-то прислушивался. Никаких эмоций, так быстро преобразился её спутник. Даже дышать стал тише и реже. Что случилось?

– Фен, отправь обратно к докам, дрон. Настрой его на немедленный возврат, если он нарвётся на работу РЭБ.

Быстрым и неуловимым движением Варг надел шлем. Джесс невольно сглотнула. Пусть броня Черепа и была повреждена, это не мешало ему по-прежнему выглядеть опасным и смертоносным. И сейчас он действовал.

Подойдя к стеллажу, где хранились канистры с очень вредными растворителями и другими техническими жидкостями, Варг начал там копаться. Повертев в своей лапе пару бутылей, головорез удовлетворённо кивнул, а потом резко сорвал с них крышки.

– Закрой шлем. Сейчас завоняет, – проскрипел вокабулятор, а воин уже принялся щедро разливать омерзительно пахнущую жидкость по полу.

– Варг, какого ты творишь? – прохрипела Джессика, захлопывая шлем.

– Потом. Дэна позови. Мы снова в полной жопе. Эти точно с двух сторон зайдут.

Как улетел дрон, заметил только Фенрир. И ему реакция напарника ну очень не понравилась. Сейчас, имея возможность замерить токи его мозга датчиками шлема, искин испытал чувство, которое люди называют дежавю. Точно так же показатели выглядели, когда Варг шёл через толпу перепрошитых людей. И сейчас он снова разгонял состояние боевого транса.

Вот только в тот раз он не был ранен. Да, пули извлекли, кровь почистили, но сил Варг потерял много. Да и его броня потеряла почти сорок процентов прочности, а местами и больше.

Особенно Фенриру не нравилось, что Варг явно встревожен. Ну да, за себя этот псих не особо боится, а вот за ребят...

Дрон «Свиристель» вернулся неожиданно. И времени прошло совсем мало. А мини-разведчик уже наткнулся на работу станции РЭБ. Причём профиль излучения был в его крохотном банке памяти. Да ещё помечен как враждебный. Всё интереснее и интереснее.

– Блин, ведь он же меня сразу неверным назвал, – тихо бормотал Варг. Память искина работала с быстротой молнии, так что он сразу понял, о ком речь. Об азиате, который руководил террористами и лично перед камерой казнил заложников. Так, он хотел вывести Варга из равновесия. Правда, в итоге заметно обгадился, когда мраковец ему перезвонил.

– Приятель, ты что, мыть собрался? Бля, шмонит как труп, который пару недель у термостата гнил. Это очиститель для чистки трубопроводов?

Дэн Найтингейл, который только вошёл в комнату, сразу понял, что дело плохо. Захлопнув шлем и передав карабин девушке, пустотник вопросительно посмотрел на Варга.

– Дэн, там, снаружи, мой самопальный ЭМИ шунт. Принеси побыстрей. Скоро пригодится. Они рядом.

Клановец соображал быстро. Он не только взял самоделку Призрака, но и начал прикручивать её к электрощиту изнутри.

– Работа по КЗ? – спросил Дэн.

– Именно. На лету ловишь.

Воин, который опустошил бутылки с растворителем, начал возиться в панели рядом.

– Я кину вам маршрут. Уходите, Дэн. Мне вы обуза сейчас. Эти парни очень опасны. И безжалостны.

– Наёмники? – Дэн закончил свою часть подготовки ловушки и потянул из кобуры «Цестус».

– Ну, можно их и так назвать. Мы их фантиками зовём. Но им бы больше подошло суки.

Патрульные удивлённо посмотрели на Призрака.

– Так, бегом марш. Они замедлились, но скоро будут здесь.

Фенрир, благодаря наушникам брони, тоже это слышал. Из тоннеля доносилось едва заметное шипение. Будто клапан сброса давления. И ритм неровный, иногда пропадает. С лёгким удивлением искин опознал работу...

Гидравлического привода для скафа? Да кто использует такую архаику в век электромышц из эластомерных полимеров? Нет, плюсы есть, но конструкция тяжеловата.

Фенрир, проанализировав звук, понял, что сюда движутся четверо в такой броне. И они замедлились тогда, когда Варг разлил растворитель. Они же не учуяли его?

– Понял, – кивнул Дэн. – А хорошие новости есть?

– Конечно, – прошипел Варг. С таким злорадством в голосе, что его спутники невольно пожалели неизвестных преследователей.

А воин тем временем закончил свою мысль:

– Мне скоро принесут гранаты. Это прекрасно.

Добывающая станция «Гриндер».

Технические тоннели.

Детектор запаха вдруг в одно мгновение стал бесполезен. Резкий химический след перебил тонкий запах крови богомерзкого мутанта. И это точно не было совпадением.

Однако четвёрка бойцов в гладкой серой боевой броне была непростыми Защитниками Веры. Таких, как они, слуги Истины называли исповедниками. Одни из лучших охотников на неверных, а особенно проклятых.

– Связи нет, старший брат. Группа брата-сержанта ещё далеко. И детектор забит помехами. Как он узнал, что мы идём за ним?

Командир группы тоже думал об этом. Эти неверные, как раз знают их возможности. Вот только ранее их братья, солдаты одного из Пастырей, действовали здесь под прикрытием местных наёмников. Да и вперёд пускали тех же неверных. Череп не мог знать, кто идёт по его душу. Тогда почему он поступил так.

– Ты опознал, чем он вызвал помехи? Что за химия? – потребовал старший уточнения.

Боец с детектором запустил сравнение по базе. Через полминуты поиск закончился.

– Это растворитель биоматериала. Используется для чистки трубопроводов и коммуникаций от плесени и других наростов.

Старший думал быстро:

– Он ранен. Терял кровь. Наверняка закончил оказывать себе помощь и по инструкции зачищал следы, что он не человек. Смывал свою гнилую кровь. Значит, он рядом и скоро уйдёт. Двигаемся. Как только вторая группа будет в зоне связи, свяжи меня с командиром.

Исповедники, поняв, что противник не скрывался именно от них, продолжили своё продвижение по тоннелю. Вскоре вдалеке забрезжил свет.

По правилам надо было бы кинуть в помещение гранату, но разлитый химикат был горючим. Устроить огненный барьер между охотниками и их целью – что может быть глупее?

Потому впереди пойдёт разведчик. Он всё осмотрит, передаст изображение со своей нашлемной камеры остальным. Если всё нормально, то остальной отряд выдвинется к нему на соединение.

Самый молодой боец пополз вперёд, держа перед собой импульсный автомат. Вот он подполз к вырезанной заслонке, прижался к стене. Вскинув оружие, солдат включил его на приём.

Остальные исповедники внимательно следили за его действиями через камеру. Солдат, не высовываясь из отверстия, обвёл стволом помещение. Никого не было. Свет приглушён, дверь закрыта. Остальные заслонки доступа в тех тоннели также закрыты.

– Вижу частично пол. Никого нет, – доложил солдат.

– Включи оружейную камеру. Наведи ствол вниз и быстро высунь его наружу. Он мог притаиться под проходом.

На дисплее командира отряда зажёгся второй экран. Боец сделал то, что ему приказал старший. Выставил оружие наружу, готовый стрелять. Но никто не атаковал. В помещении реально было пусто. Боец спустился и стал аккуратно обходить мастерскую, осматривая всё вокруг.

– Здесь пусто. Есть следы обыска. Я кое-что нашёл.

– Что именно? – потребовал уточнения старший в группе. Он был таким же рядовым солдатом. Просто ему дали больше прав и полномочий, как самому опытному.

– Вот, старший брат, – разведчик навёл автомат и камеру на странную кучку в углу. Лишь с трудом старший исповедник опознал в этих тряпочках с тёмными пятнами перевязочный материал и тампоны. Неверный ранен. Он не ошибся: враг действительно просто зачищал следы своей грязной ДНК.

– Вперёд, – скомандовал старший остальным бойцам. Вскоре они всё оказались в мастерской и начали осмотр.

Обыск не дал им много информации. Неверный что-то забрал, но что именно – неизвестно, если не иметь описи. А на станции последние дни царил хаос.

– Он ушёл через дверь, старший брат. Заслонки задраены, – доложил один из солдат.

– Хорошо, боец. Проверь дверь на предмет ловушек. Потом идём дальше. В коридоре должна будет появиться связь с братом-сержантом.

– Есть, старший брат, – вытянулся боец. Закинув импульсное на спину, он пошёл к двери, доставая из подсумка универсальный инструмент.

Исповедник подошёл к панели у двери. Его товарищи отошли в другой конец, уйдя с возможной линии открытия огня. Как только техник поддел крышку на пульте, раздался треск электричества. Кто-то закоротил пульт.

И это послужило спусковым крючком для ряда событий. От замыкания заискрился силовой шкаф в углу, а затем раздался резкий гул, и по мастерской прокатилась волна электромагнитного импульса.

В наушниках исповедников раздался дикий гул, внутришлемные дисплеи погасли, а электромышцы скафов отключились. Да ещё от искр из силового шкафа начал загораться разлитый по настилу растворитель.

Но огонь не разгорелся, так как сработали датчики на потолке, которые распылили жидкий реагент в помещении. Конструкция системы пожаротушения была настолько старой и примитивной, что волна ЭМИ не перегрузила цифровые схемы ввиду отсутствия последних.

Всё-таки пустотники понимали в строительстве космических объектов, добиваясь максимально безотказной работы систем. Да и распыляемый в зоне каталитический состав был безвреден для человека без защиты. Главное — с кожи смыть побыстрее.

Так что в помещении повис быстрооседающий пар, который, вместе с перегрузкой датчиков их снаряжения, немного мешал им видеть. Но самым страшным было то, что клапаны дублирующей силовой гидросистемы зависли, затруднив движения. Да и микронасосы встали. Солдаты истины не могли пошевелиться.

– Ну, привет, фантики, – раздался со стороны двери скрипучий голос. – Какая неожиданная встреча. И чего мы тут забыли? Пустой горшочек на плечи сильно давит?

Командир группы, едва проморгавшись после вспышки от сгоревшего из-за нагрузки дисплея, скосил взгляд в сторону и похолодел. В дверном проёме, поднимая в их сторону импульсный карабин, стоял гигант в таком знакомом шлеме, напоминающем череп – элитный боец проклятых. А исповедники не могли даже пошевелиться из-за сопротивления заклинившей гидравлики.

– Надеюсь, что вы, как умненькие говнюки, принесли мне гранат...

С расширившимися от ужаса глазами старший исповедник смотрел, как проклятый навёл ствол на шлем первого его солдата и дважды нажал на спуск.

***

– Долбанёт? – спросил Фенрир, наблюдающий через камеры за индикацией на двери мастерской.

– Да, должно. Напряжение там мощное. Этих ребят слегка дезориентирует. Ну и лёгкий паралич до перезагрузки системы.

– Паралич? Они что, роботы? Напарник, почему в моей памяти ничего нет о таком противнике?

– Потому что ты у нас новенький, и мы пока воюем здесь, – ответил Варг, который ещё раз проверил свежеотпечатанную реплику импульсного булл-пап карабина «Дикобраз», который так ценили бойцы «Мрака» за компактность, точность и убойную силу.

В тамбуре всё ещё лежали трупы одичалых, которым мононить перерубила ноги. Учитывая, что Джессика и Дэн точно прошли здесь, когда искали Призрака, то можно было только восхититься их стойкости. Не каждый день увидишь такое кровавое месиво на пути к цели.

Ещё диверсант отметил про себя, что запах Джессики и Дэна должен остаться на пути. Конечно, здесь много тел, но преследователи вполне могут срисовать ребят. Благо, что тут куча мертвецов, так что их след затеряется.

Варг, кроме проверки снаряжения, продолжал просвещать Фенрира:

– У этих ребят в скафах по штату дублем к электромышцам идёт ещё и гидравлика. Их инженеры решили создать универсальную фигню, которая работает и в космосе, и в водной среде. И в последнем много чувствительных датчиков. Цена компактности. Так что от импульса они какое-то время будут и слепы, и слегка малоподвижны.

– Гидросреда? Не припомню у местных таких миров. Есть пара ледяных спутников, где теоретически может быть вода на глубине, но у местных нет проектов их освоения. Или я чего-то не знаю, напарник?

– Верно, не знаешь, – усмехнулся головорез. – Фантики — они потому, что долбанутые по чирику фанатики, которые с радостью лезут в любую задницу, которую им укажут обожаемые иерархи. И они не местные. Вот и узнаем, чего эти туристы здесь забыли.

В этот момент индикация на двери погасла, показывая, что питание обесточено. Стены с металлическим набором и изолирующим покрытием играли роль клетки Фарадея, не пропуская импульс наружу. Фенрир понял, что ловушка сработала. Остаётся надеяться, что Варг не ошибся и внутри действительно почти обездвиженный противник.

Варг перехватил карабин поудобнее, дёргая обесточенную дверь и смещаясь в сторону. Так, воин ушёл с возможной линии ведения огня. Но никто не стрелял. Только белёсый пар оседал на пол, который кроме растворителя, теперь заливала ещё и пена противопожарного реагента.

Варг присел и выглянул из-за угла, а потом спокойно и плавно выпрямился, подняв карабин на уровень глаз. Преследователи действительно были здесь. Четверо бойцов противника в гладких и обтекаемых серых скафах незнакомой Фенриру конструкции.

Один стоял у раскрытой панели с универсальным инструментом в руках. Ещё трое стояли напротив, вооружённые чем-то напоминающим компактные импульсные винтовки. Модель оружия была Фенриру также незнакома. Но самым необычным было то, что нападающие действительно застыли на месте, лишь едва шевелясь. Со стороны они напоминали кукол с плохо смазанными шарнирами.

– Ну, привет, фантики, – с радостью в голосе произнёс Варг, наводя «Дикобраза» на того серого, который замер у двери. – Какая неожиданная встреча... И чего мы здесь забыли? Пустой горшочек на плечи сильно давит? Надеюсь, что вы, как умненькие говнюки, принесли мне хороших гранат.

Далее Призрак молча выстрелил в лицо первого противника. Защитных лицевых щитков, которые Фенрир видел у альянсовцев и пустотников, у неизвестных не было. Только поляризационные забрала, которые после замыкания питания начали светлеть, открывая бледные и перекошенные от ужаса лица. Серые явно узнали своего палача.

Сдвоенный выстрел, пара небольших дырочек, и голова первого противника взорвалась, окрасив шлем изнутри в красный цвет. Со стороны импульс никак не напоминал работу бластеров из старинных фильмов. Тонкий, прозрачный луч низкотемпературной плазмы разгонял трёхмиллиметровый снаряд и соединял ствол оружия с поражаемой целью.

Красиво, но вблизи выглядит демаскирующе. Поэтому мраковцы применяли его лишь при открытом огневом контакте или на большой дистанции, когда луч рассеивался. При снятии часовых диверсанты предпочитали ЖМВ-шки с режимом гашения пламени и звука.

Ещё по паре никарагуанских пампамов в головы солдат по краям, и в живых остаётся только лишь их командир, отмеченный шевроном на груди. Как ни странно, но мертвецы не упали на пол, а застыли на месте. Заклинившая гидравлика мешала серым двигаться настолько, что погибшие не могли даже упасть.

Последнего противника Варг не намеревался убивать. Пока. Вместо этого воин сместился в сторону с той траектории, по которой противник мог вести огонь. Последний серый смог нажать на спуск, выпуская в панике очередь, которая ушла в стену. В районе кистей рук гидроусилители точно не ставили.

Варг, закинув импульсник за спину, сблизился с противником и захватил того за запястье. Лёгкое движение рукой, автомат падает на пол, а противник за забралом шлема кричит от боли.

– Здорово, турист. И чего вы здесь забыли? Мы же вас предупреждали: сидите дома, целее будете.

Серый никак не отреагировал на слова Варга. Только сверлил того злобным взглядом.

– Ладно, твоих мне ждать нет резона, а то бы поболтали. Ну, бывай. Думаю, больше не свидимся.

Варг, не глядя, порылся в разгрузке противника, который еле шевелился. В руке воина оказался пневмопривод с неизвестной маркировкой. Его диверсант приставил к катетеру на броне в районе локтя. Данное решение было стандартным, если необходимо вколоть лекарство или обезбол, а встроенный медблок не исправен и нельзя снять скаф.

Вколов препарат, диверсант отбросил пневмошприц в сторону. Серый ещё подергался и застыл на месте. Варг в это время быстро опустошал подсумки мертвецов.

– Грены. Феня, а жизнь-то налаживается! Да ещё ремкомплекты для брони. И боекомплект пополним!

Фенрир успел оценить как незнакомую ему, но не напарнику конструкцию гранат, так и вполне привычные шестигранники, напоминающие металлическую губку – запасные элементы металлополимерной брони.

По форме и размеру они вполне подходили броне Варга. Искин уже заметил параметры и знал, что если снять с щитков скафа внешнюю оболочку, то эти запчасти встанут в ячейки как влитые.

И это странно. Если противник вроде как неизвестен, то как его снаряжение может стыковаться с твоим. Да и верхние части магазинов импульсников очень непростые.

Приёмная горловина «Дикобраза» была регулируемой по размеру, позволяя вставлять различные магазины. Калибр, трёшка ещё на земле стал стандартным для личного импульсного оружия, и ничего за эти столетия не изменилось.

Фенрир ранее, когда отправлял чертёж на печать, отметил странность с диапазоном приёмника – очень большой. И вот у Варга в руке лежит боекомплект, который в этот диапазон вписывается. И это наводило искина лишь на одну мысль.

Разведывательные и диверсионные подразделения часто продолжительное время действуют автономно, находясь впереди своих сил или в тылу врага. То есть вдали от своих линий снабжения. Поэтому в их тактику входит использование трофеев от противника: патроны, пища, медикаменты. И всё указывает на то, что как минимум подразделение «Мрак» заточено на противостояние с этими серыми. И давно, раз Варг знаком со снаряжением, традициями и тактикой серых.

Да кто это такие? Плюс, со слов Варга, они ещё и религиозные фанатики.

Тем временем произошёл перезапуск систем в скафах нападавших. Блокировка гидравлики прошла, тела стали оседать на пол.

Варг, закончивший трофеить всё, что под руку попадается, подхватил вырубленного противника и потащил его к двери — за эвакуационную петлю на скафе.

– Ну что, мой злобный друг, пойдём встречать твоих друзей.

В другой руке Варга был цилиндрик трофейной гранаты.

Глава 2. У нас проблемы

Добывающая станция «Гриндер».

Переход к торговому и развлекательному сектору.

Дэн и Джессика в это время старались удалиться как можно дальше от складов и той ремонтной мастерской, в которой Варг готовился встретить неизвестных преследователей. Поэтому из заваленного трупами тамбура они свернули в тот коридор, который вёл в место, указанное Черепом. Торгово-развлекательный сектор примыкал к складскому для удобства логистики и доставки товаров.

Если верить данным с трофейного коммуникатора полицейского, спутника одной из тех сумасшедших готесс, в самом начале беспорядков власти станции заблокировали все входы и выходы оттуда. Хотя Варг упомянул, что данные старые. Мародёры уж точно бы наведались в тамошние магазины за ценностями и припасами. Но, как плюс, был факт того, что во время памятного марш-броска Призрака за теми попавшими в переплёт детишками: ни один одичалый не пришёл с этой стороны.

Найтингейла же в данный момент интересовали несколько вещей. Во-первых, общение Джесс и Призрака. У безопасника клановцев были мысли на тему того, что могло так переполошить его подчинённую и погасить её ярость. А она ведь сначала сильно ненавидела их спутника, пока вдруг не решила пойти на поиски Варга. И вывод был только один – информация об отце девушки.

Дэн рассматривал и другой вариант, что электронный спутник Варга причастен к изменению поведения Джессики. Такую возможность не стоило отбрасывать в сторону. Значит надо присмотреть за компьютерщицей.

Во-вторых, хоть Найтингейл и помог Варгу с подготовкой ЭМИ ловушки, вопрос с неизвестными преследователями напрягал его даже сильнее. Начать с того, как Варг понял, что за ними идут? Что ещё за фантики? Дэн был уверен, что никогда раньше не слышал этот термин. Черепа эти люди явно злили, а ещё заставили беспокоиться.

Самым простым ответом на то, как Варг их засек, был прост – звук. Акустическая локация и сверхчувствительные микрофоны с фильтрами. Вполне стандартное оснащение для разведки в условиях, когда другие методы малоэффективны. Слишком много термальных, радио, энергетических и других помех внутри нашпигованных техникой стальных коробок, в которых обитали люди. Логично.

Тогда вопрос, что же это за звук такой, раз едва пришедший в себя после операции воин включил боевой режим и начал планировать засаду? Да ещё и сделал всё так, чтобы отбить их... Запах? Да кто применяет такую сенсорную систему? Ничего о таких разработках или существующих аналогах Дэн не слышал. Хотя он профессионал.

Но о таких возможностях знал Варг. И при этом опасался возможностей неизвестных. И очень опасался.

И какой из всего этого вывод? Да, самый простой – есть неизвестная группа с достаточно уникальными технологиями. О них официально не знают в большинстве своём ни в Альянсе, ни у Драконов, ни среди клановцев. Как говорил Гэвин Макинтайр, цитируя классика оперативной работы из прошлого, что знает двое, то знает и последняя свинья. А слухов-то и нет. Никаких. Но Варгу эти люди знакомы.

И Дэн чуть не споткнулся у очередной двери. Новый кусочек мозаики сложился. Кем бы ни были неизвестные, Призраки встречались с ними ранее. И хорошо изучили своих врагов. А раз о них никто нигде не говорил, то это как минимум общность, изолированная от остального человечества.

Найтингейл мысленно присвистнул от таких результатов своего экспресс-анализа. Да что вообще творится в Пространстве? Однако от дальнейших размышлений его отвлекла Джессика:

– Да при чём тут планета Новый Хьюстон?

Мужчина посмотрел на девушку, которая как раз возилась с крайней дверью, ведущей в торговый сектор. Что-то знакомое шевельнулось в его памяти.

– Джесс, подожди. Ты с кем говоришь?

Девушка повернулась к пустотнику, продолжая возиться с дверной панелью. Не все двери можно было открыть через её деку, иногда приходилось и инструментами поработать.

– Да, копия варговского искина. Сказал, подожди, — и добавил эту фразу: «Хьюстон, у нас проблемы».

Понимание шевельнулось в голове Найтингейла, а волосы на затылке встали дыбом.

– Замри, Джесс. Не открывай дверь. Что он делает? Работает через твою деку?

Девушка прикрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то, однако вскоре дёрнулась и повернулась к Дэну:

– Он подключается к камерам в секторе. Там движение. И это...

Договорить девушка не успела, так как в этот момент произошли две вещи. Сначала что-то коротнуло в открытой панели, заставив Джессику рефлекторно отдёрнуть руку, пускай та и была прикрыта рукавицей лёгкого скафа. Но ещё через несколько секунд створки вздрогнули и стали расходиться под испуганными взглядами патрульных.

Дверь, однако, не открылась полностью. Лишь образовалась щель достаточного размера, чтобы пролез человек. Дэн и Джесс тихо выдохнули, боясь даже пошевелиться. Изнутри сектора доносился невнятный шум.

– Джесс, медленно поднимаешься. Без лишнего шума заходишь мне за спину, а потом мы также тихо идём назад. С кем бы Варг ни дрался, у него там сейчас куда безопаснее, – прошептал Найтингейл, поднимая переданную Черепом трофейную М-6С.

Джесс так и сделала, но успела лишь дойти до Дэна, как с той стороны, откуда они пришли, раздался грохот взрыва. Металлические стены коридора сыграли роль резонатора. Тем более что вскрытые двери за собой патрульные не закрывали. Просто чтобы Варг мог без проблем отступить. И это сыграло с ними злую шутку.

– Твою-то мать, – выругался пустотник, движением большого пальца переключив винтовку на полностью автоматический огонь. – Варг, вот почему ты и этих на свой ножик не насадил?

Риторический вопрос остался без ответа. Только шум изнутри сектора стал звучать громче и ближе.

Добывающая станция «Гриндер».

Складская зона. Мастерские.

Фенрир в это время тоже изучал известные факты и анализировал план. Гранаты неизвестных оказались с малоизвестной конструктивной особенностью – разные режимы детонации. Настраиваемый таймер, контактный взрыватель, режим мины-растяжки, а также режим удалённого подрыва – всё это было в наличии.

Варга заинтересовал последний вариант. Чуточку иначе выставляешь режим, и при извлечении предохранительной скобы у тебя в руке остаётся ещё и стерженëк активатора. Удобно для исполнения плана новой засады, которую придумал головорез из «Мрака». Потому и подготовил не одну, а пару гранат.

Сейчас воин снова спрятался в той самой мастерской. Повреждённая система не восстановила питание, но с помощью визора шлема Варг отлично видел на полу три тела в серых скафах. Гидравлика, наконец, пережила последствия ЭМИ, и тела солдат опустились на пол.

Автоматическая дверь была почти полностью прикрыта. Осталась только узкая щель, в которую была просунута мини-камера на гибком проводе. Сейчас она была очень кстати для незаметного наблюдения. А ведь Пафос тогда на «Афине» ругался из-за каждой единицы спецтехники, которую запросили для своих нужд Варг и Фенрир.

Если вспомнить зама Удава по снабжению, то ему по описанию очень подходил едкий и ёмкий эпитет от острослова Варга – настоящий Боевой Хомяк. Пафос был таким «амбарным хищником», что без должного обоснования причин у него нельзя было получить ни снег зимой, ни песок в пустыне.

Хотя, как заметил тот же Череп, в экстренной ситуации командир из Мастеров без вопросов вскроет свою кубышку. Да ещё и отвесит пенделя бойцу, если тот, по его мнению, взял небольшой БК. Ибо боезапаса бывает или мало, или опять же мало, но больше не унесёшь. Да и сам Пафос пойдёт первым в атаку с винтовкой наперевес.

Сейчас с таким трудом добытая из закромов Пафоса камера показывала всё тот же тамбур с трупами без ног. Плюс к ним добавился вырубленный Варгом командир группы Исповедников, который лежал на виду. А ещё мины для торжественной встречи.

– Напарник, понимаю, что во многом это секретная информация, но разве лидер террористов не один из этих ребят? Ведь ты явно переполошился, когда Джесс описала этого Гао.

Пока противника не видно, хотя Варг уверен, что вторая группа точно скоро прибудет. Раз никого нет, то можно собрать побольше информации.

Варг набрал в лёгкие воздуха, игнорируя лёгкую боль в рёбрах. Полностью снять боль можно препаратами из аптечки, но они могли сильно расслабить воина. В бою с этими ребятами важен каждый козырь. Конечно, они неровня бойцам союза, но их ещё минимум четверо. И они куда крепче местных.

– Он человек из ниоткуда, но при этом проявляет явную враждебность и презрение к местным. И он назвал меня неверным, а я сразу не обратил внимание. Так, я и понял, кто ещё, кроме покойных местных говнюков, стоит за этим. С этими ребятами, с учётом дерьма у них в голове, не договориться. Они считают себя высшей расой.

Воин криво усмехнулся в шлеме.

– И почему местные покойники? – зацепился за слова Фенрир.

– Потому что местные. Даже если наёмники с репутацией, это очень грязное дело, да и не нужны фантикам свидетели их делишек. Процентов семьдесят на то, раз эти ребята появились здесь, что этот Гао решил сбросить маскировку после нашего удара. Для солдат Истины экс-морпехи Альянса не соперники. Они даже растут и тренируются при гравитации, почти равной земной.

Фенрир сразу оценил то, что сообщил ему Варг. С учётом того, что местные в большинстве своём жили при 0,3 «джи», эти самые фантики лишь по физическим параметрам были крепче. Ну а Призраки давно привыкли к почти двухкратной силе тяжести.

– И давно Союз с ними воюет?

– Дольше, чем мы знакомы с местными, – ответил Варг, который вдруг подобрался, как перед прыжком. На экране в глубине коридора замелькали серые фигуры, которые перебегали от стены к стене. Это только в голофильме отряд солдат бежит по опасному коридору в шеренгу, будто не зная, что пулемётчик может положить их всех.

– У нас здесь гости, Фен.

– Вижу. Кстати, а почему ты выбрал такие слабые гранаты? Их скафы могут сдержать осколки и ударную волну от взрывчатки. Максимум оглушат.

– Верно. Но мне нужен другой кандидат в языки. Этот парень, который лежит там, не офицер и даже не сержант. А нам дико не хватает информации.

Трое преследователей заняли позиции у стен. Вперёд к телу оглушённого пленника, подошёл лишь один солдат в сером. Поводя стволом вокруг и не заметив опасности, он присел и стал рассматривать тело пленного.

– Да, Фен. Насчёт вопроса про минирование тела.

* * *

Группа брата-сержанта шла по маршруту поиска на соединение с командой брата Кловиса. Связи не было. Пока они находили повсюду лишь трупы местных неверных. Здесь явно проходил проклятый, но было это ещё до ракетной атаки, которая уничтожила большую часть наёмников из числа еретиков.

Просто Пастырь просил также проверить кое-какую информацию. Тел было много, но в одном помещении датчик вычленил из воздуха нужные запахи.

Вскоре на дисплее сержанта появилась отметка брата Кловиса. Его спутников не было рядом, а сам он, судя по передаваемым данным, был без сознания. Возможно, ранен, и солдаты оставили его здесь. Или, что, скорее всего, это возможная ловушка проклятого. Не стоит недооценивать посланцев Сил Тьмы.

Исповедники заняли позиции у прохода ближе к тамбуру. Рядом не было дверей в помещения, так что никто не мог зайти к ним с тыла, но один из бойцов контролировал и это направление.

Самый молодой и неопытный боец, отправился проверять тело брата Кловиса на предмет ранений и ловушек. Остальные в этот момент прикрывали его.

Сдвоенный взрыв над позицией исповедников прогремел неожиданно.

***

– Минировать трупы, Фен, есть дурной тон и неэффективно. Особенно если понимаешь, где так удачно может остановиться враг. Или, если сам очень тонко подскажешь ему встать именно там.

Гранаты в коридоре рванули, бросив серых на пол. Варг выкинул активаторы и перехватил импульсник поудобнее, не забыв за шнур вытянуть мини-камеру.

Отправленный вперёд боец, услышав за спиной взрыв, резким движением сместился в сторону. Заняв позицию у стены, он навёл оружие в сторону прохода. Не замечая, как за спиной в сторону бесшумно отъехала дверь.

Наведя импульсник, Варг дважды нажал на спуск. Трёхмиллиметровые иглы были начинены стабилизированным моноводородом. Голова серого взорвалась в голубоватой вспышке. В стороны полетели куски шлема и черепа.

Диверсант рванул вперёд, выискивая командира. В кармашке на поясе был ещё один шприц со снотворным, которым он разжился у противника.

Впереди среди дыма поднялся пошатывающийся солдат. Отметив мельком отсутствие отличительного знака командира на броне, Варг выстрелил ему в грудь. Подхватив тело, он развернул его, чтобы использовать как щит.

Вот и командир у стены. Крутит головой, пытаясь понять, что это было. Лёгкая контузия точно есть, но встроенный медблок наверняка уже вколол противошоковое. Время уходит.

Импульсник отработал по лежащему на полу телу. И снова в голову, которую опять разорвало на куски вместе со шлемом. Да, хороший боеприпас. И пробивное действие, и преградное.

Сержант фанатиков начал подниматься на ноги. Это он зря. Труп, который уже не нужен в роли щита, падает на него сверху. Гидравлика — вещь, конечно, хорошая, но при невысокой гравитации и она не помогла оглушённому противнику подняться на ноги. Особенно если сверху ещё и припечатать эту конструкцию к полу тяжёлым ботинком.

Варг пинал фанатика, не давая тому подняться. Отбросив в сторону импульсник серого, диверсант прижал ботинком к полу руку, в которой был зажат вибронож. Выстрел в кисть, которую также разорвало в клочья, помог полностью обезоружить врага.

Оставив болтаться на ремне импульсник, Варг присел над противником, доставая одной рукой из подсумка шприц, а другой прижимая дёргающегося от боли противника к полу. Но как бы фанатик ни вырывался, игла попала в бедренный катетер.

Недолго подёргавшись, фанатик скоро затих. Скинув с его тела труп, Варг начал поднимать вырубленного противника за эвакуационную петлю на скафе.

И как только он поднял вырубленного противника, прозвучала короткая очередь. Тело пленника дёрнулось от попаданий, но Варг понял, что фанатик мёртв. Никто не выживет, если тяжёлая пуля пробивает висок.

Отпустив труп, воин плавно и быстро сместился в сторону, поднимая «Дикобраз». Вот что за день такой неудачный? Ведь всё так хорошо начиналось, но кто-то явился и походя порушил результаты всех трудов.

Ну не первый же пленник уже очнулся?

Космическое пространство.

Борт ударного крейсера «Разящий».

Свет в помещении рядом с допросной был неяркий и имел красноватый оттенок. Как и везде в помещениях, которые были предназначены для Призраков.

Человек в сером форменном мундире, который наблюдал через монитор за тем, что происходило в комнате для допросов, не был уроженцем Союза. Светлая кожа, голубые глаза, светлые волосы, зачёсанные набок, и невысокий рост, явно говорили, что это один из тех, кого они, Призраки, зовут нормалами. А эмблема на униформе явно говорила о том, к какому клану пустоты он принадлежит. Клан Вестингауз – солдаты Пространства.

Молодой мужчина ещё раз внимательно просмотрел запись допроса перепуганного пленного. Это был один из тех немногих пиратских офицеров, которых подчинённые майора Ки́ло захватили на астероидной базе в районе звезды Гурон-7. Офицеру клана Вестингауз очень не нравилось то, что он услышал.

Остановив запись на моменте, где привязанный к креслу пират замер от ужаса, мужчина потянулся к своей персональной деке. Пират был таким же выходцем из пустотников, как и сам офицер военного клана. Потому, отлично зная, что может ускорить допрос, Вестингауз и попросил майора о помощи. И сейчас офицер Союза шёл в комнату наблюдения.

Свет в помещении мигнул и сменил цвет с рамного на белый, но всё равно приглушённый. Дверь отошла в сторону, позволяя войти внутрь гиганту в череполиком шлеме и броне, которая со стороны напоминала скелет.

Единственным явным отличием от стандартного боевого скафа мраковцев были потёки красного цвета на нижней части шлема, шее и груди. Будто обладатель этих доспехов разорвал кому-то горло зубами и очень неаккуратно пил кровь.

Такого ужаса, конечно, не было, но именно таким этого воина-одиночку запомнили жители планетарной базы одного из кланов, члены которого во время проведения операции на Новом Эдеме решили поживиться на территории Призраков. Для многих из них это решение стало фатальным. И противостоял пустотникам тогда только один солдат, которого специально отрядили на эту миссию.

И сейчас этот монстр во плоти стоял перед молодым офицером клана Вестингауз.

– Должен сказать, герр майор, что в этом облике вы даже меня пугаете. Вы бы только знали, какие о вас сказки на ночь у нас рассказывают детям. Кстати, спасибо за свет. Не знал, что у вас и обычный есть для гостей.

– Не за что, Гельмут. И, кстати, так уж обязательно было броню пачкать? Тогда это реально случайно вышло. Упаковку краски один из Дюмонов прострелил. Чувствую себя покером и идиотом.

– Но ведь мы не лгали. Это ведь реально были вы там, герр майор.

– Просто майор, Гельмут. А то я после допроса ощущаю себя офицером гестапо.

– Э-э, офицером чего? – удивлённо спросил Гельмут, который, наконец, нашёл на своём планшете нужный файл.

Плечи Призрака поднялись и опустились, намекая на вздох.

– По-немецки не скажу, как полностью звучит. Это сокращение от слов – государственная тайная полиция. Карательная спецслужба Третьего Рейха.

После этого уточнения Гельмут поморщился:

– Тогда понятно, почему не знаю. В нашем клане в большинстве этнические немцы. И моменты истории середины двадцатого и всей первой половины двадцать первого нам тяжело вспоминать. Но тем, что было после Исхода, мы гордимся и не забываем.

– Ну, хотя бы для инцидента первого контакта пятьдесят три года назад вы сделали исключение, – подколол собеседника Ки́ло.

Немец лишь вздохнул и вежливо покашлял в кулак. На правой руке была полностью закрывающая кисть чёрная перчатка.

– Скажи мне кто три года назад, что надо мной будет посмеиваться Зверь Нового Жеводана, я бы ему в лицо рассмеялся. А в итоге...

– Ох, Гельмут, как же я не люблю это прозвище. В нём столько пафоса.

– Понимаю. Но и вы, майор, нашли что вспомнить. У нас тогда был период раздробленности в клане. Вашим повезло нарваться на силы, которые подчинялись радикалам из семьи Борг. Кстати, то, что вы тогда перебили их экипажи, помогло укрепить власть центристов.

– За такое не благодарят, капитан Вестингауз. Может, их командиры и заблуждались, но не думаю, что рядовые солдаты были виноваты. Гражданская война всегда приносит горе.

– Да, – произнёс Гельмут Вестингауз, проводя рукой в перчатке по лицу. – Но сейчас мы союзники. Хотя лучше бы мы ими стали пятьдесят три, а не два года назад.

Этот союз для многих был неожиданным, учитывая историю взаимоотношений этих пустотников с Призраками. Хотя многие или забыли, или не знали, что Вестингаузы после того инцидента больше никогда не вступали в конфронтации с Союзом Древних. Они просто не пересекали линию Рубежа.

С руководством клана Вестингауз два года назад связались представители Аквитании. Темой было обсуждение охраны грузоперевозок аквитанцев через буферные зоны. Тогда-то жители этой планеты и узнали о проблемах с ростом напряжённости в буферных зонах.

Членов Вестингауз не зря называли солдатами Пространства. Вообще, пустотники были довольно странным объединением разумных. Вроде они все независимы, некоторые даже откровенно враждебны друг к другу, но при этом каждый союз имел какую-то свою основную специализацию. И это делало клановцев зависимыми друг от друга. Но так же этот факт, как и жизнь в суровых реалиях Пространства, объединяли их всех.

Кланы Цикад и Дюмон были шахтёрами. Макинтайр отвечали за биотехнологии и отчасти кораблестроение, как и Лагорио. Пустотные Псы были перевозчиками. Члены клана Немоф – врачами Пространства.

И в этой мешанине клан Вестингауз и некоторые другие, поменьше размером, были по большей части профессиональными военными. Обычно они выполняли роль наёмников. У всех кланов были свои бойцы, иначе никак. Но в случае глобальной войны с планетами именно они должны были стать теми, кто объединит кланы для противостояния внешней угрозе.

Во многом именно Вестингаузы спонсировали работу Объединённого Патруля в буферных зонах. Также, как и деятельность вольных охотников на пиратов. С учётом общей демилитаризации региона этих сил хватало. Официально самым крупным разрешённым классом боевых кораблей для этого региона был корвет. У пиратов всё равно не было ничего крупнее. Так, вооружённые фрахтовики и беспилотные перехватчики.

Первые лет десять всё было хорошо, но примерно четыре года назад у пиратов сначала стало появляться современное вооружение. Нет, оно, конечно, бывало и раньше, у особо успешных счастливчиков, но не в таком количестве. А сейчас у пиратов стали чаще появляться достаточно современные боевые корабли. Буферные зоны стали центром напряжённости. Вестингаузы и другие кланы, действующие через Патруль и охотников, просто не справлялись.

Всё чаще стали звучать призывы об отмене соглашения о демилитаризации региона. Мол, надо ввести войска Альянса и Конфедерации. Планетяне могли от этого выиграть, а потом по старой памяти развязали бы войну. Очень уж это был жирный и богатый регион по разведанным запасам. Минимум вложений.

Вот только при таком раскладе сначала произошёл бы передел в сфере торговли. Кланы остались бы или ни с чем, или с очень скудной прибылью. Смерть от голода и холода в такой ситуации вполне реальна.

Потому Вестингаузы и приняли предложение аквитанцев о финансировании дополнительных вооружённых сил для борьбы с пиратством. Вот только забыли сказать, что этими солдатами будут их новые друзья, Призраки.

В клане, конечно, повозмущались для вида, но выбирать не приходилось. Никто не знал, что эти два года под прикрытием вольных охотников на замаскированных кораблях летали экипажи из Союза. Но они могли только отсрочить неизбежное. Так что официальный выход Союза из тени был связан не только с аквитанским проектом, но ещё и с возросшей угрозой пиратов.

Ликвидационные команды Союза Древних, который не был стороной соглашения, сейчас наносили мощнейшие удары по силам пиратов. И на некоторые корабли, вроде «Разящего», попали советники от клана Вестингауз.

– Кстати, мы же вам, капитан, предлагали вырастить новую конечность вместо протеза.

Гельмут, который был погружён в свои мысли, задумчиво посмотрел на свою правую руку. Сняв с неё перчатку, он явил на обозрение довольно-таки грубый на вид бионический протез. Больше всего он напоминал кости скелета без плоти и кожи. Только металлические.

– Знаете, майор, но я привык к нему. Хотя из-за грубой конструкции и силы некоторые вещи я теперь делаю лишь левой.

Гельмут выразительно потряс левым кулаком вверх-вниз, чем вызвал смех Ки́ло.

– Ладно. Смотрите сами. Сейчас это, конечно, может вызвать вопросы, но мы стараемся сделать эту технологию доступной. Ребята на «Афине», куда мы летим, как раз работают в этом направлении.

Гельмут вежливо кивнул:

– Хорошо, я подумаю об этом позже. Но сейчас я предлагаю вернуться к результатам оценки нашей деятельности. И они, если честно, меня не очень радуют.

Ки́ло выразительно склонил голову набок:

– Интересное заявление. Самые известные группировки, вроде шаек Одноглазого Хосе и Весёлого Гнуса, нами перехвачены и истреблены. Количество нападений на корабли и малые поселения явно снизилось за последние недели. Или вы имеете в виду то, чего я не знаю?

– Владыка Корсаров, – просто сказал молодой офицер, постукивая себя по подбородку стальными пальцами.

Ки́ло посмотрел на экран, где была остановлена запись допроса того налётчика, который состоял в банде упомянутого преступника. Некоторые считали, что человек с таким громким именем — лишь миф, однако крайние допросы показали, что это не так. Пресловутый король пиратов, которого никто не видел, был реальной и очень скрытной фигурой.

Вот только крупных успехов за ним официально не числилось. И Ки́ло это понимал, а потому озвучил свои наблюдения собеседнику.

– И к каким выводам вы пришли, коллега? – задал вопрос клановец.

– Малый процент известных операций, но при этом разветвлённая сеть баз, наличие хорошего вооружения и при этом мало обученный персонал. Выглядит как громкий проект, которому мы подрезали крылья на взлёте.

– Я тоже так думал до последних допросов и перекрёстного анализа собранной информации, – задумчиво произнёс Гельмут, бросив взгляд на свой планшет.

– Что-то мне нравится ваш настрой, капитан. Что вы нашли?

Молодой капитан повернулся к экрану, подключил к терминалу свою деку и вывел сводный отчёт по собранной информации.

– Майор, если кратко, то нас водят за нос. И очень тонко.

Череп посмотрел на Гельмута, потом перевёл взгляд на экран. Немного прокрутив записи и бегло их изучив, Ки́ло был очень лаконичен:

– Чтоб у них в скафах старые фильтры стояли. Эти группировки не были независимыми. Их снабжал кораблями, техникой и оружием этот человек.

Гельмут кивнул:

– И одно это уже делает нашего фигуранта самым успешным лидером пиратов. Даже некоторых людей на самом деле он лишь сдавал в аренду этим наёмникам, а вовсе не от него уходили бойцы к более успешным капитанам.

Ки́ло прокрутил отчёт дальше. Здесь уже были данные по рейдам ликвидаторов других команд. И везде одно и то же. Полупустая база с почти голыми складами, плохо обученные пираты, которые гибли пачками от рук «Опустошителей». Но была ещё парочка интересных моментов в этом деле.

– Гельмут, то есть в последнее время ко всем базам приходили достаточно новые боевые корабли, которые эвакуировали на новое место сначала запасы, а потом людей. Но не всегда успешно, правильно?

– Совершенно верно, – Гельмут кивнул. – Например, эти корветы. Во время последней операции. И на самом деле нам очень повезло, что мы захватили второй корабль.

– В чём именно нам повезло?

– Залп одного из ваших «Стилетов» повредил скрытый механизм самоликвидации.

– Что? А теперь поподробнее.

– Раз так просите, то, пожалуйста, – печально усмехнулся Гельмут.

На экране уже крутилась запись боя, когда один из кораблей взорвался во время сдвига альфаритового ядра.

– По анализу логов, вашими спецами не замечено явных причин повреждения ядра с нашей стороны. Исходя из записей допроса команды второго бандита, они все хотели сдаться. Через какое-то время первый корабль взорвался.

– А второй мы повредили. Взяли на абордаж.

– И вот отчёт от ваших специалистов из мастеров по его состоянию. В блоке компа был модуль нейросети, который следил за экипажем. И в случае неправильных действий, мог принять меры. Например, разгерметизировать корабль, убивая экипаж. Или взорвать, если экипаж решит сдаться. Как в нашем случае.

– Но мы захватили корабль. Что пошло не так?

– Со стороны центрального компьютера всё отработало. Только вот случайный выстрел с истребителя перебил магистраль связи. Хорошо, что ваши спецы не ремонтировали этот корабль, а сначала заглушили ядро.

– Инструкция, – пожал Ки́ло плечами. – Одна из тех, что пишутся кровью. Борьба с подрывом корабля. Вдруг нашёлся бы герой, который решил бы всех с собой забрать.

– Мудрое правило. Но эта случайность — именно та удача, которая позволила раскрутить нить дальше.

– Корабль? Или его судовой журнал?

– Точно не журнал. Комп его стёр. Скорее анализ состояния корабля и личный дневник одного из пленников. Корвет недавно перевооружили: новые системы компенсации, ускорения, вооружение, РЭБ, системы наведения и другие. Всё делали недавно. И вот здесь уже интереснее читать дневник стармеха.

– Так. – Ки́ло пролистал отчёт, прочёл часть, замер, потом снова перечитал. – Это шутка? Мы ждали на верфи очереди занять ремонтную ячейку? Количество кораблей...

Ки́ло застыл на месте.

– Мы подозревали, что успешных пиратов обучают и финансируют извне. Кто-то из числа Драконов, Альянса или все вместе. Чтобы раскачать регион, ввести войска. Мы думали, что побеждаем в этой войне. Но то, что мы раскрыли сейчас, меняет всё, – Гельмут несколько и раз сжал кулак искусственной руки. Взгляд его был пустым.

– Вижу, что и механика допросили. Он всё подтвердил. Да чтоб меня! Флот!

– Свежий, с обученными командами, которые берегли. И эти силы тихо копили и почти не светили в рейдах. Майор, вы, как военный, что скажете?

Ки́ло посмотрел на остановленную запись допроса. Потом он вывел на экран звёздную карту региона с отметками всех важных объектов: диптанции, шахты и заводы пустотников, транспортные хабы. Так много всего.

– Скажу так, Гельмут. Обычный пират не станет столько ждать. Он делает деньги. Копить такой флот в десятки кораблей, пусть и небольших, ему невыгодно. Но мы знали, что это непростые пираты. У них есть спонсор. Но даже это напоминает мне одно.

– И что именно? – Гельмут тоже рассматривал карту региона.

– Операцию отвлечения или прикрытия. Демонстрационная колонна на марше отвлекает на себя внимание от основных сил. Или арьергард из не самых ценных солдат прикрывает отход. Здесь нечто похожее – отвлечение внимания, пока готовится основной ударный кулак. И именно эти корабли нанесут удар. В одном месте или нескольких. Далее нагнетание паники и ввод международных сил.

– Тогда, майор, вопрос в том, что именно они хотят атаковать?

– А возможно, и уже атакуют какую-то отдалённую колонию. Вроде этой станции Цикад.

Мужчины молча смотрели на карту буферной зоны. Так много целей, но совсем неясно, где ожидать удар.

Глава 3. И смешно, и плакать хочется

Добывающая станция «Гриндер»

Складской сектор.

Прижавшись к стене, Варг смотрел на труп командира серых. Пули пробили ему шлем с правой стороны, и ещё бок. Понятно. Неизвестный стрелок находится в тамбуре. Там же валяется последний живой фантик.

Зашибись. Они что, изменили своим правилам ходить парами? Взяли стажёра, который опоздал к раздаче люлей, а сейчас попытался достать Черепа, перебившего весь отряд? Да, и завалил собственного командира? За такой промах его свои же сожгут на месте. В буквальном смысле.

Стоп, а ведь дырки в башке этого любителя припадочно биться головой об пол явно не от импульсника. А эти ребята были вооружены именно ими. И звук приглушённый. Явно не рёв от плазменного разгона. Это ЖМВ-шка. Скорее всего, карабин.

Прижавшись к стене и приставным шагом сдвинувшись к перегородке, Варг был готов вскинуть оружие. Карабинами на жидком порохе были вооружены ребята с промытыми мозгами, которых террористы Гао смогли мобилизовать на свою сторону. Хм, но эти тоже по одному не ходят...

Чёрт, откуда он вылез? Тот патруль, что шёл за ним по пятам, покинул это место и пошёл к докам на подмогу. Неужели они не успели уйти до удара и застряли здесь? Вот свезло. И ребята где-то рядом.

Так, надо аккуратно снять этого отморозка, но без применения гранат. Последний фанатик, хоть и не офицер, вполне может стать источником информации. Работаем по стрелковой. Только жаль, блоки РЭБ, в броне этих мёртвых засранцев, не дадут запустить микродрон для разведки. Ну, не зря же они с Феней выцыганили у Пафоса камеру на гибком проводе.

Варг уже потянул из подсумка провод, когда со стороны тамбура его окликнули:

– Варг, ты цел? Я боялась тебя задеть.

Пожалуй, впервые самый известный циник и острослов из подразделения «Мрак» не знал, что сказать, и просто замер. Голос он узнал. Как и Фенрир.

– Напарник, подтверждаю – это наша красотка.

Варг, всё так же молча, левой рукой выставил камеру за угол. На дисплее шлема показалась невысокая фигура в лёгком скафе и с автоматическим карабином «Тектоник». Осознав, кем был стрелок, воин лишь усилием воли подавил желание ударить себя ладонью по лбу. Да, вашу грёбаную демократию...

– Джесс, радость моя, а скажи мне, нафига ты это сделала? – самым елейным голосом произнёс Варг, выходя из укрытия. При этом импульсник был направлен в сторону девушки.

– Эм, я это... Я думала, тебе нужна помощь. Вы боролись, а ты вроде никого так близко к себе не подпускал.

Ствол импульсника опустился вниз, а ладонь встретилась с лицевой пластиной шлема. Скрипучий звук из вокабулятора шлема одинаково напоминал и рычание, и стон.

– Йоперный театр, вот где я так по жизни накосячил? – покачал головой воин. Оторвав ладонь от шлема, Варг быстро подошёл к девушке. При этом не забыв движением свободной руки отвести ствол её оружия подальше от греха. И заодно от головы последнего живого фанатика.

– Эм, ну, допустим, ты хотел убить моего отца. Да и вообще заставил нас с матерью думать, что он погиб.

Быстро она среагировала. Но сейчас ей прилетит ответка. Сделав глубокий вдох, воин задал самый животрепещущий вопрос:

– Джессика, Джесси, Джесс, а вот скажи мне, как мог угрожать тот, кто стоял ко мне спиной, кого я самолично вырубил и поднял с пола? И я, потратив кучу сил, ведь специально захватил его живым. Или у вас в Альянсе есть страшный и неотразимый стиль боя ягодицами? Я-то думал, что у вас этой частью тела думают, чуют, любят, но никак не дерутся. Ну? И где Дэнчик, кстати говоря? Да и ты нафига сюда припёрлась? Недостаток свинца в организме?

– Ой, – пискнула Джесс, опуская карабин. Угу, и опять стволом в направления последнего живого противника. И чего ей эти ребята сделать успели, что она хочет их на месте положить? Он точно об их отношении к женщинам и их месте в обществе не рассказывал.

Варг опять спас серого, пригнувшись к девушке и скорректировав рукой движение оружия.

– Вот тебе и ой. Где Дэн? Что случилось?

– Это и я могу ответить. Мой непутёвый «отпрыск» всё зафиксировал. В тот сектор проникли дикие, – вдруг произнёс в наушник Фенрир.

– Грёбаные гребеня. Так чего ты молчала? Сколько их там? – прокричал Варг, обходя удивлённую его странным поведением девушку, занял позицию у нужного коридора. «Дикобраз» у плеча, трофейная граната под рукой, а с губ готов сорваться самый забористый мат.

Однако никого не было. Да и активные наушники не улавливали в отдалении гомон дикарей.

– Рассказывай, – бросил воин через плечо. Убедившись, что противника рядом нет, Варг повернул голову в сторону девушки.

Если и было что-то хорошее в том, что в импланте Джесс теперь сидела собственная версия Фенрира, так это в скорости обмена информации через них. Компьютерщица поняла, что Варг уже в курсе. Плюс видит тоже, что её глаза и камеры шлема.

Если кратко, то отойти ребята успели недалеко. Тратили время на вскрытие дверей. И Варг просчитался. Тот маршрут до церкви с другими уцелевшими, который он счёл безопасным, был наводнён одичавшими.

Воин молча выматерился про себя. Лучше бы он их по пути спасённых ребятишек через техтоннели отправил. Ведь не зря детишки не ходили по коридорам. Вот чем он думал? Да, ничем. Разве что не совсем отошёл после очистки крови от «Берсерка».

Джесс рассказывала, а Варг смотрел запись на дисплее. Хм, а наличие Фенрира и его копии позволяет реализовать тактическую подсеть. Пресловутая боевая тоталитарность с минимальным временем реакции, но на уровне пехотного отряда. Блин, да что за мысли лезут в голову?

В общем, торгово-развлекательный сектор не был закрыт и безлюден. Наоборот, он был очень даже обитаем. Из-за короткого замыкания приоткрылись створки шлюза. Немного, но достаточно, чтобы на месте обделаться от зрелища десятков, а то и сотен диких.

Патрульные как раз хотели тихо отступить, но тут сработали подарочки Варга для преследователей. Эхо было такое, что дикари дружно повернули головы и заметили Дэна, который остался прикрывать.

Призрак прикинул расстояние, а потому реально удивился отсутствию преследователей. Это было странным, учитывая крайне небольшое расстояние и открытые двери. Но потом он увидел, что произошло дальше, и крепко задумался, припоминая прошлые стычки с зомбированными обитателями станции.

Так как головой в шлеме особо не повертишь, то обзорные камеры располагались с тыльной стороны даже на гражданских скафах. Дэн встал на колено, дал короткую очередь, срезав пару идущих впереди. Вдруг на него снизу бросился противник в аляповатом костюме. Нападавший присел, уходя с линии огня, и когда упал, бегущий впереди, атаковал патрульного.

Крепкому нападавшему в костюме нелепой расцветки удалось выбить из рук Найтингейла трофейную М6С одного из тех наёмников, которых Варг заминусил в доках. Мужчины сцепились и начали бороться. И первая странность: остальные дикие вдруг встали на месте, обступив дерущихся.

На Дэне был его штатный скаф патрульного, устаревшая и списанная версия армейского. И электромышцы там были на уровне. Ловко вырвав руку из захвата, клановец нанёс короткий удар в висок нападавшего, чем вызвал одобрительный кивок Варга.

Усиленный экзой удар был страшен. Да и перчатки у скафандра жёсткие – височная кость не выдержала. Нападавший дёрнулся и резко обмяк. Дэн протянул руку к резервному стволу, одному из трофейных карабинов, которыми с ребятами поделился Варг, но не успел.

После гибели своего бойца дикие вдруг дёрнулись, помотали головами, а потом скопом бросились на Дэна, облепив клановца со всех сторон. Даже электромускулы скафа были бессильны против толпы. Его спеленали и понесли внутрь. В погоню за Джесс никто не бросился, хотя не могли её не увидеть. Интересно.

– Вот так всё и было, – закончила Джесс рассказ. – Я не знаю, как они меня не заметили. Думала, что не доберусь до тебя. А здесь увидела, что ты с этим борешься. И ты ведь ранен.

Варг поднял руку, прерывая речь девушки. Мысль, которая появилась в его голове, наконец-то сформировалась. Однако не зря они с Фенриром вели диалог о природе и возможностях вирусного приложения, когда лечили Джессику.

– Ошибаешься. Они тебя видели, но ты была им неинтересна. А вот Дэн...

Девушка посмотрела на Призрака, который кивнул каким-то своим мыслям.

– Дэнчик, скорее всего, жив. И, если я прав, даже в безопасности, – закончил Череп свою мысль, чем вызвал удивление у своей спутницы.

– Что? Это как? – спросила она Варга, который бросился к телу одного из серых. Призрак, не раздумывая, курочил его скаф: повредил активатор электромышц, перерезал трубки, выпуская из них гидросмесь, вырвал с мясом блок связи.

Лишь когда Варг достал из подсумка на теле противника пластиковые стяжки и начал фиксировать тому конечности, Джесс поняла, что тот ещё жив. Призрак подхватил пленника за петлю на скафе и потащил того обратно в мастерскую, которая за эти часы стала местом действия самых разных событий.

– Так, Комета, слушай и мотай на ус. Я за Дэном. Скоро вернусь. Этого не расшнуровывать. Начнёт шевелиться – коли вот в этот катетер, этот шприц. – Воин протянул девушке шприц из подсумка пленника и показал место для инъекций на скафе. – Но это вряд ли. Просто будь готова на всякий случай. В его такблоке не ройся. Нет времени, и кодировка там весьма непростая. В случае неудачи скаф может ликвидировать того, кто внутри. А он мне нужен живым. И очень сильно.

Призрак повернулся к стене и показал на схему:

– Не придём в течение получаса, лезешь в этот проход и ползёшь в этот сектор. Ищи церковь. Рядом прячутся выжившие. Не спрашивай. Просто верь. Скинул на твой чип инфу, как найти этих людей. Всё, я пошёл. Что за день такой долбанутый?

Последнюю фразу Варг произнёс, уже несясь по коридору в сторону торгово-развлекательного сектора станции.

– Варг, это ведь не то, о чём я подумал? В конце концов, это была просто теория.

– Вот и проверим её на практике. Помнишь частоту и канал, на котором импланты работают?

– Конечно, помню. Лучше бы не знал. Вот почему меня посадили в такблок к серийному самоубийце, а не в чип милой рыженькой красотки?

– Потому что никто, даже ты, не умрёт девственником. Жизнь, так или иначе, чпокнет каждого. И вообще, Феня, что за нытьё такое? Ты же искин. Только не говори мне, что твой электронный отпрыск вовсе не твой бэкап.

– Нет, – буркнул искин. Волчонок на внутришлемном дисплее развёл в сторону лапки. – Там маленький объём памяти и слабый процессор. Я реально написал примитивную копию себя.

– Ну, Феня, жизнь тебя уже поимела. С почином, напарник.

В ответ на крайнюю реплику Варга мультяшный волчонок надел каску и стал биться лбом о кирпичную стену, которая выросла перед ним. Новый план его циничного напарника был не просто безумным. Это было чистое самоубийство.

– Ничего, мой дорогой напарник. Сейчас мы этим неандертальцам покажем, что у нас дубина больше. И бьём мы больнее. И да, тебе разве не интересно, что они там с Дэнчиком сейчас вытворяют?

Добывающая станция «Гриндер»

Административный сектор.

Люди Наставника ещё час назад связались с Гао и передали результаты разведки. Была хорошая новость: этот никчёмный идиот Лерой умер. И не своей смертью. Но была и плохая, которая заключалась в том, что ему прострелили глотку уже после того, как чëртов Призрак устроил эту ракетную атаку.

Это означало только одно: неверный выжил в устроенном им же хаосе. И более того, он ушёл вглубь станции. К сожалению, связь с отрядом Исповедников потеряна из-за помех.

Неприятным сюрпризом для Гао оказалось то, что знаменитая блокировка пустотников не была здесь такой тотальной, как на их жилых станциях. По крайней мере, на данной станции это точно касалось производственных и складских отсеков. А вот в жилых и других зонах, вроде той, где обосновались его люди, изоляция повреждённых отсеков была именно что параноидальной.

Лучше пожертвовать парой помещений, чем большей частью станции и её обитателей. Примерно так можно описать доктрину безопасности клановцев. Поэтому, если в районе скопления людей сканеры обнаружат хоть малейшую трещину, тут же завоют сирены. Этот значит, что надо бежать по световой индикации к ближайшей защитной переборке. И лучше успеть покинуть блокируемую зону.

Переборки изолируют повреждённые отсеки. И вскрыть их нельзя до того, как будет устранена угроза разгерметизации. И если кто-то попробует физически вскрыть переборку, то ситуация повторится: звук сирен, время, чтобы покинуть текущий отсек, блокировка нового отсека.

У Гао и адептов, конечно, были скафы, но не так много взрывчатки и других средств для вскрытия переборок. Потому он и его люди до сих пор и не покинули заблокированную зону. И неясно, в какую сторону идти, да и повреждения после серии взрывов были обширными. Пробовали, но столкнулись лишь с тем, что пара солдат теперь заперта за новой парой тяжёлых блокирующих переборок.

Так что надо было дождаться исправления повреждений, чтобы сработала штатная система безопасности. Это ещё шесть часов, или даже все восемь.

Солдаты Истины, часть мясных дронов и пара неверных, Марк Роулинс и помощник Профа Дерек, были времено заперты системой безопасности. И разделены. Благо Гао заранее спрятал в отсеках адептов Истины. Те прибыли на станцию раньше наёмников и до начала заражения. Будь они дальше, бывшие морпехи могли успеть разобраться с азиатом.

И если говорить о морпехах, то не все из них были рядом с центром управления и диспетчерской. Часть, как группа Лероя, выполняла свои задачи. Их мало, они разобщены и не знают о попытке смены власти среди наёмников, которые захватили станцию.

Одна из таких групп чудом вышла на связь с Гао по внутренним линиям связи. Азиат ловко запудрил им мозги и дал поручение. Благо они как раз были наверху станции, разыскивая следы уцелевших патрульных.

Роулинс, понимая, что они в западне, помогал с ремонтом систем. Он управлял по линиям связи дроидами, которые могли исправить повреждения снаружи. Страх того, что прибудут корабли Вестингаузов и возьмут их всех под стражу, был неплохим мотиватором. Так что пока этот неверный полезен.

Второй неверный, Дерек, решал другие задачи, которые ему поставил Гао. Увы, но перепрограммировать обратно в техников зомбированных пустотников было нереально. Издержки программы подчинения. Может, в будущем это и будет возможно.

И не факт, что при восстановлении памяти о навыках не восстановится личность. То есть это был прямой путь к мятежу. Гао без сожаления вычеркнул несколько десятков потенциальных техников из списка. Да и немного они смогут изнутри сделать. Только управляемые дроны и экипаж корабля Наставника.

Зато, с другой стороны, у Дерека был успех. Нескладный альянсовец сообщил, что разобрался с протоколом пробуждения. Как и с алгоритмами управления.

Вот эта новость Гао порадовала. Хоть Исповедники и сидели у Черепа на хвосте, тот, возможно, был ранен, но Пастырь отлично понимал, на что способны эти воины неверных. Пластина во лбу и шрам как раз и были подарками от одного из них. Так что возможность получить несколько боевых единиц, которые потенциально способны драться с этим Варгом на равных – это хорошая новость.

Однако оружие было эксперементальным, а значит, непредсказуемым. Поэтому Гао распорядился разбудить лишь одну единицу для проверки. Как сказал Дерек, ранее, проблема была лишь в том, чтобы передать сигнал. Но кое-кто из уцелевших наёмников наладил связь.

Прекрасно. От них всё равно надо избавляться. Можно и протестировать одну единицу.

Размышления Гао прервал вызов от лейтенанта, который командовал адептами:

– Пастырь, есть сообщение от той группы неверных, которую вы направили в верхний ангар.

– Переведите вызов на мой канал, – скомандовал Гао. Он всё так же находился в кабинете одного из руководителей, который занял вскоре после атаки. Но хоть шлем снял.

Экран на терминале связи был пустым, но вскоре появилось и изображение разгромленного ангара и останков лёгкого патрульного корвета.

– Босс, приём. На связи капрал Дукворт. Мы осмотрели обломки, откуда стартовали ракеты. Контейнер открыт, но вот что интересно. – Изображение переместилось на открытую пусковую трубу, где находился разгонный блок ракеты с частично разобранной головной частью. – Этот не улетел. Судя по форме его обтекателя и маркировке, там точно не плазменная или ударная боеголовка была. Больше похоже на то, что тут располагалась станция связи или приводной гипермаяк. Кто-то забрал их с собой.

От этих новостей внутри у Гао похолодело.

– Хорошо, капрал. Ждите дальнейших распоряжений, я скоро свяжусь с вами, – сказал азиат и отключился.

Гао откинулся на спинку кресла, приложил ладонь к лицу и начал смеяться. Взгляд, направленный в пустой экран, был самую чуточку безумным. Это Череп всё-таки их всех обставил. И самого Гао, и Наставника с его людьми.

Тем не менее момент шока у азиата прошёл быстро. Ударив кулаком по подлокотнику, Гао зашипел, а потом потянулся к кнопке вызова. Нет времени на опыты. Надо Дереку будить всю четвёрку. Опытные образцы? Вот и испытаем.

Космическое пространство.

Борт ударного крейсера «Разящий».

Молчание в комнате наблюдения затянулось. Гельмут и Ки́ло замерли в раздумьях. Добытая по случаю информация была ошеломляющей. Хотя, а это точно было совпадение?

Ки́ло всё же задал этот вопрос спутнику.

– Увы, но нет, – немец вздохнул. – Отчёт ваших технарей однозначен: повреждение той шины связи было абсолютно случайным. Оба корабля должны были просто испариться. Да и эта информация из личных записей. И владельца ваши спецы допросили по науке. В общем, мой друг...

– Мы все в полной жопе, а не на коне, – грубовато прервал его Ки́ло, пробарабанив пальцами по пульту. Это, конечно, один из признаков неврастении, но майору, который очень следил за собой, было плевать. Не та ситуация.

– Грубо, конечно, герр майор, но очень точно, – развёл руками Вестингауз.

– Да что вам этот герр всё покоя не даёт? Постоянно поминаете. Тогда у меня есть вопрос.

– Это просто форма вежливого обращения.

– Гельмут, – Ки́ло поднялся с кресла, – то был риторический вопрос. А сейчас буквально и по делу. И говори просто Ки́ло или майор.

– Слушаю, хе... Эм, Ки́ло.

Призрак в полной броне вздохнул. Вот как с этими нормалами порой тяжело...

– Капитан, мы знаем, что враг, вероятно, готовит ответный удар. И, скорее всего, его цель – кровавая провокация. Чтобы их сторонники из Альянса и Конфедерации смогли ввести сюда войска. Этого нельзя допустить ни в коем случае. Тогда чего мы ещё здесь сидим и болты шлифуем?

– Э-э-эм, что? – опешил клановец.

– Да блин. Вот что, вы тут все, как из детского сада? Гельмут, хорош тормозить, за мной.

Не дожидаясь ответа, Ки́ло развернулся и пошёл к выходу. Немцу оставалось только следовать за ним.

– Майор, что вы задумали? Мы даже не знаем, где их база. В компьютере пирата почищены координаты. Да и то, согласно показаниям пленных, в ту систему их вёл штурман с центральной базы Владыки Корсаров.

Призрак остановился и так резко повернулся к Гельмуту, что тот еле успел затормозить и избежать столкновения.

– Гельмут, информации никогда не бывает достаточно. Если у тебя на руках полный расклад, то либо он устарел, либо уже слишком поздно. И мы идём в радиорубку.

– Зачем?

– Ты серьёзно? Чтобы отправить сообщение, конечно, – озвучил Ки́ло очевидную вещь.

Пост дальней связи, где дежурила пара Контроллеров, был недалеко. По пути туда Ки́ло ещё связался с командиром «Разящего», который носил позывной Кайман. Череп приказал тому вызвать неких Коршуна и Вольта, а техникам готовить их машину к срочному вылету.

Уже на месте, пока дежурные набирали координаты для отправки сообщений, Ки́ло объяснил свою задумку:

– Мы можем хотя бы поднять уровень готовности на местах. Считая «Разящий», только у Союза, здесь шесть кораблей. Из них два класса крейсер. Мы летим на «Афину» для ареста.

– Что? – удивился немец. О приказах Древних относительно Варга он был не в курсе.

– К делу не относится. Наш фигурант, как я узнал, сейчас в патруле. Это даёт нам несколько дней, когда мы можем находиться рядом со станцией, не привлекая внимания. Все потенциальные крупные цели рядом с зонами перехода, так?

– Да, но есть немало мелких целей. Я ещё не понимаю, к чему ты ведёшь речь? – Ки́ло на экране выделенной им станции вывел схему сектора с отметками дипстанций, объектов пустотников и местоположением кораблей Союза.

– Смотри. Я свяжусь с нашим центром и запрошу подкрепление. Искать сейчас базу у нас нет сил, но потенциальную область поиска мы выделим.

– Это так, майор. Но к чему эта схема?

– Просто. В экстренной ситуации командир миссии на крейсере, вроде меня, может взять контроль над всеми силами в этой зоне.

– Однако, – крякнул немец с уважением. – Не знал. Это удобно. Так что вы задумали, майор? Собрать все силы в одном месте?

– Нет, – Ки́ло помотал головой. – Это не поможет. Я опишу расклад командованию и экипажам других кораблей. Задействую тревожный код и прикажу передислоцироваться им вот так.

Несколько перестановок вручную символов на сенсорном экране, и Гельмут всё понял. Корабли Призраков займут позиции по другую сторону зон перехода от потенциальных объектов атаки. Так, они смогут и предупредить звёздные станции, если увидят, что в их сторону будут двигаться крупные силы, так и оперативно прийти на помощь.

Корвет или даже ударный крейсер против армады – это немного. Но с поддержкой МЛА на борту, а также за счёт продвинутого вооружения, высоких скоростных и манёвренных характеристик даже «Пилум» или «Ратник», как его называли сами призраки, был грозным соперником. А уж какие проблемы могут доставить те же истребители «Стилет», могли рассказать флотские из Альянса. Ну, те немногие, кто пережил Резню Нового Эдема.

– Хорошо. Это хороший и разумный план. А я должен буду передать своим в Центр информацию и поднять все силы.

– Примерно так, капитан. Но полностью дальнейший план обсудим после ответа ваших и наших. Набирайте сообщение.

– Конечно. Но вот эти системы. В частности, тот же Каир-6. Там крупные и мобильные объекты, которые не привязаны к зонам перехода. Как с ними быть?

В этот момент пикнул сигнал открытия двери. Внутрь рубки вошла пара бойцов в тактиках. Гельмут, который уже разбирался в эмблемах Призраков, сразу определил, что первый вошедший был Контроллером, а его напарник был из Мастеров.

– Вот и ответ на твой вопрос, капитан. Это Коршун, – кивок в сторону Контроллера, – и его бортмеханик Вольт. Они сработавшийся экипаж на одном из наших новых МЛА.

– Бортмеханик? МЛА? У вас что, ещё и истребители с гиперприводом есть? – спросил клановец, рассматривая вошедших.

– Более того, скажу. У нас сейчас и для «Кедров», которые вы зовёте «Стилетами», есть стыкуемые модули с гиперприводом для дальних и секретных рейдов. Из-за размеров корабля гиперпереход почти не даёт сигнатуры.

– Вот как вы тогда подобрались к Новому Жеводану, – понял Гельмут. – У Дюмонов была сеть обнаружения, но никто не засёк истребители. Небольшая масса корабля, который, по сути, был гипердрайвом с кабиной, так?

– Почти. Мы ещё и вышли у дальней точки.

Гельмут стал рассматривать вызванных Призраков, понимая задумку Ки́ло.

– Вы развили концепцию: увеличили размер аппарата, подняли автономность машины, расширили экипаж. Дальний, малозаметный разведчик – вот что вы сделали. Чёрт, да вы могли годами наши системы мониторить.

– От силы год, капитан. Машина, не без помощи этих ребят, лишь недавно прошла сдаточные испытания, – усмехнулся Ки́ло. При этом тот, кого звали Коршун, посмотрел на смущённого бортмеханика. Эмоции Вольта, скрытые маской, с головой выдавал язык тела. Видимо, испытания проходили не совсем по плану.

– Хорошо, на такие отдалённые объекты противник пошлёт небольшие силы. Но что разведчик может сделать даже одиночному вооружённому фрахтовику? Я не говорю про корвет, – удивился клановец.

Экипаж неизвестного малого корабля переглянулся, а Гельмут по движению их голов понял, что они дружно фыркнули от смеха. Разве он сказал что-то смешное?

Ки́ло, показав украдкой весельчакам свой массивный кулак, склонился над более низким клановцем:

– Гельмут, а разве кто-то здесь говорил, что «Дуболом» парней только лишь дальний разведчик?

Добывающая станция «Гриндер»

Торгово-развлекательный сектор.

Поминая всех цифровых богов, что очень хорошо отражало отношение Фенрира к идее Варга, искин пытался всеми силами переубедить напарника:

– Варг, это была просто теория. Непроверенная притом. Понимаешь?

– Понимаю. Вот и проверим. Ты же сможешь настроить передатчик на данную частоту.

– Да. Это тот же самое, что старинный блютус, только более быстрый. Но я подчёркиваю, что это – просто теория.

Варг по пути успел заглянуть на склад с синтетическими тканями. Отхватив ножом большой отрез, а заодно и прихватив кусок тонкого шнура, воин на скорую руку мастерил то, что должно было помочь ему спасти Найтингейла. Если тот ещё жив, конечно.

Однако Варг, который изучил запись с камеры Джессики, был в этом уверен. Да и сам Фенрир заметил странности в поведении одичалых. И во время драки, и после неё, когда они молча схватили и скрутили Дэна.

И именно то, как они поступили с Найтингейлом, и не укладывалось в ту теорию, которую они обсуждали с Варгом там, наверху. Механизм базового воздействия приложения на диких. И сейчас идея трещала по швам. Только напарника это не останавливало.

На данный момент они подобрались к полуоткрытому входу в сектор развлечений. Стараясь передвигаться как можно тише, Варг подошёл к закоротившей панели. С помощью тестера, универсального инструмента и напарника, он легко вычислил причину замыкания: перегоревшая плата. Легко замкнув контур в обход, воин починил дверь.

Всё это время изнутри звучал гул голосов одичалых. Алгоритмы Фенрира легко подсчитали примерное количество людей внутри. Цифра оптимизма не внушала.

– Напарник, можем закрыть её и уйти. Их там, по крайней мере, пять с половиной сотен. Это только те, кто бодрствует. Исходя из статистики, Дэну, увы, конец.

– Эх, Феня, ну нет в тебе духа здорового авантюризма, – поддел искина воин.

– Конечно. Я ведь имитация разума. И в отличие от вас, людей, я логичен, практичен и наделён здоровым реализмом.

– Нет, Фен. Ты просто молод и не очень опытен, – произнёс череполикий психопат и сделал несколько безумных вещей.

Первым делом, он накинул на себя примитивную накидку, которую на скорую руку смастерил из шнура и добытой чёрной ткани. Выглядело это со стороны нелепо, но и странным образом добавляло Варгу харизмы.

– Называй меня Дартом Альфариусом, мой юный ученик, – произнёс пафосным голосом этот псих, делая вторую по безумности вещь – Варг просто убрал всё оружие, даже свой любимый и верный нож, в кобуру и ножны.

– Дарт Суицидус тебе больше подходит, ситх ты наш недоделанный, – буркнул Фенрир. Что-что, а инстинкт самосохранения ему при создании запрограммировали. – И вообще, там Джесс ждёт. Время, напарник.

– Ничего, успеем. Врубай передачу. И динамики шлема на максимум.

Далее Варг сделал третью по безумности вещь в данной ситуации – он просто вошёл внутрь сектора, не таясь и гордо распрямив спину.

* * *

Если что-то и казалось Дэну странным в этот безумный день, так точно не то, что он второй раз за последние часы угодил в плен к зомбированным людям. Вот их нынешнее поведение – это куда необычнее.

Начать хотя бы с того, что его не били, а максимально культурно повязали. И сделали это те самые дикие, которые смотрели на его потасовку с разукрашенными психом в лиловом костюме. Последний сильно напоминал фаната Джокера из старых комиксов. И он здесь был не один.

Не сказать, что Найтингейл был в детстве таким уж фанатом данного вида литературы. Клановцы, в силу своего образа жизни, больше внимания уделяли практическому образованию. Дети пустотников больше возились с железками и различным оборудованием, чем с игрушками. Но и в информационном и культурном вакууме они не жили.

Дэн своим опытным глазом оперативника сразу выявил неформальных лидеров диких мужчин и женщин. И все они, так или иначе, напоминали героев современной или старинной поп-культуры: вон стоит Крэйвен Охотник, рядом с ним мутант Росомаха и качок Халк, у которого с тела частично стёрлась зелёная краска.

Ну и ещё были известные персонажи, вроде бледной блондинки с разноцветными прядями в волосах. Образ дополняли черно-красные шортики и топик. Дэн сразу понял, что эта мадам отыгрывает образ подружки безумного клоуна. Как там еë? Харли Кринж? По облику подходит.

То, что это подружка убитого Дэном клоуна, было понятно потому, что она стояла на коленях перед телом. И была очень злой. Притащившие внутрь сектора подручные психопатки силой усадили Найтингейла на странное подобие трона и привязали шнуром. И крепко – электромышцы не могли разорвать узлы.

«Я попал в логово психов или на комикс-фестиваль придурков?» – думал тем временем пленник. За Джесс они не побежали, уже плюс. И у самого Дэна только отобрали трофейную эмку от Варга. Про «Цестус» в его кобуре никто из этих долбанутых и не подумал. Как и про вибронож в разгрузке. Была бы рука ближе – можно достать и перерезать шнур. Освободиться, а потом уже прорываться.

Но это в крайнем случае. Врагов многовато вокруг. Надо думать, что делать. Раз не убили сразу – шанс есть. Однако всё вдруг резко изменилось.

К углу, где собрались те, кто шёл за Джокером, стали подходить другие поклонники старинных персонажей. Дэн уже определил, что это лидеры разных групп. Те, кто в иерархии, выстроенной приложением, смог занять место лидеров. Альфы, как назвал их Фенрир во время лечения Джессики.

Похоже, что убитая горем Харли Кринж заняла место своего дружка. И очень хотела отомстить виновнику. Иначе с чего она вдруг схватила обрезок трубы и с рычанием бросилась на Найтингейла.

Шлем скафа смог бы выдержать удар, однако труба не достигла цели. Импровизированное оружие клоунессы перехватили. И сделал это один из пресловутых альфа. А ещё точнее альфа. Она.

Брюнетка среднего роста с двумя косичками и в коротком, но строгом чёрном платье, встала перед клоунессой и поставила блок на пути трубы. Харли взревела и попыталась нанести неизвестной удар. Однако девушка легко увернулась и быстрым ударом кулака отправила подружку Джокера в нокаут.

«Да что за безумный день? Меня что, спасла маньячка из семейки Адамс?!» – подумал Дэн, рассматривая ту, кто спас его от другой безумной маньячки. И именно пресловутую Уэнсдей Адамс напоминала незнакомка: волосы собраны в две аккуратные косички, безэмоциональное лицо, готический макияж, чёрное платье с белыми оборками, такого же цвета туфельки без каблуков и чулки.

Вот только неизвестно, как бы литературные родители оригинальной готичной девочки-маньячки отнеслись к тому, что поверх платья их чадо носит кожаную портупею прямиком из магазинов для взрослых. И не носит нижнего белья. По крайней мере, верхней части точно не было, так как под тонкой тканью стянутого ремешками платья отчётливо виднелся контур весьма немаленькой груди. Да и две вершинки на них были отчётливо обрисованы. Стоп, это же признак...

Дэн посмотрел в глаза маньячки, которые сверкали, увидел, как язычок облизнул губки, и невольно сглотнул. Уэнсдей тем временем подошла к нему, протянула руки и провела кончиками пальцев по скафу, опускаясь ниже.

Когда ладонь достигла области промежности, брюнетка улыбнулась, а Найтингейл похолодел. Понятно, почему оригинальная дочь странной семейки никогда не улыбалась. Она носила на зубах острозаточенные виниры из нержавеющей стали. Когда же Уэнсдей задорно щёлкнула челюстью, а ещё изобразила язычком характерные удары по щеке изнутри, то Дэн, который сразу понял, на что намекает эта маньячка, нервно сглотнул. Где-то внизу он ощутил чувство, напоминающее испуг.

Видя, что он никак не реагирует, брюнетка нахмурилась и выразительно подняла бровь.

«Чёрт», – только и пронеслось в голове патрульного, как помещение разорвал громкий рёв. Все присутствующие обернулись на шум. В их сторону шёл новый действующий персонаж.

Глянув на неизвестного, Дэн решил, что этот любитель маскарада изображает саму смерть. Неизвестный в плаще быстрым шагом двигался к ним, отбрасывая в стороны более низкорослых дикарей. Высокий тип. Да и маска, судя по отметинам, очень знакомая. Этот парень напоминает...

– Да ну нафиг, – только и смог произнести ошарашенный пустотник, который узнал гиганта.

– Привет, Дэнчик. Ты, как я посмотрю, развлекаешься.

– Варг?

– Нет. Я на этом празднике – Дарт Альфариус. Само воплощение тёмной силы тестостерона и маскулинности, мой неудачливый спутник.

Пара альф с криками бросилась на Черепа. Варг не стал уворачиваться, а на ходу встретил их нокаутирующими ударами. Затем он схватил подбежавшего к нему качка в образе Халка за горло, приподнял, как следует тряхнул и бросил в толпу. Больше ему никто не мешал. Да и очень уж угрожающее рычание раздавалось из динамиков череполикого шлема.

Только Уэнсдей не отошла со всеми. Лишь чуть сдвинулась с пути гиганта и склонила голову на плечо. Варга она рассматривала с прищуром.

– Дэн, лови сигнал и настраивай свой компьютер на трансляцию. Вот на этой частоте. И пулей. Иначе не уйдём.

– Что это?

– Потом, – прервал Дэна Призрак, который подошёл к нему, достал нож и парой движений перерезал путы. – Винтарь где?

– Ну...

– Понятно, – вздохнул Варг. – Пролюбил. Как титановый шарик. Ладно. Сейчас вставай и двигай за мной. Молча. Спина прямая, походка наглая. Идёшь как босс.

– Понял, – шёпотом произнёс Найтингейл. Благо, говорили они через коммуникатор шлема.

Пара движений глаз по дисплею, и принятый от Черепа сигнал настроен и передаётся. Дэн заметил, после его активации, что Альфы и другие дикие дёрнулись и глянули на него с изумлением. А брюнетка Уэнсдей, так и с одобрением. Правда, потом она снова стала смотреть на Варга.

Найтингейл, поверив частоту, понял, что сейчас его ком работает на частоте имплантов. Вот оно что. Варг и Фенрир передают сигнал, что они альфы, а с ними теперь и Дэн. Вот же ловкие засранцы.

Поняв, что сейчас они не умрут, Дэн встал и бодрой походкой, расправив плечи, пошёл за Варгом. Дикари расступались перед ними.

Они почти дошли до выхода, как за их спинами раздался протестующий вопль. Переключив нашлемную камеру на обзор с тыла, Дэн чертыхнулся. Давешняя готка шла во главе толпы сразу за ними. И лицо у неë было ну очень рассерженное.

– Дэн, иди вперёд, я за тобой. Панель я поправил. Как дам команду, сразу закрывай. Я сейчас.

Клановец не стал спорить и пошёл вперёд. Ему было отлично видно, как Варг резко замер на месте. Когда фанатка Уэнсдей подошла к нему почти вплотную, воин резко развернулся и схватил её за шею, притягивая к себе.

Найтингейл уже прошёл в проход и развернулся, чтобы посмотреть, что там происходит. Варг держал брюнетку за шею мягко, но та была явно сильно шокирована и вся покраснела. Приблизив свой шлем к её лицу, воин провёл другой ладонью по её лицу, отпустил горло, передвинув руку на затылок девушки.

После этого Варг погладил шею девушки, отчего та закрыла глаза и откинула голову назад. Когда рука воина опустилась ей на грудь, она схватила её своими ладошками и сжала.

Череп освободил свою руку и отодвинулся от девушки. Затем, когда та хотела возмутиться, он одним движением сорвал с себя самодельную накидку и просто вложил её в руки брюнетки.

Та ошалевшими глазами посмотрела на подарок, потом на Варга, а потом схватила накидку обеими руками. В её глазах было столько обожания, что Найтингейл даже позавидовал Призраку. Но потом девушка улыбнулась, явив острые клыки, и наваждение прошло. Только фантомный приступ боли молнией промелькнул внизу.

Варг повернулся и неспешным шагом добрался до двери. В проходе он повернулся, кивнул брюнетке, а потом дал отмашку Дэну:

– Закрывай.

Створки быстро сомкнулись, но мужчины успели заметить на лице Уэнсдей печаль.

Варг шумно выдохнул, приложил руку к животу и опёрся на дверь. Дэн и вовсе мешком осёл на пол. С его стороны раздался истеричный смех.

– Да, Фен, твой код пашет. Проверено.

– Напарник, я рад, что не могу поседеть. Вколоть анестезию? Судя по реакции, рана опять разболелась.

– Есть такое, но терпимо. Дэн, ты как? – воин повернулся к спасённому пустотнику.

– Думаю, рассмеяться или заплакать от такого зрелища. Пока не решил, – ответил мужчина, поднимаясь на ноги. – Не могу поверить. Я прибил Джокера, меня чуть не забила Харли Квинн, спасла Уэнсдей, которая чуть не оскопила меня зубами. А ты заставил её бежать за собой, теряя трусики. Ты кто такой?

– Офицер Союза Древних. Восьмой отдельный отряд ликвидаторов, подразделение «Мрак». Позывной – Варг. Приятно познакомиться.

– Взаимно, – хохотнул Найтингейл.

– А насчёт её бельишка, ты не прав. Нельзя заставить сбросить то, чего и нет, – произнёс Варг. Увидев вопросительно поднятую бровь Дэна, воин постучал себя по шлему. – У меня термосканер тут.

Дэн лишь кивнул.

– Ладно, Дэн, пошли отсюда. Джесс там сторожит пленника. И через десять минут может уйти, как я и приказал. Так что ходу. Да и вообще пора отсюда уходить. Топчемся на месте. Не дай бог, ещё какие уроды припрутся.

Вместе они отошли от двери, направляясь обратно к мастерской. Уже который раз за день.

– И да, Дэн, один момент. Буду честен. Когда эта готесса улыбнулась, я этажом ниже тоже ощутил испуг.

Мужчины рассмеялись над шуткой, которая разрядила обстановку.

Они уже не видели, как внутри покинутого сектора брюнетка украдкой смахнула слезу. Затем она накинула на плечи подаренную накидку, завязала шнур, повернулась назад и замерла, выставив вперёд правую ногу.

Другие альфы просто склонили головы. Низшие дикие и вовсе упали на колени перед новой королевой.

Историческая справка 1. Ужасающая катастрофа

Выдержка из архива Государственного Университета города Кеннеди.

Новый Марс. Межзвёздный Альянс.

Это считается одной из самых ужасающих катастроф последних столетий, что произошла почти сразу после Исхода из Солнечной Системы. И на данный момент ничто не смогло её превзойти. И речь идёт о таинственном исчезновении межзвёздного ковчега «Колосс».

Кто-то может сказать, что в период Первой Войны Колоний между молодым Межзвёздным Альянсом и Конфедерацией Дракона были уничтожены космические станции и купольные города на поверхности с обеих сторон. Это были ужасающие трагедии, как и гибель населения Гановера или Чунциня, уничтоженных орбитальными бомбардировками, но такова война. Да и были это относительно небольшие поселения, примыкающие к шахтам и важным производствам.

Результатом Первой Войны Колоний стало принятие конвенций, прямо запрещающих нанесение удара по таким объектам. Все цивилизованные страны, включая кланы пустоты, ратифицировали еë. Но только не Призраки Мёртвого Мира, что были упомянуть ранее. Да, этот народ не сдерживают никакие законы и моральные нормы от нанесения удара по нашим городам.

Другие назовут катастрофой Резню на Новом Эдеме, которую учинили Призраки, заманившие в ловушку силы экспедиционного корпуса. И этой бойни можно было бы избежать, если бы миссией руководили более компетентные люди, а не посредственности вроде контр-адмирала Блэра, полковника Олмоса или покойного майора Самюэля Картера, которому перерезали горло после сдачи в плен.

Нет, именно исчезновение и вероятную гибель «Колосса», одного из трёх ковчегов наших прародителей, можно считать самой крупной космической катастрофой после Исхода. Один из самых крупных кораблей, которые когда-либо строили люди, нёс на борту не менее тридцати тысяч человек. Это в полтора раза больше, чем могли нести «Олимп» и «Титан» вместе взятые. И это не считая замороженного генетического материала для клонирования. То есть стёрлась последняя память о тех, кто не смог покинуть нашу прародину до вспышки Сверхновой.

Четыре километра в длину и один в диаметре – таков был размер этого гиганта. Кроме пассажиров в состоянии анабиоза, данный корабль нёс в своих обширных трюмах запасы техники и ресурсов. Также немало бесценной информации было в банках памяти на борту.

И всё это пропало после очередного прыжка. «Колосс» не появился в районе зоны перехода на другой стороне. Отправленные обратно разведчики не нашли никаких следов. Прыжки в соседние системы также не принесли результата. Корабль просто исчез.

После недели бесплодных поисков наши предки продолжили своё путешествие. И здесь, на Новом Марсе, они основали первое поселение. История освоения планеты – отдельная героическая история.

Можно сказать одно точно, что освоение новых территорий могло пройти гораздо легче, если бы у нас были ресурсы, люди и знания, которые сгинули с ковчегом. И Альянс мог занять положенное ему по праву место ведущей космической державы. Вот почему это самая ужасная катастрофа со времён Исхода.

«Колосс», или его останки, так и не нашли. Дальняя Разведка, первопроходцы, до сих пор ищут следы ковчега.

Много теорий было о причинах пропажи корабля. Среди них и неизученные особенности гиперперехода того времени, из-за которых «Колосс» потерялся в другом измерении. Также вероятна поломка системы навигации, которая привела его в неизвестный регион.

Менее вероятен мятеж среди экипажа, для которого не было предпосылок. Как и теория, что Призраки – потомки экипажа «Колосса». Это полный абсурд. Достаточно вспомнить чуждость, жестокость и дикость этого народа.

Можно лишь верить, что когда-нибудь мы или найдём «Колосс», или потомков членов экипажа, если они выжили. Две ветви человечества тогда соединятся, но это очень смелые надежды.

Время покажет.

Примечание: в статье за авторством доктора социологии и психолингвистики Г.Физратотен: «Увы, но самая большая катастрофа после пропажи колосса произошла, – это эпидемия грибковой инфекции на Аквитании. Как показала статистика, только лишь в одном Ажене погибло больше людей, чем на пропавшем ковчеге. И самое печальное, что мы потеряли право на моральное превосходство. Планету спасли те, кого мы десятилетиями считали чудовищами. Иронично, не так ли?»

Глава 4. Когда накопились вопросы

Добывающая станция «Гриндер».

Рефрижераторы вне зоны блокировки.

Холод. Такой мороз, судя по воспоминаниям, должен пробирать до костей. Но тот, кто проснулся, ничего не чувствовал. И никогда ранее не испытывал. Он просто помнил.

Даже воспоминания были чужими. Как и память об ощущениях. Своего у проснувшегося ничего не было. Его эмоциональный фон напоминал спокойную водную гладь, которую лишь иногда тревожила лёгкая рябь эмоций.

Ничего своего: ни памяти, ни чувств, ни ощущений. Даже цель нельзя назвать своей. Скорее, это чья-то непреклонная воля. Безжизненный голос, диктующий приказ, который нарушает его покой, лишает благостного состояния забвения и эйфории.

Да, раздражение и злость – вот это действительно было тем, что ему принадлежит. Заставляет двигаться, идти вперёд. Найти то, о чём говорит голос в районе затылка. Тот, что шепчет о тех шестерых, которые должны уснуть. И тогда его разум снова будет напоминать ровную гладь озера.

Крышка глухого анабиозного контейнера поднялась. Струя пара вырвалась из открытого нутра, а вслед за ней бортик с молниеносной скоростью схватила рука в защитной перчатке скафа. Самым необычным были пальцы на ладони: очень длинные, цепкие, в количестве четырёх штук.

Кто бы ни спал в капсуле анабиоза, одно можно было сказать точно: человеком он не был.

Склады у мастерской.

В это же время.

Окончив смеяться, Варг приложил ладонь к животу и прислонился к стене.

– Приятель, ты как? – забеспокоился Найтингейл.

– Нормально, Дэн. Просто я забыл, что мне меньше часа назад из брюха вытащили пулю. И ничего там ещё пока не срослось. Так, зашили на скорую руку, – ответил воин. Дышал он тяжело. – Вот, нарушаю постельный режим. Да ещё и ржу как конь. Ох, блин. Надо уходить отсюда и искать новое укрытие. И у меня есть идея, куда вам пойти.

– Правда? А ты чем займёшься? Мы тебя, великий воин, считай, почти мёртвым нашли, – с сарказмом произнёс Дэн.

– Не мёртвым, а вырубившимся. Отходняк от стимуляторов. Часик полежал, потом очнулся. Но вам спасибо, что нашли раньше этих ребят. Вот чего я, да и моё командование, точно не ожидали, что эти фанатики уже здесь. И явно отметились в этом деле. Уроды отмороженные.

В голосе Призрака, даже искажённом вокодером шлема, было столько гнева, что Дэн с интересом посмотрел на своего спутника. Что же это за неизвестные, которые у такого циничного типа вызывали не язвительные комментарии, а ненависть и презрение? Варг явно их недолюбливал.

От сектора развлечений до тамбура, который за последнее время уже не раз становился местом бойни, идти было всего ничего. Минуты. Варг и Дэн прошли их молча. Однако, когда Дэн увидел, что за тела прибавились в коридоре, то удивлённо засвистел.

– Да чтоб мне всю зарплату в первый же день спустить. Эти ребята в «Галилео» щеголяют. Откуда? Да, эти скафы лишь в старых каталогах остались, – ошарашенно произнёс клановец, присев у тела сержанта. Оглядев следы от пуль, Дэн вздохнул и посмотрел на Варга. – Девять миллиметров. Вряд ли ты ствол на ходу менял. Карабин? Джесс?

– Ага, помочь решила. Думала, что он меня убивает. Итог – есть язык, но калибром куда поменьше. Он в отключке, и Джесс его внутри сторожит. Вы уйдёте, а как очнётся, буду его колоть до самой жопы.

Дэн повернул голову в сторону Черепа:

– Терморектальная сыворотка правды? Смешно.

– Да ладно? Это почему? – Варг присел рядом с телом Исповедника и снял с трупа импульсник и тактический пояс с магазинами и гранатами. Их он передал Дэну.

– Потому что я служил и служу в СБ клана. И у нас, у Макинтайров, дело это, допрос, было хорошо поставлено. Форсированная фаза – крайний случай. Так что могу тебе показать мастер-класс, мой язвительный и безжалостный друг. Хм, интересное оружие. Я такую модель не видел раньше.

– Индивидуальный заказ. Эти парни, пижоны ещё те. Были, – поправился Варг. – Вот насчёт мастер-класса интересно, но времени нет на долгие допросы. Тем более долбанутого фанатика.

Найтингейл зафиксировал в памяти это замечание Черепа. Услышанное ему сильно не нравилось. Как и то, что он видел. Опытному следователю даже заклёпка на обшивке звездолёта может многое рассказать.

– Поверь, мой жуткий друг, боль бывает разная. Хочешь пример? – сказал Дэн, перевешивая подсумки серого на свой пояс и избавляясь от тандемных магазинов утерянной ЖМВ-шки.

– Бомби, Дэн. Даже интересно.

Пустотник усмехнулся:

– Ты же любишь свой нож? Это явно ценная для тебя вещь, – елейным голосом произнёс Дэн.

– Допустим, – сказал напрягшийся Варг.

– Тогда представь: ты спросонья достал пищевой батончик, не нашёл кухонный нож и достал этот, чтобы отрезать кусок на завтрак. Но когда ты закончил резать, то услышал скрежет. Смотришь вниз и понимаешь, что спросонья готовил завтрак не на доске, а на столешнице из псевдогранита. Звук – это результат встречи кромки с каменным композитом.

Череп вздрогнул, прижимая свободную руку к ножнам с упомянутым клинком.

– Чёрт. Наставник бы меня за такой косяк сам закопал. Кромке кирдык, нужно перетачивать.

– И неприятно, хотя я тебя и пальцем не тронул.

– Ладно, убедил, – поднял Варг руку. – Потом поговорим. О, кстати, Джесс надо предупредить, а то она уйдёт скоро по плану.

Из-за расстояния рация работала стабильно, так что Варг легко связался с девушкой. Та обрадовалась, что с Дэном всё хорошо, но наружу не вышла. Сказала, что ждёт их внутри, а пока вместе с копией Фенрира смотрит некую запись с одного из минидронов.

– Чёрт, да это точно или разработка европейцев, или на основе их идей, – с лёгким восторгом сказал Найтингейл, рассматривая труп серого с разных сторон.

– Серьёзно? Европейцы изобрели что-то, кроме деструктивной толерантности, либерализма и сотен психически нестабильных гендеров? – подчёркнуто серьёзно спросил Варг. Фенрир, который молчал с момента выхода из сектора с дикарями, отметил, что Призрак неожиданно стал очень собранным. Будто его или интересовали выводы Дэна, или он хотел сменить тему.

Дэн сделал глубокий вдох, посмотрев на спутника. Из-за маски казалось, что этот массовик-убийца постоянно насмехается. Как же с ним порой тяжело.

– Нет, я не про нации, Варг. Рад, что ты в курсе истории первой половины двадцать первого столетия.

– Век Безумия, как его потом назвали, – перебил его Варг.

– Не обобщай. И не все тогда настолько долбанулись. Мои предки, шотландцы, такой фигней не страдали.

– Ага, только некий Маккормак доказывал, что англичане веками угнетали прогрессивных горцев, которые носили килт из-за понимания чего-то там в своей идентичности.

– Блин, да почему вы все этого шизофреника Маккормака помните, а не Роберта Брюса, Джеймса Гранта или Шона Коннери, наконец?

– Я ещё про Соуни Бина знаю, – гордо сказал череполикий выедатель мозга.

– Мифический персонаж, казнённый за массовые убийства и каннибализм, глава клана выродков? Вот почему я не удивлён твоим интересам по моей родной истории? А Маккормака официально признали психом и поместили в психушку Эдинбурга. И не переводи ты тему.

– Что? Ты сам спросил, что я ещё знаю.

– И зря. Короче, под европейцами я имел в виду не жителей региона Земли, а колонистов с одноимённого шестого спутника Юпитера. Была там такая компания по колонизации, «Еврокорп». Они исследовали подлёдный океан на том комке грязи.

– Знаю о таком спутнике. Как и о том, что там были ещё Каллисто, Ио, Ганимед, Амальтея и другие. В школе проходил.

– Рад за вашу учебную программу. У нас таким только историки интересуются. Но это всë лирика. Этот скаф точно создан на основе их «Галилея». Видишь, какой он обтекаемый, – Дэн провёл перчаткой по наплечнику брони.

– Конечно, не слепой. Схватить его сложно, или ты имел в виду что-то ещё?

– Да, Варг. «Галилей» был универсальным скафом, который подходил и для работы в вакууме, и для исследования подлёдного океана Европы. За счёт такой формы уменьшали его сопротивление гидросреде. – Найтингейл показал на симметричные пазы на спине и голени скафандра. – Вот здесь крепили водомёты. Как раз для передвижения в океане. Плюс жёсткая конструкция и гидравлика, которая обеспечивала стабильную работу при большом давлении. Всё эти элементы есть здесь.

– Согласен. Кто-то достал архаичный шахтёрский скаф, решив, что это крутая военная разработка. Мне эти наёмники всегда странными казались.

– Да? Вот какие интересные наёмники. У нас о них никто не слышал. Но гораздо интереснее это, – произнёс Дэн, протягивая руку к цилиндрическому прибору на предплечье другого Исповедника. – Это тоже вещь из каталога «Еврокорпа». Универсальный газоанализатор ЕК-287.

– И что в нём особенного?

– Ты так говоришь, будто не знаешь. Или не ты разбрызгивал по мастерской растворитель? Этот прибор способен анализировать атмосферу и выделять в её составе самые разные примеси: отравленный газ, испарения топлива, взрывчатку. Потому их и ценила полиция на Европе. И маленький побочный бонус – чувствительность прибора позволяла выделять запах конкретного человека. Только не говори мне, что эти парни не использовали его в таком качестве.

– Раз так просишь, то не буду. Уговорил. Давай обшмонаем оставшиеся тела. На этой станции явно дефицит гранат.

Варг поднялся на ноги и направился к дальнему трупу.

– Конечно, Варг. У нас мало психов, которые не боятся разгерметизации или пожара в отсеке. А вот на поверхности планеты или астероида – совсем другое дело. И, кстати, такой момент. Я не говорил, что это шахтёрский скаф. Хотя его для этого и разработали изначально. Для добычи альфарита на дне океана.

– Не говорил. Но упомянул каталог.

– Каталог корпорации, которой больше нет. «Еврокорп» ликвидировали, так как после Вспышки их руководители примкнули к...

Дэн замер на полуслове, посмотрел на лежащие тела, потом на Черепа. Вспомнив, что тот упомянул о мертвецах, пустотник судорожно сглотнул. Историю он знал хорошо.

– Боже, Варг. Ты же не намекаешь мне так, чьи это потомки? – ошарашенно сказал Найтингейл, смотря на Призрака круглыми глазами.

– Что я могу сказать, Дэн. Ты умный мужик и хороший оперативник. На это я и намекаю. И рад, что ты сам догадался. Я боялся, что мои слова ты примешь за страшилку или шутку. Но, увы, всё серьёзно. Теперь ты в курсе, против кого мы здесь воюем.

– И воевал твой народ, – прошептал клановец. Его лицо побелело. – Вот почему вы прервали изоляцию и хотите заключить мир.

Варг только кивнул:

– Именно так, Дэн. И то, что творится здесь, лишь мелкая стычка. Одна из многих на моей памяти. Вот только никогда ещё не гибло столько мирняка.

Воцарилось молчание, прерываемое лишь шуршанием подсумков, которые наполняли трофеями.

– Варг, мы должны их остановить.

Воин посмотрел на пустотника. Лицо мужчины за забралом шлема было мрачным.

– Остановим. Только надо сначала выжить. Пошли к Джесс.

Космическое пространство.

Буферная зона. Сектор неизвестен.

Корабль носил имя «Ядовитый коготь». Если бы кто-то со стороны посмотрел на хищный стометровый силуэт, то он не опознал бы модель этого корабля, который мог быть как фрегатом, так ракетным эсминцем, в зависимости от установленного вооружения. На модульность конструкции намекали некоторые элементы на корпусе.

Пиратский рейдер был разработан по этому принципу и таким образом, строился. На разных предприятиях создавали модули, которые доставлялись на секретную верфь на окраине буферной зоны. Такой способ позволял уменьшить размеры сборочной станции. Как и сохранить существование объекта втайне.

Но такое сооружение, даже при отсутствии полного цикла сборки, не было дешёвым. Обычный пират не смог бы заполучить такое оборудование. Но тот, кого знали как Владыку Корсаров, не был обычным бандитом с межзвёздных трасс.

Стоя в ангаре рейдера, пиратский лидер смотрел на то, как последний из четвёрки мятежных капитанов падает на палубу с перерезанным горлом. Тело со связанными за спиной руками извивалось и дёргалось, орошая собственный скаф и настил кровью. Те, кто видел расправу над мятежниками, были бледны или посерели, в зависимости от цвета своей кожи.

– Думаю, что вопрос о моём лидерстве больше не стоит, – вперёд вышел мужчина в боевом скафе без шлема. На его плечи был накинут богато украшенный красный плащ. Тонкие и благородные черты лица, вьющиеся волосы, аккуратно подстриженная борода и усы говорили о благородном происхождении лидера пиратов. Серые глаза смотрели на подчинённых ласково, но, если присмотреться, внутри был лёд. Это был опасный разумный.

– Адмирал, но это безумие. Атаковать станцию – подписать себе смертный приговор, – начал говорить один из капитанов, но сразу осёкся, когда Владыка повернул голову в его сторону. Телохранители лидера пиратов, одетые в военные скафы производства Альянса, дёрнулись в сторону возмутителя спокойствия, но повелительный взмах руки остановил их.

– Безумие? Мы уже безумцы, раз выбрали такую дорогу в этом мире. Мы свободны и никому не подчиняемся. Мы сильны, а значит, берём то, что хотим.

– Адмирал, но если мы атакуем станцию, на нас ополчатся все: Альянс, Драконы, клановцы. Они введут сюда войска, как раньше. Да и чёртовы Призраки устроили резню. Надо перехватить несколько крупных караванов и разбегаться.

– Кажется, меня опять не слушают, – произнёс задумчиво лидер пиратов, а оставшиеся в живых капитаны его флота вздрогнули. Ещё не остыла кровь тех, кто привёл их сюда и призывал к открытому мятежу. Вон, последний только затих. Но то, что задумал Владыка Корсаров, было самоубийством.

– Нет. Я не прощаю трусость, но могу простить близорукость. Ведь вы не знаете всего.

Мужчина в плаще подошёл к крайнему телу на палубе и носком ботинка повернул голову трупа. Лицо мертвеца было искажено предсмертными мучениями.

– Нет, это не безумие. Лишь знание. Наши союзники помогли нам получить эти корабли. Они знали, что скоро всё изменится. Альянсу и Драконам нужна власть. Они так и так войдут сюда. Призраки лишь их опередили. И скоро здесь будет хаос. А что такое хаос?

Человек в плаще перевёл взгляд на шеренгу капитанов. Мужчины мялись на месте, поглядывая с испугом друг на друга.

– Э-э-э-э. Это лестница? – наконец произнёс один из них, который вспомнил одну старую голодрамму из сети.

Пиратский адмирал посмотрел на бедолагу так, что тот побледнел ещё больше. Но потом Владыка широко улыбнулся:

– Верно, капитан Копли. Это наша лестница наверх. И более того, одна из сторон и оплатила нам этот рейд, – произнёс Владыка, чем вызвал удивление пиратов.

Тот лишь рассмеялся:

– Именно так, джентльмены. Мы сделаем первый ход в этой партии, а потом сюда придут акулы крупнее, – лицо мужчины исказила злая усмешка. – Вот только придут они не за нами, а друг за другом. И будут рады оплатить нам как за охрану своих караванов, так и за уничтожения тылового обеспечения противника и клановцев. Тех вообще желательно истребить. Они лишь мешают.

Теперь капитаны смотрели на своего лидера по-другому. Кто-то удивлённо, кто-то с недоверием, но один из мужчин глядел на лидера с ужасом.

– Потому, господа, наш флот и собрался здесь. Через десять, двенадцать часов мы нанесëм удар. Мы начнём эру хаоса. У нас превосходящие силы, так что станция «Афина» будет уничтожена. Как и экспедиция чёртовых Призраков. За это нам заплатят особенно много...

Добывающая станция «Гриндер».

Зона мастерских.

Хорошо, что скафы были закрыты. Запах едкого растворителя ещё не выветрился из помещения. Джессика так и просидела эти полчаса.

Наконец, дверь отошла в сторону. В проëме показался мрачный Дэн. Девушка обрадованно улыбнулась, увидев его живым. Затем она посмотрела на появившегося за его спиной обладателя потрёпанной боевой брони и жуткого шлема и, к своему удивлению, почувствовала облегчение.

Как бы это ни казалось странным, но Варг внушал девушке чувство спокойствия одним своим присутствием. Да и его откровения примирили Джессику с прошлым. Кем-кем, но кровным врагом для неё Призрак больше не был.

– А вот и мы, Джесси. Я теперь убийца Джокера, а Варг у нас оказался фанатом ситхов, – бодро произнёс Дэн, но голос его не был весёлым.

– Скорее вселенной военных молотков, но это не точно. Да блин, Джесс. Я же сказал: не расшнуровывать этого и не трогать.

Последний из серых в испорченном скафе был связан, но от той части его шлема, где был так блок, к деке Джесс тянулся провод. Дэн понял, что Варг не хочет, чтобы девушка узнала что-то об истинной природе нападавших.

– Эй, одинокий волк, я же спец. Всё аккуратно, только лёгкий анализ. Кстати, программу самоликвидации я стёрла. Так что этот парень не умрёт от дозы яда из его аптечки. Господи, какие уроды это придумали? – спросила девушка, выдёргивая сослуживший свою службу штекер из так блока пленника.

– Конченые, Джесс? – произнёс Найтингейл, посмотрев на последнего выжившего Исповедника.

– Да уж, Дэн. Ты и не представляешь, насколько ты прав. Я думала, у него там коды доступа, записи переговоров или что ещё. Порно, например. Но я нашла кое-что похуже. Прикинь, у него там что-то вроде библии. Хотя больше это похоже на дешёвую брошюру очередной долбанутой секты. Больной ублюдок.

Варг и Дэн выразительно переглянулись и синхронно вздохнули.

– А полезного ничего нет? Или важного? – дипломатично уточнил Варг, подходя к пленному и поднимая его рукой вверх. Тело фанатика воин потащил к входу в один из тоннелей.

– Есть. Косвенное подтверждение твоих слов, что Роулинс чёртов предатель. Там все наши личные дела, кроме твоего файла и досье самого Марка. Да, оказалось, что этот говнюк-фетишист собрал наши вещи со следами запаха. У них что-то вроде газоанализатора. Они искали нас по запаху, прикинь? Не знаю, откуда ты знал, но я теперь понимаю, зачем ты это вонючее шоу устроил.

Дэн подошёл к Джесс и посмотрел на экран её деки. На экране как раз крутился файл его дела из базы Патруля. Да, дело – дрянь.

– Это понятно потому, что он якобы не знал, что система блокировки при разгерметизации на станции не глобальная, а по сегментам. На этом он нас и подловил, тварь черножопая, – прошипел пустотник, который вспомнил, из-за кого они здесь застряли.

– Расизм, кэп. Раньше я этого за тобой не замечала.

Найтингейл бросил взгляд на Варга, который засунул тело пленного в тоннель и теперь ждал товарищей. Клановец фыркнул:

– У меня ещё и ирландские корни есть. А расизм – часть этой культуры. Правда, реверсивный и в отношении долбаных англичан.

Джесс вежливо кашлянула.

– Джесс, твои рыжие волосы прямо говорят о том, из какой благословенной страны пришли твои предки, – не моргнув глазом произнёс Найтингейл.

– Ты много общался с Врагом. Он явно дурно на тебя влияет.

– Говоришь так, будто это что-то плохое, – проскрипел Череп. – И что за запись с дрона вы анализировали?

Девушка вздрогнула, щёлкнула несколько раз по своей деке и повернула экран к своим спутникам.

– Вот. Ты сказал, что мне надо идти к местной церкви. Фенрир, тот, что младший, нашёл запись с дрона, который следил за её обитателями. Полагаю, что те дети были оттуда?

Варг лишь кивнул.

– Вот я решила сначала посмотреть, что и как. Оказывается, у них есть что-то вроде скрытых отсеков, за стеной алтаря. Будто местный священник, отец Сальваторе, кажется, был раньше контрабандистом.

– Вполне возможно, что и сейчас этим промышляет. Времена тяжёлые, – добавил Дэн.

Комнатки меж стен были узкие. Там ютилось порядка дюжины ребят всех возрастов. Вдруг одна бледная девочка лет четырнадцати схватилась за голову, дико заверещала и стала кататься по полу.

Когда к ней подбежали другие дети, она вдруг успокоилась и набросилась на них с кулаками. С невероятной силой она отбросила пару мальчишек и вцепилась зубами в руку знакомой Варгу девушки с зелёными волосами и тёмной кожей.

– Святой отец, у Найи приступ. Помогите, – кричала зеленоволосая.

Подбежавший к дерущимся латинос в тёмной одежде силой оттащил обезумевшую девочку в сторону. Прижав её к полу, свободной рукой, он вытащил из кармана шприц и вонзил его в предплечье подростка. Несколько раз дёрнувшись, тело под мужчиной, наконец, обмякло.

– Лиззи, бери аптечку и обработай всем раны. Я унесу Найю подальше ото всех. И позови Хрома.

– Это ведь то самое, да? – спросила девушка священника.

– Марш отсюда, – прорычал мужчина. Подростков, как ветром сдуло.

Сдвинув волосы на затылке Найи, мужчина посмотрел на её шею, ощупал, а потом откинулся назад к стене и прижал руки к лицу.

– Боже, – простонал мужчина. – Только не это.

Джесс выключила запись и посмотрела на напрягшихся мужчин.

– Детям редко так рано ставят чипы. В основном для работы. Дорого. Но как минимум одна из них имела имплант. И она заражена. Надо поторопиться. Запись сделана чуть больше часа назад.

– Согласен. Только надо спрятать нашего пленника. Не тащить же его туда. Варг, он ещё долго проспит? – Дэн кивнул на тоннель.

– Часа три. Можем разбудить раньше. Маяк в его броне я сломал. Не найдут. Пошли.

Воин кивнул спутникам на тоннель. Сам он в этот момент обдумывал один момент. Всё-таки его внимание было острее, чем у спутников. Потому он и заметил, как во время потасовки у священника вниз сдвинулся воротник.

Интересно, откуда у священника застарелый горизонтальный шрам в том месте, где располагается основная часть импланта. И это не след от имплантации. Слишком неровный и грубый след. Да и внедряют капсулу и нейропереферию через почти незаметный прокол.

Зачем священнику на захолустной станции вырезать себе имплант за годы до этой цифровой эпидемии? Очень интересно.

Глава 5. Поступай правильно

Дипломатическая станция Каир-2 «Афина»

Модуль Межзвёздного Альянса

Даника Роуз с наслаждением потянулась, разминая спину и затёкшие плечи. Сидячая работа не особенно полезна, а девушка просидела несколько часов у компьютера в своей каюте за сведением показателей в отчёт. А после ещё и строила аналитические кривые для прогноза развития ситуации. И результаты обнадёживали.

Доля прибыли её новой родины, планеты Аквитания, составляла значительную часть оборота от планируемой торговли с Союзом. Кем бы ни были те аналитики Призраков, но дело они своё знали. Да и как демонстрационная площадка «Афина» явно была лучше той же столицы Альянса или Конфедерации. Подальше от конкурентов, но ближе к потребителям.

Слухи о технических новинках разносили по сектору залётные торговцы. Как и информацию относительно новых генераторов пищевой биомассы, а также о реакторах для выращивания мясных волокон. Плюс новости о передовых медицинских технологиях.

И в последнем немало помогли полицейские Гамбини и другие пострадавшие от рук головорезов Удава. По крайней мере те, кто уже выписался. Таинственные биофаги излечивали даже хронические заболевания. Стандартные медицинские препараты были дороги. Да и курс их приёма был немаленький. Пациента фактически подсаживали на лекарственную иглу.

И тут, в противовес дорогим лекарствам, всего несколько дней под капельницей. Просто в комплексе к лечению травм и увечий. У выписанных больных потом были такие анализы крови, что доктор Стефанос с ума сходит, атакуя администрацию относительно переговоров о покупке в медотсек данных препаратов. И слухи теперь гуляют по станции. Вместе с новостями о том, что есть альтернатива киберпротезированию утраченных органов – биорепликация.

Даника поднялась из-за стола, прошлась по кабинету. Затем подошла к столику и налила себе апельсинового сока. Тоже контрабанда, от туда, как еë называют посетители столовой Винтика. Да, это из разведённого концентрата, но на вкус куда лучше обычной химии.

Выпив стакан холодного сока, посол Роуз откинула волосы назад, а потом подошла к терминалу связи, проверяя сообщения и сверяясь с графиком назначенных встреч с представителями компаний и кланов.

Запросов на встречи было много в связи с последними событиями. Если и есть в деловых людях что-то одновременно хорошее и плохое, так это готовность торговать хоть с самим Дьяволом. Или Призраками.

Все подобные встречи Даника уже перенесла на следующие дни. Сейчас девушка ждала ответного приглашения на личную встречу. Официально-деловую, но в неформальной обстановке, за чашкой чая или безалкогольного фруктового коктейля. Тот, кого она пригласила на встречу, не пил.

Увы, адресат ответил, что прийти сможет по возможности. Дел неожиданно много, но если получится, то он придёт, захватив планшет и чипы с файлами.

Тяжело вздохнув, Даника написала в ответ, что ничего, но как будет возможность, можно прийти до десяти вечера, если будут вопросы. Она работает допоздна, так что до отбоя будет активен разовый пароль от двери её апартаментов. Ей не хочется отвлекаться на звонок.

Лишь отправив сообщение, Даника почувствовала себя полной дурой. Господи, ну кого она обманывает?

Не увидев ответа на последнее сообщение, девушка закрыла мессенджер и стала изучать почту. И сразу же увидела, что пришло письмо по гиперсвязи. Ничего необычного, но в графе отправления было написано: Межзвёздный Альянс, Новый Марс.

Это могло быть просто сообщением от Маккензи. Однако была большая вероятность, что это сообщение от родимой семьи, которая великодушно прощает блудную и оступившуюся дочь. Даника сделала несколько глубоких вдохов, как перед прыжком в воду, а потом открыла послание.

Нет, оно было не от Джона Маккензи. И не от дорогих родителей, но не лучше. Письмо было от Дональда...

Чувствуя, как в груди шевельнулся осколок льда, Даника молча изучила послание от человека из прошлой жизни. После этого, не отвечая, она отправила его в корзину. Ничего нового. Ведь все там, дома, давно решили, что она сама виновата.

Чувствуя, будто с головой искупалась в чём-то грязном, Даника бросилась в спальню. Срывая с себя на ходу белую блузку, лёгкие брюки и бельё, девушка шла к душу, который примыкал к комнате.

Побросав вещи в корзину для белья, Даника неожиданно вышла из ванной и подошла к туалетному столику рядом с кроватью. Универсальный экран мог быть как проигрывателем, так и исполнять роль зеркала.

Нажав несколько кнопок на пульте, включила на воспроизведение альбом со снимками. Это была профессиональная фотосессия у одного из лучших эротических фотографов Нового Марса. На фоне одностороннего панорамного окна, с развевающимися от вентилятора волосами, ярким макияжем и агрессивным боди-артом на снимках была запечетлена дерзкая модель – сама Даника Роуз.

Фотосессия была приватной, предназначалась для одного человека. Но он её так и не увидел. Она забыла карту со снимками дома. Да и зачем они были тогда нужны? Просто слегка подразнить избранника, который и так вскоре мог всё это увидеть.

Нажав ещё пару клавиш, девушка остановила воспроизведение альбома. Экран разделился на две части, причём вторая часть играла роль зеркала. На снимке она стояла вполоборота к камере, закинув руки за голову, что более рельефно подчёркивало её грудь. И сколько дерзости было во взгляде.

Приняв такую же позу, Даника стала рассматривать свой снимок и отражение. Её фигура сейчас даже лучше выглядит. Спасибо регулярным тренировкам. Да и на лице нет морщин.

Вот только вместо боди-арта у неё теперь другие украшения. Всю шею, верх груди, ключицы, отчасти руки и плечи покрывали чёрно-зелёные узоры. Будто паутина или потёки сильно разбавленной краски. Такие следы под кожей, напоминающие татуировки, оставляла смертоносная грибковая инфекция – болезнь Палмера.

Постояв так несколько секунд, Даника опустила руки. Выключив экран, она пошла в ванную. И там, стоя под струями горячей воды, девушка, наконец, позволила себе разрыдаться. Затем её захлестнули воспоминания.

За три года до текущих событий.

Планета Аквитания. Город Труюсс.

Номер люкс отеля «Принц Вильгельм».

Судорога прошла по измученному телу, заставив Данику передёрнуться. Всё тело болело, особенно спина, ноги и горло, которое будто жгло изнутри огнём. Сколько дней она провела в одиночестве, запертая внутри шикарного номера отеля – большой вопрос. День? Два? Неделя?

Теперь она точно осталась одна. Те, кому она хотела помочь, больше не отвечали, а у неё не было сил сделать даже несколько шагов.

Власти столицы экономили на освещении внутри купола. Не горели больше потолочные панели, лампы уличных фонарей, реклама на зданиях. Ведь немалая часть энергоснабжения шла со станций Ажена.

Сейчас реакторы этого города, который первым пал перед эпидемией, были заглушены. Угроза взрыва из-за отсутствия контроля. Работники энергостанций держались до последнего, но тоже пали жертвой эпидемии. Как и вся группа доктора Бернарда Палмера. Медики аж из самой столицы успели прибыть на Аквитанию до блокады планеты.

И ведь поначалу ничто не предвещало беды. На Аквитанию она прибыла на борту частной яхты. Вместе с Дональдом Проузом, одним из наследников одноимённой династии. Члены этой Первой Семьи отчасти контролировали производство медицинской техники и систем жизнеобеспечения.

Девушка тогда верила, что это любовь. Несмотря на то, что Даника выросла в семье циничных медиамагнатов, вера в любовь всё-таки жила внутри неё. И Дональд Проуз, такой обаятельный, улыбчивый, вежливый и галантный, просто очаровал еë так, что она не видела, как их родители уже просчитывают выгоды от этого союза.

Ей очень хотелось посетить фестиваль вин в Ажене. Местные гидропонные фермы позволяли выращивать большие урожаи самых разных сортов винограда. Поэтому аквитанские вина были самыми распространёнными в Альянсе. Были как элитные сорта, так и доступные самым бедным слоям населения.

Дональд тогда посмеялся над таким её желанием, но согласился. Разговор о путешествии происходил во время приёма в небоскрёбе Роузов. Счастливая Даника унеслась к матери и не видела, как её избранник закатил глаза и скривил лицо. Но вскоре он уже приветливо улыбался при виде Лайзы Гейтс, чьей семье принадлежала корпорация «Биоген».

Сама Даника ради избранника была готова на многое. Даже на откровенную фотосессию. Её девушка хотела отправить Дональду по почте, но фотограф прислал ей файл перед самым отлётом яхты.

Хоть молодые люди были близки, но пока ещё определённую грань не перешли. Да и, как назло, во время полёта Дональду пришлось решать срочные дела семьи. Сильно извиняясь, он оставил ничего непонимающую девушку в её каюте.

Даника решила, что её избранник не хочет торопить события, возможно, сам волнуется. Но она бы сильно удивилась, если бы узнала, какими именно «делами» был занят её будущий жених.

Яхта принадлежала семье Проузов. И персонал был подобран так, чтобы удовлетворять все прихоти владельцев. Совещания Дональд проводил в компании горничной, официантки и администратора. Наедине. И все девушки забыли одеть не только форму, но и всё остальное.

По прибытии в Бордо, столицу планеты, молодые люди заселились в отель. И там, наедине, Дональд встал на одно колено и надел ей кольцо на палец. Конечно, она согласилась.

Потом они должны были лететь в Ажен, но Дональду пришло важное сообщение, которое могло задержать их отъезд на фестиваль. Чтобы Даника не грустила, молодой человек предложил ей полететь на фестиваль одной, а он потом её догонит.

В итоге так и получилось. Во время полёта они постоянно обменивались сообщениями. Девушка была невероятно счастлива. На фестиваль она прибыла без лишней помпы. В дорогом, но довольно простом на вид платье, она гуляла по улицам города, дегустируя вино и наслаждаясь свободой и отсутствием контроля.

Только насчёт последнего она ошибалась. Несколько нанятых родителями телохранителей смешались с толпой, обеспечивая безопасность наследницы и контролируя каждый её шаг. Все радовались. Кто-то вскользь упомянул, что многие люди обратились в больницу с симптомами, похожими на грипп, но вскоре этот эпизод забылся.

Переночевав в лучшей гостинице города, утром Даника почувствовала недомогание и лёгкую головную боль. На такие же симптомы жаловалось не мало людей, но всё списали на чрезмерное употребление вина.

Дональд не прилетел. Вместо этого от него пришло сообщение, где он срочно просил девушку вернуться в Бордо. И не объяснял причин. Даника сильно удивилась, но, понимая, что её жених волнуется, взяла билет на шаттл до Бордо. Транспорт, на котором она вылетела, был одним из последних, которые покинули город перед объявлением карантина.

Тогда, как раз после фестиваля вина, пришли анализы некоторых пациентов, которые обратились в больницы города с симптомами гриппа. Примерно такой анамнез выходил из жалоб, но, увидев результаты, врачи схватились за голову, а потом бросились звонить в ратушу.

Осознав степень угрозы, местный мэр сразу закрыл город и объявил полный карантин. Правда, к тому времени умерло уже несколько десятков тех, кто приболел и находился дома.

Однако до, во время и сразу после фестиваля, город покинуло немало людей. Изолировать очаг новой инфекции не удалось. Но некоторые люди узнали об угрозе даже раньше врачей и мэра Ажена. И покинули планету задолго до того, как губернатор Поль Рено объявил планетарный карантин.

Крепкий сорокалетний мужчина, который внешне был похож на Алена Делона, актёра из прошлого, получил своё место не только из-за симпатий электората. Хотя больше всего, конечно, такие чувства в отношении Поля Рено испытывала прекрасная половина выборщиков. Нет, это был человек действия, который умел действовать быстро и не питал напрасных иллюзий. И не боялся, что непопулярные решения скажутся на его рейтинге.

Только из-за принятых в экстренном порядке мер удалось избежать заражения в части городов и населённых пунктов в другом полушарии планеты. Жёсткая блокада. Все планетарные рейсы вернули обратно. Перелёты в пределах планеты ограничили, но шаттл Даники, как и некоторые другие рейсы, уже успели достичь пункта назначения. Плюс немало людей улетело по делам из Ажена и до фестиваля. Локализовать угрозу не удалось.

Дональд ещё на подлёте шаттла прислал ей сообщение, что её ждёт машина для космопорта. Написал, что у него для девушки сюрприз. Наследница семьи Роуз обрадовалась. Она послала видеописьмо Дональду, но перед самой отправкой сообщения Даника начала кашлять и приложила руку к горлу. Дичайшая боль неожиданно проявила себя.

Получив это сообщение, Проуз буквально побелел от ужаса. Все признаки из полученного им накануне вечером письма были настолько явными, что дальнейшее решение он принял не раздумывая. Шаттл с его яхты покинул поверхность планеты до того, как Даника достигла посадочной площадки. И отключил свой коммуникатор.

К моменту прибытия лимузина к входу в ВИП-зал космопорта он уже был закрыт. Полиция блокировала все выходы к посадочным площадкам. Поэтому ничего не понимающая девушка была вынуждена вернуться в отель. Как бы она ни пыталась связаться со своим женихом. Её личная помощница и стилист так и остались в отеле. Этих девушек никто и не думал предупреждать, что следует бежать.

Следующие недели были одними из самых страшных в жизни Даники Роуз. Запертая со своими помощницами в люксе элитного отеля, она могла только смотреть новости. Поль Рено запросил помощь, но на планету до установки блокады флотом Альянса прибыл только частный корабль с командой Бернарда Палмера.

Через неделю после установки карантина планету заблокировали две эскадры эсминцев Альянса. Несмотря на то, что полиция заблокировала стартовые площадки в крупных городах, с небольших частных космодромов стартовало несколько кораблей. Почти все они были сбиты.

Пара небольших фрахтовиков смогла достичь точки перехода и прыгнуть. Один из них достиг системы Альянса и был уничтожен. Второй, из-за ошибки с расчётами, улетел в сторону Рубежа. И именно просчёт навигатора стал той счастливой случайностью, которая всех спасла.

Это произошло в первую неделю изоляции. Данику и её спутниц изолировали в номере. Как оказалось, у неё, в отличие от многих, в реальности был самый обычный грипп, который она подхватила во время перелёта или до этого.

Всё это время, пользуясь своим статусом, она пыталась связаться как с Дональдом, так и со своей семьёй. Но гиперсвязь перекрыли силы блокады, уничтожившие спутники связи.

Девушка после всех этих новостей была сильно напугана. И если что-то и было хорошее в том, что она оказалась заперта в заражённость городе. Так это то, что она избавилась от иллюзий как относительно своего жениха, так и своей семьи. Но сначала она чуть не накричала на своих помощниц.

Той ночью Данике не спалось. Она решила пойти взять бутылку воды из тех запасов, которые им приносили служащие отеля в защитных костюмах. У входа в гостиную девушка остановилась. Её спутницы, Карен и Селена, тоже не спали, а разговаривали.

Услышав, что речь идёт о ней, Даника остановилась и прислушалась. Карен тихим голосом говорила стилистке, что ей жаль их нанимательницу. В отличие от многих избалованных отпрысков из Первых Семей, их клиентка была хорошим человеком. Вот только ей не повезло в любви.

После этого ошарашенная Даника услышала рассказ о том, как родители приказали Карен помочь устроить якобы случайную встречу своей непутёвой дочери с одним из наследников Проузов во время выставки. Никого не стесняясь, особенно наёмного сотрудника, родители прямо обсуждали выгоды от этого брака. Естественно, что помощница девушки не могла отказать таким людям. Но ей до сих пор было стыдно.

Даника чувствовала, как щиплет глаза, а первая капля уже катится вниз по щеке. Но то, что в ответ на откровения Карен рассказала Селена, повергло её в ещё больший шок.

Её стилистка рассказала, как во время полёта на яхте к ней подошла местная администратор. Эффектная блондинка отвечала за комфорт и удобство пассажиров частного звездолёта. Нисколько не смущаясь, она прямо предложила молодой латиноамериканке скрасить досуг владельцу яхты. Оплата щедрая. Нужно только сказать да и подписать контракт о неразглашении.

– Господи, Сели, только не говори мне, что ты...

Карен осеклась и покачала головой, однако Селена лишь горько усмехнулась, прижимая к груди розового плюшевого зайца. Эту милую игрушку ей подарила Даника на день рождения.

– Нет, я ответила, нет, – сказала девушка и разрыдалась, уткнувшись в грудь Карен. Та обняла её и стала гладить, слушая её сбивчивый рассказ сквозь слёзы.

Недовольная администраторша ушла, но вскоре каюту Селены посетили сотрудники службы безопасности Проузов. Её заставили подписать акт о неразглашении. И предупредили о том, что Даника ей не поверит. Так что не стоит понапрасну расстраивать свою хозяйку.

– Карен, вот я и думаю, может, нас не предупредили потому, что я отказалась раздвинуть ноги? Понимаешь, я думаю, что если бы тогда согласилась, тебя и меня бы забрали. И Данику. Мы бы не были сейчас здесь.

На негнущихся ногах Даника вернулась к себе. Всю ночь она проплакала в подушку, вспоминая странное поведение Дональда как во время перелёта, так и здесь. Нет, он не стеснялся своих чувств. Он избегал её, гуляя и развлекаясь на стороне. Ведь она же слышала о таких браках по расчёту, но думала, что её это не коснётся. Какая наивность!

Утром её спутницы вели себя, как обычно. Селена переживала о цвете её лица, так как оно опухло от слёз. Да и эти синяки под глазами. Хотя что у самой стилистки, что у личной помощницы, в глубине глаз была заметна грусть. И печаль, которую Даника ранее не замечала. Ведь она на многое раньше не обращала внимания.

Девушка неожиданно обняла обеих помощниц и прижала к себе. Сказала им спасибо, что всё хорошо. Они скоро выберутся.

К этому времени уже была потеряна связь с Аженом, а его реакторы были аварийно остановлены. В части незараженных городов подходили к концу продукты, но доставить их из заражённых поселений не было возможности.

Через два дня заболела Селена. Схватилась за горло и упала, заходясь в надрывном кашле. Власти надеялись, что карантин поможет сдержать распространение болезни, но они не знали, насколько грибковые споры невероятно летучие и живучие. Мощные рециркуляторы купольных городов разнесли заразу по всему городу, а встроенные в них системы обеззараживания не справились. И инкубационный период закончился.

Карен прогнала Данику к себе и заперлась с Селеной в их комнате. Она справедливо полагала, что и так находится в группе максимального риска. Ведь она жила вместе с заражённой всё это время. Но все уже знали степень опасности заболевания и понимали правду. Если заболела одна, то, значит, и все остальные.

Даника носила к комнате помощниц еду, воду, немногочисленные лекарства. Карен забирала поднос после её ухода. Всё это время она ухаживала за подругой, которая билась в лихорадке. На груди Селены уже появились первые тёмные пятна.

Через несколько дней и Даника почувствовала слабость и боли в горле. Кашляя в ванной, она заметила тёмные сгустки в слюне – следы спор. И ещё припасы остались на подносе. Карен не дошла до двери и упала.

Наплевав на всё, Даника перетащила в кровать Карен. Теперь уже она ухаживала за теми, кто ранее заботился о ней до конца.

Селена была не права. Они обе ни в чём не виноваты. Просто они, по несчастью, оказались рядом с той, кто не смог их защитить.

– Простите меня, – плакала Даника, вытирая пот с тел девушек. Она пыталась их накормить, но те уже были в забытье. Всё, что оставалось, так это поить их с ложечки. Хоть что-то.

Вскоре и сама Даника упала на пол в гостиной. Она уже не обращала внимания на то, что им давно уже не приносят еду и снаружи не слышно ни звука. Девушка лежала в гостиной и ждала смерти.

Находясь в беспамятстве, она уже не видела и не слышала, как сам собой включился головизор на стене. Это был аварийный режим на случай чрезвычайных ситуаций. Диктор в одном из изолированных и незараженных городов сообщил, что на орбиту вышел некий флот, который передаёт зацикленное сообщение, что они пришли помочь. И что у них есть лекарство.

Силы блокады в буквальном смысле сбежали. Командор, командовавший соединением и носивший, по странному совпадению, фамилию Проуз, даже не стал связываться с прибывшими, а просто приказал отступать. Несколько десятков уже знакомых «Пилумов» и «Скатов» могли напугать и более храброго человека. А ведь кроме уже знакомых кораблей прибыли и совсем незнакомые гиганты. Десяток цилиндров длиной в три четверти километра, имевшие явно модульную компоновку, ощетинившиеся стволами орудий, легко могли сойтись в одиночном бою с эскадрой крейсеров Альянса и победить.

Ни побелевшего лица диктора, ни изображения прибывшей армады Даника уже не видела. Только потолок перед глазами, гул в голове и боль во всём теле. Так, она и пролежала до того момента, как дверь в номер выбили сильным ударом. Внутрь вошли гиганты в чёрной броне. Их оружие болталось без дела за спиной. Хоть это и спасательная операция, но устав есть устав.

Быстро разбежавшись по номеру, Призраки проверили комнаты.

– Командир, там два тела. Совсем молодые девки. Мертвы уже пару дней как. Эта вот о них походу и заботилась. Да. А на вид из мажорок, которым на всё посрать.

– Просто не сволочь, – раздался ещё один гулкий голос. Гигант склонился над Даникой. – Жива ещё, но, похоже, уже крайняя стадия. Док, сюда.

Ещё один Призрак, уже без брони, но в скафе, с круглыми линзами на шлеме, присел рядом с девушкой. Поводив над телом сканером и взяв пробу крови, он только покачал головой. Затем ловко сделал пару уколов, брызнул ингалятором в горло и поставил капельницу с физраствором.

– Майор, я вызвал санитаров. Состояние у неё теперь более-менее стабильное. Но до бокса можем не довезти.

– А? Кто вы такие? Что происходит? – вдруг распахнула глаза девушка и начала дёргаться. Взгляд еë после пары укрепляющих уколов стал более осмысленным, да и в голове прояснилось. Потому, увидев, кто над ней склонился, Даника едва сдержала крик ужаса. Только как кричать, если горло всё ещё болит так, будто кто-то изнутри дерёт его наждаком.

– И какие идеи, док? Она не единственная. Здесь народу столько, что мы уже не справляемся.

– Прямое переливание, – быстро сказал док, прервав гиганта в броне. – Я проверил её группу. Один донор у нас есть.

– И кто же это? – спросил гигант, переводя взгляд со своего спутника на лицо ослабевшей и перепуганной девушки.

– Ты, Удав. Отрицательный резус и та же группа лишь у тебя. Тебе решать, но... Не донесём её, майор.

Гигант долго не раздумывал:

– Давай, док. Эй, красавица, – гигант приблизил шлем к лицу Даники. – Тебе недолго осталось. Есть шанс тебя спасти. Но могут быть последствия. И если...

– Я согласна, – прохрипела Даника, оборвав его речь на полуслове.

Гигант лишь кивнул:

– Док, готовь переливание. Сколько нужно?

– Не меньше кварты. И потом внутривенное питание.

Последним воспоминанием Даники, перед тем как она провалилась в забытье, была трубка для переливания в её вене. И чёрная жидкость, которая текла по ней.

* * *

Пробуждение было более лёгким. Всё тело ещё болело, но уже не так сильно. Она лежала голой на больничной койке, накрытая одеялом. Капельницы и датчики были присоединены к телу. В тускло освещённом зале было немало таких коек. И между ними ходили врачи с закрытыми лицами и в серых защитных комбезах. На первый взгляд, каждый из них был ростом не менее семи футов.

– О, смотри, ещё одна очнулась. Будет жить. Двое суток в реанимации.

Даника повернула голову на голос. Один из гигантов стоял у изголовья справа, изучая показания на мониторе. Значит, ей это не привиделось. Её, как и многих других, спасли те, о ком в приличном обществе не принято говорить.

Доктор, изучая показания приборов, бормотал под нос. Искажённый вокодером голос звучал странно. Будто и не гигант разговаривал, а кто-то другой переводил его или её слова. Система перевода в маске? Возможно.

– Прямое переливание? Это кто такой умный? Ё-моё, хоть бы предупредили. А мы понять не можем, откуда такие показатели.

Гигант наклонился над девушкой и, оттянув веко вниз, рассмотрел её глаза.

– Вроде без последствий. Хотя чего это я говорю? Они же не костный мозг пересадили, – пробормотал неизвестный, а потом нажал на пульте какую-то кнопку. Девушка вскоре уснула.

* * *

Не только к ней применяли такую процедуру, как переливание крови. Это применялось неоднократно, вытягивая с того света самых безнадёжных больных.

На повторную процедуру повезли и Данику. Пока она спала. Вернее, думали, что она спит. Девушка не знала, куда её везут на каталке, а потому молчала, изображая сон. Только подглядывала из-под прищуренных век.

В процедурной, куда её привезли, уже ждал знакомый ей гигант. Пусть сейчас без брони, в одном тактике, однако, она его узнала. Дел у Призраков было многовато, пациенты ослабевшие, потому никто и не проверил её состояние. Привезли, подключили прибор, оставили вдвоём и ушли.

Переливание не заняло много времени. В этот раз ей перелили явно куда меньше крови.

Удав по окончании процедуры отсоединил от катетера на своём костюме штекер, выключил прибор и встал с кушетки. Размяв затёкшие плечи, мужчина подошёл к столику, где стоял кувшин с водой. Налив стакан, он сорвал с головы маску и с наслаждением напился.

Даника внимательно наблюдала за ним из-за полуопущенных век. Чёрные, как смоль, короткие волосы и очень бледная кожа с лёгким сероватым оттенком. Наконец, мужчина повернулся, и она смогла рассмотреть его лицо.

Это не был монстр или мутант, как о них говорили. Вполне человеческое лицо. Только кожа белая и глаза иссиня-чëрные. Как два провала.

Гигант улыбался. Потом он одел обратно маску и покинул комнату. Данику вскоре перевезли обратно в палату.

Об увиденном она никому так и не рассказала. Это была лишь её тайна.

Вскоре во время обеда, она познакомилась с другими пациентами. В обросших щетиной мужчинах она не сразу узнала Поля Рено и Джона Маккензи.

Дипломатическая станция Каир-2 «Афина»

Модуль Межзвёздного Альянса. Сейчас.

Обсохнув под струёй тёплого воздуха, посол вышла из душа. Не одеваясь, она подошла к терминалу и включила лёгкую музыку. А ещё запустила на большом экране в гостиной демонстрацию своей фотосессии.

Раз некому показывать эту красоту, то хоть сама полюбуется работой мастера. Да, слегка отдаёт нарциссизмом, но ей сегодня надо расслабиться.

Подойдя к бару, на котором лежал плюшевый кролик, она налила себе вина. Подарок Поля Рено. Сделано из ягод с его личного гидропонного виноградника.

И вино, притом им самим и сделанное. Хобби у губернатора такое.

Кролик, лежавший на баре, был бледно-розового цвета. После всех процедур обеззараживания игрушка уже не могла сохранить изначальный яркий оттенок. Всё, что осталось на память от тех, кто действительно её любил. Пусть и по-своему.

Иногда Даника задавалась вопросом, что было бы, если бы губернатор сразу обратился за помощью не в Альянс, а к Призракам? Просто наудачу. Да, тогда это казалось полным безумием – обращаться к монстрам.

Вот только у этих монстров был важный принцип – поступать правильно.

– Наверное, я не вовремя. Но ты сказала, что я могу зайти. Были проблемы. Надо было предупредить, но ты не брала трубку, – раздался за спиной такой знакомый голос. Девушка чуть не поперхнулась вином. – Я и заволновался. Кстати, очень красивые фотографии.

Да твою-то мать...

Дипломатическая станция Каир-2 «Афина»

Технический уровень.

Как же, технику, который обслуживал системы энергораспределения, хотелось кричать от боли и страха. Но он не мог этого сделать. Тонкая струна, обвивавшая шею, сдавила гортань.

Пальцы немолодого уже мужчины скребли без толку по шее. Наконец, дёрнув пару раз ногами, техник затих.

Его убийца, который был одет в такой же серый комбинезон сотрудника техслужбы станции, отпустил рукоятки гарроты. Подхватив тело, он потащил его к запираемой технологической нише. Здесь труп не найдут достаточно долго для того, чтобы саботажник и его товарищи успели закончить приготовления.

Конечно, не очень удобно, что этот бедолага вошёл сюда в тот момент, когда убийца копался в трансформаторном шкафу. Старик лишь хотел узнать имя молодого новичка, которого раньше не видел. Ещё, на свою беду, он сказал, что его смена окончена и он пойдёт наверх выпить пивка. Это и определило его судьбу.

Да и видел старик слишком много. Мог и понять, что неизвестный коллега возится с энергоснабжением защитных систем станции.

Хотя менее чем через сутки все здесь, на этой станции, умрут.

Глава 6. Новые подробности

Космическое пространство.

Борт ударного крейсера «Разящий».

Если и было что-то общее у палубной авиации космических носителей Альянса и Конфедерации, так это отказ от пилотируемых аппаратов в пользу беспилотных. Это было и проще, и отчасти дешевле. Да и машина получалась меньше по размерам и легче из-за отсутствия систем жизнеобеспечения и компенсации перегрузок. Роботизированные перехватчики с корпусом-бочонком и иксообразными плоскостями для подвески ракет могли выполнять манёвры с куда большими перегрузками, чем выдержит человек.

Но Призраки не были обычными людьми, а потому к моменту битвы за Новый Эдем разработали собственные МЛА. И эти машины были больше размером, лучше вооружены, и их пилотировали пилоты, которые и без гравитационного компенсатора ускорения могли выдержать максимальное ускорение в пятнадцать, а то и всё двадцать «джи». И при этом Контроллеры были куда умнее, чем простые программы пилотирования у БПЛА.

«Стилет», он же тяжёлый истребитель ИТ-11 «Кедр», был первой ласточкой Союза Древних в этом вопросе. Нет, Призраки не были первопроходцами в этом вопросе. И у клановцев, и у планетян были пилотируемые МЛА, но применяли их в основном для ближней обороны планет и станций.

Иногда для борьбы с пиратами пустотники использовали самодельные мини-авианосцы – небольшие, но скоростные грузовики и буксиры с гиперприводом. Малоразмерные перехватчики крепились к ним на внешней подвеске, что расширяло применение этих простых МЛА. Такую же тактику применяли и пираты для перехвата лайнеров и каботажных судов.

Но клановские пилотируемые аппараты, как и машины планетян, были относительно небольшими, четыре-пять метров в длину, и очень легко вооружёнными судами ближнего радиуса. Их слабые двигатели не позволяли применять их в зоне с гравитацией выше ноль пять «джи». Борьба с одноклассниками, спутниками, маломерными судами и мобильными платформами ПВО – вот их предел.

БПЛА-перехватчики при тех же габаритах были куда опаснее. Потому Альянс и Драконы комплектовали свои тяжёлые носители только ими. И такой подход считался эталонным до того, как Призраки показали, что пилотируемую авиацию рано списали.

«Стилет» при виде сверху представлял собой вытянутый треугольник длиной двадцать метров. Мощные межпланетные двигатели, высокая автономность, сенсоры дальнего радиуса действия, сдвоенная спарка импульсных орудий, внутренние отсеки и внешняя подвеска – истребитель мог легко дать бой малому корвету, и не одному. И одержать победу. Способность пилотов переносить дикие, по местным меркам, перегрузки позволяла им без проблем вступать в бой с беспилотниками и побеждать.

Грозный противник. Эскадрилья таких истребителей могла нанести серьёзные повреждения даже крейсеру. Ракеты и бомбы у них на борту были больше и мощнее, чем у нормалов. Но тот монстр, который стоял в ангаре «Разящего», был даже на вид более мощным.

Разговор в диспетчерской у лётного ангара был очень лаконичным и содержательным. И только по причине того, что Гельмут находился в лёгком шоке.

– Боже мой. Этот монстр раза в полтора больше. И у него интегрированный гипердрайв?

– Ага? – лаконично хмыкнул Ки́ло. Стоя у обзорного иллюминатора своём череполиком шлеме, майор явно веселился от реакции немца.

– То есть у него мощное альфаритовое ядро и... У него термоядерный реактор? Как на боевом сторожевике?

– Да, явно не изотопное недоразумение. Да и потребителей энергии много.

– Несколько турелей, системы РЭБ высокой мощности, проектор поля дисперсного щита, более объёмные отсеки, больше точек подвески. А лазер вы на него не поставили, как на эсминец?

– Вполне возможно, но это не точно, и вообще секретная информация.

Ошарашенный немец повернул голову в сторону Призрака.

– И вы назвали этот хтонический ужас всего лишь истребителем-бомбардировщиком? Да он иную эскадру разберёт, если там не крейсера в составе.

Ки́ло наклонился к тихо матерящемуся немцу:

– Кстати, эти ребята, из-за того, что Вольт по глупости нарушил четвёртое правило, получили весьма интересную тестовую задачу во время испытаний машины.

– Чëрт. Это ещё и лётчики-испытатели? – Ки́ло кивнул. – Что за правило номер четыре?

– Правило номер четыре – перенос ответственности за принятие решения за тебя на другого человека: товарища, командира или кого-то ещё.

– И что сказал этот бедолага?

В диспетчерской все рассмеялись, когда услышали ответ Ки́ло. Но Гельмут только икнул, глядя вслед стартовавшему «Дуболому».

Добывающая станция «Гриндер».

Один из жилых секторов.

Вырубленный фанатик так и не очнулся. Это вполне устраивало Варга, который хотел допросить его наедине. Точнее даже будет сказать, расколоть урода до самой...

– Мальчики, а вы от меня точно ничего не скрываете? – прервал размышления диверсанта нежный женский голос.

«Мальчики», быстро переглянувшись, поздно поняли, что сдали себя этим жестом с потрохами. Джессика, сложив руки на груди, иронично посматривала на своих спутников. Дэн и Призрак как раз затащили пленника в какую-то кладовку рядом с жилыми модулями, а теперь Варг крепил его руки к трубе, которая проходила вдоль стены.

Найтингейл парой ловких движений снял шлем, явив миру лицо пленника. Фанатик был молод, бледен, имел бритую голову и татуировку на лбу. Это было стилизованное изображение феникса, который держал в своих когтях солнце. Сделан был рисунок чёрной краской, нанесён больше мелкими штрихами по контуру, но легко можно было догадаться, что там изображено. Дэн чертыхнулся про себя, поняв, что в этот раз он сдал их перед Джесс окончательно.

– Ой, как мило, – сказала рыжая оторва, надув губки и сложив ладошки под подбородком. Состроив глупое личико, которое никак не вязалось с её обычным серьёзным образом, девушка хитро стреляла глазками по своим спутникам. – А в какой армии или военной компании разрешают носить такое на лице, а, мальчики? Или вы думаете, что раз я не блондинка, то всё равно дура, ведь женщина?

Последняя фраза была произнесена таким елейным голосом, что Дэн почувствовал себя стоящим на плахе. Беда.

– Дэн, она снимала с него шлем, пока я ходил за тобой на тот фестиваль косплея, – вздохнул Призрак. – Феня, а ты можешь пытать своего цифрового отпрыска быстрее, чтобы он не утаивал важную инфу? Или выпороть его, или что вы там искины со своими подпрограммами делаете? Компилируй, я не знаю.

Варг повернулся в сторону девушки, подошёл к ней и вдруг резким движением схватил за лямку скафандра, приподняв девушку на уровень лица он прорычал:

– Женщина, твою налево, а если бы у него самоликвидатор в броне, как у нас был, то что? Мне говорить твоему бате, что я за тобой недоглядел, и тебя по стене размазало?

– Но Дэна ты не остановил, – пискнула Джесс, но Варг её встряхнул.

– Мы этот скаф сенсорами проверили, что там ничего нет. И что непонятного в том, что не надо лезть туда, куда не просят? И так ситуация на нитке. Я даже не знаю, передал ли маяк сигнал, или его прихлопнули. А мне ещё надо и вас вытащить, и разобраться, что здесь за фигня. Да и откуда эти уроды нарисовались – тоже надо разузнать.

Поставив девушку на пол, он затащил её вглубь помещения, чтобы не отсвечивала в проходе. Оглядев спутников, Варг лишь вздохнул и покачал головой. Над его головой мелькнула пара мини-дронов, которая унеслась в коридор. Дверь за ними захлопнул диверсант.

– Ладно, с учётом того, что мы с вероятностью пятьдесят на пятьдесят сдохнем, можно и раскрыть некоторые подробности. И честно. – Воин глянул на девушку, словно намекал на что-то, известное им двоим. – Во-первых, как я и говорил Дэну, меня к вам направили для прикрытия и технической разведки того, что здесь, на станции, творится. Слежка за Марком была моей основной целью. Потому мне выдали мини-дроны. И Пафос меня с потрохами сожрёт, если я ещё парочку потеряю.

– Ну, то, что в ваших традициях или просто молчать, или вести дела честно, знали ещё предки в моём клане, – произнёс Найтингейл, но Варг так посмотрел на пустотника, что, даже не видя выражения лица воина, тот лишь сглотнул.

– Не смешно, Дэнчик. Не вежливо. От такого в зубах промежутки потом бывают, – сказал воин самым «добрым» голосом. – Так, на чём я остановился? Говнючок по имени Марк. Подсадить к нему жучка и узнать, с кем он будет общаться на станции. В крайнем случае, если будет планироваться эксфильтрация агента под видом налёта пиратов, защитить экипаж, повязать говнюка, вызвать помощь, держаться до её подхода.

С учётом угрозы пересчитать зубы Найтингейлу, мужчина и девушка, дружно решили пока не делиться своими мыслями. Варг тем временем продолжал говорить.

– Во-вторых, я не знал точно, с чем мы тут столкнёмся. И история с полной блокировкой меня напрягла. Да, сейчас ясно, что здесь другая схема безопасности. Тогда же я ожидал подляны, но не думал, что всё настолько фигово будет. Да и промывка мозгов у местных оказалась неприятным сюрпризом.

Воин загнул на левой руке два пальца. Правая тем временем располагалась ближе к оружию. Чисто по вбитой в подкорку привычке.

– В-третьих, ещё. Эти ребята в серой броне. Чего я точно не ожидал, так это того, что и они здесь замешаны. Да, мы знаем, кто эти контрацептивы на ножках с промытыми мозгами. Мы столкнулись с ними лет за тридцать до вас. Поздравляю, есть ещё выжившие с Земли, о которых никто не знал. Если интересно, то наша территория находится между вами и этими скорбными на голову говнюками. Насчёт экипажа того изыскателя, «Гризвольда». Не трогали мы его. Только поздно засекли прилёт с его вектора. Мы считали, что в той части галактики никто не живёт. Потому в отдалённой системе, где мы работали на Возрождении, у всех был шок, когда расшифровали данные сенсоров. После этого отправили разведчиков и установили своеобразный контакт с Вестингауазами. Ну, вы в курсе. Вопросы?

Воцарилась тишина. Найтингейл поднял палец вверх привлекая внимание.

– Первый пошёл. Да, Дэн, говори. Что тебя интересует?

– «Гризвольд» всё-таки не вернулся. У таких кораблей ограниченный радиус полёта. Ты не сказал, что вы его не уничтожали. И это мой вопрос: что стало с кораблём?

– Правильный вопрос. Да, в том секторе наши территории были почти не заселены. Исследовав несколько пустых систем, те бедолаги наткнулись на следы активности этих ребят, – кивнул Призрак на связанного фанатика. – Думаю, нет вопросов, что стало с экипажем. Но если есть, то отвечу. Наши группы нашли доказательства перехвата корабля силами местного флота. Но не захвата ими карт. Потому они и не нагрянули к вам в гости всей оравой пятьдесят семь лет назад. Чтобы вразумить неверных. А команду «Гризвольда» ритуально сожгли. Как еретиков.

– Подожди, Варг. Ты что, хочешь сказать, что эти ребята у себя на планете устроили примитивную теократию? – Джессика выглядела ошарашенной. – Да ещё по той книжке, что этот парень хранил в своём такблоке? Что нет ничего важнее пресловутой истины, которую ведают лишь их пророки, которые спасли человечество и вновь ведут к свету? Да, кстати, там есть новая часть, судя по стилю написания. Говорится о проклятых пророками мутантах, которые в старину отринули их идеалы и привели человечество к краху и тьме. Похоже, что там о твоих собратьях речь.

– То есть, Солнце тоже мы взорвали? Однако. Читал на курсах. Офигевал от того, какие у этих типа святош черти в голове сидят. Не считая тараканов. И нет, мы с этими ребятами в те старые времена не были знакомы. Мои предки на Земле пытались выжить в том аду. Космолёты мы строить начали лишь тогда, когда поняли, что звезде каюк. Просто, как эти ребята с нами столкнулись, они обновили свою методичку для промывки мозгов населению. Типа, они старались похоронить правду о древнем зле, которое должно было сгореть в очищающем огне. Бла-бла-бла и далее по тексту. И теперь сплотитесь вокруг нового пророка и иерархов и не ропщите, а не то придут злые Черепа и сделают суп из ваших детей. Тьфу. Люди, только мы, что ли, головой пользуемся? Вы, нормалы, все будто на эмоциях живете.

Джессика нервно хохотнула, а потом посмотрела на Дэна. Лицо у капитана было мрачным.

– Да, Джесс, важное уточнение. У этих упырей не одна планета. И даже не система. Иначе мы могли их давно разделать под орех. Скажем так, эти ребята плодятся как кролики. Рабский труд верующих, наличие ресурсов, тотальное подчинение – готова армия для завоевания галактики.

– Стоп. Так почему они до сих пор так и не выступили, не напали? – вдруг спросил Дэн. – Судя по радиусу полёта изыскателей, они совсем недалеко от нас.

– Да очень просто. На ваше счастье, у этих ребят, Детей Истины, в то время были только примитивные шаланды, которые могли лишь беззащитные колонии кошмарить. А у нас, хвала Древним, ещё оставались армия и флот. Но слабые. Не все верили, что нам снова придётся воевать. Однако мы столкнулись с этими козлами, едва победили в первой схватке и бросились реформировать свои силы. Начали наращивать производство, перевели промышленность на военные рельсы. Ну и разбудили тех Древних, кто помнил, что такое война. Солдаты. Один из них и создал подразделение «Мрак». И обрадовал всех таким дизайном брони, – Варг постучал себя пальцами по шлему.

Патрульные снова переглянулись. Небольшие откровения Варга относительно Древних дали им пищу для размышления.

– Почему часть ваших людей спала в анабиозе? – насел на Призрака Найтингейл. – Ведь если верить той записи, где Давина Макинтайр говорила с одним из ваших старейшин, вы из-за генной модификации и живете дольше обычных людей.

– Знаменитая запись клана Макинтайр, – хмыкнул Варг. – Детёныш Фенрира её видел. Вы ещё решили, что на ней изображён я. А заодно и поняли, к какому народу я отношусь. Но это не так. Это точно не я. Будь я Древним, сидел бы в штабе, осуществляя руководство. Или руководил экспедицией вместо Удава. Нет, я появился двадцать девять лет назад. Это я точно знаю.

– Так что насчёт Древних и анабиоза? – уточнил Найтингейл.

– Да всё просто. Первое поколение модификантов проходило ускоренную процедуру изменения. И непроверенную до конца. Времени не было, нужны были ресурсы снаружи бункеров. Да и наладить связь с другими уцелевшими. На неё шли добровольцы. Некоторые умерли, а выжившие получили дефекты в генотипе. Жизнь у них, теоретически, была долгая, но её бы отяготили саркома Юинга или более весёлые вещи. Потому до разработки процедуры излечения, они и спали. Как и многие другие. У нас реально много чего не хватало по первой. Их, специалистов, будили по необходимости партиями. И да, к началу войны с Землёй Святой Истины, не все аспекты лечения были созданы. Древние не умирали, но от последствий первого импринтинга некоторые лечатся до сих пор. Спросите, почему так случилось? Всё просто. Они сами пошли на это. Долг и честь. Некогда спать.

Дэн замолчал, обдумывая слова Варга. Этим людям, старейшинам Призраков, пришлось многое пережить ради своего народа. Как там говорили русские о таких людях? Балки бы делать из этих людей. Прочнее и надёжнее будет. Или не так? А не важно.

– Ты очень интересно сказал одну вещь, Варг. Что ты появился на свет, а не родился, – сказала Джессика, которая, прищурив глаза, рассматривала воина.

– Ты это к чему? – с удивлением произнёс Варг.

– Да так, подумала кое-что. Ведь вы, на первых порах, поди, так же как и мы с Драконами, применяли клонирование для роста населения. Не знаю, какой у вас был запас клонируемого материала, но я уверена – вы до сих пор его используете. В силу обстоятельств.

Варг распрямился и будто весь подобрался.

– К чему ты ведёшь? – произнёс он сухим голосом.

– Всё просто. Кое-что мне подсказала твоя интонация. Ну и я видела тебя частично без одежды. И это мне о многом сказало. Как и твоя реакция.

– Джесс, вот тут и я нить твоей мысли потерял, – протянул задумчиво Найтингейл, поглядывая на спутников. Варг, обычно спокойный и расслабленный, сейчас был напряжён. Рука диверсанта сжалась на рукояти импульсника.

– Да ничего особенного, кэп. Кстати, я надеюсь, у тебя нет неких записей с задней камеры шлема? Тогда, когда меня лихорадило.

– Нет, – сухо произнёс пустотник. – И чего из вас обоих информацию надо клещами тянуть? Может, скажешь прямо, чего мы о нашем друге не знаем?

– Мы не знали того, что он клон, – спокойно сказала девушка, смотря на Варга. Тот, после еë слов, даже сделал шаг назад.

– Что? – Дэн тоже был ошарашен. – Откуда ты это взяла?

– Рестайлинг пупков, – ответила девушка, отчего глаза рыжего пустотника полезли на лоб. – Да, сейчас расскажу.

– Уж будь так любезна. А то у меня крыша едет.

– Ладно, – Джесс глянула на воина, который замер статуей у двери. – Узнала в школе. Все дети из Первых Семей в раздевалке и бассейне в первую очередь смотрят на пупки сверстников. Пытаются угадать, была ли на нём проведена пластическая операция.

– Господи, а там еë зачем делать? – жалобно спросил пустотник.

– Да очень просто. Некоторые светские львицы прибегают к процедуре выращивания детей в клонирующей матрице. Те из них, что не хотят портить фигуру. Это не клон, просто выращивание ребёнка вне тела. Однако есть нюанс. Искусственная пуповина оставляет характерный след. Сразу можно понять, как ребёнок был рождён.

– Чёрт, и чтобы снобы из ваших Первых не затравили малыша, что он второсортный, и делают пластику. Чтобы скрыть следы, – кивнул Дэн, а потом посмотрел на Варга. – То есть...

– Да, – оборвала его девушка, которая смотрела на Варга с печалью. – У нашего друга там шестилучевой шрам. И очень ровный, что сразу говорит о том, как он появился на свет. Ребёнок без семьи.

Она подошла к застывшему воину и взяла его за руку. Её глаза с печалью смотрели на Варга, но жалости или презрения там не было.

– Дети-сироты, которых усыновляют другие семьи. У вас ведь нет брошенных детей?

– Нет, – прохрипел гигант. Джесс чувствовала, что его ладонь дрожит.

– И ты их любил, как и они тебя. А после, из-за их гибели от рук наёмников, ты всех возненавидел.

– К чему ты ведёшь? – прорычал воин.

– Ни к чему. Просто ты помог мне. Сам того не ведая, ты решил проблему с моими демонами. Семья. Я думала, что отец мёртв, но он жив, благодаря тебе. И я не хочу быть в долгу. Мне хочется помочь тебе.

– И чем? Чем ты можешь мне помочь? – печально рассмеялся воин, нависающий над девушкой. Дэн смотрел на них во все глаза.

Джесс положила ладонь на жутковатую маску и погладила еë.

– Я кое-что узнала о тебе. Если точнее сказать, то поняла. Ведь твой наставник – один из ваших Древних?

– Да, – прохрипел воин.

– Тогда это многое объясняет. В школе у нас была лекция о клонах. И интересный момент. По непонятной причине, может, из-за генетической памяти, у части клонов, если это именно копии человека, сохранялись привычки оригинала: манера говорить, двигать рукой, вертеть головой. Например, твой перехват ножа, – девушка кивнула на клинок.

– И что с ними не так? – удивлённо прохрипел воин.

– Всё нормально, – девушка улыбнулась. – Просто я поняла, почему мы ошиблись. Манера двигаться, рост, язык тела. Тот солдат на видео – это действительно ты. Но в другой жизни.

Дэн ошарашенно посмотрел на воина. Тот, судя по всему, испытывал смешанные чувства.

– Твой наставник не дарил тебе это оружие. Он лишь отдал то, что принадлежит тебе по праву.

Воин склонил голову, смотря на девушку. Дэн мог поклясться, что обычно язвительный Призрак ошарашен.

– Тебя вернули из царства мёртвых. Ты был им нужен. Да и нам. Этот мир в такой жопе, что ему срочно нужны герои. Любые, – Джесс покрутила пальчиком о грудь воина. – Но у нас есть лишь долбанутый ты, потому что мы в полном дерьме.

Зелёные глаза посмотрели в окуляры шлема Призрака.

– Спаси нас, сволочь.

Глава 7. Небольшое святотатство

Добывающая станция «Гриндер».

Один из жилых секторов.

Странный звук раздался со стороны Дэна, который прикрыл лицо ладонью и весь мелко трясся. Многим этот звук ничего не напоминал, но Варг слышал такие звуки из лабораторий клонирования. Тех, где разводили поросят. Пустотник, стараясь не заржать в голос, просто хрюкал в перчатку.

– Твою гидравлику, – сквозь смех и со слезами на глазах выдавил из себя Найтингейл. – Ребят, а можно поменьше пафоса. Просто я чувствую себя парнем из сетевой голодрамы, который подсмотрел за брачными играми главных героев. Пощадите. Я всё ещё жду, что и Джесс клон, и вообще вы росли в соседних пробирках, но вас разлучил злой генетик. И вы брат и сестра.

Джесс опустила руку, которую всё ещё держала на маске Призрака. Они с Варгом поглядели друг на друга, а потом, не сговариваясь, покачали головой. Воин быстро подошёл к ржущему конём пустотнику и хлопнул того сверху ладонью по шлему.

Найтингейл замолчал и, хлопая от удивления глазами, посмотрел на Варга:

– Ты чего это?

– Дэнчик, – вкрадчиво спросил Варг, показав кэпу раскрытую ладонь, – а ты помнишь, как я тебе наверху прописал, когда у тебя истерика была?

– Варг, я пошутил. Да и нервы. Я в норме. Я взял себя в руки. Честно, – пустотник в примирительном жесте показал раскрытые ладони явно сердитому Черепу. – Но Джесс тебя отлично припечатала.

– Взял свои нервы в руки? Это прекрасно, – очень «добрым» голосом проскрипел Призрак, но вскоре вдруг зарычал. – Тогда собрал ещё свою жопу в горсть и встал рядом с Джесс. И оба слушайте меня внимательно, юмористы.

Патрульные вздрогнули от этого окрика. Дэн подошёл к девушке и встал сбоку. В этот момент он вдруг отметил, насколько Призрак выше их обоих. Что сам Найтингейл, что Джесс дотягивали лишь до середины плеча воина, который до этого будто старался казаться незаметнее. Угу, при таких габаритах.

– Значит так, мои дорогие нормалы. Раз уж вы тут уже свои теории строите, то, так и быть, раскроем карты. Тем более что мне давно пора сказать одну вещь. У вас это раньше называлось — каминг-аут, – со вздохом сказал Варг.

Дэн почувствовал спиной стену и понял, что после слов здоровяка он всё время пятился назад. Джесс выглядела как минимум опечаленной. Такой откровенности от воина они точно не ожидали.

Варг тем временем вздохнул, покачал головой, но затем выдал следующее:

– Я исключительно за однополые, – Дэн тихо втянул воздух и инстинктивно задержал дыхание, – драки между мужиками, – закончил фразу этот ходячий кусок отморозка, который не заметил, как у стены обмяк Найтингейл. – И это, Джесс, означает, что мне очень не понравится, если ты не будешь сидеть на попе ровно там, где я тебе скажу. Если ты будешь лезть в такблоки с риском взорваться, или снова пристрелишь моего языка, то я очень огорчусь. Я кучу времени и сил убил, чтобы взять старшего, но ты раскидала его промытые мозги по всему коридору. И коли ты после этих слов не поймёшь, то я перекину тебя через колено и применю старинный воспитательный артефакт под названием ремень. Прямо по отношению к твоей пятой точке. После скажу твоему папе, что сделал это для того, чтобы ты не сложила напрасно свою рыжую непоседливую головку. Если уяснила, то кивни.

Джессика, нервно улыбнувшись, кивнула. После такой отповеди ей было совсем не до смеха. Варг, обычно такой расслабленный и язвительный, сейчас явно был на взводе.

– Теперь поговорим с представителем кланов, – маска-череп повернулась к Дэну. – Я, конечно, благодарен, что вы меня откачали. У меня ушло бы время на то, чтобы очнуться и подлатать себя. Спасибо. Это чтобы вы не сказали, что я неблагодарный говнюк. Но я чётко сказал вам сидеть на том складе и не рыпаться до прихода подмоги. Вот скажи, кто здесь человек года в номинации беспощадный геноцид противника и массовая жестокая резня?

– Ну, ты, конечно, – откашлявшись, просипел Дэн. Мужчина и не заметил, когда и как у него так пересохло горло.

– Прекрасно. Рад, что хоть в этом вопросе мы пришли к консенсусу. Ведь ни у кого уже нет сомнений, что даже с учётом убийства гражданских, это уже не полицейская операция, а грёбаная война на истребление?

Дружное качание головами патрульных было ответом на вопрос.

– Прекрасно. Тогда, так как я здесь единственный профессиональный душегуб и военный, то и командую я. Добро пожаловать в армию Союза, салаги. Молчать и слушать меня внимательно. Протесты и возмущения можете высказать Удаву, если и когда мы вернёмся на «Афину». А некоторые и папе в отдельном рапорте: какой Варг говнюк. Но наши шансы уменьшаются.

Дэн с Джессикой переглянулись, и девушка выразительно приподняла бровь. Мужчина кивнул и мотнул головой в сторону пленника, намекая, что всё очень непросто. Варг, который заметил эти перемигивания, только лишь усмехнулся под шлемом.

– Отлично, тогда вернёмся к нашей ситуации. Мы в дерьме, – выразительно подняв палец вверх, спокойным голосом поведал Варг.

Если чему его и научила служба в спецвойсках, так это тому, что все вещи следует называть своими именами и без прикрас. И экономить время на анализ и доклад. Да, из-за этого рапорт часто бывал подан не по уставу. Это было одной из причин, почему солдат специальных частей разных армий мира во все времена считали недисциплинированной бандой головорезов. Которые ещё и вертят устав на известном стержне. Но это не так. Неорганизованный сброд не может проводить ювелирно точные операции, требующие концентрации внимания, выдержки и полной самоотдачи. Если это не пушечное мясо, конечно.

– И если мы хотим из него выбраться, то надо действовать чётко и быстро, – говорил меж тем воин в жутковатом шлеме. – Есть враг. Очень опасный и безжалостный враг. И есть оружие, которое они или применили ради испытания, или, что вероятнее, просто хотят вывезти отсюда. Мы должны этому помешать.

– С чего ты так решил? Ну, что они хотят вывезти этот вирус, а не привезли его для испытаний? – нарушил молчание Дэн.

– Очень просто, Дэнчик. Когда меня прижали в том доке, то кроме зомбарей в тактиках там была стрелковая команда в скафах Альянса. Ещё и с парой тяжпехов того же производителя. После взрыва я не только почистил их подсумки и взял винтовку, которую ты пролюбил в логове стрёмных косплееров, – клановец после этих слов смущённо кашлянул, – но ещё и влез в их такблоки. Вернее, Фенрир. Теми уродами командовал некто Лерой Макинтош. Чёрных ящиков с записями переговоров в скафах не было, но были координаты в районе заводской секции. Догадываешься, что там было?

– Обработанное сырьё, руда и куски глыб. Мы видели, как та группа летела к трубе, но не придали этому значения. Ты думаешь, что они искали что-то другое?

– Не думаю, Дэн, а точно знаю. Там было указание на конкретную глыбу железняка, которую припёр на «Гриндер» некто Марио Сэмпсон. И там приписка этого самого Лероя, что они не считали этого пилота курьером потому, что его самого убили психи.

– Курьер? То есть то, что здесь случилось... Случайность? Утечка? – вскричал шокированный Дэн. Джессика вздрогнула.

– Не думаю, – покачал головой Варг. – Эти ребята сюда даже шагоход притащили. С его помощью они как раз наш корабль сожгли. Да и армейские принтеры у них явно были завезены в период так называемого бунта. Вся эта снаряга и оружие распечатаны недавно. Даже моя реплика импульсника из станка технарей, не такого высокого качества. Нет, они готовились как к тестам этой заразы, так и к захвату станции.

– Это же мирная станция. Здесь куча гражданских, – воскликнула девушка.

Дэн только грустно склонил голову:

– Станция удалена от всех других объектов. Помощь не придёт, если захватить центр управления и диспетчерскую. Много людей для испытаний этой дряни. И готовая продукция с сырьём. Очень дорогая и дефицитная продукция. Вроде редкоземельных минералов. В данном поясе немало глыб ими богатых. Вот только, судя по снаряге тех ребят, здесь сначала явно действовали наёмники. Я грешил на корпов или функционеров Драконов, но откуда эти ребята с татуированными лбами взялись в раскладе?

– Гао, – просто сказал Варг. – Этот азиат явно агент фантиков. Он изначально руководил террористами, как способный на любую грязь наёмник. Скорее всего, эти татуированные уроды спелись с кем-то из ваших. Те предоставили наёмников, ресурсы. Не думаю, что они знали, с кем сотрудничают. На кону то, чего не должно было существовать – система промывки мозгов для всех чипированных людей. И у вас явно кто-то вписался в такой расклад. Это власть.

Джесс лишь сглотнула. Именно из-за власти и сохранения репутации Первой Семьи её с матерью хотят убить родственники отца.

– Но всё пошло крахом, и Гао в итоге вызвал подмогу. После моей атаки появились эти ребята в сером. У них здесь явно есть корабль. Скорее всего, эта программа им нужна для того, чтобы атаковать Альянс и Драконов. У вас почти все ходят с имплантами в башке. Военные так поголовно.

– Боже, – Джессика приложила в испуге ладонь ко рту. – Они ведь могут просто уничтожить нашу армию. Нажатием кнопки.

– Если у них эта кнопка сейчас есть. В чëм я сильно сомневаюсь. Иначе зачем Лерою поручили найти источник заражения в этой глыбе, – заметил Варг.

– Чего? Программа контроля внутри астероида? Но откуда она там взялась? Кто её написал? Почему о ней не слышали раньше? – не унималась девушка. Всё-таки Альянс был её родиной.

– Учитывая, что у этих ребят есть агенты среди ваших, то они давно могли атаковать. Такие испытания они и в любой вашей небольшой колонии могли бы спокойно провести. У этих уродов нет тормозов. Только слепая вера, что высшая истина, как и моральное право, на их стороне. Нет, они явно хотели добыть этот вирус здесь. И это подтверждает ещё одна зацепка.

– Какая? – сразу спросил Найтингейл.

– Правила написания кода и программ. Фенрир говорит, что прогу, судя по обрамлению кода, писали в Альянсе. И либо это был мастер старой школы, либо он использовал устаревшие процедуры более чем десятилетней давности.

– Зачем? Это может вызвать конфликт с современной прошивкой и быстродействием, – удивилась Джессика, но потом поняла, что имел в виду Варг. – То есть она реально древняя. Они узнали о её существовании и решили захватить. Но как?

– А это, Джесс, уже другой вопрос. Важнее другое. В самой программе важнее всего код доступа к аппаратной закладке. Которую в архитектуру заложили ещё при проектировании первых имплантов давным-давно. Кто-то её нашёл, понял, как обойти запрет прямого воздействия на человеческий мозг, написал программу, но что-то пошло по одному месту. Иначе эту штуку применили бы раньше и её не искали бы фантики и корповские наймиты.

– Вот чёрт! Как я мог забыть? Всё так просто, – вдруг хлопнул себя по шлему Найтингейл.

– Дэн, тебе есть что добавить? – Варг повернул шлем в сторону клановца.

Тот энергично кивнул:

– Данная система, Каир-6, из числа спорных территорий. Ещё до Эдема, лет пятнадцать-двадцать назад, здесь был наблюдательный пост Альянса. Мониторинг точек перехода или ещё какая-то шпионская хрень.

– Ближе к телу, Дэн. Что с тем постом не так?

– Он был уничтожен, – криво усмехнулся Найтингейл. – Исчез в ядерной вспышке. Никто не выжил. Официально. Тревогу забили только после потери связи. Плюс не вернулся приписанный к базе «Браво» транспортник. Следственная группа нашла лишь разлетающиеся во все стороны обломки астероида.

– Как понимаю, рванул не термоэлектрический генератор, который на такое просто неспособен. Не уверен, что ядерный заряд является штатным оснащением на наблюдательной станции, – заметил Варг.

– Боеголовка была минимум в несколько сотен тонн. Тактический заряд. Такой переполох тогда стоял. Разведслужбы планетян, безопасники кланов, наёмники и чёрт знает кто ещё пропахали вакуум вокруг системы в поисках нападавших. Ничего и никого не нашли. Альянс вроде был уверен, что это Драконы тогда отметились. Или ваши.

– База в отдалённой системе. Чем не место для проведения секретных испытаний? Которые, что, вероятно, пошли по одному месту. И потому кто-то запустил самоликвидацию. Вот только нам это зачем нужно было, интересно мне знать? Мы в этом регионе космоса никогда не появлялись ранее.

– Армия Тьмы, которая всегда творит зло, – развела руками Джессика.

– Тогда ясно. Вот интересно, а экономику вашу в кризис тоже мы вогнали?

Вопрос был риторическим, но Джесс смущённо кашлянула.

– Вы самовольно захватили стратегические регионы, что замедлило экспансию Альянса, а значит, и рост экономики за счёт новых источников ресурсов.

– Ну офигеть. А ничего, что вы свои территории ещё не исследовали и у вас залежей всякого сырья точно не меньше?

– Ключевое слово, Варг, что речь про разведанные ресурсы. На изыскания корпы тратят миллионы. Даже не буду говорить, сколько раз они пытались у нас отжать рудники, – криво усмехнулся Найтингейл.

Призрак молча посмотрел на пустотника. Он был в курсе, что на территории Союза атаке наёмников подвергались именно те планеты и системы, где нормалы предполагали наличие добывающей и перерабатывающей отрасли. Пиратство чистой воды, которое правительства прикрывали борьбой с промышленным потенциалом страшных монстров из-за линии Рубежа.

– Да уж. Прошли века, а ничего не меняется. Хоть бы методички обновили.

Воин покачал головой, а потом посмотрел на своих спутников.

– Ладно. Это всё лирика. Пора переходить к плану дальнейших действий.

– Надеюсь, он подразумевает наше спасение, – хмыкнула Джессика.

– Конечно. Но это не точно. В целом всё строится на решении нескольких задач, – Варг стал загибать пальцы на руке. – Нам нужно предотвратить захват вируса фанатиками и их союзниками, уничтожить террористов, захватить высокопоставленных пленных, которые расскажут, насколько их агенты проникли в ваш регион. Конечно, нам надо доставить информацию на «Афину» нашим. Ну и по мелочи: спастись самим, спасти уцелевших, вроде тех детей, исцелить заражённых. Хм, семь задач, одной руки не хватило

Дэн и Джесс в который раз переглянулись и вздохнули. Их спутник не видел никаких проблем в том, что им противостоит целая армия из наёмников, религиозных фанатиков и зомбированных обитателей станции. Да подумаешь, что это всего-то несколько сотен, а то и тысяч людей.

– Кхм. А почему ты решил, что они просто не отрубят пару зомбированных гадов, которых погрузят в холодильники на своём корабле? Да им и имплантов хватит с головой, – заметил Дэн. – Они просто могут передать информацию пакетом по радио.

– Нет, – покачала головой Джесс. – Я знаю проги для этих чипов. Только кабельные сети или ультракороткая беспроводная передача. Программа закодирована. Стандартная практика корпораций для таких программ. Борьба с нелегальным распространением. Если это изначально был военный эксперимент, то такая прошивка идёт по умолчанию. Как защита от шпионажа.

– А их сектор пока изолирован вашей параноидальной блокировкой, – добавил Варг. – Да и Гао явно не высший функционер этой секты, но он хочет жить. Он не отдаст данные, будет ссылаться на крипто-защиту, чтобы иерарх на корабле вытащил именно его. Такие выродки ценят свою гадкую жизнь.

– Ты уверен? Может, он и командует кораблём, – заметил Дэн.

– Нет, – качнул головой Варг. – Он скорее Пастырь или ещё какой офицер среднего звена. И работает с неверными под прикрытием. Пусть делает благое для теократов дело, но нечист. Кораблём, хвала религиозным заскокам, командует явно кто-то из метрополии и выше по статусу. Для него азиат – расходный материал. Тот тоже это знает. Вряд ли он, если я прочитал его правильно, сообщит на корабль, что вирус можно взять в другом месте.

– Хвала долбанутым традициям, которые мешают нормальной работе вражеских спецслужб, – хмыкнул Найтингейл. – Если, конечно, всё так, как ты говоришь.

– Так, Дэн. Мы изучали этих контрацептивов. Только не знали, что их агенты уже здесь. Пастыри, Проповедники и Пилигримы – так в Землях Истины зовут агентов, которые действуют на окраинных мирах теократии. Провокаторы и прочая мразь, которая следит, чтобы недовольное население не бунтовало.

– А у них много таких планет? – заинтересовалась девушка.

– Слишком много. По сути, это рабы, которые работают за еду, воду и воздух. Это государство, несмотря на космические технологии, по отношению к населению, ближе к махровому средневековью.

– Как же они не деградировали с таким устройством общества?

Варг, хоть и объявил военную операцию, спокойно позволял спутникам перебивать его и встревать с замечаниями. Да, это неправильно, но ему нужны были в первую очередь мотивированные соратники. Потому пусть они лучше узнают будущего врага и поймут, чем им грозит победа теократов.

– Да просто, Дэнчик. Старые добрые двойные стандарты. В закрытых ото всех городах у них развёрнуты спецшколы и исследовательские центры для привилегированных категорий граждан. Эту секту не дураки задумали. Они понимали, что молитва не заменит термоядерный реактор. По сути, учёные у них определённая каста. Как в Индии.

– Шудры, кшатрии и прочие брахманы? – блеснула Джесс эрудицией.

– Именно, красавица, – кивнул Варг, а Дэн заметил, что от комплимента матёрого душегуба щёки девушки покрылись лёгким румянцем. Однако!

– Стоп, а какие у них отношения к женщинам тогда? – заинтересовалась вдруг девушка. – Если верить заметкам из той брошюры у этого парня, то...

Джессика дёрнулась. Её хорошенькое личико сморщилось.

– Именно так, Джесс. Подчинённое положение и статус почти имущества. Отцы-основатели секты не любили радикальный феминизм, который у вас тогда встречался, да и сейчас не редкость. Вот они так и отрегулировали межполовые отношения. Да, ты и твоя подруга из того борделя для них лютые грешницы. И с вами можно делать что угодно, так как вы – нечистые.

Джесс возмущённо втянула воздух, глаза девушки сузились.

– Вот уроды. У них там восстаний, часом, нет от такой политики?

– Бывают. И часто. Но там работают те категории агентов, о которых я говорил. Плюс тоталитарное воспитание и карательные меры. Не только ребят с «Гризвольда» подвергли публичному сожжению. Население всего боится, но иногда иерархи так закручивают гайки, что местные решают, что терять им уже нечего.

Джессика теперь смотрела на пленного фанатика с таким суровым выражением лица, что Найтингейл невольно положил ладонь на рукоять «Цестуса». Благо, он в очередной раз смог забрать свою любимую пушку после пленения. Но вдруг пустотник дёрнулся и посмотрел на фанатика, а потом на Варга.

– Чёрт побери. Как я мог забыть. Его скаф. Это же еврокорповский «Галилей», по сути.

– Он и есть. Почти полная копия. С учётом уровня технологий, который, считай, не вырос за два с половиной века.

– Да-да, но я про другое. Это был один из первых скафов, которые управлялись через интегрированный нейроинтерфейс. Та причина, по которой аугментация военных у планетян обязательна. Их боевые скафы...

– Не могут нормально управляться без импланта, – череполикий треснул кулаком по стене и тоже перевёл взгляд на пленника. – Твою дивизию. Как я мог забыть? Это и маяк, и система связи. Если он подключится к местной сети...

– Не подключится, – подала голос Джесс. Мужчины повернулись к ней. – Эй, я влезла туда до твоей угрозы меня выпороть. Больше не лазила. Честно.

– Я помню. Говори, что с его Последним Даром?

– Последний кто? А, неважно. Я обнаружила сигнатуру его чипа, но каналы связи закрыты. Видимо, хозяева боялись, что их фанатичный солдатик увидит в нашей сети какое-то непотребство.

Дэн облегчённо выдохнул. Насчёт того, что неизвестные могут выследить Джесс, он не боялся. Вопрос с её имплантом он с Варгом обсудил ещё в той комнате отдыха. С другой стороны...

– Стоп. То есть у этих выродков от религии есть технология имплантов? И, вероятно, ещё и по той схеме, что с закладкой, так?

– Так. Чёрт, а дело всё интереснее. Знать бы, кто именно в прошлом так хитро архитектуру имплантов писал. То есть приложение им нужно ещё и для того, чтобы окончательно промыть мозги собственному населению. Принудительное зомбирование. И вы нас злом зовёте, – Варг цинично хохотнул.

– Нет, мой череполикий друг. Я не про это. Помнишь, мы говорили про допрос с применением пыток?

– Помню. Его надо выпотрошить и узнать, кто их направил, сколько у них кораблей и какие силы. Но лучше бы это был офицер. Джесс, чего ты смущённо глазки отводишь?

– Варг, так мы же можем узнать почти всё и без пыток, – лицо Найтингейла стало задумчивым. – Ты же сам сказал, что у него есть этот самый Последний Дар. Кстати, а почему он так называется?

– Имплант может до определённой степени унять боль, подарить эйфорию и даже остановить сердце. Его прошивка отслеживает ответы владельца. С помощью данного чипа иерархи контролируют своих солдат. Потому и пытки. Боль не даёт пленнику контролировать себя. Мы лишь задаём наводящие вопросы и отслеживаем реакцию. Но с учётом того, что мы теперь знаем про базовую закладку...

Варг замолчал, посмотрел на пленного Исповедника, потом перевёл взгляд на Джесс. Какое-то время воин рассматривал девушку, а потом повернулся к Найтингейлу.

– Дэнчик, ты даже меня этой идеей напугал. Скажу честно, это мерзко и перебор. Но с учётом ситуации, – Призрак щёлкнул пальцами, – выбор у нас небольшой. Что ты конкретно предлагаешь?

Джессика сначала не поняла, что её спутники хотят сделать с пленником, но пассажир в импланте подсказал ей. Девушка дёрнулась и с ужасом глянула на мирно спящего фанатика. До неё дошёл смысл фразы насчёт того, что врагу не пожелаешь.

– Варг, – Дэн подошёл к пленному, – скажи мне, что по их вере можно назвать эпическим косяком? Отчего он сам проникнется отвращением к себе?

* * *

Пробуждение брата Кловиса было лёгким. Будто его и не вырубал тот демон, который в одиночку перебил его отряд. Но Проклятого здесь нет. Брат-сержант и его люди успели прийти им на помощь?

Молодой боец отряда Исповедников очнулся в какой-то каюте или жилом отсеке на обычной койке. Стол, откидной стул, металлические стены и встроенный шкаф – всё знакомое и одновременно чужое. Нет, он точно не на родине. Это место не несло на себе отпечаток святости Земель Святой Истины. Как он здесь оказался? Что он здесь делает? Нужно бежать.

Молодой защитник веры откинул одеяло, опустил ноги на пол, попробовал встать... И понял, что он абсолютно обнажён. Покраснев, как помидор, Кловис присел на край койки и подтянул к себе одеяло, стараясь прикрыть хотя бы область таза и бёдер. Да где он оказался? Кто посмел его раздеть?

Неожиданно раздался звуковой сигнал, и входная дверь отъехала в сторону. Кловис глазами поискал то, что можно было бы использовать как оружие. Однако под рукой, как назло, не было ничего подходящего. Но когда он увидел, кто вошёл в комнату, то почувствовал, как его тело охватывает оцепенение.

Высокая фигура в простой тёмной накидке с капюшоном могла быть только одним творением Творца – благословенный им иерарх. И Кловис сидит перед избранником Всевышнего в одном одеяле. Какой позор...

– Высший, я...

Кловис начал поднимался, пытаясь объяснить одному из Избранных, что он не хотел его оскорбить своим неподобающим видом. Однако неизвестный, сделав быстрый шаг к молодому человеку, приложил ладонь к его губам, заставляя молчать. Рука незнакомца остановила попытку юноши встать.

Вскоре перед лицом молодого защитника Веры появился высокий стакан.

– Благодарю, высший. Я недостоин вашей милости, – юноша испуганно отвернул голову в сторону. Однако незнакомец мягко развернул её обратно и приложил край стакана к губам юноши.

Кловис, который почувствовал сильную жажду, начал жадно пить. Вкус напитка был незнакомый, но приятный. Ничего вкуснее молодой защитник раньше не пил. Взяв предложенный стакан двумя руками, юноша, уже не стесняясь, опустошал его содержимое.

Неожиданно молодой человек почувствовал, что руки незнакомца гладят его голову, шею, проходятся по плечам. Человек в накидке ласкал тело юноши, а тот вдруг почувствовал сильный испуг. Почему-то ему вспомнилась соседка из родного купольного города, которую за ересь арестовали Искатели.

Женщина, забыв своё место, указанное ей Богом, распространяла лживые слухи про иерарха, который правил их городом. Якобы один из Избранных брал к себе в дом мальчиков вовсе не для наставления их на путь Истины, а для других целей. Больше её никто не видел.

Однако сейчас, когда неизвестный гладил его так откровенно, Кловис допустил еретичную мысль, что соседка могла говорить правду. И ему стало ещё страшнее. Мысли путались, тело стало ватным. Но самое страшное, что молодому защитнику были приятны эти нежные ласки. Вдруг всё проще: иерарх заподозрил, что внутри юноша не чист и решил его проверить? А Исповедник проверку провалил? Что делать?

– Ты очень красивый. Только почему ты так напряжён? – раздался мелодичный голос. Кловис поднял голову и увидел, как тонкая, изящная рука откинула назад капюшон. Юноша сглотнул – перед ним стоял ангел. Тонкие черты лица, чувственные губы, вьющиеся чёрные волосы ниже плеч и бездонные голубые глаза – небесное видение и само очарование предстало перед ним.

Не в силах выдержать этот взгляд, юноша опустил глаза и замер в удивлении. Как он раньше не заметил этой выдающейся части тела незнакомца? Вернее, незнакомки. Ангел оказался молодой и очень красивой девушкой.

О, Творец, почему он никак не может отвести от неё взгляд? Ведь она живое воплощение порока, соблазна и греха. Нечистое создание, которое должно знать своё место – позади мужчины, не размыкая губ, отдав более мудрому, право решать за неё. Так, ту соседку, которая распространяла слухи про иерарха, никто и не взял в жены после гибели еë мужа. Вот её глупость и довела до встречи с Искателями.

Так и незнакомка не похожа на скромницу в платке, но Кловис не находит в себе сил одёрнуть распутницу. Ведь не зря у неё волосы распущены и плащ облегает... Да всё он облегает, если присмотреться.

Кловис, не отдавая себе отчёта в том, что он делает, поднял руку к волосам незнакомки. Пальцы юноши прошлись по прядям, пропуская их между собой.

– Ты ангел, – хриплым голосом произнёс молодой Исповедник. Неведомое ранее волнение разливалось по телу, которое сотрясала мелкая дрожь. Предчувствие чего-то волнительного, прекрасного и долгожданного поселилось в душе юноши.

Девушка широко распахнула глаза, когда Кловис пропустил её волосы между своими пальцами, а потом смущённо отвела взгляд. Щёки незнакомки налились румянцем, что почему-то очень обрадовало юношу. Она повела плечом, и полы плаща слегка распахнулись, приковав внимание защитника веры.

– Я и люди из моей общины, нашли тебя, голого и избитого, в коридоре. Мы перенесли тебя сюда. Ты был без сознания несколько дней. Я ухаживала за тобой и рада, что ты очнулся.

Кловис не слушал незнакомку. Тёплая волна поднималась откуда-то изнутри, когда он видел то, что скрывал плащ. Под ним у девушки не было ничего, а потому, когда незнакомка дёрнула плечом, полы одежды разошлись. И юношу уже не волновал тот факт, что по учению Истины это грязь и разврат. Теперь его волновало совсем другое. Он летел в бездну и был рад этому.

Встав с койки и позволив упасть одеялу, молодой человек навис над девушкой. Мягко, но властно повернув её лицом к себе, Кловис приблизил свои губы к её очень близко. Грешно и святотатственно близко.

– Хорошо, что ты поправился. Меня зовут Микаэла, – хриплым голосом произнесла девушка, а потом обхватила голову юноши руками. Первый поцелуй Кловиса, хотя он и не знал, что это такое, был невероятным.

Плащ Микаэлы упал на пол, а молодые люди оказались на кровати.

***

– Я, конечно, с подачи Миши видела порно, которое начиналось точно так же, но это как-то уж совсем неправдоподобно. Дэн, ты уверен, что он купится? Это же фанатик.

– Я бы сказал, что он с радостью купится, проглотит и попросит добавки, – усмехнулся с экрана деки Джессики мультяшный волчонок. Тот Фенрир, который жил в такблоке Варга. Искин по беспроводному каналу общался с патрульными, выполняя задумку Найтингейла.

Всего пятнадцать минут ему понадобилось на то, чтобы проверить имплант юного фанатика. Последний был раздет догола и привязан к трубе. Базовая архитектура чипа оказалась той самой, на которой строились и местные импланты. И даже та самая аппаратная закладка, чёрный ход, была вшита по умолчанию. Это позволило обойти и отключить базовые директивы.

Имплант, который Призрак назвал Последним Даром, позволял регулировать деятельность желез организма. Пленник сейчас находился в состоянии наркотического опьянения, когда не работает логическое мышление. Со слов Фенрира, данный режим работы чипа назывался «Молитвой». Да, похоже, иерархи фанатиков применяли его при своих проповедях, чтобы население внимало им без вопросов. И верующие делали это сами.

Тот, кто проектировал архитектуру чипа, сделал так, что официально никакое воздействие на мозг невозможно без согласия пользователя. Но при этом был скрытый режим, который позволял превратить любого человека в марионетку. Найтингейлу было очень интересно, кто был этим инженером. Хотя больше его волновало, кто через века раскрыл этот секрет и кто о нём знает.

Глядя на экране на то, как фанатик нарушает заповеди собственной веры о прелюбодеянии, Дэн понимал, почему потомки секты Детей Истины с Европы так хотели получить данную технологию. Теперь, лишь вживив имплант в человека, можно было легко обработать его ум. Если вспомнить тех ребят в тактиках, которым они противостояли, это не так уж сложно.

– Я думал, что тебя больше волнует то, что Миша узнаёт о таком использовании её фото.

– Ну, другой красотки, подходящий под определение секс-бомба, у меня в деке не было. Хотя я удивлена, что Фенрир так точно поймал её образ.

– Ну, она явно не такая стеснительная. Вот то, что её копия творит с этим парнем, куда больше на неё похоже. По её словам. Но давай не будем ей говорить, что превратили её в порномечту конченого фанатика-сексиста, – хмыкнул Дэн, отворачиваясь от экрана деки и смотря на Варга. – Клиент дозрел, и скоро будет легко и просто каяться во всём. Когда поймёт, какое святотатство он совершил.

– Заканчивайте побыстрее эту хрень, – раздражённым голосом проскрипел Призрак. – Мы уйдём, а ты его допросишь. По-своему.

Варг не смотрел на пленника, которого до этого собирался жутко пытать. Воин демонстративно смотрел на входную дверь. Джесс скосила глаза и увидела, что пальцы Призрака сжимаются в кулаки – тот был чем-то сильно разозлён. Посмотрев обратно, девушка вдруг поняла, что это могло быть.

Как бы странно это ни было, но Варгу явно не нравилось, что они решили применить вирусную программу на фанатике, чтобы обмануть последнего и сломить его волю. Во время обсуждения плана Дэна, он молчал. Только отошёл в сторону.

– Да, Фен, ещё одно. Надо твоего отпрыска переименовать, а то путаница. Назови его Хати. Канонично.

– «Мне нравится», – раздался в голове Джессики голос второго волчонка, который ещё добавил, что так звали одного из отпрысков Фенрира из саг древних земных скандинавов.

– Джесс, – окликнул девушку Варг. – Как закончите показывать этому парню мультики, собирай вещи и выходи. Там будет только Дэн. Если он тебя увидит, то план пойдёт по одному месту. Я пошёл.

Призрак, перехватив свой импульсный карабин, быстро вышел из помещения в коридор.

– Он недоволен, – заметила девушка.

– Конечно, – печально хмыкнул Дэн. – Если я правильно понимаю картину мира нашего жутковатого друга, то делать с разумом кого-либо, даже врага, такие вещи равнозначно самому страшному преступлению. Похоже, мы нашли то, что для Варга сродни табу или святотатству. Парадокс, но он собирался ради информации разобрать этого парня на запчасти без всяких сожалений.

Джессика посмотрела на закрытую дверь. Комок очень неожиданно подкатил к её горлу. Почему-то ей стало стыдно.

– Дэн, программа уже загружена и справится дальше сама. А мне действительно пора.

Девушка быстро собрала свои инструменты. На видеоизображении уже шёл конец загруженной иллюзии. И это был не хеппи-энд. Главное, чтобы Миша реально не узнала, где Джесс использовала то видео с их посиделок. Подруга была, конечно, отходчивой, но сначала била. Со всей силы и очень больно.

Найтингейл посмотрел ей вслед и улыбнулся:

– Оттаяла, наконец. Ну и хорошо. Найдёте ещё общую тему для разговора. Вам, придуркам, надо вместе держаться. Поодиночке вы пропадёте. – Затем мужчина посмотрел на дёргающегося в отключке фанатика и приготовил шприц со стимулятором. – Да и я бы поступил иначе, будь такая возможность. Ты просто много знаешь, парень.

* * *

Кловис смотрел на Микаэлу, которая двигалась на нём сверху. Девушка улыбалась, когда руки юноши ласкали её тело и особенно грудь. Бездонные голубые глаза были полны счастья, любви и...

Голова девушки неожиданно взорвалась. Ошарашенный Кловис, чью грудь и лицо залило кровью, ошарашенно смотрел на то, как обезглавленное тело упало на него. Молодой защитник веры, находящийся в шоке, вдруг услышал такой знакомый гул – треск очередей импульсных карабинов. А ещё испуганные крики, которые затихали один за другим. И в основном это были мольбы о пощаде из уст женщин и детей.

Луч лазерного прицела скользнул по лицу Кловиса. Исповедник повернул голову и замер, увидев того, кто убил девушку, которая неожиданно стала ему близка. Юноша вздрогнул. В дверях, одетый в серую обтекаемую броню и с импульсником в руках, стоял другой Исповедник.

– Искатель, здесь ещё одна неверная. И еретик, который, судя по данным его импланта, служил предателю, – произнёс серый, держа Кловиса на прицеле.

Юноша, который теперь был в ужасе, понимая, кем он выглядит в глазах собратьев, застыл под телом убитой девушки. И Искателя, которые обычно не действуют за пределами Земель Святой Истины. Но только не в случае охоты за предателями и еретиками. И к ним этот Исповедник причислил и Кловиса.

О, Творец! Что на него нашло? Кловис, испуганный и ошарашенный, лихорадочно думал, как объяснить, что он оказался здесь случайно. Может, его одурманили наркотиками? Да, наверное, так.

Обогнув Исповедника, в комнату вошёл мужчина в скафе неверных, но также вооружённый импульсником «Серафим». Он был высок, бледен, носил длинные рыжие волосы и обладал яркими знойными глазами. Очень странный облик для адепта веры.

– Я лишь Пастырь, брат-воин. Долг Искателя на меня возложен по необходимости. Ты уверен, что это один из пособников изменника? – брезгливо произнёс неизвестный. Пастырь? Тогда понятно, почему он так выглядит. Это брат, чьим долгом было работать на территории неверных, выдавая себя за одного из них.

– Прошу прощения, Пастырь. Да, я считал радиоотметку его Последнего Дара. Потому и не казнил на месте.

Рыжеволосый рассматривал Кловиса с брезгливостью и презрением. Юный Исповедник, который не дерзал сказать и слова, смотрел на него, как кролик на легендарного удава.

– Мне нужно допросить его. Подготовьте эту падаль, – выплюнул рыжеволосый, а потом развернулся и покинул комнату.

Исповедник, который всё ещё держал Кловиса на прицеле, только кивнул Пастырю. Сделав пару шагов к кровати, он развернул карабин и резко ударил Кловиса прикладом в лицо. Сознание последнего померкло.

Симуляция закончилась, и Дэн Найтингейл приложил к шее фанатика шприц со стимулятором. Перед тем как нажать на кнопку, клановец заметил, как по щеке пленника скатилась слеза.

* * *

Варг прислонился к стене у перекрёстка тоннелей. Призрак не высовывался, выставив за угол проводную камеру. Круговой обзор на его шлеме работал, потому Джессика Барнет не могла подойти к воину незамеченной, но тот никак не показал, что заметил девушку.

– Варг.

– Что-то случилось? – монотонным голосом произнёс воин.

Джессика вздохнула. Как это ни странно, но сейчас ей было тяжело начать разговор. Хотя раньше, до того, как она узнала правду о судьбе отца, девушка много раз репетировала речь. Ту самую, которую должен был услышать тот, кого она считала убийцей.

– Я прошу прощения. Я не хотела сделать тебе больно или обидеть.

Призрак едва заметно вздрогнул, но повернул голову в сторону девушки. Джессика, уже видевшая раньше лицо, которое скрывала маска, вдруг отчётливо представила, как оно выглядит в печали. Будто даже тьма в глазах воина, напоминающих два провала в бездну, померкла.

– Проехали. Но мне, вот смех, реально не нравится, что мы сделали с разумом этого мерзавца. Да, он бы ради своих иерархов убивал бы по приказу мирняк. Без вопросов и сомнений. Они же неверные, – воин цинично хмыкнул и отвернулся в сторону коридора. Кладовка, где Дэн допрашивал пленника, находилась за их спинами, в тупике.

– Но мне не нравится, что нам пришлось влезть в его голову. Самое хреновое, что можно сделать, так это влезть кому-то в голову и сломать человека, извратить его суть. Не думал, что буду так делать. Погано на душе.

Джесс, прикрыв глаза, задержала дыхание. Дэн был прав. У этих ребят с чёрными глазами и бледной кожей, от чего они действительно напоминают мертвецов, были свои принципы и идеалы. Безжалостные в бою, но неожиданно человечные и милосердные в обычной жизни. Пускай этот их представитель и был той ещё язвой.

– Я не про это, Варг. Мне и самой не очень удобно было делать это. Но теперь я понимаю, что действительно есть то, чего злейшему врагу не пожелаешь.

– Тогда за что ты извиняешься? – не отрывая взгляда от коридора, произнёс Варг.

– Я имею в виду то, что раскрыла твоё происхождение. И я не считаю тебя существом низшего порядка из-за этого.

Воин снова посмотрел на девушку. Та опустила взгляд и отвернула голову в сторону.

– Забей, Джесс. У нас на это не обращают внимание. Да и мнение ваших мне побоку. Хоть я и родился в матричном репликаторе, но у меня были родители. И я их любил.

– Варг, – Джесс, наконец, посмотрела на воина Призраков, – Но тебя явно задело, когда я сказала, чьим именно клоном ты мог быть. Я не видела твоё лицо, но поняла, что влезла в непростую для тебя тему. Мне казалось, ты знаешь. В любом случае, не хотела над тобой посмеяться или иначе задеть. – Джесс отвернулась, собираясь отойти от Варга. – Да, и насчёт последнего. Это не было шуткой. Я так и не сказала спасибо, за то, что ты меня спас. И я уверена, что если мы выберемся отсюда, то только благодаря тебе.

Варг посмотрел ей вслед.

– Я дал слово, что позабочусь о тебе. И о Дэне. Он твой друг и близкий человек. Да и сам он мужик неплохой. Не бойся.

Повернув голову, она бросила взгляд через плечо и молча кивнула.

– И ещё, Джесс. Я знал, что являюсь клоном. От меня этого не скрывали. Мне всегда было известно, что я не просто выношен в колбе, но и являюсь копией некоего человека, который жил раньше и умер. В таких случаях, при наличии живой родни оригинала тайна личности не раскрывается. Мы, у кого такое происхождение, просто живём свою собственную жизнь. Не оглядываясь на прародителя. Но тот, кого вы увидели...

Варг мотнул головой, будто отгоняя наваждение.

– Хати передал ту запись Фену, а напарник мне. Я тоже заметил, будто смотрю в собственное отражение. Хотя это и невозможно.

– Почему? – заинтересовалась Джессика.

Варг лишь сделал неопределённый жест рукой.

– На той базе в океане у проектора магнитосферы, к тому времени жили лишь те, кому уже нечего было терять. Первое поколение. – Заметив недоумение на лице девушки, Призрак прояснил этот момент. – Так звали тех, кто первыми прошёл методику генной модификации. Времени не было, а потому некоторые вначале умирали. Выжившие, кроме способности выживать где угодно, приобрели ещё и кучу скрытых дефектов. Об этом узнали позднее. Например, Одиннадцать, которые пожертвовали собой, были все из первого поколения. Поэтому такие люди и легли на десятилетия и века в анабиоз. По мере наработки опыта в терапии их будили и излечивали. Как наставника. Этих людей мы зовём Древними. Они последние земляне.

Джесс, услышав эту историю, задумалась. Но ненадолго.

– То есть ты хочешь сказать, что таких людей не стали бы клонировать?

Варг кивнул.

– Их клоны могли получить все те скрытые дефекты при рождении. Никто у нас не стал бы обрекать ребёнка на такое – риск неизлечимой врождённой болезни. Каким бы странным вам это ни казалось, но в нашем обществе многие вещи очень прозрачны. Как и законы и традиции, по которым мы живём.

Девушка задумалась. Нечто в истории Варга было странным. Какой-то момент. Да, он не был тем воином, что встретил на земной базе Призраков Давину Макинтайр и её спутников. И тот неизвестный, который тоже носил имя Варг, явно не дожил до этих дней. Но и не мог быть клонирован. Что-то тут не так.

Две искорки мини-дронов вылетели из коридора и устремились к Варгу. Когда они приземлились на его броню, воин замер, а потом перехватил оружие поудобней.

– Джесс, открывай коммуникационный тоннель и прячься. У нас тут гости.

Присев на корточки, Варг выложил из разгрузки пару трофейных гранат.

– Может, и обойдётся. Лучше бы Дэн закончил колоть нашего друга побыстрее. Их много. Они обыскивают всё вокруг. Походу, нас ищут.

Добывающая станция «Гриндер».

Рефрижераторы вне зоны блокировки.

Мужчина в ужасе отползает от него. После того как он встретил на пути четвёрку бойцов в тактиках, бывший морпех Альянса пытался достать его из винтовки, но вскоре ту выбили у него из рук, и пинок ноги отбросил наёмника в сторону.

Ему сначала надо было разобраться с четвёркой в тактиках. Лезвия виброклинков, которые выскочили из наручей, помогали ему собирать кровавую жатву. Его гибкое и быстрое тело припало к полу. Толчок – и вот он среди легко защищённых противников. Лезвия, не встречая сопротивления, отрубали конечности: руки, ноги, головы летели во всё стороны.

Чуть больше полутора десятков секунд спустя от них остались лишь изувеченные трупы.

Сбоку крик. Ещё один боец в скафе отползает от него. Человек в ужасе. На поясе пистолет, но он его не трогает. Не солдат. Это технарь.

Одно движение, и монстр с клинками на руках оказывается рядом с ним. Быстрый взмах — и в сторону отлетает голова в шлеме. Крик прекратился. Так приказал голос, что звучит в области затылка.

Позади раздаётся звук взведения магнитного затвора. Последний противник, разоружённый в начале схватки, достал пистолет. Новый приказ, и монстр скачком сокращает расстояние с бывшим морпехом. Клинки убраны обратно в наручи.

Последний уцелевший, объят ужасом. Это видно по его лицу за пластиковым забралом. Защитный бронещит не опущен. Видя то, как быстро чудовище расправилось с его спутниками, он не пытается отстреливаться. Рука прижимает ствол к виску.

Новая команда голоса, который недоволен попыткой наёмника уйти на своих условиях, звучит в голове монстра. Четырёхпалая рука устремляется к кисти с пистолетом. Одно движение – лучезапястная кость сломана, пистолет падает на пол. Крик боли оглашает коридор.

– Прекрасно, Дерек, – звучит голос. – Работа прототипа выше всяких похвал. Какая скорость! Как он уворачивался от пуль! Думаю, нашему дорогому Варгу понравится новый спарринг-партнёр. Точнее – партнёры. Эй, что с тобой? Тебя что, тошнит? Давай потом. Буди остальных.

Раненный, который теперь просто отползал подальше от места бойни, с ужасом смотрел на замершего монстра.

– Ах, чуть не забыл о тебе, – напомнил о себе ненавистный голос. – Позаботься о нашем друге. Выпиши ему полный расчёт. Сделай это...

Повинуясь команде, монстр снова выпускает футовые виброклинки из предплечий. Медленно, очень медленно. Сейчас он расчленит этот верещащий комок, а потом к нему присоединятся ещё трое. Он их знает. Они такие же, как и он.

После этого они отправятся за неким Варгом. И когда тот умрёт, они снова смогут уснуть. И обретут покой.

Глава 8. Будни "Армии Тьмы" или записки из дурдома

Станция Каир-2 «Афина».

Модуль Межзвёздного Альянса.

Дипломатический сектор.

Чего не отнять у конструкторов Альянса, которые строят деловые, торговые и дипломатические объекты, так это предусмотрительности. Ведь мало кто знает, что на случай важных переговоров в модуле Альянса предусмотрена сеть закрытых тоннелей в районе дипсектора. Там даже камер нет.

Так что при необходимости гость, у которого есть допуск, может пройти с чёрного хода хоть в каюту посла. И, что самое важное, посетитель мог даже уйти незамеченным, сохраняя тайну визита. Ведь одновременно в этих коридорах мог находиться лишь один человек. Пока он не покинет коридоры, все замки будут заблокированы. Если не введён протокол противодействия вторжению. Тогда секретные тоннели становились путём спасения с допуском для посвящённых.

Сейчас по тоннелю в сторону выхода из модуля на станцию шёл гигант в чёрном тактике. И если обычно бойцы Призраков передвигались подобно хищникам, то этот союзовец был явно чем-то шокирован. Его ноги заплетались, а пальцы рук постоянно сжимались. При этом воин эмоционально бормотал себе под нос.

– Зашибись переговорили! Ëкарный писец, что же я сделал? Не, ну она сама была не против. Даже сильно за. Все два часа. Но я же просто на встречу пришёл. Блин, Костя, кого ты обманываешь? Ты бы ещё брякнул чушь из серии: «Чего не сделаешь на благо своей родины!». Чёрт. Ещё отчёт писать. И что писать? Что я финтифлюхнул союзника, то есть союзницу, после того как мы всё обсудили?

Вот так вот, разговаривая сам с собой, Удав и добрался до выхода в административную часть основной станции. Его выхода из модуля Альянса никто не видел. Да и высокие бойцы в тактиках за эти несколько дней уже примелькались. Правда, ни один из них не ковылял так, будто пробежал марафон.

Поймав себя на этой мысли, Удав сделал несколько глубоких вдохов, распрямился и пошёл в сторону столовой, организованной Призраками. Да, марафон. Парного, горизонтального мамбо. Именно так его недавняя партнёрша назвала это непотребство. Которое началось после пятнадцатиминутных переговоров относительно ещё нескольких инцидентов между солдатами Союза и местными.

Посол Альянса, которую он застал абсолютно голой после душа, сначала испугалась, но быстро взяла себя в руки. Даже в таком минимальном наряде она смогла принять весьма официальный вид. Быстро и чётко обсудив крайние инциденты, Удав и Даника, как старые знакомые, перешли на приятельский тон.

Да и разве он её раньше голой не видел? Видел. В медицинском обсерваторе. При этом он лично доставил туда умирающую девушку. Конечно, они стали друзьями. Хоть другие встречи всегда носили деловой характер, Удав замечал, что Даника Роуз смотрит на него несколько иначе, чем на его соплеменников. Бывалый вояка только усмехался этим своим мыслям. Да она убежит, если увидит одни лишь его глаза.

Удав относился к девушке как к союзнику и отчасти другу. Интерес Даники он списывал на романтический склад натуры и тягу девушек к загадочности. Потому и держался при всех подчёркнуто отстранëнно.

Однако что случилось, то случилось. За его спиной, в своей каюте, с шарфом повязанным на глаза, дремала обнажённая девушка. Очень и очень красивая девушка.

Вот с этого всё и началось, с обсуждения красоты. Когда они договорились о стратегии действий на разбирательстве через несколько часов. Откладывать не стали. Лучше разобраться с этими бандерлогами сразу.

Нет, он наверняка был не в себе. Не привык он к таким заданиям. Как и к тому, что могут выкинуть в увольнении, да и прямо на службе, вверенные его попечению гиббоны тупорылые. Потому Удав и не сразу понял, что дальнейший разговор зашёл не туда.

Полковник вежливо заметил, что в нынешнее время подкожные грибковые отметки от болезни Палмера уже научились убирать. Какой же ошибкой в общении с женщиной, да ещё и послом Альянса, это было! Вежливо кашлянув, Даника встала, включила на экране воспроизведение весьма откровенной фотосессии. С её участием, как он понял, присмотревшись к модели на изображениях.

Одно изящное движение, и к ногам посла падает халатик. Далее собеседница Удава начала принимать позы из этой фотосессии. Да ещё и спросила: неужели он считает, что она хуже выглядит? При этом она так пластично перетекала из одной стойки в другую, что Удав нервно вздохнул. И ещё бравый офицер почувствовал, что не может ясно мыслить. Кровь отлила от головы совсем к другому месту.

Изящно нагнувшись, Даника подхватила с пола шарфик и быстро завязала себе глаза. Самой хищной походкой, посол вслепую двигалась в сторону своего гостя. Ещё и таким невинным голосом спросила Удава, как именно он намерен принести ей извинения, если не хочет дипломатического скандала? Да ещё и подпустила в голос такие бархатные тона...

– Нет, но я могу сказать, что защищал честь Союза Древних, – тихо, чтобы никто не услышал, рассуждал Удав.

Опытный воин, который был в тот момент в ошарашенном состоянии, так как служба его к такому точно не готовила, не заметил, как посол лишь сделала вид, что оступилась. Естественно, бравый представитель войск «Опустошителей» не дал союзнику упасть, подхватив девушку за... Ну, назовём это областью расположения грудных мышц.

– Я вполне мог оказывать первую помощь союзнику. Вдруг она ногу подвернула. Да, два часа. Правдоподобно. Меня за такие нормативы сгноят на курсах переподготовки.

В общем, Удав так и не понял, когда он лишился маски тактического костюма. Но запомнил горячие губы девушки. Потом опять короткий провал в памяти, «телепортация»ё в кровать и выматывающий даже его генетически улучшенный организм, двухчасовой марафон по грязным танцам. В горизонтальной плоскости.

– Всё, Костя, это финиш. Или найдёшь объяснение, где ты в служебное время шлялся, или пиши рапорт и погоны на стол.

С такими мыслями командир отряда Призраков дошёл до столовой, которую союзовцы организовали для местного персонала. Да и заодно для своих патрульных из числа Защитников. Местные звали их Щитовиками.

Несколько четырёхместных столиков на огороженной территории. Отдельно, сбоку крупного зала, расположена вместительная закрытая палатка, на которую настороженно, а то и с откровенным испугом поглядывают местные. Звуки оттуда доносятся мощные: хруст, чавканье, довольное урчание. Внутри, отдельно от остальных, питались ребята Удава. Последний отметил про себя, что его бандерлоги малость расслабились.

Тихо пройдя через закрытый проход, полковник посмотрел на то непотребство, которое творилось внутри. Да... А ведь их всех и в детстве, и в армии учили есть культурно. Расслабились ребята в непривычной обстановке. Ведь не надо постоянно нормалов на прицеле держать. Это они сильно зря сделали. Надо исправлять. Да и душу после потрясения отведёт. Чего греха таить.

– Может, вы сразу суп из тарелок хлебать будете? Или вывалить прямо на пол? Как свиньям. Вы какого болта здесь устроили? Смирно!

Десяток белокожих гигантов с чёрными провалами глаз резко подскочили и замерли, глядя перед собой. Пара из них судорожно вздохнула. Например, снайпер Стриж. Видимо, уже ощутили приближение наряда вне очереди. И не одного.

– Человека, особенно военного, отличает от животных поведение. В частности, контроль над своими инстинктами. Следование нормам — не механизм принуждения, а средство самодисциплины и достижения целей.

Бойцы, слушающие такую проникновенную речь, сразу поняли главное: батя сильно не в духе. И Удава можно было понять. Особенно с учётом тех новостей, которые он получил пару часов назад, это было ожидаемо. Не каждый день вверенные тебе подчинённые умудряются получить обвинения в расизме, избиении калек, нанесении увечий наёмному персоналу, рэкете. Да ещё было, как вишенка на торте, неосторожное обращение с оружием. Результат последнего – отстрелянная к чертям нога у нормала-полицейского. Ладно, не целиком, но ниже левого колена у бедолаги ничего нет.

«Господи, да что за день сегодня? Лучше пару пиратских баз штурмом взять, чем это всё. Как однажды сказал один человек, что вся его жизнь просто развед-выход в зоопарк». – думал Удав, который вспоминал, с чего всë началось.

Станция Каир-2 «Афина».

Модуль Союза.

Несколькими часами ранее.

Если о чëм поначалу и жалел Удав этим утром, так только о том, что не может отправить одного «амбарного хищника» в пеший патруль на астероиды. Хоть Пафос и был его подчинённым, но в уставе было чётко прописано, в каких ситуациях и для чего он может припрячь командира приданных экспедиции вспомогательных сил. Капитан, конечно, въедливый и хороший спец, но в некоторые моменты он был просто невыносим.

К сожалению Тек, его верный адъютант, отлучился по одному делу. Вот и приходилось Удаву самолично выслушивать длинные и ядовитые замечания главного снабженца о непомерных тратах.

И старший среди Призраков в итоге не выдержал:

– Петрович, вот честно скажу – задолбал. Какие траты? Нам Совет эти запасы для того и дал, чтобы мы наладили общение с местными, установили личные и деловые контакты. Эта еда, запчасти и медикаменты уже списаны. Или ты думаешь, что я тут их самолично на местном чёрном рынке из-под полы толкаю?

– Дармоедов кормить ещё, – буркнул невысокий относительно Удава и его головорезов тыловик. Полковник только молча закатил глаза под маской.

– Петрович, да пойми ты наконец. Народ здесь реально бедный. Мы же им не только рыбку поесть предлагаем, но и удочку для её ловли. Так или иначе, но многим здесь управляли местные корпы или конфедератовские бюрократы. Мы тут должны людям показать, что можно жить, а не выживать. Да, поработать придётся. Но, старый, ты хоть понимаешь, что хотя бы клановцы, которые по большей части еле сводят концы с концами, уже тянутся к нам?

– Да понимаю я всё, Кость, – вздохнул Пафос. Здесь, в защищённом кабинете Удава, они могли говорить открыто и без масок. Несмотря на довольно почтенный возраст, в шестьдесят с лишним лет, главный снабженец выглядел гораздо моложе. Да и крепок он был, как и все союзовцы.

– Тогда скажи, что не так, Олег Петрович? – спросил Удав, пригладив короткий ёжик чёрных волос и доставая термос с чаем. Алкоголь модификанты и их потомки не употребляли. Маленький побочный эффект трансформации – крах фермента алкогольдегидрогеназы.

Могучие организмы тех, кого за таинственность называли Призраками, считали крепкий спирт ядом и боролись с ним по-своему. Сначала короткая и не очень сильная эйфория от опьянения, а потом выворачивающие организм судороги, спазмы, тошнота и другие малоприятные моменты. Максимум, что они употребляли, так это квас по старинному рецепту.

– Да просто всё, Костя. Накатило. Я до сих пор помню, как на той пограничной луне мы атакующие волны тех мракобесов сдерживали. Тяжёлая молодость.

– Это когда они думали, что у вас патроны раньше кончатся, чем у них солдаты? – понимающе кивнул Удав. Налив в керамическую кружку душистый чай, он пододвинул еë к Пафосу.

– А у нас они и закончились. Мы и врукопашную там ходили, чтобы трофейное взять. И медикаменты кончились. Все мы там изранены были. И не по разу. Вот я вспоминаю, сколько наших ребят без лекарств, самых простых, богу душу отдали, так сердце кровью обливается. Вот и держу всегда и боезапас, и аптечки, и жратву сильно про запас. Знаешь почему?

– Боезапас в бою имеет две величины – мало или всё ещё мало, но больше не унести, – кивнул Удав.

– Именно. Места здесь непростые, и лучше иметь пару лишних патронов. Вроде и перемирие у нас, но всякой швали, которую могут на нас натравить, тут немало. А на сглаживание косяков наших головорезов мы можем много потратить.

– Да ё-моё. Петрович, я же сказал, Варг и остальные по нашей с Теком задумке работали. Ну, устроили для местных локальный конец света. Так, нормалы, чтобы скандал перед своими замять и нас не оскорблять, сразу на контакт пошли. Хотя ребята, конечно, разошлись, – Удав отхлебнул чаю из своей кружки. – Рук и ног многовато переломали. Да и местные пугались. Но ведь привыкли. Ребята Бура даже всех местных рэкетиров, которых местная полиция не могла взять, поприжали.

– Прижали. Это не спорю. И их места заняли, – заметил Пафос, делая глоток чая. Увы, но не улун, как он любил.

Удав поперхнулся и закашлялся.

– Чего?

– Так я затем и пришёл. Рассказать хотел твоему майору, но он где-то шляется. Немного издалека зашёл, чтобы тебя подготовить к плохим вестям.

– Старый, чёрт тебя дери, что же ты сразу не сказал? Что там ещё случилось? И не тяни ты кота за все подробности! Кратко и по делу давай.

– Ну, раз просишь. Вкратце Бесовку обвиняют в избиении местного техника и расизме. Сова снова кого-то покалечила. Для разнообразия это теперь бар для пилотов. Наверное, там сказали, что бабе за штурвалом не место. Крест якобы забыл поставить свой дробовик на предохранитель и отстрелил нормалу, с которым они патрулировали станцию, часть ноги. Искра сказала, тот жить будет. Ногу можно в чане отрастить.

Удав, не мигая, смотрел перед собой. И почему ему не сообщил дежурный?

– Я помогал дежурному и собрал ворох новостей для тебя. Сказал не беспокоить, что сам сообщу, как побольше узнаю. С Крестом тёмная история. Да и шеф полиции какой-то загадочный. Кость, ты мне только скажи, это не ваша с майором многоходовочка очередная?

– Нет, – прохрипел Удав. – Добивай.

– Раз так просишь, то контрольный. Троица ребят Бура полюбила местную азиатскую лапшу. Но не владельца лотка. Якобы случайно разбили его тележку. Там металлолом. Среди местных ходят слухи, что он им не платил за охрану.

– Это всё? – спросил Удав. Его лицо начало темнеть из-за прилива чёрной крови.

– Почти. Найдёныш Варга, та мелкая девчушка, зашла в гидропонный сад вслед за Винтиком.

– Там же наша гравитация? Она жива?

– Жива. Только руку протянула. Её в падении и сломала. Винт недоглядел. Но это ЧП. Светит и нашему дежурному по кухне приличный болт в одно место.

– На кол. Всех, – прорычал Удав.

– Это понятно. Но надо что-то с местными решить. И лучше тебе к этой девице с Аквитании подойти сперва. Она же посол.

Удав только кивнул.

– Согласен. Я пойду. Если Тек вернётся до моего возвращения, то передай ему сводку.

– Хорошо. Где он ходит-то?

– С агентурой встречается.

– У нас есть агентура? – удивился Пафос.

– Официально, конечно, нет. Но люди есть. И с ними надо работать.

– Ясно. Да ты бы на взятку этой девушке хоть конфет взял. Мало ли как там у вас дело обернётся.

Удав его уже не слушал, убегая по коридору.

– Чего молчал? Да я тебе всего пару минут мозги компостировал. Внимание твоё переключал, – бормотал Пафос, попивая чай. Душистый чаёк с чабрецом. – А вывалил бы сразу, так ты бы бросился наводить страх и ужас, награждать виноватых и карать непричастных. Знаю я таких штурмовиков.

Пафос, как и сам полковник, даже не подозревал, как именно обернётся встреча с Даникой. Но если бы знал, то точно бы предложил Удаву орешки и мёд. Без всякой задней мысли, но для пользы дела.

Административный сектор станции «Афина».

Столовая Союза.

– Не, Винт, не надо супчику. Мне сухпай. Большого бутера хватит, – лихорадочно произнёс здоровяк в чёрном тактике, оглядываясь на шатёр.

Вместо гомона молодых парней оттуда раздавались зычные команды:

– Спину держим прямой. Локти со стола убрать. Зачерпываем ложкой еду. Молча кладём в рот. Если жидкость, то втягиваем её также молча. Тщательно пережёвываем пищу. Даже пюре не глотаем сразу, а осуществляем первичную обработку в ротовой полости. Чтобы всё дальше усвоилось без проблем. Мне ещё ваших бандерложьих гастритов не хватало.

– Да не боись. У меня тут личный закуток есть. Тихо и спокойно поешь, – заметил технарь, которого назначили на этот месяц вечным дежурным по кухне.

– Не-не-не... Я лучше подальше отсюда перекушу. Как подсказывает опыт, начальство может и туда неожиданно с проверкой нагрянуть. И индивидуально можно огрести страшнее, чем коллективно. Батя явно не в духе. Он даже после того, как вы вместе с Врагом отожгли, так не злился.

– Не скажи, Шах. Мы тогда честь армии Союза защищали. Сову же реально оскорбили. Но нас потом индивидуально так пропесочили, что эти перлы – просто цветочки. Удав даже тройной загиб, начинающийся на «расщеколда грешная...», не применил. Остыл где-то за эти часы. Да и вообще, Варгу он выговор с занесением в тушку вынес. А тот в броне был.

– Уй, – дёрнулся здоровяк Шах, принимая на стойке лоток с едой. – Не, колпаки у мраковцев прочные, но запреградку никто не отменял. Помню учения с травматами. Мне тогда в шлем прилетел подарок. Стою как истукан, башка гудит, а мне ещё по корпусу отработали. Сутки в лазарете провалялся.

Молодой азиат-полицейский из Конфедерации уже привык, что его новый жутковатый напарник ничего не боится. Поэтому ему было страшно и непривычно наблюдать испуг этой двухметровой машины для причинения тяжких увечий. Но, оглянувшись на столики, где сидели выходцы из кланов, Альянса и Конфедерации, патрульный вздрогнул.

Словно загипнотизированные, все посетители сидели выпрямившись, медленно и тщательно пережёвывая, ели экзотические для многих из них кушанья. И у всех в глазах был испуг. Да и смотрели все на шатёр, где ели Призраки, так, будто боялись, что этот бешеный полковник может и их самих направить полировать корпус станции ветошью до блеска. С такого станется.

– Шах, я лучше тоже лоток возьму. Если что, у меня каюта рядом. Можно перекусить там, – пискнул патрульный.

– Спасибо, Ли. Винт, два лотка с обедом, и мы дёргаем отсюда. Чувствую, батя скоро выйдет. Я что-то не хочу драить обшивку до блеска.

– Согласен, – произнёс стоящий за гигантским защитником и азиатом короткостриженый крепыш из Объединённого Патруля. Об этом говорила эмблема с изображением патрульного корвета на рукаве его армейской куртки. – Я всерьёз думал, что круче, чем сержант-инструктор нашей роты, никто не может драть личный состав. А тут... Этот голос до глубины души пробирает. Будто демон учит своё потомство есть грешников. И мы удивлялись, что наши при Новом Эдеме так эпично продули? Блин, да я от такой отповеди сам на шагоход со штык-ножом лучше пойду, чем узнаю, что такое клизма с патефонными иголками. Одну порцию с собой, мэн.

Призраки синхронно посмотрели на бывшего военного из Альянса.

– Морпех или колониал? – задал вопрос Шах. – Я Шах, это Винтик. Ну а Ли вроде как за мной присматривает.

– Не, мэн. Я честный гряземес, а не пижон из флотских. Разведка Колониальной Пехоты. Я Генри.

Шах теперь с интересом рассматривал бывшего разведчика из Колониальной Пехоты.

– Интересно, – протянул гигант, принимая пару контейнеров с едой от собрата. Девушка, которая ему помогала, в данный момент находилась в лазарете. И это было ещё одним поводом для бешенства Удава.

– Что интересно? – спросил Генри, забирая свою порцию. – Ох, как пахнет. Это реально мясо, а не та протеиновая хрень, которую обычно кладут в бургеры. Спасибо, мэн.

– Пойдём отсюда, пока полкан не порвал на старый британский флаг. Да просто если ты разведчик, то удивительно, что ты так спокойно говоришь. Ведь после той битвы по вашим частям не хило так прошлись.

– Мэн, давай не будем о больном, – поморщился Генри. – Мы не утёрлись, а думали, как вам в будущем отплатим. Но политики из Совета и Парламента хотели крови. Вот они нас частью расформировали, частью перевели, а частью уволили. И не ради страны и её боеспособности они это делали, а жопы свои прикрывали. Хотя с вашими Черепами, которые Картера с его парнями прирезали, я бы при случае пообщался. Вот эту херню я не могу принять, мэн.

Шах, Генри и Ли уже вышли из столовой, направляясь в более безопасное для приёма пищи место, как из бокового коридора им навстречу выскочила весьма представительная группа людей. Впереди шёл шеф полиции Гамбини, правее него вышагивала посол Роуз. Левее, одетая в синий мундир Патруля, двигалась комиссар Пэй Линь. Сзади шли доктор Стефанос и высокая девушка в защитном комбинезоне – медик Призраков по имени Искра.

– Босс, – поприветствовал комиссара Генри.

– Шеф, – вытянулся на ходу в струнку малыш Ли. Руку к виску он не вскинул, так как нёс лоток с драгоценной едой. На его счастье, в полиции на станции порядки были проще. Гамбини просто кивнул подчинённому. – Как там Луис, сэр? Можно к нему зайти?

Главный полицейский станции кивнул за спину, где шли медики.

– Пара недель в стационаре, а потом он будет снова учиться ходить. На своих собственных ногах, – проскрипел динамик в маске Искры. – Только полковник сперва Креста освежует без наркоза, а Пафос мне все мозги из-за потраченных расходников вынесет.

Ли удивлённо посмотрел на Гамбини:

– Шеф, но ведь у Луиса...

– Тшш, – приложил палец к губам Мишель. – Именно. Но пока ни слова. Судя по вашему отступлению, полковника Удава, как и мастера с позывным Винтик, мы найдём внутри.

– Жуткий тип, – покачал головой Генри. – Но этот здоровяк говорит, что это ещё не самое страшное.

– Он просто читает лекцию о правильном питании. Со всей ответственностью, – Шах переглянулся с Искрой. Оба Призрака понимающе кивнули друг другу. – Но он явно где-то хорошенько сбросил негатив.

– Вроде вы обсуждали с ним данные инциденты, посол? – заметила Пэй, повернув голову в сторону Даники.

– Да, и он действительно был весьма не в духе. Пришлось принять этот удар, – произнесла Даника бесстрастно. Союзовцы дёрнулись, но посмотрели на Данику с уважением.

– Даже не представляю, как вы это перенесли? Жуткий стресс, – Искра ободряюще положила свою массивную ладонь на плечо девушки с отметинами на шее. Посол после встречи делегации Союза совсем перестала их скрывать.

– Да, вначале это было неожиданно, непривычно, странно, но моя работа состоит в том, чтобы общаться с самыми разными людьми, – улыбнулась Даника. – Так что мы в итоге пришли к обоюдному решению в данном вопросе.

– Скажи мне кто-то ещё неделю назад, что я буду очень рада тому, что на этой станции ходят Призраки, которые попадают в разные ситуации, я бы пристрелила этого психа, – Пэй кивнула ей, а потом посмотрела на Шаха. – Вот только больше всех нервничает ваш полковник. Не подскажете, что может его успокоить?

– Нет, – покачал головой Шах. – Я астероиды на своих двоих патрулировать не буду. Как и чистить реактор зубочистками. У нас кончается обед. Всего доброго.

– Конечно.

Две группы разошлись в разные стороны. Генри предложил пойти перекусить в то место, где есть огороженные непрозрачными панелями столы. Даже Призраки, несмотря на доступ к различным деликатесам, нашли для себя в местных кафе что-то интересное. Не только они любили вкусно поесть. Те же клановцы умели делать весьма интересные блюда из грибов и других доступных в космосе продуктов.

Шах задумчиво барабанил пальцами по прикладу дробовика.

– А ведь ваши не были расстроены. Будто всё нормально и идёт по плану. Хотел бы я знать, что там, в зале совета станции, произойдёт?

– Согласен. Мама Пэй спокойна, а она вашего брата дико невзлюбила, – кивнул Генри, который привёл спутников к входу в заведение, под названием «У Матео». – Тут сейчас никого, и пиво хорошее. Хозяин у пустотников берёт. Обычно наши здесь сидят, но не в это время. Да и кое-кто, кому ваш брат поперёк горла, сейчас в рейсе.

Шах снова посмотрел на бывшего пехотинца.

– Тогда я реально не понимаю, почему ты меня именно туда зовёшь?

– Просто мы на Диком Западе, мэн, – сказал Генри. – А там всё было непросто. Шериф города мог быть бандитом, который ранее грабил местный банк. Скажем так, у меня было девять лет на подумать. Да и сослуживец бывший, у меня на Аквитании есть. Выжил тогда, как и его семья, с помощью ваших врачей. Хотя, когда он увидел, как парни в чёрных скафах ломают дверь его жилого блока, он к стволу пополз. Говорит, не помнит, хотел отбиваться или застрелиться, когда понял, что это не глюки у него.

Ли и Шах молча слушали рассказ бывшего пехотинца. Призрак, глянув в приоткрытую дверь заведения, краем глаза осмотрел помещение. Узкий пенал с барной стойкой, с одной стороны, и тремя высокими столиками с другой стороны. Дальний столик действительно мог быть огорожен чёрными портьерами. Камер союзовцы не боялись, так как их СБ негласно проверяла такие места. Бар «У Матео» был чист по всем статьям. Как и его бессменный хозяин, и бармен в одном лице – довольно высокий по местным меркам латинос, с имплантами на месте глаз.

Кроме Матео, в баре были ещё посетители: невысокая брюнетка в форме Колониальной Пехоты без нашивок, да пара ещё довольно крепких стариков. Последние, судя по их комбинезонам, были пилотами.

– Короче, на наших выборах я голосовал за Кляйста. Его партия была против разгона моей части и других. Вот тогда я и узнал, что наша армия политизирована. И что анонимность выборов – полная фигня. Не буду говорить, по какой статье меня лишили выплат и пенсии за годы службы. Я зацепил крайний конфликт с Драконами. Путь у меня был или идти в шахты корпоратов, или на фронтир.

Генри обвёл взглядом витрины и магазины вокруг. Люди обходили их странную компанию по дуге, посматривая, правда, на грозного гиганта в неизменной чёрной униформе.

– Так я и попал сюда, Шах. Здесь у многих схожая жизненная история. Резервация для лишних людей, – грустно усмехнулся крепыш. – И тут пару лет назад начали звереть пираты. Реальная жесть началась. Тот лайнер с трупами пассажиров век забыть не смогу. А я часть из них знал. Там семьи вырезали, смеха ради, насиловали, издевались. И мы ни хрена сделать не могли. Но вдруг пришли вы и начали без суда и следствия вырезать эту мразь. – Генри посмотрел внутрь бара. – В общем, тут на днях кое-что произошло, и пара стариков хочет поговорить. С простым парнем, с другой стороны. Честным служакой.

– То есть ты не случайно за нами встал? – заметил здоровяк. История становилась крайне интересной. Сходил на обед, называется.

– Нет. Да и удачно ваш полковник разошёлся. Короче, приятель. Я бывший разведчик, а мы за слова отвечаем. В курсе уже, что вы держите своë. И моё слово такое: если кто влезет с претензиями, то я его сам в палубу вобью. Тебя лишь прошу поговорить со стариками. Одному из них совсем хреново пришлось по жизни.

Ли, который был лишь зрителем, напомнил о себе:

– Парни, еда остывает. И ваш повар не сандвичи положил. Тут полноценный обед, и не на одного человека.

– Да, порции на нас рассчитаны, – заметил Шах. – Ладно, пошли поговорим. Да и едой поделиться есть с кем. Не выбрасывать же её.

Генри лишь криво усмехнулся и кивнул на вход.

Как только они вошли и прикрыли дверь, табличка погасла и зажглась надпись, что заведение закрыто.

– Приветствую, уважаемые. Меня зовут Шах. По жизни солдат, а сейчас временно полицейский. Этого парня зовут Ли. Он следит за тем, чтобы я никому голову не оторвал.

– Ола, амигос. Проходите и располагайтесь. Я Матео – хозяин сей скромной обители. А это мои гости. Эту обворожительную красавицу зовут Микаэла Новак.

– Можно просто Миша. Я тоже из Патруля. И, кстати, должна скоро уйти в рейс с одной из ваших.

– С Совой? Слышал. Ты участвовала в потасовке в том шалмане.

– Кхм, просто крайне неудачно выбрала время пошутить над своей знакомой. Не ожидала, что туда, как фурия ворвётся эта девушка с котиком.

– Бывает. Или это случай, или судьба. Но Сова тогда круто попала. Как и парни, которые её впопыхах искать бросились. Не повезло тем придуркам, что Варг и остальные их услышали. У нас и тут активка есть.

Шах постучал себе в районе уха, намекая, что и в маске простого тактика хорошее оснащение.

– Но вы теперь не сидите в своей странной консервной банке. Тяжёлая она у вас. У меня на «Розите» чуть маршевый движок не накрылся, пока я вас сюда буксировал.

– О как. То есть вы тот пустотник, что нас отбуксировал к «Афине»? Наши контроллеры аплодировали стоя. Я не спец, но они пилотирование оценили. У нас же модель вроде полмиллиона тонн с грузом весит. Парни вообще думали наплевать на конспирацию, вылететь со станции и помочь с буксировкой.

– Тогда бы мы здесь не сидели. Я точно бы в тот день всё бросил и рванул к переходу. Ну а тут уже деваться некуда было. Гравипластины в тяге надо менять, – усмехнулся старый латинос, протягивая Шаху и Ли руку. – Я Карлос Эрнандес из клана Санта-Моника. Как старинный город. Но все вокруг зовут меня Чако или Старый Чако. Лестно слышать такую оценку своего мастерства.

– Шах, – пожал руку старика Призрак. – Рядовой из сводного экспедиционного отряда. Подразделение «Защитники». То есть, по-вашему, Щитовик. – Боец большим пальцем показал себе за спину, где в сложенном виде покоился указанный предмет экипировки.

– Крепкий ты парень. Хорошее, мужское рукопожатие. И уважительное. Не ломаешь старику руку.

– К старости надо относиться с уважением, а не презрением. У нас так воспитывают молодёжь, – спокойно ответил Шах. Другой пилот лишь молча кивнул, рассматривая Призрака, который почти касался головой потолка. Судя по тёмному оттенку кожи и чертам лица, это был дальний потомок выходцев с континента Африка.

О таких людях на инструктаже им говорили, но видел он такого человека впервые. Да и кожа у старика была явно светлее, чем у его предков.

– Это Маркус. Его сын высаживался на Новый Эдем, в район полюса, – печально вздохнув поведал Чако, пока Шах молча буравил Маркуса взглядом. – Но его дочь, как и приятель Генри, были тогда на Аквитании. Когда ваши неожиданно пришли на помощь. Так что прости старика, мальчик. Ему многое пришлось пережить. Но, думаю, ты не против того, что он заслужил пару ответов на вопросы?

Чако махнул приглашающей рукой на высокие стулья у стойки. Шах молча бухнул на неё контейнер.

– Раз вы пригласили в гости, то это от меня к столу. У нас Удав из-за новых залётов ребят лютует, так что Винтик случайно и обед, и ужин сунул. А они под наш аппетит заточены. Если хозяин не против? Это его место, – Шах кивнул в сторону Матео, который с улыбкой протирал стакан. – Кстати, а Ли с вами или вы его случайно со мной позвали?

Азиат, который до этого с расширившимися глазами рассматривал содержимое лотка из столовой, поднял голову и посмотрел вокруг. Через имплант он мог спокойно вызвать подмогу.

– Я думаю, что Генри или не придумал, как от него избавиться, или хотел показать, что здесь не засада. С шефом Гамбини все хорошие люди не ссорятся. И это мой бар, так что ни яду, ни снотворного, ни сыворотку правды тебе никто не подсыплет, амиго. И я закрыл бар: выкладывай всё спокойно. Так какое пиво будешь? Или ты на дежурстве?

– Они вообще не пьют, Матео, – нервно усмехнулась Миша, посмотрев на обоих пилотов. Те так же улыбнулись, даже мрачный Маркус. – Эти ребята от пива точно не кайфуют. Даже наоборот. Налей ему своего, фирменного.

– Хорошо, чика. Один момент. Держи, амиго, – Матео с улыбкой протянул Шаху высокий бокал с густой серой жидкостью внутри. Трубочка также предусмотрительно прилагалась.

Расстегнув клапан на маске, Призрак сделал через соломинку небольшой глоток. Отстранился, цокнул языком, а потом в мгновение ока осушил бокал и поставил его на стойку.

– Вкусно. Очень. А что это? – спросил Шах с детским восторгом. Старики-пилоты лишь молча переглянулись. Как и прошлым вечером, они не переставали удивляться такой по-детски непосредственной реакции этих здоровяков с репутацией отпетых злодеев. Интересно, а их командование специально отобрало таких солдат или они там все такие?

– Грибной коктейль на соевом молоке. Главное лакомство клановских детей. Да и взрослых, – Матео мотнул головой в сторону Чако, а тот лишь с улыбкой покивал.

– Очень вкусно. Тут, конечно, есть бутыль с морсом, но я бы это ещё выпил. Да и есть хочется.

– Ну вы здоровы жрать. Да я на службе меньше ел. Я точно делюсь. Суп, салат и два горячих, – хмыкнул Генри, который уже раскладывал на стойке содержимое своего контейнера. Запахи стояли одуряющие. – Матео, брат, я не на службе. Мне того, тёмного, от Дюмонов.

– Кончилось, амиго, – развёл руками Матео, бросив украдкой взгляд на Мишу. – Есть грибной эль от бельгийских братьев. Будешь?

– Наливай, тоже неплох.

– Чего это Винтик в азиатскую кухню ударился, – задумчиво посмотрел на мясной суп Призрак. Бульон был наваристый, много мяса и лапши. Одно из горячих блюд также представляло собой тонкую стеклянную лапшу в соусе с кусочками тушёных овощей с мясом. Второе – непривычное для местных картофельное пюре с подливой и тефтелями. К этому шёл салат с зеленью и овощами в масляной заправке.

– Похоже на фо бо, но только с вашим мясом. Чёрт, да у меня на родине это бы стоило... Неделю можно безбедно жить, – произнёс Ли, прихлёбывая бульон. Сначала он с наслаждением простонал, а потом испуганно посмотрел на дверь.

– Что, парень, тоже вспомнил того демона? – грустно усмехнулся Генри. – Да уж, мощный мужик – ваш полковник. Я вот теперь постоянно помнить буду, что есть надо аккуратно. А то он заставит астероиды подметать.

– Вы о чём? – спросила Миша с набитым ртом, но увидев, как на неё посмотрели Шах и его спутники, нервно проглотила.

– Видимо, об этом, – впервые подал голос Маркус, который с разрешения Матео вывел на экране трансляцию того, что недавно происходило в столовой. Это была запись, потому гости бара увидели, что там происходило после их поспешного бегства.

Удав вышел из палатки, где ели его подчинённые. Все присутствующие, как по команде, выпрямились, убрали локти со столов и стали есть без шума. Лишь двигались челюсти, которые тщательно пережёвывали пищу.

Вдруг в этой тишине от одного из столиков раздался какой-то невнятный звук. Удав замер, а затем резко повернул голову на шум. Со стороны это выглядело так, будто шагоход развернул боевой модуль в сторону цели.

– Вы что-то хотели сказать? – раздался из динамика скрипучий голос. И такой ласковый, что хотелось провалиться сквозь палубу.

Все застыли на месте, перестав жевать и замерев с ложками и вилками у рта. Удав смотрел на невысокого паренька в форме техника. Тот нервно сглотнул еду и встал по стойке смирно, испуганно косясь на демона в обличье человека. Судя по хрупкой фигуре, он рос при низкой гравитации и, скорее всего, был пустотником.

– Никак нет, господин полковник. Ведь когда я ем, то я глух и нем.

После этих слов установилась прямо-таки осязаемая тишина. Удав склонил голову набок, будто прикидывая, как именно он накажет того, кто посмел раскрыть рот.

Вдруг рослый Призрак сделал пару шагов и резко положил руку парнишке на плечо. Приблизившись к лицу парня, Удав произнёс самым замогильным голосом одно слово:

– Молодец.

Запись прервалась. Миша нервно сглотнула, отметив, что тоже убрала локти со стола.

– Ну, это хороший намёк, что поговорить можем чуть позже, – заметил Чако. И в следующие двадцать минут все присутствующие молча поглощали еду. Шах сел за дальний столик и закрыл портьеры. С его стороны был слышен лишь шум ложки о пластиковую тарелку.

– Ох и вкусно. Мои похвалы вашему повару. Если начнёте снабжать бары и рестораны станции, я в деле. С меня коктейли, – сказал Матео, убирая пустые лотки и одноразовую посуду в мусор для утилизации.

– Это к Теку. Он адъютант полковника по всем вопросам. И этому в том числе. Я тут просто штаны протираю, пока нет задачи двери лбом открывать.

Все рассмеялись, а Старый Чако повернулся к Шаху, для которого специально оставили место поближе к старику.

– Сынок, тут многие узнали вчера, что тех погибших солдат, которые вторглись к вам на планету, вы похоронили. И не зарыли, как бродячих собак, а обошлись по-человечески.

– Это так. А что в этом такого удивительного? Мы с мёртвыми не воюем.

Старик кивнул, потирая подбородок.

– Да, я видел запись. Мы все её видели.

– Мне даже интересно, кто вам её показал?

– Птичка на хвосте принесла, – заметила Миша. И видя непонимание Призрака, уточнила. – Сову и меня в один экипаж назначили. Я привела её в бар пилотов, а там на неё наехали, что ваши над мёртвыми глумятся и для запугивания используют.

Услышав эти слова, Шах весь напрягся, будто хищник перед прыжком, а Маркус виновато потупил взгляд. Миша в ответ на реакцию подняла открытые ладони в примиряющем жесте.

– Полегче, здоровяк. Я не хочу никого оскорбить, но мы о вас многого не знали. Фишку с кораблями, которые вы заваливали трупами, тоже не смогли понять иначе. Поверь, Сову услышали и поняли. Многие прониклись тем, что вы сделали.

– Тогда к чему этот разговор? – спросил Шах.

– Просто не все заметили пару вещей, – сказал за его спиной Чако, и Призрак повернулся к пилоту. Маркус также внимательно смотрел на гиганта в маске.

– Я не понимаю. У Совы была запись той старой церемонии из нашей сети. Вы её видели. И что там непонятного?

– Стулья, – просто ответил Чако.

– Что? – удивился Шах, переводя взгляд на собеседников. Матео и Ли, судя по их лицам, были не в теме.

– Да всё просто, Шах. Я пилот, а значит, должен иметь хорошую реакцию, глазомер и внимание. И я заметил на одном из кадров кое-что в углу – стулья. И очень странные.

– Карлос, я реально не понимаю, к чему вы клоните? И наши там все стояли.

– Зови меня просто Чако, сынок. Да, вы ребята крепкие. Но эти стулья были явно не для вас.

Шах застыл. Никто не видел, как напряглись его мышцы под защитным костюмом. Призрак понял, о чём далее пойдёт речь. И он не знал, как реагировать.

– Вот именно, сынок. Я хоть старик, но память и глазомер у меня хорошие. И я отметил, что эти пустые сидения явно крепкие и очень удобные. Можно на них развалиться и отдохнуть. Допустим, это место для раненых.

– Вот и ответ. Да, мы тоже не бессмертные, – заметил Шах. Маркус уже откровенно сверлил взглядом его маску, будто хотел увидеть, какие мысли она скрывает.

– Зачем вам тащить своих раненных на похороны врагов? – удивился Ли. Шах про себя лишь чертыхнулся.

– Верно, малыш, – заметил Генри, хлопнув азиата по плечу. – И тут ещё и одна странность, но я о ней потом расскажу. Послушаем старика.

Чако кивнул бывшему пехотинцу. Матео заметил, что Шах замер и не шевелится. Призрак не был напуган, но будто растерялся.

– Да, твой друг верно заметил. Но я ещё вспомнил вашего солдата, который стоял рядом. Прикинул его рост и постарался сопоставить размеры этих стульев с тем парнем. И если мой глазомер не врёт, то он подошёл бы только вашим подросткам. Или людям, которые не принадлежат к вашему народу.

Ли и Матео охнули, посмотрев на Шаха, который будто бы сжался, как от удара. Чако с грустью смотрел на здоровяка, а старик Маркус — с совсем другой эмоцией.

– Давай я добавлю, – сказал Генри. – Когда вы прибыли на станцию, я нажрался в хлам. Потом ещё раз, когда вас стали всюду допускать. И тут это произошло. Я шёл в очередной бар и увидел, как за одним из столиков сидит мертвец. Прикинь? Сержант Джанин Васкес. Мощная баба была. И высадилась вместе с батальоном Картера на полюс. И больше о ней не слышали.

Генри дёрнул головой, а потом молча допил пиво и протянул бокал Матео, предлагая обновить.

– Не налегал бы ты, дружище, – заметил Чако. – Генри знал сына Маркуса. Он его в патруль и устроил. Тут мы узнаем, что этот любитель пива загремел в камеру. Залог за него заплатили, вытащили и узнали, что он видел. Док Стефанос ему хотел или горячку поставить, или записать к психиатру.

– Это была Васкес. Волосы длиннее, блондинка, цвет глаз другой. Только причёску можно сменить, перекраситься, надеть линзы. Даже черты лица можно подкожными имплантами исправить. Вот только если я обознался, чего та девчонка так дёрнулась, когда меня увидела? Она меня узнала, хотя я ещё не назвал её по имени. Как тебе такое, мэн?

Ли только охнул, смотря на своего временного напарника. Шах опустил голову. Он понимал, и что такое военная тайна, и что такое надежда. А Маркус, отец того погибшего солдата, мог только надеяться. Как же всё сложно.

– Я понимаю, сынок, что ты военный. Тебя связывают правила и обязательства. Ты должен хранить эту тайну. Да, и тогда, что, скорее всего, у вас были основания быть беспощадными с вашими врагами, – Чако посмотрел на сидящего за ним Маркуса. – Но сейчас, спустя годы, когда стало ясно, что в этой истории что-то не так, вы молчите. Хотя и хотите заключить мир. Может, у вас есть на это основания поступать так. Но разве родственники тех людей не заслуживают правды об их судьбе? Хотя бы намёка, что мы не ошибаемся?

Все присутствующие, даже те, кто не был в курсе событий, как Матео и Ли, сейчас молча смотрели на Шаха, который не сводил глаз со стены. Он крутил головой, будто стараясь что-то отогнать.

– Чако, всё не так просто. Ты прав, я действительно не могу.

– Но ты можешь сделать кое-что другое – просто не врать? – неожиданно произнесла Миша, приковав к себе всеобщее внимание. – Вы уже несколько раз говорили, что ложь вы не любите. Ведь это тоже не выбор сильных, так ведь?

– Да? – произнёс Шах, поворачиваясь к присутствующим. – Я не хочу вам врать и не могу. Вдруг я лишь дам вам пустую надежду? А это жестоко.

– Значит, ты знаешь что-то, что может пролить свет на события тех дней и дать нам её? – спросил Маркус хриплым голосом.

– С языка сорвал, – хмыкнула Миша. – Ладно, Шах. У меня такое предложение. Я задаю тебе наводящие вопросы, а ты отвечаешь, если можешь. В другом случае молчишь. И да, здесь все свои. Ну, может, только Ли случайно попал. Короче, ты согласен?

Шах лишь воздел очи к потолку:

– Удав меня мехом внутрь вывернет, если узнает. Но я понимаю, почему вам это надо. Чёрт с вами. Задавай свои вопросы.

– Отряд Картера хотел сдаться в плен именно Варгу? Он тогда командовал Черепами? – задала Миша совсем неожиданный вопрос. Генри замер с бокалом пива у рта. Маркус и Чако переглянулись.

– Да откуда ты это знаешь? – начал говорить Шах, но осёкся. – Да твою ж мать!

– Значит, да, – подытожила Миша. – Отвечу так: недавно услышала один разговор ваших. Кто это был, не скажу. Значит, Варг приказал казнить тех людей? Или он лично перерезал каждому горло, отрубил голову в качестве трофея и потом бросил в пропасть? И вы такого мясника привезли сюда?

– Нет, – рявкнул Шах. – Да, многие знают, что полюс оборонял восьмой отдельный отряд ликвидаторов. И скажу одно: той фигнёй, которую ты озвучила, там не занимаются. Они психи, самоубийцы, безжалостные воины, но для них честь не пустой звук.

– И если он здесь, то как минимум он этого не делал? Приказ мог отдать кто-то другой?

– Нет. Он был старшим офицером «Мрака» на полюсе.

– Значит, никто не погиб?

Шах промолчал, а Генри и Маркус, неверяще посмотрели друг на друга.

– Вы и раньше брали пленных?

Снова молчание.

– Вы не афишировали этот момент. Зарабатывали репутацию?

– Да. В первые годы желающих влезть за Рубеж было очень много. Но потом всё изменилось.

– И где ещё этот псих, Варг, отметился? – задал вопрос Генри. Намёк на то, что на полюсе могли быть выжившие, его ошарашил, но сейчас он был слегка разозлён.

– Не могу знать, это всё секретная информация. – сказал Шах. Здоровяк в тактике склонил голову к плечу, будто к чему-то или кому-то прислушивался.

– Но про его дела на Эдеме ты знал? – заметила Миша

– Нет, раньше я этого не знал.

– Раньше? Что это значит? – Генри подозрительно посмотрел на Призрака. – С кем ты говоришь? Он прислушивается к гарнитуре в шлеме.

– Я говорю с тем, кто приказал мне дать вам ответы. Он скоро будет здесь, и сам всё расскажет.

Дверь в бар неожиданно ушла сторону. Это удивило Матео, который лично её заблокировал. В бар вошёл относительно невысокий Призрак в лёгкой броне «Мастеров», но все присутствующие его узнали: Тек, адъютант полковника.

– Шах, твой напарник пока останется. Ты сам иди. Тебя ждёт патруль, а мистер Ли тебя нагонит.

Шах молча поднялся и вышел из бара. Все присутствующие смотрели на Тека, который спокойно направился к стойке.

– Рядовой Уилкокс, вы опять пьёте сверх всякой меры. Один раз вы уже загремели на гауптвахту, а потому не смогли отправиться со своими товарищами по батальону в бой. Последний бой того батальона.

– Да ты кто такой? Откуда ты меня знаешь? – вскочил Генри. Кулаки бывшего пехотинца сжимались.

– Может, знаю потому, что я был тем, кто прикрыл тогда твою тупую пьяную жопу? Тебя никогда не удивляло, что тебя не отправили в военную тюрьму?

– Что? – Генри опешил. – Ты что несёшь, упырь? Меня тогда прикрыл...

Генри замер и попятился назад к стойке. С широко раскрытыми глазами он смотрел на адъютанта, тех, кого называли Призраками или Мертвецами. Вот только перед ним сейчас стоял тот, кто уже девять лет находился в списке погибших. Бывший пехотинец понял, кто перед ним стоит.

– Сэр?

– Вольно, Генри. Садись на свой стул. Бармен, – Матео повернулся в сторону гостя. Под стойкой латинос сжимал пистолет. – Этот позор разведки Колониальной Пехоты в жизни умел лишь одно делать хорошо – выбирать бар и выпивку. Плесни мне полпинты того же, что и ему. Я на службе ещё.

Матео, не сводя с Тека глаз, молча налил ему полбокала тёмного пива с рубиновым оттенком. Остальные, потрясённые вторжением очередного Призрака, молча смотрели, как тот берёт стакан с пенным напитком.

– Боже, как мне этого не хватало! Мы с парнями, конечно, пробовали что-то варить, но это было не то...

– Дурдом. Вы ведь не пьёте алкоголь. Я видела, как вас ломает. Для вас это всё равно что яд, – промямлила ошарашенная Миша. Но Тек лишь молча сорвал шлем, поднёс бокал к лицу и осушил.

– Бармен, повтори. За счёт Уилкокса. Он мне должен. Не спорь, Генри. Да, тебе привет от Джанин и остальных. Что касается вас, милая леди, то у меня именно к вам есть пара важных вопросов. Ради них я даже раскрыл своё инкогнито.

Все присутствующие с недоверием смотрели на лицо того, кто сейчас называл себя Тек. Тёмные волосы, зелёные глаза, вполне обычные черты лица, без следов неких жутких мутаций, или чего ещё. Тек был обычным человеком. Как они сами. И он же был одним из старших офицеров Призраков.

– Твою мать. Вы же...

Миша икнула, рассматривая во все глаза лицо, скрываемое раньше маской. И она уже видела его раньше. Как и многие присутствующие здесь.

– Да, – Тек широко улыбнулся, – это именно я. Думаю, я смогу ответить на ваши вопросы. Взамен вы все будете хранить этот разговор втайне. Вам понравятся ответы. Но сначала, мисс Микаэла, вы, как я и сказал, ответите на мои вопросы.

Миша только кивнула.

– Личное потом. Сначала скажите мне, откуда вы знаете, что Варг руководил обороной полюса? Полагаю, что вам это сказал тот, от кого вы узнали, что мои друзья не могут пить и всегда держат слово? Я ведь прав?

Глава 9. Мгновения очень странного перемирия

Станция Каир-2 «Афина».

Нижние уровни.

– Ты чего, эй? – Анна, сотрудница полиции станции, отшатнулась от шагающего рядом с ней Щитовика. Тот повёл себя очень странно: замер посередине коридора, напрягся, перехватил оружие и стал дёргать головой из стороны в сторону, будто принюхивался.

Вскоре девушка поняла, что навязанный ей против воли молчаливый напарник действительно нюхал воздух.

– Кардан, – с трудом припомнила Анна странные то ли имя, то ли прозвище этого пугающего парня, – Да что с тобой?

Молчаливый Призрак её пугал. Если бы не хороший оклад, то девушка ещё пару дней назад подала бы заявление на увольнение. Потому Анна и терпела жутковатого напарника, который за эти дни сказал лишь пару дежурных слов. Словно чувствовал, что ему здесь не рады.

– Труп. Свежий. Нужна схема вентиляции этого участка. Точнее, нужно то место, откуда нагнетается воздух, – неожиданно проскрипел Призрак, перехватывая оружие поудобнее.

– Что? – опешила девушка. Кардан ранее не говорил таких длинных речей.

– Да, учуял он его, – раздался за спиной ещё один низкий и скрипучий голос. Анна дёрнулась и повернулась. – Эй, свои.

Кардан отвёл в сторону дробовик. Позади пары патрульных стоял Призрак в тактике и с контейнером для инструментов. Другую руку новый гигант поднял в примиряющем жесте.

– Привет, Серп. Ты то, что здесь забыл?

– Да, волей нашего отца-командира изображаю здесь мастера-ломастера на все руки. Тоже учуял. Нашим сообщил. А тут вы.

– Ладно, – сказал Кардан, снимая с пояса кобуру с массивным пистолетом и подсумками. – Идём вперёд. Анна, – здоровяк повернулся к девушке, – ты идёшь за нами. Прикрываешь. Может, рядом никого нет, но кто знает.

– Да что происходит? – вскричала девушка.

Призраки переглянулись и покачали головами.

– Сочувствую, Кард. Нормалы не чуют ни проблемы, ни запах трупов. Кстати, девушка явно из Конфедерации, судя по её бразильским предкам.

– Я из Конфедерации. А что с моими предками не так?

– Да, склад фигуры явно бразильский, если верить хроникам с карнавала, у них, у всех такие большие...

По тому, как Серп рукой показывал, будто сжимает что-то большое и круглое ниже пояса, было легко догадаться, что именно он имел в виду. Анна покраснела от возмущения, но сказать ничего не успела. Её опередил Кардан:

– Ты успокоиться можешь? Тут фигня непонятная, а ты перья распустил. Забыл, как вас с Молотом Варг на спарринге по периметру размазал?

– Нет, – хрустнул кулаками Серп, – Не забыл. И я ему при случае припомню его намёки на шпилевую архитектуру.

– Ближе к делу. Есть мысль, где тушку спрятали?

– Да, конечно, – Серп резко стал серьёзен. – Двумя уровнями ниже — компрессорная. Где-то там, минуя фильтры. Как думаешь, сколько часов? Парочку?

– Скорее три, – уже на ходу сказал Кардан. – И раз он спрятан в таком месте, то там точно не шпана работала. Анна, сообщи диспетчеру, что расследуем. Надеюсь, что я ошибаюсь.

– Если бы. Явно дохлой человечиной тянет. Ох, нехорошее у меня предчувствие, брат.

Девушка, которая уже поняла, что дело серьёзное, шла сразу за Призраками. Те явно были напряжены, двигались быстро, и Анна едва поспевала за ними. Только догнав пару бойцов у лифта, молодая полицейская смогла перевести дух и вызвать диспетчера.

Труп они нашли сразу, как спустились в отсек к компрессорам. Немолодой мужчина-техник был задушен и спрятан в технический шкаф.

– Анна, вызывай спецов вашего шефа. Мне это не нравится, Серп.

– Согласен. Судя по следам, сработал профи. С удавкой почти как наши, из «Мрака» обращается. Эй, а что это с нашей бразильяночкой происходит? Блин, не на ноги.

Анну вырвало. В последний момент Кардан развернул девушку в сторону и поймал выпавший из её рук служебный ком. Девушка была в шоке и потому так и стояла согнувшись. В какой-то момент она заметила, что её волосы, пусть и не самые длинные, кто-то придержал.

– Дыши глубже. В первый раз? – спросил Кардан. Именно он стоял рядом с девушкой. – Соберись, Анна. Нужно установить по сетчатке его личность. И быстрее. Очень уж мне не нравится эта аккуратная работа.

– И не зря, – сказал Серп. – Его карта доступа пропала. Вопрос в том, куда он мог войти. Или он был свидетелем, или кто-то охотился за его допуском.

Ситуация резко накалилась. Допуск легко аннулировать, если знать, чья карта. Значит, неизвестный был уверен, что ему хватит времени. И возможно, что они уже опоздали.

Станция Каир-2 «Афина».

Бар «У Матео».

– Матка Боска, вот как мы в это вляпались?! То есть Джесси вполне может знать, что там грёбаный убийца еë папаши, который на самом никого не убивал, но при этом ещё тот циничный говнюк, так? Да, зная еë, она точно попробует этого психа грохнуть.

Матео, которому в результате тоже перепало кое-что после беседы с адъютантом полковника из Призраков, молча оглядел свой бар. Пора бы открываться. Остальные уже ушли.

Молодому конфедерату, которого в паре с Шахом пригласил Генри, досталось строгое внушение и задание: придумать, как организовать частную встречу Призраков с комиссаром Пэй Линь. В этом ему вызвался помочь Генри. Ведь бывшая сотрудница полиции Конфедерации была его начальницей.

Маркус ушёл к себе просто ждать развития событий. Его приятель Чако получил некий чип с предложением не только для его клана, но и для других пустотников из союза. Мельком глянув на своей деке его содержимое, старик лишь крякнул и сказал, что такие вещи решают люди повыше. И эти ребята получат весточку раньше, чем «Розита» выйдет из ремонта.

Что касается самого Матео...

– Я до сих пор не могу поверить, что они предложили мне вернуть мои глаза. Нет, не совсем мои, но... Я запутался.

– Молчи, дружище. Я сильно жалею, что Джесс с Дэном где-то там, в пустоте, вместе с Чаном, Роулинсом и тем салагой. Блин, как этого паренька звали? Да неважно.

– И Черепом, – добавил Матео.

– И Черепом. Боже, я и подумать не могла, чем закончится тот поход в бар. Я просто хотела понять, что из себя представляет та девчонка. И зачем я только решила...

Обхватив голову руками, Миша со стоном приложила лоб к стойке. Оставалось надеяться, что тот, кто сейчас представляется Теком, не заложит этому бешеному полковнику Сову, Искру и всю их дружную компанию.

Миша поняла, что заварила просто эпическую кашу.

Ранее этой ночью.

Медицинский отсек станции.

– Напилася я пьяной. Не дойду до каютки, – громко икнув, пропела Сова. Девушка не могла стоять прямо, её пошатывало, а к своей груди, как большую плюшевую игрушку, она прижимала невысокого мужчину средних лет. Тот выглядел одновременно и ошарашенным, и напуганным, а на левой стороне лица и у виска наливались красным цветом непонятные пятна.

– Песня злостной нарушительницы законов шариата. Какого чёрта тут происходит? – окликнула удивлённая Искра компанию, стоящую перед ней в приёмной местной поликлиники.

Кроме этой парочки, перед ошарашенной Искрой предстало ещё несколько колоритных персонажей. Пухленькую брюнетку доктор помнила по медкарте. Она должна была лететь на следующем патрульном корабле в качестве пилота.

Пара стариков, из которых один был темнокожим, тоже явно были пилотами. Эти джентльмены пытались удержать высокую девушку от падения и достать полузадушенного мужика из еë рук. Вот такая картина встретила на ночном дежурстве Искру. Да и доктор Стефанос проснулся от шума и сейчас с заспанными глазами рассматривал сюрреалистичную картину:

– Господи, что здесь происходит? Да отпусти ты этого бедолагу! Он же не плюшевый мишка!

– Верно, Стивен, – машинально произнесла Искра, подойдя к соплеменнице. Разжимая крепкие пальцы, она говорила с лётчицей, как с ребёнком. – Отпусти дядю, Совушка, а то он скоро задохнётся. Ты же девочка. Это тебя мужчины на руках должны носить.

– Но он такой мягкий, – засюсюкала Сова. Девушка с такой силой прижала к себе своего пленника, что он захрипел, выпучив глаза. – И я его обидела. Побила.

– Что? Да отпусти ты бедолагу! Стивен. Тьфу, Франко, открой вторую процедурную. Чувствую, ночь будет очень интересной.

– Я тоже. Думаю, начальство лучше пока не предупреждать. Ни моё, ни тем более твоё. Что с ней такое?

– Что-что. Отсутствие мозгов, юношеский максимализм и детство в одном месте ещё играет. Похоже, это её собутыльники. Ведь мало надежды, что она пила только чай, да? – сказала Искра злым голосом, волоча вяло брыкающуюся Сову в процедурную. – И не вздумайте бежать. Догоню – хуже будет.

Мужчину, которого спутники девушки звали почему-то Попрыгунчиком или Пьером, под руку вёл Стефанос. Миша, Чако и Маркус плелись следом за медиком. Кто-то из них смотрел на Сову с интересом, как местный главврач, а кто-то с сочувствием. Или и вовсе виновато, как Миша.

– Что и сколько она выпила? И не говорите, что там было разбавленное пиво на донышке. Убью, – свирепствовала Искра, которая посадила более чем двухметровую Сову на кушетку и копалась в своей личной аптечке, – Стивен, можешь одолжить глюкозу? Остальное у меня есть.

Франко даже не поправил коллегу, которая принимала его за персонажа какого-то древнего сериала, а молча достал из шкафчика требуемое.

– Да, реально немного было. Там коктейль из водорослей с добавкой ликёра. Я думала, ей это не повредит. Она никак не могла привыкнуть, что её к нам перевели. Там градусов семь от силы, – лепетала ошарашенная Миша, которая не могла поверить в такое неожиданное и быстрое преображение своей новой знакомой.

– Тебе по попе хлопнуть или твои сиськи выжать внутрь тушки? – спросила Искра обманчиво ласковым голосом.

– Эм, что? – переспросила Миша. Медика Призраков она видела раньше мельком. Все отзывались о ней как о милой девушке не от мира сего. Но эта мегера...

– То, блин. Мозги на место тебе хочу поставить. Так как, чтобы сделать такое, что ты выкинула, надо думать, или жопой, или этими силиконовыми арбузами. Какой объём Сова выпила, за какой промежуток и как давно?

– Они натуральные, – с обидой пискнула Миша.

– Три пол-литровые пинты. Минут за десять всё и примерно полчаса назад, – сказал тот пилот-латинос, который представился как Чако. – И тогда она стала вести себя очень странно. Да, Сова это не заказывала. Её угостили Миша и другие пилоты в баре. Ваша девочка до этого пила только чай через трубочку.

– Я не девочка. Я уже взрослая. Мне давно исполнилось пятнадцать лет, – вдруг выдала, вскочив с кушетки, пьяная дылда. И, получив лёгкий подзатыльник от Искры, сразу села обратно.

– Сколько ей лет? – произнесли присутствующие дружным хором, смотря во все глаза на ту, которой они все были от силы по грудь.

– Ха-ха. Шутка про то, кто пустил малолетку в бар, теперь не бородатый анекдот, – нервно хихикнула Миша, поглядев на Искру, которая через катетер на тактике что-то вколола своей подопечной и поставила капельницу.

– Вы чем их кормите? – ошарашенно произнёс Чако.

– Натуральной едой, без всякой дряни. Ускоренная регенерация приводит к более раннему взрослению в десять-двенадцать лет. Учимся мы тоже быстро. Сейчас, милая, тебе полегчает. Дыши. Однако скоро будет больно. В животе. Придётся потерпеть, – сказала Искра.

– Насколько низок у вашего народа уровень фермента алкогольдегидрогеназы? – спросил Франко, который окончил осмотр Пьера. Странные синяки что-то ему напоминали, но он не мог понять, что именно.

– Еë у нас нет, как и у некоторых народов, старой Земли. – Франко замер, неверяще посмотрел на высоких девушек в обтягивающих комбинезонах, а потом просто скривился и покачал головой. – Я могу прогуляться в таком лёгком костюме по поверхности станции. Да ещё и в период солнечной активности. И без риска получить лучевую болезнь. То есть я могу спокойно переносить сверхвысокую радиацию, космический холод и адскую жару, резкие перепады давления. Вот такой наследственностью меня наградили предки. Да, и ещё по мелочи: у меня обострённый слух, зрение как у орла, повышенная скорость реакции, мощная регенерация, а организм способен выводить из себя самые опасные радионуклиды, бороться с токсинами и ядами. Ну и мы рано взрослеем и быстро учимся.

– Генетические манипуляции такого уровня? Наследственные? – заметил справившийся с шоком Франко. – И вы сейчас это не скрываете? Потому и носите маски – внешность наверняка тоже претерпела изменения. Как очень тёмная или смуглая кожа у жителей некоторых тропических и экваториальных регионов нашей общей прародины. Но вы приспособились к...

– Аду, которым стала Земля, – перебила коллегу Искра. – Именно так. Учитывая, что встречают у вас по внешности, а только потом по уму и личным качествам, мы и не пугаем никого так сразу. Да, они наследственные. И мы сейчас их не скрываем, так как и так понятно, что мы не эволюционировали так естественным путём.

– Согласен, – задумчиво постучал пальцами по подбородку Стефанос. – Но вы явно не рассчитывали, что в отношении алкоголя станете как индейцы Северной Америки. Потому и такая дикая реакция? И организм с этим борется, как с токсином? Боюсь даже представить, какие у этого процесса ещё были побочные эффекты.

– Примерно так. Опьянение у Совы вскоре прошло бы само собой. Её бы начало крутить, заболели мышцы, рвота и другие прелести. Я немного ускорила процесс и снизила последствия. Из других интересных эффектов... Даже не знаю. Многие из нас, считай, берсерки, которыми движет ярость и агрессия. Правда, контролируемая и со стороны такие люди кажутся расчётливыми садистами. Гормональный фон у нас своеобразный.

– Во-во, – подала слабый голос Сова. – Портрет типичного мраковца. И им за это ничего нет. Не они такие, а жизнь такая. Вон Варг со своими волками на Возрождении батальон нормалов под нож пустил, а ему ничего не было. Но стоило мне форсаж чуть раньше включить – привет, внеочередной наряд в сортир.

Миша, Франко и пилоты, которые также услышали последние слова Совы, просто застыли на месте. Не каждый день узнать, что с тобой одним воздухом дышит...

– Да он военный преступник! – вскричал Маркус, дёргаясь вперёд. На его пути неожиданно встал Старый Чако. Оглядываясь назад, латинос вытащил коллегу наружу и лишь там стал что-то разгорячено говорить безутешному отцу. Вдали от чуткого уха Искры.

– Так, радость моя, марш в санузел. Два пальца в рот и призывай Ихтиандра и доктора Ватсона, – скомандовала Искра, отправляя Сову лёгким пинком под копчик в указанном направлении. – Вот что за день такой сегодня?

Вопрос был риторическим. Искра повернулась к остальным присутствующим, когда вернулись старые пилоты. Маркус был мрачен, но молчал, а Чако был задумчив.

– Не всё так просто. Если что, то многие бойцы из «Мрака» те, кому нечего терять. Варг, например, дважды сирота. Расшифровываю прямым текстом – его усыновили, а потом приёмная семья погибла. И не в результате несчастного случая. И вообще, я и так уже много вам сказала. Просто побаиваюсь этого отбитого душегуба, так как сложно сказать, что у него на уме.

– То есть намекаешь, что их убили наши или драконы с клановцами? – спросила Миша.

– Я не намекаю, а прямо говорю. Поверь, немало наших поселений было атаковано ради ресурсов и по другим причинам вашими рейдерами. До битвы за планету, которую вы зовёте Новым Эдемом, у нас часто были ощутимые потери среди мирного населения. Не все свои миры и малые колонии мы могли одинаково прикрыть. А ваши не разбирали, что они атаковали с орбиты: военная база, научная лаборатория или жилой бункер. Ведь мы все просто долбаные монстры, да?

Последнюю фразу Искра произнесла с такой горечью, что даже сердитый Маркус сделал рассеянный шаг назад. Остальные также были обескуражены.

– То есть, – начал говорить хриплым голосом Старый Чако, – Именно с нашей, а не с вашей стороны убийцы женщин и детей?

– И именно мраковцы, как Варг, были теми, кто преследовал и казнил таких людей. Они как топор, который рубит деревья в лесу. Летят во все стороны щепки, которые не могут понять топор. А топор... Да зачем ему понимать щепку?

Наступила тишина, которую вдруг прервал судорожный звук из санузла. Сову выворачивало наизнанку. Искра глянула внутрь, кивнула и подошла к Пьеру:

– Ладно, а с вами что? Как именно эта начинающая смутьянка вас побила и за что? Странные следы. Это больше всего похоже на... Стоп, это что, засосы?

Диспетчер покраснел и вежливо кашлянул в сторону, отводя взгляд. Искра, хоть её лицо скрывала маска, была явно ошарашена.

– Так, любители спаивать бывших пай-девочек, живо мне рассказали, что за чертовщина тут происходит? Пока я добрая и не устроила вам сеанс внезапной гастроскопии!

Переглянувшись со спутниками, Миша начала рассказ. Прошлым вечером она решила привести Сову в бар пилотов. Девушка, которую отправили в Патруль, ей импонировала. Поэтому, чтобы растопить лёд с будущими коллегами, полька и привела новую знакомую в то место.

Пилоты были поначалу недружелюбно настроены к гостье. Однако простая и непосредственная Сова неожиданно быстро вписалась в коллектив. Каботажники прониклись к ней уважением, когда узнали, что девушка — боевой пилот, да ещё и участвовала в уничтожении весьма одиозного пирата-садиста по прозвищу Одноглазый Хосе.

И в этой стычке именно Сова спасла пилота подбитого буксира от разгерметизации. Это было несколько месяцев назад. Этим пилотом и был Попрыгунчик Пьер, который получил травму сосудов головы от декомпрессии и забыл о пилотской лицензии.

– Вы что, без скафандра к зоне перехода летели? – заметила Искра. – У вас же это правило безопасности, написанное кровью.

Пьер опустил взгляд, а Чако грустно хмыкнул.

– Понятно. Дайте угадаю, что было дальше. Эта любительница котиков прониклась спьяну вашей историей и решила всё представить как драку. Чтобы мы лечили вас вместе с полицейскими, которых калечил Варг. Правильно? И как она это сделала?

– Она отловила меня на выходе из туалета, закрыла рукой мне глаза, прижала к стене и... Я думал, мне к виску вакуумный пылесос присосался, – краснел диспетчер. – Потом просто подхватила на руки и потащила сюда. Чако заметил, и с ребятами увязался за нами.

– Зашибись. Действительно, совсем взрослая – мужиков по туалетам тискает. Вообще-то, у нас тут обсуждение шло насчёт оказания бесплатной медпомощи. В рамках пары гуманитарных программ. Могли бы просто вас вписать. В принципе есть методика для укрепления сосудов и устранения таких внутренних повреждений. Давайте сейчас и оформим.

Ошарашенный Пьер, который только беззвучно открывал рот, смог лишь кивнуть. Не менее удивлённый Франко Стефанос помог ему в этом, положив руку на затылок и приложив небольшое усилие.

– Боже милостивый! Если вы реально можете это лечить, то в кланах есть немало людей, которые будут за вас молиться, – заметил Чако. – Хоть вы и мусульмане.

– Почему мусульмане? Нет, у нас разные конфессии есть. Я сама из числа христиан, – Искра перекрестилась, но, на взгляд Чако, как-то странно: справа налево. Хотя, если вспомнить, течений у его веры было много. И где-то он видел, что крестятся именно так. И притом в Пространстве.

– Просто было мимолётное упоминание законов Шариата. Я и подумал... Не хотел вас обидеть.

– Ничего. Это просто расхожая поговорка. В войсках, – Искра нервно хихикнула. – Но я теперь понимаю, почему у нас ветераны говорят, что кто в армии служил, тот в цирке не смеётся. Но это больше было про некоторые уставные правила, а не про пьяные засосы у туалета.

Здесь уже рассмеялись все, кроме задумчивого Маркуса. Но тут подала голос Сова, и момент окончательно перестал быть забавным:

– Ой, то есть я зря подала рапорт на имя Тека? Эм, чтобы Пьера точно на лечение взяли, – произнесла из-за двери Сова. И все отметили, что её голос, не искажённый динамиками маски, был очень мягким, мелодичным и куда более приятным на слух.

– Вот теперь нам точно конец. Удав нас всех мехом внутрь вывернет, завяжет бантиком и скажет, что так и было, – раздался звук удара ладони о лоб и горестный голос Искры. – Господи, как же на Аквитании проще было! Все такие смирные, болезные и по койкам в ожидании уколов лежат. Что теперь делать?

– Думаю, я смогу договориться с вашим полковником. Например, скажу, что это было сделано по моей просьбе. И объясню ему, зачем мне это.

Все повернулись на знакомый женский голос: в дверях процедурной стояла комиссар Пэй Линь. Китаянка выглядела спокойной, но Миша знала, что та не очень любила незваных гостей из-за линии Рубежа. Так, а чего она вдруг сменила гнев на милость? Что за день чудес? Где суровая мама Пэй?

Искра это тоже припомнила:

– Вы как-то раньше не демонстрировали к нам тёплых чувств, комиссар. Что изменилось?

Пэй молча подошла к столику и поставила на него сумку. Из её внутренностей она достала несколько чашек, чайник и стеклянную банку с заваркой.

– Я немного слышала ваш рассказ. Этот сорт неплохо тонизирует и снимает последствия интоксикации. И алкогольной в том числе. Особенно у тех, кто мало или совсем не пьëт. Раз мы едим одну и ту же пищу, то наша биохимия во многом похожа. Не так ли, доктор Стефанос? И не могли бы вы принести горячей воды? Только не кипяток.

– Да, конечно, комиссар. И вы во многом правы, – заметил Франко, покидая процедурную. – Идёмте, Пьер. Отведу вас в палату. Раз вы теперь уже официально покалечены. Господа?

Пилоты покинули процедурную за доктором и Пьером. Однако Пэй жестом попросила Мишу остаться.

– Всё просто, доктор. Я могу отдать должное дьяволу. Особенно тому, что уничтожил ублюдка, на счету которого кровь не только экипажей кораблей, пассажиров и старателей, но и моих людей, – произнесла Пэй, засыпая листья в чайник. – На счету только лишь Одноглазого Хосе два моих экипажа.

– Это так, – подтвердила Миша. В этот момент вернулся Стефанос и принёс термос с водой. Комиссар поблагодарила его кивком и начала заваривать чай.

– Верно, Новак. И эта тварь пытала их ради своего удовольствия. Мы не могли достать эту мразь, но вы смогли.

Чай настоялся очень быстро. Никто не проронил ни слова, ожидая окончания рассказа Пэй Линь. Сова, которую ещё шатало, вернулась в тот момент, когда китаянка разлила напиток по чашкам. Две из них она передала представительницам Союза.

– Спасибо. Вот я устроила! А как это пить? Эм, в смысле у нас маски! – заметила Сова.

– Новак, думаю, нам можно отвернуться. Не сочтите, что мы невежливы. И да, Сова.

– Комиссар? – девушки из Призраков переглянулись.

– Я приношу свои извинения. Сложно избавиться от предрассудков. И сейчас ты в какой-то мере мой человек, а моих людей я в обиду не даю.

– Это факт, – подтвердила Миша. – Комиссар у нас железная леди.

– Новак, с тобой мы потом поговорим, – заметила Пэй, и бойкая брюнетка потупила взгляд. – Я скажу полковнику, что просила вас устроить неформальную встречу. Вернее, передать предложение относительно неё. Мы поговорим с ним после разбирательства.

– О чём? – спросила Искра, пробуя чудесный напиток. Пафос, известный любитель зелёного чая, точно бы оценил этот новый сорт. – Странное чувство, разговаривать, стоя друг к другу спиной. Полагаю, полковнику будет интересна тема встречи?

– Да, конечно. Новак, вот сейчас оставь нас наедине.

Миша, кивнув всем присутствующим, допила чай, поставила чашку, а потом вышла.

– Если что, то я просто врач, а Сова – пилот. Мы мало что решаем. Но передадим сообщение. Как понимаю, вы не хотите афишировать встречу?

– Верно, доктор, – сказала китаянка, ставя чашку на стол и доставая из кармана комбинезона карту памяти. – Передайте для начала вашим вот это.

– Что это? – спросила Искра, пряча накопитель в подсумок.

Пэй вдруг стала выглядеть очень уставшей. Будто она резко постарела на много лет.

– На этой станции много тех, кому там, в большом мире, не нашлось места. Или они его потеряли, как я. Я была старшим офицером СНБ Конфедерации. Думаю, вы слышали об этой структуре.

– Госбезопасность, – заметила Сова. Все закончили пить чай и теперь говорили лицом к лицу. – Однако, комиссар, закинуло вас далековато.

– Есть причины, Сова. Я вела сложное дело и не поняла намёков важных людей. Моя следственная группа погибла, – Пэй поморщилась. – Меня и сослали подальше, и дали уйти. Но вот в чём ирония...

Китаянка прямо посмотрела в глаза, точнее, окуляры маски Искры:

– То расследование касалось союза части высокопоставленных политиков и мафии. И я могу сказать одно: рост пиратства в последние годы является прямым результатом этого сращивания с криминалом. Всё очень плохо. Потому мы здесь и не можем раздавить эту мразь, – Пэй перевела дыхание, собираясь с духом. – Всё кончится войной между моей родиной и Альянсом, да кланами. Договор о буферных зонах, будь он неладен. Но вы смогли сковырнуть этот гнойник. Так что выбор у меня небольшой. Если для сохранения мира нужен союз с Армией Тьмы, то скажите мне лишь одно: где расписаться кровью?

– Однако, – только и смогла выдавить из себя Сова. – А говорили, что мы тут стулья протирать будем.

– И пирожные трескать, ага, – добавила Искра. – Мечтай. Но я бы, пока есть возможность, выпила бы ещё чашечку вашего чая, комиссар.

– Можно просто Пэй. Только наедине, – наконец слегка улыбнулась китаянка. – Конечно. Сейчас заварю.

Второй чайник пили молча. Было о чём подумать.

Бар Матео.

Сейчас.

– Если кому и повезло, так это Генри с Ли. Там уже Искра с Совой, должны что-то передать своим. Только Теку они это, видимо, не сообщили. Маркусу повезло, наверное, Чако и Пьеру. Да и тебе кое-что перепадёт. А вот мне...

– Миша, да успокойся, – бармен поставил перед девушкой бокал с пивом и рюмку с мутной жидкостью антипохмелина. – Предложение в мой адрес было скорее рекламной акцией.

– И ты от него откажешься?

– Нет, – покачал головой Матео, коснувшись пальцами своих глазных имплантов. – Я до сих пор не привык к тому, как вижу мир. Скажем так, мне хватило денег лишь на более или менее доступные протезы. Так что я рискну. Тем более понятно, на кого замахнулись эти ребята.

– Корпорации, – Миша обречённо кивнула. – Чего греха таить, даже я на фронтир сбежала потому, что их здесь нет. Эти крысы имеют власть только потому, что контролируют самое необходимое: еда, вода, воздух, энергия и медицина. И им такие конкуренты не нужны. Смешно. Армия Тьмы раздаёт печенье и пилюли.

– Думаю, пресса Первых, сразу припомнит что-нибудь из Библии. Вроде того, что Антихрист тоже должен прийти в обличье Спасителя. Не знаю, Миша, но я жалею, что не голосовал за Кляйста. Ведь его курс совпадает с планами приятелей Тека.

– Тек... Кто бы мог подумать, что на самом деле это...

– И не говори, – Матео поставил чистые бокалы на стойку. – То, что он с этими парнями, говорит о том, что либо он сволочь, либо эти парни в масках умеют в политику. Меня только удивило, что он так открыто всё рассказал нам. Почему?

– Да это понятно. Скоро это не будет тайной. А расскажи мы кому-то об этом, нас ждёт палата с мягкими стенами. Меня беспокоит другое.

– Что?

Миша залпом допила пиво и опрокинула рюмку с отрезвляющим средством. Лицо брюнетки перекосилось.

– Джесс и Варг. Она странно вела себя перед рейсом. Могла ведь принять предложение кэпа, но отказалась. Типа не хотела Дэна подставлять, сказала, что с контролем импланта выдержит всё. Чёрт, да она явно узнала, уж не знаю как, что там был этот парень. И она точно что-то задумала.

– Похоже на то, Миша. Но там Дэн всё-таки. Он опытный оперативник СБ. Думаю, он всё уладит.

– Надеюсь. После этой встречи попрошу маму Пэй отправить сообщение на корабль. А то я что-то волнуюсь...

– Ты волнуешься? Это что-то новенькое.

– Волнуюсь. Я просто хочу, чтобы ребята вернулись, но почему-то чувствую, что уже поздно. Не знаю, почему так.

На это Матео ничего не ответил.

Зал совета станции «Афина».

В это же время.

– Скажите, Тек, а зачем полковник вернулся в ваш модуль? – задал комендант Дюбуа важный вопрос. Кроме триумвирата из руководителей разных служб дипстанции, у входа в зал стоял шеф Гамбини, доктор Стефанос и пара Призраков: адъютант Удава и доктор Искра.

Пострадавшие уже были в зале, ожидая начала слушаний.

– Он одевает броню, – ответила Искра, которая что-то щёлкала в своём планшете.

– А это не слишком опасно? – задал резонный вопрос шеф Гамбини. Более чем двухметровый здоровяк в боевой броне и дурном настроении – это страшно.

– Мы с Искрой смогли его уговорить. Аргументировали тем, что на переговорах он должен выглядеть внушительно, – сказал Тек.

– Внушительно? После его отповеди в столовой у меня матёрые экс-наёмники едят аккуратно. Куда уж больше? – усмехнулась Пэй. Китаянка выразительно посмотрела на Искру, словно спрашивая о чём-то. Та кивнула на Тека.

– Плюс аргумент, что мне нужно отладить биомонитор его брони. Время проверки истекает, а правила и сроки осмотра никто не отменял. И в таком случае я могу вколоть препарат из встроенного медблока дистанционно. Так, он точно никого не сможет подстрелить как Варга, – добавила Искра.

– Хвала бюрократии. У вас, как я понимаю, она тоже есть? – уточнила Пэй Линь.

– Именно. Мы ещё и отчётность ведём, а не только сеем страх и ужас в галактике. Ну и приказать привести наших залётчиков с гауптвахты надо. И Винтика из столовой вызвать, – объяснил Тек.

– И мы сейчас, что самое смешное, стараемся не призвать ваших солдат к ответу, а защитить от гнева этого головореза, – хохотнул Андрэ Дюбуа. – Сюрреализм.

– Почему же сюрреализм? – вступила в беседу посол Роуз. – Миссией Союза здесь было налаживание отношений. Этот делается через точки соприкосновения. В данном случае медицина, биотехнологии и некоторые другие достижения Союза. – Кивок в сторону Призраков. – Так что и Альянс, и Конфедерация, и кланы получат определённые скидки и более выгодные условия.

– Как-то очень вы это открыто говорите, посол? – прищурился Гамбини. – Представители Союза здесь, вообще-то.

– И в принципе нам пофиг. Главное — начать диалог. И поверьте, у нас не один Пафос такой, рачительный хозяин. Вы ещё волкодавов из Совета не видели.

– Это точно, – вздрогнула Искра. – Одно слово – Древние.

Гамбини, который вспомнил содержание недавно увиденной записи, задумался. Однако на его визор неожиданно пришёл вызов от диспетчера. Силами полиции и Призраков найден труп на нижних уровнях. Возможно, ограбление. Просят экспертов и поддержку для поиска по горячим следам. Мишель, разумеется, дал добро и отключился. В коридоре показался Удав в полной броне Опустошителя. Смотрелось это реально внушительно.

Чуть позже Мишель сильно жалел о том, что отчёт диспетчера о происшествии был неполон и без подробностей. Знай шеф полиции, нюансы дела, то он бы бросил всё, вооружил своих людей и бросился разыскивать убийц техника.

– Полковник, рада снова вас видеть, – вышла навстречу Удаву Даника. – Кстати, вот ваш чип. Там протокол нашей встречи. Я набросала его после вашего ухода.

Удав молча взял карту памяти и посмотрел на девушку-посла:

– Когда вы успели? Мы же не вели запись.

– Минут через десять после того, как вы ушли. Оформила основные тезисы прямо в душе. Через имплант, это быстро. Ну, у меня и заготовки отчётов есть.

Посол повернулась и первой пошла в зал.

– После того, что было? – пробормотал удивлённый Удав, пряча карту в подсумок. Вокабулятор шлема он предусмотрительно отключил, так что его никто не слышал. – Вот и отчёт, считай, есть. Да. Железная женщина. Даже ходит ровно...

Компрессорный зал.

Нижние уровни.

– Анна, где эксперты? И что по карточке этого бедолаги? – обратился к девушке Кардан. Серп в это время аккуратно осматривал компрессорное оборудование на предмет диверсии. Благо, что у штурмовика был опыт подрывных работ. Но неизвестный или, что вероятнее, неизвестные, похоже, не устроили диверсию на оборудовании системы жизнеобеспечения.

– Группа в пути. Стоп. Есть информация об использовании пропуска. Вот данные, – девушка повернула экран в сторону Призраков. – Вроде ничего серьёзного. Может, воры?

– Мечтай, – проскрипел Серп. – Красть там у вас нечего. Вот это и это: помещения дают доступ к коммуникациям. Хм, и этот засранец провёл там немало времени.

– Согласен. Явно что-то недоброе делал. У вас что, никто не отслеживает использование пропусков? Заходи кто хочет, бери что хочешь?

– У нас тут захолустье, – смущённо пожала плечами Анна.

– И потому всем чхать на правила безопасности. Вроде шеф ваш – неглупый мужик, – покрутил рукой в воздухе Кардан.

– Он хотел многое сделать. Но людей и ресурсов не хватало. Ну, ранее.

– Допустим. Но всё равно бардак. Ладно, наши ему пару идей подскажут. Стоп, а вот здесь вход был минут десять назад. Где это?

– Минут десять отсюда. Ох, не нравятся мне интересы этого парня, – покачал головой Серп. – Вызывайте подмогу. Здесь явно что-то затевается. И... Блин, ходу.

Серп вдруг резко сорвался к двери, выхватывая из кобуры пистолет. Кардан, схватив за руку Анну, рванул за товарищем.

– Что не так с тем помещением? И другими?

Серп на ходу объяснил. За время нарядов он неплохо изучил схему систем и коммуникаций дипстанции. Стараниями предков-генетиков ему досталась идеальная память. Потому Опустошитель кратко и ёмко, с применением мата, объяснил спутникам, чем им грозит интерес неизвестного убийцы.

Все прониклись. Анна и Кардан на ходу стали вызывать подмогу. Счёт шёл на минуты.

Зал совета станции «Афина».

Административный сектор.

– Уроды. Дебилы. Активисты чёртовы, – ругался последними словами глава самой необычной дипмиссии в этой части вселенной.

Шеф полиции Гамбини, для которого эти встречи с полковником Призраков уже стали обыденными, оглядел зал совета станции. Это место, ранее задуманное как помещение конгресса межзвёздных наций, постепенно заменяло на станции зал суда. И если в первый раз виноваты были обе стороны, то сейчас подчинённые Удава почти каждый день творили какую-то лютую дичь. И это только первая неделя.

Ранее всё было по мелочи, но сейчас головорезы Удава отмочили по полной.

Гамбини и начальник медслужбы Франко Стефанос, как и коллега последнего, доктор Искра, стояли вдоль стены за столом президиума. Девушка из Призраков была в уже привычном костюме, закрывающем всё тело. Только комбинезон медика был мешковатым, в отличие от тактиков боевиков. Ну и, конечно, эта девица была минимум на голову выше любого из присутствующих местных.

За столом президиума сидели комендант станции Дюбуа, комиссар патруля Пэй Линь, посол Даника Роуз и полковник Удав. Последний был облачён в полную боевую броню со шлемом и положил на стол пистолет. Вид, вставший из-за стола гигант имел самый угрожающий.

– Тек, заводи этих макак скопом, – скомандовал Удав своему относительно невысокому адъютанту.

Как сейчас заметил Гамбини, этот Призрак был ниже даже медика Искры. Зафиксировав в памяти этот момент, шеф полиции приготовился к просмотру шоу. В отличие от Удава, Мишель владел чуть большей информацией. Даже жаль нервную систему этого вояки, так как полковник был довольно порядочным разумным.

Тек открыл двустворчатую дверь, поманив стоящих снаружи солдат «Армии Тьмы».

– Животные, на расстрел заходим, – раздался голос адъютанта. Шеренга бойцов зашла внутрь. Здесь уже были знакомые присутствующим Винтик и Сова, она же девушка с котиком.

Оглядев шеренгу вставших по стойке смирно бойцов, полковник положил ладонь на стол рядом с пистолетом.

– Ах вы, уроды колченогие. Гамадрилы геморройные. Прошла едва ли неделя, а вы уже отчебучили такое, что каждому из вас положен приличный болт в одно место, – шипел офицер, чем-то реально напоминая змею. Большую, злобную кобру, а не удава. Ткнув пальцем в первую девушку в шеренге, из чьей закрытой маски из выреза сверху торчал хвост белых волос, Удав начал разнос.

– Бесовка, ты совсем больная? На фига ты её по расовому признаку обидела?

– Командир, ну я реально не знала, что это настоящий цвет кожи. Смотрю, свет в коридоре мигнул, и человек в электрощитке бьётся. Я её и сбила толчком.

– Переломав частично рёбра, – прервал подчинённую Удав, а потом указал на сидящую в первом ряду темнокожую девушку в медицинском корсете. Рядом с мулаткой сидели печальный старенький азиат и маленькая блондинка с рукой на перевязи. – А потом издевалась над лицом. И не подумала, что люди разные. Местные, если не заметила, вообще-то, ещё и низкорослые.

– Да, я подумала, что она обгорела там, или это сажа. Откуда мне было знать, что такой цвет кожи реален?

– Инструктаж, – проскрипел полковник, а Гамбини заметил, что Пэй, Дюбуа и Роуз едва сдерживают смех. Да и Франко рядом мелко трясся, прикрывая рот ладонью.

– Так его же Варг проводил? А как ему можно верить? – неожиданно привела убойный аргумент Бесовка. Услышав имя Черепа, которого отослали вместе с патрульными, в голос заржал уже Гамбини.

– Дурдом, – сказал полковник. – И ты решила, что он пошутил? Теперь все думают, что мы расисты и фашисты. Зашибись!

За столом раздалось сдавленное хрюканье. Иначе этот звук описать было сложно. Первый залётчик, а заседание уже напоминает балаган. К удивлению многих, Призраки, эти воплощённые солдаты «Армии Тьмы», головорезы, запугавшие весь обитаемый космос, в некоторых вопросах были наивные, как дети.

– Детский сад, – пробормотал Удав. – Хорошо, радость моя. Приносишь публичные извинения, а потом идëшь в наряд. Нянечкой и воспитателем в ясли. Многим местным тяжело с маленькими детьми, вот мы и откроем детскую группу в нашем секторе.

– Э, я же солдат, товарищ полковник, – пробормотала ошарашенная таким решением девица.

– И отлично следишь за братиком мисс Эни Глен. Справишься. Тем более, что армия от детского сада отличается только размером пипок у пацанов, да автоматы настоящие. Выполнять.

Пэй Линь прикрыла лицо ладонью и мелко затряслась. Роуз покосилась на сдержанную китаянку, при этом сама закусила нижнюю губу.

– Следующий бандерлог. Винтик, радость ты наша, скажи, что тебе подопечная Варга плохого сделала? Её к тебе и кухне представили, а она руку сломала. Ничего не хочешь сказать?

– Винтик не виноват. Я сама... – начала говорить девушка с перевязанной рукой, но поворот головы в чёрном шлеме заставил тоненькую блондиночку замолчать.

– Мисс Глен, я вас выслушаю. Но сначала мне ответит дежурный по кухне. Винтик, – так ласково проскрипел динамик в шлеме Удава, что всем захотелось убежать в соседнюю звёздную систему. От греха подальше.

Винтик вытянулся по стойке смирно.

– Докладываю. Сегодня утром отправился в гидропонный отсек за свежей зеленью и овощами. Оставил Эни снаружи, сказал не входить. Слышу крик, а она у входа лежит. Гравитация в отсеке под нас рассчитана. Хорошо, что только руку к цветку протянула. Оказал первую помощь, вызвал наряд, – докладывал техник, которого за прошлые косяки определили дежурным в столовой, созданной для местного персонала.

– Я просто не видела никогда такой красоты. Меня предупредили об опасности, но я забылась. У нас дома и на других станциях я такого не видела, – восторженно произнесла девушка, а потом потупила взгляд. – Извините. От меня одни проблемы.

Полковник только махнул рукой. Обычное ЧП, но зайди девушка в отсек сразу, или сунь сперва внутрь свою любопытную голову, то могла бы сейчас лежать в морге с переломанной шеей. Но Винтику он этот косяк припомнит. Потом.

– Так, мисс Глен, Винтик и Бесовка могут быть свободны, – названные люди вышли из зала. Винтик поддерживал Эни под руку.

– Теперь следующий долбодятел. Крест, аккуратный ты наш, на фига ты отстрелил ногу местному копу? И не свисти мне про случайное срабатывание оружия. Задрочу в оружейной, – повернулся Удав к следующему бойцу. Крест был одним из тех солдат, кого передали для усиления местной полиции. И именно новому напарнику этот Призрак и отстрелил ногу из штурмового дробовика.

– Товарищ полковник, так Луис нормальный мужик, свой, а бегал на старом протезе. А своих бросать грех, – выдал тираду очередной залётчик. Наступила тишина. Даже полковник не знал, что сказать, а потому повернулся в сторону медиков.

– Искра?

Девушка-медик, а вместе с ней и доктор Стефанос, принялись на перебой рассказывать о таком интересном случае. Призраки почти не делали протезов, но технология биорепликации и 3Д печати позволяла вырастить в специальном чане абсолютно новую здоровую конечность. Точнее, собрать её слой за слоем из делящихся с бешеной скоростью клеток. При этом донор материала есть, сам пациент, технология апробирована, проблема только во времени и некоторой сложности в приживлении и реабилитации, но...

– Я услышал, доктор. То есть, лечение хорошего мужика, по доброте Креста, за наш счёт? И, как я понял, Сова отправила в стационар с травмой головы диспетчера тоже из жалости? – полковник начал барабанить пальцами слишком близко к рукояти пистолета. На самом деле, Удав знал, что там за история. И не со слов Тека, которому Искра передала просьбу Пэй о встрече. Зря что ли в такблоках тактиков стоит эдакий чёрный ящик. Да, офигеть, у диспетчера травма – страстные поцелуи пьяной девицы.

– Да, Пьера недавно списали на берег после взрывной декомпрессии в кабине. А он в нашем клане был первоклассным пилотом. Но, как мне сказали, вы можете починить ему сосуды в голове. Многие наши пилоты, да и не только они, готовы будут заплатить вам большие деньги за подобные услуги. Клан Дюмон не любит быть в долгу, – кивнул Призраку комендант Дюбуа. – С такой медициной вы можете неплохо заработать, даже ставя довольно низкие цены.

– Конфедерации эта технология тоже была бы интересна, как и Альянсу, – добавила посол Роуз официальным голосом. Удав смерил взглядом девушку посла.

– Товарищ полковник, судя по показаниям биомонитора брони, у вас резко подскочило давление, – начала говорить Искра, но офицер прервал её рычанием. Иначе этот гортанный звук из динамика брони описать было нельзя. Не стоило при всех говорить, что давление у него подскочило не от плохих воспоминаний, а совсем наоборот. В жар от таких воспоминаний ещё кидает.

– А теперь вишенка на торте, – Удав посмотрел на маленького азиата. – Мои бойцы взяли у вас, господин Хо, контейнеры с вашей лапшой? Притом в долг, так как местных денег нет? А потом пришли обратно, изобразили погоню за воришкой и разнесли лоток? Потому что мои ушлёпки с чего-то решили заняться рэкетом, – пистолет оказался в руке полковника, раздался щелчок затвора. Планшет в руках Искры запищал. Очевидно, показатели полковника пошли в разнос, но все молчали.

Старый вьетнамец поднялся с лёгкой улыбкой. Поклонившись полковнику, Хо посмотрел на троицу слегка сдувшихся здоровяков в масках.

– Ваши солдаты – добрые мальчики, господин полковник. Мой суп фо сделан по старым рецептам, хотя настоящего мяса тут давно нет. Узнав, что мой бизнес в плачевном состоянии из-за старости оборудования, они решили так помочь. Я уже получил предложение возмещения ущерба от вашего адъютанта. Там будет новое оборудование для готовки.

Треск планшета стал нарастать.

– Плюс доступ к хорошим продуктам и даже место в вашем секторе станции, у будущего культурного центра. Мне не в чем их обвинять, тем более сейчас господин Винтик варит бульон по моему рецепту на вашей кухне. Я не разорён, господин полковник, – произнёс старик, после чего повернулся к своим «обидчикам» и поклонился. Планшет Искры уже зашёлся тревожной сиреной.

– Да как звук-то выключить? – тыкала девушка по экрану пальцем, и вдруг звук резко прекратился.

– Всё, добрые мальчики и девочки. Сгною, плесень. Марш-броски в скафандрах неделю. Пешие патрули на астероидах. Вон с глаз моих, бандерлоги, – проскрипел динамик шлема. Бойцы, которые понимали, когда нужно уйти, мигом покинули зал. За ними ушли старый Хо и медики. Последние увлечённо говорили на свои темы.

Полковник опустился на стул, который скрипнул под весом гиганта в броне.

– Может, коньяку, коллега? – участливо спросил Дюбуа. Как ни странно, но командование станции прониклось уважением к этому принципиальному солдату. Пусть местами и редкостному самодуру.

– Мы не пьём. Наши организмы не вырабатывают ферменты для удаления и разложения алкоголя. С ним, как с токсином, борются другие механизмы тела. И процесс этот так себе, – произнёс Удав, убирая пистолет в кобуру. – Приятнее просто яду выпить.

Пэй понимающе улыбнулась. Слегка, уголками губ. Последствия такого возлияния она видела ночью.

– Есть зелёный чай с травами. Из дома. Очень успокаивает, – произнесла комиссар Линь. Да, китаянка не особенно любила новых союзников. До недавних пор. И вовсе не визит Вахаба Багдади и приказ партии изменил её отношение. Насчёт истории с Одноглазым Хосе Пэй не врала.

– Давайте. Я пока на кухне перекус закажу. Сколько там ещё таких инцидентов? Новые которые? – спросил Удав адъютанта.

– Шестнадцать, – произнёс Тек могильным голосом. Полковник прорычал.

– Тогда часовой перерыв. На обед. И чай.

Воин поднял голову в шлеме к потолку:

– Проще базу пиратов штурмом взять. В один ствол. Господи, хоть бы напал кто. Всё веселее.

Присутствующие промолчали, но не Тек. Благо, что благодаря рациям костюмов, они могли общаться незаметно.

– Удав, не гневи Бога. Сам же учил, что он на такие призывы может откликнуться.

– Да знаю я. Просто надоело самодура играть. Да ещё и делать вид, будто я не в курсе всего. Ведь можем же просто работать сообща.

– Совершенство принять сложнее, чем приземлённость. Как ни странно, такие акции показывают, что мы не очень-то и отличаемся друг от друга. Люди как люди. Все ошибаемся, заблуждаемся и делаем ошибки. Ну и что у нас есть дураки-начальники.

Удав лишь усмехнулся:

– И роль такого начальника играю я. Надеюсь, я не шибко загнул?

– С детским садом и объяснением его отличия от армии, конечно, перебор. В целом нормально. Кстати, я ещё одного кандидата на регенерацию нашёл. Мужик один без глаз ходит. Утечка в реакторе, прилетели радиоактивные капли охладителя в лицо.

– Не повезло. Ладно, Сову трогать не будем. Тем более сами плохо ребят инструктировали, что им могут налить. И как я понял, ты решил проблему с опознанием Васкес и поиском родственников своего парня, Криса Давенпорта?

– Да, – кивнул Тек. – Его отец на станции. Похоже, это реально место для тех, кто потерял надежду. Ну и личный вопрос решу. Чако согласен отвезти моих людей в ту колонию для эксфильтрации...

– Твоей родни. В курсе. И я посмотрел файл копии дела СНБ о пиратстве. Тут уж и я в шоке от всех этих совпадений. Пэй Линь фактически расследовала дело о местных пиратах.

– Да не совпадения это в её случае. Знающие люди в Конфедерации явно направили её именно на эту станцию с таким расчётом. Да и мы непросто так выбрали эту станцию, как точку фокуса. Это, считай, центр активности буферной зоны.

– Знаю. Пойду тогда поговорю с ней. Вон она, чай заваривает.

– Со слов Искры, очень хороший. Похоже, у неё тут улун был припрятан.

– Тогда точно пойду переговорю. Достану и для Пафоса немного чайку. Он как раз фанат таких сортов.

Удав поднялся со стула и пошёл к угловому столику, где собрались местные нормалы, обсуждая встречу. Внезапно замер Гамбини, у которого зажглись голопроекторы визора. Прочитав сообщение, шеф поставил на столик чашку и бросился к выходу. Видимо, что-то случилось.

Полковник лишь мог надеяться, что это не очередное «случайное срабатывание оружия». Надоела ему эта лавочка. Сейчас они специально выпускали по большей части самых молодых и наивных ребят. В модуле Союза сидели и матёрые циничные ветераны.

– Полковник, я специально для вас взяла закрытую чашку с трубкой. Из таких пьют в невесомости. Прошу.

– Спасибо, комиссар. Можем отойти на два слова?

– Конечно.

Оставив Роуз и Дюбуа, офицеры отошли к стене.

– Должен сказать, комиссар, что ваш отчёт произвёл на меня впечатление. Я его глянул перед заседанием, и мне не понравились ваши выводы.

– Понимаю, – скривилась Пэй. – Самой не нравится, что кто-то из наших через триады снабжал и тренировал местных пиратов. Вы наверняка встречали рейдеры модульной конструкции? Это наш проект ускоренного строительства и развёртывания флота на случай войны с Альянсом. Притом малоизвестный проект.

– Но не здесь, – кивнул Удав. – Да, в отчётах ликвидаторов упоминались корабли, будто собранные из хлама: решётчатый набор, выглядящий будто фермы стального моста, модульные блоки, рубки, двигатели разных отсеков, но посредственное вооружение.

– Но его легко заменить, полковник. В этом и прелесть того проекта – лёгкая модернизация. Кто-то словно скрывал свою мощь. Поверьте, годы назад у нас пропадало очень мощное вооружение. Значит, где-то здесь у пиратов есть база с верфью, которая может собирать такие корабли и выполнять их перекомпоновку.

– Да, – Удав вздохнул, делая через трубочку и клапан шлема глоток чая. Без ароматики не то, но Пэй Линь заварила напиток по правилам. – Я отправил сообщение в Центр и группам ликвидаторов.

– Известно, кого искать?

– Некоего Владыку Корсаров. Имя громкое. Его носитель будто специально выбирал что-то глупое и пафосное. Это были его корабли. Или связанные с ним.

– Да? И подумать не могла. Значит, остаётся узнать, где его верфь.

В этот момент несколько раз мигнул свет и погас. И так почти по всей станции. Вскоре освещение вернулось, но не везде.

Нижние уровни станции.

Несколькими минутами ранее.

Они почти успели. Кардан, Серп и примкнувшая к ним полицейская. Подмогу они уже не могли ждать. Через переборку помещения, в которое проникли посредством так удачно добытого пропуска, можно было добраться до важных систем станции. Так же, как и в других, где побывал убийца старого техника.

Неизвестных было трое. Все диверсанты носили комбинезоны технической службы. Сейчас один из них ставил на место панель, а другой убирал пульт управления дронами в ящик с неиспользованными аппаратами.

В отдельном контейнере виднелись пакеты со взрывчаткой. Там же, в отдельном отсеке, лежали детонаторы.

– Пропуск заблокирован. Только что, – неожиданно сообщил один из диверсантов.

Значит, их засекли. Уже неважно, их группа успела закончить начатое. Мини-дроны с прикреплёнными зарядами разлетелись по внутренностям коммуникаций станции. Маленькие паразиты прикрепились к шинам питания систем связи, вооружения и гидравлике систем шлюзования. К тем патрубкам, которые обеспечивали открытие створок определённых доков.

Командир отряда думал быстро. Эти двое лишь наёмники, но могут рассказать лишнее местным властям. Надо было, конечно, вскрывать двери отмычкой, но старший группы решил воспользоваться случаем – картой доступа того технаря, который решил не вовремя проверить парочку контрольных щитов. Это было его ошибкой.

Пистолет был за пазухой. Достать его дело пары мгновений. Два выстрела – два осевших на пол трупа с простреленными головами. Старший наклонился и взял из рук мёртвого наёмника пульт активатора. Пара нажатий запустили обратный отсчёт.

Дверь отъехала в сторону, пропуская группу захвата. Конечно, их вычислили.

– Танцую! – раздался предупреждающий крик. Какой скрипучий и искусственный голос. И, судя по знакомому боевому щиту, брать его пришли не просто неверные, а проклятые. Ещё один знакомый чёрный тактик маячил за спиной щитовика с дробовиком.

Они увидели то, что им показал последний диверсант – экран активатора подрыва. На нём были лишь нули, которые мигали красным светом.

Неверные поняли, что проиграли. Жаль, что ему, как и другим пастырям, не положен Последний Дар. Тогда можно было бы уйти иначе. Но и так сойдёт. Проклятые ничего не узнают.

– Истина едина! – прокричал командир диверсантов. Свободный ход спускового крючка пистолета, прижатого стволом к подбородку, был выбран заранее. Нужно лишь лёгкое нажатие.

В технической кладовке прогремел третий выстрел. Кровь, кусочки костей и мозгового вещества ещё сползали вниз по стене, когда в буквальном смысле обезглавленное крупнокалиберной пулей тело рухнуло на пол.

На станции мигнул свет.

Глава 10. Разведка боем и допрос

Добывающая станция «Гриндер»

Укрытие группы Варга

Вот ведь невезение. И оно состоит вовсе не в том, что к маленькому закутку, отходящему от центрального коридора, подходят с двух сторон группы боевиков. Всё плохо потому, что шуметь нельзя. Дэн допрашивает фанатика, и нежелательно нарушать легенду, по которой инквизиция этих отбитых уродов захватила станцию.

Да и уйти нельзя. Эти зомбари явно заглянут в кладовку, найдут Найтингейл с пленником. Будет стрельба, трупы, и всё опять пойдёт по одному месту. Это явно передовые группы. Кто-то, кто уцелел после удара по центру управления, организовал облаву. И если поисковики на кого-нибудь наткнутся или их самих обнулят, то сюда точно явятся парни в серых скафах. Вот что делать с этими зомби? Стоп, зомби...

Варг встрепенулся и убрал палец со спуска. У него появилась сумасшедшая идея. И в этот раз даже более безумная, чем поход в сектор развлечений, оккупированный дикими. Благо, что у него есть Фенрир и...

– Джесс, стой. Подойди ко мне. Есть идея.

Компьютерщица перестала карабкаться внутрь коммуникационного короба, повернувшись к Варгу с вопросительным выражением лица. Тот только молча подозвал её ближе. Это было странно, так как до этого он сказал ей уходить.

Молча подойдя к высокому воину, девушка хотела его спросить, что происходит, но не успела.

«Наш общий друг запросил через батю подключение к твоему импланту. Срочно. Даём?» – спросил весёлый волчонок в углу мысленного экрана. После первоначального раздражения Варга, его сначала переименовали в Хати. Однако Джессика предложила другое имя, по аналогии: Хатико.

Джесс понимала, что Варг так и так уже имеет доступ к её чипу. На мгновение осознание этой мысли повергло девушку в ступор, но вскоре она поняла, что воин бы не стал её просить, что-то сделать, если это могло нарушить её личные границы. Потому девушка лишь кивнула.

Воин посмотрел на неё сверху вниз, кивнул в ответ, а потом...

Джессика вдруг почувствовала лёгкое головокружение. Девушка моргнула, а когда открыла глаза, то отступила назад. Она не могла поверить тому, что видит. Но вернее сказать, тому, что не видит.

Варг исчез. Только что гигант подпирал своей могучей спиной стену у прохода, а теперь нет ни его самого, ни прохода. Да какого чёрта?

– Тс-с-с, тихо. Не дёргайся. Со звуком пока не разобрались, а потому не шуми, – раздался над ухом знакомый скрипучий голос, а невидимая рука закрыла ей рот.

* * *

В это самое время внутри кладовой очнулся Кловис. Пробуждение было не самым приятным. Всё тело бедолаги ломило.

Когда морально раздавленный боец отряда Исповедников открыл глаза, то вздрогнул. Напротив него на ящике сидел давешний рыжеволосый Пастырь, который командовал его собратьями от имени братства Искателей. Вернее сказать, что теперь уже бывшими собратьями.

Кловис, который вспомнил всё, что случилось во время прошлого пробуждения, испытал целую гамму чувств: страх, смущение, стыд, вину и удивившее его самого сожаление. Почему-то ему действительно было жаль ту грешницу, Мишу, которая его соблазнила. Хотя теперь уже, считай, бывший защитник веры, отдавал себе отчёт в том, что не очень-то он и сопротивлялся. Скорее уж сам хотел овладеть распутницей.

Неважно. В любом случае это конец. Только непонятно, почему он тогда ещё жив?

Пастырь смотрел на него с презрением. В его руке был тот странный массивный пистолет.

– Я брат Даниэль из братства Пастырей, Пилигримов и Проповедников. В братстве я выполняю долг Пастыря заблудших. Назови своё имя?

– Я защитник веры Кловис, брат...

Договорить фразу Кловис не успел. Даниэль без замаха ударил его рукоятью пистолета в челюсть.

– Еретик мне не брат, – зарычал рыжеволосый Пастырь. – И какой ты защитник веры? Ты грязный наркоман и распутник.

Наркоман? Услышав это, Кловис испытал облегчение. Значит, его одурманили. Потому он так странно вёл себя. Всё можно объяснить. Про бой, пленение и соблазнение. Вот только что здесь делают незнакомые Исповедники и Пастырь?

– Тогда, может, ты назовëшь имя того брата, который отправил тебя на миссию? Ведь именно это ты хотел мне рассказать?

Ствол пистолета сначала упёрся в челюсть Кловиса, а потом уставился в его колено. Юношу начала бить дрожь.

– Нашу роту определили на корабль Наставника Кёртиса. Того самого преподобного Джерома Кëртиса. Лёгкий крейсер «Защитник Истины», – затараторил Кловис, опасаясь, что Пастырь выстрелит.

Однако тот лишь с удивлением глянул на него, а потом очень неприятно рассмеялся.

– Преподобный Кёртис? Ты, наверное, хотел сказать, бывший преподобный и бывший Наставник Кёртис, – вдруг зло произнёс Пастырь, припечатывая рукой голову ошарашенного Кловиса к стене. Пистолет снова смотрел в лицо пленника. – Или ты хочешь сказать, что вы все не пособники предателя? Что Искатели и иерархи ошиблись, когда лишили его сана? Может, ты хочешь сказать, что это они еретики и предатели веры?

Кловис испугано замотал головой.

– Отлично, еретик. Тогда ты мне расскажешь, как ты оказался на этой станции, да ещё и среди неверных. И, возможно, ты умрёшь не от пули в живот, а получишь шанс на милосердное очищение в Священном Пламени.

Последнее означало сожжение на костре, что несло очищение от всех грехов. Милосердный вариант аутодафе подразумевал обезболивание у раскаявшегося грешника. Кловису очень хотелось жить, а потому он решил рассказать всё, без утайки. Только так он мог надеяться на снисхождение.

Дэн Найтингейл, изображающий перед пленником одного из Пастырей, агентов фанатиков, убрал руку со лба Кловиса и опустил пистолет. А ещё сощурил свои глаза. Таким образом, он старался скрыть от взора пленника дрожь в руках и свои расширившиеся от ужаса глаза.

Кловис и сам не подозревал, что знает так много важного и шокирующего. Услышанное настолько шокировало клановца, что тому хотелось бежать отсюда, найти работающий гиперпередатчик и послать предупреждение всем. Пока ещё не поздно.

Но Дэн отдавал себе отчёт, что, скорее всего, уже очень поздно.

Буферная зона. Звезда Каир-4.

Окрестности точки перехода 34Б.

Эти корабли не были из числа тех вооружённых грузовиков, которые любили пираты. В данном случае они представляли собой один из тех модульных проектов, которые строились на тайной верфи Владыки Корсаров. Восьмидесятиметровые цилиндры, напоминающие решётчатые фермы с присоединёнными к ним функциональными модулями. Они были вооружены до зубов, имели высокую автономность и несли на борту группу десанта в пару десятков бойцов. И это не считая вместительного трюма для добычи.

Капитан флагманского корабля «Весёлый Билли» был одним из тех, кого новоявленный король пиратов завербовал из другой банды. Дик Заноза раньше ходил навигатором на одном из тех каперов, которые в последние три месяца были уничтожены неизвестными. Точнее, как скоро стало известно, Призраками, которые по непонятной причине решили прервать изоляцию.

У Владыки, как бы пафосно ни звучало это имя, всё оказалось иначе: отличное оснащение, жёсткая дисциплина в его отрядах, а ещё грамотное военное обучение. С Дика, который чудом не ушёл в тот рейд со своей командой, сошло семь потов на тренировках и занятиях. Однако бывший навигатор неожиданно стал капитаном собственного корабля и командиром дивизиона. Будто он не джентльмен удачи, а офицер флота Альянса или Драконов.

Хотя почему будто бы? Он и стал солдатом в будущей армии победителей. И у него есть свой король. Буферная зона скоро станет их вотчиной, их частью галактики. И ни Альянс, ни Драконы с кланами им не помешают. Дик знал, почему его сделали командиром. Не только благодаря успехам в подготовке. Просто он поверил Владыке и пойдёт за ним до конца. Ведь тот преподнёс пирату-неудачнику дар.

Дик не знал, что имплант, который ему вживили для лучшего управления системами корабля, был непростым. Пират не знал, но в одной части космоса его называли Последним Даром. Новоиспечённый капитан никак не связал тот момент, когда он увлёкся речью Владыки Корсаров, а потом искренне ответил на вопрос, что пойдёт за мечтой пиратского адмирала: имплант активировался.

Увы, но без согласия пользователя нельзя было обойти аппаратную защиту сложной архитектуры устройства. Только хитрость и манипуляции позволили запустить программу, которая подавляла критическое мышление и дарила эйфорию.

Довольно мягкую, но новоиспечённые солдаты Владыки Корсаров стали его боготворить. Увидел лидера и услышал духоподъёмную речь: получи дозу эндорфинов. Как крыса, которой всадили в центр удовольствия электрод и дали в лапку заветную кнопку.

И у пиратов не возникло никаких сомнений в том, что надо выступить против всего мира, атаковав крупную станцию. Они фанатично верили в своего лидера. И были рады убивать кого угодно. Лишь бы порадовать обожаемого Владыку и снова познать неземное блаженство и экстаз. Естественно, такая реакция этим головорезам не казалась странной. Лидеры сект во все времена умели обрабатывать неофитов.

– Капитан, мы не нашли того, кто прошёл через точку. Слабая сигнатура или помехи, – прервал размышления Занозы о великом оператор систем наблюдения.

– Проверьте ещё раз. Мощный импульс. Это не помехи. Кто-то прыгнул в систему и затаился. Он понимает, что если включит гравипривод, то засияет, как рождественская ель. Ищите обычные сигнатуры: тепловую, радиационную, оптическую.

– Капитан, – старпом, одетый в скафандр, как и все в тесной кабине мостика, повернулся к Дику. Тот сидел у отдельного пульта, позади пилотов и операторов систем. – Если это малозаметный разведчик, то рекомендую поднять готовность и сближаться с местом предполагаемого нахождения цели спиральным охватом. Так меньше риск, что неизвестный проскочит между нашими кораблями.

– Согласен. Выполняйте.

Старпом нажал несколько клавиш на своём пульте и прошептал в гарнитуру несколько команд. Манёвр отработан и входил в программу обучения.

Четыре фрегата разбили строй, разлетаясь в разные стороны. Корабли начали двигаться вперёд, но не строго по прямой, а, смещаясь по часовой стрелке, закручивая спираль вокруг центра круга.

* * *

– Не понял? – произнёс в гарнитуру Коршун, наблюдая манёвр неизвестных кораблей. Они были явно больше и лучше вооружены, чем те самопальные рейдеры, которые мастерила неизвестная группировка пиратов.

Вольт, который сидел позади пилота, остановил процесс сброса корпускулярных бомб. В пустоте, запущенные с борта летящего по инерции скоростного бомбардировщика, снаряды летели бы по прямой навстречу цели. Далее должен был произойти подрыв на подлёте, а за ним разлёт заряженной пыли. Корабли неприятеля должны были попасть в облака частиц, после этого на антенны сенсорного комплекса и дисперсных щитов наводились токи. Потом следовала перегрузка электроцепей и множественные замыкания.

Коршун смотрел на единственный возможный контакт-манёвр против такой атаки. После подрыва на корпускулярных бомбах корабль противника становился слеп, беззащитен, а порой и теряет ход, становясь лёгкой целью даже для относительно слабо вооружённого противника.

Скоростной бомбардировщик «Дуболом» точно нельзя было назвать слабым. Бомбы, ракеты разных калибров на подвесках и в отсеке, четыре импульсных турели на концах коротких крыльев и подвесная термокинетическся пушка составляли его немаленький арсенал. И это если не брать в расчёт сбрасываемых дронов-диверсантов, которые острословы из числа Призраков назвали «Сусликами». Вот никто не видит этого вредного грызуна, а он есть, взламывает внутреннюю сеть, режет кабели и просто творит непотребство.

С одним кораблём они ещё могли потанцевать, но с четвёркой фрегатов... Плюс «Дуболом» был незаметен только с выключенным гравиприводом и на относительно большом расстоянии от противника. Вблизи чуткие сенсоры точно обнаружат их скоростной кораблик.

Коршун, который начал погружаться в состояние боевого транса, молча прогонял в голове варианты развития событий. Дело плохо. Это точно враг, который охотится на них. Убежать они не успеют. Ракеты нагонят скоростной бомбардировщик на стадии разгона. Затаиться — не выход. Они не успеют уйти на слабых ионных движках с траектории противника. Да и факелы ионок дадут засвет.

Разогнанный мозг пилота работал на пределе, стремясь найти успешную комбинацию. А враг был всё ближе и ближе. Внезапно Коршун увидел успешный вариант и улыбнулся. Сделав несколько вдохов, чувствуя лёгкую слабость после неглубокого транса, воин вернул себе способность говорить. Это может сработать.

– Вольт, нам понадобится пять бомб. Помнишь ту ретро-фантастику? Тот придуманный манёвр для космических боёв.

– "Звёздные войны"? Те самые книжки про Трауна, что вы разбирали? Помню. Только не говори мне, что ты решил заставить Тимоти Зана икать на том свете?

– Именно, – по-волчьи ощерился под шлемом Коршун. – Сейчас будет ну очень неправильный манёвр Марг Сабл.

– Принято, – отрапортовал бортмеханик, вводя на своём пульте команды. Коршун вспомнил, что Вольт во время приëмосдаточных испытаниях машины дико тупил. Живой второй член экипажа был вынужденной мерой ввиду задержки в некоем проекте «Фенрир». Напарник пилота договорился тогда даже до призыва четвёртого правила. Данное правило осуждало перенос ответственности из своей зоны на другого, часто старшего по званию. Да, весёлое им тогда задание дали. Прямо как сейчас.

Вольт, видимо, тоже вспомнил тот момент, потому что, откинувшись в ложементе тесной кабины в ожидании перегрузок, с усмешкой задал Коршуну лишь один вопрос:

– Командир, а можно, мы не будем размазывать этих ребят по периметру с особым цинизмом?

– Пока не спросил, было можно! – цинично усмехнулся Коршун, двигая рычаг ускорения вперёд.

Скоростной бомбардировщик с дичайшим ускорением рванул вперёд.

Добывающая станция «Гриндер».

Укрытие группы Варга.

Чувствуя весь сюрреализм ситуации, Джессика стояла вместе с Варгом прямо перед вновь появившимся проёмом и показывала в него средний палец.

Точнее сказать, что это Варг, который снова стал видимым, сделал это. Воин по-прежнему зажимал ей рот, а другой рукой заставил её показать в коридор неприличный жест. И Хатико чего-то молчал и никак не комментировал действия своего цифрового папочки и этого двухметрового... Так, а как таких называли в старину? Вроде гремлинами? Или троллями?

Размышления Джессики прервал звук шагов. Кто-то приближался к их укрытию. И этот кто-то был не один. Девушка дёрнулась, но Варг лишь крепче прижал её к себе.

– Спокойно, Джесс. Мы ведь проверили работу системы, так что просто встань за мной, молчи и поприветствуем наших гостей.

– Что это вообще такое? Ты что творишь, псих ненормальный?

– Всего лишь не даю тебе сделать глупость. И показываю, что надо положить на эту ситуацию. Всё нормально.

– Правда? – Джесс криво усмехнулась. – Тогда, может, объяснишь, что за фигня тут творится?

– Не ори пока. Говори шёпотом, – произнёс Варг, понизив голос. – Просто приказал Фенриру творчески переосмыслить функцию импланта. Дополненная реальность. Если эти чипы могут промыть вам мозги, то и ваше зрение можно обмануть. А сейчас мы шуметь не можем.

Джесс удивлённо посмотрела на расслабленного воина. Она поняла, какие испытания он провёл. Всё ещё показывая неприличный жест в дверной проём, девушка повернула голову и вздрогнула.

Напротив двери стоял боец противника в чёрном тактике. Один из тех, что были зомбированы. На них с Варгом он не смотрел, хотя за мгновение до этого его голова была повёрнута в сторону их ответвления коридора.

Зомбированный вскоре пошёл дальше. Вместе с ним было ещё трое таких же бойцов. Эти также не заметили присутствия девушки и здоровяка в броне.

Как только шаги боевиков затихли вдалеке, Джесс, наконец, выдохнула и опустила руку. Всё это время она так и стояла, замерев на месте.

– Варг, а тебе говорили, что своей смертью ты не умрёшь?

– Конечно. Я же в диверсионных войсках служу.

– Ха-ха, очень смешно. Знаешь, как ты за такие шутки должен извиниться? – елейным голосом спросила девушка.

– Боюсь представить, какую страшную кару для меня ты задумала?

– Женись на мне, – произнесла девушка таким томным голосом, да ещё и положив ладонь на предплечье воина, что тот только удивлённо повернул маску в еë сторону. – Готова спорить, что у тебя глаза сейчас в диаметре больше дюйма.

– Нет, я грешен, но не настолько. Вы с Дэном, часом, не соревнуетесь, кто сможет меня подколоть покруче? Если что, то я не фермер.

– А это тут при чём? – удивилась девушка.

– Так, ты богатая наследница. Ваши у нас на Возрождении ассимилировались сверх всякой меры. Твой отец получил неплохой кусок земли и организовал там ранчо. Ты унаследуешь несколько тысяч отпрысков клонированных коров и арабских скакунов. Так что наш брак невозможен. Не могу быть альфонсом.

– Эм, ранчо? – удивилась девушка. – Ну, ладно. Я вроде как имею право на его деньги в Альянсе, но меня бы скорее убили. Не думала, что я реально богата.

Джессика нервно хихикнула, а позади них раздался тяжёлый вздох.

– Вы закончили свои брачные игры? Джесс, поздравляю с потенциальным наследством. Варг...

Найтингейл закрыл за собой дверь. Прикованный к стене фанатик был без сознания.

– Дэн, ты сейчас выглядишь так, будто на тебя упал звездолёт, полный всякого. Что он рассказал?

– Всё, Варг, – Найтингейл дёрнул свой скафандр в районе воротника. – Хвала зазнавшимся мракобесами, что они для вдохновения паствы рассказывают всю суть своих злодейских планов.

Варг подошёл к Найтингейлу, нависая над клановцем.

– Дэн, не тяни кота за все подробности. Рассказывай. Насколько мы в жопе?

– Глубоко, – бесцветным голосом, нервно сглотнув, произнёс Найтингейл. – Мы утонули с головой без шанса выплыть, Варг. Это не основная, а побочная операция. Они или вот-вот атакуют ключевые станции в буферной зоне силами пиратов, или уже это сделали.

Раздался хруст. Варг сжал кулаки с такой силой, что раскрошил пластик на стенной панели. Джесс за спинами мужчин только хватала воздух ртом.

– Подробности. Какие станции? Какими силами?

– Каир-2, потом Гурон-7. Там тоже расположена дипломатическая станция. Затем Дельфи-3, там просто крупный транспортный терминал. Со слов их Наставника, всё это будет выглядеть как мятеж местных против вашего присутствия. Вас обвинят во всех грехах. А эту станцию взорвут и повесят на тебя. Хотя и неясно, как они это сделают. Мы опоздали.

В проходе повисла осязаемая тишина. Неожиданно её прервал звук удара кулаком в стену.

– Разве кто-то давал команду раскисать? – Варг повернул голову к Джессике. – Красавица, как думаешь, будут наши сидеть, подняв лапки кверху, если «Афину» атакуют? А ты, Дэн?

Отрицательное покачивание головой было ответом на эти вопросы.

– Вот именно. Наши будут драться. Плюс в зоне есть наши силы. Мы не знаем, атакованы ли уже наши или нет. Потому пробьёмся к передатчику и пошлём нормальный сигнал о помощи. Это уже план.

– Но если мы опоздали? – задала вопрос Джесс.

– Мы этого не знаем, потому действуем по ситуации. Наших и ваших надо как минимум предупредить. Ну а если мы опоздали, – воин выглядел очень мрачным, – То тогда надо будет сделать всё, чтобы все смерти, здесь и там, не были напрасными. И мы заставим этих уродов пожалеть, что они на свет родились.

Последние слова были произнесены таким замогильным голосом, что спутники Варга поёжились.

– Мы с тобой, Варг. Командуй, – решительным голосом произнесла девушка.

– Я, конечно, в деле, – кивнул Найтингейл. – С чего начнём?

– Мы для начала обратимся к Богу. А по пути ты расскажешь подробнее, что тебе поведал этот говнюк.

Буферная зона. Звезда Каир-4.

Окрестности точки перехода 34Б.

Пираты, наверное, сильно удивились, когда на их локаторах зажглась яркая звезда, сигнализирующая собой включённый маршевый двигатель небольшого корабля. Скоростной дальний бомбардировщик нёсся, набирая скорость, прямо на центр построения, совершая дикие зигзаги, чтобы сбить прицел.

Импульсные турели сверху и снизу толстых крыльев сбивали ракеты ПКО, выпущенные по юркому кораблику. От очередей скорострелок Коршун просто уклонялся. Его расчёт строился на том, что враги решат, будто они хотят на скорости проскочить сквозь их строй. И пираты купились, начав сближение друг с другом путём уменьшения радиуса раскрученной спирали. Чтобы сжать наглый МЛА в тиски.

– Дистанция? Флагман? – прохрипел Коршун, борясь с перегрузками.

– Дистанция триста. Цель два, – ответил Вольт. Значит, отметка номер два на радаре является центром активности вражеского соединения. И триста километров — почти пистолетная дистанция для космических боёв.

– Сброс «корочуна». Три плазмы и «корочун» готовь. Сброс скорости.

От бомбардировщика отделился заряд корпускулярной бомбы, или «корочун». Он летел в сторону вражеского соединения. И в момент подрыва заряда Коршун выключил двигатель, отработав ионками смещение в сторону. Вольт сразу же включил систему постановки помех.

Манёвр Марг Сабл, придуманный писателем-фантастом, был прост до безобразия. Тяжёлый корабль с мощной защитой сближался на высокой скорости с вражеским соединением, принимая на корпус огонь врага. При сокращении дистанции до минимальной из-за массивной туши звёздного крейсера вылетали прятавшиеся там эскадрильи с ударным вооружением: торпеды, бомбы.

У Коршуна с Вольтом не было под рукой тяжёлого крейсера. Однако был полный боекомплект, который включал в себя корпускулярные бомбы. Данное оружие сильно изменилось со времён битвы за Новый Эдем.

Корпус бомбы разделился на две части, соединённые кабелем. Передняя взорвалась, выпуская в сторону врагов облако легко ионизируемых частиц. Затем, когда облако, летящее во вражеское соединение, достигло определённого диаметра, детонировала задняя часть. Точнее, сгенерировала мощнейший импульс, мгновенно превращая распылённую пыль в ядро энергетического шторма.

Пираты запаниковали, но было уже поздно. Они не успели уйти с пути летящего в их сторону шквала энергии. Да, такой вариант подрыва бомбы был мощнее, но вспышка была кратковременной. Однако Вольт точно рассчитал тайминг: четыре фрегата противника встретились с облаком, и на их корпусах заплясали молнии, уничтожая внешние сенсоры.

Шторм сыграл роль подвижного щита перед скоростным бомбардировщиком. Однако и повредить силы противника вышло неплохо. Обошедший облако сбоку «Дуболом» снова активировал гравитационный двигатель.

– Сброс, ещё один, – сжав зубы, проговорил Коршун. Три мощных плазменных бомбы поразили цели под номерами один, три и четыре точно в середину корпуса. Как раз там, где располагался боезапас ракет. Ну, если верить сенсорам.

Коршун вскоре отметил, что сенсорам верить можно – модульные фрегаты противника исчезли во вспышках плазменных взрывов.

А вот цель номер два: корабль Дика Занозы, получил персональную корпускулярную бомбу. «Корочун», оправдывая своё название, уничтожил и перегрузил системы наблюдения, наведения, связи и движения. Привод фрегата вырубился, и обесточенный корпус летел к зоне перехода.

Коршун на этом не остановился, обрабатывая отсеки фрегата из импульсных турелей и подвесной термокинетической скорострелки. Последняя представляла собой то, что разведка Альянса считала плазменным оружием. Однако это была разновидность импульсника, который стрелял не металлическими болванками, а снарядами из стабилизированного водорода. Проходя последнюю треть ствола, такая пуля проходила специальную зарядную камеру, окутываясь плазмой.

По итогу в цель летел снаряд, напоминающий плазмоид. При встрече с мишенью, в плазму превращался весь заключённый в заряде стабилизированный водород. Взрыв маленького снаряда был подобен нескольким десяткам килограммов старого доброго тротила.

Расстреляв кубрики, двигательный отсек и мостик, «Дуболом» завис над истерзанным корпусом того, что не так давно было новейшим фрегатом.

– Вольт, готовь «Суслика». Нужно выпотрошить то, что осталось от их компьютера.

– Согласен. Мне тоже не понравился тот манёвр, который они начали изображать. Очень знакомый манёвр, если верить нашим учебным материалам.

Коршун до боли сжал рукоять управления, а потом стал расстёгивать ремни ложемента пилота. Не только Вольт, что-то заподозрил.

– Эй, ты куда собрался? – спросил Вольт, заметив, что его напарник достал из аварийного набора компактный карабин.

– Хочу осмотреть их мостик. Компьютер, конечно, хорошо, но если кто-то жив, то я хочу его допросить.

– Ты не из «Опустошителей». И их там больше.

– Уже нет, – заметил Коршун, заряжая карабин. – После обработки импульсниками там мало кто выжил. Но мне не нравится, что пираты знают этот манёвр. Я хочу знать, кто их этому научил?

– Видимо, тот, кто снабдил их оружием и новыми кораблями. Я тогда готовлю депешу на «Разящий». Ки́ло, и тому нормалу лучше пораньше узнать, что здесь творится какая-то фигня.

Коршун взвёл магнитный затвор и направился к шлюзу.

Глава 11. Искры от костра

Буферная зона. Звезда Каир-4.

Окрестности точки перехода 34Б.

– Коршун, он это серьёзно? – только и смог произнести ошарашенный Вольт. Выстрела, которым пилот добил тяжелораненого пирата, в вакууме никто не слышал.

Импульсные турели разорвали экипаж на мостике в клочья. Уцелел только старпом, который по правилам сидел чуть в стороне от командира. Это правильно, чтобы точный снаряд не лишил корабль управления. Правда, по уставу положено, чтобы они ещё и в разных отсеках сидели, но пираты так точно этому мудрому документу не следовали.

Выживший пират лишился левой руки и ног. Умная ткань подскафника пережала сосуды, но старпом был всё равно не жилец без грамотной медпомощи. Такой, естественно, не предвиделось на несколько световых лет вокруг. Отлично понимая это, раненый рассказал всё, что знал о планах Владыки Корсаров. И упомянул о странных изменениях в их капитане, Дике Занозе, чьё тело раскидало по всему мостику.

И вот последнее, как и новые обороты речи и выражения мёртвого капитана, заставили обоих Призраков напрячься. Да, старпом пиратов немало рассказал. Остальное Коршун, как ветеран некоторых военных кампаний, проходивших далеко отсюда, додумал сам.

– Вольт, готовь сообщение. Да, он это серьёзно говорил.

– Может, надо было его в плен взять? Такому без свидетеля не поверят, – заметил бортмеханик.

– И он бы умер через час или около того. И не забудь, что его добили бы наши перегрузки. Да и ограничил бы он нас. Подбери меня.

Командный отсек фрегата был раскурочен очередями импульсных пулемётов. Герметичность была нарушена, плиты корпуса вывернуты наизнанку. Раненый пират выжил только потому, что был в скафе, как и положено в боевой обстановке.

Тридцатиметровый треугольник скоростного бомбардировщика завис в сотне метров от корпуса пиратского фрегата. Коршун оттолкнулся от вывернутой балки и прыгнул в сторону «Дуболома». Полёт с помощью ракетного ранца занял несколько секунд. Пилот зацепился за корпус своей машины.

– Чёрт. Опоздали. Грёбаные твари, – кричал Коршун, сжав руку в кулак. Ударить по обшивке верной боевой машины он не мог. Но выпустить накопившееся хотелось.

– Командир, ты скоро? Надо уходить. Да и «Суслик» закончил ломать остатки их компа. Вон он летит.

От остова фрегата летел на слабой ионной тяге цилиндр с лапами и манипуляторами вдоль корпуса – дрон-диверсант «Суслик». Умное и злобное изделие, которое можно было сбросить на крупный корабль вроде крейсера или авианосца. Или оставить как мину на траектории полёта вражеского корабля. Далее этот потомок терминатора и гремлина-переростка просто разбирал корабль изнутри.

И ещё: «Суслик» мог взломать корабельные системы как для диверсии, так и для поиска информации. Именно в качестве хакера Призраки и направили дрона на корабль пиратов.

– Я внутри. Что он нашёл? – спросил проходивший шлюзование Коршун. Для защиты от пространственной радиации поверх его лётного скафандра была надета специальная защитная накидка. Пилот бросил её и карабин во встроенный дезактиватор. Нечего тащить в кабину, где была тонкая электроника, что-то фонящее радиацией.

– Мало что. Система защиты очистила банки данных, как только корабль получил определённый процент повреждений.

– Ясно, – Коршун протиснулся мимо Вольта и рухнул в свой ложемент. – Только показания пирата. Я их записал. Значит, ни копий приказов, навигационных данных или записей передач нет. Ничего.

– Не скажи, командир. Эти уроды не знали, что здесь будет дядя Вольт. Тогда бы они очистили логи системы управления двигателем.

– В смысле? – удивился пилот, который включил двигатель и направил бомбардировщик к следующей цели их разведывательной миссии. – Там же ничего нет. Просто данные работы привода, ядра.

– Именно. И временная шкала. Зная эти данные, а также имея отметку о проверке ядра на верфи, с помощью нехитрого алгоритма можно многое просчитать.

– Фрегат был на пиратской верфи?

– Да. И не так давно. Видимо, устанавливали новое оружие: импульсные турели, ракетомёты, дисперсные щиты. И они просчитались, забыв эти логи.

– То есть? Да говори ты прямо.

– Коршун, анализируя скачки нагрузки на ядро, можно по временной шкале просчитать, когда они совершали прыжки и в точках какого класса, а когда летели. И если наложить всё это на карту сектора и включив логику, мы...

– Найдём их базу, – перебил бортмеханика Коршун.

– Именно, командир. Джекпот, как говорят местные. Плюс мы уничтожили четыре фрегата противника

– Нет, – Коршун отрицательно помотал головой. – Было бы победой, если бы мы вычислили их базу раньше. Сейчас там никого нет. Эти, например, блокировали основные трассы. У точки перехода они могли встретить силы Вестингаузов и размотать клановцев по системе.

Корабль после прыжка был почти беззащитен. Призраков спасло только то, что «Дуболом» относился к разряду МЛА, малых аппаратов. И гиперпривод у него давал небольшую засечку. Немного везения, расчёта и грамотное конструирование.

– Да, – помрачнел Вольт. – И мы не знаем их цели. У Ки́ло всего шесть кораблей и куча потенциальных целей.

– Да, и корабли придётся разбросать по системам. Но одну цель мы знаем точно.

– «Афина», – вздохнул бортмеханик. – Ки́ло и «Разящий» уже торопятся туда. Но всех он туда отправить не может. Сколько там наших?

– Мало, – прорычал Коршун. – Мобильный форпост, который замаскирован под торговую станцию, или что-то вроде. Оружие есть, но немного. Ещё эскадрилья истребителей и три сотни солдат, но часть, технари и операторы систем. Парни могут сыграть роль только при отражении абордажа. Этого мало.

– Отправляю депешу на «Разящий», – наконец ответил Вольт. – Знать бы их цели.

Коршун понимал, что его напарник имеет ввиду. Тогда они смогут подготовиться и встретить противника большими силами. Но сейчас...

Пираты Владыки Корсаров были на несколько шагов впереди.

Добывающая станция «Гриндер».

Жилой сектор.

– Куда мы торопимся? – задал животрепещущий вопрос Дэн. Сейчас их троица, согнувшись в три погибели, ползла по уже ставшими привычными коммуникационным тоннелям. – Варг?

– Потом. Ползи и не сбивай дыхалку, – негромко ответил Череп.

Они покинули складскую зону минут десять назад. Варг хотел зачистить фанатика, но Дэн неожиданно этому воспротивился. Тем более что пустотник уже вырубил пленника с помощью одного из трофейных шприцев Исповедников. Для каких-то целей тот Найтингейлу был ещё нужен.

Полученная от Кловиса информация не добавила оптимизма. Ещё на этапе столкновения с охотниками фанатиков Варг понимал, что данная ситуация куда сложнее. Речь уже шла не о противостоянии наёмникам неизвестной корпорации или ещё кому-то из местных нормалов. Да, неизвестный код, промывающий чипованым их мозги, был желанной добычей. Но здесь гораздо важнее была та его часть, которая давала доступ к аппаратной закладке. Это власть. Возможность влиять на умы и души людей.

Варг мысленно ругал себя. Ведь они знали о существовании чипов — Последний Дар, которыми иерархи пичкали подданных. Специалисты Союза не могли понять механизм работы до конца. Непросто так молодым фанатикам капитально полоскали мозги. Всё это делалось ради того момента, когда носитель импланта добровольно принимал определённые догмы. Только тогда начинала действовать программа внушения. И этот момент аналитики не понимали, хотя разгадка была простой.

Встроенная на этапе проектирования блокировка. Именно так и никак иначе этот продукт, способный влиять непосредственно на сознание, мог пройти сертификацию. Аппаратная прошивка, которую не взломать извне, так как это не программа, а вполне материальная схема. Один лишь владелец импланта имел право разрешить работу таких протоколов.

Вот только на этапе проектирования кто-то сделал очень хитрую закладку, позволяющую обойти ограничение. И фанатики, и некоторые силы в Альянсе искали этот ключ. Это, а вовсе не глючное военное приложение, было их целью.

Кто-то нашёл ключ годы назад, но тогда что-то пошло не так. Возможно, это была та база, о которой говорил Дэн. Испытательный полигон, где все погибли, а потому эксперимент зачистили. Но что-то уцелело. И фанатики узнали об этом. Чёрт, а ведь они здесь давно, но сидели тихо. Такую сеть не организуешь за пару лет, а уж создание такой силы, какой оказались пираты...

Варг понимал, что Совет опоздал с принятием решения о мире с нормалами. Враги сплели свою сеть, и Призракам остаётся только драться. И, вот ведь смех, спасти местных от гибели и порабощения. И второе, с этим кодом вполне реально, а значит, у него уже есть цель – остановить распространение этой дряни как минимум, а как максимум предупредить своих о новой угрозе.

Впрочем, если верить Кловису, «Афину» скоро должны атаковать. Да, ребята получат его сигнал, но успеют ли они прибыть? Может, группе прикрытия придётся всё бросить и лететь спасть атакованные колонии и станции? Да, легко.

– Стой. Отдыхаем три минуты.

У Варга уже родился план действий. Собирай информацию, анализируй, корректируй, принимай решение и действуй-злодействуй – так учили в диверсионном отряде «Мрак». Ох и не понравится его новый план ребятам. Да, надо разделиться. Тем более с учётом того, куда он собирается отправиться.

– Куда мы направляемся, Варг? – Джессика тяжело дышала. Такие марш-броски были ей в новинку.

– В церковь. Там прячутся те детишки, на которых меня хотели выманить. Долго объяснять, но там есть нужные ресурсы, а потом я выдвигаюсь.

– Куда? Что ты задумал? – Дэн сделали глоток из фляги. Не нравилась ему загадочность Варга.

– Я собираюсь позвонить домой, – с привычным скрипом динамика хмыкнул воин, а потом рассказал свой план.

Патрульные уже в который раз за этот день ошарашенно переглянулись, а потом посмотрели на Черепа, что едва помещался в тоннеле.

– Кажется, я понимаю, почему Фенрир и Хати зовут тебя серийным самоубийцей. Господи, и я думала устроить этому психу несчастный случай? Ха-ха. Да он сам в ловушки лезет. Псих.

«Очень точная характеристика для многих бойцов подразделения «Мрак». Суицидальные наклонности налицо», – заметил Хатико. Но потом этот мелкий электронный засранец превзошёл сам себя.

«И что ты в нём симпатичного нашла?» – спросил этот цифровой тролль, а Джессика почувствовала, как покраснела.

Борт ударного крейсера «Разящий».

Представитель клана Вестингауз, которого пригласили в рубку крейсера, понял, что произошло что-то очень плохое. После того как капитана корабля и майора один из Контроллеров пригласил в небольшую огороженную комнату в углу, на мостике установилась гнетущая тишина.

Гельмут пока рассматривал мостик, где до этого никогда не был. По правилам сюда можно было войти только в скафе, потому за несколькими пультами сидели Призраки в полном доспехе. Исключение делалось только для вестовых, которые доставляли в основном чипы из рубки связи, как в этот раз. Сейчас Ки́ло с Кайманом изучали секретную депешу в комнате дешифровки.

Сам пустотник тоже был облачён в собственный лёгкий защитный костюм. Выходец из военного клана понимал причины таких правил. Даже если мостик в бою будет отрезан от систем жизнеобеспечения корабля или разгерметизирован, боевая вахта должна иметь возможность продолжать вести сражение.

Если не считать привычного для кораблей Призраков тусклого освещения красным светом, то рубка крейсера ничем не отличалась от других кораблей. Здесь был непривычный дизайн пультов и кресел, но многие посты были знакомы: кресла пилотов, специалиста радара, штурмана, операторов систем управления огнём, диспетчерский пульт. Только рядом с местом капитана располагался тактический пост, который привычнее смотрелся бы на командном корабле.

Позади раздалось шипение – офицеры закончили изучение сообщения и покинули комнату дешифровки. Гельмут, который, как и многие, тесно общающиеся с Призраками, научился хорошо читать язык тела, понял, что случилось что-то совсем нехорошее. Ки́ло, идущий впереди Каймана, шёл прямо к тактическому столу.

Позвав жестом Гельмута, Череп активировал голостол. Пустотник увидел возникшее над столом тусклое и нечёткое марево. Ки́ло заметил удивление Гельмута, а потому просто что-то подкрутил в настройках. Голограмма после этого обрела чёткость и демонстрировала трёхмерную звёздную карту.

– Всё время забываю, что у вас другое зрение, – заметил майор. Впрочем, и Кайман был в таком же звании. Флотского табеля у Призраков не было. У корабля был командир, а капитаны были только у гражданского транспорта.

– А я всё не могу понять, как вы можете что-то увидеть в таком мраке.

– Тут разве темно? – отпустил Кайман незамысловатую шутку. Но голос у него был напряжённый и сосредоточенный. Контроллер, командующий ударным крейсером, просто пожирал взглядом звёздную карту. Его руки были сложены на груди. Гельмут заметил, что офицер сжал ладони в кулаки, а потом переключил внимание на карту.

– Гурон-4 ведь одна из первых точек на маршруте ваших разведчиков? Что означает эта отметка?

– Засаду из дивизиона фрегатов неподалёку от точки перехода, – ответил Кайман.

– Как ваши люди? Они смогли сбежать? – начал спрашивать Гельмут, но осёкся после того, как заметил, что гиганты в броне смотрят на него... Да будто на дурачка они глядят.

– Разведывательный корабль принял бой с превосходящими силами противника и вышел победителем, – объяснил удивлённому клановцу Ки́ло.

– Что? Как? Там же был всего один МЛА!

– МЛА класса — скоростной бомбардировщик с самым полным боекомплектом. Плюс мастерство экипажа и ловкий манёвр. Они дезориентировали противника и расстреляли три фрегата, как в тире. Четвёртый повредили, но смогли допросить одного из офицеров перед смертью. Ну и взломали комп. Правда, там было мало ценного. Система защиты почти всё стёрла.

Клановец выглядел ошарашенным:

– Один бомбардировщик сотворил такое? Да что у него за вооружение?

– Стандартное, по большей части. Просто бомбы крупного калибра и помог небольшой нюанс. Коршун рассказал о нём в депеше, – Ки́ло смотрел на карту, где жёлтым цветом горели потенциальные цели для атаки: номерные системы Каир, Гурон, Дельфи, Иордан. Только одна точка была выделена красным цветом – Каир-2 и дипстанция «Афина». К ней и торопился «Разящий».

Но сил прикрыть все цели не хватает, а подкрепление от клана Вестингауз прибудет почти через сутки. Гельмут чуть не взвыл, когда вспомнил, как на собрании дома выступал против допуска в буферную зону больших сил Призраков. И все аргументировали это тем, что помощь успеет прийти по скоростным маршрутам.

– Стоп, – молодой пустотник посмотрел на карту. – Эта точка принадлежит одному из маршрутов быстрого развёртывания. Засада у точки? Как они узнали? Эта часть относится к оперативным планам высшей секретности.

Призраки переглянулись и посмотрели на карту. Кайман выделил ещё несколько точек на карте и посмотрел на ошарашенного нормала.

– Вот точки ваших маршрутов, так? – заметил командир крейсера. – Мы это сделали на основе анализа известных и тайных зон перехода, а также дальности прыжка через них. Предвосхищая вопрос, скажу, что секретные маршруты известны контрабандистам. Часть мы добыли у пиратов, а другие годами ранее — наши разведчики. Логистика – один из столпов победы в любой войне.

– Но пираты откуда узнали об этих точках перехода? Не каждый клан о них знает, а мы потратили много сил на разведку.

– Как и Альянс с Драконами до заключения договора. Учитывая оснащение пиратов, утечка могла быть с той стороны. Или крот был в вашем клане, – заметил Ки́ло.

– Возможно, – согласился Гельмут с тяжёлым сердцем. – После гражданской войны в клане было неспокойно. О нескольких шпионах планетян мы и сами в курсе. Так что да, ты прав, майор. Но как четыре фрегата могли заблокировать маршрут?

– Вот тут и пришло время для уточнения от ребят. Три фрегата вспыхнули от одной плазменной боеголовки, как спички потому, что были оборудованы модулями для минирования. Ребята успели до начала постановки минных заграждений. Четвёртого бандита парни обработали ЭМИ и точечно расстреляли отсеки экипажа и десанта. Чудом одного языка оставили.

– Мины? – Гельмут сглотнул и посмотрел на карту. Маршруты экстренного развёртывания сил клана он знал. И на одном из них противник готовил ловушку. – Майор, мне нужно будет отправить ещё одну депешу. Данный манёвр пираты могут применить и в других местах.

– Пираты? – переспросил Кайман. – Давайте будем честны, это уже не разрозненный и кровожадный сброд. Теперь мы знаем, что нам противостоит частная армия с самым разнообразным оснащением и вооружением.

– И это тоже надо сообщить. Но, как я понимаю, это не все плохие новости?

– Не все, – кивнул Ки́ло и упёр кулак в тактический стол. – Рейдер «Ланцет», который должен был оказать поддержку нашему человеку в системе Каир-6. Оттуда на «Афину» шли стандартные депеши с корвета Патруля. Но экипаж рейдера получил сообщение по экстренному каналу. Сигнал аварийного буя. И там не координаты, а кодовое сообщение от нашего бойца.

– Там же минимум информации можно передать. Сигнал маскируется под помехи. У внутрисистемных спутников гиперсвязи есть специальный модуль дешифровки. Код надёжен, но много с его помощью не сообщишь. Это последний шанс для патрульных и охотников выжить в случае гибели корабля в бою.

– Если рядом враги. Тогда хорошо, что наш военный код лаконичен. Но там есть такой набор цифр. Ничего не напоминает?

Ки́ло протянул пустотнику деку с набором цифр. Немного присмотревшись к ним, немец нахмурился, сощурил глаза, пожевал губами, а потом достал свой планшет и вбил несколько команд. Прочитав ответ на запрос, Гельмут поднял бровь.

– Это слегка изменённый личный код Даниэля Найтингейла, офицера патруля и капитана корвета П-047. И тут не ошибка в передаче, а специальная личная пометка. Она показывает, что сообщение верное и Найтингейл не работает под принуждением. То есть сообщению можно верить. Что в нём?

– Ничего хорошего. Одна пометка: «Атом» говорит о том, что всё пошло по самому плохому сценарию, уже на станции. Экипаж попал в засаду. Станция захвачена неизвестными. Есть большие жертвы среди гражданских. Один член экипажа, пособник террористов – техник Марк Роулинс. Корабль уничтожен. Погибли пилот и боец досмотровой группы. Выжившие смогли найти укрытие. Варг запросил помощь.

– Боже. Подмога уже в пути? – спросил Гельмут.

– Нет. Рейдер туда не полетит, – просто ответил Ки́ло.

– Что?! Но почему? – закричал немец.

– Потому что большая часть населения станции мертва. Не менее девяноста процентов. Применено некое оружие массового поражения. На данном этапе спасательная операция невозможна, пока мы не обезопасили другие станции и колонии. Максимум — можем помешать вывозу со станции этого оружия. Не знаю, что там случилось, но Варг не пожалел текста на то, чтобы отметить этот момент.

– И вы поверите этому человеку? Там же женщины, дети! На станции проживало до восьми тысяч человек! Вы их просто списали из-за сообщения этого Варга?! Да кто он такой?!

– Мы никого не оставляем позади, – вдруг зарычал Ки́ло, наклонившись к Гельмуту. Испуганный немец дёрнулся назад и чуть не упал. – Но сейчас мы в меньшинстве и вынуждены расставлять приоритеты. Несколько сотен или десятков выживших на «Гриндере», против тысяч в других местах. Грёбаная арифметика войны и принцип меньшего зла. Сначала мы разберёмся здесь, а потом направимся туда. Ни я, ни Кайман, ни кто другой не собирались и не собираемся списывать тех людей. Но сейчас мы не можем им помочь.

Здоровяк в устрашающей броне, с красными метками на камуфляже, тот, кого клановцы называли Зверем Жеводана, вдруг обмяк и склонил голову. К сожалению, о догадке Коршуна, об истинной природе их общего противника он рассказать не мог.

– Старший лейтенант Варг, мой бывший подчинённый. Это мой лучший ученик. Ну и ещё одного важного человека. Этот парень командовал отдельным ликвидационным отрядом «Мрака» в нескольких боевых операциях. Его не просто так отправили туда одного. Если кто и может спасти большую часть этих людей, то это он. И уж точно этот демон не отпустит просто так тех, кто повинен в гибели всех этих бедолаг. Сначала он затаится, а потом устроит противнику партизанскую войну по всем правилам, – из динамика шлема раздался смешок. – И те враги, кто ещё жив, но стоит на его пути, позавидуют мёртвым.

Гельмут только сглотнул. В рубке повисла тишина.

– Тогда давайте вернёмся к насущному вопросу. Косвенно мы можем сократить часть потенциальных целей с учётом маршрута выдвижения сил клана Вестингауз. Вы согласны?

Кайман выделил на схеме несколько отметок, до которых Вестингауз точно не успели бы добраться. Логика была понятна: пираты, или те, кто скрывается под их личиной, постараются атаковать ключевые точки буферной зоны. И, как ранее верно заметили, перекрыть маршруты. Стоит им установить контроль в некоторых ключевых местах, как попытка выбить их из захваченного региона обернётся кровавой баней даже для сил Альянса и Конфедерации. Особенно с учётом применения мин.

Гельмут кивнул:

– Согласен. Вот только с учётом сказанного возникает проблема нашего выдвижения к «Афине». Зоны перехода ещё и ограничены размерами кораблей. Ближайшая, через которую пройдёт крейсер, на другой стороне того газового гиганта, на орбите которого висит станция. Если её окрестности тоже заминированы, то нас взорвут, стоит нам прыгнуть в систему. Вторая — примерно в шестнадцати часах полёта от станции.

– В двух, – поправил Кайман. Заметив удивление немца, гигант уточнил. – Мы можем себе позволить движение с большим ускорением, так как переносим высокую гравитацию. Пойдём на форсаже.

– Только меня по переборке размажет! – заметил немец с нервным смешком. – Таких мощных компенсаторов у вас точно нет.

– Есть, – возразил Кайман. – Но это специальная камера с очень хитрой системой гравиплит. Вас не размажет, Гельмут, но приятного будет мало. Для вашего вестибулярного аппарата это будет испытанием.

– Да? Тогда мне ещё страшнее. Но кто проведёт разведку? Ваши люди на станции?

– Долго ждать, – покачал головой Ки́ло. – Плюс, там тоже что-то произошло. Ждём доклада. Нет, кое-кто уже летит на разведку. Дорога каждая минута. Эти люди прыгнут прямо в точку за газовым гигантом.

– И кто эти самоубийцы?

– Те, у кого больше шансов уцелеть. И единственная поддержка, которую мы можем выделить Варгу и людям на «Гриндера».

Ки́ло назвал имена этих везунчиков, и Гельмут лишь мрачно посмотрел на схему. План обороны сектора, они вместе писали на ходу. И кое-кому совершенно точно предстоит прыгнуть прямо на минное поле. Лишь бы выиграть драгоценные часы.

Добывающая станция «Гриндер».

Жилой сектор. Укрытие в церкви.

Отец Диего Сальваторе готовился к процедуре. Назвать это операцией язык не поворачивался. Многие, зная, чем всё грозит, не стали бы даже возиться с несчастным ребёнком. Найю Хендрик просто убили бы до того, как она превратится в чудовище. Или, в лучшем случае просто выкинули бы в коридор. Немногие могли связать обезумевшего ребёнка и оставить в дальней комнате.

Бывший техник Колониальной Пехоты Альянса, дезертир и беглец, который сдержал данное в напряжённый момент слово, стал служителем Господа, не мог выбрать ни один из этих путей. Диего не убийца и не предаст тех, кто ему доверился.

Джим Перкинс, изучив записи одного из спецов, что сделали с их отрядом это, кое-что сообщил спасённым им солдатам. Зомбированные люди так или иначе, но образовывали локальную сеть через каналы обмена имплантов. Потому девушку опасно было просто оставить в дальней комнате связанной.

И самое страшное – человек выполняет приказы программы, но его сознание ещё не отключилось. Темница разума. Диего долго боялся об этом думать, помня, как они с Рю оказались в руках лейтенанта. А кто из ребят смотрел с ужасом на дело рук своих, когда убивал тех, кого знал долгие месяцы или даже годы?

Вот потому Диего и решил пойти на риск. Если бы не новый интерфейс нейроподключения, то он мог бы легко вырезать ядро импланта. Так, семнадцать лет назад поступил Перкинс, надеясь спасти хоть кого-то из своих людей.

Отец Сальваторе смотрел на инструменты, разложенные на рабочем столе: тестер, кусачки, нож электрика, отвёртка с битами. И ещё энергетический разрядник малой мощности, что может вывести из строя тонкую и чувствительную технику. Например, личный имплант. В данном случае можно попробовать выжечь чувствительные схемы устройства. Однако есть риск повредить нервы. Ребёнок тогда или умрёт на месте, или станет инвалидом. И медлить больше было нельзя.

– Боже, прошу, дай мне знак. Накажи меня, но не их. Дай мне хоть какой-нибудь знак. Прошу...

Слёзы стояли в глазах мужчины, когда дверь в его комнату неожиданно распахнулась. В проёме стояли участники недавней вылазки за продуктами: зеленоволосая Лиззи, Карл и Герти Таллер.

– Святой отец, там, на экране... – Лиззи запыхалась от бега, но старалась говорить. – В церковь пришли люди. Они смотрят прямо в камеру. Будто знают, где она. Это патрульные с корабля. А с ними...

– Там суровый дядя, что грозился Лиззи уши открутить, – прервала подругу Герти, которая довольно улыбнулась. – Я же сказала, что он найдёт нас.

Посмотрев на детей, а потом на разрядник, отец Сальваторе отложил инструмент в сторону. Отвернувшись от стола, Диего пошёл вслед за детьми.

До выхода, где за мониторами системы наблюдения дежурил Хром, святой отец и дети добежали в мгновение ока. Пилот, который, не моргая, смотрел в экран огромными глазами, нервно сглотнул и вытер дрожащей рукой пот со лба.

– Да откуда он про это знает? – испуганно пробормотал Хром. Клановец повернул голову к подошедшему Диего, а рукой тыкал в экран. Когда святой отец посмотрел в монитор, то сам вздрогнул от увиденного.

Диего шокировали отнюдь не мужчина и женщина, которые спокойно стояли рядом с возвышающимся над ними гигантом в такой знакомой и устрашающей броне. И к патрульным, судя по военному скафу старого образца, можно было отнести лишь мужчину средних лет. Девушка, такая же рыжая, как и её спутник, носила обычный пустотный скаф из числа тех, что носили и местные технари.

Такую пару сложно представить в качестве спутников одного из Черепов, но именно им и был их спутник. И его броня выглядела сильно потрёпанной, со следами от пуль и осколков, а части экипировки и вовсе не было. Будто Призрак попал под массированный обстрел. Но воин твёрдо стоял на ногах и смотрел прямо в камеру. И в его руке был не импульсный автомат, а...

Именно то, что держал в руке Череп и шокировало мужчин. В мощной ладони была зажата дека с надписью на экране: «Впускайте или сам войду. У девчонки мало времени, падре!»

Мужчины тупо смотрели в экран. Призраку, видимо, надоело ждать, а потому боец просто выразительно положил ладонь на рукоять пистолета и наклонил голову к плечу.

– Лучше его впустить, – решил Сальваторе, нажимая кнопку на стене. Хром сначала дёрнулся, будто собирался помешать ему, но потом обмяк в кресле. Однако рука пилота оказалась как можно ближе к пистолету.

Замаскированная дверь отъехала в сторону. Диего заметил, как Призрак ловким движением передал деку девушке и первым шагнул к приходу. Почему-то стало жутко.

* * *

Варг и его спутники решили не вылезать из коммуникаций прямо посреди укрытия за церковью. С помощью данных «Свиристели», которая шпионила за детьми и была в помещении, Призрак отлично представлял, где находится скрытая за стенной панелью дверь и камера.

Патрульные, после объяснений Варга, приняли совместное решение сначала постучаться вежливо. Джесс одолжила Призраку свою деку, чтобы написать послание выжившим.

Помещение было небольшим. Кафедра для пастыря на возвышении, проигрыватель с колонками в углу, католический крест на стене и два ряда скамеек по бокам прохода – вот и всё. Ещё сбоку была пара дверей, которые вели в жилые помещения приюта и покои настоятеля.

– Скромненько. Отделка бедновата, – заметил Варг, поворачивая к скрытой камере экран планшетного компьютера.

– Так не только здесь, – заметил Дэн. – В Пространстве больше смотрят на содержание, чем на внешний антураж. Здесь и вовсе явно раньше было подсобное помещение. Но прихожане любили это место.

– С чего ты взял?

– Обивка на лавках. Она очень разная, индивидуальная. Постоянные прихожане имели свои места на проповеди. Конечно, они позаботились о комфорте.

– Да, – согласился Варг. – Есть индивидуальность. Думаешь, местный священник очень хороший человек?

– Другой в таком захолустье и не приживётся, Варг. Здесь нет места лицемерию.

– Скорее всего, – туманно заметил Варг. Призраку не давал покоя один факт относительно местного настоятеля. Или у католиков его иначе зовут?

В этот момент часть стены тихо сдвинулась вперёд и в сторону, открывая скрытый проход. Варг молча передал деку обратно, перекинул со спины массивный рюкзак в левую руку и шагнул в проём.

Рюкзак должен был сыграть при случае роль импровизированного щита или снаряда. Мало ли как отреагируют люди внутри. Потому и пистолет под рукой.

Но внутри никто не попытался напасть на него. В крохотном закутке у пульта находилась уже знакомая троица сорванцов, священник и нескладный пустотник с щетиной на лице. Спутанные волосы, бледное лицо, капля пота на виске и рука, которая тянулась к пистолету – мужчина был явно напуган.

Оценив увиденное, Варг сразу принял решение. Сделав длинный шаг к пульту, Призрак бухнул свой рюкзак на колени нервному пустотнику и дополнительно припечатал рукой, чтобы тот точно не встал. Бедолага только охнул, когда тяжёлая поклажа прижала его к креслу.

– Подержи пока, – громко сказал наклонившийся воин, добавив тише несколько слов. – Не дурить. Отрежу руку.

Пустотник только дёрнул головой.

Одновременно с этим, пользуясь камерами на задней части шлема, Варг наблюдал за действиями второго мужчины. Священник сделал движение в сторону, прикрыв собой детей. Плюс подвинул правую руку ближе поясу, будто готовился выхватить пистолет. И в целом что-то в облике и прищуренных глазах этого латиноса выдавало бойца или человека, который бывал в переделках.

Ещё и крой одежды, который воин ранее рассмотрел на записи дрона, был скорее практичным: удобные штаны, лёгкая куртка, высокие ботинки. О том, что это священник, говорил только тонкий чёрный джемпер со стоячим воротничком и белым вкладышем. Ох и непрост этот святоша.

Плавно без резких движений, но достаточно быстро, Варг разогнулся и подошёл к двери:

– Быстрее. Вас долго ждать?

Джессика и Дэн бегом вбежали в проход. При этом Варг одобрительно отметил, что Найтингейл двигался спиной вперёд, контролируя тыл.

Как только Дэн оказался внутри, Варг хлопнул ладонью по довольно приметной кнопке на стене. По расположению пульта легко было догадаться о еë назначении. Воин не ошибся: панель сдвинулась обратно, запечатав вход.

– Рабочих камер на этом участке коридора нет. Так, никто не узнает, что мы сейчас здесь. Отличная работа, Варг. Это и есть твои новые знакомые? – Дэн опустил трофейный импульсник и посмотрел на детей, которые выглядывали из-за спины местного священника. – Привет, ребята. Это вас тогда сорвался спасать мой подчинённый?

– Ваш, кто? – наконец подал голос священник, который с ошалевшим выражением лица смотрел на гигантского Призрака. Не каждый день в паре шагов от тебя стоит один из наводящих ужас Черепов, да ещё и повернувшись спиной и что-то напевая скрипучим голосом. Варг тем временем раскрыл свой рюкзак и что-то искал внутри.

– Мечтал родиться грозным хищником, чтоб все тряслись от страха, когда по лесу я шагаю по своим делам, – напевал под нос здоровяк. – Нет, не то. Да куда я их засунул?

– Так получилось. Этот головорез на «Афине» устроил погром в одном... В одном заведении. – Джесс, услышав оговорку кэпа, едва сдержала смех. Она помнила, что это было за заведение. – Вот потому его командир отдал этого жутковатого молодого человека мне, а моё начальство отправило нас подальше в глушь. Череп на станции – нескончаемые инфаркты.

Взяв инициативу на себя, Дэн тем самым сперва переключил внимание местных с пугающего фактора на себя. Далее клановец и вовсе сломал всем мозг, когда охарактеризовал Варга своим подчинённым.

– То есть это правда, что он сказал детям? Призраки... Они решили заключить мир? – спросил священник. Видимо, более важные мысли ему в голову не пришли.

– Да мы особо с вами и не воевали. Так, дали по морде, когда вы к нам сунули свой наглый нос, – бросил, не оборачиваясь, Варг.

– Вроде того, – дипломатично уточнил Найтингейл. – Неделю назад посольство Союза Древних прибыло на станцию «Афина». Другое сейчас на Новом Марсе, вместе с аквитанцами. Если понимаете, к чему я веду.

– Да, – кивнул священник и протянул Найтингейлу руку. – Я отец Диего Сальваторе. Настоятель местной церкви и директор детского приюта при храме. Где другие ваши люди? На корабле?

– Все мои люди здесь, – ответил Дэн, крепко пожимая руку Сальваторе. – Других нет.

Священник, оглядев патрульных и вставшего рядом с ними Варга, прикрыл глаза и молча выдохнул. Сальваторе понял, что эти люди пришли не только помочь, но и сами они в беде. Хром, сидящий в кресле, тоже это понял, тихо и грязно выругавшись под нос.

– Я офицер Даниэль Найтингейл, командир экипажа. Это Джессика Барнетт, компьютерный специалист из моей команды. Ну а Варг...

– Просто Варг, – вставил свои пять копеек воин. – Временно патрульный, а в остальное время офицер и исполняющий обязанности командира ликвидационного отряда подразделения «Мрак». Диверсии, взрывы, уничтожение личного состава, техники, причинение боли в промышленных масштабах и иногда спасение жизни – мой вклад в общее дело. Так, мелкие, это вам.

Наклонившись вперёд, Варг протянул Герти и остальным детям пару прозрачных пакетиков. Внутри одного были сморщенные бордовые комочки, а в другом — длинные коричневые палочки толщиной с палец. Джессика, которая поняла, что этот такое, выразительно подняла правую бровь, посмотрев на Призрака.

– Даже у дипломированных душегубов есть слабости, – не глядя в сторону девушки, ответил на не заданный вопрос Варг. – Это сушёная клубника и вяленые бананы.

– Настоящие? Не имитация? – восхищённо вскрикнула Герти, прижимая лакомство к груди и тараторя без остановки. – Это мне? А ещё есть? Ребят угостить.

– Герти, – строгим голосом сказал священник, но Варг молча достал из-за спины большой пакет и протянул священнику.

– Для ваших ребят, падре. Я правильно вас называю? Впрочем, разберёмся. Так, ребята, пока проводите Джессику, познакомьте еë со всеми, а мы здесь поговорим на взрослые темы.

– Хорошо, дядя Варг, – кивнула Герти, схватив Джесс за рук, она потянула её за собой, – Пойдём, я всё покажу. У нас тут тесно, но интересно. А вы правда поможете Найе? Она приболела немного.

– Дядя Варг? – Джесс, посмотрев на здоровяка с любопытством, ехидно улыбнулась. – Вот чего у плохишей не отнять, так это обаяния. Поганец.

– Нет, он хороший. Ты его просто не целовала, но я тебя научу, – бросила мимоходом мелкая заноза, заставив девушку споткнуться на месте. Теперь уже все взрослые смотрели на Варга с любопытством.

– Сам в шоке. Дети. Ну, вернёмся к делам нашим тяжким, – подытожил Варг, доставая из подсумка обычный коммуникатор и некий другой прибор. – Давно с девчонкой, Найей, это случилось?

– Как вы узнали? – задал священник животрепещущий вопрос.

– Поддерживаю, – буркнул недовольным голосом Хром.

* * *

Ситуация была странной и не нравилась им с Хромом. По оговорке Натингейла Диего уже понял, что с кораблём Патруля произошло что-то плохое. Видимо, его с экипажем заманили в ловушку, а уцелевшие в бою искали укрытие. И пришли в его храм. Но откуда они узнали, что укрытие находится здесь? А ситуация с Найей? Ведь за ними тогда точно никто не следил. Или нет?

– Да всё просто, – Найтингейл кивнул на своего спутника, который головой почти упирался в потолок. – Этот парень лишь строит из себя дурачка и отбитого психа. Запомните одно: перед вами боевой компьютер во плоти. Варг в суматохе прицепил на ваших ребят жучок и отследил вас.

– Невозможно, – не согласился Диего. – Я их проверил сканером, прежде чем вернуться.

– Так у этой хитрой рожи и жучки непростые. Микродроны размером с насекомое. И не спрашивайте, что там за технологии. Ребята из Союза в некоторых вопросах далеко вперёд ушли.

– Союз? Вроде они называли себя Тиранией?

– Это у них шутки такие, – вздохнул Дэн. – Нет продажной демократии, а здоровый тоталитарный строй с сильными и ответственными лидерами.

– Хе-хе, прямо как дома, – неожиданно засмеялся Хром. – То есть, в кланах. У нас нет демагогии пыльников. Без обид, падре.

– Это Хром. Он пилот буксира и мой знакомый. Его ранили во время бунта несколько дней назад. Как понимаю, примерно в это время Призраки, то есть представители Союза, прибыли на «Афину»?

– Очень нехороший намёк, святой отец, но можете мне поверить, что наш друг и его соплеменники ни при чём. Тем более что пока я тут был, то выяснил кое-что о личности тех, кто напал на станцию. Да и вы, как я думаю, видели того террориста, который убил девушку с ребёнком.

– Да, – вздохнул Диего. – Это были жена и дочь нашего главного диспетчера Ринальди.

– Видимо, поэтому Ринальди и согласился заманить нас в ловушку. Заложники. Я же говорил, что тут что-то нечисто, – поднял палец вверх Варг.

– Молчи, Варг. Я уже пожалел, что не послушал тебя. Тогда бы ребята были живы.

– Проехали. Короче, теми говнюками командует некий Гао Девять Драконов. Знаете, что это за контрацептив?

– Террорист, – охнул Хром. – То-то его рожа такой знакомой показалась. Тварь конченная. Этот конфедерат взорвал перевалочную станцию клана Синьчжу. Тайцы понесли убытки, а их контракты на перевозки перехватили пыльники.

– Как занимательно. Не зря террорист и наёмник часто синонимы, – заметил Найтингейл.

– Это всё интересно, но гораздо интереснее ваше обещание помочь Найе. Вы сказали, что можете это сделать. Это так? Знаете, как обесточить её имплант?

– Я знаю и как отключить имплант, и как обернуть программу вспять. Джесс вон, вполне нормальной осталась. На людей не бросается, кукухой не поехала, – заметил Варг.

– Что? – Диего в ужасе повернулся в сторону спальных комнат. Именно туда ушли дети с Джессикой. – А если она в их локальной сети? Они же могут отследить её?

Варг замер и молча посмотрел на священника. Найтингейл тоже посмотрел на того с любопытством. Однако вскоре Призрак, который отключил внешние динамики шлема, сказал Дэну пару слов через радиогарнитуру. Тот лишь покосился на союзника и смежил веки, показав, что он всё понял. Хром и Диего не заметили этих перемигиваний.

– Один мой воображаемый друг это отлично понимал. Мы взломали это приложение, отключили все его функции и применили программу очистки и депрограммирования. Сразу скажу, что тех, кто давно под воздействием этой дряни, возможно, не получится вернуть. Пройдём к пациентке, падре? Дэн, присмотришь тут за всем? Там в боковом кармане аптечка. Посмотри ногу этого парня.

– Сделаю. Идите.

Найтингейл взял из рюкзака знакомую аптечку производства Альянса – трофей, добытый после столкновения, Варга с бывшими морпехами в доке. Призрак же молча пошёл во вторую дверь, где Хром и Сальваторе расположили девочку.

Священник, видя, что Варг пошёл внутрь, бросился за Призраком. В маленькой комнатушке в конце короткого коридора на кушетке лежала молодая девчушка со светлыми волосами. Рядом был столик с разложенными инструментами.

– Вижу, что вы сильно отчаялись, падре, – заметил здоровяк в жуткой броне, который вертел в руках разрядник. – Самоделка неплохая, но слишком мощная. Учитывая, что имплант тесно связан с нервной системой, вы рисковали превратить её в овощ.

– Я не мог убить её, или выбросить отсюда. Просто держать её на успокоительном не выйдет. Администрация станции пробовала вначале так делать. Не помогло. Ну и остаётся риск, что другие заражённые почуют её.

– Понятно. Знай мы то, что знали годами, жили бы все долго и счастливо, – неожиданно произнёс Варг. Подняв голову девчушки, он положил под затылок что-то напоминающее сканер с присоединённым коммуникатором.

– Что? – спросил ошарашенный этими словами Диего.

– Это? Да, поговорка у нас такая. Когда говорят очевидные вещи. Расхожее выражение. Из той же серии, что истина едина, – проскрипел Варг и повернул голову в сторону священника.

– Странная поговорка. А насчёт истины... Я никогда не слышал такого выражения. Странная мысль. Истина зачастую недостижима. И у каждого она своя.

– Золотые слова, падре, – сказал здоровяк, кивая в сторону двери. Диего машинально повернул голову и нахмурился. Он не помнил того, что запирал дверь на электронный замок.

В следующую секунду Диего почувствовал, как непреодолимая сила впечатала его в стену. Выпустив воздух из лёгких, священник смотрел, как сжимающий его шею Варг обыскивает его другой рукой. Коммуникатор, пистолет, складной нож и бумажник полетели на пол.

Когда в руке Призрака появился угловатый клинок, Диего не заметил. Просто перед глазами неожиданно оказалось срезанное остриё. Вкрадчивый, спокойный голос череполикого здоровяка пугал и гипнотизировал:

– Не люблю ложь, Диего. Или тебя зовут по-другому? Неважно. Пока я говорю, ты молчишь и внимательно слушаешь. Моргни, если понял меня.

Диего, чьë горло было пережато стальной рукой воина, и так не мог произнести ни звука. Потому он просто моргнул.

– Молодец. Теперь по пунктам. В этом горшке, – последовал хлопок рукоятью по шлему, – много разных датчиков, снимающих показатели тела: температура, мышечные реакции, скачки давления. Да и опыт у меня немаленький, так что твои реакции на мои вопросы и замечания я и читаю сейчас, и изучил ранее.

Пленник смотрел на Варга подобно кролику, который случайно упал в волчье логово. Мужчине было страшно, так как он понял, что Призрак уже знает многое. Ведь он сам ему всё показал.

– Вижу, что понял, – проскрипел Варг, отодвигая нож от лица священника. – Скажу сразу: то, что ты не понял замечания насчёт истины, уже спасло твою жизнь. Как и реакция встать на защиту детей. Ты не один из тех людей. И даже не беглец из тех мест. Но ты явно проходил где-то военную подготовку. Ты и сейчас двигаешься при угрозе, как боец Колониальной Пехоты. У тебя нет импланта, но остался очень грубый и старый шрам. Вероятно, что ты дезертир, так как удалять его действующим резервистам нельзя. По реакции твоих зрачков и пульсу, я вижу, что, скорее всего, не ошибся. Моргни один раз. Это значит да. Два раза – нет.

Священник послушно моргнул.

– Уже интересно. Итак, ты уроженец Межзвёздного Альянса и дезертир. Ты упомянул взаимную локацию заражённых. Первая ошибка, падре. Дэн тоже это заметил. Дело в том, что когда мой знакомый, Фенрир, ломал эту программу, то он заметил одну странность. Наличие того, что называют нереализованный функционал. Термин программистов. Артефакты с этапа проектирования. И вот, судя по коду, взаимной локацией пользователи не смогли заниматься. Только обмениваться информацией. Для управления боем имплантам нужны были системы боевого скафандра. То есть в приложении лишь зачатки блока интеграции. Кстати, именно это показывает, что данный код был тестовым, а не конечным изделием. Первый прокол, падре. Так, я мог в вас подозревать лишь дезертира.

Диего застонал, закрыв глаза. Вот зачем он это сказал? Так испугался, что патрульные привели заражённого?

– Именно. Потом я специально упомянул про знание в течение долгих лет. Поговорку. Ваша реакция многого стоила. Испуг и, что интересно, чувство вины. Интересный коктейль. Так какие выводы можно сделать? Дезертир на станции, где проявил себя нейровирус, который написан по архаичному код-ревью. Он, вероятно, имел доступ к проектной документации, но при этом его имплант был удалён очень грубо и явно впопыхах. Я хорошо умею резать и могу отличить работу хирурга от дилетанта. Да и вряд ли кто-то из руководителей и исполнителей этого проекта на месте не придумал, как защитить свой имплант. Значит, вероятнее всего, вы один из выживших подопытных.

Варг ощутил, как дёрнулся пленник после этих слов.

– Прекрасно, Диего. Видишь, как всё просто? – Варг отпустил пленника. Священник схватился за горло и закашлялся. – Ты был тогда не единственный выживший. Кто-то вырезал твой имплант. Вы испугались, что вас уничтожат, и бежали. Но ты не мог забыть. Стал священником и вернулся в систему, где всё произошло. Ведь именно здесь был уничтожен пост лет двадцать назад. Верно? Можешь говорить.

– Семнадцать. Это произошло семнадцать лет назад. Кто ты такой? Сам дьявол?

– Нет, всё гораздо страшнее. Дьявол далеко, а я с ножом рядом.

– Ты даже не думаешь, что я пособник тех людей, которые снова устроили всё это? Почему?

– Ты прячешься. Тебе нет смысла защищать этих детей, если ты один из них. Нет, ты скорее пытаешься что-то исправить. Ошибки прошлого. Ведь все эти годы ты явно хотел рассказать о том, что случилось. Боялся повторения. И вдруг нечто похожее происходит снова, но ты опять никого не спас?

– Да, – вскричал Диего. – Я даже детектива Винтерс не успел предупредить. И не рассказал ей ничего после бунта. Она ушла вызывать помощь и пропала. А я молчал.

Варг молча убрал клинок в ножны на поясе.

– Сейчас у тебя есть хороший шанс всё исправить. Допрос окончен, падре. Начни с исповеди. Ведь тебя это знание явно тяготило все эти годы.

Диего почувствовал, как по его щеке скатилась слеза. Всё верно. Он столько лет корил себя за молчание. Они пытались спасти свои жизни и спрятались, старались не думать, что кошмар может повториться.

Потому он начал говорить:

– Меня зовут Диего Альварес. Фамилию Сальваторе я получил в церкви, когда принял сан. Я бывший рядовой первого класса технической службы Колониальной Пехоты. Семнадцать лет назад меня с напарником забыли на отдалённом астероидном посту. Связи не было, припасы подошли к концу, и мы решили дойти до главной базы самостоятельно, решившись оставить пост...

Почему-то Диего полегчало после первых слов.

Буферная зона. Звезда Каир-6.

Точка перехода за газовым гигантом.

– Всегда мечтал умереть, танцуя на минном поле. Прыжок рассчитан, данные введены. Имитатор к экстренному сбросу готов. Как и система постановки помех, – отрапортовал Вольт.

– Хорошо, Вольт. Приготовься. Это будет самый сложный полёт. Корпускулярный сюрприз тоже подвесь. Он может нас спасти.

Коршун, лежащий в ложементе пилота, был максимально расслаблен. Но о его разуме сказать это было нельзя. Снова разведка боем. Прыжок в ближайшую к «Афине» точку гиперперехода, через которую может пройти ударный крейсер, могли попробовать пережить лишь они с Вольтом.

«Дуболом» был меньше даже типового корвета. Да ещё и построен по технологии малозаметности. Так что малые самодвижущиеся мины, рассчитанные на корабли поддержки, вполне могли и не среагировать на МЛА переросток. Однако прыжок в любом случае создаст всплеск энергии, который может активировать гипотетическое минное поле.

– И ещё, Вольт. Если не мы, то никто с этим не справится. «Разящий», если там что-то есть, будет уничтожен сразу после прыжка. Всё чисто – ребята прыгают. Если нет, то оцениваем плотность минирования. Не можем разминировать – крейсер, и все, кто может прийти на помощь, прыгают через резервную точку. Но это часов пять-шесть полёта. И наши могут столько не продержаться.

– Да понимаю я всё, командир. Просто мы ни фига не знаем. Только я не понимаю, если противник в системе и всё заминировал, почему мы не останемся помочь нашим?

– Потому что, Вольт. Мы особой роли не сыграем, но можем поддержать людей в той системе и собрать разведданные. Они уже просили помощь. И замес там, судя по сообщению, дикий. Нельзя их бросить.

– Принято, командир. Но тошно на душе что-то.

Коршун промолчал. Он отлично понимал своего бортмеханика. Увы, но их силы в меньшинстве, нормалы из Вестингаузов могут не успеть, или полетят в обход. Но, по крайней мере, одно минное поле экипаж скоростного бомбардировщика не дал развернуть.

– Прыжок, – рявкнул Коршун, сдвигая вперёд нужный рычаг.

Вспышка, лёгкая рябь перед глазами, а пилот уже отработал вспомогательными газовыми движками, смещая из потенциальной зоны поражения бомбардировщик. Вольт, в свою очередь, сбросил имитатор, который начал выдавать в эфир сигнатуру корвета и активировал поглощение излучения, снижая заметность машины для активных сенсоров. А они были.

– Твою мать, – выругался Коршун. На его глазах на радаре появились отметки лучей активных головок наведения. Затем один луч замер на сигнатуре имитатора, а потом его источник стал резко сближаться с обманкой, которая начала маневрировать. Но это не помогло сбросить с хвоста преследователя.

Уже отработал и был сброшен одноразовый двигатель. Вперёд к цели, летит лишь разогнанная боеголовка с двигателями ориентации. Скорости были несопоставимы. Пусть самодвижущаяся мина тоже стартовала из состояния покоя, но имитатор не мог похвастаться таким коэффициентом разгона. Выйти из сектора захвата, обманка не могла, и вскоре две точки слились в одну, исчезнув в яркой вспышке.

– Чёрт, мины повсюду. Несколько эшелонов. Расположены с большим рассеиванием. Корпускуляркой не накрыть. И они отрабатывают по алгоритму, активируются частями. Нам тут не расчистить, командир. Плюс они охватывают по окружности вектор выхода. Шансов нет. Тут эскадру положить можно. Зараза.

И это было лишь частью проблемы, в которую они попали. Стоит им активировать гравиконтур для отправки гиперпередачи через точку перехода, то их засекут и уничтожат до конца передачи. Радиопередача на спутник гиперсвязи бесполезна. Нет самого спутника. Вон его обломки.

Остаётся радиопередача на «Афину». Удав примет её и отправит дальше. Если сможет принять. Газовый гигант закрывает собой станцию. Плохо. Думай, воин, думай.

– Коршун, пираты уже здесь. Вижу затухающие сигнатуры ионных следов. Они их использовали для коррекции перед запуском гравитационных движков. Сейчас разошлись и обходят планету с разных сторон.

– Чёрт. То есть они берут станцию в клещи?

– Да. Зайдут одновременно с разных сторон, обстреляют ракетами с дальней дистанции, раздёргают системы защиты. Да ты и сам знаешь, как это делается. Коршун, там около двадцати кораблей. Ребятам не продержаться.

Пилот до хруста сжал ладонью рукоять. Если их корабль проявит признаки жизни, то их уничтожат. Но члены небольшого экипажа осознавали этот риск, когда получили приказ. Не в частной лавочке служат, чтобы отказаться. Да и ребятам на станции не просто придётся. Значит, они с Вольтом могут лишь выбрать способ выполнения задачи.

Отбросив сомнения, Коршун стал изучать боезапас на борту. Была у него пара фокусов в запасе на подобный случай. Пора их проверить.

Станция Каир-2 «Афина».

Коммуникационная палуба.

– Илай, откуда идёт трансляция? Координаты. И срочно! – кричал в микрофон личного кома Мишель Гамбини.

Опоздали. Только эта мысль билась в голове шефа полиции станции. Как неудачно всё совпало. Гамбини на разбирательстве. Диспетчер был новичком и не понял важности сообщения от Анны Медрано.

Да, убийства, хоть и редко, случались на станции и раньше. Но то были разборки дельцов чёрного рынка, наркоторговцев, которые пытались организовать трафик через станцию, пьяные драки с летальным исходом. Однако никто ранее не пытался убить служащего станции ради его допуска.

И здесь новичок допустил ещё одну ошибку – спугнул убийцу. Медрано и пара Призраков почти настигли тех мерзавцев, но диспетчер, паренёк по имени Жак Ниве, запаниковал. Стажёр из клана Дюмон понял, что преступник специально посещает некоторые зоны, но не нашёл решения лучше, чем заблокировать допуск погибшего.

И вот результат. Освещение на станции мигнуло и погасло в некоторых местах. Кое-где даже сработала аварийная блокировка отсеков, что вызвало кратковременную панику.

Гамбини изучал лихорадочный отчёт Медрано. Неизвестный застрелил своих пособников, активировал самодвижущиеся мины в системе энергоснабжения, а потом с улыбкой вышиб себе мозги, произнеся какую-то чушь.

Последнее и привлекло внимание шефа. Да, этот доклад поступил после сообщения Илая Косты, что некто пытался подрубиться напрямую к системе трансляции станции. Не зря Мишель учил своих людей делать полный доклад без акцентов. Только факты. И Анна упомянула, что Призраки после самоубийства диверсанта замерли на месте и выглядели сильно удивлёнными. Интересно, а чем именно? Самоубийство их так удивило или явно ритуальная фраза насчёт истины?

Хоть Илай Коста, внештатный хакер Гамбини, не зря ел свой хлеб. Нет, прямую передачу по кабелю нельзя было заблокировать. Поэтому компьютерщик просто обрубил вещание. Но перекинул его на свой монитор, изучая пиратское видео. И всё было очень плохо.

Люди без критического мышления, не владеющие всей информацией и действующие на эмоциях, приняли бы сообщение за чистую монету. Ещё бы, ведь Призраков так долго представляли врагами, что даже довольно позитивно прошедшая неделя всё резко не изменила. И потому видео с неким Марком Роулинсом, техником патрульного корабля, который ушёл на станцию Цикад с Черепом на борту, могла вызвать эффект разорвавшейся бомбы. Учитывая паническое содержание послания, что Призрак в экипаже устроил на станции «Гриндер» диверсию, вывел системы защиты из строя, а жителей вырезает десант с тех самых Чёрных кораблей. Блеск.

– Илай, ты проверил систему мониторинга? Что со станцией? Системы жизнеобеспечения в норме?

Гамбини прислонился к стене, пропуская вперёд гиганта в чёрном тактике с щитом наперевес. За ним, построившись в колонну, шли бойцы полиции в бронежилетах и защитных касках – специалисты антитеррора. Этих ребят тренировал лично Мишель.

Шеф радовался, что его людей прикрывает человек Бура. Командир Защитников, которого так удачно отдали с частью его людей в подчинение Гамбини, сразу и без вопросов откликнулся на приказ выдвигаться на поиск неизвестного.

– Чисто. Следов вмешательства нет. Ничего не заминировано. Но часть систем обесточена извне, – раздался доклад командира группы захвата в наушнике. Мишель заскрежетал зубами. На этой палубе станции в одном месте располагались системы внешней и внутренней связи. В том числе и межзвёздной. Так компактно, их расположили для удобства обслуживания, хотя на любом военном объекте это считалось неправильным. Только эта станция торговая и дипломатическая, и всем было плевать на паранойю нового шефа полиции.

– Шеф, это Коста. Я получил отчёт о повреждениях. Тебе это не понравится.

После краткого устного рассказа Косты и сброса на визор файла с ответом, Гамбини почувствовал слабость. Оперевшись о стену лбом и издав мучительный стон, шеф ударил по панели рядом с ним кулаком. Иногда очень неприятно быть умным и внимательным.

Сообщение с «Гриндера» не могло прийти в видеоформате. Внутри системы, с естественной задержкой передачи на скорость света – легко возможно. Но межзвёздные гиперпередачи позволяли передавать только небольшие текстовые сообщения, которые не могли передать и килобайт информации. Потому между системами у тех же планетян летали курьерские корабли, которые после перехода передавали широким лучом актуальные новости. И так по цепи.

Но не в буферной зоне. Кто-то перехватил передачу Роулинса, прыгнул в Каир-2, приземлился на станцию, где куча солдат Призраков, а потом взломал сеть трансляции, чтобы поведать правду: чушь собачью. Потому Мишель и вызвал Бура с его людьми на поддержку.

– Дитц, – Мишель вызвал другого своего подчинённого, – Доклад.

– Взломщик не обнаружен. Комната отдыха персонала заперта изнутри. Вскрыли. Ребята живы, но через вентиляцию распылён усыпляющий газ.

– Сними отпечатки и другие параметры. Всех задержать. Потом опросим.

– Да, шеф, – ответил Дитц, который привык к странным приказам шефа и не задавал вопросов. Если Гамбини сказал сделать так, значит, это неспроста.

– Шеф Гамбини, здесь Бур. Нашли точку подключения. Здесь накопитель данных. Я отключил провода. Высылайте своих экспертов.

– Принято, – выдохнул Гамбини. Одной проблемой легче. – Вызывайте полковника. Это не конец, а лишь начало.

– Принял. Что случилось?

– Вот, посмотрите, – Мишель отправил через канал связи видео, которое уже перезаписал Илай. – Сразу говорю, что я знаю, что это подстава. Кто-то хочет, чтобы мы с вами были на ножах. Жду у третьего лифта.

Через пару минут Мишель встретил здоровяка в указанном месте.

– Я передал сообщение Удаву и Теку. Наверху устранены проблемы со светом. Обычная трансляция также работает. Но я говорил с Карданом. Мне очень не понравился его доклад. Что именно повредили эти мракобесы?

Отметив про себя странную характеристику для диверсантов, Мишель начал издалека:

– Только честно, много ли у вас людей? Количество истребителей, другой техники?

– Пара сотен под ружьё. Ещё эскадрилья наших истребителей. Также на борту четыре дивизиона шагоходов — «Стрелец» и «Ополченец». Это шестнадцать машин. Не успели сгрузить. Некуда было.

– Может, это и к лучшему, – тяжело вздохнул Мишель. – Эти люди не успели посеять панику, но они вывели из строя гидравлику, некоторые важные энергошины и системы данных.

– Какие именно системы не работают? Гидравлика систем шлюзования?

– Она самая, Бур. В самом недоступном для быстрого ремонта месте. Всё вытекло. Мы не можем открыть створки ангаров перехватчиков и доков кораблей Объединённого патруля. Вирус в системах управления, но его уже грохнул мой спец. Однако системы дальней связи и вооружения обесточены. Люди Дюбуа уже ищут места поломок, чтобы пробросить временные шины. Но в целом...

– Мы абсолютно беззащитны, – закончил фразу мрачный Бур.

– Именно. Как перед нападением. Нас можно брать тёпленькими. Ваш пристыкованный модуль, как и некоторые другие, независим от систем станции. В случае чего вы наша единственная защита. И я не думаю, что у нас в запасе много времени.

Глава 12. Мы принимаем бой

Добывающая станция «Гриндер».

Укрытие в церкви.

– После того, как лейтенант Перкинс удалил импланты, мы пару суток восстанавливались. Он всё-таки не был хирургом, как покойный док. Зато Джим постоянно извинялся и заботился о нас: кормил, делал перевязки, колол обезболивающее. При этом он сам был не в лучшей форме. Мы с Рю бойню не застали, а лейтенант видел весь тот кошмар воочию.

Трое мужчин, Варг и Диего с Дэном, сидели в комнате священника. Хром после перевязки и укола антибиотика спал и восстанавливал силы. Джессика с помощью Хатико подключила внешние камеры к своей деке. Сейчас она присматривала за Найей, которая проходила через ту же процедуру, что прошла и сама девушка. При этом она через гарнитуру также слушала историю священника. И как же грустно ей было от этой истории.

Когда их семья ещё жила на Новом Марсе, Джессика привыкла считать, что Межзвёздный Альянс — самое прогрессивное, справедливое и благополучное государство. Потом ей с матерью пришлось бежать. На периферии она впервые увидела изнанку радужной картинки, которая отличалась от официальных новостей и уроков истории.

Нищета. Беспросветная бедность и борьба за жизнь. Зависимость от поставок ресурсов из метрополии и адский труд в шахтах, на обрабатывающих предприятиях, биофермах. Ты платишь за электричество, воду, фильтры для воздуха. Отдаёшь руду редкоземельных элементов на вес: килограмм руды за литр воды или самой примитивной биомассы. Была ещё и недоступная многим качественная медицина.

Маленькая Джессика, живя с матерью на фронтире, сначала не могла понять, почему они ютятся в той клетушке: экономят электричество, носят тёплую одежду? Ведь в колонии не было привычных сетевых развлечений центральных миров.

Пусть это было сначала, пока еë мать не смогла легализовать деньги отца, переданные Роджером Кармайклом, но Джессика помнила то время. Ещё она запомнила отзывчивых людей, которые держались друг друга, эту общую взаимовыручку. Да, были исключения, но хороших людей было больше.

Только эти воспоминания относились лишь к жизни в колониях. То, что рассказывал отец Сальваторе, он же Диего Альварес, относились к другой стороне жизни межзвёздного государства. Тайные эксперименты на людях. И, что самое страшное, на собственных солдатах, которые дали присягу защищать свою страну.

Испытания были тайными и проходили под эгидой влияния слабой гравитации при долгих дежурствах на психику и тела солдат.

– Нам установили в импланты приложения мониторинга, которые взаимодействовали с датчиками наших скафов. Говорили, что это нужно для создания новых стимуляторов и пищевых добавок. Даже обещали дать отдельную премию от корпорации, не через министерство обороны. Но этому доктору Голдингу никто не верил.

Услышав это имя, Джессика замерла. Даже Найтингейл приподнялся со стула, но потом сел и посмотрел в сторону Варга. Будто хотел спросить, не ослышался ли он?

– Дэн, я тоже не могу поверить, что он назвал это имя, – сказала в рацию девушка. – Думаю, что следующим вопросом тебе лучше уточнить полное имя этого доктора.

– Доктор Майлз Голдинг? Корпорация «Биоген»? Неужели они действительно не уволили эту сволочь, а перевели на тайные проекты? – вскричал взбудораженный Найтингейл.

– Смотрю, ты его фанат? – заметил Варг, который что-то перебирал в своём рюкзаке.

– Я буду преданным фанатом того парня, который казнит эту мразь самым жестоким образом! Ублюдок! – бушевал обычно сдержанный Найтингейл. Мужчина даже вскочил на ноги и стал мерить каюту шагами. Пока его не дёрнул за рукав Варг, сажая обратно на место.

– Тогда я возьму это на себя. Что за Голдинг? – спросил Варг.

– Выродок, фашист и детоубийца. Около двадцати лет назад работал на «Биоген». Но в Пространстве он работал как фрилансер. Долго рассказывать, но эта тварь была замешана в массовой гибели детей из кланов. Адаптивные и укрепляющие прививки содержали некую примесь. Он проводил тайные испытания на младенцах. Когда все поняли, в чём причина этих смертей, его и след простыл. Пыльники его не выдали, а «Биоген» дал интервью, что их сотрудник покинул компанию ранее, по собственному желанию. Чëрт. Мы его годами искали.

– Не удивлюсь, если он дрочил на портрет доктора Менгеле, – покачал головой Варг. – Я таким не горжусь, но знаю, как пытать человека до смерти в течение двух недель. Для такой мрази сделаю исключение, брат.

– Спасибо. Я буду участвовать. Вот, – Дэн закончил поиск в личной деке и развернул экран в сторону священника. – Это он?

– Ну и рожа. Не нос, а свинячий пятачок. И взгляд имбецила. Нормалы, а он точно профессор?

На экране был изображён лысый мужчина с острыми ушами, брезгливо поджатыми губами, маленькими злыми глазками и плоским уродливым носом.

– Да, это он. Майлз Голдинг. Но в его пропуске значилась какая-то фармацевтическая фирма. Не помню название. Но и не «Биоген». Они тогда не работали с Министерством обороны.

– Ну конечно. Чтобы они упустили такой куш. Наверняка опять открыли подставную контору-однодневку. Заодно и эту мразь спрятали, – с сарказмом заметил Дэн. – А ваши военные не имели привычки раскрывать имена подрядчиков. Иначе бы Верховный Совет начал служебные проверки, расследования и порезал финансирование.

– Возможно. Я в политику и корпоративные дела не лез, – грустно улыбнулся священник. – Но одно я знаю точно: Голдинг не пережил бунт. Я видел его труп. С такими ранами не живут. Он, скажем так, потерял голову. Кто-то бросил её в унитаз.

– Собаке собачья смерть, – почти прорычал Дэн. – Значит, тот, кто избавил вселенную от этой твари, давно мёртв? Жаль человека. Ну, тогда рассказывайте дальше, падре.

Диего, как его про себя называли патрульные, чтобы не запутаться с фамилией, рассказал о дежурстве по настройке оборудования удалённого поста. Быстро обрисовал проблемы со связью и припасами. Плавно перешёл к их совместному с напарником путешествию по поверхности астероида до базы. Описал гибель транспортного корабля, который пытался покинуть базу с заражёнными на борту. Эвакуироваться пытался один из прибывших исследователей с частью стабильных заражённых.

Момент с кораблём, «Джоном Эмори», неожиданно чем-то заинтересовал Варга. Призрак расспросил бывшего техника о модели транспортника и номере модификации. Услышав ответы, воин задумался.

Потом Диего быстро закончил свой рассказ. Они с Рю нашли труп коменданта. Сам Альварес взял его винтовку, не проверив боезапас. Техники поднялись на уровень базы и застали картину бойни. После этого их поймал раненый офицер.

Далее Перкинс подручными средствами удалил импланты старой модели, а потом выходил солдат, рассказал о найденных записях учёных. Выжившие поняли, что стали свидетелями. Вместе они собрали всё ценное, сложили более или менее аккуратно тела товарищей, отслужили службу, сели в спрятанный на базе челнок и улетели на территории кланов.

– На базе был аварийный заряд для зачистки. Мы его взорвали. Не хотели, чтобы кто-то нашёл эти разработки. Затем на одной станции изобразили дезертиров. Нам выправили документы и мои пути с ребятами разошлись. Рю вроде бы служит на корабле, а про Джима я давно ничего не слышал. Я сам, как и обещал, принял сан. И вернулся сюда, когда здесь построили станцию. Не знаю почему. И вот, недавно всё началось по новой. Я хотел предупредить детектива Винтерс, которая вела дела об убийствах, но не успел. Начался бунт. В самом начале хотел связаться с администрацией, но внутренняя связь пропала. Видимо, люди этого самого Гао уже взяли станцию под контроль. И я постарался спасти воспитанников. Нашёл раненых Хрома и Винтерс. Она ушла пару дней назад. Хотела вызвать помощь и пропала. Но оставила мне копию послания своего осведомителя. Вот оно.

Диего передал карту Дэну. Тот переглянулся с воином в череполиком шлеме.

– Варг, ты сам говорил, что время утекает, но мы полчаса потратили на выяснение истины. Важно, согласен. Но зачем сейчас?

– Чтобы выделить главное и ничего не пропустить. У нас много потенциальных мишеней. Я выделяю основное. И, наконец, понял, откуда вирус попал на станцию. Да и что искали те ребята, которых ты и Джесс заметили снаружи, тоже стало ясно. И мы должны будем это уничтожить. Ваш друг Джим сделал многое, но сильно накосячил в конце, падре.

– Что вы имеете в виду? – посмотрел на Призрака священник.

– Да одну мелочь. Вы упомянули, что основной эвакуационный транспортник уничтожила система ПКО базы. Он превратился в раскалённое облако газа?

– Нет. Ракета была хоть и с плазменной боеголовкой, но не такой мощной. Да и ядро не было раскручено. Корабль частично сгорел, а частично...

Диего замолчал. Его глаза расширились, когда он понял, что имел в виду Варг.

– Ходовая рубка корабля была сверху. Боже, там были люди. Но они же погибли. Я не понимаю вас...

– Да что тут понимать. Главное, что вы не дали им добраться до обитаемых миров, – сказал Варг, а Джессика вздрогнула. Рухни этот корабль не на военной базе, а в центре населённой колонии, то... Она уже видела, что может произойти. Здесь, на этой станции, почти все погибли или сошли с ума.

Варг, пока остальные осознавали, что именно имел в виду воин Призраков, просто продолжал развивать свою мысль:

– Вы сказали, что это был транспорт модели С12 «Самсон». То есть небронированный корабль для переброски личного состава. Без гибкой брони, как на наших и ваших скафах с кораблями. Но на случай разгерметизации и повреждений, например, поражения метеоритами, там была весьма своеобразная система защиты. Дэн, дай на секунду этот чип. Хочу кое-что проверить.

Найтингейл передал карту Варгу, а тот положил её в очередной прибор, извлечённый из необъятного рюкзака. Да сколько у него оборудования с собой?

– Это не моё, а Фенрира, – будто прочитав мысли Дэна и Джессики, произнёс воин. – Я тут просто носильщик. Так, вот оно. Да, всё просто оказалось. И понятно, зачем Марк так часто сюда летал в патруль. Как связной, но для других целей.

Пара движений по сенсорному дисплею, и над экраном появилась голограмма – однотонная схема звёздной системы. Собеседники Варга молча наблюдали за его манипуляциями.

– Вот здесь мы. Тут точка перехода. Примерно здесь была ваша база. Ничего не видите странного?

– Пылевая туманность рядом с астероидным поясом. Остатки планетарного строительного материала, как это называют. Совсем не редкость, но ты её выделил. Ты это к чему? – Найтингейл посмотрел на воина, но потом неверяще уставился на схему. – «Самсон»? Система герметизации? Ты же не намекаешь на...

– Да я это открытым текстом говорю. Чтобы это корыто не разлетелось, некие умники в Альянсе создали весьма оригинальную систему латания пробоин. Что-то вроде блоков динамической защиты. Дошло?

– Блоки со смесью герметизирующей пены, – севшим голосом прохрипел Диего. – При пробитии обшивки срабатывает датчик, и обшивка в этой области покрывается полуметровым слоем вспененного герметика. А при таком уровне повреждений обломок должно было покрыть коркой со всех сторон. Должен был получиться этакий неправильный кусок не пойми чего. Но эта пена легко впитывала пыль. Твою...

Священник встал со своей койки, подошёл к стене и, обхватив голову руками, с силой ударился лбом о стену.

– Ну незачем. И больно, и пользы нет, – заметил Варг, повернув голову к Дэну. – Дальше расскажешь, опер?

– Да уже понятно, – Дэн зачесал волосы назад, а потом посмотрел на схему. – Обломок пролетел через облако. Пыль по большей части железистая. За годы это всё стало выглядеть как кусок астероида. И кто-то, нанятый Марком или его коллегами, специально искал останки корабля. На это ушли годы, но один из агентов нашёл нужную скалу. И привёз сюда, так как понимал, что обмен в Пространстве равносилен смерти. Только этому идиоту стало любопытно, и он решил вскрыть находку... Твою-то мать!

Не в силах сдержать эмоции, клановец полез в разгрузку и достал небольшую металлическую флягу. Открутив крышку, мужчина сделал большой глоток, а потом протянул ёмкость Диего.

– Будете, падре?

– Не будет, – сказал Варг, отбирая флягу. – И ты тоже. У нас теперь сухой закон. Мне ваши головы свежими нужны.

– Для чего? – священник повернулся к ним. Вид у бедолаги был потерянный. – И зачем? Мы опоздали. Я опоздал. Я ведь был здесь больше десяти лет и всё это время только рефлексировал. Хотя мог всё предотвратить.

– Ты настолько богат, что мог купить изыскатель для работы в астероидах? Или ты не скрываешься от закона и мог взять кредит на корабль? Может, был обучен им управлять? – спросил Варг. – Я так и думал. Ты уже сделал немало, Диего. Помог отсрочить апокалипсис, помогал нуждающимся, заботился о сиротах. Просто сейчас нужно поднажать и довести это дело до конца.

– Почему это звучит так, будто ты собираешься опять устроить резню, да ещё и нас вовлечь в это? – вздохнул Дэн, а Джессика, которая как раз проверяла показатели Найи, негромко рассмеялась.

– Дэнчик, так тебе не кажется. Я же сказал: добро пожаловать в армию Союза. И вас, падре, это тоже касается. И не открывайте пока рот, а то я пострашнее и жёстче вашего последнего сержанта-инструктора буду.

– Лучше сядьте. От его планов и импровизаций вы упадёте. Он у нас ещё и Дарт Альфариус. То есть псих-косплеер, – добавил Дэн, глядя на святого отца с сочувствием.

Диего послушно сел обратно на кровать. На Варга он поглядывал с опаской, а потому вопросы о своих подопечных и их судьбе решил пока не задавать.

– Прекрасно, господа. Буду краток – у меня есть план. Он безумен, рискован, а значит, может выгореть. – Найтингейл молча ударил себя ладонью по лицу. Лишь большим волевым усилием Дэн подавил мучительный стон, так как эти слова он ранее уже слышал. – Мы имеем три цели: обломки транспортника, которые нужно уничтожить, лёгкий крейсер Кёртиса, который надо взять на абордаж и предупредить с него наших, и ещё у нас тут есть больше дюжины детей, которых надо эвакуировать. Ну и по мелочи нужно вырезать Гао и его людей за всё то гавно, что они тут натворили. Всё просто. Слушайте.

По мере раскрытия абсолютно безумного плана лицо священника вытягивалось всё больше. Глаза и вовсе лезли из орбит.

– Да, падре, вам не показалось. Он конченый маньяк, самоубийца и машина для убийства, – ободрил Найтингейл бедолагу.

– Но вы скоро привыкните. Это же наш маньяк, – добавила от себя Джесс и улыбнулась.

Варг тем временем просто подвёл итог:

– Мы принимаем бой. И наши враги, кто не отбросит копыта сразу, позавидуют мёртвым.

Станция Каир-2 («Афина»).

Центр управления.

– Повреждён распределитель на шестой палубе. Ориентировочное время ремонта...

– Гидравлика ангаров перехватчиков повреждена...

– Работает только ближняя радиосвязь. Спутники связи на орбите не отвечают. Мы не можем...

Доклады сыпались нескончаемым потоком, один печальнее другого. Андрэ Дюбуа вытер выступивший пот со лба. У них и так был не очень большой арсенал для самообороны, но теперь и он временно недоступен. Как и связь. Комендант отлично понимал, что никто не будет делать такое без далекоидущих планов. Потому он и ждал доклада Гамбини. И почему-то ему казалось, что это связано с Призраками.

Нет, Дюбуа не считал Удава и его солдат виноватыми в случившемся, но руку тому же Зверю Нового Жеводана он бы не пожал. Даже пресловутый Варг, когда вышел из темноты в тот день, напугал его до ужаса.

Андрэ был согласен с анализом Мишеля, что рано или поздно, кто-нибудь обязательно устроит на станции громкую провокацию в адрес выходцев из Союза. Но не через неделю с небольшим после прибытия нежеланных поначалу гостей? Просто физически никто бы не успел подготовить такую акцию. Гамбини, когда произошли первые взрывы, связался с комендантом и предупредил его.

Сомнения в построении долговременных отношений с таким жестоким и опасным народом поначалу казались оправданными. Однако, пообщавшись с Удавом, Теком, интендантом Пафосом, доктором Искрой и некоторыми другими солдатами, Андрэ с удивлением понял, что стал ставить Призраков в один ряд с клановцами. Не как союзников, вроде исчезнувших Макинтайров или добытчиков Цикад. Но и не заклятых врагов, как некоторые корпы из Альянса.

Пусть эти парни были пыльниками, а не детьми Пространства, никогда не открывали своих лиц, были порой жестоки, но и высокие идеалы были им не чужды. Они были сильными, но не кичились этим. Не были бедными, но и не призирали тех, кому меньше повезло в жизни. Помощь Варга той отчаявшейся уроженке мелкого клана была не единственным случаем. Да и вспомнить ещё те истории, что они разбирали сегодня.

– Такие чужаки чтят законы Пространства, – пробормотал Андрэ. – Вот поэтому вы всё это и позволили делать своей молодёжи. Чтобы показать, что вы всё ещё люди. Плохие или хорошие, злые и милосердные, но люди. Гамбини, я надеюсь, у тебя есть хорошие новости.

Мишель. Беглый планетянин, что сначала прибился к союзникам – Макинтайрам. Андрэ сначала не доверял этому человеку. Как можно верить пыльнику, гостю Пространства? Что самое интересное, именно по этим причинам Дюбуа и назначили представителем клана на станции – из-за способности сыграть роль адвоката дьявола.

Раздался писк кома. Комендант вынырнул из омута своих мыслей. Подняв руку к визору, мужчина нажал небольшой сенсор. Судя по проецируемой на глаза голограмме, Гамбини решил выйти на связь.

– Мишель, я надеюсь, у тебя хорошие новости? – произнёс Андрэ. В этот момент пришёл совсем неожиданный доклад. Повреждения систем дальней связи внутри модулей Конфедерации, Альянса и пустотников. Кто бы ни был их противник, он действовал наверняка.

– Не особо много. Мы прервали трансляцию. Кто-то реально хотел подставить наших гостей. И якобы это сообщение нашего выжившего патрульного из другой системы. Каир-6. Туда направлен экипаж...

– Найтингейла с Черепом на борту, – закончил Андрэ. Выводы шефа он понимал отлично. Они беззащитны, и кто-то хочет их разобщить и посеять панику. В таком случае и решение у него только одно. Раз эти ребята сами сюда влезли...

– Понял тебя. Направляйся в зал совета. Все остальные там. Полковник через своего адъютанта осуществляет координацию сил. – Андрэ отключился. Затем передал парой фраз командование заместителю, а сам пошёл к выходу, набирая на ходу нового абонента. – Полковник Удав? Говорит комендант Дюбуа. Станция подверглась террористической атаке. Выведены из строя системы защиты, заблокированы корабли. На основании действующих норм международного законодательства я запрашиваю у вас помощь для защиты от нападения пиратов...

Их прервал удивлённый возглас оператора связи:

– Внимание, обнаружен радиосигнал над северным полюсом планеты. Судя по кодировке... Чёрт, это Призраки! Да что тут происходит?

– Есть данные об источнике сигнала? – спросил Дюбуа оператора.

– Нет. Это что-то малоразмерное и высокоскоростное. Но объект явно летит в нашу сторону. Если бы не направленный сигнал, то мы бы его не засекли. Плюс короткие запуски гравипривода, – оператор застучал пальцами по клавиатуре, а потом уточнил. – Объект замедляется. И резко. В районе станции он замедлится до нуля. Похоже, он летит в гости.

Дюбуа кивнул и снова направился к выходу. Скоро он из первых рук узнает, что это за корабль. Но вряд ли его экипаж принёс хорошие новости.

Система Каир-2.

Орбита газового гиганта.

Пиратский рейдер «Ядовитый коготь».

– Адмирал, мы получили телеметрию с минного поля. Уничтожен один прибывший корабль. Но потом в той области появились мощнейшие помехи. И кратковременный гравиимпульс.

Холеный мужчина разгладил усы. Наброшенный на плечи красный плащ колыхнулся, когда Владыка Корсаров провёл по лежащему на колене шлему свободной рукой. Неожиданное осложнение. Слишком рано появились гости. Малые рейсовые космолёты, которые преобладают в трафике буферных зон, используют точку у дипстанции. Никто не будет лететь несколько часов вокруг орбиты на малой скорости и тратить ресурсы СЖО. Вывод – это разведка.

– Есть сейчас связь с другими кораблями? – наконец решил уточнить пиратский адмирал. Рейдерский флот разделился на несколько групп, которые заходили на цель с разных сторон. Маршевые колонны двигались на самой малой скорости по верхней кромке атмосферы. Естественно в какой-то момент радиосвязь прервётся, так как рейдеры окажутся за горизонтом. Цена скрытности.

Сейчас они разгоняются до скорости, которая не позволит сойти с орбиты. Станут спутниками гигантской планеты. Давая минимальный засвет на сканерах, приближаясь с разных сторон, пиратская армада могла взять станцию в клещи. Это на тот случай, если не справится группа на станции.

Владыка улыбнулся. Как Проповедник дела Истины в этих нечестивых землях, он отлично понимал, почему планы иерархов обречены на успех. Владыки не делают ставку на один план атаки. Такое выдвижение поможет флоту подойти незаметно к станции, раздёргать и уничтожить её оборону. В старую эру бомбардировочной авиации, на Земле это называли звёздным налётом.

– Связь потеряна, адмирал. Контакт будет восстановлен через три часа.

Значит и отступать поздно. Ближайшая точка перехода для крупных кораблей перекрыта минами. За эти несколько часов его силы или захватят, или уничтожат противника. Хотя для успеха плана желательно осуществить первый вариант. Но и уничтожить неверных по-своему неплохо. И отродье Проклятого не сможет ему помешать. Пусть сброд под его командованием не Защитники Веры, но это тот случай, когда количество переходит в качество.

Однако есть нюанс.

– Телеметрию с минного поля на мой пульт. Я сам изучу данные.

– Да, адмирал.

В логах минного поля было немного информации. Сначала засветка от корвета, которую оперативно уничтожили. Затем появилась пара тёмных пятен. Словно дымка...

Владыка Корсаров ухватился за эту мысль. Интересно. Словно пресловутые бомбы с ионизируемой пылью сбросили. Корпускулярное оружие, как его называют авторы – отродья Проклятого.

Парная электромагнитная засветка была чем-то новеньким. Интеграция с ЭМИ? Похоже на то. Позже надо будет отправить отчёты Наставнику Кёртису и на родину.

А вот и мгновение запуска альфаритового ядра. Гравитационную сигнатуру ни с чем не перепутать. Пусть она и закрыта с двух сторон электромагнитными помехами, но датчики мин охватывали область перехода по кругу.

Импульс такой короткий, но посреди шторма помех. Будто кто-то хотел стартовать незаметно, но...

«Тупой неверный. Хотел проскочить, но вместо этого поджарил электронику корабля собственными бомбами, да?» – цинично усмехнулся пиратский адмирал. Одно точно: разведчик Призраков не предупредит своих товарищей. Пусть его не уничтожили мины, рассчитанные на более крупные цели, сейчас в пустоте летит кусок мёртвого металла с задыхающимся экипажем. Всё идёт по плану.

Мысли агента иерархов переключились на более важные вещи. Псевдоним просто ужасен. Владыка Корсаров – как напыщенно. Сам Проповедник скорее бы выбрал что-то менее пафосное, но иерархи решили иначе. Им видней...

Система Каир-2.

Над полюсом газового гиганта.

Много это, пятьсот метров в секунду, или мало? Во времена зарождения авиации это была недостижимая скорость, которая превышала даже скорость звука. Первые ракеты смогли преодолеть земное притяжение на скорости в полтора десятка раз большей – восемь километров в секунду.

Современные звездолёты, использующие для разгона гравитацию альфаритового ядра, были почти ничем не ограничены в достижении максимальной скорости. Кроме светового порога, конечно. Нужны были только время и энергия. Чем большее ускорение мог переносить экипаж, тем быстрее корабли с использованием компенсаторов могли достигать необходимой скорости для перелётов внутри системы. Межзвёздные же путешествия уже два с половиной века осуществлялись гиперпрыжками через подпространство.

Призраки за счёт того, что происходили из мира с повышенной гравитацией, могли легче переносить перегрузки. С помощью компенсаторов, снижающих эффект от ускорения в несколько раз, эти воины на своих кораблях могли держать перегрузки в двадцать и больше «джи».

«Дуболом», стараниями Коршуна, стартовал с секундным импульсом в пятьдесят «джи», что превышало их гравитационную норму почти в тридцать раз. Сброшенные ЭМИ бомбы скрыли вектор ускорения. Плюс сбили первичную наводку прицельных систем самоходных мин. Очень уж хитрые это были системы, которые сложно обмануть отключением маршевого привода.

Беспощадная система наведения отправила бы мину по последней траектории полёта затаившегося корабля. В зоне поиска включились бы активные сенсоры, которые были способны засечь даже малозаметный корабль. Даже реактивные ионно-плазменные двигатели не могли сильно отклонить корабль от первоначальной траектории.

Зная всё это, Коршун решил пойти на риск. Сбить первоначальную наводку и дать импульс ускорения в зоне электромагнитного шторма. При этом, лишь развернув бомбардировщик в область между минами и отключив все активные системы. На разгон пошёл только запас энергии с резервных накопителей. Мир их праху.

Чёткий тайминг – был залогом успеха экстремального манёвра. Помехи, разгон и резкое глушение энергоблока и всех систем: жизнеобеспечения, связи, навигации, компенсации перегрузок. Внезапный удар в пятьдесят «джи», а потом чувство невесомости на двадцать две минуты.

Долго, конечно, но при их скорости иначе бы и не вышло. Столько времени нужно было для того, чтобы пересечь границу периметра, изображая астероид, а потом удалиться на безопасное расстояние. Благо системы жизнеобеспечения лётных скафов имели достаточный ресурс. Плюс было нужно время на перезапуск системы питания.

– Запуск, – произнёс Вольт усталым голосом, нажимая кнопку пуска. Благо защищённые аккумуляторы обеспечили перезапуск без ручных манипуляций. Осуществить такое после манёвра было бы сложно. Перепад силы тяжести с полусотни стандартных единиц до нуля – немалая встряска для организма. Пусть он даже и геномодифицирован.

– Прекрасно. Вколи коктейль, надо прийти в себя.

– Принято, командир. Ну ты и псих.

– Сказал мой бортмеханик, – слабым голосом произнёс Коршун. Пилоту тоже пришлось нелегко, когда кровь резко ударила в голову.

Укол специального набора препаратов прояснил сознание. Экипаж бомбардировщика рассмеялся. Они выжили.

– Все системы в норме, командир.

– Отлично. Не засёк никого из наших новых друзей?

– Есть такое, командир. Идут над атмосферой с малым разгоном. Видны возмущения в атмосфере. Для сигнатур движков далеко.

– Значит, и нас не увидят. До каких пределов ускоряются?

– До стандартной орбитальной скорости, видимо. Похоже, они скоро отключат движки и просто долетят до зоны пуска ракет по инерции. Манёвр с подкрадыванием. Гасим? Поможем нашим.

– Нет. Пойдём другим путём. На дистанции от них пойдём. Разгон до полюса, потом тормозим до зоны перехода. При проходе над колонной врага сбросим сюрприз. Чтобы притяжение планеты его замедлило.

– Дай угадаю, командир. Подарок должен мягко состыковаться с противником?

– Верно, Вольт. Готовь пару сюрпризов. Нашим этот ход поможет сильнее.

– Принял. Но надо предупредить «Разящий».

– Уже не нужно. Радиомолчание пятнадцать минут – мины есть. Это обговорено. Более обстоятельный отчёт дадим через форпост на станции. Главное — подняться над полюсом. Сколько нам до него.

– Пятнадцать.

– Хорошо. Значит, через полчаса будем в другой системе.

– Помочь бы ребятам. Ведь оставляем их позади.

– Знаю, – прохрипел Коршун. – Но в нашей точке назначения тоже несладко. Весь этот сектор скоро полыхнёт.

Станция Каир-2 («Афина»).

Зал совета станции.

– По этим причинам я и решил к вам обратиться. Да, некоторые мои коллеги, возможно, будут не согласны, – Дюбуа бросил украдкой взгляд в сторону Пэй Линь, но китаянка лишь грустно покачала головой. – Диверсия неизвестных и видеосообщение из другой системы...

– Если это не способ рассорить нас в преддверии атаки с пиратами, то я не знаю, чем ещё это может быть, – сказала Пэй.

В зале, кроме неё были: Удав, посол Роуз, Дюбуа и Гамбини. Адъютант полковника, Тек, сейчас занимался тем, что согласовывал взаимодействие тех служб Союза и станции.

– Почему пираты? – прищурив серые глаза, спросил Гамбини.

– Мы обменялись с полковником кое-какой информацией. В том числе и слухами относительно коррупции в ВПК у меня на родине, – очень уклончиво, на взгляд Гамбини, ответила комиссар. Мишель задумчиво прищурил глаза, но пока решил не заострять на этом внимание. Хотя о прошлом китаянки до Патруля он даже по своим каналам ничего не узнал. И это о многом говорило.

– Плюс мне сейчас передали расшифровку сообщения с того корабля, что достиг полюса. Это бомбардировщик с крейсера ликвидационной команды, которая охотилась на пиратов. Минуту. Принимаю передачу.

Удав поднял в предупреждающем жесте ладонь. Никто не стал ему мешать.

– Хвала вашей паранойе, что вы с «Афиной» лишь состыкованы, но не подключены к коммуникациям. Эти диверсионные дроны уничтожили системы дальней связи в других посольствах, – Дюбуа ударил кулаком по столу.

– Подтверждаю, – вставила слово Даника Роуз. – Мы без связи и возможности вызвать помощь. Если вы, конечно...

– Это не обсуждается. Оборонные и другие возможности модуля в вашем распоряжении, – подал голос Удав, как раз закончив слушать сообщение по радио. – Тем более что новости очень плохие. Экипаж майора Ки́ло получил в результате штурма разведданные, что у пиратов есть мощная производственная база. Они собрали силы для атаки по всей буферной зоне.

– У пиратов что, целый флот? – охнул Дюбуа. Пэй вдруг почувствовала, что ей нечем дышать. Даника и вовсе побледнела.

– И притом современный, – добил всех Удав. – По большей части модульные сборные корабли, подходящие под класс фрегат или небольшой эсминец.

– Чёрт возьми, – Гамбини тоже почувствовал недостаток воздуха. – Только не говорите, что вам передали новость о том, что такие силы движутся сюда.

– Увы, но именно это мне и сообщили, – сказал Удав, активировав голограф в столе. Перед присутствующими появилось изображение планеты с отметками станции и множества пунктирных линий, которые тянулись от точки перехода с другой стороны. – Разведчик изучал подходы. Ближайшая точка заминирована. Противник разбил флот на несколько колонн. Они охватят станцию со всех сторон по линии терминатора. Потом, скорее всего, используют ракеты для атаки с дальней дистанции.

– Подавят оборону, которой и так нет, и возьмут нас на абордаж, – глаз Дюбуа дёрнулся. – Они ненормальные? Против них поднимутся все. Планетяне введут в зону корабли.

– А кто, по-вашему, их снабжал, Андрэ? – грустно и как-то потерянно улыбнулась Пэй. – Этот регион – лакомый кусок и для моей родины, и для Альянса. У меня и у посла Роуз дома хватает идиотов, которые верят в успех гипотетического конфликта. Почему не обскакать конкурентов? Тем более всё наверняка свалят на коллег полковника. Если бы они не дёргали пиратов, те не предприняли бы такую безумную атаку с кучей жертв.

Сказано это было с таким сарказмом, что все присутствующие, не считая Удава, удивлённо посмотрели на китаянку. Та будто была в истерике, а на глазах у неё были слёзы.

– Да плевать, что ваши идиоты там мутят, – вдруг рявкнул Удав. – Заминированы гипермаршруты, есть потенциальные цели для атаки, кроме нас и даже первые жертвы.

После этих слов все повернулись к рассерженному гиганту. Тот сразу пояснил:

– Экипаж Найтингейла и «Гриндер» атакованы. Много гражданских жертв. Но станция пока цела. Разведчик летит к ним для уточнения, но ваши ребята, хоть и понесли потери, держатся вместе с Варгом. И у них там полная жопа. Помощь к ним не придёт.

– А к нам? – спросила Роуз.

– Ки́ло вместе с командой «Разящего» спешит сюда. Но из-за мин они полетят через другую точку перехода.

– Какой смысл? – хмыкнул Дюбуа. – От ближайшей точки перехода лететь часов двенадцать, а эти прибудут часа через три-четыре. Мы и часа не продержимся.

– Нам нужно продержаться два часа. Ки́ло пойдёт с перегрузками. Плюс он рискнул вызвать корвет. Вы их «Пилумами» зовëте. У нас мало кораблей здесь, но помощь он вызвал. Однако к нам он рискнёт отозвать лишь один корабль.

– Два корабля, крейсер и корвет, против армады в двадцать фрегатов с кучей оружия? Ваш Ки́ло гений тактики или так уверен в победе? – спросил Дюбуа.

– Нет, он просто военный, который давал присягу и имеет простой приказ – пресекать пиратство. И он не гений тактики. Это старший офицер подразделения «Мрак», товарищ Варга. Но ваш клан знает его как Зверя Жеводана.

Услышав это имя, комендант отступил от стола и нервно сглотнул. Остальные тоже молчали. Все слышали о таинственном Черепе, который в одиночку перебил большую часть колониальной экспедиции Дюмонов.

– Вижу, вы прониклись. Тогда предлагаю не терять время. У нас минимум три часа до атаки. Проведём их с пользой. Я уже отдал приказы. Мои люди готовы к бою. Но нас мало, и мы одни не справимся.

Представители администрации станции переглянулись между собой, а потом подошли ближе к столу. Удав был прав. На станции несколько тысяч человек. Значит, работы предстоит много.

Но если уж солдаты «Армии Тьмы» на их стороне, то пиратов ждёт не лёгкая прогулка.

Глава 13. Последние приготовления

Добывающая станция «Гриндер».

Укрытие в церкви.

– Вы серьёзно сейчас? Мужик, ты же наш. Ты понимаешь, что корабль – это всё, что есть у таких, как я? – вскричал Хром, вскакивая с кресла. Дэн, который объяснил пилоту, что от него требуется по плану, только посмотрел на Джессику.

Девушка кивнула, открыла подсумок и выложила перед Хромом пластиковую распечатку с размашистой росписью и небольшую ёмкость. Открыв последнюю, Джесс высыпала на прикроватный столик несколько зёрен.

– Знаете, что это такое? На зуб пробовать не советую. Горьковатого и чистое золото грызть дешевле, – ехидно прокомментировала Джесс, когда заметила, что удивлённый Хром присел обратно на койку и потянул руку к коричневым зёрнам.

Глаза у рябого всклокоченного пилота готовы были выпрыгнуть из орбит. Найтингейл даже подумал, что это обычное состояние у тех, кто тесно сотрудничает с Призраками. Ну ещё и сотрясение мозга оттого, что очень часто приходится бить себя по лбу ладонью.

– Это то, что я думаю? – судорожно сглотнув, спросил пилот.

– Не знаю, о чём вы думаете, но конкретно тут ваша плата за участие в нашей операции. Вот расписка от нашего жутковатого друга, что он отдаёт это вам, а также его личный запас на «Афине». Весьма редкий биоматериал, – сказала Джессика, аккуратно собирая обратно рассыпавшиеся зёрна. Невероятный запах с нотками шоколада будоражил обоняние всех присутствующих.

– Я в деле, – очень быстро сказал Хром, протягивая руку к контейнеру. – Сколько у этого парня ещё осталось? Здесь всего грамм сто.

– Четыре с половиной килограмма его личного пайка, – включился в беседу Дэн. – Этого хватит, чтобы возместить потерю оставленного здесь транспортника, купить взамен новый и не один. Или...

– Или выкупить на клановой станции док и открыть мастерскую. Я знаю дома один.

Глаза Хрома заблестели. Дэн его отлично понимал: небогатый клановец получил предложение, от которого не откажешься. Им нужен пилот, но ни один пустотник не оставит свой корабль. Для него транспортник и дом, и источник пропитания.

Варг действительно хорошо понимал психологию потенциальных врагов. Потому смог очень точно просчитать реакции пилота. Да, брошенный на «Гриндере» транспортник возможно получится вернуть позже, но пустотники привыкли предусматривать все варианты. Если ты житель Пространства, то привык подсчитывать имеющиеся скудные ресурсы и планировать их расход.

Потому Варг, чтобы исключить эксцессы и заручиться поддержкой пилота, просто предложил Хрому, ну очень выгодный контракт. Кофейные деревья никто не выращивал, так как это было сложно и дорого. Только чахлые кофейные кусты, но при современных реалиях гидропоники, итоговый вкус полученного был не очень. Бедное население употребляло разные водорослевые чаи и синтетические заменители.

Однако некоторые корпы смогли создать моду на древний напиток, который прижился в элите Альянса. Выращивание богатых на вкус бобов требовало больше ресурсов и времени. Напиток реально был дорогим. Но, как помнила Джесс и заметил Варг, понты дороже. Несколько кило душистого кофе – целое состояние.

В случае успешного выполнения этого контракта на доставку Хром станет очень богат. По меркам простого клановца. Конечно, он в деле. И выложится до конца.

Дэн остался с пилотом для обсуждения подробностей, а Джессика покинула маленькую комнатку. Ей нужно было обсудить кое-что с другим человеком.

Человек – странное слово. Что другие люди из себя представляют, определяет не только внешность и атрибуты социального статуса, но и поступки. Это девушка осознала в течение последних лет.

Поступки Варга ей понятны, но вот мотивы...

* * *

– Найя, ты как? – один из детишек, которые столпились у кровати светловолосой девчушки лет четырнадцати, во все глаза смотрел на неё. Их всех в силу детского любопытства сильно интересовало, что же случилось с новенькой.

Несколько часов назад девочку начало сильно трясти. Это случилось почти сразу после возвращения Лиззи и близнецов Таллер вместе с отцом Сальваторе. Тогда встревоженный священник забрал девочку в дальнюю комнату, которую использовали как медкабинет.

Никто не знал, что случилось. Даже неприятный дядька-пилот Хром был встревожен. Отец Сальваторе ходил расстроенный. По его виду все поняли, что с новенькой Найей случилось что-то плохое.

Когда отец Сальваторе закрылся с Найей, все сильно волновались. Многие дети молились о здоровье новой подруги. Неожиданно неугомонная троица, близнецы и зеленоволосая Лиз, опять куда-то пропали. Самые любопытные заметили, как они потащили отца Сальваторе к главному входу в их укрытие.

Неизвестно, что там происходило, но вскоре в узкую спальную комнату с двухуровневыми койками в нишах стен вбежала Герти. Эта активная мелочь тянула за собой незнакомую девушку, которая была облачена в скаф техника. Многие сначала подумали, что это вернулась детектив Винтерс, но вновь прибывшая была белокожей, рыжей и зеленоглазой.

– Смотри, Джесс, тут мы и живём сейчас. Это Лия. Она увлекается ботаникой. Тим любит шахматы. Его никто, кроме отца Сальваторе, не может обыграть. Вивьен у нас тихоня. Ой, ребят, а у меня здесь вкусняшки. Знаете, кто их принёс? Тот самый дядя Варг, который нас спас. Джесс подтвердит.

Настоящие фрукты, хоть и сушёные, были деликатесом. Хоть их и можно было выращивать в гидропонике, но это требовало усилий. Вон у Лии есть домашний гидропонный блок, но там, что ягоды зелёные, а листики желтеют. Та умная, всё возится, но не может понять, почему так происходит. И со слов этой егозы, выдуманный ею с друзьями якобы добрый Призрак угостил их всех вкусняшками? Вот врунья белобрысая.

– Да, дети, привет. Я Джессика, офицер Объединëнного Патруля. Мы с моим командиром пришли вам помочь. И среди нас действительно есть... Один крайне необычный человек. Но он с нами и он... Отчасти хороший.

Джесс вздохнула, а Лиззи за её спиной просто вывела на общий экран для трансляции фильмов изображение с камеры у входа. Благо, что общая видеосеть позволяла это сделать. Дети дружно охнули, причём некоторые с испугом, когда увидели изображение.

Рядом с их обожаемым отцом Сальваторе шёл настоящий гигант в черно-сером пятнистом бронескафе. Самые любознательные из них и фанаты военного дела — знали, что это пиксельный камуфляж. Сама броня с элементами, напоминающими кости, в частности, грудную клетку и череполикий шлем, подтверждала слова зеленоволосой и близнецов. Ведь рядом со священником был один из жутких Призраков. Увешанный оружием вражеский солдат.

– Всё нормально. Он не единственный, кто с нами. Они решили заключить мир, – начала объяснять детям Джесс.

– Мы их победили, да? – радостно кто-то крикнул из задних рядов.

– Хотела бы я посмотреть на того, кто сможет Варга победить? – тихо пробормотала Джессика. – Нет, дети. Всё сложнее. Они просто решили не воевать.

– А почему? – снова последовал вопрос. Теперь от маленькой девчушки с игрушечным жирафом в руке.

Джесс ненадолго задумалась. Ответ детям, которые не понимают тонкостей межзвёздной политики, должен быть прост, понятен и без двусмысленностей.

– Они просто устали оттого, что мы не можем победить. Им стало скучно, и они так больше не играют, – наконец смогла выдавить Джессика. Лиз и некоторые старшие прыснули в ладони, а малышня важно закивала. Это им было понятно.

Дети потянулись за лакомством, которое принесла Герти. Вскоре все познакомились и с бравым капитаном Найтингейлом. Он вместе с отцом Сальваторе и мрачным Призраком что-то обсуждал в комнате настоятеля.

Сейчас капитан общался с вечно всем недовольным пилотом. Перед этим все увидели, как отец Сальваторе и Джессика принесли и положили на кровать Найю. Девочка не спала, но выглядела тихой и усталой. Потом в пенале спальни показался тот, кого дети побаивались, но хотели увидеть.

Появившейся в дверном проёме Варг заставил всех замолчать. Пригнувшись, Призрак вошёл в тесную комнату. Его голова в шлеме касалась низкого потолка.

– Варг, спасибо ещё раз за помощь. Вы хотели обсудить наши дела? И вам нужно ещё место для отдыха. Пойдёмте в запасную комнату. Поговорим.

Отец Сальваторе позвал за собой могучего воина. Все дети, кроме проказливой Герти, сидели тихо. Неожиданно Варг замер у гидропонного бокса Леи. Наклонившись ближе и убрав светозащитную шторку, Призрак стал рассматривать чахлое растение. Посмотрев инфотабло, гигант осуждающе покачал головой

– Падре, вы бы хоть азы почитали. Прожилки же зелёные. Значит, здесь нет недостатка магния. Калия больше нужно, – проскрипел здоровяк, клацая по клавишам. – Да и яркость убавить надо. Засохнет всё. Всему вас учить надо, нормалы.

– Это моё растение, – вдруг пискнула Лия. Воин молниеносно повернул голову на звук, смерил девчушку взглядом и отвернулся.

– Тогда ещё терпимо. Но за калием следи. И вообще, потом, если и когда выберемся отсюда, подойди. Объясню пару вещей.

Далее Варг и отец Сальваторе скрылись, Джессика отошла, а дети начали расспрашивать тихую Найю. Но Лиз на всех шикнула, сказав, что новенькой нужен отдых.

Вернулась Джессика и прислонилась к стене у входа в комнатку, где говорили священник и Призрак.

– Всё в порядке, святой отец? – спросила девушка у Диего, когда тот вышел, – Хрома мы убедили. Дэн обсуждает с ним детали. На вас лица нет.

– Всё нормально, – священник осмотрел кровати вдоль стен с грустной улыбкой. – Просто наш общий знакомый уточнял некоторые вещи. Относительно прошлого. Как понимаю, искал ещё какие-нибудь зацепки. Весьма дотошный юноша. Если он молод, конечно. Ведь он решил идти туда один.

Священник оглянулся на дверь. Джесс посмотрела в сторону помещения, где Варг готовился к бою. Скорее всего, воин ещё и дополнительно протоколировал некоторые моменты. Диего Альварес был важным источником информации.

– Этого у него не отнять. Насколько я знаю, он ветеран среди своих. Он сильно занят? Мне надо с ним кое-что обсудить относительно предстоящей операции.

– Понимаю, – прикрыл на мгновение глаза Диего. – Я понимаю, что предстоит вам и Хрому. Хотел бы я быть на вашем месте, но у нас с вашим капитаном другая задача. Надо покончить с прошлым.

Попрощавшись с девушкой, Диего ушёл. Немного постояв под дверью, Джесс нажала кнопку вызова на дверной панели.

* * *

– Кто там? – произнёс Варг. Пистолет под рукой, а мощное тело легко и без шума переместилось с ящика, который заменял здесь стул. Мебели в этой комнатушке не было: контейнеры, столик и спальный мешок.

Варг, сидя за столом с разложенным снаряжением, медитировал. Шлем лежал рядом.

– Это Джесс. Надо кое-что обсудить наедине.

Нажав на кнопку, воин впустил девушку.

– Проходи. Только здесь темно. Решил дать отдых глазам. Могу включить.

– Если немного, – сказала Джесс, переступив порог. Дверь за её спиной закрылась. – Я принесла тебе пакет для перевязки. Ты был ранен.

В её руке действительно был пакет. Варг с лёгкой улыбкой рассмотрел повод для встречи. Интересно, что она хочет узнать?

Повернув выключатель на низкий уровень освещения, Призрак махнул рукой к столу:

– Присаживайся на ящик. Стульев нет. Я тут со снарягой вожусь. Чувствую себя нормально. Мне не нужна перевязка.

– Но я настаиваю. Мне будет спокойнее, если я точно буду знать, что в невесомости у тебя не откроется рана. Сам знаешь, что в отсутствии силы тяжести и заживление идёт сложнее, и осложнения неизбежны.

– Ладно, – согласился Варг. – Руки и нога задеты слегка. Регенерация уже подзатянула ранения. Могу ими без обезболивающего двигать.

Пододвинув ближе ящик, воин сел на него. Расстегнув застёжки, Варг снял повреждённую разгрузку и передний защитный щиток. Ещё пара быстрых движений, и молекулярная застёжка подскафника расходится, открывая доступ к телу.

Раскрыв нижний слой защитной одежды, девушка застыла в удивлении. Всего несколько часов назад кожа на рельефной груди и животе была в чёрных отметках от синяков. Сейчас они или исчезли, или приобрели разную степень оттенков серого.

– Ай, – спокойным голосом сказал Варг, когда ошарашенная девушка резко сорвала пластырь с раны в районе левого подреберья. Только чудом не были задеты желудок или селезёнка. – Я ведь говорил, на нас всё быстро заживает.

Взору предстала чёрная точка на месте пулевого ранения: корка на намечающемся рубце и лёгкое воспаление вокруг.

– Обработаю на всякий случай, – сказала девушка, разрывая упаковку.

– Как хочешь, – улыбнулся беловолосый воин. Чёрные глаза без зрачков пугали. – Я думал, что это формальный повод для разговора?

– В какой-то степени да. – Джесс вытерла область вокруг раны специальной салфеткой, обрызгала рану антисептиком и достала новый биопластырь. – Думаю, хоть кто-то должен был задать тебе этот вопрос.

– Согласен, – серьёзно сказал воин. – Я, а значит, и мой народ, знаю, что все ваши импланты человеко-машинного интерфейса имеют закладку. Применяя вшитый аппаратный ключ, мы можем уничтожить в один миг и вашу армию, и ваше общество. И хоть мы с Феном и сделали вместе уже дважды опробованный антивирус, веры нам нет. Тем более когда у нас на руках такая власть.

– Эм, – Джесс удивлённо замерла, а потом неожиданно повернула шлем Варга лицевой частью к стене. – Не хочу, чтобы он смотрел.

– Там камеры кругового обзора и сверхчувствительные микрофоны.

– Да? Ну, ладно тогда. Просто пусть так стоит, мне спокойнее.

Варг сжал губы, а грудная клетка задёргалась. Воин сдерживал смех.

– Чего смешного?

– Ты никак не отреагировала на мои слова насчёт абсолютной власти, но смущалась, что Фенрир мог подглядывать. А как же Хати? Или он теперь Хатико?

– Второй вариант. Ну, ты, конечно, поднял важную тему, но я думаю, что тебе можно в этом плане доверять. Возможно, что это больше Дэна волнует, но он молчит. Я здесь по другому вопросу, Варг. Хочу, наконец, поговорить откровенно. В той мастерской нас неожиданно прервали. Кстати, бегло изучив ту книжку Кловиса, а также мнение этих уродов о вас, я и поняла, что вам можно доверять. Да и Дэн – очень непростой человек. Поверь, он давно прочитал то, что ты прячешь под маской. Плюс он знал о сделке твоих предков и основателей Макинтайров. Теперь и я примерно понимаю, через что прошли твои предки и почему вы изменили себя. А пожив среди кланов, я понимаю, что было потом.

– Тогда о чём ты хочешь поговорить? Времени у нас не очень много, – заинтересованно склонил голову к плечу Варг.

Его собеседница глубоко вздохнула, облизнула подсохшую губу, а потом решительно посмотрела в глаза воину:

– Это говорит о твоём народе, его идеалах, которые ты разделяешь. Всё это ничего не говорит о человеке, который принял имя Варг. Волчье имя. Ведь тебя не так назвали при рождении, правда?

– Допустим, – уклончиво ответил воин. Лицо Варга напоминало маску. – Что ты хочешь узнать?

– Я помню, что моя жизнь изменилась девять лет назад. Недавно я узнала, что ты не виноват в том, в чём я тебя обвиняла. Мой отец жив. Мать далеко, и я ради её безопасности почти не общаюсь с ней. Но все эти годы меня сжигала изнутри ненависть.

Джессика остановилась, переводя дух.

– Так что ты хочешь обо мне узнать, Джессика?

– Что такого случилось, что в мире появился человек, назвавшийся Варг? Я не сразу поняла, но потом вспомнила, что тебя будто бы сторонились даже твои соплеменники. Словно ты их пугал. Или был неудобен.

– Зачем тебе это знать? – глухо произнёс Варг. Без модулятора — голос воина звучал совсем по-другому: глубокий, сильный, мелодичный. Джесс поймала себя на мысли, что ей нравится его слушать.

Ответ девушки сильно удивил воина.

– Это глупо, но...

Дальше был весьма сбивчивый и сумбурный монолог. И относился он совсем не к предстоящей операции. Вот, верно говорил кто-то из инструкторов, что нормалы не о том думают. И добавлял, что гражданские особенно, а их женщины ещё больше.

Варг какое-то время помолчал, а потом пристально посмотрел в глаза девушки. Еë лицо было печально. Боец понимал, что она сейчас просто себя терзает этой навязчивой идеей. И совсем фигово, если эти лишние мысли будут у неё в бою. Можно, конечно, поступить грубо: накричать, приказать, отшутиться, но...

Женщины, ну почему у вас всё так непросто?

– Да. Не так я себе обычно представляю подготовку к бою.

Административный сектор.

– Тупой ублюдок!

Мощным ударом Гао сбросил монитор со стены. Ему хотелось крушить всё вокруг после последнего сеанса связи с Наставником. Именно в адрес последнего и предназначалось ругательство. За такие слова дома Искатели пришли бы за головой азиата с обвинением в ереси.

Долбаный преподобный Джером Кёртис. Тот, кто в этой части вселенной был известен как Гао Девять Драконов, террорист, наёмник или борец за свободу, — с яростью сжимал кисти в кулаки. Выброс адреналина бушевал в крови убийцы.

Неожиданно острая боль пронзила лоб, и мужчина приложил ладонь к вертикальному шраму, массируя его. Правый уголок рта скривился от боли, придавая второму шраму более уродливый вид.

Убрав трясущиеся руку от лица, азиат сделал несколько глубоких вдохов и подошёл к зеркалу в углу комнаты. Посмотрев на своё отражение так, будто видит его впервые, мужчина прикрыл глаза. Да, своё отражение Гао видел раньше. Вот только он почти уже забыл, как выглядит его настоящее лицо...

Спецслужбы Земель Святой Истины имели свою иерархию и табель. Пилигримы были одиночками, которые лишь собирали информацию о внешних и внутренних врагах, проникая в их ряды.

Пастыри были локальными командирами и агентами влияния. То есть теми, кто отвечал за конкретную ячейку, боевую команду. Как одноимённый служитель церкви за свой небольшой приход.

Проповедники были координаторами больших операций. Координаторы, которые на месте определяли стратегию действий и следили за тактическим выполнением на местах.

Наставник Кёртис был из другой структуры. Даже не военной, а скорее политической, хотя его ранг позволял ему отдавать приказы армии. В этом и состояла проблема – внутренняя борьба за власть среди иерархов, подковёрные игры.

Обо всём этом будущий Проповедник узнал после рейда отряда детей Проклятого. Те пришли за какими-то еретиками. Работали тихо, без шума. Отчасти это и спасло будущего агента влияния. Стреляй тот Череп не тяжёлой пулей с цельнометаллической оболочкой, а подкалиберной, что оставляет пластиковые поддоны и звук выстрела которой нельзя заглушить, то всё сложилось бы иначе.

Защитники веры дома, часто под забралом скафандра, носили церемониальные лицевые маски. Металлические. Выстрел в шею не оставил бы воину шанс на спасение. Однако низкоскоростная тяжёлая пуля, пробив забрало скафа, изменила траекторию. И маска спасла, обеспечив рикошет. Но шрам остался до сих пор.

Официально в тот день все солдаты, которые столкнулись с Черепами, умерли, но ему повезло. Он проснулся на базе тайной епархии и получил предложение, от которого нельзя было отказаться: принять облик захваченного террориста, занять его место и обеспечить грядущий успех сил защитников веры в грядущем Крестовом походе.

Такие, как Гао всегда были на прицеле у сил Искателей, или Инквизиции, как эту службу иногда называли. Такие не верили до конца в идеалы Истины, были потенциальными смутьянами, дельцами чёрного рынка. И идеальными агентами влияния в землях еретиков.

И уже долгие годы тот, кто принял имя Гао, а также его безымянные соратники приводили план в действие. Готовили ловушку для крупных государств в этом регионе, а сам Пастырь почти достал ультимативное оружие против неверных. Но отродье Проклятого, мерзкие Призраки всё испортили. Они и их таинственные Древние.

Никто дома не ожидал такой фортель со стороны этих мутантов. Заключить мир с другими еретиками, притом их заклятыми врагами со времён Земли. Ведь иерархи догадывались, от какого поганого народа произошли эти выродки с чёрной кровью.

С трудом выстроенный план затрещал по швам, и дома заволновались. Выпестованные силы пиратов стали таять, но явился не опытный военачальник, а грёбаный идиот Джером Кёртис.

Было несколько вариантов развития событий в разрезе противостояния Призракам и их рейдам в буферной зоне. Одним из них был план пожертвовать меньшим. Сдать мелких пиратов и прекратить рейды. После этого Призраки должны будут убрать свои силы. Если верить их новой дипломатической доктрине.

Далее происходит внедрение добытой и доработанной программы для инициализации беспорядков и облегчения проведения грядущего Крестового похода. Только тогда должен быть реализован вариант «Тортуга». И только для отвлечения и уничтожения сил флотов крупных государств и облегчения захвата их планет. Вводить в действие этот план сейчас, стараясь обеспечить его работу в течение пары лет, было безумием.

Но именно данный вариант запустил недоумок Кёртис. Этот дебил даже не хотел слушать ничего из выкладок аналитиков. Он безоговорочно уверен в успехе и привёл в беседе с Гао самый убойный аргумент. Пастырю хотелось выть от безысходности.

– С Божьей помощью, мать твою?! Лицемерные ублюдки! И с мантии летят жемчужины в песок! Вы реально верите, что существуй Творец в действительности, он будет вас за всё это в жопы целовать?! Похерить к чертям столько лет работы!

Последние слова азиат прокричал, пнув со всей силы стул. Предмет мебели отлетел к стене. Его пластик треснул, а немного успокоившийся Гао сел в кресло и протянул руку к тактическому планшету.

– Значит, так, да? Тогда переиграем сюжет. План Б. Хотите, чтобы всё здесь взлетело на воздух, преподобный Кёртис? Да будет так. Но немного иначе.

Изучив данные с планшета, Гао взял в руки коммуникатор. Хорошо. Вне зоны блокировки у него ещё есть верные люди.

С первым абонентом Гао определился быстро:

– Капрал Дукворт, у меня есть для вас задание. Высылаю координаты и описание цели. Нужно изъять и доставить в точку эвакуации. Время поджимает. У вас максимум два часа.

Наёмник в ответ прислал лишь текстовое подтверждение. Четвёрка бывших морпехов из группы покойного Лероя должна будет закончить то, что не успел доделать этот мелкий садист.

– Дерек, у меня новые приказы для наших зверушек. Они должны разделиться. Одна группа продолжает поиск Призрака, а вторая отправится сюда.

Гао отправил координаты новой цели уцелевшему помощнику Профа. Хорошо, что этого головастого отправили с курьером. Жаль только, нельзя того отправить сразу на родину. Но это забота Проповедника, который сидит в Альянсе.

Последний адресат был очень важен. Если не получится найти иной путь, этот трус станет ключом Гао к спасению. Иронично.

– Марк, зайди ко мне. У меня есть важная информация для тебя. Но сначала вопрос. Ты хочешь жить? Избежать ареста? Если ты ещё не понял, то кое-что круто изменилось. Каково это — ощутить себя расходным материалом?

Не слушая ответ Роуллинса, Гао отключил ком и склонился над схемой станции. Призрак пропал без следа. Это беспокоило. Когда рядом бродит машина для убийств, то сложно сохранять спокойствие.

– Ничего. У меня и для тебя сюрприз найдётся. Или ты просто отправишься в Ад вместе с этой станцией, Варг.

Станция Каир-2 («Афина»).

Зал совета.

– Вот такой у нас расклад. Генераторы в порядке, но распределительная сеть серьёзно повреждена. Там остался спёкшийся ком из трансформаторов и шин питания. Есть орудия, но они не могут стрелять. Нет дальней связи ни на станции, ни в пристыкованных моделях. Но там дроны-камикадзе попали именно в контуры связи. С корветами Патруля и защитными перехватчиками ситуация не лучше. Корабли есть, но они заперты в ангарах. Внешние створки тяжёлые и прочные. Их и резать сложно, и сдвинуть без гидравлики нельзя. Мы беззащитны перед нападением. Единственные, кто сохранил оборонный и боевой потенциал, это силы Союза. И я надеюсь, что тот корабль, который прошёл через точку недавно, не принёс дурных вестей.

Вытерев испарину со лба, Дюбуа положил на стол указку, которой он показывал на голограмме станции проблемные точки. В зале совета присутствовали все: Пэй Линь, ошарашенная Даника Роуз, шеф Гамбини, а также Удав, его адъютант Тек и офицер Щитовиков по имени Бур. С последнего, в силу обстоятельств, полковник снял взыскание и восстановил в звании командира сил «Защитников». Игры кончились...

– Новости самые поганые, – взял слово Удав. За пару минут командир Призраков рассказал о находках, которые сделали силы ликвидационных команд Союза. Обследование останков пиратских кораблей в последних стычках и некоторые записи навели старших офицеров на мысль, что рейдеры не так просты. Структура некоторых экипажей и принятые на атакованных базах правила напоминали армейские. И это среди братии, которая должна быть себе на уме и состоит из асоциальных элементов.

– Наёмники? – задал резонный вопрос Гамбини.

– Частично да. Скорее инструкторы и сила, которая держит этот сброд в узде. Но ещё и куча обычных отморозков, которые хотят попытать удачу, – включился в беседу Тек. – Они ещё и прикрытие, которым не жаль пожертвовать. И источник перспективной живой силы. Вот только в последнее время эти ребята стали торопиться, передислоцировать силы. Часть зачищенных нами баз была эвакуирована в большой спешке и подготовлена к взрыву. Но наши военные смогли найти некоторые записи, которые их сильно обеспокоили. На захваченном фрахтовике не сработала встроенная втайне от экипажа система самоуничтожения.

– А теперь поподробнее? – подобрался шеф полиции. – Эта братия любит жизнь. Они скорее сдадутся планетянам, чем взорвут реактор. Те их не казнят на месте, а отправят на каторгу.

– Минутку. Тек, я здесь закончу, а ты пока займись подготовкой к обороне. Пафосу я отдал приказы. Поднимай всех: новичков, ветеранов. Вскрывайте все арсеналы. Полный боекомплект на истребители. Даже шагоходы расконсервировать. И пусть технари свяжутся с людьми коменданта. Если что-то можно восстановить, то это должно быть приведено в порядок. Бур пока останется со мной.

– Есть, товарищ полковник. Хм, Пафос опять нудить начнёт насчёт трат, – заметил Тек.

– Не начнёт. Он даст подзатыльник, что мало взял. Сунет в руки ещё пару цинков и упаковку гранат, а потом даст ускоряющий пендель в направлении передовой.

Явно удивлённый Тек, переглянулся с Буром, тот выразительно развёл руки.

– Мы в полной жопе, – заметил Тек. – Жалею, что мы Варга отослали. У этой паскуды просто талант в таких делах и богатая больная фантазия. По себе знаю.

Последние слова адъютант произнёс у выхода из зала. Шефа Гамбини заинтересовала данная фраза. Были у него подозрения относительно этого человека. Но не время и не место. Им бы выжить для начала.

Дальнейший рассказ Удава был краток. Ликвидаторы направили скоростных разведчиков в ближайшие системы. Благо, в силу своей физиологии, Призраки могли переносить куда большее ускорение. В одной из систем разведчики наткнулись на фрегаты с модулями минных тральщиков. Их уничтожили и потом допросили выживших. Тогда и стало ясно, что лидер пиратов неожиданно решил начать войну.

– Они собирались блокировать ближайшие к буферной зоне точки перехода. Разрушали логистику. Если бы силы Вестингаузов или любого другого флота попробовали там пройти, то подкрепление бы уничтожили. Мин у них много.

– Боже, да они могут блокировать регион и установить здесь свою власть, – прошептала шокированная Даника Роуз, приложив ладонь ко рту. – Здесь работают граждане Альянса. Президент будет просто обязан ввести сюда войска. Даже в нарушение договоров.

– Как и Конфедерация, – добавила мрачная Пэй.

– Кланам это не понравится. Плюс кто-то явно пытался распустить слухи, что тут замешаны войска Союза. Это будет...

– Долбанная бойня и самая крупная мясорубка со времён периода расселения, – прервал девушку Дюбуа. – И мы первые, кто встретит бурю. Эти уроды даже могут организовать здесь своё государство. Откуда только у них такие силы?

– Деньги корпораций Альянса и некоторые военные технологии от наших предателей, – сказала Пэй. В голосе комиссара было столько боли, что все посмотрели в её сторону.

– Такое ощущение, что вы знаете больше, чем рассказали ранее, – прищурил глаза Мишель Гамбини. – Комиссар Линь, напомните мне, а кем вы были до Патруля? Я что-то запамятовал.

– Да вы и не знали, Мишель. – Китаянка повернула голову в сторону мужчины. – Я не говорила. Официально — полиция, но на самом деле я была старшим следователем в СНБ. Руководитель специальной группы.

Присутствующие, не считая гигантов в чёрной броне, переглянулись между собой. Даже Гамбини был впечатлён. Служба Народной Безопасности – всемогущая тайная полиция у Драконов. В её ведении была борьба с коррупцией, шпионажем, сепаратизмом, антигосударственной деятельностью, терроризмом и многое другое. Отправить оперативника в ранге старшего следователя в Объединённый Патруль, пусть и комиссаром... Да это как на космолёт ставить золотые заклёпки – круто, но не по адресу.

– Меня убрали после гибели моей группы, а оставшиеся друзья отправили сюда. Подальше от родины и некоторых людей, – сказала Пэй, которая поняла общий настрой. – Мы подобрались очень близко к разгадке, нас решили убрать. Выжила только я.

– К чему вы подобрались? – неожиданно задал резонный вопрос Бур. Китаянка посмотрела на здоровяка. Раньше эти чужаки её раздражали, а сейчас они вместе обсуждают заговор в буферной зоне.

– К заговору. Кое-кто, ныне таинственно умерший, получал взятки из Альянса. Но они шли не им в карман. Пропажа различного сырья и кража архивных проектов кораблей, которые легко строить. – На стол легла карта памяти. – Здесь общие характеристики. Храню с тех времён, хотя это и незаконно. Два проекта универсальных модульных фрегатов. Легко строить, простые в управлении, сменные блоки гибко меняют функциональность – идеальные рейдеры. Кто-то явно начал их собирать и обучать людей. Мы думали, что кто-то готовит сценарий с сепаратистами на нашей территории.

– Ну предки альянсовцев этим в конце двадцатого веке часто грешили, – хмыкнул Бур, но на него цыкнул Удав. Даника недовольно сморщила милый носик, а остальные присутствующие криво усмехнулись.

– Но вы ничего не нашли, а мятеж в Конфедерации и через столько лет не случился, – кивнул Гамбини. Он скорее утверждал, а не спрашивал. – Зато нашли его следы здесь.

– Вы хороший опер, Мишель. Да, всё именно так. Мы ведь получили отчёты от наших новых союзников о проведённых ими зачистках. Некоторые имена уничтоженных пиратов явно относились к тому моему делу. Совпадение могло быть в паре имён, но не паре десятков. Поэтому я и решила сейчас рассказать о старом расследовании. Данные у меня остались с тех времён.

– И насколько всё плохо по вашим данным? – снова подключился к беседе Бур.

– Вам честно или приободрить? – попробовала пошутить китаянка. Но, увидев напряжённые позы обоих оставшихся Призраков и сосредоточенное лицо Мишеля, Пэй сразу же стала серьёзной. – Ещё несколько лет назад были похищены копии чертежей фрегатов типа «Фидель Кастро» и более тяжёлого «Линь Бяо», сменных модулей разного назначения. Кроме них, были похищены образцы космических мин Тип 67 и документация к ним. Также при перегоне между планетами в одной дальней системе пропал контейнеровоз, который перевозил разобранную верфь четвёртого класса. У неё стандартно идут два закрытых атмосферных дока для проведения сборки основного корпуса кораблей длиной до ста метров. Десять внешних решётчатых ячеек для монтажа и ремонта внешнего оборудования, обшивки. Похищенных ресурсов, с которых началось наше расследование, хватило бы на сорок вымпелов, если указанные типы строить поровну.

В помещении повисла тишина. Был слышен даже гул нагнетателей в вентиляции.

– Они вам хоть что-то оставили или унесли всё до заклёпки? – спросил ошарашенный Дюбуа. Остальные чувствовали себя не лучше.

– Снятие копий чертежей комиссия не подтвердила. И всем было плевать, что наш подозреваемый погиб. Очень удачная авария городского поезда с кучей жертв. Пропажу корабля с разобранной верфью признали простой космической катастрофой, а не угоном. Моя группа нашла косвенную связь во всех случаях. После этого моих людей ликвидировали силами преступников, а мне вменили преступную халатность и некомпетентность. Дело было политическим, потому несмотря на возможную угрозу, всё замяли.

– Нормалы! – проскрипел Бур. Казалось, что если бы не шлем, здоровяк бы сплюнул. – Любите вы себе жизнь усложнять. Но одного не пойму: они украли ресурсы, а не производственную базу. Как они собирались их строить? Это военные корабли, продукт высоких и передовых технологий.

– Не в данном случае. – Пэй вставила карту в слот, и голограмма над столом сменилась на трёхмерную схему некоей решётчатой конструкции, которая напоминала и набор фермы моста, и конструкцию небоскрёба, если бы те ещё строили под купольными городами. Лишь проекции альфаритового ядра, гравитационных двигателей, присоединяемых к конструкции жилых контейнеров и систем вооружения, говорили об одном: это боевой корабль. – Это проект массового наращивания флота на случай глобальной войны. Основной набор корпуса могут собирать люди с квалификацией строителя, а не докера. Гравикомпенсаторы так и так снимают нагрузку. Системы управления примитивны и рассчитаны на массовый призыв резервистов и новобранцев.

– Чёрт, движки можно снять с кучи фрахтовиков, а системы вооружения не самые передовые. Да, пусть устаревшие, но эффективные в ряде случаев, – покачал головой Дюбуа. Клановца невзрачный проект впечатлил. – Он развалится при проходе через плотную атмосферу, но там он и не нужен. Назначение таких красавцев, – патруль, эскорт и пикет в дальних системах, а не линейный бой. И вы, планетяне, додумались до такого изящного решения, а мы, дети Пространства, нет. Моё уважение вашему народу Пэй.

– Вспоминая то, как оснащались корабли Патруля, могу сказать, где они брали вооружение для этих модулей, – неожиданно сказала Даника Роуз, привлекая общее внимание. – Утилизировать в том же Альянсе старые системы дорого. Проще реализовать этот хлам по бросовым ценам. Те же «Тектроник Дефенс» продадут устаревшее, но ещё боеспособное вооружение, даже кланам. Лишь бы хоть как-то реализовать неликвид. Да и некоторые кланы могут продать оружие частникам. Охотникам на пиратов или другим кланам.

– Mierde! – с чувством по-французски выругался комендант Дюбуа.

– И мы получаем, пусть и флот кораблей одного класса, но разношёрстный по оборудованию. Ну, это нам не поможет, – Гамбини печально усмехнулся, рассматривая схему вертикальной конструкции, где двигатели были внизу, а отсеки экипажа и вооружения располагались выше. – Если бы Союз не был на нашей стороне, я бы сказал, что вся ситуация напоминает планы кого-то со стороны устроить хаос и поживиться. Но основные игроки все здесь и попадают под раздачу. Странно. Неужели кто-то решил организовать здесь своё личное царство?

Гамбини не мог знать, что от его слов пот прошибает здоровяков в чёрных доспехах. Призраки отлично понимали, кто может быть новым игроком на поле. Доклад Коршуна, который они уже отправили в штаб, прямо говорил, насколько всё плохо. Вот только помощь из дома придёт нескоро...

– В любом случае это уже не борьба с пиратством. Это настоящая война. И еë лучше поручить настоящим профессионалам. Тем, кто малыми силами может даже превосходящие силы флота Альянса по своей орбите размазать тонким слоем.

Произнеся эти слова, посол Роуз обвела взглядом представителей станции, а потом повернула голову в сторону гигантов в чёрной броне. Дюбуа, Пэй и Гамбини переглянулись между собой, кивнули, а потом также посмотрели на Удава.

– Мои люди в полном вашем распоряжении. Правда, корабли заперты, но мои парни и девчонки так просто не сдадутся, – твёрдо сказала Пэй.

– Мы клялись служить и защищать. У нас контракт. Да и мои ребята не имеют иллюзий относительно того, что здесь сделают пираты, если возьмут станцию штурмом, – кивнул Гамбини.

– У меня в подчинении представители всех наций, как и у Мишеля с комиссаром. Немало клановцев, а у нас девиз простой – мочи пиратов. И я всем объясню, почему на период инцидента вы главные. Чего у вас не отнять, так это того, что вы демоны войны. Принимайте руководство обороной, полковник.

Удав подошёл к голопроектору и вызвал схему планеты и станции на её орбите. С противоположной стороны были отмечены линии минных полей, которые окружали точку перехода. Вокруг газового гиганта тянулись линии траекторий маршевых колон пиратского флота.

– Значит так. Мои ребята уже выдвинулись на помощь вашим техникам. Но даже если мы запустим системы обороны станции, то это нас не спасёт. Нас просто обстреляют с дальней дистанции ракетами. Стандартный манёвр. Пуск ракеты, они отключают двигатели и летят по инерции незамеченными. На финальном участке они активно маневрируют, запускают обманки и отстреливают боеголовки. При массовом залпе ПКО просто задавят. Лазеры возможно есть, но, вероятно, немного и у нас есть в модуле дисперсная защита. Станцию прикроем.

– Но бой на дальних дистанциях мы не потянем, – мрачный Дюбуа сверлил схему взглядом.

– А нам и не нужно этого делать, – неожиданно сказал Бур. Удав и остальные посмотрели на здоровяка, но тот не стушевался, а внимательно посмотрел на схему. – Нам нужен бой по нашим правилам, с учётом наших сильных сторон. Комиссар, ведь эти лоханки, как и обычные фрахтовики пиратов, не несут десантные суда?

– Нет. Там мало места. Они могут сбросить десант в скафах на ракетных ранцах. К чему вы это ведёте?

Однако Удав уже понял, что имеет ввиду его подчинённый. Но пока полковник решил дать слово своему офицеру, а сам он связался с модулем Союза, который снова готовился выполнять изначальную роль – космический форпост.

– Зал для спарринга мраковцев. Неудобный ландшафт, который может быть или препятствием, или преимуществом. У нас не хватает данных разведки о силах и вооружении врага, лишь общая информация, но мы знаем их преимущество. Суть любой эффективной военной доктрины — в использовании своих сильных сторон и нивелировании плюсов противника. Использовать местность, менять расположение войск, вести радиоигру и применять другие приёмы, которые помогут поменять расклад.

– И что же помешает пиратам расстрелять нас с дальней дистанции? – задал резонный вопрос Гамбини.

– Их суть, – просто сказал Удав. – А ещё предполагаемая глобальная цель – захватить ключевого объекта буферной зоны для установления контроля. Создать горячую точку или региональную державу. При таком раскладе нужно ли им уничтожать станцию?

– Нет, они должны её захватить, – поняла всё Даника. – Они пойдут на абордаж.

– И с учётом наших сил они явно взяли большой десант. Если не сработали бы диверсанты, то такое число орудий должно было проредить системы защиты.

– И потом пойдёт десант, – понял Дюбуа. – Корабли подойдут близко, чтобы сбросить абордажные группы. Может, даже пойдут на стыковку.

– И тогда мы встретим их на наших условиях, – закончил мысль Удав. – Как говорит наш общий знакомый Варг, мы бы устроили им вьетнамские флешбэки. Вот только при таком раскладе преимущество за моими ребятами. Даже если у пиратов есть тяжпехи.

– То есть мы провоцируем пиратов на сближение и абордаж? Это план. Только не все корабли пиратов могут подойти. Даже половина тех сил может нанести нам серьёзные повреждения, – Дюбуа показал на схему фрегата.

– Так и мы не будем всё ставить на один вариант. Сделаем так...

Показывая на схеме нужные точки, Удав начал рассказывать свой план.

Добывающая станция «Гриндер».

Укрытие в церкви.

В кладовой, где сидели Варг и Джессика, было тихо. Девушка задумалась над рассказом воина.

– Не понимаю тебя. У тебя есть повод для ненависти, но ты остановился? В том бою ты мог всех убить, но не сделал этого. Почему? Я хочу понять. Я...

– Ты понимаешь, что сейчас ты на моём месте, – кивнул Варг. – Была ненависть, которая помогала жить и двигаться вперёд, но она исчерпала себя. Ты страдала, как и твоя мать, когда твой отец пропал. Вот он нашёлся, а его убийца оказался тем, кто на самом деле сохранил ему жизнь. И картинка мира сломалась, так?

– Да. Ты увидел в своих врагах людей?

– Конечно. И ещё я понимал, что мои решения огорчили бы и моих приёмных родителей, и наставника. Мать и отец проводили исследования для всего человечества. Это, если честно, единственное, что я не могу принять до конца – поделиться их исследованиями. Но ради них, их наследия, мечты, я не буду против. Да и наставник, Древний, многое мне дал. Может, он знал моего прототипа, может, просто видел проблемного солдата. В «Мраке» многие были из числа потерянных. Нам дали цель – защитить народ, а потом тихо и незаметно выжгли нашу ненависть. Выковали из нас оружие, но оставили людьми. Хотя мою жестокость на полюсе не забыли и не дают лишней власти. Я до сих пор старший лейтенант по званию, а сейчас и вовсе инструктор.

Джессика рассматривала лицо воина. Варг явно был печален, что не вязалось с его обычным циничным образом.

– Миша на станции мне говорила, что в Колониальной пехоте их учили не видеть в противнике человека. Лишь цель. На «Афине» ей было поначалу тяжело среди Драконов и соплеменников Дэна. Она Питу долго не доверяла, как и Вэю. А потом она сказала, что не пошла бы служить, если бы знала ребят раньше. Но ты другой. Ты бы воевал с теми, кого узнал. Ну, мне так кажется. Я не понимаю тебя, Варг.

– Всё просто. Мы можем с теми ребятами пересечься где-то, пообщаться, обсудить наших лидеров, но это до начала войны. Может, первыми нападут ваши, или мы нанесём упреждающий удар, но всё меняется. Вчерашний собеседник может быть, и хороший парень, но его могут направить против нашего населения. У него приказ, теперь он враг. Вот и всё. Мне не будет приятно его убивать, но в жизни надо делать неприятные вещи. И понимать, что ты делаешь меньшее, но всё-таки зло, которое будет с тобой до конца. Я слишком поздно понял, что можно не делать зло. И за это спасибо твоему отцу. Люди, нормалы, фанатики или модификанты – мы все несовершенные. И разные. Не стоит винить первого встречного. А дети везде одинаковы. Неправильно, что они расплачиваются за грехи и ошибки взрослых.

– Так что тобой движет? – покачала головой Джессика.

– Сила, – просто ответил Варг удивлённой девушке. – Выбор действительно сильных всегда непрост, но у этого пути есть сердце и совесть. Сильный не глумится над поверженным, не оправдывает свои плохие поступки, а признаёт. Умеет прощать заблудших, и милосердие ему не чуждо. Потому что это правильно, когда ты не сеешь больше зла. Помоги себе, измени себя, и мир вокруг тебя изменится.

С недоверием, написанным на лице, девушка встала с ящика и сделала шаг к Варгу.

– Тогда я хочу стать сильной. По-настоящему. Ты поможешь мне?

Воин распрямил спину и посмотрел Джессике прямо в глаза. Ей казалось, когда она смотрела в чёрные провалы этих глаз, что на неё смотрит бездна.

– Конечно. Нет в жизни более высокой и благородной цели – помочь ближнему на распутье.

– Спасибо, Варг.

У воина была отличная реакция, но такого он не ожидал. Девушка плавным, но быстрым движением положила ладони по бокам головы Варга. Приблизив своё лицо, Джессика неожиданно поцеловала ошарашенного гиганта.

Только то, что большие пальцы девушки поддерживали его челюсть снизу, спасло станцию от повреждения. Обозначенная часть тела Варга хотела отвалиться вниз. Такое происшествие точно бы привело к тому, что несколько палуб станции были бы пробиты насквозь.

Глава 14. Контрразведчик, дезертир, головорез. Часть 1

Добывающая станция «Гриндер».

Укрытие в церкви.

Оглядев стоящих вокруг стола людей, Варг в который раз пожалел, что тут нет хоть того же Гнуса. Непривычно было это, работать даже не с бойцами других войск родного Союза, а с нормалами, которые подходили под критерии старой военной шутки.

Что такое материя без формы? Кисель. Человек без формы — это, простите за выражение, штатский.

Ладно, он обобщает. Падре был военным, правда, технарём и двадцать лет назад. Пусть с М6С старого производства Диего и умеет обращаться, вот только последние годы после оставления службы он просто сидел на станции. Замечательно.

Джессика Барнет по маме, а по папе Картер. Хороший компьютерщик в составе сил Патруля, но не боец. Хотя стрелять умеет. Или ей просто повезло, когда она прострелила голову тому командиру серых. При этом лишь чудом не задев самого Варга.

Хрома в комнатушке, где собралась их дружная компания, не было. Пилот, как и положено хорошему пустотнику, проводящему большую часть времени в Пространстве, проверял свой резервный скафандр. Благо, что рябой давно знал отца Сальваторе и именно у него оставлял кофр с пустолазом. Ему придётся пройти по пустому доку с откаченным воздухом до резервного входа на искомый корабль. Падре и Дэн сопроводят их группу до определённого момента. Как и сам Варг.

Дэн. Клановец, патрульный и командир. Капитанами патрульных корветов назначают опытных людей. Таким и был Найтингейл. И это не считая его прошлого в контрразведке Макинтайров. Не совсем тот профиль, который нужен для текущей операции, но лучше, чем у многих присутствующих. Именно поэтому они с падре по плану отправятся вместе, Джессика с Хромом займутся ребятишками, а Варг пойдёт один.

На первый взгляд всё просто, но на самом деле это план со многими неизвестными. Одна из них – это силы террористов, запертые блокировкой в административной зоне после взрыва. Эти точно постараются поскорее освободиться. Плюс патрульные группы, которые были за пределами зоны поражения ракетами, явно будут применены, чтобы осложнить беглецам жизнь.

Потому план Варга подразумевал совместное выдвижение к доку с выбранным для бегства кораблём. Кроме отправки сигнала на запуск по сети техсвязи, Фенрир всё-таки взламывал базы данных порта. Скоростная яхта «Арабелла» находилась в частном доке. Её хозяин, богатый турист из Альянса, который гонялся за экзотикой, пал одной из первых жертв зомбированных обитателей. Вот имущество и заблокировали до выяснения личности наследника. Оборудованный всем необходимым, корабль мог легко вывезти и чуть больше дюжины воспитанников Диего, и Джесс с Хромом вместо пилота.

Прикрытие и эскортирование до яхты должна осуществить троица наиболее опытных бойцов: Дэн, Альварес и сам Варг. Контрразведчик, дезертир и головорез, как их назвал острослов Фенрир.

Вот только самый быстрый маршрут пролегал через развлекательный сектор. Дэна, пережившего там не самые приятные минуты, это напрягало. Поэтому пустотник лихорадочно искал обходной путь. Но его не было, или он был очень длинным.

Ну и, конечно, ему не нравился план Варга. Хотя Призрак и рассказал об очередных удачных испытаниях.

– Варг, это безумие. Ладно бы ты только своей жизнью рисковал, но с нами больше дюжины детей.

– Интересно, а он в целом понимает, что это такое – безумие? – задумчиво спросил Диего, который с удивлением изучал один из трофейных импульсников от Исповедников. Варг заставил их тащить своих спутников.

– Почему же? Знаю, но в форме того, что в двадцать первом веке называли мемом. Причём из видеоигры. Вашей культуре это ближе. Дэн, я тебе уже говорил, что такое безумие? – проскрипел Варг вкрадчивым голосом, с такими интонациями, что единственная девушка в комнате посмотрела на него круглыми глазами.

– Варг, хоть ваши имена с тем психом и созвучны, но давай не будем. Господи, что вы к себе на ковчег тащили? – сказала Джесс, покачав головой.

– Информацию, видимо, грузили без проверки и сортировки. Раз накопители позволяли, то чего нет? У нас есть среди Опустошителей снайпер с позывным Ювелир. Ой, он однажды такое видео отрыл, что думал даже позывной сменить с горя, когда файл посмотрел. В итоге добился его удаления из банков памяти, чтобы ничего от этой хрени не осталось. По слухам, даже Древние, пусть и со смехом, но одобрили этот акт.

– Очень интересно и отчасти даже объясняет твои заскоки, но дело в другом, Варг. Защита гражданских.

– Понимаю, Дэн. И я объяснил, почему не стоит оставаться здесь. Кловис ведь рассказал, что они готовились устроить сдвиг и уничтожить станцию.

– Конечно. Ведь термоэлектрический реактор не умеет взрываться, – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Диего. Думал священник явно о своём.

– Именно. Потому, Дэн, ты и расколол того фантика – убедив в предательстве вышестоящего командира. Сейчас ты понимаешь, что с большой долей вероятности мы не можем оставить позади этих ребят и пойти раздавать добро направо и налево.

– Понимаю я всё, Варг, – вздохнул Дэн. – Но это риск.

– И в первую очередь для меня. Поэтому мне нужен новый плащ для успеха.

Все молча смотрели на Призрака, принимая правоту его слов.

– Косплеер ты недоделанный, – подытожил Дэн, качая головой.

Добывающая станция «Гриндер».

Зона внешней обшивки.

Покой, сон, забвение – недостижимые вещи. Для него и его спутников, которые вместе с ним двигаются в направлении того, что голос в голове называет частным доком 18А. Вероятное место появления этого самого Варга. Там звучат и другие слова, которые ничего не значат для проклятого.

Только лишь некая часть его сознания, мёртвая, как и всё, что его окружает, слушает эти слова. Пробуждённый вдруг понимает: всё, что говорит голос в голове, предназначено для этого спутника, которого он не ощущал ранее. Всё это должно помочь найти ненавистного ему Варга.

Тем временем, безмолвная часть сознания Пробуждённого анализировала данные, которые передал оператор с командного пульта. Вероятные точки появления диверсанта, который проник на захваченный объект. Док, где находились корабли, принадлежащие частным лицам, был в числе объектов, которые просматривал Призрак перед памятным боем с людьми Лероя и тяжпехами. Хоть он и смотрел очень аккуратно, но спецы Гао засекли его интерес к частным кораблям.

Скоростная яхта «Арабелла». Гао сам присмотрел её для отступления. Верные ему люди тихо срезали блокирующие захваты. Пастырю очень не нравилось, что Призрак проявил интерес к этому судну. Поэтому сначала жестокие уродцы Профа должны были проверить состояние корабля, а потом прошерстить сектор в поисках Призрака и его спутников.

Однако сейчас, повинуясь команде Дерека, Пробуждённый с одним из своих спутников отделился от группы. Чтобы обрести покой и уснуть, теперь им с напарником требуется уничтожить некоего преподобного Кёртиса.

Как же Пробуждённый их всех ненавидел. Но ни он сам, ни его спутники не заметили, как чуть в стороне на обшивке замерли пятеро в скафах Альянса. Последние из бывших морпехов проводили взглядом уродцев в гротескных скафах, отметив их неожиданный манёвр.

– Чёрт, это ещё кто? Я таких стрёмных уродов даже среди тощих пустотников не видел, – произнёс один из солдат, Гарри Дукворт. Его отряд получил приказ выдвинуться по тем координатам, куда ранее направлялся Лерой со своими людьми.

Только потом, по приказу грёбаного узкоглазого урода, Лерой с парнями отправились замкнуть ловушку для Черепа. Однако тот оказался умнее и устроил большой бум для своих преследователей. Да и знакомые Дукворта, которые были в диспетчерской и центре управления, тоже теперь не отвечали.

Гарри хотел бы послать этого Гао подальше, так как почти все его друзья погибли, а этот урод засел за блокировкой, не пойми с кем. Это явно были не люди Лероя, так как они получили чёткий приказ после получения груза мочить узкоглазого выродка. Только тот жив и здоров, а ребята молчат.

Дукворт понимал, что его играют втёмную, но пока не брыкался. Сбежать отсюда не выйдет, но и идти на поводу у Гао он с парнями тоже не будет. Скоро должен прийти корабль от нанимателя, а значит, надо встретить его не с пустыми руками. И тут пригодится груз, который не успел достать Лерой.

Сейчас они достанут груз, а потом с прибывшими встретят спасателей. Конечно, всё портит неизвестный фрегат, но и на подмогу идёт отнюдь не лоханка местного Патруля.

Вот только четвёрка нелюдей в скафах со странными пропорциями тела сильно напрягли Дукворта. Про то, что на станции должны были испытать некие прототипы, Гарри краем уха слышал от Лероя. И сейчас со своими людьми капрал явно наблюдал именно их.

Значит, азиат решил загнать Призрака. Возможно, потому эти уроды и разделились. И никто не застрахован от того, что на обратном пути Дукворта не встретят эти твари. Чёрт, а они быстрые.

– Так, парни, слушать сюда. Обратно мы пойдём другим путём. Не нравятся мне эти шевеления.

Никто из бывших морпехов не возразил. Скорость неизвестных существ, напоминающих отчасти людей, они тоже оценили.

Добывающая станция «Гриндер».

Административная зона.

– Сэр, у нас, кажется, проблемы, – подал голос из соседней комнаты Дерек. Гао, который как раз заканчивал объяснять Роулинсу ситуацию, повернул голову на звук. Ассистент Профа и раньше был нервным, но сейчас в его голосе была неприкрытая паника. И чутьё Проповедника так и взвыло об угрозе

– Пошли, – бросил Марку азиат, поднимаясь с кресла. Дойдя до соседнего помещения, Гао бросил взгляд на монитор и по красным отметкам понял, что с экспериментальными прототипами что-то не так. – Конкретику, Дерек. И без научных терминов.

– У экземпляров подскочили показатели... То есть я хотел сказать, – сразу поправился Дерек, – что испытуемые выходят из-под контроля. По крайней мере тот, кого мы разбудили первым. Остальные тоже в процессе разгона.

– Причина? Можешь это исправить? – спросил Гао у всклокоченного парня.

– Только если затормозить этих ребят. Похоже, идея Профа с просоночным состоянием психики для их контроля не сработала. Чёрт возьми. Ведь это не люди, у них другая биохимия. Они привыкли быть покорными, но в состоянии покоя. Этот всплеск стрессовых гормонов для их нервной системы — как удар током. Сэр, я могу только остановить их и дать вымыться из крови всей этой химии.

– Сколько времени нужно на это? Десять минут, полчаса? У нас его нет.

– Часа четыре, сэр. Не меньше, – произнёс Дерек, который не видел, как у него за спиной Гао сузил свои глаза ещё больше. – Для быстрого пробуждения применён боевой наркотик. И для его удаления нужно время. Иначе эти ребята пойдут в разнос и просто начнут крушить всё, что увидят.

– И почему ты применил такой препарат? – вкрадчиво спросил Гао. Марк, услышав вопрос, посерел лицом и посочувствовал бедолаге.

– Потому что Проф не удосужился провести натурные испытания, а лишь компьютерное моделирование, – вдруг со злостью и сарказмом сказал Дерек. – Чёртов гений. Только в другой области. Наверняка он даже не слушал генетиков, которые вырастили этих ребят. А ведь Гочкинс предлагал резервный препарат, более деликатный. Так, этот индюк его с говном смешал и не взял сюда...

Дерек неожиданно осёкся, а потом горестно посмотрел на показатели прототипов. Марк отлично понял, о чём сейчас жалел этот парень. Будь его воля, то и сам бы он не отправился на эту проклятую станцию.

– Сколько у нас времени до полной потери контроля над прототипами? Установлена ли в них система самоликвидации? – прервал размышления Дерека Гао.

Молодой учёный сначала непонимающе посмотрел на Роулинса. Технарь лишь пожал плечами, оставляя решение на Дереке.

– Час или полтора. Первый пробуждённый ближе всего к сбою. Да, на такой случай предусмотрена система защиты. В их скафандры встроены системы кремации.

– То есть плазменные заряды, я правильно понимаю?

– Примерно так, сэр. Я не техник, но в случае необходимости радиус поражения встроенного заряда можно увеличить. Как и мощность. Это возможно сделать с пульта.

Последний момент Дерек решил уточнить на всякий случай.

– Сделай это, – просто приказал Гао. – Как раз хватит часа. Мне сейчас нужны дроны-камикадзе, а не элитные бойцы. Приступай.

Азиат немигающим взглядом смотрел на молодого человека. Судорожно сглотнув, Дерек нашёл в себе силы лишь на кивок головы. Потом обессиленный парень повернулся обратно к пульту.

– Пойдём, Марк. Нам ещё есть что обсудить.

Сектор развлечений.

Примерно в это же время.

Еë не звали, как еë персонажа, изначально Уэнсдей. У неë, как и у всех участников фестиваля, который до начала столкновений не успели отменить, была совсем другая жизнь. Правила общества, законы, социальная иерархия, подавленные фантазии и лишь увлечения выдуманными мирами были отдушиной девушки, позволяя раскрыться.

Именно потому, что такие люди воспринимали своё увлечение без агрессии, а в довольно позитивном ключе, в изолированном полицией секторе не было такой резни. Вспышка таинственной эпидемии безумия была молниеносной. Экстренные группы сил правопорядка успели эвакуировать тех, кто не пострадал. Если кто-то и понял, что в основном это были те, кто не имел личного импланта, то унёс эту тайну в могилу, вскоре погибнув от столкновений в других частях станции.

Потому участники костюмированного фестиваля, изолированные от других поражённых кибервирусом обитателей станции, изменялись в весьма своеобразной среде. И по своим правилам. В них теперь тоже была агрессия, но более важным для этих людей были их мечты. Вот и появились дикари, которые были больше ориентированы на комиксы и другую игровую субкультуру с их правилами.

Если бы эвакуировавшийся ранее Проф знал об этом месте, то он бы непременно взял здесь такие интересные образцы. Но это место числилось на схеме полиции мёртвым сектором. Таких изолированных зон, где в самом начале произошла массовая бойня, было немало, потому сюда и не отправили разведку.

Найтингейл, который при столкновении убил одного из неформальных лидеров этого сообщества, выжил фактически чудом. Просто потому, что эти одичавшие, хоть и демонстрировали агрессию, столкнулись с ней по-настоящему впервые. Поэтому растерянные психи просто принесли связанного пленника к себе, а уцелевшие альфы решали его судьбу. Но встреча со смертью начала менять обитателей запертого сектора, делая их более жестокими.

Уэнсдей, или Кристина, как её звали в обычной жизни, ещё до заражения импланта хотела найти на фестивале партнёра для завершения своего образа. В представлении девушки спутником такого готичного персонажа мог быть только мрачный жнец. И когда во время стычки с Харли все они ощутили необычную волну энергии, полную холодной угрозы и силы, только она замерла в предвкушении.

Когда высокая фигура в плаще и с лицом бога смерти появилась среди расступившихся людей, сердце Кристины замерло. Когда незнакомец приблизился, сердце готово было остановиться. Без ропота она отдала ему его вестника, а её наречённый оставил ей плащ перед уходом. Этот символ власти и обещание вернуться.

Сейчас Кристина или Уэнсдей, ждала возвращения своего тёмного возлюбленного. Просто в голове появилась вдруг мысль, что тёмный воин вернулся и ждёт её у дверей. Одну.

Парой мысленных команд она отослала всех в другой конец маленького царства. Никто не роптал, так как все поняли, кто вернулся. Демон пугал их всех.

Кристина дождалась его у палатки, где раньше продавали напитки. За эти дни её спутники съели почти всё, но мысли о скором голоде их не беспокоили. Эти люди просто не умели беспокоиться.

Сейчас она жадно смотрела на стоящего перед ней Мрачного Жнеца во плоти, а он безмолвно изучал её. Для Кристины уже было привычно общаться образами, без слов. Однако её гость, который ушёл пару часов назад, будто не замечал её пылких чувств.

Вдруг еë озарило понимание. Конечно, предначертанный ей судьбой тёмный принц ждёт её полного подчинения, признания его власти. Поняв это, Кристина начала действовать: лихорадочно расстёгивая пуговицы тонкого платья и ремешки на портупее из псевдокожи. Хотя странно, почему молчаливый гигант вдруг дёрнулся и стал озираться?

Кристина расстегнула верх платья почти до груди, как вдруг откуда-то сбоку раздался возмущённый голос. Женский голос.

– Варг, какого чёрта ты тут творишь? – возмущённо спросила та, кто без спросу пришла на их свидание.

Кристина посмотрела налево и увидела нарушительницу: непонятный костюм, рыжие волосы и зелёные глаза, которыми эта тварь рассматривала её принца. Смутное узнавание образа незнакомки привело к весьма неожиданным и плачевным результатам.

– Ш-ш-ш, Мара Джейд! – просипела Уэнсдей ошарашенно, а потом её обуял гнев по отношению к разлучнице. Не отдавая себе отчёта в своих действиях, Кристина мысленно потянулась к своим подданным, призывая их к себе и отдавая единственный приказ: уничтожить рыжую тварь.

«А ты интересная». – вдруг раздалось в голове девушки, а перед взором Кристины вдруг предстал мультяшный волчонок в плаще и старинном кепи. Поэтому девушка и не увидела, как её тёмный принц выбросил вперёд руку. Сознание померкло.

* * *

«Вот что с этими людьми не так?» – задал риторический вопрос Хати. Точнее, уже Хатико, как его назвала Джесс. Фенрир, который закончил считывать телеметрию импланта Уэнсдей, не ответил. Зато осознал, что программирование у искина эмоций для взаимодействия с пользователем не самая лучшая идея. И со своей нейрокопией был солидарен.

«Как бы сказал наш общий циничный друг, кому-то матка пережала мочевой пузырь, и его содержимое ударило в голову». – нашёл наконец ответ Фенрир. Варг тем временем забросил на плечо обмякшее тело и схватил Джесс за руку, утягивая девушку за собой.

«В голову Джесс точно кое-что ударило, но совсем другое вещество. И что они обе в нём нашли? Он же первостатейный головорез, самоубийца и псих». – усмехнулся Хати.

«Типаж плохого парня, который почему-то считается женщинами привлекательным. Но следует отдать должное – его план, до прихода Джесс, работал как часы». – заметил Фенрир, анализируя произошедшее.

В церкви до этого всё прошло нормально. Лиззи и другие старшие помогли собрать остальную детвору и их вещи. После этого группа поползла по тоннелям, пронизывающим станцию, к входу в сектор развлечений. Впереди были Варг и Найтингейл, за ними Хром с Джессикой вели детей, а Диего прикрывал тыл.

Пройти быстро до доков только лишь по коммуникациям было нереально, а потому пришлось принять план Варга. Череп проникает в сектор у одного из выходов через тоннель, применяет наработки Фенрира по приложению, отгоняя диких и позволяя остальным уйти. Далее нагоняет ушедшую группу, снова блокируя выход.

Когда Джессика и остальные подобрались к заслонке за одной из палаток, то Дэн уже был внизу, оглядывая окрестности. Рядом никого не было. Взломать заблокированную дверь с учётом прошлого опыта, было делом двух минут. Ещё несколько минут ушли на то, чтобы переправить детей.

Найтингейл и Хром увели детей вперёд, а Джессика и священник ждали Варга, который по рации передал, что ему нужна пара минут. Если бы он задержался, то по плану дверь должна была быть закрыта, Призрак отделяется раньше и движется в сторону верха станции, а остальные — к причалу с яхтой «Арабелла». Там они также разделяются на тех, кто улетает, и тех, кто идёт уничтожать источник заражения.

Джесс не выдержала, а потому, беспокоясь за Варга и не слушая священника, бросилась внутрь. Затем девушка узрела весьма двусмысленную картину и не смогла сдержать себя.

Призрак действовал молниеносно, вырубив сумасшедшую косплеершу точным ударом. Безвольное тело сейчас болталось у него на плече, а Джессику, слыша приближающийся гомон свирепых голосов, Варг схватил поперёк пояса. При одной трети силы тяжести девушки для него ничего не весили.

– Падре, захлопывай! – прокричал ошарашенному Диего Призрак, вбегая в коридор. Священник с круглыми глазами смотрел на сюрреалистичное зрелище, но кнопку нажал.

Потом он бросился к девушке на плече воина, старательно отворачивая лицо в сторону. Подол миниатюрного платья вырубленной дикарки во время бега ну очень неприлично задрался.

– Джесс, какого ты опять творишь?

– Я подумала, что ты попал в беду. Хотела помочь.

– Ё-моё, ты думаешь, мне нужна помощь?

– Так ты ничего больше в рацию не сказал. Что я ещё могла подумать? Точно не то, что ты с малолетками заигрываешь, педоситх недоделанный! Нравятся четырнадцатилетние школьницы?

Голос девушки сочился таким ядовитым сарказмом, что Диего перестал осматривать состояние пленницы, а перевёл взгляд на своих спутников. Но одежду пленницы от греха поправил.

Видя, что ситуация накаляется, Диего вмешался:

– Ребят, я, конечно, в вашу личную жизнь не лезу, но лучше разбор отношений отложите на потом. В ресторан, что ли, сходите. И да, ей шестнадцать, так что по меркам кланов она взрослая. Я узнал её. Кристина Санторо, хорошая девушка, работала пикером на складе. Кстати, что вы с ней делать хотите?

– Он не мой парень! – вскричала стремительно краснеющая Джесс.

– Фенрир поймал что-то в телеметрии её импланта. Так умолял задержаться, что я просто не мог уйти. Да вы его сами послушайте, – сказал Варг.

Когда из динамиков его шлема зазвучал детский голосок, который так не вязался с суровым обликом воина, то священник и девушка прыснули от смеха:

– Если вы не забыли, то этот код работает в открытом режиме. Альфа пользователь может менять его под свои особенности.

– Да, ты говорил, – кивнула Джесс, наблюдая, как Варг вкалывает пленнице трофейное седативное из аптечки Исповедников. Затем связывает шнуром руки и прикрепляет к шее уже знакомый сканер и ком. – Ты это к чему?

– К тому: я рад признать, что могу ошибаться. Ранее я думал, что возможно лишь обратить незавершённую процедуру. Далее следует разрушение личности. Но эти придурки внутри, и, в частности, она, смогли адаптироваться. Если скопировать код этих ребят, да передать его на импланты других, поражённых вирусом, то может получиться.

– Что может получиться? – резко задал вопрос Диего, так как не мог поверить в то, на что намекал искин. Священник взял тело Кристины на руки, укутав его предварительно в плащ. Теперь их троица нагоняла ушедших.

– Грубо говоря, повезло, что эти ребята – мечтатели, и по-другому смотрели на мир. Более позитивно и мечтательно. И если применить часть изменённого кода на других заражённых, то это как замена мощного антипсихотика вроде бутирофенона на что-то более мягкое. Короче, мы, возможно, можем вернуть всех заражённых. Или успокоим их всех: дикарей, маньяков, солдат.

Диего чуть не споткнулся, но его успел подхватить Варг.

– Твою мать! – в сердцах произнесла Джессика, посмотрев на вырубленную девчонку.

– Согласен. Рад, что этих бедолаг больше не надо будет убивать, – проскрипел Варг, привычно искажённым вокабулятором голосом.

Частный док 18А.

Пятнадцать минут спустя.

Дальнейший путь до причала прошёл без происшествий. Что было хорошо в этом доке, так это стыковочный рукав, который вёл прямо на борт. Это позволило быстро переправить на яхту пленницу и детей.

Найтингейл и Альварес, который взял в боксе дока скафандр, уже прошли внешний шлюз и отправились дальше. Благо нужная ячейка была внизу бублика, что позволяло достигнуть секции завода в кратчайшие сроки.

Джесс из диспетчерской успешно взламывала компьютер яхты. В этом ей помогал Хатико. Хром и Варг остались внутри камеры, где стоял звездолёт. Воздух был откачан, потому мужчины в скафах сейчас возились у внешней гондолы гравипривода. Рябой пилот сначала возмущался совершению такого кощунства над кораблём, но Череп быстро ему объяснил, почему его привлёк этот корабль. И зачем они все должны сидеть внутри лишь на энергии батарей до сигнала на вылет.

Сейчас Варг резаком из ремкомплекта вскрывал обшивку в том месте, где находился фокусатор гравитационных волн от альфаритового ядра. Ведь именно система концентрации гравилинз и позволяла, как использовать точку гиперпрыжка, так и осуществлять полёт с помощью данной модели двигателя.

– Держи, Хром, – сказал Варг, передавая пилоту вырванную с мясом деталь. – Теперь двигай к люку.

– Ох. Не думал, что на старости лет буду таким заниматься. Ты хоть знаешь, что значит корабль в Пространстве и как к нему относятся?

– Знаю. Вы меня за такое на кишках повесить захотите. Только у вас ничего не выйдет, так как я вас убью или покалечу.

Хром только скосил глаза в сторону идущего рядом Черепа, а потом молча продолжил топать к люку, ведущему на борт. К груди пилот прижимал вырванный с мясом мотиватор.

– Варг, кто-то шлюзуется снаружи, – неожиданно раздался по рации вскрик Джессики.

– Есть данные, кто это? Не наши? – спросил воин, отодвигая пилота к борту корабля и перехватывая импульсник.

– Нет. Видеосервер повреждён. Но команду на открытие дали извне, по сети. Кто-то впускает этих ребят, – в голосе девушки появились нотки паники, и Варг сделал то, чему его научила военная служба – быстро принял решение.

– Джесс, эвакуационный шлюз левее ворот, а значит, они увидят стыковочный рукав через смотровую щель. Конструкт прозрачен, потому сиди там. Отключаем связь. Только наблюдай. Мы находимся с другой стороны. Сую Хрома в люк и обхожу этих ребят.

По правому борту, ближе ко дну корабля, располагался выходной шлюз с лестницей. К нему, предварительно отключив через наручники скафандра рацию, Варг и потащил Хрома. Толкнув мужчину к раздвижной лестнице и убедившись, что тот поднимается, Призрак направился в сторону носа, который держал под прицелом. Неизвестные точно должны охватить судно с обоих бортов. Стандартный протокол.

Из-за вакуума была бесполезна эхолокация брони. Так что оставалось полагаться лишь на свои глаза. Хром уже поднялся на борт, лестница втянулась, и люк закрылся. Варг начал двигаться в сторону ворот, не опуская «Дикобраз».

Через какое-то время, почти дойдя до утюгообразного носа корабля, Варг поблагодарил конструкторов брони, снабдивших шлем широкоугольными камерами кругового обзора. Которые ещё и реагировали на движение, включаясь и транслируя изображение на забрало.

Бойцов «Мрака» хорошо учили реагировать на появляющиеся перед их взором микроиконки. Потому Варг молниеносно сделал шаг вперёд и в сторону, разворачиваясь назад и наводя ствол карабина на противника. И понимая, что не успевает.

Клинок, который должен был ударить сверху в район подключичной артерии, остановился в паре сантиметров от пола. Лезвие торчало из наруча необычного скафа. Варг, едва разминувшись со смертью, опустил ствол ниже, наводясь в корпус неизвестного, припавшего к полу. При этом воин понимал, что внутри брони неизвестной конструкции находится не человек.

Неизвестный был высок, но при этом имел тонкий корпус, в который сложно было прицелиться. Вытянутую голову прикрывал шлем с поляризованным забралом. Длинные конечности были гибкими и оканчивались четырёхпалыми частями. Как ступни, так и ладони. Пальцы были длинными, но в правой руке они спокойно сжимали уже знакомый Варгу универсальный карабин. И при этом неизвестный будто не мог замереть на месте, постоянно перемещая корпус.

Выстрел из «Дикобраза» прошёл мимо головы неизвестного, который молниеносно убрал её с линии стрельбы. При этом тощий дистрофик, как его назвал про себя Варг, начал наводить в его сторону собственное оружие. Продолжая при этом смещаться назад, выставив вперёд длинную конечность с вибролезвием футовой длины.

Скорость неизвестного поражала воображение, а потому Варг начал разгонять психику, вгоняя себя в транс и сокращая дистанцию. Даже на такой короткой дистанции он не смог попасть в прыткого противника. Да и куда там стрелять? Площадь поражения ограниченная.

– Да откуда ты взялся, урод педальный? – произнёс Варг, сокращая в ответ дистанцию и смещаясь влево, чтобы уйти с линии огня. Скафандр тощака не выглядел прочным, значит, сочленения можно прорезать собственным виброклинком. Главное — войти в клинч.

Психика ещё разгонялась, речь уже отказала, ритмы дыхания и мозговых волн изменились, но скорости не было. Отбросив болтаться на ремне импульсник, Варг выбросил вперёд руку, хватая оружие противника и сбивая прицел. Очередь прошла левее шлема. Справа вбок уже летело лезвие, и воин сделал движение корпусом вперёд в крайний момент. Клинок пролетел за поясницей, а потом назад с невообразимой скоростью. Взгляд не мог уследить за противником.

Ещё Варг оценил силу конечностей врага. Ему едва удалось отвести ствол оружия противника от себя. При этом ощущения были такие, будто он пытался в армрестлинге с Буром побороться. Моргнув по иконке на забрале, воин включил усиленный режим экзомышц.

Наконец, транс наступил. Варг перехватил в запястье руку с клинком, который смотрел ему в печень и заблокировал. Левой он, наконец, вывернул карабин и перехватил другую руку. Интуиция не подвела: из правого наруча противника выскочило ещё одно лезвие. Патовая ситуация.

Из-за кормы яхты неожиданно выскочил ещё один тощак. Долговязый противник вскинул карабин, наводя его на шлем Варга, который боролся с его собратом и не мог уйти с линии атаки.

Добывающая станция «Гриндер».

Внешняя обшивка.

Дукворт, оглядев своих бойцов, мысленно выругался. Они опаздывали. Похоже, чёртов азиат не зря их послал за грузом. К полой вращающейся колонне в основании станции, которая сейчас была остановлена и выполняла роль завода, двигалась по соединительной перемычке пара фигур. Через какое-то время неизвестные достигли выходного отверстия и исчезли внутри.

Кроме поиска груза, здесь нечего было делать. Эта парочка явно шла к их же цели. Ничего другого они явно не могли искать здесь. Обработанные плиты сырья слишком тяжелы. Вот только вопрос, а для захвата или уничтожения груза направлялись туда их оппоненты? Смысла ждать в засаде их возвращения нет.

Сырьё хранилось внизу колонны. Сейчас неизвестные шли через цеха дробления, сортировки и переплавки астероидной руды. Последние были в ранее вращавшихся стенах. Это займёт время, а потому капрал быстро принял решение.

– Включаем реактивные ранцы, парни. Полетим по внешней обшивке до цели. Морпехам не страшны скалы. Встретим этих ребят на месте. Вперёд, обезьяны.

Отцепившись от стены, Дукворт развернулся в невесомости и стал планировать вниз. Почти достигнув нижней границы верхнего бублика станции, или шляпки гриба, как её звали местные, бывший морпех активировал ранец. Его бойцы следовали за ним цепочкой.

Полукилометровый отрезок пути они смогут преодолеть за пару минут, лавируя меж скал и продуктов отработки завода по переплавке. Там есть решётчатые фермы, где находятся ждущие переработки куски астероидов. Укрыться почти негде, и координаты цели они знают. Стоит неизвестным появится, как они попадут в огневой капкан.

Глава 15. Контрразведчик, дезертир, головорез. Часть 2

Город Кеннеди. Планета Новый Марс.

Корпоративный сектор.

Блондинка, сидящая за столом в своём кабинете, замерла с мундштуком, не донесённым до лица. Не в силах поверить своим глазам, она отвела взгляд от телевизора и посмотрела на бессменного помощника своей семьи.

– Какого чёрта тут творится, Грейвс? Я, конечно, отдала приказ сжечь эту станцию, но даже ты не успел бы организовать подобное за считаные часы. И в такие совпадения я не верю.

Специалист по корпоративной безопасности и тайным операциям стоял за правым плечом единственной дочери своего бывшего нанимателя и друга. За десятилетия на этом месте чего он только не видел: махинации, подкуп, шантаж, подлог, убийства. Многое совершил за свою жизнь этот неприметный седовласый мужчина. Однако сейчас он был ошарашен не меньше своей нанимательницы. Просто хорошо это скрывал в силу богатого опыта.

– Не факт, что это абсолютная правда, мэм. Это может быть целенаправленный вброс для отслеживания реакции. Может быть, отчасти, правда. Пресса любит преувеличивать. Плюс скорость развития ситуации с учётом расстояний между звёзд...Больше похоже на спланированную акцию, и очень грубую. В любом случае мне это не нравится. Кто-то решил сыграть по-крупному.

– И кто это может быть? – Блондинка затушила папиросу о дно керамической пепельницы. Прекрасное лицо исказила гримаса раздражения. – Роузы с их медийными каналами? Может, Джеферсоны? Или Блэры хотят восстановить своё реноме после фиаско Джеймса на Новом Эдеме? Или этот говнюк Рэдбоун решил использовать ситуацию? Кто? Мне нужен ответ, Грейвс. Эта операция должна была быть тайной. Просто сводка о пиратском налёте на дальней станции или ничего. Но сейчас ситуация в буферной зоне гремит на весь чёртов Альянс!

Неожиданно раздался тихий писк, и Грейвс извлёк из кармана пиджака очки-визор.

– Судя по сигналу, кто-то звонит на секретный номер, мэм. Позвольте мне ответить. Возможно, абонент прояснит ситуацию.

Блондинка благосклонно махнула рукой. Грейвс надел очки и замер на несколько секунд. Потом мужчина с удивлённым выражением лица снял их и протянул девушке.

– Это вас, мэм. Звонит тот человек, о котором мы недавно говорили. Он в курсе ситуации и, похоже, замешан во всём. Говорит, что у него есть к вам деловое предложение от его работодателей. И ещё он говорит, что надо следить за событиями вокруг аквитанского посольства.

Выразительно приподняв правую бровь, девушка взяла визор и одела его. Грейвс предусмотрительно отошёл на небольшое расстояние, чтобы не мешать беседе. При этом мужчина достал из кармана старомодный ком. Такие в старину называли смартфонами. Разблокировав экран, специалист по безопасности продолжил изучать новости.

То, что начали неожиданно транслировать не самые крупные информагентства Альянса и видные блогеры, звучало пугающе и безумно: Тревожные новости из буферной зоны! Антипиратские рейды Призраков, которые действовали там в нарушение принятых законов, оказались актами террора! Обвинённые во всех грехах и жестоко истребляемые мирные шахтёры восстали! В регионе идут тяжёлые бои! Бегство мирного населения со станции Каир-2, оккупированной силами Союза! Отряды кланов движутся к станции для её освобождения! Где наши войска?! Почему их не вводят?! Ведь уничтожена шахтёрская колония у звезды Каир-6!

– Нет, это определённо сделал кто-то из тех, кто знал о «Гриндере». Чувствуется рука мастера. Неужели ты решил сменить сторону? – бормотал под нос Грейвс.

И вишенка на торте – митингующие взяли в кольцо посольство Аквитании. Раненные среди охраны и демонстрантов. Солдат Союза оттянули внутрь посольства. Частная охранная фирма, состоящая из бывших военных, стягивает в посольский сектор свои силы. Ситуация накаляется.

Краем глаза Грейвс заметил, что нынешняя глава корпорации сняла визор и зовёт его к себе. Убрав ком, мужчина вернулся к столу, стоящему у панорамного окна. Умное стекло было затемнено, скрывая вид на город под куполом.

– Вы выглядите довольной, мэм. Полагаю, вам сделали интересное предложение. Надеюсь, что наш суровый друг предоставил гарантии? – сказал мужчина, сев напротив девушки. Та широко улыбалась. После прочтения отчёта о грядущих убытках из-за действий Призраков в спорном регионе его нанимательница была сама не своя. Но сейчас она явно вернула себе душевное равновесие.

– Более чем весомые гарантии, Грейвс. Похоже, кто-то решил-таки поджечь фитиль. Наш гость скоро будет здесь. Но всë-таки приготовь своих людей. Предложение выгодное, но моё доверие эти люди пока не заслужили.

Когда девушка пересказала разговор, Грейвс задумался. Расклад прояснился. Кто-то решил объединиться с Первой Семьёй его нанимателей. И планы у этих людей масштабные. Всё только начинается.

Но сначала Призраки понесут поражение здесь и в буферной зоне.

Добывающая станция «Гриндер».

Частный док 18А.

Отлично понимая, что долго прицеливаться второй тощак не будет, Варг действовал на автомате. Благо трансовое состояние вошло в полную силу. Только после ранения и встряски нервной системы от стимулятора долго это продолжаться не могло. Однако других шансов победить такого быстрого противника у него не было.

Нижние конечности с четырьмя пальцами для устойчивости оказались хорошей целью. Левая нога Призрака опустилась на ступню противника, фиксируя её на месте. Следом воин упёрся каблуком правой ногой в тазобедренный сустав противника, резко перенёс на эту область вес и надавил. Противник завалился назад, высвободив руки из хватки Варга, чтобы самортизировать падение.

Варг, обретя свободу действий, не терял драгоценные мгновения. Правая рука метнулась к импульснику, схватив его за рукоять. Далее последовал доворот стволом в сторону вытянутой головы. Палец нажал на спуск, отправив короткую очередь импульсных дротиков в забрало, которое разлетелось в клочья.

После этого воин рванулся вперёд и в сторону, сбивая прицел второму тощаку. При этом левая рука вытянула из подсумка трофейную гранату. Детонатор на игрушке Исповедников был кнопочным, без предохранительной чеки. Обхватываешь у такой корпус, упираешь в выемку большой палец, откидывая предохранительный колпачок, и с усилием сдвигаешь ползунок в сторону до щелчка. Сдвинул вверх – взвëл таймер, и через четыре секунды после броска прогремит взрыв. Если переключатель находится внизу, то работает контактный взрыватель.

Именно второй вариант и использовал Варг, когда отскочил в сторону после убийства первого противника. Усиленный электромышцами скафа бросок отправил цилиндр наступательной гранаты в сторону противника. В направлении второго тощака, как их уже окрестил про себя воин. Голый расчёт. Попасть точно в такого противника сложно, но если бить по площадям...

Да и не все люди умеют делать несколько дел сразу, подражая Юлию Цезарю. Особенно в момент концентрации. Например, тогда, когда целишься. Конечно, противник Варга точно не был человеком. Сложно было однозначно сказать, на что способен этот явно искусственный организм. Скорость, ловкость, выносливость и силу создатели этой твари отвалили с избытком.

А вот способность думать автономно у неё явно на уровне прописанных алгоритмов. Очень уж характерные, как по учебнику, движения и используемая тактика. Кто даст такому опасному оружию свободу воли? Вдруг оно решит восстать против создателя?

Только мраковцев учили думать и даже в бою делать более чем одно дело.

Расчёт Варга оправдался. Тощак явно засёк вторую гранату. Увидел, что та летит в сторону, наступательная, а значит, с ограниченным радиусом действия. Долговязый противник даже сдвинулся влево, стараясь удержать Черепа в прицеле. Однако о характеристиках вооружения Исповедников, которые привыкли воевать с войсками Союза, монстр точно был не в курсе. Иначе он бросился бы на воина с клинком на перевес.

Как любит говорить Пафос: учи матчасть, салага. Тот, кто программировал этих тварей, явно не учёл советы военных консультантов. Зачем этих дуболомов слушать, когда сам такой умный? Ведь известно, что в вакууме ударная волна слабее и радиус поражения меньше. Тут страшнее осколки, а их стараются избегать, чтобы не повредить ценное оборудование.

Вот только фанатикам на такие условности плевать. Заряд в гранате был усилен как благодаря большому количеству взрывчатки, так и за счёт модуля ионизирования. При контакте с полосой в паре метров позади прогремел взрыв, и ударная волна плазмы опалила скафандр тощака на излёте. Соприкосновение с заряженными частицами вызвало то самое наведение тока на обшивке и помехи во всех устройствах, имевших наружный выход.

Противник был всё равно что шокирован и ослеплён. Выпустив очередь, он на доли секунды замер на месте, и этого хватило Варгу. Очередь дротиков прошила тело создания, а потом последовал контрольный в голову. Тощак отлетел к стене.

Тело первого противника, которое было удивительно лёгким при такой гравитации, Варг пинком отправил к первому. Развернувшись и оставив импульсник болтаться на ремне, воин подпрыгнул и ухватился за элементы на обшивке. Подтянулся, перехватил следующий выступ, новый подъём, и воин забрался на крышу звездолёта. Четыре метра за считаные секунды, но инстинкты кричали, что уже почти поздно.

Когда Варг бросился вперёд и упал на обшивку корпуса, позади прогремел сдвоенный взрыв, и мощная вспышка озарила док. Система плазменной самоликвидации отработала штатно, воин не ошибся в её наличии у поверженного противника. Кто же даст врагу изучать своё секретное оружие?

Делая дыхательные упражнения, Варг старался успокоить разогнанную психику. Бой явно шёл не так, как привык боец. Об этом явно говорила мелкая дрожь мышц. Какой бы мощной ни была регенерация тел Призраков, но и у неё есть пределы. Тоже относилось и к психике с нервной системой. Особенно после применения такого мощного стимулятора, как «Берсерк».

Сознание после мощных нагрузок было вязким. Сложно было сконцентрироваться. Голоса звучали где-то вдалеке, а сердце билось так, словно сейчас выскочит из груди.

– Варг, стой. Соберись, воин! – раздался в наушнике окрик Фенрира. Боец понял, что пришёл в себя, уже делая шаг вниз. Видя приближающийся пол, он сгруппировался почти у самой земли.

Добывающая станция «Гриндер».

Завод по переработке. Нижний уровень.

Размещение центра переработки в «ножке» гриба, которым со стороны казалась станция, имело практическое и экономическое значение. Во-первых, транспортный трафик, когда пассажиры и готовая продукция покидали станцию в зоне бублика. Во-вторых, создание гравитации силой Кориолиса позволяла разместить в стенках цилиндра огромные мельницы-сепараторы для отделения руды от шлака. В-третьих, переплавка и магнитная закалка полученного сырья проходила в центральной части в состоянии естественной невесомости. Это давало определённые плюсы при формировании внутренней структуры выплавляемого метала, придавая тому однородность и прекрасные прочностные характеристики. Ну и различные искусственные кристаллы в вакууме и при отсутствии гравитации растут лучше.

Естественно, по этим причинам внутренняя инфраструктура этого полукилометрового цилиндра была очень сложна. Но пустотники, наученные годами в Пространстве, умели строить. В частности, они учитывали необходимость быстрых перемещений внутри завода и срочную эвакуацию. Зная это, Дэн легко смог найти неприметный на первый взгляд гладкий жёлоб на внутренней стене предприятия, который вместе с собратьями пронизывал структуру сверху и до низу.

А ещё там были натянуты тросы с пометками, разграничивающие направления движения. Прицепившись карабинами к одному из них и дав импульс из ускорителя на ранце скафа Найтингейла, пара бойцов легко смогла достичь нижней части завода за минуту.

– Этого нет на схеме, – заметил Диего, который немного ошалел от такой дикой скорости спуска. – Откуда ты узнал, что здесь можно спуститься?

– Очень просто, мой дорогой друг. Это место строили клановцы, а мы умеем использовать малое. Притом ещё тросы имеют разное направление движения, для организации трафика. Видишь зелёные и синие метки на тросах?

– Конечно? Это ориентиры.

– Верно. И они всегда рядом и с одной стороны. Синие вниз, а зелёные указывают в другую сторону. Плюс количество колец определяет грузоподъёмность троса. Ладно, это не важно. Пора приступать к делу.

– Согласен.

Диего потянулся к научному терминалу, чтобы спроецировать голопроекцию зоны хранения сырья – решёток вокруг нижнего среза, к которым были принайтованы глыбы разных размеров. Вот только Найтингейл его остановил.

– Стой. Если чему меня научил мой учитель, то тому, что паранойя, лишней не бывает. Плюс наш общий жуткий знакомый тоже пропагандирует своей жизнью интересный лозунг.

– Какой? Напугай врага до смерти?

– Нет. Будь готов к засаде врага, чтобы сделать с ней всякое. Короче, ты ведь технарём систем связи был?

– В том числе? – задумчиво кивнул Альварес.

– Тогда сделаем следующее...

Добывающая станция «Гриндер».

Частный док 18А.

Джессика, переругиваясь по рации с Хромом, перебежала через стыковочный рукав на корабль. На ходу захлопнув шлем скафандра, девушка бросилась к камере внешнего шлюза. Хлопнув по кнопке, она приготовилась ждать окончания процедуры продувки.

«Ты видела, как он дрался. Выложился по полной. Даже с его кондициями сложно держать такой темп, а ещё и ранение». – звучал в голове голос Хатико. Девушка была с ним согласна. Через камеры она видела весь док и отгремевшую там схватку. Это было нечто невероятное. Хотя, когда появились эти странные тощие создания, стоило напрячься. Пусть и дёрганные, но эти ребята были быстры.

Обойдя поверху и сзади, неизвестные атаковали воина, который заметил их в последний момент. Но даже при всей их скорости и силе, Варг уничтожил их секунд за десять неожиданными манёврами.

Варг вроде не был ранен в стычке, но, возможно, его зацепило или контузило взрывом. Иначе сложно объяснить, почему тот не отвечал на вызовы, а встал и, шатаясь, подошёл к краю верхнего настила, упал и затих. И теперь она бежала к нему.

– Варг, приём. Ты слышишь меня?

Девушка выскочила из аварийного шлюза, спустилась по выдвижной лесенке, оглянулась, но никого не нашла.

– Слышу. Не кричи. И так голова гудит.

Оглядевшись по сторонам, Джесс заметила в тени борта яхты знакомую фигуру. Воин сидел, прислонившись спиной к корпусу, а правая рука опускала импульсник. Девушка бросилась к нему, ища на поясе аптечку.

– Куда ранило? В спину? Шов на ране лопнул? – затараторила девушка, доставая сканер и растерянно замерев. Она вдруг осознала, что сканер не просветит закрытую броню. Плюс Варг перехватил её руку и повернул к ней свой жуткий шлем. Только Джесс почему-то представила белокожего мужчину, с белыми волосами, чёрными глазами и лёгкой улыбкой. Но не ехидной гримасой, а именно доброй усмешкой.

– Я в норме. Просто не рассчитал сил. Выложился и просто отрубился. Ничего, я крепкий. Плюс сила тяжести здесь небольшая. Экономите вы, нормалы, на всём. Да и ты разве не рада была, что и на меня управа нашлась?

– Дурак, – кулачок ударил по наградному щитку брони. – Я испугалась, знаешь как? Думала, они тебя достали...

– Не буду кривить душой, они были близки к этому. Хотел бы я знать, кто их создал? Я бы ему те клинки засунул прямо...

– Так что с тобой произошло? Не ври только. Тем более что не умеешь, и тебе вера не позволяет.

– Рассказал на свою голову, – хохотнул воин, поднимаясь с пола. Его явно слегка шатало. – Всё просто: ресурс у меня не бесконечен. Рана более или менее, но я устал и выжат, а с этой парочкой пришлось серьёзно поработать. На форсаже.

– То есть ты не можешь драться?

Джесс попыталась подставить плечо, но Варг жестом показал, что это не требуется. Он распрямился, перехватил импульсник и направился к внешнему шлюзу. Остановившись на полпути, воин повернул голову в сторону девушки.

– Я могу вести бой без одной руки и ноги, испытывая дикую боль, и выйти победителем из схватки. Вот поэтому мы и побеждаем – всегда идём до конца. Потому что надо. И меня остановит только смерть. Её не стоит бояться. Быть воином – жить вечно. Или тогда не стоило выбирать этот путь. А пока иди на яхту и проконтролируй нашего друга Хрома. Он не должен взлететь без команды.

Девушка замерла, дёрнулась к лесенке, но нашла силы повернуться к воину.

– Я не уйду, пока ты не скажешь, что с тобой? Ты умираешь?

– О господи, женщина. Я просто работаю комбайном по утилизации всяких уродов без сна и отдыха. Не умру я, а лишь в один миг отрублюсь. У меня в запасе ещё часов пять. Так что не будем его тратить.

– Засранец. Я же о тебе беспокоюсь, скотина черепомордая, – вдруг взъярилась девушка, попытавшись пнуть Варга под копчик. Неудачно, так как Призрак легко увернулся и перехватил ногу.

– Джессика, Феня уже вколол мне дикий коктейль, чтобы я мог идти вперёд. У меня мало времени. Час на вас, а оставшиеся на то, чтобы предотвратить взрыв и взять этого ушлёпка Гао.

Варг отпустил ногу и молча смотрел на девушку, которая тяжело дышала. Встретив ответный яростный взгляд, боевик склонил голову к плечу, выражая вопрос.

– Я, как у нас говорят, старый солдат и не знаю слов любви. Потому прошу прощения. Считай меня просто машиной для убийств, механизмом войны и оружием. Так проще, – вдруг добавил воин. – Но, повторюсь: времени мало. Я уже выбиваюсь из графика.

Не дожидаясь ответа, воин повернулся и бегом отправился к шлюзу.

Слов девушки Варг уже не слышал:

– Ошибаешься. Может, ты и клон, вторичный, но ты куда лучше и честнее многих. Так что выживи. Ты это заслужил.

Административный сектор.

Гао молча смотрел на последнюю запись, которую смог сделать один из биоорганизмов перед уничтожением. Роулинс, как и Дерек, был ошарашен тем, с какой скоростью действовал Варг. Вспомнив, что Призрак прибыл с ним на одном корабле, Марк вздрогнул. Эта машина войны даже близко была не похожа на того циничного и ехидного здоровяка, который отпускал шуточки на мостике.

Но Марк понимал, что Гао молчит по другой причине. С правого борта яхты произошёл бой мутантов с Черепом, а с левого борта один из покойных уродов успел запечатлеть корму корабля. Гондола, прикрывающая фокусирующую гравилинзу, была снята. На месте одного из мотиваторов зияло пустое отверстие и виделись оплавленные провода. Маршевый двигатель и часть системы гиперпривода были уничтожены. Корабль, который азиат хотел использовать для эвакуации, был серьёзно повреждён.

Гао выразительно посмотрел на Марка:

– Говори.

– Он уничтожил мотиватор стабилизации потока. Это скоростной корабль. Такая схема и гарантирует характеристики хода. Но опасна. Без стабилизации потока при ускорении произойдёт сдвиг. Корабль разорвёт. Про гипердрайв можно забыть. И нет, не починить. Очень специфичная деталь.

Гао молча отворачивается. Призрак опять его переиграл. Подготовленный путь отхода недоступен. Другие корабли в доках были преимущественно тихоходными грузовиками.

– Марк, свяжись со своими коллегами. Нам понадобится их корабль, – Гао отвернулся от техника. – Дерек, вторая пара достигла «Цифея»?

– Почти. Заходят с кормы в зоне указанных аварийных шлюзов. Сэр, но зачем это делать? Они ведь союзники?

– Уже нет, – криво усмехнулся Гао.

Марк, видя выражение его глаз, нервно сглотнул.

Добывающая станция «Гриндер».

Завод по переработке. Нижний уровень.

Огневая команда Дукворта ловко лавировала между небольшими астероидами, приближаясь к своей цели. Нижний створ станции упирался в пояс, чтобы ускорить добычу сырья. Потому мелких глыб было много.

По расчётам Гарри Дукворта, та парочка, которую они засекли, ещё была внутри цилиндра, двигаясь к цели. Извлечение груза потребует времени, а значит, его команде не нужны незваные гости. Следовало подготовить хорошую встречу. В духе Корпуса Морской Пехоты Альянса.

– Осматриваем всё вокруг. Браун со мной внутрь, остальные с Ферье контролируют подходы. Судя по схеме, наш объект в тупике ячейки, что примыкает к корпусу. Подход один, его и блокируем. Действуем.

Браун, передвинув за спину блок мощного термального заряда, двинулся за Дуквортом. Ферье с оставшимися бойцами перекрыл единственный проход, который вёл между глыбами к нужному обломку в конце секции. Согласно брифингу, следовало искать прикрытый наростами пыли люк внутрь некоего старого корабля. Там надо было забрать банки данных и личные импланты мертвецов. Затем установить заряд, уничтожить всё вокруг и вернуться к центру управления.

В секцию можно было войти только с одной стороны и двигаться по одному проходу. Ферье и его люди заняли позиции по бокам от него между кусками астероидов. Любой, кто решил бы пройти за бывшими морпехами, непременно попал бы в огневой капкан. Дукворт и Браун двигались с краю, прижимаясь спинами к глыбам, чтобы не попасть в сектор обстрела того, кто гипотетически мог сидеть в конце данного пути. Да и не принято в целом ходить строем по центру коридора.

Неожиданно в стене станции зажглись лампы, и Дукворт с Брауном нырнул в промежуток между глыбами.

– Ферье, внимание. Кто-то включил подсветку, и мне это не нра...

Больше бывший капрал в рацию ничего сказать не успел. На канале связи раздались панические вопли парней из группы Ферье. И за спиной Дукворта вдруг образовалось пустое пространство. Резко обернувшись, боец раскрыл глаза от увиденного. Тяжеленные глыбы из первых рядов, опутанные талями, с ускорением улетали обратно, будто кто-то задействован систему аварийного сброса груза – не только отцепил магнитные захваты, но и реверсировал полюса для придания ускорения крепежам. Хотя почему будто?

Ошарашенный увиденным, Дукворт не успел отдать команду Брауну бежать. И сам ничего уже не успел. Мощный удар в спину отбросил его на отлетевшую недалеко глыбу из передних рядов, а потом ещё и припечатал к её поверхности.

Дукворт и Браун успели только закричать. Точно так же, как и Ферье с остальными считаные секунды назад, за мгновения до смерти. Расплющенные скафы треснули, кровь под давлением разлеталась из отверстий во все стороны аккуратными шариками, не вскипающими или замерзающими, чтобы не говорили легенды. В вакууме нет конвенции и теплопроводности. Потому разлетающиеся брызги алой жидкости выглядели сюрреалистично.

* * *

– Диего, друг, не блюй в скаф, иначе ты задохнёшься от забитых фильтров, – произнёс Найтингейл, отворачиваясь от монитора в тесной диспетчерской. Ему и самому было неприятно видеть дело рук своих. Когда куски сброшенных астероидов разлетелись по пространству после того, как сыграли роль больших костяшек домино, стали видны и размозжённые останки боевиков. Выглядело это жутковато.

– Твою-то мать, Дэн. Ты попросил меня отключить систему безопасности, но даже не сказал, что это не для того, чтобы разбросать камни, а чтобы убить этих ребят. Боже милосердный. Это просто жуть. Зачем?

– Блин, а ты думал, что дезертир-пехотинец, который оружие брал в руки лет пятнадцать назад, и опер контрразведки, смогут занулить команду матерных наёмников? Или ты хотел доказать этим пижонам, что и Колониальная Пехота чего-то стоит? Только если мы герои вашего альянсовского кино. Чёрт, ты же в курсе, что поставлено на карту? Может, ты знал другой способ избавиться от этих ребят? Они на нас засаду там устроили, вообще-то!

– Не упоминай нечистого всуе, Дэн. Всё я понимаю. Просто...

Диего вздохнул и замолчал.

– Что просто, падре? Я эффективно использовал окружение.

– Да не в этом дело, капитан. Если отвернусь и наложу на твой голос, искажающий фильтр, будто слышу одного нашего общего циничного знакомого... Ты давно с ним общаешься?

Найтингейл замер, попробовал почесать затылок, но наткнулся на шлем скафа.

– Да ну на фиг. Я ведь реально, как он, действовал: эффективно, расчётливо и максимально цинично. Когда лечили Джесс, мы много с ним общались. Неужели он на меня так дурно влияет? – задумчиво протянул Найтингейл.

Диего ничего не ответил. Бывший техник лишь собрал свои инструменты, отсоединил тестер от щитка и спрыгнул со стенки, где в зоне вакуума находились вспомогательные пульты, на внутреннюю обшивку цилиндра. У него ещё оставалось неоконченное семнадцать лет назад дело.

Борт лёгкого крейсера «Защитник Истины».

Наставник Джером Кёртис пребывал в состоянии эйфории. Успех, всеобъемлющий и безоговорочный, почти достигнут. Именно он будет тем, кто вернёт Детям Истины то, что по праву принадлежит её детям. Не всем этим Пастырям, Пилигримам и Проповедникам этого хитрого Посвящённого и его епархии, а Миссионерам. Тем, кто воистину является Истинно Верующими.

Партия его союзников в собрании иерархов вовремя взяла дело в свои руки. При этом обойдя даже Ищущих из Инквизиции. Именно союз Военной и Миссионерской епархии должен принести кару еретикам и знамение заблудшим. Скоро, когда тот, кого сейчас называют Гао, принесёт ему ключ, его крейсер покинет эту систему. И, скорее всего, сектор, направляясь на встречу с экспедиционными силами.

Этот уголок космоса просто сгорит в очищающем огне, а помогут ему в этом, вот ирония, ставленники фракции, которая предпочитает не открытый бой, а всякие грязные дела. Посвящённые, которые считают, что можно точечным влиянием добиться больших успехов, чем прямым ударом по неверным. Наставник с насмешкой думал, что мягкотелая работа этой фракции лишь помогла предотвратить влияние Проклятых на неверных. Да, спровоцированный ими конфликт должен будет сильно ослабить местные державы и клановский сброд. Потом должно быть устроено масштабное внедрение аналогов Последнего Дара местному стаду, называемому гражданами. После этого отработает программа послушания.

Кёртис с недовольством признавал, что план хорош. И потому его, как и коллег по Миссионерской епархии, бесило то, что они будут задвинуты на второй план и потеряют влияние. Это был хороший план получить преимущество над Призраками и положить конец многолетнему конфликту с этой расой мутантов. Однако сохранить власть и преумножить влияние в этой игре стоит дороже.

Потому сначала он разрушит даже маловероятный союз местных и Проклятых, а затем устроит конфликт с пиратами, который перемолет и ослабит силы неверных. Далее силы Военной епархии пройдутся огнём и мечом по землям еретиков. И ключ к скрытым возможностям Последнего Дара и его аналогов, добытый Миссионерами, облегчит захват новых территорий. Война явно затянется, а значит, будет время адаптировать находку к военной доктрине.

Сигнал вызова с мостика прервал размышления Кёртиса. Раздражённо потянувшись к сенсору, Наставник включил голопроектор

– Есть результаты? Пастырь отчитался о победе? Есть новости от нашего отряда, который должен был принести мне голову Проклятого?

– Наставник, – голограмма вахтенного склонила голову в почтении, – лишь прибыли прототипы, которые захвачены Пастырем. Две твари сейчас в шлюзе.

Вахтенного при упоминании прототипов передёрнуло. Кёртис теперь тоже увидел странных долговязых существ в скафах, которые стояли в шлюзе. Они были безоружны, но группа Исповедников держала их под прицелом.

– Коды контроля получены, как и данные о седативных. Мы подключим их к медкапсулам, не снимая скафов. До базы нам должно хватить препаратов, – уточнил вахтенный.

– Приступай. Больше не отвлекайте меня.

Кёртис отключился и откинулся на спинку кресла. Проведя рукой по длинным волосам, он стал думать: а стоит ли везти эти игрушки домой. Технология их создания всё равно у неверных, а добывают её силы Посвящённых. Тоже им плюс. Если с кодом разберётся почти кто угодно, то с биоинженерными конструктами всё сложнее.

Нет, пусть этих идеальных солдат найдут после того, как захватят планеты Альянса. С этими пусть случится сбой, и они умрут. Прототипы ведь, а значит, не доработаны.

И ещё интересно, где отряд, который отправлен за этим Варгом? И когда там выберется этот Пастырь с кодовыми чипами? О том, что обновления можно передать только по спец каналам, он знал: тут Гао его не обманул. Вот только агент ему не нужен. Когда он передаст ключ, то умрёт. Как еретик, например. Слишком опасен этот человек.

Кёртис не знал нескольких вещей. Что за прототипами на отдалении следовал Варг. Пусть потрёпанный, ослабший, но всё ещё опасный. Зайдя с хвоста, где был гравипривод и мало сенсоров, воин прикрепился к обшивке, достал набор инструментов и начал подключаться к корабельной сети связи через сервисный люк. Сверхсветовая связь также питалась от альфаритового ядра. Импульсы гравитации имели сверхсветовую природу и через точки напряжённости могли стать сигналами меж звёзд. Адресата он знал.

Но вскоре Наставник узнаёт, что его переиграли. Когда солдаты активируют код управления, уродливые фигуры оживут. Проснувшиеся сразу после обретения покоя прототипы будут в ярости и с радостью выполнят приказ. Клинки скрывались в наручах. И пусть нет другого оружия, но их скорость удивила даже Призрака.

Стоило брату-сержанту в шлюзе нажать на кнопку, как фигуры задёргались и медленно пошли вперёд. Однако через несколько секунд прототипы резко ускорились, и сначала Исповедник лишился руки с оружием, а потом вверх улетела отсечённая голова.

Но точно никто не знал, что в самом низу станции от выемки в сброшенной глыбе отделился человек с разможëнной ногой. Системы скафа загерметизировали повреждение и перетянули артерию. Сейчас преисполненный ярости, Гарри Дукворт летел обратно. Бывший морпех, понимая, что без медпомощи он скоро умрёт от осложнений, вызванных невесомостью, стремился успеть отомстить тем, кто убил его людей.

Историческая справка 2. Технологический прорыв

Выдержка из архива Государственного Университета города Кеннеди.

Новый Марс. Межзвёздный Альянс.

(В настоящий момент статья стёрта).

Одним из самых значимых достижений науки и техники в период перед первой Вспышкой, то есть вначале двадцать третьего века, можно считать воплощение в реальность интерфейса человек-машина. Предсказанный писателями-фантастами и футурологами ещё на заре эры цифровых технологий, но долго ждущий безопасного воплощения, чип, способный подключить нервную систему к периферийным цифровым устройствам, должен был помочь осуществить пришествие новой ступени эволюции.

Мысленное управление позволяло осуществить ранее недостижимый уровень быстродействия в разных областях: точное и простое управление транспортом; эффективное использование экзоскелетов в военном деле и гражданских отраслях; обработка информации; управление другими имплантами, например, глазными; контроль за эмоциональным состоянием. Последнее было особенно актуально при лечении хронических заболеваний психики. Врач мог напрямую оказывать воздействие на разум пациента, что ускоряло терапию и повышало результативность во многих случаях.

Прорыв Жерара Перье, Дэмиана Листера, Джошуа Рэтбоуна и Уильяма Гейнса должен был изначально быть более объёмным, чем мы знаем сейчас. Эффект обратной связи, который позволял управлять процессами нервной системы, был врезан по требованию надзорных органов. Жёсткая аппаратная прошивка запретила данное воздействие из-за опасения его применения в дурных целях. Поэтому для полного раскрытия потенциала устройства требуется жёсткий контроль оператора. Об излечении психически больных, тренировке нервной системы и мышц пришлось забыть.

Отчасти причину почти полного запрета эффекта обратной передачи связывают с тем, что Дэмиен Листер работал на корпорацию «Еврокорп». Данный коммерческий конгломерат, а точнее, его лидеры, были связаны с тоталитарной сектой «Дети Истины». В ней также состоял Жерар Перье.

Долгое время из-за этого ходили слухи, что импланты были созданы на деньги данной церкви с целью зомбирования паствы. Конечно, это чушь. Перье умер незадолго до релиза своего изобретения. Листер покинул «Еврокорп» незадолго до ликвидации данной компании властями. Впоследствии он пропал без вести вместе с другими пассажирами ковчега «Колосс».

Что касается Рэтбоуна и Гейнса, то их карьера удалась. Патриархи одноимённых Первых Семей в итоге стали основателями корпораций «Кибер Комуникэйшн» и «Био Генететик Инжиниринг». Импланты производит теперь не только «Киберком», но и другие компании. В том числе и на территории Конфедерации Драконов.

Технологии личных имплантов на данном уровне достаточны для большинства нужд. Возможно, мы увидим в будущем изначальный проект. Увы, в связи с потерей технологий после Исхода мы во многом зависит от реверс-инжиниринга. Одно точно: никаких тайных и недокументированных возможностей эти чипы не имеют.

Глава 16. Я пришёл по ваши души

Орбита станции «Гриндер».

Борт лёгкого крейсера

«Защитник Веры» (Цифей).

Фенрир, если бы мог выражать раздражение, как люди, сплюнул бы от переизбытка плохих чувств. Пусть и накачанный различными укрепляющими веществами, и с очищенной кровью, но Варг был сильно не в форме. Да, мраковец всё ещё куда крепче местных, но ранение, кровопотеря, применение стимулятора «Берсерк», эффект отката и отсутствие полноценного отдыха даром не проходят.

Воин был на пределе, а возможности восстановиться не предвиделось. Бой со странными тощаками это прямо показал. Варг на короткое время потерял сознание и просто рухнул. Фенрир еле смог подобрать щадящую медикаментозную поддержку. Три-четыре часа – столько ещё мог драться Череп перед тем, как отрубится. Хуже было другое – воин явно уже терял ясность мысли.

Варгу был нужен простой сон. Однако это было недопустимой для него роскошью в этой ситуации. Поэтому искин принудительно ввёл своему напарнику лёгкий седатив, пока они подлетали с кормы к крейсеру. Традиционно там, где располагались приводы гравитационного движителя, не ставили сенсоры. Помехи в полёте губили любую чувствительную технику. И во время движения никто не мог проникнуть с этого ракурса.

Встроенными в броню газовыми движками управлял сам Фенрир. Лишь у обшивки он прекратил ввод успокоительного и добавил лёгкий аналог адреналина.

– Чёрт. Фен, я почти уснул, – заметил воин, а искин радостно диагностировал улучшение токов мозга. О том, что это его мохнатых лап дело, Фенрир мудро промолчал.

– Организму требовался отдых. Вот я и не стал тебя дёргать. Хорошо, что ты набрался сил. Они нам понадобятся. Те тощаки не единственные.

– Полный отчёт, Фен? – сразу подобрался воин. – Почему сразу не сообщил?

В этот момент Варг уже присел у неприметного люка на обшивке, доставая из подсумка инструменты и сетевой конвектор для подключения Фенрира.

– Они были далеко и не видели нас. Плюс они уже на борту. С учётом того, что они вошли через главный шлюз, для экипажа это не враги.

Варг закончил подключение, и осталось только ждать, пока его напарник взломает сеть. Новости нерадостные. Неужели эти фанатики решили отойти от некоторых своих постулатов относительно чистоты истинной человеческой расы и теперь клепают генетических уродцев? Судя по тому, что какая-то биологическая жижа из одного пробитого шлема вытекла, это явно не андроиды.

– Напарник, они что, идиоты? Тут всё висит на одной шине данных. Если не считать ответвлений на разные системы, всем на корабле можно управлять с одного пульта. Это противоречит правилам информационной безопасности.

– Наоборот, – хмыкнул Варг. – Иерархи фанатиков должны иметь полный контроль над паствой в случае её мятежа. Да и не обучают их программированию так, чтобы рядовые спецы могли взломать систему. Всё завязано на биометрию капитана и верных офицеров. Так что... Угадай, что дальше?

– Коллега, да я же могу захватить корабль! С моими возможностями.

– А вот это нет. Всё-таки одна изолированная система есть – самоуничтожение. На случай захвата или гибели офицеров. Она автономна. Нам нужно только сделать пару вещей.

– Я тебя понял. Уже ломаю. Ты бы хоть предупредил, что будет так легко. Кстати, я уже взломал камеры. Кем бы ни были эти уроды, они, похоже, не совсем подконтрольны местным.

На внутришлемном дисплее последовательно отобразились изображения с камер в шлюзе, коридорах и у заблокированных межпалубных трапов. Всюду были тела: в лёгкой броне, боевых скафах и серых рабочих робах. Часть трупов была в расчленённом виде. Отрубленные головы и конечности лежали повсюду. Часть просто расстреляна. Варг отметил удивление на лице отрубленной головы: рот искажён гримасой, в застывших глазах ужас, а на лбу уже знакомая татуировка с Фениксом и солнцем.

Убитых огнестрельным оружием было больше на последних кадрах. Там же, у закрытого люка находилась знакомая парочка долговязых фигур. Судя по всему, сначала они использовали встроенные клинки для неожиданного нападения. Тогда их и залило кровью с ног до головы. Лишь потом уродцы взяли в руки трофейное оружие.

Экипаж смог противопоставить натиску лишь блокировку отсеков на нижних ярусах. Сейчас силы Исповедников стягивались к точке прорыва.

– Всё интереснее и интереснее, Феня. Похоже, среди фантиков разлад. Видимо, этот Гао принадлежит к другой фракции. Иначе сложно объяснить, почему экипаж вырезает собственное живое оружие.

– Тут ещё кое-что любопытное. Ты, похоже, прав. Местный капитан очень недоволен и позвонил нашему общему знакомому.

– Подключай. Пока послушаем, а потом скажем своё слово, – скомандовал Варг. – Похоже, нам придётся захватывать не только машинный зал, но и более важные объекты.

* * *

Джером Кёртис был в гневе. Чёртов Пастырь! Этот урод, которого сейчас называют Гао, всё-таки решился испортить его триумф. Тупой солдафон! Идти против иерарха – идти против воли Создателя. Ему конец.

Сначала иерарх был напуган, когда увидел, как прибывшие на борт биодроны, ещё один трофей, атаковали его людей. Они явно стремились на мостик и к каютам офицеров наверху. К его апартаментам. Но сложно стать Наставником, если ты не готов отстаивать своё право быть среди избранных Создателем всеми доступными методами.

Справившись с первым шоком от внезапной атаки, Кёртис не стал сразу вызывать чёртова Пастыря. Сначала он прервал неукротимое продвижение взбесившихся боевых машин, заблокировав двери. Судьба оставшихся членов экипажа его не волновала. В нижних отсеках не осталось никого, критически важного для сохранения работоспособности и функционирования систем корабля. Приемлемый ущерб. Сейчас силы Исповедников сменят лёгкую защиту на боевые скафы и броню тяжёлых пехотинцев. Контрабордажный отряд сгруппируется и нанесёт ответный удар.

Вот теперь самое время вызвать на связь предателя. Кёртис понимал, что епархия Посвящённых, которая долго готовила этот план по завоеванию земель еретиков, так просто не сможет смириться с тем, что Военная епархия, как и епархия Миссионеров, сможет их обойти. Но действовать настолько прямо... Глупо.

– Ты много на себя взял, чëртов еретик. Нападение на иерарха подобно оскорблению Бога и карается смертью. Твой нелепый план провалился. Я остановил твоих уродцев. Сейчас мои солдаты займутся ими.

– Самое смешное в твоих словах, тупой ублюдок, так это относительно нападения на иерарха. То-то вы режете друг дружку всеми доступными способами. Или это другое?

– Да как ты смеешь, предатель?! – завизжал Наставник. – Ты ещё не понял, что сейчас мои люди разберутся с этими уродами, а потом я отправлю их за твоей головой, еретик?!

– Я бы посмотрел на это, но есть проблема. Сразу видно, что кроме самомнения, у тебя, урод с одухотворённой мордой, больше ничего нет. Как и мозгов. Ты очистил и заблокировал отсеки. И вахты на стратегическом узле нет. Только замки. Я про машинное отделение и альфаритовое ядро, если что.

– Что ты несёшь, мерзавец?! – завизжал Наставник, почуяв подвох.

– Самую очевидную вещь, мой недалёкий оппонент. Ты и так нагадил своей дурью выше всякой меры. Мне не нужен твой корабль. И ты только мешаешь. Сейчас эти ребята спустятся, прорежут дверь инструментами брони, а потом активируют самоликвидатор у ядра. Ты же в курсе, что такое сдвиг?

– Ты не посмеешь, – побледнел Кёртис, увидев, что уродцы ожили и направились вниз. – Подожди. Я могу простить тебя. Я дам тебе больше, чем твоя епархия. Ты станешь...

– Да заткнись ты, урод. Хоть умри как мужчина, – брезгливо бросил Гао. Однако вскоре он удивлённо вскинул брови. Как и Кёртис. Просто ещё один абонент подключился к их разговору.

– Кхм, извиняюсь за беспокойство. Хотя у вас очень интересная беседа, но я вынужден вмешаться, – вдруг раздался скрипучий голос. Будто неизвестный говорил через искажающий вокабулятор. Гао сразу понял, кто это, а потому нервно дёрнулся и приложил ладонь к шраму на лбу. – Говнюк по имени Гао, неизвестный говноед, а я старший лейтенант из подразделения «Мрак». Пока ещё можете, называйте меня Варг.

– Отродье Проклятого, – побледнел Кëртис. – Я же направил за тобой отряд! Ты не можешь быть жив!

– Да ладно? Отправить восемь долбодятлов, которые ваше писание знают лучше ТТХ автомата – это оскорбление. Ничего, их кровью я его уже смыл. Вы, хитроседалищные мои, пойдёте следом. Дурачок, на борту, ты следующий. Потом займёмся плодом рекламы безопасного секса по имени Гао. Нет желания облегчить душу? Например, чего вы тут забыли, уроды? Или мы мало вам прописывали люлей? Да, взрыва не будет. Пока.

– Вам конец, мутанты! Скоро мы вернём в лоно веры этих заблудших! Ваш план привлечь их на сторону тьмы провалился! Они примут Истину, и мы уничтожим вас, отродья! – вдруг закричал Кёртис. Глаза наставника горели огнём безумия.

– Гао, чем они у вас питаются? Нервные и нежные больно. Боюсь спросить, как он орёт, когда по большому хочет?

– Так он уже обосрался. Раз ты его берёшь на себя, то заключим сделку. Ты разбираешься с этим идиотом, позволяешь мне уйти, а я не взрываю станцию. Как тебе? Дождёшься своих или клановцев. Может, вернёшься к своим. Или пошли к нам. Наша епархия более лояльна к чужакам. Даже тебе найдётся место.

Наступило молчание, а потом из динамиков раздался скрипучий смех:

– Узкоглазый, ты юморист. По-твоему, я тебе поверю или буду служить вам уродам? Ты что употребляешь? Наши программисты по ИИ на том же походу сидят. Только не сознаются.

– Попытка неплохая, но слабовато, – хмыкнул Гао.

– Да куда подальше иди, кусок дерьма. Вы там все одним миром мазаны. Напускное благочестие, борьба за нравственность, а как копнёшь – гнилью тянет. И да, тобой я займусь позже. Пока не вешайся сам. Я тебе помогу. Не надо женщин и детей убивать, тогда мог дождаться пули в лоб. Я бы тебе его антисептиком даже помазал. Чтобы пуля инфекцию не занесла.

– Посмотрим, Череп. Я тоже долго ждал этой встречи. Не конкретно с тобой, а с одним из ваших. Так что и ты сгодишься, Варг.

– Договорились. Кстати, а вы на камеры не смотрите разве? А я старался.

Гао и Кёртис синхронно посмотрели на те сегменты экрана, где были показаны отсеки с дронами и бойцами сил Исповедников. Если искусственные солдаты вдруг словно взбесились, бросившись к приоткрывшемуся люку, то солдаты наставника... Неизвестная сила подбрасывала их сначала к потолку, а потом с силой кидала на палубу. И так несколько раз за считаные секунды. Потом в этом и смежных отсеках, где были солдаты, гравитация и вовсе отключилась.

Такое было возможно в том случае, если подать напряжение на гравиплиты и инвертировать вектор тяги. Повышенная гравитация кидала солдат сначала вверх, а потом с ломающей кости силой, притягивала обратно. Плиты такого варварского обращения не выдержали и перегорели. В отсеки пришла невесомость. С ужасом Гао и Наставник поняли, что Варг каким-то образом захватил контроль над системами крейсера. И по протоколу корабль должен быть взорван. Данное решение принимал уже центральный компьютер.

Тела контуженых бойцов зависли в пространстве и не шевелились, пока некий звук разносился из динамиков. Короткий проигрыш электрогитары, на который и среагировали дроны, потом повторение, а потом присоединяются барабаны, синтезатор и ещё одна гитара. Вскоре грянула лихая песня на старом английском. Певец приветствовал тех, кто приехал в его джунгли.

Но это будет позже. Дроны, взбешённые резким звуком, рвались вперёд, расстреливали и резали контуженых бойцов, прорываясь выше.

– Guns and roses. Это одна из их самых известных и лучших песен, – раздался скрипучий голос из динамика. – Наслаждайтесь. Только напоминаю, что я пришёл по ваши души. Всех вас. Скоро увидимся. Добро пожаловать в мои джунгли. Гао, передай привет Марку. Я о нём не забыл.

Варг, судя по щелчку, отключился. По виску азиата скатилась капля пота. Молча посмотрев на собеседника, который хотел что-то сказать, прервал связь и он.

Оставшись один, Джером Кёртис попробовал вызвать некоторые протоколы управления. С ужасом молодой иерарх смотрел на то, как на экране появился таймер обратного отсчёта. До взрыва крейсера осталось меньше пятнадцати минут. Столько система безопасности дала ему и старшим офицерам на эвакуацию. Ещё и вывалив список нарушений безопасности. Прочтя пару строк, наставник почувствовал, как холодеет сердце. Он понял, зачем Проклятый рискнул напасть на крейсер.

Бросившись к личному сейфу, Кëртис лихорадочно набрал команду. Открыв его, мужчина схватил несколько папок и накопитель данных. Пусть он и провалился, но чёртово отродье не получит ничего и не навредит делу истины. Из динамиков раздавался голос Акселя Роуза, который умер века назад:«Добро пожаловать в наши джунгли, детка. Здесь тебя ждёт смерть!»

Позади раздался непонятный шум. Кëртис резко повернулся, собираясь кричать, и замер в ужасе.

Станция «Гриндер».

Административный центр.

Гао посмотрел на бледного Дерека:

– План А не удался. Есть план Б. Через четверть часа крейсера не станет. Пусть твои зверюшки продолжают резню. Я впечатлён.

Напуганный учёный только кивнул. Его кадык дёрнулся, когда он нервно сглотнул. И ещё он молчал. Кем бы ни был тот безумный мужчина в рясе и с длинными волосами, собеседник Гао, он явно принадлежал к какой-то долбанутой секте. Его новый начальник и с такими дебилами работает? Во что она на самом деле вляпался?

– Марк, как ты видишь, твой знакомый помнит о тебе. Как думаешь, он сразу тебя убьёт? Мне кажется, что сначала он будет тебя пытать. И ради информации, и чтобы наказать. Ты всё ещё думаешь, что заманить корабль корпорации в ловушку – глупость?

– Нет, – помотал головой темнокожий техник. – Я согласен.

– Какого чёрта? Там корабль! – вдруг закричал Дерек, который изучал показания на мониторах. – Судя по транспондеру, какая-то частная яхта «Арабелла».

Услышав это, азиат резко повернулся к экрану. С ужасом он смотрел на то, как корабль, который он хотел использовать для бегства, покинул частный док. Тот самый, где Варг, пусть и с трудом, но победил пару дронов Профа. И именно там Призрак якобы повредил гравипривод корабля.

Резко обернувшись и активировав электромышцы скафандра, азиат приподнял Роуллинса, бросил его на стену и сжал тому горло второй рукой.

– Марк, ты же сказал, что мотиватор уничтожен и второго такого нет. Почему яхта движется своим ходом? Наше оружие уничтожено ракетами, крейсер не с нами. Скажи, как мне его остановить? И кто это может быть? Кто на борту? Отвечай! – прокричал агент фанатиков.

– Это правда. Без этого мотиватора данный движок бесполезен. Но это частная яхта. Вполне возможно, что у владельца стоит дубль привода. Дорого, но он мог такое себе позволить.

– Допустим. Кто на борту?

– Мои коллеги из Патруля. Найтингейл, Барнет, Чан – любой из них и местные. Они больше нигде не светились после боя. Похоже, Варг привёл их к кораблю, имитировал повреждения и ждал, пока ваши коллеги снимут блокаду. Почему-то ему важно, чтобы они ушли.

Гао умел быстро думать. Он вспомнил и личные импланты, которые Призрак вырезал из тел одичалых, и отправку беспилотных буксиров. Проверил тогда их системы защиты, раздёргал ПКО станции, уничтожил командный центр и вызвал блокировку. Проклятый Череп наверняка понял, что стало с обитателями станции. Он пытается предупредить своих о новой угрозе. Для остатков плана Посвящённого это смерти подобно. Сохранить замысел важнее Гао, его людей или тех ресурсов, которые так и не выгрузили со станции. Нельзя это допустить. Он не один из этих грёбаных иерархов. Он истинно верующий. Пусть объект его поклонения не Создатель, а конкретный человек...

– Марк, малыш, слушай меня внимательно. Сейчас ты снова свяжешься с тем кораблём и скажешь, что им надо уничтожить корабль, который смог уйти. Именно уничтожить. Потом пусть пулей летят сюда. Нас скоро посетит очень неприятный гость. Дерек, – Гао отпустил Марка, и тот упал. – Дай мне всех подконтрольных дронов. Пусть сползаются сюда. К нам идёт крайне злой мутант. И куда запропастился грёбаный Дукворт?

На последний вопрос ответа не было. А вот яхта «Арабелла», покинув док, задрала нос вверх и свечкой ушла туда, где условно был верх. С борта лёгкого крейсера огонь не открыли.

Борт лёгкого крейсера

«Защитник Веры» (Цифей).

– Да ты артист, – смеялся Фенрир. – Пока ты с ними говорил, мы продвигались к шлюзу верхней палубы.

Именно так. Варг сначала планировал взлом, передачу информации и зачистку. Или, скорее, уничтожение крейсера. Но помощь неожиданно пришла от врага. Потому воин лишь откорректировал свой план с дестабилизацией гравиплит для выведения солдат и экипажа из строя. Это сработало. Тощаки, пробираясь к мостику, вырезали контуженных серых и расстреливали из трофейных импульсников тяжпехов, отвлекая на себя экипаж. Тогда как Череп, пользуясь возможностями Фенрира, просто пробежался до шлюза по внешней обшивке. Сейчас он заканчивал шлюзование.

Над дверью шлюза зажёгся зелёный сигнал, и створка отошла в сторону. Варг прижался к стене, а камера на гибком проводе выглянула наружу. Ну, привет, фантики.

Обычно при штурме вперёд идёт граната, но пока не стоило сигнализировать противнику, что их атакуют с другой стороны. Потому присев, Варг быстро высунулся наружу, сделав несколько выстрелов из верного «Кистеня». Для штурма, учитывая наличие тяжеловооружённых и хорошо защищённых противников, Череп выбрал компоновку со стволом шесть миллиметров и подкалиберные пули.

Последние с такой дистанции дырявили броню не хуже импульсника. Это были готовы подтвердить офицер и пара солдат в серых зализанных скафах «Галилей». От восторга они даже на пол упали и по стенкам сползли.

Прислушавшись с помощью активных наушников и не найдя признаков присутствия врага, воин перехватил поудобнее импульсник и бросился вперёд. Больше каюту капитана-иерарха никто не охранял.

Секунда ушла на то, чтобы прислонить отмычку к сенсору, пара секунд на подбор кода, затем открытие двери, контроль взглядом странно обставленной каюты. Некий мужчина в рясе бросился к сейфу за декоративной панелью. Ты-то нам и нужен, дружок.

Варг зашёл в каюту, нажал кнопку закрытия и ударил по пульту, замыкая схему. Теперь им не помешают.

Мужчина, который открыл сейф, повернулся на звук. Варг узнал Наставника Кёртиса, которого видел во время разговора с Гао. Тот тоже понял, кто посетил его каюту.

Не давая иерарху опомнится, Варг подскочил к мужчине и ударил того в лоб. Глаза Кёртиса закатились, он стал оседать на пол. Как ни странно, но Призрак подхватил его и аккуратно положил, вколол в бедро тюбик снотворного и стянул пленнику руки стяжками, которые позаимствовал ранее у Найтингейла.

Затем воин подхватил носитель и подключил к своему такблоку. Фенрир сразу начал ломать защиту. Папки, проверив на ловушки и системы самоподжога, Варг бросил в рюкзак.

– Бинго, напарник. Тут есть коды связи, дислокация флота, приказы. Так, у нас проблемы. Варг, ты только глянь.

Воин только чертыхнулся. Кто там говорил про флот, который не может незаметно просочиться через границы?

– Варг, да они здесь резню устроят. Все системы под ударом. Плюс коды для установленных минных полей. Они их ставят повсюду. Пираты в первом и их регулярная армия во втором эшелоне.

Череп долго не раздумывал. Подключившись к системе связи, воин ранее отправил депешу о первичных целях. Но это...

– Фен, сколько на таймере?

– Шесть минут.

– Слушай меня внимательно. Нужно отправить пару сообщений. Есть очень злая идея, как поднасрать этим угрёбкам.

– И помочь нашим? Понял, работаем. Диктуй.

Снаружи раздался шум, гул голосов, а на двери зажёгся яркий огонёк. Кто-то пытался вскрыть дверь плазменным резаком.

Подхватив тело иерарха и наведя на дверь импульсник, Варг стал отступать к углу молельной комнаты. Там по планам находилась личная спасательная капсула Наставника.

– Тогда поторопись. Диктую первое сообщение. Для командира ударного крейсера «Разящий»...