Призраки бункера

Глава 1

В Торговом квартале было шумно, дымно, пахло пережаренной едой и благовониями. Натужно кашляли ржавые движки, пронося кое-как слепленные колымаги под окнами, не знавшими стекол. За деревянными жалюзи́ и пыльными циновками расползался душный августовский вечер, не суливший никакой прохлады. После апокалипсиса что лето, что зима, что день, что ночь — всё превратилось в нескончаемое пекло.

Крис усмехнулась, сильнее надвигая на глаза потрепанную кепку, из-под козырька глянула на своего собеседника. Ситуация, если подумать, выходила довольно забавная. Она, изгой, многие годы безвылазно сидевшая в бункере и не рискнувшая бы постучать в городские ворота. И он, житель окружавшего бункер Запретного кольца, тех ещё трущоб — но с надменностью настоящего горожанина, слишком явно сквозившей в словах и во взгляде. Оба — в довольно приличном заведении Торгового квартала, нейтральной зоны между городом и Кольцом... где им совершенно нечего было делать! Обычно заказчики спускались в бункер, а большинство составляли его постоянные жители: изгои и члены различных группировок — но в этот раз случилось что-то из ряда вон выходящее. Крис пригласили на поверхность и даже угостили очень хорошим ужином, чем она поспешила воспользоваться, нисколько не заботясь о последствиях.

– Думаю, пришло время озвучить условия, – холодно произнес «кольцевой», наблюдая за собеседницей. Он не прикоснулся к еде, а Крис, сыто откинувшись на спинку дивана, еще лениво скользила взглядом по столу, рассуждая, что сможет в себя впихнуть. Наваристые бульоны с лапшой, жареные и паровые пельмешки с разными начинками, десяток разнообразных закусок, что-то сильно напоминавшее настоящую рыбную консерву... А еще вон те безумно вкусные сладости, что так и просились в рот с терпковатым травяным чаем... Как жаль, что нельзя унести всё с собой или в себе!

Крис хватило лишь на то, чтобы утвердительно кивнуть хмурому кольцевому — хотя тот и не спрашивал ни о чем.

– Слушайте со всем возможным вниманием, – изрек он строго. – От правильности выполнения зависит ваша награда и жизнь. Вам следует спуститься на самые нижние уровни бункера — не те, что были прокопаны недавно, а те, что лежали в основании при его постройке. Если удастся, исследовать технические помещения, где проходимость была ниже...

– Зачем? – ляпнула Крис, за что удостоилась мрачного взгляда.

– Не перебивайте! – словно указкой по столу треснули. – Я выдам вам стерильный набор: емкости, пакеты, пинцеты, перчатки. С их помощью вам следует собрать образцы растений и мха, которых вы не видели на остальных уровнях. Если встретите мелких насекомых — их тоже, но следите, чтобы не выбрались.

– Хотите построить флорариум? – козырнула Крис мудреным словом. Напыщенность «кольцевого» её не столько бесила, сколько веселила — хотелось сбить эту спесь.

– Не вашего ума дело, – мрачно отрезал он. – На выполнение дается неделя. Ровно через неделю, в двадцать ноль-ноль, я буду ждать вас у северного выхода из Кольца. Все образцы должны быть живыми! Оплату получите только за уникальные и, повторяю, живые экземпляры!

– Поняла... – скривившись от его занудства, протянула Крис. – Только мне ваши деньги без надобности, внизу своя валюта.

– Ожидаемо. – Кольцевой вручил ей блокнот с довольно длинным списком. – Отметьте, в чём вы нуждаетесь в первую очередь.

Крис скользнула взглядом по названиям — и у неё округлились глаза. Лекарства! Даже самые редкие и дорогие! Конечно, она могла набрать гору бинтов, а могла взять всего десяток упаковок чего-то более серьезного — они не были равнозначны, выбирать следовало очень аккуратно! Это заняло у неё немало времени, за которое кольцевой даже не двинулся с места, продолжая буравить собеседницу неприятным пронзительным взглядом. Крис было уже плевать, она встречала людей и похуже, тем более сейчас её полностью занимало назначение себе же будущей награды. И уже овладевшее приятное предвкушение того, как она сможет это сбыть — и что получит взамен.

– Вот, – наконец пробормотала она, возвращая блокнот кольцевому, и поспешила стянуть со стола пару жареных пельмешек, разом запихнув их в рот — от напряжения и волнения вновь проснулся голод. – Так можно?

Кольцевой скривил тонкую бровь.

– Если вы принесете достаточно материала.

– Тогда решено?

– Еще один важный момент, мисс Валентайн, – произнес тот, и вот теперь Крис стало не по себе. Никто в бункере не знал её фамилии, ведь она отказалась от семьи, сбежав сюда. По спине поползли крупные мурашки, вонзаясь в кожу ледяными лапками. – Никто, ни одна живая душа, не должен знать о цели вашего путешествия. Это полностью секретное задание. Если произойдет утечка информации — пеняйте на себя.

Последние слова звучали не так уж страшно, но Крис хватило ума понять, что за ними стоит. От этого напыщенного хрыча, имевшего доступ к таким сокровищам, можно было запросто ожидать даже убийства. Ведь, скорее всего, кольцевой — только мелкая сошка; посредник, которому вскружили голову призраком дарованной власти — и которого легко можно будет убрать. За ним стоит кто-то серьезный, думается — учёный, человек из города. А с ними шутить не стоит.

– Я поняла, – совсем другим тоном ответила Крис. – Никто не узнает. И раз мы всё обсудили — теперь я могу доесть?

– Да. – Кольцевой поднялся со своего места и одним едва заметным движением поставил ей под стул заурядную сумку — с какими бегали по Торговому кварталу разносчики обедов. – Не забудьте.

С этими словами он вышел, оставив Крис в полном одиночестве — однако та была уверена, что следить за ней будут до самого входа в бункер.

Глава 2

Время шло, и на первый взгляд могло показаться, что Крис напрочь забыла о задании странного мужчины. Она занималась мелкими поручениями и разносила посылки; валялась на потертом диване с едва работавшей электронной книгой в руках; поливала и пересаживала неприхотливые растения в десятке маленьких самодельных горшочков, зеленым оазисом украшавшие одну из стен. Но вечером пятого дня в её дверь постучался взъерошенный восьмилетний мальчишка в мешковатом комбинезоне — и Крис моментально подскочила с места, щелкнула замком, пропуская малого в квартиру.

– Ну что, удалось? – строго спросила она, усадив долгожданного гостя за стол и щедро налив ему розоватой жидкости из трехлитровой банки.

Мальчишка залпом осушил стакан, довольно причмокнув от едва уловимого сладковатого привкуса, оставшегося на языке — и лишь затем ответил:

– Да, через три часа он ждет тебя здесь, – грязные пальцы выудили из нагрудного кармана измятый клочок бумаги. Между напечатанных символов виднелись криво выведенные угольным карандашом цифры.

– Я же говорила тебе ничего не записывать, только запоминать! – мгновенно взвилась Крис. Она с этим сиротой, два года назад грязным и тощим котенком спасенным с нижних этажей бункера, билась уже не первый месяц. Даже семью приёмную нашла, но он всё просил научить его быть курьером — и при этом как назло делал всё наперекосяк! Путал уровни и коридоры, терялся с заказчиками, забывал задания. А ведь хорошая память при их работе — самое главное!

– Ладно, по крайней мере, он согласился... – быстро остыла Крис и вручила мальчишке пряник — жесткий, но довольно вкусный. Тот мгновенно вгрызся в него зубами и пробормотал с набитым ртом:

– Ты куда-то собралась? Серьезное дело?

– Дело, да не твоего ума, – усмехнулась Крис, потрепав по рыжей голове. Мальчишка недовольно нахмурился от такого пренебрежительного жеста. – Вернусь через пару дней.

– Значит, далеко.... – рассудил он. – Принеси мне что-нибудь интересное!

– Обязательно. А теперь дуй домой, тебя заждались уже!

Ловко спрыгнув с табуретки, он унесся к двери, а Крис принялась собираться. Это у неё заняло совсем немного времени: налаженный алгоритм, постоянный, небольшой список действительно необходимых вещей, отправленных в удобный рюкзак. В этот раз к ним присоединилось и выданное кольцевым оборудование, тщательно замотанное в свитер — на нижних уровнях бывало прохладно.

Бункер имел довольно простую и понятную структуру. Небольшой верхний сектор, где располагался рынок, кабаки и столовая, где днём работал врач и учитель грамоты для детишек, куда запросто приходили люди с поверхности — довольно безопасное и мирное место. Под ним: центральный сектор, занимавший куда большее число уровней. Здесь предусматривались жилые помещения, после выхода на поверхность занятые лишь на треть. В остальные двери лучше было не заглядывать: велика вероятность нарваться на подпольный цех, теплицу, склад, пристанище одной из банд. И нижний сектор — технические уровни, куда никто особо не совался, если только не пытался что-то тщательно спрятать. За пять лет пребывания в бункере Крис излазила весь верхний сектор, достаточно хорошо изучила центральный и даже наведывалась в нижний. Она не только быстро доставляла пакеты, не заглядывая в их содержимое, но и точно передавала разные сообщения, а порой и помогала достать какие-то редкие вещицы, не боялась сунуться в самую темную дыру... Но этот заказ сильно отличался от других.

Никто доподлинно не знал, сколько у бункера этажей, нумерация шла от верхних уровней вниз, а переходы не всегда были открыты. В целях экономии электричества, освещение в коридорах на технических уровнях давно отключили — всё равно никто уже не помнил, как обслуживать древнее оборудование. Там было темно, прохладно, иногда сыро, путь часто преграждали какие-то неведомые механизмы, а на голову запросто могло свалиться что-то проржавевшее или истлевшее. Не лучшее место для прогулок. И главное, никто не знал, где именно среди этого мрака искать спуск ещё ниже.

С трудом признаваясь себе в этом, Крис всё же немного нервничала. Ей вроде как повезло, знаток «катакомб», сосватанный ей боссом одной из серьезных местных группировок, согласился на встречу. Еще даже не на сотрудничество. Смогут ли они договориться? Стоит ли доверять этому полумифическому человеку, о котором доподлинно не известно ничего, кроме странной клички — Штейгер? Крис даже не была уверена, что на нижних уровнях растет нечто особенное. Она долго рассуждала о загадочном поручении, о причинах появления нетипичных растений... В итоге пришла к выводу, что в технических помещениях когда-то мог быть завышен уровень радиации — и это привело к мутации. Либо — каким-то образом могли остаться и выжить древние организмы, здоровые, сильные — а не те, что сейчас едва давали урожай. Но всё это оставалось лишь предположениями. Не факт, что Штейгер выведет её туда. Да и что она на самом деле там найдет? А вдруг ничего — и вернется с пустыми руками?

«В таком случае просто отковыряю первый попавшийся мох, вымочу в воде с краской и отдам. Пока разберутся, лекарства уже будут у меня...» Успокоив себя подобным образом, Крис напялила любимую кепку и, надев рюкзак, отправилась в путь на пару уровней ниже.

Глава 3

Заведение, куда спускалась Крис, люди с поверхности не посещали. О нём-то и в бункере не все знали, уж очень удачно оно пряталось за толстой бронированной дверью, больше напоминавшей переборку подлодки, в самом конце длинного и темного коридора. Да еще и на одном из нижних уровней. Внутри не было ни каких-то особых развлечений, ни запретных удовольствий, ни элитного алкоголя. Только натуральная выпивка среднего качества, спокойная обстановка и гарантия того, что никто не станет задавать лишних вопросов.

Крис постучала условным стуком, дверь отворил мускулистый высокий мужчина, явно охранник — и окинул гостью испытывающим взглядом с ног до головы. Недобро хмыкнул и пропустил внутрь. Его смешок Крис поняла уже позже, когда шагнула через высокий порог в неожиданно просторную комнату, где не наблюдалось ни одной женщины.

Судя по запаянным или закрытым решетками выводам труб, здесь когда-то находилось техническое помещение, возможно — котельная, из которой вынесли всё оборудование и соорудили столы и сидения прямо из ящиков и досок, кинув на них выцветшие ковровые дорожки. Вполне вероятно, еще пару лет назад они пылились в заброшенных апартаментах важного ученого на верхних уровнях центрального сектора. Немногочисленную мебель продали на поверхность, а местные довольствовались малым. Абажуры на лампах тоже поражали изобретательностью: ими оказались бутылки различной формы с отпиленным дном, пускавшие вокруг десятки зеленоватых бликов. И посреди всего этого сурового и в то же время отчасти сюрреалистичного антуража хмурым утесом высилась барная стойка, выпиленная прямо в металлическом корпусе какой-то установки и украшенная настоящим сокровищем – тонкой деревянной панелью, на которой еще виднелась выцветшая надпись из столовой: «Мойте руки перед едой!». И ниже, куда более свежее уточнение: «Есть немытые руки вредно!»

«Надеюсь, здесь в меню нет ни чистых, ни грязных», – растеряно подумала Крис, но вскоре убедилась — в этом месте и понятия меню не существует. Как и официантов, конечно же. За стойкой стоял крепкий, но уже полностью седой мужчина неопределенного возраста в потертой кожаной жилетке — и те, кто желал выпить, подходили к нему, платили и озвучивали заказ. Крис, оглядываясь и совершенно не видя никого, похожего на Штейгера, тоже направилась к стойке и попросила что-то на усмотрение бармена. Только, чтобы её не выгнали. А получив стакан с желтоватой жидкостью, протянула ему монеты одной из банд. Деньги поверхности в бункере не котировались.

Бармен скривился.

– И кто тебе тут будет подниматься наверх, чтоб их менять? Забери этот мусор!

Ошарашенная Крис ловко подхватила полетевший на пол пластик, и в этот момент на стойку рядом с ней легла черная, абсолютно новая зажигалка с изображенным на корпусе драконом.

– Возьми это и налей нам что-нибудь приличное, – прозвучал над ухом мужской голос. И уже ближе, явно обращаясь к Крис. – Не стоит это пить.

Та послушно отодвинула стакан и оглянулась — стоявшему за плечом мужчине было на вид лет двадцать пять — двадцать семь, не больше. Да где же Штейгер! Если он так и не придет... Что ж, не стоит упускать возможность.

– Газовая? – тем временем грубо поинтересовался бармен, уже протянув пальцы к зажигалке.

– Электрическая, легко заряжать, – отозвался мужчина. И, взяв в руки оба стакана с каким-то совершенно другим напитком, приглашающе кивнул Крис. – Идём?

«Какой самоуверенный!» – криво улыбнулась та, но за незнакомцем последовала.

Уселась напротив него за свободным столом, не спеша пить и внимательно изучая: вроде ничего необычного, живой взгляд голубых глаз, чуть растрепанные светлые волосы, удобный для многих в бункере рабочий комбинезон с десятком карманов. Что он, интересно, вообще делает в подобном месте?

– Я пришла сюда встретиться с одним человеком, – решила сразу предупредить Крис. – По важному делу.

– Естественно, и он предупредил об этом владельца, иначе бы вас не пустили, – мужчина кивнул на охранника, примостившегося на высоком табурете у двери, словно петух на шпиле. – Как вас зовут?

Крис нахмурилась, пристально глядя на собеседника. Сам бы сначала представился!

– Я думаю, он скоро придет, и я вас покину, – отрезала она. – Так что не будем тратить время на знакомство.

– Как хотите, – мужчина сделал большой глоток из стакана, едва заметно поморщился.

Только после этого Крис решила последовать его примеру, и у неё перехватило дыхание. Отвернувшись на минуту, она уткнулась носом в рукав, осознав, что только что выпила. Нет, не алкоголь – его давно в бункере не осталось. Кислятину из чайного гриба, щедро сдобренную перцем, имбирём и толчёными мятными леденцами от боли в горле.

– По крайней мере, этим не отравитесь, – наставительно произнес собеседник. – А куда вы собрались?

– Что? – кашлянув, Крис подняла на него заслезившиеся глаза.

– Ну, вы явно отлично знаете верхние и средние уровни, но не спускались на нижние, – мужчина кивнул на компанию за соседнем столом. – Видите, здесь все в сапогах. Знаете, почему?

– Мода, – равнодушно пожала плечами Крис.

– Безопасность. Зафиксированная высоким голенищем лодыжка, если не хотите вывернуть, получить чей-то укус или промочить ноги. Или даже заработать удар током.

Крис с усмешкой смерила его взглядом. Она-то мотала на ус всё, что ей говорили, но не давала повода думать, что вообще воспринимает мужчину всерьез.

– А вы что, местный продавец обуви? Хотите втюхать мне сапоги?

Собеседник вернул ей тот же насмешливый взгляд.

– Вы ждете Штейгера, да? Он не придет.

– Чего это? – откинув всякую любезность, с угрозой в голосе спросила Крис. – Что вы с ним сделали?!

– Он в полном порядке, насколько положено старику, – с довольной ухмылкой — поймал-таки! – отозвался мужчина. – Он мой дед.

Крис, нехорошо прищурившись, пристально посмотрела на собеседника.

– То есть, это с вами я договаривалась? И к чему весь этот спектакль?!

– Должен же я оценить заказчика, прежде чем соглашаться, – невозмутимо пожал плечами тот, залпом допивая жидкость в стакане.

– И как, оценили? – сквозь зубы процедила Крис. Бесит уже!

– Угу. Я согласен вас отвести за половину всего, что вы обнаружите.

Вот здесь настала очередь Крис довольно ухмыляться, только мысленно. Такой жадный! Пусть жует мох!

– Ладно, – отозвалась она вроде как неохотно. – Но с вас — новые сапоги моего размера. И вы даже не выяснили, куда мы идем!

– Вниз, конечно же, – ответил проводник, уже поднимаясь с места и доставая фонарик. – Здесь, если не вверх, только один путь.

Глава 4

Вопреки этим словам, отправились они куда-то в сторону основных коридоров — и Крис это сразу заметила. Внутренне напряглась, всё ещё надеясь, что спуск ниже находится не на окраине, и не желая казаться паникершей. Однако, чем дальше они шли, тем больше всё вокруг походило на обычный, хоть и порядком заброшенный жилой сектор. Комнаты техников?

– Куда ты меня ведешь?! – требовательно спросила она, невольно перейдя на «ты».

– За сапогами же, – невозмутимо отозвался внук Штейгера, изумленно оглядываясь через плечо — и Крис ощутила себя дурочкой, а вместе с тем всколыхнулось еще большее раздражение на этого человека.

Очень скоро он достал самый обычный ключ, отворил неприметную на первый взгляд дверь и приглашающим жестом предложил Крис войти. Та осталась на месте, хмурясь и сложив руки на груди. Ни капли не смутившись, мужчина шагнул внутрь первым, зажег свет и отправился дальше, к одному из многочисленных шкафов и стеллажей.

«Ну и бардак... – тем временем, оглянувшись по сторонам, подумала Крис. – Он здесь живёт?»

По всем признакам выходило, что нет: множество вещей, разложенных по полкам, рассованных по мешкам или попросту сваленных в кучу, занимали три четверти окружающего пространства. Здесь были даже удочки, абсолютно бесполезные теперь; не говоря уже об одежде, обуви, шляпах, печатных книгах и даже картинах. В отдельной, украшенной позолотой фарфоровой вазочке лежала россыпь зажигалок — наподобие той, которая послужила оплатой в баре.

– Откуда всё это? – удивленно протянула Крис, обводя квартиру взглядом. И, спустя мгновение, сама ответила на свой вопрос: – Так ты...

– Сядь! – Мужчина взял её за плечи и силком усадил на кубическую тумбу с растрескавшимся лаком.

Крис было дернулась возмущенно, но ощутила на своей лодыжке цепкие пальцы и, опустив взгляд, поняла, что он всего-то хотел рассмотреть цифру размера на подошве кроссовка.

– Так значит, ты вор, – осуждающе закончила мысль Крис, скрывая странную неловкость и оттого сложив руки на груди. И вновь не получила ответа. Он даже не пытался оправдываться! Это задевало еще сильнее. Проблема даже не в самом постыдном занятии — Крис сама имела дело с группировками бункера и Кольца, куда входили и воры, и убийцы (какой бы благородной целью ни оправдывали они свои поступки) — а в репутации старины-Штейгера как человека надежного и честного. Ходили слухи, что он потомок тех, кто проектировал и строил бункер, кто знал все потайные ходы и заботился об его функционировании. Те люди горели своей работой, идеей спасения человечества, готовы были чинить любые поломки, рискуя собственной жизнью... собственно, так и погибли. И сам Штейгер соглашался помочь далеко не всем, но если уж брался — то верить ему можно было, как самому себе.

А этому... после открывшейся правды Крис уже не доверяла.

Тем временем её спутник вернулся с тремя парами ботинок в руках: тяжелых, с толстой подошвой, на высокой шнуровке. В последний раз Крис видела такие на полицейских, когда в Запретном кольце убили какого-то важного горожанина, и те устроили облавы. Неужели, есть её размер? Крис уже протянула руку за обувью, но мужчина сам присел перед ней и принялся стягивать с ноги кроссовки — и та лишь ошарашенно замерла, наблюдая за его действиями. Потом решила, что он слишком боится порчи своего «товара», вот и не доверяет даже примерить.

Наследник Штейгера ловко зашнуровал ей ботинки, а затем вопросительно поднял взгляд. Крис непонимающе моргнула, однако в следующее мгновение наконец осознала, чего от неё хотят, поднялась на ноги и сделала пару шагов.

– Да, эти отлично подходят. Идём? – Ей хотелось как можно быстрее смыться отсюда, оставить позади эту странную квартиру, ещё более странную примерку — и заняться уже делами.

– А, погоди, забыл.

Мужчина распрямился, направился к закрытому шкафу, выудил оттуда тяжелую, большую куртку и, вернувшись, накинул Крис на плечи. То ли дутик, то ли ватник, как их там раньше называли... Сейчас подобное никто не носил, ведь даже в середине зимы, ночью, нигде не было такого мороза. К тому же, эта одежда казалась ужасно неудобной, стесняющей движения и непригодной для подобного путешествия. Крис догадывалась, что это не простой каприз, и внуку Штейгера, пусть даже вору, лучше знать... но куртка спадала, сползала, не хотела держаться на ее хрупких плечах, а он так невыносимо долго и близко стоял рядом, колдуя над заедающей молнией и подтягивая какие-то регулирующие ремешки, что Крис успела рассмотреть его всего. И выцветшую прядь возле лба, и едва заметную горбинку от перелома на переносице, и тонкую полоску шрама на верхней губе. Не выдержала, отшатнулась назад.

– Хватит! – Он определенно не просто так этот цирк устроил, но что задумал, Крис понять не могла. Это бесило и настораживало одновременно.

– Внизу очень...

– Холодно, знаю. Разберусь сама, – недовольно прищурившись, процедила Крис, – не маленькая, одеваться умею.

Высвободившись, отступила еще на шаг, не замечая ни тени смущения или обиды в светлых глазах напротив. И почему-то сама от этого ощутила укол стыда. А если это была попытка показаться заботливым? Да не может быть!

– Как тебя зовут? – спросила она уже совсем другим тоном.

– Дерек, а тебя?

– Крис. И у меня совсем мало времени, – вновь забросив рюкзак на плечи, она решительно направилась к двери, но, не услышав за собой шагов, резко обернулась. «Ну что еще?!»

Дерек стоял на том же месте, сложив руки на груди.

– Мне нужно знать, куда и зачем мы идем. Это обязательно.

Теперь он меньше всего походил на легкомысленного повесу, которым показался Крис в баре. Сдвинутые брови, упрямый взгляд, не терпящий возвражений тон. Без объяснений становилось ясно: либо она ответит, либо они никуда не пойдут. Крис замялась. Ей вспомнились слова заказчика, того холодного, надменного типа, напоминавшего ей змею. Ни одна живая душа не должна знать, никто... Незаметно поджав губу, Крис нащупала под курткой висевшие на поясе ножны с армейским ножом — её единственное, верное оружие.

– Я всё расскажу, Дерек, – бесцветно произнесла она. – Только не здесь, внизу. Это устроит?

– Да, – он кивнул, опуская руки и, кажется, даже возвращая в уголки рта прежнюю расслабленную ухмылку. Снял с вешалки ближайшую куртку. – Не будем больше терять время.

Дерек выпустил Крис из квартиры, скорее всего являвшейся попросту одним из немногих его тайников, а затем бодро зашагал вперед, не замечая, как хмурая спутница за его спиной кусает губы.

Глава 5

И снова Крис обманулась в своих ожиданиях. Она-то привыкла искать спуск вниз, петляя в дальних коридорах, а тут Дерек вновь подошёл к одной из дверей, вновь открыл её ключом... «Да что такое, что мы опять забыли?!» – успела раздраженно подумать Крис, однако уже через минуту вспыхнул свет, и она поверх плеча проводника увидела небольшую, но абсолютно пустую комнату. Только зайдя в нее, заметила в самом центре массивный двойной люк, окрашенный привычным желтым цветом с предупреждающей красной штриховкой по бокам. Уже чуть позже Крис рассмотрела отпечатавшиеся на стенах следы от вешалки, шкафа, какого-то стенда... Похоже, раньше здесь располагалось техническое помещение.

Дерек тем временем запер входную дверь и привычным движением принялся сдвигать металлические запоры на люке. Те открывались на удивление плавно — видимо, пользовались ими часто, смазывали. Что-то пару раз щелкнуло, и Дерек уже без труда потянул на себя половину тяжелого люка, затем вторую, демонстрируя взору металлические ступени широкой винтовой лестницы. Снизу пахнуло холодом и сыростью, моментально убеждая Крис в том, что куртка действительно будет не лишней.

– Там темно, – растерянно отметила Крис.

Дерек спустился на пару ступеней и переключил рубильник на стене: трубка, проходящая точно по центру лестницы, вспыхнула матовым белым светом; с легким гудением, чуть моргая, протянулась путеводной нитью куда-то на многие, многие метры вниз. Крис внезапно с трудом сглотнула ставшую вязкой слюну. Она обычно с таким удовольствием и азартом исследовала любой новый лаз, а вот туда спускаться отчего-то не хотела.

– Ты идешь? – вопросительно приподнял бровь Дерек, будто искренне удивлялся её промедлению. Конечно, если подумать, он предлагал ей довольно безопасный и даже, можно сказать, комфортный путь.

– Надеялась на лифт, – немного придя в себя, съязвила Крис. – Ну, раз уж придется пешком, то не будем терять время. Его мало.

И она бодро зашагала вслед за Дереком, невольно держась ладонью за холодную стену — потому что в расстояние между ступеней на неё смотрела бесконечная, хоть и светлая бездна.

Колодец, в котором они спускались, был стылым и гулким. Каждый шаг, словно пустая консервная банка, эхом отскакивал от серых стен и катился куда-то вниз, где разбивался вдребезги. Сколько было отсюда лететь, десятки метров? Сотни? Километр? Время от времени, хоть и довольно редко, в стенах встречались наглухо закрытые двери, замки и засовы на которых носили следы ржавчины. Кажется, ими не пользовались уже целую вечность.

– Почему? – тихо пробормотала Крис и сама удивилась своему голосу: таким растерянным он сейчас казался. – Вход только один?

Шедший впереди Дерек оглянулся через плечо, проследил за её взглядом.

– На случай затопления двери сделаны герметичными. Этот тоннель проходит через все нижние этажи, вода могла подняться по нему. И когда я нашел его, шлюзы уже было не открыть: где-то они заставлены, где-то заварены, где-то их что-то настолько покоробило, что механизм отказал. В конце концов я решил, что это к лучшему. За одним выходом проще следить.

– А твой дед не использовал этот спуск?

– Нет, и мне не велел. Но его правило — не лазать там, где не положено. Есть и другие пути, но они не ведут так глубоко. И всё-таки... – Дерек даже сбавил шаг, внимательно глядя на спутницу, – что ты там ищешь?

Крис вздохнула. Отвертеться у неё не получится.

– Мне дали задание — принести образцы растений и насекомых, обитающих на самом дне бункера. Или даже за его стенами. То есть тех, которых не достать на поверхности. Заказчик настаивал на полной секретности, но думаю, это кто-то из ученых.

– Я нем как могила, – ухмыльнулся Дерек, перекрестив сердце, но Крис от этого лишь сильнее нахмурилась. – Не переживай, это моя работа, и я не хочу её потерять. Никто не узнает.

– Надеюсь, – отозвалась Крис, как будто о чём-то своём. И внезапно вздрогнула: далеко снизу донёсся приглушенный звук, напоминающий протяжный вой.

– Что это?! – застыв на месте, еле выдавила Крис.

– Ветер, – беспечно пожал плечами Дерек. – Не бойся, внизу нет даже собак — я слышал, они еще остались в городе. Максимум, что ты обнаружишь — тараканов или крыс, хотя крысы и те обитают выше, ближе к людям.

– А внизу — это ближе к чему? – не подумав, ляпнула Крис.

Дерек задумался, потом мотнул головой, отбрасывая назад волосы, и ответил как-то странно:

– Спустишься — сама увидишь.

Вопреки ожиданию, Крис не уловила в его словах прежней насмешки, ей вообще показалось, что звучали они невесело. Что мог видеть внизу потомок тех, кто следил за состоянием бункера? О чем не рассказал ему дед, запретивший туда спускаться? Крис снова поёжилась. Она порой лазала по таким грязным, пыльным, старым закоулкам, куда и упомянутые крысы побоялись бы сунуться. Но она никогда не встречала там ничего пугающего или странного, если только не считать попавшиеся пару раз останки тех, кто перешел дорогу какой-нибудь банде. А здесь всё было иначе, здесь ей было не по себе, словно этот колодец вёл прямиком в ад.

«Глупости, – убеждала она себя, продолжая спускаться за Дереком. – Глупости, он просто накручивает меня, набивая себе цену. А по сути — знала бы я об этой лестнице, и сама бы прошла. И нет там внизу ничего, совсем».

Глава 6

Спуск оказался слишком затяжным, у Крис даже заболели ноги. Вначале она еще пыталась считать ступени, но когда их число перевалило за сто восемьдесят, сбилась. Лампа по центру горела всё хуже, на стенах все чаще встречались отметины от воды, а нос пощипывал холод. И завывания, теперь она явственно слышала завывания ветра и даже ощущала движение сырого воздуха.

– Часто сюда спускаешься? – спросила она, чтобы хоть как-то отвлечься.

– Нет, для меня там нет ничего интересного, – отозвался Дерек. И продолжил, будто только и ждал, когда она начнет разговор: – А ты давно в бункере?

– С чего ты взял, что я здесь не родилась? – хмыкнула Крис. Её часто принимали за местную.

– Ну... Молодежь обычно стремится наверх, а не вниз. Торговцы — в город. Жители Запретного кольца — в Торговый район. Изгои — на поверхность. А ты вот хочешь спуститься ниже. Значит, не отсюда родом.

Крис только фыркнула в ответ на эти рассуждения.

– Ты сам-то не молод ещё так философствовать? Эти умозаключения еще ничего не значат, ты и сам-то по нижним уровням лазаешь.

– Хорошо, – Дерек согласно развел руками. – В таком случае, подтверждением служит твоя загорелая кожа, следы веснушек и высокий свод стопы.

Крис даже остановилась от изумления, ошарашенно уставившись на Дерека. Так вот, зачем он её рассматривал!

– Стопа-то как... – пробормотала она, устало опускаясь на ступеньку. Ноги гудели нещадно.

Дерек тоже остановился, облокотился на высокие перила.

– Дети в бункере бегают босиком, здесь относительно чисто и тепло. Отсюда у большинства из них плоскостопие. На поверхности босиком не походишь, свод стопы выше, – пояснил он. – Те, кто родился здесь, страдают от нехватки меланина, у них светлая кожа. Они не загорают, а сразу обгорают на солнце. У них часто более светлые глаза, бывают даже отдельные светлые пряди.

Молча слушая Дерека, Крис понимала, что он говорит о себе. Да, внук Штейгера точно никогда не покидал бункер, как его отец и дед, и дед его деда...

– Хорошо, признаю, ты прав, – сдалась Крис. – И что тебе даёт это знание?

– Просто любопытно, – пожал плечами тот. – Уже больше пятидесяти лет прошло с тех пор, как двери бункера открылись. Учёные, врачи, политики, инженеры построили город и поселились в нём, передавая свои знания и должности по наследству. Первое временное поселение вокруг бункера стало пристанищем тех, кто не хотел особо напрягаться, учиться или трудиться, привык перебиваться мелкой и не всегда законной работенкой. Город и Запретное кольцо окружили стенами, а между ними сам по себе вырос Торговый квартал. И только малая часть людей осталась здесь, в бункере, не принимая законов нового времени.

– Оу, спасибо за урок истории! Или географии? – съязвила Крис. – Только я это в школе учила. И дальше что?

– Вот именно то, что в школе бункера этому не учат. И Кольца — тоже. Ты либо из торгашей, либо из горожан — и я хотел бы знать, что тебя сюда привело.

Крис поднялась на ноги, недовольно окинула Дерека взглядом.

– За меня не дадут выкуп, если ты об этом, – мрачно произнесла она. – А развлекать тебя печальными историями я не намерена. – Она плотнее застегнула куртку, поправила лямку рюкзака. – Хотя, если ты поделишься ценной информацией про бункер, которую больше никто не знает — так и быть, расскажу всё, что тебя интересует.

«Всё равно тебе отсюда не вернуться». Эта мысль далась уже проще, чем в первый раз. Крис начала с ней смиряться. Возможно, потому что увидела: ей даже не обязательно будет доставать оружие и наносить удар, есть способы сделать всё проще.

– Как-нибудь в другой раз, – улыбнулся Дерек, будто вовсе не почувствовал подвоха. – Давай сначала это дело закончим, нам ещё обратно подниматься.

Крис задрала голову в уходящую вверх бесконечность. Сколько это времени займёт?

– Тебе стоило подумать о лифте, хотя бы на блочной системе, – буркнула она.

– Как только ты достанешь мне длинную крепкую веревку — сделаю, – хмыкнул Дерек и вновь продолжил спускаться. – Мы могли бы стать хорошей командой, дочь инженера. Подумай об этом.

«А, так вот, к чему всё это было!» Крис хотела фыркнуть, но вдруг поняла: ещё разок — и она станет похожа на разозленную кошку. Они и так бесконечно ухмылялись друг другу, кривляясь, словно дети в песочнице. И кто это начал первым? Сложно уже вспомнить, но только с другими Крис так себя не вела, это всё дурное влияние Дерека. «Я работаю одна, – ответила она мысленно. Пусть пока надеется, больше пользы от него будет. – И даже не рассматриваю предложения подобных клоунов».

Хотя, стоило признать, соображал Дерек очень даже неплохо; знал о бункере больше, чем кто бы то ни было; точно имел хорошие связи на нижних уровнях. Но, как он сам сказал, искать тут было особо нечего, к его услугам — пусть и довольно дорогим — прибегали нечасто. Работа Крис была куда дешевле, проще, но полезнее и популярнее. Она знала многих важных людей бункера, но оставалась непричастна к какой-либо банде, потому что официально с ней связывались через посредников, то есть она якобы выполняла поручения простых жителей. Очень удобно и относительно безопасно. И уж куда приятнее, чем лазать по темным переходам технических уровней...

Но главная причина отказа заключалась всё-таки в том, что Дерек вызывал у Крис какие-то смутные подозрения. Что-то с ним было не так.

– Мы скоро будем на месте, – отчего-то холодно произнёс он, не оборачиваясь. Словно мог читать её мысли. – Уровень старый, сырой, будь осторожна. Не напорись на старую железку, не споткнись, смотри под ноги. Я не смогу вытащить тебя наверх, если поранишься.

От этих слов Крис стало не по себе. Она почему-то восприняла это предупреждение не как заботу, а как неприкрытую угрозу. Пришлось напомнить себе, что Дереку нет смысла её убивать, тогда он не получит никакого вознаграждения.

– Я всегда осторожна, – бесцветно отозвалась Крис, доставая и включая фонарик.

Дерек последовал её примеру. Нижние сегменты лампы в центре винтовой лестницы не работали вовсе.

Глава 7

Бесконечные ступени наконец-то закончились, уткнувшись в круглую площадку с решетчатым люком в полу. Погнутым, покрытым засохшим зеленым налетом, но на удивление — открывшимся почти без скрипа. «Сюда ходили, – поняла Крис. – Пусть не так часто, но определенно смазывали петли и замок, иначе от сырости они бы с места не сдвинулись. А Дерек говорил, что внизу ничего интересного».

– Ты первый, – кивнула Крис в направлении непроглядной тьмы под ногами.

Дерек спорить не стал. Посветил вниз, затем уверенно нащупал ногой первую перекладину металлической лестницы и начал шустро спускаться. Уже через минуту спрыгнул на землю, и Крис могла видеть его светлую макушку в отверстии люка — потолки на уровне оказались невысокими, чуть больше двух метров. Крис спустилась следом, отмечая, как здесь было сыро, несмотря на гулявший по уровню ветер. Где-то далеко эхом разносился звук падающих капель, но, что странно, луж под ногами не наблюдалось. Зато в изобилии кишели разнообразные насекомые.

– Ну, развлекайся, – Дерек не без насмешки сделал приглашающий жест, по широкой дуге обводя рукой всё царившее вокруг «великолепие». – Что найдёшь — твоё. Это самый нижний доступный уровень.

Крис ещё раз огляделась, ощупывая доступное пространство светом фонаря. Коридор казался почти пустым: давно погасшие лампы на потолке, тянущиеся по внутренней стене толстые трубы — вот и всё, что здесь находилось. На стенах возле труб и на полу под ними рос мох, густой, пушистый, не такой, как на поверхности. В засушливом климате выжженной планеты он походил скорее на выцветший лишайник, имел короткие, жесткие стебли.

Крис достала перчатки, пинцет, и первый образец отправился в прозрачный пакет, который затем был тщательно закрыт. После этого настала очередь насекомых. По правде сказать, Крис не знала, как принести с собой живого жука так, чтобы он не прогрыз пластик и не выбрался к ней в рюкзак. Поэтому выбирала особенно тщательно, сравнивая рыскавшую под ногами и по ногам мелочь с той, что уже видела в бункере. Результаты не радовали. Получалось, что здесь, на нижнем уровне, действительно кишели насекомые — но всем уже отлично знакомые. Может, они были чуть крупнее, но вряд ли подходили под определение «необычных».

Увлеченная поисками, согнувшись над полом и высвечивая фонариком всё новые черные спинки, Крис медленно двигалась вдоль коридора. Дерек остался позади — у него начали садиться аккумуляторы, пришлось выискивать в сумке на поясе новые. Заменить их в полной темноте, при этом не уронив на кишащий жуками пол, оказалось не так просто, и он замешкался. А когда вновь вспыхнул фонарик, Крис в коридоре уже не было. Дерек сразу всё понял и кинулся вперед.

За поворотом, через несколько метров, он обнаружил люк, а в нём — свет фонарика. Крис уже спустилась по металлической лестнице вниз, в огромное круглое помещение, затопленное водой. Слезла почти до самой кромки казавшейся темной и густой жидкости. И с азартом биолога на неисследованной планете тянулась к покрывавшему стены у края воды густому мху, излучавшему слабый, но вполне заметный во мраке голубоватый свет.

– Крис, стой! – Да чёрт бы побрал этот мох, с чего он вдруг вздумал светиться! И как она вообще открыла замок?! – Не лезь в воду, уходи оттуда! Крис, дай мне руку, скорее!

Дерек свесился в люк, протягивая ладонь. Он не рискнул ступить на лестницу, осознавая, что та точно не выдержит веса обоих.

А Крис совсем не понимала такой реакции — она же не делала ничего ужасного. Мелькнула мысль, что рядом мог быть оголенный провод, именно поэтому Дерек так переживает — но ведь коридоры нижнего сектора давно обесточили! Да и тряхнуло бы уже, она ведь держится за металлическую лестницу, уходящую в воду. Не-ет, она не собиралась вылезать отсюда так быстро и с пустыми руками, ведь подобного на верхних уровнях точно не видела! И вообще, Крис несказанно повезло, что среди кишащих на полу насекомых она сквозь решетку люка смогла различить на поверхности воды слабый отблеск флюоресцирующего мха. В свете фонарика он запросто мог остаться незамеченным. Да, с замком пришлось повозиться, но оно того стоило!

– Успокойся, – наставительно проговорила она, целиком увлеченная добычей мха. – Со мной всё в порядке. Вот сейчас возьму кусочек – и вылезу.

Вряд ли Дерек врал и пытался что-то скрыть, когда говорил, что уровень над её головой — последний доступный. На этом, затопленном, и вправду сложно было находиться — только висеть, цепляясь за скользкую от ила или плесени (разбираться не хотелось) ржавую лестницу. Хотя... Крис прикинула, что если оба уровня одинаковы по высоте, то вода будет ниже, чем по колено. Может, даже ноги не промочит, если сапоги качественные.

Поэтому она осторожно коснулась поверхности носком сапога. Ничего не случилось. Уже увереннее, но всё ещё не отпуская лестницу, попыталась нащупать дно. Да вот же оно, прямо под ней, воды чуть выше, чем по щиколотку!

– Крис, вернись! – тем временем никак не мог угомониться Дерек. Он уже тянулся из люка, свесившись наполовину и пытаясь ухватить её за рукав куртки. – Это опасно, стой!

«Ой, да ты еще и трус! – надменно хмыкнула Крис. – Не поскользнусь я и ни обо что не поцарапаюсь!»

Она перенесла свой вес на ногу в воде, и вдруг раздался громкий скрежет. Нога провалилась. Прогнивший пол, оказавшийся металлической площадкой, рухнул вниз — Крис изо всех сил вцепилась в лестницу, но от рывка не выдержали крепления. Только и успели царапнуть по рукаву пальцы Дерека, мелькнули перед глазами его лицо и перепуганный взгляд — и Крис вместе с кучей железа провалилась в странно-теплую воду.

Глава 8

Тяжелая куртка промокла моментально, вместе с рюкзаком потащила на дно не умевшую плавать хозяйку. От испуга воздух вырвался из легких, и тело охватило онемение и слабость. Словно во сне, Крис медленно опускалась всё глубже и глубже в бесконечном широком колодце, посредине которого высилось что-то огромное, уродливое и угловатое. Падавший следом фонарик выхватывал внизу какие-то кружащиеся тени, но вскоре замигал и погас. Только темноты не наступило. Уже на границе сознания и обморока: не понимая, не думая, не анализируя, Крис любовалась знакомым голубоватым свечением, покрывавшим все стены. На одной из них свечение казалось неравномерным, складывалось в очертания барельефа: вполне узнаваемая женская фигура, которая, подняв голову, припала губами к широкой пиале, а в опущенной руке держала кувшин. Из горла словно разливался яркий, голубоватый поток, созданный мхом.

Внезапно над головой блеснул свет. Дерек стрелой вошел в воду, нацепив на лоб подводный фонарь и мощными гребками пытаясь догнать Крис. Куртки на нём уже не было. «Он что, совсем ненормальный? – лениво текли мысли в отключавшемся мозгу. – Там даже зацепиться наверху не за что, как вылезет теперь?» Крис не пыталась барахтаться навстречу ему, она словно уже наблюдала всё происходящее со стороны, с долей равнодушия. Но когда в куртку вцепились руки и принялись стаскивать её вместе с рюкзаком, внезапно ожила. «Да что он делает, не отдам я рюкзак! Я не могу его бросить, там образцы!» Мгновение назад полуживая Крис принялась отчаянно биться, пытаясь отпихнуть от себя Дерека и даже съездить ему кулаком по лицу, что в воде казалось совсем уж немыслимой задачей. Плевать, она просто делала всё возможное, чтобы не дать отобрать у неё вещи, её будущее вознаграждение! А между тем они оба опускались всё ниже и ниже, и надежда на то, что смогут всплыть, таяла на глазах.

Видимо, Дерек тоже это понял. Подхватив Крис за шкирку — так бы она не сумела его достать или вырваться, он потащил её куда-то в сторону центра колодца, к странной и массивной установке. Зацепил капюшоном за выступающую часть, почти у самого дна — и как можно быстрей поплыл к терявшейся во мраке стене. Слишком большое помещение, слишком много воды над головой и мало воздуха в легких для таких усилий... Тяжело бороться с собственным телом и сознанием, которые кричат, что ты вот-вот погибнешь. Впереди показались очертания вентиля, хоть тут повезло вспомнить и выбрать правильное направление! Дерек ухватился за вентиль обеими руками, пытаясь повернуть, но тот заклинило, а покрытая илом поверхность скользила под ладонями. Легкие уже раздирало от нехватки кислорода, на потерявшую сознание Крис и странное движение за спиной, которое ощущалось холодным прикосновением к коже, и оглядываться не хотелось.

Дерек расстегнул молнию комбинезона, стянул с себя майку, обмотал вокруг вентиля, уперся ногами в пол и попробовал снова. Вентиль сдвинулся. Ещё один рывок — он медленно стал проворачиваться, а где-то за стенами раздался громкий скрежет. Чувствуя, как поплыла голова, Дерек изо всех сил рванул на себя колесо и, как только оно перестало крутиться, просунул в него руки по локти, чтобы ухватиться сильнее. Вода забурлила, поток ударил и швырнул на стену, едва не утащив за собой куда-то в широкие, открывшиеся сливные отверстия. Всё вокруг пришло в движение. В центре комнаты ярким пятном развивалась куртка Крис, надежно застрявшей среди ржавых механизмов. Её не унесёт. Им просто нужно выдержать, вытерпеть, когда комната опустеет. Но перед глазами уже темнело, а уровень воды уменьшался слишком, слишком медленно...

Крис хрипло, порывисто вдохнула и натужно закашлялась. Воды в её легких не было, но они так измучились без кислорода, что теперь каждый вздох отдавался болью. Распахнув глаза, Крис успела заметить отстранившегося Дерека, тяжело усевшегося на пол и машинально смахнувшего мокрые волосы с лица. Поняла, что лежит на спине в расстегнутой куртке, а грудная клетка всё ещё немного ноет, как от ударов — и удивилась. Он что, её откачал? Она думала, это только врачи умеют.

Приподнявшись на локте, Крис осмотрелась по сторонам. Комната-колодец, всё ещё освещаемая мхом, действительно была огромна. В центре высилась очень старая, ржавая бурильная установка — теперь это можно было определить. Видимо, именно с её помощью когда-то давно и вырыли бункер. По периметру зияли огромные отверстия, куда ушла вода — и там, что странно, тоже виднелся призрачный свет. Заметила Крис и вентиль, и чуть потускневшую, но всё ещё довольно чёткую фигуру девушки на стене. А затем, спохватившись, принялась искать свой рюкзак.

К счастью, он лежал рядом, а внутри ничего не промокло. А казалось бы — зачем водоотталкивающий там, где дождей никогда не бывает!

– Где мы и как отсюда выбраться? – спросила Крис.

– Понятия не имею, – хрипло пробормотал Дерек.

– Ты сказал, что всё тут знаешь...

– Я ты должна была слушаться меня! – внезапно вспылил он. – Если б ты не полезла сюда, не свалилась бы в воду! Если бы дала снять с себя куртку и рюкзак – мы бы успели всплыть!

– Я не могу вернуться с пустыми руками! – выкрикнула Крис.

– Тебе что, деньги важнее жизни?! – Дерек не на шутку разозлился. – Зачем так рисковать, мёртвым они ни к чему!

– Да, да, я готова сдохнуть ради них! – сорвалась Крис, поднимаясь на ноги. Пошатнулась от легкого головокружения, но всё же удержала равновесие. Бросила на Дерека яростный взгляд. – Деньги стоят больше, чем моя и твоя жизни!

Внук Штейгера, вор, продававший чужое добро и чужие знания. Что вообще он мог знать про выживание в одиночку? Деньги давались ему без усилий, за плечами всегда была семья. А она, брошенная здесь, в чуждом ей мире, не имея возможности вернуться домой... Ей такие вещи предлагали, что работа на банды цветочками покажется!

– Что, совсем нет сбережений? – внезапно совершенно другим тоном спросил Дерек. – Если всё так плохо, я могу...

– Мне нужно больше денег, чем ты можешь! – отрезала Крис, выжимая футболку и волосы. Да и не собиралась она брать в долг. – Там выход?

Закинув на плечи рюкзак и кое-как скомкав куртку, Крис указала на отверстия, куда ушла вода.

– Нет, туда нельзя, – нахмурился Дерек. – Я найду способ вскарабкаться наверх.

Крис задрала голову к недостижимо далекому люку. Долго ж придётся думать. У неё нет столько времени.

– Ты сказал, что не знаешь, где мы, – заметила она. – А сам в темноте, под водой, отыскал вентиль и теперь говоришь, что идти туда нельзя. Врёшь, значит?

– Нет, – ещё более мрачно отрезал Дерек. – Если хочешь вернуться, делай, что я говорю.

«Здесь теплее, чем на уровень выше», – внезапно подумала Крис, уже не слушая, и вручила Дереку мокрую куртку.

– Я не нуждаюсь больше в твоей помощи, – заявила она. – Оставайся тут и ищи выход, а я сама найду свой. Да, и мы договаривались на половину всего, что я найду — вот, весь мох в этой комнате отдаю тебе. В расчёте.

Развернувшись, она уверенно зашагала к отверстию в стене, по пути подобрав и прицепив к рюкзаку кепку, а Дерек, переведя взгляд на женский барельеф, мысленно выругался. Надо было дать ей утонуть. Нет, надо было позволить ей выпить той бадяги в баре, результат тот же. А теперь ему действительно придется выяснить, куда ведут эти туннели, и даже без оружия. Иначе снова начнется тот ад.

Сцепив зубы, Дерек направился следом.

Глава 9

Со стороны Крис казалась уверенной и бесстрашной, готовой залезть хоть к черту в пасть ради денег. Она шла, гордо расправив плечи и вздернув подбородок, глядя прямо в голубоватый полумрак туннеля, ощущая, как теплый ветер из-под земли обвевает лицо, высушивает одежду и оставляет на языке странный сладковатый привкус. Но, стоило ей скрыться из вида, как плечи и голова вмиг опустились, а из груди вырвался тяжелый вздох.

Крис прекрасно понимала, в каком паршивом положении оказалась: буквально под основанием бункера, в неизвестных никому переходах, с большой долей вероятности без второго выхода на поверхность. Вряд ли успеет доставить заказ к сроку. А кроме того, она отдавала себе отчет, что не избавилась от свидетеля, не убила Дерека. Не из жалости, конечно, а в отплату за то, что он спас её жизнь — хоть Крис даже спасибо не сказала, она умела быть благодарной. Настолько, что теперь готова была рискнуть, ослушаться серьезного заказчика и оставить Дерека там, где он есть — всё равно ведь, скорее всего, не выберется.

Она миновала то место, где туннель недавно закрывала металлическая заглушка, и направилась дальше, невольно отмечая, что каменная кладка свода не пострадала от сырости, зато кажется очень древней. То есть, еще старше, чем стены бункера, построенного во времена старого мира, от которого и воспоминаний почти не сохранилось. Поток воды, схлынув, оставил под ногами лишь редкие лужи, но и те ручейками стекали под уклон, куда-то по направлению её движения. А вскоре и следы кладки исчезли, их заменил искусно обработанный цельный камень с едва заметными узорами на нем.

За спиной послышались быстрые шаги, заставив Крис порывисто оглянуться — её догонял Дерек. Что ещё ему нужно? Умереть захотел?!

– Оставь меня в покое! – выпалила она, попятившись к стене. – Ты сказал, что останешься искать выход!

– Нет там выхода, весь металл прогнил и обвалился, все лестницы, – отозвался тот, смерив её хмурым взглядом. – Чего ты так боишься? Почему я должен желать тебя зла?

– А чего ты такой добренький?! – с подозрением выпалила Крис. – Ещё и не рассказываешь ничего!

Дерек обреченно вздохнул и вдруг прислушался. Мысли о том, что такого страшного и травмирующего могла пережить Крис, что теперь от каждого ждет подвоха, мигом отошли на второй план, стоило различить приближающиеся звуки. Очень странные.

Он поднес палец к губам, призывая к тишине, но Крис не поняла причины, разозлилась еще больше:

– Не шикай! Я уверена, ты зна... М-м!

Дерек внезапно толкнул её к стене, зажимая рот рукой, и Крис мгновенно схватилась за нож. В наступившей тишине явственно раздалось громкое шлепанье массивного тела по лужам — и в дальнем просвете коридора показалась большая тень. Похожая на сплющенный с боков огромный шланг, она медленно проползла мимо по проходу, перпендикулярно тому, где сейчас напряженно застыли люди. И только когда длинный хвост уже давно скрылся из виду, а любые звуки затихли вдалеке, жители бункера наконец-то пришли в себя.

Дерек выругался сквозь зубы, а Крис ойкнула, отняла у него от шеи нож, успевший неглубоко впиться к кожу. Из небольшого пореза уже натекла кровь.

– Ты что творишь, я могла тебя убить! – испуганно воскликнула она едва слышным шёпотом. – Не пугай меня больше!

Крис хотела встряхнуть лезвие, но Дерек перехватил её руку, осторожно вытер кровь с ножа о тыльную сторону своей ладони и слизнул. Глаза Крис расширились.

– Ни одной капли крови не должно здесь пролиться! – процедил он. – У тебя есть духи? Надо заглушить запах.

– Есть антисептик, он вонючий ужасно... – пробормотала Крис и начала судорожно рыться в рюкзаке. Она начинала понимать.

– Это из-за того монстра? – спросила она, обрабатывая лезвие ножа и порез на шее Дерека. В несколько слоёв залепила его пластырем. – Он чувствует кровь?

– Нет, это угорь. Он просто вырос до огромных размеров, и да — слышит звуки не только в воде. И способен передвигаться по суше, пока не высохнет. Мог сожрать. Их в той комнате с водой было много.

Крис побледнела. Если бы она знала, что рисковала не просто утонуть, а быть сожранной заживо, то дважды подумала, прежде чем соваться на тот уровень. Но если дело не в рыбе...

– Здесь внизу есть кое-что похуже, – продолжил Дерек, отвечая на немой вопрос в её глазах. – Его привлекает кровь, даже небольшое количество. И если ты не поймёшь, что мы в одной лодке, погибнем оба.

Крис поджала губы, а затем не выдержала, опустила глаза.

– Прости. Я просто ненавижу таких... смазливых и участливых, – в её голосе не было раскаяния, скорее некоторое смирение со сложившейся ситуацией. – И ещё терпеть не могу, когда от меня что-то скрывают!

Крис действительно не понимала, что мешает Дереку всё рассказать — особенно, если это связано со смертельной опасностью. Да, если люди в бункере узнают, что где-то внизу живут кровожадные чудовища — начнется паника. Но она ведь не расскажет. А больше сюда никто и не полезет.

– Погоди... А зачем ты согласился проводить меня вниз, если тут так опасно? – продолжила она. – Ты же сам себя подставил!

Дерек покачал головой.

– Твои заказчики, видимо, были наслышаны о тебе и твоем стремлении заработать, – пояснил он. – Знали, что тебя не обмануть, что ты будешь стремиться на самые нижние уровни. Поэтому ты должна была сама убедиться и убедить их, что здесь ничего нет. Мох не светился раньше — и если бы не он, ты бы не полезла в тот люк, и ничего бы не случилось.

Крис вынуждена была согласиться, что он прав. Хороший план. И ведь так быстро её изучил.

– Но ты должен рассказать... – начала она вновь.

– У нас мало времени, но в общих чертах — расскажу, – кивнул Дерек. – Только и ты объясни, как попала в бункер. Я не хочу внезапно получить ножом под ребра из-за твоих скрытых страхов.

Крис уязвлено прикусила губу, не горя желанием даже вспоминать о прошлом, но всё же согласно кивнула.

Глава 10

– Всё дело в подземных водах, – начал Дерек, сложив руки на груди и облокотившись на стену рядом. Так проще было держать в поле зрения коридор, самому оставаясь незамеченным. И говорить почти на ухо собеседнице. – Это место находится ниже уровня грунтовых вод, которые протекают по местной скальной породе. Насколько я знаю, бункер строился второпях, а судя по тому, что дренаж никакой не предусмотрен, проблема возникла позже. Возможно, поменялось русло. А может, уже не было времени и возможности...

– При чем тут вода? – не поняла Крис.

– То помещение с барельефом обнаружили при рытье котлована для бункера, – пояснил Дерек. – Он строился сверху вниз, чтобы хоть верхние этажи успеть заселить. Вот почему установка находится под нижнем уровнем. И тоннели, которые здесь тоже были изначально, отлично отводили воду, которая начала просачиваться сквозь стены. Проблема в том, что стали пропадать люди с технических уровней. Что-то, вышедшее из туннелей, утаскивало их туда.

Крис испуганно оглянулась по сторонам, но в коридоре стояла тишина, даже вода уже перестала журчать. Зачем они тогда идут навстречу смерти? И почему эти монстры до сих пор не появились? Может, за столь долгое время они уже передохли от голода или нашли другой выход на поверхность? Это давало надежду, что и она сможет выбраться невредимой.

Дерек тем временем продолжал:

– Тогда инженеры и построили эти заглушки, чтобы обезопасить бункер. Их следовало время от времени открывать, чтобы стравливать воду, вентили располагались внизу и на том уровне, куда я тебя изначально привел. Пару раз, правда, случался сильный паводок, вода поднималась слишком быстро, затопило даже лестницу. Я боялся, что затопит и бункер, поэтому использовал насос, а вывод подключил прямо в очистную систему, которая выбрасывала излишки воды на поверхность. – Такие подробности казались Крис излишними, ясности не добавляли, но она вспомнила, что её до сих пор считают инженером. – В остальное время я держал комнату затопленной, чтобы туда никто не сунулся и не пролил там кровь. Но теперь, если я хочу выжить, должен как-то подняться на предпоследний уровень и закрыть вентиль там.

Дерек замолчал, а Крис так и стояла, задумчиво сведя брови. Её не покидало чувство, что ей снова что-то не договаривают, вот только понять не могла — это правда или происки извечного недоверия? Опасные подземные существа, которые на таком расстоянии чуют кровь... Нет, Крис в них верила! Но всё равно объяснение Дерека казалось странным. Хотя и логичным при этом.

– Я не инженер, я историк, – отозвалась Крис, поймав удивленный взгляд Дерека. Не того он ждал, но и эта информация была не для всех. – Вот почему я знаю про блоки, которые люди использовали при раскопках в древности. Уверенна, Штейгер был знаком с моей бабушкой — она рассказывала, что исследовала бункер, пыталась собрать все осколки прошлого, а куда же в этом деле без помощи такого проводника? – Она невесело хмыкнула. – Говорят, я на неё очень похожа и так же упряма.

– Это правда. – Неожиданно теплая, грустная улыбка Дерека совсем не походила на обычные самоуверенные усмешки. – Дед часто говорил о Линде, даже показывал фото. Он был влюблен в неё без памяти в моем возрасте. Но она ушла на поверхность, надеясь найти там что-то, что поможет новому обществу.

– Она поздно поняла, что ошиблась, – пробормотала Крис, ощутив неловкость от того, что прикоснулась к чужой истории. Странное ощущение для её-то профессии. – Из-за этого они поссорились?

– Нет. Некоторые тайны важнее собственного счастья.

– Я так не думаю, – Крис уже поняла, о чём он говорит. Конечно же, Штейгер знал об этом месте, он и передал свои обязанности внуку. И бабушка, видимо, о чём-то догадывалась, просила провести её вниз — а Штейгер упирался. Это и стало причиной их размолвки. – На поверхности история не нужна, её искажают так, чтобы воспитывать новое поколение в удобном ключе. В ней множество белых пятен. Вся правда — в бункере, но записей почти не осталось, приходится по крохам выискивать их на нижних и средних уровнях, в личных дневниках, книгах, фотографиях. Поэтому, спасибо, – Дерек удивленно моргнул, – за то, что ты, в отличие от Штейгера, рискнул провести меня сюда. Рассказал об этом месте.

– Это значит — мир? – За прежней ухмылкой словно скрывалась неловкость. – Больше не будешь огрызаться и тыкать в меня ножом?

– Пока не врешь мне и не распускаешь руки — ножа можешь не бояться, – холодно отозвалась Крис, быстро отмахнувшись от странного смущения. Она не собиралась ничего обещать. Она верила поступкам, а не словам, и один подобный разговор не способен был ничего кардинально изменить. Порой люди даже помогают и спасают жизнь, преследуя какие-то свои, низкие цели. – Ну что, идём? Пока нас не сожрали.

Дерек кивнул и тихо зашагал по коридору. Он не услышал прямого ответа на свой вопрос, но последняя фраза ясно дала понять: Крис предавали те, кому она доверяла, и лезли те, кого она не хотела. Достаточно, чтобы испортился характер. А главное, он наконец-то получил подтверждение того, что необычное сходство ему вовсе не чудилось.

Долго идти не пришлось: туннели вскоре кончились, впереди забрезжил тусклый дневной свет. Странно, они вроде всё время двигались вниз, под уклон, да и путь свой начали с основания бункера... Неужели, впереди глубокий каньон?

Последние шаги эхом раздались под низкими сводами, и Крис остановилась рядом с Дереком, изумленно оглядывая необычный пейзаж. Тихо, но вполне отчетливо пробормотала проклятье.

– Хорошее название для этого места, – хмыкнул Дерек. – Это ведь первооткрыватели дают имена?

Крис не ответила. Широкие ступени, на которых еще лениво трепыхались засыхающие угри, спускались в огромную подземную пещеру. И встретили гостей совсем не монстры.

Глава 11

В пещере было светло, словно ясным зимним днём, когда солнце пробивается сквозь легкую дымку облаков. Чуть приглушенный, мягкий солнечный свет лился прямо с высокого свода, проникал в самые дальние уголки... Но никакого отверстия над головой не было. Ступени пирамиды, чья вершина терялась в толще породы, спускались на улочки города, заполненного аккуратными каменными домами с плоскими крышами. Большинство стен покрывал разросшийся мох — правда, здесь он не флюорисцировал, но встречались и другие растения: темно-зеленый плющ и низкие хвойные кустарники.

– Чувствую себя как испанец, попавший к майя... – тихо проговорила Крис. Как ни старалась, она не заметила на улицах движения. И лестниц, ведущих на поверхность, не нашла.

– Это кто, древние народы? – с искренним любопытством переспросил Дерек. – Они жили под землей, в наших краях?

– Не знаю на счет наших краёв, но строили пирамиды и приносили кровавые жертвы, – покопавшись в памяти, доложила Крис.

– Мило.

Дерек, внимательно оглядывавший город, указал вперед и чуть вправо:

– Смотри, там какое-то странное сооружение. И вроде ворота в скале.

Крис прищурилась, согласно кивнула.

– Придется попетлять. Или искать проходы в зданиях, – она вздохнула и начала спускаться. – Надеюсь, это выход. Куда-то же делись все местные жители...

Она, конечно, осознавала, что ей выпала уникальная возможность первой изучить поселение неизвестной миру народности. Ещё нетронутое никем, бережно хранящее все свои тайны. Как люди выживали здесь? Как очутились под землей? Что это за свет наверху и какую роль сыграли кровожадные хищники (если они были)? Вопросов возникала уйма, они крутились в голове, пока Крис спускалась по слишком высоким уступам. Дерек обнаружил неподалеку более привычную лестницу и жестами позвал спутницу к себе. И Крис отметила для себя еще одну особенность города: весь он словно был сложен титанами — высокие уступы пирамиды, широкие улицы, гигантские арки над ними, поддерживающие свод массивные колонны. А вместе с тем — адаптирован и под нормальный человеческий рост: аккуратные квадраты домов и огороженных стеной участков, где даже Дереку пришлось бы пригнуться, заходя внутрь.

Тот, кстати, напряженно крутил головой по сторонам, и Крис это показалось забавным, пока она не вспомнила про кровожадных монстров.

– Когда они в последний раз появлялись? – тихо спросила она.

– Кто? – не понял Дерек. – Я не встречал тех, кто тут жил.

– Я про хищников, которые утаскивали людей.

– Их никто не видел.

«А они вообще были?» – захотелось поинтересоваться Крис. Люди с нижних уровней могли пропадать и по другим причинам, куда более банальным и правдоподобным, чем таинственные существа из неизведанной подземной пещеры. На самом деле, двери бункера открылись раньше, чем рассчитывалось изначально — так рассказывала бабушка. Земля еще не очистилась до конца, солнце нещадно жгло, кислорода в воздухе не хватало, но для выживших сосуществовать в замкнутом пространстве, по жестким законам, уже более трехсот лет, стало невыносимо. Для них это казалось хуже, чем смерть в уничтоженном мире. Даже старейшины поняли: лучше рискнуть, ведь пережить еще один бунт они не смогут. А когда, пятьдесят лет назад, остатки человечества высыпали на поверхность, то контроль ослаб и напряжение спало. Те, кто ушел в подполье, внезапно объявился, чтобы строить себе жилье или прибрать к рукам опустевший бункер. Общество разделилось естественным образом, и теперь каждый получил возможность сойти с уготовленного ему пути, сделать свою судьбу чуточку лучше... или хуже.

Рассказы о временах «исхода», как и об эпохе подземного существования, казались Крис сказкой. Её реальность выдалась уже совсем иной, хоть и не менее суровой, – но, благодаря бабушке, Крис могла представить, как всё было. Почему же она, как историк, просто не ознакомилась с документами? Судовые журналы хранились у старейшины-летописца, но при каждом бунте повстанцы стремились изъять их и уничтожить как главный символ прежней власти. Сжигали, удаляли с носителей... Начинали с нуля, вот только лучше в итоге не становилось. «Наверное, только таким, как Штейгер, повезло, – подумала Крис. – Ему было плевать, кто во главе общества, он просто обслуживал системы бункера».

Ходили слухи, что в первые годы жизнь внизу была проще и лучше. Поговаривали, что изначально все были равны и делали то, к чему лежит душа. И знания были доступны всем. Но точно не знал уже никто.

– Ты не веришь мне, – констатировал Дерек, и Крис вздрогнула. Она слишком погрузилась в свои мысли.

– Пойми, существует много причин, по которым люди сами хотят исчезнуть, – странно, что её слова сейчас звучали как оправдание. – Не умереть, а именно исчезнуть из поля зрения. Слышал, может, о «темном десятилетии», когда горели теплицы, сокращали пайки, а потом и численность населения? А сколько жителей каждый раз подвергались преследованиям новой власти?

– Там были лужи крови и следы борьбы! – горячо возразил Дерек. – И прекратилось всё после того, как поставили заслонки!

– Ты сам это видел? – Крис показалось, он говорит так, будто являлся свидетелем этих событий. Но ведь заслонки, по его же словам, сделали уже давно.

– Нет, – выдохнул Дерек, словно взял себя в руки. – Дед рассказывал.

Крис невольно нахмурилась. Конечно, Дерек тогда еще не родился, но... Сколько же они терпели нападения? Или просто поколение за поколением не пускали никого вниз? Сами тогда зачем ходили? И неужели те монстры не могли пробраться уже по знакомому пути: туда, где находили добычу раньше.

Крис замерла, пристально глядя под ноги также остановившегося спутника. Они не прошли и четверти пути за время этого разговора, город оказался куда больше, чем виделся сверху. Но волновало сейчас не потерянное время, а что-то тупо кольнувшее в груди. Крис самой было очень тяжело оставаться такой, какой она есть. Особенно сейчас.

– Я бы очень хотела верить каждому твоему слову, правда, – с расстановкой заверила она. Подняла взгляд к лицу Дерека, вздрогнула — и внезапно бросилась к нему. В руке блеснуло лезвие ножа.

Глава 12

Это был очень короткий переход от досады к приятному удивлению, а затем — к испугу. «Что она творит? Чокнулась, что ли?!» Дерек отшатнулся в сторону, ушел с линии удара, однако Крис даже не замахнулась на него. Проскочила мимо, с криком врываясь в проём каменной стены — и скрылась из вида. Не понимая, что происходит, но беспокоясь за неё, Дерек кинулся следом.

А у Крис было одно простое и ясное правило: не убегать. Не оставлять то, что может быть опасно, в живых. Увидев за спиной Дерека движение, она быстро сообразила, что спрятаться не получится — и ринулась в бой. Длинные черные лапы, мелькнувшие в поле зрения, походили на паучьи, заканчивались острым когтем, казались гладкими и сделанными из металла. Но тело существа, что испуганно отпрянуло во внутренний двор — и злобно ощерилось, было земным и знакомым. Только очень большим.

Спину закрывал сегментированный крепкий панцирь темно-серого цвета, из-под него торчала голова с длинными усиками и мощными челюстями — перед Крис явно находился хищник. Стараясь казаться больше, он чуть приподнялся, шевеля тремя свободными парами лап, стал на голову выше человека. Но главное — продемонстрировал своё уязвимое место.

Крис приняла боевую стойку, прижала свободную ладонь к рукояти ножа, чтобы при ударе протолкнуть его еще глубже. Она понятия не имела, на что способно подобное чудище, а времени для изучения повадок уже не осталось. «Не решит ли заказчик, что я подделала образцы? – мелькнула мысль, пока Крис обводила взглядом двор в поисках новой опасности. – В такое сложно поверить».

Позади раздались торопливые шаги Дерека, насекомое зашипело и кинулось на него, а Крис бросилась наперерез. Нет, она не собиралась защищать своего проводника, она лишь умело воспользовалась тем, что противник забыл о ней, среагировав на движение.

– Твою ж...

Дерек успел отпрянуть в последний момент, чтоб не попасть ни под челюсти, ни под удар ножа. Крис влетела в бок чудища, всем весом навалившись на рукоять. Но, то ли угол удара был слишком мал, то ли брюшные пластины оказались чересчур крепкими — лезвие не пробило панцирь. Крис, потеряв равновесие, нырнула вперед прямо в когтистые лапы, а над головой что-то угрожающе захрустело в жутких челюстях.

– Кристиан! – Дерек буквально выхватил её из-под готовых сомкнуться лап. – Опрокинуть надо!

Жук, дожевав, выплюнул раскрошенный череп и снова зашипел. Откуда Дерек взял кости? Крис обернулась назад, заметила у входа побелевший скелет: вот и обнаружились пропавшие без вести жители. Она надеялась увидеть поблизости какое-то оружие, которым этот человек пробовал отбиваться от монстров — меч или копье, но руки его были пусты. Ни веревки, чтобы соорудить подобие лассо; ни палки, чтобы сбить чудище с ног, у Крис с Дереком не было. Вокруг не валялось крупных камней, чтобы забросать противника, нечем было его ударить или проткнуть.

Шевеля усиками, чудовище теснило нападавших к стене и клацало челюстями.

Не сговариваясь, Крис с Дереком подбежали к бренным останкам (Крис, как историк, сказала бы, что пролежали они здесь не одну сотню лет) — и, безо всякого уважения к почившему, принялись швырять его части в гигантское насекомое. То, в свою очередь, обиженно трясло головой, шипело и размахивало лапами.

– Это мокрица? Оно похоже на обычную мокрицу! – воскликнул Дерек.

– Я историк, а не биолог! – огрызнулась Крис. – Отвлеки её, я попробую снова!

Кости заканчивались, остались только мелкие, наподобие пальцев, которые чудище радостно ловило на лету, словно собака печенье. И хрустело ими так же задорно.

– Нет, – отрезал Дерек. – Надо действовать вместе. Общий импульс выйдет сильнее: если и можно её сбить или проткнуть, то только так!

Крис недовольно нахмурилась, но спорить не стала. Кости кончились, чудовище, шипя, ползло к людям — видимо, за новой порцией. Схватившись вместе за рукоять ножа и пригнув головы, Крис с Дереком ринулись в атаку. А мокрица, чтобы казаться страшнее и больше, вновь приподняла своё тело.

Столкновение вышло мощным и болезненным, словно с бетонной стеной. Нож не пробил пластины, но едва не выскочил из рук, чудом не порезал ладони. Лапы вцепились в одежду, тело и волосы; то ли пытаясь оттащить, то ли надеясь разорвать. Челюсти заклацали над макушкой, заставляя еще больше втянуть голову в плечи. Но самое страшное — от удара мокрица действительно начала заваливаться на спину и стремительно сворачиваться в клубок, затягивая нападавших в живое подобие «железной девы».

Крис закричала от страха. Она оказалась зажата между чудовищем и Дереком, не могла ни вздохнуть, ни двинуться — и только ощущала каждое движение мышц мокрицы под панцирем. Казалось, вот-вот пластины раскроются, появится новая пасть — и проглотит. Или, что ещё хуже, её сомнут, сломают и загрызут... Но в следующее мгновение что-то крепко обхватило талию, и резкий толчок выпихнул Крис из смертельной западни.

Она отлетела почти к самому забору, потеряла равновесие и шлепнулась на пол. Бесполезный нож выпал из рук, а полный отчаянья взгляд замер на Дереке, который так и остался в крепких объятьях чудовища. Надо его спасти, надо было срочно что-то сделать — но Крис не знала, что именно. Внезапно её осенило. Крис, не раздумывая и не оценивая свою идею, кинулась её исполнять.

Полезла в рюкзак, всё ещё болтавшийся на спине, вытащила антисептик, подбежала к почти свернувшемуся шару – и принялась распылять едкую жидкость в глаза мокрице. Крис понятия не имела, почувствует ли насекомое дискомфорт, сработает ли этот план, но внезапно мокрица задергалась, выпустила добычу и принялась трепыхаться на земле, словно уж на сковородке. Крис подхватила израненного и ошеломленного Дерека за руку, потянула в сторону, но не успела оттащить далеко — чудовище вновь встало на лапы. Крис издала какой-то тихий звук, похожий на сдавленный всхлип, принялась шарить ладонью по земле в поисках ножа, не сводя взгляда с мокрицы. Наконец, краем глаза заметила блеснувшее лезвие — как раз перед мордой чудовища, между ним и проходом в стене.

Сердце ёкнуло, Крис закусила губу. Она понимала, чего это будет стоить, но остаться вновь без оружия, пусть даже бесполезного, но дающего хоть малую надежду, она не могла. Напряглась, готовясь к рывку, и внезапно ощутила прикосновение к запястью. Оглянулась на Дерека. Тот молча, отрицательно покачал головой. Поверить? Счет шел на секунды, мокрицу еще водило из стороны в сторону, она дергалась всем телом, трясла головой, но сгибала лапы, словно готовилась к прыжку. Довериться чужаку и умереть? Крис вновь перевела взгляд на Дерека, зажмурилась и... осталась на месте.

Глава 13

Из-за того, что закрыла глаза, Крис не увидела, как с неожиданной для неё прытью сорвалась с места мокрица. Ощутила только, как Дерек прикрыл её собой, услышала высокий писк и удалявшийся топот лап. Ужасное чудовище, слепо врезаясь в каменные ограды, пронеслось по улицам пустующего города и, обиженно голося, залезло на самый верх одной из колонн, поддерживавших свод пещеры. Перебралось на темную сторону и затихло, надеясь спрятаться от агрессивных пришельцев.

– Ты в порядке?

Крис, осознав, что она всё еще жива, открыла глаза и спешно отползла от Дерека, взглядом ища свой нож.

Тот, видимо, задели при побеге, потому что он отлетел к стене — но остался невредим.

– В порядке, – пробормотала Крис, поднимаясь на ноги и направляясь туда. – Повезло. Или с чего ты решил, что она сбежит?

В городе вновь стало тихо, но всё еще оставался страх, что кто-то услышал звуки борьбы, крики, писк — и вскоре появятся новые монстры. Сил на следующий бой почти не осталось, да и подходящего оружия – тоже.

– Я вспомнил, что мокрицы травоядные, – глухо отозвался Дерек, – по крайней мере, здесь есть, кроме мха, больше нечего. Она бы не выжила иначе.

Крис подняла с земли нож, сунула в ножны и, распрямившись, уткнулась взглядом в стену. Густой слой мха действительно казался порядком погрызенным, а под ним явственно выступали какие-то линии, создававшие странный узор.

– Или она была всеядной и не прочь перекусить человеком... – задумчиво проговорила Крис, думая уже совсем о другом. Она принялась отдирать со стены мох, и тот отделялся довольно легко, открывая нанесенный на камни рисунок.

– Так ты напала на неё потому, что испугалась, или потому, что хотела получить вознаграждение?

Тон Дерека был каким-то непривычным, он неприятно задевал — хуже, чем сами слова. Но Крис уже слишком увлеклась изучением следов древней цивилизации, чтоб обращать на такое внимание. «Я напала, потому что решила, что она тебя сожрать хочет», – подумала Крис, однако ответила немного иначе:

– Она выглядела опасной. Глупо оставлять опасность позади, подставляя ей спину. Иди сюда лучше. – Крис обернулась выяснить, где он там застрял, и вздрогнула: комбинезон Дерека на спине был изорван и перепачкан кровью, а сам он сидел, зажимая рану на затылке. – Чего ты молчал?!

Бросившись обратно, Крис принялась рыться в рюкзаке, кусая от стыда губы — всё из-за неё! Она пристала к этой мокрице, её Дерек прикрыл от лап и когтей!

– Хватит меня спасать, я тебя не для этого нанимала! – сорвалась Крис, уже раздирая на полосы чистую футболку. Она не брала с собой бинт, только пластырь, потому что никогда серьезно не ранилась — да и какие опасности сулил поход на нижние уровни с проводником? – Ты всё кровью уже заляпал! Покажи голову!

Антисептик еще оставался, но вряд ли он мог помочь в случае, когда тебе попытались откусить голову. Рана, хоть и неглубокая, оказалась довольно большой и сильно кровила. Крис достала бутылку воды, намереваясь промыть, но Дерек остановил её руку.

– Не надо. Неизвестно, сколько нам тут бродить — не хочу умереть от жажды.

– А от заражения — хочешь?! Туда может что-то попасть, воспаление начнется...

– У меня крепкий иммунитет, – усмехнулся Дерек. – Ничего не случится.

«Вот же упёртый!» – обиделась Крис, но спорить не стала. Замотала ему голову самодельным бинтом, стараясь придать лицу очень недовольное и вместе с тем исключительно непроницаемо-серьезное выражение — как у медсестры, которой попался вредный больной. Заставила стащить верхнюю часть комбинезона — и охнула.

– Всё так плохо или тебе так нравится? – поинтересовался Дерек, распрямляя спину, оглядываясь через плечо и стараясь не морщиться.

– Как, как это всё залеплять?! – воскликнула Крис.

– Да никак, – он пожал плечами. – Само заживет, если не глубоко.

Крис смочила остатки футболки водой, смыла кровь, чтобы лучше рассмотреть раны. Крепкий комбинезон частично спас, царапины оказались скорее протяженными, чем глубокими — по крайней мере, кости там не виднелись. И всё равно, такие бы лучше зашить.

– У меня есть нитка с иголкой, – с сомнением проговорила Крис. – Если обработать их антисептиком...

– Не надо. С кровью выйдет большая часть инфекции, если зашьешь — будет хуже.

Она хотела возразить, но, заметив на спине у Дерека несколько старых шрамов, промолчала. Видимо, когда-то ему крепко досталось, вот только где? Обычный инженер... Вспомнив, что Дерек тащит себе вещи с покинутых уровней, Крис решила, что перед ней следы прежних драк. Что ж, тогда ему действительно лучше знать, как поступать в подобных случаях.

– Больше не подставляйся, латать тебя не буду! – заявила она, поднимаясь на ноги и закидывая на плечи рюкзак. Всё равно пластыри и антисептик уже закончились. Крис хотела заметить, что из-за него их точно теперь монстры почуют и сожрут, но сама уже в это не верила. Если им для жизни нужна свежая кровь или мясо — давно бы сдохли или ушли. А если нет — так уже б появились.

– А мне показалось, ты нарочно ищешь проблемы, чтобы тебя спасали, – усмехнулся Дерек, вставая с земли и завязывая рукава комбинезона на поясе. И спина на воздухе быстрее заживет, и очень уж жарко здесь было после холодных нижних уровней.

Крис не решила, оскорбиться, возмутиться или презрительно фыркнуть — а потому проигнорировала шпильку в свой адрес и гордо указала на расчищенную стену:

– Смотри, что я нашла. Судя по всему, здесь изображены сцены из жизни этого народа. Качественно сделали, даже краска не выгорела...

«Чтоб меня», – пробормотал Дерек одними губами, и Крис заметила, как он внезапно побледнел.

Глава 14

Дерек подошел ближе, нерешительно коснулся рукой разукрашенного камня, словно не верил своим глазам. А затем принялся лихорадочно отдирать остатки мха, пока окончательно не очистил стену, не убедился, что перед ними полная картина. И на любителя истории он при этом как-то совсем не походил.

Крис ему не мешала. Она задумчиво изучала нарисованные сцены, получая ответы на многие интересующие её вопросы — ведь люди всегда очень охотно изображают свой быт и свои верования. Она узнала, что живущие здесь питались мхом и грибами, а также обитавшими в пещере насекомыми — тогда они были нормальных размеров. Мох рос сам, его измельчали и перерабатывали в специальном приспособлении, похожем на пресс и ручную мельницу одновременно. Грибы выращивали на небольших ступенчатых террасах, конечно же — каменных. Древесины в пещере не было. Хотя, судя по тому, что сам забор был украшен резным барельефом лиственного дерева, местные знали, что это такое. Возможно, они еще помнили, как спустились сюда с поверхности, но по какой-то причине не могли вернуться обратно.

«Совсем как мы в бункере», – грустно подумала Крис, но тут же забыла об этом, продолжив своё путешествие в прошлое. Сейчас её воодушевляло даже не предвкушение того, как она радостно поделится своим уникальным открытием с остальными историками (если доберется до города), а то, как медленно перед ней приоткрывался полог древнего и неизведанного — словно крышка коробки с долгожданным подарком.

Насекомых, судя по всему, сушили, размалывали, обжаривали, а затем использовали наподобие зерновой муки или добавки в пищу. Они служили своеобразной заменой белка, ведь нигде не было сцен охоты или ловли животных, приручения или использования домашнего скота, птиц...

Еще Крис обнаружила довольно странное, но определенно знакомое ей изображение: несколько концентрических колец, на которые были нанизаны бусины разных размеров. В центре их словно притаился свернувшийся ёж с длинными иглами.

– Ничего себе, они разработали гелиоцентрическую модель Солнечной системы! – изумленно воскликнула она. – Всего пять планет, но всё-таки! А мне рассказывали, будто в древности считали, что земля плоская и на чьих-то спинах стоит... Эй, Дерек!

Задетая тем, что тот никак не отреагировал, Крис перевела взгляд дальше — туда, куда смотрел и он. Пффф, какая-то древняя разряженная тётка!

– Что, понравилась, глаз отвести не можешь? – съязвила Крис. – Это их королева?

– Это их божество, – пробормотал Дерек.

– М? – Крис даже чуть подалась вперед, пытаясь понять, чем же она так привлекает внимание.

Действительно, статная женщина в богатых алых одеждах была нарисована совсем иначе, чем окружавшие её фигурки людей. Её изобразили больше в несколько раз, а ещё — с удивительной аккуратностью и тщательностью: даже черты лица легко читались. Узкие азиатские глаза, широкий мясистый нос и губы, при этом по-европейски узкое бледное лицо и длинные русые волосы. Сложно было понять, какой она расы — будто собрала в себе отличительные особенности всех основных. Удивительно, но в совокупности смотрелось довольно симпатично, а может, это неизвестных художник постарался, питая к ней нешуточную симпатию. Вот и Дерек завис, едва увидел...

Хотя, стоило Крис опустить взгляд чуть ниже, к ногам «богини», как она тоже застыла. Рядом, по сторонам, сидели черные звери, доходившие ей до колен. Чем-то напоминавшие доберманов, но более мускулистые и при этом — какие-то угловатые. А может, навыка не хватило правильно нарисовать, это же не фотография. Неужели, об этих монстрах и говорил Дерек? Если представить, что богиня действительно выше человеческого роста, то и эти «собачки» по размеру не меньше ягуара.

– Надеюсь, это всё просто миф, – пробормотала Крис, переводя взгляд дальше.

Там богиня поила из кувшина людей, которых принесли на носилках, пришедших с костылями, стариков и перевязанных бинтами — и люди радовались. Чуть правее они изображались исцелившимися, пустившимися в пляс. Но еще правее... Крис обошла Дерека, не веря своим глазам. Это же то самое изображение с нижнего уровня бункера! Та самая дева с кувшином в руках, пьющая из широкой пиалы... Вот только почему у её ног лежали чьи-то окровавленные тела? Ей что, приносили человеческие жертвы? Какое варварство!

– Дерек, – Крис тронула его за локоть, и мужчина вздрогнул. – Пойдем. Что бы тут ни случилось, это случилось давно.

Тот не ответил, легким касанием обводя контур лица нарисованной богини. Было в этом жесте что-то такое интимное, ласковое, что Крис ни на шутку взбесилась.

– Да очнись уже! – воскликнула она. – Нам выбираться надо! Все они уже давно умерли, и мы, если останемся, погибнем тоже!

Вновь не получив никакой реакции, Крис разве что не зарычала от злости.

– Ну и оставайся! – выпалила она. – Превратишься во второй такой скелет, будет мокрице закуска!

Резко развернувшись на месте и нервно поправив рюкзак, Крис быстрым шагом направилась прочь: сначала за каменную ограду, а затем и дальше по улице. Не оглянулась, а потому не видела, как Дерек закусил дрогнувшую губу и порывисто опустил голову.

Глава 15

– Надо было заглянуть в дом, – бормотала Крис себе под нос, чеканя шаг и нервно оглядываясь по сторонам. – Там могло быть что-то полезное. Да и ладно!

Она шла, думая о разросшемся светящемся мхе у кувшина в затопленной комнате. О гигантских угрях и гигантских мокрицах, которых тут раньше не было. Об изображении женщины, поившей из этого кувшина чем-то исцелявшим от всех болезней. Что, если это не сказки? Нет, конечно, не эликсир бессмертия, а нечто, действительно полезное, ускорявшее метаболизм, избавлявшее от определенных недугов? Такой себе прокачанный бульон. После того, как люди исчезли, растения и животные могли каким-то образом получить к нему доступ либо поглотили вместе с телами, водой, почвой... не важно. И поэтому так выросли. А может, обрели и какие-то другие уникальные свойства, которые действительно помогут людям с поверхности. Если только представить, что она сможет доставить тот же мох отсюда заказчику, рассказать об этом месте, перевести медицину на новый уровень, подарить долгожданный шанс десяткам людей...

«Но не ценой его жизни. Чёрт!» Мысли упрямо возвращались к Дереку, и Крис не могла от них отделаться. «А если это изображение действительно обладает магическими свойствами — и заколдовало его? Бред, конечно, но у нас тут Лекарство от всех болезней! Он правда там остался? Вот идиот, он же умрет с голода, я даже воду с собой унесла...» Идти вперед становилось всё труднее, хотелось развернуться и бежать обратно. Крис сжала зубы, борясь с собой. В конце концов, он взрослый мужчина, если хочет остаться — пусть остаётся. Зная его, следует переживать о том, что Дерек там сейчас ограбит тот дом и сбежит через ему одному известный ход на поверхность, доставив все образцы её же заказчику и бросив здесь умирать. «Точно! – радостно зацепилась за эту мысль Крис. – Надо проследить за ним!»

Она развернулась, но, заметив нагонявшего её Дерека, поспешно обернулась назад и зашагала ещё быстрее. А тот поравнялся с Крис и продолжил идти так же молча. Наконец, не выдержав, та выпалила:

– Ничего не хочешь рассказать?

– Ты же мне всё равно не веришь, – бесцветно отозвался Дерек. Его голос звучал как-то устало.

Раздражение мгновенно схлынуло, хотя, казалось, должно было разгореться с новой силой. Крис вдруг поняла, что ведет себя как ребенок: обиженный, озлобленный, вредный. И всё, чего она этим добьется — такого вот холодного молчания и нежелания отвечать на любые вопросы. Она привыкла работать одна, поэтому подобное не сильно волновало... до нынешнего момента. Сейчас придется менять тактику.

– Дерек, мы взрослые люди. Чужие, разные, со своими тараканами, – начала Крис и заметила, как Дерек заинтересованно покосился в её сторону. Мол, к чему весь этот разговор? – Но чтобы выбраться отсюда, нужно объединить усилия. Говорить друг другу правду, делиться информацией и своими теориями. – Она указала вперед. – Что-то мне подсказывает, что за теми воротами — не выход. Возможно, что-то важное: еще один храм, например, но не выход. Но я не вижу на улицах и во дворах скелетов, и это значит, что люди отсюда ушли. Значит, путь на поверхность всё же есть. Нам надо его найти. Если ты что-то знаешь... Пожалуйста, расскажи. Я поверю, как бы странно это ни прозвучало.

– Ты без меня не справишься? – тепло улыбнулся Дерек.

Крис наступила на горло собственной гордости, признала очевидное:

– Да, если ты так хотел это услышать. Мне будет очень сложно выбраться одной — особенно, если снова встретятся монстры.

– А у меня даже ножа как у тебя нет, – примирительно отозвался Дерек.

– Я думала, ты носишь с собой газовый ключ...

– Тогда уж сразу — монтировку! – Дерек рассмеялся. – Нет, мне прежде не приходилось сражаться с гигантскими мокрицами, поэтому я безоружен. Да и шел не чинить оборудование, а тебя провести к жукам и мху... Есть только это.

Он вытащил из кармана зажигалку и откинул крышку — защищенный корпусом механизм не промок, выдал стойкий язычок желтоватого пламени. Который тут же качнулся навстречу.

– Никто не взял газовое старье? – предположила Крис.

– Это бензин. Оставил себе самое лучшее, – отозвался Дерек. – Смотри, ветер дует со стороны ворот, значит там может быть источник свежего воздуха. Или более холодного, как на нижних уровнях бункера, откуда мы пришли. Так что стоит проверить.

Крис задрала голову, ещё раз окинула взглядом высокие своды пещеры.

– Я ожидала, что выходы будут на стенах. Наверху. Ведь нам же вверх надо идти.

– Возможно, изначально вход вообще был на месте бункера. Возможно, его не просто так построили прямо над этим местом...

Крис ошеломленно вскинула взгляд.

– Ты что-то знаешь об этом?!

– Нет, ну я же не так стар, – усмехнулся Дерек. – Уже никто из живущих не помнит, как строили бункер. Даже причину, по которой его строили...

– Я знаю! – возразила Крис. – Я же историк, а это ключевое событие для нашей цивилизации! Источники утверждают, что главной причиной стали...

– Пауки.

Голос Дерека прозвучал так внезапно и так сурово, что это замечание просто невозможно было воспринять всерьез. Ведь бессмыслица полная!

– Нет, что ты! – рассмеялась Крис. От их непринужденного разговора ей стало совсем легко на душе. – Какие пауки?

– Вот эти, – Дерек положил ей ладонь на плечо, останавливая, и кивнул на затянутую паутиной улицу перед ними.

Глава 16

– Откуда здесь пауки, им же нечего есть! – тихо пробормотала Крис, незаметно пятясь назад. Она их ненавидела, а особенно — паутину, в которую частенько вляпывалась, ползая по закоулкам уровней. Липкая и мерзкая, та постоянно лезла в лицо, путалась на волосах, оплетала руки... Это казалось даже хуже, чем ощущение прикосновения к коже тонких паучих лап.

– Они мокриц едят, – так же тихо проговорил Дерек, перехватывая запястье Крис и пытаясь утянуть себе за спину. Он явственно видел перед собой гнездо: крепко сплетенные в подобие неглубокой воронки нити, где копошились яркие спинки паучков — небольших, размером со среднее яблоко. А значит, и мама их где-то рядом. – Давай назад.

Он попятился, не сводя глаз с паутины, но налетел на Крис, которая не сдвинулась с места.

– Нельзя назад, – сдавленно шепнула она. – Окружили.

Дереку пришлось оглянуться самому, и он увидел того, кого надеялся не встретить — большого паука, занимавшего собой целую улицу и перекрывшего им путь к отступлению. Рыжее тело, состоявшее из крепкого грудного панциря и мясистого вытянутого брюшка, лоснилось, словно маслом намазанное.

– Ничего, – выдавил Дерек сквозь зубы. – Она просто защищает гнездо. Мы сейчас осторожно, медленно уйдем... не делай резких движений.

Он вновь потянул Крис за собой, теперь уже в сторону небольшого проулка между каменных заборов стоявших вдоль улицы домиков. Но там всё оказалось наглухо затянуто паутиной — неудивительно, насекомое обезопасило все подходы к гнезду. Пришлось делать еще несколько шагов назад, подходить ближе.

У Крис сердце колотилось в ушах и хотелось заныть от досады и страха. Ну почему? Почему именно гигантские пауки? Вот мокрицу она нисколько не боялась, хотя после того момента, когда оказалась прижата к её телу и едва не задохнулась, до сих пор не полностью отошла. Но пауки, паутина — это всё казалось не столько ужасным, сколько мерзким — и Крис ничего не могла с собой сделать. Ей, привыкшей решать все проблемы самой и встречаться лицом к лицу с опасностями, сейчас хотелось спрятаться за исцарапанную спину Дерека и хныкать «спаси меня!».

Тем временем и второй переулок оказался перекрыт, а отступать уже было некуда — застывший на месте паук внимательно следил за каждым движением приближавшейся к нему добычи. Видимо, оценивал, насколько эти полудохлые мокрицы будут питательны. Все дома, все дворы, видневшиеся в проёмах оград, также были замотаны паутиной.

Дерек, ухватившись за край забора, подтянулся и взобрался на узкую каменную стену, огибавшую ближайший дом. Протянул руку Крис.

– Лезь ко мне, пройдем поверху.

Та кое-как вскарабкалась следом и пошатнулась, едва удержав равновесие. Край был довольно узким и крошился под ногами, которые и без того стояли нетвердо из-за боязни свалиться в паутину.

– Идем. Осторожно.

Дерек, довольно ловко балансируя, направился по забору прочь от большого паука — вот только тот почему-то медленно пополз следом.

– Он не отстаёт! – отчаянно шепнула Крис.

– Знаю, внизу еще одно гнездо, – Дерек кивнул на двор дома. Крис тоже посмотрела туда и почувствовала, что зря: голова моментально закружилась, к горлу подступила тошнота. Двор был затянут паутиной, а в доме копошились десятки мелких паучков. Вибрация стены передавалась тугому плетению, тревожила насекомых — и те выползали посмотреть, кто это попался в их сети. Подбирались всё ближе.

– Быстрее... – взмолилась Крис, злясь на саму себя.

Ей совершенно не нравилось, что она вдруг стала такой трясущейся неумехой и не может перебороть собственную брезгливость. Определенно, из-за Дерека расслабилась, начала привыкать, что спасает! Но, кажется, в этот раз, после опыта с не-убийством мокрицы, он решил попросту сбежать. Крис не возражала. Паук возражал. Медленно перебирая лапами, он следовал за ними прямо по паутине, нисколько в ней не увязая; а выводок мелких уже норовил взобраться Крис на ноги. Она понимала — трогать их нельзя, иначе большой тут же нападет. Но как же было противно!

– Дерек, – тихо позвала она. – Оно не отстает, слышишь? Оно решило нас сожрать!

Тот не отвечал, подбираясь уже к параллельной улице. И та, как назло, также была вся затянута. И следующая. И дальше, по направлению к воротам... Кажется, они вляпались в целый паучий квартал.

– Так, я первый, потом ты, – Дерек кивнул на переулок, по которому двигался паук. Конечно, гораздо уже, чем улица, но все равно довольно широкий. И почему они дома впритык не ставили?! Места им, что ли, много?

– Придется долго обходить, – так же тихо отозвалась Крис, окидывая взглядом город сверху. – Дай мне зажигалку.

Он понял ход её мыслей, но отрицательно мотнул головой.

– Если подожжем паутину, будет копоть, сожжем кислород, а тут его и так немного.

Крис нервно дернула ногой, сбрасывая с себя мелкого засранца. Большой паук раздраженно щелкнул хелицерами.

– Дерек, дай мне зажигалку, – настойчиво повторила Крис, хватая его за пояс, чтобы удержать. Мелкотня настойчиво лезла на неё: по ногам, по телу, прыгала на руки. Крис начинало трясти. – Других вариантов у нас нет!

– Есть, мы просто уйдем, – упрямился тот. – Они тебя не тронут, не бойся. Прыгай уже!

Широким шагом Дерек перемахнул через переулок и каким-то чудом удержался на углу стены. Повернулся, готовый ловить спутницу. А Крис... Крис, едва она осталась одна, молниеносным прыжком сбил с ног паук. Схватил и провалился прямо в паутину, а сверху, предвкушая отличный ужин, весело попрыгала мелкотня.

Глава 17

Дерек невольно качнулся вперед, провожая Крис шокированным взглядом, и сам едва не упал. Порывисто сунул руку в карман — но зажигалки в нём не оказалось. Принялся шарить в сумке на поясе — но и там её не было! Неужели, выпала? Он же только недавно в руках держал...

Не раздумывая, Дерек уже готов был прыгнуть следом за Крис, но внезапно слух уловил тихий щелчок. А затем — громкий, нарастающий шорох и ещё более пронзительный писк. Паутина у его ног почернела, и это черное пятно стало стремительно расползаться в стороны, коптя и оставляя за собой свободное пространство, усеянное потемневшими, поджавшими лапки паучками. Обычная паутина горела не так... Но эта вспыхивала, словно сухая солома, выбрасывала высокие языки пламени — и быстро-быстро исчезала. Особенно ярко и долго, с искрами и синеватым отблеском, горело в нескольких местах... Присмотревшись, Дерек различил там гигантских пауков, больше напоминавших сейчас подожженные куски промасленного фитиля — видимо, действительно, блестели они от выступавшего на поверхности жира.

Всё это заняло несколько секунд. Падение — поиски — пламя. В следующее мгновение Дерек кинулся вниз, отпихнул еще догоравшего паука — и обнаружил под ним Крис, обхватившую голову руками и закрывшую локтями лицо. Она лежала неподвижно, свернувшись калачиком, даже, когда Дерек принялся её трясти. Не реагировала, когда он начал её звать. И только, когда Дерек умудрился силой разжать её руки и заглянул в лицо, Крис приоткрыла один зажмуренный глаз. Облегченно вздохнула, расслабилась и бодро подскочила на ноги.

– Получилось! – воскликнула она, торжествующе оглядывая по сторонам и вскинув вверх руку с зажатой в ней зажигалкой. – Выкусили, да?! Я вас больше не боюсь!

Футболка на Крис теперь была вся перепачкана золой. Торчавшие во все стороны волосы стали в разы короче и обзавелись оплавленными кончиками. Предплечья покраснели от ожогов. Но вся она сияла так, будто выиграла самый сложный бой в жизни — с собственным страхом.

– Как ты?! Сильно обожглась?!

Дерек принялся спешно и взволновано осматривать её, ногой пиная догоравшего паука ещё дальше.

– В порядке, – Крис мягко отстранилась, протянула Дереку зажигалку. У неё не только руки покраснели, но и уши задело. – Прости, что пришлось вытащить прямо из кармана, но на споры времени не было.

Дерек потупился, отступил на шаг, пряча металлический футляр обратно в карман. Понял — если бы Крис не решилась на кражу, была бы сейчас уже мертва.

– Прости, – глухо выдавил он. – Боялся потерять.

Крис не могла представить, чтобы вещь оказалась важнее собственной жизни — ведь, разобравшись с нею, пауки бы точно переключились на Дерека. Зажигалка и зажигалка. Кусок металла и пластика, устройство для добычи огня — ничего больше. Возможно, она стоила как хороший обед. Ладно, два обеда. Но разве чью-то жизнь можно сравнивать с такими вещами? Там, в бункере, среди бандитов, жизнь могла ничего не стоить. Но здесь, где они поняли, что выживут лишь сообща...

– Она для тебя дороже жизни? – спросила Крис.

Руки начинало дико печь, но она не знала, что делать. Специального геля не было, мазать кремом — она помнила — нельзя. Есть ли где-то здесь холодная проточная вода? Ведь людям обязательно нужно пить, да и мох не растет там, где слишком сухо... Увы, нигде на видимом пространстве улиц не обнаружилось ничего, похожего на фонтан или колонку. И почему Дерек так долго молчит?

Крис вскинула на него взгляд, заметила, что Дерек опять впал в своё странное задумчивое состояние. Не может же зажигалка быть связана с той богиней? Или кому-то феи дарят топоры, а кому-то зажигалки...

– Не хочешь – не говори, – как можно более равнодушно отозвалась Крис, чтобы скрыть своё раздражение. Но Дерек почти перебил её:

– Это подарок. От моей дочери.

– Что? – Крис изумленно уставилась на него, не веря собственным ушам. Нет, судя по возрасту, у Дерека уже могла родиться дочь... Но в то, что у человека подобного толка была собственная семья и даже дети — как-то слабо верилось. Не походил он на чьего-то отца. «Даже на отца, которому совсем нет дела до семьи. Как моему».

Она поспешно отогнала прочь эти мысли. Крис давно запретила себе думать о собственных родителях, а если вдруг такое случалось, стремилась побыстрее отвлечь себя чем-то срочным и важным. То, что заглушит ненужную злобу и боль. Поэтому она протянула руку и едва заметно коснулась пальцев Дерека.

– Это потому ты меня постоянно спасаешь? – вкрадчиво поинтересовалась Крис, выводя его на откровенность. – Видишь во мне свою дочь?

«Интересно, а где она? Наверное, мать не разрешает ей общаться с отцом, поэтому и грустный такой...»

– Нет, – уверенно возразил Дерек поднимая взгляд от её руки, – не вижу. И никого другого в тебе тоже уже не вижу. Ты — это только ты.

Крис удивленно заморгала, отступая еще больше, отпуская его и неловко вскидывая на плечо валявшийся рядом рюкзак: тому что вода, что огонь были нипочём. Спрашивать, о чём это Дерек, совсем не хотелось. В какой-то момент она даже вынуждено призналась себе, что прежний — несерьезный — он ей даже больше нравился. Не смущал странным поведением, не отвлекал разными догадками от главной цели.

– И что... – Крис прикинула направление и уверенно зашагала к видневшимся вдалеке воротам, не обращая внимания на золу, в которую превратилась некогда плотная паутина. – Сколько ей уже? И как она связана с этой женщиной на стене?

Крис повернулась к Дереку, внутренне ликуя от своей наблюдательности и сообразительности. Конечно, она заметила, как он мрачнел оба раза, какие темы его задевали. Но что важнее — рискнула предположить, что они связаны. Вот только Крис тут же настигло разочарование: вместо ожидаемого изумления Дерек перевел на неё какой-то пустой, непривычно отрешенный взгляд.

– Она умерла, – сказал он. – И она была копией изображенной на стене богини.

Крис с трудом сглотнула колючий комок в горле и ощутила, как от непонятного стыда еще сильнее запекли обожженные уши. Она не хотела его задеть... Надо было что-то сказать, но, как назло, ничего подходящего не лезло в голову.

– А мать? – вопрос сорвался быстрее, чем Крис поняла, что стоило промолчать. Не её это дело. Она сама не готова к ответной откровенности, а этот тяжелый разговор совсем не походил на лёгкую дорожную беседу. Но было уже слишком поздно.

Дерек, глядя себе под ноги, нервно дернул уголком рта.

– Не было матери, – признался он.

Глава 18

Крис опешила, застыла на месте, не понимая, как такое возможно. Чтобы на свет появился ребенок, нужны два родителя, мать и отец — в этом плане за сотни лет ничего не изменилось. Если бы даже Дерек кого-то нашел, как она сироту-Зака, то всё равно, у ребенка фактически существовала мать. Или это просто фигура речи?

Заметив, что Крис за ним не следует, Дерек оглянулся, затем переключил внимание на ближайший дом, возле которого та остановилась.

– Ты права, – заметил он. – Стоит-таки потратить время и обыскать парочку. Ходить безоружными здесь слишком опасно.

Крис согласно кивнула. Как выяснилось, заброшенный город оказался очень даже обитаем, и люди здесь не являлись вершиной пищевой цепи. Следовало отрастить когти. Конечно, когда она расскажет обо всём и приведет сюда ученых из города, те будут лучше подготовлены... А стоит ли рассказывать? Или выставить всё так, чтобы хоть недолгое время оставаться единственным и высокооплачиваемым добытчиком редкостей?

Крис покосилась на Дерека. Ей почему-то казалось, что он будет не рад паломничеству ученых на нижние уровни. В бункере вообще недолюбливали людей с поверхности, от которых счастливы были когда-то избавиться. Да и заглядывать сюда решались, в основном, только отряды полиции: когда одна из крупных банд наглела настолько, что начинала третировать Торговый квартал. Но дело даже не в предубеждении. До настоящего момента Дерек являлся единственным проводником вниз. Это была его работа, семейный бизнес, основанный на уникальности и секретности информации — хлеб, который Крис собиралась отнять.

Можно попытаться с ним договориться (потому что городские — не станут, отметут обоих в сторону), можно попробовать перевести его на свою сторону... но Дерек делец. Он всё равно запросит проценты.

«А может, он уже всё понял? Что я собираюсь предпринять? – мелькнула внезапная мысль. – Возможно, он сам отлично знает, где здесь выход, но пытается избавиться от меня, чтобы я никому не рассказала?» В это, конечно, сложно было поверить после того, как он буквально спас её пару раз; но у Крис всё никак в голове не укладывалось, что кто-то готов рисковал ради неё просто так, безо всякой причины. Её опыт говорил о том, что причина была — просто не очевидная.

– Как так вышло, что у девочки не было матери? – спросила Крис, заходя в брошенный дом и оглядываясь по сторонам. Сам ребенок её интересовал лишь тем, что был похож на персонажа местного фольклора (и то по словам Дерека). – Или она просто бросила ребенка?

Дерек молча пнул валявшийся на полу инструмент, и тот гулко загремел по камням. Деревья в пещере не росли, но местные приспособились использовать сплетенные, склеенные смолой или обмотанные плющом стволы и ветви хвойного кустарника. Некоторые рукоятки, созданные таким способом, рассыпались при одном прикосновении, но те, что как следует пропитались смолой, выглядели ещё довольно крепкими. Остальные предметы оказались выточенными из камня, коего тут было в достатке. Но металла не было.

– Я нашел Хлою внизу, когда спустился закрыть заслонки после паводка. Не мог сделать этого сразу, ждал пару дней, пока вода прекратит прибывать, – наконец проговорил Дерек, поднимая с пола обтесанный, заостренный камень, напоминавший наконечник копья. – Видела барельеф на стене? Хлоя лежала прямо в горлышке кувшина, рисковала в любой момент упасть. Хорошо, что она тогда еще и переворачиваться не умела...

– Сколько ж ей было? – удивилась Крис, которая совсем немного знала про детей, а особенно — про младенцев.

– Судя по всему, только-только родилась, – пожал плечами Дерек. – Мне очень повезло её найти, еще немного — погибла бы от голода и переохлаждения.

– И что, никаких вещей с ней не было? – недоверчиво нахмурилась Крис, разгребая носком сапога мусор на полу. Какие-то глиняные черепки, истлевшая ткань, мелкие камни. Ничего дельного! – Семейных украшений, вышитых пледов, записок с именем? Ведь кто-то умудрился оставить её там! Ты не думал, что это мог сделать человек, которого ты когда-то провел на нижние уровни?

Дерек даже глазом не моргнул от такого яростного допроса.

– Не было абсолютно ничего, даже пеленки, – возразил он. – И никого я в то время вниз не водил, дед тоже. К тому же, комната оставалась закрытой, а...

– А боковые двери на винтовой лестнице? – не унималась Крис, подбирая с пола веревку из плюща и комкая её в руках. – Ты же их не проверял?!

– Не проверял, – кивнул Дерек. – Так или иначе, я взял ребенка с собой и долго искал его возможную мать среди жителей бункера. Такой не нашлось.

– Неужели ты заботился о младенце сам? – не поверила Крис.

– Да, но мне помогали советами, – Дерек говорил буднично, так что ему сложно было не верить. – Хлоя оказалась очень болезненной девочкой, у неё практически на всё была аллергия. Постоянно плакала: боялась воды, боялась темноты, боялась замкнутых пространств. При этом имела патологическое любопытство, лезла буквально в каждую щель — и умудрялась там застревать. И снова кричать.

– Нелегко тебе было, – отозвалась Крис, и в голосе едва ли не впервые мелькнуло сочувствие. – Ты мог бы подыскать ей семью.

– Никто не желал возиться, – кажется, Дерек лукавил: скорее, он привязался и не захотел отдавать. – Хлоя выросла по-своему умной, но странной. Она не разговаривала, не хотела учиться писать и читать. Но хорошо рисовала. Была очень внимательной, замечала и запоминала все мелочи.

Крис едва не закатила глаза. Повезло же девочке, нечего сказать! Её папашка-вор таскал ребенка на дело — ещё и хвалится этим! Вместо того, чтобы дать ей образование и хоть какую-то надежду на нормальную жизнь...

– И что, она правда была так похожа на ту богиню? Маленький ребенок?

– Да, очень. Но на барельефе черты не разглядеть так хорошо, как на том рисунке. Да и кто мог подумать? Я ведь не знал, что тут целый город.

– Значит, ты веришь, что её принесли отсюда? – Крис обвела рукой пространство вокруг себя. – Кто, гигантские мокрицы?

Дерек только вновь пожал плечами, прилаживая заостренный камень к пропитанной смолой деревянной рукояти.

– Есть многое на свете, Крис, что и не снилось нашим учёным. Например, этот город. И лучше уж верить в необъяснимое, чем отрицать очевидное.

Глава 19

– Очевидным оно становится, когда я его вижу собственными глазами, – возразила Крис. – Если бы ты мне про этот город рассказал, я бы сочла это бредом.

– И как же ты историю тогда изучаешь, если ничего из этого не можешь увидеть воочию? – рассмеялся Дерек. Странно, он нисколько не обиделся на поведение Крис — будто не воспринимал её всерьез. А может, возня с ребенком сделала его в разы терпеливее. – Кстати, что за макраме ты тут сплела?

Он кивнул на несчастную веревку у неё в руках.

– Это праща, – буркнула Крис, распихивая по карманам мелкие камни. – Иногда история может быть полезна.

Дерек не ответил, но промолчал весьма скептически. А Крис, не получив возражений, ощутила внезапный прилив уверенности. Она давно уже ни с кем не спорила — в бункере это было опасно; но старая привычка и отголоски характера, что не стал лучше за годы под землей, никуда не делись.

– Ты же инженер, – продолжала давить она, не получая должного отпора. – Ты должен быть скептиком, реалистом! Должен верить в науку!

– Я ничего никому не должен, – невозмутимо ответил Дерек, поднимая с пола и разглядывая черепок. – К тому же, «необъяснимый» – не значит «ненаучный». Возможно, мы просто не готовы ещё понять какие-то законы природы.

– Какие, например? – дернула плечом Крис. – Гигантских мокриц? Это всего лишь эволюция вида...

– Я смотрю, мокрицы запали тебе в душу, – хмыкнул Дерек, и она нахмурилась. – Например, то, что эти люди даже не обжигали глину, – он покрутил черепок в руках. – Возможно, потому, что на обжиг попросту не хватало топлива. Использовали грубо вытесанные из камня орудия труда. Но при этом каким-то чудом умудрились вырубить из скальной породы целый город с идеально ровными стенами.

Дерек провел ладонью по стене небольшого жилища, внешне напоминавшего перевернутую коробку с вырезанной дверью.

– Они могли отшлифовать их, – буркнула Крис. – И Хлою могли подбросить соседи, следившие за тобой. Я скорее поверю, что кто-то из потомков этого подземного народа жил на поверхности, когда строили бункер, а затем попал в него. И пронёс через поколения особенности расы.

– Вряд ли, – Дерек резко отбросил черепок в сторону, и тот разлетелся, ударившись об стену.

Крис вздрогнула. Чего это он?!

– Почему? – спросила она, придавая голосу максимальное равнодушие.

– Хлоя сгорела, едва вышла на солнце, – глухо отозвался Дерек. – Хватило пяти минут на поверхности, чтобы она получила страшные ожоги. А её организм отвергал любые лекарства.

Крис шокировано замерла, глядя на Дерека. Что же за болезнь была у Хлои? Да, солнце нынче жестоко, но дети жителей Запретного кольца весь день носятся на улице — и ничего. Даже, если кто-то из бункерских впервые поднимается на поверхность, он может разве что обгореть так, что кожа покраснеет и облезет. Но на это потребуется как минимум полчаса в полдень.

Но никто бы не пустил людей из-под земли, настолько больных и непривычных к солнцу, в бункер... Нет, это невозможно!

– Как думаешь, куда делись все, кто здесь был? – внезапно меняя тему, пробормотала Крис.

Её всё не покидало чувство какой-то нереальности происходящего. Этот город казался очень странным, безликим, словно средние уровни бункера, где раньше селились обычные работяги. Крис бывала по делам в тех помещениях, созданных по единому проекту с минимумом удобств... но и там люди старались привнести уют и уникальность своему жилищу: вешали картины, разрисовывали стены, плели половики из старой одежды. Возможно, конечно, здесь всё тканое давно истлело, роспись сожрал мох, а скарб рассыпался и разбился, но...

– Мне здесь как-то не по себе, – призналась она.

– Это не кладбище, если ты об этом, – вздохнул Дерек, выходя во двор и осматривая дом со всех сторон. Ему удалось обнаружить небольшую глубокую дыру в полу (предположительно, выгребную яму), всё тот же вездесущий мох и несколько ступенек, наполненных трухой — видимо, грибы без полива выжить не смогли. Ни скелетов, ни статуй, ни надгробий. – Они ушли, судя по всему, в спешке. Вещи разбросаны и посуда разбита.

– Я видела такое после нападений, – едва выдавила Крис. – Когда не успевала... Это больше похоже на следы драки, когда кто-то отчаянно отбивался...

Удивительно, если задуматься: как ей удавалось выжить, оставаясь втянутой в подобные дела. Наверное, кто-то сверху присматривал, не иначе — речь о заинтересованных людях, конечно же. Ведь, выполняя поручения одних, передавая информацию и посылки, Крис одновременно мешала другим. Никто не запрещал ей брать заказы у конкурентов, но, так как со стороны это всё казалось невинной весточкой от сына отцу или подарком в виде нового свитера от бабушки внучке, то и сама Крис часто не понимала, что происходит. Иногда, конечно, её посылали не к милым бабушкам, а прямиком к вооруженным бандитам, где приходилось объяснять, что она — не часть посылки. А когда Крис только начинала свой путь и готова была практически на всё, она несколько раз пробиралась по пыльным воздуховодам, чтобы собрать важную информацию или стянуть нужную вещицу. Это было смертельно опасно, но это позволило ей не опуститься до вещей куда худших.

И во все периоды своей работы Крис периодически натыкалась на такие вот комнаты, с разбросанными вещами, разбитой мебелью, алыми брызгами, а то и целыми лужами крови. Когда она — к счастью для себя — опаздывала и потому оставалась жива.

– Напомни, чем ты промышляешь? – Дерек, засунув руки в карманы, стоял в проёме двери. – Мне сказали, девочка на побегушках у Джонсона, но что-то ты слишком языкатая для его подчиненных.

– Я курьер! – оскорбленно выпалила Крис. – И я работаю на себя!

– То есть, ты поставляешь бандам то, чего другие касаться не желают? – невозмутимо продолжил Дерек. – Оружие, наркотики, грязные деньги, ворованные вещи, информацию для нападения или шантажа... И, как я понял, заказы берешь у тех, кто больше платит?

Крис задохнулась от возмущения. Что он такое говорит?! Она просто пытается выжить, передавая посылки! За их содержимое ответственности не несет, это на совести отправителя!

– Зато я не обворовываю чужие квартиры! – воскликнула она. – Не тащу всё из заброшенных секторов, чтобы потом обменять на выпивку, и не приучаю к этому детей!

– Я не ворую, – Дерек помрачнел, вынул руки из карманов и оперся правой о косяк. Заговорил рублеными, резкими фразами, в которых сквозила угроза: – Никогда не воровал. И Хлою к этому не приучал. Что ты несешь вообще?

Несмотря на обманчиво-расслабленную позу, Крис заметила, как подрагивает сжатая в кулак кисть. Кажется, Дерек едва держал себя в руках. Но уже в следующий момент она заметила что-то на стене, рядом с кулаком — и моментально забыла о споре.

Глава 20

Оставив объяснения и выяснения на потом, Крис приблизилась к стене возле проёма. Там, на уровне её груди, были выведены какие-то каракули: куда более небрежные, чем недавние рисунки на каменной ограде. Схематичные, одноцветные и смазанные, будто создавались второпях или ребенком. Но для ребенка — не слишком ли высоко?

– Взгляни.

Дерек недовольно вздохнул, шагнул в дом. Он тоже не заметил сразу этой картинки — слишком мелкая, да и находилась напротив света, пробивавшегося в проём. В наборе кривых линий угадывалась то ли собака, то ли волк, который тащил в зубах человеческую фигуру.

– Никуда они не ушли, – выдавила Крис, внезапно ощутив колючие мурашки, приподнявшие волосы на затылке.

Прижалась к стене и поднесла руку к рисунку: да, именно так она бы могла нанести его, прячась от кого-то на улице — остальное пространство дома отлично просматривалось через дверной проём.

– Знаешь, многие фотографы перед смертью делали свой лучший снимок. Нападавшего дикого зверя, извержения вулкана или метеорита...

Дерек не слушал. Сжав в руке импровизированное копьё, он уже вышел на улицу и равнодушно отправился по направлению к воротам. Легкий ветерок всё заметнее щекотал голую, перепачканную подсыхавшей кровью спину — может, от того, что позади туда-сюда носилась Крис. Она возбужденно заглядывала внутрь каждого дома в поисках новых изображений, рискуя нарваться на еще какое-нибудь гигантское насекомое — но везде было пусто.

– Стой! – наконец опомнившись, она нагнала Дерека и схватила его за руку. – Те монстры, что утаскивают людей — они действительно существуют!

Дерек высвободил руку и зашагал дальше.

– Эй, ты что, не понимаешь?! – Крис теперь боялась кричать — мало ли, услышат. – Возможно, они всё еще живы, а мы идём прямо им в пасть!

– Я говорил тебе об этом, – бесцветно отозвался Дерек. – С самого начала.

Ну да, говорил. Но кто ж в такое поверит?

– Но ещё ты говорил, что они приходят на запах крови, а они не пришли! – не унималась Крис. – Я думала, ты врал!

Дерек только дернул плечом, мол, «я им не секретарь». Он не собирался ничего объяснять и вообще продолжать бессмысленный разговор. Крис это покоробило, но не остановило. Она не хотела умирать.

– Если их нет здесь, в городе, значит они там, за воротами! Там не спасение, там смерть! – Крис забежала вперед, встала перед Дереком, преграждая ему путь. Ей хотелось схватить его за грудки, но по причине отсутствия ворота и наличия попыток обойти, схватила за плечи. Испытывающие заглянула в глаза. – Ты точно не знаешь, где здесь выход? Мы правда никак не можем залезть обратно по буровой установке или по стене? Ты всё мне рассказал?

– Да, – устало отозвался Дерек, убирая её руки.

– И ты так запросто прыгнул в воду, осознавая, что не сможешь вернуться?! – Крис продолжала стоять на месте, не давая ему пройти. – И сейчас так спокоен, будто не можешь умереть?! Ты не похож на самоубийцу!

Дерек смерил Крис погасшим взглядом. Если вначале она ему приглянулась, затем заинтересовала, то сейчас уже утомила своим недоверием.

– Мне все равно, кем ты меня считаешь. Я могу позволить себе помогать людям безо всякого умысла и не видеть врага в каждом встречном.

Отодвинув Крис в сторону, Дерек зашагал дальше. В отличие от неё, он был уверен, что монстры никуда не ушли; но начал догадываться, почему до сих пор не появились. Да, возможно, они именно за теми воротами, но другого пути пока нет, поэтому следует дойти до окраины города. До того места, где начинаются своды пещеры. Он уже давно прогнал в голове все варианты, но так и не нашёл способа добраться до люка в потолке — разве что разбить местные цельные строения и сложить из них гигантские каменные ступени. Но так они скорее умрут с голода — ведь Дерек никому не рассказывал, куда отправился, а про винтовую лестницу на нижний уровень и вовсе никто из ныне живущих не знал.

Между тем, его очень занимал вопрос, как именно был построен этот город, какие инструменты использовали местные жители. Пока что не удалось обнаружить ничего стоящего, но Дерек верил, что впереди, в храме или дворце правителя — чем бы ни являлось то богато украшенное здание впереди — его ждут ответы на все вопросы. И если не что-то, способное рассечь камень, то хотя бы подробная инструкция, описывающая древние технологии. Не для того, чтобы унять любопытство и разгадать тайны исчезнувшего народа (Дерек, конечно, оценил уникальность их находки, но остался к ней более равнодушен, чем Крис), а чтобы придумать способ выбраться отсюда.

Ему нужно было вернуться, во что бы то ни стало. Вернуться, закрыть заглушки, а затем — накрепко заварить люк, ведущий на нижний уровень. Чтоб больше никто и никогда сюда не сунулся. Что делать с Крис, как убедить её держать язык за зубами, Дерек пока не решил.

Крис в кои-то веки шла молча. Слова Дерека задели её, в них безошибочно угадывался укор, осуждение её взглядов. Но что поделать, если такой у неё жизненный опыт? Глупо было бы после всего этого доверять такому, как Дерек, что бы он там ни говорил. Если ему нравится быть таким наивным, «хорошим» и «правильным» – что ж, это его выбор. Альтруисты долго не живут. Но хуже всего было то, что Крис надеялась — они будут работать вместе, искать выход сообща. Для этого и надо разговаривать. А Дерек не спешил делиться идеями и знаниями. Он будто предпочитал просто идти вперед, надеясь на «авось», а Крис так не могла, она каждую секунду искала возможность спастись!

«Он прикроет меня, он поможет мне, он будет снова меня спасать, несмотря на наши ссоры, – думала Крис, плетясь следом за Дереком и разглядывая его исцарапанную спину. От вида кровавых полос неприятно щемило внутри. – Даже, если сейчас мы попадем в логово тех монстров, он не сбежит, а рискнёт жизнью...»

Она зажмурилась. Какой идиот. Нет, он не врёт — он правда не знает выхода. Лучше б врал, потому что всё это — неправильно. Ни самопожертвование, ни смерть в целом не могут быть красивыми, романтичными или что там ещё...

– Дерек, – Крис открыла глаза, ускорила шаг и протянула руку, пытаясь ухватить его за свисавшую горловину комбинезона. Голос звучал одновременно виновато и умоляюще — совсем не похоже на обычные интонации. – Подожди...

Под ногой что-то слабо звякнуло.

Глава 21

Тихий, но определенно металлический звук громом разнесся по пещере. Вынудил остановиться и Крис, и Дерека, опустить взгляд вниз. Хотелось надеяться, что это окажется куском какой-нибудь местной подделки, пусть даже железной, но мелкий предмет, который мужчина медленно поднял с земли, был отлично знаком каждому жителю бункера. Бегунок от молнии на техническом комбинезоне — совсем как у Дерека. Такие выдавали всем, в качестве основной и самой прочной одежды; и спутать было невозможно: на брелоке явно виднелся разделенный на слои перевернутый треугольник — опознавательный знак их убежища.

Даже не сомневаясь в том, что увидит, Крис глянула на пояс комбинезона Дерека — бегунок оставался на месте. Молния на вороте заканчивалась стопором, и чтобы выдрать «собачку», потребовалось бы немалое усилие... И пусть обнаруженная деталь успела порасти вездесущим мхом, говорила она только об одном — кого-то похитили из бункера и силком тащили по этой улице прямо к воротам.

– Дерек... – голос Крис дрогнул и сорвался, не позволив договорить.

– Всё будет хорошо, перестань.

Он так хотел её успокоить и предупредить очередную волну препирательств, что будто забыл о своем недовольстве. По крайней мере, во фразе раздражения не звучало. Но Крис лишь яростно замотала головой из стороны в сторону. Какое еще подтверждение ему нужно?! Нет, с ним она точно погибнет!

– Никто тебя не тронет, идем, – Дерек уже повернулся, чтобы продолжить путь. – Ты и сама-то не настолько беззащитна.

Верно. Она много лет выживала сама, именно потому, что знала, как это делать. Прислушивалась к своей интуиции и не рисковала зря. Всегда искала обходные пути.

– Скажи мне. – Дереку опять пришлось остановиться и оглянуться через плечо. Да что с ней такое? Они так никогда до цели не доберутся! – Если ты не воровал, то откуда у тебя все эти вещи?

Неожиданный вопрос заставил удивленно приподнять бровь. Это действительно имеет значение сейчас? Никак не успокоится, приписывая ему собственные грехи?

– Дед часто помогал соседям и брал за работу то, что они сами предложат, – всё же ответил Дерек. – Иногда это была еда, иногда одежда, иногда — совершенно бесполезные вещи. Потом менялся с теми, кому они были нужны. Хлоя заработала свою зажигалку, когда во время пожара вытаскивала перепуганного ребенка из вентиляции. Хоть она и боялась замкнутых темных пространств, она смогла преодолеть себя ради спасения чужой жизни.

«И выбрала такую бестолковую оплату, потому что Дерек приучил её не ждать благодарности, – поняла Крис. – И потому что искала что-то мелкое, чтобы подарить ему на память».

– Спасибо, – прозвучало как прощание. Дерек не стал спорить, понимая, что всё бесполезно, но тяжелый вздох сдержать не мог. Всё зря. Не оборачиваясь, отправился дальше, а Крис неслышно нырнула в боковой переулок.

Как только шаги Дерека затихли позади, на Крис внезапно навалилось оглушающее осознание собственного одиночества. Нет, не того, что заставляет плакать в платочек; а того, что возникает, когда ты наконец-то вырвался в глушь, где нет ни одной живой души. Где всё теперь решаешь только ты и выполняешь — тоже ты. Привычное для Крис рабочее состояние, которое заставило её моментально собраться. Дерек и разговоры с ним больше не отвлекали, сама собой исчезла проблема взаимопонимания, необходимость что-то выяснять, объяснять и доказывать. Вся доступная информация теперь находилась только в собственном сознании и окружающем мире.

Но всё-таки, в нынешнем состоянии явственно ощущался один нюанс, от которого по спине бежали нехорошие мурашки. Как в те разы, когда Крис натыкалась на комнаты со следами бойни. Всегда, на любом уровне, она чувствовала над собой и под собой бункер. Десятки людей, разделенных перегородками, которые населяли его и были им. Здесь же...

Крис начинала вспоминать уроки истории: скудные источники полузабытой, неактуальной, но такой волнующей информации об уничтоженном мире. Она не могла назвать причину, но некоторые древние цивилизации оказались исследованы лучше: майя, например. Те использовали для своих обрядов карстовые пещеры, считали их входом в царство мёртвых и местом обитания предков — даже устраивали там подобие водопровода. Так что мешало местным построить целый город, предназначавшийся усопшим? Обустроить всё будто для живых, чтобы души продолжили здесь вечное существование и ни в чём не испытывали нужды? Оставить лишь жрецов присматривать за всем? Не кладбище, а подобие рукотворного рая.

Задумавшись, Крис тихо брела по улицам, не замечая пока никакой опасности. Забавно, если окажется, что это Дерек такой «невезучий»... Но не о нём сейчас. О мире мертвых. Майя верили, что пещеры — это не только вход, но и выход. Место смерти и рождения, место живительной воды, стекающей прямо с потолка. Или... из рук некой богини? Полустертые из времени и памяти, эти религиозные убеждения удивительным образом переплетались с тем, что существовало здесь и сейчас, через сотни лет после почти полного уничтожения всего человечества, глубоко под землей. Город мертвых. Целебная вода из кувшина богини. Хлоя, таинственным образом явившаяся у входа в пещеру. В это сложно было поверить, но эти выводы складывались, как подходящие друг другу паззлы в наборе, в одну стройную теорию... Неужели Дерек прав, и единственный выход теперь — верить в необъяснимое?

«Он просто задурил мне мозги! – раздраженно мотнув головой, подумала Крис. – Так уверен в своих словах, что сам невольно перенимаешь эту убежденность. Как те проповедники секты Пустой Земли, которые всем рассказывали, что мира на поверхности нет и не было никогда, а вся история — это поделка. Ну, и где они сейчас?»

Крис впервые оглянулась. Ворота и высокое здание перед ними осталось где-то в стороне, а пути по диагонали не было. Но она и не думала возвращаться. Вместо этого, чувствуя небольшой уклон, ускорила шаг, направляясь к сводам пещеры, нависавшим над головой всё ниже и ниже.

Лишь бы действительно никакие души не встретились...

Глава 22

Очень скоро Крис заметила впереди небольшую площадь, посреди которой находилась каменная чаша. Из центра вертикально вверх била струйка воды, заполняла сосуд и вытекала из небольших надсечек по краю — как раз на том уровне, на котором удобно поднести кувшин. Остатки собирались в углублении вокруг чаши, но за ним камень оставался сухим. Приглядевшись, Крис различила под водой круглое отверстие, под углом уходившее куда-то в толщу породы. Но, чтобы это работало, требуется наклон...

Вскинув голову, Крис как следует оглянулась по сторонам. Только теперь она заметила, что на улицах стало темнее — свет был сосредоточен по центру пещеры, так что на «окраинах» царил мягкий полумрак. Кроме того, та часть, где возвышалась лестница к бункеру, действительно находилась на пригорке. Вот почему так легко было шагать вперед! Улицы в городе были расчерчены, словно клетки в тетради. И ту, где сейчас стояла Крис, проходившую параллельно основной, украшало еще несколько фонтанов. Один за другим, точнее, один над другим. Где-то там, наверху, находился источник воды, скорее всего — подземная река. И с помощью разницы высот создавался напор, который безо всяких механизмов позволял бесконечно циркулировать и даже бить струям. Но фонтаны находились на одной прямой, а сливные трубы отходили в сторону... Возможно ли, что местные позаботились даже о том, чтобы грязная вода не попадала в систему, а выводилась отдельно? Дереку, как инженеру, такое было бы интересно!

Крис услышала тихие шаги и обернулась. Неужели, он решил её догнать? Понял, что не прав? Улыбка успела тускло вспыхнуть на губах, но чуда не произошло — за спиной никого не было. Теперь уже четко можно было различить, что шаги сопровождаются странным пришаркиванием, а ещё — их очень много. И доносятся они вовсе не из-за спины, а с соседней улицы. Опасаясь вновь нарваться на каких-нибудь местных членистоногих, Крис поспешно пересекла площадь, спряталась за ближайшую ограду и осторожно выглянула из-за угла. Вначале она увидела лишь серые тени у соседнего фонтана, но затем опознала в самой большой из них мокрицу, которая вела за собой выводок жуков поменьше. Те едва поспевали, суетились, налетали друг на друга и, сворачиваясь в шарики, то и дело укатывались куда-то в сторону, так что их приходилось усиками подталкивать обратно. Достигнув центра, мелкотня обступила углубление под чашей и опустила головы к воде, а родительница осталась на страже.

Крис не стала им мешать. Ощущая странную неловкость от того, что совсем недавно нападала на этого «грозного хищника», который мирно здесь обитал долгие годы, она очень тихо отправилась дальше — к сводам. Куда-то в ту сторону тянулись сливы от фонтанов, а еще оттуда уже заметно веяло сыростью. Мох давно поредел, а теперь и вовсе исчез, словно ему уютнее было возле центральной улицы, под источниками света. Его место заняли древесные грибы. Широкие и плоские шляпки от ярко-рыжего до темно-коричневого оттенков выглядывали из-за каменных оград, словно чьи-то настороженные уши. Где-то они успели облепить даже плоские крыши, но больше всего их виднелось на каменном валу, который теперь возвышался прямо перед Крис. В полумраке между мясистыми наростами он казался темным, влажным и пористым, но за ним явственно слышался шум воды. И Крис решила рискнуть.

Заранее брезгливо скривившись, ожидая, что вот-вот вляпается в вонючую и густую слизь, она принялась пробираться вперед. Но, к великому своему удивлению, ощутила лишь бархатные и довольно приятные прикосновения — будто действительно задела чьи-то уши. Некоторые ломались под рукой с влажным хрустом, но остальные выдерживали вес, упруго пружинили под ногами и помогали карабкаться вверх. А там, на вершине вала, открылась совсем другая картина. В противовес строго вычерченному, освещенному городу — темная, бурлящая река и узкая полоска обрывистого берега. Где-то в воде белели буруны заборных каменных труб (ближе к середине), где-то вливались потоки из фонтанов (ближе к краю), а над поверхностью зависла тонкая, ледяная фата мелких брызг.

Крис вдохнула полной грудью и ощутила, как холод прокатился до самого сердца. Теперь вода на нижнем уровне, где она чуть не утонула, казалась прогретым озером. Нет, лезть сюда определённо не стоит... Скользкие камни, на которых даже грибы не росли; стылый подземный поток, уносящийся ещё глубже; густые размазанные тени, залепившие почти всё пространство — всё буквально кричало об опасности. Даже из принципа, даже желая доказать свою правоту, Крис бы не подумала сунуться сюда. Она ведь никогда не рисковала зря, именно поэтому и не пошла с Дереком.

Но неожиданно кое-что привлекло её внимание и заставило напряженно прищурится. Чуть ниже по течению реку пересекала какая-то тень. «Я просто посмотрю! – уверила себя Крис и начала осторожно пробираться по вершине вала в ту сторону, цепляясь левой рукой за растущие с одной стороны грибы — чтобы не соскользнуть. – Это может оказаться что-то важное, какая-то подсказка. Будет обидно её упустить. Спускаться не буду!»

Но, когда Крис подобралась достаточно близко, её сердце предательски ухнуло вниз — тень оказалась прогнившим мостом, созданным из кое-как обмазанных смолой и переплетенных лозой стеблей. Никак не закрепленный, он был попросту перекинут над гудевшим в метре под ним бурным потоком и походил, скорее, на способ свести счеты с жизнью, чем на переправу. Но Крис смотрела не на бурлящую реку, не на мост, а туда, где дальний его край упирался в темневшее в скале углубление. В боковой стене которого явственно проглядывали ведущие вверх ступени.

Глава 23

В то время, когда Крис пробиралась по тёмным и сырым окраинам, Дерек бодро шагал по главной улице. Залитая мягким светом невидимого солнца, она всё гуще утопала в зелени: распушился облепивший стены мох, блестел слюдяными листьями плющ, выглядывали из проёмов оград лохматые лапы кустарников. Всё чаще дорогу перебегали шустрые стайки мелких мокриц: едва доходивших до пояса, поднимись они на задние лапы; а из-за оград доносилось увлеченное чавканье и хруст. И Дерек знал, почему всё живое так тянется к этой центральной городской артерии — по ней когда-то текла живительная влага, навсегда впитавшаяся в стены и сам воздух. Он даже уже ощущал этот сладковато-пряный запах.

Над головой всё чаще проплывали высокие, резные арки — практически единственное архитектурное украшение в этом безликом городе. Они походили на тонкие накрахмаленные кружева, сахарно-белые, только вместо привычных растительных мотивов пестрели угловатыми и незнакомыми символами. На редких участках стен, не захваченных мхом, мелькали высеченные и разукрашенные ветви деревьев, а ещё — силуэты людей. Все они как будто радостно спешили вперёд, прямиком к зданию, что возвышалось теперь посреди улицы — уже так близко, что Дерек мог его рассмотреть.

Перед ним взбегали кверху всё те же массивные прямоугольные уступы — и через них пролегала привычная, удобная для человеческого роста лестница. По краям её, на кубических постаментах, застыли питомцы богини, высеченные из какого-то блестящего черного камня. Их хищным чертам, гибкому телу пантеры и торчащим из оскаленной пасти клыкам очень подходил этот материал. Подъем был таким крутым и высоким, что Дерек, на мгновение замерев у основания, задрал голову вверх, но всё равно ничего не увидел — только ступени. Он отчего-то нервно облизнул губы. Чем ближе Дерек подходил к этому зданию, тем отчётливее ощущал какое-то странное радостное возбуждение. Оно не напоминало предвкушение того, что он вот-вот обнаружит выход. Или окажется прав. Нет, ничего подобного он уже очень давно не испытывал. И в данном случае это казалось абсолютно неуместным.

Но эмоции — это всего лишь эмоции. Собравшись, Дерек принялся размеренно подниматься по лестнице, внимательно оглядываясь по сторонам и стараясь не коситься в ту сторону, куда ушла Крис. Очень скоро он действительно о ней совершенно забыл, увлеченный изучением постаментов. Под лапами черных животных камень украшали яркие картины, выполненные с небывалой аккуратностью, реалистичностью и дотошностью — кто бы мог подумать, что это не фотографии, а всего-то рисунки древних мастеров, имевших в распоряжении всего несколько оттенков краски.

Картины эти изображали сценки местного празднества. Уже не больные и немощные отчаянно тянулись к прекрасной богине, а все жители города спешили к храму, надеясь глотнуть волшебной воды. В ярких одеждах, причудливых головных уборах, с охапками зеленых ветвей в руках. Были даже гирлянды ярких цветов — возможно, того самого плюща. Отдельной группой шли дети — совсем маленькие, в зеленых венках и забавных одеяниях. Взявшись за руки, они с улыбкой поднимались по ступеням храма, к радушно раскрывшей объятья богине — и почему-то от этой милой картины у Дерека защемило в груди. Слёзы защипали глаза, на мгновение вытеснив дурацкую эйфорию, заставив закусить губу и крепко зажмуриться. «Что-то не так!» – мелькнуло в голове.

Но уже в следующую секунду, оглянувшись, он обвёл взором распластанный под ногами город — и Дерека захлестнуло необъяснимое счастье. Сердце застучало часто и гулко, дыхание сбилось, на губах сама собой расплылась широкая улыбка. Тело как будто стало легче, а перед глазами мертвые улицы наполнились жизнью: десятками нарядных горожан, устремившихся к храму, голосами, смехом, ароматом священной воды. Люди поднимались по ступеням, задевали Дерека плечами и одеждами, проходили мимо него... Он застыл, совершенно не понимая, что происходит, но ощущая себя неотъемлемой, исконной частью этой толпы. Даже бункер, его нижние уровни, которые Дерек считал своими владениями и своим единственным, вечным домом, не вызывали такой горячей привязанности, как это место.

Способность критически мыслить будто и вовсе покинула его. Дерек, конечно, сам предлагал верить в очевидное необъяснимое, вот только он тогда немного лукавил... А сейчас ничего уже не мог с собой поделать. Вновь повернувшись к лестнице, он шаг за шагом, всё быстрее и быстрее продолжил подниматься наверх. «Дети... Дети... Хлоя», – стучало в висках, словно замурованный в стене смертник, так же безнадёжно и безответно. Дерек не слышал. Его сердце пело, предчувствуя скорую радостную встречу с кем-то важным; его глаза впились в край последней ступени, из-за которой уже понемногу показались крыша и стены. Яркие, расписные, узорчатые: такие легкие и воздушные, в отличие от занимавших улицы каменных коробок. Тонкие колонны, распускавшиеся лепестками скаты, ограда по краю верхней площадки...

«Что со мной происходит? Почему? Это яд мокрицы?» Дерек не мог сосредоточиться, он просто не хотел. Если бы ему было плохо, если бы перед глазами плыло, а тело наполняла слабость — он бы стискивал зубы и кулаки, чтобы взять себя в руки, из последних сил преодолеть последствия отравления. Но Дереку было хорошо. Он не ощущал недомогания, вообще не чувствовал чего-то странного. Словно сама кровь, наполнявшая его вены, шептала, что всё хорошо, что пора прекратить придумывать себе проблемы и наконец-то расслабиться. И сила воли покорно прогибалась, словно стальной лист под непрерывным потоком лавы. Дерек не мог ухватить тот неясный призрак, с которым ему следовало сражаться; определить, что именно его тревожит — и поверить в это. И не было рядом Крис, способной задать резкий, неудобный, но такой важный сейчас, отрезвляющий вопрос.

Сотня ступеней остались позади. Не замечая, как кровь стучит в ушах, а легкие разрывает от такого марш-броска, Дерек поднялся на площадку и восхищенно застыл. Он не замечал теперь ни изящного строения на вершине этой пирамиды, ни причудливого трона, стоявшего по центру, ни огромных ворот на заднем плане. Так и все горожане, спешившие сюда вместе с Дереком, внезапно куда-то пропали. Взгляд его теперь был прикован к высокой и статной женской фигуре, облаченной в замысловатые одежды, неподвижно и терпеливо ожидавшей запоздалого гостя. На незаурядном, но гармоничном и прекрасном молодом лице светилась теплая полуулыбка.

– Хлоя, – едва слышно выдохнул Дерек. – Ты жива.

Глава 24

То, что видела перед собой Крис, больше всего напоминало именно нижний пролет лестницы, вырубленной в толще скалы и спускавшейся сюда прямо с поверхности. Возможно, её забросили ещё в то время, когда переселившиеся под землю люди возвели этот город и обустроили новую жизнь — но что камню сделается за несколько веков? Только и требовалось, что найти способ осторожно пересечь реку и... Крис замерла и оглянулась, попытавшись как можно выше вытянуть шею. Она искала взглядом Дерека, но никак не могла его найти. Её непреодолимо тянуло к выходу из пещеры, но она не могла просто так оставить здесь своего проводника — кто знает, когда он сможет обнаружить эту лестницу. Да, Крис помнила, что ещё недавно собиралась его собственноручно зарезать, но с того момента много чего произошло, и вообще, Дерек мог попасть сюда сам по себе! И его, похоже, меньше всего волновала личность тех, кто заказал ей уникальные образцы.

«Я вернусь, – дала себе обещание Крис. – Только проверю вначале, куда ведет этот ход — и обязательно вернусь за Дереком!»

Осторожно, стараясь не скатиться вниз по скользкому склону, она начала спускаться к реке. Вал действительно оказался пористый, словно пемза, и это позволяло хоть как-то за него зацепиться. Медленно сползая вниз, Крис всё явственнее ощущала холод и сырость, даже какой-то сквозняк, гулявший в этом подобии естественного желоба. После прогретого, душного города её пробил легкий озноб.

Когда сапоги коснулись каменного уступа над рекой, Крис решила оглядеться и перевести дыхание. Своеобразный «берег» оказался шириной не больше метра, а поток выбивался откуда-то из темноты пещеры — и в таком же мраке исчезал. Каменный вал нависал над этим местом, погружая его в зыбкие сумерки, и только благодаря им Крис смогла заметить мелкие светящие точки на противоположной стене. Своды пещеры оказались усыпаны ими сплошняком, напоминали далекое звёздное небо... но, чем выше — тем больше свет скрывал эту красоту.

Каждый шаг отдавался гулким эхом, когда Крис решила сдвинуться с места. Река гудела всего лишь в полуметре под ней, сапоги покрывались крошечными брызгами, под подошвами хлюпали мелкие лужи. А мост с близкого расстояния казался еще более ненадежным, чем прежде. Он был перекошен, пришлось его сдвигать — и к ужасу Крис, она обнаружила, что ни один конец его не закреплён; а пальцы входят в прогнившую древесину, словно в сырое тесто. Если даже где-то там, внутри этого рыхлого и скользкого сооружения осталась твёрдая сердцевина, вряд ли она выдержит вес взрослого человека. Но разве Крис могла сдаться в шаге от спасительного выхода?

Очень осторожно она приблизилась к краю моста, поставила на него ногу и начала медленно переносить вес. Древесина скрипела, трещала, прогибалась, и Крис готова была вот-вот отпрянуть — однако, мост никак не ломался. Неужели, сработает? Крис колебалась, явственно ощущая опасность, осознавая, что риск слишком велик — но не видя другого пути. Попытаться лечь на живот, чтобы распределить нагрузку — и переползти так? Крис слышала, что подобным образом передвигаются по льду, хотя вживую его видела только в холодильнике. А если всё случится прямо на середине реки?

Не выдержав, Крис попросту топнула ногой, пробуя древесину на прочность — и та раскололась. Ступня провалилась вниз, следом за ней полетели и части моста, а Крис едва сумела удержать равновесие и отскочить на берег. С яростно колотившимся сердцем она прижалась спиной к валу, пытаясь прийти в себя. Ещё бы немного — и точно б свалилась! Но в какой-то мере Крис стало легче. Она больше не сомневалась, не боролась сама с собой — всё обрело ясность. Определенность успокаивала. Но проблема переправы никуда не делась.

И здесь уже не оставалось другого варианта, кроме как перепрыгнуть. Теперь Крис могла надеяться только на себя и свои силы, а это для неё было куда привычнее и проще. Поэтому она поправила лямки рюкзака, восстановила дыхание, прицелилась получше. Узкий каменный берег не позволял как следует разогнаться, но всё же давал немного места для толчка, а после небольшого раздумья Крис отошла на пару шагов назад, чтобы всё-таки взять разбег. Она не боялась, только волнение немного щекотало нервы. Крис была практически уверена, что допрыгнет.

Собравшись как следует и ещё раз прикинув расстояние, она сорвалась с места. Широкими шагами понеслась вперед, разбрызгивая во все стороны воду из-под сапог. Шаг, второй, третий — мощный толчок, под ногами проносятся ледяные потоки. «Долечу? Стоило ли оттолкнуться от вала, но добавить ширину берега? Или лучше не гасить инерцию, но по диагонали?» Ногами вперед Крис влетела в проём в скале; проехалась боком по каменному полу, приложившись бедром, локтем и рёбрами; словно кегли разбила парочку чьих-то скелетов. Пребольно врезалась пятками в стену и на миг затихла, заваленная мусором, приходя в себя. Получилось. Но почему-то теперь это совсем не радовало.

Сдерживая тихий стон и прикрывая рукой ушибленную грудную клетку, Крис кое-как села. Оглянулась по сторонам, благо, она всё ещё могла различить очертания предметов в проникавшем сюда рассеянном свете. Комнатка оказалась маленькая: куб со стороной в два метра, с множеством углублений в стенах. Фонарик Крис остался где-то на нижнем уровне, да и всё равно давно отсырел, но она заметила среди глиняных осколков на полу два темных камушка. Учитывая, что здесь были тела, значит, когда-то был и свет... Не особо надеясь на успех, Крис ударила камни один о другой — проскочила искра. Вновь и вновь высекая её, Крис успела разглядеть в нишах на стене множество горшочков, из некоторых что-то торчало. А практика показала, что это что-то ещё и хорошо горело.

Только, когда в помещении заплясали отблески нескольких огоньков, удалось как следует рассмотреть внутреннюю обстановку. Стены были украшены рисунками детей, совсем не такими красивыми, как та фреска с богиней. Эти создал не художник, а обычные люди: хоть было заметно, что старались сделать похоже, линии вышли неуверенными, а черты лица – схематичными. Было много портретов, но встречались и общие изображения — на них, взявшись за руки, маленькие человеческие фигурки по длинной лестнице поднимались прямо к поверхности, к деревьям и солнцу. Вот он, выход!

Отбросив остальное изучение, Крис кинулась к лестнице в боковой стене. Здесь тоже были рисунки цветов и трав, а ступени терялись во мраке. Но Крис это больше не волновало, как и ноющие кости. Отчаянно растирая бедро и чуть прихрамывая, не желая даже вернуться для того, чтобы прихватить с собой источник света, она как утопающий стремилась на поверхность.

Глава 25

Стены давили, а воздуха как будто становилось меньше. Мрак окружил со всех сторон, только на потолке тускло вспыхивали синеватые искры, не давая, однако, никакого освещения. Крис даже споткнулась о ступеньку, но удержала равновесие — и тут врезалась лбом в нависающий потолок. Зашипев от боли, слепо пошарила рукой перед собой, наткнулась пальцами на прохладный камень там, где быть его не должно. Стены действительно стали ближе. Уже гораздо медленнее и осторожней, Крис всё же шаг за шагом упрямо продвигалась вперед, пока под ногами вновь не захрустели чьи-то кости. Потолок опустился настолько, что пришлось согнуться вдвое, стены едва позволяли протискиваться вперед.

Опустившись на колени и ощущая, как противно саднит в груди, Крис вновь вытянула руку. Рассерженно и почти уже не брезгливо отпихнула в сторону чей-то скелет и ощутила перед собой глухую стену. Впереди. Сбоку, снизу, сверху. Везде. Крис отчаянно уперлась в неё обеими руками, надеясь сдвинуть упавший камень — хотя бы ощутить, что это возможно — но не почувствовала ничего. Шарила по гладкой поверхности, надеясь отыскать хоть небольшие трещины — но даже их не было. Ни дуновения, ни шороха, ни впадины.

До боли сжав зубы, Крис тихо завыла и принялась колотить в стены кулаками, но даже звук говорил о том, что вокруг — цельная порода. Взяв себя в руки, но не сдавшись, Крис вернулась вниз, захватила с собой лампадку и вновь принялась подниматься: теперь уже медленно, внимательно оглядывая стены, считая ступени. Ровно двадцать восемь, постепенно сужающихся, окруженных рисунками деревьев и нишами для освещения. Вот только лампадок в них не было, а лежали цветные камушки, истлевшие тряпицы, вылепленные из глины фигурки. И жуткое предчувствие сжало горло ледяными пальцами.

Крис достигла тупика, бросила взгляд на кости: изломанные и исцарапанные, но точно принадлежавшие взрослому человеку. Увидела на последней ступени черепки единственной лампы — куда большей по размеру и, наверное, более яркой. А может, она способна была гореть дольше, указывая путь, словно свет в конце этого бесконечного туннеля. Как солнце, что оказалось нарисовано прямо за ней. Аккуратно поставив лампадку рядом, Крис ещё раз попыталась сдвинуть стены, расковырять их ножом — но ожидаемо тщетно. Перед ней находился не обвал, не закрывший проход осколок скалы, а словно запаянная камнем лестница — если только можно было такое сотворить.

Вздохнув, Крис обреченно спустилась вниз. Ещё раз огляделась вокруг: стены, как и в городе, казались идеально вырезаны, словно ножом в масле; а вот ниши, наоборот, носили следы работы примитивного орудия. Они были выдолблены чем-то острым, довольно грубо, криво, хранили отметины каждого удара. Многие рисунки пересекали глубокие борозды. Их много нашлось вокруг, особенно на полу и чуть выше, по четыре полоски кряду — словно царапины от когтей. Такие же можно было заметить на двух скелетах, в которые при падении врезалась Крис. Но не под её ударом они сломались. Многие кости изначально были раскрошены, раздроблены, а один из черепов и вовсе валялся в стороне. Не требовалось навыков детектива, чтобы понять — здесь произошло убийство.

Что-то блеснуло среди праха и черепков, и Крис задумчиво подняла с пола массивное украшение, изображавшее солнце. Так значит, они не обжигали глину, не плавили металлы, но мастерили из золота? Или этот амулет был сделан не здесь, а принесен с поверхности, где гораздо проще найти дерево для костра? По этой лестнице? Или это всего лишь храм, тайное место поклонения старым богам, последняя возможность для родителей попрощаться и поверить, что дети их возвратятся наверх, к священному светилу? И уж не псы ли богини загрызли этих людей давным-давно? Как много вопросов, ответ на которые можно лишь предполагать!

Но именно так Крис теперь видела произошедшее: люди спустились сюда, и лестница каким-то чудом была запечатана. Боги, сумевшие вырезать целый город в подземной пещере, словно миниатюру в оливковой косточке, уж точно способны на это. Но жрец прежнего культа остался при своей вере, и он тайно использовал эту пещеру как подобие «лестницы в небо». А когда «отступничество» раскрылось, богиня наслала на него своих питомцев. И звучит всё логично и просто, если не учитывать, что речь идет о божественных сущностях, о мистических событиях и понятиях, в которые ни один здравомыслящий человек не поверит. Кроме Дерека.

И получается, что никакой это не выход. То есть, уже не выход. Люди не поднимались на поверхность через него... но куда же они тогда делись? Крис, как историку, было бы проще, найди они в каждом дворе скелет — всегда можно предположить эпидемию или выход из глубин земли облака ядовитого газа. Но жителей не было. Она наткнулась лишь на несколько жертв насильственной смерти. «А почему их, кстати, никто не похоронил?» – мелькнула в голове запоздалая мысль. Но, чтобы ответить еще и на этот вопрос, требовалось слишком много времени, которого у Крис уже не осталось. Дерек сейчас, наверное, уже открывает ворота. И она в этот момент должна находиться рядом.

Установив лампадку в одну из ниш, Крис отступила назад, пока не уперлась пяткой в стену. Места для разбега было чуть меньше, зато попасть на широкую полосу берега проще, чем в узкую нишу. Да и второй раз исполнять удачный трюк уже легче. Кости еще ныли, футболка на боку разодралась и перепачкалась, но Крис была в порядке и не ощущала страха. Она сейчас больше волновалась о том, что ей предстоит возвращаться к Дереку, которого убеждала в неправоте, и это больно ударит по гордости. Может, лучше и не попадаться ему на глаза, а незаметно следовать по пятам? И тогда, если Дерек вдруг попадёт в беду, она явится ему на помощь — и тут уже будет не до глупых вопросов, почему она вернулась.

Довольно ухмыляясь, Крис приготовилась прыгать. Чуть наклонилась вперед, сорвалась с места и в два шага перемахнула через всю комнатку. Поскользнулась на мокром крае и рухнула в реку.

Глава 26

Дерек прекрасно знал, что этого не может быть. Он сам видел, как она умирала, хоть и мечтал навсегда забыть те часы. Но теперь его сознание всеми силами стремилось верить в то, что видели глаза, что было абсолютно невозможно.

– Хлоя? – вопросительно повторил Дерек, сделав шаг вперед — и женщина вытянула вперед руку, останавливая его.

Не отвечая, не произнося ни слова, она смерила Дерека внимательным взглядом, а затем неспешно отправилась прочь, куда-то вглубь то ли богато украшенной беседки, то ли воздушного и яркого храма. Красочные одежды переливались бликами от каждого шага, пряди пушистых волос взмывали вверх, подхваченные легким ветерком. Сквозняк здесь и вправду ощущался: тянуло холодом из-за массивных ворот. Но Дерек этого не замечал, полностью завороженный неожиданной встречей. Почему он не догадался раньше спуститься сюда? Избегал нижнего уровня и самого барельефа, как болезненного воспоминания — но даже не думал о том, что Хлоя должна была откуда-то взяться...

Сейчас сложно было понять, узнавала ли она его. Была ли вообще той, кто его знал. На лице застыло приветливое и чуть сосредоточенное выражение, с каким встречают и любопытных чужаков, и давних знакомых, от которых ждёшь важных слов. И Дерек догадывался, каких. Он ощущал пекущую вину за то, что не уберег Хлою. Он же вырастил её с пеленок, он видел, как остро она реагирует на всё вокруг, какая она хрупкая — он должен был предусмотреть! Должен был уберечь, не пустить на поверхность. Дерек день за днём повторял себе, что невозможно всю жизнь оберегать и прятать, что рано или поздно нечто подобное бы случилось. Ему нужно было оправдание, чтобы хоть немного притупить клыки совести. Но в противовес здравому смыслу, он всей душой мечтал отсрочить потерю хотя бы на год. Не для того, чтобы побыть вместе ещё немного. Он просто до сих пор не смог смириться, его кислотой разъедало ужасное чувство беспомощности, испытанное в тот момент — и Дерек верил, что ему просто не хватило времени. Что он бы обязательно придумал решение, спас, будь у него хотя бы полгода в запасе.

– Прости.

Он уже знал, что Хлоя его не слышит, но слова слетели сами. И стало легче. Женщина, улыбаясь, стояла посреди зала, в окружении высоких колонн, увитых зеленым плющом, а рядом возвышался золотой трон. Округлые очертания спинки и подлокотников совсем не вязались со строгими линиями домов и улиц у подножья пирамиды, а блеск металла казался чужеродным для этих мест.

– Так значит, вот, куда их...

Дерек оглянулся на статуи животных вдоль лестницы, затем вновь посмотрел на Хлою. Та приглашающе указала на трон, словно ожидая, что Дерек взойдёт на престол этого покинутого мира. Мира, где никогда и не было короля — если верить настенным изображениям.

Странно, внутри всё ещё ощущалась радость, гордость, какой-то душевный подъем, толкавший вперед и позволявший чувствовать себя избранным. Настоящим героем. А вот это было Дереку совершенно чуждо. Он оставался потомственным инженером, служившим людям своими знаниями и навыками, и стремился сделать жизнь лучше просто потому, что мог. Помощь и спасение быстро стали обыденностью – не ради признания или ощущения значимости, а потому что такова была роль в обществе его семьи. Ведь каждый делал свою работу, будь то ремонтник, историк или врач.

Дерек прошёл мимо Хлои, но та осталась на месте, лишь поворачивая следом голову и неотрывно глядя на него. Между тонких бровей пролегли морщины, изображая неудовольствие, но ни одного звука не сорвалось с алых губ. Даже, когда Дерек приблизился к массивным воротам на другом конце храма и попытался их отворить: увы, хоть между створками и ощущалось движение воздуха, они не сдвинулись ни на йоту. Нанесенный на них странный узор напоминал стихотворные строки, но оставался абсолютно недоступен пониманию. Схемы бы ещё куда ни шло...

– Мне всё-таки придется занять своё место, да? – обернувшись, бросил Дерек. Крис рядом не было, так что он не ощущал себя глупо, беседуя с Хлоей. Наоборот, это отчасти успокаивало. – Ты ведь для этого меня ждала?

Хлоя молчала, но Дерек не ждал ответа. Он думал о том, как здесь всё устроено; что происходило, когда город был населен — и как всё закончилось для его жителей. Сложно предполагать мотивы тех, кто жил за сотни лет до тебя, но Дерек оказался так крепко связан с этой историей, что оставалось только идти до конца.

– Здесь слишком долго никто не появлялся, – размеренным шагом, внутренне борясь с собой, Дерек вернулся в центр зала. Воодушевление исчезло — что бы то ни было, оно на него больше не влияло, неспособно было пересилить давящее ощущение скорой гибели. – Твои звери уже десятки лет не притаскивали новые жертвы, здесь не осталось ничего живого. Я позаботился об этом. Но мне нужно знать, кем ты была.

Фигура богини казалась такой реальной, что Дерек не уставал задаваться вопросом, как такое возможно. Как она это сделала. Как внушала эмоции и заставляла верить. Но не об этом следовало волноваться. Осторожно скользя пальцами по спинке, сидению, подлокотникам трона, Дерек изучал каждую щель, каждый люфт, простукивал тонкие пластины. Он боялся. Он совсем не хотел умирать. Но чтобы ворота открылись, кто-то взрослый должен был занять это место.

– Тебе не понравится моя кровь, Хлоя, – с ухмылкой выдавил Дерек, покачав головой.

Выцарапал наконечником копья запрещающий крест на камнях перед троном, а затем надвое разломал рукоять. Решившись, сел на холодный металл — и услышал, как хищно защелкнулись браслеты.

Глава 27

Вода оказалась ещё холоднее, чем можно было представить, стоя на берегу. У Крис перехватило дыхание и ёкнуло сердце, она моментально пошла ко дну — но в последний момент заставила себя отчаянно дрыгаться и кое-как всплыла на поверхность. Течение подхватило её, понесло вниз по темному желобу, не позволяя даже приблизиться к берегу — не то, что взобраться на него. Отплевываясь, хватая ртом воздух, то и дело скрываясь под набежавшей волной, Крис попыталась позвать на помощь — но лишь потеряла спасительный кислород и едва не захлебнулась. Да и услышал бы её Дерек? А если бы и услышал — ничем бы не смог помочь.

Крис бултыхалась в реке, словно слетевший ботинок. Всю жизнь проведя в пустынном городе, а затем в бункере, она даже не имела возможности научиться плавать и теперь лишь бестолково болтала руками, вытягивая вверх шею. Силы постепенно покидали её, но гораздо хуже и опаснее был холод. Несмотря на активное сопротивление потоку, Крис слишком быстро замерзала, конечности немели, мышцы начинало сводить судорогой. Даже дышать ей хотелось всё реже и реже.

Стремительный, мучительный спуск, показавшийся вечностью в ледяном аду, закончился быстро. Крис впечатало в стену, но она уже почти не почувствовала боли. Поток ревел вокруг неё, с гулом уходил дальше, захлестывал с головой, тащил куда-то вперёд, но не мог больше сдвинуть с места. В ребра впивались камни, и только спустя пару мгновений засыпающее сознание Крис встрепенулось. Слабой искрой вспыхнула мысль, что есть шанс выбраться, надо лишь заставить себя пошевелиться.

Собрав жалкие остатки сил, Крис принялась шарить руками по скале, к которой прижималась всем телом. Очень скоро ей удалось нащупать нечто, напоминающее сливную решетку, только предельно странную: между длинными прямоугольными прорезями под пальцами скользил обтесанный водой камень. Будто кто-то поставил её здесь, чтобы такие, как Крис, случайно свалившись в реку, не проскочили дальше. Сейчас даже не оставалось сил думать, куда именно.

Цепляясь за эти каменные рейки, словно ступени, Крис кое-как вскарабкалась выше. Теперь она стояла в реке по пояс, но легче от этого не стало: живот крутило от холода, зубы выстукивали чечетку, в голове мутилось. При всём желании, Крис не могла выбраться на берег: теперь он находился гораздо выше неё, к тому же в этой части города каменный вал, а может уже и скала, подходил вплотную к воде. Всё было сделано для того, чтобы никто не спускался к реке, в которой запросто мог утонуть.

Крис попробовала закричать, но лишь натужно закашлялась. Её едва не вывернуло от того количества воды, что попало внутрь, а голосовые связки свело спазмом. Времени на помощь не оставалось, надо было как-то спасаться самой. Крис попыталась залезть чуточку выше. Она ещё надеялась, что ей удастся по скале переползти ближе к берегу... И в этот момент каменная рейка под ногой треснула, обвалилась, и Крис с головой ушла под воду. Поток моментально затянул ногу в воронку, царапая и обдирая джинсы, а Крис отчаянно уцепилась за остатки каменной решетки и кое-как вынырнула. Отдышавшись и яростно мотнув головой, прогоняя сгущавшийся перед глазами мрак, Крис решилась. Сотни лет река точила скалу, и это давало шанс. Крис не знала, что ждёт её дальше — возможно, узкий тоннель, в котором нельзя будет даже глотнуть воздуха — но промедление точно грозило её прикончить. Холод уже почти справился с этим.

Поэтому, сделав большой глоток воздуха и с трудом цепляясь за уплывающий рассудок, Крис нырнула под воду. Ухватилась за разрушенную верхнюю рейку и принялась изо всей силы колотить по нижним ногами. Сапоги, выданные Дереком, смягчали удар, и Крис начинало казаться, что она уже почти не движется. Словно в кошмаре, когда отчаянно стремишься убежать или врезать, но тело не слушается. Возможно, и всё происходящее уже только сон, который видит умирающий мозг...

Рейки треснули. Вместе с осколками камня Крис подхватило течением, увлекло в непроглядный мрак широкого туннеля, наполненного лишь шорохом пузырьков. Бессознательное тело протащило по отполированной водой каменной трубе и выплюнуло вместе с потоком воды в пустоту. Мгновение в свободном падении сменил болезненный удар, встряхнувший всё тело. Крис очнулась, взмахнула руками, наткнулась пальцами на что-то твёрдое и попыталась ухватиться. Перед глазами всё плыло, в ушах шумело, её как будто продолжало крутить в воздухе. Ненадёжная опора переместилась, повисла почти вертикально, и пальцы соскользнули. Крис вновь плюхнулась в воду. В этот раз — в спокойный и неглубокий водоём.

Мысли давно покинули голову. Крис почти ничего не понимала, действуя на одних инстинктах. Первая встреча с большой водой оказалась смертельно опасной и вселяющей ужас, но даже эмоции притупились. Осталось только одно стремление — выбраться. Кое-как определив, где находится суша, Крис доползла туда на дрожащих конечностях и рухнула, едва успев повернуть голову — чтобы не разбить лицо. Последние капли адреналина ещё плескались в крови, а набегавшие судороги сводили мышцы. Если она сейчас не согреется — всё будет зря.

Крис перевернулась, высвобождаясь из лямок рюкзака, всё ещё каким-то чудом оставшегося на спине. Вытянула оттуда длинный шерстяной свитер, с трудом стащила с себя мокрые вещи и влезла в колючую, но тёплую и сухую одежду. Откинулась на спину, разбросав руки и ноги, закрывая глаза и чувствуя, как медленно и почти незаметно её окутывает ощущение тепла. «Это потому, что я совсем замерзаю», – подумала она, но уже ничего не смогла сделать. Руки и ноги покалывало, сонливость завладела телом — и, как Крис ни старалась, она уж не сумела её победить.

«Как жаль, – подумала Крис. – Если б я знала, что это конец... я бы... провела совсем иначе».

Она даже не успела представить, как, потому что изможденное долгой борьбой тело в конечном итоге сдалось.

Глава 28

– Ты совсем рехнулся, Штейгер?! Или жить надоело? – Эхо отскочило от пустых стен нижнего уровня, множа фразу и угрозу в голосе. – Убирайся отсюда!

Люк наверх был открыт, к нему гостеприимно стремилась добросовестно выкрашенная лестница. Несколько металлических площадок на разных уровнях сверкали десятками ламп, разгоняя мрак и наводя на мысль о секретной лаборатории. И только бурые подтеки на полу, тянувшиеся к скромно зеленевшим мхом тоннелям, нарушали эту ассоциацию. Напоминали о грунтовых водах, о том, что находишься в богом забытом месте глубоко под землёй.

И сегодня здесь было особенно людно.

– Нет, – молодой мужчина в рабочем комбинезоне только больше насупился. Упрямо глянул на собеседника с нашивкой Верховного совета на груди и группку из пяти его коллег чуть дальше. – Мы должны установить заслонки. А вам больше нельзя сюда спускаться.

– Кому ты запрещать вздумал? – советник шагнул ближе, разъяренно тыча в его сторону пальцем. Его коллеги, до того напоминавшие пойманных за курением школьников, возмущенно загудели в его поддержку. – Здесь я принимаю решения!

– Ваша жадность погубит бункер! – сорвался Штейгер. С отвращением скользнул взглядом по высеченному на стене барельефу: пиала и лицо девушки были густо перепачканы кровью. Из кувшина в подставленный сосуд стекали остатки мутной зеленоватой жидкости, и сладковато-терпкий запах разносился по всему помещению. Штейгер знал, чем они тут занимались, не в первый раз. Его предшественник годами терпел всё это, а нынче — от него остались лишь пятна крови и клочки спецовки. – Даже бессмертие того не стоит!

За спиной советника раздался презрительный смешок. Двое техников, недавно спустившихся сюда вслед за Штейгером, нервно переминались с ноги на ногу возле лестницы, наблюдая за разыгравшейся сценой. Казалось, они жалели о том, что вообще очутились здесь — и теперь мечтают поскорее сбежать. Жуткое, опасное место, опасные люди, опасные слова, которыми Штейгер посмел разбрасываться... Всё это не могло хорошо закончиться.

В широком колодце повисла тишина, только новые тягучие капли размеренно падали из кувшина. Все ждали ответа советника, который буравил Штейгера пронзительным взглядом, словно мог проделать в технике туннель под новые уровни... а затем внезапно рассмеялся. Громко, хрипло и совершенно неестественно.

– Я и есть бункер, идиот! – выплюнул он. – Моя жизнь стоит всех, кто тут остался; да она в десятки раз ценнее этого мусора, что продолжает тупо потреблять наши ресурсы! Все эти безмозглые твари — такие, как ты — только и годятся на заклание.

Штейгер сжал кулаки, сделал глубокий вдох-выдох, заговорил с расстановкой, словно общался с больным на голову. Тон его оставался неестественно-сдержанным, но в голосе явственно заклокотал гнев:

– Охотники приходят после каждого раза. – Тем монстрам не было названия, их даже не видел никто. Но все присутствующие здесь точно знали, о ком идёт речь. Россказнями о них уже пугали детей, и хорошо, что дети наивно считали это сказкой. – Им плевать, на кого нападать, рано или поздно они и до вас доберутся. А однажды — перебьют нас всех.

– Не доберутся, – мерзко ухмыльнутся советник. – Мы, – он описал пальцем круг, заключая в него своих коллег, а затем указал в далекий потолок, – на самой вершине. Вы — подножный корм. И так будет всегда. Если так волнуешься о своей подружке... – Голубые глаза Штейгера вмиг потемнели, а советник лишь высокомерно покачал головой: «вот так, выкуси, я знаю о тебе всё и всех достану». – Так пусть валит на поверхность, двери скоро откроются. Историки там нужны, если готовы поджариться. А ты останешься здесь.

– Останусь, – тихо процедил Штейгер. Сжал зубы так, что желваки заиграли, и единственным шагом преодолел разделявшее их с советником расстояние. Техники потянулись следом, будто надеялись ещё удержать глупца: хотя он и так уже погубил их. – Со всеми вами.

– Правда? – нисколько не страшась назревавшей драки, осклабился советник. Его коллеги принялись спешно завинчивать крышку практически полного сосуда; поглядывая на техников, заняли позицию возле барельефа. – Не лезь к тем, кто умнее тебя, крыса. Думаешь, раз здесь у нас нет власти... справишься грубой силой?

Штейгер отскочил в сторону, уклоняясь от внезапного удара ножом. Длинное лезвие едва задело кожу на животе, и советник перехватил оружие поудобнее, обращаясь с ним как заправский убийца. Не позволяя опомниться, сделал ещё несколько стремительных взмахов, тесня противника к лестнице. Остановился, только когда лицо отступавшего Штейгера окрасилось кровью из рассеченной губы.

– Нас больше и мы пришли не с пустыми руками. – Советники, вооруженные ножами, растянулись дугой и теперь зажимали в угол. – Ты всё ещё уверен в себе?

Штейгер коротко обернулся: техники кивнули, поймав его взгляд, сбросили на пол тяжелые рюкзаки и полезли в них за инструментом. Теперь на их лицах не осталось и намека на недавний страх и нерешительность, будто всё это было лишь умелой игрой.

– Полностью, – Штейгер вновь невозмутимо смотрел на советника и его прихвостней, уже предвкушавших легкую победу. На барельеф неизвестной девушки за их спинами, которую он ненавидел всем сердцем — ведь это её дары окончательно развратили без того прогнившие души. «Ненасытная дрянь, надеюсь, сегодня ты захлебнёшься кровью! Потому что это последний раз, когда здесь кто-то умрет!»

Глава 29

У Дерека были сложные отношения со смертью. Со стороны не разобрать: то ли он с ней откровенно заигрывал, то ли нарочно игнорировал само существование. Не раз и не два вырывался из цепких объятий, уже тащивших во тьму — и жил себе дальше, как будто ничего не случилось, ничего не меняя в себе. Его время было заполнено только работой, но высокая цена, уплаченная за возможность сделать новый вдох, не позволяла искать глупой гибели. Дерек готов был отдать свою жизнь только за что-то действительно стоящее.

Он сделал всё, что мог, понимая, что ворота откроются только в обмен на кровь. Весь механизм, включая жертвенный трон; все чудеса в подземном городе; всё, что касалось богини — работало на этой алой жидкости и было посвящено ей. Эдем, где люди могли жить вечно, не зная болезней, войн и непогоды? Ну уж нет! Только слепой бы не понял до сих пор, ради чего это было устроено.

Дереку надо было отдать часть крови, но выжить. Вырваться, когда придет время, не позволив выпить его досуха. Поэтому он положил на оба подлокотника рукояти копья, а на левый — еще и предплечье. И на всякий случай приподнял ноги — вдруг и там решат перехватить. Угадал. Выскочившие из пазов браслеты вхолостую клацнули где-то у основания трона, а вторая пара туго обхватила подлокотники. В руку вонзилась игла, безошибочно находя вену и никак не реагируя на деревянный «протез». А Дерек, вопреки своим планам, захрипел и лихорадочно потянулся к кадыку. Он просчитался. Он не заметил щель для еще одного браслета, крепко сжавшего горло. Воздуха ещё хватало, его нарочно оставляли живым, но впившиеся в сонные артерии трубки слишком быстро вытягивали кровь. В глазах потемнело.

Едва Дерек успел выдрать из шеи и обломать одну из иголок, как судорожно выгнулся и взвыл сквозь стиснутые зубы. Что-то вонзилось в спину в районе почек, а темнота от боли сменилась бардовым туманом. «Не лезь к тем, кто умнее тебя», – всплыло в памяти вместе с мерзкой рожей советника. И в этот раз Дерек действительно облажался. Он вытаскивал из артерии вторую трубку, уже ничего не слыша из-за шума в ушах. Побелевшими от напряжения пальцами пытался разжать обхватившую горло скобу, не замечая, как тепло улыбается Хлоя и медленно открываются створки ворот — крови было достаточно. Механизм запустился.

Голова кружилась, но всплеск адреналина и отчаянное желание вырваться не давали рухнуть во мрак. Дерек опомнился. Выдернул из левого браслета рукоять копья, высвободил руку. Лишившись добычи, шипя рассерженной змеёй, трубка вновь нырнула в подлокотник. А Дерек вцепился в браслет на горле уже двумя руками, потянул изо всех оставшихся сил — и выдрал. Судорожно кашляя, сложился вдвое, а потом и вовсе свалился с трона на бок.

Шум в ушах становился сильнее от каждого вдоха. Мутило, тело сковала слабость и холод. При этом сердце колотилось так, будто Дерек только что пару раз снова взбежал по ступеням, а горло раздирала нестерпимая жажда. Казалось, всё, что он мог сейчас — это просто лежать и пытаться наскрести сил на то, чтобы не сдохнуть. Но этого было до безумия мало.

Дерек шевельнулся. Уперся дрожащими руками в пол и кое-как встал на колени. Весело шлепнулись на плиты храма алые капли, наперегонки протянулись к запястью две ниточки-струйки. Прядь волос замаячила перед глазами, но почти сразу прилипла к холодной испарине на лбу. Дерек сжал зубы. Сил не осталось даже на то, чтобы мысленно выругаться, но воля его не покинула. Шатаясь и хватая ртом воздух, он заставил себя подняться на ноги. Тело не слушалось, будто вмиг превратилось в тряпичную куклу, и только боль клубком скорпионов ворочалась и жалила внутри. Шире расставив ноги, чтобы не упасть, словно пьяный, Дерек распрямился в полный рост и бросил мутный взгляд на Хлою. Та улыбалась. Приветливо, ласково. Поманила рукой и направилась к открывшимся створкам ворот. Сработало.

Медленно передвигая ноги и едва удерживая равновесие, Дерек заковылял следом. Он не походил на детей, которым был уготован этот путь, но богиня была слепа. Всё, что она видела в нём — мешок с кровью. Тепло тела. Вес, с которым сапоги давили на плиты храма. Датчики, механизмы, мастерски созданная голограмма. Всё это продолжало функционировать, стоило кому-то живому появиться в этих местах. Работать для кого и для чего — вот главный вопрос, который гнал Дерека вперёд. Как воин не разрешает себе думать о поражении, так он не допускал даже мысли, что всё окажется зря.

Шаг, ещё и ещё один. Ноги словно налились свинцом, марево перед глазами позволяло различить лишь общие очертания. Темный силуэт ворот, из которых тянуло замогильным холодом. Хотя откуда Дереку знать, всех умиравших в бункере сжигали, а холод и сырость нижних уровней давно стали для него привычны. Единственный выживший в той поножовщине, но смертельно раненный; проклиная самого себя и ненавистный дар, он испил яд вечной жизни, чтобы не допустить новых жертв. Всего несколько глотков навсегда изменили судьбу. Дерек потерял всех, кто заставлял его сердце биться быстрее, и не смог уже открыться никому другому. Он сам назначил себя бессменным хранителем этой тайны и должен был разобраться с богиней сам.

«Жаль Крис, не повезло ей так вляпаться. Если б я встретил внучку Линды раньше...»

Холодный воздух обдал легкие, комом застрял в горле на выдохе. Что-то прошуршало за спиной. Уютная тьма мягко приняла в себя, скрывая белую гору костей чуть поодаль. Призрак Хлои исчез. Створки ворот с грохотом захлопнулись за спиной, и Дерек упал на колени. Он уже не чувствовал ни боли, ни усталости, просто вдруг потерял способность управлять собственным телом. Перед глазами поплыли, размазались синеватыми полосами далекие огни. Врезался в висок и скулу каменный пол, вызвав последний яркий всполох сознания. И Дерек вдруг понял, что ему некого звать перед смертью. Он давно уже всех отпустил.

Глава 30

Торговый район не менял свою суть с момента основания, только разрастался всё больше и больше. Вначале пара дельцов приносила под стены города добытые из бункера вещи, способные послужить в новом мире. Продавали их прямо с земли, раскладывая на расстеленных потрёпанных покрывалах. Затем к старьёвщикам понемногу добавились ремесленники. Вскоре рядом появилась тележка с лапшой и чаем, а также сладким жареным тестом, которое многим пришлось по вкусу. Мало кто горел желанием заглядывать за стены Запретного кольца, в грязные и опасные районы трущоб — а вот в Торговом районе посетители чувствовали себя будто на увеселительной прогулке. К тому же, развлечений в городе было так мало, что выйти за стены, поглазеть на диковинные вещицы и похрустеть жареной сладостью казалось не таким уж плохим досугом.

Получившие стабильную прибыль продавцы стали быстро расстраиваться, возвели торговые палатки, затем постоянные павильоны. Натянули между крышами цветные полотна, защищавшие от палящего солнца покупателей, бродивших по образовавшимся улочкам. Тележка с едой превратилась в первый семейный ресторанчик, за ним тут же последовали другие. Теперь сюда приходили не только прогуляться или что-то приобрести, но и попробовать экзотические и недорогие блюда в более свободной атмосфере — город зажимал своими строгими правилами, безвкусными пайками из обогащенной пищевой смеси, серыми улицами. В Торговом районе всё было иначе: пыль и песок под ногами мешались с яркими фонариками, ароматы еды — с запахом пота, доступность любых товаров — с промышлявшими между рядов карманниками. Изгои Круга сюда тоже приходили, взглянуть на красивую жизнь и опрятных городских, но в большей степени — для темных дел. И конечно же, Торговый квартал оставался запретным, но вместе с тем самым манящим местом для каждого подростка!

Старшеклассниц Мэгги и Рут в Торговый квартал вытащила их подруга Кристина Валентайн. Отличница и наследница известной династии (как и все жители города, в общем-то), она вместе с тем была у них заводилой в порой очень сомнительных авантюрах. Так и сегодня: вряд ли родители или учителя похвалили бы юных барышень, пусть и почти совершеннолетних, сбежавших после уроков в столь неподобающее и опасное для них место. Да ещё в школьной форме.

– Крис, ну хватит, давай вернёмся! – ныла Рут, плетясь следом за ледоколом разрезавшей толпу подругой. – Жарко!

– А ты ещё до горла пиджак застегни! – с вызовом бросила Крис, тряхнув волосами и глубже запихивая свой в перекинутую через плечо сумку. А затем ещё и расстегнула три верхние пуговицы на блузке.

– Крис, ну правда, хватит, – попыталась образумить её Мэгги. – Нам серьезно влетит, если узнают. Да и что здесь ловить? Жара, вонь, какое-то барахло на прилавках. А обедать в местных забегаловках я в жизни не решусь!

– Зануда, – беззлобно бросила Крис. Она уже и сама понимала, что это всё меньше напоминает веселое и увлекательное приключение — как она это представляла. Просто большой, цветастый рынок с кучей народа... Может, стоило прийти сюда вечером? Крис завертела головой по сторонам и вдруг заметила в одной из открытых витрин изящный кулон: круглый зеленый камень в серебристой оправе.

– Вот! Такого в городе точно не найти! – она довольно указала на приглянувшуюся вещицу и тут же подскочила к продавцу. – Сколько за это?

Озвученная сумма явно превышала нынешнюю стоимость украшения, но Крис уже завелась. Ей очень хотелось унести отсюда если не яркие впечатления, то хотя бы необычную висюльку.

– Что так дорого-то? – делано возмутилась она. – Это ведь всего лишь бесполезное украшение.

Она покрутила подвеску в руках и обнаружила на задней стороне выгравированную надпись: «Любимой Ли Юн. Ты свет моих дней». Бросив взгляд на продавца, явно не причастного ни к какой Ли Юн, Крис невольно поморщилась.

– Оставь, носить чужое — к беде! – тихо прошептала Мэгги, заглядывая ей через плечо. – Тем более, имя даже не похоже...

– Но она такая красивая... – завороженно протянула Рут. И мгновенно спохватилась под строгим взглядом Мэгги. – Но ты можешь попросить родителей, они тебе еще лучше в городе купят!

Крис замерла в нерешительности, и тут за их спинами раздался насмешливый голос:

– Вы только посмотрите, кто здесь у нас! Городские пташки!

Девушки резко обернулись, уже предчувствуя беду; Рут даже успела юркнуть за спину Крис. Перед ними стояли несколько парней в пыльных сапогах, в надетых прямо поверх комбинезонов кожаных куртках. Чумазых и загорелых, как и все изгои. Слишком нагло ухмылявшихся для тех, у кого нет ни работы, ни теплого угла.

– И что же вы здесь забыли? Ищете приключений? – продолжил один из них.

Мэгги уже шагнула вперед, нахмурившись и готовясь послать незваную компанию куда подальше — отшивать она всегда умела; но внезапно Крис перехватила её за руку и ответила:

– Да.

Мэгги, обернувшись, изумленно вытаращилась на Крис, а Рут высунулась у неё из-за плеча, не понимая, что происходит.

– Детка, тогда ты точно по адресу! – говоривший парень сделал несколько шагов вразвалку по направлению к ней. – Макс обеспечит тебе такие приключения, что ты имя своё забудешь! Макс — это я. А тебя там как?

– Крис.

Мэгги ещё шире округлила глаза, теперь глядя уже не только с удивлением, но и с неподдельным негодованием — как будто её подруга сошла с ума. Да зачем она вообще разговаривает с этим подозрительным типом?!

– Прикольное имя, – тем временем невозмутимо продолжал тот. – Так что, Крис, устроить тебе экскурсию или ты сразу хочешь увидеть кое-что особенное? – Макс заиграл бровями. – Знаешь, ведь я могу провести тебя в такие места, о которых даже на улице говорить не стоит. Конечно, если ты не боишься.

– Крис никуда с тобой не пойдёт! – не выдержав, Мэгги порывисто заслонила подругу. – И шли бы вы, искали для прогулок девушек своего круга. Своего Запретного круга, сечёшь?

– Да, Крис не будет с вами водиться, и она ненавидит, когда её называют деткой! – осмелев, поддержала Рут. – Знаете, кто её родители? А бабушка?! Самый известный историк города!

– Хватит, Рут, – глухо прервала её Крис.

Родители... Им было наплевать на неё, с самого начала. Да и друг на друга тоже, их интересовала только работа, а всё внимание к дочери сводилось к бесконечным придиркам по поводу и без. Как Крис ни старалась учиться, как ни лезла из кожи вон, надеясь получить хотя бы крохи похвалы и внимания, всё было зря. Бабушка же, пока была жива, ещё кое-как общалась с единственной внучкой: прививала ей любовь к истории, рассказывала о ценности её будущей работы, как будто бы слушала о детских важных мелочах. Но чем старше Крис становилась, тем больше замечала, что Линда замкнута в себе и вывести её на разговор о чем-то, кроме науки, очень сложно. Когда речь не шла о событиях и людях далекого прошлого, бабушка становилось рассеянной, отвечала невпопад, отвлечённо гладила по макушке. Она была доброй... по-своему. Но такой же равнодушной, как и родители. Не вышла замуж повторно после скоропостижной и ранней кончины дедушки, жила одна и ушла очень тихо, когда Крис едва исполнилось десять.

Фраза, что осталась в память о ней, была: «Слушайся только своего сердца, иначе будешь жалеть всю жизнь». Единственная, высказанная будто в минуту просветления и оттого глубоко запавшая в разум. Крис долго думала, что бы она могла значить, но в один прекрасный момент — слишком рано, чтобы осознать истинный смысл — вдруг решила, что поняла её.

В тот самый момент, когда молодые изгои, разозлённые наглостью Мэгги, шагнули ближе, и только Макс пока что остановил их знаком — выжидающе глядя на Крис.

– Что скажешь, детка? – нарочно повторил он, откровенно шаря взглядом по её фигуре. – Попробуй хотя бы глоток свободы, чтобы знать, что теряешь.

Подруги напряженно молчали, но Крис и сама знала, что отвечать. Конечно же, нет! От этого парня и его друзей так и несло опасностью! Он пытался взять её на слабо, и это было таким избитым и глупым приёмом...

– Мне некогда, – отрезала Крис, нервно заправляя прядь за ухо. – Нам пора возвращаться, если ты не хочешь, чтоб весь ваш район поставили на уши.

Кашлянув и вцепившись в лямку школьной сумки, Крис резко развернулась, распрямила плечи и зашагала к городским воротам. Она всё ещё ощущала, как её буквально лапают взглядом, и оттого всё сильнее заливалась краской.

– Он горячий! – восторженно пискнула едва поспевавшая Рут, стоило им чуть отойти.

– Он придурок! И опасен! – жёстко отрезала Мэгги, заставив её втянуть голову в плечи.

Крис молчала. Они обе были правы, она сама понимала. Но этот жадный взгляд, самоуверенная улыбка, сверкавшая белизной на фоне смуглой кожи... И, черт возьми, как волнующе из его уст звучало это пошлое «детка»! Вот уж кому точно не было на неё наплевать.

Кто-то задел её плечом, обхватил за талию — но прежде, чем Крис развернулась и успела влепить наглецу пощёчину, она узнала в нём своего нового приятеля.

– В девять вечера, сладкая. Я знаю, что ты придешь.

Горячий шепот опалил шею, жаром прокатился по телу, вводя в замешательство. Крис даже не нашлась, что ответить, а Макс, сунув ей что-то в ладонь, в следующее мгновение уже быстрым шагом обогнал девушек и скрылся между торговых рядов. Крис опустила взгляд, разжала кулак, с изумлением обнаружив в нём приглянувшуюся ей подвеску. Судя по возмущенным крикам продавца за спиной, проклинавшего неизвестного вора, Макс не заплатил за неё ни копейки. Но Крис не стала ничего возвращать.

Спрятав подвеску в карман, она спешно зашагала к воротам, мечтая скорее остаться со своим подарком и мыслями наедине, потому что справиться с эмоциями становилось всё сложнее. А Рут и особенно Мэгги лучше бы не знать, на что Крис только что решилась.

Она придет.

Она решила слушаться своего сердца, так яростно желавшего внимания и свободы самой выбирать свой путь. И хоть сейчас в ней говорило совсем не оно, Крис ещё не умела различать.

Глава 31

Казалось, она спала целую вечность.

Крис едва заставила себя разлепить веки и с трудом села на теплых камнях. Удивительно, но за это время она не замерзла окончательно, а умудрилась согреться и даже ощущала небольшой жар. Более того — её легкая одежда уже успела высохнуть. Нашарив в рюкзаке бутылку воды и утолив сильную жажду (хотя недавно ещё на всю жизнь напилась!), Крис поднялась на ноги и огляделась по сторонам.

В пещере было жарче, чем в покинутом городе. Настолько, что от врывавшейся сюда речной воды шел пар. Но не он заставил изумленно охнуть: Крис увидела путь, который она проделала в полуобморочном состоянии и чудом осталась жива. Оказывается, она вылетела вместе с бурлящим потоком из огромной дыры, находившейся под самым потолком. Врезалась в сделанное из странного, темного металла водяное колесо, ухватилась за его лопасть. Вместе с ней сделала полукруг и наконец, почти полностью потеряв инерцию, свалилась в неглубокое озеро. Именно это позволило Крис не разбиться и ничего не сломать.

Но кто установил здесь колесо? Жители города не обрабатывали железо, насколько она могла судить; а притащить такую махину с поверхности было очень проблематично. Неясной оставалась и цель его размещения здесь. Первым, что пришло в голову, стала выработка электричества – но Крис до сих пор не заметила здесь механизмов, которые бы в нём нуждались. Даже свет под сводами и этой, маленькой, и «городской» пещеры не походил на искусственную иллюминацию. Перемалывать здесь также было нечего, с мхом подземные жители справлялись сами. Мощность потока, диаметр колеса, сотни лет, за которые оно так и не остановилось... А в результате: чудовищное, пугающее количество энергии, полученное для совершенно неясных целей.

«Я должна найти Дерека». Крис порывисто закинула на плечи рюкзак. Причин её решению было множество; и необходимость разобраться с тем, что до сих пор могло таить опасность для бункера — лишь одна из них. «Я должна найти его, пока с ним ничего не случилось!» Крис не стала больше ломать голову и строить предположения о том, где она очутилась. Все свои силы она направила на поиски выхода и справилась с этой задачей довольно быстро, обнаружив массивную и высокую дверь. Создали её из уже знакомого черного металла, отдаленно напоминавшего обсидиан. Выведенные на створке символы не походили ни на одну из известных Крис древних письменностей и слабо мерцали, но стоило коснуться их ладонью — как дверь неслышно и мягко отъехала в сторону.

Холодный воздух обдал лицо, когда Крис шагнула в коридор, больше напоминавший анфиладу в величественном соборе. Здесь витал странный химический запах, стоял таинственный полумрак, однако впереди, вверху, вновь маячило что-то светлое и туманное, напоминавшее затянутое облаками небо. Крис на это больше не купилась. Дверь так же тихо закрылась за спиной и оказалась боковой, а вот коридор простирался в обе стороны — и логично было бы направиться вправо, к свету. Но Крис замялась. Она представила себе план подземного города, сравнила направление реки и главной улицы, вдумчиво прикинула расстояние. Получилось, что таинственные огромные ворота, к которым они с Дереком изначально двигались, находились где-то здесь, неподалеку. В той стороне, где коридор терялся во мраке.

В последние годы предчувствие редко тревожило Крис: возможно, потому, что она выполняла столько опасной работы, что успела оглохнуть от предупреждений. Но в этот момент оно взвыло сиреной: в той темноте — угроза. Неудивительно, ведь Крис сама убеждала Дерека, что за воротами его ждут монстры и смерть, а теперь собиралась туда же пробраться – только с другой стороны. Сути это не меняло. Но обязательно следовало проверить. Если этот коридор — единственный путь, то Дерек либо отправился по нему дальше, либо еще не зашел внутрь. Крис не хотела вновь разминуться и готова была рискнуть.

Каждую секунду ожидая нападения или ловушки, достав и сжимая в руке нож, она отправилась в темный конец коридора. Шаги гулко раздавались под высокими сводами: мрачными, пустыми, но не покинутыми. Воздух вырывался из приоткрытых от волнения губ легким облачком. Собственная фигура заслоняла без того мутный свет, но впереди... впереди уже заметно белело странное нагромождение. И стоило Крис разглядеть, чего именно, как она едва удержалась, чтобы не попятиться. Кости. Целая гора белых скелетов!

Страх сжал горло, заголосил прямо в уши, призывая бежать немедленно; но следом взгляд зацепился за едва различимый силуэт на полу. Неподвижный, смутно очерченный. Крис узнала Дерека по светлой макушке, поняла, что ему нужна помощь, и стиснула зубы, заставляя себя подойти. Она искренне считала, что лезет прямо к смерти в пасть. Крис всё еще была уверенна, что рядом бродит кровожадный монстр, с которым даже мужчина не справился; неслышно нарезает круги в темноте и ждет удобного момента для прыжка... Но теперь не могла оставить Дерека. Осторожно перевернула его с бока на спину и замерла испуганно, глядя на перепачканные влажным руки. Крови, казавшейся в темноте чёрной, было совсем немного, но даже это заставило похолодеть. Промелькнуть в голове совершенно неожиданному осознанию: Дерек был смертным! Он тоже мог умереть! Самоуверенный, решительный, храбрый, всегда стремившийся спасти — он и вправду казался ей почти неуязвимым.

– Дерек? – Крис потрясла его за плечо. – Дерек, ты слышишь?

Склонившись, она попыталась уловить его дыхание, но ничего не различила. Ощупала холодный лоб. Потянулась проверить пульс на шее, но и там не ощутила биения — только вновь перепачкалась кровью. Ледяная игла прошила сердце, заставив вздрогнуть. Нет, не может такого быть...

Крис охватила непонятная паника, но она силком затолкала её обратно, вместе с рвавшимся из горла криком. Закусила губу, сконцентрировалась на боли и действиях. Отмела парализующий страх не справиться, понимая, что не имеет права отступить. Даже, если сделает хуже. Промедления она себе не простит.

Встав перед Дереком на колени, неуверенно отмерила нужное место, приложила основание ладони к холодной груди, накрыла второй рукой. В школе у них было пару уроков оказания первой помощи, но так давно, так безнадёжно поверхностно, на словах... Даже попробовать не дали. И теперь Крис понятия не имела, что делать.

«Прости, Дерек, прости, – мысленно повторяла она, ритмично продавливая грудную клетку, даже не представляя — в том ли ритме. Поздно вспомнив, что не следует сгибать локти. Не понимая, есть ли от её действий хоть какой-то прок. – Что не верила, что наговорила всякое! Награда не стоит твоей жизни. Только останься рядом – и не нужны мне эти деньги!»