Призрачный рассвет. Прикоснуться к тебе

Глава 1.1

— С поступлением, Аня! Теперь ты — одна из нас.

У меня перехватило дыхание, когда я услышала знакомый голос. Низкий, бархатный, завораживающий. Холл университета, обрамленный высокими белыми колоннами, был полон студентов. До начала первой пары оставалось несколько минут, и ребята с разных факультетов спешили занять места в аудиториях. Только я застыла у ступеней широкой мраморной лестницы. Предстоящая лекция совсем вылетела из головы, потому что прямо передо мной стоял парень моей мечты.

— Привет, Егор.

Я мельком взглянула на него и тут же опустила голову. Одной секунды хватило, чтобы заметить его взъерошенные темные волосы и рассеянный вид. Егор выглядел так, будто запрыгнул в любимые черные джинсы и набросил рубашку поверх футболки за пару минут до выхода из дома. Он даже не попытался одеться чуть более официально по случаю начала нового учебного года.

В руке Егор сжимал картонный стаканчик с кофе. Несмотря на сонный вид, на его губах играла легкая улыбка, а глаза цвета темного янтаря светились изнутри в лучах осеннего солнца, проникавших в холл сквозь арочные окна.

— У тебя все в порядке? Осваиваешься тут? — поинтересовался он, сделав глоток из стаканчика.

Я кивнула, робко улыбнулась в ответ и поправила невидимую складку на сарафане. Волнение накрыло меня, будто приливная волна, а щеки обдало жаром. Только бы он ничего не заметил!

— Да… Как раз искала кабинет триста шестнадцать, — сказала я, чувствуя, как слова застревают в горле.

— Тогда тебе на третий этаж. А что за предмет?

— Общая психология.

— Понятно… Должно быть поинтереснее, чем наше наследственное право, — протянул Егор. — Ты обращайся, если что. Не стесняйся. Я здесь все знаю.

С этими словами он подмигнул мне и поспешил вверх по ступеням к группе третьекурсников, которые ждали его на лестничной площадке. Я же осталась стоять на месте, бездумно улыбаясь.

Кажется, мы с Егором не виделись целую вечность, хотя жили через дорогу друг от друга и были старыми знакомыми. Такими старыми, что я помнила, как десять лет назад Егор играл в приставку с моим старшим братом Сашкой.

Той осенью мы с родителями переехали от бабушки в другой район города. Сашка быстро завел друзей в новом классе и некоторых из них стал приглашать домой. Чаще всего он звал именно Егора. В гостиную как раз купили телевизор с плазменным экраном, к которому мальчишки бросались, едва переступив порог квартиры. Джойстиков у приставки было всего два, поэтому мне оставалось наблюдать со стороны, как ребята, сидя по-турецки на диване, соревновались в гонках. Егор почти всегда побеждал, а Сашка снова и снова обещал взять реванш, но обогнать друга у него получалось редко.

Мама угощала всех фирменной шарлоткой, отчего дома пахло корицей и кисло-сладкими яблоками. Мальчишки обожали мамину выпечку. Они продолжали иногда собираться у нас и после окончания школы, чтобы вспомнить детство и поиграть в Need For Speed[1], но я обычно их не заставала.

За последний год мы с Егором пересекались всего пару раз, потому что я училась в выпускном классе. И это время оказалось самым сложным в моей жизни.

Каждый день я до глубокой ночи готовилась к ЕГЭ, жертвуя сном, едой и даже любимыми дорамами[2], хотя они для меня — святое. В голове не осталось места ни для чего, кроме логарифмов, правил пунктуации и последовательностей нуклеотидов в ДНК. Причем учиться приходилось под шум кондиционера, но без него я бы точно не пережила тридцатиградусную жару, которая накрыла город уже в конце мая. Видимо, в новостях говорили правду про глобальное потепление.

За нервной сдачей экзаменов последовало не менее нервное ожидание результатов. Я очень старалась поступить на бюджет и прошла. Конечно, в этом была огромная заслуга репетиторов по биологии и математике — иначе у меня в жизни не получилось бы набрать нужное количество баллов. Из-за большого числа олимпиадников я и так обнаружила свою фамилию ближе к концу списка зачисленных в университет.

Но прежде чем я его увидела, мне приходилось по нескольку раз в день дрожащей рукой обновлять сайт вуза. А когда списки наконец-то опубликовали, я ракетой носилась по квартире и обнимала маму с мыслями о том, что моя мечта скоро станет реальностью, а папе не придется ни за что платить. О Егоре я тогда не думала от слова совсем.

Но теперь все изменилось.

Теперь мы учимся вместе.

От этой мысли в груди будто зажглось маленькое солнце. Тепло медленно начало разливаться по телу от сердца к самым кончикам пальцев, и больше всего на свете душа желала петь и танцевать. Но я боялась пошевелиться, чтобы случайно не спугнуть ощущение волшебства, которое так давно меня не посещало. Произошедшее минуту назад казалось сном, и если бы я могла, то осталась бы в нем навсегда.

Когда мне наконец-то удалось оторвать взгляд от кроссовок и вернуться в реальность, я вдруг осознала, что однокурсники Егора наблюдали за нами. Эти ребята наверняка не понимали, зачем ему общаться с первокурсницей. Они не должны были узнать мой секрет. Захотелось как можно скорее скрыться от их оценивающих взглядов. Спрятаться куда угодно, лишь бы не дать им меня запомнить. И я не придумала ничего лучше, чем повернуть к кофейному автомату вместо того, чтобы тоже идти наверх.

Спрятавшись в углу, я пыталась унять сердцебиение и дышать глубже, но тщетно. Победить внезапные проявления чувств никак не получалось. Румянец продолжал жечь щеки, а тело отказывалось подчиняться, как будто вовсе мне не принадлежало.

Вдруг кто-то резко схватил меня за плечо и вырвал из транса. Это оказалась моя одногруппница Ника, маленькая блондинка в белой футболке, заправленной в широкие полосатые штаны.

— Аня, ты чего здесь застряла? — Она явно не ожидала встретиться со мной в опустевшем холле.

— Ника? — Я растерянно глядела на нее, все еще не оправившись от воспоминаний.

— Идем! Пара уже началась. Молись, чтобы нас впустили!

Она схватила меня за руку и силой потащила к лестнице. Мы бегом поднялись на третий этаж, а потом свернули в коридор в поисках нужной аудитории. По счастливой случайности мне удалось ни разу не поскользнуться на мраморных ступенях, вытертых до блеска сотнями ног.

— Ладно я всегда опаздываю... Но ты, Астафьева? — продолжала удивляться Ника, хватая ртом воздух.

Моя одногруппница действительно не отличалась пунктуальностью. Вчера она в последний момент влетела в большой зал, где с обращением к первокурсникам выступал ректор, и упала на сидение рядом со мной. В школе мы с Никой учились в параллельных классах и периодически здоровались в коридоре, но дальше «привет-пока» общение не заходило. Поэтому я понятия не имела, что она тоже решила поступать на психфак, пока с удивлением не обнаружила ее в списках зачисленных абитуриентов. До бюджета она, правда, не дотянула. Но материальное положение семьи вполне позволяло ей учиться платно.

Ника замерла перед массивной дверью из лакированного дерева. В этот момент я наконец смогла ее догнать. Она отдышалась, поправила модную стрижку и обернулась ко мне.

— Ну что, готова?

— Нет, подожди! — Я остановила ее, доставая из сумки карманное зеркало.

После марш-броска вверх по лестнице мое лицо горело еще ярче, но хотя бы прическа не растрепалась. Хорошо, что утром мама помогла мне заплести французскую косу. Густые от природы русые волосы были моей гордостью, хотя возиться с ними приходилось немало, ведь за последние пару лет я отрастила до их пояса.

— Заканчивай. Ты прекрасно выглядишь. — Моя одногруппница распахнула дверь, прежде чем я успела сказать что-то еще.

В огромной аудитории, устроенной по принципу амфитеатра, практически все места оказались заняты. Сухопарый преподаватель в строгом костюме уже стоял за кафедрой. Проплешина на его затылке блестела в свете люминесцентных ламп, а рядом на столе высилась Вавилонская башня из книг.

— Извините, можно войти? — Ника вложила в свои слова максимум обаяния.

Но преподавателя это ничуть не впечатлило. Он поправил прямоугольные очки в тонкой оправе и, как ястреб, впился взглядом в наши лица, отчего внутри у меня все похолодело. Теперь точно запомнит и завалит на экзамене.

— Вы умудрились опоздать на первое же занятие в первый учебный день, — скрипучим голосом произнес он.

— Мы не могли найти аудиторию, — нашлась Ника.

— Ладно. Сегодня я вас прощаю, — смягчился лектор. — Займите свободные места.

Под взглядами всего потока мы с Никой поднялись по ступеням амфитеатра и сели с краю в четвертом ряду. Как только моя одногруппница опустилась на скамью, то сразу же толкнула меня локтем в бок.

— Ань, с кем это ты болтала в холле?

— Расскажу после пары, — тихо ответила я, покосившись на преподавателя. Не хватало еще, чтобы он выгнал нас после того, как впустил. Такого позора в самом начале учебы я бы не вынесла.

— Для новоприбывших, — обратился к залу лектор, пристально глядя на нас с Никой. — Меня зовут Владимир Сергеевич Коновалов. Надеюсь, вы запомните мое имя.

Я судорожно сглотнула, подумав, что этого человека вряд ли можно забыть.

[1] Серия компьютерных игр в жанре автогонки производства компании Electronic Arts.

[2] От англ. drama, телесериалы, снятые в Южной Корее (а также Японии и Китае).

Глава 1.2

Во время занятия Ника смотрела в мою сторону, практически не отрываясь. Снедаемая любопытством, она так активно ерзала на скамье, что постоянно меня отвлекала. Я честно пыталась не обращать внимания на соседку и слушать преподавателя, но игнорировать ее хитрую улыбку оказалось непросто.

— Как видите, на протяжении веков мыслители пытались ответить на вопрос, что такое сознание и как разум и тело связаны между собой, — вещал лектор с кафедры. — Сегодня мы познакомились со взглядами ранних философов…

Он обернулся и посмотрел на большие часы в деревянном корпусе, висевшие на стене. Судя по времени, лекция уже подошла к концу.

— А истоки психологии как науки рассмотрим на следующем занятии.

С этими словами преподаватель начал собирать свои вещи. Студенты спешили попрощаться с ним и покинуть аудиторию, ведь на перерыв давалось всего десять минут. Как только мы с Никой вышли за дверь, она заговорщицки взяла меня под руку и потащила по коридору в сторону кабинета, где должна была пройти следующая пара.

— Ну, выкладывай! Кто тот парень? — подмигнула Ника.

— Он мой друг, — выдавила я, прочистив горло.

— У тебя есть тут друг? Старшекурсник?

— Да, он на третьем.

— На нашем факультете?

— Нет, на юрфаке.

— Черт, а я думала взять у него старые конспекты. — На секунду Ника нахмурилась, но ее круглое лицо тут же прояснилось. — Твой друг — нереальный красавчик!

— Наверное… — Я почувствовала, как кровь приливает к щекам в очередной раз за день.

— Он тебе нравится, — со знающим видом улыбнулась она.

— С чего ты взяла?

— У тебя на лице все написано, — сказала Ника, и я поняла, что отпираться дальше бесполезно. — Слушай, а как его зовут?

— Егор… Егор Свиридов.

Дверь нужной аудитории была открыта. До нее оставалось пройти метров пять, но Ника внезапно замерла, отчего пришлось остановиться и мне.

— Хм… — протянула она, задумчиво накручивая светлый локон на палец. — Какое знакомое имя… Твой краш, случайно, не музыкант из группы «После заката»?

Я смущенно кивнула.

— Да ладно! Откуда ты его знаешь?

— Егор — лучший друг моего брата.

Удивленные глаза Ники округлились еще больше.

— Офигеть! — выпалила она.

Ее реакция ничуть меня не удивила. Слава о такой восходящей звезде, как Егор Свиридов, уже вышла далеко за пределы университета. После школы они с Сашкой поступили на один факультет и основали инди-группу[1], где Егор пел и играл на гитаре, мой дорогой братец — на барабанах, а их однокурсник Кирилл — на басу. Они пока выпустили всего пару синглов, но я в них верила, лайкала посты группы в соцсетях, старалась ходить на выступления и надеялась, что когда-нибудь они станут так же популярны, как мои любимые BTS[2]. Или почти так же.

Тем временем Ника вытащила из кармана брюк смартфон и сделала несколько кликов.

— Ого!

Она прикрыла рот рукой, а потом показала экран мне. На нем красовалась до боли знакомая аватарка — концертный снимок Егора, стоящего у микрофона в клубах тумана, а ниже — объявление о записи альбома. Я не могла не заметить, что со вчерашнего дня число подписчиков аккаунта перевалило за десять тысяч.

Ника пролистала новости и нажала на одну из фотографий, где Егор был изображен по пояс на фоне кирпичной стены.

— И вправду он! — не могла успокоиться моя одногруппница, разглядывая его высокий лоб, острый прямой нос и гладко выбритый подбородок.

А мне в глаза бросились сотни сердечек и признаний в любви, отчего в груди предательски кольнуло. Если до истории с группой еще оставались какие-то шансы привлечь внимание Егора, то с каждым таким комментарием они стремительно таяли.

Зачем ему сестра лучшего друга, если он без труда может получить практически любую девушку в нашем городе с миллионным населением? Только в корейских дорамах красивый чеболь[3] или айдол[4] влюблялся в Золушку, а потом жили они долго и счастливо. Я любила смотреть эти сказки, но после приходилось возвращаться в жестокий реальный мир. И в нем Егор имел армию фанаток, о которой Сашка и Кирилл могли только мечтать.

Пока я ушла в свои мысли, Ника вовсю листала список друзей фронтмена группы.

— О, а вот и ты! — обрадовалась она, найдя мой ник. — Как же круто, что он на тебя подписан!

— Да, круто, — согласилась я, хотя никакой радости не испытывала.

С одной стороны, мы с Егором были очень близки, но в то же время между нами лежала пропасть, ведь приятели Сашки воспринимали меня как ребенка. Они дарили плюшевых панд на день рождения, но не предлагали встречаться.

— Познакомишь меня со своим братом и его симпатичными друзьями? — Ника бросила на меня хитрый взгляд.

— Я подумаю.

— Ну пожалуйста!

— Будешь ныть, не познакомлю!

— Ладно.

— Пойдем, а то опять пропустим начало лекции, — сказала я и подтолкнула ее ко входу в аудиторию.

[1] От англ. independent, музыка, альтернативная мейнстриму и независимая от коммерческих корпораций.

[2] Бой-бэнд, созданный в 2013 году компанией Big Hit Entertainment (ныне HYBE Corporation). Стали самыми продаваемыми артистами в истории Южной Кореи в 2020 году.

[3] Название южнокорейских финансово-промышленных групп, управляемых членами одной семьи. В данном случае речь идет о наследнике конгломерата.

[4] От англ. idol, участник южнокорейской поп-группы.

Глава 2.1

Переступив порог дома ближе к вечеру, я закрыла за собой входную дверь и прислонилась к ней спиной. После возвращения с улицы, где буквально плавился асфальт, было особенно приятно ощущать прохладу. Судя по сегодняшней температуре воздуха, лето пока не собиралось отдавать бразды правления осени. Моей первой осени в качестве студентки.

Вчера прошла официальная часть с выступлением ректора и знакомством с группой, большую часть которой составляли девушки. Сегодня же начались трудовые будни. После трех пар я с трудом держалась на ногах, а голова пухла от количества новых впечатлений. Но несмотря на дичайшую усталость, хотелось закружиться в танце и не останавливаться.

Наконец-то началась новая жизнь!

Конечно, было грустно прощаться со школой. Ее светлые классы и пахнущие мастикой коридоры за одиннадцать лет стали до боли родными. Они помнили, как мы с лучшей подругой Дарой играли в догонялки на перемене, какими красными все выходили из спортзала после физкультуры и даже как в четвертом классе я с трудом сдержала слезы, впервые получив тройку за контрольную по математике.

Помимо той контрольной у меня осталось мало неприятных воспоминаний о школе. Наверное, просто повезло, что ребята в моем классе хорошо общались между собой и никого не травили, а учителя старались объективно оценивать наши знания.

Однако время неумолимо бежало вперед. Последний звонок, выпускной, ЕГЭ и даже лето оказались позади, а впереди ожидало нечто совершенно неизвестное.

Сейчас я стала еще на шаг ближе к мечте, получив право каждый день входить в двери величественного здания, мимо которого много раз проезжала на автобусе. Оно поражало воображение своими размерами. Пять этажей, высокие потолки, покатая крыша. Боковые крылья университета обрамляли зеленый сквер с фонтаном, где в теплое время года часто можно было заметить студентов. Я представляла, как сижу рядом с ними, смеюсь, делюсь конспектами и обсуждаю преподавателей.

До сих пор не верилось, что теперь это — моя реальность.

— Мелкая, ты? — послышался голос из комнаты брата.

— Да, — пробормотала я, развязывая шнурки.

Когда мне наконец-то удалось стащить с ног кроссовки и переобуться в любимые тапочки с пандами, в коридор вышел Сашка. Видимо, он давно вернулся домой, раз успел переодеться в домашние штаны и футболку с кубическим человечком из Minecraft[1].

— Ты могла бы говорить еще тише? Я подумал, родители вернулись, — упрекнул меня он, взъерошив рукой короткие русые волосы.

— А они уже уехали?

Я удивленно взглянула на него снизу вверх. За последние годы Сашка так вымахал, что теперь мне приходилось задирать голову, разговаривая с ним.

— Да. Не представляешь, чего мне стоило убедить их оставить нас дома, — брат картинно закатил глаза.

— А почему ты был против?

— Потому что в мои планы не входило гнуть спину все выходные. Хотел сплавить предкам тебя, но ты что-то опоздала.

Километрах в двадцати от города располагалась наша дача. Родители отправились туда, чтобы убрать оставшийся урожай и подготовить дом с огородом к осени и зиме. На самом деле я бы с радостью поехала с ними. Мне нравилось просыпаться в деревенском доме, когда утренний туман тает в лучах восходящего солнца. Нравился аромат роз под окнами. И я, в отличие от Сашки, не боялась перетрудиться, собирая яблоки с пары яблонь, растущих ближе к границе участка.

— Извини, оппа[2]. Не смогла отменить последнюю пару, — съязвила я.

— Конечно, ты же у нас отличница. Тебе слабо прогулять, — ухмыльнулся в ответ Сашка.

— Прогулять в первый день учебы? Ты в своем уме?

— Вот и я говорю, что тебе слабо! Скорее Marvel перестанут снимать фильмы по комиксам, чем Анна Астафьева пропустит хоть одно занятие. И сколько раз я просил не называть меня оппа! Совсем помешалась на своей Корее.

— Бесишь, — буркнула я себе под нос.

Братец прекрасно знал мои болевые точки и не упускал случая отпустить какую-нибудь колкость, особенно про Азию или оценки. Я училась лучше него и была уверена, что он обесценивал это из зависти, ведь ему удалось поступить только на коммерческое отделение. Именно из-за Сашки я так стремилась на бюджет — не хотела увеличивать финансовую нагрузку на родителей.

— Они могли хотя бы предупредить, что уезжают, — поджала губы я.

— Так они и пытались! Но ты трубку не брала и сообщения не читала.

Я достала из сумки телефон и, действительно, обнаружила несколько пропущенных вызовов. Включив беззвучный режим в начале дня, я забыла его отменить, поэтому ничего не услышала, когда читала книгу по психологии в автобусе.

— Короче, мама с папой не могли ждать тебя до ночи. К тому же я убедил их, что начало учебного года — это очень серьезно, и мы будем усердно заниматься.

Сашкино объяснение звучало вполне разумно. Я бы даже поверила, если бы не знала своего брата.

— И чем же мы будем заниматься? — спросила я, подняв бровь.

— Конечно, «Мафией» и пиццей. А еще я сто лет не рубился в плойку[3], — сказал Сашка и повернул в сторону кухни.

Я на автопилоте последовала за ним. При упоминании пиццы чувство голода явственно напомнило о себе. Только сейчас я осознала, что забыла пообедать.

— Собираешься устроить вписку? — поинтересовалась я.

Мой брат обожал встречаться с друзьями, как только подворачивалась возможность.

— Я не видел ребят целую вечность!

— Но мы же уезжали на море всего на две недели!

— А мне показалось, что на десять лет.

Сашка набрал воды в электрический чайник и включил его. Не в состоянии больше стоять на ногах, я безвольно опустилась на стул перед широким обеденным столом. Брат достал из холодильника яблочный пирог и поставил его передо мной.

— Мама оставила тебе. Будешь? — спросил он.

— Мм… — Вместо ответа я протянула руки к пирогу, который так и манил хрустящей корочкой и волшебным запахом корицы. Однако Сашка тут же забрал у меня тарелку.

— Эй! — возмутилась я. — Отдай по-хорошему!

— Будешь холодный? — вскинул брови брат.

— Мне все равно. Он и так вкусный, — сказала я, гипнотизируя взглядом пирог.

— И чая не дождешься?

Я отрицательно покачала головой.

— Издеваешься над голодным человеком!

— Ладно, как хочешь.

Он снова подвинул пирог ко мне, и я с жадностью схватила кусочек. Когда наконец-то удалось утолить голод, в голове всплыл один важный вопрос. И я должна была получить на него ответ. Немедленно.

— Очень надеюсь, вечеринка не сегодня? — с беспокойством в голосе спросила я. На безудержное веселье, которое планировал устроить братец, совершенно не осталось сил.

Сашка сидел напротив меня, держа в руках горячую кружку с чаем. По кухне разносился терпкий аромат бергамота.

— Конечно же завтра. Сегодня я сам не в настроении, — протянул он устало.

— Рада, что в этом мы сходимся. И спасибо за ужин, — я встала из-за стола и поставила тарелку в посудомойку.

— Маму благодари, — бросил он мне вслед.

Подумав, что стоит действительно написать маме, я вошла к себе в комнату и упала на кровать. После такого насыщенного дня голова и ноги гудели. Хорошо, что завтра суббота. Можно хотя бы выспаться. Но я боялась, что уснуть не получится, ведь меньше чем через сутки к нам в гости придет Егор.

[1] Популярная компьютерная игра в жанре песочницы, созданная программистом из Швеции Маркусом Перссоном.

[2] В корейском языке обращение девушек к старшим братьям или молодым людям старше их.

[3] PlayStation — игровая приставка, выпускающаяся компанией Sony Interactive Entertainment.

Глава 2.2

Вибрация в кармане сарафана заставила меня вернуться в реальный мир. Кажется, на мобильный пришло новое сообщение. Я нехотя вытащила его, чтобы проверить мессенджер. Конечно, это оказалась моя лучшая подруга Дара. Кто еще мог написать вечером в пятницу? На самом деле ее звали Дарина, но она предпочитала сокращенный вариант и угрожала расправой каждому, кто обращался к ней как к Даше.

Раньше мы учились в одном классе и жили по соседству, но из-за развода родителей Даре пришлось переехать на другой конец города. К счастью, расстояние никак не повлияло на нашу дружбу. Как и тот факт, что после девятого она ушла в колледж. До поступления в университет ей оставалось учиться еще год, но Дара сама пока не решила, хочет ли получать высшее образование или сразу пойдет работать дизайнером одежды.

«Аньон[1]! — бодро писала подруга. — Как твой первый день в универе?»

«Привет), — набрала я. — Норм. Универ именно такой, каким я его себе представляла. Однокурсницы — вроде неплохие девчонки, надо только запомнить их имена».

Я поставила в конце плачущий от смеха смайлик и нажала на кнопку отправки. Ответ пришел незамедлительно.

«Ничего! Ты запомнишь) Я тоже в колледже сначала всех путала. Потом прошло. А у тебя вообще память фотографическая».

«Фотографическая — это не память на имена», — возразила я.

Образы действительно крепко врезались в мое сознание. Но я много раз попадала в ситуации, когда не могла вспомнить, как зовут человека, с которым недавно познакомилась. В итоге получалось неловко.

«Да ладно! Все будет хорошо! Я тут недалеко, заскочу к тебе, можно?»

«Конечно».

Дара не заставила себя долго ждать. Уже минут через пятнадцать я открыла ей дверь и проводила в свою комнату. Подруга первым делом взглянула в зеркало на двери шкафа, а потом убрала с лица прядь темных волос, кончики которых были окрашены в красный.

— Мне идет? — она повернулась ко мне, демонстрируя новую стрижку до плеч. — Скажи, да?

— Очень, — согласилась я.

— А еще посмотри, какой крутой глиттер я купила! — Дара указала пальцем на блестки, переливавшиеся перламутром на ее скулах.

— Ага. Прекрасно выглядит.

Подруга опустилась на компьютерный стул и улыбнулась фотографии ребят из BTS, стоявшей в рамке на книжной полке рядом с фигуркой Е Сю из «Аватара короля»[2].

— Каждый раз когда прихожу к тебе, поражаюсь, какой же Чимин тут милашка! — не удержалась от комментария она.

— Чонгук тоже прекрасен!

— Да… Я даже не могу выбрать между ними. Когда они уже вернутся!

Как настоящие ARMY[3], мы с Дарой постоянно следили за новостями из жизни кумиров, и сообщение о том, что они уходят служить в армию, разбило наши сердца.

— Ты лучше подумай, как накопить на билеты. Я вот не меньше половины карманных денег откладываю.

Мы пообещали друг другу, что через три года, как раз к возвращению ребят, обязательно поедем в Сеул и сходим на живой концерт.

— Да коплю я, коплю! Ты не представляешь, как тяжело я работаю! Буквально вчера отдала заказ одной женщине. — Дара устало потерла пальцами переносицу. — Ее дочка захотела на день рождения платье, как у Дженни[4]. То, которое она надела на Каннский фестиваль, из белого кружева. Так что копилка пополнилась.

— Здорово, — улыбнулась я.

— Да, тем более что все чуть не сорвалось. Эта женщина думала, что я несерьезно отношусь к работе, если рисую сердечки на щеках. Пф-ф! Пришлось показать ей несколько других моих платьев, чтобы она убедилась в качестве. А сегодня прислала фото дочки и сказала, что та просто счастлива.

— Судить по внешности — последнее дело.

— Вот и я о том же! — Дара покрутилась в кресле, а потом резко перевела тему. — Какие у тебя планы на выходные? Будешь пересматривать Миядзаки?[5]

— Нет. Сашка устраивает завтра вечеринку.

— Ого! Жаль, завтра юбилей моей бабушки, и его нельзя пропустить. Иначе нагрянула бы к вам. Егор тоже будет?

— Да, конечно.

Дара мне подмигнула, но я отвела взгляд. Лучшая подруга в течение нескольких лет была в курсе моей тайной любви. Она неоднократно говорила, что на моем месте давно бы дала Егору понять о своих чувствах, а если бы он их отверг, то многое бы потерял. Но у меня просто не хватало духа признаться. К тому же я всегда считала, что парень должен сам сделать первый шаг, а девушка может только подтолкнуть его в нужном направлении.

Кроме того, существовала еще одна причина молчать. Егор несколько лет встречался со своей одноклассницей Дианой. Подающий надежды музыкант из обеспеченной семьи и дочка владельца сети стоматологий. Красавец и красавица. Оба высокие, темноволосые, уверенные в себе. Они казались идеальной парой, которую никто в мире не в силах разлучить.

Я решила даже не пытаться это сделать, а потому перепробовала разные способы забыть Егора, но тщетно. Пришлось смириться с любовью, продолжавшей жить на задворках сердца. И с тем, что она останется моим главным секретом.

Но полгода назад все изменилось. Я не поверила ушам, когда узнала, что Егор и Диана расстались, так как она уехала учиться в Италию. Дорога к сердцу Егора вновь оказалась открыта. Однако в то время я была слишком занята подготовкой к поступлению.

А сейчас… Сейчас у меня появился шанс. Егор оставался одинок, о чем Дара прекрасно знала, а потому уговаривала меня действовать более активно.

— Так-так… Значит, завтра ты должна выглядеть потрясающе, — задумалась она.

— И как же мне так выглядеть? Разве что сделать пластику.

Честно говоря, я была далека от бьюти-блогеров и девушек-айдолов с их идеальными лицами и фигурами. Моя внешность казалась мне слишком блеклой: тонкая кость, нос с горбинкой, светлые глаза и неяркие брови, которые постоянно приходилось подкрашивать. Совершенно ничего особенного. Из толпы меня выделяла только длина волос.

— Да ну тебя! — махнула рукой Дара. — Ты симпатичная и без всяких операций. Если корейцы их делают, это еще не значит, что за ними надо все повторять. Тебе нужно просто подчеркнуть свои достоинства.

— Каким образом?

— Распусти волосы. И накрути.

— Предлагаешь ходить растрепанной?

— Предлагаю показать товар лицом. Ты вечно косы заплетаешь. Разве волосы — не твоя гордость? Вот и используй это!

— Ладно, попробую.

— Следующий пункт программы — одежда. — Дара поднялась со стула. — Помнишь, что тетя подарила тебе на ДР?

На вешалке в глубине шкафа висело платье нежно-лавандового цвета с рукавами три четверти. За весну и лето я выгуляла его всего несколько раз. Вырез казался слишком глубоким, а длина — слишком короткой.

— Оно же мини! — ужаснулась я, тоже встав с кровати.

— А надо миди или макси, как большинство твоих юбок? Оно только на ладонь выше колена. С юбками Сейлоров[6] не сравнить! — Дара указала на книжную полку, на которой стояли фигурки длинноногих красавиц в коротких нарядах, напоминающих матроски. В детстве двоюродная старшая сестра приобщила меня к этой культовой истории о девушках-воинах, и с тех пор началось мое увлечение азиатской культурой.

— Не знаю, стоит ли его надевать.

— Конечно стоит! Покажи-ка его!

Я нехотя распахнула шкаф и вытащила вешалку с платьем. Дара подошла ко мне, взяла ее из моих рук, а потом закрыла дверцу, чтобы стало видно зеркало.

— Смотри, как красиво! Разве я не права? — Она приложила платье ко мне. — К твоим голубым глазам очень подходит.

— Хорошо, уговорила, — сдалась я.

Дара была права. Платье действительно выгодно подчеркивало мои черты. И почему я столько времени его игнорировала?

— Только не переборщи с мейком и обязательно скинь мне фотку.

Дара снова мне подмигнула, и я показала ей жест о’кей.

Завтра должен быть хороший день, раз придет Егор. Пусть он улыбается. Я так люблю его улыбку.

[1] Аньон (или ан-йо) — «привет» в корейском языке.

[2] Китайский мультсериал (дунхуа), основанный на веб-новелле Худе Лань и рассказывающий о профессиональном киберспортсмене, которого вынудили уйти из команды.

[3] Официальное название фан-клуба группы BTS.

[4] Участница популярной южнокорейской группы Blackpink.

[5] Хаяо Миядзаки — японский аниматор, режиссер, сценарист и продюсер множества мультфильмов.

[6] «Сейлор Мун» — франшиза, состоящая из манги, аниме, телесериала, мюзиклов и компьютерных игр и созданная японской мангакой Наоко Такэути.

Глава 3.1

Все утро и весь день я не могла найти себе места. Сашка пригласил гостей к шести, но время тянулось невероятно медленно. Секунда казалась минутой, минута — вечностью. Я успела прибраться в квартире, пролистать ленту в соцсетях и несколько раз переодеться, в итоге остановившись на том самом лавандовом платье. Правда, вырез на нем я ушила.

Сегодня хотелось выглядеть идеально. Несмотря на то что Егор много раз бывал у нас дома, я давно перестала считать его визиты чем-то обыденным. Все началось четыре года назад тридцать первого августа.

Календарное лето подошло к концу, однако стояла невероятная жара. Егор прятался под бетонным козырьком нашего подъезда и ждал Сашку, чтобы встретиться с ним после поездки в спортивный лагерь. А я как раз возвращалась из магазина канцтоваров с рюкзаком, полным новых тетрадок, ручек и смешных стикеров с пандами.

Сначала я даже не узнала своего старого знакомого — так сильно он вытянулся в росте и загорел. Егор перестал быть мальчишкой с разбитыми коленками, с которым мой брат катался в рампе на самокате. Занятия плаванием сделали плечи Егора широкими, так что простая футболка больше не могла скрыть его атлетическую фигуру. От него пахло новым одеколоном и мятной жвачкой, и когда он лукаво улыбнулся мне и помахал в знак приветствия, я поняла, что больше никогда не смогу считать его просто другом.

С тех пор мое сердце билось сильнее с каждой новой встречей, а неловкость связывала по рукам и ногам, словно липкая паутина. Все стало так сложно. По крайней мере, для меня.

Я потратила целых два часа, чтобы завить волосы, но результат стоил того. Мягкие кудри, падающие на плечи, гармонировали с легким платьем. Завершал образ неброский макияж в корейском стиле. Я постаралась как можно тщательнее нанести тональный крем и скрыть румянец, который появлялся на лице в самое неподходящее время.

— Соберись! — сказала я себе. — Егор не станет воспринимать тебя всерьез, если будешь краснеть как школьница.

Потом я покрутилась в облаке цветочных духов, отправила Даре свое фото и получила от нее эмодзи в виде огня.

Где-то в половине пятого Сашка вернулся домой из магазина. В этот момент я как раз поправляла прическу возле большого зеркала в коридоре.

— Да красивая ты, красивая, — усмехаясь, брат поставил на пол пакеты с продуктами.

— Как я могу тебе верить, оппа? Позавчера ты говорил, что я страшная, как брукса[1], — с тем же оттенком иронии ответила я.

— Разве это был я? Ты меня с кем-то спутала, — возразил он и протянул руку к моей голове.

— Не смей!

Мне чудом удалось уклониться, не дав Сашке взъерошить волосы и погубить весь труд. Я наградила его разъяренным взглядом.

— Ты что делаешь? Я столько времени потратила на укладку!

Мои слова не произвели на него впечатления. Он снял кроссовки и невозмутимо отправился с пакетами на кухню.

— Не парься так. Такую красоту ничего не испортит.

Я бы не парилась, если бы Сашка говорил серьезно. Но он никогда не упускал возможности ударить по больному месту.

— Кстати, а для кого ты так вырядилась? — братец высунул лохматую голову из-за угла.

— Для себя, — буркнула я.

— Конечно. Так я и поверил.

С ухмылкой на лице он вновь скрылся на кухне. А через пару секунд раздался звонок в дверь. Я бросилась к глазку и тут же отпрянула.

В подъезде стоял парень в джинсах, черной мотоциклетной куртке с красными вставками и шлеме. Его лица было не разглядеть, но я прекрасно знала, что это Егор, ведь среди друзей Сашки больше никто не ездил на мотоцикле. Почему он пришел на полтора часа раньше? Совсем на него не похоже.

При виде парня моей мечты сердце зашлось в бешеном ритме, но я не могла пошевелить и пальцем. Тогда звонок прозвенел еще раз.

— Аня, открой уже! — прокричал Сашка с кухни.

Голос брата вывел меня из оцепенения. Действуя будто на автопилоте, я повернула ключ в замке и впустила гостя. Тот первым делом снял шлем и улыбнулся. Одними губами. Так, как умел только он.

— Это квартира Астафьевых? Я точно туда попал? — весело спросил Егор.

Обескураженная его вопросом, я ничего не сказала. Разве могли распущенные волосы, платье и макияж сделать меня настолько неузнаваемой? Или Егор просто решил так пошутить? Я больше склонялась ко второму варианту.

Тем временем гость сделал шаг вперед и обвел взглядом прихожую. Я машинально отступила назад к стене.

— Вроде те же обои, та же мебель… А вот вы, девушка, мне не знакомы, — он посмотрел на меня, и в его глазах блеснули лукавые искорки.

— Правда?

— Да. Не помню, чтобы здесь жили лесные эльфы.

От услышанного комплимента у меня перехватило дыхание. Я даже моргнула несколько раз, пытаясь убедиться, что не сплю. Раньше Егор не говорил мне ничего подобного. Мы всегда общались как друзья. Старые друзья, а не парень и девушка. Но пока я гадала, в чем причина его странного поведения, он неожиданно решил выйти из игры.

— А брат твой дома? — спросил Егор, повесив на крючок куртку и оставшись в простой черной футболке.

— Да, на кухне...

— Пойду поздороваюсь.

Егор снял кроссовки, отнес в гостиную чехол с гитарой и отправился к Сашке. А я так и осталась в коридоре, пытаясь понять, что же такое сейчас произошло.

Это был флирт или шутка? Действительно ли парень моей мечты удивился, увидев меня в новом образе? Или просто нашел повод меня разыграть? Тогда почему он так быстро перестал притворяться?

Я не могла найти ответ ни на один вопрос. От слов Егора все еще кружилась голова и слегка дрожали руки. Но я почувствовала одно — в наших отношениях что-то изменилось. Только неизвестно, что именно.

Когда через несколько минут я зашла на кухню, в нос тут же ударил запах картошки фри. Очевидно, ребята решили не ждать официального начала вечеринки. Сашка с аппетитом уплетал бургер, а Егор пил колу. Он обернулся, в то время как брат даже не посмотрел в мою сторону. Впрочем, я давно привыкла к подобному.

— Знаешь, твоя сестра так выросла. Скоро тебя перегонит, — улыбнулся Егор, обмакивая ломтик картошки в томатный соус.

— Мелкая? Смеешься? — ответил Сашка.

— Просто ты не замечаешь, потому что видишь ее каждый день.

— Значит, нужно меньше ее кормить.

— Кто бы говорил, оппа, — подала голос я, приблизившись к столу.

— Конечно, я. Сегодня я за старшего, поэтому ты должна меня слушаться. — Брат сделал глоток из стаканчика.

— Вообще-то я уже не ребенок. Мне восемнадцать.

— С каких это пор?

— С марта.

— Не бойся. Если он будет морить тебя голодом, приходи ко мне, — подмигнул Егор. — Держи!

Он протянул в мою сторону ломтик картошки. Я застыла на месте и уставилась на него немигающим взглядом. Простого жеста оказалось достаточно, чтобы смущение вновь затопило меня с головой. В далеком детстве Егор точно так же делился конфетами, когда приходил к нам в гости. Он ободряюще улыбался, но с каждой секундой я чувствовала себя все более неловко.

Что делать? Взять или отказаться?

Пока я мучительно пыталась принять решение, Сашка выхватил у друга ломтик и отправил его в рот.

— Эй! — вскрикнула я.

— Будешь много кушать — станешь круглой как бургер, — авторитетно заявил братец и запил картошку колой.

— Думаешь, тебе это не грозит?

— Не-а. У меня от природы атлетическое телосложение. Завидуешь?

Сашка втянул живот. Я не сдержалась и прыснула от смеха.

— Тому, какой ты тощий?

На самом деле в словах Сашки была доля правды. Он имел нечеловеческий аппетит, ел за троих и оставался худым как жердь. В то же время мне приходилось постоянно контролировать свой вес. И если я съедала кусочек маминого пирога, то на следующий день питалась одними салатами. Я очень ждала, когда этой вселенской несправедливости придет конец, и Сашкин метаболизм замедлится. Так не могло продолжаться вечно.

— Вы забавные, — усмехнулся Егор. — У меня нет братьев и сестер, но с вами такое ощущение, что есть.

Его голос напомнил мне, что мы с Сашкой на кухне не одни, и он тоже стал свидетелем нашей перепалки. К сожалению, такое происходило не в первый раз. Но сейчас меньше всего хотелось выглядеть в глазах Егора маленькой обиженной девочкой. От ужасного стыда меня спас еще один звонок.

— Пойду открою, — сказала я.

— Подожди-ка!

Сашка выскочил из-за стола, обогнал меня на пути в коридор и резким движением распахнул входную дверь. На пороге стоял худощавый парень с кудрявыми волосами до плеч в потертой джинсовой куртке, таких же штанах и тяжелых ботинках.

— А, это ты, Кир, — с явным разочарованием произнес брат, увидев басиста группы.

— Не рад меня видеть?

Кирилл без приглашения вошел в квартиру.

— Я тебе всегда рад. — Сашка пожал ему руку.

— Только ожидал увидеть кого-то другого, — гость улыбнулся уголком рта.

С Кириллом я познакомилась гораздо позже, чем с Егором, и немного его побаивалась. Он обладал настолько пронзительным взглядом серых глаз, что, казалось, видел людей насквозь, в то же время выражение его лица оставалось непроницаемым и спокойным.

— Не бойся, девушки скоро придут, — Кирилл похлопал Сашку по плечу.

— Ты точно не телепат?

— Чтобы узнать твои мысли, не нужно быть телепатом.

Кирилл повернул в сторону кухни-гостиной, и я оказалась у него на пути.

— Привет, малышка, — бросил он, обходя меня справа.

— Но я не малышка!

— А кто же ты еще? — усмехнулся Сашка, следуя за другом.

[1] Человекоподобный вампир в серии книг «Сага о Ведьмаке» польского писателя Анджея Сапковского, а также в компьютерных играх и сериале, которые основаны на этих книгах.

Глава 3.2

Вечеринка была в самом разгаре. В колонках ревела музыка. Комнату освещал только диско-шар, отбрасывающий на стены разноцветные блики. Неясные силуэты парней и девушек сплетались в танце в центре гостиной или прятались за шторой у окна. Тем временем другая компания ребят болтала за уставленным пивными бутылками столом и доедала еще теплую пиццу.

В полумраке я не могла различить точное количество человек, собравшихся у нас дома. К тому же кто-то из них постоянно выходил в подъезд. Кажется, гостей пришло порядка пятнадцати. Все они были приятелями Сашки, но большинство из них я не знала, поэтому решила держаться поближе к тем, с кем могла завязать разговор.

Егор и Кирилл что-то активно обсуждали, сидя на диване. Они говорили с таким жаром, что не заметили, как я осторожно присела рядом с ними.

— Нам срочно нужен новый клавишник! — услышала я раздраженный голос Егора.

— И где его взять? Тем более срочно. Мы и так долго искали человека, — ответил Кирилл.

— Но надо что-то делать!

— Ты не думаешь, что хоть какой-то клавишник лучше, чем никакого? Тем более Андрей прилично играет.

— Да, но с ним мы точно не закончим альбом. Он же вообще не дает нормально работать! Детский сад и бессмысленные понты, — процедил Егор сквозь зубы.

— Я тоже от него не в восторге. Но если мы снова начнем кого-то искать, все затянется еще на пару месяцев.

— А с ним затянется навсегда! Ему то одно не нравится, то другое. Еще и опаздывает постоянно.

— Ты тоже являешься вовремя два раза из пяти, — усмехнулся Кирилл.

Егор хлопнул друга по плечу.

— Да, но я предупреждаю, что задерживаюсь или кого-то подменяю на работе. И я не смотрю на всех как на дерьмо! Думаю, этому придурку вообще не нужна группа. Ему же плевать на наше мнение. Пусть выступает сольно и делает, что хочет.

— Я так понимаю, ты принял решение, — Кир откинулся на мягкую спинку дивана.

— Да, — кивнул Егор. — Если он останется, я уйду.

— Не надо делать резких движений.

— Да просто достало!

Я подвинулась к ним поближе, стараясь быть незаметной. Правда, по закону подлости случайно задела Кирилла рукой. Он медленно повернулся ко мне и слегка улыбнулся.

— Подслушиваешь, малышка?

— Я же просила не называть меня так! — возмутилась я в который раз за вечер.

Это прозвище приклеилось ко мне еще в детстве, и друзья Сашки его подхватили. Сейчас от него было самое время избавиться. Не хотелось, чтобы из-за слов Кирилла я продолжала оставаться ребенком в глазах Егора.

— Ну, раз ты большая и взрослая, зачем шпионишь за нами?

— Я не собиралась…

— Опять отрицаешь.

От пристального взгляда Кира ужасно захотелось провалиться под землю.

— Друг, это же не конфиденциальный разговор. Тут кто угодно мог нас услышать, — вмешался Егор, указывая рукой на толпу. Я почувствовала безумную благодарность к нему за то, что он за меня вступился. — Сане мы тоже скоро все расскажем.

— Да, конечно, — ответил Кирилл бесстрастно и снова обратился ко мне: — Только ты не проболтайся.

Он жестом изобразил, будто застегивает рот на молнию. Я нервно сглотнула и закусила губу. Обстановку разрядил один из гостей, парень среднего роста с модным андеркатом. Он вошел в гостиную и направился прямо к нам, держа за спиной какую-то вещь.

— Егор, я у тебя кое-что нашел, — с хитрой улыбкой на лице сказал незнакомый мне друг ребят.

— И что же? — поинтересовался Кир.

— А ты догадайся!

Кирилл посмотрел сначала на друга, затем на Егора.

— Тайно пронес вискарь, а мы и не знали? — озвучил свою догадку он.

— Какой вискарь? Я же на моте сегодня, — Егор толкнул его локтем в бок.

— Тогда сдаюсь! — Кир картинно поднял руки вверх.

— Больше не сделаешь ни одной попытки?

— Не-а.

— Так не интересно. Я тобой очень разочарован.

Гость выдержал интригу еще пару секунд, а потом вытащил из-за спины то, что прятал. Это оказался черный чехол с гитарой.

— Друг, положи, где взял. По-хорошему прошу, — Егор был явно недоволен тем, что его инструмент взяли без разрешения.

— Нет, ты нам сыграешь. Зачем принес, если не собирался играть?

Появление гитары привлекло внимание других гостей, сидевших за столом неподалеку.

— О-о-о! Сыграй, Егор! — крикнул один из них.

— Да! Давай! — присоединились к нему другие.

Подчиняясь просьбе, Егор нехотя взял гитару, а Сашка, услышавший просьбы друзей, зажег споты на потолке прямо у нас над головой и выключил музыку в колонках.

— Сегодня вам крупно повезло! — брат обвел взглядом присутствующих. — Специально для вас — бесплатный концерт! Когда о нас узнает вся страна, будете рассказывать об этом дне своим детям.

— Ну тебя! — Егор махнул на Сашку рукой.

Танцевавшие в центре комнаты гости заняли свободные стулья и пуфы, приготовившись услышать песню. Я тоже затаила дыхание в напряженном ожидании. Раньше мне не приходилось слушать Егора, сидя так близко — вытянув руку, я могла бы дотронуться до него.

В вечерней тишине сначала зазвучали первые аккорды, а затем и проникновенный голос Егора. Гости застыли, зачарованные мелодией. Все, включая меня. Его длинные пальцы уверенно бегали по грифу. Он играл и пел так самозабвенно, что оторвать взгляд было невозможно.

Встретил тебя в старом парке

В самом конце февраля.

Небо горело так ярко,

Что отогрелась земля.

Скрипки волшебные звуки,

Солнце в твоих волосах.

Не отпускай мою руку —

Мы полетим в небеса.

Ты здесь —

Только это мне важно.

Ты здесь,

Как хотела однажды.

Ты здесь,

Я теперь точно знаю.

Ты здесь —

Все, о чем я мечтаю.

Я не хочу тратить годы.

Жить, никого не любя.

Я мог бы выбрать свободу,

Но выбираю тебя.

Я слышала эту песню в первый раз. Наверное, Егор написал ее в последние несколько месяцев. Лирическая музыка проникала в самое сердце, отзывалась в теле и задевала тончайшие струны души.

Егор действительно обладал огромным талантом. Я хотела бы слушать его музыку вечно. Но вскоре прозвучал последний аккорд. Вместе с ним в груди что-то сжалось, оставив легкое послевкусие грусти. На мгновение наступила тишина, а затем комната взорвалась шумными аплодисментами.

— Слушай, круто! — крикнул один парень.

— Сам написал? — восхищенно спросил другой.

— Сам! — подтвердил Сашка с улыбкой.

Одна из приглашенных девушек, с черными волосами и серьгой в носу, аккуратно смахнула с глаз слезинку, стараясь не размазать стрелки.

— Егор, это нереально! — сказала она. — Сыграешь еще?

— Нет, на сегодня все, — ответил он, убирая гитару в чехол.

— Ну пожалуйста!

— Просите, что хотите, только не играть.

— Я учту.

Гостья задорно подмигнула Егору. Надеюсь, в темноте никто не заметил, как скривилось мое лицо.

Популярность Егора у противоположного пола была вполне заслуженной. Многие девушки не могли устоять перед его природным обаянием и красотой. Однако сердце предательски саднило каждый раз, когда я видела этому подтверждение. Я не имела права ревновать, но ядовитое чувство все равно продолжало по капле отравлять мою душу. Правда, глубоко внутри еще жила надежда на взаимность и хэппи-энд. Маленькая, крошечная такая надежда. Поскольку сейчас Егор ни с кем не встречался, и я, и гостья вечеринки оказались в равных условиях.

Тем временем Сашка похлопал друга по плечу, а затем обвел взглядом собравшихся.

— На чем мы остановились? Ах, да! — и он снова включил плей-лист.

Как только ажиотаж спал, а народ устремился либо танцевать, либо пить пиво, Егор скрылся на балконе. Его исчезновения не заметил никто, кроме меня. Решив, что не стоит упускать такой шанс, я последовала за ним.

Глава 4.1

Открыв балконную дверь, я поежилась от прохладного ветра. Если днем солнце еще грело по-летнему, то после заката осень полностью вступила в свои права. В темном небе белела половинка луны, в свете которой по широкому проспекту проносились автомобили. Я часто выходила на балкон вечером, чтобы с высоты седьмого этажа полюбоваться городом. Точно так же, как сейчас это делал Егор.

Он стоял передо мной, расслабленно опираясь на перила и глядя куда-то вдаль. В его руках я заметила баночку энергетика. Еще недавно Егор вместе со всеми смеялся над удачной шуткой Сашки, но теперь от веселья не осталось и следа.

Я застыла на пороге, не решаясь сделать следующий шаг и нарушить уединение парня. Его точеный профиль выделялся на фоне ночных огней. Я могла бы смотреть на него вечно, но подумала, что нужно все-таки быть смелее. Набрав в легкие воздуха, я подошла к Егору. Он услышал шаги за спиной и бросил на меня быстрый взгляд.

— Классно играешь… — произнесла я с легкой улыбкой. — Ты бы мог собирать стадионы.

— Стадионы… Скажешь тоже, — он усмехнулся и опустил голову.

— Я серьезно. У тебя настоящий талант.

— Талант был у Джими Хендрикса и Фредди Меркьюри.

— Но они тоже не родились знаменитыми! Представь, лет через пять вы дадите концерт в «Олимпийском». Тысячи фанатов будут подпевать вашим песням!

— До этого еще далеко. Мы пока первый альбом дописать не можем, — грустно произнес он и вновь взглянул на проспект.

— Почему?

Егор, Сашка и Кирилл всегда казались такими уверенными в себе. Они дышали и жили музыкой. Я даже не думала, что ребята могут испытывать трудности в любимом деле. Как будто мозг не хотел признавать, что они — просто люди со своими проблемами и тревогами, и что их песни не рождаются по мановению волшебной палочки.

— В последнее время я дико устал… И еще перестал слышать музыку, — Егор сделал глоток энергетика.

— У тебя проблемы с ушами?

Из-за моего вопроса он чуть не подавился.

— Нет, ты не так поняла. Я перестал представлять музыку в голове, — объяснил Егор, когда прочистил горло. — Обычно мелодия приходит ко мне сама. Буквально преследует, пока я ее не запишу. Но сейчас я слышу только тишину.

— Творческий кризис?

— Вроде того. Уже несколько месяцев ничего не приходит в голову. Никаких мыслей, идей и эмоций. А еще новый клавишник…

— Но сегодня ты играл потрясающе. Я раньше не слышала эту песню.

Егор взглянул на меня и печально улыбнулся.

— Я написал ее полгода назад. Перед тем, как все началось. Просто не исполнял. Она вызывает слишком много воспоминаний.

Стоя в шаге друг от друга, мы вместе смотрели в ночь. Где-то внизу сиял большой город и шумела автострада. Кажется, я впервые видела Егора таким. Энергичное выражение покинуло его лицо, а глаза казались потухшими. Раньше я всегда замечала в них искры огня — когда он играл на отчетных концертах в музыкальной школе, когда катался в рампе на самокате с моим братом или играл в компьютерную игру. Этот огонь не гас из-за того, что Егор уставал на тренировках, разбивал колени в кровь и редко попадал на пьедестал на соревнованиях по плаванию. Мой старый друг привык жить азартно, но сейчас я совершенно его не узнавала и, что хуже, ничем не могла помочь.

Несмотря на то что я окончила музыкальную школу по классу фортепиано, сочинение мелодий казалось мне сродни квантовой физике. Я могла играть только чужую музыку, но не создавать свою. Егор же, напротив, с детства был музыкальным вундеркиндом. Он выиграл массу конкурсов и в десять лет написал первую пьесу. Но, возможно, сегодня ему не требовалась помощь, а просто хотелось выговориться.

— Почему ты решил спеть эту песню сегодня? — спросила я после небольшой паузы.

— Просто подумал, почему бы и нет? Меня уже отпустило то, что мешало исполнять ее раньше. Я оставил прошлое в прошлом и… — мой собеседник осекся. — Не знаю, зачем говорю все это.

Подобное происходило не в первый раз. Люди часто делились со мной наболевшим, в том числе незнакомые. Видимо, я производила впечатление человека, которому можно многое рассказать.

— Извини, что загрузил своими проблемами, — сказал Егор.

— Ничего страшного, — я слегка улыбнулась и обхватила себя руками, безуспешно пытаясь согреться.

Егор заметил мою дрожь. Сам он накинул кожаную куртку, прежде чем выйти на балкон. На мне же было легкое платье, полупрозрачные рукава которого никак не защищали от холода.

— Пойдем внутрь, пока ты совсем не замерзла, — хрипло сказал Егор и дотронулся ладонью до моего плеча.

От его прикосновения по всему телу побежали мурашки. Сквозь тонкую ткань платья я почувствовала, какой неожиданно горячей оказалась его рука. Горячей и жесткой — кожа на длинных музыкальных пальцах огрубела из-за игры на гитаре. Этот парень как будто обладал иммунитетом к холоду, в отличие от меня. И огонь в его темных глазах загорелся с новой силой.

Я ощущала жаркое дыхание на своей коже и не могла пошевелиться, зачарованная взглядом, который отражал свет далеких звезд. Егор смотрел очень внимательно, словно видел меня впервые в жизни и хотел изучить мельчайшие детали. От сандалового аромата его парфюма кружилась голова, а ноги просто подкашивались. Я мечтала остановить или хотя бы замедлить время. И прекрасно отдавала себе отчет в том, что шагнула навстречу пропасти. Сопротивляться силе, с которой меня притягивало к Егору, было просто невозможно.

Наверное, именно так чувствуют себя при затяжном прыжке с парашютом. Страшно и волнительно, но в то же время легко и свободно. В моих венах кипел адреналин, а сердце колотилось как сумасшедшее. Я никогда не думала, что можно испытать ощущение полета, находясь на земле.

Мы могли бы стоять здесь вечно, но волшебство разрушил скрип балконной двери. На пороге показались две девушки, которых пригласил на вечеринку Сашка.

— Егор, вот где ты прячешься! — проворковала одна из них. Та самая, с серьгой в носу.

Услышав ее слова, парень опустил руку.

— Пойдем! Тебя уже все потеряли, — сказала вторая.

Взяв Егора под локти, они увели его обратно в комнату. Причем он даже не пытался сопротивляться. Мне оставалось только смотреть троице вслед, до боли сжимая кулаки. Острые ногти впивались в ладони, и весь мир перед глазами заволокло туманом.

Парашют не раскрылся. Минуту назад моя душа парила среди звезд, искрящихся в иссиня-черном небе. Но потом она разбилась и теперь истекала кровью на голых, холодных камнях.

Выждав немного, я тоже ушла с балкона. Музыка, доносящаяся из колонок, не мешала гостям играть в «Имаджинариум» за большим столом. Ее то и дело заглушали взрывы смеха. Помимо карт на столе уже скопилось немалое количество пустых бутылок и пачек от чипсов.

Егор не участвовал в игре, так как пропустил ее начало. Он сидел на диване с теми самыми девушками. Одна из них обнимала его за плечи. Вторая положила ладонь ему на бедро и томным голосом промурлыкала:

— Ты обещал меня покатать. А обещания надо выполнять.

— Скоро все будет. Только зайдем ко мне за экипом, — ответил он, и девушка довольно улыбнулась. Она напоминала кошку, которая до отвала налакалась сметаны.

Я отвернулась, почувствовав, как игла ревности еще раз кольнула сердце и по телу начал разливаться черный яд. Его горький, противный вкус щипал губы, а живот внезапно скрутило в узел. Еще хоть секунда рядом с ними, и меня бы стошнило прямо на мамин дизайнерский ковер. Поэтому я сбежала к себе. Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и медленно сползла вниз.

Как Егор мог быть таким милым со мной и через пару минут обжиматься с другими? Еще и с двумя одновременно! Это никак не укладывалось в голове.

Дура! С чего ты вообще решила, что значишь что-то для него? Он ведет себя так со всеми. Просто хотел казаться джентльменом рядом с тобой. Ты же маленькая сестренка его лучшего друга. С тобой нельзя иметь отношений. Ты не можешь дать то, что ему нужно. А те девчонки могут и дадут.

За дверью монотонно грохотали басы. Мой внутренний голос иногда срывался на крик, но у него не получалось их заглушить. Низкие частоты давили на мозг, а стены наступали с четырех сторон. Казалось, маленькая комнатка сжималась, рискуя меня раздавить. Я обхватила голову руками, чувствуя барабанную дробь в висках.

Здесь больше нельзя было оставаться. Мне срочно требовался глоток свежего воздуха!

Не в силах бороться с клаустрофобией, я резко встала. Скинула с себя дурацкое платье и натянула вместо него футболку и джинсы, а потом вышла в коридор. Пришлось основательно потрудиться, чтобы достать свою джинсовую куртку из-под вороха одежды гостей. Я надела ее, запрыгнула в кроссовки и вышла из квартиры. Входная дверь с шумом захлопнулась за мной.

Глава 4.2

Не помню, как оказалась в трех кварталах от дома. Просто бездумно брела по проспекту, время от времени пиная камешки под ногами. Автомобили проносились мимо и растворялись в красно-белом свете фар. Ночной воздух помог справиться с приступом, и дышать стало легче. Но от предательских слез все равно щипало глаза.

Судьба жестоко подшутила надо мной, заставив влюбиться в Егора. В его лукавую улыбку, теплый взгляд, проникновенный голос и заразительный смех. Он был талантлив, но не хвастался. Умен, хотя часто пропускал лекции. В свои двадцать лет Егор уже подрабатывал и практически не зависел от родителей финансово. Виртуозная игра на гитаре давала еще плюс сто очков к привлекательности.

А еще именно он помог мне, когда в девять лет я случайно заперла себя в старом сарае, играя с ребятами во дворе. Я так хорошо спряталась, что полчаса никто не мог меня найти, а когда попыталась выйти, то выяснила, что дверь открывалась только снаружи. Минут десять я тарабанила по ней, кричала так, что сорвала голос, и уже хотела сдаться, но именно в этот момент увидела силуэт Егора в луче света. Он протянул мне руку, помогая выбраться, и его рука была такой же горячей, как сегодня. Сашка с друзьями тогда убежал в соседний двор, а Егор вспомнил обо мне, дал свой платок, чтобы я могла вытереть слезы, и угостил мороженым.

Но тот мальчик остался в прошлом. Обаяние нынешнего Егора притягивало девушек, как свет уличного фонаря — наивных мотыльков. Прямо у меня над головой они обжигали свои крылья о раскаленное стекло. Отлетали в сторону. Опять устремлялись к плафону и в какой-то момент падали на асфальт, чтобы больше никогда не подняться. Они были обречены. Не хотелось признавать, что я оказалась просто очередным мотыльком, которому суждено закончить вот так.

Чем я заслужила разбитое сердце? На этот вопрос у меня никак не получалось найти ответ. Говорят, первая любовь часто оказывается несчастливой. Видимо, я не являлась исключением из правил.

Пришло время окончательно выбросить из головы мечту о том, что мы с Егором когда-нибудь будем вместе. Нужно просто жить своей жизнью. По-дружески общаться в компании и в университете, но не переходить границу. Поддерживать группу, как простая поклонница, но не желать большего и не смотреть на фото Егора перед сном. Фантазии о счастье с ним только отравляли душу. Этот яд казался сладким на вкус, но в итоге медленно убивал.

Егору нужна была такая же яркая девушка, как он сам. Уверенная в себе, красивая и смелая, а не та, что видела его с усами от какао в двенадцать лет. И не та, которую он тщетно пытался научить кататься на велосипеде. Девушка, с которой его не связывали неловкие воспоминания.

Мои грустные мысли прервал гудок желтого такси, притормозившего рядом. Я обернулась и увидела, что водитель перегнулся через пассажирское сиденье и опустил стекло.

— Эй, красавица! Подвезти? — спросил он.

— Спасибо, не надо.

Мне резко стало не по себе. Было уже довольно поздно. На улице оставались только редкие прохожие и пьяные компании. Столкнуться с одной из них ни капельки не хотелось. Обычно я вела себя куда более осторожно и только сейчас начала понимать, как опрометчиво поступила, уйдя в ночь. Самое время повернуть назад к дому.

— Такую красавицу куда хочешь довезу. Исполню любое желание, — не отставал водитель.

— Вы что, волшебник? — спросила я скептически.

— Я джинн! — он гордо улыбнулся и подмигнул мне, что только укрепило мои сомнения на его счет.

— Как-то не верится.

— Верьте, не верьте, а вам нужно уходить отсюда. Еще в аварию попадете.

— Вы что, будущее видите?

— Странная вы, девушка. Я помочь вам хочу…

Таксист обиделся на мои слова, поднял стекло и уехал. А мне стало не по себе от того, что он сказал.

Глядя вслед удаляющейся желтой машине, я почувствовала вибрацию в кармане куртки. Звонил Сашка. Наконец-то заметил, что меня нет дома. Я решила не заставлять его долго ждать и ответила на звонок.

— Ань, я тебя обыскался! Где ты ходишь? — начал с упрека брат.

— Гуляю, — ответила я спокойно.

— Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени?

— Знаю! — соврала я и подошла к пешеходному переходу. — Уже иду домой.

— Я тебя встречу…

Сашка сказал что-то еще, но его голос заглушил пронзительный свист покрышек. Я в ужасе прикрыла рот рукой, не в силах произнести ни слова.

У меня на глазах зеленый автомобиль вылетел на дорогу при выезде со двора. Потом был удар. Бок машины протаранил мотоцикл. Они столкнулись с такой силой, что детали байка разлетелись по всей улице.

От удара мотоциклист и его пассажирка взлетели в воздух. Девушка при этом сделала сальто-мортале. В полете с нее слетел шлем, и она с глухим стуком упала на землю. Байкера тоже отбросило. Он покатился по асфальту и, перевернувшись на спину в последний раз, остался лежать без движения.

Все произошло настолько быстро, что я не успела опомниться.

— Аня! Аня! — кричал Сашка прямо мне в ухо, но я практически его не слышала.

Мой взгляд был прикован к ужасающей сцене, разыгравшейся на проспекте. Удостоверившись, что дорога пуста, я бросилась на проезжую часть. В то же время поврежденную машину никто не покинул.

Разбитый вдребезги красный мотоцикл показался мне очень знакомым, когда я подбежала ближе.

Неужели?..

Я упала на колени перед мотоциклистом, распластавшимся на асфальте. Его черная экипировка с красными вставками была местами разодрана. Точно такая же экипировка, как у него. Но сколько гонщиков катают по дорогам в одинаковых куртках и штанах? Может, это просто совпадение?

Голова байкера лежала на боку. Я осторожно приподняла визор на шлеме и остолбенела от того, что увидела. У моих ног прямо сейчас умирал Егор. Поднеся ладонь к его носу, я почувствовала слабое дыхание. Счет жизни Егора шел на минуты.

— Только не ты! — почти прокричала я. — Ты не можешь сейчас погибнуть!

Веки раненого дрогнули и слегка приоткрылись.

— Что случилось?.. — еле слышно произнес он.

— Тебе скоро помогут… Слышишь? — сказала я сбивчиво. — Пожалуйста, только держись!

Дрожащими пальцами я набрала на мобильном номер 112 и рассказала диспетчеру, что произошло и где нахожусь. Оказывать первую помощь Егору самостоятельно было слишком опасно, ведь он мог повредить позвоночник. К тому же я знала обо всем только в теории и боялась сделать еще хуже.

После звонка из глаз водопадом хлынули слезы. Они текли и текли, а я только размазывала черную тушь по лицу.

Как же так? Почему? За что?! Десятки вопросов крутились в моей голове.

Егор лежал рядом на холодном асфальте, и я внутренне умирала вместе с ним. От боли, которая разрывала мою душу, хотелось кричать на весь мир! Даже на целую Вселенную! Но я могла выдавить из себя только сдавленные рыдания.

В реальность меня вернул чей-то грубый голос.

— Он жив? — спросил незнакомец.

Я обернулась и сквозь пелену слез увидела перед собой того самого таксиста, который предлагал меня подвезти. Наверное, он не успел далеко уехать — как будто действительно ждал, что случится авария.

— Да, — произнесла я. — Скорая и полиция уже едут.

Услышав мой ответ, мужчина поставил рядом с нами аварийный знак в виде красного треугольника и направился к пострадавшей девушке-пассажирке. Ей тоже требовалась помощь, но я просто не могла заставить себя покинуть Егора. Склонившись над ним, я нежно и аккуратно положила руку на его шлем.

— Все будет хорошо. Помощь уже близко, — прошептала я, но Егор больше ни на что не реагировал.

Последнюю фразу заглушил звук работающего мотора. Я обернулась и увидела, как покореженный зеленый автомобиль пришел в движение. На глазах у меня и водителя такси он развернулся и рванул прочь.

— Эй! Куда?! — прокричал мужчина ему вслед.

Но тот, кто находился за рулем авто, даже не думал останавливаться. В оранжевом свете фонарей я достала телефон и сделала несколько фото уезжающей машины, прежде чем она скрылась за поворотом.

Считанные минуты до приезда скорой и полиции показались мне вечностью. Я молилась только о том, чтобы Егор их дождался. Он едва дышал, лежа передо мной, и я ничего не могла сделать.

Еще час назад мы разговаривали о музыке на балконе. Тогда я в восхищении смотрела, как неоновые огни города отражаются в глубине карих глаз. Сейчас же эти глаза были закрыты, а я боялась больше никогда их не увидеть.

Как все могло измениться за пару часов? И почему жизнь настолько жестока? Здесь, в ночной тишине, которую нарушал только шум редких машин и собачий лай, никто не мог ответить на мои вопросы.

Да, в моем сердце жила обида. Но она растворялась, как запах выхлопных газов и жженой резины в ночном воздухе. Сегодня Егор причинил мне боль, сам того не подозревая. Но он не заслуживал того, что произошло. Я не хотела. Я, правда, никогда не желала ему подобного…

Приехавшие фельдшеры сразу оттеснили меня от раненого. Оставалось только наблюдать, как ему светят в глаза фонариком, оказывают первую помощь и кладут на носилки.

— Девушка?

Я вздрогнула от прикосновения к своему плечу и обернулась. У меня за спиной стоял сотрудник ГИБДД.

— Пройдемте со мной, — сказал он.

Я неопределенно кивнула. Инспектор отвел меня от места происшествия и начал о чем-то расспрашивать. Его голос казался далеким, почти неразличимым. Он будто находился на суше, а я — под водой. Сотрудник ГИБДД обращался ко мне, но я смотрела не на него, а вслед мигающей красно-синими огнями машине скорой помощи, которая увозила Егора и его пассажирку.

Конец ознакомительного фрагмента. Полная версия выйдет в 2024 году в импринте "Маракуйя".