Приворот на истинность

Пролог

Стук в дверь повторился, и я поморщилась.

— Иду я, иду! — пробормотала я, спуская ноги с кровати.

Туфли я не нашла и, махнув рукой, пошлёпала к двери босыми ногами. Пол в комнате был на удивление тёплым. Так и не скажешь, что академия находится внутри скалы.

И снова стук. Кому же там не терпится?!

— Да сколько можно! — рявкнула я, распахивая дверь.

О чём тут же пожалела.

За порогом стоял Марсель. Марсель Норфилд собственной персоной. С короткими белоснежными волосами и льдистыми глазами.

— Элис-сон, — прошипел он и оскалился.

Я моргнула. А этот-то что забыл на пороге моей комнаты с утра пораньше? Я его не звала! О чём тут же не постеснялась ему сказать.

— Не звала, значит? — переспросил он с ледяной яростью, и в недавно тёплой комнате словно стало на пару градусов холоднее.

А ещё совершенно иррационально захотелось погладить его по щеке.

Стоп! Да что происходит?!

— Что тебе нужно? — спросила я, отступая на шаг, чтобы увеличить расстояние.

Жаль, этот придурок расценил мой жест совершенно неправильно и шагнул следом. Мягко, бесшумно. И так же бесшумно прикрыл дверь за своей спиной.

— Эй! — возмутилась я. — Я тебя не приглашала! А ну свалил из моей комнаты!

— Ну уж нет, — возразил он с полубезумной улыбкой. — Уйду не раньше, чем ты снимешь с меня эту дрянь.

А в следующую секунду шагнул вперёд и без предупреждения обхватил руками, прижимая меня к себе. Я впечаталась в твёрдую грудь. Лёгкие заполнились морозным запахом ментола. Тело моментально захлестнуло волной счастья. Стало тепло, хорошо, безопасно.

Я на несколько секунд замерла в странном оцепенении, не в силах пошевелиться… А потом до меня дошло!

Я ведь сейчас обнималась не с кем-то там, а с Марселем! Марселем, мать его, Норфилдом! Которого ненавидела всей душой!

И мне это… нравилось?! Да ну, что за бред!

— А ну пусти! — рявкнула я и принялась вырываться. — Пусти, слышишь?! Не то я пожалуюсь куратору…

— Ваш куратор я, — невозмутимо отозвался он.

Да, точно. И тут облом.

— Тогда ректору! Или декану! Родителям твоим напишу! Пусти, слышишь? Сейчас же!

Марсель медленно, словно лениво, отстранился. Взглянул мне в глаза, и я застыла, словно меня заморозили.

— Как же ты меня бесишь, Элисон, — совершенно искренне поделился он. — Ненавижу тебя.

А в следующую секунду он впился в мои губы болезненным поцелуем.

Глава 1

За день до этого

Перемещение прошло относительно легко. И уже через несколько минут я с наслаждением вдыхала морозный запах академии Рокмор-Тауэр. Здесь пахло ледяным камнем, серой и немного озоном. Но самое главное, что ближайшую неделю я проведу здесь.

А не в родной академии Этфорд, под боком у предателя Гастона Боггарта.

У-у, ненавижу!

Стоило только вспомнить его имя, как в памяти всплывала картинка. Как Гастон стоит в пустой аудитории со спущенными штанами, а на парте, откинув голову, сидит длинноногая блондинка с третьего курса.

«Элис, детка, ты всё не так поняла! Мы просто делали вместе доклад по истории!»

С-скотина.

Плотнее натянув шапку, прячущую вишнёвые волосы, я стряхнула с себя мрачные мысли. И покатила чемодан ко входу в академию. Половина делегации уже скрылась внутри, и отставать мне не хотелось.

К моменту, когда я оказалась в просторном холле, все наши собрались у правой стены. Поудобнее перехватив ручки чемодана и саквояжа, я ускорила шаг. И едва не споткнулась, услышав знакомый голос:

— Элис, это ты! Ну наконец-то, я думала, что это тебя в академии забыли!

Мы разве забыли кого-то в академии?

Впрочем, неважно. Ко мне на всех парах через всю площадку неслась Моника. Во всём своём неуёмном великолепии. Разноцветные пряди волос подпрыгивали в такт ходьбе, к груди был прижат бессменный блокнот.

— Наконец-то ты приехала! — заявила Моника, крепко меня обнимая.

Я обхватила подругу в ответ и выдохнула:

— Это тебе спасибо. За то, что смогла внести меня в список делегации в последний момент.

Если бы осталась в одной академии с придурком Гастоном, точно бы его прибила. Возможно, меня бы даже оправдали.

— Я же говорила: для меня нет ничего невозможного, — кивнула подруга и хитро улыбнулась. — И раз уж мы сошлись на том, что ты у меня в долгу, готовься. Чуть позже выдам тебе задание на эту неделю. А пока вот, держи.

Она деловито протянула мне сложенный вдвое листок. Исписанный с двух сторон. Мелким почерком.

— А это точно всего на неделю? — уныло уточнила я.

Моника только глаза закатила.

— Это список ваших мероприятий. Черновик. Красивая версия – у главы делегации и вашего куратора. Которого, кстати, где-то носит. Должен уже быть здесь.

— Кстати, — спохватилась я. — У тебя вечером будет время? Может встретимся, посидим? Ну, как в прошлый раз?

— Конечно, встретимся. И обязательно поболтаем, все вместе. Только сначала надо найти вашего куратора и отдать ему обновлённый список участников. И потом ещё дела закончить…

Она обвела холл задумчивым взглядом и просветлела:

— А, вот и он.

Я проследила за её взглядом… и почувствовала, как моя улыбка медленно сползает с лица. Потому что куратор, к сожалению, был мне знаком. Слишком хорошо и, увы, печально. Мы, мягко говоря, на дух друг друга не переносили. С самого раннего детства.

— Что он здесь делает? — спросила я резко севшим голосом.

— Как это, что? — удивилась Моника. — Пришёл встречать вас, разумеется. Он ведь ваш куратор.

— Но почему…

Вопрос о том, каким образом человеческий маг оказался в драконьей академии, застрял в горле. Ведь к тому, что Марсель Норфилд в своё время с треском провалил вступительные экзамены в Этфорд, я приложила руку лично.

Не сказать, что незаслуженно. За пару месяцев до этого он сорвал мой дебютный бал. И заодно – лишил любого шанса выгодно выйти замуж. Конечно же, доказать вину Марселя оказалось невозможно. Но по его лицу в момент моего позора всё было очевидно.

Уверена, он тоже догадывался о том, кому был обязан проваленными экзаменами (хотя признаваться я, конечно же, не собиралась).

После того случая отец Марселя подсуетился, и сына приняли в какую-то заграничную академию. Но куда именно, мне тогда не сказали – да я и не интересовалась. Просто наслаждалась тем, что уже несколько лет не сталкивалась с ним лично.

Теперь-то было очевидно, почему: Рокмор-Тауэр находился в прямо противоположной части света от Каэлдора. Так что у меня были все шансы так и не встретиться с этим гадом до самого выпуска.

Кто мог знать, что сегодня, сбегая от предателя Гастона, я угожу прямиком в академию, где учится Марсель. Кто вообще додумался сделать его куратором? Да бог с ним, с куратором – как он умудрился попасть в драконью академию?!

Обернувшись на сбежавшую Монику, я вздохнула и на негнущихся ногах пошла к группе. Подходить к Норфилду не хотелось. Но стоять одной посреди зала было ещё бессмысленнее.

— Нужно немного подождать, — втолковывал профессор Хансен, невысокий мягкий мужчина средних лет. Глава нашей делегации и очень неслабый маг. — У нас небольшие изменения в составе, и один человек задерживается.

— У меня указание довести вас до общежития и проследить за заселением, — возражал Норфилд своим бесяче-бесстрастным голосом. — Опоздавший может добраться самостоятельно.

— Вы ведь курируете нашу группу?

— Всё верно. Но я не обязан сопровождать вас целый день. К тому же, через час у меня тренировка.

Он скользнул взглядом по присутствующим и слегка вздрогнул, когда взгляд коснулся меня. И всё. Ни единого намёка на то, что мы с ним вообще знакомы.

И отлично. Если так продолжится, у нас будет шанс дожить до конца недели, ни разу не отравив друг другу жизнь.

Впрочем, пока всё шло неплохо. Отставшего студента мы бестолково прождали ещё минут пятнадцать. За это время выяснилось, что в Рокмор-Тауэр с тяжёлой руки Моники приехали ещё две моих подруги – Лия и Бейли. Значит, Рина тоже была где-то здесь.

Но этого я выяснить уже не успела. Наш заносчивый куратор всё-таки добился своего – дожидаться отставшего мы всё же не стали. Подхватили чемоданы и потащились прочь из холла.

К счастью, к жилым помещениям вела подъёмная платформа. И это стало действительно приятным сюрпризом. Спускаться по лестницам через несколько ярусов мне совершенно не хотелось. Во всяком случае, чемодан совершенно не располагал к пешим прогулкам.

К сожалению, на этом приятные сюрпризы закончились.

О том, что затевается какая-то подлянка, мне стоило догадаться сразу. Ещё в тот момент, когда Марсель заявил, что расселять будет сперва преподавателей, потом парней, и лишь после этого – девушек.

Надо сказать, в нашей делегации девушка была всего одна (не считая профессора Рейс, впрочем, и она была уже лет пятьдесят как не девушка). Наши педагоги решили подойти к вопросу разумно, и в мужскую драконью академию (Рокмор-Тауэр, то есть) отправили исключительно студентов мужского пола.

Я до сих пор удивлялась, как Моника умудрилась протащить в портал меня, да ещё и в последний момент.

Так вот, учитывая все обстоятельства, я была морально готова к некоторым неудобствам. Даже допускала, что меня могут подселить к другой делегации… Но вышло всё намного хуже.

— Это что за кладовка? — выразительно уточнила я, застыв на пороге доставшейся мне комнаты.

Я бы решила, что вовсе попала не туда, но номер на двери показывал номер двадцать шесть. Как и ключ у меня в руках. Я растерянно огляделась. Впрочем, как раз оглядывать здесь было и нечего. Кладовка – и есть кладовка.

— Тут даже кровати нет.

Только брошенный на пол матрас. Который, мягко говоря, не влезал по длине.

— Как грубо, — издевательски отозвались из-за спины. — Это твои личные индивидуальные апартаменты. Экс-клю-зивные. Всё твоё.

Я стрельнула ненавидящим взглядом в стоявшего за моей спиной куратора.

— Ты это специально устроил, да?

— Что именно? — картинно изумился Марсель. — Выбил для тебя отдельную комнату на жилом этаже? Не забывай, что тебя в делегацию включили в последний момент. И ты единственная представительница женского пола. Ничего лучше найти не успели.

И, конечно же, логика у него как всегда безупречна. Как же бесит.

— Как-то это всё-таки мелочно, — отметила я. — Даже для тебя. Или ты всегда так себя с девушками ведёшь?

Его глаза опасно блеснули. Он резко склонился ко мне.

— О, поверь, с девушками я обращаться умею. Ни одна из них не осталась недовольной. Но ты – особый случай.

Я криво усмехнулась, и не думая отступать.

— Да что ты? Правда, особый? Неужто ты в меня влюбился?

Я не успела моргнуть, как оказалась прижата к стене коридора. Марсель нависал сверху, опираясь ладонями по обе стороны от меня, и излучал ледяную ярость. Вот теперь всё вставало на свои места. Эту эмоцию я знала прекрасно – годы общения всё-таки.

Судя по всему, я его всё-таки достала.

Я широко улыбнулась, уже предчувствуя, как парень сорвётся, и я с чистой совестью нажалуюсь главе делегации. И потребую смены куратора.

Увы, выдержка парня с годами улучшилась.

— Как… — процедил он, яростно сверкая глазами. — Как тебе совести хватило сюда приехать? Думала, я тебя встречу с распростёртыми объятиями? После того, как провалил экзамены из-за тебя?!

— Остынь, Норфилд, — фыркнула я. — Я понятия не имела, куда тебя пристроили. Знала бы, что ты тут учишься – в жизни бы не поехала. А насчёт экзаменов – ты ничего не докажешь.

Он криво улыбнулся, обнажая ровные зубы. На висках засеребрился иней, оттеняя белоснежные волосы.

— Конечно, не докажу, — согласился он. — Кто-то очень тщательно стёр с моего волшебного пера все отпечатки силы. В противном случае мой отец…

Я закатила глаза.

— Ой, ничего бы он не сделал. Детская шалость, не более. Так ведь мне сказали, когда моё платье случайно разорвалось на дебютном балу?

Надо сказать, очутиться посреди переполненного зала в нижнем белье – оказалось удовольствием ниже среднего. Меня до сих пор передёргивало от взглядов, которыми меня в тот день провожали. Насмешливые. Масляные. Мерзкие.

Не уверена, что хоть когда-нибудь соглашусь вновь выйти в бальный зал. В родной академии я эти мероприятия игнорировала. Даже тот, что готовила Моника в Рокмор-Тауэр через неделю (ради чего она меня, собственно, и вытащила) я планировала пропустить. Собственно, я и платье с собой не привезла.

Но – сюрприз – виновника после того случая так и не нашли. Все печати силы тоже оказались мастерски потёрты.

Несколько секунд Марсель молча смотрел на меня. На скулах играли желваки, а глаза продолжали сверкать яростью.

— Ты ничего не докажешь, — выплюнул он наконец.

— Безусловно, — согласилась я. — Пожалуй, на этом и закончим. А теперь – найди для меня нормальную комнату.

Парень усмехнулся и отступил на шаг.

— Могу подселить тебя к вашему профессору. Как там её? Профессор Рейс?

Я поёжилась. Жить с профессором хотелось ещё меньше, чем в этой каморке. Хильда Рейс, в своём строгом сером платье и с гладким пучком на голове сильнее всего напоминала спицу. Если окажусь в её комнате, о работе по ночам можно забыть. Как и о встрече с подругами. А ведь у меня сегодня были планы на ночь – как минимум, поплакаться на горькую судьбу и гадкого бывшего. Который не просто мне изменил, но и отказывался оставлять в покое.

— Нет? — Марсель усмехнулся на мой мрачный взгляд. — Тогда могу предложить место в заброшенных казематах под пятым ярусом. Сыро, мрачно, зато просторно. Компания интересная, опять же. Может, хоть там тебя наконец сожрут.

— Спасибо, — с ненавистью выплюнула я, — меня всё устраивает.

Спать, конечно, придётся, поджав ноги. А куда впихнуть чемодан, вообще непонятно. Но как-нибудь справлюсь.

— Верное решение, — похвалил он. И снова склонился ко мне. — И запомни…

Какую светлую мысль мне собирался передать, я так и не выяснила. Потому что в этот момент послышался ещё один знакомый голос. Который я надеялась никогда не услышать:

— Элисон, детка, кто это такой? Почему вы стоите так близко?!

Я медленно повернула голову и нелитературно выругалась.

Похоже, последний член нашей делегации всё-таки прибыл. Гастон стоял в нескольких шагах от меня. В расстёгнутом пальто и с чемоданом. Высокий, широкоплечий, с чёрными как смоль волосами и мощным подбородком. Когда-то он мне казался мужественным и надёжным. Сейчас же…

— Ты что здесь делаешь? — обречённо спросила я. — Тебя ведь не было в составе делегации.

Я лично проверяла. Между попытками Гастона завязать разговор и моими попытками от этого разговора скрыться, я получила письмо от Моники.

Подруга говорила о том, что драконья академия Рокмор-Тауэр организует какое-то мероприятие по обмену опытом, и приглашает делегации из лучших академий дружественных стран. И академия Этфорд как раз вошла в их число. Сама подруга была ответственна за организацию бала в конце этой встречи.

Разумеется, я тут же выяснила всё, что могла – и слёзно попросила подругу включить меня в список. Учитывая, что отец Моники был очень и очень влиятелен в высших драконьих кругах, для неё это не создало проблем. Так я и оказалась единственной девушкой в делегации. И улизнула прямо из-под носа у Гастона.

Во всяком случае, так я считала.

— Там один парень заболел, — мрачно объяснил бывший. — Я с утра бегал, оформлял документы. Даже к отправлению опоздал. Но ты, очевидно, без меня не скучала.

— Так не терпелось попасть к драконам? — ехидно уточнила я. — Ну так сказал бы, я бы тебе место уступила.

— Шутишь? — В его голосе проскользнула злость. — Я приехал за тобой. Тут-то ты от меня не сбежишь.

— Гастон… — прорычала я, чувствуя, как к горлу подступает ком ярости. — Ты вообще намёков не понимаешь? Повторю ещё раз: я видеть тебя не хочу, слышишь? Никогда больше!

Парень на секунду прикрыл глаза, словно прося сил у Всеединой матери. А когда открыл, голос его звучал почти ласково. Так, словно он успокаивал неразумного ребёнка, ей-богу!

— Морковочка, ну пойми: это была ошибка. Все совершают ошибки, ты ведь знаешь?

— Ошибка – это когда ты пришёл на свидание без цветов. А секс-марафон в лаборатории с незнакомой блондинкой…

— Её зовут Шелли…

Я аж задохнулась от возмущения. А ещё испытала непреодолимое желание запустить в Гастона чемоданом. А ещё лучше – облить какими-нибудь реагентами. Например, радужным концентратом. А что? Этот гарантированно не смоется как минимум неделю, и Гастон будет сверкать как новогодняя ёлка до самого зимнего бала. Можно смело в центр зала ставить вместо праздничного дерева.

Вот только реагенты дорогие, зараза…

— А секс-марафон с Шелли, — прошипела я наконец, — это не ошибка, Гастон. Это предательство. И если тебе всё понятно…

— Ну уж нет, — отрезал он. — Я тебя не отпущу, даже не надейся. Да, я понимаю, что тебе нужно время, чтобы успокоиться. Вы, девушки, очень эмоциональные…

Я чуть не зарычала.

— Но… — продолжил он. — Чтобы я не видел тебя рядом с другими парнями, это понятно?

Он выразительно взглянул мне за спину. И только теперь я вспомнила, что у нашей беседы был свидетель.

Чтоб тебя, Норфилд!

Я обернулась через плечо. Марсель стоял, расслабленно прислонившись плечом к стене и явно наслаждался зрелищем. Поймав мой взгляд, он широко улыбнулся и подмигнул.

— Ну что вы, не обращайте на меня внимания. Кстати, Элис, рад, что ты нашла себе парня. Я был уверен, что с твоим характером ты так и останешься одна.

Вот про характер – кто бы говорил.

— Ты что здесь забыл? — огрызнулась я. — У тебя ведь, кажется, тренировка?

— О, ни в коем случае! — издевательски усмехнулся он. — Тренировки у меня по утрам. А сейчас я обязан выполнить свой долг куратора и поселить этого парня…

— Да как же ты меня достал! — рявкнула я. И добавила, обернувшись к Гастону. — Оба!

Развернувшись, я ногами затолкала чемодан в свою кладовку, подхватила саквояж – и захлопнула за собой дверь.

— Элис! — раздалось возмущённо из-за двери. — Мы не договорили!

— Мы и не начинали, идиот, — прошептала я и прижалась ухом к двери.

Там, в коридоре, Марсель что-то втолковывал Гастону. Я представила, как он закидывает моему бывшему руку на плечо и улыбается краем губ. Почему-то я помнила это его выражение. Каждый, кто его хоть раз видел, знал, что ничего хорошего после него ждать не стоит.

— …Организую вам встречу, — донеслось до меня. — Элис, она… никогда не говорит то, что думает. Просто будь посмелее.

Вот же… С-скотина. Если Гастон и тут продолжит меня преследовать… Впору в самом деле проситься жить в казематы.

Кстати об этом…

Голоса за стеной стихли, и я ещё раз огляделась, подсвечивая себе пространство магией. И лишний раз убедилась, что оказалась именно в кладовке. Тут не было ни света, ни вентиляции. И по длине она совершенно никак не вмещала человека. Метра полтора от силы – неудивительно, что кровать не влезла. Ещё и пахло моющими средствами и какими-то отдушками.

Похоже, Марсель всё же решил оторваться за тот провал экзаменов. Вот только если он решил, что я это проглочу, он сильно ошибался. За последние несколько лет мои навыки в артефакторике сильно улучшились. И мне было, чем ему ответить.

Но сперва нужно было разобраться с комнатой. Вот ни за что не поверю, что члена делегации действительно могли поселить в такое… недоразумение.

И мне было необходимо найти коменданта.

Осторожно приоткрыв дверь своей кладовки, я выглянула в коридор. Ни Гастона, ни Марселя видно не было. Что ж, и слава богу. Если повезёт, в ближайшее время я с ними и не встречусь.

Глава 2

Увы, разборки с комнатой затянулись дольше обычного. Сперва я оббегала несколько этажей в поисках коменданта. Бегала бы дольше, но мне помогли какие-то студенты-старшекурсники. Довели прямиком до кабинета и бросили в дверях.

— Все вопросы делегаций решаются через кураторов, — проскрипел комендант, сморщенный старичок с кроссвордом в руках. На вид ему было лет двести.

— Но наш куратор поселил меня в кладовку!!!

— Все жалобы на комнаты и жилищные условия подаются через кураторов, — повторил он, не поднимая взгляда. И, послюнявив карандаш, принялся вписывать в кроссворд новое слово.

Прорычав неразборчивое ругательство, я направилась на преподавательский этаж. Немного поразмыслив, постучала в дверь к профессору Рейс. Подождала. Постучала ещё раз. И лишь после пятой попытки пришла к неутешительному выводу: профессор куда-то ушла.

Скривившись, я перешла к плану Б: постучала в дверь Николаса Хансена, главы нашей делегации.

И снова тишина.

Спустившись на этаж, я пошла к комнатам парней – но и там никто не открыл. Очевидно, все члены делегации ушли куда-то все вместе, радостно держась за руки (или нет). А меня не взяли, потому что я в этот момент носилась по этажам в поисках коменданта. Который всё равно ничем не помог.

— Да что за невезение-то!!! — простонала я, вцепившись в волосы. — Они издеваются, что ли?!

— Ты чего тут делаешь? — послышалось из-за спины, и я вздрогнула от неожиданности. — Кстати, ты случайно, не видела Монику?

Точно! Моника! Вот кто мне поможет!

Я резко обернулась и широко улыбнулась. За моей спиной стояла Лия, ещё одна подруга из нашей дружной компании. Светлые волосы, бессменный голубой свитер и серые брюки. Только глаза были подозрительно красными, а губы искусаны.

Да уж, похоже, у неё тоже были проблемы. Да что ж за день-то такой?!

— Монику не видела, но она мне тоже нужна, — выпалила я.

— Вам тоже с куратором не повезло, да? — понимающе уточнила она.

— Скорее только мне.

Я резко выдохнула и, схватив подругу за руку, потащила к себе. С третьего раза попала ключом в замочную скважину и распахнула дверь.

— Вот! — выдохнула я. — Видишь? Видишь?

Лия окинула озадаченным взглядом крохотное пространство. Сиротливо скрутившийся тонкий матрас, чемодан и саквояж. И отметила:

— Это же кладовка?

— И я о чём! — возмущённо согласилась я. — Этому гаду хватило наглости меня сюда поселить.

— А комендант?

— Заявил, что все вопросы решаются через куратора, — пожаловалась я. Надо будет ему кроссворд нерешаемый подкинуть. Чтобы помучился.

— Ну и денек, — поджала губы подруга. — Нам точно нужна Моника.

Я согласно кивнула. Подтолкнула ногой чемодан, так и норовящий выкатиться на свободу, и заперла дверь.

Следующий час мы искали Монику по этажам. К сожалению, разобраться без неё было невозможно. И если мне просто не повезло с жильём, то Лия по вине куратора лишилась артефакта-накопителя, который был ей жизненно необходим. Очень мощная штука. Достать такой было почти невозможно. А впрочем…

— Если хочешь, могу попробовать сделать что-то похожее, — предложила я. — надолго не хватит, но на какое-то время…

— Ты меня очень выручишь! — искренне выдохнула Лия. И, кажется, даже немного посветлела лицом.

Я кивнула и сосредоточилась на цели. Теперь мне ещё сильнее была нужна нормальная комната – работать в кладовой без вытяжки было попросту невозможно.

Моника нашлась в церемониальном зале на первом ярусе. Стояла и раздавала указания студентам. Которые вздохнули с явным облегчением, когда мы приблизились. Пара минут объяснений – и глаза драконницы опасно сверкнули.

— Разберёмся, — сдержанно пообещала она. — А с вашими кураторами… я поговорю.

И – о чудо! Стоило Монике вмешаться, как всё заработало. Комендант оторвался от кроссворда и отправился проверять, на что там жалуется неугомонная красноволосая девица из человеческой академии.

— Дамочка, это ж не ваша комната, — удивился он, открыв дверь. — Вы почто в кладовку-то залезли? И куда дели уборочный инвентарь?

Я едва не зарычала. Но орать на старичка было мягко говоря, невежливо.

— Поверьте, я его никуда не девала, — терпеливо объяснила я. — Мне дали ключ и сказали, что моя комната здесь.

Комендант изумлённо посмотрел на протянутый мною ключ. Сверился с какими-то записями в блокноте.

— Странно, — изрёк он. — Судя по бирке, ключ действительно ваш.

Я поджала губы.

— Но ведь это кладовка, — закончил он мысль, и я согласно закивала. — Да-а, дела… Подождите-ка здесь, юная леди.

И он практически испарился – во всяком случае, подобной скорости передвижения я от такого тщедушного старичка точно не ожидала.

Впрочем, вернулся он так же быстро. Держа в руках ещё один ключ.

— Что-нибудь выяснили? — взволнованно уточнила я.

— Выяснил, — недовольно проскрипел он. — Кто-то поменял бирки от ключей. Этот от кладовой, — он продемонстрировал мне уже знакомый ключ с числом двадцать шесть, — а этот, — поднял другой, с невзрачным номерком, — от вашей комнаты.

Я выразительно покосилась на дверь моей кладовки.

— Ещё и номер переставили! — правильно понял мой взгляд комендант.

Оглядевшись, он безошибочно отыскал единственную в коридоре дверь без номера и подошёл к ней. Поверхность оказалась гладкой, но в одном месте краска была чуть темнее, и смутно угадывались цифры два и шесть.

— Ну попадитесь мне только, — прошипел он. — Я вам покажу, как имущество портить! На отработку отправлю!

Я украдкой улыбнулась. Моника, узнав о выходке моего куратора, сказала примерно то же самое. И что-то мне подсказывало, что одной отработкой для Марселя дело не ограничится. Он просто не представлял, с кем связался.

Ну и я, разумеется, тоже в стороне не останусь.

Комната оказалась совсем небольшой. Да и обстановка не поражала роскошью. Одна кровать, тумба, стол, узкий шкаф и комод. Но зато – отдельная уборная с самой настоящей ванной.

— Вот это я понимаю, жизнь, — одобрила я. — Целая комната, и всё мне одной.

Разбор вещей занял не больше десяти минут. Предметы гигиены отправились в ванную комнату, одежда – в комод. А всё, что не влезло, осталось в чемодане, который я попросту задвинула под кровать.

Ну а после этого пришла очередь саквояжа. Поставив его на стол, я расстегнула застёжки и замерла в нерешительности, критически оглядывая пространство. Что-то мне подсказывало, что вся моя походная лаборатория на стол не влезет.

Так что пока я решила обойтись минимумом.

Сперва достала компактную горелку и магический гравировщик. Затем вытащила минимальный набор алхимика (сложные составы я смешивать не рисковала, но базовый минимум входил в образование любого артефактора) и пристроила на край стола весы. После чего принялась расставлять на полках в шкафу всякую мелочь. Самые ходовые реагенты, заготовки, инструменты, справочники… Место стремительно заканчивалось, а саквояж и наполовину не опустел.

И я лишний раз порадовалась тому, что в своё время очень удачно прикупила его на распродаже. Он, конечно, обошёлся мне почти в трёхмесячную стипендию, но определённо того стоил.

Я как раз утрамбовывала саквояж под кровать (не скучать же чемодану в одиночестве), когда раздался стук в дверь. Я настороженно замерла, гадая, кого же принесла нелёгкая. И тут же выдохнула: послышался голос профессора Рейс.

— Через пять минут общий сбор в гостиной!

Я выглянула в коридор, но профессор уже стучалась в другую комнату, за несколько дверей от меня. Похоже, меня поселили в стороне от делегации. Впрочем, это было даже хорошо – меньше шансов, что Гастон придёт ко мне мириться. Если повезёт, он вообще мою комнату не вычислит.

На месте сбора я оказалась первой. Только успела переодеться в брюки и блузку и переплести растрепавшиеся с дороги волосы – и прямиком направилась туда.

Гостиная оказалась просторным холлом. Мы проходили мимо неё, когда шли от лифтов к комнатам. По центру помещения размеренно горел открытый очаг, вокруг него в свободном порядке стояли кресла и даже диваны. У стены виднелись рабочие столы. И – ни души, надо же.

Я выбрала себе место возле прохода и притихла. Отсюда была видна большая часть коридора, зато меня прикрывал раскидистый астроцитус, относительно большое растение с толстыми стеблями и разлапистыми листьями. В детстве у меня был такой. На Мранмаре подобные растения были экзотикой, а мне привёз его в подарок отец. Я с гордостью владела им целых восемь дней…

Пока его не заморозил Марсель.

Я помотала головой. Думать про этого гада не хотелось. Тем более, что наша группа уже начала собираться по центру гостиной, возле очага. Но преподавателей пока не было.

Астроцитус, конечно, не давал полной защиты, но если не приглядываться – меня было заметно не сразу. Так что я с удовольствием понаблюдала за тем, как Гастон по пути к месту встречи с минуту мялся на пороге кладовки. Стучал в дверь, шептал что-то в замочную скважину, даже злился.

Ровно до того момента, как его не подогнал профессор Хансен. И только распрямившись, Гастон заметил меня.

И сразу расплылся в довольной улыбке.

— Элис, детка, — протянул он, подходя ближе, — а я хотел проводить тебя до гостиной. Помнишь, мы раньше ходили вдвоём на все пары?

Да-да, примерно до тех пор, пока ему не задали тот самый доклад по истории.

— Гастон, — прошипела я дружелюбно, — шёл бы ты… обратно в Этфорд. Тебя там, наверное, подружка потеряла.

— Ревнуешь, — ухмыльнулся он и продолжил прежде, чем я успела возмутиться: — Она мне не подружка. То было временное помутнение, а люблю я только тебя. Ну? Хватит дуться…

— Боггарт и Лангер! — окликнул нас профессор Хансен. — Вам отдельное приглашение нужно?

Оказывается, наша делегация уже успела собраться в полном составе – все десять парней и трое преподавателей. Не хватало только нас с Гастоном.

— Знакомая ситуация, скажи? — отметил он вполголоса. — Раньше мы тоже…

— Не напоминай, — отрезала я и, соскользнув с дивана, направилась к остальным.

Заодно сделала себе пометку, что ситуацию с Гастоном пора решать. Раз избегать его не получается, надо придумать что-то более действенное.

На общем сборе нам прочитали краткую лекцию, где ещё раз перечислили все наши обязанности: вести себя цивилизованно, ни во что не влипать, не позорить честь родной академии Этфорд.

— А чтобы вы всегда были на связи, — торжественно произнесла профессор Рейс, — мне поручили раздать вам вот это.

Она по одному выдала нам на руки по небольшому металлическому кругляшу, напоминавшему карманные часы. Я озадаченно откинула крышку и уставилась на абсолютно пустую глянцевую поверхность. Чёрную и совершенно не прозрачную. Циферблата не было.

— Что это? — озадачился кто-то из парней.

— Малый оповещатель, — с гордостью сообщила профессор. — С его помощью можно отправлять и принимать короткие сообщения. Впредь именно через него я стану предупреждать об общих сборах и задачах. Так что всегда носите его с собой.

Вот это здо-орово… Артефакт такого уровня… Да я просто обязана его разобрать и выяснить, как он работает!

— Профессор, — подал голос Гастон, — а друг с другом можно обмениваться сообщениями?

— Можно, если вы знаете индивидуальный номер оповещателя собеседника, он написан на внутренней стороне крышки. В противном случае сообщение улетит в никуда.

— Элис, детка, — прошептал Гастон, — поделишься номером?

Он попытался меня приобнять, но я раздражённо скинула руку, спрятала оповещатель в кулаке, хлопнув крышкой… и замерла. Потому что на миг показалось, что в комнате резко похолодало.

— А вот и последний пункт нашей встречи! — обрадовался профессор Хенсли. — Позвольте ещё раз представить вам нашего куратора, Марселя Норфилда.

Я медленно обернулась. Марсель стоял, заложив руки в карманы, и почему-то пристально смотрел на меня.

Марсель

Вид Элисон Лангер, воркующей со своим бывшим, вызывал глухое раздражение. Впрочем, вид Элис вызывал во мне раздражение абсолютно всегда. Примерно с того самого момента, когда она мне подмешала в чай какую-то гадость, вызвавшую полное облысение.

Нам тогда было лет по семь. И Элисон таким образом отомстила мне за замороженное экзотическое растение. Астроцитус, кажется. Якобы, такое растёт только в Римари, и в Мранмаре его попросту не достать. А у неё были на него планы.

Нашла из-за чего беситься!

Волосы у меня, конечно, отросли, но поменяли цвет. Когда-то они были угольно-чёрными, а после того раза полностью побелели.

Конечно, я тогда в долгу не остался. Растение-то я заморозил случайно, а вот зелье она подливала вполне целенаправленно.

Уже не помню, что я тогда сделал. То ли запустил крыс к ней в спальню. То ли спрятал таракана в сумочку. Или стащил и спрятал любимую куклу? Взаимные уколы продолжались при каждой встрече, постепенно становясь всё более жестокими. А встречались мы часто: наши отцы дружили. И любую выходку, бездна раздери, списывали на обычные детские шалости.

Якобы, повзрослеем – и обязательно найдём общий язык.

Разумеется, всё вышло совершенно не так. И последняя выходка Элисон привела к тому, что я провалил вступительные экзамены в Этфорд. С треском!

И стоило-то ей это всего ничего. Она просто подменила моё перо другим. Новый пишущий артефакт выглядел точно так же, как мой собственный. С одной лишь разницей: высыхая, чернила менялись. Не сразу – где-то часа через три-четыре. Достаточно для того, чтобы я успел дописать экзамен и сдать работу. И катастрофически мало для того, чтобы мою работу успели прочитать и проверить.

Увы, к моменту, когда профессора приступили к проверке, в листке была написана какая-то ерунда. Ни одного правильного ответа.

Отец бы, конечно, мог добиться пересдачи: надавил бы положением, затребовал экспертизу магического вмешательства… Но проблема в том, что он уже давно хотел отправить меня учиться за границу.

Поэтому вместо пересдачи я был отправлен в Римари, в академию Рокмор-Тауэр. Здесь как раз открылось три вакантных места для обучения, и отец утверждал, что это отличный способ улучшить позиции на международном рынке.

Три раза ха.

Одной Всеединой матери известно, скольких трудов мне стоило удержаться здесь. Те двое, с кем мы приехали из Мранмара, не выдержали нагрузки. Были отчислены в первый же год. Остался только я. И я зубами выгрызал себе место под солнцем.

Человек в академии драконов. Я заранее проигрывал им всем.

Приходилось работать на износ. Не спать ночами, тренироваться до кровавых соплей, снова и снова.

Я справился. Развил свой дар, заставил себя уважать, и даже пробился в команду по Спеллкрафту. Что до сих пор казалось вовсе невозможным для человека. Туда брали драконов, сильнейших из сильнейших. И меня.

Несмотря на дурацкую шутку Элис, я смог не только выжить, но и преуспеть.

О, я собой гордился. Писал отцу. Надеялся, что он сможет приехать на игру…

А вместо этого приехала Элисон.

Вот уж кого я увидеть не ожидал, особенно с учётом того, что изначально мне обещали, исключительно мужскую делегацию. И когда я соглашался стать куратором группы, речи об этой вздорной девице, разумеется, не шло.

Кураторство давало мне дополнительные очки в выпускном табеле, и отказываться от них я не собирался. Со стороны академии логика тоже была вполне понятна. Выпускной курс, единственный студент из Каэлдора. Кого ставить, как не меня? А то, что в своё время я провалил вступительные именно в академию Этфорд – так это никого волновать не должно.

Справлюсь.

Хуже всего то, что из-за этого кураторства я пропустил утреннюю тренировку – и это накануне игры. Да и в целом выяснилось, что времени это занимает куда больше, чем я рассчитывал поначалу.

Впрочем, плюсы в этом всём тоже были. Да, Элисон сейчас находилась в моей академии. Но при этом именно я был её куратором, что давало мне определённое преимущество. Никто ведь не говорил, что положением куратора нельзя злоупотреблять. Тем более, что с нашей последней встречи я сильно изменился. И воспоминания об Элисон давно не вызывали во мне ничего, кроме того самого глухого раздражения.

Или так я думал. Но стоило увидеть росчерк вишнёво-красных волос, как чувства, казалось, давно забытые, снова вырвались наружу. Ненависть, ярость и… отчего-то, лёгкий азарт.

Увидеть, как она яростно заталкивает вещи в кладовку? Бесценно. Разумеется, я планировал указать ей на ошибку. Позже. Когда она как следует прочувствует собственное положение.

Или нет.

Увы, затея провалилась. Элис всё-таки заехала в предназначавшуюся ей комнату. А меня теперь по всему общежитию искал комендант, да ещё где-то там гонялась бешеная драконица с разноцветными волосами. Но оно того определённо стоило.

А ещё я готовился к ответному удару. Потому что кто-кто, а Элис в долгу не останется. Ну а у меня уже будет ответный ход. Довольно очевидный, к слову. Очень уж явно девушка кривилась при виде своего бывшего парня.

Подсказать пару мест для встречи, помочь ему остаться с девушкой наедине, перечислить самые частые маршруты, которыми ходят студенты…

Во всяком случае я так думал, пока не увидел, как Гастон по-хозяйски обнимает Элисон за плечи. И вот теперь внутри зашевелилась мысль, что, возможно, план придётся пересмотреть.

Придумаю что-то ещё. Что-то особенное. Вариантов у меня, разумеется, множество.

Элисон

Марсель скользнул по мне задумчивым взглядом и повернулся к профессору Хансену. Я выдохнула: на секунду показалось, что меня сейчас заморозят на месте, но нет. Это было всего лишь моё воображение.

Дальше мы слушали правила академии, распорядок дня, а также – узнали номер комнаты, в которой можно его, Марселя, найти.

Номер я, разумеется, запомнила. Но не для того, чтобы обращаться по любым вопросам, как нам предложили. Я была более чем уверена в том, что не существует таких вопросов, ради решения которых мне может потребоваться помощь Марселя. Пожалуй, в списке людей, к кому я обращусь в случае непредвиденной ситуации, Марсель Норфилд стоял на предпоследнем месте. Ровненько перед Гастоном.

Но зато номер его комнаты раскрывал передо мной почти безграничные возможности для ответной мести. Прямо-таки глаза разбегались. Подлянку можно было повесить на дверь, просунуть в комнату или вообще спустить по канализации – главное, знать, куда. В общем, вариантов тьма. Я даже позволила себе блаженную улыбку, и тут же поймала на себе подозрительный взгляд Норфилда… И подмигнула.

Кажется, мне сегодня будет, чем заняться.

Впрочем, со свободным временем как раз было довольно туго. Потому что после общего сбора нас повели на экскурсию по академии.

Академия Рокмор-Тауэр была целиком выбита в скале. Пару часов назад, прибыв на портальную площадку, мы оказались напротив административного здания с башней. Здание было довольно внушительным, однако внутри находились в основном кабинеты администрации. А ещё бальный зал и (внезапно) астрономическая башня.

— О, у вас есть башня! — обрадовался Терри Аларик, щуплый блондин с моего курса. Парень как раз заканчивал учёбу по специализации астрономии. — А подняться туда можно?

— Не советую, — отрезал Марсель. — Лучше вам к башне близко не подходить.

— Это ещё почему? — возмутился парень.

Куратор обернулся, сверкнул небесно-голубыми глазами.

— Потому что в башне можно встретить того, кого не ожидаешь.

— Например, призрака? — глумливо уточнил стоявший возле меня Гастон.

— Например, магистра Фура. И, поверь, эта встреча тебе может очень сильно не понравиться.

Гастон едва слышно выругался и отступил на шаг. Марсель же скользнул взглядом по мне и снова отвернулся.

После административного здания мы спустились ниже. Под землю. Академия уходила вниз на несколько ярусов, в каждом ярусе было по несколько этажей. Например, третий ярус насчитывал пять этажей общежития (нас поселили на четвёртом), а второй ярус состоял всего из двух учебных этажей.

Нас провели мимо аудиторий, показали лаборатории. Дальше мы спустились вниз, на четвёртый ярус, где посетили библиотеку, заглянули в теплицы и лазарет. И, наконец, завершили экскурсию в столовой.

В целом, знакомство с академией вышло довольно занимательным. Тут было столько крутых изобретений – та же подъёмная платформа. Мне было бы безумно интересно покопаться в устройстве всего, до чего я могла дотянуться… Если бы не пара моментов, которые бесповоротно всё портили.

Во-первых, всё время экскурсии я ощущала на себе пристальный взгляд Марселя, что вызывало глухое раздражение. Но это было ещё терпимо. Гораздо хуже, что Гастон то и дело оказывался рядом, пытаясь то приобнять, то прошептать что-то на ухо. Один раз даже попытался чмокнуть в щёку. И мне потребовалась вся моя изобретательность, чтобы продолжать держаться от него подальше.

Хотя выходило всё равно плохо.

С обедом я закончила быстро. Даже слишком быстро – совершенно не наелась. Но зато наконец-то смогла ускользнуть от Гастона и первой добраться до нашего этажа.

Я заперлась в своей комнате, привалилась спиной к стене и протяжно выдохнула. А потом медленно сползла на пол, прикрыв руками лицо.

По-хорошему, сейчас надо было бы найти главу делегации и попросить вернуть меня в родную академию. Придумать какую угодно причину: плохое самочувствие, срочное письмо из дома или болезнь несуществующего хомячка. Потому что основной причиной, по которой я сюда попала, было именно бегство от Гастона.

В памяти снова возникла та сцена, после которой я разорвала с ним отношения. Вернее, попыталась.

Разумеется, простить измену было не в моих правилах. Но Гастон не сдавался. Продолжал меня преследовать, слал цветы, поджидал после занятий. Твердил, что сглупил, что раскаивается.

Приложить его магией? За такое можно было и из академии вылететь. А прятаться от него по этажам становилось мягко говоря утомительным. Но хуже всего то, что где-то в глубине души я боялась. Боялась того, что в какой-то момент не выдержу и поверю его словам. Ведь в чём-то Гастон был прав: раньше нам действительно было хорошо вместе. Что, если он действительно всё понял? Что, если это не повторится?

Ужасные мысли. Неправильные. Но чем дольше этот предатель возникал рядом, тем чаще я ловила себя на том, что начинаю сомневаться.

Поэтому когда пришло письмо от Моники, я ухватилась за возможность сбежать из академии, хотя бы на эту неделю с небольшим. Делегация на другой континент, в академию драконов – что может быть лучше? Знакомство с чужой культурой, новые впечатления – и, главное, такая необходимая мне передышка. Вдали от Гастона.

Теперь весь смысл поездки сошёл на нет. Потому что этот предатель поехал следом. И, судя по настрою, прохода мне не даст.

Да, вернуться в Этфорд было бы лучшим решением.

Вот только как раз уехать я сейчас и не могла – ну не могла я так подставить Монику. Договор был простой: она включает меня в состав делегации, а я – помогаю ей с проведением бала. Вопрос жизни и смерти, так она сказала. И, судя по тому, что она каким-то образом протащила в академию всех пятерых девушек из нашей дружной компании (включая саму себя), помощь ей была действительно нужна.

Честно говоря, я не интересовалась, как так вышло, что молодая драконница внезапно занялась организацией зимнего бала в мужской академии. Как получилось, что она занималась также расселением приехавших делегаций и назначает кураторов – тоже не очень понимала. Вернее, я знала, что отец у неё очень влиятелен и в дочери души не чает, но вот насколько распространялась эта любовь, не представляла. Видимо, далеко.

Но так или иначе, этот бал был для Моники очень важен. И бросить её сейчас я не имела права. Тем более, что свою часть договора драконница выполнила.

А теперь ещё прибавился этот артефакт для Лии, его тоже нужно было сделать, и как можно скорее…

Я протяжно выдохнула и поднялась на ноги. После обеда нам предоставили свободное время. Предполагалось, что мы сможем погулять по академии и проникнуться местной атмосферой. Парни, кажется, собирались выйти на улицу и сбегать посмотреть на местную площадку для Спеллкрафта.

Ну а мне нужно было время до ужина, чтобы поработать.

Порывшись в карманах, я достала заколку и затянула волосы в хвост. В планах было три артефакта. Первый для Лии. Нужно было создать накопитель, который прослужит хоть какое-то время, пока она найдёт более мощную замену. Второй для Гастона. Нужно было придумать что-то, что удержит его на расстоянии. Третий – для Марселя. Вот на последнем я планировала поразвлечься.

Ну а если вдруг останется время, постараюсь изучить работу оповещателя. Эта задача была не срочной, но уж очень интересной.

Следующие несколько часов я работала. Создание накопителя было делом небыстрым. Тут надо было и подобрать подходящий материал, и проложить магические каналы, чтобы магия циркулировала правильным образом, и подготовить раствор-закрепитель. Всё это занимало время и, что хуже всего, делалось с перерывами. Так что закончить артефакт раньше утра я даже не надеялась.

С артефактом для Гастона было чуточку сложнее. Лично я бы с удовольствием вовсе его обездвижила и спрятала в чулан на ближайшую неделю, но, к сожалению, главы делегации могли этого не понять.

Так что начать я решила с малого. Навести чары, которые заставят парня стать чуточку более рассеянным. Особенно в отношении меня. Я как раз не так давно хотела опробовать новый вид заготовочек – купила оптом в магазинчике возле академии.

— Вот вы и пригодились, — пропела я, выудив из саквояжа связку булавок.

С виду они были совсем небольшими и, хотелось верить, совсем незаметными. Если прикрепить одну такую к подкладке форменного пиджака Гастона, он на ближайшую неделю практически перестанет меня замечать. А оказавшись рядом, начнёт теряться в словах и отвлекаться на любые мелочи.

Надо было лишь зачаровать её особенным образом…

Впрочем, о своём решении я пожалела довольно быстро. Потому что после нанесения на булавку нужных рун её было необходимо выдержать не менее пяти минут в кипящем растворе уморника. И всё бы ничего, если бы не запах этого самого уморника. Ощущение было такое, словно в комнате умер от похмелья какой-нибудь енот с ну очень немытыми ногами. Причём уже давно.

Включая на полную мощность вытяжку, чтобы выпустить остро пахнущие пары кипящего раствора, я поклялась себе, что в следующий раз просто попрошу у Белинды зелье поноса. Это точно будет действеннее.

Дальше я работала в респираторе. В комнате продолжал висеть запах органического разложения, но работе это не слишком мешало. Гравировку на булавке нужно было запаять, используя в том числе и собственную магию. Работа кропотливая и жутко скучная. От нечего делать я даже начала что-то гнусаво напевать себе под нос.

И чуть не подпрыгнула, когда послышался стук в дверь.

Ошалело оглядев комнату и убедившись, что артефакт уцелел, я осторожно выключила паяльник и пошла открывать.

На пороге стоял Марсель, и лицо его не выражало ничего хорошего. Явно пришёл ругаться. Но стоило ему увидеть меня, как его лицо изумлённо вытянулось. Он окинул меня ошарашенным взглядом, после чего прищурился и с подозрением втянул воздух. Лицо из изумлённого стало задумчивым.

— Что надо, Норфилд? — грубовато уточнила я, стягивая через голову респиратор. — Уже соскучился?

Он мотнул головой и отступил на шаг, тут же принимая свой обычный высокомерный вид.

— Мечтай, Лангер, — фыркнул он. — Ваша делегация собралась на ужин, а тебя нет. А я, как ваш куратор, за вас отвечаю.

Я изогнула бровь.

— И ты решил прийти за мной лично? Какая честь, надо же! Беспокоился?

Марсель сжал зубы, пальцы в кулаках побелели.

— Да тебе никак пары уморника в голову ударили. Ты бы поосторожнее с ним, Лангер. Говорят, в больших дозах он вызывает галлюцинации.

Я скривилась. Это было правдой, и по-хорошему для работы следовало бы пойти в лабораторию, а не использовать спальню. Вот только для допуска туда мне бы пришлось составить официальное письмо с подробным описанием целей визита.

Ну, или попросить помощи у куратора. Который, разумеется, с огромным удовольствием пошлёт меня куда подальше. В цветистых выражениях.

— И в следующий раз, когда решишь заниматься незаконной деятельностью в спальне, будь добра, клади рядом с собой оповещатель, — припечатал он, сверкнув глазами. — В следующий раз я за тобой бегать не буду.

Я закатила глаза, и Норфилд хищно оскалился.

— В следующий раз я просто дам номер твоей комнаты тому парню. Как его? Гастон? Уверен, он будет счастлив сходить за тобой лично.

А вот это уже был удар ниже пояса. Если этот предатель выяснит, где я живу, прохода не даст. И никакая булавка не спасёт – булавку-то я планировала крепить к пиджаку, а в комнате Гастон наверняка его снимает.

— Только попробуй, — процедила я.

— И что будет? — издевательски усмехнулся Норфилд.

— Увидишь, — пообещала я, отстранённо вспомнив, что я ещё прошлую месть не отработала.

Впрочем, этот белобрысый гад не впечатлился.

— Просто поверь, Лангер, нет ничего, чем ты могла бы меня удивить. Но… ты можешь попытаться.

Он ещё раз усмехнулся и, окинув меня очередным многозначительным взглядом, направился в сторону лестниц.

Глава 3

В столовую я врывалась, бушуя от гнева. Из-за Марселя я не успела доделать артефакт, а оставалось-то всего ничего! Но теперь придётся заново прогревать паяльник, чтобы закончить вязь. Ради какой-то пары закорючек!

А хуже всего, что для самого Марселя я пока не придумала решительно ничего стоящего. Разве что краем сознания я вспомнила, что в детстве он до дрожи боялся пауков… но где я, бездна дери, найду пауков в подземной академии? А больше ничего в голову не приходило. Вообще. Поразительные провалы в фантазии!

Взяв обед со стола раздачи, я обвела взглядом зал. И сразу заметила подруг. Белинда и Лия сидели вместе со своими делегациями. У Моники делегации, похоже, не было. Она сидела в компании какого-то черноволосого дракона. Кажется, того самого, которого я уже видела в бальном зале.

Тяжело вздохнув, я направилась к нашим столам.

Гастон расселся возле единственного свободного места, небрежно набросив пиджак на спинку стула. И я пожалела, что упустила такой шанс приколоть булавку. Эх, ещё бы минут пять, и артефакт был бы готов.

Если бы не Марсель!

— Всем добрый вечер, — поздоровалась я, ставя поднос. — Как сходили на спортивное поле?

Гастон потянулся положить руку на спинку моего стула, но я метким движением ткнула вилкой за спину. Парень с шипением руку убрал.

— О, это было шикарно, — радостно поделился Терри. — Тут, конечно, в спелл играют на высшем уровне. У нас всё попроще.

Я вежливо улыбнулась. Лично я никогда не интересовалась спеллкрафтом, но парни у нас буквально сходили с ума по этому виду спорта. А самое главное – им никогда не интересовался Гастон. А значит, теперь он будет сидеть и молчать в тряпочку. То, что мне было нужно.

— Мы хотели товарищеский матч провести, — подхватил его сосед, — но у них тут какая-то игра на неделе планируется, все готовятся.

— Но нам предоставят поле для тренировки…

Слушая, как парни расхваливают непонятный мне вид спорта, я принялась за еду. Пару раз Гастон пытался перевести тему, но его слова тут же тонули в общем восхищении. Всё-таки про спеллкрафт мужчины могли говорить без остановки.

Расправившись с едой, я отнесла поднос на специальную стойку и хотела уже уйти, когда меня перехватили за руку. Я вздрогнула всем телом, обернулась и схлестнулась взглядами с отвратительно довольным Гастоном.

— Морковочка, — протянул он. — Ну кончай дуться, правда. Давай, я провожу тебя до общежития. Слышал, у тебя отдельная комната? Надо её обязательно опробовать.

— Руку. Убери, — процедила я. — Если не хочешь остаться без неё, конечно.

— Обожаю, когда ты злишься, — одобрил Гастон. — Ты сразу становишься такой яркой, такой… прямо ух!

— Гастон…

— Поцелуешь?

— Только чтобы откусить тебе язык, — прошипела я. — Рискнёшь?

— С тобой – готов рисковать сколько угодно, — промурлыкал он. — Кстати, наш куратор подсказал мне отличное место для свиданий. Готов опробовать его с тобой.

Убью белобрысого гада. А потом оживлю и ещё раз убью. А следом – и Гастона.

Я уже почти приготовилась к исполнению плана, но в этот момент рядом со мной появилась Белинда. Задвинула на подставку собственный поднос и сладко улыбнулась Гастону, отчего парень… моментально поплыл, разумеется.

Бейли была наполовину эльфийкой. Тонкая, нежная. Рядом с ней мы все выглядели немного грубовато. Но мало кто знал, насколько обманчива эта внешность.

— Прошу прощения, — пропела она, — вы ведь не будете против, если я украду у вас свою подругу?

— Н-не-ет, — промычал совершенно дезориентированный Гастон, уже совершенно не глядя на меня.

— Вот и отлично, — отрезала она и, подхватив меня под ручку, потащила к дверям, где уже стояли Моника и Лия.

Девочки обсуждали приветственную речь ректора, которую я благополучно пропустила. Впрочем, судя по ворчанию подруг, ничего интересного там не случилось – я точно провела время продуктивнее. Эх, если бы я ещё успела артефакт доделать…

— А где Рина? — внезапно спохватилась Лия.

— Должна обустраиваться у себя, — отозвалась Моника. — Её поселили в башню.

Я подняла брови. Вот это ничего себе, в ту самую башню, про которую говорил Марсель?.. В которую нам якобы нельзя ходить из-за какого-то магистра Фура?..

А сам запихнул меня в кладовку!

— Потрясающе просто, — раздражённо выдохнула я. — То есть, мне куратор заливал, что свободных комнат нет, а Рине выделили целую башню…

Я пару секунд помолчала и спросила с робкой надеждой:

— Моника, слушай, а может быть, можно нам куратора поменять?

— Увы, — отказалась она решать мои проблемы столь радикальным образом и покачала блокнотом. — У меня всё уже расписано.

— А отправить домой одного из членов делегации? — уточнила я про Гастона. Впрочем, уже без особой надежды.

— Тоже нет, — с сочувствием покачала она головой. — Прости, Эл.

— Тогда я требую выпить, — выдохнула я. — Иначе завтра точно кого-нибудь прибью. И у меня есть целых два кандидата.

— Совместим приятное с полезным? — предложила Бейли и звякнула сумкой. — Отнесём Рине еды и заодно отметим встречу.

Я с облегчением выдохнула. Что ж, жизнь определённо налаживалась. Во всяком случае, сегодня я точно не буду страдать в одиночестве.

В астрономической башне оказалось на удивление уютно. Ни следа сырой затхлости, которую можно было бы ожидать от этого места. Я даже в окно выглянула, чтобы убедиться, не очутилась ли я случайно в одной из гостиных родного Этфорда. Но нет, за окном простиралось снежное лоскутное одеяло. В сгустившейся темноте белый снег выделялся на склонах горы яркими пятнами. Можно было различить небольшую площадку, на которую мы прибывали порталами. А чуть в стороне виднелся просторный полигон. Видимо, именно там и проходили матчи по спеллкрафту.

И – ещё какая-то площадка внушительных размеров. По центру мялась непонятная тень. Я прищурилась, вглядываясь в заиндевевшее стекло – и отпрянула. Тень взмахнула крыльями и взмыла вверх.

Ну точно. Тут же живут драконы!

— Красиво, скажи? — послышался над ухом голос Моники. — На этой площадке тренируют полёты. Обычно, конечно, в дневное время – но кто же запретит студентам летать, когда им вздумается.

— Красиво, — согласилась я и вздохнула. Моника покосилась на меня.

— На тебя сейчас ностальгия напала или ты всё-таки не рада оказаться здесь?

Я покачала головой. А потом тихо рассмеялась.

— Шутишь? Рада, конечно. Я ужасно соскучилась по вам. Хотя – ты могла бы и предупредить, что собираешь всех. Я-то переживала, что пропущу нашу ежегодную встречу.

Мы впятером впервые встретились несколько лет назад, на острове Око, в день празднования дня Единства, он же праздник Середины зимы. Уж не знаю, как вышло, что мы, такие разные, как-то очень быстро нашли общий язык. И тем не менее, с тех пор эти встречи стали для нас традицией.

— Это сюрприз, — порадовала меня Моника. — И раз уж он удался… — Она склонилась ближе. — Мне от тебя кое-что нужно.

Ну конечно, кто бы сомневался.

— Думаю, сначала мне надо выпить, — притворно ужаснулась я. — Кстати, у меня с собой три бутылки нектара.

— И это плюсом к тем, что привезла Бейли?

Мы одновременно покосились за стол, возле которого уже примостились Белинда, Лия и Катарина. Судя по количеству нектара на столе, Бейли старалась не одна.

— Ладно, давай задание сейчас, — решила я. — Боюсь, после того, как выпью, уже мало что запомню.

Моника понимающе хмыкнула.

— Хорошо. Но на самом деле, всё не так уж и сложно: тебе надо всего лишь устроить проекцию звёздного неба.

В принципе, проекторы делались не то, чтобы сложно. Это же, по сути, светильник и наложенный поверх него трафарет. Но что-то подсказывало, что не всё так просто.

— Всего-то?

— Для бального зала, — припечатала Моника. — Нужен максимальный уровень реалистичности. Чтобы звёзды, кометы, и всё вот это вот. Чтобы красиво и сказочно, понимаешь?

— И, наверное, чтобы оно всё ещё и двигалась? — слабо уточнила я.

— Желательно, — уклончиво согласилась драконица и с сочувствием поджала губы. Видимо, моё лицо было более чем красноречивым. — Но зато ты представь, как атмосферно это будет!

Я медленно кивнула. Надо было подумать, как этот артефакт соорудить. Не то, чтобы это было невозможно – просто никто обычно так не делал. Либо просто проектор, как для театра теней. Либо уже полноценный пространственный шар. Такие использовались для создания новых миров, площадок, полигонов – да применений масса. Вон, для игр по спеллкрафту это был обязательный элемент.

Внешне это был небольшой прозрачный шар, способный развернуться во что угодно – в то, что заложит внутрь артефактор. Вот там можно было устроить и звездопад, и даже пляшущих единорогов. Но в нашем случае речь шла именно об усовершенствовании уже существующего зала, а не создании нового!

Что-то подсказывало, что если я предложу переместить всю вечеринку в другое пространство, Моника меня живьём съест. Она же целый день зал украшала!

— А почему ты не обратилась с этим к профессиональным артефакторам? — спохватилась я. — Или, ну, к магам иллюзий, например? Я-то, конечно, не против – но стоило ли ради такого тащить меня на другой конец света?

Подруга выразительно посмотрела на меня.

— Как ты думаешь, сколько профессиональных магов иллюзий свободны накануне дня Единства?

Ну да, сглупила. Сейчас, в середине зимы, все готовились к тому самому празднику. Украшали площади в городах, распродавали праздничные артефакты, выполняли крупные и мелкие заказы. Словом, найти кого-то толкового было ох как сложно.

И всё же…

— Эх. А я-то думала, что я просто лучшая, — поддела я.

— К тому же, ты лучшая, — охотно поддалась на провокацию драконица. — Ну так что, сделаешь?

— Сделаю, куда я денусь… Но теперь – точно надо выпить.

Подруга согласно кивнула, и мы пошли к столу, где уже стояли бокалы со сладким нектаром. Я присела на краешек дивана, возле Бейли, которая оживлённо предлагала Лие напоить её куратора слабительным зельем. Лия, добрая душа, отказывалась.

А зря, между прочим.

— Это те самые средства, из-за которых адепты твоей академии несколько суток не вылезали из туалета? — осуждающе протянула Моника.

А я оживилась. Мне это зелье подходило идеально! Что может быть лучше – засадить Гастона на эту неделю в туалет, так, чтобы он и шагу наружу ступить не мог.

Хорошо бы и Марселю подлить, конечно. Но этот гад бдительный, может и не повестись.

— А я бы такое взяла, — встряла я в разговор. — Можно прям так, чтобы на несколько дней хватило – до самого бала?

Глаза Бейли загорелись азартом. Она уже открыла рот, явно, чтобы предложить отличное средство, но Моника её перебила:

— Эл, я же просила: куратора не травить. Где я ему замену искать буду?

— Да не куратора! — отмахнулась я и придвинулась ещё ближе. — Вы видели того напыщенного придурка, который меня перехватил возле подносов?

— Ещё бы, — презрительно фыркнула Бейли, явно вспомнив, как он облизывал её взглядом после всего одной улыбки. — Слабак.

— Он мой бывший парень, — призналась я.

— Ого, как неловко, — отметила Катарина. — Вы хотели вместе сюда поехать, да? И расстались перед поездкой?

— Если бы. Этот гад мне изменил, а когда я его бросила, начал преследовать. Он почему-то считает, что я не серьёзно его бросила. Что я остыну и передумаю.

— Вот гад, — искренне выругалась Лия.

— Ещё какой. В общем, я поэтому и хотела уехать из Этфорда – чтобы с ним не пересекаться. А он – каким-то образом пролез в состав делегации. В последний момент.

Повисла тишина.

— В принципе, могу отправить его чистить казематы, — задумчиво протянула Моника. — Но его могут хватиться.

— Есть у меня одно зелье, — в тон ей протянула Бейли. — Экспериментальное. Заодно и эффект протестируем.

Я фыркнула и покачала головой. Гастон бесил до дрожи, но экспериментальное зелье от Бейли – всё-таки перебор.

— Да всё в порядке, — вздохнула я. — Просто теперь я знаю, что он козёл, и не поведусь.

Я сделала глоток нектара и добавила:

— Если бы только можно было заранее знать, кто тебе подходит, а кто нет.

— Круто было бы, — согласилась Лия. — Вон, как у драконов. Истинная пара – и всё.

Моника фыркнула.

— Это не так работает, девочки.

— Ну, знаешь, — возмутилась я. — Так или иначе – а вы, когда находите свою истинную пару, совершенно точно знаете, что это – на всю жизнь. Что этот человек подходит тебе идеально. Что…

Я запнулась и насупилась. Какой смысл возмущаться, если для людей эта схема недоступна. Что поделать – мир несправедлив.

— Вообще-то… — задумчиво протянула Рина, оглянувшись через плечо. — Есть мнение, что это не совсем так.

— Ты о чём? — не поняла я.

— Об истинных парах. Я тут пока в башне убиралась, одну книгу нашла… Сейчас, покажу.

Она взбежала наверх по узкой винтовой лестнице. А через несколько секунд уже неслась вниз, прижимая к себе томик в кожаном переплёте. На нижней ступеньке она запнулась и… нет, не упала. Мы с девочками синхронно выдохнули.

— Вот! — победно провозгласила она, шлёпнув книгу на стол – мы едва успели раздвинуть бокалы.

— И что это? — с подозрением спросила Лия.

— Книга, — пожала плечами Рина. — А в ней – есть очень интересный ритуал.

— Ты что, пока убиралась, и почитать успела? — удивилась Моника.

— Да нет, — отмахнулась она и принялась листать страницы в поисках чего-то. — Просто эта книга как раз на столе лежала, раскрытая. Ну, я и взглянула одним глазком. Вот, смотрите.

Она, наконец, завершила поиск и хлопнула ладонью по страницам. Мы склонились над книгой.

— Приворот на истинность, — прочитала я и подняла взгляд. — Привороты ведь запрещены.

— Да это не совсем приворот! Ты читай.

Я снова уткнулась в текст. И чем дальше читала, тем выше поднимались мои брови.

Катарина была права: это был не приворот – вернее, про искусственное возбуждение чувств не было написано ни слова. Нет, действие было иным. И очень интересным.

Прежде всего, действие было направлено на людей, и только на них. Тут приводилась теоретическая база насчёт того, что критерии предназначения двух существ друг другу верны не только для драконов, но и для людей – просто в нашем случае механизм был скрыт. Глубоко-глубоко. Но его можно было пробудить магически – при определённом старании.

Иными словами, если я проведу ритуал, то из всех мужчин мира будет выбран тот, кто подходит мне лучше всех остальных. Тот, с кем у меня существует связь на глубоком уровне. Это… да, это было описано как полный аналог драконьей истинности.

И мало того, что этот мужчина будет найден, его ещё и притянет ко мне волшебной силой. Вот только механизм притяжения описан был ну очень смутно. Скорее, даже не был – просто давался как факт.

— Интересно, как этот работает, — пробормотала я. — Притянет – как? Магнитом? Порталом?

— Да какая разница! — отмахнулась Рина. — Главное, что ты гарантированно найдёшь свою судьбу.

— А если он окажется, ну, например, стариком? — засомневалась я.

— А если молодым и сильным парнем? — возразила Моника. — Тогда он и Гастону твоему лицо сможет начистить.

— Может, его вообще не существует, — пробормотала я.

— Тогда ты точно ничего не теряешь, — справедливо отметила Лия.

— На следующей странице есть обратный ритуал, — успокоила Рина. — Если что-то пойдёт не так, мы просто всё отменим.

Я посмотрела на Бейли. У полуэльфийки глаза горели таким азартом, что я поёжилась. Ну понятно, меня тут назначили подопытным кроликом, и ждут возможности проверить результат.

— В общем, я против, — отрезала я. — Проводить неизвестный ритуал без контроля профессионалов небезопасно.

— Согласна, — тут же согласилась Белинда и протянула мне бокал. — Рисковать нельзя. Тем более, сегодня мы просто отдыхаем.

Остальные одобрительно кивнули.

Я с облегчением откинулась на спинку дивана и пригубила нектар. Бейли была права: риск ещё никого ни к чему хорошему не приводил.

— Матерь Всеединая, как же меня угораздило? — простонала я час спустя, закончив чертить на полу ритуальный круг. — Ну отвратительная же мысль.

— Прекращаем? — уточнила Лия, зажигая свечу.

— Ни за что, — отказалась я. — Нужно же узнать, существует ли для меня тот самый, идеальный. Ну и если что – сразу же проведём обратный ритуал.

Глава 4

Марсель

Сегодняшнее пробуждение было… специфичным. Открыв глаза, я ещё несколько минут пялился в потолок, пытаясь унять разыгравшееся воображение. Но образы никак не хотели отлипать.

Дело в том, что снилась мне… Элисон.

Элисон, бездна её забери, Лангер. Со своими надменно изогнутыми бровями, вишнёвыми волосами и неуёмной жаждой знаний.

И в самом факте сна ничего удивительного не было – мы встретились после стольких лет, эмоции всколыхнулись. Тут всё было логично. И я бы понял, если бы во сне она готовила для меня очередную пакость. Если бы злилась или, наоборот, с предвкушением улыбалась. Если бы она, в конце-то концов, хотя бы была одета!

Но нет!

Элисон Лангер в моем сне была совершенно, бесстыдно обнажена. Абсолютно! Более того, она совершенно этого не стеснялась.

А что хуже всего – меня подобный расклад полностью устраивал.

О, я наслаждался этим видом – и не только видом. Нежная светлая кожа под моими пальцами. Высокая грудь, словно созданная для того, чтобы идеально помещаться в мои ладони. Упругие бёдра, обвивающие мой торс. И стон, такой сладкий, такой желанный – я пил его губами, ловя себя на мысли, что ничего лучше в этой жизни со мной не происходило.

Словно забыл, кто именно передо мной.

— Драконья задница, — пробормотал я и, поморщившись, метнул взгляд на другую половину комнаты, где спал Дан. К счастью, друг не проснулся и моего ругательства не слышал.

С учётом того, что в последние годы меня окружали исключительно драконы, свой набор ругательств пришлось полностью пересматривать – и то, что оно против воли сорвалось сейчас, лишь ещё раз показывало степень моего текущего возмущения.

Я прикрыл глаза. И перед мысленным взором снова возникла Элисон. Подмигнула и улыбнулась так хитро…

Я зарычал. Зарычал и откинул одеяло – всё равно скоро вставать.

Холодный душ смог немного приструнить восставшую плоть, но никак не привёл в порядок мысли. Элисон упорно мне мерещилась – за каждым поворотом, в концах коридоров. И даже когда я вышел на тренировку, образ продолжал преследовать неотступно.

Из-за этого я был рассеян. Настолько, что пропустил пару ударов и заслужил замечание от капитана.

— Если заболел, возьми отгул, — проговорил он, подходя ко мне. — У нас скоро игра, и ты нужен в лучшей форме.

— Я в порядке, — процедил я. — Просто…

Игнис заглянул мне в лицо и покачал головой.

— На сегодня свободен. До завтрашнего дня разберись с проблемой.

Спорить было бесполезно – и я снова побрёл в душ.

И опять ледяная вода – и опять образы, не позволяющие нормально дышать. Дорогу от полигона до академии я помнил плохо. Ещё хуже – путь от входа до комнаты. Меня мотало, меня бросало в жар. И ещё образы эти. Грудь, бёдра, губы…

— Может, тебе в лазарет? — прокомментировал уже проснувшийся Дан, увидев моё состояние. — Выглядишь неважно.

В ответ я пробормотал что-то невнятное и, едва скинув куртку, рухнул на кровать лицом вниз. Есть не хотелось, пить тоже, идти в лазарет – тем более (да и я даже думать не хотел, как именно буду описывать лекарям моё текущее состояние). Из желаний осталось лишь одно – то самое.

Но как раз его я реализовывать был не готов.

— Кстати, как там эта твоя… Элисон, верно?

Я глухо застонал. Мало мне было этой заразы в голове – Дан решил ещё и вслух про неё поговорить. Или он что-то понял по моему взгляду? Да нет, не мог…

И тем не менее, я решил не палиться:

— Понятия не имею, о чём ты. Я её сегодня ещё не видел.

Чересчур реалистичные сны не в счёт.

— Да я не о том, — отмахнулся Дан. — Ты ведь вчера говорил, что она может попытаться тебе отомстить за ту шутку? Как думаешь, что это будет?

Я снова застонал.

А потом замер. И медленно сел на кровати.

Отомстить?

А ведь, если подумать, моё состояние даже с натяжкой нельзя было назвать нормальным. Ни сны эти, ни жар. Ни уж, тем более, что у меня всё тело так и зудело, требуя немедленно прикоснуться к объекту вожделения. Прижать к себе, провести пальцами по шёлку кожи, впиться в губы. О, эти губы – во сне они были слаще мёда. Удержаться было невозможно.

И всё это было так на меня непохоже…

Что, если всё это было подстроено Элисон?

— Убью зар-разу, — процедил я. — Она у меня пожалеет. Она у меня…

На несколько секунд перед глазами потемнело. А следом пронёсся образ Элисон – беспомощной, полуобнажённой, привязанной к спинке кровати широким поясом. Готовой к любым наказаниям.

Я зарычал.

Придушу. Шею сверну. А лучше – запакую в чемодан и отправлю магической почтой домой – её адрес я знал. Пусть родители сами со своим чадом разбираются.

Вот только сперва пусть снимет с меня эту дрянь. Потому что иначе…

Иначе я долго не протяну. И одной бездне известно, как сладко будет сорваться…

Так, стоять!

Наскоро нащупав ботинки, я махнул Дану рукой и стрелой вылетел в коридор.

Элис жила на моём этаже, но в другом крыле. Дорога занимала не дольше пары минут, и всё же за время пути кое-что изменилось.

Нет, желание никуда не делось. Но чем ближе я подходил к комнате Элисон, тем сильнее прояснялось в голове. Так что к моменту, когда я замер перед дверью с номером двадцать шесть, сознание было кристально чистым. Никаких видений, никакого жара – даже зуд в пальцах заметно уменьшился.

Впрочем, не до конца. Элисон по-прежнему хотелось коснуться. Коснуться, прижать к себе и…

Свернуть эту тоненькую шейку, очевидно. Она у меня так просто не отделается.

Так, а теперь успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох…

Я постучал.

Элисон

Стук в дверь разрывал мозг. После вчерашней встречи я вернулась в комнату уже под утро, а потом ещё и работала над чем-то. Над чем именно, вспомнить никак не удавалось – мешал всё тот же стук. Но это точно было что-то интересное. И безумно полезное. Наверное.

Тук-тук-тук!

— Да иду я, иду! — простонала я, босиком шлёпая к двери.

Туфли я вчера не глядя забросила под кровать, и теперь найти их было невозможно. А если я случайно попала ими в раскрытый саквояж, то можно было и вовсе не пытаться: лежали они сейчас где-то между слюной виверны и записями по обработке мягких металлов.

Распахнула дверь, в чём была – в пижаме, состоявшей из свободных шорт и криво застёгнутой рубашки без рукавов. Да так и застыла на пороге, пытаясь проморгаться.

Потому что, похоже, я всё ещё спала. Иначе как объяснить появление Марселя Норфилда на пороге моей спальни?

При виде меня лицо Марселя вытянулось, но всего на секунду. И пока я пыталась вспомнить, кто я и где, он уже полностью вернулся к своему обычному бесячему состоянию.

— Элис-сон, — прошипел он и оскалился.

От ледяной ярости в комнате словно похолодало, и я невольно отступила на шаг. А ещё поймала себя на совершенно иррациональном желании – внезапно мне ужасно захотелось прикоснуться к этому раздражающему типу. Провести рукой по щеке, взлохматить волосы…

Да какого?.. Я помотала головой, прогоняя наваждение.

— Что тебе нужно? — спросила я, с досадой отметив про себя, что голос совершенно некстати дрогнул.

И конечно же, белобрысый гад использовал это против меня. В следующий миг он шагнул в комнату, мягко прикрыв за собой дверь.

И вот это уже ни в какие рамки не лезло!

— Эй! Я тебя не приглашала! А ну свалил из моей комнаты!

— Ну уж нет, — возразил он с полубезумной улыбкой. — Уйду не раньше, чем ты снимешь с меня эту дрянь.

Дрянь? Какую дрянь? Как назло, в голову ничего не приходило. Кстати, над чем-то же я работала вчера вечером! Неужели я, закончив, умудрилась подбросить подлянку в комнату Марселя и забыть?

А в следующий миг все мысли вылетели из головы, потому что Марсель Норфилд, ледяной принц Каэлдора, внезапно обхватил меня руками и прижал к себе. Зарылся лицом мне в волосы и втянул запах. Из его груди раздалось нечто, напоминавшее утробный рык.

Но самое странное – вместо того, чтобы болезненно его лягнуть, я замерла, прислушиваясь к ощущениям. Меня окутал его запах – морозный, с нотками ментола. Промелькнула совершенно неожиданная мысль о том, что я ведь ещё не была сегодня в душе…

Осознание пришло резко. Я стояла в комнате в общежитии и обнималась не с кем-то там, а с Марселем. Марселем, мать его, Норфилдом! С которым мы друг друга с детства на дух не переносили.

Да я должна сейчас вырываться, драться и кусаться. Очнуться! Очнуться сейчас же!

— А ну пусти! — прорычала я, пытаясь выпутаться из крепких и (внезапно) таких приятных объятий. — Пусти, слышишь?! Не то я пожалуюсь куратору…

— Ваш куратор я, — парировал он.

Да чтоб его!

— Тогда ректору! Или декану! Родителям твоим напишу! Пусти, слышишь? Сейчас же!

Марсель отстранился. Медленно, почти лениво. Взглянул мне в глаза, и я застыла, словно меня заморозили.

— Как же ты меня бесишь, Эллисон, — совершенно искренне поделился он. — Ненавижу тебя.

А в следующую секунду он склонился и впился поцелуем в мои губы, передавая весь спектр этих самых чувств. Ни капли нежности, ни капли желания…

Вернее, желание как раз было. У меня сложилось чёткое ощущение, что Марсель искренне желает откусить мне язык. Так что зубы я сжала на совесть.

На его губе, разумеется.

— Да чтоб тебя! — выругался он, отпрянув.

Провёл языком по губе, приложил палец и уставился на отпечатавшуюся на подушечке кровь. Поднял на меня расфокусированный взгляд. Взъерошенный, взмокший. Он тяжело дышал, и зрачки то сужались, то расширялись. Как будто под воздействием дезориентирующего заклинания.

Или ритуала…

Погодите-ка!

Я резко пришла в себя. В голове прояснилось, память выдала очень чёткую картинку: я сижу возле ритуального круга, девочки смотрят на меня.

— Ну как? — участливо спрашивает Бейли. — Чувствуешь что-нибудь необычное?

— Наверное, надо подождать, пока подействует, — философски замечает Лия.

— Вообще-то, по логике надо ждать не эффекта, а того самого мужчину, — напоминает Моника. — И, кстати, в академию его просто так не пропустят. И телепорты внутрь здания не работают…

Мы синхронно бросаемся к окну. Портальная площадка отсюда видна как на ладони. И на ней – девственно чисто.

— Надо было этот ритуал в городе проводить, — задумчиво тянет Бейли

— В каком городе? — уточняет Лия.

— В каком-нибудь, — вздыхаю я и смотрю на часы. Стрелка подползает к полуночи. — Ну, мы же пока не расходимся? Подождём?

…

Ну точно! Это ведь и была причина, по которой мы так поздно разошлись. Мы общались, пили нектар и то и дело поглядывали на дверь – не постучится ли кто-то.

В один момент нам даже послышались шаркающие шаги на лестнице – но, когда выглянули, там никого не было. Так что расходились мы в полной уверенности, что ритуал попросту не сработал.

И я бы до сих пор так думала, если бы сейчас передо мной не стоял Марсель. В совершенно неадекватном состоянии.

— Та-ак… — протянула я. — Похоже, нам срочно надо в астрономическую башню.

Вытолкать за дверь Марселя оказалось непосильной задачей. Поэтому пришлось договариваться.

Сначала я в общих чертах обрисовала ситуацию, а затем, пока он хмурой тучей царил в моей комнате, по-быстрому переоделась в уборной. С тоской посмотрела на ванну и пообещала себе, что уж после возвращения-то точно расслаблюсь и отдохну. Надо только добраться до башни и провести обратный ритуал. Проще простого.

Уже через четверть часа я шагала к лифтам. Не одна, разумеется. Марсель щёл рядом, почти до боли стискивая мой локоть. Но хоть молчал при этом – только зубы скрежетали.

Впрочем, я была не против, что Норфилд меня держал. После вчерашнего нектара меня всё ещё слегка вело, да и мысли путались. Причём путались они самым бесстыдным образом. В частности – в голове промелькнула мысль, что сейчас можно было бы никуда не идти. Завернуть в общую гостиную, усадить Марселя в кресло, а самой забраться ему на ручки, свернуться калачиком и поспать ещё полчасика.

Да чтоб его…

Нет, это надо было срочно прекращать. Поиграли – и хватит. Для меня было абсолютно очевидно, что ритуал был проведён с серьёзной ошибкой. И неудивительно. Пять молодых девиц без должного образования – что могло пойти не так?

В кабину подъёмника мы входили не глядя. И лишь когда платформа тронулась, я обнаружила, что внутри на удивление много народу.

Рядом с нами стояли не меньше десятка рослых парней – смуглых, чернявых, белозубых. Выглядели парни внушительно и даже привлекательно, и все были одеты в пошитые по последней моде пальто. Если бы не одно но – когда они увидели меня, их глаза буквально загорелись жадным огнём.

По спине пробежали мурашки. Я невольно попятилась, и спиной уткнулась в Марселя. И тут же отпрянула. Выпрямилась и одёрнула форменный пиджак.

— Это что за красавицу сюда занесло? — проговорил один из них неожиданно мелодичным голосом.

— А ты не слышал? — насмешливо прокомментировал его товарищ. —Вчера сюда прибыли делегации, и среди них есть девушки.

— Ну надо же, — протянул первый и снова обернулся ко мне. — Значит, ты приезжая? Не боишься ходить по академии одна?

— Заткнись, Кемали, — процедил у меня за спиной Марсель неожиданно низким голосом. — Она со мной.

Парень невозмутимо поднял взгляд на моего спутника, по его губам скользнула ленивая усмешка.

— Норфилд. Я тебя не заметил. — И снова повернулся ко мне. — Поверь, детка. Обычные люди не идут ни в какое сравнение с драконами. Попробуй – тебе понравится.

Он многозначительно поиграл бровями… а я сладко улыбнулась, изо всех сил сдерживая раздражение. Сильнее всего хотелось засветить наглецу по коленке, но я держалась. Судя по описаниям из учебников, передо мной стояли пустынные драконы. До сих пор я никогда их не встречала, но описывались они как жёсткие беспринципные существа, не отягощённые нормами морали. Мстительные, к тому же.

А ещё рассказывали, что понравившуюся девушку они запросто могут похитить из дома прямо через окно и утащить в пещеру. Якобы после этого она просто обязана выйти за похитителя замуж, иначе весь её род будет навеки опозорен.

Варварские обычаи, в общем. С такими лучше не связываться.

А вот Марсель, похоже, книжек не читал. Потому что в следующую секунду он отодвинул меня с дороги, становясь прямо перед Кемали. Коротко замахнулся – и…

Ударить он не успел: я буквально повисла на руке мага, удерживая от поспешных действий. Одновременно с этим все десять парней синхронно отступили назад, принимая атакующую позу. А ещё через секунду остановилась и сама кабина. Двери открылись. За ними обнаружились двое представительных мужчин в костюмах. Один высокий, темноволосый с проседью, другой – пониже, со светлыми волосами.

Высокий скользнул быстрым взглядом по пустынникам, и резко помрачнел.

— Имир Кемали, — буквально прорычал он. — Я сколько раз тебя предупреждал: никаких драк в академии. Узнаю – отчислю.

Чернявый растянул губы в улыбке.

— Конечно, магистр Бугагай.

Я кашлянула, маскируя смешок. Ну и фамилия.

Меня тут же одёрнул Марсель.

— Это ректор, — сообщил он одними губами. И, коротко поклонившись мужчине, вывел меня наружу.

Пустынники вышли следом. Повернулись к нам…

— Жди игры, Норфилд, — процедил Имир. — Я тебя размажу.

— Посмотрим, — криво усмехнулся Марсель и, развернувшись, быстрым шагом повёл меня в сторону входа в башню.

Какое-то время мы шли молча. Потом поднимались по ступеням…

— Не обольщайся, — проговорил парень, когда мы преодолели половину лестницы в башне. — Это всё из-за твоего заклинания.

— Ритуала, — педантично поправила его я.

— Да плевать. В следующий раз сама с ними разбирайся… И не ходи одна по академии. Это небезопасно.

Я мрачно покосилась на спутника, но ответить не успела. Мы пришли.

Катарина открыла дверь, когда я уже почти решила, что она ушла гулять и заблудилась в коридорах академии. В целом, это было в её духе. Впрочем, в этот раз повезло: девушка возникла на пороге, заспанная, растрёпанная и в халате.

— Элис? — пробормотала она и сладко зевнула. — А что, уже завтрак?

— До завтрака ещё час, — успокоила я и быстро оглянулась через плечо на хмурого спутника. — Рина, нам нужна твоя помощь.

— Моя? — удивилась подруга и тоже внимательно посмотрела на Марселя. — Только не говори, что это тот самый козёл, который…

— Нет, это мой куратор… Можно войти?

Подруга изумлённо моргнула (про куратора я вчера тоже рассказала много хорошего), но вопросов задавать больше не стала и посторонилась, впуская нас в небольшую гостиную. Я шагнула внутрь и застыла, лихорадочно соображая, что бы сделать, чтобы не впускать внутрь Марселя.

Увы, с утра после встречи я соображала слишком медленно, так что ничего предпринять не успела. Парень шагнул внутрь следом и многозначительно поднял брови.

— Ого, а тут вчера было весело, — прокомментировал он. — Долго сидели?

На столе стояли (а кое-где лежали) опустевшие бутылки от нектара. Пять бокалов красноречиво выдавали количество отмечавших. А на полу, как кульминация моих вчерашних грехов, красовался нарисованный мелом ритуальный круг. Местами стёршийся, местами заляпанный воском и сладким нектаром, но всё ещё узнаваемый.

Интересно, у меня получится притвориться, что это был конкурс детских рисунков?..

Вероятнее всего, нет. Увы-увы. Поэтому…

— Тебя это не касается, — буркнула я.

— О, меня это как раз касается. Я бы сказал, напрямую, — зло выдохнул он и, наклонившись, поднял обгоревшую свечу. — Говоришь, случайно вышло? Восковые свечи ты тоже всегда с собой носишь?

— Это Белинда, — отозвалась Рина. — У неё всегда с собой есть всё необходимое.

— Белинда, значит, — процедил парень и обернулся ко мне. — Ну? Ты, кажется, говорила, что у тебя есть обратный ритуал?

— Да! — спохватилась я и обернулась к подруге. — Рина, помнишь книгу, по которой мы вчера проводили ритуал? Можешь её принести, пожалуйста?

Катарина растерянно кивнула и обернулась к столу. Вчера книга до самого конца вечера (вернее, уже ночи) пролежала именно там. Но сейчас на столе её не было.

— Вообще-то… — пробормотала она и встрепенулась. — Сейчас поищу. Наверное, я её в комнату унесла и забыла.

Рина скрылась в спальне наверху, а я отошла к окну, чтобы не видеть пронзительного взгляда Марселя. Парень меня буквально препарировал. И ещё, казалось, боролся с собой. Во всяком случае, поза у него была напряжённой. Словно он из последних сил противился шквальному ветру.

Смотреть в окно было приятнее. На снегу виднелись чьи-то следы. Над полем по спеллкрафту сейчас висел непроницаемый купол. А здесь – создавалось чёткое ощущение, что меня планируют в скором времени уничтожить. Мучительно. Я буквально ощущала взгляд Марселя между лопаток.

— Красиво у вас, — сдавленно прокомментировала я, чтобы хоть как-то разбавить свинцовую тишину.

— Красиво, — согласился Марсель, и я едва не подпрыгнула. Голос прозвучал прямо за моей спиной.

По спине пробежали мурашки – от шеи до пяток и потом обратно. Да ещё тело обволокло мягким теплом.

Да что ж такое-то? И как он ходит-то так неслышно?!

— Не подкрадывайся! — возмутилась я, оборачиваясь. И тут же поморщилась от головной боли. Пожалуй, от резких движений пока стоило воздержаться.

— Я ведь и ударить могу, — закончила сдавленно.

Вышло не слишком угрожающе, и Марсель криво ухмыльнулся.

— А ты попытайся. Думаешь, силёнок хватит?

Это он что же, намекал на физическое превосходство? Впрочем, от этого парня можно было чего угодно ожидать.

— Козёл, — прокомментировала я.

— Идиотка, — парировал он. — Тебе как вообще в голову пришло проводить незнакомый ритуал, да ещё и, — он выразительно взглянул на стол с остатками вчерашнего пиршества, но прокомментировал другое, — без контроля профессионалов?

Нет, тут он, конечно, был прав. Но признать собственную ошибку, да ещё и перед заклятым врагом? О, этого он от меня не дождётся.

— Мы все почти дипломированные специалисты, — огрызнулась я. — Уж с ритуалом-то справиться в состоянии.

— Да неужели? Напомни, какой результат был заявлен в этой вашей книге?

Он затаил дыхание, а я поджала губы. Разумеется, я и под угрозой пыток не собиралась рассказывать ему о том, что хотела приворожить того самого, единственного. Или, как говорят драконы, найти свою истинную пару. О нет, нет и нет. Эту тайну я унесу с собой в могилу.

Марселю было достаточно знать, что ритуал пошёл не по плану – ровно то, что я успела поспешно объяснить ему ещё в своей комнате. И хватит с него.

— Молчишь? — понимающе хмыкнул он и оскалился. — Хорошо, молчи. И молись, чтобы обратный ритуал подействовал быстро. Потому что иначе…

Продолжения я не узнала, потому что в этот момент сверху хлопнула дверь и появилась взволнованная Рина.

— Элис… — пробормотала она. — Тут такое дело… Кажется, книга пропала.

Глава 5

Я замерла. Замерла и ме-едленно обернулась к Марселю. Он ведь этого не слышал?

Но Марсель определённо слышал. У него даже вполне отчётливо дёрнулся глаз. И ещё кончики пальцев. Так, словно в этот момент он мечтал кого-то придушить.

И мне бы тут порадоваться, что месть удалась – но было одно но. Конкретно эту месть я не планировала. Да что там – я даже не до конца понимала, что именно происходит с Марселем.

Он выглядел странно. Его явно заносило. А ещё он меня поцеловал зачем-то. Но причину называть отказался. А после того, как я уклончиво рассказала про проведённый ночью ритуал (никаких подробностей, лишь сухие факты), бросил одно-единственное: «Идём». И ещё бы чуть-чуть – действительно потащил бы в башню в одной пижаме.

В общем, из всего этого я делала вывод лишь о том, что Марсель неадекватен. Но совершенно не представляла, как именно он неадекватен.

— Хм-м, — глубокомысленно протянула я и повернулась к Рине. — И куда она в принципе могла пропасть?

— Да не знаю, — призналась она. — Вообще-то, я книгу с собой в комнату не забирала. Она была тут, когда вы уходили. Но, может, кто-то её случайно… Ну, прихватил?

Мы многозначительно переглянулись. Если кто-то из нашей компании и мог заинтересоваться книгой, то только Белинда. Если полуэльфийка по какой-то причине могла решить, что книга ей полезна, то вполне могла её позаимствовать. Потом бы, конечно, вернула – никто бы и не заметил.

Вот только мне-то книга была нужна прямо сейчас.

— Схожу к Бейли, — решила я. Даже если не найдём книгу, хотя бы попросим у неё что-нибудь нейтрализующее. Что-нибудь для Марселя.

Понять бы ещё, что именно ему поможет

Попрощавшись с Риной, я покинула маленькую гостиную и начала спускаться по лестнице. Впрочем, далеко уйти не получилось.

Стоило двери закрыться за нашими спинами, как Марсель меня догнал. Догнал и развернул к себе. Вжал в стену и навис сверху. Дыша жарко, прерывисто. Рвано.

Я тут же вжала голову в плечи, готовясь к чему угодно – к удару, к крику, ругани – да к чему угодно, в общем-то…

Но Марсель молчал. Стоял, прикрыв глаза и просто дышал. И ещё склонялся всё ниже и ниже, пока не упёрся своим лбом в мой. И замер.

А я невольно залюбовалась. Тем, как болезненно подрагивают его веки. Как по виску стекает капелька пота. Как бьётся жилка на шее.

Похоже, ему действительно было несладко.

И вопреки любой логике и здравому смыслу, я сделала невероятное. Я потянулась рукой и коснулась его виска.

Хотела всего лишь проверить температуру, но Марсель дёрнулся как от пощёчины. Отпрянул, взглянул ошалело и помотал головой.

А я так и застыла – с поднятой рукой, вжатая в стену, боясь пошевелиться.

— Идём, — проговорил он хрипло, — чем быстрее избавимся от этого наваждения, тем лучше.

И он первым устремился вниз. Ну а я пошла следом – что делать? В голове при этом, конечно, прокручивала поведение Норфилда. Он вёл себя странно. И это непонятным образом тревожило.

То есть, очевидно, что ритуал пошёл как-то не так. Ясно, что он по какой-то причине ударил по Марселю, который совершенно точно не мог оказаться моим истинным (такое мне и в кошмарах присниться не могло). Вероятно, дело было в том, что я, пока рисовала круг, могла подумать о Марселе – вот его ко мне и притянуло.

Притянуло…

Какое именно действие было прописано в книге? Каюсь, читала я не слишком внимательно – сильнее всего меня интересовала возможность найти того самого, чем то, что конкретно этот самый истинный будет испытывать во время ритуала. В моей голове это выглядело как взмах волшебной палочки. Хоба – и тот-самый-идеальный стоит передо мной.

Что ж, теперь меня интересовало только как снять ритуал.

И чем мне может грозить неудача.

До общежития мы добирались в полном молчании. Марсель держал дистанцию и очевидно избегал моего взгляда. Вопрос о том, как он себя чувствует, тоже проигнорировал.

Последнее, кстати, обидело. Я тут, в кои-то веки, за него беспокоюсь – где хотя бы толика благодарности?

Но нет. Он был хмур, молчалив и исключительно собран. Сжимал и разжимал кулаки, стискивал зубы и – мне же не показалось? – даже задерживал дыхание, когда я по нелепой случайности оказывалась чуть ближе, чем расстояние вытянутой руки.

Что ж, ладно. Я пыталась быть милой, Всеединая мать свидетельница. И как только мы проведём обратный ритуал, перемирие закончится.

Кстати, стоит вспомнить, какую конкретно месть я для него приготовила. Точно ведь что-то было. И, кажется, именно над ней я работала вчера, вернее, уже сегодня под утро.

Приду в комнату – первым делом всё проверю.

Именно с такими мыслями я и постучала в дверь Белинды.

Вообще, насколько я успела понять, все приезжие делегации селили в одном крыле. За исключением преподавателей – их всё-таки разместили этажом выше.

Поэтому Белинда, так уж вышло, жила всего за пару дверей от меня. И преодолевая весь долгий путь от башни, я внутренне сетовала на то, что не заметила, как полуэльфийка забирает книгу. Ну, или не догадалась заглянуть к ней первой. Сэкономило бы кучу времени.

Но – что сделано, то сделано.

Бейли открыла дверь уже полностью одетая и явно готовая идти на завтрак. Взглянула удивлённо сначала на меня – а потом перевела взгляд на Марселя. Лицо её приняло ну очень задумчивое выражение.

Впрочем, ненадолго.

— Элис, дорогая, я уже отправила твоё зелье с Уррсой.

В подтверждение её слов, под ногами Белинды метнулась тёмная тень. Уррс – чёрный муфтон, тварюшка из эльфийских земель. С головой кота и очень длинным пушистым телом. Меня всегда интересовало, в каком конкретно месте это тело переходит в хвост, но Бейли исследовать любимца не позволяла.

Иногда мне тоже хотелось иметь такого же незаменимого помощника… Но сейчас не о том.

— Зелье? — растерялась я, игнорируя муфтона.

— Да, от головной боли, ну ты знаешь! Подругам – совершенно бесплатно, прошу заметить!

Я прислушалась к ощущениям. Голова уже почти прошла, но мысли всё ещё слегка путались. В частности, не давала покоя собственная странная реакция на Марселя.

Зелье от Белинды – однозначно то, что было мне сейчас нужно.

— Спасибо, — искренне выдохнула я. — Обязательно приму.

Белинда с достоинством кивнула и перевела взгляд на хмурого Норфилда.

— Но, — пропела она, — если твоему приятелю тоже нужно зелье, то у меня как раз есть отличный вариант…

Зелёные глаза хищно блеснули, и я поняла: Марселю конец. Не прямо сейчас, но в момент, когда он попробует зелье – точно.

— Бейли, — начала я и осеклась.

Просто за спиной хлопнула чья-то дверь. А я вдруг вспомнила, что нашу делегацию в полном составе тоже поселили на этом этаже. И близилось время завтрака.

А значит, мимо нас скоро пойдёт Гастон.

— Прости, но это важно, — выпалила я и юркнула в комнату, втянув с собой Марселя. Прикрыла за собой дверь и с облегчением выдохнула.

Бейли окинула выразительным взглядом сначала меня, потом Марселя – и изогнула бровь.

— Что случилось? — тихо уточнила она.

— Книга, — заговорщически выдохнула я. — Вчерашняя книга, по которой мы проводили ритуал – это…

Бейли смотрела так внимательно и так… непонимающе, что у меня зашевелилось дурное предчувствие. Ну невозможно же так смотреть, если ничего не брала. Даже если ты Бейли.

— Это не ты, случайно, её забрала? — закончила я с отчаянной надеждой. — Мы только что из башни, и книги там нет. А мне ну очень нужно провести обратный ритуал!

Белинда нахмурилась. А потом покачала головой.

— Нет. Я уходила последней, и книга лежала на столе. Может, Рина её куда-то спрятала и забыла?

Внутри что-то оборвалось. Я бессильно привалилась к стене.

Тупик. Самый настоящий. И что делать дальше – непонятно.

— А почему ты хочешь провести ритуал? — поинтересовалась Белинда. — Передумала искать своего истинного?

Я напряглась, а Марсель… Он подарил такой взгляд, что впору под землю провалиться.

Только мы, строго говоря, и так были под землёй.

— Ритуал не сработал, — нехотя призналась я. — Вместо истинного ко мне притянуло Марселя. И теперь его надо как-то отвязать.

Губы полуэльфийки дрогнули, словно она находила в ситуации что-то смешное. Но полноценной улыбки не последовало.

— Действительно, ситуация, — с сочувствием протянула она. — Знала бы – переписала к себе в блокнот обратный ритуал.

— А ты не переписала? — уточнила я с неожиданно вспыхнувшей надеждой.

Она развела руками.

— Увы. Прошлым вечером я просто отдыхала. Но если хотите, у меня есть парочка подходящих зелий. Возможно, они вас интересуют.

А вот этот тон я знала. Он включался в момент, когда полуэльфийка переставала быть моей дорогой подругой Бейли и становилась Белиндой Вейр, девушкой со стальной хваткой.

— В наличии имеются: зелье прочищения сознания, отворотное зелье, а также новейшее экспериментальное зелье. Последнее выдам совершенно бесплатно, если согласитесь предоставить список побочных эффектов.

Марсель невольно попятился. И я его в чём-то понимала.

— А первые? — осторожно уточнил он.

— А за первые, — слегка поскучнела она, — принимаются добровольные пожертвования во флуатах. Прайс-лист прилагается.

Марсель взял всё. Так что от Белинды он выходил, звеня бутыльками.

К слову, я бы на его месте поостереглась пробовать всё подряд, но парень, похоже, никаких проблем в том, чтобы смешать внутри себя несколько сильнодействующих зелий, не видел.

Хуже всего, что я не понимала, как быть дальше. А значит что? Правильно, надо валить, и побыстрее.

Тем более, что мысли продолжали путаться. Вот позавтракаю, приму зелье от Белинды – а там, глядишь, и стану взрослой и ответственной. А пока…

— Ну что ж, — подытожила я, стоило нам поравняться с моей дверью. — Очень жаль, что так вышло. Но я помогла, чем смогла. А теперь – удачи тебе на занятиях.

На этих словах я натурально сбежала. Юркнула в свою комнатку и захлопнула дверь.

Вернее, попыталась. Потому что, как выяснилось, реакция у Марселя была отменная.

Прежде, чем створка успела окончательно закрыться, в щёлку протиснулась нога. А следом – дверь покрылась морозным узором.

— Ну нет, Элисон, — процедил Марсель, и дверь снова распахнулась. — Просто так ты от меня не сбежишь, даже не надейся.

Он шагнул внутрь.

Марсель

Она издевалась. Нет, действительно!

Годы противостояния, годы взаимных подлянок, со временем становящихся всё более и более жестокими. Но мы никогда не заходили в зону отношений. Это был запрет. Табу.

Для меня не было секретом, что как девушка Элис очень и очень привлекательна. Для других. Я видел, как на неё смотрели другие парни в волшебной школе, но сам я никогда не рассматривал её как девушку, разумеется. Просто я-то, в отличие от остальных, знал, на что она способна. Кому нужна девушка, способная отравить жизнь на пустом месте? Мне – точно нет.

Элисон тоже никогда не рассматривала меня в подобном ключе – это я знал наверняка. Случайно подслушал, как она обсуждала меня с какой-то подружкой во время школьного обеда.

Поэтому сейчас я верил, что проблема была действительно в ритуале. Что-то там пошло не по плану, и я оказался привязан к Элис. Мощнейшее ментальное воздействие ломало волю и заставляло желать… того, чего я бы никогда не стал желать в нормальном состоянии.

Ранее, когда я ворвался в комнату Элис, это самое желание практически спало. Но ненадолго, совсем ненадолго.

Отдельное облегчение принёс контакт. Когда я прижал её к себе, вдыхая запах тёплого шоколада и корицы. Когда впился поцелуем в мягкие губы, сминая и присваивая. Внутри разлилась эйфория.

А потом…

Потом нахлынуло новое желание. Желание обладать. Желание подчинить. Желание подмять под себя и…

Если бы только Элисон знала, чего мне стоило сдержаться. Отступить на шаг и привести мысли в порядок. А потом – не наброситься на неё по дороге в башню. Или не зажать её в каком-нибудь углу по пути обратно. Таких уголков в академии было предостаточно, я бы легко мог найти подходящее место. При желании.

Но я держался. Сжимал кулаки, стискивал зубы и ежесекундно напоминал себе, что ни эти мысли, ни эти желания мне не принадлежат. Это всё морок. Наваждение. Которые необходимо снять.

И чем скорее, тем лучше.

А пока – я скупил всё, что мог, у её чокнутой подружки. И был твёрдо намерен докупить всё, что останется, если запасов перестанет хватать.

Лишь бы продержаться.

— Ну что ж, — донёсся голос Элисон, словно пробиваясь сквозь вату. — Очень жаль, что так вышло. Но я помогла, чем смогла. А теперь – удачи тебе на занятиях.

Смысл слов дошёл не сразу. И прежде, чем я осознал происходящее, эта стерва скользнула в свою комнату.

К счастью, реакция у меня была отменной, спасибо тренировкам Игниса. Я успел выставить ногу. Только что услышанные слова прогремели в мозгу, создавая эхо. Вызывая ярость. Замораживая всё на своём пути.

Она что же, меня бросала? После того, что она сделала?!

Ещё чего!

— Удачи? — прорычал я, дёргая на себя дверь. — Удачи?!

Элис явно поняла, что борьбу проиграла. Тяжело сглотнув, она отпустила ручку двери и попятилась.

— Ну нет, Элисон, — процедил я, шагая внутрь. — Просто так ты от меня не сбежишь, даже не надейся.

Замок мягко щёлкнул за спиной, отрезая нас от мира. Девушка отступала, едва дыша. В глазах плескался… страх? Она метнула взгляд на дверь, лихорадочно обшарила глазами комнату и снова уставилась на меня.

И едва не вскрикнула, упершись ногами в кровать.

Комната была маленькой, а единственный выход, так уж вышло, оказался за моей спиной. Была ещё ванная – но она явно понимала, что там прятаться некуда.

Умная девочка.

— Ты хотя бы отдалённо представляешь, как я себя чувствую после твоего ритуала? С чем приходится справляться прямо сейчас?!

Я надвигался медленно, а карие глаза становились всё шире. Страх? Хорошо. Может, в следующий раз она подумает прежде, чем мне вредить. Растерянность. Не думала, что так получится? Полагала, что я буду сидеть и терпеть? И… желание?

Проблеск эмоции был слишком быстрым, слишком мимолётным, но я всё равно успел заметить, как её взгляд на долю секунды метнулся к моим губам.

И этот взгляд… Внутри меня словно пульсар взорвался. Во всяком случае, контролировать себя я уже не мог. На краю сознания мелькнула слабая мысль, что эти эмоции мне не принадлежат, но я с готовностью их задушил.

Конечно, мысли мои. Чьи же ещё? Кто ещё способен в равной степени желать поцеловать эту стройную шейку и сжать её посильнее? Только я.

— Марсель, послушай… — начала она и осеклась.

— А может, не надо ни с чем справляться? — вкрадчиво прошептал я, остановившись прямо перед Элис. Я чувствовал её дыхание на губах. Я видел эти широко распахнутые карие глаза. В них, как в омутах, плескалось столько всего – не разобрать.

Она всё понимала. Не могла не понимать. И, конечно же, осознавала: то, что сейчас произойдёт – неизбежно.

— Может быть, надо просто сделать то, чего так хочется? — прошептал я.

— Остановись… — тихий шёпот. А может, крик. В любом случае, он был уже не способен на меня повлиять.

Лёгкий толчок – и Элис упала на кровать. А я навис сверху. Миг замешательства. Я словно оцепенел, силясь вспомнить что-то важное. Но нерешительность быстро прошла.

— В конце концов, ты первая начала, — прошептал я, склоняясь к её губам.