Привилегия местных жителей 2

Глава 1

Адрин не верил своим глазам. Хайкин взял и уехал? Бросил их? Времени прошло всего ничего, они с Еннишем не пробыли в межмирье столько, чтобы Хайкин потерял надежду дождаться. Да и временной парадокс должен был сработать. Получается, что этот деятель стартанул в ту же секунду, как они ушли на теневую сторону.

Страж ощутил лютую обиду: его обвёл вокруг пальца какой-то местный житель. Даже не демон! Хотя он сам хорош, мог бы догадаться, почему контора называлась «ХАХА». Вот тебе и «ха-ха». Если бы Адрин приехал сюда туристом, он бы мог даже оценить шутку, но сейчас ему было не до смеха.

Идти пешком до самого города не улыбалось, а ещё больше не хотелось отпускать Хайкина безнаказанным. Хорошо, что они не полностью рассчитались. Ни гроша больше от него эта сволочь не получит.

Рот переполнился горечью, в глазах защипало. Таким оскорблённым Адрин не чувствовал себя примерно лет с шести. Страж представил, что он сделает с этим персонажем, когда поймает, но после третьей праздничной версии вернулся к реальности.

— Енниш, нас бросили. Мы должны отомстить, — скомандовал он напарнику.

— Как так? — не понял фамильяр. Он вообще не сообразил, что означают примятые следы на берегу.

— А вот так. Поднимись повыше и скажи, куда успел умчаться этот придурок. Оценим силы.

Енниш скакнул на сосну, промчался до верхушки, оттолкнулся и скрылся в темноте. Почему нематериальный фамильяр норовил подниматься по материальным опорам, Адрин не понимал. Ещё одна загадка ушла в список «прояснить потом».

Страж сделал пару кругов по берегу, сбрасывая ненависть в пространство и надеясь, что лес ей не подавится. Адрин потёр ладони, вдохнул, выдохнул и приготовился к новостям. Они не заставили себя ждать: на плечи ему из ниоткуда рухнул Енниш. Для спуска енот к подпоркам не обращался.

— Слушай сюда: он ползёт по грунтовке, но не той, по которой мы приехали. Та кривее и длиннее. Ведёт она примерно туда же и сливается с основной позже. Енот махнул лапой чуть восточней основной дороги. — Логике маршрут не поддаётся. Если он хотел удрать от нас, то ломился бы по прямой.

— Или он настолько идиот, что решил, будто мы помчимся за ним тем же путем, что приехали. И купил себе гарантий.

— Он ведь не знает, что мы — это мы. Он думает, ты один.

— Да, точно. — Адрин дёрнул себя за торчащую прядь волос. — Действительно. Он тебя не видел. А если бы я попытался догнать его по теням, то держался бы основной дороги. Без тебя я бы так и поступил.

Енот захихикал.

Они спланировали маршрут перехвата. Понадеялись, что предусмотрели всё, и решили не делать промежуточных остановок, а мчаться по теням сразу к точке встречи. Адрин допускал, что их расчёты неточны, потому что в этих землях временной парадокс работал с меньшим сжатием, чем в Тененбурге. Но приходилось торопиться: месть сама себя не отомстит. И это блюдо страж не планировал подавать холодным.

Хайкин, по словам Енниша, трюхал ненамного быстрее пешехода. Пока они с Адрином носились туда-сюда, тот успел отъехать едва ли на километр. Грунтовка с вылезающими корнями не дала бы ему разогнаться, а после недавнего ливня остались приличные промоины, которые тоже приходилось объезжать. Поэтому Адрин прикинул, что точка в пяти километрах от них окажется достаточно удалена, чтобы они успели обогнать подлого автовладельца.

Едва план сформировался, гнев снова полез наружу как бешеный суп. Волевым усилием страж гнев поприжал, но пообещал ему шанс выплеснуться позже. Уже скоро. Тот притих и затаился, подбулькивая.

Адрин с Еннишем рухнули в межмирье и рванули наперерез.

Теневая сторона под северным пригородом пропустила их, даже не подкинув складок под ноги. С усилением Енниша Адрин долетел до намеченной точки в считаные минуты.

Страж успел подумать, что ситуация забавным образом перекликается с их забегом полуторамесячной давности. Только тогда он гнался за предыдущим воплощением Енниша, а теперь они вместе преследовали общего врага. В новой конфигурации бежалось гораздо быстрее, ноги летели по воздуху, да и межмирье сотрудничало.

Они даже не опоздали. Просто ошиблись с точкой выхода и оказались в лесу. На незнакомой местности Адрин ориентировался не так хорошо, как в родном городе, и когда они поверху добежали до дороги, увидели лишь задние фары удаляющегося авто Хайкина.

Нырять в тени снова Адрин не пожелал — гнев рвался наружу, планы летели в топку. Изначально он хотел выйти перед машиной, тормознуть мерзавца, вытащить его и набить морду. Но уже за поворотом рисовался выезд на трассу получше, где гоняться за Хайкиным стало бы сложнее. И Адрин бросил иллюзию перед машиной.

Он опасался, что сил удержать её достаточно долго не хватит, поэтому сделал ставку на зрелищность. И забыл, что действует при подключённом Еннише!

Иллюзия удалась. По центру дороги возникла трехметровая фигура самого Адрина, хотя он планировал ограничиться обычной полноразмерной копией. Зелёное зарево вокруг фигуры поднималось до небес.

Авто оттормозилось, перепуганный Хайкин выскочил из-за руля и помчался в чащу.

— К машине! — скомандовал Еннишу Адрин. Из двух объектов пришлось выбрать наиболее полезный, как бы ни хотелось побить Хайкина.

Через секунду они стояли у брошенного авто. Цель была достигнута, и Адрина начало рвать прямо на дорогу от перенапряжения. Иллюзии давались ему тяжело, и поддержка фамильяра не только усиливала его, но и усугубляла побочные эффекты.

Енниш приземлился на крышу авто и уставился на стража, изображая сочувствие. Кто бы мог подумать, что избыток магии так же плох, как её недостаток, а мастер так хрупок.

Закончив блевать, Адрин спустился к лесу, отломил веточку от молодой сосны и сунул в рот.

— Что ты делаешь? — поинтересовался Енниш. — Это амулет?

— Сам ты амулет… — пробурчал Адрин, разжёвывая конец ветки.

— А, гигиена, — понял Енниш. — Экий ты чистоплотный!

Адрин мрачно посмотрел на него, орудуя во рту измочаленной веткой. Ужасно глупо, что организм так реагирует на прибавку мощности. Может, со временем он прокачается и перестанет. Но неудобно. И Хайкина упустили. И на языке отвратительный вкус, хотя с веткой полегче. Из немногих полезных навыков, которые он приобрёл во время школьных забегов по лесам, был и этот.

Гнев утих, видимо, ему добыча показалось достаточной. Или страж просто устал. Да, морду бить некому, зато есть на чём ехать. Если удастся завести тарантас.

Адрин пошарил в бардачке, потом под сиденьем и нашёл стартер. Вылез из автомобиля и воткнул его в гнездо под радиатором.

Енниш по-прежнему сидел на крыше и наблюдал. Когда страж начал крутить ручку, енот сместился ближе:

— Ты хочешь сказать, что в этой хрени нет магии? Ты всю дорогу будешь вращать эту штуку? А как же мы поедем?

Адрин заржал и бросил стартер, который пока всё равно не срабатывал.

— Мы поедем, когда заведём эту колымагу. И да, магии тут нет, это простая модель. Ты бы лучше подшаманил внутри, уже хочется в город попасть.

Страж постучал по капоту. Енниш послушно просочился внутрь. Вскоре раздались возмущённые вопли:

— Да кто так делает? Да как так можно! Это же вообще не должно работать!

Но несмотря на вопли, им удалось вдохнуть жизнь в авто. Адрин вынул стартер, кинул его на сиденье и уселся за руль. Ездить его толком не учили, но с движением по прямой он должен был справиться.

Енниш материализовался на пассажирском сиденье и спихнул стартер на пол.

— Я не понимаю! Как вообще на этом можно перемещаться?

— Хочешь пешком? Не выпендривайся. У нас есть вот это, на нём и поедем.

Енот зафырчал не хуже авто, и Адрин тронулся с места. По дороге он понял, что не протестированным осталось взаимодействие с Еннишем в варианте, когда фамильяр находится на человеческой стороне, а Адрин — в межмирье. Коммуникация в этой комбинации возможна, а что ещё? Мысль пришла, прямо скажем, не вовремя, но возвращаться Адрин не собирался. Придётся проверить позже.

Доехали без приключений. Они быстро вырулили на знакомую дорогу, и дальше всё стало просто. Авто бросили на окраине Прилучья. Страж решил, что возвращать машину к офису ни к чему. Не заслужил Хайкин такого сервиса. Перед тем как окончательно расстаться с транспортным средством, он ещё раз обшарил его — вдруг что найдётся. И обнаружил там подписанный им самим договор, который в офисе подмахнул почти не глядя. На радостях, что нашлось, на чём ехать. И поржал.

Предпоследним пунктом шёл абзац, что контора имеет право оставить клиента на месте силы, если турлидер (в данном случае Хайкин) сочтёт такое развитие событий благоприятным для развития клиента. Турлидер, видимо, счёл. Однако далее не было пунктов, которые бы запрещали клиенту догонять турлидера и отнимать у него тачку. Так что Адрин прихватил договор — свою копию он где-то посеял — и отправился к гостинице пешком.

Есть хотелось ужасно. Страж потратил все силы на тест новых возможностей, погоню и борьбу с техникой, и их следовало восстановить. Но в четыре утра никто не мечтал выдать гостю пригорода даже самого маленького бутерброда. Адрин сорвал яблоко с ветки, свисающей из-за забора, и тут же слопал его, закинув огрызок обратно в сад. Пусть из него ещё дерево вырастет.

Яблоко не помогло, есть хотелось по-прежнему, а ничего, напоминающего пропитание, на горизонте не наблюдалось. Адрин попробовал поднапрячься и сгенерировать себе перенос хоть каких-нибудь сухариков, но не вышло. Он слишком устал. Не было сил даже послать Енниша, чтобы он что-нибудь украл, слишком долго объяснять, что и где можно добыть.

Страж уныло брёл по улицам, неуклонно приближаясь к гостинице, как вдруг учуял божественный запах куриных щей из свежей капусты. И, почти не контролируя себя, двинулся в направлении аромата. Неужели с ним не поделятся? Не может человек, который готовит такие щи, быть злым и жадным.

Запах привёл к местному кабаре «Летучая мышь». Щи ярче всего пахли с черного входа, но Адрин для приличия зашёл с парадного.

За стойкой из красного дерева стояла администраторша средних лет, утянутая в золотое платье.

— Мы уже закрываемся, — осторожно сообщила она внезапному посетителю.

— Я понимаю, время позднее, — улыбнулся Адрин, — но я к вам с нестандартным запросом. У вас так вкусно пахнет щами. Нельзя ли мне присоединиться к вашему ужину? Или завтраку? Я заплачу. Хоть за билет, хоть за ужин— как скажете.

Администраторша всплеснула руками.

— Ой, да это наша кухарка для девочек варит!

— Мне не хватит? Я согласен на маленькую порцию.

— Ну что вы, хватит, конечно. Но это совсем простая еда. Мы гостям подаём совсем другое.

— И отлично! — обрадовался Адрин, чувствуя, что дело слаживается.

Из зала всё ещё доносились музыка и стук каблуков.

— Ну ладно, — улыбнулась администраторша. — Покупайте билет и проходите.

Билет встал недорого, и Адрин легко расстался с деньгами, предвкушая супчик. Администраторша тем не менее пожелала предварительно завести его в основное помещение, чтобы предъявить шоу согласно купленным билетам. Они вошли в зону рядом со сценой, на которой под убитое пианино дотанцовывали номер четыре девушки, взмахивая оборчатыми юбками. Страж с дамой в золотом пересекли уже ползала, когда взгляд Адрина упал на диванчик, где находился единственный зритель шоу. Он спал.

Человека Адрин узнал мгновенно. Это был тот самый толстенький представитель центрального Управления, который привёз приказ о немедленном демонтаже особняка у Сонного брода. Сейчас облеченный властью посланец не излучал угрозы: голова покоилась на коленках танцовщицы, а сам он мирно свернулся калачиком.

Страж не удержался и фыркнул. Администраторша кинула на него напряжённый взгляд, пожалев, что потащила нового гостя через зал, и быстро вывела его в коридор. На прощанье страж послал танцовщицам воздушный поцелуй. Администраторша слегка выдохнула: посетителю весело — это хорошо. Глядишь, и придёт вечером как нормальный.

— Это Цеппелин, — пояснила администраторша, когда они подходили к кухне. — Он вырос у нас за кулисами, его мама танцевала у нас лет десять. Теперь каждое лето приезжает сюда из столицы. Он там большой человек. Говорит, что только здесь и может выспаться. Когда есть другие гости, мы его перемещаем за кулисы, там стоит такой же диванчик. Но сегодня никого нет, только вы.

— Я не возражаю, — усмехнулся Адрин.

И умилился. Вот так посмотришь на кого — упырь упырём, а туда же — спать на коленках у танцовщиц. Хотя на таких коленках он и сам бы поспал. Но не надо отвлекаться, — одёрнул он себя. Наша цель — щи! И, предвкушая спасительный завтрак, ввалился на кухню.

Ему налили полную тарелку. Адрин успел наговорить комплиментов кухарке ещё на входе и теперь пожинал урожай: в комплект к капустному блюду выдали целую куриную ногу и ломоть серого хлеба. Енниш угнездился на верхней полке, приобняв местного кота. Кот был так стар и столького навидался за свою жизнь, что Енниш его ничуть не смутил. Сейчас они, подперев друг друга мохнатыми боками, сидели и разглядывали людей, энергично машущих ложками. Щи определённо удались.

Адрин сваял историю, как он соскучился в походе и вернулся к цивилизации, но не рассчитал время прибытия и теперь вынужден болтаться на улице, пока дежурный не откроет гостиницу. Девчонки съели рассказ за милую душу и выложили ему всю правду про местный бизнес, который любит бросать людей в лесу.

Про это охотник и сам мог бы много чего сказать, но предпочёл послушать.

Как стража его никто не опознал, лохматых тут своих хватало. В Прилучье штатной стражи не было, а всякие ужасы происходили где-то далеко: в Тененбурге, в столице и на восточном побережье. Про себя Адрин рассказал, что работает помощником в лучшем тененбургском тире с иллюзорными демонами, и пригласил девочек пострелять, на что они ответили ему дружным хохотом и пообещали, что зайдут.

Протрепались часов до шести, потом девушки начали зевать, и страж распрощался с гостеприимным местом. Цеппелин же так и остался на диванчике. Танцовщица, которая щедро предоставляла колени весь вечер, ловко подсунула вместо них подушку, чтобы поесть вместе со всеми.

Адрин вышел на улицу и нос к носу столкнулся с Волиным.

Глава 2

Волин работал всю ночь. Отчёт, который он подготовил для начальства, даже рядом не стоял с отписками, которые строгали стражи. Что они в них находили трудного, он понять не мог. Вот полноценный обзор происходящего — это задача! И перепоручить её было некому.

Изменения, которые произошли на теневой стороне за последние месяцы, требовали пристального внимания. Объяснения им не находилось и оставалось только фиксировать. Волин осторожно предложил несколько гипотез, но они ему самому не нравились, поэтому вместо обычных трёх гипотез он вписал в отчет семь, надеясь хотя бы очертить поле изменений.

Визит Йотты, эффект его заклинаний и поведение теневой стороны в разных частях света косвенно подтверждали идею неоднородного межмирья. Но уверенных доказательств не находилось.

Сама работа ему нравилась. Волин любил сводить воедино самые безумные линии и нащупывать правду. А вот администрировать буйных оболтусов терпеть не мог. Однако делать нечего: родина поручила — иди и делай. Тем более что задачу эту передать некому.

У него ещё теплилась надежда вырастить преемника в своём коллективе из Углина или Очина, но пока ни тот ни другой не тянули. Углин увлекался стравливанием командиров звеньев и называл это конкуренцией, а Очин страдал гиперответственностью.

Волин поручил Очину приглядывать за Адрином, поскольку этот персонаж в последнее время доставлял многовато хлопот. Хотя, если честно, хлопоты ему же и доставались. Но Волин не привык игнорировать столь явные знаки. Если кто-то постоянно оказывается в центре событий, на это есть причины. Вины человека может и не быть, но какая-то связь точно имеется. Ничего не происходит просто так.

Но приглядывать — не значит ходить по пятам. Надо было держать руку на пульсе. А Очин запаниковал вчера ближе к полуночи, прислав сообщение с переносного передатчика, что Адрина он потерял, пока все плясали с цветочницами. Ну потерял и потерял. После первого сообщения Волин только плечами пожал.

Очин не успокоился, сделал три круга по городу и прислал ещё одно. Если бы Волин спал, он бы Очина точно убил — аппарат громко пищал, отплёвывая донесения. А так ему пришлось ещё раз пожать плечами. Старший охотник Константин Адрин и не такие номера откалывал. Не хотелось бы потерять его из виду на сутки, а исчезновение на полночи — ничто. Найдётся. Тем более что хорошенькие цветочницы многое объясняли.

Волин попробовал вздремнуть, но ему не спалось. Он вышел пройтись по холодку, и на соседней улице наткнулся на Адрина собственной персоной. Выходящего из местного кабаре.

— На ловца и зверь бежит! — обрадовался Волин.

— А вы меня ловите? — удивился Адрин. Страж с трудом скрыл восторг, что столкнулся с начальником на выходе, а не на входе. Пусть руководство думает, что он всю ночь тут торчал.

Волин мысленно упрекнул себя за несдержанность. Спать всё-таки надо иногда. Теряет бдительность. Адрин же понятия не имеет, что начальник зарядил Очина за ним следить. На самом деле Адрин об этом знал, потому что удачно подслушал их позавчерашний разговор, но прямо сейчас оба делали вид, что никто ничего не подозревает.

Рожа у Адрина была подозрительно счастливая, как будто он только что в одно лицо сожрал три обеда и два ужина. Стражи славились хорошим аппетитом, и еда им была объективно нужна.

Одно время имперские маги обсуждали, не вырастить ли бойцам второй желудок для освоения большего объёма пищи, но после экспериментов на крысах от идеи отказались.

— Специально не ловлю, но рад, что ты мне попался, — взял себя в руки Волин. — Пойдём-ка пройдёмся. У меня есть мысль, и я хочу её об тебя подумать.

Адрину показалось, что Волин задумал чего-то странное, но вроде он в хорошем настроении — чего не пройтись. Да и вообще. Игнорировать начальство — себе дороже. К тому же он сыт, дел никаких, а поспать и днём можно.

Они двинулись по улице в направлении Адриновской гостиницы. И Волин попросил подчинённого поделиться наблюдениями за теневой стороной.

Адрин мысленно отделил опыт последней ночи от всего предыдущего и рассказал Волину и о разделяющих деревьях, и об иной степени сжатия времени в северном пригороде.

— Замеров я никаких не делал, — пояснил Адрин. — Всё строго на глаз. Но разница есть. Когда мы со своим звеном застряли внизу под выступом, Очин вышел наружу раньше нас. И когда я выполз с Бахиным, Очина уже не было, они успели вернуться на лодке и угнали к другой точке. Ну то есть это много событий для малого промежутка времени.

— Жаль, что не замерили, — отметил Волин.

— Да, — согласился Адрин. — Но не до того было. А что, может, здесь замерим? Всё равно делать нечего.

Волин засмеялся.

— Здоровое любопытство! Одобряю! Но под Прилучьем нет ничего.

— Да? — удивился Адрин и попрыгал на месте, проверяя.

Земля отозвалась упругой плотностью. Никакой теневой стороны в этом месте не было. Адрин порадовался, что смог проверить с Еннишем свою новую силу за пределами активной зоны, и точно знал, что дело не в нём. Он не может погрузиться в тени из Прилучья, потому что ему некуда падать. На всякий случай дёрнул Енниша и подтвердил свои подозрения. Да, под ногами у них простиралась честная земля безо всяких прокладок.

— Действительно, — сообщил Адрин ухмыляющемуся Волину. — Нету. Можно отъехать тогда. Хотя нельзя! Но и вправду стоило бы проверить, когда такой шанс будет.

Волин похмыкал и покивал, подтверждая, что так-то идея интересная, но покидать Прилучье сейчас не велено. Политика. Да и Цеппелин из центрального Управления остался в городе, хотя Волин надеялся, что он уедет.

Адрин ухмыльнулся. Что делает в Прилучье Цеппелин, ему было точно известно. Волин заметил его реакцию, но причины её не понял, а Адрин не стал объяснять. Очень уж сложная история, да и не стоит светить свои ночные передвижения. Пусть начальник думает, что он всю ночь провёл в кабаре. Вполне подходящий для стража досуг.

Рассвело. По улицам поехали повозки, открылись ставни. Адрин с Волиным дошли до гостиницы, где жили оба звена стражей. Внезапно дверь открылась, и из фойе вылетел на улицу Очин. Заметив обоих, он на секунду замялся — выяснять, где гулял Адрин, в этих декорациях было довольно глупо, и он махнул им обоим, крикнул «я на пробежку» и порысил вниз по улице. Хорошо, что стражи всегда одевались так, чтобы рвануть с места в любой момент, и могли имитировать спорт где угодно.

Волин с Адрином задумчиво проводили Очина взглядами. Каждый всё понял, но понадеялся, что не понял другой. Они сделали круг по ближайшим кварталам, вернулись к столовой и взяли завтрак. Адрин сильно набивать брюхо поверх щей не стал, а ограничился чаем и пирожками с вареньем. Волин же выбрал кашу без масла и настой из местных ягод.

Никаких откровений, кроме расхождений во временном парадоксе, они не нащупали. Про себя Волин удивился, что Адрин больше не рвётся к слиянию Теми и Леми, но списал это на недосып собеседника. Так оно в каком-то смысле и было. Адрин, решив основные проблемы, позабыл, как склонял начальника устроить экспедицию. И как наврал, что именно здесь родина тех декоративно-заградительных деревьев, которые они видели под Сонным бродом.

Охотник даже не поинтересовался, сколько ещё они собираются здесь торчать. Вот спать уже хотелось, и, к счастью, Волина тоже клонило в сон. Поэтому он не стал углубляться в перемену интересов. Оба уже плохо соображали.

Они ещё поперекидывались идеями, как и почему теневая сторона под островом Йотты отличается от тененбургской, но так ни к чему и не пришли. А когда каша с пирожками закончилась, разошлись по гостиницам.

Но нормально поспать им не дали. К полудню всех затребовал к себе Феррин, местный следователь по межмирным делам.

***

Когда четверо из десятерых тененбургских стражей уверенно заявили, что их магический слепок не соответствует действительности, Феррин запросил слепки из их Управления. Не могут же все врать!

С чего вдруг аппарат засбоил, он понять не мог. Устройство проверяли и настраивали совсем недавно. Приезжал маг из Тененбурга. Для очистки совести следователь снял свой собственный слепок, потом вызвал помощника и подверг его аналогичной процедуре. Всё было в порядке. В смысле ровно так, как и было всегда. И чего на этих тененбургских всё ломается? Но процедура есть процедура, и он затребовал из Управления Тененбурга родные слепки стражей.

Феррин позволил себе порадоваться изобретению ПСС, потому что без срочной связи он ждал бы материалы неделю. Хоть что-то хорошее в мире есть. Теперь же к десяти утра формулы слепков всей команды лежали перед ним на столе.

Он сравнил их со своими замерами и заметил, что в девяти случаях из десяти несовпадения носят внутренний характер. Как будто кто-то ложкой помешал по центру цепочки. И только у одного человека цепочка не только другая по составу, она ещё и длиннее, чем обычно.

Феррин вспомнил, что именно старший охотник Адрин зашёл к нему первым. На нем всё и сломалось. Не могло ли случиться, что именно он стал причиной временной порчи оборудования? Как бы это выяснить?

Если найти виновника не удастся, всю команду придётся отпустить, потому что совпадений между слепками и следами отката на погибшем не обнаружено. А если он отпустит стражей, то потеряет возможность привлечь их снова. Возобновить дело станет невозможно. И так получил пинка от руководства, чтоб или раскрыл дело, или закрыл и не позорился.

Совпадение между слепком и откатом не давало однозначных доказательств вины, если не рассчитывать на чистосердечное признание. А стражи были крепкими орешками, тут Феррин себя не обманывал. Но со слепком в руках он мог бы хоть как-то ущучить тененбуржцев.

Заварив себе шиповника, мешок которого всегда держал в ящике, он набухал туда меду для улучшения умственной деятельности и задумался. Что, если тот самый первый охотник всему причиной? Что, если налицо саботаж? Одного этого хватит, чтобы тененбургское Управление привернуло понты и пошло ему навстречу.

В чём должно выражаться хождение навстречу, он не придумал, но прогнуть конкурирующее подразделение захотелось. Хотя больше всего Феррин мечтал узнать, насколько теперь можно доверять своему аппарату снятия слепков. Ведь если аппарат скомпрометирован, то его надо менять. А кто оплатит? Пусть Тененбург и оплатит. Следователь вздохнул. Все дороги вели в Тененбург.

Феррин подумал, что следует сделать последнюю попытку и спровоцировать стражей на признание. С паршивой овцы, как говорится, хоть шерсти клок. Что-нибудь да сострижёт.

Следователь допил свой шиповник и зашёл в таверну по соседству. По договорённости он пользовался услугами их посыльных для нужд службы. Бегать самому было бы тяжеловато. Да и не по статусу.

Следователь понадеялся, что стражи не разбежались и их не придётся собирать по всему городу. Мотаться за каждым никаких сил не хватит, а под его цели надо было привести всех. И желательно быстро.

Глава 3

— Звено, подъё-о-ом! — заорал кто-то над ухом Адрина.

Очин, конечно, кто же ещё? Не то над ухом, не то от входа в комнату: от громкости можно было и помереть. Адрин резко поднял голову и чуть не врезался в потолок: он забыл, что спит на втором ярусе койки, и потолок — вот он. Сразу над головой. Совсем не то же самое, что дома.

Шишкой не обзавёлся — жизнь, считай, удалась. Страж резво соскочил вниз и принялся одеваться. Таким макаром Очин разбудил его и Рысина, больше в комнате никого не было. Выспались? Уехали? Адрин молча натягивал вещи, рассчитывая, что старший сам скажет, чего ему надо. Выпытывать неохота, и так понятно, ради хорошего их будить бы не стали. Всё приятное потерпело бы до вечера.

— Значит, так, — объявил Очин. — Наши уже на улице, мы с вами выходим и вместе идём к Феррину. Он желает нас видеть, чтобы… чтобы что-то выяснить. И для этого мы должны явиться все сразу.

«А круто он орёт! — прокомментировал Енниш. — Тоже так хочу! Вернёмся — потренируюсь».

«Я тебе потренируюсь, — пригрозил Адрин. — И кому ты будешь орать? Мне? Никто, кроме меня, тебя слышать не может».

«А это потому что я тихий!» — возразил фамильяр.

«С кем я связался?» — возмутился Адрин.

Страж ощущал себя вполне отдохнувшим, хотя при случае придавил бы ещё пару часиков. А вот Волин, который ждал их у следователя бодростью похвастать не мог. То ли возраст сказывался, то ли он даже лечь не успел, — но выглядел Волин паршиво. Под глазами набухли мешки, кожа приобрела землистый цвет, и зыркал он на всех безо всякой симпатии.

В здании, где размещались все три службы порядка Прилучья, имелась большая комната с длинным столом для совместных заседаний. По делу она использовалась, только когда в город наезжало начальство с инспекцией. А в другие дни там отмечали праздники и хранили удочки.

Охотники расселись вокруг стола, Волин занял место по правую руку от следователя. Феррин прикрыл окно, чтобы стук копыт не отвлекал стражей. Заметил, что у себя в Тененбурге те отвыкли от конного присутствия. Вчера следователь видел двоих, которые кормили морковью лошадь молочника, а та, конечно, и не думала отказываться. Сам Феррин в жизни бы не стал отвлекаться на чужую скотину.

Никто из стражей понятия не имел, что задумал Феррин, но чутьё подсказывало, что следователю предъявить нечего. Поэтому он попытается взять на слабо. И надо только делать лицо лопатой, а там, глядишь, и пронесёт. Что бы местный специалист ни придумал.

Феррин встал во главе стола и только открыл рот, как вдруг дверь распахнулась, стукнув ручкой о стену. В комнату ворвался свежий и румяный Цеппелин.

— Приветствую, коллеги! — радостно объявил уполномоченный представитель Центрального имперского Управления стражи. Человек ЦИУ.

Следователь замер с открытым ртом. Вот кого не ждали. Феррин не сомневался, что столичный деятель давно уехал и не будет путаться под ногами. Но не судьба. Дознаватель подумал с тоской, что надо было бы послушать начальство и сразу закрыть дело, но кто мог представить, как всё обернётся.

Стражи тоже уставились на вошедшего безо всякой радости. Они ещё не забыли, что в прошлый раз этот персонаж привёз им целый мешок неприятностей. Но теперь-то какие демоны его принесли? Столице здесь ловить нечего, остались чисто губернаторские дела. Скормил демонам собственного племянника, теперь хочет переложить ответственность. Дело понятное. Но ЦИУ что тут забыло?

И только Адрин ухохатывался внутри себя. Он отлично понимал, что происходит. Его всегда так же распирало на деяния, когда удавалось выспаться и сытно позавтракать. При таком раскладе хочется горы свернуть. Ведь мир улыбается тебе!

Сегодняшний день улыбался одному Цеппелину. Представитель ЦИУ выспался в идеальных для себя условиях, позавтракал в том же клубе и теперь мечтал стравить лишнюю энергию. Больше никто в комнате таким энтузиазмом похвастаться не мог, и у представителя ЦИУ было явное преимущество.

— Отделение Стражи в Тененбурге, — заявил Цеппелин, — пользуется заслуженным доверием императора. Как самое сильное и ресурсное в Империи. На них все смотрят, с них берут пример, копируя подходы, практики и прицелы. То есть принципы. Поэтому, если есть малейшие сомнения в их компетенции, я обязан взять дело на контроль и либо снять подозрения, либо наказать виновных. В наших рядах не место саботажникам, предателям, да и просто слабым духом! Наш долг — очистить ряды стражей Тененбурга от недостойных, либо очистить репутацию. И я пришёл оказать вам поддержку в этом нелёгком деле.

Адрин угорал. Совершенно очевидно, что Цеппелин запланировал ещё разок вздремнуть в клубешнике, прежде чем переться домой. К месту блестящей карьеры, где он сможет по-прежнему испытывать безграничное доверие и всё такое.

Цеппелина страж ни капли не боялся. В детстве Кукинн научила его фокусу: если опасаешься кого-то из облечённых властью (директора там или учителя строгого), представь его в тапочках. и в халате. Сразу попустит. Не то чтобы страж часто испытывал подобные чувства, но пару-тройку раз пришлось вспомнить об этом средстве: и оно срабатывало безупречно. А Цеппелин на диване перед сценой дал результаты в десять раз лучше халата и тапочек. Адрин припас этот образ на будущее и отвлёкся на своих.

Стражи сидели с непроницаемыми лицами, а вот Волин не скрывал раздражения. Выспаться не дали, уполномоченного на голову насыпали. Он даже не заметил, что следователь так же поражён, как и он сам.

Первым пришёл в себя Феррин и предложил высокому начальству расположиться на другом конце стола.

— Нет-нет, — качнул головой уполномоченный. — Я здесь в уголочке посижу. Не буду вам мешать. Считайте меня молчаливой группой поддержки.

Цеппелин отнёс стул в угол и сел за спиной у следователя. Поддерживать он собрался неизвестно кого.

Адрин заметил, что мелкий пузан подхватил тяжёлый стул одной рукой и не поморщился. Не совсем, значит, бумажный человек. А из авто вылезал как бурдюк с вином, но сила-то есть. Страж с интересом уставился на представителя. Ему как раз было удобно рассматривать столичного гостя: Цеппелин сидел строго по диагонали, перекрытый Волиным, и достаточно было наклонить голову, чтобы поймать в фокус человека ЦИУ.

А вот Феррину было ух как некомфортно. Главное — Цеппелин ему даже начальником не приходился, представляя смежное ведомство, а вот гляди-ка! И не выпрешь теперь. Надо было гнать с ноги в первую минуту, пока оставалась возможность, а теперь неловко.

Но приходилось двигаться дальше, и Феррин ухнул как в ледяную воду:

— Господа. Знаю, вы предпочитаете обращение «тениты», но я не тенит и не имею права. Да мы и не в Тененбурге. Обойдёмся общеимперским этикетом. У нас с вами есть проблема. Наш артефакт по снятию магических слепков дискредитирован, и сегодня прибыли копии из вашего Управления. Так вот. Очевидно, что в момент снятия ваших слепков имели место искусственные помехи. И мне бы хотелось знать, не было ли в том злого умысла. Это важно как для моего дела, так и для вас, потому что если среди вас скрывается человек, способный на такую низость — а вмешательство в работу органа, расследующего преступление, это низость и есть, — то мы должны его найти. Ведь вредитель не остановится на этом, а продолжит своё чёрное дело.

Здесь Феррин взял трагическую паузу и уставился на Адрина. Страж уставился в ответ взглядом фарфоровой коровки с завода герцогов Мезеринов. Если бы у него ещё глаза были голубые, а не карие, удалось бы достичь идеального сходства.

Следователь запаниковал и перевёл взгляд на Волина. Хотел заставить подозревать собственных сотрудников и подбить на совместную проверку. Он знал, что Волин не до конца доверяет подчинённым. Иначе замглавы тененбургского Управления не примчался бы сюда, когда заварилась каша вокруг Сонного брода. Что Волин не доверяет местным властям даже больше, Феррину в голову не пришло.

В любом случае следователь не учёл, что Волин устал, не выспался и мечтал вернуться к домашней кухне. К тому же идея исследования теневой стороны для замглавы тененбургского Управления уже перевесила важность местного дела.

За спиной Феррина хрипловато дышал Цеппелин. Декорации не складывались. Нужные реплики не поступали. И Феррин, чувствуя, что проигрывает, отвёл взгляд от Волина и продолжил:

— Чтобы исключить возможность вмешательства, мне надо понимать, где вы находились весь вчерашний день. Кроме, разумеется, того времени, что вы провели здесь.

Тут он жестом фокусника вынул пачку бумаги с именами стражей и графиком времени с отмеченным часом снятия слепка. Выкатил на стол десять ручек-свидетельниц.

Адрин похолодел. Ручки эти являлись версией детектора лжи и предположительно меняли цвет, если пишущий излагал неправду. Но страж никогда ещё не держал их в руках и точно не знал, можно ли обмануть артефакты.

Он вызвал Енниша и потребовал ответа. Енот уменьшился до размера мыши и пристроился под ладонью Адрина, пока страж вертел ручку, делая вид, что примеривается к листу и вспоминает вчерашнее.

«Так. Смотри, — начал фамильяр. — Точно не скажу, мало времени, но кое-что она может. Фиксирует параметры тела. Попробуй сильно не врать на всякий случай».

«Угу», — отозвался Адрин.

В принципе можно было бы и не врать. Но Волин! Если он прочтёт показания, а он прочтёт (не зря же он тут сидит), придётся объяснять, зачем Адрин шастал по транспортным конторам. Так-то страж не планировал признаваться. Но теперь придётся, чтобы не городить неподъёмную гору фигни.

Один момент внушал надежду: лист заканчивался на полуночи, и, значит, поездка на место слияния Теми и Леми оставалась за кадром самым естественным образом. Адрин задумчиво прикусил кончик ручки, но тут раздался окрик следователя. Тот возмутился, что Адрин портит имущество.

— Да я в школе привык… Так лучше вспоминается. А что, их совсем нельзя грызть? Они вкусные у вас, — смущённо сообщил он Феррину.

Цеппелин в углу захихикал.

— Нельзя грызть! Что за детские привычки! — возмутился следователь. — Не смейте портить казённый инструмент!

— Ладно, — пожал плечами Адрин и демонстративно смирился. — Не буду.

Охотники зафыркали, Волин ещё помрачнел, а Адрин пришёл в восторг. Две минуты, потраченные на перепалку, подарили ему достаточно времени на создание приемлемой версии. На случай если сумрачный Волин заинтересуется его перемещениями. Адрин придумал сказать, что искал транспорт для команды, потому что надеялся, что начальство изменит решение и отпустит их к рекам. Поисследовать теневую сторону.

Версия сложилась идеально. Страж и сам в неё поверил и принялся вписывать в график свои перемещения. До полуночи он мог позволить себе максимальную точность.

Им дали полчаса, причём Феррин пресёк обсуждение, когда охотники попытались коллективно вспомнить, в котором часу они познакомились с цветочницами. Налетев на запрет, стражи пожали плечами и начали вставлять цифры наобум.

Адрин заглянул в листок к Бахину, сидевшему рядом с ним, и поставил момент знакомства с цветочницами на то же время. Волин заметил манёвр и скривился. А хорошо, что начальнику всё это не нравится. Есть шанс, что они быстро отсюда уберутся.

Сдали листки, Феррин разрешил переселиться в таверну, а Волина с Цеппелином попросил остаться.

Пока стражи подзаряжались грюйтом и бутербродами, Феррин вёл неравный бой с тененбургским начальником. Волин раскусил намерение следователя повесить поломку артефакта на конкретное лицо и разнёс идею в лоскуты. Для такого фокуса пришлось бы предположить, что злодейский страж мог влиять на артефакт дистанционно. Наличие Енниша в уравнении, конечно, предусмотрено не было, и разговор быстро зашёл в тупик. Кроме того, следователь признал, что ни один из полученных слепков стражей не подходит к следу, который остался на погибшем племяннике. Поломанные тоже не подходили.

В отчаянии Феррин нарисовал карту перемещений стражей по городу, и, как назло, она показала, что охотники ускакивали от его конторы максимально далеко, как только выходили из здания. В общем, концепция не складывалась. Нехотя Феррин подписал снятие претензий, и злобный Волин удалился.

Цеппелин, натешившись муками следователя, поздравил его с переквалификацией дела в несчастный случай, поблагодарил за восстановление доверия к отделению и тоже отбыл.

Такой финал был лучше, чем ничего, но Феррин всё равно ощущал себя проигравшим. И не мог понять, как это вышло. Он вздохнул и сел за стол писать отчёты. К губернатору с таким и думать нечего являться лично. «Отправлю по почте», — пообещал себе Феррин, и настроение у него поднялось. Дистанционное общение с руководством территории снимало многие вопросы.

Волин застал стражей за уличными столами в окружении пустых и полных кружек, сел отдельно, взяв себе очередного ягодного чаю, и выцепил Адрина. Тот подошёл и уселся напротив главы охотников с обычной наглой мордой.

— Рассказывай, — потребовал Волин. — На фига ты весь день шлялся по конторам с авто? И не заливай, что надеялся получить моё разрешение. Не поверю. Ну?

Глава 4

Адрин показательно вздохнул, отвёл глаза и улыбнулся. Требовалась пауза. Речь он придумал, пока заполнял дурацкую анкету у следователя, но выдать её сразу — означало спалить подготовку. И усилить подозрения. Тогда никакой недосып не помешает Волину ковырять дальше.

Мимо проехал возница, с которым Адрин вчера обсуждал подхвостные мешки, и приветственно махнул рукой. Человек понимающий, надо уважить. Адрин кивнул и улыбнулся в ответ.

— Это ещё кто? — пробурчал Волин.

Страж возликовал. Именно такой задержки и ему не хватало.

— Местный. Мы вчера с ним поболтали, пока я следователя ждал. Представляете, у них мешки противонавозные отход сразу в пользу перерабатывают. Подсушивают, остаётся только измельчить, а потом — в подстилки.

Волин нахмурился. Почувствовал, что его водят за нос.

— Ладно, потом про навоз расскажешь. Не знал, что ты интересуешься сельским хозяйством. Давай про транспорт.

— Вообще-то, я заготовил именно такое объяснение. Что ждал разрешения и готовился. Но вы опять вывели меня на чистую воду. Поэтому признаюсь: хотел смыться по-тихому. И по-тихому же вернуться. Но не вышло: они не работают по ночам, только днём. Я ещё не потерял надежды кого-нибудь уговорить, но тут вы, тенит, раскрыли мои планы. Однако! Хочу отметить две вещи: я же не для себя, я для своих! Для города, для Стражи, для всех! Мы не можем упустить такую возможность.

— Это первая вещь. А вторая?

— А вторая — я же ничего не сделал. Никуда не поехал, ничего не нарушил. А за намерение не наказывают!

— Детский сад, штаны на лямках, — пробурчал Волин.

Версия показалась достоверной. Учитывая, что он своими глазами видел Адрина, выходящего под утро из местного кабаре, картина складывалась идеально: планировал-планировал, да не выпланировал. За намерение и впрямь наказывать не стоит, не в его это правилах. А что данный персонаж себе на уме, он и так знает. Придётся это использовать, других стражей у него нет.

— Пороли тебя в детстве мало! — объявил Адрину Волин.

— Вообще не пороли, — ухмыльнулся страж.

Это было правдой. До шести лет в приюте физических наказаний не предусматривали, только в угол ставили, а отец потом тоже не применял. Обходился без них. Хотя лишению поездок на пляж Адрин предпочёл бы порку, но Адрин-старший по вопросам воспитания с сыном не советовался.

— Оно и видно, — проворчал Волин. — Ладно, чудом спасся! За это пойдёшь вместе с Очиным и поможешь ему оформить транспорт для всех. Желательно на сегодня, но можно и на завтра. Поедем к рекам.

— А Феррин? — Адрин уже чуть не лопался от радости.

— Феррин вас отпускает. Совпадений не обнаружено, претензии сняты.

Адрин широко улыбнулся.

— Отлично!

Стражи услышали оживление за дальним столом и заёрзали на скамейках, но подходить к начальнику без вызова не стали.

— Да, — подчеркнул Волин, — сейчас объявлю. И откорректируем планы.

Он махнул рукой, подзывая оба звена, и стражи сгрудились вокруг начальственного стола. Волин умудрился и в уличной таверне изобразить мини-версию собственного кабинета: теперь подчинённые стояли привычным полукругом, ожидая указаний.

Обновление статуса вызвало чистый, незамутнённый восторг — безвыездно торчать в Прилучье никому не улыбалось. А предстоящий бросок к месту слияния Теми и Леми обещал какие-никакие приключения.

Очин получил инструкции с Адрином в нагрузку и отправился искать транспорт. Начало поиска подарило ещё несколько неприятных минут, когда страж понял, что ближайшей конторой окажется как раз точка Хайкина. Он мысленно построил аргументы, что поездки к местам силы — это не то же самое, что честный транспорт, надеясь пропустить опасную дверь.

Но заготовленные слова не пригодились. На двери у Хайкина висела табличка «Закрыто». Должно быть, он или ещё из лесу не выбрался, или авто не нашёл. Ну что же, тем лучше. Адрин немного расстроился, что пропала хорошая заготовка, но, с другой стороны, что, если хозяин ХАХА начал бы вспоминать их поездку? Нет, претензий за отнятое авто Адрин не ждал: в брошенной перед машиной Хайкина иллюзии было мало сходства с оригиналом. Но и воспоминаний с головой хватит: Очин точно доложит о таком Волину. Нет, некоторые планы должны оставаться в набросках.

Они прошли мимо закрытой двери и двинулись дальше. Адрин выдохнул и расслабился. Главный риск проехали, теперь, считай, гуляем.

Очин сердито поглядывал по сторонам. Вчера он специально транспортные конторы не отслеживал, хотя и помнил, что они тут попадались. Искать приходилось с нуля. Да ещё этот тут. Нагрузили, понимаешь, присмотром. А ведь он даже не из его звена.

Очин остановился на перекрёстке. Вроде бы направо.

— Тут налево две конторы, — сообщил Адрин.

Тут Очин заподозрил, что в нагрузке наблюдается некий смысл.

— Колись давай, зачем мне тебя навязали?

— Да всё просто. Мы же заполняли этот дурацкий опросник, а Волин их все просмотрел. И по моему списку видно, что я полдня прошатался по местным возилам. В наказание за самоуправство я послан с тобой в роли карты и справочника. Скажу сразу, что первая на улице контора поприятней и подороже, авто у них хорошие. Самый свежак. А следующая за ней — бардачная, точно не знают, что у них на ходу, но зато в два раза дешевле. И дальше есть ещё несколько штук. Но там плюс-минус то же самое: или версия первой, или версия второй.

— И зачем ты шатался? Нам же запретили покидать город.

— Ну я собирался не послушаться. Хотелось сгонять к рекам и глянуть, что там.

Очин нахмурился.

— Но из этого ничего не вышло, потому что никто из местных не ездит по ночам. А мне нужна была именно ночь, чтобы никто не чухнулся. И никуда я в результате не попал. Так что частично прощён и направлен к тебе в подручные. Для гарантии лучшей сделки. Можем пройти по всем точкам и поторговаться.

— Понял. То есть сегодня от тебя будет польза. Для разнообразия.

— От меня всегда есть польза, — обиделся Адрин.

— Только для тебя самого.

— Да если бы… — вздохнул Адрин.

Очин с интересом покосился на собеседника, но тут они дошли до первой конторы, и Очин дёрнул дверь на себя.

Прилучье могло бы так и остаться сонным северным городком с тёплым летом и снежными зимами, если бы не оказалось в середине безмежмирного острова. В Империи такие места встречались в изобилии, но для области вокруг Тененбурга Прилучье было явной аномалией. Именно его расположение, а не отсутствие теневой стороны под городом, привлекло сюда учёных десять лет назад. Ведь если какое-то место сильно выделяется на общем фоне — на это есть причины.

Гостиница экономкласса, в которой разместили стражей, предназначалась для личинок учёных, то есть студентов. Для более важных персон строились места получше. Как тот отель, в котором поселился Волин. Трактиров тоже наоткрывали разных: голодный гость — грустный гость, без пирожков и супов человеку никак.

Но поездив в Прилучье лет пять и ни капли не продвинувшись в понимании феномена, учёные регион забросили. Места без межмирья встречались и в других областях, и ни одно из них не давало ответа на вопрос — почему так?

Спад научного интереса расстроил местных. Они успели серьёзно вложиться, и фиксировать убытки было обидно — они только-только успели отбить затраты на строительство. Поэтому прилучинцы в решительном броске присоединились к имперской инициативе «Горожанин, шагай в лето», в ходе которой каждый городской житель должен был соприкоснуться с природой хотя бы раз за три тёплых месяца.

Природу Прилучье предоставляло прямо в черте города: вот лошадь, вот петухи, вот яблони — что не так? Ну и вокруг тоже было где порезвиться. Лес, озёра, реки. Рыбу ловить, купаться. Грибы собирать. Пара древних святилищ — горожане такое любят.

Тут сильно помог губернатор. Он очень удачно съездил в столицу, после чего Прилучье вошло в топ-десять рекомендованных мест для организованного посещения. В прошлом году Прилучье сползло на одиннадцатое место, но на поток людей это не повлияло — жители больших городов успели его полюбить.

Подавал себя городок как точку, где не ступала нога вторженца, и ударное предложение «Плюс природа, минус демоны» пользовалось популярностью. Если бы город стоял ещё ближе к станции, сюда валили бы толпы, а так их частично успевали разобрать несколько крупных деревень. Но на хлеб с маслом местным всё равно хватало.

Выскочить в лидеры списка они не смогли бы никакими силами, а вот вернуться в конец десятки было реально. Прилучинцы рассчитывали, что получится. Для этого не надо было выпрыгивать из штанов, достаточно сохранить предложение на прежнем уровне и подождать, пока конкуренты облажаются. Поэтому никто по ночам никуда и не ездил — незачем. К тому же у Прилучья в прошлом году нарисовался неплохой шанс попасть и в зимний список рекомендаций. Губернатор выбил им квоту на проведение лыжного квеста и четвертьфинала гонок «Северный пёс». Но и летний перечень услуг местные конторы стремились отрабатывать тщательно. Без фанатизма, но аккуратно.

Управляющая транспортным агентством была бы божественным гидом по местным окрестностям, если бы ей пришло это в голову. Она высыпала на стол высочайшего качества материалы — ничего подобного у конкурентов и близко не было, — рассказала, как колеблется воздух в полдень на северной и южной окраине Прилучья, и в чём разница, где сто́ит опасаться кабанов и куда поехать компании крепких мужчин, чтобы отпуск прошёл не зря. Стражи чуть не утонули в потоке слов, — сегодня она старалась больше, чем вчера. Должно быть, Очин показался ей более перспективным заказчиком.

Адрина она вспомнила и извинилась, что они так и не нашли возможности устроить ночную поездку.

— Но в Прилучье и так есть чем заняться после заката! — подмигнула она стражам. — Поэтому рекомендую воспользоваться нашим предложением, чтобы провести за городом день. А на ночь я что-нибудь ещё присоветую.

Адрин, ухмыляясь, обмахивался рекламными проспектами, а Очин переваривал коктейль из эпитетов и прейскурантов. Намёк на ночной досуг он пропустил, а Адрин проигнорировал — ничего такого интересного в «Летучей мыши» он не заметил. Кроме щей, конечно, но идти за ними второй раз было бы наглостью. А любитель спать на диване перед сценой в городе имелся строго один, и отбивать у него эту честь смысла не было.

Енниш же, который вчера весь день занимался порчей слепкового артефакта и с Адрином не ходил, с интересом изучал помещение. Его оскорбил плакат с крупной надписью «Плюс природа, минус демоны», поскольку тот, на енотский взгляд, не соответствовал действительности. Ведь он, Енниш, в комнате был. И фамильяр начал сверлить взглядом плакат, надеясь, что тот отпадёт. Возможно, так бы и случилось, если бы плакат не приклеили к стене насмерть. Адрин заметил, что его тайного спутника надпись оскорбляет и, конечно, понял почему.

«Если ты за себя обиделся, — лениво заметил Адрин, — то определись: ты или демон, или уже нет».

«Я был тьярришем! А теперь я — единственное и неповторимое существо в мире!»

«То есть демонов в комнате нет? Ни в каком виде?» — усмехался Адрин.

«Нет… Но наверняка были!»

«Наверняка мы знать этого не можем».

Разговор зашёл в тупик, и плакат остался на месте.

Очин отложил решение, распрощался и пошёл смотреть конкурентов. Управляющая не обиделась и помахала гостям вслед. По соотношению цена/качество её предложение было лучшим в городе, но гостям ещё предстояло в этом убедиться.

— Чего думаешь? — деловито осведомился Очин.

— Если тебе не велели экономить, то я бы заказал здесь. Возьмём два больших авто, все поместимся. У них в поездку ещё входит еда с напитками.

— Где это написано?

— Здесь, — Адрин потыкал пальцем в плашку со звёздочкой внизу листа. — У других такого нет. Я сам здесь заказывать не собирался, слишком жирно на одного.

— Всё равно пошли посмотрим, — мотнул головой упрямый Очин.

— Нет проблем! — улыбнулся Адрин. У него-то дел никаких не было.

Но дурная голова ногам покоя не даёт, и пока Очин изучал и сравнивал цены, Адрин озаботился тем, что на теневой стороне обещанных Волину деревьев может и не быть. А значит, Волин затребует ту самую несуществующую книгу, в которой Адрин это вычитал. Можно было бы соорудить конспект по образцу отцовского, но на хорошую подделку нужно время, а Адрин не блистал в стилизации.

«У тебя паранойя», — сообщил ему Енниш.

«Наверное, — согласился Адрин. — Но, представляешь, как было бы шикарно, если бы мы туда приехали, а там и вправду деревья. Пометались бы по веткам как белки. Все довольны, акция по изучению проведена. А, кстати, что за деревья? Ведь сто пудов они заточены под вас?»

«Ну… если честно, именно с такими я не сталкивался. Но теневая сторона всё время эволюционирует. Поэтому, с точки зрения эксперимента, ты пытаешься соорудить лютую чушь. Такого не было раньше».

«И что?»

«Чего ты паришься? Если деревья будут, то вы их изучите, а если нет — скажешь, что фигня в книге написана».

«Тоже вариант», — нехотя согласился Адрин. Но ему было неспокойно. Под любую импровизацию нужны заготовки, а у него, как назло, ни одной.

К вечеру они вернулись в самую первую контору, Очин заказал два авто на завтра, и к одиннадцати утра все стражи прибыли на точку.

Волин, ко всеобщему удивлению, поехал с ними, но на теневую сторону не пошёл. Взял у сопровождающего шезлонг и остался на берегу. А стражи попрыгали в межмирье.

И вот тут Адрин всё проклял. Зачем, зачем он хотел, чтобы межмирье подогнало деревьев? От теневой стороны ничего не надо хотеть, целее будешь.

Глава 5

Стражи прыгали в тени без разброса, плотной группой, и все вместе оказались захваченными одной структурой. Никому не повезло избежать объятий межмирной коробочки. То, что вокруг них образовалось, напоминало именно её: круглую ёмкость с резной крышкой. Только очень большую. Именно в такую конструкцию сплелись межмирные деревья.

Адрина чуть не заорал на всю теневую сторону: «Откуда всё это взялось, я не заказывал!» И чудом сдержался. Говорить своим, что он навещал это местечко сутки назад, он не собирался. И глупо, и смысла нет. И ничего из его визита не следует. Он видел это место чистым и пустым, а теперь оно иное. Что в этом нового? Межмирье всегда так делает.

Но у него же есть фамильяр! В любой непонятной ситуации вызывай его.

«Енниш!»

«Чего?» — откликнулся верный енот.

Адрин поднял голову и увидел, как Енниш чешет по деревьям.

«Ты выйти отсюда можешь?»

«Могу попробовать».

«Давай».

Енниш сгонял туда и обратно, выяснил, что для него преград нет, значит, и Адрина он сможет вытащить. Но страж велел не суетиться, а сел на пол и принялся разглядывать плетение под потолком.

— Адрин, во что ты нас втравил? — раздался злой голос Очина.

— Во что? — отозвался страж. — Я рассказал, о чём читал. Что мы здесь увидим —я понятия не имел. А запрыгнуть всем вместе ты приказал.

— Так, ну-ка не наезжай на Адрина. Он в моём звене! — возмутился Душин, вспомнив, кто здесь кому начальник.

— Вассал моего вассала — не мой вассал, — заржал Рысин.

— Ты вообще молчи, — велел Очин. — Ты-то как раз мой вассал.

— Слушаюсь! — вытянулся Рысин.

— Идиоты, — помотал головой один из старших охотников.

Обмен репликами разрядил обстановку, Очин взял себя в руки и приказал испытывать деревья на прочность. Так хотя бы информация соберётся.

— Адрин, помнишь, — задумчиво проговорил Бахин, — как ты проходил стены насквозь?

— Угу, — откликнулся страж, пытаясь воссоздать нужное ощущение. Он тоже вспомнил об этом навыке.

— Чего, правда? Так можно было? — оживился Рысин.

— Правда. Можно. Только фишка есть одна. Чтобы ходить насквозь по межмирью, надо не транслировать ничего, кроме любопытства, — только чистый интерес. И радость открытия, когда получится. И ещё рядом не должно быть выходцев с той стороны. Потому что вот эта вся штука — вообще-то, ограждения. Ну или я так думаю.

Адрин не назвал демонов демонами, сам не понял почему. Зато понял Енниш, захихикал и потребовал, чтобы Адрин как можно скорее раскрыл своим, как на самом деле зовутся демоны.

«Отстань, — велел страж. — Без тебя тошно».

Но стандартная процедура, которая предписывала стражам проверять препятствия на крепость и агрессию, вернула всех к привычному модулю, и группа полезла знакомиться с коробочкой. Ничто так не занимает человека, как хорошо знакомая рутина.

Если минимально вдуматься в события, выглядела ситуация бредово. Как для Адрина, который был слегка в курсе предыстории, так и для всех остальных. Они едут непонятно куда, в место, где никогда не были, и оно встречает их так, будто только их дожидалось. Всё это строение словно специально собрали, чтобы запереть внутри два звена тененбургских стражей.

Выскочить обратно попробовали Душин, Рысин и сам Очин, но не вышло. Адрин попытку отложил, вдруг с помощью Енниша получится, а обратно он попасть не сможет. Будет глупо. И потом никому ничего не объяснить. Можно влететь под полноценную магическую экспертизу, и кто знает, что эти люди в нём найдут.

Магическая экспертиза была самым ненавистным подразделением общего управления безопасностью. По сравнению с их возможностями артефакт по снятию магических слепков показался бы детской игрушкой. Адрин помнил рассказы об охотнике, которого сняли с рейдов, обнаружив на нём следы «той стороны». Как выглядели эти следы, никому не сказали, да и охотника этого никто больше не видел. Ходили слухи, что его отправили в столицу на лечение, но Адрин не удивился бы, что такие сплетни распускала сама же магическая экспертиза, чтобы казаться полезной.

Поэтому Адрин затаился, забравшись наверх, подальше от Очина, и, ковыряя плетёную «крышку», попытался подумать. Что всё это значит? Почему эта штука образовалась? Именно здесь, именно сейчас? Он вызвал Енниша и потребовал участия — ему срочно потребовался спарринг-партнёр для размышлений. Друзьям пришлось бы слишком многое объяснять, да и не рассчитывал он на них в этом плане. Свежую идею мог бы родить Волин, но он остался снаружи, и меньше всего Адрин хотел бы его видеть здесь. Если понадобится обоснование их эскападе, лучше Волина не справится никто.

Енниш молчал. Обиделся. Адрин опустил глаза вниз: нет, фамильяр никуда не ушёл, а только шнырял между ногами у стражей, наслаждаясь невидимостью. Адрин ухмыльнулся. Не ушёл, мерзавец, ждёт, пока я смиренно попрошу. А я и попрошу, я негордый. Хотя как сказать… Задумавшись о своём тайном друге, Адрин не заметил, как плетение под пальцами поддалось и кисть выскочила наружу. Ветки расступились и пропустили руку. Но сможет ли он пролезть целиком? Адрин высунул голову над ветками, стараясь не думать, что будет, если они сожмутся вокруг шеи. Задушат ведь или вообще башку оторвут.

Голова пролезла, потом плечи, и он повис, опираясь на псевдоветки, которые внезапно приобрели упругость. Он оттолкнулся и выбрался на внешнюю сторону «коробочки». Отсюда вполне можно стартовать наверх, но это было бы слишком просто.

Адрин прошёлся по плетению — оно нормально его удерживало, слегка попрыгал и сместился ближе к Бахину. Друг сосредоточенно изучал ствол псевдодерева и пытался повторить Адриновский номер с прохождением насквозь, который в первый год службы ему так и не удался.

Старший охотник не выдержал:

— Да всё же просто! — воскликнул он и свалился сквозь ветки на голову Бахину.

Оба упали на пол и заржали.

— Откуда ты взялся, чёрт?! — смеялся Бахин.

— Я вылез наружу, прошёл поверху, увидел тебя и вот!

Хохочущих стражей Очин осудил. Однако дырка, которую проковырял Адрин, его заинтересовала — она, к счастью, осталась без изменений, теневая сторона не стала затягивать её плетением, и все стражи по очереди попробовали вылезти и влезть через отверстие, которое образовалось, когда Адрин свалился.

Пользуясь случаем, Очин отправил Рысина наверх доложиться, а стражи остались внизу. Теперь, когда они добились относительного успеха, можно было сосредоточиться на конкретном: научиться преодолевать препятствия и понять, что происходит.

Второй пункт относился к теоретическим, Адрин забил на него и дальнейшие изыскания продолжил вместе с Бахиным. Енниш, который почувствовал, что со своими выкрутасами он пропустит всё интересное, снова прибился к мастеру и принялся доставать его советами.

Через неизвестное количество времени Адрин сумел наконец втолковать Бахину, что есть чистое, незамутнённое любопытство и с чем его едят. Здесь страж мог гордиться собой: нетривиальная задача — донести до человека нечто неощутимое, когда на голове у тебя сидит енот и во всём участвует. Но получилось. Всё получилось.

Дальше стало проще, потому что Душин соображал быстрее Бахина и легко скопировал его манеру, а там подтянулись и остальные. В комплект к пропуску через псевдодеревья теневая сторона преподнесла ещё один подарок: сделала свои загородки полупрозрачными. Теперь стражи бродили как в сказочном лесу, любуясь окрестностями. Серый ровный пейзаж просматривался до горизонта. Теневая сторона возвращалась к своему нормальному состоянию.

Тут Очин осознал, что Рысин так и не вернулся. Заорал, забегал и отправил наверх ещё двух своих младших охотников. Вопли межмирью не понравились, деревья снова уплотнились, Душин от неожиданности воткнулся лбом прямо в новую перегородку.

Енниш завопил в голове у Адрина:

«Демоны, демоны здесь!»

Адрин закрутил башкой.

«Да не здесь! Наверху!»

— Надо наверх! — крикнул своим Адрин. — Быстрей, а то не вывезем!

Перегородки меж тем уплотнялись. Древесное плетение на глазах пыталось превратиться в нечто более солидное.

Очин обвёл взглядом вновь формирующуюся коробочку и скомандовал подниматься.

***

Наверху события развивались с огромной скоростью. Когда стражи оказались на берегу, в чаще уже мелькали пятки двух младших охотников, преследующих понятно кого — в воздухе раздавался характерный демонический пересвист. Откуда взялись демоны? Неужели заметить их помешала коробочка? Настолько, что никто из стражей не почувствовал чужого присутствия. Адрин был готов поклясться, что на теневой стороне рядом с ними никого не было, но прямо сейчас это не имело значения.

У одного авто оказался раскурочен багажник, другое стояло с дверьми нараспашку, а водители метались между лежащими на земле Волиным и Рысиным.

— Останься, у тебя одного «ашка»! — скомандовал Очин Адрину и бросился в погоню вместе с остальными.

Это было не совсем так. Способностями к Акселерации обладали все маги, но правда была в том, что именно у Адрина она стояла на втором месте в аспектной сборке. Он единственный из команды относился к типу ЛАСИ.

Он и среди охотников Управления был один такой, остальные распределялись в равной пропорции между ЛСАИ и ЛИСА, и способностями к работе с живой материей не блистали. Акселерацией, пригодной для серьёзного применения, обладал только Адрин. Плюс в голове сидели кое-какие знания, которые он успел почерпнуть у отца-целителя.

Страж скомандовал Еннишу следовать за погоней. Здесь он собирался справиться без фамильяра. В Акселерации нужна не только сила, но и гибкость, а с фамильяром на загривке есть шанс перестараться. Нет, пусть енот пока побегает один.

Охотник опустился на колени перед распростёртыми товарищами. Свист и топот затихли где-то в лесу.

Адрин себя не переоценивал. Никакой он не целитель. Даже с имеющимся уровнем Акселерации он был способен только на первую помощь. Но отлично знал, что иногда именно она всё решает. Так что рефлексировать незачем, что может — он сделает.

Итак. Волин. Бледный, дышит тяжело, тянет руку к груди. Или инфаркт, или ещё что-то в комплект. Адрин накинул на шефа большую лечебную сетку, которая стабилизировала пациента и снимала болевой синдром. Годилась практически всегда, разве что при отравлении надо было шарашить детоксом. Который Адрину удавался даже лучше, потому что в детокс-плетении треть площади составляла родная и любимая Ликвидация.

Сетка не подвела: через пару минут Волин сменил цвет лица на розовый и приоткрыл глаза. Адрин похвалил себя и переключился на Рысина.

А дела-то тут хуже, чем ему показалось сначала. Главное — непонятно в чём дело. Ни крови, ни синяков, ни бледности, как у Волина… Рысин попытался что-то сказать, но Адрин махнул рукой, веля замолчать.

Представив, что он не он, а отец с должным опытом, Адрин пробежал пальцами по голове Рысина. Травма? А где? За спиной заквохтали водители, и страж приказал им заткнуться. Обалдевшие прилучинцы притихли.

Адрин мысленно перелопатил всё, что помнил насчёт тупых травм. Допустим, он не ошибся. Где-то гематома. Тут вспомнился один способ, и страж всунул свои руки в Рысинские и велел сжать. Да, сработало. Правая рука Рысина стиснула его ладонь заметно слабее, чем левая, значит, повреждение находилось слева.

Он повернул товарища на правый бок, коснулся пальцами головы и нашёл проблемное место. Начал потихоньку разбирать уплотнение: слой за слоем. Конечно, хорошо бы заполучить хоть какой-то контроль, но под него нужен второй человек, которого негде взять. Водители вообще не маги, одна радость — хоть мельтешить перестали.

Что-то получилось, и Рысин начал болтать как заведённый, даром что на боку лежал. Из его слов, хотя они складывались в предложения, никак не вырисовывалось ни зачем на них напали демоны, ни откуда они взялись.

Но на первый вопрос внезапно ответил Волин:

— Они украли ПСС. Я в порядке. Адрин, тебе говорили, что ты не тем занимаешься? Я пять минут назад собирался умирать, а теперь остаюсь. Ещё попью вам кровушки.

Рысин хихикнул. Начальник шутит — значит, полегчало ему.

— Надо понимать, вам лучше? — уточнил Адрин, изучая посвежевшего Волина.

— Не то слово.

— Всё равно поедем к целителям, я не уверен, что излечил вас от всего.

— От всего и не надо.

Тут Адрин вспомнил, что по кустам сидят два ошалевших водилы арендованных авто и делать им совершенно нечего. Страж выяснил у них, что до ближайшего целителя с больничкой рукой подать. На южной окраине Прилучья им окажут всю необходимую помощь и точно сделают больше, что может на месте изобразить Адрин.

— Перевозим, — приказал он.

— А? — замерли водители.

И рассыпались в отговорках.

Если сейчас увезти двоих, пусть даже троих вместе с Адрином, остальным придется ехать на крыше второго авто, а так нельзя. Будет перегрузка! Запрещено губернатором.

— Я разрешаю, — щедро повелел Адрин. — Во благо Империи. Это ценные люди, их надо лечить. А машины ваши рассчитаны на больший вес, чем в паспорте. Всегда есть допуски. Так что перевезёте, не развалитесь.

Водилы охренели. Вот это да — перед ними человек с имперскими полномочиями! Им и невдомёк было, что для Адрина эти слова ничего не значат, — он просто знает, как они работают. Ссылка на имперские интересы — универсальная отмычка, которую удобно без зазрения совести в любой момент доставать из кармана.

Они с водителями разложили сиденья в уцелевшем авто так, чтобы положить пострадавших ровно и удобно, потом страж объяснил, что гнать не надо, а надо ехать аккуратно, чтобы не растрясти раненых. Посмотрев на смурного водителя, который, кажется, больше думал о губернаторе и чаевых, чем о Рысине с Волиным, Адрин назначил себя в сопровождающие и уселся на переднее сиденье.

Но тут ему на голову свалился Енниш.

Глава 6

Фамильяр вернулся с ворохом новостей. И Адрин остановил водителя, который начал крутить стартер, вылез из авто и прислушался. Со стороны выглядело так, будто он пытается понять, что происходит в лесу. Но на самом деле он слушал возбуждённого Енниша.

«В общем, ваш ящик для связи украли полоумные юниты. Потому что они думали, что это и есть Тенетрек. На той стороне никто не поверил, что его взрывом разнесло. Но вас запомнили. И, когда вас засекли здесь, то решили, что Тенетрек тоже здесь, с вами. А ящик — он и есть ящик. И за ним пошло звено, тьфу, проникся вашими терминами. Комбинированный юнит».

Страж закатил глаза. Идиотизм — на любой стороне идиотизм. Как можно было не поверить? Там же ни куска материи не осталось.

«И это мне говорит представитель превосходящей цивилизации?» — подпустил он шпильку фамильяру.

Енниш только лапами развёл. Мол, любая цивилизация лажает. Но унывал он недолго, а, может, и вообще не унывал, потому что с восторгом принялся пересказывать, как они бежали по лесу (они— это и демоны, и стражи), а Енниш мчался выше всех и всё-всё видел. А Бахин свалился в овраг, но туда же упал и демон, они там сцепились да покатились до дна и упали в ручей. Бахин демона заборол. Хотя в воде каждый дурак может. Жаль, что Адрин не видел.

«Ну так научись передавать мне картинки, делов-то», — ущучил его Адрин.

«А потом ты потребуешь движущиеся картинки!»

«И потребую!»

На этом месте старший охотник собрался сесть в авто, но хруст веток заставил его притормозить. Две минуты ничего не решают, а стражи на подходе. Это они — больше некому.

Первым из леса вывалился Очин, за ним Бахин с разломанным блоком ПСС, а потом высыпались и остальные.

— Ну чего? — подскочил Очин к Адрину.

— Вот, — продемонстрировал тот укладку пострадавших. Готовы к транспортировке. Надо к целителю.

— Согласен. — Очин быстро оценил состояние Волина с Рысиным. Вроде бы неплохо, но на самотёк пускать не годится. — Поедешь с ними.

— Слушаюс-с-сь… — зашипел Адрин.

Как будто он и сам не сообразил, что стражей нельзя отправлять одних.

Очин кинул на норовистого подчинённого острый взгляд, но не стал приводить в чувство. Не пререкается, и ладно. Очин перекинулся парой фраз со вторым водителем, и поскольку Адрин бедолагу уже морально подготовил нарушать всё и вся, тот послушно скрутил мягкую крышу авто, чтобы стражи разместились и на бортах, и на сиденьях. Нарушение вышло и вовсе плёвым. Вместо шестерых пассажиров в машине оказалось восемь, было бы о чём говорить. Зато Адрин с ранеными разместились с комфортом.

— ПСС-то зачем тащили? — подал голос Волин напоследок. — Его не восстановить уже.

— Чтобы не мусорить в лесу! — весело откликнулся Бахин и приткнул ящик себе под ноги. — Ну и для изучения! Они его погрызли. Надо выяснить, удалось этим чертякам отправить сообщение или нет.

Волин снова закрыл глаза. Он ощущал себя пустой шкуркой и предоставил подчинённым всю свободу действий. Пусть везут, какая разница? Будет вещдок. Что сможет доказывать эта вещь — уже неважно.

Из брошенных вскользь реплик Адрин узнал, что стражи придерживаются того же мнения, что и Енниш: демоны перепутали ПСС с Тенетреком. Но вот откуда они взялись — никто не понял. Здесь внёс свою лепту Енниш:

«Короче, слушай, — заявил фамильяр, когда они тронулись с места. — Теневая сторона не является единым полем. Я никогда об этом не думал, потому что всегда легко попадал и в этот слой, и в столичный, и в ваш. Но они разные. Возможно, в этом и секрет твоих ограничений — ты слишком плотно привязан к теневой стороне Тененбурга. Надо бы, кстати, выяснить, почему у других не так. Или почему так у тебя».

«Каких ещё ограничений? — возмутился Адрин, сердито наблюдая, как водила выруливает по торчащим корням на шоссе. — Нет больше никаких ограничений».

«Сейчас нет, а раньше были. Какая-то причина должна быть. Поисследуем! Кстати, мы с тобой опять не отладили взаимодействие, когда ты внутри, а я снаружи. Планирование — не наш конёк».

Тут Адрин только хмыкнул. Он и забыл. А Енниш вдохновенно продолжил:

«В общем, эти юниты вынырнули из другого теневого коридора. Он идёт почти встык к этому, между ними пара километров. Поэтому мы их под реками не почувствовали, они туда и не заходили. Вышли в дальней точке тененбургской зоны и добрались оттуда до берега пешком. А тут только Волин и Рысин. И ящик интересный. А их пятеро. Точнее, было пятеро, теперь никого нет, ваши всех разобрали. Эх, красота! Как же вы плетения мечете! Чистый фейерверк!»

Адрин только головой покачал. Енниш, кажется, сам уже был готов возглавить рейд.

«Понятно. Скажи, а наши это поняли?»

«Что поняли?»

«Что демоны вышли из другой части теневой стороны».

«Да. Поняли, что из другой точки. Они, правда, ещё не допёрли, что теневая сторона — это сборная солянка. Хотя нет. Неверная метафора. Тут другое. Ваша тененбургская часть — она как желудок. А эта, северная, — как… другой желудок!»

«Но все они — про пищеварение!» — чуть не засмеялся Адрин.

«В каком-то смысле…» — ухмыльнулся енот и устроился на задних сиденьях между Волиным и Рысиным.

Какое-то время ехали молча. Авто со остальными стражами умчалось вперёд, там целей ехать аккуратно никто не ставил, а машинка с пострадавшими двигалась, старательно объезжая все ямы и кочки.

Центр города водитель пересекать не стал, а поехал по западной окраине Прилучья. Народ и живность здесь были непуганые, и только черепашья скорость спасла собаку, которая выскочила им под колёса. Рысин заёрзал: ему захотелось посмотреть, кто там лает. Но Адрин почувствовал шевеления, повернулся и сообщил младшему охотнику, что испепелит его прямо здесь, если тот попробует выпасть из авто.

— Испепелил один такой, — пробурчал Рысин, укладываясь обратно.

— Захватил власть и радуется, — фыркнул Волин.

— Скажите, я неправ! — возмутился Адрин.

Волин слабо улыбнулся.

Вскоре они прибыли в лечебный центр. Никто их, разумеется, не ждал, но пустующая больничка пострадавших с восторгом приняла. На этой неделе к ним не привозили ни переевших, ни перегревшихся, и целители обрадовались работе.

Маленькое двухэтажное здание стояло посреди фруктового сада, постепенно переходящего в сосновый лес. Заборов не было, и линию стыка отмечали кусты дикой малины. Только на входе стояли две здоровенные чаши со змеями — как напоминание, что здесь, если что, и яды найдутся.

Прежде чем перейти к оформлению, минут сорок разбирались с пострадавшими. С сердечным диагнозом Адрин угадал, но плюс к нему у шефа сдвинулся камень в почках. Целители обещали разобраться и с ним тоже. Главный сообщил, что Волину невероятно повезло, потому что они обращаться с таким коктейлем умеют, и уедет он от них свеженький, как молодое яблочко.

— Вы ещё скажите, молодильное! — усмехнулся повеселевший Волин.

Порешать в рабочее время застарелые проблемы дорогого стоило. Специально так не устроишь, как-то само получается.

— А и молодильное тоже! — развеселились юные помощницы целителя.

Они хотели заодно и Адрина поисследовать (ведь наверняка он тоже пострадал! У стражей по-другому не бывает), и обсудить последние веяния в магических татуировках. Старший охотник с трудом убедил всех, что совершенно не в теме, потому что уже несколько лет ничего себе не набивал. В подтверждение предъявил узор, обвивавший запястье.

— Да, старенький, — согласились молодые целительницы. — Но хороший! В Тененбурге делали?

Главный прервал неуместный флирт, чтобы вернуться к проблемам Рысина.

С младшим охотником оказалось сложнее, чем с Волиным. И гораздо сложнее, чем показалось Адрину на берегу. Гематому он товарищу почти разобрал, целителям никакой работы не оставил, как сообщил главный. Но плюсом к ней нашлись трещина в рёбрах и ослепший правый глаз. Трещину целители сочли ерундой — перебинтуем, заживёт само! Адрин тоже так думал: эка невидаль, рёбра! Но глаз…

— Мы не сможем ничего сделать у себя, — развёл руками главный. — У нас нет людей под эту операцию. Никто не умеет. Насколько я знаю, подобные вещи починяют кудесники в Тененбурге. Вот был доктор Адрин…

— Угу, — подтвердил Адрин. — Был.

Тут целитель моргнул и опустил глаза на бумаги, которые минут за десять до того подписал старший охотник, чтобы отправить запрос на оплату в Управление.

— Не может быть! Вы его сын?

— Да, — подтвердил Адрин, не вдаваясь в подробности.

— Мои соболезнования.

Адрин кивнул. Чего уж там, отец давно умер.

— И соболезнования всем нам, потому что теперь я не знаю, куда обратиться.

— Разберёмся, — пообещал ему страж.

Операции по выращиванию новых глаз относились не то чтобы к рутине, но и редкостью не были. Рутиной были руки и ноги. Но, в конце концов, есть столичный имперский госпиталь, побольше и получше. Хотя старшему охотнику не хотелось даже предполагать, что Тененбург может с чем-то не справиться. Он привык думать о нём, как о лучшем городе на свете.

— Это что, — выловил основную мысль Рысин, — я в понедельник на работу не выйду? Меня не допустят?

Волин с Адриным синхронно потупились. Рысина не пустят гоняться за демонами не только в понедельник, но и в следующий, и в следующий, и через месяц тоже. Более того, восстановление глаза зачастую затрагивало внутренние меридианы, по которым текла магия, и не факт, что Рысин в принципе сможет вернуться. Нет, в Страже ему место всегда найдётся, но не в охотниках. Конечно, говорить об этом сейчас никто не стал. Пусть сначала своё слово скажут целители из тех, кто понимает. Но до них ещё предстояло добраться, сейчас надо было заняться документами.

Тут в приёмную пришёл ответ из Управления. Бумагомараки затребовали подтверждение на лечение от Волина. С обоснованием, что делала группа так далеко от Прилучья.

— Ничего не далеко, — пробурчал Адрин, — считаные километры. И вообще, кто нас сюда послал?

Но Волин спокойно запросил пишущую машинку, и присутствующие получили мастер-класс бюрократического письма. Волин сваял записку такой степени годноты, что подтверждение стоимости лечения пришло мгновенно. Обороты ключевого абзаца Адрин пообещал себе выучить и вернуть начальству при первой возможности.

ПОЯСНЕНИЕ К ЗАПРОСУ №8992

от заместителя главы Управления Стражи, главы подразделения Охотников, капитана третьего ранга, графа Виктора Волина

В ответ на запрос подтверждения необходимости акции поясняю:

Причиной принятого решения послужила активность теневой стороны под слиянием рек Теми и Леми, подтверждённая внутренними источниками, которые указывали на особый статус геозоны в системе межмирья. Согласно имеющимся сведениям этот центр мог предоставить данные о функционировании новых разделительных явлений, которые теневая сторона начала системно производить.

В ходе операции под Сонным бродом подразделение уже столкнулось со сложностями в преодолении подобных препятствий. Мы предполагали, что заход в место слияния рек может дать понимание механизмов взаимодействия с явлениями такого рода, что критически важно для анализа природы межмирья и своевременной модификации практик Стражи.

Мы отдавали себе отчёт в рисках. Место нестабильно, зона удалена от знакомой нам территории. Однако возможность зафиксировать след первичного проявления древеснообразных заградителей — уникальна и оправдывает операцию как с исследовательской, так и с превентивной точки зрения.

Капитан третьего ранга, Виктор Волин.

Если сначала Управление желало повесить оплату лечения Волина и Рысина на них самих, то теперь оно было готово раскошелиться буквально на всё. Вопросов не осталось. Почти.

В ответном письме, подтвердив оплату, Управление потребовало указать тот источник Стражи, который сподвиг Волина предпринять поездку к рекам. Вместо того чтобы двигаться напрямую из Прилучья в Тененбург.

— Напиши им, — велел Волин Адрину, — что источник мы предъявим позже, потому что он находится в Тененбурге. А мы пока что здесь. Кстати, книга-то, про которую ты говорил, существует? Про деревья под слиянием Теми и Леми?

Волин хитро прищурился.

Адрин окаменел. Да что ж такое? Он два раза думал, что проскочил, и вот оно опять! Где-то в голове захохотал и заухал Енниш. Мохнатый фамильяр обожал мастера в тупике. Ведь он не справится без него, да?

Глава 7

Паника Адрина длилась недолго. Секунд примерно пять. Водить за нос Волина он давно привык и наврать целому Управлению счёл за честь.

Поэтому страж с самым серьёзным видом кивнул и пообещал, что текст появится у начальства на столе в лучшем виде. Как только они попадут домой. Потому что все источники хранятся в отцовской библиотеке, а цитаты перевирать не хочется.

Кто сказал, что правду говорить легко и приятно? Это врать приятно, потому что выступаешь единоличным творцом новой реальности.

Энергичному фамильяру страж велел вспоминать, нет ли в библиотеке чего-то подходящего, чтобы не заморачиваться подделками. Нет, они и подделку нарисуют, если придётся, но лучше найти готовое.

Адрин смутно припоминал, что на нижних полках пылились толстые труды о теневой стороне. А им для счастья хватит одной-единственной страницы.

Из того богатства Адрин читал только детскую книжку с картинками, замаскированную под древний трактат. Если раскрыть её на середине, а потом развернуть от себя, как будто хочешь показать текст другу, над листами повисало иллюзорное облачко с контурами межмирного лабиринта. Адрин любил этот фокус, но, к стыду своему, и того текста не помнил. Может, он его и спасёт? Эх, всё равно надо попасть домой.

Фамильяр принял задачу и затих. Адрин выдохнул: хоть кому-то нашёл дело. Всем будет от этого спокойней.

Переписка с инстанциями закончилась, с диагнозами целители определились, и Волина с Рысиным перевезли в палату. Разместили их вместе, чтобы не смешивать с туристами. Хотя сейчас больничка пустовала, никто не мог обещать, что оставшиеся места не забьются в ближайшие два часа. Главный целитель только руками развёл: мол, у нас то густо то пусто — и обгорают все вместе и утонуть пытаются так же.

На обед Рысину принесли одну воду, а перед Волиным поставили полезный набор: куриный бульончик без ничего и ломтик индейки с морковной котлетой. Такой же комплект предложили и Адрину. Он подумал и не отказался: порция, конечно, маловата, но когда будет другая? Рядом трактиров нет. А прочёсывать ближайшие окрестности в поисках еды не хотелось. Злой тут межмирный коридор, пусть местные сами с ним разбираются.

Расправившись с котлетой, Адрин спросил шефа о причинах интереса Управления к источникам:

— Скажите, если исследования теневой стороны так важны, почему сюда кого-нибудь поумнее не послали? Нормальные учёные лучше нас бы разобрались.

Волин допил бульон и вздохнул. Он ненавидел такие вопросы. Посвящать подчинённых в административные дрязги терпеть не мог. Но не ответить было нельзя, иначе этот пытливый ум усмотрит конспирологию там, где просто нет денег. И жди потом жирных сплетен. В общем, придётся реагировать — городить секретность выйдет себе дороже.

— От исследователей было бы больше толку, да. Но локальные проявления никому, кроме нас, неинтересны, к большим выводов из точечных наблюдений прийти нельзя. Имени на этом не сделать. Это мы рады каждой капле, потому что любой нюанс может оказаться полезным. Но, самое главное, — бюджета нет. Стража и так слишком дорого обходится городу.

Адрин шевельнул бровью. С чего бы? Им хорошо платят, но не настолько, чтобы Тененбург разорился.

Волин заметил его реакцию и усмехнулся:

— Дело в том, что, помимо расходов, которые требует сама Стража, на нас компенсации пострадавшим и, самое дорогое, защита окраин города. Да-да, это тоже наш бюджет. И считается, что без блокировок зданий можно было бы обойтись, если бы мы работали лучше.

— Это как?

— Как — никто не знает. Поэтому нас стараются без повода не теребить, чтобы мы не огрызались, но и денег лишних не выделяют. А без денег нет людей. Сами мы можем изучать только то, что есть под рукой.

Понятненько. Впрочем, для Адрина эти тайные причины ничего не меняли. Его дело — гонять демонов, кто может — пусть сделает лучше. На этом светский разговор можно было бы и закончить, но у Волина тоже появился вопрос:

— Так-то ты прав был, когда рвался к рекам, потому что мы оказались рядом. Другое дело, что мы ничего толком не выяснили. Или у тебя есть идеи?

— Идея у меня только одна. Что теневая сторона отреагировала на наше нарастающее количество: что в прошлый раз, что в этот.

— И что там с количеством?

—Перед нашим приездом под Сонный брод спускалось пятеро стражей. Думаю, запустилась теневая шарманка именно тогда. Когда через пару дней явилось наше звено, нам подкинули ещё. А в этот раз, когда приехали сразу два звена, обошлось локальной коробочкой, теневая сторона просто не успела подготовиться.

— А тебе не кажется, что межмирье эту коробочку построила слишком быстро? — подключился к дискуссии Рысин.

— Нет, — мотнул головой Адрин. — Нормальная скорость. Ну вспомни, когда мы за кем-то гонимся, то падаем сразу в лабиринт. Может, не очень сложный, но что-то уже есть.

Любая погоня за демонами с провалом на теневую сторону велась в готовом лабиринте. Он как будто ждал участников, когда они врывались на территорию межмирья. Теневая сторона иногда предугадывала их появление, и не всякому охотнику удавалось пронаблюдать за строительством преград. Но Адрину доводилось видеть и это, даже не один раз. Случай с неправильным заклинанием Йотты, после которого на них вывалились толпы демонов, выбивался из общего ряда только объёмом.

Волин снова потребовал пишущую машинку, продиктовал приказ для Очина, чтобы тот вёз всех домой, повернулся набок и заснул. А Рысину наконец принесли обед.

Адрин вышел из палаты, ещё раз поводил по больничке носом и остался доволен. Устроено по уму, стражей сберегут и подлечат. Хорошее место. Теневой стороны под ним тоже нет, идеально. И Адрин двинул в сторону центра с приказом наперевес.

Очин с приказом ознакомился, прогулялся вечером к пострадавшим, а утром уцелевшие стражи погрузились в поезд до Тененбурга, оставив позади не такое уж гостеприимное Прилучье.

***

Доехали они тихо, на гармошке в этот раз никто не играл. Командировка вряд ли могла считаться неудачной, но и триумфальной её нельзя было назвать. Очин настрогал первичный отчёт, но впереди маячили новые разборки в Управлении — травмы Рысина можно было отнести к норме, а вот как под ударом оказался Волин, им ещё объяснять и объяснять.

В полдень уцелевшие высадились на вокзале, явились в Управление и получили по два дня отгулов для устройства личных дел. Как будто у них были дела за пределами Стражи. Но у Адрина как раз были. Он подозревал, что откладывать на будущее ему ничего нельзя. Их и отпустили только потому, что ждали возвращения Волина. А начальник известил Управление, что вернётся через два дня — целители Прилучья собирались управиться быстро.

Дома Адрин первым делом распотрошил стопку сообщений и писем. Кукинн заботливо сложила в стопочку три панические записки от Жанинн. Последняя пришла несколько дней назад, и с тех пор — ничего.

Странно. Что могло случиться? Адрин отложил поиски источника для Волина и, подхватив Енниша в охапку, отправился в кошачий приют. Там он ткнулся носом в запертую дверь с табличкой «Закрыто на лето». Он приложил ухо к щели — внутри ничего и никого. Она что, с котами уехала?

Енот, не дожидаясь команды, просочился внутрь и подтвердил: ни шерстинки, ни следа. Как будто и не было никого. С домашнего адреса Жанинн никто бы Адрину не ответил, тут тоже тупик.

Они с фамильяром покрутились вокруг, решительно ничего не поняли, но тут страж вспомнил про Зоинн. Та со своей сетью салонов красоты добилась такого влияния, что её принимали далеко не только у Жанинн. Если кто-то и располагает информацией, то она. И вообще, он уже полгода хотел подстричься. Или год.

Сказано — сделано, и Адрин отправился на охоту за новостями.

— Тебе не кажется, что мы должны не метаться по окрестностям, а искать книгу? Или её писать? — напомнил фамильяр.

Иногда енота пробивало на ответственность.

— Мы ищем, — лаконично пояснил страж, энергично шагая по мостовой.

— Где? На улицах города? Тут точно нет. Вон, смотри — мороженое есть, театр есть, ателье есть. Книг нет.

— Да ты не туда смотришь. В каком-то смысле наша библиотека тоже на улице. Только во вложенном варианте.

— Вложенном в дом?

— Типа того.

— Короче, тебя не остановить, — осудил стража фамильяр. — Ты обиделся, что проблемы решили без тебя? Хочешь найти новых и сразиться с ними? Тоже будешь ссылаться на инстинкты?

— Наверное, на них. Я не уверен, что проблемы решились. И хочу понять, в чём дело. Уедешь на неделю, а тут вселенская катастрофа. Не рванула бы Жанинн с места без повода, да ещё с котами. Никогда не была замечена в любви к путешествиям.

Салон Зоинн располагался в западной части города. Адрин примерно помнил район, на соседней улице уже сто лет стоял магазинчик «Кондитерай», где продавали сладости для сновидцев. Слово «рай» в названии ничего радостного не означало, а просто удлиняло слово до размера, удобного художнику. Адрин отоваривался там раз пять, хотя детям строго запрещалось покупать такие конфеты. Но ему каждый раз удавалось удачно заморочить голову продавцу.

Реклама обещала, что сладости «Кондитерая» раскроют сны во всём великолепии, помогут найти решение и выбрать путь. Но для Адрина все заходы в этот магазин закончились разочарованием, на его сны конфеты никак не влияли. А вкус не стоил покупки.

Леденцов он и сам мог нажарить, делов-то. Ложка сахара, капля масла — нате вам карамель безо всякого волшебства. Кукинн научила его этому фокусу лет в десять, он и сейчас мог в любой момент повторить. Поэтому после окончания школы Адрин в «Кондитерай» ни разу не заходил. Запретный плод притягивал лишь запретностью, а других достоинств он в магазине не нашёл.

Адрин прошёл по улице, отметил, что сновидческая лавка стоит как стояла, свернул за угол и выбрался на улицу Сияния дня. Где-то здесь должен быть салон Зоинн.

Но салонов обнаружилось целых три. Двухэтажные здания смотрелись нарядными пряничками, и в каждый хотелось зайти.

— Мы куда пришли-то? — затряс его Енниш. — В правый? В левый? Нам куда?

— Ну-у… я хочу поговорить с хозяйкой. И заодно подстричься. Но если нельзя поговорить, то и стричься незачем.

— Логично. Как выглядит твоя Зоинн?

— Высокая, чуть выше меня. Красивая, волосы по пояс. В последний раз у неё были длинные металлические ногти. Но они съёмные, может, на работу она их не носит.

— Ногти, говоришь?

— Да.

— Сбегаю, гляну.

Адрин отпустил фамильяра — тому не терпелось облазить новое место. А сам остановился напротив центрального домика, пытаясь сообразить, что тут что. Так сразу и не поймёшь. В детстве его водили в парикмахерскую по соседству, а с момента поступления в училище стригся он считаные разы, доводя барбера до белого каления во всякий заход. Адрин считал, что он сам знает, какой длины должна быть каждая прядь, а от специалиста требуется только искусство укорачивания. Однажды страж чуть не убил мастера, когда тот без предупреждения брызнул на него парфюмом, и этими стараниями от Адрина полдня несло камфарой, как из шкафа с шубами. Потом оказалось, что на него извели самые модные в сезоне духи, но результат его всё равно не устроил. Но то всё были места попроще, даже сравнивать нельзя.

Беглый осмотр показал, что у каждого здания есть своя специализация. Слева стоял салон для мужчин. Стрижка волос, усов, ногтей, бород, бритьё и загадочный уход. За чем предлагалось ухаживать, Адрин не понял. Здание по центру обслуживало женщин. Тут список услуг уходил за край окна. А дом справа с непрозрачными окнами предлагал посетителям восстановление волос и магические татуировки. Здесь-то, видимо, Бахину и набили тот великий треугольник во всю спину.

Енниш продолжал где-то шариться. Адрин бы не удивился, если бы еноту удалось срубить себе массаж. Когда фамильяру что-то требовалось, ему даже невидимость не мешала. А страж всё стоял в задумчивости, пытаясь сообразить, как бы выманить хозяйку.

Но она появилась сама, выглянув из центрального салона.

— Адрин, какой сюрприз! Вы вернулись?

— Да, сегодня. Час назад приехали.

— Все?

— Почти все.

Зоинн нахмурилась. Адрин мысленно отругал себя. Конечно, её интересует Бахин, а не общее количество стражей. И он поспешил уточнить:

— Бахин приехал. Всё в порядке. Уверен, скоро зайдёт.

Хозяйка салонов расцвела:

— Вот это отличные новости! Мы таких ужасов начитались! И что теневая сторона поглотила дом без остатка вместе с людьми, всех вас уничтожило взрывом, демоны захватили Тенетрек и теперь мы все умрём.

— Правда — только про дом с хозяином. От них ничего не осталось. Никто больше от взрыва не пострадал, и Тенетрек никому не достался. В том числе и нам.

— Ну и ладно. Технология есть — ещё сделают.

Адрин кивнул, соглашаясь, и плавно перешёл к своей теме:

— Какой у вас размах! Я потрясён. Думал, найду скромный маленький салон, а у вас такое предприятие. Целый комплекс!

Зоинн засмущалась:

— Ну что вы, какой комплекс! Вы смеётесь. Так, самое необходимое…

— Согласен! Нам, тенитам, необходима красота! Во всех видах и вариантах. И я к вам ровно за ней. Хотел привести себя в порядок, но потерялся в дверях.

— Давайте я вас сориентирую. Если просто стричься, так я сама вами займусь.

Идеальный вариант. О таком быстром решении Адрин и мечтать не мог. Приятно иметь дело с понимающей женщиной.

Женщина оказалась настолько понимающей, что завела Адрина в отдельный кабинет в мужском салоне и изложила всё, что точно знала о Жанинн на данный момент. А также всё, что знала неточно.

По её словам, маркизу что-то сильно беспокоило, но что именно — она не поделилась. Они вместе с Зоинн волновались за стражей, изумляясь странной миссии, с которой могли бы справиться и тамошние кадры. Раз они такое у себя развели, им и разбирать. Но помимо этих переживаний Жанинн явно тревожило что-то другое, и это другое стояло как слон в комнате. Невидимый, но ощутимый. А дальше начиналась зона теорий.

Причина волнений маркизы точно находилась в городе, и, по мнению Зоинн, была связана с герцогами Мезеринами, вечными недругами Ирлинов, за отпрыска которых Жанинн собиралась замуж. Помолвку недавно возобновили, но до свадьбы было по-прежнему как до звёзд, и если она и тревожила Жанинн, то только как часть уравнения. Не сама по себе.

Что-то важное произошло на дне рождения маркизы, но что именно — Зоинн узнать не удалось, потому что её, как и Адрина, туда не звали. Приглашали только ближний титулованный круг, куда ни стражи, ни Зоинн не входили никаким боком. О вечере мастерица получила через знакомых подробнейший отчёт, который крутился вокруг костюмов гостей и бесчинств герцогини Мезеринн. Коя изводила всех предсказаниями и даже предрекла чью-то скорую смерть. Но сама Жанинн про вечер говорила мало.

Адрин напрягся, сцепив пальцы под накидкой. Зоинн продолжала изучать его волосы как ни в чём не бывало.

— Да-да, герцогиня прямо так и сказала: «Сейчас кто-то умрёт». Гости чуть под стол не попадали. Но потом внесли горячее, и все решили, что речь шла о цыпленке. Он же умер! Перед тем как попасть в духовку.

— Так-то да, — задумался Адрин.

Никто ещё не пробовал засовывать в печь кур живьём.

Тут Зоинн отвлеклась от ужасов светской жизни и предложила Адрину вырастить волосы до единой длины, на что потребуется всего час. Страж согласился. Он бы сейчас и хвост вырастить позволил, если бы это помогло задержать Зоинн.

За час удалось узнать, что Жанинн раздала голубых котят желающим, чёрного кота вручила почтовой ассоциации, которая давно мечтала презентовать зверя лучшему работнику, и с оставшимися пятью питомцами отбыла в поместье тётушки до конца лета.

На перевозку котов маркизе пришлось раскошелиться, и прилично. Зоинн предлагала подождать неделю. Её брат, который должен был скоро вернуться в город, взял бы совсем другие деньги, но Жанинн как вожжа под хвост попала. Она за два дня собралась, упаковала кошачье воинство и уехала.

Зоинн не стала скрывать, что знает о жемчужном подарке, и ошарашила Адрина известием, что тот стал основателем нового тренда. С его лёгкой руки за три дня в городе родилась мода на украшения для кошек и собак.

Адрин приуныл. За полтора часа в салоне он узнал кучу всего и за полтора часа сам стал похож на кота элитной породы. Но реально ничего важного не выяснил. Одно хорошо — Жанинн жива, здорова и на природе.

Но тут в конце тоннеля забрезжил свет: Зоинн обронила, что на следующей неделе она поедет в то самое поместье стричь и укладывать маркизу к летнему балу. И с ней можно передать письмо.

— Вот это отличная новость! Спасибо! Обязательно напишу. Когда я должен принести письмо?

— Лучше до воскресенья. Во вторник я уеду, а в понедельник буду в мыле собираться.

— Понял, большое спасибо!

Адрин погляделся в зеркало, раскланялся и вышел на улицу, не зная, куда себя такого красивого девать. Не успел он вспомнить о фамильяре, как из двери центрального домика вылетел офонаревший Енниш. Вслед еноту нёсся женский визг.

Глава 8

— Ну и что ты там забыл? — выговаривал Адрин Еннишу, когда они умчались на улицу с конфетами. — Зачем полез к дамам?

Страж не стал задерживаться у салона, решив: Зоинн с помощницами и без него разберется с конфликтом. Так что они с фамильяром просто смылись.

— Там красиво. И сушки смешные. Дуют воздухом. И пахло вкусно. Лучше, чем в мужской парикмахерской. Но на кота я никак не рассчитывал. Кто же знал, что там специальная комната для животных есть. Я думал, в ней голые женщины!

Адрин закатил глаза.

— С каких пор тебя интересуют голые женщины?

— Они интересуют тебя. А я исследую мир с твоего ракурса. Мы с тобой не должны иметь разногласий, не забыл?

Страж прижал руку ко лбу. Нет, это немыслимо. Хотя хотел бы он посмотреть на того зверя, который обратил в бегство Енниша.

— Никто меня не обратил, — возмутился фамильяр. — Я вежливо эвакуировался, чтобы не увеличивать ущерб. Тот кот спятил. Перевернул кучу склянок. И мастера поцарапал. Но его поймали, а я не стал дразнить его дальше.

— То есть сначала дразнил?

— Ну я так… немного пообщался. С прошлым-то мы нормально поладили.

Адрин понял, что Енниш имеет в виду кота в прилучинском кабаре.

— Ты сравнил! Тот старый, мудрый и знает, что на потусторонние сущности можно и не реагировать, если они сами не бросаются.

— Я уже здешний! Местный! И понимаю нюансы. Поэтому ушёл не прощаясь. Мы ведь не хотим портить бизнес твоей конфидентке?

— Слово-то какое выкопал… — пробурчал Адрин.

— В книжке прочитал! — обрадовал его Енниш.

В книжке… Взгляд Адрина упал на витрину магазина, мимо которого они проходили. И у него буквально остановилось сердце. По центру витрины стоял томик, на обложке которой сплетались ровно те самые деревья, с которыми они имели дело сутки назад.

Ничего не объясняя фамильяру, Адрин забежал в магазин и вцепился в книгу. Стопки с ней стояли у самого входа — явно бестселлер.

Так. «Тайны теневой стороны». Мило. Адрин пролистал книжечку, оказалась на удивление тоненькой для такой темы. Тайн межмирье хранило куда больше. Не на один том хватило бы.

Обложка скрывала под собой дюжину рассказов разных писателей, и автором первого значился маркиз Невин, теперь уже герцог, который вёл недавно тренинг по гармоничному движению. Рассказ напоминал притчу и заканчивался суровой моралью:

«На теневой стороне лес дышит иначе. Здесь каждый шаг — как слово, значения которого ты никогда до конца не поймёшь. Легко сделать ошибку. И сгинуть без следа. Помни: здесь на твоё движение отвечают движением, на каждую мысль — мыслью. Если ты не готов раскрыть душу неизведанному, не пересекай границу теневой стороны. Никогда».

Енот тоже заметил сходство обложки со вчерашним пейзажем и завизжал: «Купи, купи, купи!» Адрин и так собирался приобрести экземпляр, но по такому случаю взял два: себе и Еннишу. Ссориться с енотом ради детской книжки было глупо.

— А когда вышло издание? — осторожно спросил Адрин, расплачиваясь.

— В начале лета, — ответила продавщица. — Уже третью партию распродаём, очень людям нравится. И не только детям!

Адрин выдохнул. Он ведь вполне мог увидеть эту вещицу до отъезда, да? Ещё бы подпереть её чем-нибудь из библиотеки, и обоснование готово. Ну и пусть сказки! Авторы-то какие! Адрин нашёл в списке ещё два знакомых имени: одно принадлежало магу, именитому исследователю теневых глубин, а другое — той самой магессе, которая на их глазах разобрала плетения Йотты на винтики и объяснила, как ему удалось взбодрить теневую сторону.

Страж задумал прочесть всё, но начать стоило с изучения текста Невина. Этот человек определённо знал, о чём писал. Ещё на тренинге Адрин обратил внимание, что мастер учит прислушиваться всем телом как к себе, так и к окружающей реальности. И когда Адрин договаривался с теневой стороной в последний визит, он объединил в своих усилиях и собственный опыт, и Невинский.

Страж книжке обрадовался. Обнаружить такое — всё равно что найти качественную шпаргалку перед экзаменом. И здорово, что книга не толстая. За вечер её выучить можно.

Для очистки совести, уже спрятав купленные экземпляры в куртку, Адрин пробежался вдоль полок. Но больше ничего похожего в магазине не нашлось. Ну и ладно. И так им с книжкой повезло.

Хорошо, когда ты на полпути к успеху! Адрин отправился домой, предвкушая вечер в библиотеке. Если он найдет книгу, в которой хотя бы упоминается слияние рек Теми и Леми, то, сложив их с опусом Невина, получит доказательство, что ему ничего не приснилось. И Волин будет доволен, и Управление, а сам он будет просто счастлив.

Вечер предстоял не такой уж приятный, но Адрин этого ещё не знал.

***

В ванной герцогов Мезерин булькал очередной скандал. Точнее, булькала герцогиня, потому что герцог пытался утопить её в воде, засыпанной розовыми лепестками. Он ворвался к супруге сразу, как только вернулся из клуба.

— Я говорил тебе, дуре, оставить свои бредни! Ты не на сцене, где реквизит сам появляется. Небось, и не знаешь, откуда берутся все эти вещи. Не получаются у тебя заговоры, прими это как факт! А с твоим вторым уровнем и думать нечего состязаться с профессионалами! — орал герцог.

— Гр-гр-хр-буль-буль-буль, — отвечала герцогиня.

У неё действительно был только второй магический уровень, зато набор компетенций самый подходящий: ИАЛС. Иллюзии идеально работали и на сцене, и позже, обеспечив успешный переход из ведущих актрис в жёны герцога. Акселерация помогала залечивать мелкие травмы, сопровождавшие их бурные отношения, Ликвидация позволяла неограниченно изводить прислугу, ну а Созданием она никогда не пользовалась. В конце концов, для подачи нужных вещей у знати в изобилии имелись специально обученные люди.

На секунду герцог утратил бдительность, герцогиня вывернулась, вцепилась ему в лацканы сюртука и втащила мужа в ванну. Теперь уже Мезерин пускал пузыри, а супруга, расплёскивая воду, вопила:

— Как ты смеешь меня обвинять? Я ради тебя! Ради твоих детей! А ты что? Неблагодарная аристократическая тварь!

Высказав всё, что накипело, она подвыпустила мужа, он вынырнул, отфыркался и опять начал орать своё.

Мезеринн поняла, что под водой герцог ничего из её слов не услышал, и отвесила ему пощёчину, от которой оба вновь соскользнули в воду и окончательно нарушили баланс купальной ёмкости. Чугунная ножка подломилась, а за ней другая, и ванна выплеснула супругов вместе с остатками воды на пол.

Ссора в этот раз получилась настолько бурной, что сбежались даже ко всему привычные слуги. Голую герцогиню завернули в махровую простыню, а герцога в промокшем насквозь костюме повели раздевать и сушить.

— Я недоговорила! — крикнула Мезеринн вслед мужу.

Тот сердито выдохнул. Запал душить жену уже пропал, и теперь его занимало повреждённое запястье. Но плох был бы герцог, если бы не оставил за собой последнее слово.

— Поговори мне ещё, — буркнул он.

Слабовато, конечно, но хоть так.

Герцогиня для разнообразия смолчала, удаляясь в окружении служанок в сторону спальни.

В ярость главу рода привели свежие инициативы супруги по превентивному устранению Адрина. Зачем она вообще смотрела в его сторону?! Уму непостижимо!

Первую попытку провалила шляпница. Она не смогла подсунуть экономке стража никого из своих людей и заслала наёмницу напрямую: пролезть в кладовую и отравить муку. Путь небыстрый, но должен был сработать. Сработало, однако, другое: артефакты-протекторы на окнах особняка Адрина. И поскольку служанка лезла на второй этаж, считая, что он защищён меньше первого, то и летела она со второго. Её подобрала местная полиция по сигналу соседей, которые увидели тело на лужайке заднего двора. Они поначалу решили, что там отдыхает какая-то перепившая подружка Адрина, но вспомнили про утренние газеты с рассказом о подвигах стражей у Сонного брода, поняли, что Адрина тут нет, и дело тёмное. После чего связались с властями. При девушке полиция нашла яд, и, хотя незадачливая альпинистка до сих пор не раскололась, выпускать её никто пока не собирался.

Вторая попытка реализовывалась почти одновременно с первой — для надёжности. Этот кунштюк провернула уже сама герцогиня. Письмо со вложенным заклинанием, которое должно было вырваться наружу, когда конверт откроет адресат, гарантировало длительную болезнь с неясным финалом. По крайней мере, оно надолго удалило бы Адрина из поля зрения Жанинн и заинтересованной общественности.

С письмом тоже ничего не вышло. На пути корреспонденции встал почтальон Ёрин. Вернее, его питомец. На ежегодном заседании почтовой ассоциации Ёрину вручили чёрного кота-крысолова. Почтальон, который жил над зданием почты, выпустил кота прямо в отделении, и тот первым делом опрокинул ящик с ещё не рассортированными письмами. Ёрин кота отругал, однако один из отлетевших в сторону конвертов его настрожил. На нём не было никаких штампов. А всё потому, что герцогиня так боялась наследить, что лично подсунула письмо в отделение, а не отправила его обычным порядком.

Ёрин с котом осмотрели послание — оно предназначалось сыну доктора Адрина. Однако почерк на конверте Ёрину не понравился: как будто кто-то пытался подделать манеру письма Жанинн и не преуспел. Почтальон не зря двадцать лет до пенсии отслужил в Имперской безопасности, паранойя теперь запускалась автоматически. Поэтому он извлёк из загашников артефактный бокс, запаковал туда письмо, приложил благодарность коту и почтовой ассоциации и переслал подозрительное отправление куда надо. Так провалилась вторая попытка.

Но на третий раз герцогиня намеревалась добиться цели. Она продала три своих ожерелья и две пары бриллиантовых серёг, чтобы выступить наверняка. И сейчас под ковриком дома Адрина ожидала ловушка: когда он наступит на неё, всё пройдёт как надо. Ни на кого другого ловушка не сработает, — заверили герцогиню. На Адрина планировалось натравить сложный магический конструкт, и он должен, просто обязан сработать с учётом слабых компетенций стража в иллюзиях. Пока Адрин расщёлкает, что происходит, дело будет сделано.

Герцогиня знала, что стражи вернулись в город, и поэтому на ужин с мужем шла в приподнятом настроении. Скоро-скоро им будет что праздновать.

Причиной же гнева герцога был инцидент с Ёриным, про отравительницу-скалолазку герцог ещё не знал. До него дошли слухи о начатом расследовании, и он заинтересовался, поскольку помнил, что жена пользуется почтой для своих мелких шалостей. Сложить два и два было нетрудно.

За ужином они снова поссорились. Но теперь герцогиня смогла убедить супруга, что им надо что-то делать с этой парой, ведь операцию сорвал кот, который прошёл через приют Жанинн. Всё одно к одному! Целый клубок врагов. И пообещала, что сегодня точно всё получится. Герцога чуть удар не хватил, когда он услышал план, но, взглянув на часы, понял, что ничего уже сделать нельзя. Им оставалось только ждать.

***

Адрин остановился на крыльце собственного дома, но войти не успел, потому что кто-то налетел на него со спины.

— Адрин! Я так соскучилась!

Голос! И запах! И вообще всё! Адрин ловко развернулся, обняв маркизу за талию:

— Жанинн! Ты же уехала! Какой сюрприз, пойдём в дом!

Адрин так обрадовался, что даже не подумал, что Жанинн сложновато было бы метнуться из поместья до города, да ещё прибыть так быстро.

— Я как узнала, что ты приехал, сразу к тебе! — сбивчиво проговорила маркиза, переступая порог.

Жанинн никогда ещё не выглядела так соблазнительно. Нежно-розовое кружевное платье мягко облегало бёдра, шляпка в тон платью немного съехала, как будто её обладательница всю дорогу бежала. Над губой у нежданной гостьи выступили капельки пота, а глаза лихорадочно блестели. Даже если бы Адрин не относился к Жанинн с величайшей нежностью, ему всё равно захотелось бы защитить маркизу от любых невзгод.

— Что с тобой? Ты бежала? Кто тебя обидел? — забеспокоился страж.

«Адрин, это не живая женщина! — зашипел у него в голове Енниш. — Я изучал. У неё всё другое».

— Как это? — спросил вслух Адрин.

Клон Жанинн принял вопрос на свой счёт и повторил предыдущую фразу:

— Я как узнала, что ты приехал, сразу к тебе!

Здесь напрягся Адрин. Сработавший рефлекс заставил его оттолкнуть сомнительную особу.

— Ну-ка говори быстро, ты кто? — потребовал Адрин.

— Я Жанинн, — растерянно повторил клон. — Я к тебе пришла. Я очень ждала, очень боялась и сразу пришла.

Это было уже совсем странно. Жанинн не могла себе позволить разгуливать по городу без сопровождения. Как она избавилась от охраны Ирлинов, которую ей навязали перед днём рождения? Если она покинула поместье, охрана должна была снова приступить к своим обязанностям. Да и как она узнала, что Адрин вернулся? Страж поглядел повнимательней. Сумочки при маркизе тоже не было. Всё это очень интересно, но Адрин задал совсем другой вопрос. Можно сказать, главный и проверочный:

— А коты твои где?

— Коты хорошо. Я их так люблю.

— А сколько у тебя их осталось?

— Как и было, десять. Почему ты спрашиваешь?

Тут Адрина проняло. Перед ним стоял кто угодно, только не Жанинн. Потому что, благодаря Зоинн он знал: котов осталось пять. Она так стремительно восстановила популяцию? Теоретически могла, за городом можно набрать сколько угодно котов. Нет, это бред. Выбирать надо самое простое: перед ним не его подруга. А что-то другое. Но как бы ни была опасна сущность, стоящая перед Адрином, он не смог устоять перед искушением познакомиться с ней поближе.

— Почему мы не идём в дом? — невинно спросил клон.

— Потому что ты больна, — заявил Адрин. — Ты забыла, сколько у тебя котов. Как ты могла?

Эта реплика вогнала клон в ступор, и алгоритм безнадёжно сломался. Простая последовательность: войти в дом за объектом — добиться плотного телесного контакта — выжечь магические меридианы, — нарушилась из-за пропуска первого этапа. В принципе клон мог начать и со второго, и ровно это он попытался сделать, напрыгнув на Адрина.

Но страж не зря проходил всё, что он проходил, и даже при недостатке пространства сумел уклониться и запрыгнул на карниз, стартовав ракетой с места.

Теперь они изображали нечто вроде сельской пасторали: плачущая девушка и парень, ускользающий от своих обязательств. Не хватало только разгневанных родственников по фону.

— Что ты будешь делать? — в голос спросил Енниш, усаживаясь рядом на карниз. Ему там было удобно, в отличие от Адрина.

— Думаю. Прикольную штуку прислали, жаль, что такую опасную. Спасибо, что предупредил, я разницы вообще не чувствую. Если бы она не спалилась с котами, я бы всё ещё сомневался.

Клон ковырял носком туфельки землю, перелопачивая инструкции. Наконец, в голове что-то сработало, он потрогал стену и прыгнул, как обычная девушка в жизни бы не смогла. Но страж ударил противодемоническим плетением и клона остановил. Любого демона бы расплющило от такого удара, но клону прочности налили с запасом. Хотя сходство с Жанинн сползало с него быстрее, чем чулки с прелестных ножек. Утратив привлекательность, но не резвость, сущность снова ринулась к стене.

Адрин не стал проверять, как быстро клон доберётся до карниза, и врубил серию плетений, щедро зачерпнув сил у Енниша. На третьем ударе удалось окончательно остановить фальшивую Жанинн и даже частично вбить её в землю.

Клон замер. И хотя Адрин не верил, что он деактивировал творение враждебного разума, всё равно надо было хотя бы попытаться изучить объект. Страж спланировал на землю и осторожно приблизился к псевдодевушке.

Тут к дому подъехала городская полиция, из авто высыпались сотрудники правопорядка, и главный заорал:

— Константин Адрин! Мы получили сигнал! Немедленно сдавайтесь!