"Привет, одиночество. Я дома!"

Глава 1. Переезд или коротко о соседях.

Я сидел, думал и не знал, что делать в данный момент…не могу сказать точно, когда всё это началось, когда стало так сложно и запутанно, но знаю одно — всё это не с проста…

В самом начале всё казалось простым и обыденным. Началось так вообще с совершенно обычной вещи. Мне пришлось переехать в новую квартиру, университет, в котором я учусь, находиться довольно далеко, добираться туда приходится долго, поэтому я решил поискать в сети более подходящий вариант. Лучше однушку, ну или двушку, так снимать проще, и вероятность иметь соседей в квартире уменьшается. Спустя несколько часов поиска, я наткнулся на вполне удовлетворяющий вариант. Позвонить по указанному номеру — дело пары минут, поговорить с хозяйкой квартиры, судя по голосу милой пожилой старушкой, которую всегда представляешь, когда звонишь по объявлению о сдаче квартиры, и договорится о сумме — десять минут. Прошло около двадцати минут, а я уже стою около шкафа и собираю свои вещи. Кажется, я готов для переезда.

В выходные я перевёз свои вещи в новую квартиру, а к вечеру уже вовсю изучал то, что досталось. Конечно, тут не помешал бы хороший ремонт и замена мебели, но в этом и суть съёмных квартир, особенно когда её тебе сдаёт божий одуванчик. Всё в квартире пропитано ощущением уюта и тепла, такого, какой бывает у бабушки, когда приезжаешь к ней и видишь мягкие кресла, кружевные салфеточки на столе, много цветов в горшках и другие мелочи, создающие атмосферу спокойствия и умиротворения. Да, изначально я хотел жить в небольшой квартирке, один. Но тут уж ничего не поделаешь, это самое выгодное предложение. Придётся жить ещё с несколькими соседями. Благо это большая, многокомнатная квартира.

Когда моя краткая экскурсия и проповедь о том, что трогать льзя, а что нельзя, подошла к концу, я вздохнул с облегчением. Однако это чувство скоро сменилось лёгким недоумением, ведь стоял напротив двери закрытой комнаты, которая принадлежала ещё одной квартирантке, но в списке жильцов её не было, а потому, в моей голове невольно возник вопрос о том, кто она и почему мне про неё сразу не рассказали. Я решил ответить на эти вопросы потом, когда распакую все свои вещи.

Спустя некоторое время, когда с переездом было полностью покончено, а на дворе было довольно поздно, я увидел полоску света, пробивающуюся из-под двери той самой комнаты. В тот же миг заметил и тени, которые иногда прерывали это жёлтое свечение. Стало очевидно две вещи: кто-то в комнате и этот кто-то ходит. Возможно, это банальные выводы, но я точно знаю, что в квартиру и в комнату, никто не входил, но этот кто-то так тихо сидел в ней, что сначала я подумал, что там вообще никого нет. Вот и получается, там кто-то есть, и если бы не свет и тени, я бы даже не услышал эти лёгкие шаги.

Я подошёл к двери и легонько постучал. В момент стука я ясно услышал шаги по направлению к двери, однако спустя секунду, никто не открыл. Тогда я постучал чуть громче. И когда я уже собирался плюнуть на это дело и отругать своё любопытство, а затем и дурацкое воображение, которые успели мне такого напридумывать, дверь со скрипом открылась и на пороге появилась девушка.

Выглядела она сильно уставшей, о чём свидетельствовали свинцовые тени, залегшие под выцветшими глазами, и довольно взлохмаченные волосы на голове. Я невольно пробежался оценивающим взглядом: не дурна собой, но и писанной красавицей не назовёшь. В таких случаях, мой двоюродный дядя говорил: «Руки есть? Ноги не кривые и не как у табуретки? Глазки осмысленно смотрят? Говорить умеет? Ну так чего тебе ещё надо?» Правда потом этот самый дядя добавлял, что тут главное чтобы готовить умела, а функцию говорить не обязательно включать, а то тогда тебе самому придётся готовить.

Отбегая немного в сторону, на правах автора, нужно сказать, что дядя его был отличный повар, а потому, до сих пор, в свои сорок с поросячьим хвостиком лет, был холост и свободен, как пивная банка, летящая с двадцатого этажа стройки на голову главного прораба. Но это другая история, которую сейчас нет надобности рассказывать, поэтому мы вернёмся к мыслям нашего героя.

Пока в моей голове пронеслись все эти мысли, девушка тоже мельком взглянула на меня. Тут я понял, что надо бы что-то сказать, ведь это я постучал к ней, а не наоборот.

— Добрый вечер, — наконец выдавил я. — Я — Ваш новый сосед, Илья, надеюсь мы с Вами ещё уви…

Не успел я договорить, как дверь закрылась, а хозяйка так и не удосужилась поздороваться или же назвать своё имя. Мне оставалось глупо смотреть на осыпавшийся местами лак, а потом пожал плечами и пошёл к себе. Завтра рано вставать в университет.

Глава 2. Наблюдения или выводы без оснований.

Следующее утро встретило бы меня чашкой крепкого кофе, но, увы, я проспал, а потому пришлось в спешке хватать первое, что попалось под руку в холодильнике. И уже закидывая все вещи в рюкзак, я понял, что это груша и рисовые хлебцы. Да уж, с таким набором я похож на девчонку, которая сидит на какой-нибудь новой модной диете, но размышлять об этом, как и брать что-то другое, времени не было. Собрав все тетради со стола, я сунул их следом за моим обедом и закрыл рюкзак. А теперь бежать.

И только отойдя на достаточное расстояние от дома, я осознал, что не проспал. Я даже встал рано, а всё потому, что забыл сменить привычный настрой будильника, поскольку теперь живу ближе, поэтому нет необходимости заводить его на такое раннее время. Чертыхнувшись, я сбавил шаг и мои мысли устремились к моему переезду. Тут в моей голове вновь всплыла ситуация, произошедшая накануне вечером — встреча с соседкой.

Судя по всему, она необщительна и не любит внимание к своей персоне, но мы же живём не на острове, можно было хотя бы поздороваться и назвать своё имя, а то это уж совсем невежливо — закрыть дверь перед носом соседа. Вот ведь странная особа, а главное почему-то не уйдёт из головы. Наверно это из-за того, что уж слишком странное поведение: ну нельзя, нельзя так с соседями… Мои мысли так и ходили по этому кругу, если бы не дружеское похлопывание по плечу со стороны спины, от которого я чуть не подпрыгнул.

— Эй, ты чего подвис? Я его уже пару минут зову, а он идёт и идёт.

— Привет Тим, извини, я задумался, — честно ответил я на вопрос друга, после чего взглянул на него. Тёмная куртка, джинсы, кроссовки и рюкзак чёрного цвета. На первый взгляд может показаться, что это приверженец какого-нибудь культа, ну, так обычно подумают бабушки, сидящие во множестве тихих двориков, да и то лишь те, у кого в оправе очков вместо стеклышек увеличения, снайперский прицел, намётанный на любое отклонение от классификации

«советский умный мальчик». Но мой друг не входил в содружество никакой организации и единственная его причуда, которую и странностью не назовёшь, состояла в том, что любил он не только красивых девочек, но и миленьких мальчиков.

Я познакомился с ним прошлым летом при поступлении. Вообще, его звали не Тим, но он так раздражался от своего полного имени, которое было дано ему в честь какого-то очень дальнего и не менее древнего родственника, что как только смог, то сразу сменил его на другое. Меня совершенно не волновало как его звали, потому что он сразу понравился и мы быстро сдружились.

Причина, почему мы стали друзьями (он не имел на меня никаких, кроме сугубо дружеских видов) была в том, что ни я, ни он, не были во вкусе друг у друга. Хотя его очаровательная улыбка и блеск глаз, которые были цвета свежескошенного сена, а так же рыжие волосы, отливающие благородным медным цветом, могли обезоружить почти любого, а наши одногруппники иногда даже подумывали о смене ориентации…

— Приём, Земля вызывает Нептун! — прокричали на ухо, и я очнулся, поняв, что мыслительные потоки опять унесли меня далеко от реальности.

— А почему Нептун? Обычно же вызывают Марс.

— Да потому, что ты далеко улетел… Она хоть красивая?

— Кто?

— Ну девушка, о которой ты думаешь.

— Я не ду…

— Только не надо отрицать. По всему видно, что ты чайник. Причём даже не электрический, — ответил он. Я хотел возмутиться, но мне не дали даже слово вставить. — Так самозабвенно можно думать о трёх вещах: о девушке, о парне и о том, почему мухи не ходят по потолку. Ты не из моих, так что второй вариант не подходит. В гравитационном положении мух в пространстве относительно потолка, ты тоже ничего не смыслишь, делаю вывод — это девушка.

Мне оставалось продолжать молчать, потому что когда друг принимался рассуждать на философские темы или о моём одиночестве, его не смог бы остановить ни один оратор и ни один танк.

Пока я слушал его пламенные речи о том, когда и с кем он хотел бы познакомить меня, мы дошли до университета и распрощались. Теперь у меня есть две пары, чтобы мои мысли снова пустились по уже известному кругу.

Глава 3. Университетские будни или короткие истории в длиною в жизнь

Однако моим мечтам о спокойствии не суждено было сбыться.

Взглянув на часы, находившиеся над доской с расписанием, я к своему ужасу осознал, что опаздываю. Вот встречу Тима, припомню ему все его затяжные беседы. Ему-то можно и опоздать, у него сейчас философия, которую ведёт один пожилой дядечка с густыми усами и вечно опаздывающий где-то на полчаса. А вот Маргарита Геннадьевна, женщина со склонностью спрашивать опаздывающих на её пары студентов вдвое строже, чем на экзамене и получившая своё прозвище «Башня» за высокую причёску и решения, не терпящие никаких возражений, была как обычно не в духе. Но на моё большое счастье, не иначе как Тимовское везение передалось и мне, я не опоздал. Когда я поднялся и сел на четвёртом ряду, в аудиторию вошла девушка.

В другой день я бы и не обратил внимание, но я посмотрел на её и понял, что уже где-то видел, но вот только где, ведь это не моя однокурсница, да и не одногруппница Тима. И тут в моё голове словно щёлкнул выключатель, я ещё раз взглянул на вошедшую. Тёмные длинные волосы, забранные в небрежный пучок, светло-голубые джинсы и простенькая кофточка. Казалось бы, на что тут смотреть, ну девушка и девушка, но я сразу понял, что это она, моя неразговорчивая соседка.

Когда девушка стала подниматься по ступенькам, послышались смешки и перешёптывания, доносившиеся со всех сторон, но она как будто ничего этого не замечала и лишь сильнее опускала голову. Так продолжалось бы ещё долго, но в кабинет вошла «Башня» и все сразу притихли. Профессор обвела всех нас уничтожающим взглядом и, увидев мою соседку, чуть смягчила его.

— О, Лисса, рада видеть тебя. Хорошо, что снова перешла на очное.

В ту же секунду до меня дошло, почему во время нашей первой встречи, она показалась мне смутно знакомой. Лисса училась с нами на первом курсе, но только первые несколько месяцев, а потом перешла на заочное обучение. И вот, под конец второго года обучения, она снова здесь.

Я обернулся и увидел, что Лисса сидит почти на самой дальней парте и старательно воспроизводит на своём лице милую улыбку, адресованную, скорее всего, Маргарите.

Прозвенел звонок. На паре я сидел и смотрел на нее, незаметно изучая, но ничего странного не заметил: ни в поведении, ни во внешности. На следующей паре меня и ещё нескольких ребят попросили помочь, сказав типичную фразу о том, что нужно несколько крепких мальчиков.

Оказалось, что одна молодая лаборантка пыталась достать тяжёлый том с верхней полки, но не удержала равновесие и уронила не только себя, но и ближайшие три стеллажа. Благо там была лишь документация и ничего, что могло легко разбиться, однако сами шкафы сильно пострадали. Именно эти стеллажи нам и пришлось тащить на склад, чтобы потом их отремонтировали.

Мы вернулись только к середине пары и, чтобы не мешать остальным, сели на задние ряды. Я сел рядом с Лиссой. Она что-то писала в тетрадочке с пожелтевшими листами, я обратил внимание на то, что ее подчерк великолепен. Мне стало любопытно, где она научилась так писать. Когда я столкнулся с её взглядом, то сразу посмотрел в другую сторону. Её взгляд я ощущал ещё несколько секунд, а затем она продолжила записывать лекцию.

Остальные пары прошли тихо и спокойно, не считая инцидента на химии, когда один умник смешал что-то не в тех пропорциях: его колба перегрелась и чуть не треснула, но это мелочи. Во время всех уроков до меня доносились отголоски разных разговоров, которые были только на одну тему — о Лиссе.

Я пообщался с одногруппниками, услышал столько, что не знал — чему верить, а чему нет. Всё было столь противоречиво, но в одном все говорящие были согласны, а именно в том, что Лисса уже давно является девушкой лёгкого поведения, хотя по ней о таком сложно даже предположить, но говорят, что некоторые люди на работе и в остальной части жизни являются абсолютно разными. Возможно, что и в этом случае всё так же, но мне почему-то казалось, что это не так.

Дождавшись конца пар и попрощавшись с Тимом, у которого был ещё один факультатив, я направился в сторону дома. Я шёл, слушая музыку и перешагивая лужи, которых, несмотря на конец апреля, было предостаточно. Повернув голову вправо, я увидел Лиссу. Это точно была она, хоть я видел лишь её спину. Ускорив шаг и выключив музыку, я направился к ней.

Подойдя ближе, я понял, что она тоже что-то слушает и смотрит строго на асфальт. Тогда я легонько дотронулся до её предплечья и сказал «привет». Она подняла на меня безразличный взгляд, слегка повела плечом, стряхивая мою руку, и пошла, ускоряя шаг, в другую сторону. Я был уверен, что она направлялась домой, но, увидев меня, почему-то сменила маршрут. И теперь я знал, что просто обязан с ней поговорить в самое ближайшее время.

Глава 4. Та, о ком говорят или знакомство во второй раз

Придя домой, я заметил ее кофту и обувь. Она была дома. Я пошел в свою комнату, чтобы оставить рюкзак, а затем познакомиться с ней нормально, что не получилось в выходные. Я подошел к ее двери и тихонько постучал. Послышались шаги, приоткрылась дверь и высунулась её голова.

— Чего тебе? — спросила Лисса.

— Да так, познакомиться захотелось, нужно же мне соседей знать, — ответил я.

— Позже, — сказала она и закрыла дверь перед моим носом, а затем послышалось нервное бормотание и звуки беготни.

— А…зайти-то можно? — спросил я, уже ни на что не надеясь.

— Я тебя позову, я сейчас занята, иди, займись чем-нибудь, — ответила она.

Я решил проверить, много ли нам задали. Минут через пять, раздалось её негромкое «заходи!» и девушка открыла дверь. Я встал из-за стола, положил блокнот с записями и зашел. Обычная небольшая комнатка: с левой стороны стояла кровать, рядом был шкаф, с другой стороны находились стол со стулом и книжным шкафом. И ещё было кресло, которое выглядело очень мягким и удобным. С кошачьей грацией, ой да кого я обманываю, я плюхнулся в это кресло. Лисса, тем временем, присела на кровать, накрытую узорчатым пледом.

— И, что ты хотел? — спросила она меня так, будто до этого не слышала мои слова.

— Познакомиться, — повторил я, ничуть не расстроенный таким холодным поведением. — Мы же все-таки соседи. Меня Ильей зовут, а Вас?

Недоверчиво посмотрев на меня, она всё же решила ответить.

— Лисса — помолчав, добавила — Я учусь на том же факультете что и ты. Ну что, думаю этой информации тебе будет вполне достаточно, теперь просьба уйти, у меня дела.

— Хорошо, но можно кое о чём спросить?

— Только быстро!

— Тут по университету ходят слухи, не очень хорошие, о тебе. Так… это правда? Она посмотрела на меня печальным взглядом и сказала:

— Да, правда, — не успел я раскрыть рот от удивления, как она продолжила, — что меня так ещё в школе заклеймили, там произошла одна история, и…

Я заметил, как ее глаза начали наполняться слезами и решил, что не стоит заставлять её вскрывать заживающие раны.

— Ох, думаю не стоило мне об этом спрашивать, я сейчас уйду, — сказал я, но она крепко схватилась рукав моей рубашки.

— Нет, останься… — сказала она довольно уверенным тоном, сквозь который всё равно можно было услышать дрожание голоса. Мне стало жаль ее, ведь она все это каждый день терпит, но рассказать об этом ей просто некому. Да и, судя по всему, не из тех она людей, что легко открываются другим. Поэтому я сел рядом и она обняла, начиная плакать. Я вдруг почувствовал, что почти перестал дышать. Внутри меня что-то сжалось от той печали и тоски, которую я чувствовал внутри этой хрупкой девушки, а сердце вдруг забилось быстро- быстро. Сквозь тихие всхлипы, которые становились всё реже я различил тихое бормотание.

— У тебя быстро сердце стучит… — удивилась она, приложив ухо к груди и тяжко выдохнула. — Жаль, что у меня не так… Часто чувствую себя никому ненужной, а иногда и вовсе мертвой. Грустно, что мечты так редко сбываются. О, а у тебя есть какая-нибудь мечта?

Она посмотрела на меня опухшими от слез глазами. Я немного замялся. — Ее нет, — ответил я. Она отвела взгляд и продолжила слушать сердце.

— У меня есть, очень важная для меня мечта. Надеюсь, тебе-то я могу ее доверить? — спросила она.

— Можешь — ответил я, не ожидавший такого поворота.

— Моя мечта в том, что я хочу создать семейный очаг. Хочется иметь дочку, достойного мужа. Ведь тогда я буду ощущать себя любимой хоть кем-то, чувствовать себя нужной…

Из ее глаз вновь покатились слезы. Я сидел и слушал ее. В голове роились мысли, но все они сходились на одной. Хотелось защитить ее. Я решил стать ее другом и защитником до тех пор, пока ей это нужно. Вскоре она задремала и я аккуратно уложил ее, укрыл одеялом, а потом пошел учить уроки.

После я решил, что следует лечь спать. Зайдя в ванную, я повернул кран, и на меня полилась вода. Прохладные потоки полились на голову. Я просто стоял и думал обо всём, не осознавая где я и что делаю. И только когда тело начало сковывать от холода, я очнулся. Вернувшись в свою комнату, я лег на кровать и очень быстро заснул, что для меня было редкостью. Но перед тем как моё сознание ушло странствовать в мир грёз, промелькнула одна здравая мысль: «Все-таки Лисса далеко не такая плохая девушка, как многие думают.»

Глава 5. Новое утро или как правильно падать

Наступило утро. Прозвенел будильник. Я встал и сладко потянулся.

Голова сильно гудела, но я решил не вдаваться в подробности своего состояния и просто выпить таблетку. Зайдя на кухню заметил Лиссу, что сидела там и пила кофе.

— Утра, — сонным голосом произнесла она, а затем зевнула.

— Доброе, — ответил я, пока шел к холодильнику.

Мы молча сидели и завтракали. В голове проскальзывали мысли, однако долго они там не задерживались, хоть и были направлены лишь на один предмет размышления. Точнее не предмет…

Все же она милая девушка, пусть и со странностями. Меня это не отталкивало, а наоборот, почему-то, привлекало. После неплотного завтрака, я пошел чистить зубы. Стоя напротив зеркала и держа в руках зубную щётку с тюбиком пасты, я застыл на несколько секунд. С каждой секундой мои мысли становились все более и более неприличными. Меня это насторожило, и в голове мелькнула мысль опасения о том, что она заметит и узнает! Я с трудом успокоил себя. Давно я не испытывал такие эмоции. Но, увы, я не успел до конца разобраться в них, потому что из раздумий меня вывел стук в дверь.

— Ты там уснул что ли? — спросила Лисса.

— Сейчас выхожу! — отозвался я и ещё раз взглянул в зеркало. Открыв дверь и начав выходить, я споткнулся о загнувшийся край коврика. В следующее мгновение я услышал тихий писк, который тут же затих, и, увидев перед собой широко распахнутые глаза, осознал, что упал на Лиссу. Я, как завороженный, начал разглядывать ее, но поняв, в каком мы положении, решил немедленно встать. Поднявшись, я потянул за собой Лиссу, которая всё ещё ничего не понимала и смотрела на меня расфокусированным взглядом. Взглянув на неё, я сделал то, что не смог бы объяснить, даже спустя некоторое время. Сиюминутный порыв. В тот момент, когда я уже почти полностью выпрямился, я слегка прикоснулся губами ко лбу Лиссы. Спустя мгновение я отстранился, слегка подтолкнул к двери ванной, а сам пошёл к своей комнате.

***

Не отдавая отчёта своим действиям, я закрыла дверь ванной и сползла вниз по стене. В голове вертелись мысли, нет они проносились стремительным потоком, который было не возможно было ни остановить, ни замедлить.

— Что это сейчас было?! — вопрос повис в воздухе, оставаясь без ответа.

Я сидела на полу в ванной и вспоминала все его действие, но мыли возвращались лишь к одному…

«Он меня поцеловал! — слова звучали набатом, отказываясь быть осознанными — Пусть и в лоб, но поцеловал же! Меня, меня. Чудачку. ПОЦЕЛОВАЛ! По… Нет-нет… Он просто поднял меня. Не рассчитал силу. Притянул слишком близком. Вот и коснулся случайно. Но… стоп, не вздумай начинать об этом думать. В его взгляде читалось беспокойство, еле уловимая забота и что-то ещё. Что-то такое, чего я уже давно не видела. Неужели он… Да нет, этого просто не может быть! И всё же… Как я могу ему нравиться?! А если так, его же могут высмеять. Нет, этого нельзя допустить! Не хочу доставлять ему проблем. Нужно держаться от него подальше. Прости, Илья, но так будет лучше для тебя…»

Не сдержав тяжёлый вздох разочарования, я повернула кран, твёрдо зная, что я должна делать дальше. «А должна ли?» — спросил внутренний голос, который тут же был подавлен другими, более рациональными мыслями.

***

Я шел по улице. Птицы щебетали. Светило солнце. Небольшие облака плыли по своим делам и только лужи свидетельствовали о недавнем дожде. Их я терпеть не мог. Дождь люблю, но вот его последствия — нет. Тут я заметил знакомую фигуру. В голове возникла мысль о ребяческом поступке, но я не смог ей отказать. Решил поступить также как и он в тот раз. Подбежав к нему, я положил руки на плечи и сказал:

— Тим!!!

— Ох, ты меня напугал! — ответил он, слегка улыбнувшись. — Как она поживает, а?

— Все хорошо. Проблем не доставляет и вообще она хорошая, — ответил я, сразу поняв кого друг имеет ввиду. Вспомнив Лиссу, я улыбнулся.

— Неужели я был прав! Ты действительно влюбился в нее?! — спросил несколько удивленный Тим.

— Похоже на то, но пока она мой друг. Она почти не доверяет людям, учитывая, что над ней каждый день издеваются.

Тим остановился и повернулся ко мне.

— Так, получается, ты живешь с той чудачкой? — спросил он, удивлённо глядя на меня.

— Да, а что в этом такого? — поинтересовался я. — На самом деле она не такая, как про нее говорят.

В ответ последовало молчание. Я выдохнул. Похоже Тим обрабатывает полученную информацию. Он вновь взглянул на меня, кивнул своим мыслям и улыбнулся. Похоже он понял. Я почувствовал облегчение от того, что хоть кто-то поверил моим словам.

Пока мы шли, я взял с него слово, что никто не должен об этом знать. На это заявление он дружелюбно усмехнулся и сказал, что это личная информация, а потом добавил, что не хочет из-за таких пустяков терять лучшего друга. Мне было приятно слышать это.

Зайдя в главный корпус, мы попрощались и направились к своим аудиториям. Когда я вошел в кабинет, то заметил Лиссу, сидящую одну в конце кабинета. Я так и не понял, как она оказалась здесь раньше меня, но это обстоятельство не сильно волновало.

Глава 6. Неприятности или приятности наоборот

Когда я заметил Лиссу, сидящую одну в конце кабинета, я хотел пойти к ней, но меня дернули за плечо, заставив обернуться. Это был Тим. Оказалось, что их преподаватель уехал на конференцию и только их группу забыл предупредить об этом. Именно поэтому, сегодня у нас были совмещённые пары. Тим посадил меня рядом с собой, говоря, что отсюда лучше слышно. Я согласился, но сразу предупредил, что буду сидеть с ним лишь сегодня. Он посмотрел на меня, а в его глазах блеснули искорки смешинок, и, улыбнувшись своей лисьей улыбкой, согласился.

Я, если честно, мало кого знал из его коллектива, поэтому не мог точно сказать имя той, кто обычно сидела рядом с другом. Я видел её несколько раз, поэтому могу сказать, что это была красивая девушка, производившая впечатление спокойного и ответственного человека. Как позже я узнал от Тима, её зовут Анджела, и она является первой красавицей университета, но я пока не заметил, в каком месте, кроме внешности она красива. Но, как я недавно понял, человека нельзя судить по внешности, поэтому может и в душе она тоже ангел.

В конце пары, я думал о том, какой же сегодня утомительный день. Лисса весь день вела себя странно: не подходила ко мне, каждую перемену уходила и возвращалась с красными глазами и грустным видом. Я очень хотел к ней подойти и поговорить, но Тим все время отвлекал. И вот, когда наступила перемена, я, почему-то, получил внимание той самой красавицы школы. Я, конечно, хотел с ней познакомиться, но краем глаза заметил, что Лисса встаёт из-за парты и уходит. Я извинился перед удивлённым «ангелом» и пошел за своей подругой, чтобы узнать, что же происходит.

Моя подруга, заметив меня, начала ускорять шаг, я тоже. Мы шли быстрым шагом по пустым коридорам университета, было довольно тихо, так как многие сидели в аудиториях. Меня понемногу, начинала бесить эта игра, поэтому, преодолев расстояние между нами, я обнял Лиссу. Она показалась мне такой маленькой, что желание защитить стало еще сильнее, чем при втором, нашем знакомстве. Она сначала просто стояла, а потом, вырвавшись из объятий, побежала дальше. Я не стал ее догонять, подумав о том, что смогу спокойно поговорить с ней после учебного дня. «Она просто ревнует» — от чего-то пронеслась мысль в голове, но я отогнал ее. Как мне вообще могло прийти это в голову. Очень сомневаюсь, что мои к ней чувства могут быть взаимны…

***

(от лица Лиссы)

Не помню, когда я в последний раз ревновала. Нет, вроде вначале это была обыкновенная дружеская ревность: ну сел он со своим другом, и что тут такого? Я вроде успокоилась, но тут к нему подошёл наш «ангелочек» — Анжела и начала с ним разговаривать. Со стороны это походило на заигрывание.

Как же она меня достала! Со всеми парнями заигрывает, использует в своих целях, а затем бросает. Правда и у неё были провалы. Помню, как она пыталась заигрывать с одним парнем. Он, конечно же, ей не отказал и вёл себя более чем галантно. Но человеку, который только наблюдает за другими, а сам не участвует в общении, то есть мне, было отлично понятно, что этот парень просто издевается над нашим «совершенством». Впервые я видела, что не Анжела пользуется человеком, а кто-то подшучивает над ней, да ещё так тонко, что этого никто не понимает, кроме него самого и меня.

Вынырнув из таких сладких воспоминаний, я снова увидела ту же картину. Анжела «разговаривает» с Ильёй, а сама то и дело посматривает на его друга. И тут до меня дошло, что его друг и есть тот самый, что не поддался чарам «ангелочка». Вслед за первым озарением пришло и второе: Анджела пытается заставить ревновать этого рыжика, вроде его зовут Тим. Однако, ревность проснулась не в нём, а во мне, ведь это я боялась, что он за ней пойдет, будет рядом с ней, а меня бросит и оставит. Поэтому, не сдержав своих нахлынувших эмоций, я встала из-за парты, а затем вышла из аудитории и направилась в старый женский туалет, о котором мало кто знал.

Тут я услышала шаги, а когда немного повернула голову, то сильно удивилась — это был Илья. Лицо его выражало беспокойство, но мне было неясно, почему же он не остался с Анжелой. Она же просто «ангел», от которого не возможно оторваться, но, видимо, Илья был другим. Но я всё равно начала ускорять шаг, а спустя несколько минут он подошел и обнял. Я смутилась. Похоже, я до сих пор не привыкла к тому, что он мой друг. Постояв так немного, я вырвалась из объятий и побежала к нужному пункту. Больше, он не бежал за мной. Ну и слава Богу, ведь я привыкла быть одна. Это стало даже жизненно необходимо.

Забежав в туалет, я чуть не выпала из реальности: здесь была вся элита школы! Но… что они здесь забыли?

— Ой, поглядите-ка, кто к нам нарисовался! Это же та самая шлюшка! Интересно, что же она здесь забыла… Не уж-то свой обед!? Ха-ха-ха! — со смехом сказала подруга Анжелы — Кэти, хотя какая она Кэти, просто Катя. И все начали смеяться вместе с ней.

Я не знала, что делать и что сказать, ведь я уже устала от ее выходок, а когда кому-то об этом рассказывала, то мне не верили! Именно она и Анжела распространили слух о моей легкодоступности. Кэти подошла вплотную, и, схватив за кофту, толкнула к стене. Я крепко приложилась головой, и та вмиг заболела, а из глаз пошли слезы.

— Если ты еще раз придёшь сюда, то тебе не поздоровиться! — пригрозила Кэти, и вышвырнула из туалета.

Я, споткнувшись о чью-то ногу, упала. После этого дверь закрылась, но безумный смех был слышен и сквозь неё. Слезы не переставали идти из глаз. Я снова была побита. Я встала, но это стоило мне больших усилий, и вмиг почувствовала боль в ногах и голове. «Сегодня я снова уйду с синяками» — отстранённо подумала я и поплелась к своей аудитории. Мне повезло: я не встретила никого по пути, что радовало.

Вдруг, по телу пробежала судорога и я начала оседать на пол. Перед тем, как окончательно потерять сознание, мой разум выдал ещё одну мысль о том, что меня хоть кто-то, но должен спасти, однако, я не была в этом уверена… И перед глазами окончательно потемнело.

Глава 7. Помощь или же спасение?

«Да что с ней такое? И куда она могла деться?! Совсем скоро пара начнётся, а ее еще нет!» — думал я, шагая из столовой в аудиторию, пока не заметил вдалеке знакомую фигуру. Это была Лисса, но что с ней могло произойти, чтобы она сидела, прислонив голову к стене.

Я подошел ближе. Присев на корточки, я стал разглядывать ее: глаза опухли, на щеках заметны дорожки от слёз, а на ноге… Я тут же поднялся. В этот момент она приоткрыла глаза, но они были мутными, и вряд ли она осознавала, что происходило вокруг. Я перекинул её руку через плечо и заковылял в медпункт.

— Доктор, моей однокурснице плохо! — сказал я, войдя в кабинет. В нем сидел мужчина в возрасте с поседевшими усами.

— Хорошо, уложи ее на кушетку, сейчас я ее осмотрю, — сказал он, вставая и направляясь к нам. К этому моменту, Лисса опять потеряла сознание. Доктор стал осматривать её, а я стоял рядом и переминался с ноги на ногу. «Что же с тобой произошло?!» — мысленно спросил я, смотря на её осунувшееся лицо.

— Не переживай, сейчас я обработаю рану на колене и попробую привести в чувства, ну а ты, пока можешь идти в свою аудиторию, — сказал доктор, словно прочитав мои мысли. Потом он попросил подошедшую медсестру помочь. Она кивнула и приступила к делу.

— А, можно я с ней останусь? — спросил я. Не хочется ее оставлять, ведь мне кажется, что будь я рядом, с ней бы такого не произошло.

— Ладно, — ответил доктор, а сам принялся искать в своих шкафах нашатырный спирт. Медсестра после обработки раны подозвала к своему рабочему столу и сказала:

— Ничего серьёзного не произошло, но она выглядит очень утомлённой. Будет лучше, если она отдохнёт пару деньков. Тебе не о чем беспокоиться, все с ней в порядке. Она у нас частый пациент. Я так полагаю, над ней издеваются, применяя физическую силу…

— Да, над ней издеваются, — подтвердил я ее слова. — При том чуть ли не каждый день! Но насчет физической силы, слышу впервые.

— Ну, тебе еще предстоит ее узнать. Она — тихая, добрая и скромная ученица, неплохо учиться, только вот семью она потеряла очень давно… Это трагично. Но теперь, она, наконец, нашла хорошего друга.

Я сидел и удивленно глядел на медсестру. Откуда она столько про нее знает? Медсестра продолжила:

— Ты ведь знаешь, где она живет?

— Да, знаю, ведь я ее сосед. Мы живем в одной квартире. Просто так получилось, — я немного замялся, когда произносил последнюю фразу.

— О, вот и отлично. Тогда, я напишу объяснительную, которая позволит пропустить день учебы. Но уроки все равно выполняй и ей помогай. Она пока слаба, да, и, похоже, ее ударили головой об стену. Вот, пока отнеси учителю и забери вещи.

Она протянула объяснительную, и я пулей помчался в кабинет. Краем глаза я глянул на время. Минут пять уже шел урок. Я вбежал в аудиторию.

— Что-то ты Илья задерживаешься. Быстрее, — сказала учительница, я подошел к ней и протянул объяснительные. Она пробежалась по ним глазами и кивнула. Я пошел собирать наши рюкзаки.

Послышался шепот. В нем я услышал свое имя, однако значения этому не придал. Я вышел и направился к медпункту. Лисса уже сидела и что-то рассказывала медсестре. Доктора не было.

— О, вот за тобой и пришли, — сказала медсестра, заметив меня. Лисса удивилась при виде меня. Видимо пока не пришла в себя. Теперь настало время вспомнить школьные годы, в особенности занятия легкой атлетикой. Я взвалил на себя обе сумки. Подойдя к девушке, я протянул ей руку, за которую она ухватилась. И, на сколько я понял, наблюдая за Лиссой, это был для неё огромный шаг. «Вы так мило смотритесь!» — тихо сказала медсестра. Лисса, видимо, услышав ее слова, покраснела, отведя глаза в сторону.

Пока мы шли, я был сосредоточен и не замечал ничего вокруг. Когда мы, наконец, добрались до квартиры и зашли, Лисса начала засыпать. Но мне удалось довести её до комнаты и… тут она бы упала на пол, если бы я вовремя не поймал. Она еле шевельнулась, но не проснулась. Я выдохнул и положил ее на кровать, укрыл пледом и напоследок поцеловал в лоб, желая приятных снов.

***

(от лица Лиссы)

Когда я открыла глаза, то заметила, что лежу в своей комнате. Я вроде помнила, что была в медпункте, а потом пришёл Илья, а напоследок я услышала от медсестры Алены Николаевны, что я с Ильей мило смотрюсь. Мне тогда было так стыдно, что я даже покраснела, а когда мы шли по улице, то я, видимо, задремала.

Илья, все-таки, хороший парень, но мне до сих пор не понятно, почему он не остался с Анжелой, учитывая, как она активно с ним заигрывала. Прямо у меня на глазах. Она снова хотела забрать друга. Моего друга. Я поднялась и пошла на кухню, ведь мой живот вдруг заурчал, настойчиво требуя еды.

Когда я зашла на кухню, то заметила записку от Ильи. Взяв её в руки, прочла:

«Лисса, я ушёл. Скоро вернусь. Илья.»

Я постояла, подумала, а затем пошла готовить, так как «Его Величеству Желудку» было наплевать на моё НАСТРОЕНИЕ, которое хотело спать.