Природа не терпит пустоты

Глава 1. Сиди и слушай.

"Я буду говорить только с представителем ЦРУ", – единственное, что я смог сообщить на английском.

Согласен, не самая хорошая идея. Гуантанамо в моё время было не тем местом, куда стремятся на отдых. Но других вариантов в голове не имелось. Требование позвать на переговоры Фокса Малдера и его очаровательную напарницу вряд ли бы нашло нужный отклик. Особенно у пары двухметровых парней в тяжёлой броне экзоскелетного типа. Не исключаю, что стоящие передо мной люди могли быть и женщинами. Кто знает их гендерные заморочки.

Не внушала симпатии и тяжёлая техника, расположенная неподалёку, примерно в ста метрах от нашей дружной компании. Два танка, машина пехоты и весь набор тяжёлого вооружения в придачу. В общем неуютно.

Ожидаемая реакция любой державы, недружественной тем более. Хотя в защиту легитимной власти США стоит сказать, что за моей спиной был неопознанный летающий объект.

Моя внешность лишь усиливала негативное впечатление. Начиная с глаз со змеиными зрачками и белозубой улыбки с острыми клыками и заканчивая красным, а скорее кирпичным, цветом лица. Впрочем, остальное тело имело идентичную расцветку. Вдобавок нестандартное строение ушных раковин явно наталкивало на мысль о неземном происхождении. Не эльф конечно, но в толпе затеряться сложно. И знаки: на лице, веках, за ушами, на висках и носу. Шею опоясывало изображение змеи, состоящей из четырёх повторяющихся символов. А ещё абсолютно седые волосы, собранные в короткий хвост.

Костюмчик тоже не подкачал. В меру свободный комбинезон из грязно-серой ткани с дополнительной подвесной системой (разгрузкой, если говорить русским языком), костяной нож в потрёпанных ножнах спереди, под левым плечом, рукоятью вниз. И вишенкой на торте АИК-19. Автоматический импульсный карабин, по крайней мере так мне сообщили владельцы. Цифровое обозначение расшифровке не поддалось. Не сказать, что сия тайна меня гложет, но было бы интересно узнать историю надёжного орудия, по сути, рейлгана. Пятьдесят выстрелов металлическими болванками калибром 9×19 мм. Прям Парабеллум. Но к войне я всегда готов. Жизнь обязывает.

Завершают образ тяжёлые ботинки с металлическими носами и тонкие перчатки, усиленные костяными накладками на костяшках пальцев.

Правда, это из видимого. Пять метательных ножей на бедре в скрытых карманах и шлем, притороченный к рюкзаку. Ножи выполнены в цвет комбинезона. А спиной поворачиваться к военным желания пока не имею, как и демонстрировать полный набор знаков на моём бренном теле.

Кстати о теле. Рост метр восемьдесят пять, вес восемьдесят килограмм. Зовут И Гор. Когда-то давно - Егор Самойников.

Ну, здравствуй, малая родина. Встречай, земля, своего блудного сына. Надеюсь, за годы моего отсутствия в Штатах не произошло фатальных изменений в вопросах толерантности. Особенно в части бережного отношения к краснокожему населению и его чувствам.

Два часа спустя. Штат Невада. Военная база «Зона 51». Кабинет командированного специального агента службы планетарной безопасности Джона Смита.

Джон Смит сидел и задумчиво смотрел на коменданта базы «Зона 51». Военный объект возродили пятнадцать лет назад. Главным назначили майора военно-космической службы российского сектора Иванова. Естественно, Ивана Ивановича. Есть такая добрая традиция СПБ российского сектора. На секретные объекты направляют людей именно под таким набором именных идентификаторов. Как, впрочем, и североамериканское СПБ пользуется исключительно Джонами Смитами для решения важных задач. Почему так, никто уже точно не знает, но традиция осталась.

Первым прервал молчание русский:

– Думаете этот гуманоид мой соотечественник?

– Не похож он на представителя внеземных рас, по крайней мере лингвистически, – ответил Смит.

– А генетически? – спросил Иванов.

– Не знаю, пока не проверяли. Мы даже оружие у него не забрали, – равнодушно произнёс Джон. – Впрочем, у него импульсный карабин, снятый с производства шестьдесят лет назад. Стандартная модель, без модификаций. Аккумулятор разряжен. Холодное оружие без усилений. Прямой угрозы для группы контроля не представляет.

– Он что-нибудь потребовал? – удивлённо спросил комендант.

– Да, помыться нормально. Дословно: «Чтоб не поливали из шланга, как Рэмбо, а то результат будет тот же», – без эмоций ответил Смит.

– Да, забавный экземпляр, – задумчиво произнёс Иванов. – Ты думаешь, он из похищенных?

– Пока самое разумное объяснение. Но фактов, указывающих на достоверность предположения мало. Конечно, он требует управления разведки несуществующего шестьдесят лет государства и использует карабин, снятый с производства в то же время, но прилетел на космическом корабле, технологии которого не поддаются научному анализу. Фактов силового захвата космического объекта не обнаружено. По предварительной информации и согласно лингвистическому анализу, он типичный представитель гражданского населения Российской Федерации начала 21 века, – разродился целой тирадой агент.

Иванов услышал в интонациях командированного агента явный интерес. Смит не был щедр на разговоры, говорил скупо, по делу. Создавалось впечатление, что перед тобой робот. Джона Смита направили на базу исключительно за высокие показатели эффективности. Выше были только у представителей маленького еврейского отделения СПБ в арабском секторе. Но оперативность принятия решений не позволяла доставить их в североамериканский сектор. По крайней мере, такова была официальная версия.

– Считаю, что вам следует отдохнуть, полёт на сверхзвуковом бомбардировщике без соответствующей подготовки сильно утомляет, – сказал Иванов. – И объекту требуется адаптация. Это позволит добиться доверительного общения. А специалисты пока подготовят предварительный анализ. Контрольное время – семь утра. Место брифинга – малый конференц-зал.

– Согласен, – коротко ответил Смит. – Надеюсь, все будут благоразумны.

Военная база «Зона 51», комната И Гора. Шесть часов утра неизвестного дня.

Простоял под душем целый час. После с удовольствием поел настоящего супа. С овощами. Минула целая вечность с тех пор, как я наслаждался подобным. Меня никто не трогал, оружие не забирали. Предоставили всё необходимое по моему требованию. Удивительно, но со мной даже не начали переговоры. Так что мои догадки по поводу США могли быть необоснованными, ведь ничего, кроме надписей на английском, не подтверждало моих скоропалительных выводов.

Меня ведь не было много лет. Мир могли захватить представители англо-саксонской коалиции, совершено наплевав на прогнозы фантастов о китайской экспансии. Хотя нет, русские должны были остаться. Всегда должен быть виноватый во всех бедах мира. Выборы президента, опять же. Тёмные силы обязаны влиять на них, иначе интерес электората пропадёт. А шоу должно продолжаться.

Спонтанно всплывающая информация удивляла. Я считал эти знания безвозвратно утерянными. Просто за ненадобностью. Ан нет. Всё на месте. Странный выверт сознания.

"Соберись с мыслями, – шепнул я вслух сам себе, – а то закроют в четырёх стенах, будешь выезжать только на обязательные профилактические медицинские процедуры типа изъятия костного мозга и взятия мазков со слизистой. В неожиданных местах тоже".

Начнём примитивный анализ. Во-первых, технологии шагнули довольно далеко, моё снаряжение просто не представляет угрозы, как и я в целом, поэтому меня и не трогают пока. Это хорошо. Правда, есть и другой момент. Меня боятся, а это не лучшая стартовая позиция. Во-вторых, со мной пока не говорят. Молча выслушивают все требования и выполняют. Хотя, я не просил ничего сверхъестественного. Следовательно, сейчас меня изучают, что весьма логично, и ждут ответственного.

Но, не смотря на всё, линия поведения остаётся только одна – заинтересовать. Как Шахерезада, заливаться соловьём. Хотя нет, скорее, как Ходжа Насреддин. Брачного интереса не имею. Попутно выясню, что творится вокруг. Почему шальное НЛО проникает в Материнский мир, а потом возвращается обратно, прихватив до кучи моё бренное тело.

Но это частности. Приобретённое в долгом скитании не испарилось на Земле, в родных пенатах. Так что аргументов для разговора будет достаточно. Об остальном будем думать.

Семь часов утра. Штат Невада. Военная база «Зона 51». Малый конференц-зал. И гор и остальные.

"Ну, хорошо хоть не контактный зоопарк!" – весело воскликнул я, входя в помещение малого конференц-зала.

Нет, это не чудеса дедуктивного метода, просто на двери была вывеска. Причём название продублировано на русском и, судя по иероглифам, на китайском. Мне, как жителю Хабаровского края, не составило труда распознать их.

"Значит, англо-саксонский диктат отменяется!" – мысленно возликовал я.

Десять секунд понадобилось для пересечения пространства зала. Два двухметровых стража сопроводили меня до прозрачного куба. Причём это были те же, что встречали меня. Абсолютно безмолвные, они дождались, пока я сяду в удобное кресло, стоящее перед небольшим столом. Стол был оснащён акустической системой и переговорным устройством. Позади меня был установлен большой экран. Двери куба закрылись, отрезая меня от внешнего мира. Мою экипировку они не забрали, следовательно, куб бронирован. Правда, отсутствие заряда в батарее АИК-19 не было тайной для военных.

Стражи заняли посты возле двери и замерли. К слову, ни один сервопривод не издал ни звука во время их перемещения. Это было особенно заметно на фоне абсолютной тишины, хотя в зале присутствовало тридцать человек. Начинать никто не спешил, но вскоре в помещение вошли два человека. Можно было подумать, что у меня двоится в глазах, настолько безликими были эти персонажи. Впечатление усиливалось синхронностью движений, и только разные нашивки на плечах давали понять, что это не оптический обман.

"Точно будущее, вон и клонов стали готовить на руководящие места", – проскользнула в голове ироничная мысль .

Двое из ларца сели на подготовленные рабочие места напротив меня.

– Можно начинать, – произнёс клон, у которого была нашивка с узнаваемыми звёздно-полосатыми мотивами. – Меня зовут Джон Смит, я агент североамериканской службы планетарной безопасности. Рядом комендант базы Иванов Иван Иванович, также агент СПБ, только российского сектора. У нас есть полномочия на ведение переговоров с вами. Как я могу к вам обращаться?

– Егор Петрович Самойников. Бывший гражданин Российской Федерации. Бывший предприниматель в области лесозаготовки в Хабаровском крае. Правда, не самый удачливый, как оказалось. Зато очень везучий человек. Прежде чем вы продолжите задавать вопросы, скажите мне, пожалуйста, какой сейчас год?

– Две тысячи сто пятьдесят четвёртый, - ответил комендант.

– От Рождества Христова? – уточнил я.

– Да, – ответил американец.

– Понятно.

Я решил уточнить текущую политическую обстановку:

– Какие новости за последнее время? Точнее, за сто тридцать один год? Планета наконец обрела единое правительство? И, думаю, не при самых благостных обстоятельствах?

– Шестьдесят лет назад после массированного нападения внеземных форм жизни были похищены сто тысяч человек, включая всех лидеров мировых государств. С правительствами, соответственно. Средства ПВО оказались практически бесполезны, удалось сбить только два объекта с двумя десятками штурмовиков. Убитых со стороны человечества не было, только пропавшие. И, судя по вопросам, вы не из них, – констатировал факты сухим и безжизненным голосом Смит.

– Спасибо за информацию. Да, я не пропавший, я человек, провалившийся в две тысячи двадцать третьем году в Инферно. Правда, транзитом через Материнский мир, но пребывание в нём было мимолётно. Не успел насладиться его гостеприимством в первое посещение. Зато Инферно приняло меня, как родного.

– Я правильно понимаю, что вам на данный момент больше ста лет? – задал вопрос Иванов.

– Похоже на то. Расскажу вам занимательную историю. Кстати, Голливуд ещё функционирует? Я готов продать эксклюзивные права на экранизацию. – ответил я.

– Индустрия кинематографа претерпела большие изменения, но Калифорния до сих пор держит руку на пульсе. Но секретность никто на отменял, поэтому прошу для начала под протокол, – так же сухо, как и прежде, ответил Джон Смит.

"Так вот, теперь сиди и слушай:

Он не желал ей зла,

Он не хотел запасть ей в душу

И тем лишить ее сна..."

В памяти возникла старая и очень трогательная песня. А сна они лишатся. Уверен, я знаю, что здесь творится. Но начнём издалека. Без базовых понятий слушателям не донести основную мысль происходящего.

– Вы готовы к записи? – спросил я, ни к кому не обращаясь конкретно.

– Можете начинать, – раздался голос техников.

131 год назад. Российская Федерация, Хабаровский край. Недалеко от границы с Китайской народной республикой. Лесной массив.

– Егор, бросаем грузовик. Не сможем мы пробиться сквозь пожар, – мой деловой партнёр Чжао как всегда был спокоен и невозмутим. Настоящий Ши-лан при дворце императора. Даром что зовут Артём и родом он из Уссурийска.

Я вынужден был согласиться. Пройти через горящий завал из деревьев не представлялось возможным.

– Ты прав, Артём. Причём во всех вопросах одновременно. Плохая идея с этим леваком, будем уходить пешком. Пусть люди соберут все инструменты и продукты. На всё пять минут. Отходим к озеру.

Расхватав инструменты для лесозаготовки, палатки и сухие пайки, восемь человек двинулись лёгким бегом к небольшому лесному озеру. Местами бег переходил в панический, но уверенно опережать лесной пожар пока удавалось. До цели было около трёх километров.

"Быстрее движемся! Осталось немного, переждём в воде!" – подбодрил я работников спустя пятьдесят минут.

Но, видимо, нас настигла кара небесная от Росприроднадзора, так как ничем другим невозможно объяснить облако объёмного взрыва, накрывшее троих лесорубов, отставших от общей группы. Каково было моё удивление, когда пламя взметнулось ввысь, накрыв куполом область примерно в километр. Сфера мигнула и открыла взору пустынную бесконечную равнину. Не успели мы осознать резкую смену пейзажа, как пламя взметнулось повторно. Только в этот раз мы заметили взлетевшие высоко бочки. Двухсотлитровые.

"Привет от вооружённых сил Российской Федерации", – успел подумать я про нелегальные захоронения химических, радиоактивных, а также прочих легковоспламеняющихся и взрывоопасных отходов. Но на наше счастье картина детонации была идентична предыдущей. Пламя растеклось по куполу, который мигнул и пропал. Вместе с нашим осознанием мира.

На нас смотрело три существа, напоминающих адских гончих. Первое и единственное название, пришедшее мне в голову. Неудивительно, учитывая окружающий пейзаж. Чистое небо, без единого облака, с огромным диском солнца, а вокруг красный песок и скалы. Куда ни глянь – пустыня. Виден лишь небольшой лесной оазис с озерцом. Эта безмятежная земная локация совершено не вписывалась в местный антураж, а уж на фоне красного неба подавно.

"Всем достать топоры, завести бензопилы и приготовиться к встрече собак! Добро пожаловать в ад. Надо было слушать тебя, Чжао", – сказал я, первым выдёргивая из-за спины топор китайской фирмы Ganzo.

Глава 2. Служба контроля за бездомными собаками.

План огня Инферно. Временная локация «Лесное озеро». 2023 год от Рождества Христова.

Никто не стал задавать глупых вопросов. Рядом были только надёжные люди, часть из них – трудовые мигранты, нелегалы, закалённые в горне бесконечных проверок ОФМС и выстоявшие среди облав УВД и успешно противостоящие бандитам, готовым забрать последнее. Поэтому бригада молча и оперативно выхватила орудия деревообрабатывающего промысла. На инструментах я не экономил. Бензопила Champion 237-16 не была профессиональным инструментом для масштабных работ, зато блокировка курка газа позволяла работать долгое время, не отвлекаясь. В стрессовой ситуации не выключится от трясущихся рук. То, что доктор прописал. Бензопила "Зубр Профессионал" была лишена функции блокировки, но была мощнее и находилась в руках Артёма. Мой заместитель обладал крепкими нервами, настоящий флегматик. Поэтому я не боялся за её эффективное использование в предстоящем противостоянии.

Мысли пробежали со скоростью света. Все выстроились неправильным каре, ощетинившись инструментами. Пилы завизжали на холостом ходу.

"Артём и Ли, разойдитесь на полтора метра, – уже тише сказал я, – а то зацепите друг друга. Остальные, прикрываем спины, добиваем зверей." Дружное «понятно» было мне ответом. Странно вообще-то, никаких эмоций у нас не было. Ледяное спокойствие и уверенность в собственных силах. Конечно, работая в лесу, мы сталкивались с медведями. На этот случай всегда привлекался охотник с лицензией. Не приходилось в ножи самостоятельно брать зверя. Сейчас же работники были готовы биться без страха с непонятными тварями. Странно, но не время думать об этом сейчас.

Красные собаки наконец прекратили изображать из себя статуи и двинулись в нашу сторону, нервно подрагивая крыльями носа. Микростая окружала с трёх сторон, расстояние сокращалось. Твари явно хотели напасть одновременно, и в этом случае у нас минимум шансов. Не пойдёт.

Я извлекаю пилу из рукоятки топора. Резко ускорившись, делаю рывок в сторону ближайшей гончей. Собака подошла на расстояние в десять метров, хотя её товарки ещё не заняли позицию для атаки. Бросок пилы в морду адскому созданию. Результат не отслеживал, так как бежал в сторону Чжао. Волосы на затылке встали дыбом от визгливого лая за спиной.

"Вот теперь пора", – подумал я, заваливаясь под ноги Артёма.

Судя по мелькнувшей тени, план себя оправдал. Кровавые ошмётки, полетевшие сверху, подтвердили тридцатитрёхпроцентное выполнение нормы по сокращению численности неустановленных наукой особей. Смерть твари оказалась неожиданностью для остальных членов стаи. Они замерли в нерешительности, но всего на секунду. Но этого хватило, и трое мужчин бросились в атаку. Ли воткнул пилу в бок адской гончей. Хотел в голову, но она в последний момент попыталась отскочить. Впрочем, спастись ей не удалось. Подоспевший Хань попал топором в голову зверю, а Ли после этого начал пилить шею неудачливому созданию.

Всё это проносилось вскользь. Моё внимание было приковано к последнему зверю. Тварь решила скрыться от опасной группы. Отвратительно, гончая может привести остальных. На мою радость молчаливый Айдар отлично метал топоры. Перебитая задняя лапа третьего зверя была ярким свидетельством мастерства. От неожиданности гончая повалилась на спину, и мне оставалось лишь её добить. Жизненно важно при этом было не попасть под удар острых когтей. Я рывком встал и направился к монстру.

Спешить было некуда. Обух топора планомерно ломал колени гончей, но реализовать план в полном объёме было не суждено. Айдар сильным ударом вогнал лезвие топора в голову животного, бурят воспользовался инструментом китайца Ли.

Все тяжело дышали. Артём был покрыт потрохами первой жертвы с ног до головы, Ли тоже не блистал чистотой. Остальные были просто перепачканы в пыли. Песок красного цвета был везде, за исключением пятачка в пятьдесят метров возле озера. К нему мы и двинулись.

"Возьмите туши, – сказал я бригаде, – надо будет избавиться от них. На запах могут подтянуться местные обитатели. Не думаю, что подобные гости нам понравятся".

Общее молчание я воспринял, как вполне объяснимый шок. В бригаде не было истеричных личностей, каждый сейчас обдумывал сложившуюся ситуацию. Мы устало двинулись в сторону водоёма, неся с собой тушки животных. Одну нес я, другую – Айдар, а третью – Хань.

Наша основная ударная группа в составе двух бензопильщиков внимательно осматривала окрестности. Активности не наблюдалось. Таким порядком дошли до озера.

Я озвучил свои мысли:

– Думаю, палатки ставить в такой ситуации не самая лучшая идея. Предлагаю обсудить всё произошедшее через десять минут. А пока надо почистить оружие, смыть с себя кровь и завернуть туши в брезент, чтобы запах не разошёлся по всей равнине.

Группа кивнула. Артём начал смывать с себя останки твари водой из пластиковой бутылки, ему помогал Хань. Вдруг Чжао начал громко материться. Неудивительно, ведь потроха на нём вскипели от воздействия воды. Растворились полностью, превратившись в кровавый туман. Красная взвесь покружилась вокруг него, а после, сформировав символы, вошла в тело. Запахло палёным мясом. Артём упал как подкошенный.

Десятью секундами позже такая же ситуация повторилась с Ли.

– Похоже, выжить будет трудно, – вдруг сказал Айдар.

– Особенно, когда не знаешь, где ты, – поддержал его Хань.

– У меня нет ответов. Но всему есть объяснение, и мы его найдём, – ответил я. – А сейчас надо осмотреть пострадавших. Доставайте аптечку из рюкзака Артёма. Если у нас она и есть, то только у него.

Но судя по всему сегодня моим планам вообще не суждено было сбываться.

– Мы в Инферно, в плане огня. – прохрипел Чжао, открывая глаза. – И да, мы выживем. Растормошите Ли, тащите останки гончих. Открываем тату-салон. Хватит всем.

Артём загадочно улыбался, глядя на меня.

– Ну, хорошо, что хоть кто-то знает, что делать, – устало произнёс я.

Та же локация. Десять минут спустя.

– То есть мы реально в аду? – удивлённо спросил Айдар.

– Да. В пустошах не так жарко. Здесь есть вода, и она не испаряется. Её все боятся. Растворяет, как кислота, превращает в туман. Твари здесь жрут друг друга. Гончие не могут сразу превратить убитых в энергию для поглощения, приходится есть. Потом переваривают без остатка. – уже вещал Ли.

Оказывается, он получил память гончей. Скорее, набор образов. А всё благодаря двум знакам на висках. На месте странных татуировок отсутствовали волосы, а кожа приобрела красный цвет. Ближе к кирпичному. Ожогов не было. То же было с его носом, не остались обделёнными и ладони. А самое главное, что на животе, в области желудка, находился ещё один символ – равносторонний треугольник с тремя волнистыми линиями, сходившимися в центре фигуры, размер которой был около пяти сантиметров.

Ли невесело усмехнулся:

– Без этого знака мы все здесь помрём. Поглощение. Оно помогает желудку расщеплять материю, превращать в энергию и поглощать её. С остальным не разобрался пока. Слишком непонятные картинки.

В этот момент Артём, взбалтывая содержимое в трёх пластиковых бутылках, с мрачной улыбкой сказал:

– Я всё приготовил. Добро пожаловать в наш тату-салон. Разнообразия не подвезли, поэтому мастер будет сам решать, что бить. Обещаю одно: будет больно.

Так началась наша жизнь в Инферно. Никто толком не успел испугаться, задать глупый вопрос и превозмочь страшные напасти. Не было обвинений. Собрались взрослые мужчины, которые многое повидали. Про путь домой никто не спросил. Пока не время. Есть другие задачи.

Глава 3. Последний день лета в вопросах и ответах.

31 августа 2154 г. Семь часов пятнадцать минут. Штат Невада. Военная база «Зона 51». Малый конференц-зал.

И гор и остальные.

– Прежде чем я продолжу, задайте интересующие вас вопросы. Не хотелось бы отвлекаться, далее потребуется изложить важную информацию в сжатом и максимально понятном виде, – сказал я.

– Хорошо, я вас услышал, – ответил Смит. – Начну по порядку. Первое. Сколько вас выжило?

– Я и моя бригада. Пять человек. Позже присоединились трое хуситов, – лаконично ответил я.

– То есть там могут быть ещё люди? – последовал вопрос от Иванова.

– Не исключаю, но маловероятно. Требуется значительный выброс энергии для перемещения. Я озвучу принципы дальше, – ответил я, глядя на коменданта.

Следующий вопрос был от него же:

– Фамилии людей назвать сможете?

Я решил озвучить требуемое.

Да. Чжао Артём Игоревич, Ли Юн, Хань Ю и Айдар Петров. Не ручаюсь за китайцев, всё-таки они нелегалы. По мне, там ещё и криминал. Но ребята спокойные. Хуситов не знаю. Мы звали их Бек, Хан и Салах.

Иван Иванович едва заметно кивнул.

– Думаю, для работы экспертов и информирования родственников пока достаточно. Мы готовы слушать вас дальше.

– Спасибо. Сейчас будет приоткрыта тайна существования человечества. Его цель и смысл. Мы – живые батарейки для Материнского мира. Существа плана жизни. Редкого во Вселенной. Начну с начала. Вселенная представляет собой океан, а солнечные системы, как капли, состоящие из нескольких молекул. И как в капле поверхностное натяжение не даёт разлетаться молекулам, так и энергия Материнского мира не даёт разбежаться планетам системы. Через Материнский мир происходит переток избыточных излучений плана. Для этого существуют поглотители, которые забирают излишки, переправляя в планы Огня, Воды, Воздуха, Тверди, Астрала, Света и Жизни. Это семь планет, куда официально прорывались эрги. Эргами называют себя существа Материнского мира. Только они обладают нейтральной энергетикой и способны взаимодействовать со всеми планами без последствий. В нашем понимании живыми существами они не являются. Они бессмертны, но не могут создавать новые виды разума во Вселенной. Для этого им нужно воплотиться в энергетов, то есть получить энергетическую оболочку, силовое тело. Такое возможно, только если энергия жизни будет совмещена с любой другой. В таком виде они могут передавать друг другу кодированную информацию. Что-то вроде ДНК. После рекомбинации получается два новых энергета с уникальным набором кода. Для успешного процесса требуется накопить значительное количество энергии, после чего доноры приобретают исходный вид, излучая обратно половину собранной энергии солнечными вспышками. Солнце и является Материнским миром. Новорожденные энергеты начинают свой эволюционный путь. Им доступно деление, но оно не несёт новых комбинаций кода. Только став эргом они получат возможность оперировать Жизнью. Без неё невозможен новый разум во Вселенной. Предваряя ваш основной вопрос, сообщаю. Мы видим мир только в диапазоне плана Жизни. Поэтому на других планетах нет признаков активности. Вся она происходит в плановых диапазонах. Вообще жизнь вне радиационного пояса Ван Аллена невозможна.

– Как тогда вы выжили после перемещения? – спросил Смит.

Я ожидал, что он спросит об этом.

– Вода и воздух переместились вместе с нами на пустоши вместе с частью атмосферы. Природа не терпит пустоты. В Инферно кислород и вода не нужны никому, поэтому они постоянно мигрируют, пока не соберутся в большие массы, и, достигая критической отметки, уходят в свой план. Нам повезло. А после трансформации нам больше не требовались эти ресурсы. Теперь вы обладаете необходимой информацией для понимания моего дальнейшего рассказа.

План огня Инферно. Временная локация «Лесное озеро». 2023 год от Рождества Христова.

На процедуру я пошёл первым. Намазав вязкой жижей живот и лицо, я, крепко зажмурившись, ждал, когда меня польют водой. Вскоре я ощутил холод, а потом лёгкое жжение. Перед глазами закрутились символы, резко замерли и через неуловимое мгновенье вгрызлись в лицо и живот. Адская боль погасила сознание. Очнулся я уже в компании краснолицых товарищей. Причём самым последним.

Первое, что потрясло меня, – это зрение. Я видел в инфракрасном спектре. Равнина источала равномерное тепло. От неожиданности я моргнул. Зрение нормализовалось. Это отлично. Попробуем ещё раз присмотреться к окружающему миру в новом свете. Я посмотрел на Чжао и Ли и был поражён: в области желудка у них сверкало маленькое солнце.

– Добро пожаловать в мир мутантов, – радостно произнёс Артём.

– Как самочувствие? – поинтересовался с хитрой ухмылкой Ли.

– Нормально, а что вы светитесь? – спросил я.

Даже обычное зрение без труда видело свечение в районе живота у невольных подопытных.

– Так поели немного, усваиваем, – ответил Ли.

– Понятно. А что с Айдаром? – уточнил я.

Бурят полз к нам, периодически кашляя. Артём сорвался к своему рюкзаку и выхватил верёвку. На бегу обвязав себя, он бросился к Айдару.

– Держи трос, если упаду, тащите обоих, – приказал заместитель, рванув к товарищу.

Мы схватили конец верёвки. На наше счастье она не понадобилась. Мы с Артёмом быстро притащили Айдара к озеру. Он открыл глаза и закашлялся.

– Там нечем дышать, – просипел Айдар. - Я, похоже, обжёг лёгкие.

– Ясно, ищите лёгкие у собак. Будем производить апгрейд организма! – громко выкрикнул я.

Айдару стал первым, кому мы произвели подсадку знака в лёгкие. Иначе он бы умер. Дышать ему было тяжело даже в нормальной атмосфере. Следом и мы осуществили необходимые манипуляции. Дождавшись пробуждения бурята, мы убедились, что его здоровью ничего не угрожает, и отправили его отобедать гончей.

– Айдар, остаёшься наблюдателем. Если что, уводи от нас зверей. После восстановления лёгких ты, наверное, уже адаптировался к местной атмосфере, – я дал указание товарищу.

– Хорошо, – ответил бурят, прожёвывая жёсткое мясо.

Удивительно, как быстро мы осознали, что придётся есть местное зверьё. Сырым.

– Мы пока спрячемся под палаткой. Ну что, поехали! – крикнул я и плеснул воды на грудь.

На этот раз боль была легче, но сознание я всё равно потерял.

Примерно два часа спустя. План огня Инферно. Временная локация «Лесное озеро». 2023 год от Рождества Христова.

– Я пойду первый, – сказал я, обвязываясь верёвкой. – Проверим всё ли получилось. Если что, подлечусь мяском. Вон у Артёма зубы мудрости выросли.

– Вместе с новым набором клыков, – улыбнулся Чжао острозубо. – Все "мосты" выдавило.

Да, пожалуй, с адекватностью у нас проблемы. Ещё суток не прошло, а мы перекроили себя в монстров. И радуемся. Хотя могло быть гораздо хуже. Как говорится, жизнь продолжается, пока никто не умер. С такими странными и весёлыми мыслями я двинулся к границе леса.

– Стоим, страхуем меня. – сказал я бригаде, смело двигаясь вперёд. – Оружие держим наготове. Я пошёл.

Пройдя с десяток шагов, я почувствовал небольшое жжение в лёгких, которое потом прошло, но вскоре они начали чесаться изнутри. Захотелось пройтись наждачной бумагой. Как говорится, Вселенная всегда готова исполнить ваши желания, и в груди у меня возникло ощущение, что там работали наждачкой марки Р22. Только вместо известковой пыли, я выхаркивал кровавые сгустки лёгких. Заметив моё состояние, Артём с Айдаром Петровым потащили меня.

– Нет! – крикнул я через кашель. – Организм перестраивается. Я почти в норме.

Так продолжалось минут пять. Потом боль пропала, сердечный ритм замедлился и захотелось есть. Очень сильно. Но сил идти уже не было.

– Тащите меня, – выдохнул я, закрывая глаза. – И готовьте поесть. Судя по всему, на сегодня всё.

Моё тело донесли до лагеря и сунули в руки ляжку гончей. Остервенело вцепившись зубами в кусок мяса, я начал поглощать его очень быстро, практически не заботясь о том, чтобы хоть как-то прожёвывать. Позже ко мне притащили Ханя. Всучили ему такой же мосол и оставили отъедаться. На удивление, больше никто к нам не присоединился.

Оказывается, у Айдара лёгкие перестроились во время трансформации, а Чжао и Ли имели необходимое количество энергии, предварительно поев. Завершив адаптивный курс юного мутанта, мы сидели и систематизировали наши знания об этом мире. С дыханием и питанием разобрались. Я теперь вместо тепловизора. Кажется, и электромагнитное излучение замечаю, правда, недолго. В течение получаса, судя по ощущениям. После всё начинает моргать и страшно хочется есть. Опять же, память гончей тоже прорезалась. На пустошах не очень много обитателей, поэтому охотничья территория стаи большая. Согласно общим воспоминаниям, в группе восемь-девять особей. Твари чувствуют друг друга. Троих мы уже убили, поэтому, скорее всего, сюда бегут остальные пять-шесть гончих.

– Исходя из наших потребностей, – начал говорить я, – оставшегося мясного запаса хватит на неделю. Так что нам нужно подготовиться. Какие предложения?

Айдар сказал вполне очевидную вещь:

– Убить их всех. Бежать нереально. Много их. Надо разделить. Думаю, строить из дерева укрытие нужно. Начать прям сейчас.

– С одним входом, чтобы твари не смогли окружить, – поддержал его Чжао.

– Тогда приступим, – сказал Ли, заводя бензопилу. – Хотелось бы сэкономить бензин, но по-другому мы не успеваем. В любом случае дальше рассчитывать придётся исключительно на топоры.

Дело пошло быстро. Пространство возле озера лишилось двух десятков деревьев. Спиленные брёвна мы не очищали, а просто клали друг на друга в клиновидные пазы, которые делали двумя проходами бензопилы. Конструкция получалась уродливой, со значительными зазорами и при этом невысокая. Стоять приходилось пригнувшись. На качественную постройку не хватило времени, впрочем, закидывать тяжёлые брёвна на высоту своего роста задача не из простых. Сооружать для этого подвесную систему из блоков задача трудоёмкая.

Строительство импровизированного убежища заняло пять часов. Главное, что ощетинившийся ветками уродец имел один вход. Внутри деревянного квадрата сучья были срезаны. Так же входной проём был перегорожен деревянными кольями. Мы надеялись, что они смогут сдержать тварей на время, необходимое для полноценной атаки.

Я решил озвучить свой гениальный план. Все повернули головы в мою сторону.

– Бить боковыми ударами топора, иначе можете зацепить потолок! Хань, ты держишь гончих рогатиной, чтобы они не прорвались. Ли, ты последняя надежда. Минуты на три, думаю, бензопилы хватит. Айдар и я будем рубить их. Чжао, на тебе контроль прохода. А пока тихо, предлагаю выспаться. А то устали все. И поесть.

Закрыв выход оставшимися от строительства обрезками и обвязав их верёвкой для надёжности, мы завалились спать. Предварительно я осмотрел окрестности, но никого не обнаружил. Есть время подготовиться.

Бригада вконец вымоталась, зато проблема с укрытием была решена. Я надеялся, что в ближайшее время и с едой проблем не возникнет. Армейские пайки мы уже съели. Как и мясо местной фауны, они просто расщеплялись до состояния энергии и поглощались. Правда не полностью. Кишечник исправно выполнил свою функцию после приёма армейских пайков, причём практически во время еды, настолько быстро всё усвоилось. Думаю, теперь для гончих не составит труда определить наше местоположение.

Забавно выходит. Нет мест во Вселенной, которые бы человек не изгадил. С такой весёлой мыслью я погрузился в сон. Сильные ноги несли меня по пустоши. В нос бил запах добычи, рядом бежала стая. Нет страха, нет сомнений. Достать это вкусное мясо. Стать сильнее. Поглотить способности и занять место вожака. Вот и их запах. Но я их не вижу. Они внутри камня. Как их достать?

"Окружаем, - приказ вожака промелькнул в голове. – Там много вкусного мяса".

31 августа 2154 г. Штат Невада. Военная база «Зона 51». Малый конференц-зал. И гор и остальные.

– Значит, в Инферно эволюция идёт через поглощение генетической информации объектами? – донёсся голос из зала.

– Да, – ответил я, – только поэтому у нас вышло встроиться в местную экосистему. При наличии плана Жизни можно ассимилировать практически любую энергию. Единственное, это невозможно делать на Земле. Энергеты не способны участвовать в процессах поглощения, ассимиляции и деления на Земле, потому что всё это обеспечивает план Жизни. Поглощает излишки энергии, встраивает в экосистему, а при жизнеспособности полученного экземпляра позволяет создать новую популяцию. Это называется эволюцией.

– Значит, человечество – это продукт ассимиляции? – не успокаивался человек в плохо сидящей камуфляжной форме. Скорее всего, учёный.

– Возможно, – снова ответил я на его вопрос. – Какой-нибудь залётный энергет, обладающий разумом, попал во времена динозавров, не был сожран местной фауной и был признан перспективным для развития. Хотя я склоняюсь к обратному. Слишком уж чужеродно человечество выглядит на фоне природы.

– Я бы поспорил с вами, - не унимался оппонент.

Комендант холодно перебил учёного:

– Капитан Кохара, не мешайте процессу допроса. Когда понадобится ваша помощь, мы обязательно ею воспользуемся.

Я посмотрел на коменданта и сказал:

– Спасибо, я продолжу. Прошу меня не перебивать. Я отвечу на все вопросы, когда закончу. Но считаю, что их не будет много. Излагать буду максимально подробно.

План огня Инферно. Временная локация «Лесное озеро». На второй день после прибытия.

Проснулись мы все одновременно и, судя по встревоженным лицам, видели одно и то же: охоту на нас самих. Посмотрев в зазор между стволами, я ничего не увидел, но, пошарив по окружающей местности в тепловом спектре, сразу насчитал три собаки в тридцати метрах. Они лежали на пузе и полностью сливались с пейзажем.

– Надо их выманить, - освобождая вход от перекрытия, произнес я. – Я выдвигаюсь, вы готовьтесь. Колья пока уберите, а то меня насадите.

Подхватив топор, я небрежным шагом отошел на три метра от входного проёма и тут же почувствовал чужую мысль в голове, совпавшую с рывком одной из гончих в мою сторону. Не дожидаясь твари, я резко ускорился по направлению в наш импровизированный дот.

– Готовимся! – крикнул я бригаде.

И они были готовы. Я едва успел влететь в проём, практически закрытый кольями. Оставался небольшой зазор в сантиметров тридцать. С огромным трудом я притормозил, пригнулся и сделал шаг в сторону. А вот относительно крупный зверь притормозить не успел. Его мощный и красивый прыжок закончился на заострённой жерди. Тварь взвизгнула и попыталась сбежать, но Хань прижал её плотнее, загоняя заострённый конец глубже. Одновременно тушка монстра перекрывала проход.

Я осмотрелся в тепловом спектре и заметил, что страдания собрата никак ни провоцируют нападение остальной стаи. Четыре мелких особи и одна крупная. Величиной со льва.

– Будет непросто, – сообщил я остальным, – там ещё пятеро.

– Много мяса, – ответил мне Айдар.

– А то бегали бы за ними, пока не померли от голода, – поддержал его Ли.

– У вожака можно будет чем-нибудь интересным разжиться, – одним сильным ударом Артём пробивал голову гончей.

Тварь трепыхнулась напоследок и замерла.

– Этот покрупнее, не похож на остальных, – удивлённо произнёс Хань.

– Отъелся, хотел вожака скинуть, – ответил я. – Видел его во сне. Похоже, мы со своими метками чувствуем эту стаю.

Забаррикадировав вход, мы стали ждать. Стая никуда не ушла, но и не спешила лезть на рожон. Так прошел час. Мы перекусили новой добычей, и оказалось, что энергии он давал на порядок больше.

– Что дальше? – спросил Ли.

– Сюда они больше не полезут, нужно выйти, – начал я. – Пойдём втроем: Я, Айдар и Чжао. Встанем примерно в трёх метрах от входа. Думаю, они начнут нас окружать. Вожак не сунется сам. Как только тварь покажет спину, вы вдвоем ударите. Как-то так.

Товарищи выслушали мой оригинальный план.

Пошли, - сказал Артём, подхватывая топор.

Бурят помимо топора взял ещё толстую ветку. Подумав, я поступил так же. Как только мы вышли из убежища, четыре пятна рванули в нашу сторону. Одно из них заходило нам за спину, отрезая от входа. Трое других демонстративно сбросили скорость и медленно подходили к нам.

– Не хотят упустить добычу, – рассмеялся Айдар.

– Как и мы, – ответил ему Артём.

– Приготовиться отступить, когда твари накроют, – сказал я.

– Давайте, нападайте! – закричали мы втроём, заглушая мерный рокот работающей на холостом ходу бензопилы.

Хань не заставил себя ждать. Выскочив из проёма, импровизированной рогатиной он прижал зашедшую к нам за спину собаку. Следом одним мощным движением Ли вгрызся цепной пилой в шею гончей.

И опять стая замерла, почувствовав смерть собрата. В отличие от нас они были не готовы. Рывок. Каждый бросился к своей добыче. Сильный удар моего топора перебил шею псине, но я не стал рисковать, добив контрольным в голову. Айдар метнул топор в голову своей гончей. Попал, а добивал уже дубиной. После третьего удара собака перестала сопротивляться, позволив вытащить топор. Им он и произвёл контрольный удар.

Артём немного не успел. Поэтому он лишь сломал лапу твари. Но даже так она оставалась какой-то ненормально быстрой и не позволяла к ней подойти. Однако против троих у неё не было шансов. Забив её палками, мы спокойно зарубили слабо сопротивляющееся тельце.

Всё противостояние заняло три минуты с момента выхода нашей группы из укрытия. Непосредственно бой был секунд тридцать. Но всё это время я не выходил из режима тепловизора. Не хотелось бы, чтобы на нас напал вожак.

– Все в укрытие! - закричал я на ходу.

Стремительное пятно неслось к нам за спины. Мы успели вовремя. Даже завалили вход перегородкой. Я не был уверен, что это спасёт, но задержать могло.

– Ли, как у нас дела? – спросил я наше самое грозное оружие.

– Пустой, – услышал я, и этот ответ меня не порадовал.

"Жаль, – подумал я, – придётся рубиться чем осталось".

Бригада крепче взялась за топоры, но гончая не думала нападать. Она начала жрать собратьев.

– Чёрт, он оставит нас без еды! – заорали одновременно Хань и Айдар.

– Дайте флягу, – резко скомандовал я, доставая бумажник.

"Поиграем в детство, – злорадно бубнил я под нос. – Пошутим, надеюсь, тебе понравится".

Презерватив быстро наполнился водой. Второй наполнял Артём.

– Выходим после меня, – сказал я всем и ломанулся к выходу. – Как только я брошу сюрприз, добиваем его. Артём, не подведи.

Успел только замахнуться, а тварь уже была рядом. Поэтому я просто накормил его своей рукой, правда, приправа оказалась не по вкусу. Вожак остановился и упал на брюхо. Подоспевшие товарищи добавили ему приятных ощущений в виде второй капитошки. Но всего этого я уже не мог наблюдать, потому что меня накрыл кровавый туман.

Глава 4. Особая диета.

Возвращение сознания было сопряжено с болевыми ощущениями в области правой руки. Глаза открывать опасался – не было желания смотреть на культю. Так и лежал, прислушиваясь к организму. В целом неплохо, ничего не болело, был лишь дискомфорт в фантомной конечности.

Обречённо вздохнув, я поднял веки и принял вертикальное положение.

– А ты быстро очнулся! – услышал я крик.

Артём вошёл в наш импровизированный дот. В руках он держал кусок мяса: судя по интенсивности излучения, это была вырезка из вожака.

– Держи, ешь. И спи. Через часов пять рука отрастёт, – обнадёжил Чжао.

– Откуда уверенность? – спросил я.

Артём продолжал вселять уверенность:

– В углу лежит. Хань ногу потерял. Тварь брыкалась, начисто срезала ему конечность. Он был в сознании, успел подкрепиться до отключки. Вон, половина уже отросла. Правда, вся красная, но ничего страшного, судя по всему, это ждёт всех нас.

Я не стал сопротивляться, быстро проглотил принесённое и отключился.

В следующий раз просыпаться было гораздо приятнее. Лёгкость во всем теле, никакой боли. А главное, ощущение – я чувствовал каждого из бригады.

Вставая, я проверил работоспособность правой руки. Дискомфорта не ощущалось, в том числе из-за красного цвета кожи. Я вышел из убежища и осмотрелся. Большая часть гончих была уже разделана. Добытое сортировали на мясо, кости и внутренние органы и всё это складывали в три расстеленные палатки. Когти тварей были сложены отдельно .

Тут я увидел потерянную руку. Ампутация была далека от хирургической: в местах укуса были неровно заострённые сколы. Кожа, мышцы и всё остальное исчезло, остались лишь кости, но они поменяли свой цвет на стальной. Подойдя ближе, я понял причину: они были сплошь покрыты знаками. Интересный эффект. Не долго думая, я решил кое-что проверить.

Лучевая кость легко пробила шкуру вожака. Мышечная ткань также не стала препятствием. Войдя на две трети длины в мясную кучу, импровизированный стилет остановился. При этом я не прикладывал запредельных усилий. Безусловно, это следует использовать. Мой взгляд остановился на отрубленной ноге Ханя.

– Подойдите все ко мне, пожалуйста! – крикнул я. – У меня есть предложение!

Ли и Айдар бросили разделывать последнюю тушу. Пусть она была пожёвана, но мы были не в той ситуации, чтобы брезговать добычей.

– Я придумал, как нам добыть себе оружие, – начал я. – Правда, способ так себе. Моральная сторона вопроса непроста.

– И что же ты предлагаешь? – Айдар смотрел на меня выжидающе, но в глазах его читалась нотка сомнения.

– Я тут побаловался своими косточками, – начал я, – и выяснил, что после обработки они приобретают твёрдость стали. Пробивают шкуру тварей. У нас после двух схваток инструмент уже затупился, не думаю, что топоры выдержат третье противостояние, а починить нам их негде. Думаю, попробовать сделать меч из ноги Ханя. Если он не против, конечно. А потом укрепить кости, расплавив водой потроха тварей.

Хань отозвался, не задумываясь ни секунды:

– Делай, что считаешь нужным. Всё равно хотел её сжечь, чтобы твари не съели.

– Есть предпочтения по виду изделия? – спросил я китайца.

– Нет, – ответил Хань, – попробуй сам изобразить что-нибудь внятное.

– Хорошо! – радостно воскликнул я. – Тащите когти вожака! Сделаем сначала из них ножи.

Похоже, адекватность ускользает от нас, с каждым часом увеличивая скорость. С другой стороны, вряд ли нам поможет старое видение мира. Нас спасли от взрыва не физические законы планеты Земля, поэтому принимаем правила игры Инферно для выживания. Даже не так. Начинаем устанавливать свои правила! И изготовление оружия будет первым пунктом. Ведь обезьяна стала человеком, когда взяла в руки инструмент. И оружие.

Пятнадцатисантиметровый коготь гончей имел кристаллическую структуру, как и кости. Цвет был бледно-красный. Сначала я проверил коготь на прочность, эталоном при этом послужили мои модернизированные кости. При соударении коготь оставлял зарубки. Не слишком глубокие, но при значительном усилии, кость не выдержит нагрузки. Подобный эксперимент с пятисантиметровыми когтями малых гончих имел обратный эффект – никаких зарубок. Следовательно, имеет значение материал «закалки». Если найти тварь посильнее вожака гончих, то и оружие получиться прочнее.

Далее требовалось отделить мясо от кости. Не очень приятная процедура, но я сам предложил, сам и отдуваюсь. В работе были использованы когти с задних лап вожака, они были менее изогнуты. Удивительно, но разделка не вызывала негативных эмоций, кажется, инстинкты поглощённых нами тварей незаметно встроились в нас и определяли наше поведение.

Об этом говорило отсутствие споров в коллективе. Даже сейчас, когда каждый занят своим делом, я ощущал эмоциональный фон людей. Они следили друг за другом и приходили на помощь, не дожидаясь просьбы и каким-то телепатическим образом отслеживая ситуацию. При этом кто-то один постоянно следил за окружающей обстановкой. Такие вещи не происходят по мановению волшебной палочки, слаженность работы в группах формируется долгое время. Значит, это рефлексы уничтоженной нами стаи. Тем лучше, не будет лишних вопросов, и это позволит нам выжить.

Размышляя об увиденном, я очистил кости от лишнего. Далее начал расщеплять большую кость голени под углом. Линия среза начиналась от одной головки кости до другой, и таким образом я получил два осколка, придав заострённую форму концам, используя коготь вожака. Кромки же я аккуратно обтачивал когтями малых гончих.

Просверлив отверстия в основаниях полученных конструкций, я внатяг вогнал малую кость голени. Она была разделена неравномерно, две трети были использованы для рукоятки одной заготовки, треть послужила перемычкой для соединения с остатками бедренной кости второй заготовки. После небольшой обработки обе рукоятки удобно ложились в руку. Также было место для двуручного хвата. Осталось только придать нужную твёрдость. Обе заготовки я уложил в кучу требухи монстров.

Мы решили заняться и собой единственный укрепить кожу рук. Для этого использовали шкуру вожака, я был уверен, что она сделает нас прочнее.

«Ну, с богом!» – произнёс я и полил всю конструкцию водой.

Следом мы окунули руки в озеро и быстро отошли от него. Из импровизированной доменной печи полыхнуло кровавым огнём. Туман взметнулся на секунду вверх, а потом потоком знаков стал вливаться в кости. На глазах они меняли цвет, при этом теряя неочищенные кусочки плоти. Но досмотреть окончательный результат смог лишь Ли, единственный из нас, кто был освобождён от модернизации.

Процесс интеграции знаков в руки прошёл болезненно, но не привёл к потере сознания: болевые ощущения были гораздо ниже, чем в предыдущих попытках. Но искры из глаз всё-таки были.

Преобразование кожного покрова у меня, Ханя, Артёма и Айдара прошло успешно и быстро – всего около пяти минут. А кости всё еще укутывал кровавый туман.

– Думаю, с материалом мы слегка переборщили, – сказал Ли, глядя с двадцати метров на клубящееся красное облако энергии.

– Попробую закинуть остатки ноги туда, – я был решителен в своих действиях. – Может, это поможет. Тем более, их надо сжигать.

Так я и сделал. Собрал в кучу и бросил в туман, не приближаясь к нему. Красная взвесь накинулась на прилетевшую человечину с азартом охотника. Энергия просто расплавила плоть в серую жижу, которая без остатка впиталась в кости. Образовался новый рисунок из очень мелких знаков, покрыв всю свободную поверхность. Теперь можно было подойти и оценить изделие.

В итоге получились два клинка, отдалённо напоминающие мечи легионеров. Правда, рукоятка была длиннее, я вдобавок обмотал её скрученными кожаными полосами – теперь не будет скользить в руках. Заодно подогнал под хват Чжао и Ли.

Тестовые испытания показали, что оружие способно перерубить кости монстров. После третьего удара самые толстые кости вожака не выдерживали, а уж малых гончих клинок просто не будет замечать. Когти вожака наносили незначительные повреждения при столкновении с мечами, следовательно, они годились для блокирования.

Увенчались успехом и наши эксперименты по улучшению прочности кожи, теперь она могла защищать от малых гончих. Их когти были не способны нанести серьёзные повреждения, поэтому остаток шкуры был использован на Ли. Получив природный бронежилет, китаец без опаски мог быть использован наживкой для мелких тварей.

Остатки моей руки превратились в два коротких копья, древком для которых послужили кости вожака. Одно из них досталось Ханю, второе взял я. Чжао и Ли забрали мечи. Каждый взял себе по когтю вожака. Шесть когтей были оставлены в качестве инструментов, а остальные стали добычей Айдара: как выяснилось, он вполне неплохо умеет их метать.

Ещё пять часов потратили на изготовление двух примитивных двухколёсных изделий типа тачки. Деревянные детали соединили пазами, для надёжности скрепили костяными гвоздями. Колесо было одно, но широкое, чтобы не вязло в песке. Мы сделали его из цельного среза ствола, а осью служила кость гончей. Сквозное отверстие легко пробивалось моей лучевой костью, его длины вполне хватило.

Мы нагрузили телеги мясной продукцией, а также требухой и оставшимися костями зверей. Воды набрали побольше, все ёмкости были наполнены под завязку. Вода была нашим самым эффективным оружием, правда, следует приложить усилие для решения этой проблемы, ведь она слишком редкий ресурс в Инферно. Поэтому лучше расценивать её как средство нашего улучшения. В целом мы были готовы выдвинуться дальше, оставалось выбрать направление.

У всех появилось тепловизионное зрение, поэтому наносить новых знаков не стали, благоразумно решив, что сможем найти полезные свойства у других организмов. Информация о местах обитания всплывала в неясных образах.

В первую очередь нам нужны обитатели ядовитых песков: требуется подготовить тело к непростой атмосфере. Даже местные обитатели не везде себя чувствовали комфортно. Защитив себя от отравления газами, мы существенно облегчим себе жизнь в Инферно. В крайнем случае всегда будет место, где мы сможем укрыться от погони. Монстры, имеющие нужные умения, были в километрах пятидесяти, если судить по импровизированной карте из воспоминаний вожака. Это было на краю охотничьих угодий уничтоженной стаи.

Перекусив, мы были готовы идти.

Впереди много работы, – сказал я, разворачиваясь лицом в сторону солнца, – со временем мы поймём что к чему и вернёмся домой. Следуйте за мной. Первый ориентир – скала на одиннадцать часов. Тепловым зрением осматриваем окрестности по очереди. Длительность – не более одной минуты, периодичность – каждые тысяча шагов. Порядок использования способности и движения такой: я, Ли, Айдар, Чжао, Хань. Тележки везут Ли и Артём. В случае опасности вы успеете помочь в нейтрализации угрозы. Мы сдержим тварей на дистанции. Есть вопросы?

– Принято, - дружно ответили товарищи.

В очередной раз я ощутил влияние полученной памяти. Чувство единства коллектива наполнило меня уверенностью в успехе любого начинания. Осталось самое малое – найти путь домой.

Глава 5. Большой секрет для маленькой…рыбалки

"Не секрет, что друзья не растут в огороде,

Не продашь и не купишь друзей..." –

напевал я про себя, шагая передовым дозором среди красного песка. Остальные двигались за мной с интервалом в три метра.

"Большой секрет для маленькой, Для маленькой такой компании, Для скромной такой компании Огромный такой секрет".

Я продолжал воспроизводить строки детской песенки и назад не оглядывался, чувствуя своих товарищей по несчастью с каждым часом всё лучше. Судя по всему, они меня тоже не потеряют.

– Смотрю, – произнёс Хань, а это значило, что через тысячу шагов наступит моя очередь отслеживать наличие живности в округе.

Оказывается, уже десять километров отмахали. До скального выступа среди песков пока не дошли, и, по ощущениям, еще столько же потребуется.

– Вижу объекты, – сказал Хань. – В пределах видимости. Интенсивность излучения низкая, но много. Часть под песком. Не двигаются.

Переходя на инфракрасное зрение, я ответил:

– Привал, нужно подумать. Покопаемся в памяти. Нужно знать, что там.

Действительно, в километре от нас замерцали небольшие огоньки. Они перемещались на короткие расстояния быстрыми рывками, а потом замирали. Существа удалялись от нас, и это радовало. Количество объектов было пугающе большим.

Сев на песок, мы решили перекусить для восстановления потраченной энергии. После всех экспериментов с модернизацией наших тел исчезла необходимость в воде. Это также воодушевляло, ведь вода очень редкий ресурс.

Закрыв глаза, я сосредоточился на ощущениях и, держа ранее увиденное в уме, попытался понять, что же это. Ответ пришёл минут через пять. Волна ужаса накрыла меня. В голове яркой вспышкой возникло изображение червя. Он был бледно-красного цвета, а длина его составляла сантиметров тридцать. Память услужливо продемонстрировала страшную картину: черви перерабатывали в кровавый туман огромного зверя, похожего на черепаху. Они плотно облепили его, совершая ритмичные движения. Двигаясь синхронно, паразиты разрушали панцирь черепахи, а образующуюся энергию втягивали всем телом.

Зверь, однако, без боя не сдавался: он срывал с себя червей, катался по песку, пытаясь раздавить их, но всё было напрасно. Новые особи занимали место погибших, а сожранные черепахой не компенсировали полученного урона. В конце концов зверь испарился, не оставив после себя ничего. Чтобы полностью расправиться с жертвой, червям потребовалось десять минут, а затем они двинулись дальше.

– Это местная саранча, – я нервно сглотнул слюну. – Черви жрут всё на своём пути. Хань, они двинулись не в нашу сторону?

– Только что несколько тварей развернулись и неспешно ползут к нам, – ответил Хань.

Оглядевшись вокруг, я заметил каменный выступ метра три высотой. Идти до него километра два. Места достаточно для пятерых с припасами. Нужно было быстро двигаться туда.

– Я в дозоре последним, остальные впрягаются в тележки. – скомандовал я. – И бегом забираться на скалу! Направление на девять часов.

Бригада с энтузиазмом принялась исполнять приказ, ведь на кону были наши жизни. Взяв часть требуху с тележки, я начал рубить её на куски, разбрасывая их на максимальном удалении от нашего пути, в надежде, что это их задержит, а заодно и разделит поток паразитов.

Взглянув в очередной раз назад, я обнаружил, что светящиеся метки червей в инфракрасном зрении начали понемногу ускоряться. Дистанция до первой наживки была около четырёхсот метров.

– Понятно, примерная область восприятия видна, – пробормотал я.

Закончив подготовку обманки, я рванул на полной скорости к заветной скале. Бригада уже подняла одну телегу и заканчивала подъём второй. Айдар сидел на плечах у Артёма. Они стояли напротив скалы, Хань стоял спиной к ней. К ручкам телеги была привязана верёвка. Хань с Чжао поднимали тачку на уровень вытянутых рук. Потом тележку перехватывал Айдар, а Ли втягивал верёвкой на скалу.

– Грамотно сработано, – подбодрил я товарищей. – Думаю, минут десять ещё есть.

– Забирайтесь! – крикнул Ли, сбросив верёвку вниз.

Через две минуты мы удобно разместились наверху. Немного отдышавшись, мы наблюдали тепловизионным зрением, как стая червей постепенно разделялась. Они реагировали на разбросанные приманки.

– Дайте верёвку. – попросил я. – Попробую поймать одну тварь. Хочется посмотреть, можно ли с ними что-то сделать.

Костяным ножом я начал делать крюк из когтя малой гончей. Проковыряв в нем отверстие и продев в него верёвку, я получил отличную снасть для ловли. Не хватает только червя. Но эту досадную ошибку вскоре исправят. Сами же черви.

Начинаем подкорм, дайте еще требухи, – обратился я к остальным.

Чжао, который сидел на телеге, набитой внутренними органами, костями и шкурами, протянул мне лёгочный пузырь.

– То, что нужно, спасибо, – сказал я, шинкуя полученное на мелкие куски.

Раскидав в отдалении приманку, я насадил на крючок пятисантиметровый кусок наживки:

– Порыбачим теперь. Хотелось бы разобраться с этой напастью, но для этого нужно провести ряд экспериментов.

К нашему камню подползли около тридцати червей. Я начал стравливать вниз верёвку, проверяя, смогут ли твари подняться по камню. К счастью, они не были способны забраться по вертикальной поверхности. Но зато они могли намертво присосаться к ней. Правда, осознав, что это не еда, черви падали обратно.

Следом пришло время выяснить, на какую максимальную высоту и длину прыгают паразиты. В итоге стало понятно, что самая крупная особь, тело которой было тридцать сантиметров, может подлетать на высоту в пятьдесят сантиметров. В длину же она преодолевала целый метр.

Далее я решил поближе познакомиться с объектами исследования, подвесив приманку на высоте в сорок пять сантиметров. На удочку попались два червя. Я втянул их наверх и первым делом перерубил хвост одного костяным ножом. Но червь даже не заметил этого. Тогда Ли костяным мечом разделил подопытного пополам, но паразит продолжал поглощать добычу, не обращая внимания на сочащуюся бледно-красную жидкость.

– Понятно, – произнёс я вслух, – твари очень живучи. Будем искать другой способ их уничтожения. А теперь главный эксперимент на сегодня.

Я обхватил червя правой рукой под самую присоску. Тот обвил руку и начал совершать колебания. Я почувствовал жжение на коже .

– Лей воду на червя, – сказал я Чжао.

Тот сделал это незамедлительно. Паразит растворился целиком, превратившись в красный туман. После этого он впитался в кисть и запястье причудливой татуировкой. Прошло не больше минуты, а болевые ощущения были минимальны. Татуировка была бледной, с малым количеством символов.

Оставалось проверить ещё одну теорию. Забросив очередную наживку, я выловил ещё двух червей и взяв одного татуированной рукой, представил, как поглощаю его. Не вышло. Тогда, удерживая паразита, я интуитивно начал слегка сжимать и разжимать кисть. В результате этих движений стала выделяться энергия. По ощущениям, она входила в резонанс с клетками червя.

Паразит сначала разогрелся, потом обмяк, а после этого клетки монстра потеряли стабильность и превратились в огненный туман, который был поглощён татуировкой. На всё понадобилась минута. Я повторил процедуру подсадки червя на свою левую руку, после чего остальные воспользовались моей методикой. В результате за полчаса мы уничтожили около пятидесяти червей. При каждом поглощении энергии татуировки становились ярче и сложнее. При этом времени на расщепление требовалось всё меньше.

Пришлось побегать по округе, нападая на маленькие стайки, численностью в двадцать – тридцать особей. Общим итогом стало около тысячи уничтоженных паразитов, повернувших в нашу сторону, и максимальное улучшение способности резонанса.

– Предлагаю вернуться назад и набрать побольше воды, – озвучил я очевидную вещь. – Неизвестно, когда мы сможем найти ещё водоёмы. Заодно внимательнее подготовимся к походу. Слишком много неизвестных факторов присутствует.

Несогласных не было.

Уже через три часа мы сидели в убежище, вытачивая деревянные бидоны, и попутно рылись в воспоминаниях гончих. В результате нашей короткой вылазки мы узнали о местной угрозе, научились её побеждать и поняли механизм улучшения способностей.

А главное, что все живы. Время потрачено не впустую, и мы стали немного ближе к возвращению домой, на Землю. Осталось только вспомнить для чего. Впрочем, ещё один день в аду прошёл успешно.

– Кто-нибудь помнит своё прошлое? – неожиданно задал я вопрос окружающим.

– Ничего, кроме имён и что мы знаем друг друга, – ответил Чжао.

– Теперь понятно, почему так легко адаптироваться, – сказал я. – Я помню лишь то, что дома лучше, чем здесь. Хочу обратно.

– Мы все хотим, – поддержал меня Айдар. – Только сейчас главное не сдохнуть. С остальным разберёмся по ходу движения. Думаю, сидеть на месте нам не дадут.

Я был полностью согласен с тем, что сказал Айдар.

– Тогда заканчиваем с запасами воды. В следующий раз здесь её не будет. Выдвигаемся по прежнему маршруту, в том же порядке.

Глава 6. Пахучий случай.

Инферно. В тридцати километрах от Ядовитых песков.

– Быстрее сбрасывай кости с тележки! – крикнул я Артёму. – Всё, уходим вправо! Нужно оторваться, червей слишком много. И не светим их тепловым зрением, они по нему направление за километр засекают.

Спокойной дороги не вышло, паразиты вдруг решили вернуться. Я не знал, с чем это связано, но приятного было мало.

­‒ Куда идём? – спросил меня Чжао, выбросив кости.

‒ Прямо до Ядовитых песков, там черви не охотятся. Надо сделать рывок километров в тридцать. Так что отдых в ближайшее время не предусмотрен.

Нас подвела банальная жадность. Решив воспользоваться старой схемой охоты на червей, мы не учли лишь наличие у стаи лидера ­‒ метрового монстра, который не повёлся на наши детсадовские разводки. И вот, уже пятнадцать километров мы убегаем от погони.

‒ Нужно оторваться километра на три, думаю, это предел для большого червя! – крикнул я на бегу. – Поэтому прихватите по кусочку мясца для восстановления сил. Устроим спринтерский марафон!

Оторваться не удалось. Ни через пять километров, ни через десять. Усталости не было, только чувство тревоги накатывало всё сильнее. Нас могла съесть заживо куча глистов, а это не самая приятная смерть.

‒ Слева вижу каменное плато! Километр до него! – крикнул Ли.

‒ Двигаемся туда, там осмотримся! ‒ скомандовал я, поворачивая влево. ‒ Может, паразитам будет тяжелее передвигаться по камням.

Вскоре колёса телег застучали по камню.

‒ Они в двух километрах, – сообщил я всем.

За двое суток радиус моего теплового зрения заметно подрос. Я был уверен, что и у остальных тоже. Поглощение гончих делала наши знаки всё эффективней: они тратили меньше энергии, внешний вид их тоже менялся, знак расщепления обзавёлся уже восьмью волнистыми линиями. Память собак уже полностью интегрировалась в наше сознание, а нюх развился до максимума.

Но всего этого явно было недостаточно, черви нас как-то находили.

‒ Они остановились, – вглядываясь в пустыню, сказал Хань.

‒ Все замерли, ‒ скомандовал я. ‒ Не двигаемся и не смотрим. Пока дышим, но негромко. Нужно понять, как они нас находят.

‒ Может, перекусим? – предложил Ли.

‒ Нет, мне кажется, они находят нас по выделяемой энергии, – предположил Артём.

‒ А сейчас чего не найдут? – спросил Айдар.

‒ Наверное, потому что потратились сильно, – сказал я.

Отдышавшись пять минут, мы начали потихоньку двигаться вперёд. Тепловым зрением я аккуратно контролировал удалённость погони. Черви не двинулись. Через километр камень сменился песком, а ещё через три мы наконец нашли безопасное место для отдыха: широкий плоский камень два метра высотой и четыре ‒ шириной. Оставив в дозоре Ханя и Ли, мы легли спать.

Я сменил товарищей через три часа. Будить больше никого не стал ‒ выспался. Нужно было подумать, почему мы смогли оторваться от преследователей. Без понимания местных механизмов группа не выживет.

Итак, на чём мы прокололись? Первое ‒ излучение. Мы набрали столько энергии на червях, что светились, как атомный реактор. В результате основной поток паразитов нас почувствовал и развернулся, при этом организовав преследование. Второе ‒ лидер, который есть у всех групп монстров. Он имеет зачатки разума, а где-то и полноценный интеллект. Хотя большинство тварей, судя по воспоминаниям стаи, полагаются на инстинкты. Третье ‒ неизвестные нам способы обнаружения. У червей нет глаз, поэтому, скорее всего, они ориентируются на тепловое излучение, улавливают его всем телом. Запах в местных реалиях бесполезен, атмосфера не способствует его распространению на большие расстояния. Остаётся только осязание. Паразиты чувствуют вибрации, другого объяснения нет.

‒ Прям на Дюну попали, – пробормотал я озадачено. ‒ Интересно, есть черви больше метра? Может, здесь и фримены живут?

Шутки в сторону. Мы точно топали, как стадо носорогов. Но на стыке каменного плато и песка вибрация стала слабее, и черви нас потеряли. Четвёртое ‒ ориентирование. Сейчас я делаю это интуитивно, по памяти вожака стаи. Дальше нужно будет найти способ, как определять нужное направление. Пока только положение солнца может служить надёжным ориентиром, ведь оно не заходит. Следовательно, день здесь ну очень долгий.

С основными позициями определились, пора будить всех. До Ядовитых песков десять километров.

Локация «Ядовитые пески». Три часа спустя.

‒ Видите кого-нибудь? – спросил я товарищей.

Отозвался Артём:

‒ Тишина, всё забивается туманом. Думаю, не стоит ходить туда без разведки.

‒ Что по архивным данным? – продолжал я опрос. – У меня только какие-то ползучие гады всплывают в памяти. Вроде змей, только с лапами возле морды. И с глазами. На червей не похожи.

‒ Есть такие, – подтвердил Ли. – Плюются концентрированной энергией. Расщепляют материю, а после поглощают. Охотятся семьями по десять ‒ двадцать штук. Всегда есть лидер,который атакует лучом энергии. Через него же и питается.

‒ Но сюда же почти никто не заходит, – удивился Айдар.

‒ Основную энергию они берут, расщепляя ядовитые летучие соединения. ‒ объяснил Ли. ‒ Полезное излучение используют для поддержания жизни, негативное ‒ накапливают. Избавляются от ядовитой энергии, выплёвывая её. Используют для обороны и поглощения жертв.

Да, приятного было мало.

‒ Разобьём пока лагерь на той скале, ‒ принял я решение. ‒ Нужно осмотреться. Змеи не приближаются к жертве до полного её растворения. Будем думать. Не думаю, что мы протянем в тумане продолжительное время.

Удобная площадка была найдена в километрах трёх от границы тумана.

Два дня спустя. Граница локации «Ядовитые пески».

Решено было не рисковать. Неясно было, растёт ли область тумана или нет, поэтому мы установили пост наблюдения за летучими соединениями. Кто-то из бригады в течение двух дней следил за ядовитым туманом.

‒ Колеблется в пределах ста метров, ‒ сообщил Айдар, который отдежурил положенные три часа.

‒ Скорость передвижения низкая, – добавил бурят, ‒ похоже на прибой. Только непонятно, от чего зависит.

‒ Вокруг странные перемещения в инфракрасном спектре. – это уже сообщение от Ли. ‒ Скопления объектов. По три десятка. Располагаются на границе песков.

‒ Думаешь, нападут? – спросил меня Хань.

‒ Нет. – ответил я. ‒ Уходят вглубь. Есть у меня одна идея.

Я обратился к буряту:

‒ Айдар, ты же был охотником. Силки ставить можешь?

После небольшой паузы бурят кивнул.

‒ Да, могу, правда, не припоминаю, на какого зверя я ходил и с кем, – озадачено ответил Айдар. ‒ Помню только про охоту. Но умения остались.

‒ У всех так же? – спросил я у остальных.

‒ Да, – коротко ответила бригада.

‒ Будем считать, что одной проблемой меньше, – сказал я. – Легче будет сосредоточиться на главном.

‒ Да уж, ‒ саркастически улыбнулся Артём. ‒ С каждой секундой у нас всё меньше проблем. С зубами полный порядок, даже кости можем крошить. Если не справимся, то просто переработаем резонансом до состояния энергетического сгустка. Пить не надо. Красота. Вон ещё и память подчистили. Заботятся о нас со всех сторон.

Удивительно было наблюдать первые признаки эмоций за всё время пребывания в Инферно.

‒ Пожалуй, ты прав, но, думаю, по мере нашего развития всё вернётся, – уверенно заявил я. – Там и разберёмся. Слушайте план.

План был простой. Для установки силка я планировал использовать верёвку. Приманкой должен был стать кусок мяса. Другой верёвкой закрепим копьё. Будет гарпун, на всякий случай. Нужно достать пять живых особей. Дальше будем охотиться безопасно. Добудем ещё, укрепим внутренние органы. У нас не было специальных хранилищ для негативной энергии, поэтому от неё нужно было избавляться привычным для человека способом. Значит, печень, почки и лёгкие следует укрепить дополнительно. Скорее всего, и мочевой пузырь со всеми вытекающими. Других вариантов я не видел.

‒ Толковый план, ‒ согласился со мной бурят. ‒ Как раз через пару часов будет «отлив». Сделаем ловушку и подождём.

Остальные уже пошли готовить расходный материал: мясную вырезку, верёвку, воду и топорище в качестве противовеса.

‒ Нужна сигнальная система, – сообщил я товарищам. – У тварей есть руки, вдруг развяжут узлы. Действовать нужно будет быстро.

‒ Разберём пилу, ‒ предложил Ли. ‒ Используем шестерёнки, они будут бренчать, когда зверь будет дёргаться.

‒ Пойдёт, ‒ утвердил я план мероприятий. ‒ Идём готовить качели.

Принцип был прост. В десяти метрах от предполагаемой границы тумана были вбиты две жерди. В пазах была закреплена перекладина, а на неё установлен обрезок доски. Уже на него была уложена верёвка со скользящей петлёй. Приманка была установлена на пустой телеге. Залезть на неё можно было только по установленной доске. Когда змея поползёт по импровизированным качелям, под её весом доска уйдёт вниз, петля затянется. Сигналка прозвенит, а мы вытянем монстра на расплавку.

Приготовления ловушки заняли совсем немного времени. Испытания показали её эффективность и чувствительность. Мы подвесили мясо за пару минут до пришествия тумана. Отступали быстро.

Мы закрепили натянутую верёвку, и потекли минуты ожидания. Четыре часа было тихо, и мы уже посчитали план провальным, но наконец шестерёнки мелодично звякнули и верёвка завибрировала.

‒ Тащим быстрее, готовимся к бою! – крикнул я, быстро перебирая руками. ‒ Хань, твоя задача блокировать тварь! Ли, держи верёвку и беги, я крикну, когда остановиться! Артём, готовь воду! Айдар, заблокируешь пасть твари! Действуем по плану!

Операция выходила на финальный уровень. Я скомандовал:

‒ Готовьсь! Вижу жертву! Ли, хватит!

Змея наконец увидела нас и попыталась подстрелить кислотно-энергетическим сгустком. Только резкий рывок верёвки помешал осуществить прицельный выстрел. Облако унеслось в небеса. Большего сделать не дали.

Хань ловко прижал тварь к песку рогатиной, Айдар заблокировал пасть твари рукой, а после накинул верёвочную петлю. Я же в это время поглощал энергию, перерабатывая мясо резонансом. Устанавливать символ нужно на шее. Я знал, что это пережжёт мягкие ткани, поэтому требовалась быстрая регенерация. Я не был уверен, что останусь в сознании.

После поглощения изрядного количества энергии я сообщил товарищам, что готов. Айдар захлестнул мою шею змеёй. Она воспользовалась ситуацией, обвила шею плотнее и начала выделять яд. Шею зажгло.

‒ Лей воду, скорее, – прохрипел я, падая на песок.

Далее меня накрыло болью, в глазах потемнело. Казалось, что каждая клеточка организма стремилась взорваться фейерверком кровавых брызг.

Но постепенно жжение сходило на нет. Ткани зарастали. Сознание так меня и не покинуло, в режиме реального времени я чувствовал, как гортань перекраивается под воздействием новой силы.

‒ Пахучий случай, – прохрипел я, – как же это больно.

‒ Туман ушёл, – сообщил мне Айдар. ‒ Ты уже час валяешься. Пошли ставить силок.

«Да, и впрямь дело плохо пахнет, ‒ подумал я. ‒ Надеюсь, печень с почками не отвалятся от такой народной медицины. С гончими было легче. На порядок».

‒ Сейчас, – выдавил я уже нормальным голосом. ‒ Только отдышусь.

Я отвернулся и стал отплёвываться красно-серыми сгустками, пока мне не полегчало. Гортань восстановилась полностью.

Временный лагерь возле Ядовитых песков. Неделю спустя.

‒ Отвратительно, ‒ думал я после очередного сеанса модернизации. ‒ Наверное, сдохнуть было бы приятнее. Наконец-то, последний заход.

Изменение мочевой системы я оставил на сладкое и был прав. Скорее всего, мой болевой порог стал выше раз в три. Семь преобразований, и все в сознании. Использовать для преобразования можно было только целую змею, а это много и больно.

Второй раз промучился зря: лёгкие не приняли половину твари. Просто символ на шее всё втянул, став плотнее. Ли тоже досталось напрасно, пришлось откармливать. Он получил серьёзный ожог, регенерировал часов восемь. Зато выяснили, что туманных змей легко перерубает коготь вожака стаи.

Это были не единственные проблемы. Змеиные семьи не попадались на трюк с силками дважды, поэтому приходилось мигрировать вдоль линии туманного прибоя. Мы были атакованы дважды в процессе вытаскивания змеи.

Правда, нет худа без добра. Мы поняли, что глава семейства бьёт лучом на сорок метров. К счастью, один раз. И на дерево это не действует, только на условную местную органику. И неместную тоже.

В общем, эта неделя была очень познавательной. Для меня особенно.

Но это лирика. Теперь я готов. Я суперхищник местных туманов, расплавлю любую тварь смертоносным лучом. Правда, если она подождёт, пока я буду изображать над ней статую писающего мальчика. К сожалению, никаких других органов для удаления кислотной энергии не было.

Единственное ‒ изменённые лимфоузлы горла фактически выполняли функцию жабр. И только при нахождении в ядовитой атмосфере. Дальше же всё прогонялось через почки, печень и выходило естественным путём.

‒ Ну что, устроим тест-драйв! – обрадовал я бригаду.

‒ Давно пора, – ответил мне Артём. ‒ Еды осталось дня на четыре. Пора бы освоить праноедение.

‒ Давайте верёвки, – сказал я, поправляя на поясе нож и флягу, я погнал в туман.

Войдя в клубящиеся массы летучих соединений, я потерялся, но с каждым вдохом чувствовал прилив энергии. И чем больше её было, тем легче я мог ориентироваться. Спустя полчаса шею кольнуло. Волна пробежала от подбородка до паха, и нестерпимо захотелось в туалет. Пришлось срочно ретироваться.

Процедуру я повторил три раза, пока организм не привык к нужным нагрузкам. Четвёртый подход порадовал двумя часами пребывания, двумя пойманными змеями и ощущением энергетической наполненности.

‒ Дела налаживаются, – произнёс я, выходя из тумана с добытыми змиями.

Месяц спустя. Опорная точка возле «Ядовитых песков».

Группа исправно сменялась на дежурстве каждые три часа, строго по командирским часам Артёма Чжао ‒ странной вещи в эпоху электронных хронометров и аккумуляторов, держащих заряд не один год. В очередной раз я был благодарен чувству стиля своего заместителя. Имея надёжные временные ориентиры, мы смогли эффективно организовать жизнь в походном лагере. Каждые двенадцать часов два несчастных отправлялись на модернизацию организма. Четыре часа на подготовку, пять минут на процедуры и четыре часа на восстановление.

Теперь мы почти не нуждались в мясе. Достаточно было находиться в зоне действия тумана, и необходимая для функционирования энергия сама поступала в организм. Единственным минусом стала невозможность регенерации повреждений за её счёт, поэтому приходилось отлавливать вдвое больше змей для поедания. Но и эта проблема решилась сама собой ‒ с каждым разом увеличивалось число людей, способных охотиться в ядовитом тумане.

‒ Запасы мяса пополнены, – я старался максимально сжато и полно донести информацию до своих товарищей. ‒ Все устойчивы к летучим соединениям. Минимальное пребывание в тумане ‒ восемь часов, потом наступает перенасыщение. Требуется покинуть зону воздействия. В наличии ещё тридцать литров воды. Базовые улучшения организма проведены. Поглощение рядовых змей не даёт информации о местности. Необходимо поймать главу семейства, только его память сможет помочь нам в поисках новой цели. Двигаться без предварительной информации об устройстве Ядовитых песков считаю опасным ‒ не хватит ресурсов.

‒ Согласен. – ответил Айдар. ‒ Думаю, мы готовы к серьёзной охоте.

‒ Нужно вернуться на пять километров назад, – предложил Артём. ‒ Там мы достаточно сильно проредили змеиный выводок.

‒ Тогда снимаемся с якоря, – сообщил я решение бригаде. ‒ Движемся к предыдущей опорной точке. Надеюсь, там никто не сожрал главного Змия.

Через два часа мы были на месте. Стоя на краю туманной области, каждый знал, что будет делать. Брать живым не требовалось, главное ‒ не попасть под первый кислотный залп, а там уже мы впятером забьём гада. Вытащим и поглотим.

‒ Нам необходимо получить информацию о местных экологических реалиях, чтобы не стать низшей ступенью пищевой цепи, ‒ сказал я. ‒ Поэтому будем двигаться уверенно, но осторожно.

Глава 7. Рикки-Тикки-Тави.

‒ Любая операция начинается с разведки. Мало знать врага, нужно заставить его действовать нужным для тебя образом. Только так ты достигнешь победы, – вещал Чжао.

‒ Очень интересно, но хотелось бы знать, где логово змеи, – ответил я. – Твоя интерпретация Сунь Цзы и его «Искусства войны», конечно, меня поражает. Только сомневаюсь, что человеческая логика здесь применима.

‒ Поэтому мы просто пойдём в туман и выловим всех мелких змеюк, – сказал Айдар.

‒ И главный гад выйдет нас покарать, – поддержал его Ли.

‒ А мы его завалим, – закончил Хань. ‒ И распотрошим.

Я улыбнулся:

‒ Отличный план. Тогда нам нужен щит. Ли, ты у нас самый крепкий, поэтому повезёшь тележку. Освободим одну, запасы перебросим в палатку и спрячем на камне.

Судя по всему, поступательное и осторожное решение змеиного вопроса откладывалось. Действительно, в тумане довольно сложно определить тепловое излучение отдельной особи. При длительном нахождении в аномалии организм перестраивает восприятие и становится проще, но за это время нас могут окружить и просто заплевать. Не хотелось бы превратиться в тучку.

Через час все приготовления были выполнены. Все вооружились. Ли впрягся в тележку и был готов отражать дистанционные атаки. Китаец легче всего пережил трансформации. Крепкая кожа хорошо себя показала в охоте. Нам всем досталось, но только у Ли не было серьёзных последствий.

Красно-серая пелена привычно укутала наш небольшой отряд.

‒ Медленно двигаемся вглубь, – скомандовал я бригаде. ‒ Ищем каменные выступы. Ждём адаптации зрения.

Ли выдвинулся вперёд и таким образом прикрыл нас от внезапного нападения. Через пять минут мы уже различали силуэты на дистанции в пятнадцать метров, это достаточное расстояние, чтобы не пропустить кислотный плевок.

Прошедшие полчаса подарили нам уже пятьдесят метров обзора и возможность использования теплового зрения и наконец через два километра и полтора часа было обнаружено логово монстров.

‒ Вижу интенсивное излучение возле камня на восемь часов, – информировал я товарищей. ‒ Выполняем разворот.

‒ Как далеко? – спросил Ли.

‒ Метров сто, не больше, – ответил я. ‒ Движения нет. Количество не скажу. Светится выход в нору.

Артём предложил выдвинуться и заблокировать выход.

– Перебьём на выходе, ‒ уверенно сказал он.

‒ Как вариант. – дал добро я. ‒ Действуем.

Мы быстро добежали до норы и рассредоточились. Теперь на Ли никто не мог напасть со спины или фланга, а сам китаец загнал тачку в проход. Таким образом мы обезопасили себя от дистанционных атак из логова.

Осмотревшись, мы не обнаружили второго выхода. Каменный холм диаметром в тридцать метров был внушителен. Он имел несколько выступов, где в случае необходимости можно было спрятаться: каменные полки были расположены на высоте двух-трёх метров, а поверхность имела множество сколов и трещин, поэтому подняться на них не составило бы особого труда. Всё же я надеялся, что нам это не понадобится.

Наша будущая добыча не желала с нами связываться, и пришлось их поторопить. Взяв клинок у Артёма, я надрезал ладонь. Выступила кровь. Я нанес её на тележку, после чего кровь вскипела и взлетела идеальной сферой.

‒ Вижу зашевелились, – сказал я ребятам. – Разделились. Движется один объект.

‒ Наконец-то, – буркнул Ли. ‒ Я заждался уже.

Я его понимал, быть наживкой не очень приятно.

Тем временем одинокая змея наконец-то выползла для трапезы. Совершив резкий рывок к цели, она не осмотрелась по сторонам, за что и поплатилась. Ли, совершив своевременный удар мечом, обезглавил представителя местной фауны. Пресмыкающийся тут же был разделан на пять равных частей, и мы стали есть. Необходимо было укреплять внутренние органы.

9 часов утра. Земля. 31 августа 2154 года. Военная база «Зона 51». Конференц-зал.

‒ Я запутался в вашем рассказе, – перебил меня Кохара. ‒ Вы же сказали, что физическое поедание плоти не требуется для поддержания жизни.

‒ Моя основа в Инферно – это гончая. ‒ пояснил я учёному. ‒ Ассимиляция чужих способностей через расщепление и поглощение ‒ её особенность. Кроме того, поедая чужую плоть, гончая эволюционирует. Укрепляет сильные стороны. Единственный минус – это невозможность оперировать чужой энергией, если нет подходящего органа. Энергию гончие получают в основном от солнца. Вся их шкура служит солнечной батареей. В основании позвоночника у собаки сформирован кристалл, который окутан костной тканью и накапливает энергию для поддержания активности. Поэтому охота – всего лишь способ стать сильнее. В случае с нами расщеплённая энергия поступает на поддержание жизни и усиление знаков. Причём последнее ‒ по остаточному принципу. Ещё для каждого умения нужно отлавливать соответствующую жертву. Энергия, полученная резонансом, техникой червя, регенерирует кожные покровы и мышечную ткань. Восстановление внутренних органов и костной ткани возможно только за счёт поедания плоти, что связано с отсутствием костей и печени у паразитов. В конечном итоге мы получили гибридную схему преобразования энергии, не позволяющую перерасти ограничения физиологии монстров.

‒ Но вам же был недоступен способ питания змей? – не унимался капитан. – Как вы планировали улучшить их способности?

‒ Вообще-то доступен, – ответил я. ‒ Но уринотерапией никто в бригаде не увлекался. У змей нет печени или её аналога, поэтому все органы улучшали обычным способом. Собаки максимально близкие по строению существа для человека, ведь они также нацелены на эволюцию за счёт других организмов. Я расскажу об этом далее.

Едва заметный кивок Смита прервал дальнейшие попытки расспросов со стороны японского капитана. Судя по всему, он позволил Кохаре выступить, так как накопилось слишком много вопросов, а японец уже скомпрометировал себя своей недисциплинированностью.

«Что ж, ‒ подумал я, ‒ сделаю вид, что поверил в ваш спектакль. Надежда была бы удивлена моим терпением. Интересно. Кто такая Надежда? Значит, память возвращается. Интересный эффект».

Я решил, что нужно как можно надольше растянуть процесс допроса. Например, через пару часов попроситься на обед. А то действительно захотелось есть. По-настоящему. По-земному.

2023 год. Локация «Ядовитый песок». Логово змей.

Неторопливая трапеза была прервана самым грубым образом.

‒ Приближается группа тепловых сигналов, – сообщил Айдар. ‒ Размером с кошку, штук сорок. Один побольше.

‒ Не будем рисковать, лезем на уступы, ‒ я начал раздавать целеуказания, торопливо прожёвывая жёсткое мясо. ‒ Ли, ставь тележку, по ней можно подняться повыше.

Мы вовремя рассредоточились по трём уступам, ведь не прошло и пяти минут, как к проходу прибежала куча крабов. Шурша и громко щёлкая клешнями, они полезли в пещеру.

‒ Судя по всему, они хотят сожрать нашего главу, – сказал Артём. ‒ Печально.

‒ Интересно, как это у них получится? – поинтересовался Хань.

‒ Вот и посмотрим, – сказал я, переходя на тепловое зрение.

Внизу разворачивались боевые действия. Десять мелких крабов двинулись в пещеру, плотно сомкнув ряды. Через десять минут они вернулись. Осталась только половина из них, но они были с добычей: среднего размера змейка была порублена на кусочки размером около пяти сантиметров. Потом прибывшая бригада стала быстро закидывать мясо в пасть, где после яркой вспышки оно пропадало.

‒ Похоже, поганцы плазмой бьют, – пробормотал я.

‒ Интересно, на какую дистанцию? – произнёс Артём. ‒ И где главный змей? Судя по всему, бояться уже поздно.

Зря мы сомневались в главе, он действовал со змеиной хладнокровностью. Дождавшись, когда большая часть крабов окружила добычу, из прохода вынырнули три змеи. Накрыв группу энергетическим залпом, они уничтожили две трети мелких особей. Правда, большой краб в ответ срезал двух из них и, не смотря на ожесточённый обстрел, подбежал к третьей. Концентрация смертельной энергии была минимальна, поэтому шансов у пресмыкающегося не было. Вся оставшаяся группа крабов поспешила на добивание.

И тут вышел папка. Кислотный лазер накрыл всех, выжил только главкраб. Потеряв одну клешню и части панциря, он поспешил сбежать с поля боя и двинулся прямо к нашим укрытиям. Следом полз полутораметровый злой змей с десятисантиметровыми когтями на лапах.

‒ Да это же натуральный Наг, – восхитился я. – Только с руками подкачал. Всего две.

Я решительно скомандовал:

‒ Хань, жди, когда краб будет под тобой. Прыгай и добивай его копьём, у него одна клешня осталась. Я первый атакую змея. Остальные, поможете нам по ситуации.

Краб смещался по стеночке прямо под уступ Ханя. Наг не спеша следовал за ним. Похоже, оба были истощены. Схватка продолжалась, пока одному из них не удавалось накопить заряд. Правда, наше участие не было запланировано сторонами. А очень зря. Хань, дождавшись, пока ракообразный окажется в зоне его доступа, незамедлительно атаковал. Копьё пробило панцирь, но монстр был ещё жив. На помощь к товарищу метнулся Ли, ловко разделывая ходячий деликатес на составляющие. Клешни ‒ отдельно, панцирь ‒ отдельно. Хань удерживал копьём противника.

Увидев такой расклад, Наг рванул в схватку. Только ему не суждено было сегодня победить: прыжком я сбил его с ног и безжалостно пробил ему голову копьём. Прям Георгий Победоносец.

К тому времени остальные добили краба.

‒ Этот гад мне кисть срезал, – пожаловался Хань.

‒ Удивительно чистый срез, – похвалил Ли.

‒ Присоедини на место и дуй ко входу пещеры, – приказал я Ханю. ‒ Там крутится масса энергии, постарались для тебя. Поглощай. И внутрь не забудь закинуть пару кусков. Кости срастутся.

‒ Постой, покажи-ка кисть, – Артём с интересом всматривался в конечность. – Смотри, кости не полые, они стали совсем как у местных. И кровь быстро свернулась.

‒ Это всё очень интересно, – остановил я исследовательский порыв товарища, ‒ но я предлагаю быстро собрать трофеи и свалить в закат. Нам ещё нужно провести процедуры для улучшения памяти. Теперь в двойном объёме.

Управились за пятьдесят пять минут. В процессе мы постоянно оглядывались и были готовы убраться подальше. В итоге кисть Ханя приросла за полчаса. Правда, от обилия поглощённой энергии он светился, как новогодняя ёлка. Поэтому все перешли на бег. Тележку несли вчетвером, я следил за округой. Добежали за час. Устали, но это не помешало мне сначала оценить обстановку.

‒ Чисто, – сообщил я бригаде. ‒ Переносим груз к временному лагерю. Хань и Айдар, тащите его вместе. Отдых десять минут. Дальше нас ожидает рутина. Постараемся поглотить знание краба и змея, тогда будет полная картина Ядовитых песков, и мы сможем спокойно продвинуться в изучении этого мира. После отдыха идём в таком порядке: Хань и Айдар, на вас брезент со змеями, на Ли и Чжао тележки. Я разведка и прикрытие. Нужно максимально быстро дойти до убежища, там переведём дух. Чувствую, к нам наведаются гости.

Глава 8. Организационные вопросы.

Двадцать пятое число условного августа 2023 года. Инферно. Временный лагерь в трёх километрах от Ядовитых песков.

‒ Чтобы не путаться, предлагаю организовать жизнь по земному календарю, ‒ обратился я к товарищам. ‒ Часы Артёма пока единственный достоверный ориентир. Сегодня двадцать пятое число условного августа 2023 года. Надеюсь, возражений нет?

‒ Нет, – озвучил позицию коллектива Айдар, ‒ мы согласны. Один вопрос: сколько сейчас времени?

‒ Восемь часов, ‒ ответил я буряту. ‒ Но утра или вечера пока сказать не могу. В полдень или полночь появится ясность.

‒ Принято, командир, – ответил Айдар.

Я ухмыльнулся:

‒ Если все согласны, предлагаю закончить официальное собрание и наконец пожрать. Устроили цирк.

‒ Мне не нужно, ‒ отозвался Ли. ‒ Полный апгрейд произведён, все тату под завязку. Даже на печени.

Ли адаптировался у нас быстрее всех.

‒ У остальных как дела? – уточнил я.

Артём ответил, что печень укрепляется очень медленно, и остальные молча подняли руки, сигнализируя о схожей проблеме.

‒ У меня так же, – согласился я с товарищами, – но в любом случае ресурсов в достатке.

Разобравшись с нашим физическим состоянием, мы решили спокойно заняться обустройством быта. Место было отличное: небольшая скала диаметром в двадцать метров, а высотой в пятнадцать, много удобных уступов по периметру, скошенная плоская вершина с уклоном градусов семнадцать. Здесь можно было разместить лагерь и какое-то время ни о чём не беспокоиться.

Сначала мне пришлось залезть на самую вершину, чтобы сбросить верёвку, с помощью которой мы доставили весь груз и тележки наверх. Когда забрались все остальные, мы выдохнули. Чувство тревоги перестало бить в набат, а теперь просто дребезжало где-то на краю сознания. Что, впрочем, не помешало нам устроить первое партийное заседание.

Дождавшись полудня, мы официально вырезали на камне дату основания первой колонии человечества в Инферно. И время: двенадцать часов дня. Дата на часах так и не сменилась. Далее утвердили график дежурств и приёма пищи. Потом пошла рутина: обед, обустройство мест хранения еды, расходного материала и инструментов. Я сооружал мастерскую.

Единственным минусом было отсутствие чего-нибудь мягкого. Перспектива спать на голом камне не воодушевляла, и решение было найдено. Мы натаскали песка, покрыли его шкурами змей, и получился матрац с функцией памяти. Вернее, его доисторическая версия.

Холодно не было. Мы управились часов за пять, и к условному вечеру обеспечили себе относительно комфортные условия жизни. Во время ужина мы тянули жребий, кто первым пойдёт на процедуры. Я оказался самым удачливым: мне досталась змея. Ли получил краба.

‒ Приступаем к разделке Нага, – сказал я бригаде. – Я начну с головы, достану содержимое, и мы сможем выяснить минимальную дозировку для получения результата.

Одновременно со мной Ли вскрывал главкраба. Он искал у него мозги, и я надеялся, что всё же найдёт.

Взяв четверть от всего объёма извлечённых внутренностей змеи, я стал втирать их в лицо, стараясь не наносить толстым слоем на глаза. То же самое проделал и китаец. Закончив подготовительные процедуры, во избежание непоправимых последствий мы сожгли резонансом всё, что осталось на руках. Мало ли в какие конфликты могли вступить знаки.

Я попросил Ханя полить мне ладони водой.

‒ Ну, с богом! – выдохнул я и умылся.

Одновременно со мной те же манипуляции проделал Ли.

Внезапно меня накрыла тьма. Последнее, что я запомнил, как откинулся на импровизированную песочную кровать.

Восемь часов спустя.

Я очнулся, поднялся рывком и, зашипев от боли, снова сел.

‒ Ш-ш-ш! – выдавил я из себя.

‒ Смотрите, проснулся воспитанный змеями! – взволновано вскрикнул Чжао. – Ты меня понимаешь. Егор?

‒ Ш-ш-ш-то происходит? – с трудом произнёс я.

‒ Адаптация знаний, ‒ разъяснил Артём. ‒ Ты молодец, сразу сообразил, а Ли только час назад трещать перестал. Сидит каннибализмом занимается. Поглощает ракообразных в немереном количестве. Мстит.

‒ Ты тоже приступай, – сказал мой заместитель, внимательно глядя мне в глаза, ‒ надо закрепить знание. Заодно определишься с видовой принадлежностью.

‒ Хорош-ш-шо.

Я не стал я спорить и поплёлся к «столовой». На столе уже лежала вырезка весом не меньше килограмма.

«Приятного аппетита», – сказал я сам себе и приступил к трапезе.

С каждым граммом поглощённой плоти мои мысли становились яснее. Съев половину, я ощутил, как давление на разум ослабло. После того, как был съеден килограмм, я осознал, насколько был близок к безумию.

‒ Дозировку нужно уменьшать, – громко произнёс я, – и, по возможности, больше не делать таких ошибок.

‒ Точно. – согласился со мной Ли. ‒ Повезло. Хорошо, что плазмой не стреляю. Втроём скрутили. Держали два часа, пока не отпустило.

Оказалось, что он очнулся раньше меня, так как его трансформация прошла за два часа. Мой знак в виде равнобедренного треугольника на висках был дополнен волнистой линией в форме круга. Две фигуры не соприкасались. У Ли знак памяти гончей был заключён в квадрат, выполненный из кавычек.

Мои глаза изменились. Зрачки стали змеиными, а на веках появились три вертикальные волнистые линии. Видел не хуже, но и не лучше. Просто иначе. Разницу придётся выяснять по ходу движения.

Я сфокусировал взгляд на тумане, клубящемся вдалеке, и сразу почувствовал разницу. Увеличилась контрастность, добавились несколько оттенков, значение которых я сразу стал понимать. Возникло осознание границ моих владений, я знал о расположении гнёзд соседей и территорий крабов, а вместе с тем пришла главная информация ‒ о приближающихся проблемах.

‒ Нас уже ищут, – сказал я.

‒ Старшие гончие, – продолжил Ли.

‒ Мы залезли на их территорию, – сообщил я остальным. ‒ Два сектора вычистили. Теперь они не успокоятся, пока нас отсюда не выдавят.

‒ Они какие-то другие? – спросил меня Чжао.

‒ Да, – ответил за меня Ли, ‒ умеют плазмой кидаться, как крабы. У них есть кристалл для этого. И им не опасен туман, не спрячешься.

‒ И каждый из них размером с телёнка, – дополнил я информацию. ‒ А их три штуки.

‒ Судя по всему, вы не до конца восстановились, – усмехнулся Айдар. – Вон как испугались. Мы же люди, и не таких ловили. Тем более они сами придут, даже бегать за ними не придётся.

‒ Ты прав, – ответил я. – Что-то запаниковал.

‒ Ну, раз есть время, давай изучим вопрос радикальным образом, ‒ улыбнулся Артём. ‒ Бармен, мне того же, что и ему. Хань, отмерь мне змеятины, только вполовину меньше. А то приход с него лютый, не хочу шипеть на коллектив.

Двадцать седьмое число условного августа 2023 г. Первая колония Инферно. Час дня.

‒ Смотри, какая красота вышла! – Айдар хвастался изменившейся татуировкой.

Собачья память дополнилась кругом, выполненным волнистой линией, и квадратом из кавычек. Кроме того, его обоняние улучшилось, теперь он мог на расстоянии в пятьдесят метров учуять постороннего.

В целом все нормально пережили интеграцию памяти, получив почти одинаковый символ. Побочки вылезли не только у Айдара. У меня изменилось зрение: теперь я постоянно видел в тепловом диапазоне и мог прекрасно отслеживать любое движение. Из минусов можно было отметить относительную близорукость. Километр был максимальной дистанцией, дальше ‒ как в тумане.

Хань чувствовал звуковые вибрации также на расстоянии километра. А Ли начинал ощущать колебания поверхности за пятьсот метров. Бонус от крабовых палочек. Единственным, кто воспринял только память, был Артём.

Мы уничтожили треть запасов за два дня, повысив возможности организма на максимум. По крайней мере, дальнейшего роста от поглощения не наблюдалось.

‒ Предлагаю использовать панцирь краба для защиты сердца и печени, – сказал Ли.

‒ Давай сначала на нейтральном чем-нибудь попробуем, – остановил я порыв товарища. – Я попробую сделать крепче кулаки. Тащите клешню мелкого краба.

Мы не стали тянуть время. Обретя память краба и змеи, мы сполна насладились картинами тотального геноцида со стороны старших гончих. Поэтому, пока они нас искали, требовалось как следует усилить себя.

‒ Разместил, лей понемногу, – скомандовал я, жуя крабовое мясо.

В результате непродолжительного, но интенсивного жжения появился новый узор. Внешняя сторона кисти и запястье покрылись знакомыми кавычками, которые не пересекались с татуировкой червя. Я ударил рукой в каменный пол, чтобы испытать обновление. Боль в костяшках была значительно меньше ожидаемой. Обратившись к памяти, я увидел, что кавычки засветились. Вторая попытка испытания вышла впечатляющей: Брызнула крошка, и костяшки оставили видимые отметины в камне.

‒ Несите вторую клешню! ‒ радостно произнёс я. ‒ И становитесь в очередь, похоже, нам есть чем удивить незваных гостей.

‒ Хочу попробовать панцирь для защиты, – настаивал Ли.

‒ Давай тогда начнём со спины, – согласился Артём. ‒ Если что, успеем тебя откачать.

‒ Побыстрее, пожалуйста, – проворчал я. ‒ Не хочу остаться в меньшинстве во время атаки.

‒ Без проблем, – донеслось до меня со стороны склада. – Сейчас займёмся выкройкой.

Артём действительно вырезал из повреждённого панциря пластины. Причём сделал он это клешнёй главкраба. Прочность её поражала, ни один имеющийся у нас материал не смог поцарапать режущую кромку. Мы надеялись, что этот трофей смертельно удивит преследователей.

Нам удалось сделать по два ножа: один из когтя вожака, другой ‒ из клешней краба. Клешни были ощутимо короче, поэтому рукоятку пришлось делать длиннее.

«Нет, ‒ подумал я, ‒ это не выход. Нужно действовать радикально. Неприятно, но иначе никак».

‒ Хань, подойди, пожалуйста, и возьми меч у Ли, ему он сейчас не нужен. Айдар, будь добр, подготовь мне крабика побольше, главного. Там ещё много осталось. Артём, пожалуйста, не выбрасывай обрезки панциря, а лучше собери их в отдельную кучу, часа через четыре они мне понадобятся.

Я настолько вежливо и спокойно накидывал задачи для каждого из коллег, что вызвал подозрение.

‒ Что ты задумал? – насторожено спросил Хань.

‒ Думаю, требуется улучшить наше вооружение, сделать его покрепче, – ответил я напряжённо. ‒ Только нужно подкопить немного материала, и я знаю, где взять восполняемый источник. Приятного мало, конечно. Но за одно проверим, что будет со знаками.

‒ Что делать? – нахмурив брови, спросил Хань.

‒ Руби мою левую руку чуть выше локтя, ‒ произнёс я невнятно, так как уже яростно жевал крабовое мясо.

Хорошо, когда не задают лишних вопросов. Взмах, удар и рука повисает на остатках сухожилий.

‒ Режь быстрее, больно, – прошипел я.

Китаец быстро исправил недочёт. Захотелось спать, но времени не было.

‒ Хань, очисти кости от мышц, ‒ произнёс я, на секунду прекратив жевать. ‒ Сложи отдельно. Айдар, пойдём подготовим место для «кузни».

Кровь зашипела, превращаясь в поток энергии и одновременно прижигая рану. Мы в это время подошли к пространству, называемому мастерской. Взяв крабий нож, я начал размечать.

‒ Вот здесь нужна выемка сантиметра четыре глубиной, ‒ я стал намечать фронт работ для Айдара. ‒ Длина должна соответствовать нашим мечам. Постарайся, чтобы совпадение с разметкой было максимально точным.

Также я попросил Ханя и Айдара выдолбить чуть дальше яму, ширина которой была бы сантиметров тридцать, а глубина ‒ десять.

‒ Каким образом? – спросили меня они.

‒ Кулаками, – ответил я, морщась от зуда в руке. ‒ Поиграйте в великих мастеров Каменного Кулака. Или Железной Руки. За одно потренируетесь, энергию наберёте в тумане. Только быстро. Туда и обратно.

Своего заместителя я также попросил поучаствовать в процессе:

‒ Артём, когда закончишь с Ли, помоги парням. Используй для заготовок под мечи клешни главкраба. Яму заполни остатками панцирей. И когти змей зашвырни, я думаю, лишним не будет.

Получив утвердительные ответы, я подошёл к столовой, срезал ещё змеиного мяса и, активно жуя, дошёл до своего спального места. Просканировав окружающее пространство на максимальную дистанцию, я не обнаружил угрозы и лёг спать. Последняя мысль, промелькнувшая в моей голове прежде, чем я отключился, заключалась в том, что разведку надо было провести до отсекания руки. Но что поделать, всё приходит с опытом.

Первая колония Инферно. Шесть часов спустя.

Проснулся я от боли в левой руке, кисть горела огнём. Мне хотелось есть, и я рванул в «столовую». Схватив краба, наполовину сожжённого кислотным залпом, я яростно стал в него вгрызаться. Потом в ход пошли оставшиеся мозги змеи, следом ‒ мозговая ткань краба, а напоследок я резонансом втянул панцирь мелкого ракообразного.

Бригада удивлённо смотрела на моё обжорство, я же наблюдал за тем, как знаки на кисти наливаются краской, причём крабовая тату стала такой же, как и до ампутации, а силуэты червя были бледными, как будто знак поставлен только что.

Теперь мне стало ясно: желательно не терять конечности. Ну, или делать это в местах, где есть ресурсы для восстановления.

‒ Нужно будет отловить два десятка червей. – громко сказал я. ‒ Или одного главного. Не знаю, хорошая это новость или нет, но от знаков мы не можем избавиться. В любом случае начальная версия будет присутствовать даже после потери конечности. Плохая новость ‒ силу способности нужно будет восстановить.

‒ Мы поняли, – ответили «колонисты».

‒ Только есть ещё одна плохая новость, ‒ Чжао решил меня обрадовать. ‒ Время восстановления татуированных конечностей увеличивается.

‒ Понятно, ‒ ответил я и радостно потёр ладони. ‒ Ладно, приступим к оружию.

‒ Мы уже, – сказал Артём. – Всё сделали.

‒ Интересно посмотреть, – ответил я удивлённо.

‒ Пошли в мастерскую, – поторопил меня Айдар.

Айдар вытянулся в струнку и торжественно объявил голосом ярморочного зазывалы:

‒ Вашему вниманию предлагаются следующие образцы! Гладиусы модернизированные, материал ‒ кость дважды закалённая.

Я взял потяжелевший меч. Действительно, теперь его структура изменилась. И символы поменялись.

‒ Мы закинули твою плоть во время закалки, ‒ раскрыл технологию Артём, ‒ и она просто растеклась поверху. Затачивать мечи пришлось друг об друга. Айдар занимался этим часа три. Обмотку на ручке поменяли, сделали её из змеиной кожи.

‒ Следующий экземпляр ‒ дага, – произнёс Айдар, протягивая мне нож. ‒ Крестообразная гарда из хитина краба. Длина лезвия ‒ тридцать сантиметров, ширина ‒ два сантиметра.

‒ Красиво, очень, ‒ радостно произнёс я и похвалил всех за предусмотрительность. ‒ Не зря у логова змей собрали всё до последней крошки. Пригодилось.

‒ Третий, но не последний предмет экспозиции, – не унимался Айдар. ‒ Стилет. Материал ‒ закалённая кость. Длина ‒ двадцать восемь сантиметров. Трёхгранное исполнение. Максимальная ширина ‒ один сантиметр. Мастер задолбался вытачивать его, но красота неимоверная. Снабжён круглой гардой из крабового хитина.

‒ Действительно, произведение искусства, – согласился я. ‒ Вот и забирай себе.

Но в этот момент Айдар протянул мне новое оружие:

‒ Финальный экспонат. Копьё. Материал острия ‒ дважды закалённая кость. Древко комбинированное. Сделано из костей вожака стаи гончих и человека модернизированного, а также из хитина крабов. Для удобства снабжено перекладиной для охоты на крупного зверя.

Вместо двух куцых недокопий, они сделали одно двухметровое. Но изменилась не только длина, площадь наконечника также стала больше. Для этого они сплавили все оставшиеся кости вместе, а потом выточили пятнадцатисантиметровое широкое жало.

‒ В итоге у нас всех есть по основному оружию? – спросил я.

‒ Не совсем, – сконфуженно ответил Артём. ‒ Просто сейчас проснётся Ли и заберёт свой топор.

‒ Боюсь спросить, из чего вы его сделали, – посмотрел я на изящный томагавк.

‒ Мы всё равно хотели улучшить спину китайца, – произнёс Хань. ‒ Вот он и решил пожертвовать лопатку для изготовления топора. Надеюсь, операция прошла безболезненно.

‒ А ты, значит, местный хирург? – уточнил я. – Ладно, пойдём проведаем нашего друга.

‒ Поесть захватите? Краба! – крикнул Ли.

‒ Да, тут осталось немного, – сказал Артём. ‒ Правда последнее, придётся переходить на змей. И активнее ходить в туман.

Бригада расселась вокруг Ли. Китаец был невозмутим. Он молча взял принесённое мясо и съел немного. Потом поел ещё немного, потом ещё, пока от крабов ничего не осталось. Напоследок он резонансом добил крохи хитина.

На груди, животе и спине китайца вспыхнул рисунок из кавычек. Взяв руки томагавк, Ли изобразил боевой клич краснокожих и ударил обухом по груди. Раздался глухой звук.

‒ Вот теперь я готов к встрече гостей, – воинственно произнёс китаец.

В очередной раз проверив окрестности, я сказал:

‒ Все одеваемся, вооружаемся, берём тележку и идём охотиться. Заодно заправимся, нужно подготовиться к осадному положению.

Все согласно закивали. Началась здоровая суета. Были спущены две тележки, взяты две палатки на случай ну очень богатой добычи, рюкзаки тоже не забыли. И верёвка в обязательном порядке. Если бы не она, столько добычи мы бы не унесли. Обязательно нужен запас на всякий случай. Тем более местная «органика» не портится.

‒ Внимательно смотрим, – напомнил я товарищам. ‒ Враг уже может нас караулить.

Короткий поход увенчался успехом. С таким танком, как Ли, нам были не страшны мелкие змеи, а Нага мы подловили на верёвочной ловушке. Мы сбили его с ног, а затем Хань, Ли и Артём имитировали атаку, вынудив змея отстреливаться и тратить силы. Под их прикрытием Айдар закидывал Нага ножами и топорами, не давая ему встать. В результате я незаметно подкрался и нанёс контрольный удар копьём в голову.

В итоге добыча составила четырнадцать особей. При этом с топорами нам пришлось окончательно попрощаться, их жалкие оплавленные останки мы с почестями проводили в последний путь. Перед выходом из тумана мы избавились от лишнего груза, как материального, так и морального, и затем галопом помчались к лагерю. Чувство тревоги нас не обмануло: едва мы успели забраться на скалу, как в отдалении показались три крупных объекта.

‒ Что там так ярко светится километрах в трёх? – спросил я.

‒ Старшие гончие пожаловали, – ответил Айдар.

«Нет, гости дорогие, ‒ подумал я в ту секунду, ‒ вам тут не рады. Хотя, возможно, и наоборот. Сколько же интересного они могут знать. Что ж, придётся влезть к ним в голову. В прямом смысле этого слова. В конце концов, мы же родственники. А у родных не должно быть тайн друг от друга».

Глава 9. Боливар не выдержит двоих.

31 августа 2023 года по земному календарю. 8 часов утра. Первая колония Инферно.

‒ Откуда ты знал, что они измором брать будут? – спросил меня Артём.

‒ Сам бы так сделал, – ответил я. – Им спешить некуда, туман близко, солнышко светит, с голоду не помрут. Это у нас нет такой возможности. Есть другой вопрос: чувствуют ли они нас? Ведь мы тоже гончих тогда отследили.

‒ Думаю, старшим это не нужно, их способности на порядок лучше наших, ‒ ответил Хань, а потом неожиданно выдал:

– Мы гости в этом мире. Путь к небу гончих был гораздо длиннее, чем наши жалкие трепыхания на почве культивации.

‒ Смотрю у кого-то память прорезалась! С чего бы? ‒ весело спросил я китайца.

‒ Когда меня заставили камень кулаками долбить, само всплыло, – буркнул Хань. ‒ Ушу-саньда.

‒ Отлично, – посмеялся Айдар, обтачивая очередной метательный стилет, ‒ теперь ты сможешь одной левой уложить тварюгу. Ли, все змеиные когти повыдёргивал?

‒ Да. – сообщил Ли. ‒ Два десятка. Будет достаточно. Закинул в «печь»

‒ Смейтесь, – умиротворённо произнёс Хань. ‒ Моя жертва не напрасна. Теперь понятна дистанция атаки: ближе пятидесяти метров не подходим.

Дело было в разведке боем. Три дня назад, быстренько подготовив верёвки для спуска, отрядили двух человек: меня и Ханя, как самых лёгких и быстрых. Нас быстро спустили, предварительно обвязав за пояс. Мы захотели проверить реакцию интервентов, и, надо сказать, проверка удалась на славу. Две старшие рванули за добычей, а третья двигалась поодаль.

Нас сразу стали поднимать на уступ. На высоте пять метров было решено закрепиться и попробовать убить хотя бы одну тварину проверенным способом ‒ водой. Но собаки, видимо, унюхали её и резко остановились, после чего просто забросали нас плазменными серпами.

Хань лишился правой руки. Хорошо, что успел подхватить. Верёвки были перерублены, пятачок простреливался полностью. Опытным путём мы выяснили, что старшая гончая способна на три полноценных выброса плазмы. Максимальная дистанция ‒ пятьдесят метров. Потом она бежит на перезарядку в туман.

Нам пришлось провести два дня пластом и пробить в стене небольшой туннель. Исключительно с помощью кулаков. Остальные тоже не отдыхали. Комбинируя традиционные шахтёрские способы с восточными практиками укрепления ударных поверхностей, товарищи рыли вертикальный туннель.

Мы прошли десять метров за два дня только благодаря двум вещам: во-первых, умению крошить камни с помощью крабьих способностей и, естественно, наличию достаточного резерва энергии в запасённых тушках, а во-вторых, неожиданному таланту Айдара к изготовлению оружия. Из костей Ханя сделали прекрасные метательные стилеты. Два экземпляра, просто из чувства прекрасного, бурят украсил камешками из крабов, ведь кристаллы не реагировали на воду и не разрушались ни одним из способов.

Эти камни были не у всех крабов, а у змей кристалл имел только Наг. Зато большой. Больше, чем у главкраба.

Использовать их стало судьбоносным решением. Оказалось, что кристаллы способны воспринимать родственную энергию, и поэтому можно было раскалывать камень на глубину десяти сантиметров. Правда, механическое крепление было ненадёжно.

Тогда мы вспомнили про эксперименты по повторному закаливанию кости, когда один слой покрывался другим, и разработали новую методику. Процесс был до безобразия прост: на рабочую часть оружия клали кристалл, сверху накрывали человеческой тканью, после чего заматывали в плоть местного монстра и поливали водой. В результате на клинке образовывался кокон, надёжно удерживающий кристалл.

Имеющихся камней хватило на модернизацию всего оружия, а вот ткани с руки Ханя получилось совсем немного, поэтому каждому пришлось вложить в оружие частичку себя. В целом, тупиковая ситуация способствовала нашему развитию. И при этом опустошила резервы доступной энергии.

Поднялся я с Ханем наверх через два дня по колодцу, диаметр которого в самой широкой части составлял семьдесят сантиметров.

Да, интересный опыт, – выдохнул я и посмотрел на Артёма. ‒ Я так понимаю, у нас заканчиваются последние приготовления?

‒ Почти, – ответил Артём. ‒ Последние инструменты готовы. Шахта до поверхности выдолблена, ведём расширение. Думаю, через два дня будем готовы. Только резерва энергии останется четверть. Если план не сработает, придётся биться на их условиях.

‒ Всё продумано, – заверил я Чжао. ‒ Завершаем подготовку.

Я и сам знал, как обстоят дела. Вот только мой заместитель чувствовал себя спокойнее, когда был занят делом.

Странно, но чем больше мы интегрировались в экосистему Инферно, тем больше эмоций просыпалось в нас. Раньше мы бы кинулись всей толпой на гончих, а сейчас испытываем вполне естественный страх. Вернее, осторожность. Да и сами гончие не походили на тупые куски мяса. Постоянное дежурство, контроль пространства, нежелание подходить на ближнюю дистанцию. Мы трижды пробовали спуститься с противоположной стороны, и трижды они успевали устроить засаду. Они не стремились атаковать, а хотели именно заманить. Хорошо, что Ли ощущал колебания поверхности и находил их.

Ко всему прочему, твари могли испускать туман в области десяти метров. Таким образом они размазывали своё тепловое излучение и обманывали инфракрасное зрение, заодно скрадывая движения и не давая мне их отследить.

«Ничего, нгикуда не денетесь, голубчики. ‒ думал я. ‒ Не зря обезьяна, взявшая в руки палку, стала самым опасным хищником на планете Земля».

2 сентября 2023 года по земному календарю. Полдень. Первая колония Инферно.

Протискиваясь через узкий лаз ногами вперёд, я радовался, что я не страдаю клаустрофобией и не суеверен. Хотя когда тебя кремируют, эта примета теряет всякий смысл.

«Вот это да, ‒ удивился я. ‒ Опять полезла память. Не вовремя. Значит, во время стресса восстанавливаются воспоминания. Учтём».

Так, неспешно размышляя, я полз на место моего двухдневного заключения. Копьё, привязанное обрывком верёвки, тащилось вслед за мной. Сам я, наверное, светился, как атомный реактор. Такую приманку они пропустить не могли.

С другой стороны Артём и Ли изображали побег. Спускаясь вниз по уступам, они таким образом отвлекали двойку старших гончих от главных действующих лиц ‒ Айдара и Ханя, который настолько наловчился крошить камень, что без труда мог основать свою школу восточных единоборств. Самое забавное, что он практически не тратил энергию. Действительно, ушу помогало.

«Сам изучу на досуге, ‒ подумал я. ‒ И других заставлю».

Но сейчас главным было не это. Главное ‒ мы прорыли туннель. Прямо под моим уступом. И когда я героически нападу на единственного сторожа, последняя преграда будет сломана Ханем. У меня появится путь к отступлению, а там уже будут ждать в засаде товарищи.

‒ На исходной! – крикнул я. ‒ Начинаем!

Монстр не разочаровал. Как только я встал в полный рост, он швырнул плазмой в мою сторону. Я знал, откуда прилетит привет, поэтому тут же снова упал. Спасибо Ли ‒ показал, где засада. Старший не мог сидеть на одном месте, постоянно перемещался а потом на пару часов замирал. Вторая гончая помчалась на кормёжку в туман. Третья ‒ караулила с обратной стороны.

‒ Один мимо, – сообщил я в туннель.

Дубль два. Встаю. Реакция отсутствует. Замечаю, что слабо светящееся пятно начало двигаться.

‒ Вот и попался, гадёныш,‒ злорадно посмеялся я. ‒ Теперь я тебя вижу.

Я сделал вид, что испугался, полез обратно на скалу и сразу же отпустил руки. Это было сделано вовремя: серп плазмы впился на метр выше. Но следить мне было некогда. Я скатился по стеночке, постучал по скале и отпрыгнул подальше. В это же мгновение справа от меня пронеслась каменная шрапнель. Потом ещё раз. На автомате отследил противника: дистанция ‒ тридцать метров до облака. Саму собаку видно не было.

Тварь оказалась ближе, чем я мог предположить. И с другой стороны. Третий заряд плазмы, успеваю чуть сместиться. Боль проходит по краю сознания. Я теряю левую руку. Убедившись в том, что копьё при мне, я побежал в туннель.

Боясь выронить руку, я взял её зубами. Моё. Не отдам врагу. Да и ценный ресурс ‒ получу свои метательные кинжалы и нож. Хотя думать об этом было рановато: гончая почувствовала след. Хань и Айдар спрятались в боковых нишах. Так как они не накапливали энергию перед боем, то заметить их было крайне трудно.

И вот расстояние сократилось. Тварь влетела в туннель и ударила кислотным лучом. В последний момент я успел прикрыться копьём, задействовав укрепление. Струя разбилась на брызги и окончательно превратила мою одежду в воспоминание. Лицо не пострадало, спасибо левой руке, но меня скрутило от боли. Единственное, что я успел сделать – присесть на одно колено, выставив копьё перед собой. Гончая резко затормозила, так и не завершив атаку, но было уже поздно.

Хань и Айдар ударили со спины. Сюрприз, тварь. Не зря их своим слабеньким резонансом продезинфицировал. Не пахнут ничем. Сам проверял.

Не без усилия задние лапы гончей были подрезаны. Бросив клинки в собаке, товарищи атаковали снова: Айдар вонзил стилет в область позвоночного столба, а Хань в прыжке ударил кулаком в шею. На этом сопротивление монстра было сломлено. Для верности подрезав передние лапы гончей, парни обвязали меня верёвкой.

Хань влетел наверх, побив все рекорды. Конечно, это ведь не в школе нормативы сдавать. Он стал тащить меня, а я помогал ему всеми оставшимися конечностями. Справляемся за тридцать секунд. Айдар, готовый в любой момент скрыться в нише от дистанционных атак, подхватил моё копьё и страховал выход.

Отвязав меня наверху, Хань быстро скинул верёвку обратно и спустился вниз. Я наблюдал, как Ли, поднявшийся на вершину, вытягивал Артёма, который держал в зубах свою ногу.

«Плюс ещё один меч», – пронеслась в голове мысль.

‒ Кидай в кучу! – кричу я ему, показывая на свою руку.

‒ Иди … Отстань, в общем, – устало выдохнул Чжао.

Тем временем Ли отвязал Артёма и бросил верёвку в колодец.

‒ Вяжи добычу! – закричал Ли. ‒ Я вытяну одного!

Ли посмотрел на нас:

‒ Твари близко. Времени мало. Может, минута. Они почти пустые. По залпу осталось.

‒ Тащи! – донёсся голос Айдара.

Секунд через двадцать появился он сам вместе со всем арсеналом. Следом налегке вылетел Хань и надрывно выпалил:

‒ Тащим тушу. Пришлось трамбануть. Не пролезал, гад.

В течение минуты из колодца раздавались неприятные хрустящие звуки, и наконец мы увидели изломанное тело старшей гончей. Следом за ней вырвался кислотный гейзер. Отскочив от края, мы прикрыли голову от брызг.

Хань отреагировал первым. Схватив моё копьё, он накинул скользящий узел на перекладину и не глядя швырнул вниз, естественно, задействовав суперсилу. Надсадный вопль монстра со дна колодца вывел остальных из ступора. За верёвку схватились все, кто был относительно здоров. Я в том числе. Резкий рывок. Но копьё не выскочило из жертвы. Раздался хруст, и гончая вошла в туннель головой и передними лапами. Лишившись подвижности, она напрочь закупорила проход. Второй рывок вырвал копьё, перед этом ещё глубже вбив тварь в колодец.

Право на расстрел предоставили Артёму и мне. Метнув для острастки по разу в гада, мы отправились за реанимационным комплектом, а затем, наскоро проглотив килограмм собачатины и пару килограммов змеи, наконец завалились спать.

Перед тем как провалиться в царство Морфея, я наблюдал, как доставали вторую особь.

‒ Боливар не выдержит двоих. ‒ устало сказал я и смежил веки. ‒ Надо было вам бежать подальше. Теперь уже поздно. Для всех.

Глава 10 Дурные привычки.

3 сентября 2023 года по земному календарю. Семь часов утра. Первая колония Инферно.

Сколько можно? Пора бы прекратить терять конечности. Два раза в месяц ‒ это перебор. Именно эти мысли посетили меня сразу после того, как я проснулся. Моё самочувствие мало чем отличалось от привычного. И это насторожило меня. Обычно для полноценного восстановления требовалось гораздо больше энергии, но в этот раз я чувствовал полное насыщение.

Рука отросла. Знаки на ладони имели привычную расцветку, червь был обозначен контуром на ладони и запястье, а кавычки, цвет которых был максимально насыщенным, полностью покрыли внешнюю сторону кисти.

‒ Не было же крабов, так откуда тогда развитие? – произнёс я вполголоса.

Но осмотрев правую руку, я удивился ещё больше. Цвет кавычек изменился ‒ теперь он стал тёмно-оливковым.

‒ Что бы это значило? – пробормотал я.

‒ Только не устраивай тест-драйв. – попросил Артём. ‒ Хотя бы не в лагере. Удивишься. Татуированные конечности до ужаса долго отрастают. Моя нога всего за четыре часа восстановилась, а руку ты восемь часов дожидался.

‒ Пойдём в процедурную. – позвал меня Хань. ‒ Только ты остался без новых знаний. Подкрепись немного и намазывайся. Необходимо укрепляться. За неделю нужно отмахать сто километров. Лагерь мы уже сворачиваем.

Мне протянули кусок мяса и ёмкость с мозговой жидкостью старшей гончей.

‒ Только погуще, не жалей, здесь осложнений не будет, – поддержал меня Ли, демонстрируя знаки. Почти все они были оливкового цвета.

‒ Только змей не набирает энергию, совсем не родная,– продолжил китаец. ‒ Так, у нас ещё много дел. Только ты и Айдар ещё не подтянули «мышечный тонус».

‒ У меня есть оправдание, – возразил Айдар. – Я творил шедевры.

Чжао обиженно посмотрел на свои руки:

‒ Сам и будешь своим плазморезом махать. Два раза пальцы приращивал. Так и не понял, как направлять энергию в нужную сторону. Тебе, Егор, такой же ножик сделали.

Я напомнил про свой заказ Айдару:

‒ А я ещё хотел метательные стилеты.

‒ Сделал, всё готово, – ответил оружейный мастер. – Теперь отосплюсь. Спокойной ночи.

Бурят обмазал ноги странной бурой массой и полил их водой.

Мне принесли новый меч, четыре метательных стилета и улучшенный нож. Взяв меч, я отошёл подальше и для начала сделал лёгкий мах, максимально уведя оружие в сторону от тела. Ничего не произошло. Тогда я совместил удар с выплеском резонанса. Ничего не изменилось. В финальной попытке я выплеснул укрепление коротким импульсом, и тут кристалл в рукояти вздрогнул и прогнал волну плазмы по татуировке в сторону острия. Энергия окутала клинок, и мне благополучно отрезало мизинец.

‒ Твою мать, что за дела?! – заорал я, подбирая палец.

Приставив его обратно, я резонансом поглотил пятьдесят грамм мяса. Кожа и мышцы приросли мгновенно, а кость восстановилась минут через пять.

Глядя на всё это, я сообразил. На мизинце и большом пальце нет крабьих знаков, поэтому они не выдерживают нагрузки.

К ножу я даже не притрагивался, всё и так понятно. Метательные клинки были великолепны. Приложение силы увеличивало скорость на порядок, даже малого потенциала хватало, чтобы вогнать стилет на треть длины в камень. При этом никаких видимых повреждений острия не было.

«Ладно, пора приступать к неприятной процедуре, ‒ решил я. ‒ Пойду умоюсь кровью».

Усвоение памяти прошло быстро и безболезненно. Энергии от поглощения высших гончих было достаточно, чтобы перекрыть все возможные осложнения. Следом я улучшил мышцы ног. Теперь за счёт энергетических импульсов ноги приобрели новые возможности: не только скоростные рывки, но и потрясающую выносливость на длинных дистанциях. Ребята проверили, пока я спал. До тумана и обратно, итого ‒ десять километров за десять минут. Не запарились.

Тем временем подготовка к походу закончилась. Мы справились за два часа, и ещё час потребовался на забег до тумана для полного насыщения энергией. Перемещались парами, ведь где-то рядом могла крутиться последняя Высшая гончая. Правда, нападения так и не случилось. В итоге все собрались в столовой.

‒ У кого что прорезалось? – спросил я коллег.

‒ Я чувствую воду на расстоянии двух километров, – отчитался Айдар. ‒ Прям в дрожь бросает, когда забываюсь. Ещё помню, где местные оазисы.

‒ У меня повышенная чувствительность к энергетическим выбросам, – рассказал Артём. ‒ В радиусе десяти километров распознаю тип воздействия. При должном напряжении, конечно. В пассивном режиме ‒ в радиусе двух километров. Плюс появилось что-то вроде компаса. По солнечным аномалиям могу определить, куда двигаться. И сейчас мой компас говорит, что отсюда надо делать ноги. Скоро температура поднимется раз в десять, и мы спечёмся.

‒ Тогда зачем сюда гончие прискакали? – спросил я озадаченно.

‒ Эволюционировать, – ответил Артём. ‒ Ты налегай на мясцо, ассимилируй память. Нет времени раскачиваться.

«Такими темпами, ‒ подумал я, ‒ мы скоро из-за отсутствия девчонок передерёмся».

Девчонки… Кто такие девчонки? Я не мог вспомнить. Но что-то важное. Похоже, у меня шалят нервы. Как и у всех, наверное.

Кстати, я знаю, как нам решить проблему с отрубленными пальцами. – обнадёжил я товарищей. ‒ У нас уже входит в дурную привычку что-нибудь отчекрыжить от себя. Надо всю кисть кавычками покрыть. Их не отрубает.

‒ Правда, ‒ усмехнулся Ли. – Тогда меч мой. А старый пусть Айдар заберёт.

Ли отошёл на пять метров в сторону и рубанул клинком. Яркое пламя пробежало по лезвию. Пальцы китайца остались на месте.

‒ Лучше отдай Егору, – настоял Айдар. ‒ А я заберу копьё. Ты ведь не против?

‒ Нет, так даже лучше. – согласился я. ‒ С моей манией терять руки, пожалуй, это будет лучший вариант.

Так и поступили. Я предложил по дороге заглянуть к крабам, так как в семидесяти километрах обнаруживалось пятно. Я был уверен, что если идти через территорию червей, то за четыре дня мы смогли бы до него добраться.

‒ Пятно небольшое, – сказал я, ‒ поэтому группы ракообразных там не такие огромные. Заодно подзаправимся. За прокладку маршрута ответственный Артём и Айдар. Всё упаковано.

Тележки были готовы к спуску, рюкзаки укомплектованы необходимым на случай неожиданного отступления. Оставлять за спиной надёжный форпост было грустно. Пусть ненадолго, но он стал для нас оплотом спокойствия и синонимом стабильного развития, особенно после отражённого нападения гончих.

Но спорить с солнечной радиацией не было ни малейшего желания. Впрочем, и смысла в этом не было никакого.

Делали мы по двадцать ‒ тридцать километров в день. Даже со всей поклажей мы могли бежать быстрее, но пока не было нужды, поэтому маршрут прокладывался между удобными стоянками. Отдыхали мы всегда на каменных возвышениях.

Чтобы каждый раз не поднимать припасы на вершину, была придумана удобная схема. Для хранения припасов на высоте не менее трёх метров сооружалась точка крепления. Опорой служили метательные стилеты, через которые пробрасывалась верёвка. Для крепления тележек приспособили кости гончих. Мы нарезали колец, соорудив из них замену карабинам. Так, подготовка лагеря занимала считанные минуты. Не более десяти.

Вскоре мы вынуждены были ускориться, потому что нас преследовал старый знакомый ‒гигантский червь. В итоге двигаться мы стали перебежками, по минимуму затрачивая энергию. Память гончих услужливо подбросила нам информацию, что паразиты получают энергию для жизни во время движения. Сила трения нагревает их шкуру, после чего излишки поглощаются паразитом напрямую. Они, как акулы, если остановятся, то умрут. К сожалению, были и исключения ‒гигантские черви. Они каким-то образом формировали энергокристалл. С такой батареей они могли чувствовать себя автономно.

До сих пор было непонятно, каким образом формируется это ядро. Я надеялся, что когда получим в руки тушку паразита-гиганта, то пробел в знаниях будет ликвидирован. А пока мы героически петляли, как зайцы, сбивая со следа преследователей.

Дважды для восстановления силы резонанса на потерянных ранее конечностях мне и Ханю пришлось отбиваться в поле от малых поисковых групп. И даже в этом преуспели. Только цвет татуировок на правой и левой руке разнился ‒ чёрный и тёмно-оливковый.

Судя по всему, только поглощение энергии более развитых тварей способствовало прогрессу способностей. Разница была очевидна. Если оливковый символ выдавал резонанс на глубину в пятнадцать сантиметров, то чёрный едва дотягивал до пяти. Не говоря уже о скорости воздействия.

Но, несмотря на преследование, мы сумели дойти до намеченной точки вовремя ‒ через четыре дня.

‒ У нас на охоту не больше пяти часов, – проинформировал меня Артём. ‒ Чувствуешь, как припекает? Хорошо, что от одежды практически ничего не осталось. И солнечный ожог нам не грозит.

Действительно, мы уже полностью поменяли цвет кожи на кирпичный. Кроме этого, на теле хаотично были расположены тёмно-оливковые пятна, а чёрные татуировки располагались лишь на шее.

‒ Не волнуйся, я уже вижу малую группу на краю тумана, ‒ успокоил я Чжао. ‒ Не больше десяти особей. И их размер меньше тех, что мы видели ранее.

‒ Это хорошо, но как думаешь охотиться? – спросил меня Артём. – Подходить близко не вариант.

‒ Разбиваемся на пары, – озвучил я товарищам свой план. ‒ Хань со мной, Айдар с Ли. Артём на страховке. Подходим на дистанцию броска, гарпуним жертву и бежим в укрытие. В бой не ввязываемся. На безопасном расстоянии добиваем пойманную жертву.

Сказано ‒ сделано. Не норвежские китобои, конечно, но японских браконьеров напоминаем точно. Опять нервничаю, полезли отстранённые мысли.

«Нет, мы напоминаем китайских пиратов. Ли и Хань явно не обрадуются сравнению», ‒ поправил я себя, помня о непростых отношениях между нациями. Японцы довольно сложный народ. У них и с Российской Федерацией нет взаимопонимания.

Мысли хаотично крутились в моей голове, а стилет уже пробил навылет любопытного краба. Хань сильным рывком верёвки сдёрнул с места ракообразного, а потом побежал к нашему временному укрытию. Я в это время страховал его спину.

Такая же операция была проведена другой парой охотников. Погоня не успевала за нами, и это дало мне и Ли возможность остановиться на мгновенье. Дождавшись появления пленников, мы коротко и сильно рубанули в область предполагаемой головы и в обоих случаях удачно: мой меч и топор Ли издали чавкающий звук, таким образом прекратив мучения ракообразных.

Потом мы быстро извлекли стилет и копьё из жертв.

‒ Готовсь! – одновременно крикнули мы с китайцем, после чего повторно метнули орудия отлова. Попали. Подхватив добычу, мы рванули за вновь ускорившимися коллегами.

‒ Перехват! – крикнул я Ханю, забирая конец верёвки свободной рукой.

Справа мой манёвр повторил Ли. Оружие при этом мы успели расположить в ножнах. Айдар умело работал не только с костью, и несколько мгновений спустя он дважды вонзил стилет в загарпуненного краба. Ханю понадобился всего лишь один удар мечом.

На этот раз мы не стали выдёргивать из тел орудия лова, а так и продолжили бежать до самого убежища.

Артёму, который уже ждал нас, в руки прилетели пронзённые крабы.

‒ Крепи! ‒ крикнул я, добегая до каменный скалы.

‒ Есть, ‒ ответил Чжао.

Мы с Ли натянули верёвки, обеспечив все условия для скоростного восхождения. Высота была пять метров, но Хань и Айдар влетели наверх не хуже обезьян.

‒ Тащим! ‒ раздались сверху крики.

Нас не нужно было просить дважды. Одну руку я обмотал верёвкой, второй ‒ крепко прижал краба и начал быстро перебирать ногами. Ли не отставал от меня. В результате на вершине мы оказались одновременно, несмотря на то, что Ли поднимали двое.

‒ Расслабляться рано, ‒ сказал я, пытаясь отдышаться. ‒ Ещё много работы. Латаемся по ходу и добиваем оставшихся. Не высовываемся.

В конечном итоге наш весёлый забег не прошёл без последствий. Оказалось, что Хань бежал с перерубленной ключицей, а у меня был глубокий порез на спине в области правой лопатки. На спине Ли не было живого места, правда, порезы были не глубоки. Единственным, кто не пострадал, был Айдар. Китаец его качественно прикрыл.

‒ Достаём оружие. Едим быстро. Все здоровые занимаются рыбалкой. Головы лишний раз не высовываем.

После того, как я раздал указания, мы наконец-то смогли поесть.

Группа ракообразных на осаду не согласилась. Потеряв ещё одну особь, крабы организованно отступили. Охота, с последующей разделкой и применением добычи в дело, заняла всего два часа. Теперь вся бригада могла выполнять фокус с плазменным мечом. Боевой потенциал разом увеличился в несколько раз.

Мы были рады. Даже порезы, которые болели в течение двух часов, не смогли испортить настроение.

‒ Теперь по прямой до безопасного места. – сказал Артём. ‒ Расстояние ‒ восемьдесят километров. Там за пару недель мы сможем перевести дух.

‒ Как насчёт воды? – спросил я Айдара. – Осталось три литра.

‒ Рядом нет, – уверенно ответил бурят. ‒ Если почувствую, сообщу.

‒ Тогда ходу, Господа, пока наши задницы не прожарили до хрустящей корочки, – подшутил я над товарищами. ‒ Думаю, местная публика оценит сей кулинарный шедевр.

‒ Местная публика готова нас сожрать сырыми, – включился в юмористический баттл Айдар. ‒ Причём с говном.

‒ К сожалению, сейчас данной приправой мы не обладаем, – ответил Артём. ‒ Нас даже с кровью уже не запечь.

‒ Очень смешно, – сказал Ли. ‒ И мы не одни. На концерт ломятся зрители. Много.

‒ Быстрее валим, – коротко подвёл итог Хань.

‒ Пожалуй, не будем дожидаться оваций, уходим по-английски, – сказал я, впрягаясь в тележку вторым номером. ‒ Черви опять нашли нас. Это будут долгие восемьдесят километров.

Глава 11. Цветут цветы.

8 сентября 2023 г. по земному календарю. 12 часов дня. Песчаная равнина. Граница солнечной активности.

Солнечная активность снижалась с каждым пройденным километром. Обувь в конце концов не выдержала интенсивных нагрузок, одежда тоже превратилась в дуршлаг. Мы неслись по песку, на ходу скидывая с себя футболки и остатки цивилизованности.

Смерть в очередной раз наступала нам на пятки. Постоянное присутствие червей на дистанции в два километра выматывало психологически. Ведь возможности отбиться не было совсем. До безопасной зоны требовалось пробежать ещё половину пути. Подмывало бросить тележки и уйти налегке, тогда бы мы легко оторвались от преследователей, но ресурсы в Инферно редки, и их добыча связана со смертельным риском. Поэтому мы с товарищами, сцепив зубы, тащили на себе этот груз. На нашу беду по пути не было туманных зон или каменных равнин, поэтому черви легко и непринуждённо двигались по нашему следу.

Мы не могли бежать быстро, так как осознавали все риски. Нельзя было терять силы, ведь в любой момент нас могли атаковать другие существа. Но иногда мы немного ускорялись, что время от времени давало нам возможность отдышаться и оценить обстановку. Делая короткие остановки на пять ‒ семь минут, мы успевали осмотреться, а также произвести смену носильщика. Кто-то всегда оставался свободным от транспортировки припасов и был готов вступить в бой первым, давая нам время сориентироваться в любой ситуации.

При этом никто не забывал поглядывать по сторонам, прислушиваться, принюхиваться, а также сканировать местность с целью обнаружения агрессивных форм жизни.

В целом пейзаж не впечатлял красотами. Однообразный песок до самого горизонта, изредка разбавленный каменными скалами. Такое же солнце, которое в нашем случае светило в спину. Как мы выяснили, на этой планете было два состояния: или адская жара, вплоть до семисот градусов по Цельсию, что благостно влияло на развитие местных энергетов, или проклятый холод, достигающий аналогичных показателей.

Существование слабых энергетов жизни было возможно только на границе солнечной активности ‒ в зоне возникновения туманных областей. Там же появлялись новые энергеты.

31 августа 2154 г. 12 часов дня. Земля. Военная база «Зона 51». Малый конференц-зал.

‒ Я хочу есть. – сказал я коменданту. ‒ Можно мне супа? Мой метаболизм меняется под действием родной среды. Я смогу ответить на часть вопросов, пока буду обедать. И дам необходимые разъяснения.

‒ Хорошо, – согласился Иванов. ‒ В принципе, мы все можем перекусить. Не хотелось бы терять время на бесполезную беготню.

‒ Тогда я хотел бы начать первым, – отозвался Кохара. – Как, вы говорите, появлялись новые энергеты?

‒ Ооо, да. ‒ отозвался я. ‒ Сейчас прочту вам лекцию. Начну с общих правил жизни на Инферно. Итак, всем управляет энергия. Её можно получить разными способами. Нас интересовало то, откуда она берётся первоначально. Ответ оказался проще, чем мы думали. Как и в случае с Землёй, всё завязано на Солнце.

Солнечный свет является катализатором, он запускает все эволюционные процессы. В плане Огня только три способа зарождения жизни. Во-первых, деление энергета. При этом получается два идентичных организма. Только разум будет один на двоих. Коллективное сознание. Монстры это делают постоянно. Таким образом можно накапливать энергию, не привлекая к себе хищников. А когда её будет необходимое количество, то поглотить за раз, таким образом пробив потолок эволюции, после чего уйти в области повышенного излучения. А может, и сразу превратиться в эрга.

Второй способ ‒ это обмен кодами эргов. Тогда появляются два разных энергета с новым набором кодов. Каждый со своим разумом. Редкое явление. Ещё реже это происходит вне Материнского мира. Слишком много энергии надо набрать. И с одного плана притянуть необходимое количество почти нереально.

Есть и третий, он же основной: под воздействием излучения Материнского мира. Проще говоря, Солнца.

Помните, я говорил про кристаллы? Так вот, они напитываются излучением, а потом наращивают силовое тело. При этом они используют прошлый код либо ориентируются на ближайший. В случае групповых созданий энергокамень синхронизируется с ближайшим сообществом.

О, гороховый, – учуял я угощение. ‒ Обожаю. Пахнет, как будто моя бабушка его приготовила. Мои поздравления, у вас отличный повар.

В этот момент Смит нервно дёрнулся и выразительно посмотрел на коменданта.

‒ Продолжу, – сказал я, ‒ пока несут еду. Факт самопроизвольного образования монстров вскрылся неожиданно. И очень неприятно. А сухариков не будет? И сразу же добавочку приготовьте. И самый главный вопрос: как далеко у вас туалет?

‒ Мы подготовили для вас стандартный утилизатор, – оповестил меня Иванов. ‒ Он стоит в углу. Куб герметичен, прозрачность можно снизить до нуля.

‒ Так та штука типа туалет? Здорово, – искренне порадовался я. – Отвык я уже от цивилизации.

‒ Провести дезинфекцию рук вы можете с помощью того же автомата, – продолжил вводить меня в курс дела Иванов.

‒ Тогда так и сделаю. Опасные микроорганизмы ‒ это очень плохо, – ответил я, морщась от нахлынувших воспоминаний.

«Значит, память продолжает восстанавливаться, ‒ подумал я. ‒ Ещё пара дней и я окончательно освоюсь».

Пока я приводил себя в порядок, в кубе открылась небольшая форточка. Через неё подали три герметичных ёмкости по литру каждая: две с супом, одна ‒ с томатным соком. К этому прилагалась коробка с хлебом и мясной вырезкой.

‒ Спасибо, желаю всем приятного аппетита, – сказал я и принялся за поглощение кулинарных шедевров. ‒ Я пока умолкну. Хочу насладиться едой. Больше века ничего подобного не ел.

Десять минут стояла тишина, изредка прерываемая звуком соударения ложки с пустой тарелкой. В процессе обеда я попросил затемнить стёкла. Дело в том, что для моего организма обычные продукты были подобны соломе в огне. Сгорали быстро, оставляя переработку, от которой следовало избавляться в кратчайшие сроки. В итоге я посетил «уборную» четыре раза. Уровень энергетической наполненности был восстановлен.

‒ Спасибо, ‒ произнёс я, чувствуя, что снова готов рассказывать. ‒ Очень вкусно. Я продолжу, и вы узнаете все подробности. Необходимая база была доведена до вас ранее. И попрошу меня не перебивать.

8 сентября 2023 г. по земному календарю. 14 часов дня. Песчаная равнина. Граница солнечной активности.

‒ Прямо по курсу тридцать объектов! – закричал Артём. ‒ Большие. Свечение яркое. Дистанция ‒ два километра. Что делаем?

‒ Не чувствую вибраций, – сообщил Ли.

‒ Ничего не слышу, – ответил Хань, приложив ухо к песку.

‒ Существа испускают поисковые импульсы, – сказал Артём. – По ощущениям неопасны.

‒ Забираем левее, пройдём по краю, ‒ сказал я. ‒ Нет желания лезть напролом. Дистанция в пятьдесят метров. Не теряем темпа, черви ускорились. Здоровый решил поторопить наше с ним знакомство.

Группа дисциплинированно стала смещаться левее, но паразиты даже не заметили этого манёвра. Они ломанулись к скоплению непонятных объектов.

Проходя мимо, мы смогли лицезреть отвратительные массы плоти. Они были похожи на цветы и беспрестанно шевелились.

И тут произошло странное. Цветы замерли на мгновенье, потом собрались в большие коконы, диаметром не менее метра. На них набросились паразиты, но не успели сожрать всех ‒ объекты взорвались и разлетелись по округе ошмётками. А из развороченной плоти выскользнули новые черви-гиганты в количестве двадцати штук, а остальные проиграли битву, так и не завершив процесс трансформации.

‒ Уходим, скорее, – поторопил меня Артём.

‒ Нет, – ответил я Артёму, ‒ смотри, они жрут друг друга и на нас не реагируют. Вон там главный червь замер и ждёт. Нужно его поймать.

Я быстро раздал указания:

‒ Артём и Ли, тележки на вас. Остальные готовятся. Нужен гарпун и верёвка. Ли, держи мой меч, я возьму плазморез. Хань, палатку захвати, нужно будет разделать нашего червяка. Двигаетесь этим же направлением. Мы вас догоним. Не будем рисковать, сейчас все мелкие паразиты заняты боем, большой один. Такой шанс может больше и не представится.

С нашей последней встречи гигант прибавил. Его двухметровое тело рвануло к нам, он решил не ждать, пока мы подойдём. Но он ошибся. Наша дружная компания тоже перешла на новый уровень, о чём сообщило копьё, легко проткнувшее полметра плоти.

Паразит дёрнулся. Послание ему не понравилось. Сообразив, что нужно отступать, гигант попытался сбежать, чтобы дождаться, пока его армия переработает цветочки-перевёртыши, а после взяться за нас.

Но верёвка просто не дала ему шанса. Пока товарищи держали глиста-переростка, я нарезал его ломтями, как краковскую колбасу. За тридцать секунд мы получили десять частей. Сложив всё в брезент, мы рванули подальше от этой вакханалии и не увидели следующей картины. Оставшись без руководства, мелкие черви стали жрать всё подряд до тех пор, пока не уцелел один из вылупившихся червей. После этого вся весёлая компания собралась в большую кучу, и в течение часа эта копошащаяся тошнотворная масса пульсировала. После этого двинулась в обратную сторону.

Мы не видели, но Артём ощущал, как выделялось огромное количество энергии.

В результате мы получили желанную добычу. Правда, приходилось подрубать пленника каждые десять минут, пока мы не нашли его кристалл. Изолировав его от остального тела, мы спокойно добрались до места назначения.

По доброй традиции, выбрав скалу с плоской вершиной, мы начали обустраивать лагерь, и только подготовив всё необходимое, мы приступили к поглощению памяти червя.

Процесс прошел безболезненно и мгновенно. К имеющемуся рисунку добавился простой круг. Съев за неделю всего гиганта, мы получили золотистый цвет всех татуировок. Только змея на шее оставалась чёрной. Видимо, для её прогресса требовалось что-то иное. Или это её максимум, во что я, конечно, не верил.

15 сентября 2023 года по земному календарю. 13:30. Вторая колония Инферно.

‒ Открываю очередное заседание колонистов, – объявил я. ‒ На повестке дня переход на местное время. Спикер Артём Игоревич Чжао.

‒ Клоун, – Артём посмотрел на меня серьёзно. – Вы, наверняка, почувствовали, что после червя мы перестроились на местный планетарный цикл. Я теперь чувствую период вращения. Надеюсь, я не одинок.

‒ Да, мы все более или менее ощущаем это, – ответил Айдар за всех. ‒ Но как мы будем отсчитывать годы?

‒ А оно тебе надо? ‒ спросил я. ‒ Сейчас необходимо двигаться за кромкой солнечной активности, тогда мы будем находиться в комфортной среде. Так подсказывает память всех нами поглощённых. Здесь самая низкая активность монстров, и нет дикой конкуренции между видами. Из не изученных нами остались только цветы. Они же доплеры.

‒ Доплеры? – переспросил Ли.

‒ Имитаторы, – уточнил Артём. ‒ В естественном виде они не имеют своего кода. Как вирусы. Но, получив информацию о ближайшем монстре, трансформируются в него и пытаются отнять стаю. Вырастают на кристаллах со слабым кодом, которые долго собирали энергию. В результате они переполняются, поэтому лишняя энергия выходит в виде аморфного энергетического каркаса, который в мгновение ока превращается в нужную форму. А ещё есть саламандры, которые обитают в пещерах. Километров пятьсот от нас. И пара созданий, названия которым я не придумал. Со всем этим мы столкнёмся в ходе нашего странствия. Самое главное ‒ соблюдать равновесие. На одном месте не выбивать больше одного лидера и не набирать критическую массу энергии. Это привлекает монстров из высокотемпературных областей. Они чувствуют конкурентов и пытаются их устранять.

У Чжао усвоение памяти было чуть ли не стопроцентное. К сожалению, ни одной дополнительной способности от поглощения червя мы не получили. Усилили всё имеющееся на треть. Расход энергии стал ещё меньше. А резонанс стал бить на тридцать сантиметров вглубь. И не только по органике.

Да, эффективность падала, но зато открывались новые возможности. Дополнительно мы скроили себе жилетки и шорты из оставшейся шкуры червя. Осталось только пробковые шлемы где-то найти, и будем настоящими колонизаторами африканского континента.

‒ Да, чего здесь не любят, так это нарушения равновесия. – поддержал я своего заместителя. ‒ Поэтому необходимо кочевать, пока мы не найдём способа противостоять солнечному свету. Местные это делают с помощью кристалла, но у нас такового не имеется.

‒ Да. Это так. Я проверил. Просканировал каждого звуком. Твёрдых объектов, кроме костей, нет. Уплотнений в них самих тоже нет, – отрапортовал Хань.

‒ Так вот, вы чем занимались, – удивился Айдар. ‒ А я думал, зачем гоняли каждого на осмотр.

‒ Да, не хотели раньше времени обнадёживать, – сказал Артём.

‒ Камень ‒ это ключ? – спросил молчавший до этого Ли. ‒ С помощью него мы сможем попасть домой?

‒ Да. Без него или без его аналога мы здесь застрянем навсегда. Пока самый разумный способ – это поглощение лидеров групп. И чем сильнее они будут, тем вероятнее, что мы получим нужные свойства, – обнадёжил я всех.

‒ В любом случае, всегда можно попытаться вживить кристаллы принудительно, – сказал Артём.

‒ Кстати о вживлении, воды нет, – сказал Хань. ‒ Пора бы нам наведаться в оазис пустыни, а то без воды я чувствую себя беззащитным.

‒ Вообще, об этом я и хотел сказать, – смущённо подал голос Айдар. ‒ Мне просто не хочется идти к той скале. Страх космический просыпается. Судя по всему, там мы и найдём водицу.

‒ Тогда заканчиваем совещаться и выдвигаемся за живительной влагой. – сказал я, вставая. ‒ Только очень осторожно, в полной боевой выкладке. Через пять дней опять выдвигаться, а мы пустые.

Глава 12. Водные процедуры.

15 сентября 2023 года. 15:00 по календарю Земли. Вторая колония Инферно.

Мы подготовили все ёмкости для воды. Оперативный резерв был упакован в рюкзаки, которые претерпели существенную модернизацию со времени прибытия в Инферно. Благодаря каркасу из панциря краба и костей гончих, переносимый груз распределялся равномерно по всей спине. Объём был существенно увеличен за счёт вставок из кожи монстров. Вместо ниток использовались тонкие кожаные ленты. Правда, на создание двух шедевров кустарного производства пришлось потратить три дня.

Попутно Артём овладел профессией закройщика. Хотя и при вживлении крабьей брони в Ли у Чжао осечек не было, а там материала было на порядок меньше. Айдар в очередной раз доказал, что прекрасно работает с костью и другими материалами, а Хань, как оказалось, в юности недолгое время подрабатывал на швейной фабрике. Сей факт всплыл, когда он латал свой рюкзак, – очень уж умело выходило. Остальные три рюкзака были просто отремонтированы с незначительным увеличением объёма переносимого груза.

Проснувшиеся таланты и наличие свободного времени решали проблему отсутствия одежды. Ннеобходимо было только достать материал. Интересно, как бы отреагировали на это монстры? Их истребляют, чтобы прикрыть наготу человека. Скорее всего, они были бы шокированы. Не думаю, что такое понятие, как мода, прижилось бы в Инферно.

Мы взяли одну тележку. Она тоже изменилась: деревянный настил мы заменили на брезентовую ткань, что существенно облегчило конструкцию, а из досок мы сделали колёса. Тут развернулась моя фантазия. И плазменный нож, который оказался очень удобным инструментом. Он легко резал дерево, хитин и кость, правда, без Чжао я бы запорол всё – глазомер не очень. Но благодаря его разметке широкие колёса, набранные из нескольких деревянных круглых срезов и скреплённые костяными шпильками и крабьим панцирем, вышли всем на загляденье. С двумя осями нагрузка при транспортировке упала, и теперь усилие тратилось только на перемещение груза.

Вторая тележка подверглась той же модификации, но её мы оставили на базе. Так сказать, в подвешенном состоянии. Для этого в борта обоих изделий были вкручены костяные кольца.

Серьёзной проблемой оставались верёвки. Две имеющиеся после серьёзных испытаний имели довольно потрёпанный вид. Но другой альтернативы не было. Единственным вариантом было связать верёвки из кожи, но такого количества материала пока не было и в ближайшей перспективе не предвиделось.

Да уж. Обидно было бы, наверное, тварям узнать, что мы их не для обретения силы используем, а на верёвки распускаем. Хотя, это как посмотреть, ведь надёжный тыл – основа прогресса. Так что их невольные жертвы будут не напрасны.

Так, неспешно размышляя, я не переставал мониторить окружающее пространство. Ровное свечение нагретой поверхности в радиусе двух километров действовало умиротворяюще, а лёгкое шуршание песочка под моими босыми стопами вообще настраивало на курортный лад. Как будто гид сейчас начнёт вещать про древние пирамиды, великую культуру и невежественных французов, отстреливших нос любителю загадок. Сфинксу то есть.

Конечно, подобные измышления не лишены смысла, ведь до прихода крестоносцев в арабский мир там происходила культурная и научная революция. Да что там говорить, архитектурные решения восточных империй произвели эффект взорвавшейся бомбы в невежественной Европе.

"Стоп, – подумал я, – что за поток ненужных воспоминаний?" Я занервничал. С чего бы? Рядом нет врага, движение я не отслеживаю, остальные тоже были спокойны. Не слышат, не ощущают. Или нет? Возможно, тоже ждут, что кто-то озвучит непонятную тревогу.

– Ли, ты не ощущаешь ничего подозрительного вокруг? – спросил я китайца.

– Нет, – ответил Ли. – Но тревожно. Будто смотрят. Недобро.

– Айдар? – продолжил я блиц-опрос.

– Я вообще на гране паники, – пожаловался Айдар. – Вода в километре отсюда. За той скалой. Когда я её не вижу, мне просто хочется исчезнуть поскорее от источника угрозы.

Это всё? – не отставал я от него. – Может, что-то унюхал?

– Пока нет, – сообщил Айдар. – Если получится – сообщу.

– Хань, что слышно? – тихо спросил я. – Нет ли угрозы поблизости?

Китаец прислушался.

– Ты знаешь, – сказал он, – смутное ощущение, что песок скрипит не как обычно.

– А именно? – уточнил я.

– Как будто кто-то из нас тяжелее, чем на самом деле. И скрип шага немного громче. И звуковое колебание идёт неоднородно, – сморщился Хань.

– Артём, – шёпотом обратился я к заместителю, – нет ли посторонних энергетических выбросов в округе?

– Это странно, но вообще нет никаких колебаний. – ответил мне Чжао. – Даже фоновых. Теперь я понял, что меня напрягало.

– Понял, – сказал я и быстро начал раздавать указания. – Внимание всем. Боевая готовность. Не суетимся. Идём как раньше. Не даём понять, что ждём нападения.

Было очень трудно сдержаться и не перейти на бег, но мы с этим справились.

Некоторое время спустя перед нами внезапно открылась восхитительная картина! В ложбине между скалой и большим барханом удобно расположилась каменная чаша, диаметр котрой был метров пятьдесят. Она была образована застывшей лавой и внутри неё была вода. На берегу находилась рыба. Варёная.

– Кто заказывал самую большую уху?! – Айдар с радостным воплем бежал к озеру, скидывая при этом одежду от местного производителя.

– Петров, стоять! – остановил я его. – Вернулся в строй. Теперь не боишься воды? – спросил я бурята.

– Точно, – повинился Айдар. – Что-то накатило изнутри. Прям захотелось съесть всё на берегу.

– Оружие наголо! – скомандовал я. – Держать строй! Не верю, что такие сокровища не охраняются. Очень похоже на ловушку.

Мы быстро ощетинились клинками. Артём двигался в центре каре, двигая телегу. Ничего не произошло.

Разбираем рыбу, белую акулу не рубить. Понесём целиком. – приказал я. – Хочу из неё комбинезончик сварганить. Есть у меня задумка. Артём, займись водой. Я и Ли на страже.

– Принято, – ответила бригада.

Тут же закрутилась деловая суета. Час понадобился на заполнение всех ёмкостей, ещё два – для проверки озера. В итоге мы стали богаче на двадцать килограмм варёной рыбы и два куска металла, один из которых был пять килограмм, другой – два.

Позже было решено всё-таки разделать акулу, так как она была огромная. Я занялся этим лично: разрезал тушку четырёхметрового гиганта от хвоста до пасти и начал её потрошить. Внутренности рыбы запеклись от высокой температуры, поэтому не составило труда отделить мясо от шкуры, которую я положил в тележку, предварительно свернув пополотнее. А потом, уже поверх неё, мы уложили ёмкости с солёной водой. Часть соли, выпавшей осадком на берегу, мы тоже набрали в большом количестве, тем более что она была кусковая.

Саму тушу акулы мы разделили на части: что-то распределили по рюкзакам, а что-то положили в тележку. Тем не менее оставшуюся треть пришлось нести на брезенте, который предусмотрительно взяли с собой.

– Артём, нужно будет продумать, как присобачить рукава к моему будущему костюму, – я усиленно жестикулировал метательным стилетом. – Ведь все нити из шкур скорее всего испарятся в процессе обработки.

– Нужно подумать, – ответил вынырнувший из воды Чжао. – Ответ скорее всего проще, чем мы нафантазировали.

– Хорошо, – блаженно улыбался Ли. – Давно мечтал поплавать в море.

– Прям курорт. – поддержал Айдар. – Как будто на мёртвом море.

– И что, совсем не страшно? – спросил я бурята,

– Не-а, – ответил Айдар. – Только когда не вижу воду, то кошки на душе скребут. А так вообще побоку.

– Как ты там, Хань? – поинтересовался Артём у китайца. – Хороша рыбка?

– Нормально, – ответил Хань. – Правда, потянуло в кусты. Ну, за скалу в смысле.

– Я тоже пойду. Составлю компанию, – сказал Ли, выбираясь на берег.

– Оставь, сам справлюсь, – Хань уверенно направлялся по очень серьёзным делам.

Выждав ровно тридцать секунд, мы рванули следом. Ли подхватил свой томагавк, я сцапал нож. Артём и Айдар обходили скалу с другой стороны.

Вовремя. Как мы и думали: никто не оставит золотую жилу без присмотра. Правда, охотники просчитались. Одно человекоподобное существо лежало со сплющенным черепом, второе – активно наседало на китайца, орудуя тремя целыми лапами; третья тварь была переломана и болталась плетью, а четвёртая двухметровая тварь, затаилась и ждала удобного момента. Например, когда Хань повернётся к ней спиной.

Если бы не нервные подёргивания глаз, я бы не определил его местоположение. Благодаря адреналиновому выбросу даже микродвижения для меня были подобны маяку в ночи. За полсекунды до прыжка я, прицелившись в голову затаившегося монстра, отправил импульсом метательный стилет и попал. Остриё пробило глаз, вошло в глазницу, но чудище при этом не убило.

В это время Хань прорвался в клинч со вторым йети. Немного подпрыгнув, китаец взял его на тайский захват. Уперев локти в грудь монстру, он резко произвёл скрутку. Противник ожидаемо упал и лишился подвижности ещё двух рук. Резкие добивающие удары ногой по суставам не оставляли шанса на сопротивление, а контрольный в голову прекратил существование монстра.

Подраненный мной йети, покачиваясь, встал и собрался свалить в закат, только два метательных клинка от Айдара не дали ему разогнаться. Они не пробили шкуру, но сбили его с шага, поэтому топор Ли беспрепятственно проломил череп монстра.

Китаец на этом не остановился. На огромной скорости он взлетел на уступ. Высота прыжка была впечатляющая: два метра. Мгновенно преодолев оставшиеся два метра, он забрался на вершину скалы. Сначала он исчез на пару секунд, а потом свалился с четырёхметровой высоты в обнимку с четвёртым монстром. Он ничем не уступал погибшим, но был всего полтора метра ростом. Фирменный удар Ханя в голову упокоил очередного йети.

– Так и знал, что здесь что-то нечисто, – сказал я. – Хань, тебе придётся заняться нашей подготовкой. Впечатляет.

– Китайская полицейская академия, – ответил Хань. – Пять лет. Ещё три года службы. Потом пришлось уехать в Россию. Почему – не помню. Думаю, время есть подтянуть ваши знания.

– Заодно расскажешь, что такое полиция, – ответил я китайцу. – Берём этих и тащим к озеру.

– Только дайте мне минуту. – попросил Хань. – А то я ведь действительно по делу решил отойти.

Да не вопрос, – улыбнулся Айдар. – Хоть всё здесь преврати в отхожее место, теперь некому предъявить претензии. Только жрать их странновато. Как люди выглядят.

– Да нет, это обезьяны, – успокоил его Артём. – Не видишь что ли? Так что расслабься. Давайте с памятью поработаем. Не отходя от источника. Да и пикник можно продолжить. Думаю на пару дней можно остаться. Перевести дух. Потом опять галопом бежать сто пятьдесят километров до следующей точки. Пока солнышко не пропекло нас.

– Здравая мысль. – согласился я. – Здесь теперь безопасно. Да и припасов немерено, как раз и подчистим. Остальные не против?

– Только за, – поддержал Айдар. – Когда такой оазис ещё найдём?

– Я за, – спокойно согласился Ли.

– Я тоже, – ответил вернувшийся Хань.

– Тогда давайте пировать! – радостно закричал Айдар. – Доставай всю акулятину и рыбу! Зарядимся по полной.

17 сентября 2023 года по земному календарю. Лавовое озеро.

– А я говорю тебе, выдержит. – подначивал меня Айдар. – Давай тогда на хвосте испытаем. Там не просто кожа. Там костяные наросты. То, что нужно.

– Если потеряем материал, то другого такого не найдём, – упирался я.

– Да не переживай, я тебе говорю, – успокаивал бурят.

– Мне бы не хотелось, чтобы мои труды пропали. Я массу усилий вложил, – возмутился Артём.

– Ладно, давай по чуть-чуть, – согласился наш оружейный мастер.

Мы в очередной раз забросили в каменную яму потроха йети и вылили воду. Процесс был запущен. Закинув килограмм акульего мяса, мы следом зашвырнули её плавник. Серая жижа впиталась в кожу, напрочь уничтожив верхний слой. Дальше масса не прошла, но и полностью не исчезла.

Айдар ткнул копьём в оставшуюся жижу: она равномерно растеклась по острию.

– Даже затачивать не придётся, – сказал Айдар. – Замечательно. В общем, один к одному пропорция. Теперь доволен. Видишь, лишнее останется. А акульего мяса ещё полно. В пути его есть не вариант, только останавливаться будем каждые пять минут. Поэтому всё в расход. Потрохов йети тоже полно. Мы только одного съели. Остальное – отличный запас. Даже с избытком.

Ладно, хватит тянуть, – согласился я, скрепя сердце. – Вы, вон, уже все при костюмчиках.

Действительно, товарищи уже изготовили себе отличные комбинезоны. Всё оказалась просто: сделав надрез в области головы, мы удаляли всё лишнее, а потом просто влезали в получившийся комбинезон. Прямо друг на друге разметили, подрезали, а после каждый сам обработал шкуру от лишней плоти слабым резонансом и сшил подготовленными отрезками кожи. Правда, разрезать кожу получалось только плазмой, поэтому не обошлось без ожогов. Легче было с отверстиями для швов, метательные стилеты вполне справлялись. Правда, на максимуме импульса.

В итоге процессы усвоения памяти йети, подготовки амуниции, улучшения способностей, поглощения энергии и заживления рад проходили одновременно. Знак хранения памяти дополнился тремя серебряными точками, они образовывали маленький треугольник и располагались внутри основного знака.

Я всё это время кроил свой супергеройский костюм. Он получился свободным, но при этом не мешал двигаться. Рукава были три четверти, позже я планировал соединить их с другой частью. Отверстия для этого я проковырял заранее. На остальное материала хватило впритык.

В последний раз проверив, что свёрток надёжно замотан и внутренняя часть не пострадает, я скомандовал:

– Закидываем пять килограмм мяса, столько же требухи и поджигаем! – скомандовал я.

Быстро сделав требуемое, Айдар вылил воду. Масса закипела, и образовалась серая жижа.

– Ну, с богом, – выдохнул я и окунул заготовку в яму.

Жидкость быстро впиталась в поверхность комбинезона.

– Переворачиваю, – продолжал я, комментируя процесс.

Обратная сторона заготовки так же впитала сероватую жижу.

– Остались рукава, – сказал я. – Отлично. Я бы даже сказал, идеально. Даже ещё осталось.

– Фу-у-х, – выдохнули все товарищи. Было видно, что они волновались за результат не меньше моего.

Я собрал остатки жидкости метательным стилетом и сказал:

– Всё в порядке. Пойду соберу конструктор.

Тут и пригодилось железо. Под действием резонанса оно плыло, принимая необходимые формы. Таким образом я приклепал все части костюма друг к другу и попутно изготовил пуговицы. В общем, за пять часов справился. Искупавшись напоследок, мы совершено бесшумно покинули гостеприимное озеро.

Теперь мы знали, что гончие способны менять свой внешний вид, выбирая свой путь эволюции. Только поэтому мы полностью усвоили знания уничтоженных нами особей. Бонусом стала способность поглощать вибрации. Использовался специальный знак, который мы нанесли на стопы. Радиус действия был небольшой – сантиметров тридцать, но в результате мы избавили себя от опасности быть обнаруженными червями.

Особенным призом стали три больших энергокамня и один средний. Они поглощали солнечный свет, а при воздействии резонансом испускали накопленную энергию. Ни один кристалл до этого не реагировал подобным образом, а теперь у нас была батарейка на период длительной осады.

Я окинул взглядом нашу группу, полностью одетую в серые комбинезоны. У нас было отличное оружие и почти все необходимые способности для выживания в пограничной зоне, если исходить из собранных знаний. Знаки в очередной раз усилились, изменив цвет на серебристый. Дополнительно каждый получил слепки тепловых следов монстров.

На моём лице появилась улыбка. А всё не так уж и плохо на сегодняшний день. Не хватает только сигарет.

"Интересно, – подумал я, – что за зверь такой? Помню, что жутко опасный, но нужный. Без него нет перерыва в работе".

– Движемся на базу, – сказал я, – забираем всё и на третью точку!

Глава 13. Зёрна сомнений.

31 августа 2154 года. 14:00. Земля. Военная база "Зона 51". Малый конференц-зал.

– Готов ответить на все ваши вопросы, – вынырнул я из потока воспоминаний. – Мне необходимо понимание, что я доношу до вас информацию в правильном ключе.

– Я начну, – безжалостно опередил японца Смит. – Начну по порядку. Во-первых, на какой планете солнечной системы вы были? Во-вторых, объясните механизм взаимодействия тканей человека с органикой обитателей Инферно. Не было ли случаев отторжения? Или заражения вживлёнными частями и способностями монстров? В-третьих, непонятен механизм взаимодействия с энергокристаллами. Есть нестыковки. В показаниях вы сообщаете об использовании плазменного кристалла и солнечного, но при этом утверждаете, что только с солнечным энергокамнем можете работать. В-четвёртых, что вы можете сказать о взаимодействии в группе? Люди не предъявляли вам претензий по поводу лидерства? И ситуации в целом. В-пятых, как классифицируются обитатели Инферно? Два разных по антропометрии вида Вы называете одним. Как такое возможно? Пока это основные вопросы с моей стороны. – закончил Смит.

– Хорошо. – сказал я. – Отвечу подробно. Первое. Скорее всего, по земной классификации Инферно называется Меркурием. Очень уж похожи астрономические показатели оборота вокруг Солнца. Ещё температурные режимы. Но могу ошибаться, так как не силён в этом. Ваши эксперты, скорее всего, уже подтвердили, а может, опровергли мои умозаключения.

Второе. План жизни устойчив к внешним воздействиям, потому что особое излучение поддерживает в балансе все процессы. При этом объединяются энергии всех планов. В каком-то роде животный мир Земли близок к состоянию эргов. На уровне взаимодействий энергетического тела, конечно. Только неосознанно, исключительно за счёт безусловных рефлексов. В результате мы получаем способность ассимилировать энергию плана. В данном случае Огня. Но сделать это напрямую не получится – нет органов для этого.

В нашем случае помог план Воды. При взаимодействии с силовым телом обитателей Инферно получалась чистая энергия Огня. При этом Вода уходила в свой план, а мы просто использовали готовый сгусток энергии для необходимых изменений организма. Ассимилировали через внедрение в тело. Поначалу случайно, с выгоранием обширных областей ткани и значительными болевыми ощущениями. Но появление регенеративных возможностей за счёт переработанной энергии свели к минимуму последствия необдуманных действий.

Трансформация не являлась прямым внедрением чужеродных тканей, потому отторжения не происходило. И заражения тоже. Способности появлялись самостоятельно, мы почти не контролировали процесс. Возможно, были случаи отторжения, но отследить их мы были не в состоянии. Считаю, что без соответствующих органов способность просто невозможно привить.

Альтернативным способом применения ассимиляции стало использование взаимодействия тканей и кости человека/животного после обработки энергией Огня. В этом случае требовалась точная дозировка. При избытке мягкие ткани просто превращались в жидкость, стремящуюся к воссоединению с костной тканью энергета Жизни. Мы применяли этот эффект для укрепления человеческой кости. Она способна выдержать больший объём энергетического воздействия. Предела мы не обнаружили. Как вы понимаете, количество подобного материала вначале было ограничено, а после не возникало необходимости, – закончил я по второму вопросу.

Когда я отвечал, у меня волосы встали дыбом. Во всех местах. В голове стали возникать весёлые картинки: некроз тканей, сепсис, отторжение и другие малоприятные вещи. Хорошо, что мы об этом не задумывались во время нашего долгого путешествия. Правду говорят: знание умножает печаль.

– Третье, – продолжил я. – Наверное, я оговорился. Полноценное взаимодействие, а именно зарядку, разрядку и использование, мы осуществляли только с солнечными камнями. Они есть у гончих и доплеров. А вот пропустить необходимую энергию через своё тело можно было с помощью любого энергокристалла. При этом энергия не выходит за пределы организма. Оружие также является частью тела, особенно если вспомнить, из чего мы его делали. Правда, без нужной защиты затея опасная. Что и показал эксперимент с плазменными клинками. Пальцы отлетали на раз.

Четвёртое. При переносе в Инферно мы лишились всех личных воспоминаний. Скорее всего, это связано с энергией. Ведь всё, что её имело, было разряжено в ноль. Мы тоже себя почувствовали опустошенными, а психическая энергия способна на многое. Даже проводились эксперименты, где лазерные лучи отклоняют исключительно силой мысли. То есть своим желанием. При этом мысль – это набор электрических импульсов в мозгу. Невозможно представить, сколько энергии вырабатывают воспоминания о друзьях, родителях, подругах, жёнах, детях, – перечислял я, с каждым словом говоря всё тише.

В голову ворвался яростный вихрь. Он ломал моё спокойствие. Впервые за сотню лет я перестал контролировать окружающее пространство.

Всплывали образы отца. Пётр Иванович Самойников – военный пенсионер. Учил меня быть стойким и хитрым, не доверять случайностям и мутным людям.

Моя мама – Инесса Фёдоровна Самойникова – учитель начальных классов. Только её терпение и старание позволили мне вырасти образованным человеком. Трудно постигать науку, меняя уклад жизни раз в два года. Но вместе мы справились.

Лилия – моя младшая сестра. Сильно младшая. Десять лет разницы навсегда разделили нас. Мы, конечно, помогали друг другу, поздравляли с днём рождения, собирались с родителями, но по-настоящему близкими не стали.

Надежда – моя жена. Бывшая. Так вышло. До сих пор не могу сформулировать причину развода. Просто в один день меня поставили перед фактом. Скорее всего, виновата моя холодность. Какая-то моя отстранённость что ли... В начале наших отношений это придавало таинственного шарма, а после шести лет брака стало раздражать супругу. Ещё эта моя холодная агрессия в общении с ненадёжными людьми. По большей части – с её подругами.

И главное – Яна и Игорь. Близнецы. Мои дети. Развод не сказался на нашем с ними общении. Жена у меня не была глупой, поэтому разошлись миром. Имущество не делили, всем досталось комфортное жильё, алименты я платил исправно. Сам же и настоял на этом, чтобы не было соблазнов вильнуть в сторону.

Многочисленные мои подруги промелькнули перед глазами, не вызвав бурных эмоций.

– Всё пропустил, – тихо простонал я. Боль физическая отступила, но душевная вошла раскалённым ножом в сердце.

– С вами всё в порядке? – прорвался сквозь шум в голове вопрос коменданта.

– Да. Нет. Не знаю. Мне нужен перерыв. Дайте мне пару часов, – попросил я. – Сейчас я не в состоянии адекватно ответить вам. Сделайте куб непрозрачным. Я посижу здесь.

Чтобы вернуть спокойствие, понадобилось полтора часа. Я прогнал через память все воспоминания о своей земной жизни. Все важные воспоминания. например, о семье. Вспомнил дедов и бабушек, с которыми общался редко, всё больше по телефону. Когда я был маленьким, мы постоянно переезжали, а потом они не стали мне близкими. И у родителей с ними были отнюдь не радостные отношения. Друзей у меня не было, сплошные приятели. Слишком сложный характер.

В конце концов информация, выводящая меня из равновесия, была обработана, усвоена и перестала отвлекать.

"Нет времени на переживания, – сказал я себе. – Да и поздно уже. Ни на что не повлияет".

Ещё полчаса помедитировал, а потом решил, что пора. Я услышал, что они снова собрались.

– Можно чего-нибудь перекусить? Бутербродов с кофе. Бутербродов побольше. – попросил я. – Пообедаю, пока буду отвечать.

– Да, конечно, сейчас организуем. У нас есть возможность провести встречу с вашими родственниками, – сказал Иванов и посмотрел на меня выжидающе.

– Не нужно, – ответил я коменданту. – Это сейчас неважно. Просто предоставьте мне информацию о них. И после того, как я помогу вам, обеспечьте им адекватное денежное вознаграждение. Что сейчас в ходу? Рубли, доллары, евро?

– Кредиты. Но это не главное. Мы услышали. При полезном сотрудничестве их статус будет повышен. А насколько, это уже будет от вас зависеть, – нейтрально ответил Смит. Так ему показалось.

Я смог уловить участившуюся вибрацию его сердца. Радость! Найдена точка давления. Нет, дорогой. Так я играть не буду.

– Вы не поняли меня, – сказал я. – Моя помощь будет стоить вам корабля, на котором я прибыл на Землю. Это не обсуждается. Тем более что использовать его вы не сможете. Излучение объекта стимулирует бесконтрольное деление клеток, при котором выделяется огромное количество тепловой энергии. Ни один организм Земли не сможет это выдержать, поэтому управлять им у вас не получится. Мне он необходим для того, чтобы забрать своих товарищей на Землю. Защитить моих потомков от всех, повторяю, всех угроз и пройти эволюцию.

Помолчав, я добавил:

– И да, нужны девушки. Исключительно добровольцы. Восемь штук. Для создания энергетической ячейки общества. В подарок – вечная молодость.

Я закончил говорить. В зале стояла звенящая тишина.

– Я не уполномочен решать такие вопросы, – в голосе агента уже отчётливо слышалась угроза.

– Вот теперь узнаю старый-добрый дух ЦРУ. Кстати, где мои бутерброды? Можете не добавлять в них ничего, все химические стимуляторы и сыворотка правды мной нейтрализованы. Не спешите активировать усыпляющий газ, его составляющие в кубе я хорошо чувствую, – продолжил я доносить свою мысль до окружающих. – Моя готовность сотрудничать и честность основаны исключительно на желании обезопасить Землю. Поэтому передайте ответственному за принятие решений мои слова. Я не смогу противостоять угрозе в одиночку, мои товарищи помогут без проблем. Особенно при наличии такого аргумента, как космический корабль.

– Вы не в том положении, чтобы нам диктовать свои условия, – жёстко осадил меня Смит.

– Нет, это вы не в том положении. Я не торгуюсь, – ответил я, вставая.

Подойдя к затемнённому стеклу куба, я приложил руки и посмотрел в сторону агента. Рядом с ним остановилась девушка в форме, держа в руках ёмкость с кофе и бокс с сэндвичами.

Взяв в руки нож, я подал краткий импульс. Острие привычно вспыхнуло плазмой. Быстрое движение – и преграда устранена. Один рывок – и кофе с бутербродами у меня в руках.

Надо отдать должное всем присутствующим: никто в зале не издал ни звука. Даже ошарашенная девушка.

– Отличная выучка, – нарушил молчание я. – Спасибо за угощение. Очень вкусно. И вообще, сколько можно меня держать в клетке, словно зверушку. Теперь я готов общаться.

Всё это я произнёс сидя на полу. Одной рукой я держал бутерброд, а второй заряжал батарею АИК-19. Управившись за пару секунд, я вставил её обратно. Магазин я присоединил заранее.

– Продолжим с четвёртого вопроса, – начал я.

– Вернитесь на место, – требовательно произнёс Смит.

– Я думаю, это не имеет смысла. – прервал агента Иванов. – Стражи не реагируют на ситуацию. Думаю, наш ГОСТЬ обесточил заряд батареи в экзоскелетах. Я ведь прав?

– С вами приятно работать, – ответил я соотечественнику, – прошу прошения за дешёвый балаган. Времена меняются, а методы остаются. Могу я всё-таки продолжить?

– Да. Будьте добры. – уже спокойно ответил Смит. – Ваш запрос направлен в головной офис бюро. Пока он рассматривается, мы успеем закончить первичный опрос.

– Спасибо, – ответил я. – Так вот. Кратко по взаимоотношениям в коллективе. При появлении в Инферно я был руководителем бригады. Это сыграло основную роль после утери личных воспоминаний. Отсюда и отсутствие претензий. Дальнейшие решения оказывались правильными, несмотря на риски, поэтому меня поддерживали. Позже главенство в группе перешло к Чжао. Исключение составляли боевые столкновения, в этих случаях моё первенство не оспаривалось. И вообще, странно выяснять, кто главнее, когда тебя могут сожрать в любой момент. Или когда ты можешь сгореть от солнечной радиации. В общем, глупости.

И, наконец, по пятому вопросу. Нет точной классификации видов в Инферно. Есть направления: по источникам поддержания баланса энергии, типам её расщепления и способам поглощения. Основными исходниками для всех видов являются гончие, крабы, черви, змеи и саламандры. Есть более редкие: пауки и птеродактили. Последние почти не дают изменений, слишком специфичны. Правда йети как раз производная союза гончей и паука. Вернее, результат поглощения паука гончей. Наверное, видов много, но наши возможности были ограничены, поэтому бестиарий у нас неполный.

Я вынужден был прерваться.

– Я вас покину. – сказал я. – Естественные нужды. Сделаем перерыв на сегодня. Продолжим после получения договора с условиями сделки. Прошу меня простить. И кстати, запишите испорченное оборудование на мой счёт.

Глава 14. Ростки взаимодействия.

31 августа 2154 года. 16:26. Земля. Военная база «Зона 51». Малый конференц-зал.

– Дело было вечером, делать было нечего, – задумчиво произнёс я. – Пожалуй, пойду к себе. Провожать не надо.

– Мы ещё не закончили, – спокойно ответил мне Смит.

– Это исключительно ваши проблемы. – парировал я нападки агента СПБ. Стоило расслабиться, как правила игры поменялись. – К вашему сведению, я могу уйти отсюда в любой момент. И не совершил подобное только из вежливости. Вообще, где ваша толерантность к коренным народам Северной Америки? Я подумываю о смене контактной группы. Может, найду кого-нибудь из арабского мира, у них гость неприкосновенен. Да и торговаться они умеют на порядок лучше. Восток – дело тонкое. Хау, бледнолицый, я всё сказал, – я уже откровенно потешался.

– Пожалуй, вы правы, – уверенно сказал Иванов. – Я направлю запрос. У меня даже есть кандидат. Вам понравится.

Тон общения снова вернулся к первоначальному. Неудивительно, ведь моя энергетика восстановилась и снова стала давить на окружающих. Минутная расслабленность уничтожила всю проделанную работу. Теперь придётся говорить с позиции силы. Уверен, что это не лучший выход, но по-другому мои планы не реализовать.

– Надеюсь, меня не оберут до нитки. – спокойно и размерено вещал я. – Я не собираюсь требовать награды для себя. Хочу лишь вернуть своё – космический корабль. Ну, и хотелось бы немного улучшить жизнь моих родственников. Думаю, это достойная плата за уничтожение угрозы планетарного масштаба. И с этого момента я – гость, до комнаты дойду сам. Если не трудно, закиньте туда армейских пайков на пять дней. Общаться буду через средства коммуникации. Камер и жучков там достаточно. А все эти эксперты здесь для красоты. Информацию, переданную ранее, можете считать жестом доброй воли. Ну, или рекламной акцией.

– Принято. Будет учтено при составлении соглашения сторон, – довольно улыбнулся комендант. – Пока можете отдыхать. Новый специалист прибудет уже с договором.

– Спасибо за понимание. Трудный день. Вашей вины по большому счёту нет, вы должны были попытаться. Но продолжать не стоит. Я готов сотрудничать на выгодных условиях. В первую очередь – для вас. И про девушек я не врал. Если поможете, отблагодарю. Вам понравится, – разбавил общение пряником. Личная заинтересованность в процессе никогда не бывает лишней.

Да, похоже, я соскучился по общению. Растрещался как сорока. Ну, и хорошо. Пусть пока думают, а мне и правда нужно отдохнуть и поразмыслить о дальнейшем разговоре. Не всё необходимо рассказывать, требуется сохранить пару-тройку козырей. Я, конечно, уверен, что уйду в любой момент, только в масштабах целой планеты мне нечего противопоставить. А сбежать обратно смогу не раньше, чем через неделю. За это время мне нужно получить доступ к кораблю. Без лишних жертв.

На базе я ориентировался без проблем. Путь проходил мимо столовой. А почему, собственно, мимо? Зайду и осмотрюсь. Открыв двустворчатую дверь, я очутился в царстве высоких технологий. С потолка лился мягкий точечный свет, и благодаря сенсорам освещались только занятые столы.

Я подошёл к одному из них. Он был сделан из прочного пластика. С формой дизайнеры явно постарались: на первый взгляд это был овал два метра в длину и полтора в ширину, но линии были не плавные, а рубленые. Спорное решение.

Так я думал, пока не занял одну из граней. В ту же секунду прямо передо мной появился экран.

– Интересное кино, – обратился я к мигающему изображению. – И что ты мне покажешь?

– Ничего, кроме приветствия, краснокожий, – ответил мне двухметровый бугай. – Ты не определился для него пользователем. Если хочешь чего-нибудь перекусить, придётся воспользоваться пайками. Они вон там, у дальней стены, на стойке.

Действительно, искомое было у выкрашенной в бирюзовый цвет стены. Там притаилась стандартная для всех столовых мира конструкция: стойка раздачи. Но салатиков, плова и булочек я там не увидел, были лишь ровные кирпичи упаковок сухого пайка разного цвета и с непонятной маркировкой.

– Что посоветуете? – поинтересовался я у занятной парочки. Я не сразу узнал в них стражников, которым совсем недавно испортил костюмы.

Компанию моему спасителю составляла такая же габаритная дамочка. И пусть ростом она уступала ему только на пару сантиметров, на мощи это не сказалось.

– Бери жёлтый комплект, – именно девушка ответила на мой вопрос. – Там бобовые. Гороховый суп, чечевичная каша и котлеты. Нутовые. Тебе же нравится.

– Спасибо, с удовольствием последую вашей рекомендации, – вежливо ответил я.

Путь до раздачи был недолгим, столовая была небольшая, метров тридцать. Всего десяток столов, явно не для рядового персонала.

– Прошу прощения за костюмы, – извинился я искренне . – По-другому никак не получалось. Было бы только хуже. Надеюсь, у вас не будет проблем?

– Нет, – ответил бугай, – запасные батареи доставят через пять часов. Могли бы взять из резерва, но мы командированные. Так можно только в случае нападения. Ты же не собираешься нападать?

– Надеюсь, необходимости не возникнет. Боже, как вкусно, – восхитился я, поглощая наваристый суп.

– Как мало человеку надо, – засмеялась девушка. – Это дежурный паёк на случай отказа электроники или срочного боевого дежурства. Так-то здесь готовят из натуральных продуктов. Только допуск к такой еде есть не у всех.

– Я не ощущаю разницы, – возразил я. – Нет синтетических компонентов и заменителей жиров.

– Это еда из синтезатора, – брезгливо поморщилась она. – Её делают из водорослей и очищенных биологических отходов.

– А, то есть всё дело в эстетической стороне вопроса? – поинтересовался я. – Кстати, голод на планете победили? С такими технологиями это не очень трудно.

– Да. – коротко ответил парень. – Полностью. Только всё равно недовольных полно.

– Да ладно. А чего так? – поинтересовался я. – Вкусно же. И, судя по ощущениям, никаких побочных эффектов.

– Сторона вопроса эстетическая и этическая, – уточнил бугай. – Всё биологическое сырьё идёт в переработку. Люди тоже.

– Интересное решение, – ответил я. – Многие проблемы снимает. Единственные, наверное, кто недоволен, – это похоронные агентства.

– Уже нет, – ответил бугай. – Исчезли двадцать лет назад. Церковники и натуралисты в последнее время поднимают вой. Забыли, как глотки друг другу рвали за плодородную землю. Хорошо хоть смогли приспособить технику пришельцев. Сейчас бы каннибализмом занимались.

– Что, так плохо было? – я аккуратно пытался его разговорить.

– Да, – казалось, парень охотно поддерживал беседу. – В результате хаоса и военных действий в течение двадцати лет количество запасов пресной воды сократилось вдвое, а плодородных земель – на треть. Ещё немного и скатились бы в тёмные века. Но благодаря объединённой группе учёных и военных из Китая, Израиля, России и Индии были изучены некоторые технологии пришельцев. В частности, система регенерации боевых костюмов. По сути, это синтезатор органического материала, который расщепляет любое биологическое сырьё и синтезирует в необходимые углеродные цепи. Только расход энергии велик. Но и эту проблему обошли. Пища из растений требует минимума энергии. Поэтому сбылась мечта целого просвещённого поколения: почти вся планета – веганы. Правда, без индийцев здесь не обошлось.

"Какой образованный у меня надзиратель, даже страшно", – подумал я, но всё же продолжил свою игру.

– Вмонтируют тебе в голову имплантат, тоже будешь умным, – буркнул бугай.

– Именно, – поддакнула девица и продемонстрировала металлический разъём на затылке. – Когда ты нас обесточил, я думала, что сдохла.

– Ещё раз приношу свои извинения и в качестве жеста доброй воли собираюсь вас угостить. Есть связь с комендантом?

– Всегда. – ответил бугай. – Вывожу на общий канал.

На столе вспыхнул экран.

– Иванов на связи, – ответил комендант.

– Ещё раз приветствую, – обратился я к Иванову. – Готов загладить свою вину. Можно угостить операторов боевых костюмов чем-нибудь натуральным? Откройте им доступ на один раз, а я заряжу батареи экзоскелета. А то неловко вышло.

– Не проблема. Сделано. – сообщил Иванов. – Скафандры в течение десяти минут доставят в холл перед столовой. Кстати, ваш новый куратор, Бен-Гур, уже вылетел и прибудет через пять часов.

– Да вы стебётесь что ли? Реально Бен-Гур? – переспросил я.

– Ну, это стандартное имя старших оперативных агентов израильского отдела СПБ, – совершено серьёзно ответил мне Иванов.

– Тогда ладно, – ответил я. – Жду. Спасибо за обед.

Пока я говорил с комендантом, парочка гигантов увлечённо изучала меню. Хорошо. Посещу уборную и отведаю чего-нибудь из фасоли и грибов. Соскучился неимоверно.

– Какова сейчас численность населения планеты? – решил я уточнить этот вопрос у девушки.

– Семь миллиардов восемьсот миллионов триста двадцать восемь тысяч сто пятьдесят восемь человек, – отстранённо ответила мне девица.

– Хорошо, – ответил я. – Резерв есть. Неудивительно, что налетели вороны. Но мы им крылья-то подрежем.

Посетив уборную, я попрощался с операторами. Они увлечённо уплетали стейки, закусывая их картофелем фри и запивая пивом.

Я зарядил боевые костюмы, которые, как и говорил комендант, находились в холле. Справившись с этой задачей, я двинулся в комнату, насвистывая «Полёт валькирий» Вагнера. Зажатые под мышкой пайки поднимали настроение. Грибы с фасолью и гороховая каша. М-м-м-м... Пока есть время, нужно наслаждаться жизнью. Слишком давно еда не ассоциировалась у меня с получением удовольствия.

Вернувшись в «номер», я ещё раз пообедал.

"Восхитительно, – подумал я, наслаждаясь, – я буду скучать по этому".

Хорошо, что все воспоминания о вкусной еде были изъяты. В противном случае мы сдохли бы от однообразия рациона.

Как и оговаривалось, в комнате стояла конструкция из разноцветных кирпичей армейского пайка. Желтый преобладал. Это было моим питанием на ближайшие пять дней. Семь штук я сразу закинул в рюкзак. Для парней. Нужно же их как-то мотивировать на помощь малой родине.

Ладно, с дверью поработаем. А сейчас можно вздремнуть. Три часа хватит с головой.

Глава 15. Walking In My Shoes.

31 августа 2154 года. 22:00. Кабинет коменданта военной базы «Зона 51».

‒ Я уверен, что этот поц нас накручивает. Договор для него просто невыгодный. За один космический корабль и материальную помощь он сулит спасение человечества. Его случайно не Иисус зовут? – иронично высказал свою точку зрения Бен Гур.

‒ И это говорит, на секундочку, самый эффективный агент СПБ, который до сих пор кушает мацу у себя в Израиле, – парировал Иванов. – Не в центральном офисе Москвы, Пекина или Вашингтона. На худой конец ‒ Дели. Кстати, пришелец удивился твоему позывному. Даже очень.

‒ Везде бывал, – ответил еврей. – Да только дома лучше. Долгая история. Хотя ты её не хуже меня знаешь. А позывной – это имя главного героя одного голливудского фильма. Сильного и гордого еврея. Так и называется ‒ «Бен-Гур». Оскароносная классика.

‒ Понятно. – ответил Иванов. ‒ В целом нормальный тип. Адекватен, агрессии вообще не проявляет. Один раз расчувствовался, так Смит его сразу в оборот взял. Правда, тут же получил по носу. Оказывается, всё оружие у него с секретом.

‒ Не знал бы тебя, подумал, что ты ему доверяешь, – удивился агент.

‒ Если бы. В его присутствии кажется, как будто меня подавляют авторитетом. Чувствую себя первогодком в обществе сержантов на армейских сборах, – поделился ощущениями комендант.

‒ Даже так. Учту. Берём ручки, идём, – поторопил израильтянин. ‒ Где твои орлы?

‒ Идут, только получили новую экипировку. Термозащитную броню и огнестрельное оружие. 12,7 мм, откопали в загашниках. Энергетическое вооружение его не возьмёт, – сообщил об изменениях в порядке охраны комендант.

‒ Знаю. – вздохнул агент. ‒ Это проблема. Уже далековато ушли от этих анахронизмов.

Иванов и Бен-Гур знали друг друга уже тридцать лет. Они встретились при уничтожении повстанческой армии свободы ‒ крупной террористической организации в арабском секторе. Их челнок сбили в зоне боевых действий на территории врага, и им, пилоту и полевому агенту силовой поддержки, пришлось вместе пробиваться к своим. Попутно им удалось уничтожить центр ПВО и координации артиллерийского огня. С тех пор карьера обоих пошла в гору.

Неспешно беседуя, два товарища дошли до комнаты гостя.

‒ Дверь не открывается, – сообщил стражник, тот самый бугай.

‒ Не ломитесь, сейчас открою, – голос было слышно из-за двери, несмотря на звукоизоляцию. ‒ Надо было оповестить, что идёте.

‒ Как он это делает? – удивилась девица.

‒ Заставляет резонировать металл двери и через него проводит звуковые колебания, – ответил Бен-Гур. – Таким же образом он её и заблокировал. Не доверяет.

‒ Понятно, – сказал комендант. ‒ Учтём. Вижу, ты внимательно изучил имеющийся материал.

31 августа 2154 года. 20:05. Комната Егора. Военная база «Зона 51».

Удивительное чувство. Восторг. Поспав три часа, я начал эксперименты. Для начала восстановил в памяти магнитный импульс. Тот самый, дающий разрешение на допуск персонала в сеть. Запомнил его, когда комендант расщедрился на персональный обед для операторов.

Далее оживил информационную панель. Первая попытка оказалась удачной, но всё же это было не то, чего я ожидал. Мне не нужна была столовая. Попробовал вручную. Отказ в доступе к инфосети. Зато теперь я узнал, как оно звучит. Скомбинировал. Отлично. Получилось. Что ещё надо? Хлеба и зрелищ.

Прошёлся по разделам. Музыка. Отлично. Запустить папку «Billboard Hot 100». Вспомнил лучшее, что создало человечество. Бетховен, конечно, не в счёт.

Наблюдение и запись звука я вырубил. Вернее, закольцевал. Заставил технику подавать однотипный электромагнитный сигнал.

Оказалось, что в мире электроники всё так легко. Но это было не главное. Нужно успеть подготовиться к встрече.

Два часа пролетели как одно мгновение. Подпевая бессмертным хитам прошлого, я периодически впадал в прострацию. Старые воспоминания накатывали подобно волнам, грозя заполнить сознание совершено ненужной информацией. Но я держался. Так что к приходу хитрого еврея я был готов. Теперь меня мало что могло смутить.

‒ Не ломитесь, сейчас открою, – отправил я сообщение через дверь. – Надо было оповестить, что идёте.

И тутзаиграла «Walking in my shoes» Depeche Mode.

«А ты прав, старина Дэвид, ‒ мысленно обратился я к вокалисту. ‒ Пусть они почувствуют себя в моей шкуре».

‒ Входите, чувствуйте себя как дома, – сказал я гостям.

‒ Доброй ночи, я Бен-Гур, ‒ поприветствовал меня невысокий седой мужчина.

Он был загорелым до черноты. Лицо его украшал характерный нос с загибом на самом кончике. Серые глаза изучали меня уверенно и неторопливо. Было ощущение, что по косточкам разбирал.

‒ Ознакомьтесь с договором, там все ваши требования. Включены пункты, касающиеся возврата вам корабля, а также оказания материальной помощи родным. Плюс повышение в социальном статусе. С вашей стороны требуется помощь в защите от инопланетного вторжения, а также предоставление информации по механике взаимодействия миров в рамках Солнечной системы. И по мелочи: неразглашение тайны и т. д. ‒ Всё это агент выдал на одном дыхании, внимательно изучая мою реакцию.

‒ Хорошо, оставляйте, я изучу. А пока выполню пункт о предоставлении информации. Готовы ли вы получить знания прямо сейчас? – спросил я коменданта и агента.

‒ Конечно, – ответил израильтянин, ‒ только я не заметил у вас цифровых носителей. ‒ Вы говорили, что они не выдерживают переходов.

‒ Есть универсальный способ передачи данных. ‒ я всё ещё надеялся их убедить. ‒ Садитесь. Я проведу небольшую операцию. Абсолютно безопасную. И вы лучше поймёте всё, о чём я рассказывал.

‒ Джонсон, поступаешь в распоряжение Егора Самойникова, – скомандовал комендант.

‒ Есть, ‒ ответил здоровяк и отлип от дверного косяка.

‒ Не боитесь, что он умрёт в процессе? – уточнил Бен-Гур у Иванова.

‒ Он из проекта геном. Чтобы он умер, нужно уничтожить его термобарическим снарядом, – ответил комендант.

‒ Снимай броню, мне нужен доступ к коже на животе и висках. Будет немного больно, – предупредил я гиганта. ‒ Закажите сюда высококалорийной еды, ‒ обратился я к коменданту. ‒ Лучше в виде коктейля. Я приступаю.

Сделав надрез на правой руке, я сцедил немного крови, которая тут же свернулась в сферу. Подхватив каплю, я резонансом превратил её в облачко энергии. Потом силовыми линиями повторил узор, расположенный на моём животе, и впечатал его бугаю в область желудка. По комнате разнёсся запах палёной плоти. Джонсон не изменился в лице.

‒ Угощайся, – я протянул ему полоску мяса. – И закуси тем, что принесли.

Солдат выполнил все требования. Через десять минут ожог исчез, а бедолага сорвался в уборную.

‒ Работает даже лучше, чем я думал, ‒ радостно произнёс я. ‒ Есть ещё желающие? Количество мест ограничено.

‒ Пока воздержимся, – ответил комендант.

‒ Хорошо, – уже спокойнее ответил я. ‒ Сейчас он вернётся и я передам ему сведения. Без регенерации могло быть опасно.

Джонсон вернулся озадаченным. На месте знака красовалась новая гладкая кожа красного цвета.

‒ Садись и расслабься, сейчас будет потяжелее, – я заканчивал свои приготовления. ‒ Но ты справишься. Вот тебе ещё кусочек. И капа.

Теперь уже две капли крови превратились туман, и символы с висков послушно образовались на ладонях. Резко хлопнув, я отпечатал их на голове Джонсона. Прожгло до кости, но громила не потерял сознание. Мало того, место ожога практически мгновенно затянулось, и появились необходимые татуировки.

‒ Очень много информации. Разрешите отдохнуть. – попросил Джонсон. ‒ Полученные сведения я сформирую в специальном информационном пакете. Передам через сеть.

‒ Разрешаю. Можешь приступать, – отпустил беднягу Иванов.

‒ Когда можно ждать результат? – спросил меня Бен-Гур.

‒ Часа через четыре, – ответил я. – И уберите пункт о подчинении верховному главнокомандующему. Внесите меня как союзную единицу с независимым командованием. На данный момент я не являюсь гражданином Земной Федерации. В остальном всё верно, кроме одной формулировки. Предлагаю заменить «защиту» на «устранение угрозы атаки внеземных цивилизаций». Потому что защитить от нападения я не смогу, а вот устранить угрозу легко. Да, и подготовьте ещё семь экземпляров таких же договоров. Имена я сбросил коменданту на почту.

‒ Правда сбросил, – не стал удивляться Иванов. – Переправил.

‒ А как же пункт про корабль? – удивился Бен-Гур. ‒ Он же один.

‒ Пока один. – ответил я агенту. ‒ Это будет самый главный аргумент в нашей сделке. Ещё семь кораблей мы захватим в свою собственность. Остальные ваши. Мы даже поможем их разобрать для изучения. Сами вы не справитесь. Правда, я могу подготовить пару бойцов для взаимодействия с инопланетной техникой. – предложил я ещё один вариант. ‒ Джонсона, например, у него отличные данные. Только закаливание нужно пройти. Знаки у него будут на максимуме. Но этого будет недостаточно, его сожжёт излучение.

‒ То есть для этого нужен излучатель пришельцев? – спросил меня задумчиво Бен-Гур.

‒ Да, конечно, ‒ ответил я. ‒ Нужно же ему будет брать откуда-то энергию для преобразования. Только способностей он не получит, их надо в Инферно добывать. На Земле нет необходимого.

‒ Я услышал, – ответил агент, внимательно читая что-то в планшете. ‒ Вот, кстати, принесли договор. В нём есть пункт о подготовке сил специального назначения. Излучатель уже направлен к нам на базу. Через два часа он будет.

Я уловил в его сердцебиении разочарованные нотки, а также характерный запах досады.

‒ Да, без меня у вас не получится провернуть ваши планы, – поддержал я его разочарование. ‒ И экспансия человечества невозможна. Попросту не хватит ресурсов. К счастью, плотность населения на других планетах по сравнению с Землёй мизерна. А попасть туда можно только через врата. Иначе не совпадёте по вибрациям. Увидите только голое пространство. Прекрасно, теперь вы мне верите, и мне не нужно убеждать вас в моей полезности.

‒ Да, пожалуй, что так, – согласился со мной Бен-Гур. ‒ Вам есть о чём ещё рассказать?

‒ Конечно, – ответил я агенту. ‒ Думаю, до завтрашнего утра справлюсь. С перерывами на модернизацию Джонсона и перекус. Кстати. Как насчёт девчонок? Я не настолько свободных взглядов, чтобы делать потомство с товарищами. Соблюдём христианские морали. На всей планете Земля найдётся восемь добровольцев женского пола? Тем более вечная молодость в подарок.

‒ Всё будет, – сказал мне израильтянин. ‒ Только для начала обработайте Джину. Она второй кандидат в ваш особый отряд. Времени, как я понимаю, у нас мало.

‒ Конечно, – удивился я. ‒ Единственное, о чём хотел спросить, а все знают русский?

‒ Да, – ответил агент. ‒ Он входит в четвёрку главных языков Федерации. Ещё китайский, хинди и иврит. Иврит, конечно, в меньшей степени. Ещё английский, но неофициально. По старой памяти.

Я посмотрел на Джину, пытаясь увидеть хоть каплю волнения в её глазах. Но она была абсолютно спокойна.

‒ Что ж, Джина, вы прекрасны, ‒ сказал я. ‒ Но придётся немного потерпеть. Готовы? – спросил я у девушки.

‒ Да. Давай быстрее. – ответила солдат Джина.

‒ Я буду максимально нежен, – убедительно сказал я, вплавляя символ в прекрасный пресс «Мисс вооружённые силы».

‒ Это будет долгая ночь, – выдохнула девушка, сцепив зубы.

‒ Точно, – улыбнулся я. ‒ Нам втроём будет весело. Но в конце все будут довольны.

Всё-таки дома хорошо.

Глава 16. Табор уходит в небо.

1 сентября 2154 года. 00:21. Земля. Военная база «Зона 51». Комната Егора.

‒ Основой для сбора и распределения энергии является Материнский мир, благодаря которому во всех планах существует разум, ‒ перед тем как окончательно завершить свой рассказ, я решил подробно объяснить механику взаимодействия энергий между планами Солнечной системы. ‒ Разумность основана на разных видах энергии. Общими являются способы взаимодействия: воплощение, поглощение, выработка и излучение энергии. Принципы разнятся. В плане Жизни излучение энергии может быть использовано исключительно внутри тела или при физическом контакте с объектом. Также это возможно через посредника ‒ твёрдое тело, имеющее непосредственный контакт с объектом воздействия, – рассказывая, я наносил очередные символы в области почек бойцов охранения. ‒ Именно так я обесточил костюмы. Через куб и пол дотянулся до стражей, а потом резонансом сместил точку потенциала, заставив заряд перетечь от батареи и рассеяться.

Другие планы играют по другим правилам. В Инферно энергия может беспрепятственно перемещаться в пространстве. Ей не нужны проводники. Но в плане Воды, Нифльхейме, огонь может существовать ограничено. Там всё построено на изменении агрегатного состояния воды и принципах реактивного движения. Подозреваю, что там для установки символа потребуется ракетное топливо. Впрочем, нет желания проверять, не люблю холод, – продолжил я ликбез, провожая подопытных на внеочередной обед. Еще пару ходок и бойцы будут готовы. ‒ План Тверди, Терра, схож с Землёй. Там ограничено присутствуют почти все стихии. Основой для энергетического тела служат неорганические соединения: кремний, железо и прочие элементы таблицы Менделеева. Связывает их всех сила гравитации, которая там на порядок выше.

Грубо говоря, разум зарождается при высоком давлении. Самое близкое сравнение – это роботы с самообучающимся процессором. При совмещении с жизнью получаем андроида или киборга ‒ робота с псевдоорганическим мозгом и возможностью оперирования энергией жизни, – объяснял я на пальцах принципы взаимодействия планов, активно поглощая при этом шикарно приготовленный стейк для восполнения потери крови и энергии. ‒ Далее по списку. Очень похожи между собой планы Астрала и Воздуха. Наименования тоже неоригинальны: Камалок и Эфир. Существа представляют собой сгустки энергии. Чтобы ассимилировать их, требуются умения Света. Кстати, именно представители этих планов наиболее частые гости на Земле. Всякие призраки, банши, домовые и другие фольклорные сущности. При взаимодействии с планом Жизни у них появляется интеллект. В целом Земля для них очень комфортна. Чаше всего они невидимы для нас, много энергии, нет конкуренции. При этом они умеют захватывать воспоминания умерших и эмоции живых. В принципе, этим они в основном и питаются. Чаще всего прилетают к нам своим ходом.

Сделав небольшую паузу, я продолжил пояснять общие моменты по устройству планов:

‒ И, наконец, план Света. Их обитатели бестелесны. По сути, они представляют собой шары энергии, и с ними практически невозможно бороться. Только Астральной энергией. После их уничтожения остаётся источник ‒ воздушная линза. Пропустив через неё энергию, можно ассимилировать способность, но этого почти никто не делает. Стараются вообще не допускать их к плану Жизни. Получаются чудовища. Слишком уж у них людоедская логика. А ещё неуёмное желание поглощать энергию. В Люмосе ежесекундно погибают и возрождаются миллионы обитателей. Поэтому не трудно представить ценность другого разума в их глазах, – завершил я краткое описание основ. ‒ Теперь перейдём к вопросу Материнского мира. Таковым его делает Нейтраль ‒ ядро планеты, способное к трансформации энергии в больших объёмах. В довесок к ней идёт Поглотитель, который служит магнитным полюсом и притягивает энергию из доступного пространства. Из планов тоже.

Следующим важным фактором является Уравнитель, предназначенный для перемещения источников энергии между планами. Он нужен, чтобы планеты не разрывало от критических выбросов энергии. Уравнитель переправляет энергию в Поглотитель, а её источник ‒ в соответствующий план. Зачастую с окружением. Для этого нужны пустые места. Именно этому механизму взаимодействия мы с моей бригадой обязаны жизнью. И путёвкой в Инферно.

Третьим фактором является Ограничитель, контролирующий баланс генерируемой энергии и разума. Грубо говоря, перераспределяет энергию между разумными объектами. Ярким примером могут служить суперкомпьютеры, которые считаются разумом Тверди. И чем выше уровень обрабатываемой информации, тем выше ограничения, а, следовательно, увеличиваются энергозатраты. Энергия же отбирается у других существ, что влечёт снижение разумности остальных видов. Не зря мозг ‒ самый энергоёмкий орган в человеке. В итоге искусственный интеллект всегда убирает конкурентов за источники энергии, – завершил я описание картины мира. ‒ Следовательно, есть предел энергии для всей системы в целом. ‒ добавил я. ‒ За нарушением баланса следует разрушение, поэтому технологии и безмерная жадность человечества не укладывается в систему, выглядит противоестественной. Из-за этого у меня и эргов сложилось мнение, что «разумность» человеческого вида является неким вирусом. Скорее всего, внедрённым представителями внеземной расы, собирающей дань с Земли. Человеческими жизнями, – ответил я на незаданный вопрос о враге Федерации. ‒ Есть ещё вопросы? – уточнил я у собравшихся людей.

‒ Есть. Откуда взялась акула? – спросил Джонсон.

‒ Подводное извержение. Сработал Уравнитель. Он перенёс в Инферно всё, что было рядом. Акулу тоже. Вообще, с увеличением населения верхний порог энергетических выбросов снижается, поэтому отдельные сущности не могут сносить горы. Так же как и отдельные личности не способны взрывать города. Ещё вопросы? – повторно спросил я и, убедившись в том, что все присутствующие теперь более или менее в теме, продолжил. ‒ Тогда я расскажу всё, вплоть до момента моего «триумфального» возвращения.

19 сентября 2023 года по земному календарю. Вторая колония Инферно.

«Так вперёд за цыганской звездой кочевой,

На закат, где дрожат паруса…»

Именно этот мотив играл у меня в голове. Не хватало коней для полноты картины. Тележки в очередной раз были улучшены. Они превратились в настоящий шкаф на колёсах. Дополнительные секции из шкур расширили возможности для размещения всего, что нам было необходимо в тот или иной момент.

Снова порадовался, что в Инферно отсутствует процесс естественного разложения. Вернее, он, конечно, был, ведь солнечная активность и низкие температуры распыляли энергию, но мы балансировали на границе льда и пламени.

«Чёрт, убегаем от огня. Такая шутка про приближение зимы сорвалась», – посмеялся я про себя.

Путь, который нам в очередной раз предстояло преодолеть, составлял сто пятьдесят километров и пролегал через каменные плато. Полноценной проверки тихого шага не получилось ‒ просто не было червей. Память, конечно, послушно выдавала правильность наших умозаключений, но практику никто не отменял. Доверяй, но проверяй.

Предполагалось, что на нашем пути есть два туманных пятна. Одно из них было значительного размера, и обитали там сильные группы. Соваться туда мы, конечно, не стали, подзарядку выполнили в малом пятне. Там же проредили местных крабов. Десяток особей самонадеянно решили нас пощипать, но в итоге половина позорно сбежала. Костюмы и оружие показали себя отменно. Хотя мы не встретили главкраба, это нисколько не испортило нам настроения.

Айдар развлекался с металлом; ему очень понравилась техника плавки резонансом. У него были просто грандиозные планы, поэтому для начала всё оставшееся оборудование лесорубов превратилось в аккуратные железные слитки.

Добытые крабы были безжалостно распотрошены парнями на ходу. Часть мяса мы поглотили, оно просто не помещалось в телеги и рюкзаки. Хотели избавиться от панцирей, но бурят силой заставил нас их нести.

‒ У меня большие планы. – вещал Айдар. ‒ Дойдём до точки ‒ не пожалеете.

В пути мы наткнулись на следы гончих. По ощущениям они нас срисовали, но нападать не стали. Может, это была слабая стая, а может, мы просто слишком быстро покинули их территорию.

Наткнулись также на пауков. Тварей было трое, и они светились в тепловом диапазоне, как ядерный реактор. Даже толща камня их не скрывала. Было видно, что они страхуют друг друга. Это были явно старые особи, возможно, на границе прорыва. Поэтому мы не стали с ними связываться ‒ слишком велик был риск. Хотя времени для охоты было достаточно.

Неприятности случились на подходе к третьей точке. Когда мы остановились в трёх километрах от удобной скалы, Артём сказал:

‒ У нас проблемы. Там гнездо птеродактилей. Я чувствую, как они выплёскивают силу.

‒ То есть точка занята. Печально. Сколько их вообще? – спросил я.

‒ По ощущениям, десять ‒ двенадцать. – ответил Артём. ‒ Слишком много микроимпульсов силы.

‒ А точно птички? – уточнил я.

‒ Да. – ответил Ли. ‒ Поверхность спокойна. Только скала звучит.

‒ Понятно. Кто знает, как они атакуют? – продолжил я выяснять подробности, для того чтобы как следует подготовиться к захвату точки. Она идеально подходила под наши требования. Туман, что был рядом, берёг запасы. Следовательно, птичкам придётся мигрировать.

‒ Клювом и когтями на пикировании, – ответил Артём. ‒ Развитые особи добавляют плазменный выплеск при ударе крылом. Неприятный противник.

‒ А главное, они поддерживают энергетический баланс поглощением кинетической энергии и могут её перенаправлять, ‒ я сам уже выудил информацию из потоков памяти. ‒ Поэтому траектория их движения непредсказуема. К счастью, только крупные особи могут проделывать такие трюки.

‒ Я знаю, как поймать этих куриц! – радостно сказал Айдар. ‒ Не зря несли ракообразных. Дайте мне клешни с камнями, четыре часа и пожрать, и я устрою им весёлую жизнь.

Глава 17. Duck Hunt.

26 сентября 2023 года по земному календарю. 17:25. Будущая третья колония Инферно.

Есть культовые вещи, которые остаются таковыми как бы ни изменилась жизнь, насколько бы ни продвинулись технологии. Человек продолжает быть человеком, и одной из его любимых забав всегда будет стрельба по уточкам. Единственный минус ‒ кто-то должен замочить ноги. Человечество решило эту проблему, приобщив к процессу собаку. Животное спугнёт дичь из камышей, оно же, после точного выстрела, её и принесёт.

В этой связи я задумывался о дуэлях. Ещё в школе я пытался понять, почему дворяне стреляли из пистолетов на расстоянии двадцати шагов и при этом стабильно промахивались. Вот Пушкин, например. Он слыл метким стрелком, стабильно поражая цель на дистанции всего двадцать метров.

Всё просто: дело в гладкоствольном оружии. Пуля круглая, аэродинамика на уровне фекальных масс. То есть это всё равно что закинуть плохо пахнущую субстанцию на вентилятор: полёт практически непредсказуем. Таким образом, для успешной стрельбы требуется интуиция, удача, талант и много практики.

Поэтому в охотничьем гладкоствольном оружии используется дробь. Большое количество поражающих элементов нивелирует слабую точность. Правда, и убойность падает, но ведь главное в охоте на летающую дичь ‒ лишить её мобильности.

Итак, в роли собаки выступал я, двустволкой работали Ли и Артём. Хань и Айдар добивали птичек.

‒ Чувствуешь себя Гераклом? – спросил меня Артём, отправляя в полёт очередную сеть.

‒ Нет, исключительно псиной, – описал я свои ощущения, уворачиваясь от плазменной косы главного птера.

‒ Айдар, чини сеть, осталась одна, – спокойно, но громко потребовал Ли.

‒ Бегу. Хань, я на пять минут. Держи копьё, будь аккуратен, – сказал бурят и в очередной раз отправился на починку охотничьего инвентаря.

Днём ранее. Окрестности будущей колонии Инферно.

‒ Общая диспозиция такова: Петров соорудит пять сетей, одна уже готова, – проводил я брифинг перед специальной операцией по освобождению стратегической высоты. ‒ Ли и Артём, тренируйтесь её запускать. Один будет выманивать на себя птичек. Один – это я. Мой костюм хорошо держит скользящие удары плазмой, я довольно подвижен. Хань, конечно, быстрее и ловче, но они с Айдаром займутся уничтожением пойманных экземпляров. Сетей всего пять, ‒ продолжил я разъяснять детали, ‒ поэтому, скорее всего, с первого захода мы всех не положим. Хань, будь добр, займись обустройством убежища в той небольшой скале. Возьми ресурсов с запасом, не экономь. Пещера должна вмещать все наши запасы, нас и пять тушек птеров. Я верю, ты справишься, – поставил я задачу китайцу.

Невозмутимо кивнув, мастер ушу двинулся к скальному выступу. Я был уверен, что через три часа будет нам уютная пещера. А три килограмма мяса мы компенсируем будущими жертвами.

Ли с Чжао увлечённо запускали металлическую сеть. Предельной дистанцией для китайца были тридцать метров, Артём забрасывал на двадцать.

‒ Значит так, Ли назначается главным ловчим. – определился я. ‒ Артём, твоя задача страховать товарища. Общая информация: главная задача ‒ отловить пять птеров, утащить их в подготовленную пещеру, а затем дать финальный бой на подготовленной территории. При угрозе сворачиваем операцию и отступаем в безопасную зону. Всем всё ясно? – Я грозно осмотрел расслабленных товарищей.

‒ Всё понятно, – ответил Ли, перебирая металлическую сеть. Грузами на ней служили крабьи клешни и части панциря.

Айдар за четыре часа резонансом сплёл пять сетей, усилив их хитиновыми пластинами. Части крабов выступали в роли грузов на концах ловчей сети, а энергокристаллы работали стартовыми двигателями. При воздействии на них усилением камни срывались с потрясающей скоростью. Вместе со всей конструкцией, соответственно.

Отрепетировав основные действия, мы выдвинулись на охоту. Не дойдя до логова восемьсот метров, я перестал скрываться. Более того, разрезал левую ладонь. Этого мне показалось мало, и я резонансом превратил кровь в энергию. Уже из баловства усилением закрутил её в символ поглощения. Получилось.

‒ А это интересно, надо будет попробовать, – удивлённо произнёс я.

И тут стало некогда отвлекаться. Первую атаку я благополучно проморгал. Молодой птеродактиль оторвался от стаи и атаковал меня клювом. Вернее, попытался ‒ Айдар сбил его броском копья. Дальше проявлять беззаботность было опасно, поэтому я добил молодого да раннего птенца. Копьё бросил обратно Айдару, который неплохо замаскировался.

‒ Ещё четыре жертвы, хорошее начало! – бодро крикнул я, уходя перекатом от когтей мелкого птера. – Ждём крупных. Если не подойдут, берём то, что будет.

Мои кульбиты продолжались ещё пять минут. За это время ещё одна особь пала жертвой бурята. На этот раз метательные стилеты повредили крыло, чем я не преминул воспользоваться. Удар ножом ‒ и голова отделяется от тела.

Минус два. Ждём, пока главные не убедились в собственной безопасности. Атакуют только молодые. Делают это тройками. Сил было ещё много, справлялся.

Третья жертва попалась случайно. Звено молодых птеров полностью завладело моим вниманием. Отмахиваясь от них мечом, я полностью сосредоточился на воздушном пространстве. В это время мне за спину десантировался экземпляр побольше.

Свою стелс-операцию он начал за пятьдесят метров. Причём зашел в тыл не только мне, но и команде. Единственное, что его выдало – это энергетический импульс. Он проверил плазменное крыло ‒ может, ему надо было разогреться или убедиться, что всё в порядке. В итоге маленькое энергетическое воздействие всполошило Артёма, и его сеть накрыла поганца. Ли среагировал так же быстро: топор не дал птице обрести свободу. Из потерь только пара расплавленных ячеек, но на работоспособности сети это пока не отражалось.

‒ Минус три! – крикнул Ли.

Скрываться уже не было смысла, все позиции были засвечены. Пора было переходить к тактическому отступлению.

Айдар и Хань накинули удавки из стальных тросов на первых жертв и начали транспортировку. Постоянно отслеживая окружающее пространство, мы не забывали про тыл. Как показала практика, птиц глупыми не были, могли отсиживаться в засаде.

Бегство добычи стало спусковым крючком. Для пущей убедительности я повернулся спиной и, имитируя дикий ужас, рванул в сторону убежища. Правда, не по прямой ‒ мой путь лежал параллельно движению команды. И монстры клюнули. Атаковать отбившегося от стада ‒ непреложная истина для всех хищников.

Классические приёмы срабатывают почти всегда, но эта ситуация стала исключением. Сразу два преследователя упало с небес, попав в стальные объятья сетей. Тройка птеров, отрезавших мне путь к отступлению, оказалась не у дел, потому что я рванул обратно к команде. Попутно я добил одного связанного птера ножом, потом подцепил добычу тросом. Артём так же поступил со вторым. Отбуксировав добычу, мы передали её Ли.

Китаец вооружился топором. Не обращая внимания на круживших над ним врагов, Ли накинул капюшон на голову и рванул к убежищу. Для профилактики он махал над головой оружием.

То же сделали Айдар и Хань. Прикрывать отступление остались мы с Артёмом.

Вооружившись мечами, мы успешно отгоняли мелочь. «Птица Рух» не спешила помогать своим деткам. Таким порядком, соблюдая вооружённый нейтралитет, мы дошли до логова.

В пещеру ввалились, не забыв напоследок выставить копьё. Так сказать, во избежание. И Айдар оказался прав: на остриё бодро накололся предпоследний представитель молодой птичьей гвардии.

‒ Минус шесть, план перевыполнен. Что по крупной особи? – спросил я.

– Нормально, чувствую наличие камня, – отчитался Хань, проведя своеобразное УЗИ. – Остальные пустышки.

– Айдар, что по сетям? – спросил я бурята.

– Норм. Пятнадцать минут дай. Всё будет в лучшем виде, – ответил товарищ.

– Все целы? – обратился я ко всем.

– Ушибы. – ответил Ли. – Много. Но не страшно. Нужен час.

– То же самое, – поддержал друга Хань.

– Комбезы просто супер, – ответил Артём. – Без них нас порезали бы на ремни.

– Неплохо. Я цел. Дайте копьё! – скомандовал я, блокируя выход сетью. – Дежурю первым. Всем отдыхать. Сдаётся мне, мы переходим в режим осады.

26 сентября 2023 года по земному календарю. 17:25. Будущая третья колония Инферно.

Переждав почти сутки, мы двинулись к гнезду птеров для проверки. Была слабая надежда, что стая, получив существенный удар, уйдёт с насиженного места. Естественно, нашим чаяниям не суждено было сбыться.

Не успели мы пройти сотню метров, как из-под песка вырвались все оставшиеся птички. Зависнув в метре от поверхности, они одновременно устремились в нашу сторону. Каким образом они остались незамеченными ‒ непонятно. К общей радости, никто не сплоховал. Две сети надёжно спеленали крупных особей, наши с Айдаром метательные стилеты повредили крылья ещё двоих, лишив их мобильности, а оставшихся двоих упокоил Хань ‒ со сплющенными головами много не навоюешь. Оставался главный птиц. Гордый представитель, похоже, улетел.

Особенно не расслабляясь, мы решили закинуть добычу в логово. Две сети были испорчены. Твари не желали помирать добровольно, но это не было проблемой ‒ Айдар запросто подлатает их на базе.

В пещеру зашли плотной группой. Нас спасло то, что я и Ли шли в первых рядах. Увидев вспышку, я инстинктивно активировал укрепление на кистях и рубанул плазмой ножа перед собой. Ли окутался укреплением и выбросил сеть перед собой.

Не знаю, что сыграло основную роль, но плазменный импульс «птицы Рух» не достиг своей цели. Судя по всему, он мог перерубить всю нашу пятёрку пополам. Думаю, это не смертельно для нас, но восстановиться он бы точно нам не дал.

А так, мы легко отделались: минус одна сеть, повреждённые комбинезоны и глубокие порезы до костей на руках.

Птица рванула добивать, но товарищи втянули нас в глубь строя и копьём отогнали монстра.

– Выходим быстрее! – крикнул я. – Сейчас будет вторая попытка.

Я не ошибся. Отступив в глубь нашего логова, птер снова атаковал плазмой. В этот раз быстрее, но мы заблаговременно разбежались по сторонам.

– Не даём ему отдыхать, – невнятно приказал я, жуя часть крыла и одновременно перерабатывая резонансом другой кусок монстра.

Внутрь полетела ещё одна сеть. Следом Хань, решив не рисковать, тут же ушёл перекатом от плазмы и покинул проход. Он пропустил очередную сеть, которую постигла та же участь, ‒ она была перерублена пополам.

Почувствовав себя лучше, я тоже поучаствовал в игре под названием «задолбай птицу». Войдя в проход, я резко прыгнул вперёд. А потом ещё резвее ‒ назад, в укрытие.

– Ли, твой выход! ‒ скомандовал я.

Китаец не подвёл. В этот раз плазменный заряд разбился об его защиту. Гордый птиц устал.

Крутанув карусель ещё раз, мы дождались момента. Птер перестал атаковать. Было непонятно, улетел он или, может, затаился, поэтому мы поглощали энергию в немереных количествах. И ждали сети от Айдара.

– Готово, – наконец-то сказал наш оружейник.

– Идём. Я впереди, Ли на подстраховке. Хань, с нами, если что, свяжешь его боем, – приказал я бойцам.

Влетев первым, я сразу же распластался на полу. Выше пролетел разряд. Больше птица ничего не успела сделать. Мимо меня, перепрыгнув птера, проскочил Хань, при этом чуть не разбив голову об потолок.

Монстр среагировал мгновенно, но атаку клювом китаец не прощёлкал, приняв её на меч. В то время Ли уже запустил сеть, которая надёжно спеленала проблемного монстра.

Добивали мы его уже всей честной компанией. Только голову не трогали. Ещё чуть-чуть ‒ и наш путь закончился бы плачевно. Хорошо, что нам было чем удивить друг друга. Наш сюрприз оказался гораздо неожиданней.

Позже стала понятна причина столь яростного и мощного сопротивления. Тварь сожрала половину запасов. Будь она поумнее, то вместе со стаей свалила бы вдаль в наше отсутствие. Но, возможно, жадность взяла верх. В любом случае поставленная задача была выполнена, а полученная возможность расширить наши познания об окружающем мире стоила потерянных ресурсов.

Дальше занялись рутинными делами. Подготовкой новой колонии, переносом ресурсов, обустройством мастерской. Единственным новшеством стала кладовая с укрытием. Наличие летающих монстров, наделённых недюжинной фантазией, требовало обезопасить припасы. Да и нас заодно, поэтому Хань обучал нас воинскому искусству. Вместо груши мы использовали камень.

К исходу дня всё было готово.

За это время каждый по два раза сбегал в туман на подзарядку. Двигались парами. Пять километров для нас не были проблемой. Подготовив форт и отдохнув, мы приступили к самому вкусному ‒ поглощению памяти.

Глава 18. Апгрейд 2.0.

27 сентября 2023 года по земному календарю. 5:17. Форт Инферно.

Хорошо, что для нормальной работы мозга с каждым днём требовалось всё меньше времени для сна. Каждое поглощение энергии монстров Инферно снижало потребности в отдыхе и настраивало наши внутренние часы на ритм планеты, поэтому, поспав три часа, мы приступили к традиционному ритуалу.

Разбились на пары: я и Хань, следом Чжао и Айдар, последним шёл Ли – без нашего "танка" мы чувствовали себя беззащитными. Безопасность превыше всего.

Предварительно насытив организм энергией до предела, мы приступили к очередной процедуре по поглощению чужих знаний. Процесс был обкатан не раз. По доброй традиции сначала умылись «мозгами» побеждённого вождя птеродактилей, а после смешали полученную боевую раскраску с водой. Всё проходило в штатном режиме, разве могло что-то пойти не так?

Ответ был дан в развёрнутом виде. Восемь часов боли. Два раза пришлось восполнять энергию. Сознание, удерживаемое бесконечным калейдоскопом воспоминаний, никак не хотело покидать нас, эмоционально окрашенных. Чужих, холодных и безразличных.

Тварь словно хотела забраться в наши головы и свить гнездо. Пришлось бороться. Вместе с Ханем, который, как оказалось, ещё и медитацию практиковал.

Конечно, это было не самое лучшее время для экспериментов, но его опыт сразу облегчил мою участь. Сосредоточившись на дыхании, я стал считать вдохи. На счёт "сто" пульсирующее внимание гостя ослабло, на тысячном вдохе воспоминания перестали давить неподъёмным грузом, на десятитысячном – образы сжались и упорядочились. Чужая воля покинула сознание.

Открыв глаза, я убедился, что Хань давно справился. Я встал, тягостно вздохнув.

– Надеюсь, ты объяснишь остальным, как действовать в этот раз, – попросил я китайца.

– Мне не нужно, – отозвался Артём. – Я этим приёмом уже пользовался. Думал, вы тоже.

– Однако нет, – саркастично улыбнулся я. – На будущее – если у кого-то есть ценные мысли, просьба их озвучивать.

– Хорошо, учту ошибку, – согласился со мной Артём. – Просто в отличие от вас мне сложно было принимать мутации, поэтому я думал, что вы с самого начала использовали метод медитации. Не подумал спросить вас. Исправлюсь.

– Принято, – примирительно ответил я. – У других нет никаких предложений?

– Есть. Перекусить и продолжить прокачку, – сказал Айдар. – Принцип я понял.

– Смотрите, у вас знак совсем поменялся, – удивлённо произнёс Артём.

Действительно, теперь символ памяти представлял собой два равносторонних треугольника. Меньший помещался в большом. Внутренняя фигура содержала в себе знакомые три точки, так же расположенные треугольником. Внешняя фигура была поделена на десять маленьких треугольников. Четыре из них были заполнены. Круг с волнистой границей, квадрат из кавычек, простой круг и, наконец, галочка. Змея, краб, червь и птеродактиль.

"Осталось шесть слотов, – подумал я. – Интересное ограничение. Чтобы не спалить мозги. Разберёмся в этом позже".

– Ну, вперёд, время не ждёт. – сказал я, выходя из нашей кельи. – Мы страхуем.

Мы с Ли остались на вершине. Чтобы не скучать, мы потрошили птеродактилей, попутно поглощая больших. Потом рассортировали обработанную добычу по группам. За это время Хань наверх не поднимался, а значит, всё проходило по плану – спокойно и размерено, как я люблю.

Внезапно Ли решил удивить меня.

– Смотри, сейчас полечу, – сказал китаец.

Он лёг спиной на три энергетических камня, и его торс воспарил. Невысоко, сантиметров на пятнадцать, но всё же.

– Если применить усиление, то камни сами поднимаются, – сказал Ли, довольной улыбаясь.

– Здорово, сколько мы наковыряли таких? – пребывая в лёгком шоке, спросил я.

– Семь. – доложил Ли. – Один огромный, три поменьше и три совсем мелких.

– То есть только из крупных особей, – задумчиво пробормотал я. – Та же ситуация с червивым воинством. Мелким тварям требуется постоянное движение, чтобы жить. Разумно. Молодые вынуждены постоянно быть в дозоре.

Мне в голову пришла очередная «гениальная» идея.

– Думаю, я знаю куда их прицепить. Будущее уже сегодня! Тележки на антигравитационной подушке! Пригодится, если придётся быстро делать ноги.

– Как вариант, – внезапно мы услышали голос Айдара, который поднимался наверх. – Я займусь этим. Только посплю пару часов, голова раскалывается. Думал, сдохну.

– Сочувствую, – поддержал я товарища. – Ли, вперёд, я в тебя верю. Я сам тебя подстрахую.

Наш "танк" справился за десять часов. Отходняк был жуткий. Он всё порывался взлететь. Держали втроём. А когда сознание товарища пришло в норму, отправили его спать.

– Может, не будем так больше рисковать ? – спросил Артём.

– Дальше будет легче, – пресёк я ненужные споры. – Нужно тренировать тело и разум. Хань, начнёшь занятия с завтрашнего дня.

– Айдар, ты молодец, улучшил костюмы как надо. – похвалил я бурята, сменив тему разговора. – Было прекрасной идеей прикрыть грудь и спину хитиновыми пластинами и стальным плетением. Шедевр. И остальные рюкзаки уже доделал? Теперь можно больше припасов носить!

– Я сделал новую обувь, – поддержал меня Артём. – Кожа и кости летунов – прекрасный материал для работы. Даже я справился.

– А вы знаете, что Хань вообще себе куртку кольчужную соорудил. – сдал товарища Айдар. – Пять часов корячился. Красота. Прям настоящий рокер.

– Это бронежилет. Не хочу утяжелять комбинезон, – вежливо ответил Хань. – Он и так достаточно прочный. Мне требуется мобильность. В случае необходимости буду навешивать дополнительную броню.

– Тоже верно. Кстати, у меня для тебя подарок, – сказал Айдар и протянул мне перчатки с костяными вставками. – Попробуй. Здесь клюв птера. Думаю, удар будет сильнее.

– Спасибо. – сказал я, рассматривая очередное творение Айдара. – Есть одна задумка.

Я уколол палец и привычно превратил кровь в поток энергии резонансом. Втягивать не стал – сформировал из неё символ укрепления и перенёс на толстые вставки из клюва птера. Символы отпечатались на перчатках.

– Посмотрим разницу, – сказал я, надевая их на руки.

Удар вышел знатный. Область применения увеличилась на три сантиметра.

– Это работает! – Я наслаждался удивлёнными лицами бригады. – Сейчас расскажу, как провернуть этот трюк.

28 сентября 2023 года по земному календарю. 12:13. Форт Инферно.

– Ещё раз примени укрепление. Не по площади. Держи линии. Правильно. Теперь переносим на кость. Отлично, – поддерживал я Ханя.

Он был единственным, кто, кроме меня, освоил систему переноса знаков. К сожалению, нельзя было скопировать умения, которых у тебя нет, поэтому мне и Ханю на стопы добавили галочки птеров – способность левитировать. Теперь мы могли опираться на воздух. Сантиметрах в десяти от земли, не выше.

Немного потренировавшись, мы с китайцем нанесли знаки левитации на остальных. При этом не избежав странностей. У товарищей мощь знака выросла втрое, хотя мясо птеров закончилось. Слишком много энергии требовалось для поддержания организма при усвоении птичьей памяти. Скорее всего, знаки способны усиливаться, адаптируясь под человека. Без подпитки родственной энергией. В том числе и левитация.

Отдельным поводом для радости стала сэкономленная вода и татуировки, поменявшие цвет в очередной раз на иссиня-чёрный, увеличив эффективность на десятую часть.

Память тем временем адаптировалась. Оказалось, мы сожрали довольно старую птичку, которая успела облететь треть Инферно. Таковы размеры охотничьих угодий сильного птеродактиля. В самую жару он не лез – не дотягивал по мощи. Там монстры посерьёзнее. До сих пор не могу избавиться от первобытного ужаса, посмотрев воспоминания поглощённого.

– Тяжесть усвоения напрямую зависит от разумности объекта, – вещал я товарищам. – Поэтому крайне важно использовать медитативные практики. В следующий раз можем сжечь себе сознание.

– Понятно, – задумчиво ответил Айдар и тут же радостно отчитался:

– Кстати, я доделал тележки! Летают! Сутки не спал. Можно я пойду передохну?

– Конечно, всем отдыхать. – сказал я. – Через четыре часа пробежка в туман. Нужно пополнить припасы и зарядиться. Нам еще полторы недели здесь куковать. Постараемся охотиться в разных местах, не выбивая группы полностью. Не хотелось бы сейчас иметь дело с очередными высшими.

Отправив товарищей отдыхать, сам я остался на вахте. Нужно было подумать. Начал вырисовываться план побега с Инферно. Пока ничего конкретного, но что-то в образах птера меня насторожило. И одновременно обрадовало. Забрезжила надежда на благополучный исход. В любом случае мы ещё живы. Что было удивительно, учитывая наши довольно безумные практики.

«Завтра будет новый день. Но это не повод откладывать важные дела на потом», – подумал я, погружаясь в воспоминания монстров. Одновременно я отслеживал окрестности. После изменения памяти появился параллельный поток сознания.

«Или раздвоение личности, – пробормотал я задумчиво. – Главное – «белочку» не словить. Помниться, страшнее зверя нет».

Глава 19. Приятные хлопоты.

1 сентября 2154 г. Земля. 12:20. Комната Егора. Военная база "Зона 51".

– Ну, вот и всё, поздравляю. Вы почти полноценные обитатели Инферно, – поприветствовал я Джонсона и Джину. – Пройден серьёзный путь, и всего за двенадцать часов.

– Ты хотел сказать, что мы чуть не сдохли всего за двенадцать часов, – возмутилась бледная девица. – Обычного человека бы порвало на второй процедуре.

– Удивительно точное замечание. Мы тоже это поняли. Интуитивно, – ответил я на возражения. – Правда, мы использовали неадаптированную энергию. Сам удивляюсь, как выжили. Чудо. По меньшей мере.

– Потому что психи. Кто бы ещё додумался до подобного? – поддержал боевую подругу Джонсон.

Бугай выглядел не лучше напарницы. Он тоже был бледным, я бы сказал бледно-красным, двигался рывками, и наблюдалось нарушение координации.

– Лучше перекусите энергетическими батончиками, а не предъявляйте претензии, – посоветовал я коллегам по трансформации. – Вас хватит минут на десять без дозаправки, потом отключитесь. Я составлю вам компанию.

Мои слова не разошлись с делом: подхватив упаковку серо-зелёного цвета, я уселся рядом со страдальцами. Вскрыв коробку и развернув шесть батончиков, я отдал их бойцам охраны. Они с трудом донесли до рта предложенное угощение трясущимися руками. Справившись с задачей, бедолаги начали активно жевать. Я не отставал от них, всё-таки слишком много было израсходовано крови и энергии .

Покрыть всё тело бойцов знаками, преобразив все органы за двенадцать часов, – это подвиг. Нет, не так. ПОДВИГ. Причём всех участников. Не знаю, что делали с ними, но проект "Геном" — это монстры. У них уровень регенерации был гораздо выше, чем у меня. Но, во-первых, я не был человеком, во-вторых – для этого понадобилось больше ста лет. Можно было с уверенностью сказать, что рядом со мной находятся эталоны плана Жизни. Вершина эволюции вида. В общем, страшно было представить, что они после всего этого могли вытворять.

Правда, было одно но. Я мог осуществить перенос только двух способностей: тихого шага и левитации. Хань мог перенести так же лишь две способности: левитацию и укрепление.

– Надо было Петра сюда вызвать. Этот монстр даже не поморщился бы от подобного, – прервал мои размышления Джонсон. – Почему именно мы должны страдать? Мы ведь даже не были лучшими на курсе!

– Зато мы самые адекватные, – парировала Джина. – Пётр, конечно, может отрастить руку за неделю, но он конечности теряет на стабильной основе. За десять лет службы я его целым видела раз восемь.

– Его посылали в самые горячие точки, – встал на защиту товарища Джонсон.

– Как и нас, – не отступала Джина. – И сколько подобных ранений мы получили? Три. На двоих. И каждый раз спасая этого придурка.

Судя по интенсивности перепалки, я понял, что напарники пришли в норму. Жестом я попросил Бен-Гура бросить мне коробку жёлтого цвета, в которой находились тюбики с концентратом. Бобовые – то что нужно звезде рок-н-рола. Подсовывая новые порции еды, я внимательно слушал разошедшихся бойцов.

– Зато мы каждый раз выполняли боевую задачу. Почти всегда. И никого не потеряли, – гнул защитную линию Бугай.

– Скажи спасибо Мангусту. Если бы не его снайперский огонь, померли бы ещё в первой миссии, – не унималась девица. – И конечно, Балу. Сколько раз он выручал?

– Балу трус. Регенерация ниже стандарта. Удивительно, что его вообще взяли в проект, – находил новые контраргументы Джонсон.

– Зато мозги работают как надо. Три потока сознания – редкая способность. Он единственный из эксперимента, кто сохранил разум. Остальным химически подавили активность коры головного мозга до пороговых значений. И списали, – спокойно ответила Джина. – Его в аналитики звали, но он отказался.

– Конечно, он тот ещё псих. Если посчитать количество ликвидированных объектов, только Мангуст его переплюнет, – на этот раз восхищённо ответил здоровяк. – Неважно. Он всё равно трус. Бить в спину нетрудно.

– Избегание риска не означает трусость, – важно произнесла Джина. – Это мудрость. Результат отличного усвоения тактики боя, стратегии стрелковой поддержки, взаимодействия малых диверсионных групп и взрывного дела. И да, не смотря на отсутствие боевой регенерации, он ни разу не бросил группу. Напомнить, кто организовывал коридоры для отступления?

– Мы тогда могли выполнить боевую задачу. А не бежать, как крысы, – насупился бугай.

– И сдохнуть. Мы всё равно дожали цель. Пусть и год спустя, – уже миролюбиво успокоила Джонсона Джина.

– Зато группа распалась, – продолжил дуться бугай. – И теперь мы просто охраняем объекты.

– Спасибо надо сказать, – усмехнулась Джина, – как раз Петру и его шизе. Стопроцентная эффективность группы, и никак иначе. Грёбаный перфекционист. Постоянно его с ранениями вытаскивали. Весь в медалях за героизм. Башку ему лечить надо.

– Ну, есть у него недостатки, – согласился Джонсон. – Нас тоже не обделяли.

– Зато слава "тупого мяса" закрепилась за группой навечно, – уже с обидой ответила Джина. – Ни на одну командную должность не берут. Все операции сплошная мясорубка, постоянные ранения, даже у снайпера. Неудивительно, когда постоянно выносишь на закорках нашего доблестного командира из-под огня. А я тебя вытаскивала. Только Балу за всё время службы был ранен всего дважды. В одной операции. Навылет. На короткой дистанции. Осколками своих же оборонительных гранат, когда прикрывал наш отход. Другой бы сдох, а он успевал просчитывать вероятные траектории разлёта осколков. Как оказалось, успешно. Почти.

– После этого он и ушёл из группы, – так же обиженно засопел амбал.

– Правильно сделал. У Викинга вообще крышу снесло, – жёстко сказала Джина. – Перемкнуло башку, как у бульдога. Захотелось большую и красивую медальку на ошейник. Хорошо, что к тому моменту все полностью отработали условия контракта. Следующая миссия точно бы нас похоронила. Санкар нас вытаскивать не стал бы, не смотря на всю его условную миролюбивость. Да и Варг уже устал от выходок Медведя. И не спорь, – девица не дала Джонсону возможности возразить. – Смотри, как всё вышло. Мы сейчас в плюсе. Теперь у нас есть все шансы вернуться в строй в новом качестве.

Закончив на победной ноте, Джина удивлённо осмотрелась.

– Не это ищешь? – спросил я, хватая очередную коробку концентрата. На этот раз оранжевую. – М-м-м.... Мультифрукт!

– Да, спасибо, – ответила Джина. – Надеюсь, мучения закончились?

– Да. Большего для вас сейчас не сделать. Я оставил основы для усиления, очищения и резонанса. Вместе с левитацией и тихим шагом это максимальный набор для человека. Больше не получится запихнуть. Нет нужных органов.

В этот момент оживился Бен-Гур. Гарнитура связи заморгала синим цветом. Внимательно выслушав, агент удивлённо поднял брови и ответил:

– Да, конечно. Я уточню у Егора Петровича Самойникова. Ответ дам через минуту.

– С вами хочет говорить глава СПБ Ли Яо и глава совета секторов Земной федерации Сергей Иванович Кулик, – сообщил израильтянин. – Это по поводу вашего договора, а также содействия в обороне Земли.

– Конечно, я готов. Тем более надо передохнуть пару часов. После я продолжу рассказ, – согласился я. – Единственное, хотел бы попросить вас доставить сюда оставшихся членов группы.

Я вопросительно посмотрел на Джину.

– "Девятка", – ответила девушка.

– Да, "Девятка", – спокойно сказал я. – Но без Медведя. Неадекваты мне не нужны.

Джина благодарно кивнула мне.

– И можно ещё Соболя? – попросила Джина. – Соболева Илью. Он боевик, но грамотный. Будет полноценная звезда. Проще действовать.

– Это ведь не сложно? – спросил я агента.

– Я уже направил запрос, – ответил за него Иванов. – Сейчас добавлю Соболева. Медведь на задании. Не рассматривался изначально.

Вот ведь, хитрый жук. Как по нотам разыграл. Я думал, что ребята поплыли. Нет. Сидят улыбаются. Вот что значит дефицит общения. Эрги попроще. Без интриг. Голый рационализм.

– Хорошо. Я понял. Готов общаться с первыми лицами планеты. Ответственность осознаю, – успокоил я всех.

Разговор длился час. Удивительно, но никто не угрожал. По родственникам дали полную картину. Все они неплохо устроились, но от награды никто не откажется. Помощь в паре проектов и защита от нечистых на руку конкурентов лишней не будет. В общем, присмотрят. И финансами не обидят.

Восемь девиц подобрали быстро. Все они были из проекта "Геном". Видимо, девушкам трудно было найти пару.

Когда меня спросили про излучатель, я рассказал им всё без утайки. И про неконтролируемый рост и деление клеток с образованием большого количества тепла, и о том, что энергия выделялась при распаде и обновлении тканей. И раковых новообразований. В незначительные детали, естественно, вдаваться не стал. Не время пока, а то решат, что я им не нужен. Они сделали вид, что полностью мне поверили .

Я выторговал излучатель в собственное владение. Всё равно люди не могли использовать его. Излучение задевало и стрелка, а это гарантированная смерть для неподготовленного бойца.

В прямом эфире подписали трёхсторонний договор о сотрудничестве: между СПБ, Советом секторов Земли и отрядом «Инферно» (согласен, название так себе, но что поделать) в лице командира. То есть меня.

Попутно я был назначен на должность военного советника СПБ. В процессе к конференции подключились представители военно-космических сил Земли и сил противодействия внеземной угрозе. Кстати, проект "Геном" – творение именно ПВУ.

Пришлось подписывать ещё один трёхсторонний договор: на этот раз с ВКС и ПВУ, которые обеспечивали отряд «Инферно» передовыми технологиями и информацией в обмен на подготовку бойцов и обучение их методами работы с внеземными артефактами.

В целом, плодотворное получилось сотрудничество. Принуждать никто не стал, ведь они думали, что я могу убежать в Инферно в любой момент. Впрочем, избыточных требований я не предъявлял, власть и деньги меня не интересовали. А запрошенное оборудование для них было просто мелочью по сравнению с тем количеством новых технологий, которые они могли получить.

Излучатели прибыли, пока я спал. С ними доставили силовой доспех в исполнении разведчика. Мне не требовались избыточные габариты. Поколдовав с синтезатором, я окончательно убедился, что не являюсь человеком. Костные ткани моего организма не воспроизводились аппаратом. Хотя генетически на пятьдесят три процента я всё ещё был Homo sapiens.

В качестве образца пришлось использовать мой комбинезон. На боевой костюм я прикрепил акулью кожу, после чего усилил его крабовыми символами и тихим шагом. Не забыл и про левитацию – модернизировал блок питания энергетическим кристаллом главкраба, который завалялся в рюкзаке. Инженеры сделали крепления для оружия и рюкзака.

Результат превзошёл все мои ожидания. Экзоскелет ощущался словно вторая кожа. Пара программных закладок и следящих устройств не испортили впечатление. С первыми я легко справился: снёс родное программное обеспечение в ноль, оставив только систему приёма и преобразования сигналов. Управление резонансом не уступало в эффективности машинному, а параллельный поток сознания легко заменял компьютер. Следящие устройства, как и систему самоуничтожения, я просто сжёг. Она была штатная, но страховку никто не отменял.

Система автоматической подгонки идеально подстроилась под мои параметры. Контактный слой взаимодействовал с моим комбинезоном, устройства активного поиска и групповой связи сильно расширяли возможности в бою. Дальность увеличилась на треть и составляла около четырёх километров. Правда, до моей чувствительности не дотягивала, поэтому я понимал, что в трёхкилометровом радиусе мне придётся справляться своими силами.

Следующие два дня превратились в марафон. Одиннадцать человек полностью прошли путь от земного до инфернального. В результате сформировалась боевая звезда. Наблюдая за их тренировкой, я поверил в будущее человечества. Теперь это были чудовища на службе планеты. Поражали скорость принятия решений, точность действий, а главное –своевременные приказы от командира группы. Им стал Балу. После усвоения памяти у него стабилизировалась работа мозга, ушли побочные эффекты, а регенерация подтянулась до нужного уровня.

Женская группа поддержки тоже была дисциплинированна. Иначе быть не могло, ведь все они были неудачными экспериментами проекта «Геном». Я надеялся, что моя память когда-нибудь отторгнет увиденное.

Пришлось немного поработать резонансом. Исправили все внешние недостатки, а так же устранили проблемы с работой внутренних органов. У некоторых девиц наблюдались аномалии, не предусмотренные человеческой природой.

Так, в первый день, работая мясниками, мне ассистировала вся «Девятка». И было много, много анестезии.

А главное, вместе с пациентами прибыло три контейнера специального пайка. Не знаю, какой там был состав, но казалось, что питались мы твердотопливными элементами баллистических ракет, а запивали жидким космическим топливом. Калорийность была запредельная, и это позволило мне работать сразу со всеми. Без отдыха. Даже получение информации отошло на второй план.

И ни у кого не было проблем с головой. Девушки вообще после процедур плакали и благодарили. Их даже не смущал красный цвет кожи.

– Ну вот, ты уже начал спасать человечество, – подколол меня Иванов.

– Хочу заметить, лучшую его часть, – со вздохом ответил я коменданту. – Правда, я уже успел забыть, как сложно бывает с женщинами. Только менять ориентацию отказываюсь, посмотрим, что с ними станет после перехода. Это даже к лучшему, что большая часть воспоминаний уйдёт. Если бы не долгий путь выживания, методы ПВУ я посчитал бы людоедскими. Ну, или как минимум бесчеловечными.

– Но ты ведь не человек, – с улыбкой ответил комендант.

– Наверное, ты прав, Иван, – ответил я коменданту. – Но философия не поможет в решении наших общих проблем. Пошли к Бене. Он, наверное, заждался меня. Допрос не движется с места. Работа стоит. Осталось три дня, а я не рассказал главного.

– Бойцы, за мной, – приказал комендант. – Идём в зал. И девиц возьмите. Будет интересно.

Глава 20. Братья по разуму.

3 сентября 2154 года. 12:30. Земля. Конференц-зал военной базы «Зона 51».

– Привет, Беня, – поприветствовал я агента. – Как дела? Начальство ещё не съело?

– Нет, ты же сотрудничаешь с нами, – ответил Бен-Гур. – Только домой уже хочется. Дел на два дня, а мы всё тянем. Неуютно мне здесь.

– Чутьём тебя Бог не обделил. Не волнуйся, корабль отвезли в пустыню, никого не заденет излучением. Сегодня точно закончу повествование о жизни моей непростой, – продолжил я игру израильтянина. – Тем более мою земную часть вы уже изучили.

– Ничего выдающегося, – вздохнул агент.

– Оно и верно, – улыбнулся я. – А в Инферно просто выжил. Нет поводов для особой гордости, никогда не рвался в герои и начальники. Ладно, пошутили и хватит. К записи всё готово?

– Уже пишется, пока вы мило беседуете и тратите время и государственное финансирование, – ответил комендант.

– Поехали, – сказал я и продолжил рассказывать. – Финальной частью преобразования организма любого стихийного плана является появление ядра. Обычно оно выглядит как кристалл, и без него невозможно передвижение между планами. Накапливать и удерживать энергию для прорыва тоже не получится ‒ в силовом теле просто не хватит энергоёмкости. Камни можно сравнить с конденсатором. Взаимодействия с плановыми способностями тоже проходят через энергетическое ядро. Вернее, оно позволяет применять способности на расстоянии, без непосредственного контакта с целью. В рамках физического взаимодействия достаточно мощности, генерируемой силовым телом. В общем, очень много не, ни и невозможно. Сплошные ограничения.

Вживление чужого энергокамня не даст ничего, кроме отторжения и отравления чужими кодами, поэтому получить ядро на халяву не получится. Правда, это не мешает использовать его в качестве инструмента. При наличии хорошей защиты, естественно.

По итогу ядро необходимо сформировать самому. Каким образом? Подвергнуть силовое тело бомбардировке концентрированной энергией. Любой родственной, даже условно, стихией. В предельно допустимых количествах и немного сверх того. Тогда организм начинает сопротивляться воздействию, и естественным ответом будет повышение пределов поглощения энергии, а именно: появление хранилища, расширяющего возможности тела. Так и зарождается ядро. Дальше, по мере увеличения воздействия, оно качается как мышца. Растёт.

Для обитателей Инферно естественными раздражителями являются солнечная радиация и ядовитые испарения. Причём второе – не самый действенный, но наиболее щадящий способ развития. По этому пути идут змеи и крабы. Остальные просто загорают, пока в костях или где-нибудь ещё не образуется ядро.

После этого предполагается долгий путь увеличения ёмкости. Пятьсот лет – именно такой срок необходим самым ленивым энергетам для достижения пика развития. При условии, что не сожрут раньше. Но это из области фантастики, причём ненаучной. Средняя скорость вознесения до эрга – двести лет, и в основной массе – это перерожденцы, организмы, восстановленные из ядер с остатками кода, который и является катализатором развития.

Правда, попадаются пустые ядра – кристаллы, которые слишком долго не получали никакой энергии. Код на них распадается, но при поступлении силы они просто притянут ближайшую матрицу для восстановления силового тела.

Так уж выходит, что во Вселенной энергия не способна существовать без материи. Как и материя без энергии. Корпускулярно-волновой дуализм в чистом виде.

Я выдал довольно длинный монолог.

– Удивительная осведомлённость, – сказал Бен-Гур после небольшой паузы. – Это ты из памяти почерпнул?

– Нет, – улыбнулся я, – исключительно в процессе живого общения с носителями информации узнал. В обмен на плодотворное сотрудничество. Но об этом позже. Сейчас я расскажу вам, как я докатился до жизни такой.

2094 год по земному календарю. Инферно.

Уже шестьдесят оборотов мы бегаем от Солнца. За это время мы научились уничтожать в прямом противостоянии почти всех обитателей в зоне умеренных температур. Самых опасных особей мы заманивали в ловушки, благо за время наших скитаний мы не прохлаждались. Пустыня Инферно, а также её скальные плато и туманные области обросли сетью убежищ.

Действуя планомерно, мы создали множество фортов и постов, на которых можно было безопасно заниматься саморазвитием. Других развлечений не нашлось, а направлений было хоть отбавляй: от медитативных практик до боевых искусств. У кого-то проклюнулась научная жилка.

Артём извёл массу мелких тварей для проверки своих теорий. В стеклянной восемнадцатилитровой ёмкости у нас жил червь-мутант. Чжао откармливал его энергией разных представителей местной фауны и флоры. Да и такое там было. Настоящие растения, похожие на помесь грибов и кораллов. Оказалось, что они едят песок и превращают его в камни.

Чжао научил червя делать стекло. Заставил поверить, что стеклянная ёмкость – его дом. Получилось, конечно, не сразу, только десятый экземпляр стал удачным. Шесть оборотов он мучил червя: выставлял на солнцепёке, а потом прятал в стеклянный купол, который защищал особь от облучения, и кормил грибами.

Этот экземпляр оказался достаточно умён. Он умудрился сформировать новый тип ядра, сочетающий в себе резонанс и плазму, и, соответственно, новый механизм защиты.

Самое забавное, что сделать такое же стекло из песка мы могли и сами, но каждый развлекался как мог.

Хань учился летать. При каждом удобном случае он охотился на птеров. В итоге твари стали нас облетать за десятки километров. Китаец с нашей помощью сформировал безусловный рефлекс у целого вида. Понадобилось тридцать оборотов, но Хань не знал уныния. Он приступил к развитию тихого шага, и в результате четырёхрукие охотники превратились в неуловимых ниндзя с осознанием простой истины: трогать непонятных животных в странных шкурах опасно для существования. Единственный выход – бежать, не привлекая внимания. Судя по последним циклам, Хань внёс коррективы в поведение ещё одного вида.

Попутно мы пополнили левитационными лыжами нашу амуницию, довели маскировку до высочайшего уровня и по максимуму развили органы чувств. Все виды вибраций воспринимались на интуитивном уровне, так же как и показатели солнечной активности. Ничто не могло укрыться от нас в радиусе трёх километров. Кроме йети, которые засекали нас раньше, что сильно расстраивало Ханя.

Айдар продолжал совершенствоваться в ремесленном творчестве. Только мой костюм не претерпел никаких изменений, а комбинезоны товарищей перекраивались неоднократно. В итоге получилась защита, непробиваемая даже нагами. Змеиный кислотный луч расплёскивался о костяные пластины, прикреплённые к костюму стальными нитями.

Не обошли стороной и оружие. Используя многочисленные кристаллы малых крабов, а также обработанный резонансом металл, неугомонный бурят изготовил гладкоствольное ружьё с красивым костяным прикладом и кожаными вставками. Вместо пороха он использовал большой кристалл птера. При воздействии на него левитацией создавался отталкивающий импульс. И если человека он поднимал на высоту тридцать сантиметров, то кристаллы крабов отправлялись в путешествие на дистанцию в километр. При этом не чурались захватить попутчиков. В итоге высшие гончие превратились из опасных противников в подвижные мишени. Правда, подобное сокровище получилось в единственном экземпляре. Из-за нехватки ресурсов.

Но никто не огорчился. Ли забрал копьё у Айдара и продолжил путь совершенствования. Флегматичный китаец упорно, цикл за циклом осваивал таинство владения оружием. Всеми его гранями. Он использовал копьё как шест и как полноценное метательное оружие. Конечно, не всё шло гладко, но опыт тридцати оборотов упорной работы с топором позволял исправлять ошибки. Наш «танк» в одиночном бою был страшен, ни один монстр не представлял для него угрозы. И это я молчу про рукопашный бой.

В условиях однообразной жизни спасала рутинная работа по обустройству стоянок, отработка ушу и медитация. Китайская гимнастика успокаивала и настраивала на позитивное мышление, а медитация не давала сойти с ума.

Была решена проблема транспортировки ресурсов. Тележки плавно скользили в десяти сантиметрах над песком. Сами мы использовали левитационные лыжи. Скорость перемещения возросла многократно. Учитывая силу группы, маршруты строились через туманные пятна. Наличие сильных обитателей проблемой не являлось ‒ короткой стычки было достаточно, чтобы убить четыре-пять особей, дальше группа монстров в ужасе разбегалась прочь. В итоге мы пополняли запасы и энергию. Причём резерв увеличивался от цикла к циклу.

Сон тоже требовался раз в цикл. Приём пищи превратился в редкий процесс, исключительно для восстановления после травм или увеличения потенциала за счёт сильной твари. Обычно эти мероприятия совпадали.

В результате у каждого появилась масса возможностей сойти с ума. Или достичь просветления, например за счёт совершенствования боевых навыков. За это отвечал Хань, который оказался хорошим инструктором.

Что до меня, то я экспериментировал с резонансом и усилением. Моими недобровольными клиентами становились пленные гончие, на которых я испытывал действие различных символов. К сожалению, научиться переносить все используемые мной навыки не получалось. Мне были доступны для установки только левитация и тихий шаг. Но модернизацию органов и памяти я освоил в полном объёме. Перенос производился один к одному, правда, из подопытных выжила только одна гончая. Мы её даже откормили и отпустили. Она выросла в высшую гончую, заняла целый сектор и считала нас своими друзьями. Поэтому раз в три оборота мы гостили у неё. Целая стая охраняла нас от чужих посягательств. Приятный бонус.

Но даже хорошее быстро надоедает. Минуло шестьдесят лет, а ключик к дверям от дома так и не был найден.

Но в один прекрасный день …

Третий цикл 2094 года по земному календарю Инферно. Скалистое плато. Логово пауков.

– Хань, теперь мы будем кошмарить пауков? – уточнил я.

– Ну да, – ответил чёртов маньяк. – Мне скучно, а они сильные. Мы давно ни на кого не охотились. На пауков вообще никогда.

– Напомнить, почему мы этого не делали? – осторожно проверил я китайца на нормальность.

– Конечно, твари крайне сильны. Не живут поодиночке, не нападают самостоятельно, охотятся исключительно тройками. Умеют плеваться кислотной паутиной и плазменными сгустками, – отчеканил Хань. – Сильны в ближнем бою. Единственная возможность получить преимущество –поймать на смене позиции.

– Точно, – подтвердил я. – А ещё они получают энергию от разности потенциалов. Разбросал сеть на всей территории и заряжайся. Они не ходят за добычей, она сама идёт к ним. К тому же они очень разумны. Надеюсь, ты знаешь, что их память не усваивается? Дополнительные конечности отрастить ‒ пожалуйста, а знания забрать не получится. Разница в принципах организации мыслительных процессов. По крайней мере, я так понял из полученной памяти.

– Хотя бы посмотрим, – попросил китаец. – Может, чего придумаем.

– Хорошо. Четыре дня, – разрешил я. – Возможно, и поймём, как их уничтожить.

Остальные в это время спокойно слушали наш диалог.

– В крайнем случае одного подстрелим, – радостно поддержал товарища Айдар.

– Другого заколем, – оживился Ли. – Потренируюсь. Загарпуним, если что.

– Как вариант. Обустраиваемся в километре, – обозначил я диспозицию. – Там небольшая скала в тумане.

Дальше всё проходило стандартно. Только припасы разместили вне ядовитых испарений ‒ в каменной пещере. Хань сам подготовил и замаскировал. Решили, раз ему приспичило, то пусть и работает.

Для начала разгрузили мозг. Поспали, проще говоря. Два часа – и как новые. Дальше установили круглосуточное наблюдение. В свободное от слежки время медитировали, тренировались с оружием и осваивали ушу.

За два дня пауки не пошевелились ни разу. На третий день к ним в логово занесло тройку крабов. Их участь была незавидна: напоровшись на энергетические нити, ракообразные перестали существовать. Только камушки упали в песок. Ничто не могло их спасти.

– Впечатляет, – сказал я Ханю. – Ты видел, на каком расстоянии они орудуют? Сто метров. Причём сами в укрытии. Мы даже на дистанцию выстрела не сможем подойти. Поэтому-то мы их и не трогали всё это время.

– Да ладно, – не сдавался Хань. – Может, дождёмся, когда они от солнышка побегут, и подкараулим?

– Или превратимся в хорошо прожаренную отбивную, – съехидничал я. – Думаю, местные это оценят. Чувствую, чем дальше, тем сильнее мы впадаем в детство. Страх перед местными опасностями пропадает, и остаётся лишь жажда приключений. Нет, – отрезал я все споры.–Собираемся в поход. Дальше движемся по графику.

На сборы понадобилось полчаса, и в скором времени мы уже левитировали в сторону базы, обустроенной нами ранее.

– Выброс энергии гигантский, – вдруг напрягся Артём. – По пути. Нужно немного изменить направление. Дистанция до цели – километров пятьдесят.

– Колонна, движение за Чжао. – скомандовал я. – Возможно, что-то полезное появилось в нашем застоялом мире. Последний раз купался оборотов пятнадцать назад. Воды всего шесть литров осталось. Никуда не годится.

– Пауки! – радостно завопил Хань. – Они тоже сорвались в сторону возмущения!

– Только как мы их догоним? – возмутился Айдар. – Вон рванули. Быстрее гончих.

– Тогда чего мы ждём? За ними! – крикнул Артём, ускоряясь. – Пойдут ледоколом. Чувствует моё сердце ‒ придётся схлестнуться с кучей тварей.

Действительно, наших сил едва хватало, чтобы окончательно не отстать от пауков. Они, как и остальные обитатели Инферно, целенаправленно и неумолимо двигались в сторону излучения. Спасала нас только ранее заработанная репутация. Птеры облетали стороной, йети только раз мелькнули в пределах обнаружения, делая вид, что нас не замечают. Гончие держали дистанцию, им нечего было нам предъявить, ведь они и сами были гостями. Крабы и змеи, выползшие из тумана, не были способны догнать нас.

Такой страной компанией мы и домчались до цели.

– Смотри, пятиэтажка. Ты это видишь? Это военный лагерь! Вон гараж, грузовик! – восторженно закричал Айдар. – Там столько нужного! И по времени у нас будет целая неделя. Развернёмся на полную!

– Зачистить территорию! – заорал Хань. – Убить пауков! Быстрее! Они начали плести паутину! Если засядут в здании ‒ конец, не выкурим. Стреляй, Айдар! Быстрее! Мы прикроем!

– Ли, страхуй Петрова. Всем быть наготове. – раздавал я ценные указания группе. – Достать оружие. Бережём энергию. Приоритетные цели – пауки, остальным пошлём импульс, что это наша территория. Сами свалят.

– Меня одного смущает стеклянная поверхность вокруг лагеря? – задумчиво произнёс Чжао. –Как будто высокотемпературное воздействие. Интересно, а радиация опасна для нас?

– Посмотрим! – ответил я, перекрикивая вопли паука, который не испытывал радости по поводу непредусмотренных природой отверстий в теле. Айдар продолжил обстрел, но тварь не спешила переходить в атаку.

Тем временем в здании раздались взрывы. Затем крики.

«Кто-то славит Аллаха, – удивился я. – Там живые! Надо поддержать огнём».

Но осуществить задуманное не вышло, пауки синхронно рванули в нашу сторону. Раненый не прятался, а, наоборот, стал принимать на себя все выстрелы. Ранения подозрительным образом затягивались. Оказалось, что три особи соединились нитями в одну систему и поддерживали друг друга.

Мы начали отступать, занимая оборону, но случилось немыслимое. Монстры остановились и замерли. Мы тоже. Вперёд вышел самый крупный. Он сел на песок и сплёл странный символ. Потом демонстративно повторил его у себя на брюшке.

Мы не знали, как реагировать. Вокруг всё как будто замерло и ожидало дальнейших действий. Наших действий.

И тогда я решился.

Я подошел к монстру, сделал надрез на руке и резонансом превратил кровь в энергию. Сжав её усилением в увиденный символ, я перенёс его на паука. Он дёрнулся, и спустя минуту у меня в голове прозвучало:

– Мы поможем, человек, – отправило мне послание членистоногое. – Оставь нам энергию места. Прогоним остальных. Ничего больше не нужно. Сделка.

Именно так можно было расшифровать всплывающие символы. Я в свою очередь напрягся и сформировал мысли: «Недоумение. Удивление. Интерес».

– Знание, – не унимался паук. – Дадим вам информацию. Сделка. Время уходит.

Я представил себя пожимающим лапу паука. Потом вообразил, как мы расходимся по сторонам и как ко мне в голову влетает информация.

– Хорошо, – транслировал паук. – Жди.

Один из них побежал к зданию. Взрывы всё ещё были слышны, но крики уже почти прекратились.

Второй паук стал перебирать тушки монстров. Остановился на йети. После собрал песок и начал что-то выплавлять. Сделав странный стеклянный цилиндр, он воткнул его в голову монстра. Казалось, тот был жив. Во всяком случае, ничем другим я не мог объяснить его конвульсивные движения. Спустя полчаса все пауки вновь собрались вместе.

Переговорщик продолжал сидеть неподвижно. В мою сторону двинулся «экспериментатор» и кинул мне под ноги тело йети. Стеклянный цилиндр уже полностью растворился в голове бедняги.

Совершив какой-то ритуальный танец, паук-доставщик дал понять, что содержимое головы надо съесть. Я не стал спорить. Для поглощения содержимого черепной коробки йети мне понадобилось десять минут.

‒ Хань, сходи в здание, ‒ сказал я, чувствуя, что силы покидают меня. ‒ Только осторожно. Посмотри, есть ли там живые. Тебя монстры боятся. Ли, подстрахуй его. Если есть люди, сразу приводи их в форму, пока не померли от удушья. А мне что-то плохо, отдохну пока.

Но сознание не отключилось. Мой мозг заполнили яркие образы. Свет. Бесконечная масса огоньков. Они загорались и гасли так часто, что заболели глаза.

«Вода… ‒ я мысленно начал воспроизводить возникающие образы. ‒ Бескрайний океан. Вода замерзает, испаряется и снова становится жидкостью. Обитатели резвятся. Ощущение лёгкости.

Огромные поля кристаллов. Они перемещаются, соударяются. Тяжесть, очень трудно двигаться. Давление. Превращаются. Превращаются в пауков. В точно таких же (ладно, почти таких же), что сидели напротив меня. Сука, гости из других миров. Надо было слушать Ханя и раньше начать щемить этих насекомых.

Так, что там ещё? Призраки. Чувство ужаса. Астрал, блин. Давайте дальше.

Ветер, ветер, ты могуч, ты гоняешь стаи туч. Понятно. Воздух. Джинны и компания.

И напоследок знакомые картинки. Земля. Правда, информация слегка устарела. Каменный век давно закончился. Хотя кто знает, что там случилось в наше отсутствие.

Понятно, план Жизни. Родина наша.

Вернуться-то как? Понятно. Копим энергию, вбрасываем и переносимся в родной план. Проблема. У нас отсутствует ядро. Как получить?

Ага, закалка. Бомбим стихией организм, пока он не станет запасать в специально созданном резервуаре. И чем дольше и больше бомбим, тем быстрее растёт ядро».

Тут голова окончательно взорвалась болью.

«Теперь бы не сдохнуть», – успел я подумать, прежде чем меня накрыло плотной волной беспамятства.

Глава 21. Служба технической поддержки.

Блуждание в недрах памяти, чуждой человеческой логике, заняло три дня. Сначала я бился в закрытые двери, потом пытался пролезть в вентиляцию, но всюду были преграды, пока я не осознал, что помехи исключительно в моём восприятии. Достаточно было отбросить логику и стать пустым местом, бессознательным облаком кода. Теперь там, где я видел двери, были турникеты. В таком состоянии сознания препятствий не возникало. Вместо того, чтобы ломиться в стену, я мог просачиваться сквозь трещины. На достижение подобного просветления был потрачен день. Если бы не длительная медитация, никогда бы не выбрался из чужих структур хранения информации.

Отказавшись от «человечности», я увидел пространство по-новому: запутанные коридоры с множеством дверей превратились в огромный склад, заполненный различной тарой, к которой я имел мгновенный доступ.

«Прям новый год какой-то!» – радостно подумал я.

В ту же секунду пространство дрогнуло, возвращаясь к первоначальному виду. Проступили силуэты коридоров.

«Выдохнули, – успокоил я свои эмоции. – Я облачко. Невесомое и пустое».

Склад радушно принял меня обратно. Не задумываясь, я стал открывать всё подряд. Из коробок, ящиков, корзин, шкафов и другой тары появлялся туман. Он мог быть классическим, тяжёлым и непроглядным, с частицами песка, иногда в виде раскалённого пара или скопления светлячков, всевозможных цветов и размеров. Одно было неизменно: всё это впитывалось в меня, при этом смешиваясь в необратимую массу.

В результате из маленького облачка я превратился в грозовую тучу. Я рос, пока не заполнил весь склад, и я уже с трудом мог летать от коробки к шкафу, от шкафа к корзине. Контроль над всем помещением подсказывал, где находятся пропущенные шкатулки. Или вообще спичечные коробки.

Это действо продолжалось, пока мне не стало тесно настолько, что даже опрокинутого напёрстка хватило для разрушения ангара. Облачное тело уплотнилось, а после резко раздалось вширь. Стены и крыша ангара упорхнули вдаль, и я оказался посреди каменной пустыни. Ровная поверхность простиралась беспредельно, вся туманная масса собралась в одну точку, существо моё сжалось до молекулы.

В ту же секунду пришло осознание, что тело моё готово расширяться до бесконечности. Причём в минусовом диапазоне. Эта мысль взорвалась болью в голове. Это вернуло меня в реальность.

– Командир, хватит дрыхнуть, – услышал я. – Там представительство с Ближнего Востока волнуется. У них митинг разогнали. Было тридцать пять агитаторов, осталось трое. Хотят знать, как теперь жить дальше, – нервно пошутил Айдар, глядя на пауков.

– Понял, сейчас приду, – с задержкой ответил я буряту. – Оружие у них отобрали?

– Зачем? Они безопасны для нас, так пусть чувствуют себя спокойно. Насколько это возможно, – усмехнулся Айдар.

– Чтобы весь оставшийся кислород не сожгли. – Я встал, кряхтя, как дед.

Молниеносным движением отсёк руку йети, которого увидел боковым зрением. Резкий импульс резонанса превратил её в кровавый туман, который я мгновенно втянул в себя.

– Так-то лучше, – улыбнулся я. – Идём, надеюсь, восточные хозяева накрыли на стол.

– Как положено. Правда, застолье началось без нас. Всё самое вкусное уже съели. – Артём выразительно посмотрел на пауков. – Но нам надолго хватит. И хозяевам останется.

– Тогда начнём с хозяев. Хватайте всё и тащите в казарму. Будем приводить людей в форму. И нелюдей тоже, – сказал я, продублировав картинкой, где я рисую на стене символы, увиденные во время путешествия по коридорам памяти.

«Вот она – субъективность времени. Три дня уложились в десять минут. Ещё здесь порядок наводить», – подумал я, тихо вздыхая и борясь со слабостью в теле.

Мои мысли были услышаны. Переговорщик вбросил образ пылесоса с восемью лапами. Так себе шутка. Образ был жутковатый.

– Сами управимся, – хищно улыбнулся Айдар. – Этот мусор ещё цивилизацию с колен поднимет.

На том и успокоились. Дальнейший путь длиной пятьсот метров прошли в тишине, за что я всем был благодарен. Боль отступала медленно, и я предполагал, что мне придётся терпеть её до полной адаптации знаний. Странное было ощущение. За прошедшие сорок оборотов я отвык от чувств, приносящих дискомфорт. Даже постоянные спарринги с товарищами не приносили травм. Улучшенная регенерация, укрепившиеся кости, мышечные ткани и плотный кожный покров обеспечивали хорошую защиту. Такая способность, как усиление, укрепляла энергией весь организм, тем самым снижая вероятность получить физическое повреждение практически до нуля.

Мы шли не спеша. Дважды я останавливался для пополнения энергии за счёт лежащих вокруг монстров. Некоторые тушки выглядели ужасно, но такие мелочи давно нас не смущали. Ресурс есть ресурс, нечего нос воротить. А будешь привередничать, так сам станешь добычей. Для менее брезгливых.

С другой стороны ‒ это был вполне философский вопрос. «Непринятие реальности Инферно и возможные последствия этого».

Опять бесполезный бред. Всё-таки это нервы. Давно не случалось подобного. Один плюс ‒голова стала меньше болеть.

Ясность образов гостя с плана Тверди возросла. Что-то про жизнь в Инферно. Они находились здесь уже больше трёх сотен оборотов. Вроде того. Сложно вычислить, учитывая их двоичную систему.

– Они внутри. Неадекватны. Постоянно орут, – отчитался Ли. – Ничего не понятно.

– Конечно, вряд ли ты фарси изучал, – поддержал товарища Хань. – А вот командир, возможно, не только это изучил.

– Ты о чём? – спросил я китайца.

– Память. Она у тебя под крышечку забита, – удивлённо заметил Артём. – Один слот остался.

– Да ладно. – Айдар подошёл и с сомнением разглядывал меня.

– Так, разошлись, не в цирке, – отмахнулся я. – Потом всё объясню. Не до этого. Сейчас хлопцы Богу душу отдадут. Аллаху в смысле. Нужно торопиться, давайте по старой схеме. Только дозировку уменьшите. Желудок и лёгкие, – раздал я целеуказания. – Откормим их потом. Главное, чтобы в процессе не померли. Вперёд! Почему я вас ещё наблюдаю?

Бригада с утроенной скоростью разлетелась выполнять поручения.

Сам я взял первый попавшийся пистолет странной конструкции. В глаза бросилось отсутствие затвора и вообще каких-либо подвижных частей. Нажав на синюю кнопку на рукоятке, поймал выпавший цилиндр. Красная кнопка освободила обойму металлических миниатюрных стрел.

«Рейлган, мать его, – восхитился я. – Даже жаль использовать для преобразования».

Оглядевшись, я заметил, что подобного добра полно. Решил, что батарею и патроны трогать не буду, а остальное ‒ в дело.

Пять минут ‒ и пара металлических кубиков, покрытых символами, готова. Заодно головная боль уменьшилась: очередное знание ассимилировалось. Теперь можно было и пообщаться.

Постучавшись в дверь, я дождался ответа. Судя по силуэтам в инфракрасном спектре, люди за стеной молились. Интересно, как они определили направление на восток? Впрочем, это было неважно. Не стал придираться к беднягам, в ближайшие сутки им предстояло многое пережить.

Дождавшись окончания обряда, я вошёл. Кинул самому спокойному кубик.

– Пообщаемся? – улыбнулся я. – Хотя какие у вас могут быть другие разумные варианты?

Примерно два часа спустя.

– Я тоже так орал, когда лёгкие выплёвывал? – спросил я Ханя.

– Не, ты хрипел, – ответил китаец. – И вообще, сознание потерял.

– Какие крепкие парни, – удивился Артём. – До сих пор не отключились.

– Верят. Сильно. – ответил Ли. – Фанатики.

- Возможно, это и неплохо. – задумчиво произнёс я. – Но развязывать их пока не будем, слишком резвые. Притом что радиацией от них фонило за сто метров. Если бы не паучки, вообще бы расползлись на молекулы.

Наши временные союзники буквально обсосали всю поверхность военной базы. Судя по пикапам с пулемётами на борту, правительственной она не являлась. Наличие зелёных знамён чётко указывало о направлении деятельности обитателей.

Вишенкой на торте были три артиллерийских снаряда, которые были причиной перемещения окружающего пейзажа в Инферно. Обеднённый уран или другая ядерная начинка. Причём один не успел взорваться. Найдя такой подарок, мы немного испугались. Да кого я обманываю ‒ чуть было не навалили в штаны. И сделали бы это, но физиология не позволила.

Зато пауки… Хотя какие, к чёрту, пауки ‒ големы. Из плана Тверди, значит, будут големами. Зато големы обрадовались находке. Они даже убежали километра на три от нас и рванули его. Психи кремнемозглые. Даже не предупредили.

Оправдывает наших союзников одно ‒ ни один рентген не скрылся от их взора. Зачистили в лучшем виде. Стерильно, как в летнем ботаническом саду.

– Как там подопечные? – уточнил я у заместителя. – Готовы беседовать? Или сотрудничество с дэвами не входит в их планы?

– Не входит, – ответил Артём. – Вырубились наконец. Предлагаю провести время с пользой. Собрать всё, включая тела, в тот грузовик, а колёсную базу поменять на кристаллы. Заодно тент сделаем. Займёмся водой. На базе ёмкость на триста литров, надо осмотреть.

– Непременно всё заберём. Но теперь нам не понадобится скитаться. Собери народ, сейчас я поделюсь информацией, которая поможет сделать себе наконец полноценный дом, – загадочно улыбнулся я.

Пятый цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

Прошло два цикла. Примерно пять недель. За это время изменилось всё. Теперь мы все щеголяли новой памятью и ловко оперировали внеземными знаниями. Естественно, големы поделились с нами малой частью информации, тем, что не сожгло бы мозги человеку. Мы оказались для них не первыми подопытными. До этого они столкнулись с какими-то аборигенами, наверное, из Полинезии, а может, из других мест, где вулканы извергаются на постоянной основе. Они были покрыты татуировками, как и мы, но сделанными ещё на Земле. На контакт они не пошли, а напрямую влив информацию в одного беднягу, паук сжёг ему мозг. Второй тоже пал жертвой несовершенной методики. Только третий воспринял правильно подобранный объём знаний, но реализовать не успел, так как кислородное голодание не пощадило. Зато големы изучили физиологию человека и определились с нужным количеством информации.

«Спасибо вам, туземцы, – думал я. – Я вас не забуду. Тем более обладая двумя потоками сознания».

Правда, мне нечем было хвастаться. Это Артём безболезненно оперировал тремя потоками одновременно. Заполнение памяти плодотворно подействовало на Чжао, поэтому налаживанием связей с внеземными формами жизни занимался именно он. Ни секунды не жалея об этом.

Мне же пришлось плотно поработать с големами в другой области. Я выплавил на каждом по тридцать новых знаков. На одной особи пришлось дважды переделывать и даже проводить дополнительные расчёты. Хорошо, что для наращивания тела ребята используют песок, которого вокруг было много. А энергия легко пополнялась в туманном пятне. Быстрый бег подопытного – и мы в идеальном месте для работы. Заодно набрали крабов и змей. Три штуки – живыми. На обратной дороге зацепили с десяток червей. В общем, полный комплект для полноценной жизни начинающего землянина.

Исламисты присмирели. Хорошо, что большая часть информации осталась не у дел. Не было желания общаться с фанатиками, чьи мозги обработали пропагандой. За трое суток ребята обкатались. Выбрали позывные. Ну, как выбрали – пришлось. Трудно запоминать их бесконечные Ибн, Аль и Бури. Тем более они сами путались в показаниях. Видимо, имена получили уже в лагере, когда были посвящены в ряды очередных борцов за свободу ислама.

Поэтому арабы стали Беком, Ханом и Салахом.

Почему так? Первый был похож на повара из чайхоны, где мы с парнями любили отдыхать. Воспоминание оказалось общим для всей бригады, поэтому у араба не было никаких шансов отвертеться от прозвища. Со вторым именем постарался Айдар. Сказал, что у парня профиль вождя. А третий оказался кучерявым египтянином, поэтому получил прозвище Салах. Я так решил единолично. Спорить никто не стал.

Символы устанавливали классическим образом, потом улучшали имеющимися материалами. Для подстраховки, так как доверия арабы не внушали. Как показало время – не зря. Проведя последние ритуалы посвящения в странников Инферно, мы оставили ребят в покое.

В это время Айдар вместе с остальными чинил казарму и гараж. Остальными были големы.

Надо сказать, что пауки стянулись к нам с трёх секторов. С каждой группой мы подписали отдельный договор. Устройство выглядело как металлический куб, покрытый гравировкой из символов. Условия были простыми. Я укрепляю их тела символами, они обустраивают защиту базы от солнечной радиации. Предполагалось, что оборона объекта будет совместной, а проживание раздельным. Остальное в рамках деловых и союзных отношений.

К сожалению, восточные ребята союзниками не стали. Они не готовы были принять, что человеческое тело – слишком ценный ресурс и разбрасываться им не следует. Отпустив их набираться опыта, я установил им базовую татуировку памяти из пяти элементов. До знаний, полученных от големов, необходимо дорасти. Мы надеялись, что они вернутся, получив необходимый опыт.

Правда, отпустить восточный отряд совсем неподготовленным мы не смогли. Совесть не позволила. Поэтому обеспечили их оружием и амуницией: два меча, три ножа и одно копьё. Каждому досталось по два метательных стилета, и вершиной коллекции стали АИК-19 и АИП-19. Три пистолета, три карабина, переделанные элементы питания, основами которых стали энергетические камни крабов. При воздействии на них возникал выталкивающий импульс, и если с ружьём Айдара этот фокус не проходил, то нормальные стволы разгоняли металлические стрелки не хуже электромагнитного поля. А заряжались аккумуляторы резонансом. Правда, испортили пять батарей, прежде чем подобрали частоту, но запас позволял эксперименты.

Всю взрывчатку отдали паукам. Эти ребята казались просто маньяками, но полезными. В финале от сердца оторвали пикап. Сделали его крытым, с защитой от солнца. Переделали батареи с солнечным камнем, кристаллы левитации были использованы в качестве опоры и движителя. Также на борту была большая пушка.

Со всеми задачами справились. Правда, буквально на флажке. Теперь, кроме нас на базе обитали двенадцать пауков. Территория была покрыта паутинной сетью, собирающей энергию для големов. С десяток солнечных камней на крыше питали батареи в лаборатории Артёма, мастерской Айдара, гараже Ли и спортзале Ханя. Причём инвентарь для зала производили големы. Каменные тренажёры, груши и ринг – только жесть, только хардкор.

Себя я тоже не обделил. У меня была серверная. Собрав все комнаты в единую сеть с помощью обменных кубов, я обеспечил общее оповещение на случай нападения. С чего я так решил? Я был уверен, что наш маленький центр дружбы и взаимопомощи разумных видов непременно привлечёт инспекционные проверки, ведь мы нарушаем главный принцип Инферно – равновесие.

И на закуску. Теперь у нас была специальная комната для «загара». Специальный солярий с регулируемой подачей солнечной энергии. В ней мы медитировали. Это было необходимо, так как иначе боль от получаемых ожогов могла свести с ума.

Вот такой был график. Полдня прожарка, полдня восстановление в медицинском кабинете. Использовали энергию на любой вкус, старались не доводить до серьёзных травм. Ресурсов для регенерации мышц и костей было не так много, а охота ведь весьма опасное занятие. В первую очередь из-за длинной дороги. Укреплённый грузовик не стали полностью переоборудовать в летающую крепость, оставили колёсную базу, добавив функцию левитации для быстрого перемещения по трудным участкам.

После всего сделанного можно было спокойно подобрать ключик для возвращения на Землю. А пока я собирался переделать ещё один автоматический импульсный крупнокалиберный пулемёт с непонятной цифровой маркировкой 19. Лишним точно не будет.

Глава 22. Диалоги о животных.

Седьмой цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

‒ Сказали тебе, не выходи за рамки установленного времени, – ругался Хань.

Я молчал. Просто нельзя было отвлекаться. Не хотелось оставлять товарища неподвижным истуканом на пару дней. Хотя мыслей было много, да и слов тоже. Нормативной лексики, правда, не наблюдалось. Разве что междометия и предлоги. Никогда бы не подумал, что именно Ли доставит столько проблем.

‒ Третье, – мрачно сказал я.

И не последнее. Хань отследил ещё как минимум два новообразования в организме китайца. Я смог нащупать всего четыре, но доверял словам нашего инструктора. Ещё бы, ведь именно он первым обнаружил последствия безумной практики по «закалке» тела ‒ раковые опухоли. В начальной стадии они купировались силами организма, но при дальнейшем воздействии солнечной радиации даже силовое тело не справлялось. Требовалось срочное хирургическое вмешательство, иначе образующиеся кристаллы могли разорвать носителя на части.

Правда, были и положительные моменты. Мы нашли объяснение скоплению энергокамней в некоторых местах. Ответ оказался простым ‒ это были не пережившие трансформацию бедняги, превратившиеся в горстку ядер. Зато таким образом они увеличивали шанс на возвышение собственного кода.

К сожалению, это не наш путь. Нам хотелось вернуться в цивилизованный мир живыми.

‒ Четвёртое, – сообщил я ассистентам. – Проверьте его ещё раз. Нужно точнее локализовать пятую опухоль.

Хань и Артём начали сканировать пациента.

– Правое лёгкое. Ощущаю пульсацию, – отчитался Артём.

– Пять сантиметров от него. В области ребра, – добавил Чжао.

– Принял. Прижигайте спину. Переворачиваем его на счёт «три», – дал я указания остальным участникам операции. В том числе и двум паукам. Они наблюдали за происходящим в рамках изучения человека для дальнейшего эффективного взаимодействия.

– Готово, считай, – напряжённо произнёс Айдар.

– Раз, два, три!

Теперь осталось добраться до новообразования. Хань посмотрел на Артёма, тот ткнул пальцем в грудь Ли. Хань кивнул и, взяв мой нож, зажёг плазмой остриё. Затем указал на место, где находилась опухоль.

– Принято, начинаю разрез, – оповестил я товарищей.

Искомое обнаружилось быстро. Мерзкое образование прилепилось к ребру, пришлось удалять вместе с ним.

– Готово. Латаем его. Все разом, – сказал я. – Голем, подержи его в вертикальном положении, пожалуйста.

Паук зафиксировал китайца, а мы резонансом разобрали четырёх гончих на энергию, которую направили на места разрезов. Полученного количества хватило для устранения последствий операции.

– Выводи его из транса, мой многопалый друг, – попросил я переговорщика.

Паук не стал тянуть и отпустил сознание китайца.

За неимением анестезии пришлось прибегнуть к посторонней помощи. Оказалось, при отсутствии сопротивления паук мог напрямую передавать информацию в мозг человека. Правда, был нюанс: нагрузка на сознание возрастала многократно. Поэтому часть функций, таких как болевые ощущения, отключалась. По правде говоря, отключалось вообще всё, кроме безусловных рефлексов.

В общем, всегда оставался выбор: умереть от болевого шока или от сваренного вкрутую мозга из-за чрезмерного объёма информации. Но это Инферно. Здесь просто не бывает.

Впрочем, удаление опухолей стало для нас привычным делом. Именно их них формировался энергокристалл. Просто нужно было контролировать процесс.

Выяснилось, что одна заготовка у нас уже была ‒ в шейном отделе позвоночника. Как противодействие летучим ядовитым соединениям. Но камень был очень маленьким. Даже на высшем уровне развития он не вместил бы в себя нужное количество энергии. Но удалять было поздно. Да и незачем. Не мешался.

Местом для образования основного ядра мы выбрали тазобедренную область, и в течение семи недель целенаправленно облучались в специальной комнате. Из нас всех повезло только Артёму. Чжао пережил всего три операции, прежде чем был получен нужный результат, и теперь сидел на минимально допустимом уровне облучения. Укреплялся. В то же время каждый из нас уже пережил по пять процедур. И результат не радовал.

‒ Артём, проверь нашего самоубийцу ещё раз. Сегодня уже не будем резать, нечем восстанавливать. – Я грозно посмотрел на Ли. – И закиньте в солярий новые камни гончих. Нужно пополнить запасы. Заодно Чжао укрепится.

Ещё одно открытие: теперь не нужно было гоняться за добычей по пустыне. Достаточно было облучить необходимым количеством энергии имеющиеся ядра, и начиналось волшебство. Из ничего получались нужные монстры. Правда, ненадолго. До встречи с нами.

В итоге мы смогли устроить животноводческую ферму, но вылезла другая проблема. С каждым разом происходила деградация кода, и особь получалась меньше и слабее. Соответственно, количество энергии уменьшалось и в результате кристаллы могли очиститься до стерильного состояния. Не знаю почему, но Артём пришёл в восторг. Вообще, глядя на него, я порой пугаюсь. Беспокоюсь за местную фауну. Даже для меня порой его мысли бывают чересчур бесчеловечны.

Но нет худа без добра. Теперь мы знали, что если облучить одну особь нужным количеством солнечной радиации, то можно получить пару-тройку новых ядер. Может показаться, что это довольно жестоко, но ведь мы в то же время давали им шанс на возвышение. Не бесплатно, естественно. Но в любом случае наши действия не сильно отличались от земного животноводства.

– Есть! Пульсация там, где нужно! – радостно завопил Артём.

– Хань, проверь, – попросил товарища.

– Да, – ответил китаец, – причём уже сформированный кристалл. Всё-таки не зря пострадал.

– Простите. Много неприятностей я принёс, – улыбнулся Ли.

– Теперь это уже не имеет значения, – ответил я ему. – Нужно двигаться дальше. Вот и посторожишь Артёма. И забой скота на тебе.

– Принято, – безропотно согласился Ли.

– У остальных в ближайшие двое суток перерыв в солнечных ваннах, – обрадовал я товарищей. – Займёмся отловом элитных голов для разведения стада. Готовьте транспорт, пока солнечная активность не достигла пика. Найдём монстров послабее.

На сборы потратили пять часов. Ещё раз проверили аккумулятор грузовика, защиту от солнца, новое лобовое стекло от питомца Артёма. Выдвинулись впятером: Я, Хань, Айдар и неизменная парочка големов. Нынешняя солнечная активность им не угрожала.

Долго ехать не пришлось ‒ в сорока километрах от базы обнаружились доплеры. На наше счастье, никто рядом не ошивался, поэтому мы смогли загрузить машину по максимуму. Десять цветов.

– Теперь ещё садоводством займёмся, – рассмеялся Айдар.

– Возможно, это лучший выход. Растут они постоянно. Главное – не дать им найти чужой код. Наш пока они не воспринимают. И пауков тоже, – сообщил я.

Обратная дорога не доставила проблем. Солнечные камни активно доставляли энергию в аккумуляторы, машина бодро катилась по песку. Цветочки яростно искали особей для преображения. Мы отдыхали.

«Нужно наращивать термоизоляцию, имеющаяся не справляется, а это только начало», – с сожалением подумал я.

Но сюрпризы не думали заканчиваться. По прибытии мы начали сгружать рассаду в дальнюю комнату, которую мы решили приспособить под теплицу. В процессе учувствовали все, и вот, девять цветочков мирно расположились в три рядка.

– Красота, но мне кажется или их было десять? – спросил я у собравшихся.

Мы дружной командой пошли в гараж и увидели очень странную картину. В десяти метрах от выхода лежал человек. Абсолютно голый. При этом тело было крупным, красным и легко узнаваемым, ведь подобную поджаренную тушку мы сегодня уже видели. Это был клон Ли.

– Кого-то можно поздравить с полноценной адаптацией в Инферно. – рассмеялся Айдар. – И с очередным косяком на сегодня.

– Пожалуй, стоит втянуть тельце, – кровожадно произнёс Артём. – Я займусь его осмотром.

«Кому что, а мне придётся падать в ноги к паукам, – сокрушался я, направляясь к переговорщику. – Нужна изоляция палисадника. И, похоже, сбором питательной массы займутся големы. Печально, но вегетарианство не для этой планеты. Что за день такой?»

Глава 23. Сложности садоводства в условиях несредней полосы.

Восьмой цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

Потянулась рутина дней. Выезды за «цветами» стали основным нашим занятием, естественно, помимо посещения солярия. После образования ядра у Ли и Артёма остальные подобным похвастаться не могли. Проблем тоже не возникало. Было подобрано оптимальное время для «солнечных ванн». Хань по десять раз на дню проверял не появилось ли нужных новообразований. Но эффект был обратный. Кожа и внутренние органы приспособились к нагрузкам. Небольшие сдвиги были в освоении «кислотного тумана». Правда, я немного лукавлю. Сформированный кристалл в шейном отделе стал для всех приятным сюрпризом. В результате такого изменения сразу сократилось потребление «натуральной» энергии. Я, конечно, имею в виду поедание местных обитателей.

Специальные бойницы в кузове грузовика позволяли запускать необходимое количество летучих соединений без фатального повышения температуры, а кислотный энергокамень не только уменьшил время переработки, но и запасал энергию впрок.

Детище Ли подвергли вивисекции. Айдар испробовал на нём все свои безумные идеи. Результат радовал и удручал одновременно. Из положительного: отсутствие привычной мозговой ткани, следовательно, получившийся образец скопировал исключительно свойства организмов Инферно. Из способностей наблюдались усиление и тихий шаг. Тут конкурентов с человеческим интеллектом не будет. С другой стороны ‒ организм клона полностью соответствовал механике Инферно. Вода для него являлась ядом, поэтому никаких материалов для улучшения имеющегося оборудования мы не получали.

Это не было проблемой. По крайней мере в ближайшей перспективе. Благодаря стараниям вооружённых сил США мы имели достаточно «человеческих ресурсов». Как бы бесчеловечно это ни звучало.

Серьёзным испытанием стало наше цветоводство, которое полностью перешло под юрисдикцию големов. Пришлось вникать в их понятийный ряд. Общение строилось по принципу образов, поэтому я не слезал со спины переговорщика. Вместе мы загорали, вместе ездили за доплерами, вместе ели. Прям сладкая парочка «Твикс», блин.

Но это приносило свои плоды. Качество устройств-переводчиков возросло. Попутно я поднабрался знаний об энергетических линиях. Именно так правильно назывались татуировки на нашем теле. У каждого плана они свои, поэтому я изучал все известные големам узоры.

Я делал это не просто так. Наша база за два месяца пропустила через себя двадцать пауков. Двенадцать остались с нами. Четыре группы заключили договор о взаимодействии и «подписали» отдельный «документ» об обслуживании «цветов». Мы уже не могли приближаться к ним. Надёжно изолированные от нашего кода, доплеры прекрасно наращивали энергетическое тело. Големы подрезали его и складировали. Причём три четверти добытого уходило им.

Поэтому мы как безумные объезжали окрестности в поисках новой рассады. Изолированные новыми рунами комбинезоны и шлемы не позволяли нам взаимодействовать с «цветами». Они нас просто не видели в режиме сканирования.

В общем, четыре десятка доплеров стабильно пополняли наш склад необходимым запасом универсальной энергии. Но на этом мы не остановились.

Не простаивало животноводство. Отдельный склад был заполнен энергокристаллами гончих. Крабы таким образом не выводились. Мало того, они имели абсолютную термоизоляцию. Их хитин выдерживал длительное излучение. По крайней мере, пока мы не определили необходимую интенсивность, за ракообразными приходилось ездить.

Дополнительно мы засеяли все постройки грибами. Они прекрасно справлялись с термоизоляцией, а смешанный тип энергетического потребления позволял им выжить не только в условиях высоких температур, но и критически низких.

Именно так. Для круглогодичного пребывания на «Содружестве» требовалась ещё защита от холода. И наличие энергии в этот период.

Тут в дело вступали грибы. Устроенные по принципу коралловых колоний, в «зимний» период они обеспечивали защиту необходимому количеству особей, изолируя их от воздействия низких температур. Для этого верхний слой отмирал и превращался в непреступную преграду. В этом коконе и пережидали непростые времена остальные члены колонии.

В общем, база превратилась в австралийский риф. За исключением рабочих комнат, где изоляция была выполнена из крабьих панцирей. Они для этого тоже отлично подходили.

Хотелось бы мне сказать, что все решения были найдены нами, но нет. Наши стратегические партнёры принимали непосредственное участие во всех проектах, а самое главное ‒ в процессе их реализации.

Только коммутационная сеть с ретрансляторами во всех помещениях базы была моим детищем. Используя энергетические нити пауков для обеспечения связи, я добился синхронной работы всего коллектива. Пропал языковой барьер и проблемы недопонимания.

Последнее важно было устранить, ведь големы помогали нам с единственной целью ‒возвыситься до эргов и вернуться в родной план для подготовки следующей смены. А с нами это можно было сделать очень быстро. Лет за двадцать.

Финальным штрихом стала установка тяжёлого вооружения. АИКП-19 нужны были для контроля за периметром. Крупнокалиберные пулемёты в количестве восьми штук надёжно прикрывали импульсным огнём подходы к базе. В обычном режиме их не было видно. Прикрытое хитиновыми ставнями оружие не боялось перепадов температур.

Никто не забыл и про личное вооружение. Дополнительный тонкий слой из стекла покрывал АИК-19 и АИП-19. Нанесённые на чехол силовые линии отводили любое температурное воздействие в специальные кристаллы. При солнечной активности энергокамень заряжался, а при низких температурах ‒ обогревал.

Прогресс был налицо. Да, спали мы раз в три дня и не более двух часов. Мы давно забыли, что такое просто посидеть на месте. Даже поговорить друг с другом удавалось редко, хотя это как раз проблемой и не было. Слишком долго мы разговаривали только друг с другом.

Изменения в монотонной передвижной жизни вдохнули новую надежду на возвращение домой. Нет, неправильно сказал. Придали уверенности в выполнении плана. Пусть для этого требовалось много времени, но в то время мы создавали основу для успешного пути.

Для основы понадобился подземный резервуар для воды и пару складов для боезапасов. Ими стали крабьи камни. Обнулённые кристаллы превращали в крабов, а потом забирали камни. Заодно мы получали и остальные ресурсы.

В качестве батарей использовались солнечные энергокристалы ‒ ядра гончих. Разведение этих особей было поставлено на широкую ногу, и именно для их заготовки был организован второй подземный склад.

А чтобы конструкция не рухнула, я лично укреплял резонансом структуру стен и наносил усиливающие силовые линии.

Так, в результате упорных трудов мы за пять циклов подготовили базу к возникновению большинства известных проблем.

Оставалось завершить перестройку своего организма, ведь без этого мы просто не смогли бы ничего предъявить настоящим хозяевам Инферно. Даже при активной поддержке големов.

Трудные времена требуют трудных решений, поэтому щадящий режим «прожарки» был изменён на адское пекло. Всего три операции мне понадобилось для формирования новообразования в нужном месте. Айдар отделался всего одной, а Хань сформировал ядро сразу. Даже не обжёгся.

Достигнув поставленной промежуточной цели и немного переведя дух, мы начали готовиться к приёму гостей.

Весь запас человеческого ресурса был израсходован. К имеющимся восьми огневым точкам добавились ещё двадцать. Гарпунные установки дополнили оборонительную систему. А главное ‒управлять ими могли и големы.

«Следи за своим садом – вот моё правило. Ухаживай за цветами, а не гоняйся за бабочками, и тогда бабочки прилетят к тебе сами. Так жизнь и устроена», – сказал однажды известный голливудский актёр Мэттью Макконахи.

«Только бабочки – это будущие гусеницы, готовые сожрать всё выращенное. Так что мы готовы к приёму. Прилетайте. Поговорим по душам», – усмехнулся я.

Глава 24. Загнанных лошадей пристреливают, не так ли?

Двенадцатый цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

– У нас гости, – сообщил мне Артём. – Энергетических вспышек больше, чем на концерте Васи Вакуленко.

– Да, Баста бы не помешал. Жора, где ты был? – неожиданно выдал я.

Опять стресс. Воспоминания, которые лезли бесконтрольно, мешали.

– Не, скорее, «Медлячок», – поддержал Ли. – Работал в школе. В мае. Перед выпускным. Такое же столпотворение.

– Да, прям в тему. У нас свой выпускной, – закончил вечер воспоминаний Айдар. – Я на позицию.

– Я тоже выдвигаюсь. Такое ощущение, что открытие Олимпиады. Топот непрекращающийся, – обрадовал Хань.

Через коммуникатор я отправил нашему пауку-переговорщику предупреждение об опасности – образ кислоты, пожирающей золото.

База «Содружество» пришла в движение. Закрылись все окна, опустились ставни, запустился силовой генератор, подпитывая растительность на зданиях. В результате грибы выпустили туман, поглощающий энергетические импульсы. Големы разбежались по гарпунам. Пошли по сети отчёты о готовности – образы камней, светящихся белым светом.

«Надо же, – подумал я, – союзники настроены серьёзно».

– На позиции, – отчитался Айдар. – Вижу гончих. Количество – свыше сотни. Три высших.

На двенадцать часов концентрировался быстрый враг, не представляющий никакой опасности для здания. Он был нужен только для отвлекающего манёвра.

– Айдар, жди лидеров, – ответил я буряту. – Огонь только по ним. С мелкими справимся без стрельбы. Как понял?

– Понял, принял, – услышал я.

Тут включился Артём:

– На посту. По курсу сборная солянка. Крабы, непонятные ящерицы и птеры. Более двух сотен. Лидеров не вижу, – сообщил он. – В тыл заходят ребята посерьёзнее. Тут надо своевременно остепенять. Не допустить прорыва в здание.

– Принял, – ответил я. – Вести плотный огонь на подавление. – Эти указания были для Чжао. – Преимущественно крабов и саламандр. Ящериц то есть. Они могут разрушить стены здания. По возможности уничтожай лидеров,

– Понял, принял, – отозвался Артём.

– Хань, идёшь в пару к Артёму, – продолжил я нарезать задачи. – Возьми у него АИК-19. На тебе вторая точка с тыла и ликвидация возможных прорывов. После прохождения монстрами двора, впусти их в технический коридор. Отработаешь по ним ручными импульсниками. Выдави противника и закрой вход. При необходимости дождись Артёма с пулемётом, для повтора процедуры.

– Принято, – ответил китаец, выдвигаясь на позицию.

– Ли, мы с тобой работаем левый фланг. Здесь змеи. Много. И черви. Огонь ведём на максимальной дистанции. Отсекаем змей. С червями разберётся голем.

– Принял, – кратко ответил Ли.

Образ демонов прилетел мне в голову неожиданно. Паучки засекли кукловодов, а с ними были йети. Около пятидесяти особей на предельной дистанции. Среди них было три генерала. Нужно было срочно передать задачу големам.

– Держать фланг. Не подпускать близко. Там интеллектуальные особи, они будут ждать, когда мы дадим слабину. Не реагировать на провокации. Исключение – демоны. Их гасить при подходе на дистанцию эффективного огня. – Всё сказанное уложилось в образ паука в засаде. Что интересно – големы всё поняли правильно.

Образ волчьей ямы, отправленный мне, подтвердил правильность восприятия.

– Верно, так будет точнее. – Я отправил образ кивка головой. Хорошо, хоть общие принципы визуального общения союзники усвоили.

– Второй технический коридор открыть. Переговорщик, готовься. К тебе еда. Мелкая, но много. – Главному голему была отправлена увиденная мной лавина из червей.

Итак, все фигуры были расставлены, настало время начать игру.

Первыми вышли Артём с Ханем. Непрекращающийся резкий свист заполнил пространство, ему вторили редкие выстрелы Айдара, ведущего охоту на лидеров своры.

Вскоре и мы подключились к исполнению плана. Черви уже вступили в противостояние с големами, но пока счёт был в нашу пользу. Энергетические нити поглощали мелочь пачками. Качество било количество, но необходимо было помочь.

– Огонь на подавление!

Когда я дал разрешение на отстрел, для пресмыкающихся начался ад. Они не успевали подойти на дистанцию эффективного огня, чтобы поддержать паразитов. Змеи очень красиво разлетались кровавыми облачками. В результате за первую минуту боя количество пресмыкающихся сократилось вполовину.

Мне пришёл образ чёрной дыры. Переговорщик потерял нити периметра, и черви прошли в технический коридор. Начиналось веселье.

– Ли, поддержка нижнего уровня, не пускай червей к голему, – отдал я оперативное распоряжение. – Будь готов к экстренному сбросу.

Сам я продолжил отстрел рвущихся к проходу змей. Пока шла мелочь.

«Ну, где же главные действующие лица спектакля? – задавался я вопросом. – Слишком легко происходит оборона объекта».

– Артём, как обстановка? – я решил немного отвлечь товарища.

– Периметр не прорван, – отчитался Чжао. – Работаем прицельно. Первая волна откатилась, лидеров не видно, ящериц не осталось.

– Ухудшается видимость, – предупредил нас Хань. – Поднимается непонятный туман.

– Принял, отходи в технический коридор. Готовь засаду, – напомнил я китайцу.

– Принял, действую, – решительно отозвался Хань.

Я продолжил проверять боевую обстановку.

– Айдар, что видишь?

– Непонятно, почему-то не идут в атаку. Отдельные личности проверяют дальность выстрела, реагирую на особо наглых, – отчитался бурят. – Они ждут чего-то. Прибыло подкрепление. Много лидеров. Птеры наворачивают круги. Операторы гарпунов молчат. Там никто не спешит атаковать. Здесь какой-то явный подвох. Чувствую, готовится пакость. Необходимо уточнить.

– Артём, что видишь? Странные энергетические возмущения имеются? – я потребовал отследить обстановку.

– Энергия уходит на правый фланг, – отчитался Чжао.

– Големы, отставить сторожить. Организовать перехват всей энергии в тылу. – Я срочно представил пылесос, втягивающий красный туман. Прилетевший образ жертвы в паутине, подтвердил принятое распоряжение.

Контролируя ситуацию, я при этом не прекращал отстрел змеиного войска. В итоге атака захлебнулась.

Сменив обойму, я бросился в коридор. Вся масса червей потянулась в здание. Бойцы моего фланга организовано отступали, втягивая паразитов глубже.

– Подрываю! Бойся! – крикнул я, активируя систему распыления воды.

Образ пылающего камня ворвался в мой мозг. Переговорщик оценил объём высвободившейся энергии и принялся её поглощать, попутно добивая уцелевших паразитов.

– Ли, наверх! Снимай один ствол и бегом к Айдару! – Я двигался к паукам. – Расчётное время пять минут, больше они нам не дадут. Чую всеми органами, – усмехнулся я.

К паукам прибежать я не успел, бурят начал материться в эфире:

– Твою мать, уроды! Они разворотили мою огневую точку. Еле успел прикрыть пулемёт. Боеспособность ниже нормы, перелом левой руки, рёбра в хлам. Веду беспокоящий огонь. Масса двинулась. Там в маскировке сидели лидеры групп. Веду отстрел основной массы.

– Принял, я поддержу тебя огнём, – рапортовал я буряту. – Регенерируй по возможности.

Прибежав к пролому, я установил АИКП. Как оказалось, вовремя – Айдар отстрелял весь боезапас, сумев задержать прорыв.

– Ли, смени героя на правом фланге, – продолжил я вести командование.

– Уже. Вдвоём прибили птера. Пристрелили двух йети, – в своей рваной манере отчитался китаец. – Атака захлебнулась. Айдар выдвигается к тебе. У него два пистолета. Остальное у меня. Веду огонь. На подавление. Отсекаю мелочь. Встречайте лидеров.

Две минуты я провёл слушая завывание пулемёта. В широкий проход влетали по три твари. Не всегда удавалось срубить их одной очередью, но на помощь приходил второй поток сознания, пистолет надёжно прикрывал мёртвые зоны. Единственный минус – невозможно было сделать больше восьми выстрелов. У пулемёта также обойма не бесконечная.

Всё. АИП был пуст, пулемёт отстрелялся, не было времени перезарядиться.

«Что ж, – подумал я, сбрасывая карабин с плеча, – поиграем».

Стали наступать лидеры. Два йети влетели одновременно. Первый принял на себя основной огонь и упал с отстреленной ногой, второй, словив очередь, начал метаться по комнате, не давая прицелиться. Третьего, хорошо замаскировавшегося, я его обнаружил по звуковым колебаниям. Правда, уже на стадии атаки.

Три выстрела из пистолета отбросили лазутчика на спину, не дав добраться до меня. Айдар прикрыл, наконец доковыляв до позиции. Очередь из карабина перечеркнула надежды диверсионной группы на прорыв. Вдвоём мы добили вертлявых тварей.

Я перезарядил пулемёт.

– Как рука? – спросил я Айдара.

– Не очень, там осколочный перелом, ещё не всё собралось. Минут пятнадцать не смогу участвовать в представлении на главных ролях, – засмеялся Айдар. – Кстати, в тылу Хань и Артём отбились полностью. Добивают мелочь в коридоре. Ты не отвечал.

– Спасибо, – поблагодарил я товарища. – Некогда было. Артём, продолжай держать направление. Хань, выдвигайся к паукам, нужна дополнительная огневая точка.

– Принято, – ответили оба одновременно.

– Вторая волна. Дистанция три километра. Черви, – обрадовал Ли. – Двигаются к нам. Много.

– Понял, принял. Что крабы? – уточнил я у китайца.

– Топчутся, – ответил Ли. – В атаку не идут. Птеры улетели вообще.

– Энергетическое возмущение, – произнёс Артём, одновременно скидывая образ места големам. – Накопление силы по правому флангу.

Союзники не подвели. Одновременный залп двадцати гарпунных установок разорвал демона на части. Он был под маскировкой группы из десяти йети, но это не помогло – гарпуны просто прошили всех насквозь.

– Минус один, – отчитался Артём. – Крупный источник погас, три поменьше ещё функционируют.

– Хорошая работа, – транслировал я в сеть похвалу, одновременно подкрепляя её образом поднятого большого пальца. Межпланетный жест одобрения будет. Удобно. – Огонь на подавление! Уничтожать всё в радиусе выстрела! – скомандовал я, ощущая приближение массы паразитов.

Непрерывный огонь продолжался пять минут. Все крупные цели, кроме группы демонов, были истреблены, правда, боезапас был использован полностью. Собравшись в центре нашей обороны, мы ждали прихода волны паразитов. Мы – это наша пятёрка и двенадцать пауков.

Нити периметра были уничтожены, оставалось только встретить противника голой мощью. Големы образовали каре, а мы уселись на их спины. Нужно было обеспечить наибольшую плотность резонанса, чтобы отразить напор.

– Понеслась! – заорал восстановившийся Айдар, перехватив двоих червей в полёте.

Дальше не было времени даже на то, чтобы отследить диспозицию. Прыгая от одного паука к другому, мы растворяли паразитов десятками. Получая ожоги энергией, тут же восстанавливались. Двадцать минут продолжалась эта дикая пляска, пока наш резонанс не вышел на новый уровень.

После хватило четырёх обновлённых импульсов, чтобы окончательно расправиться с поредевшей массой паразитов. Потерь не было, за исключением пришедших в негодность комбинезонов. Они здорово помогли сдержать натиск в первые минуты боя. Хорошо, что лучшие образцы мы не использовали. На нас были надеты термоизоляционные комплекты. Теперь же от них почти ничего не осталось.

Энергии было столько, что даже солнечные ожоги затягивались за секунды. Пауки спешно поглощали окружающую массу и втягивали песок для восстановления конечностей. Ни один из них не мог двигаться, поэтому корзинку из паутины, наполненную песком, приносили мы. Это была уже четвёртая. Она стала последней для восстановления переговорщика. Ему хватило шести лап, чтобы организовать доставку материала для товарищей.

– Вот теперь начинается настоящая битва, – усмехнулся Хань, заметив приближение группы демонов. Птеры тоже вернулись, а крабы позорно ретировались. Нам же лучше.

– Тридцать бойцов, – проинформировал Артём. – Два крупных источника, остальные послабее.

– Потанцуем, – ответил я, доставая клинки.

Товарищи поддержали меня, обнажая своё оружие.

Дружно выйдя навстречу группе зачистки, мы их смутили. Демоны притормозили, пропустив вперёд йети.

– Совсем страх потеряли, – криво усмехнулся Хань.

– Нас уже не боятся, – печально ответил Артём.

– Забыли – напомним, – уверенно сказал Ли.

– Хватит болтать, контроль неба! – сказал я, запуская поочерёдно три метательных стилета.

Два броска оказались точны. Айдар успокоил упавших птиц двумя быстрыми уколами копья. Ещё пять летунов достались буряту по той же схеме. После этого птеры резко сорвались в противоположную от нас сторону.

– То-то же, – улыбнулся Хань. – Уважают.

– Осталось объяснить остальным, почему именно мы здесь главные, – поддержал Айдар.

Наконец до нас добрались четырёхрукие монстры. Даже сгорая на солнце, мы не уступали им в скорости. Боль ушла на второй план. При наличии энергии мы были самыми опасными хищниками на этой территории.

Вот Хань ломает ногу обезьяне, уворачивается от ударов второй. Потом, метнув клинок в грудь хромоногому, берёт на удушающий приём другого, но только для того, чтобы резонансом распылить его голову.

Ли, метнув топор в ближайшего противника, начисто срезает ему полголовы. Медленно и степенно подойдя к замершей в ужасе второй особи, просто отрывает ему руку. А после и голову.

Артём, успевший собрать пять стилетов, просто превращает в подушечку для иголок одного из трёх оппонентов. Второй лишается ноги после кувырка Чжао с мечом, а третий – головы, когда опрометчиво атакует всеми четырьмя руками юркую цель.

Айдар успевает метнуть копьё в бегущего к нему мелкого йети. Тот спотыкается. Бурят достаёт стилет, уходит вправо от атаки второй обезьяны, погружая лезвие в затылок соперника на всю длину. Резко вырвав клинок, в стелющемся прыжке добивает первого подранка.

Четыре твари бегут ко мне. Не останавливаясь, я делаю подкат и, прошуршав по песку, резко втыкаю стопу. Пользуясь инерцией, встаю и бегу к кукловодам с солидным сопровождением на хвосте. Один из демонов не выдерживает и начинает убегать, второй замирает, и я чувствую, что он творит гадость, которую мы точно не переживём.

Скинув с плеча АИК, я всаживаю в монстра оставшиеся одиннадцать выстрелов. Демон падает и удивлённо смотрит на меня. Сюрприз, тварь! Короткий импульс плазмы по лезвию ножа, и голова повелителя пустоши обретает самостоятельность. Разворачиваюсь к преследователям, но вижу только их спины. Они бегут вслед за последним демоном.

«Жаль, теперь придётся готовиться лучше», – с сожалением подумал я.

– Идём в укрытие! – прокричал я товарищам, набирая самую высокую скорость. – Чувствую, сегодня придётся поработать мясником! Ещё немного и меня порвёт на части!

Нужно было в медицинский блок. Все это понимали. Даже голем, который ковылял на четырёх лапах. Ходячая анестезия. Без него никак.

Добычу рассортируют пауки, когда отрастят конечности. Они же законопатят стены. У каждого сейчас были свои задачи.

Хорошо потанцевали. Очень горячая получилась дискотека, не все выдержали. Главным теперь было не разорваться от чрезмерных усилий и чтобы никто на огонёк в наш сад не заглянул. Мероприятия окончены, все свободны. Обслуживающий персонал прошу приступить к ликвидации последствий вечеринки. Новое расписание вывесим завтра. Посторонних просьба не беспокоить.

Глава 25. Возвращение блудных сыновей.

Тринадцатый цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

Триумф вышел смазанным. Наверное, карма. Уже второй раз последний злодей успевает сбежать от справедливого наказания. И если в первый раз на ликвидацию просто не осталось сил , то сейчас это не что иное, как недоработка.

Он мог собрать своих друзей и наведаться к нам снова. Это не казалось нам таким уж страшным, но всё же вероятность того, что к нему присоединится кто-нибудь посерьёзнее, несколько волновала.

Самыми проблемными врагами оказались черви. Слишком живучие. Вторая волна паразитов нас чуть не похоронила. Вернее, чуть не отправила на небеса. Останков для проведения ритуала не осталось бы ни грамма. Если судить по косвенным признакам, сами демоны не ожидали такого союзника. С другой стороны, странно ожидать бездействия от местной фауны, когда вокруг энергия бьёт через край. Особенно из некоторых личностей, которые при защите родной базы сожрали не один десяток неслабых монстров. К слову, черви стали для нас менее опасны. Крайний бой позволил улучшить качество резонанса.

Неудивительно, что третий кукловод свалил в закат, подальше от неприятностей. Я надеялся, чтобы индивид осознал нашу позицию и принял её. Безоговорочно.

Но, к сожалению, даже это не гарантировало избавления от взаимных претензий. Не можешь сам – позови специалиста. Думаю, это правило работает во всех мирах. Как и остальные. Например, что худой мир лучше доброй ссоры. А у нас и не ссора была, а делёжка территории.

Вернее, они её делили. Нам было достаточно базы. Мы приложили массу усилий, чтобы уйти от кочевого образа жизни, и хотели донести до оппонентов информацию в нужном ключе.

Но в отсутствие социальных сетей, телефонов и газет с объявлениями всё равно необходимо было как-то договариваться. Мы надеялись, что следующие гости будут терпеливее, не бросятся с ходу на амбразуру и мы сможем, так сказать, перетереть по понятиям. По-деловому. Мы даже были готовы отстёгивать за «крышу». В разумных пределах, естественно. Вон с пауками вполне себе бизнес. В прямом смысле цветёт и пахнет. Големы уже пристройку собрались сделать. Нас подрядили, договор подписали.

Разум, конечно, инопланетный, но расчёт везде одинаковый. Выгода решает некоторые противоречия. Так или иначе я предпочитал иметь дело с равными партнёрами, а големы оказались прекрасными компаньонами: не обманывали, не искали мимолётной выгоды и всегда выполняли обещанное. Не из-за принципов, просто они не брали на себя невыполнимые обязательства. Поэтому и обитали с нами, людьми. Находиться рядом с безумцами выгодно – они всегда чего-нибудь изобретут.

Переговорщик за один бой сократил время эволюции на четверть: оставалось всего пятнадцать оборотов. Остальные в накладе не остались – добычу поделили по справедливости. Не было причин затевать хитрые схемы, ведь никто от боя не прятался, в рукопашной поучаствовали все. Потому каждому досталась равная доля трофеев без учёта поглощённой энергии. Что с бою взято, то свято.

Я нервничал, и, видимо, поэтому в голову начали лезть странные воспоминания в виде старинных русских пословиц. Необходимо было успокоиться, ведь иначе могло закончится действие «анестезии». Голем и так напрягался как мог. Два потока сознания, каждому поставь правильную задачу и при этом не вскипяти мозги слабому созданию.

Я почувствовал, что отпускает, и это значило, что со мной заканчивают. Было очень интересно, кто выиграл спор. У Ли удалили семь опухолей, Хань отделался восемью, Артём был в отстающих – образовалось всего четыре. Остались двое: я и Айдар. Нас оперировали одновременно, и по предварительным прогнозам можно было сказать, что бурят в лидерах – двенадцать штук. Причём три вырезали сразу, без наркоза, иначе порвало бы товарища. Прошёл процесс кристаллизации, хорошо, что камни были неглубоко. Заодно можно было проверить, что умеют кристаллы человека. Я подозревал, что ничего. Скорее всего, они были пустышками.

– Поприветствуйте нового чемпиона! – громкий голос вырвал меня из размышлений. – Сегодня он сотворил невозможное: тринадцать новообразований!Лидер сегодняшнего соревнования Его-о-о-р Са-а-амо-о-ойнико-о-ов! – надрывался Айдар.

– Технически у вас ничья, – спокойно поправил бурята Артём.

– Неудачникам слова не давали, – ответил Айдар. – Кристаллы тоже считаются. Вон у меня их три получилось.

– Их из тебя извлекли. В отличие от Егора. У него третье ядро сформировалось, – обрадовал меня заместитель.

– Всё равно, не будем же мы переигровку устраивать. Чуть не порвались в процессе, – улыбнулся товарищ, глядя на меня. – Я лучше уступлю пальму первенства. Не буду принципиальным.

– Весьма признателен, – ответил я с трудом. – Я тоже воздержусь.

Пока я пытался принять вертикальное положение, прилагая значительные усилия, пришли остальные.

Знакомые термозащитные комбинезоны, оружие было на привычных местах. Только энергия циркулировала по-новому: скорость потока стала равномерной и спокойной, как полноводная река, текущая от ядра к ядру и разветвляющаяся на притоки, которые омывали символы на теле.

Ли светился ярче всех. Сила равномерно мерцала, окутывая его с ног до головы. Китаец постоянно удерживал потоки в состоянии активности и делал это виртуозно. Энергия не уходила за пределы тела, постоянно циркулируя по замкнутому контуру. Раньше я не обращал на это внимание.

Хань, наоборот, едва светился. Даже ядро оставалось практически незаметным. Казалось, что передо мной стоял обычный человек. Я подозревал, что именно поэтому монстры ничего и не могли сделать с молниеносными атаками инструктора, ведь он умел концентрировать максимальную мощь в нужном месте, при этом не позволяя противнику выявить свои слабые места.

Артём выглядел как лампочка. Свечение ядра и головы было намного ярче всех остальных каналов. Сразу видно – сенсор. Ничего другого и нельзя было сказать.

Айдар походил на ртуть. Постоянное перемещение энергии не поддавалось пониманию. Практически стробоскоп. Немного понаблюдав, я понял, что он постоянно сканирует пространство. Неосознанно, на инстинктах. Причём он делал это всеми имеющимися органами чувств. Настоящий охотник, врасплох не застанешь.

– Похоже, вам многое придётся мне рассказать. Судя по всему, спал я долго, – ухмыльнулся я. – Костюмчик для меня есть?

– Естественно. За две недели успели скроить, – похвастался Чжао. – Оборону восстановили, боезапас пополнили, теплицу отстроили и засадили. Вообще бы про тебя не вспомнили, если бы не дела канцелярские. Договор нужен.

– Големы сами могут изготовить устройство. Или вы им доверять перестали? – ответил я удивлённо.

Взяв новый костюм, я начал неспешно одеваться. Оружие лежало рядом с кроватью. Закрепив амуницию на привычных местах, я двинулся за товарищами.

– Не с ними, – кратко ответил Ли. – Другие представители местной фауны ждут. Поймали последнего демона-налётчика.

– Неожиданно. Когда успели? Молодцы, – похвалил я бригаду.

– Не мы, – китаец удивил меня ещё больше. – Арабы.

– Прям сами? – изумился я.

Ли продолжил меня шокировать:

– Нет. Гончая помогла. Твой гибрид.

– Да ладно. Когда? – уточнил я.

– Неделю назад, – ответил Артём. – Прибыли помятые, зато в компании старшей гончей. Свита прилагается. Притащили упёртого красавца, который собирал крестовый поход против нас. Случайно оказался не на той территории. Арабов подобрала по дороге стая твоего выкормыша. Отбила их у черепахи.

– Везучие они, – я не переставал восхищаться. – Я этого зверя только раз видел. И то в чужой памяти. А они на него наткнулись. Удивительно.

– Действительно удивительно другое. Мы думали, ты помрёшь, а ты бодрячком. Весь двенадцатый цикл тебя на солнечных камнях держали. Только три дня назад тебя отпустило, – ответил Айдар с тревогой.

– Мы на всякий случай технологию записали, – продолжил Артём. – Вместе с големами сооружали капсулу реанимации. Как видишь, не зря.

– Я действительно рад всех вас видеть. Спасибо, – я благодарил искренне. – Осталось посмотреть на гостей нашей базы. Возможно, они захотят сменить статус и остаться. Надеюсь, увиденные красоты Инферно подправили моральные ориентиры наших восточный друзей.

Так оно и случилось. Борцов за независимость знатно потрепало. Костюмы были на последнем издыхании, на оружие были глубокие зазубрины. Импульсные карабины были покрыты царапинами, но основных функций они не утратили. Сами арабы прибавили в мощи и даже достигли золотого цвета силовых линий – того, что раньше мы называли татуировками. Достойный результат. Судя по потокам энергии в организме, бойцы были заточены на скрытность и один мощный, смертельный удар. Это было заметно по высокой концентрации энергии в руках.

– Нужен переводчик? – спросил я Салаха, который немного говорил по-русски.

Вместо него ответил Бек на чистейшем языке Пушкина:

– Нет, мы понимаем тебя.

– Неожиданно, – удивился я. – Как вы быстро выучили язык? Расскажите.

– Сам вложил нам эти знания при переносе памяти, – ответил Хан. – Просто нужно было время для адаптации.

– Понятно. Нагулялись? Не надумали остаться на базе? – участливо спросил я арабов.

За всех ответил Хан:

– Ты был прав, это не то место, чтобы ссориться. Конечно, остаёмся. Ты главный.

– Хорошо, добро пожаловать домой, – поприветствовал я новых жителей «Содружества». – Мы обязательно попадём обратно на Землю. Думаю, Артём вам уже всё разъяснил. Он занимается всем на базе.

– Почти всем, – ответил Чжао. – Пойди посмотри периметр. Всё ли нормально сделали? А после мы навестим неугомонного обитателя, который позарился на нашу собственность.

«Обязательно проведаю, – подумал я, – но сначала – безопасность».

Да, без этого в Инферно никуда. Зевнул раз – и вот ты уже пошёл на корм более внимательному сопернику. Жизнь она такая – редко что прощает. А ещё нужно было подправить память новыми сведениями, ведь правильно говорить с собеседником на одном языке. Ну, или хотя бы понимать его устремления. В общем, нам предстояло поковыряться в мозгах врага.

Глава 26. Миру - мир.

Тринадцатый цикл 2094 года по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

«Приятно осознавать, что у тебя ничего не болит», – подумал я с большим наслаждением.

Моё тело больше не разрывало на части от переизбытка энергии, а главное – я филигранно контролировал потоки. Нет, мои способности не стали сильнее, мощность не подросла, воздействовать вне физических тел я не научился, так что запускать шаровые молнии мне не было суждено. Зато ювелирная работа малыми потоками энергии поражала эффективностью. Резонансом я мог ваять статуэтки любого размера, при этом с минимальными затратами сил.

«Отличное хобби, кстати, – ухмыльнулся я про себя. – На Земле точно без работы не останусь».

Как, впрочем, и здесь. Дела мы не закончили: память не усвоена, пленник не допрошен. Хорошо, товарищи базу подлатать успели без меня. Правда, трофеи сами себя не разделают, да и новичков нужно было подтянуть по всем фронтам. Я решил, что хватит изображать бурную деятельность, пришло время покопаться в мозгах. Понять, чем дышат существа из самого пекла, какие способности имеют и как, в конце концов, жить с ними дальше. Желательно мирно.

– Подготовили материал для процедуры? – уточнил я у Артёма.

– Само собой, – улыбнулся заместитель. – Ждали только тебя. Ты у нас самый опытный в мозговом штурме.

– Само собой, само собой, – пробормотал я напряжённо. – Осталось выяснить, сколько вешать в граммах.

– Можно попробовать спросить у пленного кукловода, – предложил Айдар. –

Может, ответит.

– Можно, только как? Пауки не разговорили его? – уточнил я у Чжао.

– Работают, но кодировки слишком разные, – ответил Артём. – Поэтому наощупь. Как всегда.

– Сколько лет прошло, а мы всё тычемся, как слепые котята. – Я тяжело вздохнул. – Каждый раз думаем, что всё поняли, и каждый раз ошибаемся. Страшно, конечно, но ничего не поделаешь. Подкреплюсь и приступим.

Использовав десятую часть драгоценного материала, я лёг на кушетку. Товарищи зафиксировали моё бренное тело: мало ли каким проснусь. Бывали прецеденты. Приятная прохлада умыла лицо.

– Поехали, – произнёс я легендарную фразу.

Почему я подумал, что она легендарная, я не понял. Но в том, что именно она подходила к этому случаю, сомнений не было. Оставалось закусить капу и потерять сознание.

«Отличный план», – пронеслась в голове последняя осознанная мысль, а дальше начался типичный видеоряд, смазанный и вначале непонятный. Образы проносились с невероятной скоростью, сливаясь в разноцветный калейдоскоп. Изредка сознание выхватывало ключевые моменты существования жертвы: первая добыча, первое умение, первая трансформация...

Бесконечные переходы среди пустыни превращались в смазанный фон. Яркими пятнами вспыхивало чувство страха перед водными препятствиями, ужас во время бегства от гончих. Осознание пути развития. А дальше серой пеленой тянулась бесконечная работа над двумя способностями: поиском и зовом. Найти, натравить на цель, потом воспользоваться плодами побед. Слишком мало. Медленно.

Ощущения становились яснее. Нужно было больше энергии. Пробуждение, направление энергии в кристаллы для появления монстров, а затем, по старой схеме, охота на сильных особей. Из раза в раз.

Первое деление. Второе. Вот она готовность к эволюции. Нужен небольшой толчок. Чувство ликования. Найдены необходимые существа! Все в одном месте. Пора готовиться к охоте. Дальше чувство азарта, которое вскоре перешло в разочарование, а после и в ужас. И темнота.

– Сколько я отсутствовал? – спросил я у голема.

– Три дня, – ответил мне Айдар, который притаился в углу на раскладной кровати. – Моя очередь дежурить. Как дела? – в свою очередь поинтересовался бурят.

– Нормально, жить буду, – вздохнул я с облегчением.

– Это да. Опять пришлось тебя в капсуле закрывать. Скорее всего, это будет стандартом для подобных экспериментов, – сообщил мне товарищ.

– Кто-нибудь ещё решился? – я продолжил уточнять обстановку.

– Артём, после тебя. Ещё в капсуле. Дозировка аналогичная, пауки одобрили. Контролировали твою мозговую активность до последнего, – ухмыльнулся бурят.

– Ну, тогда ждём. Много энергии сожрало. Как мой символ? Что с ним стало? – поинтересовался я.

– Все разделы Инферно исчезли. Теперь один знак – спираль. На линиях спирали крупные фигуры. Классика: два круга, квадрат и галочка, – развёл руками Айдар. – Кстати, когда у тебя символ изменился, стало понятно, что всё удалось. Тебя перенесли сюда., но привязать не забыли.

– Спасибо сердечное, теперь отвяжи, пожалуйста, и пойдём щемить гостя, – сказал я. – Заждался уже, наверное.

Встав с раскладушки, Айдар двинулся в мою сторону. Дойдя до кушетки, он вопросительно взглянул на паука. Тот проскрежетал утвердительно, после чего бурят освободил меня.

Я встал и огляделся: небольшая комната, где-то четыре на два метра, серо-зелёные стены, мебель отсутствовала. Голем и Айдар стояли рядом. В мозгу возникло чувство неправильности.

– Чего я не знаю? – спросил я у Айдара.

– Подумай, ничего нового не ощущаешь? – буркнул тот.

– Такое чувство, что лишился чего-то важного, – ответил я после недолгой паузы.

– Я не чувствую твоего присутствия, ты вне стаи, – наконец решил просветить меня бурят.

– Точно, – согласился я. – Жаль, что в скором времени каждый испытает подобное. Действительно, неприятно. И неудобно. Хотя нет. Третий этаж. Есть контакт.

– Там Артём. Значит, не всё потеряно, – выдохнул товарищ с облегчением.

Его можно было понять. Больше шестидесяти оборотов мы ощущали мир в единой связке. Лишившись подобного, невольно почувствуешь себя брошенным. Хорошо, что это было лишь временным явлением.

– Пойдём пообщаемся с кукловодом. Надеюсь, сейчас он нам всё расскажет, – зловеще улыбнулся я. – Только на склад заглянем – подготовлю переводчик.

– Хорошо было бы договориться о мире, – вздохнул Айдар. – Каждый раз отбиваться от такой своры неохота. Только маньяку Ханю весело. С них даже нечего взять для работы над оружием, кроме какой-нибудь мелочи. А мороки немеряно.

Неспешным шагом мы добрались до склада. Выудив кусок металла, я начал преобразовывать его резонансом. На получившемся кубе проступило два десятка символов. На устройство было отправлено двадцать запросов.

Результат меня не устроил. Подправив три символа, я повторил процедуру и остался удовлетворён. Оставалось опробовать на носителе языка.

– Готово, – обрадовал я бурята. – Теперь не отвертится.

– Отлично, – улыбнулся товарищ и весь путь до места содержания демона развлекался светомузыкой.

На входе в подвал меня встретили трое гончих. Приём был напряжённый, но потом Айдар махнул рукой и они успокоились.

– Они теперь тебя тоже неправильно чуют. Поговоришь со старшей, откорректируешь восприятие своего питомца, – спокойно сказал Айдар.

– Непременно. А то я уже немного напрягся, – ухмыльнулся я.

К слову, расслабиться я смог только в камере, где сидел связанный кукольник. Радом лежал мой выкормыш.

Гончая сильно изменилась. Посреди помещения три на три метра двухметровая громадина смотрелась неуместно. Рост особи тоже впчатлял: полтора метра в холке.

Ярко-красный цвет шкуры сильно контрастировал с серыми бетонными стенами. Отметины на полу от двадцатисантиметровых когтей внушали уважение, особенно небольшому гуманоидному существу, сидящему в углу.

Это был демон-кукольник. Манипулятор. Почти неделю он просидел с гончей в одном помещении. Взять её под контроль он не мог, а натравить стаю на неё не успевал. Они порвали бы его быстрее.

Погладив по голове огромного зверя, я подошёл к жертве, развязал ему руки и посадил напротив себя. Выставив между нами куб, я попутно отбил попытку ментального воздействия. Гончая угрожающе уставилась на демона.

– Тихо, дружок! – сказал я обоим. – На меня не работают твои приёмы.

Куб послушно подсветил пять символов. Демон удивлённо смотрел на устройство около трёх минут – его раздумьям никто не мешал. После этого он зажёг четыре символа.

– Конечно, так мы тебя и отпустили, – рассмеялся я.

– Не для того держим, – поддержал Айдар.

Добавив к имеющимся символам ещё семь, кукольник внимательно посмотрел на меня.

– Хорошее предложение, только в голову к себе я тебя не пущу, – ответил я ему. – Только визуальное общение. Да, твоя территория нас не интересует. Кочевать не будем. Оставь наш сектор, здесь теперь будут гончие. И мы.

Дождавшись усвоения информации оппонентом, я получил ответ.

– Айдар, он согласен и даже готов поработать гонцом. Только требует костюмчик, очень уж он ему понравился. Сделаешь? – уточнил я у бурята.

– Почему нет? – усмехнулся мастер. – Материала полно, зачем же отказывать благодетелю в такой малой просьбе.

– Тогда договорились. Договор составлю. Штук семь хватит? – уточнил у демона.

Он поднял руку и показал большой палец.

– Значит, договорились. Продублируй на устройстве, – потребовал я, а то мало ли что у них обозначает этот жест.

Вскоре я получил утвердительный ответ.

– Я уйду на два часа. Вернусь с договорами. Надеюсь, наша встреча будет последней. Не советую появляться у нас без приглашения. Если понадобимся, оставишь весточку на границе. Место покажем, – серьёзно произнёс я.

Куб в это время устраивал дискотеку. В ответ же загорелся единственный символ. В переводе на человеческийэто означало: «Понял, принял, осознал».

– Тогда жди, скоро будем, – обрадовал я сидельца, поглаживая гончую.

Что ж, одной проблемой было меньше. Судя по мыслям собаки, демон не обманывал. Кстати, нужно будет подкачать пёсика. Очень полезная особь оказалась, не зря мучился.

Наверху очнулся Артём. Это я почувствовал сразу.

– Ли пошел на процедуры, – хмуро проинформировал Айдар.

– Не печалься, – произнёс Хань, вынырнув из спортзала, – скоро всё будет как прежде.

– Хорошо бы, – усмехнулся Айдар. – Очень на это надеюсь.

Тем временем начинался новый период нашего развития. Я очень хотел верить в то, что он будет спокойным. Не хватало ещё во время холодов остаться без припасов и с разрушенной базой. Мы хотели мирно развиваться, а не бегать по всей планете, высунув язык. Человечество построило цивилизацию только тогда, когда отказалось от кочевого образа жизни. Мы надеялись, что наконец-то наступил золотой век.

Глава 27. Ключ на старт.

2124 год по земному календарю. Инферно. База «Содружество».

Считается, что человек – существо беспокойное. Ему хочется жизни, полной эмоций, черпать икру столовой ложкой, быть первым во всём и всегда, выходить из зоны комфорта, получая новые впечатления и адреналиновый восторг. Ему противна рутина, обыденность убивает в нём интерес к существованию. Всегда говори «да» своим желаниям, отвечай «нет» проблемам.

В целом именно так и преподносят информацию до «человеков», ищущих смысл жизни. Только забывают две вещи. Во-первых, не все люди одинаковые. Нет, конечно, жадность и глупость на всех одна, на этом, собственно, и ловят. А ещё на чувстве собственной исключительности. Во-вторых, за всё приходится платить. И я сейчас не о деньгах, заплаченных «коучу», которые не позволят избежать последствий, о которых он умолчал. Так же как и бумажка об окончании курсов не станет оберегом от приобретённых проблем.

К чему я прокручивал эту информацию в своей голове? Ответ был ясен: опять сдали нервы.

Так уж вышло, что за прошедшие тридцать лет наш маленький, но дружный коллектив выполнил обязательства по эволюции почти всех големов. Пауки превратились в эргов и ушли. Кроме одного.

Этот представитель плана Земли был нашим последним ключиком. Как бы мы ни хотели подготовиться к Материнскому миру, но времени не хватало в любом случае. Но шанс нельзя было упускать, следующий появился бы только через сто лет. Двигаться следовало в зените солнечной радиации, только в этом случае можно было увеличить ёмкость кристалла до необходимых пределов.

Вариант с гончей, которая эволюционировала с потрясающей скоростью, был так же долгосрочен, но это не было решением наших проблем.

Я думал о том, что после ухода последнего голема цветочная плантация потеряет свою актуальность, так как собирать излишки энергетических тел будет некому. Мы знали, что при контакте с нами доплеры мгновенно наделают наших клонов. Сталкивались, три нападения отразили. Они нас чувствовали и пробовали устранить конкурентов. Хорошо, что разумность у них на уровне приматов. Причём не высших. Обделенные способностями, они также не пользовались оружием. Так, лёгкая прогулка, если не считать стресса от убийства себе подобных.

Из плюсов: все вспомнили уголовный кодекс своих стран. Даже одно время сравнивали. Выиграли китайцы, так как у них смертная казнь, а она, вкупе с конфискацией имущества у родственников, мягко говоря, способствует порядку. Мало какая преступность устоит.

Самое поганое, что добычи не было никакой. Одна нервотрёпка да потеря времени. Вот и всё.

Но мы не скучали, жизнь была расписана по секундам. Полоборота бесконечная физкультура под действием солнечной радиации, определение максимального резерва, а потом его преодоление; другие полоборота – работа со способностями, оттачивание тонкого взаимодействия потоков с окружающей материей и улучшение оборудования с их помощью. Исследование кристаллов, спарринги и многое другое, лишь бы не умирать от скуки, сидя на одном месте.

Хотя, с другой стороны, медитативные практики преобразовали наше мировоззрение – каждый из моей бригады был полноправным хозяином своего тела и сознания. Это не раз выручало в конфликтных ситуациях. Когда демоны не могли воздействовать на нас дистанционно, подавляя сопротивление, они были вынуждены договариваться о мире. Восемь бойцов средней силы всё равно одержат вверх на тремя силачами, и многие это понимали. А после двух показательных схваток, убедились окончательно.

Демоны Инферно всегда ходили тройками. Это оптимальное количество особей для эволюционного прорыва. Меньше – не хватит энергии, больше – появится шанс на смену лидера. Практика, отработанная веками.

Но подписанные договора исчерпали себя. Партнёры погибали, эволюционировали или уходили из плана. Появлялось новое поколение, более сильное, и нам всё сложнее было удерживать позиции. Мы понимали, что самое время двинуться в путь.

На данном этапе мы получили максимальное развитие, оставалось только сделать шаг вперёд, пройти промежуточный этап и остановиться перед закрытой дверью домой. А ключ к ней ещё нужно было подобрать.

Мы не могли знать, что нас ждёт в Материнском мире. Я не был уверен, что там обрадуются нашей встрече. Впрочем, когда было по-другому?

За тридцать лет база стала нашим настоящим домом. От первоначального тренировочного лагеря террористов не осталось ничего. Жилой корпус окончательно превратился в холм, заросший коралловыми грибами. Вокруг него были поставлены пять теплиц. Гараж окончательно лишился всех металлических элементов, и теперь это было добротное каменное строение, изрезанное силовыми линиями.

Система обороны состояла из пятидесяти огневых точек: от гарпуна и самодельных ружей до полноценных крупнокалиберных пулемётов. Не обошли вниманием и ловушки, правда, примитивные (исключительно волчьи ямы), но действующие всегда эффективно.

Количество ресурсов постоянно пополнялось. Запас был, но недостаточный, нам требовалось в два раза больше. Поэтому началась компания по добыче необходимой энергии. Мы стригли доплеров, которые затем превращались в червей-гигантов. Оказалось, эти существа дают наибольший выход энергии. Невзрачный вид, как это часто бывает, скрывал в себе множество достоинств. К сожалению, падкие на яркие краски, мы забываем, что в природе они чаще всего сигнализируют об опасности.

Рассуждая в таком ключе, я не забывал рубить гигантского червя и бросать куски в кучу шевелящихся обрубков. Каждые полчаса можно было приплюсовывать ещё кусочек. Я тщательно следил за тем, чтобы куски не были слишком крупными, иначе могла сформироваться ещё одна особь и уползти вдаль.

Остальные занимались тем же. Бесчеловечно, но эффективно. С гончей так нельзя было поступать, рисковали потерять в процессе. А паразиты ничего, справлялись. Ещё и пытались нападать .

– Не думал, что стану пастырем червей, – усмехнулся Артём.

– Работка не пыльная, чего ещё желать? – ответил я заместителю. – Сиди да руби.

– Пыли действительно немного, исключительно кровавые ошмётки, – мрачно улыбнулся Айдар. – Единственный, кто рад, – это твой выкормыш. За два цикла вся стая выросла вдвое.

– Так мы и неслабо настругали здесь. Со всех окрестностей смертники в поисках лёгкой наживы прут, – сообщил я очевидную вещь буряту. – Зато все в плюсе. С одного паразита мы получаем энергии больше, чем с двух гончих.

– Это называется геноцид, – усмехнулся Хань.

– Это называется хорошая операция, – возразил Хан.

– Это называется «я задолбался», – возмутился Бек.

За прошедшее время все выучили ещё по два языка. Ресурсы памяти позволяли, всё-таки два потока сознания. Многозадачность, однако.

– Это называется необходимость, – степенно произнёс Салах.

На этом все споры новичков и закончились. Египтянин взял лидерство в их маленькой группе.

К сожалению, я так и не стал для них настоящим командиром. Не чувствовал их маленькую стаю, хотя сам инициировал почти все знаки. Пришлось закреплять взаимоотношения договором. Кубик оказался не просто кубиком. Нарушивший договор отдавал в него энергию. Не знаю, как это работает, но действовало безотказно.

Арабы поначалу манкировали своими обязанностями, но, полежав неделю пластом, поняли неизбежность расплаты.

Последний голем тщательно контролировал процесс, бережно обволакивая паутиной курганы из шевелящейся плоти. Таковых по территории было уже три десятка. Готовился тридцать первый.

– Хорошо идём. Может, отпустим червей после заготовки? – проявил уважение Хань. – Они расстарались. Работали круглосуточно

– Тебе лишь бы очередную экологическую революцию осуществить, – разгадал план товарища Артём. – Ты понимаешь, что у этих особей регенерация задрана под потолок? Я даже не уверен в нашей победе, если проморгаем восстановление. Чудовища ведь получились.

– Не слабее твоего червячка, что ты выпустил две недели назад, – поддел Хань Артёма. – Он уже себе стеклянный замок изваял. Отсюда видно. И на достигнутом не остановится, думаю, целый город изобразит.

– Зато красиво. И безопасно, – поддержал Ли заместителя. – Сам заходил туда. Очень уютно.

– Не поспоришь. Надеюсь, он разовьётся по максимуму. Слишком уж неоднозначный экземпляр вышел. И единственный, к сожалению, – опечалился Чжао. – Другие эксперименты не удались.

Мы все его понимали. Артём привязался к нему, как к хомячку. Только каждый из нас знал, что перехода он не выдержит.

Работа тем временем продолжалась. Ещё один курган, уже тридцать второй, занял место на территории базы. Ещё столько же и дорога будет открыта. Широкая такая. Всем хватит.

Цикл спустя.

– Голем, ты готов? – спросил я паука.

Тот в ответ сцепил лапы над головой. Дольше всех с нами обитал, нахватался. Как родной стал.

– Все готовы к переходу? – уточнил я в который раз у бригады.

– Готовы,– отчитался Артём. – Энергии под завязку. Оружие и личные вещи в рюкзаках, запас на неделю там же. Три машины готовы к длительному путешествию.

Паук произвёл доклад из куба переговорщика:

– Масса силовых тел соответствует заявленным параметрам, энергия выброса в установленных пределах. Ворота открытия будут на тридцать процентов больше, чем необходимо. Время функционирования – одна минута. Погрешность – пять процентов.

Мы добавили голосовую функцию. Оказалось, очень удобно, но весьма энергоёмко. Но для такого момента было не жалко, всё-таки историческое событие – первая совместная экспедиция человека и обитателя плана Земли.

– Ключ на старт! – вспомнил я знаковую фразу.

Импульсы резонанса от восьми человек мгновенно пронзили конструкцию из шестидесяти пяти курганов. За две секунды мы опустошили резервы. В результате вся масса вскипела и втянулась в большой центральный кокон по туннелям из паутины. Ещё секунда – и мы почувствовали мощный энергетический выброс. Опустевшие резервы были восполнены полностью, более того – пришлось срочно избавляться от избытка. Справились все, кроме Бека.

– Оперируем на ходу. Хань, что слышишь? Артём, серьёзные повреждения? – уточнил я у товарищей.

– Ерунда, две опухоли. Обе в кишечнике. – отчитался Хань. – Потерпит.

– Малая активность. Выдержит. – подтвердил Артём. – Запас приличный.

Я кивнул. И правда, отвлекаться будет некогда. Кокон сжался в три раза и превратился в круглую арку. Прям звёздные врата.

– Погнали, время пошло! – крикнул я.

Машины сорвались с места, в последнюю запрыгнул голем.

«Прощай, огненная земля. Прощай и не держи зла», – подумал я и, въезжая в мутную плёнку арки, прокричал с внезапно нахлынувшим чувством уважения:

– Спасибо за всё!

Глава 28. Нерадужный приём.

Если чему и учит жизнь, так это быть готовым ко всему. И в первую очередь – к вещам неприятным. Поэтому все находились в полной боевой готовности, стволы карабинов хищно рыскали по сторонам. Попутно я оценивал окружающее пространство.

Оно мало чем отличалось от покинутого нами: те же пески и скалы. Песок был совершенно обычного цвета – жёлтого, и скалы имели вполне себе земную окраску. Однако вместо неба тут была радужная плёнка.

– Доклад. – произнёс я. – Я никого не вижу .

– Чисто, – отчитался Хань. – Звуковых колебаний нет.

– Чисто, – вторил ему Ли. – Колебаний почвы нет.

Чуть позднее остальных доложил Артём:

– Фоновые возмущения энергетического фона. Всплесков не наблюдается.

– Пахнет вкусно. Пока не могу сказать ничего определённого. – Айдар не мог нас ничем порадовать.

Голем так же мониторил обстановку:

– Собратьев не чувствую, – прогудела коробочка.

– Объектов не обнаружено, – отчитался за всех своих Салах.

Мы немного успокоились и начали оглядываться. Но чувство опасности не покинуло нас, наоборот – оно только нарастало.

– Какие интересные экземпляры прибыли из Инферно, – неожиданно раздалось в отдалении. – И ни одного огневика.

– И правда, всего один недоэрг, остальные – энергеты. – ответил голосу второй невидимка. – Жизнь и Твердь. Забавно.

Фразы были абсолютно лишены интонации. Так разговаривал наш переводчик. Только смысл, никаких эмоциональных оттенков.

– Возмущение на двенадцать часов, – сказал Артём. – Ориентир – круглый валун. Дистанция – тридцать метров. Парная цель. Цвет возмущения – синий. Вода.

Я стал быстро накидывать задачи для бригады:

– Рассредоточиться, активировать усиление. Принять целеуказание. Атакуем только по приказу. При моём выбывании из боя командование принимает Хань. В случае агрессии – огонь по ситуации.

– Приличные люди... Хотя нет, приличные разумные представляются, – укорил я невидимок, слегка поклонившись. – Очень невежливо выходит. Вы нас видите, а мы вынуждены приветствовать хозяев, орииентируясь по косвенным признакам. Приветствуем вас, кем бы вы ни были. Мы пришли с миром. Ищем путь домой.

– Не испугались, – ответило странное синее облако. – Странно. Зови меня Е Орн.

– Совсем не боятся, – присоединилось второе облако. – Меня зовут О Тин.

– Приятно познакомиться, – ответил я туманным образованиям. – Меня зовут Егор. Я лидер группы. Мы проездом здесь. Как понимаю, мы попали в Материнский мир?

– Да, это так, – поступил ответ от облаков.

– Простите мне необразованность, но не могли бы вы как-нибудь обозначать, кто говорит, – попросил я странные облака. – Мне сложно различать вас. Боюсь ненароком нанести оскорбление .

– Легко, – ответило правое облако и превратилось в синего эльфа. – Я – Е Орн. На вашем языке это значит «Лёгкая волна».

– Нетрудно. – Левое облако повторило трюк товарища. – Я, соответственно, О Тин – «Ледяное пламя». Если по-вашему.

– Приятно познакомиться, – повторил я.

Цвет кожи у обоих существ был одинаковый, а вот волосы отличались: у одного были белоснежные, а другого – синие. В целом представители плана Воды были сделаны на одном конвейере. Высокие, под метр девяносто, стройные и хрупкие с виду. Миндалевидные глаза без радужек были глубокого синего цвета. Один бесконечно синий цвет. Уши были наподобие моих: так же слегка заострённые. Волосы эльфы собирали в хвосты. Эти существа носили что-то наподобие греческого хитона и ходили босиком. На тех участках тела, что не прикрывала синяя ткань, мы увидели татуировки. Вернее, силовые линии.

– Цель вашего появления понятна, – сказал мне беловолосый О Тин. – Только с чего вы решили, что здесь помогут? Именно вам, представителям плана Жизни. Вы редкие гости. Настолько редкие, что не имеете представителей в Совете .

– Следовательно вы теперь добыча, – усмехнулся Е Орн.

В сказанном появились эмоции. Кровожадность. Мы поняли, что они могут подстраиваться под наше восприятие.

– Понятно, – тяжело вздохнул я. – Жаль, что товарищи с Терры не поделились этой информацией. Неужели везде так?

– Как именно? – поинтересовался «Лёгкая волна».

Я улыбнулся:

– Приходится сначала рычать, чтобы прислушались.

– Артём, твой выход! – театрально поклонился Айдар.

– Знаю, – огрызнулся заместитель, вскидывая карабин для стрельбы.

Четыре быстрых выстрела поставили на колени самоуверенных водников.

– Можете не прятать ядра, – холодно произнёс Чжао. – Я их вижу. И не дёргайтесь, у меня ещё сорок выстрелов. Успею превратить вас в кисель. У остальных такие же боеприпасы. Не стоит с нами играть.

– Мой товарищ совершено прав, – сказал я, слегка кивнув в сторону Артёма. – Именно так обстоит дело. Мы просто предполагали, что нас могут встретить не радушно, и подготовились. Големы действительно не сказали нам об этом. Показали.

Я постучал по виску пальцем. Водники улыбнулись и снова превратились в облака.

– А так сможете нас достать? – пророкотал синий туман, перемещаясь с феноменальной скоростью.

Они окутали нас дымкой и начали замораживать.

– Вас слишком мало для таких фокусов, – ответил я этой самоуверенной сладкой парочке.

Восемь человек одновременно резанули ножами по своим ладоням. Когда мы резонансом превратили выступившую кровь в энергию, пространство вокруг дрогнуло и раздался крик боли.

– Немного жжётся, не правда ли? – поинтересовался я. – А теперь фокус номер три.

Мы стали втягивать выпущенную энергию обратно. Крик боли перешёл в вой, и туман мгновенно отшатнулся от нас. Отлетев метров на пятьдесят, он снова материализовался в две фигуры.

– Мы согласны на перемирие, – прошипел беловолосый. – Вы наши гости.

– Просим не держать зла, – произнёс Е Орн уже спокойным голосом. – Дом воды предоставляет вам свою защиту.

– Только мир, – я решил сразу пресечь все попытки навязать дополнительные услуги. – Нет желания быть должниками. С остальными мы разберёмся.

– Мир между Домом воды и лидером группы Жизни И Гором «Злым огнём» заключён. – произнёс О Тин. – С этого момента и до тех пор, пока стороны не навредят друг другу.

– Мир между Домом воды и группой Жизни, а так же големом, – жёстко поправил я хитреца. – До тех пор, пока стороны не навредят друг другу делом или словом. Гарантом от группы выступаю я – Егор, по прозвищу И Гор – «Злой огонь».

Неплохое прозвище мне придумали. Пожалуй, стоит взять на вооружение. Тем более одна славная битва уже есть.

– Хорошо, – расстроенно выдохнул беловолосый. – Делом и словом. Со всей группой и одним из Терры.

– Принято. – сказал я, протягивая металлическую коробочку. – Договор.

– Договор, – прошипел Е Орн, прикладывая ладонь к кубу. Куб вспыхнул и засветился синим цветом.

– Теперь можно и поговорить, – улыбнулся я.

– Нет, – зловеще улыбнулся О Тин. – Мы уходим. Скоро здесь будут Дома тумана и льда.

– Понятно, – спокойно ответил Артём. – Не думаю, что они сильнее вас. Подождём.

– Не придётся, – ожила коробочка. – Нас уже встречают .

Действительно, к нам с приличной скоростью приближались знакомые фигуры.

– Похоже, мы отскочили сегодня, – громко засмеялся Айдар.

Оба эльфа развернулись и покинули нас, превратившись в туман.

– Заметили, что у них рост уменьшился? – спросил Салах.

– Сантиметров на пять, – поддержал его Хань.

– Неудивительно, – ответил Артём, – ведь мы вытянули у них энергию. Другой вопрос: зачем они показали это?

– Пока рано что-то говорить, – пресёк я пустые предположения. – Наши товарищи сейчас нас просветят.

– Хотелось бы. Мы договоры все взяли? – поинтересовался Айдар у Артёма.

– Да. – ответил Чжао. – Даже истекшие.

– Теперь посмотрим, помнят ли добро в этом мире, – неожиданно включился в разговор Бек.

– Помним, – опять ответил переводчик. – Приветствуем вас в Материнском мире. Всегда рады старым друзьям.

Вторую часть фразы произносило уже пылевое облачко.

– Дом камня не забывает боевых товарищей. Вы быстро добрались до нас. – произнёс песчаный вихрь. – Правда, сейчас меня трудно узнать. Я переговорщик.

– Приятно осознавать, что нас не оставят в беде, – выдохнул я наконец.

– Мир и союз, – ответил переговорщик.

– Мир и союз, – сказал я и протянул ему старый куб. – Договор.

Металл вспыхнул и превратился в камень. Теперь точно можно было выдохнуть.

– Куда теперь? – спросил я.

– Едете к нам в гости, – распорядился главный голем. – Заводи мотор. Не будем ждать водников. Потерянное время. Будут долго грозить, а потом быстро сбегут. Только новичков способны пугать.

Хорошо, когда обязательства выполняются. У эргов с этим строго, не то что у людей. Мы, конечно, немного опоздали, но, впрочем, это только к лучшему. Теперь с нами будут считаться. Всё начинается заново. Правда, хотелось бы управиться раньше.

Глава 29. Промежуточные итоги.

2134 год. Материнский мир. Территория водного братства.

– Бежим быстрее! – кричал Артём, набирая скорость. – До границы не далеко. Туда не сунутся – ничейные земли. Побоятся.

– Ускоряюсь, – ответил я, стараясь сохранить ровное дыхание. – Тяжело. Тащить. Да и убивать мы никого не можем. Не оправдаемся никогда. А так зашли – ушли. Расплатимся энергией, не в первый раз.

Открылось второе дыхание. Действительно, тяжело тащить ящик весом в сто пятьдесят килограмм. А главное – не бросишь, ведь это преобразователь энергии, который нам жизненно необходим. Он превращал любую энергию в жизненный поток.

В своё время товарищи из Терры по старой памяти презентовали хранилище для жизненной энергии. Почти бесплатно – за один год охраны молодняка. Слабые эрги были не в состоянии отбиваться от охотников. За ними периодически приходили гости из различных планов: когда для поглощения, когда для захвата живыми.

Оказалось, что местная структура общества проста и жестока. По сути все эрги – братья. Или сёстры, сразу не разберёшь. Они могут использовать любую энергию.

Только стихийную привязку никто не отменял, и оттого они сбивались в стаи по общему признаку. В результате одиночки-универсалы надолго не задерживались, путешествовали по другим планам. Там энергии поменьше, но свободу никто не ограничивает. А для полноценного развития всегда можно устроить вылазку в Материнский мир.

– Надо было Ли брать, – сказал я с досадой. – Он бы утащил эту тяжесть и не поморщился.

– И поймали бы вас уже на входе, – парировал Артём.

– Тоже верно. Сейчас левитацией прихвачу. Взял приспособление, не забыл, – усмехнулся я с довольным видом.

– А давай, всё равно сенсоры нас крепко зацепили, – согласился заместитель. – Ждут боевиков, иначе давно бы нагнали.

– Боятся они нас. На дальней дистанции они нам не соперники, а близко подходить не станут, – сообщил я очевидную вещь, активируя кристаллы левитации.

Чжао рассмеялся:

– Скорость – наше всё. Вот, теперь другое дело. Сейчас точно уйдём. Отстали, не ожидали такой прыти от нас. Сработал твой секрет.

– Граница в двух километрах, – предупредил я Артёма. – Переходим на тихий шаг. Там в любом случае патрули.

– Конечно, – уверенно сказал Артём. – Постараемся проскочить. С той стороны предъявить им будет нечего. На энергию не покушались, чужого не трогали. Что прихватили бесхозное имущество на чужой территории, так это доказать ещё надо. Они же не знают, что мы нашли.

– Заплатим стандартную таксу. Тем более водной энергии у нас полно, девать некуда, – продолжил я мысль товарища.

Честно говоря, мы нашли свою нишу. Тотальная честность местных ребят не позволяла решать многие вопросы. Обычно, если силы были равны, всё заканчивалось классической стенкой на стенку. Слишком упёртые. Но тут пришли мы и стали оказывать посреднические услуги. Мы ни с кем не сорились, долгов ни перед кем не имели. Маленькие шалости не в счёт, за них мы всегда расплачивались сполна. Очень удобно было пользоваться нами как передаточным звеном.

– Жаль, что в этот раз рискуем за свой счёт, – с искренним сожалением выдохнул я.

– Зато аппарат наконец позволит собирать энергию жизни с нужной скоростью, – Артём привёл железный аргумент. – И освободит двух бойцов от протирания штанов возле аккумулятора.

На самом деле заполнение источника жизни шло крайне медленно. Мы сами её аккумулировали в мизерном количестве. В организме произошли слишком радикальные изменения, и с каждым годом трансформация шла всё быстрее.

Особенно это касалось меня. Три ядра просто не позволяли мне выделять энергию вовне. Я имею в виду излучать. Большинство сенсоров на моём месте видело пустоту.

Артём наоборот: развился в полноценного поисковика. Он обнаруживал слежку на дистанции от трёх до семи километров. Это зависело от стихии: огонь он ощущал на максимальном удалении, а воду – на дистанции в три километра.

Поэтому за сокровищем пошли мы вдвоём. Можно было подтянуть Ханя, но они с Ли охраняли молодняк призраков. Им было весело, развлекались по полной. Скорее всего, просматривали немногочисленные воспоминания. Эмоционально наполненных у нас было не так много, поэтому ничего страшного произойти не могло.

– Пятьсот метров. Прямо по курсу три боевика, – сообщил Артём. – Лёд. Траекторию пока не закрыли.

– Пуганем их. На «три» стреляем рядом, – согласовал я план с товарищем. – Пусть задержатся немного. Заодно камушки подберём за территорией. Дефицит, однако.

– Разумно, – согласился заместитель. – Всё равно поймут, кто шалил.

– Три! – скомандовал я, делая два выстрела. Следом выстрелил Артём.

Троица резко остановилась для перегруппировки. Выставив вперёд бронированного бойца, водники вновь двинулись в нашу сторону, но потерянные три секунды позволили нам оставить звено защитников за спиной.

– Удачно. Проскочили. Ещё сто метров и подберём патроны, – громко рассмеялся Артём.

Действительно, вылазка была рискованная. Но других вариантов не было, ведь водное братство выставило бы нам непомерную стоимость. И это при том, что сами даже не стали бы искать артефакт. Все эрги подобны компьютеру: они соизмеряют выгоду и потери, а также выстраивают безупречные математические модели. В итоге получаются такие же планы. Один минус – с людьми не работает. У нас другая логика. Как в старом анекдоте: компьютер не заменит человека, пока не научится сваливать свои ошибки на соседний.

Поэтому, несмотря на риски, мы просто взяли необходимый нам инструмент. Местные обитатели про него не знали. Оставалось только нарушение границы владений, но мы за него заплатим.

Можно было, конечно, запросить официальное право прохода, но тогда с нами двигалось бы сопровождение и всё найденное на их земле пришлось бы отдавать через выкуп. Дальше по классике: отработка в сто лет (это только за получение преобразователя), потом ещё масса работы по производству энергии жизни. Так себе вариант.

Главное, что сейчас никого не убили и не ранили. Просто пробежались.

«Может, им вообще счёт выставить за услуги консультантов? – подумал я. – В рамках проверки системы безопасности вверенных в охрану территорий».

– Выдыхаем, – сказал я Артёму. – Стоим ждём. Теперь можно и встретиться.

– Да, лучше сейчас решить, – согласился заместитель. – Откупиться по горячим следам. Потом накрутят. Но карабин будем держать в боевом режиме.

– Само собой, всё может случиться. Любая программа может дать сбой, и я не хочу, чтобы мы стали невольными жертвами. Заранее подготовь два контейнера, больше, скорее всего, не запросят.

– Уже, – успокоил меня Чжао. – Не в первый раз.

Тем временем по каменистой равнине подплывали три ледяных облака. Пейзаж в этих местах разнообразием не впечатлял. На километры вокруг не было ничего, кроме разбросанных скальных осколков: круглых, обточенных временем, песком и ветром, острых, отломанных в результате многочисленных противостояний между местными обитателями, а также аккуратно вырезанных блоков нереально больших размеров.

Последние очерчивали границы владений. Спутать их с чем-либо было сложно, так как на них были огромные символы: классическое изображение воды, то есть четыре волнистые горизонтальные полоски, заключенное в круг.

– Знаем, виноваты. Две меры энергии воды готовы отдать для урегулирования конфликтной ситуации, – выдал я скороговоркой. – Наши действия не повлекли за собой причинение вреда кому-либо или чему-либо. Мир не нарушен.

– Я придерживаюсь той же точки зрения, – подтвердил мои слова Артём. – Он лидер группы. Решение за ним.

– Плата принимается, – согласился старший звена. – Братство не пострадало. Вы свободны.

Артём отдал оба цилиндра. Мы потеряли две батареи, но жадничать не стоило. Всё сложилось отлично, и мы двигались до машины. А дальше – на базу. Три дня пути по ничейным землям. Можно было, конечно, и напрямик, но такое сокращение пути могло нам дорого обойтись. Пришлось бы заплатить четыре раза.

По пути мы решили подзарядить пустые емкости. Мы знали пару мест с бесхозными источниками. Мощность там невысокая, базу для крупного сообщества не поставишь, а отбиваться впятером от организованных групп сложно. Потому так и стояли – общедоступные.

Один такой мы благоустроили. Лавовый гейзер в горах мы укрепили огневыми точками. Десять пулемётов, которые мы взяли с собой, избавили от охотников за лёгкой наживой. С таких, кстати, и делали наши батареи. Ядра эрга. Ходовой товар. Подобная благодать длилась пять лет, но потом шальные товарищи закончились. Вернее, мы заработали серьёзный авторитет.

Путь до базы был плодотворным. Во время стоянки возле первого источника, маленького озерка, на нас напали четыре диких туманника. Это были эрги, потерявшие интеллект. Такое бывает, когда ядра погибших особей попадают в источники. Условное тело формируется, а ум нет. Требуется время и энергия, чтобы эрг вернулся в изначальное состояние. Той группе не повезло, а нам – да. Плюс четыре батареи, сами подзарядились. Правда, всего на четверть. Потери при использовании чужих, пусть даже родственных, источников довольно велики.

Не забыли провести эксперимент. Выяснилось, что преобразователь использует любой источник, получая энергию жизни, с тридцатипроцентным коэффициентом полезности. В итоге, набрав половину своего резерва за восемь часов, мы двинулись дальше. В тех местах опасно было оставаться надолго, ведь слишком много групп проходило такими маршрутами.

Хотя в большинстве случаев всё решалось мирно, мы беспокоились. Ведь нас было только двое. Согласно математической модели стандартная группа из пяти членов обязательно нападёт, и у нас почти не было шансов отбиться. А отсутствие представителей в совете вообще снимало всякую ответственность за подобное.

Нет, это нас не печалило. Даже периодически радовало. Оружие, сделанное Айдаром, уравнивало шансы, а манера местных обитателей использовать чистую энергию в любой непонятной ситуации не раз играла с ними злую шутку. Когда они наконец понимали, что наполовину поглощены нами, было уже поздно.

После нескольких стычек все приобрели иммунитет от стихий. Естественно, огонь нам не был страшен изначально, как и Жизнь, но потом начали формироваться модификации. Ли, Хань и арабы не боялись света ‒ слишком часто они бились с весёлыми ребятами. Я и Артём приобрели сопротивление к воде.

Айдар вообще закалился против земли и астрала, занимался изготовлением разных артефактов и поглощал немерено разной энергии. Сперва делал это через боль и «не могу», а потом привык и в дальнейшем просто перестал замечать разницу. Даже символ поглощения изменился. Главное ‒ ему интересно и доход стабильный. На нём держалось две трети наших контрактов.

Возле «Вечного огня» разошлись миром с джиннами, которые оказались разговорчивыми и неконфликтными малыми. Поделились временем ‒ трёх часов хватило для полного насыщения. Огонь был нашим основным элементом для подзарядки. Вот такими мы стали непонятными гибридами.

Тепло попрощавшись с группой из четырёх эргов, мы двинулись по кратчайшей траектории на базу. Жгли резервы, так как знали, что в конце пути будет где восполнить потери. Мы торопились. Информация о найденном нами интересном аппарате быстро распространялась, о чём нам рассказали воздушники. Потому и трогать не стали ‒ расчёт показал, что выгоднее поделиться с нами информацией и уступить немного времени, чем превратиться в батарейку.

Мы поддержали инициативу. Мы всегда за мир во всём мире. Но можем дать и по лицу за родную Катманду.

«Опять бессмыслица в голову лезет», ‒ подумал я. ‒ Стресс? Неожиданно. Кто-то нас отслеживает».

‒ Артём, полное сканирование. Я чувствую беспокойство, – сказал я товарищу.

‒ Понял. Жди. – отозвался Артём.

За прошедшие пять минут чувство опасности взвыло раненым зверем.

‒ Есть, – ответил заместитель. ‒ На девять часов. Дистанция ‒ шесть километров. Астрал. Скорее всего, эти три ухаря просто плохо спрятались. Есть ещё. По ощущениям ещё три звена. Нам хватит с головой. Уйти будет сложно. Призраки быстрые.

‒ Меняем маршрут, – обречённо вздохнул я. ‒ Едем через территорию каменного братства. Будем должны услугу. Это лучше, чем потерять всё в шаге от цели. Сосредоточься, переходим на левитацию. Меня хватит на часов пять. Успеем зайти на безопасные земли.

‒ Тогда погнали. Я вам покажу настоящий дрифт, – засмеялся Артём, набирая безумную скорость.

‒ Одни убытки от вас! – заорал я, стреляя из пулемёта. – Артём! Время сокращается вдвое!

‒ Тогда держись! – ответил товарищ, безумно хохоча. Значит, где-то рядом Банши. Другого объяснения такому поведению обычно сдержанного товарища было трудно найти.

Да, мы предвкушали действительно весёлую поездку.

Глава 30. Сафари.

3 сентября 2154 года. 15:30 по земному времени. Конференц-зал военной базы «Зона 51».

‒ Интересно. То есть существует деление эргов по стихиям, но представительство от Земли при этом отсутствует? – уточнил Бен-Гур.

‒ К сожалению, это так, – ответил я. – Загвоздка в самом принципе энергии Жизни. Она не выходит за грани твёрдых тел, требуется непосредственный контакт. И накопление жизненной энергии в нужном объёме практически невозможно в нашем плане. Слишком много существ, одних людей миллиарды. Сила размазывается тонким слоем, и собраться в составе ста тысяч для открытия врат ‒ задача сложная. Тем более синхронное энергетическое взаимодействие для такой толпы ‒задача невыполнимая технически.

‒ Остальные стихии ведь как-то справляются, – посетовал Иванов.

‒ Да. – сказал я. ‒ За счёт меньшей плотности населения и наличия на родной планете эргов, способных отправлять братьев своих меньших в Материнский мир, а при необходимости и в другие планы. Опять же, сформированная диаспора вокруг мощных источников, позволяющая защищать свои интересы.

‒ Кстати, терминология во всех планах одинаковая? – уточнил агент. ‒ Очень похожа на человеческую.

‒ Нет, конечно. Просто общение происходит образами, которые каждый вид передаёт в удобной для восприятия форме. Допускаю, что мои обозначения не совсем точны. Артём бы вам подробнее расписал механизм взаимодействия между сознаниями. В этом он мастер. Мне достаточно знать, что на уровне эргов дополнительных средства перевода не требуется, – улыбнулся я, вспомнив своё удивление, когда удалось впервые вступить в коммуникацию.

‒ А эти братства воюют между собой? – поинтересовался израильтянин.

‒ Нет, – ответил я. – Не имеет смысла. Вообще, в Материнском мире мало что происходит, если нет веских причин совершать те или иные действия. Главным принципом существования является развитие и целесообразность. Нет смысла сгонять водников с их источника, ведь другим он не нужен. Будет низкий КПД, всего двадцать пять процентов. Сложно защищать.

‒ То есть каждый вид использует свой источник для восстановления энергии? – спросил комендант, поправляя наушник.

‒ Не совсем так. Эрги используют все виды энергии без ограничений. Если энергет при взаимодействии с противоположной стихией получит травму, то эрг просто не сможет её усвоить в максимальном объёме ‒ ядро не справится. Даже родная по стихии сила усваивается максимум на девяносто процентов, иначе ничего бы не оставалось. Закон сохранения источников, – разъяснил я.

‒ Продуманная система, – усмехнулся комендант.

Я утвердительно кивнул:

‒ Более чем. Направлена на поддержание баланса. Обо всём этом мне рассказали в первый год, пока я нянчил мелких големов. Но я всё же хотел бы продолжить рассказ. Время поджимает.

2134 год. Материнский мир. Нейтральные территории.

‒ Й-а-а-хуу! – безумно орал Артём. – Стреляй точнее! Боезапас может закончиться!

‒ Веди ровнее, я с трудом держусь! – раздражённо парировал я.

Рискуя вылететь, я решил использовать страховку. Два самых шустрых призрака уже покинули мироздание, а остальные ещё не успели догнать, так что секунд пятнадцать у меня было. Щёлкнув карабином, я надёжно зафиксировал себя, пристегнув к раме пикапа.

‒ Теперь делай, что хочешь, – сказал я Артёму.

‒ Переходи на колёса, сгоришь ведь, – неожиданно спокойным голосом ответил Чжао. ‒ Минута дала нам приличную фору.

‒ Оторвались немного. На мозги перестало давить? – спросил я.

‒ Да. Есть предположения, зачем нас гонят? – поинтересовался Артём.

У меня было только одно объяснение.

‒ Сдается мне, нас хотят загнать на территорию одного из братств. Как только стало понятно, куда мы движемся, преследование прекратилось. Летят в отдалении, не нападают. Вернёмся за камушками? Пригодятся.

‒ Разумно, – согласился Артём. ‒ Нужно проверить. Только давай я тебя сменю на пулемёте. Почти полную обойму высадил, а только двоих упокоил.

Я не стал спорить.

‒ Ну уж извините, кто на что учился, – сказал я. ‒ Не мастак ядра отслеживать. Зато промазал всего пару раз.

‒ Это да, ‒ согласился со мной товарищ. ‒ Стрелять ты умеешь. Водишь похуже, но, как я понимаю, оторваться не получится.

‒ Будем двигаться вдоль границы территорий каменного братства, – предложил я. ‒ В сторону нашей базы. Посмотрим, разгадают ли нашу хитрость.

‒ Это самое разумное решение на данный момент, – усмехнулся Артём, закидывая в рюкзак второе ядро. ‒ Двинулись помаленьку.

Заместитель пристегнулся, поменял обойму в пулемёте и, проверив личное оружие, постучал по крыше.

‒ Готов, трогай. Но помни ‒ не дрова везёшь. Астральщики держат дистанцию, ждут наших действий, – бесстрастно проинформировал меня Чжао.

‒ Ладушки, – усмехнулся я. ‒ Двинулись с Богом.

Наш путь пролегал по границе каменного плато и пустыни. Периодически приходилось использовать левитацию, чтобы вытаскивать машину из песчаных ловушек. Радужное небо окрашивало выступающие валуны в различные цвета, поэтому не всегда можно было сразу заметить препятствие. Пару раз я чуть было не налетел на выступающие острые камни.

Мне сложно было водить автотранспорт в Материнском мире, ведь несмотря на то, что я прекрасно реагировал на движение, мог отслеживать объекты даже с минимальным тепловым излучением, попутно различая электромагнитные поля, простая картинка складывалась плохо. Банально подводило зрение.

Особенно сложно было, когда освещение менялось на дискотечное. Такая свистопляска происходила раз в двадцать часов. Это было красиво, странно и необычно. А для жителя Земли, никогда не видевшего даже северного сияния, ‒ просто восхитительно.

Неожиданно ожил переговорный куб.

‒ Патруль каменного братства, – монотонно пробормотало устройство. ‒ Вы находитесь в непосредственной близости от границы. Требуется ли вам помощь?

‒ Нет, – ответил я. ‒ двигаемся по установленному маршруту. Угрозы нет. Сопровождение с вашей стороны не требуется. Пересекать границу не намерены.

‒ Поняли, – кратко ответил собеседник.

‒ Слышал, как о нас заботятся? – спросил Артём. ‒ Хорошую штуку мы нашли, все переполошились.

‒ Ничего, сейчас начнётся, – предупредил я товарища. ‒ Уже понятно, что мы не собираемся пересекать границу. Призраки оживятся. Готовься к бою.

‒ Всегда готов, – бодро отозвался Артём. – Сейчас покрошу всех в капусту.

Судя по рычанию Артёма, Банши приблизилась на дистанцию атаки.

‒ Как красиво! – закричал я, когда первый из преследователей взорвался фиолетовым облаком.

‒ Не то слово! – поддержал Артём, безумно хохоча, превращая второго призрака в зелёную краску Холи.

Банши вполне могла бы одержать победу, используй мы только один поток сознания. Но у меня их было два, а Чжао мог похвастаться тремя. Поэтому мы без зазрения совести пользовались этим преимуществом. Эффективность обороны стала немного ниже, зато было весело.

‒ Всегда хотел побывать на сафари! – буйствовал заместитель, очередным метким выстрелом покрывая кузов пикапа останками неудачливого охотника.

‒ Уже в плюсе, – хохотнул я, одновременно выхватив АИП. ‒ Ядро в кузов упало. Надеюсь, не выскочит.

Пистолет трижды коротко чихнул, отгоняя очередного призрака, который попытался зайти Артёму со спины. Секунда ‒ и подранок был распылён очередью из пулемёта. Машина встала на два колеса, и я с трудом объехал очередной булыжник. Не растерявшись, Артём прыгнул на левый борт кузова. Пикап дрогнул и вернулся к четырёхколёсному существованию.

Ещё от одного сюрприза пришлось уходить с помощью левитации. Когда транспорт подбросило на метр, это стало неожиданностью не только для нашего преследователя, но и для Артёма.

Очередное привидение промахнулось мимо борта, даже не успев осознать свою ошибку. Машина элегантно крутанулась вокруг своей оси, предоставив мне возможность полностью разрядить пистолет. Оставшиеся пять выстрелов практически слились в один, и ещё одно фиолетовое облако отметило траекторию нашего движения.

‒ Повторяемся, – заухал Артём.

‒ Не от нас зависит, – усмехнулся я. – На всё воля небес.

Тем временем группа уже потеряла шестерых бойцов, но преследование не прекратилось. Судя по их упорству, им очень важно было получить преобразователь. Но на нейтральной территории разборки значения не имеют. Всё здесь и останется.

‒ Держись крепко, плато камней, – прорычал я товарищу. ‒ Можешь помолиться за нас.

‒ Готовься заранее к разносу от Ли! – хохотал Чжао. ‒ Машину ты точно помнёшь.

Наконец объявилась Банши ‒ крупный призрак с чёрными полосами. Она была не одна, остальные окружили её плотной толпой.

‒ Гаси её, Артём! – верещал я, чувствуя потерю осознанности. ‒ Она под усилением. Мы сейчас сами перестреляем друг друга. ‒ Я успевал только перевести машину в режим левитации и посредством управляемого заноса направить её в сторону врага.

Артём не подвёл. Перед тем, как отключиться, я наблюдал прекрасную картину: коварные преследователи превращались в облака разноцветной краски. Они медленно осыпались, оставляя после себя большие кристаллы.

‒ Так вам, коварные твари! – яростно крикнул Артём, после чего темнота накрыла меня.

Пробуждение сопровождалось сильной болтанкой. Я попытался встать, но обнаружил, что надёжно привязан к кузову пикапа.

То, что мы отбились, было понятно. Оставалось только сориентироваться, где мы сейчас, но много времени не понадобилось. Нависающие скалы обрадовали меня: мы были уже рядом с базой и совсем скоро должны были прибыть. Я закрыл глаза и снова погрузился в сон.

В следующий раз я проснулся уже в гараже. Хлопнув воротами, Артём отрезал нас от внешнего мира.

‒ Я уже не сплю, – сказал я, пытаясь освободиться.

‒ Ну и отлично. Видимо, тебя крепко приложило, – сочувственно сказал Чжао, отстёгивая меня от машины.

‒ Думал, помру, – ответил я. – Хорошо, что ты сработал как надо.

‒ Оба хорошо потрудились, – улыбнулся Артём. – Теперь надо дотащить устройство до источника. Тем более кто-то хорошо выспался.

‒ Без проблем, – ответил я товарищу. – В ближайшие десять лет носа отсюда не высуну. Хватит приключений.

Подъём занял двадцать минут. Через специальный технический колодец мы добрались до тропы, а по ней ‒ уже до укреплённой базы. Без тяжёлой поклажи управились бы быстрее.

Я думал о том, что, несмотря на неприятности, поездка удалась. Двенадцать кристаллов окупают все затраты. И это не считая того, что мы выполнили основную задачу ‒ достали преобразователь. Жаль, конечно, утерянные пятьдесят зарядов к пулемёту. Энергетические камни с Инферно был нашим стратегическим запасом, простые болванки не могли повредить ядро эрга. Но иногда приходилось активно отстреливаться. При этом подобрать после боя использованные заряды не представлялось возможным.

К счастью, чаще всего использование пулемёта заканчивалось безоговорочной победой и сбором трофеев. Иначе нам пришлось бы очень туго. Сложно быть маленькой рыбкой среди больших хищников, но мы справлялись, ведь у нас была чёткая цель и план её реализации. Остальное нас мало интересовало. И наконец мы вышли на финишную прямую, так что все риски были оправданы.

‒ Немного усилий ‒ и будем дышать воздухом родной планеты, ‒ сказал я, улыбнувшись всем бойцам. ‒ Пошёл обратный отсчёт.

Глава 31. Профессиональная квалификация.

2135 год. Материнский мир. База «Содружество-2»

Любой инженер скажет вам, что монтаж оборудования ‒ это целая наука. Даже при строительстве существует два комплекта документов: один ‒ проектный, другой ‒ монтажный. В простых случаях они совпадают, но это не мешает чиновникам всех мастей требовать оба комплекта и проводить по ним экспертизу для подтверждения правильности. В результате мы имеет целый институт организаций, которые получает свои деньги из воздуха. При этом происходит удорожание строительства за счёт многочисленного административного контроля и увеличения сроков, а ответственность в итоге всё равно ложится на строителей. На СРО ‒ саморегулируемую организацию.

Я нервничал, и меня снова понесло. Мы наконец собрали окончательный вариант преобразовательной системы. Оказалось, что у нас руки растут не совсем из правильного места. Причём у всех сразу.

Дело в том, что в соединении «источник – преобразователь – батарея», выполненном нашими усилиями, КПД составляло десять процентов. Потери на каждом из этапов были чудовищными. Путём нехитрых манипуляций, вроде изменения расстояния между элементами, мы добились увеличения показателя до шестнадцати процентов. То есть накопить нужный заряд мы смогли бы чуть быстрее, чем бесконечность.

Такой расклад нас не устраивал совсем. Понятно, что мы имели не самый мощный источник, требовалось заполнить одну мощную батарею, хотя бы за пять лет. Но в нынешней ситуации нам требовалось в десять раз больше времени.

Начались эксперименты. Вымерялись расстояния, расположения, мы активно расспрашивали у Эргов, каким образом организованы схемы источников братств. Пришлось выполнить два десятка не самых простых задач. Даже подписались на охрану трёх групп, но нужной информации мы всё равно не получили.

Конечно, все полученные знания были применены для обустройства энергетического источника, и его производительность даже увеличилась на тридцать процентов, а наша энергоёмкость ‒ на пятнадцать. Не получалось только одно: увеличить КПД для преобразователя. Самое забавное, что при прямом использовании по схеме «источник – преобразователь – человек» показатель преобразования был хорош. Аж сорок пять процентов. Стоило применить для конечного потребителя батарею, получалось всего шестнадцать.

Мы бились над тайной целый год, пока не пришла простая мысль. Проводник в схеме был отвратителен. Вернее, он просто отсутствовал. Мы пытались передавать энергии через атмосферу, потом запускать по силовым линиям, вырезанным в камне, а позже использовали энергетические кристаллы, но ни разу не подумали использовать принципы электрических сетей. Опираясь на материалы, родственные для стихии Жизни.

Однажды Артёма осенило. Он предложил скомбинировать все имеющиеся способы для достижения результата и начал с источника. Вычертив сложный рисунок для концентрации энергии воздуха, он вложил в ключевые точки энергокристаллы джиннов.

В результате температура источника повысилась на четверть, дополнительно увеличив производительность. Следующим шагом стало изолирование силовых линий к преобразователю. Этой хитростью, исключительно по большой дружбе, с нами поделились големы. Каналы потоков Огня усиливались линиями Тверди, которые поддерживались энергией из соответствующего концентратора. Ядра не использовали.

Мы были благодарны нашим друзьям, поэтому два десятка энергокристаллов перешли к каменному братству. Это не стало проблемой, ведь даже без усилителей энергии на изоляцию хватало с избытком.

На этом весёлые игры экспериментаторов метафизики не закончились. Устроив геноцид диких эргов Огня, мы продолжили модернизацию источника, сократив потери при передаче энергии втрое за счет усиления силовых линий огненными ядрами. В итоге от источника до преобразователя энергия шла практически без рассеивания.

Трудности возникали в процессе транспортировки преобразованного в хранилище. Причём физическая длина силовой линии практически не влияла на конечный результат. Значит, пришло время вернуться к истокам. Ядро жизни должно жить, а для этого нужна плоть. Печально, но единственными подходящими кандидатами были мы сами, поэтому для соединительного канала пришлось использовать наши бедные косточки. Пожертвовав в общем итоге двадцать пальцев на восьмерых и пять килограмм мышечной массы, мы создали химеру. Она должна была эффективно накапливать энергию на уровне сорока процентов от полученной в источнике.

Но пока это была лишь теория. Перед пробным пуском все молчали, нервы были натянуты до предела.

‒ Ну что, поехали, – сказал Артём.

‒ Начинаем, – распорядился я. ‒ Подать импульс на энергопроводы.

Ли и Хань запустили концентраторы Земли и Воздуха.

‒ Изоляция в норме, – докладывал Артём. – Источник вышел на максимальную мощность. Поток дошёл до преобразователя. Показатель превышает запланированный на три процента.

‒ Хорошо. Активируем преобразователь.

Мы приступили к следующей фазе испытаний.

‒ Преобразование запущено, – продолжал информировать Чжао. ‒ Процесс в рамках запланированного. Показатель трансформации колеблется в диапазоне от тридцати восьми до сорока одного процента. Соответствует запланированным.

‒ Приступить к накоплению энергии в хранилище, – отдал я финальный приказ.

Кстати, хранилище было преобразовано ‒ его ёмкость увеличилась в пять раз. Снова помогли големы: они достали ещё два ядра жизни и предоставили схему усиления для трёх элементов. И всё это почти бесплатно, нужно было только зачистить логово диких эргов Тверди. Естественно, без добычи. Впрочем, сделка прошла более чем удачно.

‒ Силовые линии к хранилищу в норме, – отчитался Артём. ‒ Нагрева и разрушений нет. Потери составляют около одного процента. В рамках допустимых значений.

‒ Можно всех поздравить. Сегодня мы совершили великое дело. Жаль, нет патентных бюро, ведь каждый из нас вложил в работу частицу себя, – сказал я с усмешкой.

‒ Рано поздравлять, – прервал меня Артём. ‒ Хранилище рассеивает энергию. Нужно доработать силовой каркас.

‒ Жаль. Отключайте всё. Пойдём повышать нашу квалификацию. Не тянем мы пока на успешных изобретателей.

Там же. Месяц спустя.

‒ Силовые линии к хранилищу в норме. Нагрева и разрушений нет. Потери в районе одного процента. В рамках допустимых значений, – Артём устал, прям как настоящий земной человек, но в его голосе угадывались нотки радости.

‒ Работа хранилища стабильна? – усмехнулся я.

‒- Накопление идёт без сбоев, – ответил Артём. ‒ Утечек не обнаружено. Требуется проверка в течение двадцати четырёх часов.

‒ Принято, – подтвердил я требования Артёма. ‒ Значит, поздравления будут после финального теста, а сейчас отдыхать. Этот проект с каждым разом требует всё больших жертв.

Именно так и было. Обустройство хранилища обошлось ещё в одиннадцать пальцев и три килограмма плоти.

‒ Жертвоприношение какое-то, – усмехнулся Айдар.

‒ Во славу Доминиона, – поддержал его Артём.

‒ Вообще мы из Инферно сюда попали, – серьёзно сказал Салах. – Странно удивляться методам, которые открывают путь домой.

‒ Главное ‒ по прибытии не заключить контракт с чернокнижником, подписывая кровью, – мрачно пошутил я.

‒ Непременно придётся, только, скорее всего, с государством, – ответил Айдар. – Обойдутся чернилами, а может, вообще ‒ электронной подписью. Сдаётся мне, что чернокнижник будет предпочтительней ‒ у него с фантазией похуже.

Мы все нервничали, поэтому лишняя информация просто переполняла нас. В ближайшие двадцать четыре часа спокойных минут не предвиделось.

Волнение просто висело в воздухе. Разговаривали мало, думали много. Даже традиционные спарринги и медитация не смогли погасить тревогу. Периодически Артём сообщал о нормальной работе хранилища, о замерах температуры энергоканалов, процентах потерь энергии. Всё было в пределах установленных норм.

Но всё это почему-то не успокаивало нас. И как оказалось ‒ неспроста.

‒ На нас идёт волна, – сообщил Артём. ‒ В семи километрах. Астрал. Много. Дикие.

‒ Занять позиции, – скомандовал я. – Артём, на тебе координация.

‒ Принято, – ответила группа и быстро разбежалась по пулемётным гнёздам.

«Квалификация хромает, ‒ подумал я. ‒ Нужно будет экранировать всю конструкцию»

Неделю спустя. База «Содружество-2».

‒ Теперь можно всех поздравить, – с облегчением сказал я товарищам. ‒ Конструкция работает сорок восемь часов. Никто не пришёл к нам в гости, контур изоляции надёжен. Думаю, что теперь мы достигли необходимой квалификации в использовании инопланетных технологий.

Атака призраков была отбита. Они прибыли без командира и, даже не смотря на серьёзное количество, стали лёгкой добычей.

Летели они прямо на хранилище, игнорируя нас. Поначалу мы этого не поняли и активно расстреливали противника на подходе, но после, сообразив, что к чему, уничтожали в рукопашной схватке. Враг подходил с разных направлений, при этом совершенно не взаимодействуя друг с другом. Общее число атаковавших обитателей Астрала составило сто семь. Эргов было всего одиннадцать. Остальные были энергетами.

Но в конечном итоге с помощью полученных ресурсов был собран концентратор астральной энергии. Он надёжно скрывал хранилище энергии Жизни. Теперь потоки не просачивались за контур изоляции. Можно было спокойно заняться своими делами.

‒ Наконец-то можно поспать! – воскликнул Айдар. ‒ И отрезать от себя ничего больше не придётся.

‒ Теперь готовиться, – улыбнулся Ли. ‒ Для возвращения. Домой.

‒ Остаётся только ждать и держать оборону при необходимости, – усмехнулся Салах. – Это не так трудно.

Командира поддержал Бек:

‒ Когда известны сроки, жить проще.

‒ И да прибудет с нами сила, – усмехнулся я, а сам подумал: «А ещё удача и благоразумие, чтобы не ввязаться в какую-нибудь авантюру, пока ждём». Я очень надеялся на приобретённый профессионализм и соответствующую квалификацию выживания в непростых условиях.

Глава 32. Коварная щедрость.

2152 год. Материнский мир. База «Содружество-2»

– Красивый аппарат, – восхитился Артём, глядя на вытянутый каплевидный силуэт серебристой капсулы. – Интересно, кто его хозяин?

– И мне хотелось бы знать, – ответил я товарищу. – Излучает жизнь во все стороны. Хорошо, что мы почистили этот район.

Действительно, два дня назад мы отбивали два источника Астрала в этих краях. Их захватили дикие Банши. Неприятный противник. Поэтому мы были вчетвером: я, Артём, Салах и Хань. У нас был хороший иммунитет против ментальных атак.

Да, в конечном итоге мы могли впасть в ярость, но она была направлена против источников воздействия. У остальных под раздачу попадало ближайшее окружение, и неважно – живое или нет.

– Остаётся вопрос: как мы доставим добычу на базу? – спросил Салах. – Путь неблизкий.

– Легко, – ответил я недоверчивому арабу. – Левитация. Камешки я захватил. Пару батарей тоже. Всё равно придётся двигаться две недели, от источника к источнику, попутно отстреливая астральных обитателей.

Мы находились в землях астрального братства, отрабатывали контракт по зачистке двух источников. Туда прибыли дикие особи их же вида. Само братство не стало марать руки – попросило нас. В награду полагался этот необычный аппарат. Он излучал эманации жизни, да такие вкусные, что астральщики притащили его к себе. Правда, они не учли последствий. Их менее цивилизованные собратья, которые тоже были не против подзарядиться жизнью, в стороне не остались. Попутно они отжали два источника, а это ощутимый удар. В прямом столкновении у диких не было шансов устоять, но и потери были бы ощутимые.

– Надеюсь, в этот раз камешки мы заберём себе, – начал ворчать Хань.

– Конечно, – успокоил я его. – Остановка – отстрел – сбор ресурсов – движемся дальше. И так две недели.

– Потом нужно будет заизолировать неизвестный аппарат, – напомнил Артём.

– Естественно, – согласился я.

Дальше были простые и приятные хлопоты. Встретившись с работодателем, мы отчитались о проделанной работе и отдали все астральные ядра. Главный призрак даже светился от счастья. Три десятка потенциальных братьев – отличный результат.

При этом он отдал вкусный, но весьма геморройный источник. И потянулись две очень длинные недели.

– Гони их на меня! – бешеным зубром выл Хань.

Китаец вломился в толпу из пяти особей, десятью быстрыми ударами нащупал ядра оппонентов, а после ловко вырвал их. При этом он скользил над песком неуловимым силуэтом, дико хохоча.

– Куда побежали? – не отставал от инструктора Салах.

Араб орудовал саблей. Быстрые взмахи клинка разделяли призрачных существ на части, а финальные уколы плазменным остриём в открывшиеся ядра развоплощали их окончательно.

– Первый, – спокойно произнёс Артём, аккуратно уходя перекатом от удара Банши.

В конечной фазе он выхватил пистолет и тремя выстрелами ошеломил противника. После, отправив оружие в кобуру, с помощью двух метательных стилетов завершил начатое. Просто вырезал крупное ядро дикого эрга. Закинув его в рюкзак, он сильными импульсами отправил в полёт метательные орудия и прикончил двух энергетов.

– Второй и третий, – усмехнулся заместитель.

– Подходите ближе, – уже спокойно проговорил я.

Меня окружили десять слабеньких астральщиков. Просто я покинул стой в самом начале и ломанулся вперёд. Сильно меня накрыло. Пока бежал до Банши, успел покрошить семерых призраков, причём быстро и жестоко, вырезав ядра плазменным ножом.

Эта картина сильно впечатлила лидера группы диких астральщиков, и он решил атаковать Артёма. Вероятно, посчитал его безобидным.

– Это я вам, товарищи. Может, поможете? – попросил я.

– А кто здесь самый смелый? – просмеялся Артём.

– Ничего не помню, – парировал я.

Когда Банши погибла, кровавая пелена спала с моих глаз. Не сказать, что окружившие меня особи представляли серьёзную опасность, просто не хотелось стрельбы. Искать потом патроны… Муторно. А в чистой рукопашной схватке меня вполне могли ранить.

– Принимается, – ответил Салах, стилетами развоплощая двух противников.

– Пять, – лаконично сказал Артём, совершив аналогичное действие.

Хань, в прыжке атакуя ногой ближайшего призрака, выкрикнул:

– Уже иду!

– Спасибо! – сказал я и приступил к уничтожению оставшихся.

Скользнуть левитацией вправо, пропустив рывок первого оппонента, затем усиление на кисть, удар. Нащупать ядро. Отлично. Вырезаем плазмой. Отскочить от второго назад по диагонали влево. Запустить резонанс, схватить несчастного, вернуть клинок в ножны. Взять меч в правую руку. Активно отмахиваясь клинком от трёх оставшихся, окончательно поглотить пленённого призрака. Мелодично звякнуло ядро, упав на каменное плато. Готов. Займусь остальными.

Нагромождение камней причудливо отсвечивали, отражая свет радужного неба. «Интересно, – подумал я, – почему я постоянно сражаюсь с призраками во время сияния? Такое ощущение, что они знают о моих слабостях».

Впрочем, времени задумываться об этом не было. Я сменил меч на метательное оружие. Пять стилетов ушли за две секунды. Три обитателя астрального плана сбились с атакующего ритма.

Рывок к ближнему. Усиление при ударе. Нащупать ядро. Выбить резонансом. Кристалл покинул тело призрака. Скользнуть к следующему. Меч из ножен. Тремя ударами обнажив сосредоточие, запустить плазменный сполох по острию. Укол – и на одного противника меньше. Финальные рубящие движения – и последний оппонент прекращает своё существование.

– Красиво, – удивился Хань. – Хотя проще было расстрелять их.

– Неа, – ответил я китайцу. – Не хочу. Лень потом искать боезапас.

– Собираем трофеи и движемся дальше, – приказал всем Артём. – По плану у нас источник. Через два дня мы должны быть на базе.

В этом походе он был единственный, кто ещё не потерял разум, поэтому мы передали командование ему.

– Принято, – ответили мы, резво собирая трофеи и использованное оружие.

Неделю спустя. «База содружество-2»

В пределах досягаемости пулемётных расчётов был обустроен ангар. Стены его мы покрыли силовыми линиями, соорудив очередной концентратор Астрала. Туда ушла половина заработанных в походе ядер, а остальные мы отправили астральному братству в обмен на договор о ненападении, действующий ближайшие пять лет. Мы считали это просто подстраховкой. Хранилище было наполнено на девяносто пять процентов, и мы были уверены в том, что в ближайшие три года мы сможем вернуться домой.

От осознания этого наши краснокожие лица светились счастьем, но общий эмоциональный подъём не ослабил бдительности. Размещение непонятного, но полезного объекта было произведено на безопасном удалении от базы. В течение года целого мы исследовали его множеством способов, облучали всеми видами энергии, но реакции не было, пока однажды я не попробовал установить на его поверхности силовые линии. Как только я надрезал руку, серебристая поверхность дрогнула. Пробежала волна, и на поверхности появилось изображение. Я привычно преобразовал энергию усилением в увиденный символ и совместил его с изображением на капсуле. Раздалось низкое гудение, и открылась дверь. Вернее, вылилась, превратившись в ступени.

– Здорово, – удивился я.

– Отлично, я бы сказал, – ответил Артём.

Я стал медленно подниматься по ступеням.

– Посмотрим, что внутри?

Пространство было невелико – в длину метров пять, а в самой широкой части – около трёх метров. Там и располагался подковообразный пульт, на котором были расположены восемнадцать символов, пять разноцветных клавиш плюс три тумблера.

Кроме этого мы увидели три шкалы: зелёную, черную и фиолетовую. Зелёная была заполнена на три четверти, остальные были на нулях.

– Интересно, а инструкция прилагается? – Артём первым нарушил тишину.

– Вы, русские, их всё равно не читаете, – сказал Хань, заходя в ангар.

– Я-то думаю, что случилось, – поддержал товарища Салах. – А вы без нас развлекаетесь.

– Тесно. Неинтересно, – не поддался общему порыву Ли. – Пойду дальше тренироваться.

- А я пощёлкаю, может, чего и случится, – пошутил Айдар, глядя на пульт.

– Рванёт? – спросил Хан.

– Не должно, – продолжал шутить Артём. Мы все нервничали.

– Нужно всё делать с умом! – серьёзно ответил Хан.

– Да, именно так мы и поступим, – ответил я, обнаружив два костюма в хвосте корабля. – Только ботинки и шлем мои.

– Принимается. Мы тоже посмотрим, что интересного тут есть, – заволновалась бригада.

В итоге два комплекта разлетелись на составляющие. Мне действительно подошли по размеру ботинки и шлем. Комбинезоны отжали арабы. Хань и Ли взяли перчатки. Вторые ботинки ушли Айдару. А Артём забрал шлем.

Серебристая ткань обладала отличной изоляцией и прочностью, не стесняла движения. В бою не проверяли, но на спаррингах показала себя с лучшей стороны. Со временем всем надоело копаться в непонятном корабле, и я остался один. Я даже спал в нём, но к разгадке так и не приблизился. Незаметно минул ещё один год.

2154 год. База «Содружество-2»

«Интересно, – удивился я, в очередной раз осматривая панель управления, зелёная шкала заполнилась и моргает. Что бы это значило?»

За время изучения корабля значение символов оставалось загадкой. Ни один известный мне план не имел таких узоров силовых линий, а экспериментировать я опасался. До портала домой оставался всего шаг, обидно было лишиться гарантированного билета по собственной глупости.

Внезапно дверь закрылась, и шкала ушла в ноль. Я даже не успел понять, что произошло.

31 августа 2154 года. Земля. Штат Невада.

Дверь снова открылась, но я не почувствовал знакомых излучений.

«Похоже, я попал!» – мысленно воскликнул я.

Сев на ступеньки, я терпеливо ждал два часа. Оказалось, что не напрасно. Звёздно-полосатые нашивки на экзоскелетах сообщили мне важную новость: я дома. Это было неожиданно.

«Я буду говорить только с представителем ЦРУ», – хрипло произнёс я. Это было единственным, что я смог сказать на английском.