Принцесса

Глава 1

Они знакомятся во время прогулки. Подруга о чем-то болтает на ухо, а она и не слушает, наблюдая за парнем, читающим что-то на скамейке в парке. Он улыбается, не поднимая глаз от бумаги. Подруга хихикает. — Подойди, познакомься! — Думаешь, прокатит? — Уверена! Ты же у нас богиня! – в голосе – ни капли сарказма. Подруга подталкивает её к скамейке. — Ладно! Я пошла, - заправляет прядь за ухо. Идёт к нему.

— Привет — Здравствуй, - он поднимает голову от книги. Робко улыбается

*** — Это тебе, - протягивает букет роз и улыбается неловко, как при их знакомстве. — Спасибо! - царапает пальцы о стебли, но только смеётся. Заправляет прядь за ухо. — Мне нравится — Я рад! - улыбается ещё шире и робко берет за свободную руку. Ведёт куда-то, радуется, шутит. А она смеётся. Потому что тепло, потому что хорошо, потому что в жизни будто магия появилась, а ей только в радость. И не важно, что ладонь сжимают почти до боли, а прохожие вокруг шарахаются от злого ревнивого взгляда.

***

Ей всё сильнее кажется, что она по ошибке попала в чью-то сказку. Потому что не может парень быть настолько идеальным. Вазы в квартире постоянно заняты цветами, а мама улыбается - рада за неё. А ревность — это мелочи, все ревнуют, все волнуются, всё хорошо. Она почти летит на очередное свидание. — Привет! - прижимается радостно, улыбается. И он рад тоже, обнимает крепко. — Здравствуй, принцесса! - целует в шею осторожно. А потом отстраняется и вместо уже привычного букета протягивает связку ключей с брелком в виде розы. — Может, съедемся? — Так быстро?.. - она теряется. — Ну, мы же счастливы, да? И так будем рядом почти всегда? - жалобно улыбается, смотрит будто в душу. Она судорожно хватает связку. — Вот видишь! Я знал, что ты обрадуешься! - снова целует шею. Она улыбается. Ведь и правда должна быть рада.

*** — Давай в следующий раз пойдем в кафе? – она крутится у зеркала. Ткань нового платья легко следует за её движениями, то скрывая, то показывая фигуру. Он оторвался от телефона. — Мне кажется, не стоит — Почему? – расстроено. Повернулась к нему. — Ты же у меня такая красивая, — подошёл и обнял. — Все будут пялиться. Я буду ревновать, — она почти незаметно вздрогнула, вспоминая прошлый приступ ревности и синяки на бедрах от слишком сильных пальцев. — Да, ты прав… — Вот и хорошо. Посидим дома, закажем еды. Да и тебе ведь комфортнее в чем-то закрытом, — не вопрос. Утверждение — Ага. Мне будет гораздо удобнее в толстовке, а не в этом, — улыбка. Махнула рукой на платье. Он быстро поцеловал её в щеку. — Договорились, принцесса

*** — Я же тебя люблю…— обволакивающим шепотом в ухо, затем — укус в плечо, чтобы не видно под одеждой. Она вздрагивает, но молчит (никогда не любила засосы, больно, да и заживают долго). На запястьях темнеют синяки — приходится носить длинные рукава, чтобы не заметили, чтобы не спросили. Ей не нужны чужие советы, не нужна помощь — у неё уже есть любовь. Как в сказках. Как в детстве хотелось

— Пошли в спальню, — звучит приказом. Она молчит, она не протестует, хотя от секса уже и противно. Но она его любит, а он любит её. Поэтому она не отказывается, идёт послушно. Где-то в глубине — ненависть к себе. Она должна получать удовольствие, должна его порадовать — он же расстроится, опять будет злиться…

*** — У тебя всё хорошо?

Керамические стенки чашки уже нагрелись, но тепло в ладони не проходит почему-то. Делает глоток. Язык обжигается о слишком горячий чай, но пристальный взгляд подруги мешает сосредоточиться. — Конечно. Я счастлива, — сильнее кутается в свитер. —Точно? Ты… странно выглядишь, — подруга хмурится, отставляя свой американо. — И ведёшь себя странно. Я волнуюсь за тебя — Я же сказала, всё хорошо! — голос срывается на крик. Подруга вздрагивает. — Прости… — Нормально всё. Сделаю вид, что поверила, — одним махом допила кофе и встала. — Пожалуйста, звони мне чаще, — взгляд в пол и быстрый кивок. Звук удаляющихся шагов. Язык ещё жжёт. Чай медленно остывает.

***

Первый раз звонок от подруги она сбрасывает на автомате — в дверь ломится курьер, и ей совсем не до неё. Мысленно обещает себе перезвонить.

Второй раз она просто не успевает: он выхватывает телефон и хмурится. Сбрасывает вызов. — Мне не нравится, что ты с ней общаешься, — резко, без перехода. Она вздрагивает. — Но… — У тебя же есть я. Зачем тебе ещё кто-то? — усталый, расстроенный взгляд. Поглаживание по ладони. Она вздрагивает. — Тебе неприятны мои прикосновения? — слишком обвиняющий тон для жалобного взгляда. — Это от неожиданности, прости… — Все хорошо. Только, пожалуйста, давай перестанем с ней общаться? — прижался крепче, обнимает, притягивает к себе. Она не может устоять. — Только постепенно, хорошо? — Как пожелаешь, принцесса, — мягкая улыбка. Он отстраняется.

***

Они с подругой перестают общаться через пару месяцев. На очередной отказ от встречи телефонная трубка ей орёт: «Да и пошла ты со своей занятостью!». Больно до безумия, но ведь цель достигнута. Убирает телефон и выдыхает. Это – правильно, этого она, нет, они хотели, добивались. Тогда почему в горле ком обиды, и чувство неправильности в голове пульсирует? — Кто звонил, принцесса? – он выходит из другой комнаты, держа в руках две чашки с кофе. — Никто, - быстрым касанием проверяет телефон в кармане. Улыбается ему. — Уже никто, - он улыбается в ответ так, будто точно знает содержание разговора.

***

Рассвет они встречают сидя на крыше. Она кутается в две толстовки - свою и его. Он улыбается. — Надо было тебе теплее одеться, принцесса, - слова ласковые, должны быть заботливыми, но звучат обвинением. Она отводит взгляд. Он же теперь тоже из-за неё мёрзнет, надо было что-то придумать, взять вторую толстовку может… — Ну, не переживай. Будет тебе уроком, - приобнимает за плечи, притягивает ближе резко, так, что она бьётся о него, и сжимает руку крепко, почти до синяков. Она вымученно улыбается. Сжимается, будто хочет исчезнуть в толстовках. Он довольно поворачивается к рассвету.

***

Она плачет впервые с начала их отношений. Телефон валяется на полу, выпавший из рук. Оттуда ещё доносится голос какой-то медсестры, рассказывающий о прошедшей с матерью аварии, но слушать это просто не получается. Она практически рыдала, с трудом осознавая, что вот теперь у неё только он остался. — Принцесса, ты где? – он вошёл в квартиру практически незаметно. — Где ужин? Ты опять?! – зло кричит с кухни. Она не слушает, не слышит, только зажимает рот ладонью, чтобы не прорывался безысходный вой. Его шаги звучат громче. — Принцесса?..

***

Она не помнила, как организовывала материнские похороны. Не помнила и как они прошли. Хоть какое-то осознание себя пришло вечером, только почему-то от боли физической. Она будто выныривает из-под воды, пытаясь понять, что происходит. От его проникновения больно, шея и плечи горят от укусов, бедра в синяках. Она снова плачет, впервые жалея о своём существовании. Воет, скулит от боли. А ему и плевать, только ускоряется, сильнее сжимая бедра. Она зажмуривает глаза, надеясь исчезнуть. Впервые мелькает мысль: «Что я сделала не так, раз оказалась здесь?!»

***

Собирает вещи она ночью, надеясь, что он не услышит. Берет самый минимум, чтобы быстрее сбежать. Тело с трудом слушается после произошедшего (она не помнит, когда последний раз ела. По ощущениям – в прошлой жизни).

Все вещи удобно помещаются в рюкзак. Она вытаскивает симку из телефона и кладет на тумбочку. Тихо выходит из квартиры. Оглядывает ночной двор. С трудом бежит прочь. Ноги едва слушаются, хочется упасть на асфальт и замереть, но страх гонит дальше. Она что-нибудь придумает. Только бы не возвращаться сюда больше никогда.