Принц мародёров

Глава 1

[Активация СИБИ…]

…

[Загрузка аудиодневника…]

«Ну что ж… Кажется я созрел для того, чтобы записать свои мысли. Чтобы в старости былочто рассказать, пока буду сидеть за поросшим йохоновским мхом столом где нибудь в «Лощине». Ну, если я стану легендой, конечно, и все будут слушать меня разинув рты от того насколько интересной была моя жизнь. Или же сочтут поехавшим крышей и погонят взашей, чтоб публику не пугал. Да и не важно, что там будет в старости. До неё ещё дожить нужно. Что-то я заболтался, кхм…

Это была самая сумасшедшая история в моей жизни, полная опасностей и приключений, новыхчувств и знакомств, взлётов и падений. Икстати, о падениях…»

***

Хэн резко повернул рычаг в сторону, уводя свой скай подальше от закоулков, прямо к главной цитадели Дрэмфиса. Впереди показался шпиль огромного, мерцающего лампами, здания. Петлять среди зданий внизу нет смысла, его скаю не хватит маневренности чтобы оторваться от преследования, а прямо за цитаделью - открытое небесное пространство. Там он воспользуется маскировочным модулем и сольется с розовеющими облаками.

Позади, в сиреневой дымке, замелькали чёрные точки, которые с каждой секундой становились больше, а их образ яснее. Рядовые полицейские, гоняющиеся за низкосортными нарушителями. Но Хэн Кроунест ни за что бы не назвал себя таковым. В своих кругах он имеет какое никакое имя, и вполне может рассчитывать на преследователей покрупнее, но всё же, пусть в столице человеческой империи его будут считать одним из сотен безликих информационных воришек.

Величественная заостренная башня цитадели засверкала фиолетовым блеском фонарей и ламп установленных в корпусе здания. Хэн прибавил мощности, попутно смотря на радар. Как бы не добавить к хвосту ещё и цитадельскую стражу, но пока удаётся оставить полицию в дураках. Он уже близок к свободе и бодрящему чувству победы над тупицами со значками, как вдруг что-то пробивает крышу его машины, отчего та резко накреняется вниз. Кабина заполняется воем аварийной системы.

– Чёрт! Какого…?! – ругательства так и летят изо рта, а попытки вернуть управление венчаются не скорым успехом. Их заносит из стороны в сторону, шум полицейских мигалок становится громче. Предчувствуя новый инфаркт, Хэн быстро бросает взгляд на заднее сидение, и, видя парня без сознания, немного успокаивается. По крайней мере его не придушат пока он за рулём, да и на представителя закона он не похож. Хотя, Хэн не успел обратить внимание на его одежду, пока уводил скай повыше в облака.

Старый маскировочный модуль изменил цвет ржавого, избитого царапинами и вмятинами железа, на фиолетово-розовый, с редкими пятнами облаков. Скай Хэна Кроунеста неожиданно исчез с радаров преследователей. Будь у его команды больше современных деталей, то не приходилось бы искать открытое небесное пространство чтобы спрятаться (у старых моделей один вариант маскировки), но пока это единственное что спасает их задницы, так что грех жаловаться.

Убедившись, что от погони удалось оторваться, парень включает автопилот и перелезает на заднее сидение. Дыра в крыше будто кричит голосом Окто которому придётся её заделывать, и, если честно, Хэну даже стало физически больно об этом думать.

– Кажется, я видел подобное в каком-то очень старом фильме…

Лицо незваного попутчика было покрыто мелкими царапинами, но было видно, что за кожей и внешностью очень хорошо ухаживали, а длинные волосы были цвета земного голубого неба, которое Хэн не видел уже очень давно. На вора или наёмника этот парень точно не похож, и длинный камзол с голубой ровной каймой... Такой цвет носили политики. Только этого не хватало.

– Сиби, – надетый на запястье металлический браслет замигал зелёным, – Информация.

– Объект жив, но не идентифицирован, – проговорил компьютерный высокий голос, – Его браслет отключен.

Хэн в удивлении раскрыл глаза. Браслеты Сиби отключают, когда человек умирает. Этот факт сначала подтверждается через специальное бюро, которое удаляет браслет из системы и отправляет всю информацию о жизни человека в архив. Система, конечно, не идеальна. Хэн за всю свою, не совсем праведную жизнь, повидал немало способов обдурить её и стать невидимкой для всего мира. А этот парень больше похож на отпрыска какого нибудь министра нежели на отброса общества, к тому же вполне себе живой, только немного без сознания.

– А общий поиск по лицам?

– Информация зашифрована. Нет доступа к данным.

Этого стоило ожидать, ведь по предположению Хэна это кто-то из высшего общества, а на них редко когда можно найти бионическую информацию в открытом доступе. Ситуация все больше начинала напрягать.

– Сиби, какова вероятность привести его в чувства сейчас?

– Судя по физиологическим показателям - тридцать два процента.

– Спящий красавец значит, – Хэн тяжело вздохнул, но даже прикасаться к нему не стал, мало ли каких размеров эта шишка, чтобы потом не прилетело со стороны Плеяды. Стоило бы его скинуть за границу колец Дремфиса, и сделать вид что не при делах, но полицейские машины начали кружить поблизости, а старый модуль мог подвести в любой момент и просто отключиться.

– Ладно, разберёмся с этим позже. Валим отсюда.

***

– О, нет, нет, нет! – завопил Окто, глядя как Хэн паркует дырявый скай на пустующем месте в ангаре. Парень быстро сбежал по железной лестнице со второго этажа и с браслета на его руке послышался голос Сиби:

– Сильное повреждение верхнего корпуса. Основные функции работают исправно, внутри два живых организма.

– Два? – у Окто резко возникают сомнения, стоит ли подходить ближе, и он замедлил шаг. Дверь откинулась вверх и сначала показалась нога в тяжёлых ботинках, а затем вылез Хэн. В его красных брейдах, заплетённых в коротенький хвост, была куча мелкого мусора.

С корабля на шум прибежал Бэлл Хацуге. Низенький и лохматый, как старая метла, азиат с глазами цвета сочного лайма. В руках он держал пачку усцин, подобие земного мармелада, которую открыл пару минут назад и ещё не успел опустошить.

– Окто, я не виноват, – начинает Хэн с сочуствием глядя на друга, – Всё должно было оботись парой дыр от пуль полицейских, но...

Он поднимает заднюю дверь и просит помочь вытащить беднягу наружу. Как только тело оказывается на полу, Бэлл давится, бросает пакетик на пол и матерится так громко, что по заброшенному ангару разлетается эхо:

– Чёрт возьми, Хэн, это же принц Хван!

Хэн в ответ усмехается, мотая головой, но под серьёзным взглядом Бэлла резко замирает. Окто от шока раскрывает рот, невольно проведя рукой по коротко выбритым светлым волосам, – Ты сейчас серьёзно?

Политика и всё что с ней связано мало интересовали Хэна, он даже не знает в лицо представителей Плеяд, что уж говорить об их отпрысках. И как вообще реагировать на то, что один из них сейчас на полу старого ангара где-то на последнем кольце Дрэмфиса? Вся троица тут же напряглась, подумав об одном и том же. Они резко затихли, прислушиваясь к звукам за стенами здания, но ни воя сирен ни выстрелов из орудий не услышали. Но для своего же спокойствия начали говорить шёпотом. Бэлл попросил своего Сиби запустить новостную строку и перед глазами парней возник голограммный экран с десятками статей, сводок и видео.

Лицо незваного попутчика тут же показалось на экране, пока Сиби озвучивал статью, которая занимала самое первое место в рейтинге новостей:

«ВТОРОЙ СЫН верховного представителя человеческой империи, Хван Тансон, совершил самоубийство сбросившись с верхушки цитадели. Родные предполагают, что причиной стало эмоциональное истощение на фонеогромной ответственности, возложенной на него в стольюном возрасте…»

Дальше Хэн уже не слушал. Собственно, как и все остальные. Дальше показалось интервью с его родителями и расписание поминальной церемонии. Бэлл отключил браслет и присел на корточки рядом с уже известным на всё человечество самоубийцей.

– И что нам с ним делать?

Окто нервно прикусил губу и тоже сел рядом:

– Наверное, дождаться пока он очнётся? Не оставлять же его здесь. Всё равно все думают, что он умер.

Все ждали ответа Хэна, и судя по его взгляду на тело лежащее под ногами, он собирался согласиться.

– Хэн, это вообще-то, наследник Земной Империи! – напоминает Бэлл, – Если мы его оставим, то будем на прицеле Плеяд, ещё и пришьют за похищение королевской задницы. Трупа у них нет, но при этом в новостях вовсю гремят о его смерти, тебе это не кажется странным?

– Этот парень пробил крышу моей машины, когда грохнулся на неё, так что, формально, он сам виноват что попал к нам. Я не планировал брать в попутчики королевскую задницу, знаешь ли. Но и оставлять его одного не хочу, всё-таки он живой и без работающего Сиби не сможет даже вызвать помощь.

– А что, если она ему не нужна? – холодные синие глаза Окто с печалью смотрели на тело принца. – Он упал с цитадели буквально час назад, а в новостях уже есть интервью с родственниками и план похорон. Как будто они были готовы к этому… Хэн, ты подключался к его Сиби?

Парень отрицательно замотал головой:

– Браслет уже был отключён.

– Вот! – Белл щёлкает пальцами, – Попахивает дерьмом в которое лучше не наступать. Если ему помогли посчитать этажи Цитадели и не нашли труп, то могут быть неприятности.

Всем стало не по себе от этих мыслей. Больше похоже на то, что от парня планировали избавиться, подстроив всё как самоубийство, и это бы получилось, если бы Хэн Кроунест не пролетел у цитадели в ту самую секунду.

– Моя голова, – завыл Хэн, массируя виски. Сейчас есть куда более важное дело, чем размышления о судьбе какого-то принца. Хотя, если подумать, то этот голубоволосый парнишка может быть полезным. Хэн посмотрел сначала на Бэлла, что взглядом умолял не делать глупостей, а потом на Окто, у которого на лице было то самое выражение ребёнка, который просит купить игрушку. – Я же спать не смогу из-за этого.

– Если оставишь его здесь? – спросил Окто.

– Если не заставлю его заплатить за ремонт моей ласточки.

– Хэн, ты больной. Напомни мне, чтобы я написал это на стене в Лощине.

– Только после того как сотрёшь те слова о моём долге в сотню дрэн.

– Пошёл к черту, – Бэлл попытался выглядеть серьёзнее. – Если что, пристреливать его будешь ты.

Хэн пообещал что так и будет. Взял Хвана под руки, пока парни взяли за ноги и потащили на корабль, прямо в одну из пустующих кают. Заблокировав двери, они принялись поспешно собираться, чтобы покинуть Дрэмфис. Дырявый скай Окто загнал в хвост корабля, ворча о том, что зря они сэкономили на ресурсах для корпуса. Он тысячу раз предлагал продать эту калымагу на запчасти и найти что-то более новое, но из-за привязанности Хэна, её раз за разом приходится буквально собирать заново, а в боевых условиях она превратится в решето на первых же секундах. Благо пока их команда тщательно избегала таких столкновений, тихо мирно следуя законам своей профессии: забирать то что оставили, не оставлять следов, и не нарываться на пули.

Когда со сборами было покончено, их корабль вылетел за ворота временной стоянки и уже через пару минут они покинули небесное пространство Дрэмфиса. Хэн даже с облегчением выдохнул, стоило только взглянуть на удаляющиеся фиолетовые огни города. Он весь утопал в этом цвете, и походил на сладкую вату, которую Хэн терпеть не может.

Теперь им придётся вернуться сюда не скоро, что несказанно радовало всех членов команды. В Дрэмфис, космическую столицу человечества, любят соваться все кто не имеет проблем с законом, а такие как Хэн рискуют нарваться на неприятности. Собственно, что у него и так хорошо получилось. Но сунулись они сюда не ради острых ощущений, а теперь ещё и этот попутчик. Хэн понимал насколько безрассудно поступает, взяв на борт человека, чью историю совсем не знал, но природное чутье подсказывало, что им удастся извлечь из этого выгоду. Если принц и правда хотел добровольно умереть, то они просто оставят его где-нибудь в Лощине. Там можно найти сотню способов уйти из жизни, и никто тебе и слова не скажет, пока труп не завоняет. Но если это была попытка убийства, считай можно потребовать с него деньги за спасение и перелёт из Дремфиса, который станет для него чудесным подарком когда тот придёт в сознание.

Хэн снял свою оранжевую куртку прежде чем плюхнуться в широкое капитанское кресло на небольшом мостике.

– Что-то удалось выяснить? – спросил Окто, переключая на автопилот. Пока они плывут по звёздному пространству можно и расслабиться. За пультом управления по другую сторону от Кроунеста сидел Бэлл и тоже ждал ответа.

– Тартар. Его держат там.

– Час от часу не легче, – устало произнёс Окто, скрещивая руки. – Добраться туда не так сложно, только вот стоит приблизится как нас тут же сотрут в порошок, если наш корабль чудесным образом не превратится в какой-нибудь военный шаттл.

– Мда, Окто прав, – Бэлл открыл экран на стекле прямо через главную панель, и космическая тьма перекрылась зелёной сеткой данных, – Эта тюрьма со сложной охранной системой. Нам придётся сильно поднапрячься чтобы хотя бы попасть в их небесное пространство, я уже не говорю от том, чтобы вызволить Мабона и остаться незамеченными. Будет сложно, Хэн.

– Выбора нет, – Кроунест остановил взгляд на схеме вытянутого сооружения, которое пряталось внутри метеорита, словно орех в скорлупе. – Без Мабона мы не сможем двигаться дальше. Его нужно вернуть любыми способами.

Окто и Бэлл быстро переглянулись и немного стушевались, чувствуя, что их капитан немного потерял границы, говоря о члене их команды как об инструменте без которого не завести механизм.

– Хэн, эти поиски…

Сиби на руке Кроунеста его перебил:

– Объект, идентифицированный Вами как «королевская задница» пришёл в сознание. В каюте зафиксировано движение.

Парни посмотрели друг на друга и тут же бросились в сторону жилого сектора. Их корабль был небольшой, все отсеки соединялись коротким коридором, поэтому через пол минуты они уже стояли у двери в каюту и толкались за возможность заглянуть в круглое окошко на двери. Хван пытался приподняться, его лицо корчилось от боли, и через пару секунд он понял, что это дохлый номер и опустился обратно на кровать.

– Ему больно? – шепнул Окто, на что Бэлл закатил глаза и саркастично ответил:

– И правда, крыша ская ведь лучше любой перины. Эти принцы такие неженки.

– Эй, он нас заметил, – волнение Окто можно нащупать пальцами и затянуть вокруг его шеи, чтобы прекратил вести себя как ребёнок. – Я ещё никогда в жизни не разговаривал с членами правящей семьи.

– А вот если бы закончил университет, мог бы ещё и чай с ними пить по воскресеньям, – усмехается Кроунест, и вводит пароль не двери, – И вообще, что-то ты меньше волновался, когда он валялся у твоих ног.

– Тогда было проще.

Несмотря на свою крепкую комплекцию и, казалось бы, суровую внешность, Окто Шанре был самым впечатлительным бандитом которого Хэну удалось встречать. Парень рос в человеческих колониях на Кереанте, планете которая в своё время стала первым пристанищем для людей после Конца. Его семья даже спустя несколько поколений так и не нашла способ перебраться в Дрэмфис, и как говорил сам парень – это к лучшему. Шик современной цивилизации и устойчивая жизнь его совсем не привлекали. Куда лучше бродить по галактике, не зная что тебе принесёт новый день, как сегодня, когда утром они прибыли в столицу за информацией о местоположении Мабона, а уехали оттуда с наследником правящей семьи. Это всё-таки интереснее чем каждый день ходить на работу и тратить силы на развитие империи.

Дверь в каюту отползает в сторону и Хэн заходит во внутрь, следом за ним идёт Бэлл и хлопает Окто по плечу:

– Только не забывай дышать.

Принц осматривает вошедших удивлённым взглядом, и совсем не показывает страха, хотя, казалось бы, первое что он должен был сделать, проснувшись на борту незнакомого корабля, - это испугаться.

– Кто здесь главный? – тут же спросил он, изучающе оглядывая незнакомцев. Бледноватый качок, лохматый азиат и смуглый стриптизёр, судя по его облегающему топу и открытому животу, с выделяющимся прессом.

Хэн сделал шаг вперёд и скрестил руки, терпеливо выжидая пока его осмотрят его с ног до головы. В голове Хвана тут же мелькнуло воспоминание, яркое и чёткое:

"Держись рядом с человеком с алыми косами. С ним ты будешь в безопасности".

Это был шанс на миллион. Один из множества событий в котором одна секунда решала умереть принцу или нет. И вот он здесь. Напротив человека с алыми косами.

Предсказание сработало.

Осталось только выяснить насколько ситуация вышла выгодной для него. Эта компания не походила на пиратов или наёмников, но и предполагать что это случайные туристы Дрэмфиса было бы глупо.

– Как тебя зовут? – продолжил он задавать вопросы, глядя на Хэна.

– Не думаю, что на данном этапе это необходимо, – Хэн поворачивает голову в сторону парней и как бы просит поддержки, но те лишь пожимают плечами. Стоит ли говорить своё, не совсем доброе имя, такому высокопоставленному человеку? Хэну кажется, что нет. Даже его, бывалого бродягу, немного выбивает из колеи эта ситуация. Окто был прав, когда принц был без сознания было проще.

– Думаете, что сдам вас? – Хван тихо посмеивается, устало прикрывая глаза рукой, – Хотя, это уже даже не смешно, – он обреченно вздохнул, – Как я оказался здесь? Что будете делать? Сдадите в рабство?

– Эй, притормози, – Хэн хмурит широкие тёмные брови и немного расслабляется, чтобы начать свою объяснительную тираду, – Во-первых, советую рассказать каким это образом ты решил научиться летать. Во-вторых, ты нам должен за ремонт крыши моей малышки, на которую свалился.

– Так вот почему так сильно болит спина…

Хэн приподнимает бровь. Этот парень вообще понимает в какую ситуацию попал? И всё же хочется услышать, что произошло, чтобы хоть как-то рассчитать дальнейшие действия.

Но наступает неловкая тишина. Хван опускает взгляд куда-то в пол и Хэн готов поклясться, что заметил дрожь в его руках..

– Ты… помнишь что с тобой случилось? Перед падением? – аккуратно спросил Окто.

– Лучше бы не помнил, – голос принца мгновенно наполнился хрипотцой, словно его взяли за горло. Но внешне оставался невозмутимым.

От этих слов всем вдруг стало не по себе, как-то… горестно? Если вспомнить об их догадках насчёт слишком быстрых новостей о его смерти, слишком скором отключении сиби, то вполне логично предположить, что в правящей семье всё не настолько радужно, как обычно показывают в новостях. Что неудивительно, если вспомнить всю историю подобных семей в их человеческой расе.

– Ты не сам упал, верно? – Хэн просто озвучил вопрос, который сидел в голове у всей его команды.

Молчание. Казалось у принца даже дыхание затихло, но Хэн уверенно ждал ответа. Тишина затянулась, становясь всё более неловкой. Их незваный попутчик лишь безмолвно пялился в стену, как вдруг резко его взгляд сменился на осознанный.

– Вы же пираты? – вдруг спросил он.

Окто тут же поспешил его исправить, выставив вверх указательный палец:

– Не совсем.

– Наёмники?

Настойчивость и резкая перемена в поведении незванного попутчика заставляет всех напрячься в ожидании какого-нибудь словесного сюрприза.

– Не обязательно тебе это знать, – резко отвечает Хэн.

– Обязательно. Ведь я хочу остаться с вами, – без каких-либо сомнений говорит принц. Хэн хочет продолжить, да так и замирает с открытым ртом. Бэлл и Окто синхронно повторяют за ним.

Глава 2

– Хэн, давай просто скинем его с корабля! – Бэлл нервно ходил из стороны в сторону постукивая ногтями по костяшкам.

– Нельзя выкидывать принцев в открытый космос просто так, – шагающий за ним Окто старался немного сгладить углы. Хэн сидел в своём кресле на мостике и задумчиво хмурил выбритые на концах брови. Пока эти двое маячили перед глазами, Кроунест пытался просчитать все плюсы и минусы пребывания Хвана на корабле. Сам он сейчас отлеживается в каюте, переваривает что находится на корабле мародёров, и ждёт решения по поводу своей персоны.

На самом деле реакция их незваного гостя удивила всех. Ни страха, ни истерики. А ведь он очнулся на корабле в компании чужаков, и это ещё после падения с башни Цитадели. Что же с ним случилось, если возвращению домой и спокойной жизни он предпочтет связаться с первой же попавшейся шайкой?

– Это всё-таки не зверушка с приюта, а человек, за один вздох которого нам светит тот же “Тартар”, – продолжал Хацуге и остановился напротив мостика, уперев руки в бока.

– Назови мне хотя бы одну причину почему мы можем оставить его на нашем корабле, когда самым безопасным выходом для нас будет просто избавиться? Напоминаю, что мы не торговцы с лицензиями на нормальную жизнь, а там, – Бэлл указал в сторону коридора где находились каюты, – Лежит человек чьё лицо тут же распознает даже самая хреновая система отслеживания. А если это политический заговор, и вместо твоего ская он должен был стать мясной кашей, то его тело будут искать, чтобы удостовериться в этом. Тебе ли не знать как это работает?

Янтарные глаза Хэна обратились в его сторону. На секунду они сверкнули чем-то колким, как кусок битого стекла, но затем на губах Кроунеста расцвела улыбка:

– Ты прав, знаю. Но наши предположения не изменят настоящую картину, которую знает наш дорогой гость. Так что, угомони свою паранойю пока волосы не выпали, – Хэн откинулся на спинку кресла и сложил пальцы в замок на голом животе, выглядывающем из под топа. Сомнения по поводу этой затеи были, но если бы Хэн Кроунест не любил рисковать, то давно бы стал домиком для червей.

Окто, готовый в любой момент подхватить Бэлла под руки, если тот снова закипит от негодования, решил вставить своё слово:

– Думаю, он может быть полезен.

– Чем? – усмехнулся Бэлл, скрещивая руки, – Скажет нам пароли от счетов своего папочки?

Двери расходятся в стороны, впуская в зал Хвана. Парень шёл, не сгибаясь в болевых приступах, с ровной походкой и уверенным взглядом, даже бледно-голубые волосы уже не казались такими взлохмаченными. Он подошёл ближе к мостику и бросил взгляд на возмущенного Бэлла, прежде чем с расстановкой произнести:

– Даже если бы и сказал, ваш корабль продырявили бы прежде чем ввели первые четыре цифры.

– Ты как на ноги встал вообще?! – голубые глаза Окто раскрылись в удивлении. Даже удар об хрупкую крышу той калымаги должен был нести за собой последствия.

– Регенеративный имплант.

Со стороны мостика послышались хлопки. Кроунест поднялся с места хлопая в ладоши:

– Удивляешь второй раз за час, молодец Незабудка.

– У меня есть имя.

– Мы в курсе, – не размыкая пухлых губ, улыбнулся Хэн, – Но пока мы не будем рисковать произнося его вслух. То как ты оказался здесь мы точно не забудем, да и волосы у тебя подходящего цвета. Буду звать тебя так.

Бэлл закатил глаза, буркнув под нос что не хватало ещё думать о земных цветочках. Окто наоборот выглядел более заинтересованным. Он даже решил позже поговорить с гостем, чтобы побольше узнать о дорогом импланте, который доступен лишь сотням из нескольких миллионов человек.

Хван продолжал держаться прямо, спрятав руки за спину. Его кожа была бледной, но выглядела лучше чем когда он лежал в каюте без сознания. Большие серые глаза выглядели уставшими. Видимо, имплант не влияет на общее состояние организма и лишь помогает травмам быстрее регенерировать.

– Хорошо, – принц безнадёжно вздохнул, – Зовите как угодно. Хочу сказать, что вы поступили благородно, когда не оставили меня одного на Дрэмфисе. Спасибо.

– Не думаю что наше благородство сподвигло тебя присоединиться к нам, - хмыкнул Кроунест, опираясь руками на перегородку мостика. – Мне показалось, что в Дремфисе тебе не рады, или я ошибаюсь?

Хван медленно выдохнул, теряя напускную уверенность. И Хэн заметил это.

– Мы не сможем идти дальше, пока не узнаем идёт ли охота за твоей задницей.

Продолжить говорить оказывается не так просто, как казалось, хотя сам шанс исполнить давно задуманный план подвернулся Хвану как никогда вовремя. Правильнее было сказать, что это шанс на новую жизнь, теперь он будет думать об этом только так. Понимал же, что ведёт себя довольно глупо действуя резко, не разобравшись в ситуации, но после произошедшего он готов на самые сумасшедшие поступки.

Перспектива бродить в одиночестве по бандитским портам и стоянкам без собственного Сиби, в поисках куда примкнуться, звучит как верная смерть. Пока что эти парни кажутся лучшим вариантом, тем более они мародёры. Самый безобидный вид разбойников во всём Тёмном Бесконечном, так что всё складывается даже очень удачно.

– Охоты не будет, это точно. Я не могу рассказать больше. Остаётся надеяться, что вы так же безрассудны как и я, чтобы поверить в это.

Принц заметил как брови Хэна поползли вверх. Он снова улыбнулся и кивнул:

– Третий раз за час, слушай, это рекорд. Наше дело не такое спокойное как может показаться. Уверен, что готов ко всему что мы тебе предложим?

– Готов.

Принц вдруг обращает внимание на экран впереди, карту и схемы какого-то сооружения. Подойдя ближе, под недовольное ворчание лохматого черноволосого азиата, спустя несколько секунд он вспоминает что это за место:

– Тартар…

Бэлл подошёл к принцу и показательно, в пару щелчков по панели, отключил экран. Теперь через стекло виднелось только тёмное пространство космоса.

Кроунест прекрасно понимал, что Бэлл испытывает недоверие не к самому принцу, а к ситуации в которую он может их загнать. Осторожность была той самой чертой Бэлла Хацуге, которая не раз спасала и одновременно до чёртиков раздражала, особенно когда перерастала в паранойю, прямо как сейчас. Принца считают мёртвым уже несколько часов, Сиби бесповоротно отключён, да и кому они нахрен сдались? Сейчас бы ради такой шайки разыгрывать целое падение с Цитадели, чтобы потом их арестовать. И что-то подсказывает Хэну, что его высочество не врёт насчёт охоты.

– Знаешь это место? – спросил он и Хван кивнул. Несколько раз он посещал это место с отцом, чтобы увидеть как проходят допросы преступников.

Вся троица переглянулась между собой и Хэн сказал:

– Вот и появился способ узнать какая от тебя польза.

Вего всегда говорил своему брату, что ценности часто находятся на виду и нужно уметь разглядеть их среди хлама, если хочет разбогатеть. Хотелось бы чтобы старший братец находился за спиной. Чтобы подтвердил, что Хэн не зря согласился взять принца в свои ряды, и что ситуация только с виду кажется странной, а на самом деле это невероятная удача посланная ему судьбой. Хвану дали более свободные вещи, черную футболку и мешковатые штаны с десятком карманов и синим поясом. Позволили открыть подробную инструкцию тюрьмы на главной панели, и поведали причину интереса к этому месту.

– Наш друг – редкое сокровище, метис человека и кибуна. Только благодаря этому его ещё не казнили, – Окто щёлкнул на несколько кнопок графического экрана, показывая изображение кучерявого юного парнишки, с необычно большими глазами, напоминающие рыбьи.

Он оказался довольно человечен для метиса от двух разных рас. После Конца у человечества было мало шансов вернуться к прежней жизни как и вернуть родную планету к первоначальному виду, но выбранные лидеры были настроены на успех. Большую часть женщин до сих пор держат в колониях и лишают права покидать их, чтобы те не подвергались опасности и спокойно играли роль инкубаторов. Но некоторым все же удается избежать такой участи самыми разными способами. Кто-то убегает нелегально, кто-то имеет связи и покидает колонии с правом на более роскошную жизнь. А потом может случиться встреча с другими представителями рас, которая в конце концов может привести к появлению метиса. Сейчас это уже не такое редкое явление как было десять лет назад. Некоторые инопланетяне оказались удивительно схожи с человеком в плане размножения, и кибуны как раз входят в их число.

Чаще всего во внешности метисов присутствует какая-то частичка показывающая какая раса у второго родителя, но в случае Мабона абсолютная чистота. Человек человеком. Хотя, Хван вспомнил что из себя представляют кибуны: прямоходящие, человекоподобные создания с переливающейся двумя цветами кожей, в основном сине-зелёная, с отливом как у павлиньих перьев. Волос у них нет от слова совсем, головы лысые как яйцо, огромные глаза с густыми ресницами и длинные языки. Но есть одна особенность, которой пока не владеет ни одна известная раса – кодирование разума. Проще говоря, эти существа могут с лёгкостью рассыпать своё сознание сливаясь со всем что имеет компьютеризированную основу и управлять ею.

В случае с этим парнем, ген человека оказался сильнее, сохранив внешность, а способность кибунов осталась где-то глубоко внутри. Действительно очень ценный экземпляр. Хван уверен, что сейчас в Тартаре его пытаются переманить на сторону человеческого правительства и заставить работать на них. Такое создание стало бы хорошим приобретением для армии отца, в противном случае бедняге всё так же будет грозить казнь.

В Тартаре долго никто не живёт.

– Удивительно, как этот парень не смог самостоятельно сбежать из тюрьмы, где большую часть охраны составляют роботы ВИОС? Его навык может влиять даже на высокоуровневых боевых роботов, – сказал принц.

– Только если его развить до этого уровня, – отвечает Хэн, стоя на мостике со скрещенными руками. – Не все кибуны способны управлять целой флотилией в одиночку, только те, кто посвятил жизнь совершенствованию этой способности. Мабон силён, но не настолько.

– Мабон… – Хван прикусил губу изнутри, глядя на фотографию парня. Его поймали относительно недавно, только Хван не помнил чтобы отец упоминал это имя или вообще заикался о редком метисе.

Бэлл всё-таки решил успокоиться в отношении принца. С трудом, плевками ядом, потому что Хэн напомнил ему о какой-то цели. Что за цель пока было непонятно, Хван решил, что это спасение метиса. Как рассказал Окто, Мабон искал для них важную информацию в некоторых запрещённых каналах человеческой столицы и был пойман. Для этого им и пришлось оказаться в Дрэмфисе, в последней точке на карте, где Мабон оставил информационный след.

Чуть позже, когда Хван освоился за панелью управления, Хэн оставил его под острым и недовольным надзором Бэлла, а сам отошёл в свою каюту вместе с Окто. Тот сам попросил поговорить наедине.

– Хэн, я более чем уверен, что ты уже об этом подумал, – начал он, почесывая пальцем ухо.

– О чём? – отвлечённо спросил Кроунест, начав разбирать хлам на столе. Бумажные карты звёздных скоплений, вдоль и поперёк исчерканные линиями, мелкие девайсы, разобранные на детали, цветные маркеры, раскрытая пачка усцин и небольшой аквариум в форме куба в котором плавал маленький розовый осьминог по имени Моти, больше похожий на пухлую игрушку с короткими щупальцами. Стандартный набор сурового капитана.

– О том, что наш принц может знать о Вего. Вдруг ему известно больше информации чем нам?

Хэн замер на пару секунд и вздохнул. Было заметно с какой силой его пальцы вцепились в столешницу. Конечно он думал об этом.

– Я не могу так рисковать, спрашивая о нём. Даже если у королевского отпрыска и правда получится вызволить Мабона, я не уверен… Посмотрим как он покажет себя в Тартаре, а то вдруг придётся держать эти прекрасные волосы пока его будет выворачивать от убийства или нервов. Тогда просто выпнем беднягу где нибудь на Кассау.

– Так и скажи, что тебе лень рассказывать такую длинную историю.

– Расскажешь ему сам, я разрешаю, – капитан блеснул спокойной улыбкой, – И повторюсь, только в случае, если Мабон вернётся на борт с его помощью и Незабудка не сбежит. Посмотрим насколько прочное стекло королевских розовых очков.

– Может, он не так наивен? Кто знает, насколько наш правитель хреновый папаша и как он воспитывал его.

– У нас нет правителя.

– Я имел в виду расу к которой мы принадлежим.

Взгляд Хэна зацепился за кислотно розового осьминога, мирно перебирающего короткими щупальцами в своём небольшом водном пространстве. Их раса точно так же болталась в пустоте, после того как самолично подписала себе смертный приговор. Шанре знал как Хэн относится ко всему этому и всё равно хотел продолжить, когда в комнату как раз зашёл Бэлл.

– Тебе не интересно зачем Империи нужна была смерть принца? – вдруг спросил Окто, – Мы не можем знать наверняка что за ситуация сейчас творится в Цитадели и собственно, из-за чего беднягу сбросили с неё. Всё таки я не верю, что он сам… Возможно, он узнал то, что не должен был… Что если это касается и Вего?

– Заразился паранойей? – Хэн изогнул выбритую бровь, намекая на их зеленоглазого друга. – Хотя, согласен. Даже родная кровь не станет препятствием для убийства, правда Бэлл? Тебе ли не знать как это работает.

Наступила тишина. Хацуге не пытался скрыть во взгляде злость, когда Хэн смотрел на него так, словно рассказал самый смешной в мире анекдот и ждал реакции. Окто устало вздохнул и помотал головой. Эти двое неисправимы.

[Дремфис. Королевские апартаменты Цитадели]

В просторной комнате практически не было освещения, кроме света от нескольких экранов компьютеров. Они стояли впритык друг к другу, создавая один большой квадрат с разными изображениями. Статьи о падении сына Главы Империи, сводки некрологов, последние данные с браслета Сиби, что находился на руке принца Хвана. Естественно данные были изменены, чтобы прессе было что заглотить.

Грон смотрел на фото брата пустым взглядом, ожидая, когда вернётся его слуга, Нанко. Прошло уже довольно много времени, сколько можно возиться? Старший принц начинал злиться. Его так раздражала неизвестность.

– Ваше артериальное давление повысилось, – сообщил высокий голос Сиби на его браслете, – Заказать доставку гранатового сока?

– Лучше определи местоположение этого идиота, – злостно прошипел Грон, проведя ладонью по ровно остриженным черным волосам.

– Как показывает сигнал Сиби господина Нанко, он находится у лифта.

– Отлично.

Через пару минут дверь открылась в разные стороны, впуская больше света в комнату. Нанко, высокий тощий парень с лисьим взглядом, прошёл к столу с мониторами и под ровным углом поклонился второму принцу.

– Мы не нашли принца Хвана.

Резкий хлопок по столешнице заставил слугу заткнуться. Нанко даже не вздрогнул и выпрямился, ожидая дальнейших указаний.

Грон был в ярости, которая так и плескалась в голубом блеске глаз. Из носа медленно потекла густая капля крови, о чём его тут же известил браслет. Хансон постарался взять себя в руки, глубоко вздохнул прикрыв глаза, и достал из кармана белый платок, чтобы стереть чёртову кровь.

– Что отец?

– Считает, что тело упало за границу кольца Дрэмфиса и было расщеплено.

Принц облегченно улыбнулся.

– Что ж, отец сам же меня и успокоил. Падение за границу… А ведь и правда, – кивнул он, глядя на новостные строчки в экране. – Пусть так оно и будет.

Глава 3

– Это просто невероятно! – восхитился Хван, как только надел маску из облегченного титана, скрывая нос и рот. Это была гладкая металлическая пластина по бокам которой синим цветом подсвечивались небольшие отверстия по форме напоминающие жабры, чтобы носитель мог нормально дышать. Теперь принц поистине ощущал себя очень крутым разбойником готовым на любое дело. Даже официальная одежда, которую он носил на наиважнейшие мероприятия, не вселяла столько уверенности как эти обноски. Они выглядели старыми, но это ничуть не смутило принца. Эта одежда куда лучше чертового камзола.

– Тебя легко впечатлить, – подмечает Окто и помогает собрать голубые волосы в хвост, – Вот так лучше. Теперь нужно дать тебе нового Сиби.

– А у вас есть? – удивился Хван, на что Окто горделиво усмехнулся и достал из встроенного в стену шкафа небольшую коробку в которой лежало больше десятка металлических браслетов и множество различных чипов. Такого добра как мелкие гаджеты в их запасах много, половину можно сбыть на рынках, другую взять на детали для более мощных девайсов. Окто взял первый попавшийся браслет и разъединил его на две части, и сомкнул на запястье Хвана.

– Мабон умеет перепрограммировать их, поэтому сейчас он абсолютно чист и не отслеживается в межгалактической системе. Так что можешь не бояться своего резкого воскрешения во всех новостях. Здесь есть все необходимые функции и закрытый доступ в сеть, даже личность новую придумывать не придётся.

Внутри браслета начался процесс включения и уже через пару секунд посередине загорелся яркий зелёный индикатор. Сиби выдал стандартное приветствие и начал сканирование био-данных. У Хвана появилось какое-то воодушевляющее чувство, будто ему позволили заново родиться и пойти по жизни совсем иным путём. Хотя, так оно и было. Браслеты Сиби носят с самого рождения до момента смерти. Они способны расширяться вместе с изменением размера руки и хранят в себе каждый вздох своего носителя. Исходя из старых записей, у людей до Конца были смартфоны по функционалу очень похожие на сиби. Но они были квадратными и плоскими, с ограниченной памятью и сотнями разных моделей. Наверно это было жутко неудобно. Принцу казалось что снять Сиби в другой ситуации невозможно без контроля со стороны правительства. Но вот он, стоит с новым браслетом на котором теперь абсолютно чистая глава его жизни. Получается, что в системе есть лазейки, и сменить Сиби не составит большого труда, всего лишь нужно найти подходящего кибуна.

– С мёртвых снимаете?

– Мы же мародёры, – усмехнулся Окто, – Мы всегда появляемся там, где смерть закончила работу.

– И оставила нам кучу добра, – послышалось позади. В комнату, с тяжёлым топотом ботинок, прошёл Хэн. Он спрятал руки в карманах своей оранжевой куртки, похожей на кожуру апельсина. Под ней был чёрный топ с высоким горлом, и оголённый торс. Хван задержал взгляд на чужом прессе, думая, не холодно ли парню вот так разгуливать?

– Мне нравится, – сказал принц, чтобы отвлечься, и посмотрел на свой новый браслет, – Не нужно будет самим нести смерть, чтобы что-то получить.

Мародёров не так много в космическом пространстве как пиратов и наёмников. В большинстве своём это отчаявшиеся бродяги без малейшего стремления к лучшей жизни. Просто выживание за счёт других, без убийств и разбоя, вполне неплохой путь.

Хэн на секунду замер, глядя на Хвана, но быстро пришёл в себя:

– Лучше посвяти нас в свой великий план гостевого визита на Тартар, Незабудка.

– Меня зовут Хван.

– Да ладно тебе, лучше уж прозвище чем твоё палевное королевское имя. Хочешь, можешь и мне что нибудь придумать, – Хэн состроил задумчивое лицо и приложил указательный палец к подбородку,– Может, Розочка? Мои красные волосы идеально подойдут. Окто будет одуванчиком, а Бэлл…

Шанре предусмотрительно шагнул в сторону своего зеленоглазого друга.

– Верблюжья колючка.

Реакция Бэлла не заставила долго ждать, он уже бросился дать Хэну смачного пинка, но Окто вовремя удержал его за плечи.

Хван, глядя как разразился гул из ругательств и угроз, едва мотнул головой. Занесло же его в такую колоритную компанию.

Тартар. Космическая тюрьма, высеченная внутри гигантского метеорита, с искусственной гравитацией и механизированными отсеками внутри. По всем мифологическим канонам людей, в которых Тартар — это тёмная бездна где в заключении находились проклятые души, эта тюрьма полностью подходила по всем параметрам. Она была создана вартанцами, воинственной расой шипастых рептилоидов, и на их языке называлась “Краит-Вашаль” что и значило “Темная бездна”. Чтобы было проще запомнить, люди придумали свою версию названия которая по сей день используется в человеческом сообществе.

На вершине метеорита была расположена станция для звездолётов и пункт надзирателей, а ниже внутри, прямо в стенах космического тела, находились тысячи камер в которых заточены самые опасные преступники в этой галактической зоне. Мабон не был в их числе, но в Тартаре всегда выгодно держать тех кто пригодится в нужное время и точно не сбежит. А именно этого метис и ждал, коротая дни за гляделками в мутное окно, через которое едва пробивался свет. Спуститься вниз, к камерам, можно только с помощью специального челнока. Если туда залетит иной объект, не вышедший на связь с надзирателями, система защиты мгновенно вычислит незваного гостя и испепелит его за считанные секунды. Собственно, только этот момент напрягал Хэна до чёртиков, а план их новобранца не вселял и капли уверенности. Но выбора не было, как и времени придумать что-то другое.

– Просто делай так как я сказал, – Хван уже стоял возле выхода в ожидании, когда звездолёт получит разрешение приземлиться.

– Мы обречены, – Хэн поджал губы в улыбке и надел на лицо такую же маску как у принца. Им пришлось принарядиться, отыскав среди хлама ещё один черный камзол с синей каймой на воротниках и рукавах для Хэна. Маски обычно никого не смущают, так как играют дополнительную роль в фильтрации воздуха. В местах с искусственной атмосферой они очень даже уместны, поэтому никого не должно удивить их присутствие. А своим настоящим лицом Кроунест предпочёл бы не светить, всё-таки они совершают будущее громкое преступление. Оружие не взяли, проверка неизбежна, поэтому вся надежда на ситуацию. Как бы пугающе это не звучало. Хвану пришлось покрасить волосы черной краской-однодневкой и заплести колосок. Любой представитель политической сферы имеющий длинные волосы, должен был заплетать их в подобные прически прежде чем выходить в свет в камзоле с синей каймой. Кажется, это правило ввёл его прапрадедушка, и уже несколько поколений стандарт причесок стабильно остаётся без изменений. Хэн оставил свои алые брейды, но пирсинг в ушах снял. Цветными волосами в политике никого не удивишь, но цвет волос принца отличается от тех, которые обычно выбирают для смены пигмента. К тому же, Хван рассказал, что голубой его родной цвет, так как с рождения ему поставили синдром семицвета и этот оттенок может вызвать подозрения, особенно, спустя пару дней после его гибели.

Фонари на посадочной полосе по очереди загорелись и через пару минут легкая тряска в ногах исчезла, значит приземление прошло успешно. Окто с Бэллом должны были оставаться на корабле и ждать сигнала, под надзором стражи, чтобы не вызывать подозрений. А вот принцу и капитану мародёров предстоит выйти прямо к надзирателям. Они уже ждали их у входа в надзорный пункт. Двое представителей неизвестной, но прямоходящей расы, в тяжёлой на вид броне тёмно-синего цвета, с желтой каймой на плечах, которая скрывала особенности строения. Их головы скрывались за овальными шлемами из чёрного стекла, и можно было назвать с несколько десятков рас которые имеют по четыре конечности и могут ходить на двух из них. Было бы полезно знать кто перед ними, чтобы в случае неудачи… Нет, неудачи не будет. Не в этот раз.

Приветствия не было ни с одной стороны, надзиратели тут же спросили цель визита. Хэну этот жест крайне не понравился и вызвал лишнее напряжение. Куча стрелковых орудий, торчащих из корпуса здания любезно напомнили о том, что они находятся не на курорте. А вот для принца Хвана словно не существовало ни оружия, ни опасности, будто он пришёл на политическую встречу. Правильно говорят, как рыба в воде. Был бы здесь Лави, точно бы пошутил на эту тему.

– Нам поручено встретиться с метисом кибуна и человека по имени Мабон. Код задачи 34YG003, – уверенно сказал Хван, приосанившись, сложил руки за спину.

– В политической системе межгалактического общения есть структура специальных кодов. Каждая комбинация расшифровывается как определённая задача, и об этом известно лишь политикам занимающих самую высшую ступень, так как система является государственной тайной. И главное, это избавляет от проверки через Сиби.

– И что, никто из политиков ни разу не продал такую информацию? Это столько афер можно провернуть, – янтарные глаза Хэна раскрылись в наигранном удивлении.

– Их Сиби настроены на прослушку таких моментов, стандартная процедура. Только использовал код не по назначению - пик, и ты уже под трибуналом.

– И как эти коды помогут нам вызволить Мабона? – задал резонный вопрос Бэлл.

– Там есть код обозначающий тайную встречу с преступником для получения информации важной для государства. Любой представитель стражи таких мест как Тартар, услышав этот код будет обязан исполнить поставленную задачу.

– То есть, – решил уточнить Окто, – Мы выступим в роли посланцев Плеяд?

– Именно.

Парни задумчиво закивали, а Хэн скептически спросил:

– Им не покажется это подозрительным? Что если они захотят проверить подлинность задачи?

– Ты слишком много думаешь, – Хван постучал указательным пальцем по виску, – Поверь мне, этот код точно не вызовет подозрений. Тем более отец часто отправляет посланцев в Тартар, будет не удивительно что придёт очередная делегация.

Бэлл вмешался в разговор:

– А дальше то, что? Зайдём по политической тропинке и выведем Мабона под ручку?

– Я сказал, что помогу проникнуть в Тартар, а не придумаю целый план спасения”.

Хвана осмотрели с ног до головы и буквально через секунду позволили им войти. Капитан мародёров незаметно выдохнул, пытаясь угомонить бешено колотящееся сердце. Это сработало. Знания принца и правда помогли проникнуть внутрь. Миссия только началась, и было бы просто прекрасно не нарваться на неприятности.

Когда они проходили по небольшому коридору, Хэн смотрел в большие окна, где показывался край бездны, а дальше тысячи уходящих во тьму камер, в которых горел тусклый свет. Да и в самом здании лампы были на последнем издыхании, на что мародёр тут же обратил внимание. Надзиратели молча вывели их к челноку, и, если честно, Хэн ожидал увидеть что-то более впечатляющее, чем обшарпанная железная банка с потускневшей надписью «Тартар». Кажется, у такой крутой тюрьмы всё плохо с финансированием. Куда смотрят Плеяды? Или не так уж сильно их волнует состояние места, где держат опасных преступников?

«Странно это всё», – думает он, но не решается начать разговор с Хваном из-за присутствия чужих. Внутри затаилось плохое предчувствие.

Мотор челнока заработал слишком громко, ему явно что-то мешало, однако он без проблем поднялся в воздух, и через пару секунд в небольших окнах замелькали светлые квадраты камер. На некоторых уровнях можно было заметить роботов ВИОС, что бродили в патруле. Габаритные машины с корпусом прямоугольной формы в котором прячутся высокоскоростные орудия и огромным «глазом» в центре, напоминающий объективы древних камер, которые использовали для фотографий. Не хотелось бы оказаться с ними рядом и тем более в зоне их видимости. Скорость стрельбы таких роботов поистине молниеносная.

Они спускались всё ниже и ниже, пока наконец не остановились напротив нужной камеры. Хван незаметно коснулся своего браслета в одном месте, посылая сигнал Окто и Бэллу.

– Сколько времени займет допрос? – вдруг спросил один из стражников. Хван незамедлительно ответил:

– Столько сколько будет необходимо, господа. Заранее благодарю за сотрудничество.

Что ж, принц держится весьма профессионально, что не могло не радовать Хэна. Когда он найдёт Вего и поведает ему об этом приключении, брат уронит челюсть на пол. Осталось только дожить до возвращения на свой корабль.

Как только они спустились с челнока, впереди сразу же предстало грязное стекло камеры, в которой должен был находиться Мабон. Толстый слой метеоритной пыли едва ли не врос в поверхность окна. Вот почему свет ламп в камерах казался таким тусклым. Только там, наверху, пыли было меньше и как минимум были заметны их очертания, а внизу они практически сливаются с цветом стен метеорита.

– Ну и сервис здесь конечно, – тихо буркнул Хэн, и провел ладонью по стеклу, сметая песчинки. В расчищенном месте тут же показалась знакомая чёрная голова, а затем лицо его друга. Глаза Хэна загорелись радостью, и, если бы не прикрытие он тут же подпрыгнул на месте. Один из надзирателей подошёл к панели управления рядом с камерой и поднёс свой Сиби. Началось считывание данных, компьютерный голос выдал приветствие и огласил номер заключенного, прежде чем тяжёлая дверь заскрипела и отошла в сторону, поднимая облака были. У Хвана слегка подкосились ноги от волнения, когда он увидел парня с фотографии, закованного в магнитные наручники, которые тут же среагировали на открытие камеры и пристегнули заключенного к стенке.

Мабон в удивлении не успел сказать и слова, как сверху раздался свист и несколько мощных зарядов слетели вниз, врезаясь прямо в стены метеорита. Система защиты тут же начала выстреливать лучами по неизвестным объектам, но это мало чем помогало. Обстрел шёл с разных сторон и самыми разными снарядами!

– Тревога! Нападение неизвестных! – раздался громкий механический голос системы оповещения. Надзиратели приказали оставаться в камере ради безопасности. На глазах парней они выбежали к челноку и в одно мгновение огненный снаряд снёс его вниз вместе с половиной площадки.

– Какого чёрта… – Хэна вдруг накрыло волной холодного страха.

Хван смотрел на него в полной растерянности и не знал, что ответить. По всему Тартару раздался пронзительный вой сирены.

Глава 4

– Хэн, я конечно ни на что не намекаю! – крикнул Ма-бон, привлекая к себе внимание. Его руки все ещё были в наручниках и прикованы к стене специальным магнитом. Всё шло к чертям, и этого стоило ожидать. Не могло всё быть так просто. Хэн бросился к Мабону и быстро осмот-рел широкие металлические оковы на его запястьях.

– Синхронизироваться сможешь?

– Они же не идиоты, давать кибуну цифровые оковы. Это старая добрая сталь, – метис в панике глянул на выход, где всё ещё падали тяжёлые снаряды, превращая роботов ВИОС в груду металла.

Хван опёрся ладонью о каменную стену и экстренно думал, как им выбраться из этой передряги и не угодить в плен к тем, кто начал нападение. Мысли путались, шум сирены наводил ещё больше паники. Злость закипала впе-ремешку со страхом и отчаянием. Неужели ему суждено вот так пережить своё первое приключение вне стен коро-левской цитадели? Суждено ли вообще его пережить? Их план был идеален. Сначала пройти внутрь с помощью кода и оставить лазейку для Мабона, чтобы тот смог покинуть камеру через репортальный модуль.

– А-а-а! – пронзительный крик Мабона раздался слиш-ком неожиданно, отчего парни вздрогнули. Широкие наручники с шипением оторвались от стены. – Горячо-горячо!

Хэн подхватил его и не позволил упасть на пол камеры. В полном непонимании, Хэн хотел прикоснуться к стене, но в считанных миллиметрах почувствовал жар, исходя-щий от камня.

– Тартар… он нагревается!

Ситуация становилась хуже. Метис едва ли не плакал от боли в запястьях. От запаха палёной кожи Хвана едва не стошнило. Эта чертова камера становится духовкой. За стенами камеры слышны звуки выстрелов и ужасающий скрежет металла. Хэн начинает прерывисто дышать, рас-стегивая плотный воротник камзола. Перед глазами тут же встали разрушенные палатки, исчезающие в густом чёрном дыму. И мерзкий смех перебиваемый звоном ржавых це-пей.

– Уверен, что не вызвал папкиных собачонок своими шифрами? – голос Хэна вдруг наполнился сомнением и ядом… кислым, медленно убивающим зарождающееся до-верие.

– Идиот! Они бы не стали…

Принц хотел ответить со всеми чувствами что разрыва-ли его сейчас, но рядом что-то зашипело и к проёму под-летел спасательный челнок, раскрывая двери. Недолго ду-мая, парни подхватили Мабона под руки и влетели внутрь, прямо на пол, тяжело дыша и вытирая пот с покрасневших лиц.

Мабон резко принял сидячее положение, с ужасом оглядывая пустую кабину.

Хэн догнал ход его мыслей.

– Что? Что такое? – Хван осмотрелся, и не увидел нико-го за пультом управления. Система была на автопилоте.

– У Соры нет челноков… – говорит Хэн, обрывая едва появившуюся надежду на спасение. Все трое тут же броси-лись к пульту, пропуская Мабона на место пилота. Внутри не было никаких меток которые хоть как-то указали бы на владельца этого транспорта, зато отпали все сомнения что это мог быть челнок тюрьмы или Плеяд. Никак специаль-ных меток и фирменной расцветки.

Мабон быстро пробежался глазами по многочисленным кнопкам, приложил кончики пальцев к панели и сильно зажмурился, пытаясь сосредоточиться. В остывающих наручниках было не очень удобно управлять способностя-ми. Челнок нёсся всё выше из бездны, умело уклоняясь от летящих снарядов.

– Маршрут запрограммирован, он летит к главному ко-раблю, – по виску метиса скатились тяжёлые капли пота, и Хван обратил внимание как от напряжения там вздулась венка.

– Можешь связаться с парнями? – спросил Хэн, на что Мабон отрицательно мотнул головой.

– Не могу найти каналов связи, ещё стоит мощная защи-та системы. Понадобится больше времени, чтобы сменить курс.

– И у нас его нет, – обречённо произнёс Хэн, когда уви-дел то, что оказалось на самой вершине. В чёрном, беско-нечно звёздном пространстве космоса, прямо за искус-ственной атмосферой Тартара, навис огромный корабль, по форме напоминающий кальмара. Тысячи подсветок на цветном корпусе обрамляли выпуклую «голову» и тяну-лись по узкому заострённому хвосту, за которым следова-ли четыре тонких металлических щупальца с круглыми диодами вдоль до самого конца.

Все трое замерли от удивления. Они ещё не видели ни-чего подобного, и вид корабля вызывал восхищение и од-новременно леденящий ужас. Их челнок летел прямиком к гиганту, виртуозно преодолевая боевые снаряды. Через ок-на можно было видеть как взрываются двери камер и за-ключенные не теряя и секунды бегут в челноки. Надзира-тели пытаются застрелить тех всех кто успел попасться под прицел. Ни одна душа заключённая в Тартаре не должна сбежать.

– Это не похоже на пиратский корабль, – произнёс Хэн, хмуря выбритые на концах брови. В голове проносились десятки мыслей о том, как избежать встречи с капитаном этого чудовища. Он явно освобождает сотни отпетых пре-ступников не по доброте душевной, а если ещё Хван сверкнет своим лицом и его узнают… Неизвестно к чему это приведёт, но явно ни к чему хорошему.

– На корабль Плеяд тоже. Теперь ты понимаешь, что я тут не причем?

Хэн не успел ответить, потому что вмешался Мабон:

– Я вот понимаю, что мы в полной заднице! Не думаю, что эти ребята из добрых побуждений решили расстрелять одну из самых охраняемых тюрьм в галактике.

Они приближались к кораблю, как и сотни других чел-ноков, вылетающих прямо из бездны Тартара.

Хван чувствовал, что вот-вот сойдёт с ума от мыслей, но что-то навязчиво мелькало в голове, словно озарение кото-рое нагрянет с минуты на минуту. Парень схватился за во-лосы, растрепав косу, и стал осматривать кабину. Панель управления, сидения, дверь шлюза, щиток на потолке…

– Щиток… – принц тут же ахнул, широко раскрыв се-рые глаза, – Хэн, подсади меня. Сиби, включи фонарь.

– Что? Зачем? – Хэн сначала непонимающе взглянул на Хвана, но быстро сориентировался, и перешагнув через подбитое недоверие к незабудке, всё-таки позволил сесть на свои плечи.

– Этот челнок значительно больше остальных, – Хван вскрывает крышку и ищет нужное устройство, подсвечивая лучом из браслета. – Очень похож на переклеенный воен-ный. Если это так, то здесь может находиться репорталь-ный модуль.

Мабон раскрыл рот и удивлённо развернулся к ним.

– Чёрт бы меня побрал… – метис вернулся к панели и провёл длинными пальцами по сенсорам. – Я замедлю скорость, выиграю время.

Челнок и правда замедлился, пока остальные стреми-тельно их обгоняли. Принц копался в куче датчиков и про-водов, внизу кряхтел Хэн и обещал посадить принца на ди-ету.

– Нашёл… Нашёл! – радостно воскликнул Хван, с лёг-костью выдыхая, – Так и знал, что его отключили. Сейчас, пара секунд и мы сможем им воспользоваться.

– И куда он нас перенесёт если все настройки были сби-ты? – Хэн на секунду убрал руку с чужих бёдер, чтобы стереть пот с лица.

– На последнюю локацию, куда перемещался. Это мо-жет быть что угодно…

– Что ж, надеюсь там будут пальмы и пляж, – Хэн меч-тательно прищурил глаза и ухмыльнулся. А сердце всё равно бешено клокотало в груди. Ещё пара минут и они окажутся на борту гигантского корабля, даже не узнав, что случилось с Окто и Бэллом. Живы ли они? Цел ли ко-рабль? Он мог бы пролететь ещё тысячи галактик, пови-дать столько приключений, после которых Окто бы бегал по всему Кассау в поисках новых запчастей, а Бэлл ворчал, что эту посудину давно пора утилизировать. Чёрт, если Хэн продолжит думать об этом, то сойдёт с ума.

– Ваше высочество, можно там побыстрее пальчиками работать?

– Не кряхти, а то шатаешься.

Раздался приглушённый металлический звук. Из корпу-са выползли несколько двигателей и запульсировали си-ним цветом. Пространство окружающее челнок начало медленно вытягиваться. Мабон вжался в кресло, а парней отбросило на пол. Челнок затрясло и через секунду звезд-ное пространство сменилось пыльной бурей. Траектория выровнялась спустя пару секунд и тряска прекратилась, как и шум бойни за окнами.

– Ох… – промычал Хэн. Он здорово приложился затыл-ком об пол. Раскрыв глаза, он увидел перед собой принца. Тот сидел на его бедрах и потирал ушибленную макушку, которой ударился об потолок в момент полёта с чужих плеч. Осознав своё положение, Хван кашлянул, и поднялся на ноги, избегая встречи с янтарными глазами мародёра. Коса окончательно растрепалась, пришлось распустить свои крашенные в чёрный волосы и собрать в хвостик.

Мабон всё ещё крепко вцепился в подлокотник кресла с трудом осознавая, что у них получилось сбежать. И не просто сбежать из Тартара, а от проблем, куда более опас-ных чем трибунал.

– Получилось, – прошептал кибун, завороженно глядя на расстилающиеся красные пустынные пейзажи. – Па-рень, ты просто чудо!

– Хоть кто-то это заметил, благодарю.

Хэн молча передразнил его, кривляясь за спиной и спросил у сиби о местоположении. Голос из браслета со-общил, что они влетели в пространство планеты Крипрэд. В ответ на это Хэн лишь уныло простонал, а Мабон, не-смотря на оковы, приложил ладони ко лбу, обречённо вздыхая.

– Ты же хотел пляж, – усмехнулся принц, поднимаясь, – Накаркал.

– Очень смешно, ха-ха, – Хэн поднялся, отряхнул зад, и скинул кафтан, оставшись в чёрной майке. Хван повторил за ним. Не стоило показываться местным в таких одеяниях, чтобы не привлекать внимания. – Мабон, нам нужно свя-заться с парнями. Надолго здесь оставаться нельзя.

– Впервые встречаюсь с такой блокировкой каналов, по-этому пытаться её обойти – только тратить время. Лучше найти другой способ, он явно будет быстрее, – метис мно-гозначительно посмотрел на Хэна, и тот снова завыл, буд-то его хотят заставить обойти эту планету пешком.

– Не хочу к нему идти.

– У нас нет выбора, Хэн.

Хван искренне не понимал о ком идёт речь. У них есть здесь знакомые? Это же огромная удача! Мало того, что они вытащили Мабона и спаслись от неизвестных агрессо-ров, так ещё и могут найти помощь, которая в их положе-нии будет очень кстати.

– Хэн, что за реакция? Здесь живёт тот, кто сбежал от тебя из под венца или что? – принц наслаждался возмож-ностью так легко подкалывать кого-то или шутить. В сте-нах цитадели в Дремфисе приходилось соблюдать стро-жайший этикет, даже с Гроном не всегда получалось об-щаться неформально. Он вообще редко общался с Хваном, только когда это было необходимо.

– Незабудка, ты бы упивался гордостью за себя где ни-будь в уголочке и не мешал думать.

– Обязательно, но я хотел бы услышать извинения. Ты обвинил меня даже не разобравшись, когда произошло нападение, – Хван выпрямился и спрятал руки за спину, на что Хэн усмехнулся.

– Извинения? Ахах! Ты не в том мире сейчас находишь-ся, дружок. С чего бы мне извиняться за свою реакцию? Иди поищи извинения где нибудь на обломках Тартара, если хочешь чтоб полегче стало, а я не сказал ничего, за что бы чувствовал вину.

Возмущению принца не было предела, даже дышать стало труднее. Он смотрел на эту ухмылку и хотел разра-зиться гневом, дать звонкую пощёчину и прокричать о всех своих переживаниях, которые успели скопиться за эти чёртовы пару часов. Но выученная годами выдержка дала о себе знать. Холод медленно опустился на разгоряченный разум, когда Хван прикрыл глаза и досчитал до десяти. Всё правильно, Хэн отреагировал так как должен был. В его устоявшейся команде появляется новый человек, к тому же с неизвестным прошлым, и принц действительно верил, что после первого хорошего плана к нему преисполнятся доверием? Они обычные мародёры на которых свалились, в прямом смысле, проблемы масштабом альянса несколь-ких космических систем, это естественно, что Хэн испу-гался за свою шкуру.

А Хван надумал себе слишком много из-за резко насту-пившей свободы, потерял разум от ожидания приключений как в тех самых древних книгах, придуманных ещё до начала Конца. На его старом сиби было много таких исто-рий, они развлекали принца вечерами когда тот чувствовал себя одиноко.

Мир в который он попал действительно не сказочный, и придётся учиться жить по новым правилам.

– И к кому мы отправимся за помощью? – решился за-дать вопрос Хван.

Мабон, до этого спокойно наблюдающий за их диало-гом, ответил:

– К Блестяшке Люци.

– Блестяшке?

– О, ты всё поймёшь когда увидишь.

[Активация СИБИ…]

…

[Загрузка аудиодневника…]

[ЗАПИСЬ 3]

“Ох, сколько эмоций я испытал в тот день. Могу даже смело заявить, что в те минуты на Тартаре, я впервые почувствовал какова на вкус жизнь. В этом даже помог чёртов Хэн Кроунест со своим занудством насчёт извинений.

Но это оказалось самым началом наших больших приключений. Мы ведь ещё не знали, что случилось с Сорой, кораблём Хэна. Мы не знали что с парнями, поэтому пошли за помощью к довольно сомнительной личности. Человеку, которого я до сих пор ненавижу всей душой. Вы тоже можете начинать его ненавидеть и неважно, что вы ещё не знакомы”.

Глава 5

О планете Крипрэд Хван ничего не слышал раньше, но судя общей картине это очередная планета с пустынным ландшафтом, ветвями базарных палаток, домами выстроенными из хлама, мусорками размером с континенты, и жителями-бродягами, которым не нашлось места в более приличном обществе. В Тёмном Бесконечном подобных планет сотни и многие пустовали без жителей, пока не были открыты. Единственная жизнь которая могла обитать до прилёта чужеземцев – пустынные растения, спокойно растущие при высоких скачках температуры и подземные животные, не достигшие высокого уровня эволюции как многие расы. Зато на планетах похожих на Крипрэд чаще всего находят залежи полезных ископаемых и металлов, что приводит к застройкам шахт и расцвету нелегальной добычи. Наёмники и пираты в таких местах составляют большую часть населения, и даже удивительно что здесь делал военный челнок прежде чем оказаться на том корабле с щупальцами.

– Итак, откуда ты и как попал к Хэну? – спросил его Мабон, пока они шли по окаменевшей дороге из красного песка. Вдалеке виднелись хребты фиолетовых гор, что прятались за пеленой миража, а вокруг росла редкая растительность похожая на острые иглы. Принц настороженно глядел под ноги, не хотелось бы продырявить себе стопу из-за этой не внушающей доверия растительности, если это была она.

– Свалился, как снег на голову, – вмешался в разговор Хэн, щурясь от жарких лучей сразу двух солнц. Одно из них находилось дальше и казалось меньше, чем первое. Здесь они светили больше земных суток, и судя по духоте, вечер явно был далеко. Сиби любезно подтвердил, что до захода солнца осталось около десяти часов. Вдалеке, среди рыжих песчаных гор показались рыночные шатры, и Хэн облегчённо выдохнул. Пока они шли в их сторону, то мародёр во всех красках поведал о том, как крышу его любимого ская случайно снёс самый настоящий принц, у которого детство в одном месте заиграло, и он решил стать частью их команды.

– И оказался полезным, – подчеркнул Хван, сдержав слова о том, что спросили его, а не Кроунеста и что помощи он не просил, – Если бы не я, твоя команда бы не проникла в Тартар, – в голосе принца скользнула довольная нотка, – И опять же напомню про модуль…

– Да-да, спасибо! – воскликнул Хэн, раскинув руки в стороны, – Я уже понял, что твоё Высочество на дерьмо изойдётся если не услышит слова благодарности или прощения.

Хван этот комментарий так же учтиво проигнорировал, а вот Мабон быстро заинтересовался принцем. Он поделился тем, что давно не наблюдал за человеческой политикой, отдавая больше интереса миру кибунов, в котором ему проще развивать свои способности.

– Упал случайно с Цитадели... Как это?

На этом вопросе даже Хэн, до этого встревавший в разговор, прикусил язык. Никто, кроме самого принца Хвана не знает всей правды и вряд ли она будет раскрыта. Хэн нутром чувствует, что в это не стоит лезть, как бы интересно не было, а своим предчувствиям мародёр привык доверять. Как и ожидалось, Хван тоже замолк на несколько секунд и пнув какой-то осколок железки под ногой, сказал:

– Неважно. Скажу только, что это стало моим спасением. Ваша компания куда приятнее, чем окружение в цитадели, ребята.

– Как мило, – Кроунест снял маску, чувствуя как становится легче дышать и закрепил под пояс. Ещё может пригодиться.

У Мабона осталось несколько неозвученных вопросов, к Хэну в том числе, но что-то подсказывало ему, что сейчас их задавать не стоит. Лучше потом поговорить наедине, когда они вернутся на корабль. Если вернутся. Хотелось бы верить, что с Бэллом и Окто всё хорошо, и они успели ускользнуть или спрятаться. Если целью того корабля была тюрьма, вряд-ли они заметили маленький корабль.

Ступив на территорию рынка, парни сразу почувствовали стойкий запах ржавчины, пыли и машинного масла. Хэн почувствовал как в горле встаёт ком. В Авиле пахло так же.

– Что это за место? – Хван взглядом цеплялся за лавки, мелькающие по сторонам. Старые запчасти от самых различных устройств, от мелких механизмов древних часов до составляющих самых первых боевых роботов, канистры с горючим, ткани и даже бумажные фотографии. Вот это раритет.

– Одна из тысячи барахолок в этой песочнице, – пояснил Хэн, уверенно ведя их по торговому лабиринту. – Люди и прочие существа здесь живут бедно, хотя редкого хлама на сотни дрен здесь навалом. Просто большинство приличных торговцев не залетают сюда, боясь заразиться какой-нибудь болезнью или потерять свои пожитки от рук нечистых, во всех смыслах, жителей.

Хван брезгливо посмотрел в сторону сидящего за лавкой смуглого человека, который руками вытаскивал из копны немытых волос каких-то жучков и тут же клал себе в рот. Принц невольно погладил горло и едва скривил губы.

– Самое интересное – что тут делал военный челнок. Насколько мне известно, такие планеты не представляют для них интереса, – задумчиво протянул кибун, на что Хэн тут же ответил:

– Что-то мне подсказывает, что я не хочу об этом знать.

Компания свернула за угол последнего шатра и оказалась на окраине рынка, которая плавно переходила в городок с невысокими домиками из песчаника. Улицы оказались довольно широкими, что давало больше свободы. Толпы представителей различных рас практически не обращали внимания на побитых жизнью незнакомцев в запыленных дипломатских одеждах, и вообще старались держаться к краю дороги, спеша по своим делам. Десятки языков смешались в единую какофонию звуков, из которых принц успевал улавливать знакомые слова, пока Хэн вёл их к нужному месту. К удивлению, дом Блестяшки Люци оказался слишком вычурным для общего вида этого городка: несколько вывесок с мигающими в непонятном ритме диодами и закорючками, видимо говорящими о названии, и крепкие железные двери. Во всех остальных домах, что встречались на пути, двери были либо из дерева либо из сплава мусора. Рядом со входом висел какой-то серый тряпочный мешочек с красивой вышивкой из золотой нити.

Хэн устало вздохнул, всем своим видом показывая, как ему не хочется идти в гости к своему знакомому, но всё-таки пересилил себя и потянул за мешочек.

– А, так это звонок… – принц сначала решил, что это украшение, ну или на худой конец слишком красивая вонючка чтобы отпугивать насекомых.

Засовы по ту сторону сдвинулись и дверь открыл огромный вышибала заз. Их тела от природы мускулисты, а лица как бесформенный кусок камня покрытые грубым чешуйчатым покровом, не имеют гладких черт. Глаза черные, без зрачков, носы похожи на круглую картошку, а за сливающимися с серым цветом кожи губами скрываются острые ряды острых зубов. Идеальные машины для убийств, и самые частые представители класса наёмников.

– Сорока хочет найти золото, – когда Хэн это произнёс, грозный вид заза превратился в нейтральный и он отступил в сторону, пропуская их с пренебрежительным:

– Жаарда.

Парни сделали вид, что не услышали чертово прозвище.

Пожиратели гнёзд.

Везде, где бы не были люди – это слово всегда прилетит в спину. Уничтожившие себя однажды, вернутся к уничтожению, как клеймо за каждым кто может назвать Землю своей родиной. Хэн временами жалеет, что родился человеком. Раса которую высмеивает почти весь Тёмный Бесконечный, раса которая сожрала своё гнездо.

Переступив порог дома, Хван понял куда они пришли. Задымлённое сладким курительным дымом помещение с кучей комнат прикрытых красными, полупрозрачными шторами за которыми показывались силуэты танцоров. Смех и весёлые разговоры под интимную музыку в ритм которой двигались танцоры.

Это не дом, а чертов бордель! Хван опустил глаза в пол, не желая даже краем глаза увидеть то, что могло твориться за этими тонкими шторами.

Заз открывший двери захотел проводить их, но Хэн вежливо отказался, говоря, что сам знает куда идти и двинулся в сторону открытого коридора, который уходил вглубь на цокольный этаж. Принц чувствовал как по телу пробегает липкий страх. До этого он только краем уха слышал, как такие места обсуждает охрана в цитадели, и даже представить не мог что однажды посетит подобное место, ещё и на планете с не самой красочной репутацией.

Хван же хотел новых впечатлений? За последние дни жизнь стала очень щедрой на них.

Чем ниже они спускались, тем больше Хван замечал на стенах различные блестящие вещи. С каждым шагом они будто разрастались на красных стенах. Монетки, побрякушки, позолоченные пуговицы, куски фольги и вообще всё что могло отражать свет. Дверь в конце оказалась полностью покрыта блестящими чешуйками стразов самых разных размеров.

– Ладно, теперь я понял почему Блестяшка… – принц оглядел переливающееся кружочки.

Мабон с Хэном хитро переглянулись.

– Дендры всегда с какой-нибудь причудой. Эта ещё самая нормальная, – Кроунест без стука открыл дверь и в глаза тут же упал фиолетовый цвет, который заливал всё пространство комнаты. В центре, прямо перед небольшой сценой с тонким шестом, стояло пышное кресло где и сидел владелец этого заведения. Только он был не один. Из-за света ламп на сцене виднелся тёмно-фиолетовый силуэт танцора-человека. Его плавные движения напоминали падение лепестков, лёгкие и нежные, завораживающие взгляд. Пышные штаны, оголённый торс, по которому вились какие-то бледные рисунки, и тонкая накидка на плечах едва поблёскивала в свете ламп. Нежно-розовые волосы были собраны в высокую прическу с множеством заколок. Он танцевал, не отвлекаясь на гостей, изящно подкидывая шлейф своего прозрачного одеяния.

Раздался хлопок со стороны кресла и танцор тут же прекратил танец, ровно встав на босые ноги.

– Достаточно, Тесс, у меня гости. Продолжим позже.

Парень склонил голову и направился к выходу. Хван встретился с ним взглядом всего на секунду и успел заметить, как рядом с уголками глаз танцора что-то загорелось призрачным голубым цветом. Как и его глаза, которые он тут же снова спрятал в пол и поспешил выйти прочь. Хван почувствовал себя очень странно. Словно какой-то сигнал из пустоты пытался достигнуть его разума, но так и не смог. Кто этот парень? Выглядит как человек…

– Что с твоими глазами? – шепнул ему Мабон, встретив в ответ полнейшее непонимание, – А, нет, показалось. Мда, здесь такое идиотское освещение.

По щелчку пальцев Блестяшки музыка резко затихла и про глаза принца тут же забыли.

– Мне не очень нравится, когда мешают отдыхать, – голос Люци не показался Хвану особенным, но чувствовалось, что тот переигрывает, пытаясь состроить из себя крутого. Он поднялся с кресла, и увидев Хэна, раскинул руки в приветственном жесте, – Но Его Высочество такой редкий гость в этих краях. Рад тебя видеть!

По спине Хвана пробежала дрожь. Он говорит о нём? Как? Откуда? Он успел с ним познакомится, но не запомнил? Но взгляд Блестяшки был направлен вовсе не в сторону Хвана, а прямиком на Хэна Кроунеста, который натянуто улыбнулся ему в ответ:

– Люциан Дроу, всё так же эффектно выглядишь.

Блестяшка, как говорил Хэн, был дендрой, но человечеству эти существа известны как эльфы. Около тысячи лет назад дендры уже находились на вершине эволюции и совершали первые вылазки на Землю, помогая людям осваивать травничество и медицину, чтобы в будущем создать с ними альянс. Ресурсы Земли и их родной планеты Альбора были очень похожи и правильный подход мог привести обе расы к новым ступеням развития. Но люди начали становиться опаснее, убивали себе подобных за цвет волос или любой изъян, называли науку магией и пожелали жить в тени незнания мира, чем вкушать плоды прогресса. Дендры, боясь за свою безопасность перестали посещать Землю в надежде вырастить себе собратьев. И подобных историй множество. Дендры были не единственными расами, что посещали Землю. С тех пор и начали появляться легенды о разных существах, например вампирах – расе дафирцев, наги, горгоны – серпенты с планеты Офион и многие другие. Все они посещали Землю в надежде помочь человечеству подняться, но понимали что это бесполезно. А когда люди начали масштабные войны против друг друга, убивали себе подобных, Землю начали облетать стороной.

Хвану приходилось общаться с дендрийскими послами и те производили впечатление волевых и воспитанных существ. Но этот Люциан… оказался юнцом в сверкающем костюме из лёгкой ткани, почти такой же что была на танцоре. Даже в длинных блондинистых волосах, между маленьких кос, можно было заметить россыпь бусин и мелких стразов. Будто на него высыпали целое ведро. В заостренных ушах блестели витые каффы. Золотые глаза Дроу пробежались по Мабону и метнулись в сторону принца.

– А это кто? Твой очередной…

– Новый член команды, – перебил его Хэн, торопливо оглядывая принца.

Мабон, которому уже осточертело нахождение в наручниках и незнание судьбы команды, вмешался в разговор:

– Нам нужен мощный источник сигнала, чтобы связаться с нашим кораблём. Мы надеялись, что ты сможешь помочь.

Блестяшка осмотрел оковы и помотал головой, отчего на волосах зазвенели побрякушки:

– Похоже, вы пережили много интересного прежде чем оказаться здесь. Ну что ж, Кроунест, мои расценки ты знаешь.

– Всё будет, если и правда поможешь.

На губах блондина появилась хитрая ухмылка, и как её понимать Хван даже не представлял. Доверия этот ходячий калейдоскоп не вызывал, но раз Хэн и Мабон обратились к нему, значит беспокоиться не о чем.

– Кандалы не проблема, – начал Люциан, ведя их из комнаты на верхний этаж, – Заз быстро с этим разберётся. Но мне всё же интересно в какой передряге на тебя их надели?

Хэн перенял на себя инициативу и посвятил хозяина борделя в немного приукрашенную историю о том как Мабон попал в плен к не очень порядочным существам, и его пришлось вызволять. Значит, Кроунест не доверял Блестяшке, раз умолчал самые главные подробности, вывернув всё на менее масштабный уровень. Хван же практически не слушал их, оглядывая помещение. Когда они поднимались по лестнице принц успел заметить Тесса, парня танцора, что спрятался за песчаной колонной и наблюдал именно за ним.

Метки на его глазах в форме полумесяцев засверкали яркой бирюзой пробуждая у Хвана непонятную дрожь во всём теле. Ещё секунда и Хван был готов подойти к незнакомцу, но тот быстро скрылся в завесе курительного дыма.

Глава 6

Люциан вывел их из здания, но не на улицу, а в лабиринт смежных помещений. Бордель перетекал в некое подобие жилого дома, где на первом этаже ютилась кухня, увешанная сухими травами и вяленым мясом, а на втором – не то мастерская, не то кабинет безумного кутюрье. По углам застыли манекены, облаченные в лоскуты кричаще блестящих тканей. Люциан с гордостью признался, что решил посвятить себя дизайну одежды для своих танцоров. Пол погребен под завалами коробок с фурнитурой, змеями проводов, ползущих к компьютерной панели у окна, и странных вещиц, от одного взгляда на которые щеки Хвана вспыхнули пунцовым пламенем. Казалось, среди этого хаоса затаились игрушки… характерные для подобного заведения.

– Значит, ты вызволял члена своей команды, – протянул Дроу, скользя взглядом по широкой панели, усеянной десятками кнопок,. – Приключения липнут к тебе, Кроунест, как мотыльки на пламя, не так ли?

Хвану не понравился этот насмешливый тон. Да и вся атмосфера этого места давила на плечи, словно кусок свинца. Хэн и Мабон сохраняли невозмутимое спокойствие, что, по идее, должно было унять тревожные мысли Хвана, но оказалось тщетно. Он не может взять парней под руки и увести отсюда просто потому-что этот помешанный дендра ему не нравится.

– Давай поскорее свяжемся с парнями, – поторопил его Хэн. – Их сиби не отключены, но мощности наших браслетов не хватает для таких расстояний. Не хотелось бы задерживаться здесь дольше необходимого.

Блестяшка согласно кивнул и принялся перебирать кнопки. В воздухе вспыхнула тусклая голографическая панель, но Люциан не спешил открывать канал связи. Со стороны лестницы донеслись тяжёлые шаги и утробное рычание, заставив парней синхронно обернуться. В дверном проеме выросли две фигуры зазов, сжимающих в когтистых лапах тяжелое оружие. Путь к отступлению был отрезан.

– Ну, приехали, – со вздохом констатировал Мабон. Он уже отвык от такого количества приключений на один грёбанный день пока находился в Тартаре.

Люциан захлопнул панель и развернулся к гостям, жестом приказав зазам взять их на мушку, что те незамедлительно исполнили.

– Недавно на Крипрэд прилетел весьма примечательный корабль, – начал он разглядывая широкие золотые кольца на своих тонких пальцах. – Его владелец оказался человеком… неординарным. Он поделился со мной своими планами, предложил выгодное сотрудничество и предупредил, что ко мне может наведаться мародёр на краденом военном челноке.

Глаза всех троих парней расширились от удивления. Неужели кто-то предвидел их появление?!

– И что явится он не с пустыми руками, а с украденным сокровищем, за которое владелец необычного корабля пообещал мне щедрое вознаграждение. Прости, Ваше Высочество, но я, увы, падок на звонкую монету.

В ответ Хэн лишь криво усмехнулся:

– Чёртова сорока.

Больше ему нечего было сказать.

Хвана и Хэна заперли в тесной каморке, выдолбленной прямо в песчаной скале. Никакой мебели, лишь зарешеченное окно и красно-оранжевые стены, источающие жар. Принц со своим ростом едва мог выпрямиться – макушка упиралась в низкий потолок. Куда увели Мабона – оставалось загадкой, хотя Блестяшка недвусмысленно намекнул, что именно парень-метис и есть то самое сокровище, за которым охотится этот жуткий корабль. И куда он только вляпался? Кажется, не о такой размеренной жизни космического мародёра он мечтал.

– Надеюсь, у тебя есть план? – Хван опустился на землю и прислонился спиной к шершавой стене.

– Это ты у нас мастер по экспромтам и неожиданным решениям, – Кроунест присел напротив, ногами едва касаясь пыльных ботинок принца, и сразу же посерьезнел. – Люциан сказал, что некто, владеющий тем пугающим кораблем, предвидел наше появление. Я не могу даже представить, как это возможно. Я не знаю ни одной расы, способной на предвидение. Это… невероятно.

– И жутко странно, – протянул Хван. – Если он знал, что мы придём за Мабоном, почему не выкрал его заранее?

– Значит, какие-то обстоятельства помешали ему, поэтому Люциан стал его страховкой, – Хэн, недовольно шипя, расстегнул пуговицы камзола и отбросил его в сторону, оставшись в одной черной майке. В этой каменной западне духота ощущалась сильнее, чем на улице. Ещё чуть-чуть и они сварятся заново.

– Я так и знал, что идти к этой чёртовой сороке было плохой идеей.

Теперь Хвану было понятно почему мародёр то и дело кривил лицо при упоминании Блестяшки. Ему стало любопытно, что связывает этих двоих. И сейчас, когда у них было предостаточно свободного времени и ни одного плана побега, принц решился спросить. Хэн тяжело вздохнул, уперся затылком в стену и начал рассказ:

– Однажды мы с парнями набрели на заброшенный городок на одной из «потерянных планет» и нашли там диковинные цветы. Их лепестки переливались, словно изумруды, но были мягкими, как у обычных растений. Удивительно, даже сиби не смог их идентифицировать. Мы сразу поняли, что наткнулись на нечто редкое, и, если найти покупателя, можно неплохо подзаработать. Но почему-то все, кто их видел, отказывались покупать неизвестное растение, тем более с неизвестных планет, и крутили пальцем у виска. Кто знает, может быть, оно смертельно опасно, а мы возим его по всей галактике. Их можно было понять, – Хэн усмехнулся своим мыслям. – Но нас в то время совсем не волновала безопасность. Мы горели совсем другим, – его взгляд замер в одной точке, словно разумом он перенесся из заточения в то самое прошлое, о котором говорил с такой теплотой.

– И вот нам рассказали о парне, который скупает абсолютно все вещи, которые блестят. Так мы и познакомились с Блестяшкой Люцианом. Он действительно купил те цветы… Даже не знаю, что он с ними сделал, но радовался тогда так, будто мы ему подарили целый континент. С тех пор мы не прекращали сотрудничать… пока…

Хван внимательно следил за каждым движением лица мародёра и заметил, как в этот момент опустились уголки его губ.

– Если не хочешь…

– Он связался не с теми людьми, – уверенно перебил его мародёр. – И изменился. Хотя, знаешь, владельцы борделей редко бывают хорошими, но мне хотелось верить, что этот мой знакомый будет исключением, – их отношения с Люцианом не были государственной тайной, и он не видел смысла скрывать их даже от королевской задницы. Доверие, к которой, кстати, только начинало зарождаться. Как-никак, благодаря ему они вызволили Мабона из Тартара и спаслись от щупалец того корабля. Хэн даже не мог представить, как бы он выкарабкался из этой передряги, не будь рядом принца.

– Что ж, теперь сомнений в нем нет точно. Он же впервые запирает тебя в этой лачуге?

Хэн согласно кивнул, проводя рукой по алым брейдам, с которых посыпалась песчаная пыль.

– Стоило ожидать подобного. Не могло столь «удачное» приключение закончиться так просто.

Наступила тишина. Каждый думал о своём, пока два солнца медленно катились к закату. Этот длинный день подходил к концу, и совсем скоро на небосклоне должны были засиять первые звёзды. Земля начнёт стремительно остывать, и через пару часов станет довольно холодно, что совсем не радовало двух пленников. Перспектива прижиматься друг к другу, дабы согреться, не устраивала обоих. Хэн несколько раз поднимался, чтобы осмотреть тяжёлую дверь на предмет хотя бы маленькой лазейки для взлома, но не нашёл ничего, кроме разочарования. Всё потеряно: корабль, команда и чувство уверенности в собственных силах. Ещё никогда он не попадал в ситуацию более глупую, чем эта – когда он сидит без оружия, в темнице из песка, в компании бывшего наследника человеческой империи.

Прошло несколько часов. На землю спускались сумерки, духота медленно исчезала. За это время парни старались придумать хоть какой-то план, но ничего лучше чем договориться с Блестяшкой не придумали.

– Новое сообщение! – вдруг проговорил сиби на руке Кроунеста. – От Мабона Д`грайно: «Отойдите от двери».

Хван тут же вскочил на ноги и ударился головой о потолок.

– От Мабона? – только и успел спросить принц, как дверь мелодично завибрировала, и Хэн резко шагнул к нему. Вибрации были мягкими и необычными.

– Есть догадки, что это за хрень? – тихо спросил Кроунест, глядя на дверь с широко раскрытыми глазами. Хван прикоснулся к стене и понял, что само здание не затронуто внешним воздействием и стоит на месте.

– Вибрации не переходят на стены… Я впервые такое вижу.

Дверь бесшумно начала выдавливаться наружу, выходя из дверного проёма. Вытянув шею, Хван заметил как деформировался замок встроенный в стену.

– Хэн, – послышался шёпот снаружи. Подхватив одежду с земли, парни выглянули на улицу и едва не лишились дара речи. Мабон, целый и невредимый, стоял рядом с тем парнем-танцором по имени Тесс. Полумесяцы на его щеках светились призрачным голубым светом, как и глаза, пока он, вытянув руку, управлял положением тяжёлой двери в воздухе. Он тоже метис? Но к какой расе принадлежат его способности? Никто из мародёров не знал ни одной, кому присущи такие метки на лице и тем более владение телекинезом.

Кроунест с восторгом наблюдал за юношей, медленно перешагивая порог, а Хван чувствовал себя крайне странно, словно он сейчас на месте этой самой двери под воздействием чужих сил.

– Что происходит, чёрт возьми? – шепнул Хэн, крепко обнимая члена своей команды. – Я думал, что тебя уже продали.

– Тессал вызволил меня, – кибун посмотрел на танцора, который молча встал рядом. – И связался с нашими парнями.Уже ждут нас на окраине, нужно поторопиться.

– Мабон прав, – заговорил танцор низким голосом, который не сочетается с его внешностью. – «Кракен» скоро будет здесь.

– Кракен? – Хван невольно поднял взгляд на звёздное небо, на котором только начинали восходить звёзды. – Это тот корабль?

Тессал согласно кивнул, а Хэн обеспокоенно спросил:

– А как же ты? Наверняка ты ждёшь благодарности за наше спасение?

Мародёр уже подумал, что танцор потребует взять его с собой и спасти от жизни в борделе. Кроунест прекрасно знал, что большая часть работающих на Блестяшку либо отрабатывают долги, либо содержатся против воли. И если Тессал решился разрушить планы своего хозяина, значит, надеялся сбежать с Крипрэда.

– Просто уходите, – спокойно ответил он и обратился к Хэну: – И берегите сокровище. Охота за ним может продолжиться.

Глава 7

На окраине и правда стоял их корабль. Только выглядел он ужасно. Корпус покрыт вмятинами, как скомканный кусок фольги, на переднем окне виднелась длинная трещина, а светильники на крыльях работали на последнем издыхании. Из открытого прохода показалась голова Бэлла, который старательно зазывал подбегающих парней рукой.

Хван постоянно оглядывался назад, боясь, как бы за ними не было погони. И некая тревога нарастала с каждым шагом, что отделяли его от этого города и Тессала, который рисковал жизнью чтобы помочь им. Будет ли он в безопасности после этого? И какие у него были причины помогать? И эти метки… Они не дают принцу покоя.

– Парни!

Окто тут же загреб в объятия каждого по очереди, пока Бэлл закрывал проход с панели на стене. После он тоже присоединился к воссоединению и особенно задержался на Мабоне, которого так давно не видел. И вообще не надеялся увидеть ни его, ни капитана, ни новичка принца.

– Я тоже рад вас видеть, ребята, - Хэн не сдерживал улыбки, но всё ещё выглядел нервно, - Для начала покинем Крипрэд, а потом поговорим.

Окто разочарованно вздохнул:

– Понадеемся, что наша детка выдержит, - он заботливо провёл рукой по стене корабля.

Они прошли в главную кабину, которая выглядела куда целее чем внешний корпус. Лишь осколки мелкого мусора и всё та же трещина на всё лобовое стекло. Панель управления с трудом появилась, не переставая рябить, и Окто ввел на ней привычные координаты. Внутренности автолёта закряхтели, и казалось, что шум мотора разнёсся на весь городок. Хван снова обеспокоенно глянул в окно, и, не заметив никакого движения, немного успокоился. Корабль медленно поднялся в воздух и через пару минут покинул воздушное пространство планеты Крипрэд, оставив за собой тонкую полосу дыма.

Хэн плюхнулся в своё капитанское кресло на мостике и с облегчением выдохнул. Как хорошо быть дома. Теперь стоило узнать, что произошло и выстроить новый план.

– Там в Тартаре, - начал он, – Вам удалось сбежать от того корабля?

Бэлл невольно потёр руку, покрытую чёрными рисунками и ответил:

– Нас отбросило волной, когда он появился из ниоткуда. И эта волна… была странная, не похожая на те, что появляются при использовании репортального модуля. Именно она превратила наш корабль в побитую железную банку. Все системы перестали работать, и мы просто парили в воздухе, глядя как они бомбят Тартар.

– Это было ужасно, - вклинился в рассказ Окто, нахмурив густые светлые брови, – Они похищали пленных, а после просто уничтожили тюрьму. Щупальца корабля обхватили весь астероид и раскрошили его как печенье.

- Ещё чудом нас не заметили, - Бэлл порылся в кармане своих штанов, нашел парочку завалявшихся усцин, и не побрезговал закинуть их в рот. – Мы дрейфовали в космосе, пытаясь починить системы и после перезапуска получили сообщение с Крипрэда, где говорилось чтобы мы приземлились без шума, на окраине и ждали вас. Собственно, это всё что произошло.

Мабон взглянул на свои обожжённые запястья, которые медленно затягивались после снятия наручников. Через сутки от ожогов ничего не останется, благодаря особенностям кибунов к регенерации.

– Говоришь, щупальца раздробили Тартар? – Мабон с подозрением переглянулся с Хэном, - Разве он не должен был взорваться…?

Бэлл удивлённо вскинул бровь:

– Взорваться?

– Он нагревался, когда мы были внутри, - ответил Хван, скрестив руки.

– Но это не могло произойти. У Тартара нет ни ядра, ни плазмы спрятанной в породе, чтобы иметь возможность нагреваться, даже снаряды врага были бы не способны поднять температуру на всём астероиде настолько, что спровоцировать взрыв.

Кроунест устало откинул голову. Если честно, хотелось забыть происходящее на Тартаре как страшный сон, снова возобновить поиски и не думать о чёртовом корабле который гоняется за ними по всем галактикам.

– Значит что-то находилось в самой камере, – сказал капитан, прикрывая глаза. Весь его тон говорил о том, как он вымотался, – Не думаю, что теперь стоит гадать что случилось. У нас получилось унести задницы – и это удача.

– Но что же произошло с вами? – спросил Окто, – Кто отправил нам сигнал и к чему была скрытность?

Хэн с неохотой раскрыл глаза и сел ровнее, чтобы рассказать о подставе Блестяшки, странном танцоре и Кракене, который теперь охотится за Мабоном.

– Мабон? – удивился Бэлл, вскинув чёрные брови, – Он не единственный метис кибунов в Бесконечно Тёмном, наверняка есть и посильнее, так какого чёрта?

– Блестяшка сказал, что-то про сокровище, – задумчиво произнёс Хван, теребя лямку своей майки. – Кажется, Мабон несёт для них особенную ценность, раз они осмелились разнести такое место как Тартар. Теперь Альянс бросит все силы на поиски этого корабля.

Окто вдруг повернул голову в сторону разбитого стекла, за которым, сквозь тонкое защитное поле, расстилались тысячи мелких звёзд.

– Грядёт что-то страшное, – его голос вдруг потяжелел, стал непривычно ниже для ушей команды, – Они знали на что идут, и наверняка не боятся последствий в виде угроз Альянса. Им нужны были заключенные, и нужен Мабон, но для чего? Что нам теперь делать, Хэн?

Наступила гнетущая тишина. До Хвана только начал доходить реальный страх опасности, которая теперь будет следовать за ними. Альянс может узнать об этом корабле, напасть на их след и обнаружить принца. И что страшнее, в пасть Кракену где неизвестность, или домой, к смерти?

– Будем двигаться, – Хэн открыл панел на своём кресле и ввёл координаты, – Останемся на одном месте, нас будет проще найти. Сначала починим корабль, соберём припасов и вернёмся к первоначальной цели. Не в первый раз уходим от преследования, так что прекратите трястись как щенки.

Парни согласно кивнули и разбрелись по своим делам, а Хван потеряно следил за ними и не знал куда податься. Пусть он и пережил целое приключение, даже успел побывать в плену, но всё равно не чувствовал этого полного удовлетворения от исполнения мечты. И всё из-за Хэна Кроунеста! Он так и не посвятил его в планы мародёров, и принц понятия не имеет что их ждёт дальше, хотя он сделал немалый вклад в операцию по спасению Мабона и вполне достоин узнать. Что за секреты хранит капитан этой консервной банки?

Принц подошёл к креслу, где развалился капитан и скрестил руки. Капитан даже не шелохнулся, продолжая сидеть с закрытыми глазами. Кажется, он заснул. Хван смотрел на него, метался между желанием разбудить и получить ответы, или оставить в покое и дать отдохнуть. Самому бы тоже не мешало.

Мабон и Бэлл наблюдали за ним с интересом, тихо переговариваясь:

– Хэн бы в жизни не связался с кем-то из Альянса, - шепнул кибун, - Что если Хван может знать местоположение Вего? Всё таки он немало шороху навёл там на верхушке.

– Мне кажется, что принц даже не в курсе и половины того что творится в Империи. Он как наивное дитя, для которого мир стал игрой стоило только ему от этой самой Империи оторваться. Я вообще не узнаю в нём того человека, которого видел в новостных лентах.

– Ему пришлось заново родиться, так что, неудивительно. Не думаю, что нам вообще стоит воспринимать его как бывшего наследника, раз уж он теперь в наших рядах.

– Мне кажется, это ненадолго, – Бэлл решил не продолжать, дружески похлопал Мабона по плечу и отправил его отдыхать в каютах, которые уцелели больше всего. Денёк у всех выдался насыщенным, но почему-то принц Хван не торопится идти спать, несмотря на очевидную усталость.

– Пс, Хван, – шепнул Окто, стоя внизу у мостика, и махнул рукой подзывая принца к себе. Сама судьба решила, что Хэну Кроунесту можно продолжить спать.

– Как первые впечатления? – спросил мародёр, как только принц оказался рядом, и воодушевлённо поделился мыслями вслух, - Так классно назвать тебя по имени. Никогда не думал, что буду вот так обращаться к принцу, который спасёт наши задницы.

– Всё ещё не верится, что пережитое – было реальным, если быть честным, - Хван слегка улыбнулся, скосив взгляд на верх, где находилось капитанское кресло. В груди неприятно что-то сжалось от забытой обиды на прошлую жизнь, где он ещё был принцем…

– Кстати, – Хван вдруг отвлёкся и вспомнил один давно интересующий его вопрос, – Почему Блестяшка назвал Хэна его Высочеством?

Взгляд Окто блеснул хитрецой, а на губах заиграла улыбка.

– А, ты же не знаешь. Он ведь тоже принц.

– Принц?

– Принц мародёров. Когда мы прибудем в Кассау, ты всё поймешь.

Хван недоумённо захлопал глазами и приоткрыл рот:

– Кассау?

***

Грон чувствовал, как голова начинает раскалываться, стоило Нанкоу начать докладывать о прошедшем нападении на Тартар. В сеть не просочилось ни одной новости, всё строго секретно. Альянс всё тщательно скрыл, чтобы не поднимать панику, зато теперь на плечи всех глав легла задача найти виновника, который решился напасть на их территорию. Отец в гневе, подключает абсолютно все силы на поиски неизвестного корабля, хотя Грону кажется, что это бесполезная трата сил и ресурсов. Этот корабль лишь на секунду засветился на камерах, прежде чем плазменный залп превратил их в расплавленный суп, и само его появление из ниоткуда уже говорит о том, что противник куда более особенный чем кажется.

- Были похищены все пленники, включая недавно заключённого метиса человека и кибуна, который имел ценность для нашего правительства.

- Да, я помню, - устало ответил принц, хмуря брови. Боль в голове начала пульсировать с новой силой.

- Ваше Высочество? Вам плохо? – спокойно спросил Нанко, помогая ему присесть на мягкий диван.

Грон пытался мотнуть головой, но резкое головокружение запутало его в пространстве, и он безвольно лёг на подушки. Знакомое чувство касания раскалённого железа на щеках и тёплой крови, что забила носовые пазухи, заставило принца перевернуться на бок и сжаться дабы унять боль. Нужно сесть и взять платок, но силы окончательно покинули всё тело. Высокий голос Сиби тут же сообщил:

- Артериальное давление повышено, состояние приближенно к критическому на 68%, нарушены функции сердца.

- Я вызываю врача, - Нанко уже включил браслет на своём запястье, как Грон тут же запротестовал. Кровь из носа потекла прямо на обивку, и принц поспешил стереть её рукавом своего камзола, размазывая по лицу.

- Он сразу узнает, что есть реакция... Нужно найти способ избавиться от этого, - хрипло, сквозь тяжёлое дыхание произнёс Грон, подняв изменившийся аметистовый взгляд с такого же цвета рисунками полумесяца на щеках.

- Ваши метки стали ярче. Как и цвет глаз.

- Значит нужно поскорее найти решение этой проблемы.

Сердечный ритм немного выровнялся, дышать стало легче, но головная боль так никуда и не ушла, как и жжение на лице. Это состояние пройдёт. Оно уходит каждый раз, только времени на это тратится с каждым разом всё больше и больше. И скрывать от отца это тоже становится сложнее, хотя надо отдать должное тому, кто напал на Тартар, его выходка отвлекла его наблюдения за вторым сыном.

Метки стали исчезать с щёк, потухая как искры от огня, и через пол часа принц начал чувствовать себя лучше, глядя на мир привычными чёрными глазами. Умывшись, принц снова принял на себя облик хладнокровного наследника, которого все так привыкли видеть. В отражении идеально чистого зеркала, в белой ванной, от слабого, измученного болью парня не осталось и следа.

– Если искать помощь, – начал Нанко, стоя за спиной Грона. С его бритого красного виска стекала капля пота. – Нужно искать за пределами Дрэмфиса. И чем дальше, тем лучше.

– Ты прав. Нужен тот, кто никак не связан с Альянсом, и тот кому не выгодно с ним связываться, – задумчиво протянул принц, шагая к своему столу. Позади, через панорамное окно, открывался вид на фиолетовый город.

– Может быть мне отправиться на Кассау?

Грон замер на секунду, обдумывая поданную мысль:

– Пристанище для всех кому неугоден закон и спокойная жизнь, хм. Думаешь мы найдём там кого-то подходящего?

– И в мусоре можно найти сокровище, Ваше Высочество. Там много талантливых людей которые используют свои навыки не по назначению, но будут готовы сделать всё за большую оплату. И если что-то пойдёт не так, от таких можно легко избавиться, никто и не спросит.

– Лучше варианта пока нет, как и времени, - согласился принц, - Лети.

– Слушаюсь, Ваше Высочество.

Глава 8

Хван уже пол часа дырявил взглядом серый потолок каюты, пытаясь разложить по полкам ворох мыслей в голове. Сон никак не шёл.

- Сиби.

Огонёк синего цвета пробежался по кругу браслета показывая, что система готова выслушать команду.

- Какая раса обладает метками в виде полумесяца?

- Информации не найдено, - произнёс высокий голос, на что принц закатил глаза. Почему-то он был уверен, что найти ответы будет проблематично. Этот парень, Тессал, выглядел особенно, и при всех знаниях Хвана о представителях известных рас, он не узнавал в нём ни одну из них. Очевидно, что он метис, как и Мабон, но кто же его второй родитель? Откуда у него такие способности к телекинезу? И почему он помог им и сказал беречь Мабона как сокровище?

- Точно… Сиби, найди последние новости о тюрьме Тартар.

- Представитель расы ксионов, ранее осуждённый за уничтожение нескольких военных кораблей на границе галактики Скульптора, будет помещён в Тартар для дальнейшего приговора от правительства ксионов. Дата размещения новости: пять дней назад.

- Пять дней…? – задумчиво протянул Хван, хмуря тонкие голубые брови. – Альянс не дал новостям просочиться. Ну да, конечно, сотни опасных преступников теперь гуляют на свободе, а репутация безупречного контроля Альянса будет подорвана. И неизвестно с какой целью «Кракен» похитил их из Тартара. Вряд-ли собирается наставлять на путь истинный.

Всё это было пугающим. Хотелось бы верить, что похищение преступников не закончится какой-нибудь революцией, но произошедшее на Крипреде никак не даёт на надежды на лёгкий исход дела. Хван не может сдержать усмешки.

Его жажда приключений не собиралась угасать, но пламя заметно поутихло. Осознание пережитого начало медленно накрывать голову принца, пока тот в ужасе не закрыл глаза, сжавшись в позу эмбриона. Ещё пару дней назад он был готов править целой расой, а теперь… бороздит космос в компании мародёров уже будучи мёртвым. Через пару минут усталость всё-таки взяла своё и он смог уснуть.

Кассау, космическая станция похожая на огромный кусок отколовшийся от планеты с хаотично построенными зданиями и районами, но безусловно сохранившая репутацию обители отбросов со всех уголков Тёмного Бесконечного, так и не попавшую под влияние Альянса. По сути этот кусок бесполезен, из него не получить ресурсы и не превратить во что-то полезное, как и тех, кто там живёт.

По прибытию сюда, Хван представлял себе это место как самую убогую дыру, однако хорошо обустроенная полоса для приземления и организация прохода в их воздушное пространство его немного впечатлили. Их побитая Сора прошла обработку и смогла приземлиться в одном из ангаров.

– Дом, милый дом, - с улыбкой произнёс Бэлл, потягиваясь после долгого сидения за штурвалом.

– Вы тут живёте? - удивился Хван.

– Бэлл единственный кто здесь вырос, - Окто заполнял свой рюкзак различными деталями из тех ящиков, что показывал принцу когда дал новый сиби.

– Завались, Окто, – закатил глаза Хацуге, – А ты… Хван, – ему всё ещё было не по себе когда приходилось звать новичка по имени, – Надень маску.

Внутри ангара было довольно чисто и просторно. Ремонт ская было решено начать вечером, как только удастся обменять запчасти и продать остатки добычи. Окто и Бэлл взяли это дело на себя, а принц остался с Хэном и Мабоном, которые решили взять на себя проведение небольшой экскурсии по Кассау. Пока они шагали по улицам, Хван обратил внимание на едва заметный купол над головой. Он покрывал абсолютно всю территорию станции и, как понял принц, выполнял функцию атмосферы и защитного механизма. Всё вокруг было освещено разными источниками освещения, от древних фонарей до излучающих свет растений. Каждое здание построено из разных материалов, казалось бы, несочетающихся между собой, но как объяснил Мабон, жители Кассау могут выживать в любых условиях и создавать их из всего, что попадётся под руку. Конечно, для глаз принца было непривычно видеть дома из разных частей кораблей и кусков грузовых ящиков, когда в Дремфисе все дома выглядели как близнецы, и от единого освещения которых даже воздух казался фиолетовым.

Сотни представителей рас то и дело мелькали перед глазами и Хвану всё казалось, что его вот-вот узнают, но всё это было паранойя. Стоило переживать по поводу Мабона за которым охотится пугающий корабль, а он просто так разгуливает с ними по улице абсолютно без прикрытия.

– Он не единственный метис здесь, так что бояться нечего, – заверил его Хэн, убрав руки за затылок, – Тем более, нет смысла прятаться там, где тебя знают как облупленного. Видишь ли, Кассау не то место которое намеренно выбирают для переезда и тихой размеренной жизни. Поэтому большинство живут здесь поколениями, просто потому что не могут уехать в места получше, и естественно, в таких ситуациях, что большая часть населения знает друг друга в лицо.

Хван тут же ухмыльнулся:

– Мы уже побывали в гостях у того, кто вас знает и едва спаслись. Кстати, Мабон, тот парень, Тессал, как он тебя вызволил?

– А, это… – Мабон почесал затылок, напрягая память, – В подвале Блестяшки было темно и я просто услышал как упали тела зазов, что охраняли дверь, после чего Тессал оказался рядом и с помощью своих сил открыл дверь.

– Интересно, не пострадает ли он, – тихо произнёс Хван, и Хэн взглянул на него.

– Он явно просчитал все риски, чтобы помочь. Да и с его способностями я бы не особо переживал за его безопасность, откуда бы они у него не были.

– У тебя есть мысли к какой расе он может принадлежать? – с интересом спросил принц.

Кроунест пожал плечами:

– Без понятия.

Очевидно ему, как и другим членам команды это было не особо интересно, а вот Хвана разрывало любопытство. Этот метис может не только использовать телекинез, но и как-то влиять на людей, если вспомнить как изменились глаза Хвана по одному его взгляду. Но пока узнать больше о Тессале будет невозможным, на Крипреде их вряд-ли встретят с тёплыми объятиями.

Хэн прошёл вглубь квартала, где в зданиях практически не было окон, над дорогой навис густой бледно-зелёный дым, который рассыпался от каждого шага и собирался обратно вновь. Впереди показалась башня, похожая на огромный кончик иголки, высотой примерно в шестнадцать этажей. Даже издалека было заметно как неровно выглядят стены, словно изнутри хотели вытолкнуть часть блоков, но бросили на полпути.

– Наша обитель, – с нескрываемой гордость в голосе, Кроунест расставил руки в стороны.

– Ощущение, что её строил ребенок.

– Заткнись и наслаждайся величием дворца всех отбросов Тёмного Бесконечного.

Хван знал как выглядят дворцы. За всю жизнь таких пришлось повидать немало, как и восхититься архитектурой многих великих рас, но здесь лишь хочется рассмеяться.

В центре стояла огромная площадка, вокруг которой находились этажи заполненные лавками, магазинами, барами с кучей побитых вывесок, и так до самой верхушки. Вокруг стоял невыносимый гул и запах машинного масла смешанного с ржавой пылью, а глаза разбегались от событий, что творились везде, куда не глянь. Вот какого-то бедолагу скидывают с третьего этажа потому что он не заплатил за выпивку, где-то началась стрельба за отказ скинуть цену, кому-то впихивают очевидную паль под видом оригинала. И это самое невинное, что успел разглядеть Хван буквально за первую минуту.

– Мда, прелесть.

Мабон похлопал его по плечу и оба последовали за Хэном в Лощину, где по пути каждый второй приветствовал его, давал хлопнуть не одну конечность и общался так будто увидели родного брата. Видимо, понятие “принца” было понято Хансоном слегка неправильно. На деле это просто человек имеющий кучу связей.

Лощиной назывался бар, который держали йоханы. Хван понял это по огромному наличию чёрного мха на стенах. Такой всегда появляется там где йоханы организуют своё пристанище. Эта раса не входит в Альянс и старается держаться подальше от политического болота в Тёмном Бесконечном, так что неудивительно встретить их здесь.

Пока они продвигались к стойке в редких местах не заросшей мхом, Хвану казалось что все вокруг проявляют к нему излишнее внимание, но Мабон сказал что-то про паранойю, и принц даже поверил в это. В конце концов на его лице маска, а голубые волосы не редкость, и вообще его уже давно похоронили.

– Тем более, – шепнул Мабон, – В Кассау мало кто интересуется как выглядят отпрыски жарда. Не тот контингент.

– Что ж, это успокаивает.

Хэн остановился у стойки, из под которой выглядывала голая макушка болотного цвета с чёрной плотной косой на самом темечке.

– Старина Крум, как поживаешь?

Йохан поднял взгляд больших рыбьих глаз и расцвел в улыбке.

– Хэн Кроунест! Дыра б тебя всосала, ты куда запропастился?

– В космосе полно интересных событий где нужно было моё присутствие, – деловито улыбнулся он, – А что? Пока меня не было появилось что-то интересное?

Наверно, мозг Хвана оказался настолько перегружен, что он потерял нить разговора этих двоих. Он засмотрелся на чёрный мох, затем поднял взгляд на вывеску со списком напитков. Мабон проследил за его взглядом и поджал губы:

– Если хочешь, можешь выпить что нибудь. Думаю, Хэн сейчас тоже опрокинет по стаканчику, чтобы спалось лучше.

Хван поджал губы. До этого ему приходилось пить лишь вино, которое подавали на приёмах в Дремфисе, поэтому глядя на список напитков он сомневается стоит ли испытывать судьбу? Но маленький йохан действительно налил Хэну стопку какой-то полупрозрачной зеленоватой жидкости и тот залпом её выпил. И не лопнул, не свалился замертво и не отрастил себе лишнюю конечность. Возможно, принц просто идёт на поводу у страхов перед неизвестным и преисполняется решимости с этим побороться. В конце концов он собирается стать мародёром и его не должны пугать такие вещи.

– А ты будешь? – спросил Хван у Мабона. Тот замотал головой и отвлёкся на мигающий огонёк своего сиби.

– Не получится, кажется появились запчасти для нового модуля на скай. Пойду заберу, а ты пока развлекайся.

Он предупредил Хэна что уходит, и видимо попросил того приглянуть за Хваном. Кроунест посмотрел в сторону принца и подмигнул:

– Только не до состояния спящей красавицы. Мне одного раза хватило.

– Иди к чёрту, – одними губами произнёс Хван и повернулся обратно к вывеске, теперь уже внимательно вчитываясь в названия. К нему подошла женщина йохан с серо-зелёной кожей и десятками чёрных косичек.

– Выбрал? – её голос был гнусавым.

– Я не совсем разбираюсь в алкоголе. Может Вы что-то посоветуете?

Она выгнула бровь и Хван не совсем понял её реакцию. Даже осмотрелся по сторонам, может быть за спиной был кто-то ещё. Но никого не было, кроме гостя человека за столиком напротив, чья причёска напоминала по цвету фиолетовые грозовые тучи. Тот спал прямо за столом, уложив голову на руки.

– Тебе отдохнуть или в дрызг нажраться?

– Скорее отдохнуть, пожалуйста.

Её взгляд снова показался Хвану странным. И тут он понял. Сейчас он выглядит как типичный житель Кассау: сальные волосы, пыльная одежда, маска на пол лица, а разговаривает как на светском балу. К такому здесь явно не привыкли, ещё и вызвать подозрений не хватало.

Но Хван понятия не имел как нужно разговаривать.

Через минуту барледи поставила перед ним стопку с чёрной жидкостью:

– Наслаждайтесь, пожалуйста, – проскрипела йохан издевательским тоном. Хван даже оценил её сарказм. – Как будете платить?

А вот это проблема. На его счету с сиби явно было пусто, раз Окто говорил что их полностью обнуляют. Что ж, придётся добавить в копилку впечатлений момент когда принцу абсолютно нечем заплатить. Он перевёл взгляд в сторону где Хэн разговаривал с Крумом. Рядом с ними уже стояли несколько пустых шотов, которые наверняка были выпиты за встречу.

– Хэн заплатит.

“Не обеднеет от пары десятков дрэн”. В конце концов, Хван уже несколько раз помог ему, пусть платит за спасённую задницу.

Барледи этот ответ вполне устроил. Он усмехнулась, подыграла Хвану бровями и ушла к другим посетителям.

Смело взяв стопку, Хван залпом выпил всё и тут же скривился. На вкус как сгнившее яблоко под устричным уксусом. Интересно, Хэн тоже пьёт эту бурду?

Что ж, по крайней мере Хван удостоверился, что больше не хочет открывать себя чему-то новому, особенно тому что касается баров в Лощине. Чтобы хоть чем-то себя занять и не сидеть за стойкой, принц осмотрелся. За его спиной, вдали от столиков, находилась целая стена исписанная словами на самых разных языках Тёмного Бесконечного. Почувствовав расслабление от выпитого алкоголя, Хван решил подойти и почитать. Кажется, это всё оставили гости Лощины.

Волнистые линии ксионского, грубые штрихи речи народов Андромеды, округлые закорючки языка звезд, который считается общим среди большинства рас состоящих в Плеядах, и даже были языки с Земли.

Хвана обучали многим из них, и всё равно это не помогло прочитать написанное. Таких слов принц точно не знал, и предположил что это ругательства. Такому в королевской школе точно не научат, поэтому пришлось воспользоваться помощью сиби.

Губы тронула лёгкая улыбка. Хван впервые воспользуется новым браслетом, чтобы перевести маты со стены бара в пиратском порту.

– Сиби? – тихо спросил он и загорелся зёленый индикатор, – Сканер.

В воздухе появилась проекция небольшого квадратного экрана, и движением пальцев Хван навёл его на ближайшую надпись.

– Переведи.

– “Ярзоб мудак. Кто пустит ему пулю, буду благодарна”.

Что ж, видимо какая-то обиженная дама. Интересно, что же этот Ярзоб сделал, раз она решила увековечить этот факт здесь? Хван перевел и другие надписи. В основном это были дружеские подколы, даты с особенно весёлыми посиделками, где-то даже попалась реклама других баров. Что-то в духе: “Хочешь менее дерьмовое пойло? Тогда тебе к нам”. Видимо это самый гуманный способ конкурентной борьбы на Кассау, интересно, насколько рабочий.

Надписи на земных языках принц решил перевести сам, и тут взгляд выцепил имя Хэна, выведенное острым почерком.

“Хэн Кроунест должен мне сотню дрэн”.

Это заставило Хвана усмехнуться. Сотня дрэн не такая большая сумма, хватит чтобы купить полноценный обед и десерт в каком нибудь ресторанчике Дремфиса. Или же только для Хвана, что всегда рос в достатке, эта сумма кажется незначительной… До сих пор он так и не понимал как живёт Кассау, по каким ценам и законам. Это абсолютно другой мир и теперь Хван его часть. Но он готов изучать, привыкать и подстраиваться под всё что теперь предложит ему жизнь. Всё что угодно, лишь бы никогда больше не оказаться там откуда он так упорно пытался сбежать.

Тело начало медленно расслабляться под действием выпитого алкоголя и было решено взять стул с ближайшего столика. Так он и сидел, изучая забавные надписи, пока в одно мгновение не отключился.