Прими меня без условий

Глава 1

7 августа, 2025 год.

В этом районе большинство домов сдавалось в аренду — для кого-то это было плюсом, для кого-то — недостатком. Лилит уже привыкла: соседи часто менялись. Кто-то просто проходил мимо, кто-то здоровался, кто-то даже пытался подружиться — но почти никто не задерживался надолго. И вот в очередной раз она стояла возле окна, откинув прозрачный тюль за спину, и смотрела, как снова кто-то въезжает. Парень и девушка выгружали свои чемоданы из машины и, улыбаясь, о чём-то разговаривали. Точнее, чемоданы вытаскивал парень, а девушка, оглядываясь с восторгом по сторонам, всё время его отвлекала.

Писк духовки, сообщающий о готовности булочек, вернул Лилит в реальность. Находясь на кухне, она всегда чувствовала себя комфортно. Все предметы стояли точно на своих местах. Здесь всё было под контролем. Хотя её неловкость никуда не исчезала. Вот и сейчас девушка взяла противень, обмотав руки полотенцем, но один уголок ткани соскользнул с руки, позволив коже коснуться разгорячённого металла. Последовало тихое ругательство. Ловкое движение руки вернуло полотенце на место, и вот противень уже стоял на оранжевой тумбе. Лилит достала сито и просеяла на булочки сахарную пудру. Небольшие розочки выглядели аппетитно, а запах, витавший в воздухе вот уже несколько минут, заставлял желудок сжаться. Лилит наполнила чайник и поставила греться. Она тут же вернулась к окну и увидела, как парочка обнялась, отпустила такси и скрылась за дверьми своего дома.

Девушка вздохнула и, вернув тюль на своё место, подошла к шкафчику. Как обычно, достала одну чашку и блюдце и поставила их на небольшой круглый стол с жёлтой скатертью — тот самый, где всегда стояла только одна чашка и букет полевых цветов. Одиночество уже не тяготило. Лучше уж так, чем снова бояться осуждения и стыдиться себя — этого ей хватало с лихвой на работе. Она в очередной раз прошла к зеркалу и осмотрела себя — облегающие джинсы цвета апельсина, насыщенно-синяя кофта с широкими рукавами и завязками на запястьях и чёрные босоножки составляли её сегодняшний образ. Каждый день Лилит тщательно подбирала одежду под своё настроение, а яркие, кричащие цвета были основой её гардероба.

Снова раздался звук — теперь уже чайник вскипел. Покачивая головой и бёдрами, словно пританцовывая под музыку, девушка вернулась на кухню. Нужно было снова соблюсти определённый порядок действий — засыпать чай специальной ложкой, залить водой наполовину и поставить заварочный чайник на пять минут на подставку, где уже стояла свеча с кокосом.

Но на середине ритуала раздался тройной стук — и Лилит на секунду замерла. Рука дрогнула, но она продолжила выполнять привычные действия. Послышался повторный стук.

— Ты уже почти закончила, Лили. Всё по порядку. Сначала — чай. Потом дверь, — сказала она сама себе. — Нельзя бросать вот так — вдруг гости зайдут, а у тебя тут всё разбросано.

И Лилит подчинилась привычному порядку. Поставив таймер на пять минут, она прошла к двери и, отодвинув шторку со стекла, увидела того самого парня, который заселился с девушкой в соседний дом. Он широко улыбнулся. Лилит колебалась лишь долю секунды — и открыла дверь, сделав маленький шаг навстречу.

— Доброе утро, — голос у него оказался низким, спокойным — звучал так, будто привык улаживать конфликты, а не провоцировать их. Только сейчас, когда они стояли так близко, Лилит поняла: это не «парень» — это крепкий, уверенный мужчина. Широкие плечи выдавали в нём завсегдатая спортзала — без фанатизма, но с постоянством; белая футболка-поло с полностью расстёгнутыми пуговицами на воротнике выгодно подчёркивала шею и облегала мускулы. Всё это дополняли бежевые штаны на европейский манер и чёрные лёгкие кроссовки.

— Доброе. Вы наш новый сосед? — просто спросила девушка.

— В общем-то, да, — он немного смутился от того, что она уже знала это. — Значит, за нами уже следят, — прищурился он, но голос звучал мягко, почти смеясь. От его взгляда не укрылся интересный выбор в одежде и цвете. Мужчина отметил про себя: «Будто кто-то нарисовал её, смешав самые яркие краски». Он давно не встречал таких людей. Если вообще встречал.

— Нет, правда. Просто увидела в окно, ждала булочки… Я не следила, — Лилит перевела взгляд с его глаз куда-то ниже, в область шеи и сбивчиво затараторила.

— Хорошо, я вам верю, — добрая улыбка озарила его лицо, и он тут же понял, что до сих пор не представился: — Я Мин. Мин Ванг. Но лучше просто Мин, — мужчина протянул руку для рукопожатия.

— Лилит. Рэн[1], — девушка всё ещё была немного выбита из колеи его замечанием про слежку, но отметила в своей голове, что тот не отмахнулся от её объяснений, не перебил, как в такие моменты обычно делали все остальные. Только вот теперь ко всему этому прибавилась его ладонь, повисшая в воздухе. Она обычно старалась избегать тактильности с другими людьми без лишней надобности. В голове прозвучало знакомое «Будь доброй. Не грубой». С этой мыслью Лилит вложила свою ладонь в его. Мин же был из тех, кто даже таким простым действием словно заявлял о себе. Прикосновение было уверенным и, вопреки её ожиданиям, не оказалось неприятным.

«Рука даже не потная. Хотя бы так. Ненавижу потные ладони... Гадость», — хмыкнула про себя Лилит.

— Рэн? Совсем, как птица? — уж очень часто она это слышала, поэтому просто проигнорировала его вопрос. — Очень рад знакомству, — мистер Ванг снова улыбнулся, давая девушке возможность ответить, но та просто промолчала, да и он сам немного растерялся — его, наверное, ещё ни разу в жизни не игнорировали. По крайней мере, в своей памяти такой момент Мин найти не смог. Но это его не оттолкнуло и не вызвало никакого неудовольствия. Наоборот — заинтересовало. Хотелось разгадать, что у этой девушки было в голове. Но не всё сразу, поэтому он перешёл к делу, из-за которого и пришёл на самом деле: — Я хотел узнать у вас, где в городе самые красивые места, если не затруднит. Больше доверяю людям, чем интернету и путеводителям.

— О, конечно, буду рада помочь, — девушка поняла, что они разговаривали в дверях и смутилась. Она испугалась показаться невежливой сильнее, чем боялась впустить незнакомцев в дом. Хотя впустить — значило впустить и в себя. Поэтому решила пригласить туристов внутрь и угостить чаем.

— Уверены, что это будет удобно? Не хотелось бы вам мешать и вот так вторгаться… — проговорил он.

— Да, всё в порядке, — она почти удивилась — мужчина не перебивал, не настаивал. Даже спросил.

Она только успела расставить чашки, как снова раздался стук в дверь — теперь уже знакомый, тройной. Мин вернулся. Не один. Брюнетка рядом с ним была высокой и статной. Лилит мысленно представила её моделью, а затем сравнила себя с ней. Наверное, именно такой её родители и хотели видеть дочь — опрятная укладка, нейтральные тона в одежде, где каждый предмет гармонирует с остальными. Она тряхнула головой, прогоняя наваждение.

— Меня зовут Мэй. Я сестра Мина, — звонкий голос послышался даже внутри дома, а её атмосфера заполнила пространство вокруг. Лёгкое платье чуть выше колена в светло-голубом оттенке добавляло ей воздушности… только вот на коленке — крошечная царапина. Взгляд почему-то зацепился именно за неё. От девушки так и веяло жизнерадостностью и восторгом. Для неё ещё показался странным тот факт, что они путешествовали вдвоём — ей бы и в голову не пришло поехать в отпуск с кем-то из семьи. Особенно после всего…

Хозяйка дома представилась в ответ и отступила в сторону, приглашая пройти. Гостей у неё почти не бывало, и теперь, стоя чуть в стороне, она почувствовала, как в груди стянуло тревогой. Повела их на кухню — единственное пространство, где знала, как себя вести. На секунду оценивающий взгляд Мэй остановился на Лилит и ей сразу же стало не по себе.

— У вас тут так… необычно, — хмыкнула Мэй, садясь за стол. Лилит замерла, взгляд невольно застыл — не на гостье, а на себе. Вдруг стало холодно. Мэй этого, кажется, не заметила. Зато внимание Мина тут же переключилось, и он взял ситуацию в свои руки:

— В хорошем смысле, — мужчина добродушно улыбнулся, сдержанно облокотившись на спинку стула. — Мне нравятся такие дома. Кто-то может не понять, — мужчина покосился на сестру, — но у него словно есть душа.

— Я тоже так считаю, — выпалила девушка. Обычно она могла держать себя в руках, но после его слов, которые идеально описывали мысли самой Лилит, внутри появилось что-то новое. Или, скорее, забытое старое чувство, что ей не всегда нужно защищаться и бояться быть собой.

— Это вы так всё обставили? — спросил мистер Ванг. — Очень стильно.

— Да. Хотя дом и не мой, но я договорилась с хозяйкой, — Лилит захотелось сместить фокус беседы подальше от себя, хотя и видела, что мужчину сильно заинтересовал интерьер. Однако, к её удивлению, продолжать разговор не стал, словно понял, что это было чем-то личным или чем-то, чем она не хотела делиться. Лилит быстрее перекладывала десерт на тарелку, как будто от этого зависел её покой. — Надеюсь, вам всё понравится, — сказав дежурную фразу, девушка поставила булочки рядом с цветами, чтобы всем было удобно дотягиваться. — Вы говорили, что хотите узнать больше про достопримечательности? — она сделала глоток, наблюдая за реакцией своих гостей. Мин выглядел спокойно — расслабленно смотрел в окно и неторопливо пил чай. А вот Мэй несколько раз сдвинула салфетку с места и уже третий раз поправляла подол платья.

— Да, — кивнул мужчина. — Мы приехали из Нью-Йорка, хочется просто отдохнуть. Хочется… — он пытался подобрать слово.

— Тишины? — неожиданно для самой себя спросила Лилит, взяв в руки аккуратную розочку с джемом внутри.

— Тишины, — повторил он, внимательно посмотрев девушке в глаза. — Но и посмотреть на красивые места, конечно…

— Господи, это лучшее, что я когда-либо пробовала, — сказала Мэй, прожевав кусочек. Она не стала дожидаться, когда Мин договорит и просто перебила его. — Это невероятно вкусно!

Лилит посмотрела на девушку. От резкого возгласа хотелось зажать уши руками, а от такого бесцеремонного вторжения в их разговор и как она прервала брата стало физически не по себе. Лилит закинула ногу на ногу и начала раскачивать носком, пытаясь успокоиться. Её блюда всегда хвалили, что помогало ей привыкнуть к тому, что у неё действительно хорошо получается готовить. В первые несколько раз — несколько десятков раз — она не верила, закрывалась в себе из-за страха, что так говорят из жалости. Теперь она умела отделять себя от своей работы. Это приходило с опытом — особенно в тех случаях, когда гости ресторана просили поблагодарить шефа лично.

— Спасибо, — сказала она, продолжая раскачивать ногой под столом.

— Ты больше меня хотела куда-нибудь пойти, а теперь сидишь, уплетаешь десерт, пока я узнаю́ всё за тебя, — закатил глаза мужчина и тоже взял в руки булочку — хотелось проверить, что так сильно удивило избалованную сестру. Откусив, его глаза закатились от наслаждения — тесто было мягким, а клубничный джем приятно растекался по языку, делая вкус кисло-сладким. — Это и правда очень вкусно, — Мин не стал дожидаться того, как прожуёт — похвалить хотелось сразу же — и тут же смутился. В этот момент Лилит вдруг показалось, что он настоящий. Настоящий и… уязвимый? Он не боялся казаться глупым — просто был таким, какой есть.

— Это клубника или джем внутри? Потому что я тоже, кажется, такого ещё не пробовал, — добавил Мин.

— Джем, — девушке стало приятно, что он заметил. — Я покупаю клубнику у одной женщины и потом уже делаю сама, — она помедлила и решила вернуться к начальной теме, подумав, что зря уточнила, где она её берет, ведь никто не спрашивал. — Что насчёт мест для отдыха… у нас отличный пляж недалеко. Даже несколько, на самом деле. В городе есть пару музеев, могу написать адреса. Можно ещё зайти в церковь, она довольная старая, стоит почти со времён основания города.

— А что бы вы сами посоветовали? — он наклонил голову вбок, с интересом разглядывая столь гостеприимную хозяйку.

— Я… — она замялась, не зная, как правильно будет отреагировать и что ответить. «Снова эта «правильность». Осторожно проговорила: — У нас неподалёку есть лес, там можно найти красивые поляны. Если вы такое любите, конечно, — поспешила добавить Лилит. — Из трёх музеев пользуется большой популярностью тот, что в центре. Многие считают его интересным. Церковь тоже стоит посетить. Отлично передаёт дух старого времени, её недавно отреставрировали, так что вы вовремя приехали. Думаю, мисс Ванг будет рада сделать пару классных фото, — сказала она, ещё раз мысленно проанализировав внешность девушки.

— Можно просто Мэй. И вы верно подметили, — кивнула брюнетка и тут же переключила внимание на своего брата. — И тебе сделаю, Мин, не переживай. А то так и останешься холостяком. Мне что, самой уже невест искать?

Лилит машинально потянулась за чашкой, будто желая прикрыться ею — чужие шутки о чьей-то личной жизни всегда вызывали в ней чувство дискомфорта.

— Мэй, — голос мужчины стал строгим. Шутку он не оценил — не любил разговаривать на такие темы.

Сестра только фыркнула, бросив взгляд в сторону:

— Ну прости, что у меня ещё есть надежда на то, что ты не станешь монахом и не уйдёшь в монастырь.

— Простите, мне не стоило… — сказала Лилит, почувствовав в этом свою вину, ведь если бы она не затронула тему с фотографиями, то этого бы не было.

— О, бросьте, мисс Рэн, вы не виноваты, — он махнул рукой и добавил: — Просто моя сестра не умеет держать язык за зубами.

Они обменялись ещё парой колкостей, оба улыбались. Лилит вдруг поняла, что совсем не знала, куда себя деть. Будто попала на чужую вечеринку, где никто не объяснил, зачем она там. Щёки залило жаром, мысли смешивались и появилось одно единственное желание — уйти. Девушка, ища хоть какую-то опору, перевела взгляд на стоящие посреди стола цветы, которые нарвала вчера вечером по пути домой. Рассмотрела каждый — каждую ромашку, одуванчик и маргаритку. Взгляд зацепился за жёлтый цветок с увядшими лепестками, и Лилит тут же вытащила его, глазами проверяя остальные.

— Если это не ваш семейный рецепт или что-то в этом роде, настоятельно прошу вас поделиться, — проговорила довольная Мэй. Мужчина увидел перемену в мисс Рэн и пихнул сестру вбок, как бы говоря глазами, что им пора идти домой.

— Надеюсь, вы не будете против, — мистер Ванг обратился к Лилит, заставив ту немного вздрогнуть от неожиданности, — если я оставлю вам свой номер. — Мужчина поймал её озадаченный взгляд и поспешил уточнить: — Чтобы вы написали адреса музеев и церкви. Хоть городок и небольшой, всё же незнакомый, — сказал Мин, тепло улыбнувшись, и вытащил визитку из бумажника. Ему стало неловко, что они вот так ворвались в её дом, так ещё и приговорили весь десерт.

— Да, конечно, — кивнула девушка, забирая предмет из мужских рук. — Никаких проблем.

Молодые люди встали из-за стола и направились к выходу. Лилит ещё раз осмотрела цветы и, взяв увядший, выкинула его в мусорку. Взгляд упал на тонкую фигуру Мэй и широкую спину её брата. У обоих была твёрдая уверенная походка. Они остановились уже на пороге, будучи по другую сторону.

— Спасибо большое за гостеприимство, — сказал с улыбкой мужчина. — Извините, если потревожили, — в низком голосе прозвучала вежливость и тепло от приятной встречи.

— Правда, спасибо огромное, — лицо Мэй, обрамлявшее чёрные волосы, засветилось. — Были рады знакомству.

«Они такие… другие. И разные», — подумала про себя Лилит и тут же поняла, что ей нужно что-то сказать.

— Рада, что смогла помочь, — девушка улыбнулась. Внутри было всё также пусто. Только знакомое движение губ и заученная интонация. Рефлекторно стиснула ладонь — в ней оказалась визитка Мина. — Я сейчас напишу все адреса, — сказала она, приподнимая помятый, ещё тёплый от руки клочок бумаги.

На этом они и разошлись, а Лилит с облегчением закрыла дверь и наконец смогла вздохнуть полной грудью.

— Так, теперь нужно помыть посуду, — пробормотала она, собирая чашки. В голове всплыло «Господи, это лучшее, что я когда-либо пробовала. Это невероятно вкусно!», сменилось на «Это клубника или джем внутри? Потому что я тоже, кажется, такого ещё не пробовал». Она вспомнила, как Мин пытался похвалить её с полным ртом, и засмеялась.

«Все могут чувствовать себя неловко, и ничего. Это нормально. И его лицо было таким красивым… живым и настоящим», — подумала она про себя. В голове же пронеслось: «Если это не ваш семейный рецепт или что-то в этом роде, настоятельно прошу вас поделиться». Прокручивая в голове их встречу, Лилит с удовлетворением отметила про себя, что гостям всё понравилось.

Закончив с посудой и как следует натерев её, поставила всё на свои места в шкаф. Нужно было ещё сложить приборы. А в голове продолжали мелькать эпизоды знакомства с новыми соседями.

Лилит не понимала, было ли это совпадением, но как только ей стало некомфортно и захотелось убежать, Мин сам сказал, что они уходят. Увидел её состояние и понял? Или им действительно было просто «пора»? И не обиделся ли он? Она надеялась, что нет.

Закончив с делами по дому, девушка села на диван, который стоял возле окна. Снаружи уже почти начинало темнеть. Розовые лучи закатного солнца ласкали открывшийся её взгляду пейзаж. Захотелось, чтобы они прикоснулись и к её лицу, и девушка немного откинула тюль, подставляя голову к солнцу. Птицы стихали — день заканчивался, и небо постепенно тускнело. Лилит глубоко вдохнула, по телу разлилось привычное чувство — комфорт и безопасность. Но она понимала, что есть дела, которые лучше не откладывать, и села поудобнее.

Лилит всегда серьёзно относилась к своим словам, не говоря уже об обещаниях. Для кого это была сила, для кого-то слабость. Некоторые же пытались использовать такую черту характера в своих целях — сначала давили на жалость, а потом, получив желаемое, понимали, что та от своих слов уже не откажется. Слово для неё всегда значило больше, чем просто фраза. Она держалась за него, как за якорь.

Так было и сейчас — девушка отвела взгляд от окна. Взяла плед и телефон. Укуталась. Открыла Google Карты и начала искать точные адреса, боясь что-то перепутать. Через несколько минут в заметках красовался список из нескольких пунктов. Она снова прошлась глазами, мысленно проверяя, всё ли записала верно. Убедилась. Скопировала список и отправила мистеру Вангу.

Лилит уже собиралась отложить телефон, когда раздался писк уведомления. Экран вспыхнул — слишком ярко. Мин ответил почти сразу: «Спасибо!» Но тут же мобильный неожиданно громко пискнул снова.

«Вы были так гостеприимны. Я отлично провёл время, и мне бы хотелось ответить вам взаимностью. Что скажете насчёт ужина завтра вечером?»

— Сообщение из вежливости? — пробормотала девушка вслух. Она перечитала его дважды. Часть её надеялась, что сообщение исчезнет. Как будто его не было вовсе.

Лилит сильнее укуталась в мягкий бордовый плед. Хотелось спрятаться. Уйти в безопасное место. Туда, где не нужно бояться. Где всё предсказуемо. В голове стучали сомнения, а в душе теплилась надежда. Мин казался тем, кто действительно слышит, а не просто слушает. Будто слышал даже то, что Лилит не могла произнести вслух. Или всё это она себе напридумывала? Ведь они виделись всего один раз... Но в груди что-то сжалось. Боязнь ошибиться стала почти осязаемой. Словно воздух вокруг потяжелел.

— Может, если я не буду отвечать, он передумает и удалит сообщение?..

Но тут же пришло ещё одно: «Мисс Рэн, если ваше молчание — это дипломатичный отказ, обещаю, что переживу. Но буду признателен за честность — хотя бы потому, что хочу поблагодарить вас лично».

Она медлила. Написала: «Вы не обязаны».

Ответ пришёл сразу: «Знаю».

Телефон будто потянул руку вниз. Лилит не выдержала и отложила его. Экран погас. Она прислушалась к себе. Каждой клеточкой чувствовалось напряжение. Но где-то в глубине, на задворках сознания, было и другое... Предвкушение?

«А вдруг он узнает, какая я есть на самом деле… и уйдёт? Или… может, я зря боюсь? Что если всё будет по-другому? Тихо, просто. По-настоящему». Пальцы зависли над клавиатурой. Девушка сжала телефон. Напечатала: «Спасибо» — и замерла. Пауза. Сомнения. Затем нажала кнопку и сообщение ушло. Тут же коснулась экрана — ещё одно: «Было бы здорово. Тогда завтра в семь?» Лилит тут же подумала, что ответила слишком быстро. Хотела забрать слова назад. И, одновременно, сохранить. Всё сразу. Словно страх и желание слились в одно целое.

«Отлично. Буду ждать. Я за вами заеду», — ответ опять пришёл слишком быстро. «Он вообще думает?..»

Что-то внутри дрогнуло, но она не ответила. Несколько секунд смотрела на экран, потом медленно отвела взгляд, обвила себя пледом и оглядела комнату, ставшую за это время почти родной. Вспомнила, как делала ремонт. Что-то она делала сама, а с чем не могла справиться, нанимала людей. Зато теперь всё было так, как ей нужно. Лилит окинула взглядом знакомый оранжевый диван и стену напротив. За спиной — голубая, две другие оставила белыми. По комнате расставила цветы самых разных размеров. На это ушло немало времени: нужно было учитывать свет, температуру, влажность. Она перевела взгляд на стоящую в углу драцену. Слева — белый шкаф без дверей с разноцветными полками. В нём — книги и любимые растения. Взгляд скользнул по школьному диплому, спрятанному на верхней полке.

Неожиданно подумала: «Почему даже обычный ужин для меня превращается в экзамен?» Словно снова оказалась в школе — на душе стало гадко. Снова стояла возле доски и нервно перебирала пальцами свою чудную жёлтую кофту. Учитель торопил, одноклассники смеялись и смотрели, как на зверушку в зоопарке.

Она видела их лица, как они переговаривались между собой и знала, чем всё закончится. Кто-то крикнул: «Отсталая!», другие подхватили. Девочка была подведена к самому краю — ещё немного и она заплачет. Не сдержится. Но Лилит сжала руки в кулаки, до боли впившись маленькими ногтями в ладонь. «Не плачь. Не здесь. Не при них», — сказала она шёпотом сама себе. Громкий стук учителя по столу, попытка успокоить учеников. Девочке разрешили сесть за свою парту. Последнюю, за которой она сидела одна. И за то, что не заплакала, учитель поставил ей двойку — как награду за силу.

И сейчас тревога затмевала все чувства, прямо как тогда, в детстве.

Лилит свернулась калачиком, открыла телефон, решив ещё раз проанализировать их диалог с Мином. «Вы были так гостеприимны. Я отлично провёл время». Лёгкая улыбка тронула губы — неуверенная, почти испуганная, как будто её застали врасплох. Тепло слов коснулось сердца, словно кто-то протянул руку сквозь тьму. Лилит замерла, боясь спугнуть это хрупкое чувство. А вдруг всё это правда? Если... её действительно кто-то заметил?

И с этими мыслями девушка отправилась в спальню, захватив своё одеяло. Снаружи совсем стемнело. Людей почти не осталось — разве что пара туристов, поющих вдалеке. Лилит подошла к окну, посмотрела на дом Мина и Мэй.

Разочарование жгло, как в детстве — когда сдирала колени и не могла заплакать. Но в глубине души она знала: если не решится, то потеряет не просто шанс — возможность поверить, что может быть иначе. Не попробовать — значит навсегда остаться там, где пусто и тихо. Значит испугаться и возненавидеть себя за очередной упущенный шанс.

[1] Wren (с англ. крапивница или крапивник) – небольшая певчая птица, которая обитает в Северной Америке, Европе и Азии.

Глава 2

2 сентября, 2016 год.

Когда Лилит была ещё совсем малышкой, она не могла дождаться, когда пойдёт в школу. В садик девочка не ходила — отец был постоянно на работе, мама занята. Времени на неё у родителей не оставалось. Но теперь же воодушевление волнами окутало Лилит. Маленькие щёчки отдавали румянцем, пока мама пыталась причесать непослушные волосы дочки.

Однако с самого первого дня маленькая Лилит поняла, что что-то не так. Когда учительница знакомилась с детьми, просила их всех по очереди встать и назвать имя и фамилию. Когда дошла очередь и до Лилит, девочка растерялась. Сидя произнесла тихим голосом: «Лилит».

— Можешь встать пожалуйста? — мягко попросила женщина. Малышка встала со стула, тот с грохотом упал. Послышался детский смех. Учительница, успокоив класс, попросила девочку повторить, как её зовут.

— Лилит, — ещё тише сказала она. Казалось, звук её имени куда-то провалился.

— А фамилия? — и снова смех. Дети косились. Все отвечали спокойно и без каких-либо проблем.

— Рэн, — девочка почувствовала, как щёки начали гореть

— Совсем, как птичка, — проговорила женщина с улыбкой. Отметила про себя, что с новой ученицей нужно было быть осторожнее. Лилит же не поняла, хорошо это или плохо, быть птичкой. Она замерла, не зная, нужно ли улыбнуться. Если это шутка, то почему все молчат? — Рада с тобой познакомиться, Лилит.

Девочка же просто молча села обратно, неловко подняв стул.

— Боишься, что ли? — спросила её соседка по парте.

— Нет. Не хочу, чтобы все смотрели.

Спустя годы Лилит нередко возвращалась мыслями к тому моменту. Да и не только к нему. Мама говорила ей, что дети бывают жестоки — и это не её вина. Просто такая жизнь. Поэтому все надежды она тогда возложила на колледж — как на новый шанс.

Она долго готовилась к первому дню, перебирая в уме десятки вариантов. В итоге выбрала лёгкое зелёное платье с короткими рукавами и туфельки без каблука цвета хаки. Надела любимые часы, которые ей подарила бабушка. Расчесала волосы, провела пальцами по ткани платья и, взглянув на себя в зеркало, позволила себе короткую, робкую улыбку. С лёгким, почти неуверенным шагом Лилит спустилась. Внизу её уже ждала мама и, увидев её, чуть заметно кивнула, улыбаясь уголками губ. Отец же взглянул лишь мельком и вернулся к бумагам, разложенным на обеденном столе.

— Ты шикарно выглядишь, Лили, — сказала мама с мягкой улыбкой и чуть влажными глазами.

— Правда? — неуверенно спросила девушка. — Может, лучше сходить переодеться? — теперь ей вдруг показалось, что что-то было не так. То ли волосы, то ли платье. А может, туфли?

— В первый день лучше одеться более официально, — сухо проговорил отец, не отрываясь от документа.

— Я… ­— Лилит замялась. Рука потянулась к подолу платья. Крепко сжала, перебирая пальцами. Мама увидела это и тут же убрала её руку от ткани.

— Не слушай папу. Он старается, правда не всегда получается, — прошептала она и уже громче добавила: — Тебе очень идёт. Тебе самой-то нравится? — немного устало проговорила Кэрол. От её слов стало ещё хуже. Мелькнуло чувство, что она подвела обоих — и себя тоже.

— Я… не знаю.

— Но ты ведь сама выбирала в чём пойти. Не хотела, чтобы я помогала, — мама чуть приподняла брови, стараясь улыбнуться.

— Да, но…

— Ну вот и всё! Ты очень красивая, детка, — мама взяла лицо Лилит в ладони и с улыбкой поцеловала девушку в нос. — Не сомневайся в этом.

Девушка кивнула. Понимала, что проще согласиться, чем объяснять. Всё равно не поймут. Никто не понимал.

Через пол часа Лилит уже сидела в автобусе, у окна. На улице было жарко, а волнение только усиливало жар, заставляя сердце стучать быстрее. Лёгкое платье прилипало к коже. В наушниках звучала та самая песня — с глухим пианино и спокойным далёким голосом. Стоило сосредоточиться на мелодии, как всё внутри становилось чуть мягче. Не нужно было ни слов, ни объяснений. Музыка понимала сама.

За окном же проплывали знакомые улицы, дома, мимо которых она так часто ходила. Лилит разблокировала телефон, проверила маршрут и, как всегда, посмотрела, сколько ещё осталось ехать. «Ещё пара остановок и всё изменится».

Автобус замедлил ход. Лилит выдернула наушники, проверила, туда ли она приехала. Толчок — и люди стали медленно подниматься. Девушка последовала за ними.

Колледж встретил её лёгким шумом и голосами людей. Лилит казалось, что сами стены были рады её видеть. Что это именно то место, где её поймут. Примут? Снова достала телефон, сверилась с номером аудитории — 204. Должно быть, второй этаж. Поднялась по лестнице и пошла вдоль коридора. Коричневые двери с табличками тянулись ровно, одна за другой. С задачей она справилась довольно быстро и мысленно похвалила и себя, и планировщика здания. «Ненавижу, когда не всё интуитивно понятно».

Лилит коснулась холодной металлической ручки. Оставалось только повернуть. «Вот она — дверь в мой новый мир». Внутри уже сидели несколько студентов. Она зашла с улыбкой, будто это и правда был её шанс стать новой версией себя. Пара человек обернулись и сразу отвели взгляд. Никто не улыбнулся в ответ. Лишь взгляд одного парня в красной футболке зацепился за её платье. Но и тот потом отвернулся к своему соседу. На негнущихся ногах девушка села за первую парту. Сначала хотела на последнюю, как и всегда в школе, но мысленно напомнила себе, что теперь всё должно быть иначе. Так что нужно отказываться от привычек прошлого.

Все вокруг разговаривали, новые люди заходили в аудиторию, подсаживались друг к другу. Стало неловко. Она достала карандаш и тетрадь, снова надела наушники. Включила ту же самую песню. Знакомый голос окутал девушку, уводя за собой. Её рука сама выводила какие-то линии на листке, а нога мирно покачивалась. Наконец чувство комфорта и безопасности вернулось. Но улетучилось также быстро, как и пришло, когда прямо перед ней вырос чей-то силуэт. Лилит испуганно вытащила наушники и посмотрела на женщину, что стояла перед ней.

— Отлично, вы всё же уделили нам время, мисс...?

— Рэн, — смущенно сказала девушка.

— Итак, мисс Рэн, советую вам слушать меня в следующий раз внимательнее, потому что дважды я не повторяю, — женщина тут же закрыла комнату на ключ. — Те, кто опаздывают, в аудиторию не заходят, — пояснила она.

В ушах загудело, будто кто-то вставил ей в уши наушники и включил звук сломанного телевизора. «Как я могла не заметить преподавателя?» Вспомнился первый день в школе. Разве что в аудитории сейчас никто не смеялся. Лилит даже порадовалась, что села на первую парту — не видела реакции одногруппников, а оборачиваться не решалась. «Ещё не всё так плохо. Никто ведь не смеётся, слышишь? Просто дыши». И тут же подумала: «Да уж. Не плохо. Просто ужасно!»

Остальные 70 минут занятия девушка слушала преподавательницу — миссис Клэйн, как она позже узнала, — записывала нужные детали, которые могли бы пригодиться. Лилит серьёзно отнеслась к учёбе — мечтала не просто научиться готовить, а изучить все тонкости. Хотела творить искусство на своей кухне. А самой большой и сокровенной мечтой было — открыть ресторан.

Но вот миссис Клэйн, посмотрев на часы, объявила, что занятие окончено. Перерыв был 15 минут. Лилит собрала все вещи в рюкзак и уткнулась в телефон, чтобы узнать, где будет проходить следующее. Прошла по коридору, поднялась на ещё один этаже выше. Стены уже не казались такими дружелюбными, наоборот, начали давить. Хотелось снова включить музыку, но страх снова попасть в такую же ситуацию, останавливал.

Девушка просто встала возле окна напротив нужной двери и смотрела по сторонам, пока её взгляд не наткнулся на того самого парня в красной футболке. Тот смеялся, с кем-то разговаривал. Кажется, его собеседник был не из их группы. Неожиданно, их глаза встретились и Лилит тут же отвернулась куда-то в сторону. Стало неловко, даже немного жарко, хотя в помещении было вполне прохладно.

Боковым зрением она заметила чей-то силуэт. Красный цвет и громкое «Привет!». Вздрогнула, что не укрылось от парня.

— Прости, не хотел напугать. Я Калеб, — он протянул руку, но девушка замешкалась. Прикасаться не хотелось. — Понял, никаких рукопожатий, — засмеялся парень.

— Я… Лилит, — осторожно сказала девушка.

— Отлично. Лилит, — повторил он, словно пробуя имя на вкус. — Не любишь шумные компании? — девушка непонимающе посмотрела на собеседника. — Стоишь одна, в стороне.

— А… я просто… — Лилит тут же отругала себя. «Снова мямлишь, соберись уже». — Не успела ещё ни с кем познакомиться.

— Среди незнакомых людей может быть сложно.

— Не то слово, — горько улыбнулась она.

— Зато я уже не незнакомый, — Калеб довольно улыбнулся, обошёл девушку и, облокотившись на подоконник, посмотрел ей в глаза. — Заметил, как ты что-то делала в тетради. Любишь рисовать?

— Да не то чтобы. Просто помогает отвлечься.

— А я вот люблю. Правда совсем не умею.

— Я тоже, — призналась Лилит и посмотрела в ту сторону, где только что стоял Калеб с каким-то парнем. — Тебя, кажется, ждут, — она кивнула головой в сторону незнакомца, который стоял на том же месте. Не хотелось мешать им.

— Подождёт, — отмахнулся он и достал телефон. Посмотрел на время и что-то напечатал. — Слушай, вот-вот уже начнётся занятие. Оставь мне свой номер, буду рад поболтать, — девушка назвала цифры. Калеб назвал свои. На экране высветилось «Новый контакт сохранён».

Сосредоточиться на следующем занятии уже было сложнее. Мысли крутились, как карусель, которая никак не останавливалась. «Он меня заметил, подошёл сам. Даже взял мой номер. Конечно, это не значит, что он позвонит или напишет, да? Или значит? Ох, все что-то пишут, а я опять просто сижу». Лилит крепче сжала ручку, закинула ногу на ногу. По привычке раскачивала носком.

На следующем перерыве Калеб поймал девушку у выхода из аудитории. К следующему кабинету шли уже вместе.

— Кстати, слышала, что вышел новый фильм про апокалипсис? Говорят, что он просто бомба, — воодушевлённо начал парень. — Не хочешь сходить как-нибудь?

— Не люблю такое, — честно ответила Лилит и тут же осеклась. — Но можем сходить.

— Нет, давай лучше выберем что-то, что было бы интересно обоим. А этот я и сам посмотрю, — Калеб пожал плечами. — А ты какие фильмы любишь? — с любопытством заглянул ей в глаза.

— Я бы не сказала, что у меня есть какой-то любимый жанр или что-то типа того, — Лилит смущённо опустила взгляд.

— А любимые фильмы есть?

— Вряд ли тебе такое будет интересно.

— Ты же не знаешь, что я люблю, — Калеб притворно возмутился и всплеснул руками. Фраза получилась слишком громкой и Лилит на секунду зажмурилась, но тут же открыла глаза. Мир не рухнул. Всё было хорошо.

— Мне нравится, «Маленькие женщины». «Трудности перевода» и…

— И?..

— Только не смейся — «Амели».

— А почему я должен смеяться? — он вскинул брови и сделал вид, будто обиделся. — Хороший фильм. Странный, но тёплый. Знаешь, как будто… — парень пытался подобрать правильные слова. — О! Как будто осенним вечером тебя кто-то укрыл одеялом и дал горячий кофе с сахаром.

— Я тоже так подумала… — улыбнулась Лилит. — Прям вот это чувство. Хотя в середине мне стало страшно, что она просто исчезнет и никто не заметит…

— Если бы ты исчезла, я бы заметил, — Калеб и сам не понял, как фраза сорвалась с его губ. — Ой, а вот это было лишнее, — он засмеялся и заразительный смех перешёл и к самой Лилит.

С тех пор каждый новый день колледжа был словно глоток свежего воздуха. У неё наконец появился кто-то, кто понимал, слушал и слышал. Принимал. Она могла сказать: «Калеб — мой друг», и это будоражило. Все перерывы они проводили вместе, но на занятиях Лилит предпочитала сидеть одна.

— Так что насчёт кино всё-таки? — спросил он во время обеда.

— Если честно… — замялась Лилит. Вокруг было слишком шумно, что совсем не помогало думать, — я очень давно никуда не ходила. А в кино вообще в последний раз была только в детстве.

— Тогда точно нужно сходить! — воодушевлённо сказал Калеб, откусив кусочек пиццы. Девушка же опустила глаза на свой суп.

— Мне кажется, мне там не понравится. Слишком громко.

— Тогда… — он задумался, перебирая в голове варианты для совместного вечера, — может, выпьем кофе после занятий?

— Я не пью кофе, — ответила Лилит, пожав плечами. Девушка не понимала, зачем он это всё предлагает.

— А я пытаюсь пригласить тебя на свидание, — вздохнул Калеб с усталой улыбкой.

— О… — только и смогла проговорить она. «Опять его шутки?»

— Ну так что? Можем вместе выбрать, куда пойти, чем заняться… — парню и самому стало неловко.

— Д-да, давай, — пробормотала Лилит, опустив взгляд. — Только… ты это серьёзно? Или шутишь?

— Серьёзно.

— Хорошо, — лёгкий кивок головы и между ними повисла тишина, хотя вокруг по-прежнему гремели подносы, кто-то смеялся, кто-то возмущался из-за несправедливой оценки. Но внутри этой громкой столовой между ними стало вдруг очень тихо. Лилит мысленно перебирала варианты, чем можно было бы заняться, но тут же отметала всё в сторону.

Одновременно начали:

— Может…

— А что, если?..

Засмеялись. Парень махнул рукой, предлагая Лилит сказать первой.

— Можем составить списки того, что нам нравится или чем бы хотели заняться. Потом сравним и выберем, — она неуверенно пожала плечами, перебирая ложкой содержимое кукурузного супа.

— Отличная идея! Давай так и сделаем, — он кивнул, проверяя время на телефоне. — Через 8 минут у нас занятие у миссис Клэйн. Лучше не опаздывать, если хотим вообще попасть внутрь.

Вечером Лилит отправила ему свой список:

«Музей, но только не исторический, а с картинами — люблю смотреть на таланты во всех проявлениях. Парк, но только там, где почти нет людей. Или где-нибудь у озера. Люблю готовить и всё, что связано с этим. Ну и вкусно покушать. На самом деле, любое тихое место подойдёт».

Список Калеба был немного короче:

«Кино (только не ужасы, совсем не моё), парк (можем просто посидеть, устроить пикник или покататься на аттракционах), кафе. Концерт — причём почти любой, люблю музыку».

Девушка улыбнулась. Сопоставила пункты и напечатала: «Получается, парк или кафе?»

«Получается так :) Завтра обещают хорошую погоду, пока ещё есть возможность, можем устроить пикник. А в кафе можно сходить, когда похолодает».

«Я могу что-нибудь приготовить!» — идея Лилит очень понравилась, она тут воодушевилась. Мысленно начала перебирать варианты закусок. Тут же испугалась… а вдруг не понравится? Захотелось удалить сообщение.

«А я возьму плед и напитки ;) Тогда завтра в 5? Успеешь всё, что нужно?»

«Да, договорились», — девушка подумала, что успеет всё даже раньше. Начнёт прямо сейчас, а завтра как раз выходной. Хотя страх никуда не ушёл. Наоборот, сковал руки. Помимо родителей её еду ещё никто не пробовал.

— Что же приготовить? — Лилит встала с кровати и начала кругами ходить по своей комнате. Её взгляд скользил по стенам кремового цвета, белым занавескам и коричневой, как молочный шоколад, мебели, но глаза не видели — будто всё было в тумане.

Девушка привыкла абстрагироваться от своей же комнаты, потому что в ней было некомфортно. Не те цвета, не те вещи, не та мебель. Всё было чужим. Сосредоточилась на уже проверенных, доведённых до идеала рецептах, что словно мелькали перед глазами: мини-булочки с маком и кардамоном, фруктовый салат с мятой и лаймом, несладкие маффины с сыром и вялеными томатами. Подумала, что чего-то ещё не хватает. Решила, что возьмёт ещё с собой горький шоколад.

Тут же отправилась на кухню, где как раз была мама. Лилит осмотрела ингредиенты, разложенные на белоснежной столешнице. Пюре уже было готово, рядом зелёный горошек, обжаренный лук, тёртая морковь и сыр. В сковороде томился фарш. «Деревенский пирог… Ну почему нельзя нарезать картофель дольками и убрать горошек?» Девушка поморщилась и прикинула, сколько ещё всё это будет готовиться.

— Что такое, детка? — обеспокоенно спросила мама, увидев лицо Лилит.

— Я зайду через пол часа, — кивнула она. — Или ты что-то ещё хочешь приготовить? — ещё раз пробежалась глазами по продуктам.

— Нет, только пирог. Ты же не скажешь, что и это есть не будешь?

— Я… — Лилит неожиданно потерялась в собственной голове. Глаза забегали в поисках чего-то, за что можно зацепиться. Руки сами сжали край футболки, перебирая шов. «Лучше сказать, что буду, иначе мама расстроится. Или ещё хуже, разозлится. Но какое же отвратительное сочетание…»

— Лилит? — окликнула Кэрол.

— Да. Да, буду. Конечно, — сбивчиво пробормотала девушка и спешно ушла обратно к себе в комнату.

Спустя 40 минут, чтобы наверняка быть уверенной в том, что мама закончила, Лилит тихо прошмыгнула на кухню. Был уже поздний вечер и лучи закатного солнца скрывались за горизонтом. Комнату окутывал полумрак. Руки немного тряслись от волнения и ожидания. Девушка выключила основной свет, включив лампочку вытяжки. Мягкое освещение ложилось туда, где нужно. Почти везде — но одного уголка всё же не хватало. Для этого Лилит поставила свечку без запаха.

«Вот теперь хорошо» — подумала она, вытаскивая нужные продукты. — «Сегодня сделаю булочки с маком и кардамоном, а завтра уже всё остальное».

В такие моменты всё становилось проще: не нужно искать слова, не нужно смотреть в глаза. Только тесто, специи и предсказуемость. Она аккуратно просеяла муку в большую керамическую миску. Добавила сухие дрожжи, щепотку соли, немного сахара и щепотку молотого кардамона — тот самый, который она в детстве любила нюхать, открывая мамины баночки. У него был странный, почти лекарственный запах, но тёплый и тянущийся.

Молоко пришлось греть дважды, чтобы достичь нужной температуры. Влила в миску тонкой струйкой, добавила мягкое сливочное масло, желток. Замешивала долго — сначала розовой лопаткой, которую ей подарила мама, потом руками, чуть подгребая ладонями, будто бы уговаривала тесто стать живым. Оно сначала прилипало к пальцам, сопротивлялось, но потом вдруг стало шелковистым, тёплым, податливым.

Сверху она накрыла миску полотенцем и поставила в тёплое место. Мысли тоже улеглись — наконец, без спешки и шума. Пока тесто подходило, Лилит занялась начинкой.

В небольшой кастрюле она растопила немного масла, добавила мак, сахар, каплю ванили и пару ложек сливок — так начинка получалась блестящей и густой. Но не слишком. Осталось щедро приправить свежемолотым кардамоном — чуть больше, чем по рецепту. Кардамон был её знаком того, что это — её рецепт. Не мамин, не чей-то чужой. Её.

Когда тесто подошло, она обмяла его, раскатала прямоугольник и тонким слоем нанесла начинку. Заворачивала, не торопясь — как свиток. Потом резала — один, второй, третий. Проверив срезы, Лилит выкладывала их на противень с особенной точностью. Старалась, чтобы у каждой булочки было своё пространство. Все заслуживают место.

На следующее утро девушка проснулась рано — раньше будильника. Прямо как в те дни, когда ходила в школу. Сердце болезненно сжалось, стоило только открыть глаза. «А я пытаюсь пригласить тебя на свидание». Как будто ударили под дых. «Серьёзно». Воздух вокруг сжался. «Можем устроить пикник. А в кафе можно сходить, когда похолодает». Мысль о том, что Калеб не просто приглашал на свидание, но и уже думал о следующем. Парень увидел её, услышал. Понял. Тело откликнулось приятным теплом, а щёки порозовели.

— Да что такое? Вчера даже так не волновалась! — возмущённо сказала она сама себе. Лилит встала с кровати, подошла к зеркалу, пригладила волосы и провела рукой по приятной хлопковой ткани пижамы. — Нужно сделать чай, — голос дрожал, но она продолжила: — а потом закончить с закусками. Может, сделать ещё лимонад с огурцом и розмарином? — задумалась, но тут же покачала головой. — Ну да. И сразу подписать бутылку: «Привет, я немного странная, но стараюсь понравиться», — она вздохнула. — Нет, сначала чай.