Приключения, вот только...

Пролог — крохотный, как ладошка Аннабель

Я никогда не думал, что в моей жизни появятся такие проблемы. Вообще, жил хорошей, счастливой жизнью, где единственными моими тревогами были надуманные мной самим осуждение окружающих и ожидания родителей. Оглядываясь назад, понимаю, что ничего-то они от меня и не требовали на самом деле... Но я не мог спокойно принять их любовь.

Вечно думал, что недостаточно: недостаточно стараюсь, ведь до их успехов мне далеко. Недостаточно получается, ведь моих навыков и умений не хватит даже чтобы просто унаследовать титул. Когда же матушка забеременела, дрожал от страха, что у меня появится талантливый, в отличие от меня самого, брат, и молил, чтобы это была девчонка. Но вскоре я понял, как ошибался… Одного взгляда на это крохотное беспомощное чудо, которое, боишься, сломается от неосторожного дуновения ветра, было понятно:

Бесконечной гонке конец. Почему-то я, странно, сразу выдохнул. Не то, чтобы она не могла превзойти меня, скорее как будто это стало не так уж и важно? Она всегда будет младше. И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь ей вырасти большой и сильной. Лучше меня. Умелее. Научу её всему, что знаю, а когда она превзойдёт меня, буду гордиться ею. Чтобы эта улыбка всегда помнила и понимала, что она оправдала все ожидания. Что в неё верят. Что она сможет.

Но наш сытый и безмятежный мир, наставший по окончанию моей одинокой гонки за гордость, рухнул. Родителей не стало. На похоронах наши родственники мерзко облизывая пересохшие от волнения губы, искоса смотрели друг на друга, и сцеплявшиеся по каким-то глупым поводам, в конце концов начали ругаться за право стать нашими опекунами. Дядя со странным выражением лица наблюдал за потасовкой, а потом подошёл ко мне, и заговорил. Не помню, что я ответил, но выбора у меня не было. Не было и знаний, чтобы понять, что я вообще могу сделать.

Я не был готов. А эти шакалы, все — были.

Глава 1 — некуда бежать

Последующие несколько дней прошли в суматохе. Слуги покидали особняк, сменяясь новыми. Немногие оставались. Рыцари, всегда державшие караул у наших дверей, сменялись другими, новыми, и те не стыдились своих презрительных, иногда и насмешливых взглядов.

После одного из приёмов пищи меня затошнило. Может ли быть, что дело в переживаниях? Кто знает, но сомневаюсь, что серебряную посуду убрали только потому, что слуги решили нажиться в отсутствии полноправных хозяев.

Я велел няне перенести ясли Аннабель ко мне в покои, чтобы хоть как-то облегчить труды ухода за маленькой сестрой, и надеясь, что хотя бы Рита не будет уволена. Не знаю, как ей это удалось, но она осталась. Однажды пришла к нам с покрасневшими от слёз глазами, хмурой… но я не могу её ни за что винить. Даже так, глядя на младшую она улыбнулась. И я. Я тоже улыбнулся. Так мы стояли, смотрели на спящего ребёнка и молчали какое-то время.

***

Мои занятия по подготовке к становлению наследником, к слову, тоже отменили. Под предлогом того, что после потери родителей мне нужно время прийти в себя. Гладко стелят. Раньше я так ленился и не любил эти занятия, а теперь, когда меня их лишили, пришло осознание… осознание их ценности. Что делать? Я…

***

В одну из ночей ко мне в комнату явилась тень. Немного постояла за балконной дверью, открыла и скользнула внутрь. Замерев, я подумал… совсем обнаглели. Неужели не очевидно, насколько подозрительной будет моя такая смерть. Даже травить меня медленно сводя в могилу будет менее очевидно. Тень постояла какое-то время, а я… я начал молиться. Чтобы пришли только за мной, приготовился отправиться к родителям... Но в открытую дверь сквозь лунный свет вошел кто-то ещё. Мгновение, и он с глухим стуком упал, а кинжал, коротко сверкнув выпал из его руки.

Раздался облегченный выдох:

— Уф, ёмаё. Как чувствовала. — И коротко усмехнувшись в конце, первая тень показала себя, неспеша умелыми действиями зажигая магическую свечу:

— Здравствуйте, молодой господин. — Её опухшие глаза в полумраке казались зловещими, но голос не оставлял и тени сомнений — девушка в одежде служанки нашего поместья горько выдавливала из себя каждое слово:

— Простите. Я рада, что вы не спите... Нет, что это я. Я не за этим пришла. — Она откашлялась. — Молодой господин, мне… — она тяжело ворочала слова во рту, словно не решаясь подобрать нужные слова, и продолжала: — несмотря на все мои навыки... в итоге они оказались бесполезны перед лицом неосведомленности. Мне так... жаль... — Она поджала губы и нахмурилась.

Я смотрел на неё встав и подойдя к колыбели Аннабель, размышляя, есть ли смысл звать стражу, если было очевидно — им плевать на нашу безопасность. Ещё днем они делали вид строгих неприступных защитников, а позже... звенели пересчитываемыми монетами в коридоре, заливаясь смехом, как будто я не мог их услышать.

Тяжело и печально вздохнув, я понял, что выбора у меня особо и не было, и обратился к служанке, ранее вырубившей преступника, а сейчас смотрящей в пол, не смея поднять головы.

— Имя?

— Нелли, молодой господин. — Хрипло ответила она.

— Ты ни в чём не виновата. Спасибо, что вырубила его. Сегодня мы обязаны тебе жизнью... не знаю правда, успею ли когда-нибудь отплатить. — Я горько улыбнувшись посмотрел в её возмущенные глаза, когда она резко вскинула голову и выпрямилась.

Сделав шаг вперёд, та отчаянно и сквозь шепот отрезала:

— Да что вы!.. Нет, не так... Молодой господин, я пришла вам помочь. Не могу знать, кто ещё здесь — в поместье — на вашей стороне, но лично я сделаю всё, что в моих силах, чтобы не дать вам погибнуть. У меня, у нас — даже есть план. — Немного погодя, она уже более спокойно добавила: — Я никогда не забуду милость, оказанную мне и моим близким вашими родителями. Прошу, позвольте нам помочь вам! — Она снова склонила голову.