Приказ короля 2: Книга Солнца

Глава 1

Я пробирался сквозь бурелом. Тот самый, через который мы прорубали путь с Фарисом в поисках Катрины. Деревья расступались, пропуская меня, ветви двигались, их кроны дышали, и мне казалось, я слышу их шёпот сквозь шелест листвы.

Деревья редели. Впереди брезжил свет. Он становился всё ярче.

Я вышел на поляну.

Она ждала меня там. Лира.

В белом платье, с распущенными волосами, босиком на траве. Глаза её не светились — ни золотом, ни холодным синим. Просто смотрели на меня с той печалью, которую я не мог вынести.

— Ты пришёл, — сказала она.

— Я не мог иначе, — ответил я.

Она шагнула ко мне, и я заметил, как под её ногами трескается земля. Из трещин тянулся свет — золотистый, живой. Он рвался наружу, обжигая траву, оставляя чёрные пятна на белом платье девушки.

— Я не могу больше держаться, — прошептала она. — Помоги мне, Аксель. Защити меня.

— Мы поможем, — уверенно сказал я, сделав шаг к ней. — Как тогда.

Она покачала головой.

— Только ты. Ты должен мне помочь. Один.

— Что ты имеешь в виду? — тревожно спросил я.

Она протянула ко мне руку, и я увидел, как из её пальцев сочится свет — искрами, лучами, с каждой секундой всё сильнее. Я шагнул, чтобы схватить её, но земля подо мной разверзлась. Я проваливался в темноту, хватаясь за край пропасти, а она стояла на краю и смотрела.

— Я не хочу уходить, — сказала она.

Прежде чем я рухнул вниз.

---

Я проснулся в холодном поту.

Комната была залита лунным светом. Рядом никого. Только моё дыхание — тяжёлое, сбивчивое — и где-то за окном пел сверчок да раздавалось уханье совы.

Я сел на кровати, обхватил голову руками.

В груди пульсировал страх. Тот самый, который живёт в каждом, кто уже однажды потерял то, что дороже жизни.

Я посмотрел в окно. Дом Элмара темнел вдалеке, и в одном из окон горел слабый свет.

На рассвете я пойду к ним.

А пока — просто сидел и слушал тишину. Которая оказалась громче любых слов.

Глава 2

Утро встретило меня серым небом и тишиной, которая только начинала заполняться звуками просыпающейся деревни. Где-то за заборами скрипнула калитка, залаяла собака, из трубы соседнего дома потянуло дымком.

Я прошёл мимо колодца, мимо сарая, где Крил уже возился с упряжью и собирался в дорогу. Он кивнул мне, но я не остановился. Сон всё ещё сидел во мне — липкий, тяжёлый. Я убеждал себя, что это просто ночной кошмар: слишком много пережитого, слишком много страха. Такое бывает. Должно быть.

Но ноги сами несли меня к дому Элмара.

Я постучал. Дверь открылась почти сразу — будто меня ждали. Элмар стоял на пороге, бледный, взволнованный, с красными глазами — словно не спал всю ночь.

— Что случилось? — спросил я, хотя уже знал ответ.

Он молча отступил, пропуская меня внутрь.

— Лира заболела, — сказал он глухо. — Книга… она начала отторгаться. Если мы не найдём нового Хранителя в ближайшее время…

Он не договорил.

Я прошёл в комнату. Лира лежала на постели — бледная, почти прозрачная. Глаза закрыты, губы сжаты. На лбу — капельки пота. Дышала тяжело, словно каждое дыхание давалось ей с трудом. Совсем как тогда… В начале пути. Когда я впервые нарушил приказ короля.

— Почему Книга отторгается? — глухо спросил я.

— Лира была заражена тьмой, — тихо ответил Элмар. — Я боялся этого, но предполагал, что так будет, когда она впитала тёмную магию Мрака. Книга Солнца — это энергия абсолютного света, и тьма нарушила её. Я надеялся, что после исчезновения магии в Лире Книга останется в ней, несмотря на то, что произошло… Но я ошибся.

Я смотрел на лежащую в беспамятстве девушку и чувствовал, как сердце сжимается всё сильнее.

— Почему бы просто не вынуть её? — спросил я, не оборачиваясь. — Не изъять Книгу?

Элмар покачал головой.

— Маги не пойдут на это. Они будут искать Хранителя до последнего. Даже когда Лире станет совсем плохо. Книга для них важнее её жизни.

Я сжал кулаки.

— Это безумие.

— Это их долг, — устало ответил Элмар. — И их проклятие.

Он сел на стул у кровати, взял дочь за руку.

— Сегодня в деревне проведут первый ритуал выбора. А через два дня приедут маги с дальних земель. Будут проводить снова и снова. — Его голос дрогнул. — Но Хранители не так часто рождаются, Аксель. Если он найдётся… это будет чудо.

— А если нет? — спросил я.

Элмар не ответил.

Я посмотрел на Лиру. На её бледное лицо. На руки, которые ещё недавно светились. На ресницы, которые дрожали, словно ей снился тот же сон, что и мне.

— Мы найдём, — сказал я.

— Надеюсь, — ответил Элмар.

За окном кричал петух. Деревня просыпалась. А мы сидели в комнате, где время остановилось. И ждали чуда.

Или конца.

Глава 3

Я нашёл Крила там же, около сарая. Он уже вывел лошадь из конюшни и закреплял седло, приторачивал к нему дорожную сумку.

— Что-то случилось? — спросил он, бросив на меня настороженный взгляд, но не останавливаясь.

— Книга отторгается, — сказал я мрачно. — Лира не может больше носить её в себе. Они ищут нового Хранителя.

Крил тяжело вздохнул, сжал челюсти. Пальцы его замерли на подпруге.

— Но они найдут?

— Не знаю, Крил. Элмар сказал, Хранителя сложно найти. Почти невозможно. А Книга убивает Лиру. Ест её изнутри. И Книга для магов важнее её жизни.

Он выпрямился, повернулся ко мне. В его глазах горело то, что я видел только в бою — ярость.

— Да уж, эти чертовы фанатики, бесовы дети! — выругался он. — Чем, спрашивается, они лучше Мрака?

Он дёрнул сумку, поправляя её на седле.

— Поэтому я и ухожу, Аксель. — Голос его стал тише, но твёрже. — Я не смогу жить среди них. Никогда не смогу.

Я посмотрел на него. На его руки, сжимающие ремни. На лошадь, которая уже чувствовала настрой хозяина и нервно перебирала ногами.

— И я зову тебя с собой, Аксель, — продолжил он.

— Я не могу сейчас уехать, ты же знаешь, — вздохнул я, ощущая, как ноют виски.

Крил уговаривал меня всю неделю отправиться с ним. Охрану границы ослабили, и он убеждал меня, что сейчас самое время начать новую жизнь и перебраться в соседнее королевство.

— Ты собираешься остаться здесь навсегда? — резко спросил он.

— Я уеду, когда всё наладится. Когда Мрак потеряет силу. Когда здесь станет тихо и никому не будет угрожать опасность.

— Это время не наступит, Аксель, — горько вздохнул он. — Будто ты не знаешь. Этого спокойствия можно ждать вечно.

— Я не уеду, Крил, — отрезал я, переведя взгляд на дом Элмара в глубине улицы. — Не сейчас.

— Ты думаешь, что сможешь сделать что-то? Помочь ей? — спросил Крил, проследив за моим взглядом.

— Я должен попытаться…

— Ты всегда живёшь с этой мыслью. О том, что должен, — пробормотал он. — Но что ты можешь сделать?

— Не знаю. Может, снова пойду к друидам. К Мирре. Или даже к Мраку. Но я не дам Лире умереть.

Крил снова тяжело вздохнул и крепко сжал поводья.

— Но ты не осудишь меня, если я уйду?

Я хотел сказать, что он нужен. Что без него мы не справимся. Но я сдержался. Потому что он был прав: он заслужил покой.

— Нет, Крил, я понимаю, — сказал я вместо этого. — Ты заслужил это. Спокойную жизнь. Никто тебя не осудит.

Крил усмехнулся — криво, невесело.

— Заслужил, — ответил он. — Но не сейчас.

Он принялся отвязывать сумку от седла.

— Уверен? — спросил я.

— Кого я обманываю? — буркнул он. — Всё равно мне не будет спокойно там, зная, что моя помощь нужна здесь.

Он отбросил сумку в сторону и, взяв лошадь под уздцы, повёл её обратно в конюшню.

— Надеюсь, ты не пожалеешь, — сказал я.

— Не пожалею, — ответил он, не оборачиваясь.

Я кивнул. Что тут скажешь?

Крил скрылся в темноте конюшни. А я остался стоять на улице, глядя на дом Элмара, и думал о том, что спокойная жизнь — это не про нас.

Никогда не было. И, наверное, уже не будет.

Глава 4

Здание совета стояло в центре деревни, окружённое старыми липами. Я остановился у крыльца, в тени, чтобы не мешать, но при этом видеть выходящих.

Маги выходили. Один за другим. Неспешно. И все — с безрадостными лицами.

— Не выбрали? — спросил я первого, кто попался на глаза. Молодого мага в синем плаще, с посохом, который он волочил по земле. Он даже не взглянул на меня. Прошёл мимо, будто не слышал.

Вторая — женщина с сединой в волосах — покачала головой, даже не останавливаясь.

— Никто не подходит, — бросила она через плечо.

Третий — старик в потрёпанной мантии — только рукой махнул. Мол, отстань.

Я отошёл к стволу липы, прислонился спиной к коре. Внутри, за толстыми стенами, в ритуальном зале сейчас лежала Лира. И верховные маги выбирали. Точнее, выбирала Книга… Среди всех, кто жил в деревне. Всех, кто владел магией. Нас с Крилом не пустили — отбор был только для магов. Мы чужие.

Крил остался у конюшни. Сказал, что не будет смотреть на это безобразие.

А я стоял и ждал, считал секунды.

Наконец двери открылись. Люди повалили толпой. Кто-то шептался, кто-то молчал.

Потом вышел верховный маг — магистр Эмер, глава совета. Высокий, седой, в белой мантии, с посохом, увенчанным голубым кристаллом. За ним — Элмар.

Он был мрачнее тучи.

Я ринулся к ним.

— Ну? — спросил я, глядя то на мага, то на Элмара.

— Никто не подошёл, — ответил верховный. Голос его звучал устало, как у человека, который повторяет это уже не первый раз. — Книга не выбрала никого.

Я перевёл взгляд на Элмара. Он не смотрел на меня. Он смотрел в землю, себе под ноги, и я видел, как дрожат его руки.

— Надо искать усерднее, — сказал я. — Связаться с друидами. Попросить их посодействовать. Может, Мирра знает что-то.

— Друиды ушли, — тихо сказал Эмер.

— Как ушли? Куда?

— Их святилище обнаружил Мрак. — Маг поднял на меня глаза. — Он считал память Лиры. Нашёл их. Друиды передислоцировались. Мы не знаем, где они сейчас.

У меня пересохло во рту.

— А Мирра?

— Мы не знаем, — повторил он.

Элмар молчал.

Я сжал кулаки.

— Но вы ищете их?

— Друидов? — спросил Эмер. — Если они сами не открыли нам своего местонахождения, то, боюсь, нам их не найти…

— Но можно же хоть попытаться! — не выдержал я.

Он не ответил.

Элмар с болью смотрел на меня и тоже молчал.

Я развернулся и пошёл прочь от здания совета.

— Аксель, — окликнул меня Элмар.

Я остановился, но не обернулся.

— Что?

— Нужно дождаться магов с дальних земель. — Голос его дрожал. — Придут через два дня.

— А что я должен? Сидеть сложа руки? — спросил я.

— Не знаю, — ответил он. — Но не действуй сгоряча. У Лиры ещё есть время.

Я кивнул, но знал, что не могу стоять на месте. Не тогда, когда Лира умирает, а маги только разводят руками.

Я найду того, кто сможет её спасти.

---

Глава 5

Я вернулся в дом и увидел Крила, сидящего за столом с огромной кружкой пива. Это вошло у него в дурную привычку. Меня тревожило, что он всё чаще дурманил хмелем свою голову, но я не мог его осуждать. Слишком многое ему довелось пережить.

— Ну что сказали твои маги? — спросил он, сделав глоток. — Не нашёлся?

Я сел за стол напротив и устало вздохнул.

— Книга никого не выбрала. Они ждут магов из других королевств.

— Так долго можно искать, — помрачнел Крил.

— Друиды могли бы помочь, но теперь никто не знает, где они.

— Смылись под шумок? — съязвил он.

— Говорят, Мрак добрался до святилища. Они ушли.

— И что делать будем? Есть план? — спросил он.

Я не успел ответить.

Дверь резко распахнулась, и в дом влетел Фарис. Что-то сжимая в руках. Что-то живое и шевелящееся.

С секунду мы удивлённо смотрели на него. Затем Крил засмеялся — отрывисто и слегка нервно — чуть при этом не опрокинув кружку. Я тоже с трудом сдержал смех.

Фарис был весь взъерошенный, в грязной помятой одежде, с перепачканным сажей лицом. Его зелёные глаза смотрели на нас с немым укором. В руках он сжимал огромную серую крысу, которая яростно мотала хвостом, пытаясь вырваться.

— Фарис, нам не надо, — справившись со смехом, язвительно сказал Крил. — Ты бы лучше Катрине носил своих мышей.

Фарис бросил на него недобрый взгляд.

— Зачем ты принёс крысу? — недоумённо спросил я.

— Это не крыса, Аксель, — серьёзно ответил парень. — Это Мирра.

— Ну и имечко ты выбрал, — снова заржал Крил. — А зачем давать имя добыче? Кошачья традиция?

Фарис глубоко вздохнул. Сел за стол и положил на него крысу, которая принялась бегать по столешнице и обнюхивать столовые приборы и чашки.

— Это Мирра, — повторил он. — Лесная колдунья-друид. Та самая, из святилища, с которой мы штурмовали замок Лиры.

Я внимательно посмотрел на крысу. Она, заметив мой взгляд, насторожилась, замерла и уставилась на меня чёрными глазками-бусинками.

— Ты шутишь? — спросил я с надеждой.

— Да он спятил, Аксель! — ехидство из голоса Крила постепенно исчезало, сменяясь беспокойством. — Видимо, эти его постоянные превращения совсем свели парня с ума.

Фарис снова тяжело вздохнул и принялся рассказывать:

— Я был в деревне, сидел с Катриной в саду. И вдруг увидел дым над деревьями. Лес загорелся. Я бросился вместе с жителями тушить пожар, пока он не добрался до деревни. Добежав с вёдрами до горящей поляны, я увидел не обычный чёрный дым — не поднимающийся вверх, а стелющийся по земле, густой и тягучий. Я понял, что это колдовство. Дело рук Мрака.

Он перевёл дыхание.

— И там я увидел её, — он кивнул на крысу. — Она растерянно бегала между деревьями, спасаясь от дыма. Я понял, что это не крыса. От неё пахнет как от Мирры. И всё моё сознание, и даже глаза говорят мне, что это лесная колдунья.

— Ты уверен в этом? — осторожно спросил я.

— Ты же знаешь, Аксель, — ответил Фарис. — Я могу различить. Увидеть это. Не всё могу объяснить словами, но я точно знаю, что это Мирра.

Мы молчали. Крыса перестала бегать, уселась посреди стола и принялась умываться — как обычный зверёк. Но в её глазах, в том, как она косилась на нас, чувствовалось что-то человеческое.

— Что будем делать? — спросил Крил после долгой паузы.

— Для начала, — сказал я, — попробуем с ней поговорить.

Крыса посмотрела на меня и склонила голову набок — как будто понимала.

— Мирра, — сказал я, наклоняясь к ней. — Если ты действительно Мирра, сделай что-нибудь. Что-то, что докажет, что это ты.

Крыса замерла. Потом посмотрела на кружку с пивом и вдруг мотнула хвостом — едва уловимо. Кружка слетела со стола, словно её сдуло резким порывом ветра, и с глухим стуком упала на пол. Пиво разлилось мутно-жёлтой лужей.

Я переглянулся с Фарисом.

— Ну спасибо! — проворчал Крил, поднимая кружку.

— Мирра, — выдохнул я. — Как же тебя угораздило?

Хотя это вполне в духе Мрака, — подумал я. Его жестокая месть персонально для Мирры. За все её насмешки и угрозы. И за то, что она нарушила условия сделки.

— Ну вот, — пробормотал Крил. — У нас теперь есть ручная крыса-колдунья. Чего нам бояться Мрака?

— Не смешно, Крил, — вздохнул я.

— А ты не можешь поговорить с ней? — спросил Крил Фариса. — Ты же должен понимать язык животных?

Фарис посмотрел на него как на идиота и ничего не ответил.

— Идём, — сказал я. — Будем искать способ вернуть ей человеческий облик.

Крыса спрыгнула со стола и побежала к выходу. Остановилась на пороге, оглянулась — мол, идёте или нет?

Фарис пошёл за ней. Крил тоже поднялся.

Я вышел последним. Дверь за мной закрылась с глухим стуком.

Глава 6

— Очень интересно, — бормотал магистр Эмер, разглядывая крысу, сидящую на алтаре. Она пристально смотрела на него, как мне показалось, с вызовом.

— Мрак наложил заклятие превращения, — продолжал он. — Но память она стёрла себе сама. Я вижу пробелы на месте некоторых воспоминаний. Словно белые пятна.

— Разве такое возможно? — спросил стоявший рядом Элмар.

— Я никогда ранее не встречал такого, но теперь мы видим, что возможно. Мирра и правда очень сильна…

— Но Мрак оказался сильнее, — мрачно сказал я, глядя на крысу.

— Он просто хитрее, — задумчиво произнёс Фарис. — Заманил её в ловушку. Поджёг её лес.

— А вы сможете вернуть ей человеческий облик? — спросил я.

Элмар вздохнул и покачал головой.

— Я мог когда-то, но моей силы больше нет.

— Элмар — единственный из нас, кто был способен на подобные заклинания, — сказал верховный. — И друиды.

— Друиды, которые скрылись неизвестно где, — вставил Крил.

— Может, Мирра выведет нас к ним? — спросил я.

— Скорее всего, именно об этом она и стёрла воспоминания, — вздохнул Элмар. — Чтобы Мрак не добрался туда.

Крыса бросила на него пристальный взгляд и снова мотнула хвостом. Волна магии колыхнула воздух — я почувствовал её кожей, как лёгкий ветер перед грозой.

— Ты не знаешь, где друиды? — обратился я к крысе.

Она замерла, посмотрела на меня, затем пискнула и слегка отрицательно мотнула головой.

— Ну, — подал голос Крил, — если так, значит, дело дрянь. Её не вернуть.

— Значит, придётся искать их самим, — ответил я. — Мы не можем оставить её в таком состоянии.

Мы переглянулись. Верховный маг погладил бороду, размышляя. Фарис подошёл к алтарю и протянул руку. Крыса вскарабкалась ему на плечо и уселась там, как на троне.

— Как же искать, если мы даже не знаем направления? — справедливо заметил Крил.

— Направление я подскажу, — уверенно сказал Фарис. — Пока след свеж и его не смыло дождём, я сумею.

— Тогда чего же мы ждём? — бодро сказал Крил, одобрительно взглянув на Фариса.

— Идём, будем готовиться к дороге, — сказал я. — Выступаем на рассвете.

Крыса на плече Фариса вновь одобрительно пискнула.

Я посмотрел на неё — серую, взъерошенную, с маленькими блестящими глазками и длинным хвостом. Когда-то она командовала друидами и шепталась с деревьями. А теперь заперта в этом теле. И ей остаётся только надеяться на нашу удачу.

Мы вышли на крыльцо. Солнце уже клонилось к закату. Деревня готовилась ко сну. А мы готовились к новой дороге.

Глава 7

Костёр горел ровно, отбрасывая пляшущие тени на стволы деревьев. Мы сидели на поляне — я, Крил, Фарис и трое магов с посохами, которых верховные отправили с нами в подмогу. Они держались чуть поодаль, не вмешивались в разговоры, но я чувствовал их взгляды.

Крыса Мирра сидела на пне, обхватив лапками какие-то семена и травинки, и деловито их жевала, подёргивая хвостом. Как самая обычная крыса.

— Это плохо, — тихо сказал Фарис, глядя на неё.

— Что именно? — спросил я.

— Её повадки. Крысиные. Они могут со временем вытеснить человеческие.

Крил, сидевший напротив, перестал греть руки над огнём и нахмурился.

— Ты о чём? — спросил он.

Фарис помолчал, подбирая слова.

— Когда меня вновь превратили в кота… я периодически забывал о времени, когда был человеком. Не насовсем, нет. Но иногда мне отчаянно хотелось мяукать. Или точить когти. Или охотиться на мышей. — Он усмехнулся — грустно, уголком рта. — Звучит глупо, но это было страшно. Будто часть меня растворялась в зверином.

У меня похолодело внутри.

— Ты хочешь сказать, что Мирра может забыть, кем была?

— Если мы не успеем, — ответил Фарис. — Да.

Я перевёл взгляд на крысу. Она жевала, не обращая на нас внимания. Маленькая, серая. Но в глазах — тот самый блеск, который я запомнил по святилищу. Пока он ещё был.

— Нам нужно торопиться, — сказал я.

— Мы и так идём быстро, — заметил Крил.

— Быстрее, — ответил я. — Она не должна потерять себя.

Маги переглянулись, но промолчали. Видимо, не хотели спорить.

Фарис поднялся, подошёл к пню, протянул руку. Крыса Мирра посмотрела на него, склонила голову набок — и вдруг вскарабкалась ему на плечо, уселась там, как на привычном месте.

— Она помнит, — сказал Фарис. — Пока помнит.

Я посмотрел на крысу. Она смотрела в огонь, и в её маленьких глазках отражалось пламя.

«Держись, — мысленно сказал я. — Мы успеем».

Костёр трещал. Лес шумел. А в голове у меня стучало одно: время уходит. Не только для Лиры. Для Мирры — тоже.

Глава 8

Мы направлялись к святилищу другой дорогой — той, что подсказали маги. На ней было меньше опасностей столкнуться с тенями Мрака, хотя она оказалась сложнее той, по которой мы шли раньше с Элмаром и Лирой из святилища в деревню.

Местами мы пробирались через непроглядный бурелом — ветки хлестали по лицу, цеплялись за одежду. Местами — через зыбкие топи, где нога уходила в жижу по щиколотку, а то и по колено, и каждый следующий шаг мог стать последним. Перебирались через овраги, скользили по глинистым склонам, цепляясь за корни и кустарник.

Последним препятствием стал глубокий ручей.

Вода в нём была тёмной, быстрой, с белыми барашками пены на перекатах. Маги выстрелами посохов свалили два дерева — они упали ровно, словно кто-то подсказал им нужное направление, и легли с берега на берег, став своеобразным мостом. Стволы были узкими — едва шире сапога — и скользкими, с ободранной корой. Они лежали прочно, на расстоянии полушага друг от друга, но смотреть на них без содрогания было невозможно.

Я заметил, как напрягся Фарис. Он стоял на берегу, разглядывая ручей, и лицо его побелело. Даже губы сжались в тонкую нить.

— Сможешь перейти? — прямо спросил я.

— Смогу… — тихо ответил он, сглотнув. — Наверное.

— Что, струсил? — засмеялся Крил, глядя на побледневшего парня. — Тоже мне, дитя природы!

— Крил, заткнись! — вступился я и положил руку на плечо Фарису. — Давай я понесу Мирру, а ты иди следом за мной. Держись за меня.

— Я справлюсь, — сказал он уже твёрже, вновь бросив взгляд на поверхность воды.

Как назло, внезапно пошёл мелкий дождь. Он оседал на стволах деревьев, делая переправу ещё более ненадёжной. Но выбора не было.

Крыса Мирра перебралась на моё плечо, цепко вцепившись в рубаху. Коготки её были маленькими, но держались они цепко.

Крил вызвался идти первым и проверить брёвна. Вид у него был решительный, почти бесстрашный. Он ступил на бревно — легко, без колебаний, — прошёл несколько шагов, балансируя, и обернулся:

— Держатся. Проходите, но осторожно.

— Не смотри вниз, — сказал я Фарису.

Он кивнул.

Я шагнул на бревно. Под ногой качнулось, поехало, но я удержал равновесие. Мирра на плече пискнула, но не пошевелилась.

— Иди, — сказал я.

Фарис ступил на второе бревно — то, что слева. Я слышал, как тяжело он дышит, как скрипят его зубы. Руки он протянул вперёд, едва касаясь моего плеча.

— Не торопись, — сказал я. — По шагу.

Мы шли медленно. Очень медленно. Дождь сек лицо, волосы слиплись, вода стекала за ворот. Бревно под ногами ходило ходуном, но Крил был прав — держалось.

За нами шли маги. Они двигались так же осторожно, но у них были посохи, на которые можно опереться. У нас — только руки и страх.

Тот берег приближался медленно. Каждый шаг давался тяжело, но шаг за шагом мы продвигались.

— Ещё немного, — сказал Крил с берега. — Осталось пять шагов.

Я сделал ещё один. Бревно качнулось — и вдруг Фарис поскользнулся.

— Аксель! — крикнул он.

Я не видел — я только почувствовал, как его рука вцепилась мне в плечо, чуть не сбив с ног. Я устоял. Покачнулся, замер, расставив руки в стороны.

— Держись за меня! — крикнул я. — Не отпускай!

Он держался. Изо всех сил. Я чувствовал, как дрожит его рука.

— Идём, — сказал я. — Вместе.

Мы сделали ещё шаг. Потом ещё.

Крил подал руку с берега. Я схватил её, перекинул ногу на твёрдую землю, потянул Фариса за собой. Он споткнулся и упал на колени, тяжело дыша, глядя на ручей, который мы только что перешли.

— Всё, — сказал я. — Ты справился.

Фарис кивнул, пытаясь выровнять дыхание.

Крыса Мирра спрыгнула с моего плеча, вскарабкалась на пенёк и принялась отряхиваться, как самая обычная зверушка.

Маги перебрались последними. Крил хлопнул Фариса по плечу.

— Живой? — спросил он с лёгкой усмешкой.

— Живой, — ответил Фарис.

— Тогда идём.

И только я знал, насколько тяжело было Фарису преодолеть это препятствие. Пожалуй, намного страшнее, чем столкнуться с тенями Мрака. И помнил — по какой причине. И какой подвиг он сейчас совершил в борьбе с этим страхом.

Дождь не прекращался. Лес становился гуще. Мы приближались к святилищу.

Глава 9

Мы вышли к святилищу, когда уже начало смеркаться. И увидели тот самый белый храм, который я помнил. Но сейчас он выглядел иначе: на стенах трещины, статуи у входа разбиты. Дверь была открыта настежь. Внутри не было ни души.

Мы зашли внутрь, прошлись по комнатам и обнаружили, что они все перевёрнуты в буквальном смысле. Шкафы и сундуки выпотрошены, вещи раскиданы по полу. Мрак явно что-то искал. Очень усердно.

В глубине коридора я заметил откинутый край ковра. Приподняв его, я увидел деревянную дверь в полу. Она была не заперта и легко поддалась. За ней оказалась лестница, уходящая вниз.

Мы спустились и оказались в подземной библиотеке. Множество фолиантов валялись горами на полу в пыли, словно мусор. Страницы были наполовину выдраны и разбросаны повсюду.

— Что ему было нужно? — пробормотал я, разглядывая книги.

— Верховные маги говорили, что он ищет информацию о Книге Солнца, — сказал один из магов, широкоплечий мужчина с бородой по имени Лиран.

— Информацию о Книге? Но он знает, где она, — пробурчал Крил.

— Это знание не так важно без понимания того, как её прочесть, — тихо сказал Лиран. — Древний манускрипт — он нужен Мраку.

— И его хранили друиды? Здесь? — воскликнул я. — Это многое объясняет.

— Вопрос только, нашёл ли он то, что хотел, — мрачно сказал Крил.

Крыса Мирра нетерпеливо топталась наверху и попискивала, явно давая понять, что мы теряем время.

— Ладно, идём дальше. Фарис, попробуй взять след в лесу, - сказал я.

Он кивнул. Мы вышли из храма и стали ждать. Фарис обошёл храм вокруг, затем соседние кусты. Задумался. Снова обошёл по кругу. Снова замер.

— Что-то не так? — ворчливо спросил Крил, уставший ждать.

— Нет следов, — мрачно ответил Фарис. — Они словно исчезли.

— Либо они уничтожили свои следы заклинанием, — сказал Лиран, оглядывая лесные тропы, уходящие в чащу.

— И как мы теперь их отыщем, этих чертовых друидов? — вздохнул Крил.

— Похоже, никак. Это невозможно, — заключил Лиран.

Все мрачно посмотрели на него.

Внезапно я заметил, что Фарис насторожился и с ужасом вгляделся в чащу леса слева от храма.

— Здесь Мрак! — воскликнул он, попятившись.

— Ты догадлив, кот! — раздался знакомый голос.

Из темноты деревьев вышел колдун и обвёл нас насмешливым взглядом. Он был облачён в плащ из тёмно-вишнёвого бархата, который в тени леса напоминал засохшую кровь. В руках он держал магический посох, увенчанный тёмным кристаллом, который едва уловимо светился. За его спиной стояли несколько теней. Маги подняли посохи, мы с Крилом схватили мечи.

Я сжал рукоять. Сердце бешено колотилось. Но отступать было некуда.

— Что тебе нужно? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Мрак усмехнулся. Сделал шаг вперёд. Тени за его спиной колыхнулись, но не двинулись с места.

— Ты знаешь, что мне нужно, — сказал он. — И я не намерен отступать.

Я крепче перехватил меч и бросил взгляд на тени, не зная, чего ожидать.

Он вдруг перевёл взгляд на крысу у моих ног, и на его губах заиграла довольная усмешка.

— Привет, Мирра. Как тебе живётся в новой… форме? По-моему, тебе так больше идёт.

Крыса зашипела. Замотала хвостом, колыхая траву волнами магии.

— Не тронь её, — сказал Фарис.

— А её кто трогает? — Мрак развёл руками. — Я просто смотрю. Наслаждаюсь.

— Ты не получишь Книгу, — сказал я.

— Получу. Не сегодня — так завтра. Не завтра — так через год. Я никуда не спешу.

Он сделал ещё шаг. Маги подняли посохи выше.

— А вот вы, кажется, спешите. Лира умирает, да? Жаль. Хорошая девочка. Но ничего не поделаешь — Книга требует жертв, по мнению ваших светлых магов, так ведь?

Я сжал зубы.

— Заткнись, — бросил Крил.

Мрак посмотрел на него — долго, спокойно. Усмехнулся.

— Убирайся, — сказал я. — Пока мы тебя не…

— Не что? Не убили? — он рассмеялся. — Вы не справитесь со мной. Даже с этими магами. Но вы мне не интересны. Никто из вас не приведёт меня к друидам. Займитесь лучше поиском нового Хранителя, пока Книга не сгорела вместе с девчонкой.

Он развернулся и пошёл прочь. Тени сомкнулись за ним, скрывая в темноте.

Лес замолчал. Только дождь всё ещё капал с листьев.

Крил выругался и убрал меч. Маги опустили посохи. Фарис стоял бледный и сжимал кулаки.

— Он прав, — сказал Лиран. — Мы не справимся с ним. Не здесь. Не сейчас.

— Значит, будем готовиться, — ответил я.

Крыса Мирра пискнула и полезла на Фариса, устроившись у него на плече.

Нужно было возвращаться в деревню. Похоже, другого пути у нас не было.

Как только мы ступили на тропинку, ведущую в лес, Мирра внезапно слезла с плеча Фариса и подскочила ко мне. Подпрыгнула и цапнула за палец.

Я от неожиданности вскрикнул и отпрянул.

— Проклятье! Ты совсем спятила? — закричал я.

Крыса вновь подскочила ко мне, вцепилась в край штанины и стала тянуть вправо, в кусты. Затем отпустила и, отбежав в том направлении, замерла. Оглянулась, поманив меня носом.

Я потёр укушенный палец и пожал плечами.

— Похоже, она хочет, чтобы мы шли за ней, — сказал я задумчиво.

Крыса одобрительно пискнула и вновь дёрнула носом в сторону кустов.

— Что ж, похоже, придётся последовать за ней, — вздохнул Крил, качая головой. — Надеюсь, она знает, что делает.

— Может, она что-то вспомнила? — неуверенно пробормотал Фарис.

— Хорошо, если так, — сказал я и обернулся к магам, топтавшимся позади. — Сворачиваем с тропы.

Те переглянулись и молча кивнули.

Мы сошли с тропы и углубились в чащу, пробираясь через колючие заросли кустарника. Я шёл за Миррой, стараясь не наступить на хвост. Крил чертыхался позади, отбиваясь от веток. Маги молчали, но их посохи то и дело упирались в стволы, и они постоянно их поправляли, выуживая из цепких веток.

— И далеко ещё? — пробурчал Крил через несколько минут, бросив на крысу недовольный взгляд.

Крыса замерла, оглянулась и вдруг свернула влево, нырнув под корягу. Я пролез следом, цепляясь за корни, и выбрался на небольшую поляну.

У края поляны в сумерках мерцал небольшой ручей. Мирра, подбежав к берегу, остановилась и обернулась ко мне. Я подошёл ближе, перепрыгнул ручей, уцепившись за ветку дерева, которая нависала над ним. Мои спутники проделали то же самое.

Но Мирра не сдвинулась с места, а смотрела на меня с каким-то неодобрением и лёгким раздражением. Затем вновь перевела взгляд на поверхность воды.

— Что она пытается сказать? — прошептал Фарис.

— Решила искупаться? — хмыкнул Крил.

Я всмотрелся в воду. Она была тёмной, почти чёрной. Во мне появилось смутно знакомое чувство. Мирра внимательно смотрела на меня, вдруг нырнула в воду и через мгновение вынырнула обратно, вылезла на берег и вновь пристально глянула на меня.

Внезапно меня осенило.

— Она предлагает мне послушать ручей, спросить у него, — сказал я.

Крил подошёл ближе, осторожно положив руку мне на плечо.

— Аксель, ты не умеешь разговаривать с реками, — сказал он. — Ты не маг. Ты человек.

— Я уже говорил с озером, Крил! — перебил я. — С тем чёрным озером, когда мы плыли к острову.

Я перевёл дух и, видя недоумение Крила, продолжил:

— Я не рассказывал тебе, что было на дне, когда я нырнул за Миррой. Я не просто вытащил её из воды. Я заключил с озером сделку.

— Аксель, это похоже на бред, — пробормотал Крил. — Ты, должно быть, наглотался воды тогда…

— Это правда, Крил, — сказал я. — Я не знаю, как это вышло, но я услышал голос озера. И я должен попробовать снова.

Я перевёл взгляд на Мирру. Она одобрительно пискнула и мотнула хвостом.

Крил тяжело вздохнул, но отступил. Фарис выглядел задумчивым и напряжённым, но смотрел с интересом. Маги замерли в ожидании, стоя ближе к деревьям.

Я склонился над водой и погрузил голову в ручей.

Холод обжёг лицо, вода залилась в уши и нос, я зажмурился. В голове шумело, как тогда, в чёрном озере. Только шум был тише. Я сосредоточился и мысленно послал ручью вопрос: «Подскажи, как нам добраться до святилища друидов? Прошу тебя, это очень важно!»

И вдруг услышал голос — едва различимый, далёкий.

— Иди, — шептала вода. — Иди по течению. Там, где вода встречается с камнем, ты найдёшь то, что ищешь.

— Что? — попытался спросить я, но вода залила рот.

— Знак. Следуй за знаком.

Я вынырнул, тяжело дыша, вытирая лицо рукавом.

— Ну? — спросил Крил.

— Вода сказала: иди по течению, — ответил я. — Там, где вода встречается с камнем, мы найдём знак.

Крил покачал головой, всё ещё не веря.

— Какой знак? — спросил Фарис.

— Не знаю. Но это что-то, что укажет дорогу.

Мирра кивнула и опять полезла на плечо к Фарису.

— Что ж, — сказал я, — идём вдоль ручья.

Глава 10

— Только не говори мне, что ты и впрямь слышишь голос ручья, — негодовал Крил, когда мы пробирались по глинистому берегу, огибая нависавшие над водой стволы деревьев.

— Я правда слышал голос ручья, — терпеливо повторил я уже, кажется, седьмой раз подряд.

— Аксель, это значит, что ты…

— Маг, — сказал Лиран, который шёл позади меня. — Только маги способны на это.

Я резко остановился. Лиран чуть не врезался мне в спину.

— Я не маг, — чётко сказал я.

В груди что-то зашевелилось. По спине пробежал холодок.

— Как же тогда ты разговариваешь с реками? — спросил Крил с отчаянием в голосе.

— Понятия не имею. Наверное, река сама позволила услышать её голос. Или Мирра поспособствовала. Я не маг. Я бы знал, если бы обладал магией. Так не бывает.

Мой голос звучал неуверенно и чуть дрожал.

— Я слышал, что силы природы могут наделять магией человека, — задумчиво сказал Лиран. — Так говорится в старых легендах.

Я резко обернулся к нему.

— Не маг я! Ясно? Это просто сказки.

— Если в тебе есть магическая сила, это не плохо, Аксель, — мягко сказал Лиран. — Это наше преимущество.

Я ничего не ответил. Развернулся и быстро зашагал дальше, перепрыгивая корни и хватаясь за ветки. Вокруг темнело. На небе взошла луна, освещая лес сумрачным белым светом. Беспокойство во мне нарастало.

Я не маг. Не мог им быть. Всю жизнь я охотился на них, боялся. А теперь вдруг — сам? Это не могло быть правдой.

— Аксель, — окликнул меня Фарис. — Не убегай.

Я сбавил шаг, но не остановился.

— Даже если это правда, — сказал он, поравнявшись со мной, — это не меняет того, кто ты есть.

— Меняет, — ответил я.

— Нет. Ты остаёшься собой. Просто у тебя появляется… возможность.

— Какая?

— Помочь другим, — ответил он. — Тем, кто нуждается в твоей помощи.

Я промолчал.

Крыса Мирра на плече Фариса пискнула и посмотрела на меня с каким-то нечитаемым выражением. Мне показалось, что она хотела сказать: «Я же говорила».

— Не смотри на меня так, — пробормотал я.

Она отвернулась.

— Аксель, — снова подал голос Лиран. — Я не настаиваю. Но если ты действительно можешь слышать воду… это может нам помочь. Это великий дар, которым владеют лишь немногие. Даже Мрак не способен на это.

— Вот так везение, — мрачно сказал я и, нервно поправив плащ, двинулся дальше.

Крил вздохнул, догнал меня и хлопнул по плечу.

— Слушай, — сказал он. — Я всю жизнь убивал магов. Ненавидел их. И знаешь что? Некоторые из них оказались неплохими людьми. Ты сам открыл мне глаза на это. Всё зависит от того, как ты используешь силу, а не от того, есть она у тебя или нет.

— Ты утешаешь меня? — спросил я хмуро.

— Не дождёшься, — усмехнулся он. — Просто говорю, как есть.

Мы вышли на небольшую поляну. Луна светила ярко, и я разглядел впереди очертания скал.

— Вода сказала: «Иди по течению, туда, где вода встречается с камнем», — напомнил я. — Похоже, мы пришли.

Глава 11

— И что дальше? — спросил Крил, когда мы добрались до скал и рассматривали гладкую каменную поверхность, освещаемую тусклым светом луны.

Я подошёл к скале, приложил ладонь к шершавому камню. Он был холодным, влажным. Рядом чуть в отдалении журчал ручей — тот самый, который привёл нас сюда.

— Может, спросить снова? — задумчиво сказал Лиран, бросив взгляд на ручей.

Я уже собрался последовать его совету и направиться к воде, как вдруг заметил что-то блеснувшее на скалистой стене чуть выше. Подошёл ближе, встал на камень, лежащий рядом, и всмотрелся. Лиран подошёл и подсветил стену посохом.

Там оказалась какая-то надпись. Высеченная в скале. Она слегка светилась и явно имела магическое происхождение.

— Кажется, руны… — прошептал я, прищурившись. — Не могу прочитать.

— Я ничего не вижу, — пробурчал подошедший Крил. Он усиленно вглядывался в каменистую поверхность и, кажется, и впрямь ничего не видел. — Здесь ничего нет.

— Вот же она, прямо перед тобой! — я ткнул пальцем в извилистые строки.

— Это просто камни, Аксель! — раздражённо сказал Крил.

— Надпись скрыта чарами, — сказал Лиран и провёл по ней рукой. — Её видят лишь маги.

Я заметил, как воздух вокруг надписи прошёлся лёгкой волной, и Крил удивлённо ахнул.

— Теперь вижу. Символы какие-то.

Я повернулся к Лирану.

— Ты сейчас скажешь мне, что я видел руны, потому что я и впрямь стал…

— Магом. — Лиран посмотрел мне прямо в глаза. — Ты маг, Аксель.

Я почувствовал, как горло сдавило. Не мог вымолвить ни слова. Все мои попытки убедить себя в обратном были жестоко разрушены об эту чёртову надпись, скрытую от людских глаз.

Тишина повисла над поляной. Крил молчал. Фарис смотрел на меня с тревогой. Маги замерли. Даже Мирра перестала обнюхивать камни и замерла.

— И что это значит? — спросил я наконец.

— Это значит, — тихо сказал Лиран, — что теперь ты не просто бывший охотник на магов. Ты тот, кого сама магия выбрала.

Я сглотнул, оглядывая своих спутников. Лунный свет бросал на их лица мрачные тени. Я не был готов принять свою новую роль, не сейчас. Я решил осмыслить это позже.

— Что говорится в этой надписи? — спросил я Лирана.

— Там сказано: «Путь к солнцу начинается здесь», — ответил он и посмотрел наверх.

— Что это значит? — пробурчал Крил.

Мирра подскочила к скале и стала карабкаться наверх по каменным выступам.

— Похоже, святилище там, на вершине, — сказал Фарис, бросив взгляд на венчавшие скалу острые камни.

Мирра карабкалась всё выше, цепляясь лапками за едва заметные выступы.

— Нам подняться будет сложно, — хмуро сказал Фарис. — Камни острые, скала слишком отвесная, и очень высоко.

Я огляделся. Слева от нас, чуть дальше, скала была более пологой, поросшей кустарником и низкими корявыми деревьями.

— Туда, — сказал я. — В обход.

Мы двинулись в путь. Фарис шёл первым, раздвигая ветки и проверяя, не осыплется ли камень под ногами. Я — за ним. Крил чертыхался, цепляясь за корни. Маги молчали, но я слышал их тяжёлое дыхание.

Когда мы поднялись выше, маги наколдовали магические верёвки и закрепили их за верхние уступы. Дальше мы взбирались, держась за них.

Время от времени я поглядывал наверх. Мирра уже скрылась из виду, но я знал, что она ждёт нас там, на вершине.

Когда мы поднялись до середины скалы, я услышал сбоку дробный стук камней. Обернулся — Фарис скользнул подошвой, выбив щебень, покачнулся. Верёвка змеёй ушла из его руки.

Моё сердце пропустило удар. В следующее мгновение Крил, взбиравшийся рядом, выругался и, перехватив Фариса за шиворот, рванул его к себе. Фарис судорожно схватился за верёвку, зацепился ногой за камень и продолжил подъём. Я выдохнул.

Мы двинулись дальше, цепляясь за камни. Маги создавали всё новые верёвки. Оставалось немного до цели.

Вершина встретила нас ветром. Холодным, пронзительным, с запахом снега и камня. Я выбрался на плоскую площадку и огляделся.

Ничего. Только серые скалы, кое-где поросшие мхом, и низкое небо, которое казалось таким близким, что можно рукой достать.

— Где святилище? — спросил Крил.

Я посмотрел вокруг. Ни дверей, ни окон, ни намёка на строение. И тут я заметил Мирру. Она сидела на плоском камне в центре площадки и пристально смотрела на меня.

— Там? — спросил я.

Крыса пискнула.

Я подошёл к камню, приложил руку. Он был тёплым — в отличие от всего, что нас окружало.

— Это здесь, — сказал я.

— Что здесь? — спросил Крил.

— Вход.

— Опять спрятанный?

— Похоже.

Я повернулся к Лирану.

— Ты можешь его открыть?

Маг подошёл, провёл рукой над камнем, пошептал что-то. Камень не шелохнулся.

— Ничего не выходит, — сказал он.

— Тогда, может, я? — спросил я не очень уверенно.

— Попробуй, — ответил Лиран. — Ты обладаешь магией друидов…

Я положил обе ладони на камень. Закрыл глаза. И сказал — не словами, не голосом, а как тогда, когда нырнул в чёрное озеро:

— Откройся.

Камень дрогнул. Пошёл трещинами. И вдруг начал оседать, открывая тёмный проход вниз, в недра скалы.

— Не может быть, — прошептал Крил.

Там виднелись ступени лестницы.

Крыса Мирра первой юркнула в темноту.

— Идём, — сказал я, чувствуя, что руки немного дрожат.

Мы шагнули вниз, в прохладу, в запах сырой земли и древней магии. Я не знал, что нас ждёт. Но я знал, что мы на месте. Что-то должно решиться.

Глава 12

Ступив на каменный холодный пол и увидев полутемный зал с алтарём, мы тут же оказались окружены друидами с посохами.

— Стоять! — крикнул кто-то из них.

Мы встали спина к спине. Я поднял руки. Крил сделал то же самое, хотя я видел, как он сжимает кулаки. Фарис замер, боясь пошевелиться. Маги застыли, опустив посохи.

В воздухе повисло напряжение.

Крыса Мирра сидела на плече Фариса, грозно шипела и мотала хвостом. Но друиды не обращали на неё внимания. Они смотрели на нас.

— Чужаки! — крикнул кто-то из стражников-друидов.

— Мы свои! — воскликнул я, стараясь, чтобы голос звучал твёрже. — Мы привели Мирру!

Друиды приблизили посохи, осветили заклинанием наши лица. Я щурился от света, но не отводил взгляда.

— Постойте, — раздался знакомый голос. — Это Аксель и остальные.

Из-за спин стражников вышел старый верховный друид — тот самый, который сопровождал нас к Мирре ещё тогда, в храме. Он внимательно посмотрел на каждого из нас, затем махнул рукой.

— Уберите посохи.

Друиды чуть отступили и опустили оружие. Я выдохнул, но расслабляться не стал.

— Говорите, — скомандовал верховный. — Как вы нашли это место?

Я поведал ему историю нашего пути. Рассказал, как Фарис нашёл Мирру в облике крысы — на пожарище, в лесу, который поджёг Мрак. Как она цапнула меня за палец, заставляя свернуть с тропы. Как ручей заговорил со мной и указал путь.

Друид слушал, не перебивая. Его лицо оставалось спокойным, он лишь слегка хмурил брови.

Наконец он посмотрел на крысу, сидевшую на плече Фариса. Она умывалась — неторопливо, словно ничего не случилось.

Друид провёл над ней чуть светящейся ладонью.

— Мирра? — произнёс он потрясённо. — Это и правда она.

— Вы можете превратить её обратно? — спросил я.

— Конечно, — спешно сказал он. — Я подготовлю всё для ритуала.

Старый друид бережно взял крысу в руки и понёс её куда-то вглубь тёмного коридора, высеченного в скале. Мы остались на месте. Я услышал, как он скомандовал остальным на ходу:

— Проведите их в комнаты. Накормите. Устройте на ночлег.

— Может, мы вернёмся наверх? — предложил Крил, с опаской поглядывая на друидов.

Я прекрасно понимал его страх и недоверие. Но увидев, как друиды запечатали заклинанием вход и грозно взглянули на нас, понял — у нас снова не было выбора.

— Мы остаёмся, — сказал я негромко. — Пока Мирра не придёт в себя.

— А если они нас…

— Нет, — перебил я. — Не в этот раз.

Я сам не понял, откуда во мне появилась эта уверенность. Это чувство безопасности.

Крил хотел возразить, но промолчал, тяжело вздохнув.

Друид-стражник в серой мантии молча указал нам путь. Мы пошли за ним. Коридоры были узкими, вырубленными в скале, с редкими факелами на стенах.

Нас привели в небольшую комнату с каменными лежанками, накрытыми овечьими шкурами. В углу стоял стол с хлебом, сыром и кувшином воды.

— Отдыхайте, — сказал друид и вышел, закрыв за собой дверь.

— Запер? — спросил Крил сразу же.

Я подошёл, толкнул дверь. Она не поддалась.

— Запер, — подтвердил я.

— А я что говорил? — возмутился Крил. — Доверять этим…

— У нас нет выбора, — повторил я.

Мы сели на лежанки. Маги молча разливали воду по кружкам. Фарис взял хлеб, отломил кусок, положил сверху сыр, поморщился, но откусил и принялся жевать. Второй кусок протянул мне.

— Ешь, — сказал он. — Силы нужны.

Я взял, но есть не стал. Аппетита совсем не было. Я чувствовал, что со мной происходит что-то странное. Я взглянул на свои руки — они показались чужими. В голове звучал голос ручья. Я не знал, что должен чувствовать, став одним из них, и очень хотел поговорить об этом с Миррой.

— Доверять им нельзя, — сказал Крил, жуя сыр. — Но и враждовать смысла нет.

— Поэтому мы и сидим здесь, — сказал Фарис.

— Пусть она только попробует опять стереть нам память после всего этого, — грозно произнёс Крил, поглаживая рукоять меча. — Клянусь, она отведает моего меча!

— Они не станут нам вредить, — уверенно сказал Лиран. — У нас общая цель. Сохранить Книгу.

Крил усмехнулся, но спорить не стал. Я скривился: моя цель была не совсем в этом, но в его словах была доля истины.

Ночь тянулась долго. Я не спал. Прислушивался к шагам за дверью, к редким голосам. Друиды не входили.

Глава 13

Всю ночь я не сомкнул глаз, сидя за столом и размышляя обо всём, что обрушилось на меня, и что мне с этим делать. Крил долго боролся со сном, но в конце концов сдался, вымотанный дорогой. Маги и Фарис тоже крепко спали.

Под утро дверь открылась.

На пороге стояла Мирра. Бледная, с распущенными и слегка спутанными волосами. На ней было шёлковое длинное синее платье. Ноги босы. Во взгляде — тревога и чуть заметное… смущение. Или мне показалось.

— Идём, — сказала она хрипло, глядя на меня. — Нам нужно поговорить.

Я поднялся. Крил дёрнулся, открыл глаза, хотел что-то сказать, но я жестом остановил его. Фарис тоже проснулся и молча смотрел. Маги не просыпались.

Я вышел за Миррой в коридор, игнорируя предостерегающий взгляд Крила.

Мы шли молча. Коридоры были узкими, слабо освещёнными. Мирра вела уверенно. Иногда она касалась стены рукой, и факелы загорались чуть ярче, освещая путь.

— Как ты? — спросил я наконец.

— Жива, — тихо ответила она. — Это главное. Благодаря вам…

— Только не начинай благодарить, — прервал я. — Правда, не стоит. Я рад, что ты вернула свой облик. Ты выглядишь…

— Знаю, что выгляжу ужасно, — перебила она. — Но это неважно.

Я хотел возразить, но язык не повернулся. Я увидел на её шее множество синяков. В волосах застрял репей. А на руках из-под рукавов платья проглядывали царапины.

— А что важно? — спросил я.

Она остановилась, повернулась ко мне. Глаза её блестели в свете факелов.

— Ты, — сказала она. — Ты изменился.

Я усмехнулся.

— Да уж, стал магом. Немного.

— Не в этом дело, — она покачала головой. — Ты и раньше был магом. После встречи с озером. Просто не знал. А теперь знаешь. И это тебя пугает.

Я не ответил.

— Это не страшно, Аксель, — тихо сказала она. — Ты должен принять свою новую судьбу.

— Для меня это сложно, — честно ответил я.

— Ты справишься. Ты сумеешь. Ты один из самых храбрых людей, которых я встречала, — уверенно сказала ведьма, глядя мне в глаза. — Ты не единожды спасал мне жизнь. Не думай, что я не ценю это.

Я не знал, что ответить, лишь отвёл взгляд и уставился в пол, разглядывая камни.

Она помолчала, затем снова пошла дальше.

— Идём. Я покажу тебе кое-что, — сказала она.

Мы спустились ещё ниже, в самый низ скалы. Там, в полумраке, светились огромные кристаллы, свисающие с потолка. В центре зала стоял небольшой бассейн с водой, которая чуть колыхалась и мерцала, как драгоценный камень, в свете кристаллов.

— Что это? — спросил я.

— Источник, — ответила Мирра. — Древний. Он помогает видеть будущее. Но открывается не всем. Я хочу, чтобы ты заглянул в него.

— И ты думаешь, он откроется мне? — спросил я.

— Не попробуешь — не узнаешь, — улыбнулась она.

Я подошёл, склонился, заглянул в пульсирующую глубину.

Сначала ничего. Потом вода пошла рябью, и я увидел… себя. Не в отражении. Другого. Я стоял на лесной поляне, освещённой солнцем. Мои пальцы светились, передо мной стояли тени и боязливо пятились назад. Я поднял руку и направил на них. На моём лице была усмешка, глаза светились синим светом. Дальше я увидел яркую вспышку — и видение исчезло.

Я отпрянул от воды и с испугом взглянул на Мирру.

— Что ты увидел? — спросила она с тревогой.

— Себя, — мрачно сказал я. — Ты уверена, что этот источник не врёт?

— Он не ошибается, Аксель. Всё увиденное сбывается уже много веков.

Я молчал, вновь посмотрел на воду. Она успокоилась, показывая теперь только моё отражение — усталое, помятое.

— Мрак не знает, что ты маг, — сказала Мирра. — И он не должен узнать. Это наше преимущество.

— Какая удача, — невесело усмехнулся я.

— Тебе нужно учиться, Аксель. Пока сила в тебе ещё спит, тебе нужно будить её, — тихо сказала Мирра. Голос её звучал мягко, но уверенно.

Я поднял голову, посмотрел на неё. Она тепло улыбнулась.

— Вы можете помочь нам в поиске Хранителя? — спросил я, вспомнив о главном. — Время уходит. Лира ждёт.

— Мы отправимся с вами в деревню, — ответила Мирра. — Возможно, Книга выберет кого-то из нас. Это всё, что мы можем сделать.

Я мрачно кивнул. По пути сюда я надеялся на большее.

Мы вышли из зала, оставив позади пульсирующий свет. Перед глазами всё ещё стояло видение, которое мне явилось в источнике. Я был в нём похож на Лиру из замка. И меня это пугало.

Я вернулся в комнату, когда уже светало. Фарис дремал на лежанке. Маги ещё спали. Крил сидел за столом и встретил меня тревожным взглядом.

Мирра остановилась у порога.

— Отдохни немного, — сказала она. — Пока идут сборы, есть ещё пара часов.

— Я не смогу уснуть, — ответил я.

— Попробуй.

Она ушла. Я сел на лежанку, игнорируя вопросительный взгляд Крила, прислонился спиной к холодной стене и закрыл глаза. Перед ними всё ещё стояло то видение. Мои светящиеся руки. Тени, которые пятились. Усмешка на моём лице.

Я не хотел быть таким. Никогда не хотел.

Глава 14

Я не помнил, как заснул. И не помнил , что мне снилось — только очнулся с колотящимся сердцем и липким холодом на спине. Разбудил меня шум: друиды собирались в путь — я слышал голоса, шаги, звон посохов. Крил поднялся со стула, потянулся, хрустнул шеей.

— Ну что, какие планы дальше? — спросил он.

— Мы возвращаемся в деревню, — коротко ответил я. — Друиды с нами.

Мы вышли в коридор. Там уже стоял Фарис и настороженно наблюдал за мельтешащими магами, складывающими посохи. Мирра ждала нас у входа в походной одежде — тёмно-зелёный плащ, высокие сапоги. Волосы стянуты в тугой узел. Взгляд — прежний, внимательный, колючий.

— Друиды выступают с нами, — сказала она. — Десять воинов пойдут в деревню.

— Десять? — переспросил Крил. — А не маловато?

— Достаточно, — ответила Мирра. — Остальным нужно защищать убежище. Они пойдут позже, по возвращении первой партии.

Я кивнул. Друиды выстроились в колонну, и мы двинулись к выходу. Тот же узкий коридор, та же лестница, тот же каменный мешок. Но теперь — в обратную сторону.

Снаружи нас встретил холодный ветер и низкое небо. Облака неслись быстро, словно подсказывая, что мы тоже должны спешить.

Я очень хотел верить, что мы успеем.

— Нужно поторопиться, — сказала Мирра.

Мы двинулись вниз по скалистому склону. Маги создавали верёвки, друиды помогали спускаться. Мирра наколдовала несколько выступов, и образовалось что-то наподобие лестницы из камней, что позволило нам спуститься намного быстрее. Спустя несколько минут мы уже оказались внизу и вышли к ручью. Тому самому, который привёл нас к скале. Вода журчала, перекатываясь по камням, и я снова услышал её голос — тихий, далёкий, почти неразличимый.

— Иди, — шептала вода. — Ты на правильном пути.

— Что он говорит? — спросила Мирра, заметив, что я замер.

— Что мы идём правильно, — хрипло ответил я.

— Ты привыкнешь к этому, — сказала она мягко и положила руку на моё плечо. — Думаешь, я сразу такой родилась?

Я удивлённо взглянул на неё, но на расспросы времени не было. Она ободряюще улыбнулась и пошла дальше.

Обратный путь до деревни дался нам значительно легче. Теперь с нами была Мирра со всей своей мощью и силой. Деревья вновь расступались перед нами, а болотная топь каменела, позволяя пройти. Мы обошли глубокий ручей лесными тропами, и Фарису не пришлось вновь переживать тот ужас, что вчера.

Вскоре лес закончился, мы вышли на знакомую широкую дорогу и прошли сквозь иллюзорную стену водопада. Я увидел знакомые крыши, дым над трубами — и сердце забилось чаще. Лира. Элмар. Ждут ли они? Надеются ли ещё?

Мы спустились вниз, прошли по главной улице, и я постучал в дверь дома Элмара.

Она открылась почти сразу.

На пороге стоял Элмар — бледный, похудевший, очень уставший. Глаза его расширились, когда он увидел Мирру и друидов.

— Аксель? — прошептал он. — Вы нашли их?

— Нашли, — ответил я. — Как Лира?

— Плохо, — он отступил, пропуская нас внутрь. — Она почти не встаёт. Приезжали маги из других королевств… Книга снова никого не выбрала. Всё безуспешно.

Я прошёл в комнату. Лира лежала на постели — бледная, почти прозрачная, с закрытыми глазами. Дыхание было слабым, поверхностным.

— Лира, — позвал я.

Она не ответила.

Мирра подошла к кровати, положила руку ей на лоб.

— Ещё есть время, — сказала она. — Но мало.

— Что нужно делать? — спросил я.

— Проводить ритуал выбора немедленно. Возможно, повезёт и кто-то из нас подойдёт Книге. Мы владеем магией природы — может, это сыграет роль…

— А если не выберет никого? Книгу извлекут? — спросил я мрачно, глядя на лежащую девушку.

— Уже нет смысла, — тихо ответила Мирра. — Ей это не поможет. Слишком поздно. Лира всё равно умрёт. И Книга исчезнет.

Я сжал кулаки.

— Значит, время упущено? Тянули до последнего?

— Книга слишком важна, — горько сказал Элмар. Я увидел слёзы на его глазах.

Я не стал ничего отвечать. Я не мог его понять. И не хотел. Я подхватил Лиру на руки. Она была почти невесомой.

Мы вышли из дома. Крил, Фарис, Мирра, Элмар, маги, друиды. Я посмотрел на них. В их глазах теплился проблеск надежды — очень слабой. Никто не верил в успех. Но никто не решался озвучить свои сомнения.

Мы двинулись к залу собраний. Я шёл впереди и думал о том, что всё решится сейчас. Что бы ни случилось, я не хотел терять веру, за которую цеплялось моё сознание.

Лира слабо дышала, лёжа на моих руках.

И я понял, что в этот момент был готов ко всему. Кроме смерти Лиры.

Глава 15

Мы вошли в просторный зал. В воздухе пахло озоном и травами, горело множество свечей. В центре стоял каменный алтарь, у которого нас ждал магистр Эмер. Он жестом велел мне положить Лиру на алтарь.

Я повиновался. Бережно опустил её на каменную поверхность и прислушался к дыханию. Оно было едва уловимо. Я коснулся её руки — она оказалась ледяной.

Рядом растерянно замер Элмар, слёзы на его щеках не высыхали. Остальные встали полукругом вокруг алтаря. Крил и Фарис остались на улице — их не пустили внутрь.

— Отойди к остальным! — велел мне верховный.

Я отступил и встал чуть поодаль от друидов, у огромной колонны, и принялся ждать. Сердце стучало всё сильнее и чаще.

В воздухе повисла тишина. Маг открыл старый, побитый временем фолиант и принялся зачитывать заклинание на древнем языке. Все замерли.

Магистр Эмер закончил читать и выстрелил посохом в один из кристаллов, висевших на потолке над алтарём. Несколько секунд ничего не происходило. Затем из кристалла вышел луч света, пронзил грудь Лиры и погас. Девушка слегка дёрнулась, и её дыхание стало глубже.

Потом её грудь в районе солнечного сплетения засветилась. Оттуда вырвался яркий луч света и заметался по стенам, по потолку.

— Сделай выбор! — громко сказал маг, глядя на луч. — Укажи!

Луч метнулся к стоявшим полукругом друидам, бегло прошёлся по ним, ни на ком не задерживаясь. Остановился на лице Мирры, замер. Она сжала губы и прикрыла глаза. Я забыл, как дышать.

Но луч пошёл дальше, затем вновь вернулся назад — от последнего к первому — и стал медленно гаснуть.

— Нет, нет! — услышал я отчаянный крик Элмара.

— Ну давай же, чёрт тебя возьми! — закричал я, сделав шаг вперёд и выйдя из тени колонны. — Выбери кого-то из них! Что тебе не нравится, проклятая Книга?

Внезапно луч загорелся ярче и резко метнулся ко мне. Я отпрянул от неожиданности и вцепился в колонну, едва устояв на ногах.

Луч пронзил мою грудь и засветился ещё ярче. Я почувствовал давление внутри. Мне казалось, сердце сейчас выпрыгнет наружу. Меня словно что-то сковало — не давало вздохнуть и даже пошевелиться. Яркая вспышка озарила зал, и я зажмурился, чтобы не ослепнуть.

— Она выбрала! — закричал Элмар. — Книга выбрала Акселя! Теперь он новый Хранитель!

— Не может быть! — крикнул кто-то. — Он человек!

— Он маг! — услышал я голос Мирры.

Я стоял, облокотившись о колонну, и всё ещё боялся открыть глаза, пытаясь заново научиться дышать. Я не мог поверить в то, что происходит. И в то, что это происходит со мной.

Где-то рядом слышались голоса — взволнованные, громкие, испуганные. Но я не разбирал слов. В ушах шумело, в груди пульсировал чужой, горячий свет.

Глава 16

— Аксель, — голос Мирры пробился сквозь шум. — Открой глаза.

Я распахнул глаза, стараясь дышать ровно.

Луч исчез. Кристалл на потолке погас. В зале снова горели только свечи. Лира лежала на алтаре, её грудь ровно вздымалась. Она дышала. Живая.

— Книга внутри тебя, — тихо сказала Мирра. — Чувствуешь?

Я прижал руку к груди. Там, где пульсировало чужое тепло, теперь было спокойно. Я не чувствовал ничего. Я расстегнул рубашку и посмотрел на свою грудь, словно надеялся разглядеть Книгу сквозь кожу. Но ничего не увидел.

— Я не хотел быть магом, — прошептал я. — А этого тем более.

— Теперь ты Хранитель, — сказала Мирра. — И ты спас её.

Я посмотрел на Лиру. На Элмара, который стоял, сжимая руку дочери, и плакал от облегчения. На магов, которые смотрели на меня с уважением и страхом. На друидов, склонивших головы.

— Что теперь? — спросил я.

— Теперь ты должен научиться владеть тем, что тебе доверили, — ответила Мирра. — И защитить Книгу от Мрака.

— А Лира?

— Лира будет жить.

Я подошёл к алтарю, взял Лиру за руку. Она была уже тёплой.

— Слышишь? — сказал я. — Всё будет хорошо.

Она не ответила. Но мне показалось, что её пальцы чуть заметно сжали мои.

Элмар стоял рядом, сжимая край алтаря так, что побелели костяшки. Он смотрел на дочь, не смея дышать. Потом медленно перевёл взгляд на меня.

— Ты… — голос его сорвался. — Ты спас её, Аксель.

— Мы все спасли, — ответил я.

Он покачал головой, сглотнул. На глаза его снова навернулись слёзы.

— Ты не понимаешь, что ты слелал, — прошептал он. — Для меня, для нее, и для всех нас.

— Я ничего не делал, — сказал я. — Книга сама выбрала.

— Книга выбрала тебя, потому что ты достоин, — твёрдо сказал Элмар. — Не смей сомневаться.

Он положил руку мне на плечо. Ладонь его дрожала.

— Спасибо, — сказал он тихо. — Спасибо, что не дал ей умереть. Что не дал мне потерять её.

Я не знал, что ответить. Только кивнул.

А Лира спала — спокойно, чуть улыбаясь во сне.

Я вышел из зала. Крил и Фарис ждали на улице.

— Ну? — спросил Крил, вглядываясь в моё лицо.

— Всё кончено. Я теперь Хранитель, — тихо ответил я.

Крил выругался. Фарис молча кивнул.

Я направился к дому.

— Куда ты? — спросил Крил.

— Привыкать к своей новой роли, — ответил я, обернувшись. — Мне предстоит многому научиться.

— Не пугай меня, друг, — напрягся Крил. — Ты говоришь как Лира тогда, когда выпила силу Мрака.

— Во мне нет силы Мрака, Крил, — ответил я. — И я не убегаю, а остаюсь здесь. Я надеюсь на вашу помощь и поддержку.

Крил помедлил, с тревогой глядя на меня, затем кивнул.

— Мы будем рядом, Аксель, — сказал Фарис. — Что бы ни случилось. Можешь рассчитывать на нас.

Я улыбнулся, в груди потеплело. Мы направились к нашему временному дому на краю деревни. Я был не один.

А в груди у меня молчала, затаившись, Книга Солнца. И я знал — это только начало.

Глава 17

Мы зашли в дом, и я выглянул в окно, уловив краем глаза какое-то движение. Двор нашего дома окружало кольцо вооружённых магов. Они стояли молча, с посохами наготове, и не сводили глаз с дверей.

— Что это ещё такое? — возмутился я.

Крил подошёл к окну, тревожно взглянул на них.

— Мне это не нравится, — сказал он, схватившись за меч.

Фарис тоже напрягся. Его зрачки расширились, кулаки сжались. Он перевёл взгляд на меня, ожидая решения.

— Ждите здесь, — сказал я. — Пойду поговорю с ними.

Крил нахмурился, но кивнул. Фарис замер у окна.

Я вышел на улицу. Одну руку держал на рукояти меча, но пока не доставал. Подошёл к одному из магов — молодому, высокому, который стоял у калитки. Он смотрел на меня без враждебности, но твёрдо.

— Зачем вы окружили дом? — спросил я.

— Верховный велел, — ответил он. — Сказал охранять и не выпускать… тебя.

— Теперь я в клетке? — возмутился я.

— Магистр Эмер приказал, — развёл тот руками.

Я сделал шаг вперёд. Он мгновенно преградил мне путь посохом. Рядом тут же возникли ещё двое — тоже с посохами.

Я отступил.

— Я могу поговорить с верховным? — хмуро спросил я.

— Мы доложим ему о твоей просьбе, — сухо ответил маг, крепко сжимая посох.

Я бросил на него гневный взгляд напоследок и вернулся в дом.

— Что там? — спросил Крил.

— Не пускают, — сказал я. — Верховный велел меня охранять. Или, скорее, стеречь.

— С ума сошли? — Крил сжал кулаки. — Ты теперь Хранитель, а не пленник.

— Может, именно поэтому и стерегут, — тихо сказал Фарис. — Боятся, что ты сбежишь. Или что Мрак тебя найдёт.

— Я не собираюсь бежать, — резко ответил я. — Им бы объяснить.

— Попробуй, — усмехнулся Крил. — Я этих магов знаю. Они упёртые, как бараны.

Я подошёл к окну, посмотрел на стражу. Они стояли неподвижно, словно статуи.

— Я попросил их позвать верховного.

— Думаешь, он придёт? — спросил Фарис.

— Если нет, я сам к нему пойду, — ответил я.

— Сквозь строй магов? — Крил хмыкнул.

— Придётся.

Мы сели за стол. В доме было тихо. Только слышно было, как где-то вдалеке лаяли собаки.

— Знаешь, — сказал Крил, — я начинаю жалеть, что мы вернулись.

— Не жалей, — ответил я. — Лира жива. Книга спасена. Остальное решаемо.

— Ты в этом уверен?

Я не успел ответить. В дверь постучали.

Крил вскочил, схватившись за меч. Фарис тоже встал и тревожно замер. Я подошёл к двери, открыл.

На пороге стояла Мирра.

— Можно войти? — спросила она.

— Входи, — ответил я.

Она перешагнула порог, закрыла за собой дверь.

— Знаю, что окружили дом, — сказала она. — Это моя идея.

— Твоя? — я с трудом сдержал гнев.

— Да. Не для того, чтобы запереть тебя. Чтобы защитить. Мрак ищет Хранителя. Если он узнает, что это ты…

— Пусть узнаёт, — перебил я.

— Нет, — твёрдо сказала Мирра. — Ты должен научиться пользоваться силой, прежде чем встретишься с ним лицом к лицу. А я знаю, что тебя постоянно тянет на приключения и ты не можешь сидеть на месте. Поэтому так будет лучше.

— И сколько это займёт? Обучение? — пробурчал я.

— Не знаю. Но мы сделаем всё, чтобы успеть. Пока Мрак ещё не нашёл способ прочесть Книгу.

Я посмотрел на неё. На её спокойное лицо, на руки, сложенные на груди.

— Ладно, — вздохнул я. — Учи. Но охрана обязательно нужна? Я не планирую бежать.

— Без охраны нельзя, — возразила Мирра. — Но ты сможешь покидать дом в моём сопровождении.

Крил хмыкнул, но ничего не сказал. Фарис нахмурился.

— Хорошо, — ответил я. — Когда начнём?

— Сейчас, — сказала Мирра. — Время не ждёт.

Мы вышли во двор. Стража расступилась.

— Идём, — сказала она. — Я покажу тебе место, где мы будем тренироваться.

Я молча пошёл за ней, совершенно не зная, к чему готовиться.

Глава 18

Мы дошли до края деревни и свернули в пролесок. Я никогда здесь не бывал. Мирра шла вперёд по узкой тропе быстрым, уверенным шагом, я — следом, едва поспевая за ней.

— Куда мы идём? — спросил я.

— Туда, где магия чувствуется сильнее, — ответила Мирра, не оборачиваясь. — Где деревья помнят древние ритуалы. Где ты сможешь услышать Книгу.

— Пока я вообще не слышу её, — сказал я. — Ничего не чувствую.

— Потому что ты ещё не научился слушать. Это приходит не сразу.

Она свернула с тропы, повела меня в чащу. Деревья расступались перед ней, освобождая путь. Я продирался сквозь ветки, цеплялся за корни, но не отставал.

Наконец мы вышли на небольшую поляну. В центре лежал огромный валун, поросший мхом. Вокруг — тишина. Даже птицы не пели.

— Садись, — сказала Мирра, кивнув на камень.

Я сел. Камень был холодным.

— Закрой глаза, — велела она.

Я закрыл.

— Дыши ровно. Не торопись. Почувствуй, как воздух входит в лёгкие, как выходит. Как бьётся сердце.

Я слушал себя. Сердце билось ровно. Но где-то глубже, там, в районе солнечного сплетения, пульсировало что-то ещё.

— Ты чувствуешь? — спросила Мирра.

— Не знаю, — ответил я. — Возможно… хотя…

— Не рассуждай. Просто чувствуй.

Я замер. Дышал. Слушал.

И вдруг я понял. Там, внутри, в груди, жило нечто. Не чужое. Не враждебное. Просто другое. Книга. Она не говорила словами, не светилась, не давила. Она просто… была.

— Чувствую, — сказал я.

— Хорошо, — Мирра села напротив, на траву. — Теперь попробуй обратиться к ней. Не словами. Желанием.

— Каким желанием?

— Желанием открыть её. Увидеть то, что в ней скрыто.

Я снова закрыл глаза. Представил себе Книгу — не как шар, не как сгусток света, а как древний фолиант с пожелтевшими страницами. Протянул руку, открыл.

Ничего.

— Не торопись, — сказала Мирра.

Я попробовал снова. Представил, как переворачиваю страницу. За ней — пустота. Ещё одну — пустота.

— Она не открывается, — глухо сказал я.

— Значит, не время, — ответила Мирра. — Или не место. Или ты не готов.

— Когда я буду готов?

— Когда перестанешь бояться.

Я открыл глаза, посмотрел на неё.

— Я не боюсь.

— Боишься, — сказала она. — Боишься, что станешь таким, как Лира. Что сила поглотит тебя, изменит. Боишься потерять контроль.

Я не ответил.

— Этого не случится, — тихо сказала Мирра. — Ты не она. Ты не впитал тьму. А Книга… она не стремится к власти. Она ищет покоя. Как и ты.

— Откуда ты знаешь?

— Я чувствую, — ответила она. — Я старая, Аксель. Я видела разных Хранителей. Но ты — особенный. Отличаешься от них.

— Чем?

— Тем, что не хочешь быть Хранителем. Тем, что принял Книгу не ради силы, а ради спасения. Книга это ценит.

Я молчал.

— Давай попробуем ещё раз, — сказала Мирра.

Я закрыл глаза. Представил Книгу. Открыл. На первой странице что-то появилось. Символы. Руны. Я не понимал их, но они были.

— Видишь? — спросила Мирра.

— Да, — ответил я. — Но я не понимаю.

— Это и не нужно. Сейчас главное — просто видеть. Наладить с Книгой диалог.

Я молча кивнул.

— Когда ты встретишь Мрака, Книга сможет защитить тебя. Но только если ты перестанешь её бояться.

Я подумал, что это будет непросто. Особенно учитывая все предыдущие события. Но я чувствовал, что она права.

Я открыл глаза. Мирра уже стояла.

— На сегодня достаточно, — сказала она. — Идём.

Мы вернулись в деревню. Друиды так и стояли по периметру сада, как статуи, и провожали меня настороженными взглядами, пока я шёл к дому. Мирра простилась со мной у калитки, сказав, что завтра уроки продолжатся.

Крил и Фарис ждали меня на крыльце.

— Ну как? — спросил Крил.

— Увидел руны, — сказал я. — Но ничего не понял.

— Это уже прогресс, — заметил Фарис.

Мы зашли в дом. Я сел за стол, налил себе травяного чая.

Мои друзья молчали, больше не зная, что сказать.

Ночь я долго не мог уснуть. Сидел у окна, смотрел на луну и слушал тишину.

А в груди пульсировала Книга — как второе сердце.

Глава 19

Я стоял на поляне, освещённой бледным светом луны. Вокруг вздымались корявые тёмные силуэты деревьев, и я видел, как движутся их ветви, колышутся стволы, скрипя, хотя ветра не было.

Я посмотрел под ноги и увидел, что стою на выжженной земле, сквозь которую начала прорастать молодая зелёная трава, пробиваясь сквозь копоть.

— Ты пришёл. Я рада, — услышал я голос.

Я поднял голову и увидел Лиру. В длинном белом платье, её бледная кожа мерцала в свете луны. А глаза смотрели с печалью, но тепло.

— Зачем ты звала меня? — спросил я тихо.

Я совершенно не помнил, как оказался здесь, на этой поляне. Но точно знал, что пришёл на её зов.

— Хотела поговорить. И попросить, чтобы ты перестал бояться меня, — её голос звучал спокойно и отдавался эхом, проходя лёгкой дрожью по земле.

Я почувствовал тревогу.

— Кто ты? — спросил я прямо. Я понял, что это не Лира. Не настоящая Лира.

— Я — Книга Солнца. Та, которая пугает тебя до смерти, — ответила она с печальной улыбкой.

— Книга Солнца, — повторил я как заворожённый.

— Я хочу, чтобы ты знал — я не зло, — мягко сказала она. — Я основа всего. Сила света, та, что создала этот и другие миры.

— И чего ты хочешь от меня? — сдавленно произнёс я, чуть попятившись, когда она сделала шаг ко мне.

— Прими меня, не отвергай, — ответила она. — Я так устала. Ты мне нужен. Ты уже спас меня однажды, когда сделал выбор. Поэтому я выбрала тебя своим носителем, хоть ты и не просил. Я вижу твою душу, все твои страхи и сомнения. Но поверь: ты самый достойный из всех. Ты сможешь защитить меня. А я помогу тебе в борьбе. Просто не отталкивай, доверься.

— Я… я не знаю… — бормотал я, чувствуя, как почва уходит из-под ног. Я с ужасом увидел, что моя грудь начала светиться ярким светом, отбрасывая лучи и разрезая темноту леса.

— Не отталкивай меня, Аксель, — вновь повторила девушка, и я увидел, как её глаза светятся синим светом.

Я зажмурился, отступил назад и проснулся.

Я был весь мокрый от пота и часто дышал. Сердце ударялось о рёбра, словно молот. Я понимал — это был не простой сон.

— Аксель, ты в порядке? — услышал я голос совсем рядом.

Я повернул голову и увидел, что у моей кровати стоит Фарис, освещаемый лунным светом из окна. Его глаза мерцали в полумраке.

— Всё нормально. Плохой сон, — коротко ответил я, садясь на кровати.

— Я услышал, как ты кричишь. Думал, что-то случилось. Вот, держи, — он протянул мне чашку с водой.

Я схватил её и жадно принялся пить. Вода была холодная — то, что нужно. Я резко встал и вылил остатки себе на голову. Помогло. Стало заметно легче. Фарис с тревогой наблюдал за моими действиями, но молчал.

— Я видел Книгу, — сказал я наконец, снова сев на кровать.

— Книгу Солнца? — уточнил он, чуть вздрогнув.

Я кивнул.

— Она пришла в облике Лиры. Стояла посреди леса и просила принять её. Не отвергать.

— А ты отвергаешь её? — очень тихо спросил Фарис.

— Я не знаю. Я не хотел носить её в себе. Я не выбирал этого, — вздохнул я, положив руку на грудь. — Я хотел только спасти Лиру. Больше ничего.

— Я знаю, Аксель. Я понимаю тебя… И я бы сам взял на себя этот груз, если бы мог. Лишь бы избавить тебя от этого, — печально сказал Фарис.

Я видел, что он говорит совершенно искренне. Мне стало немного стыдно. Должно быть, мои стенания звучали совсем не благородно. Никто не виноват в том, что произошло.

— Не переживай, я справлюсь, — сказал я. — Я просто ещё не привык к ней. Слишком резко всё это свалилось на меня. Но я выдержу. Должен. Ради всех.

Фарис взглянул на меня и слегка улыбнулся уголком рта.

— Представляю лицо Мрака, когда он узнает.

— И когда я уничтожу гарнизон его теней, — добавил я с непоколебимой уверенностью, вспоминая своё видение в источнике.

Фарис не ответил. Только кивнул и сел рядом на край кровати.

— Ты веришь в это видение? — спросил я.

— Верю, — ответил он. — Ты никогда не врал мне. И источник не врёт.

— А если я стану таким, как Лира тогда? — голос мой дрогнул.

— Не станешь, — твёрдо сказал Фарис. — Ты — это ты. И Книга… Она выбрала тебя не за силу, а за сердце.

Я усмехнулся.

— Ты прямо как Мирра говоришь.

— Значит, она права, — улыбнулся Фарис.

Мы помолчали. За окном запела птица — начинало светать.

Фарис встал и пошёл к двери. На полпути обернулся.

— Аксель.

— Что?

— Ты не один. Помни об этом.

— Помню, — ответил я.

Он вышел. А я сидел, глядя в окно, и думал о том, что впереди — битва. Не только с тенями и с Мраком. С самим собой. И это, пожалуй, страшнее всего.

Глава 20

Когда я проснулся, солнце уже было высоко. Мне снилось остаток ночи что-то глупое и безобидное, и я чувствовал, что выспался. Впервые за много дней.

Я вышел на кухню и увидел там сидящего Фариса с тарелкой, на которой лежали каша и жареная рыба. Он помешивал ложкой кашу и настороженно посматривал на сидящего рядом и широко улыбающегося Крила с чашкой пива в руках. Тот был уже изрядно пьян и смотрел замутнённым взором, пытаясь сфокусироваться на моём лице.

— Крил, что это значит? — строго спросил я, отодвигая стул и садясь напротив.

— Э-тто зна-чит, я ус… Устал и хочу пос…лать все к че-ертям собачьим, но не м… Могу, — сбивчиво, заикаясь, произнёс он, затем вновь сделал глоток пива.

— Значит, ты выбрал напиться в усмерть и сидеть тут? — с укором сказал я.

— Я жду, к-когда с-смогу прийти н-на помощь. Ста-ать по-лезным.

— Ты в таком состоянии помощник неважный, — вздохнул я.

— Я зн-наю. Прости, Ак… Аксель.

По его щеке скатилась огромная слеза.

— Ладно, иди лучше… Приляг, отдохни, — сказал я чуть мягче.

— Я п-пойду, пос-плю, — кивнул он и встал, опрокинув кружку. Медленно и шатаясь, поплёлся к лестнице. Фарис подскочил, ринулся к нему, схватил за руку и повёл дальше, придерживая за локоть.

Я проводил Крила тревожным взглядом. Похоже, психика моего друга начала сдавать окончательно. Наверное, последним ударом послужило моё превращение в Хранителя. Он утратил последнюю нить, связывающую его с привычным миром.

Фарис вернулся через несколько минут, сел за стол и молча принялся за еду.

— Как он? — спросил я.

— Уснул, — ответил Фарис. — Сказал что-то про то, что «мы все тут умрём». Я сказал, что нет. Он не ответил.

Я потёр лицо руками.

— Что с ним? — спросил Фарис.

— Не знаю, — честно ответил я. — Слишком много всего. Слишком долго. Он не привык к такому. Он солдат. Он привык, что выполняет приказы, чёткие и понятные, и всё кончается. А здесь — не кончается. Да и приказов нет.

— Это не война, — тихо сказал Фарис. — Это жизнь.

— Для него это одно и то же.

Мы помолчали. Я взял кусок хлеба, отломил, положил в рот. Еда казалась безвкусной.

— Мы должны ему помочь, — сказал я.

— Как? — спросил Фарис.

— Не знаю. Поговорить. Выслушать. Дать надежду, что всё не зря.

— Он поверит? — спросил Фарис.

Я задумался.

— Вряд ли, но можно попытаться.

Фарис кивнул. Доел кашу, отодвинул тарелку.

— Я поговорю с ним, — сказал он. — Когда он проснётся.

— Спасибо, — ответил я.

Он поднялся, вышел из-за стола и направился к лестнице. Я остался один на кухне. За окном пели птицы, светило солнце. А на душе было тяжело.

Крил, мой друг, который шёл со мной сквозь огонь и воду, сломался. Не в бою, не под мечом. А внутри. И я не знал, как его чинить.

Может, нужно просто время. Может, нужно слово. Может, нужно дать ему почувствовать, что он нужен.

Я встал, убрал со стола, вымыл кружки, вытер пол.

А потом вышел на крыльцо. Сегодня был новый день. Меня ждал очередной урок с Миррой.

Глава 21

Мы шли к месту очередного урока магии. Лес встречал нас тишиной — деревья замерли, даже птицы молчали, словно слушали, о чём мы говорим.

— Скажи, Мирра, — спросил я, глядя под ноги, чтобы не споткнуться о корни, — насколько надёжно вы спрятали манускрипт… инструкцию к Книге Солнца? Что-то мне подсказывает, что до Мрака уже долетели слухи о новом Хранителе. И возможно, даже о его имени.

— Инструкция сокрыта надёжно, — ответила Мирра, не оборачиваясь. — Об этом можешь пока не волноваться.

— А что касается Мрака, — добавила она уже тише, — никто не осмелится выдать имя Хранителя. Даже под страхом смерти. Такое не прощается среди магов. И среди друидов.

Меня её слова не слишком успокоили. Я прекрасно помнил способность Мрака обводить всех вокруг пальца и манипулировать.

— Да и неужели ты думаешь, — Мирра замедлила шаг и покосилась на меня, — что мы с верховным не стёрли им память об этом? Это обязательная часть ритуала. Твоё имя знают лишь избранные.

— Это прекрасно, — сказал я ровно, стараясь скрыть напряжение, и сразу подумал о друзьях. — Но ты же не тронешь память Крила и Фариса?

Мы остановились. Мирра повернулась ко мне, и в её глазах я прочитал усталость.

— У Фариса на этот счет иммунитет, как ты помнишь, а Крилу мы решили сохранить память, — тихо сказала она. — Зная, что иначе ты будешь в ярости. И всё равно расскажешь ему об этом. Глупо стирать ему память сотни раз.

— Да уж, — хмыкнул я, чуть успокоившись. — Я бы так и сделал, пожалуй.

Мы двинулись дальше. Некоторое время шли молча, потом я спросил:

— Значит, ты уверена, что Мрак не обнаружит ваше новое убежище? Но он уже нашёл ваше святилище…

— Это было моей непростительной ошибкой, — вздохнула Мирра. — Я не думала, что он считает память Лиры вместе с её силой. — Она помолчала. — Я иногда допускаю ошибки.

— Как и тогда, когда пришла тушить лес? — вспомнил я.

Мирра мрачно кивнула, замедлив шаг. Её плечи поникли.

— Я шла, повинуясь порыву сердца. Мрак знал, как я люблю этот лес. Меня подвела моя близкая связь с ним, с деревьями. Я ощущаю боль леса как собственную. И я просто не смогла это терпеть. Деревья взывали ко мне, пылая в огне. — Её голос дрогнул. — И я совершила ошибку, забыв об осторожности. Я пошла на их зов в одиночку. Понадеялась на свою силу.

— И оказалась в ловушке, — вздохнул я.

— Я увидела, как Мрак надвигается, — продолжала Мирра. — Я была в кольце огня и его теней. Я знала, что ему нужна моя память. И мне пришлось стереть воспоминания о святилище. Он был очень зол, когда увидел лишь пробелы…

— Он мог убить тебя, — тихо сказал я.

— Мог, — ответила она. — Но, видимо, посчитал, что так будет веселее. Превратил меня в крысу. Я помню, он был в диком восторге от собственной идеи. И сказал, что это затмило его грусть от поражения.

Я мысленно представил его усмехающуюся физиономию и сжал руки в кулаки.

— Он заплатит, — сказал я.

— Обязательно, — ответила Мирра, ускорив шаг. — Но сначала ты должен научиться владеть Книгой. Иначе он уничтожит тебя, даже не прилагая усилий.

— Я понял, — ответил я.

Мы вышли на поляну. Ту самую, где я впервые увидел руны. Мирра встала напротив, сложила руки на груди.

— Сегодня будем учиться защите, — сказала она. — Книга даёт тебе силу, но ты должен уметь ею пользоваться, не сжигая себя.

— Сжигая себя? — спросил я, поёжившись. В памяти промелькнула горящая поляна во время сна Лиры.

— Ты правильно понял, — ответила она, словно знала, о чём я думаю. — Это можно предотвратить, если взять всё под контроль.

Я кивнул. В груди Книга отозвалась теплом. Поддержкой. Или предупреждением. Я ещё не научился различать.

Начался урок.

Глава 22

Сегодняшний урок сильно отличался от вчерашнего. Мирра взялась учить меня боевой магии, а не настройке на Книгу и чтению рун. Мне предстояло вызвать магический свет и ударить им направленно по камню.

Поначалу не получалось ничего.

Я стоял посреди поляны, вытянув правую руку в сторону огромного валуна, поросшего мхом. Пытался сосредоточиться — представить, как внутри меня рождается поток энергии, как он скапливается в ладони, как вырывается наружу. Но вместо этого в голову лезли посторонние мысли: а что, если ничего не выйдет? Что, если она переоценивает мои способности?

Мирра стояла в нескольких шагах, скрестив руки на груди. Она внимательно следила за каждым моим движением, иногда хмурилась, иногда неодобрительно качала головой. От этого становилось только хуже.

— Твои сомнения и недоверие к своей силе не дают ей пробиться, — сказала она после очередной неудачной попытки.

— Я пытаюсь, — проворчал я, вновь направив руку на камень. Пальцы слегка дрожали от напряжения. — Может, я вообще на это не способен.

Мирра вдруг улыбнулась — мягко, почти загадочно.

— Ты же видел в источнике, что способен.

Я замер. Рука опустилась.

— Ты знаешь, что я там видел?

— Я знаю многое, Аксель, — мягко сказала она. — И это не важно. Важно то, что ты сам не веришь в себя.

Я вздохнул. В груди Книга пульсировала ровно, спокойно.

Я поднял руку снова. Сосредоточился. Представил, как тепло из груди течёт в плечо, в локоть, в запястье — и как пальцы начинают зудеть, словно наливаются невидимой силой.

Ничего.

Только лёгкое покалывание, которое тут же исчезло.

Мирра молчала. Не подсказывала. Не вмешивалась. Просто стояла и смотрела.

Я сжимал и разжимал кулак, пытался снова, вкладывая в попытку всё своё упрямство. Но свет не загорался. Пот катился по лицу, мышцы ныли от напряжения.

— На сегодня хватит, — сказала Мирра, когда я уже совсем выдохся и готов был опустить руки.

— Нет, — ответил я зло. — Ещё раз.

Я закрыл глаза, отбросил все мысли, все страхи. Представил не поток, не удар. Просто — свет. Тёплый, золотистый, который живёт внутри меня. Я не звал его, не требовал. Я просто позволил ему быть.

И он откликнулся.

Я открыл глаза и увидел, как вокруг моих пальцев замерцало слабое сияние. Оно было едва заметным, словно отблеск далёкого костра, но оно было.

— Хорошо, — тихо сказала Мирра. — Ты напрягаешься, но это уже прогресс. Магия — не меч. Не надо сжимать её в кулаке.

— А как надо? — спросил я, не сводя глаз с мерцающих пальцев.

— Представь, что она течёт сквозь тебя, как вода. Не борись с ней.

— Я не умею так, — ответил я, опуская руку. Сияние погасло. — Я солдат. Я привык к мечу. К чётким действиям.

— Забудь о мече, — отрезала Мирра. — Сейчас у тебя другое оружие.

Я поднял руку снова. Расслабил плечи, расправил спину. Вдохнул — глубоко, полной грудью. Представил, как свет течёт по рукам, из груди, как спокойная река. Не напор — просто течение.

И на этот раз получилось.

Сияние вокруг пальцев разгоралось всё ярче, пока не превратилось в ровный, золотистый свет. Я направил руку на валун — и свет ударил в камень тонким, но плотным лучом. Раздался треск. На огромной, казавшейся несокрушимой глыбе появилась глубокая трещина.

— Хорошо, — сказала Мирра, и в её голосе впервые прозвучало удовлетворение. — Теперь попробуй создать щит.

— Как? — спросил я, тяжело дыша.

— Представь, что перед тобой стена. Свет выходит из груди и застывает перед тобой.

Я закрыл глаза. Представил.

Ничего.

Открыл. Попробовал снова — представил, как сияние обволакивает меня, окутывает невидимой броней. В груди потеплело, но щит не появился.

— Не выходит, — сказал я, опуская руки.

— Ничего, — ответила Мирра. — Это сложнее. Свет выплеснуть наружу — одно. Удержать его перед собой — совсем другое. Завтра попробуем снова.

Я кивнул, вытер пот со лба и посмотрел на треснувший валун.

Я сделал первый шаг.

Глава 23

— Если Книга способна наделять божественной силой, почему никто из вас её не прочтёт? Раз уж есть даже инструкция? — задал я давно мучивший меня вопрос.

Мы возвращались в деревню, солнце уже садилось. Мирра строго посмотрела на меня и чуть замедлила шаг.

— Всё не так просто, Аксель.

— Ну да, так мне и Элмар отвечал, но я так и не понял, что именно «не просто», — проворчал я.

— Не каждый готов к таким знаниям, — сказала она. — Сила Книги слишком велика. Ты же видел, что случилось с Лирой: она не выдержала даже самого знания о ней, а Книга лишь немного приоткрылась ей. Совет магов ждёт — года, века, пока родится человек, достойный этой силы. И мы будем хранить манускрипт, защищая Книгу, столько, сколько потребуется.

Я шёл рядом, слушая её и задумчиво глядя под ноги. Перед глазами возник образ Лиры в замке, её одержимый, чужой взгляд. Вспомнились её слова об ответственности и страхе потерять Книгу, тени, смерти, чёрное озеро… Что было бы, если бы Книга открылась полностью? Пожалуй, ничего хорошего.

— А если Книга начнёт открываться мне? — спросил я после долгого молчания.

— Ты не должен беспокоиться сейчас об этом, — уверенно ответила Мирра, глядя вперёд. — Мы как раз с тобой и занимаемся для того, чтобы предотвратить подобное.

Я хотел спросить — как именно, — но не успел. Из-за поворота вынырнула фигура девушки в светлом платье, зябко кутающаяся в шаль. Это была Лира.

— Аксель! — она помахала мне рукой, остановившись на краю дороги.

Я подошёл ближе. Мирра встала чуть поодаль.

— Я тебя искала по всей деревне, — Лира подскочила и обняла меня за плечи.

— Как ты? Я думал, ты ещё слаба, Элмар говорил тебе нужно лежать, я хотел зайти проведать тебя сегодня, — я тепло улыбнулся и оглядел её. Она была ещё бледной, но на щеках уже проступал лёгкий, едва уловимый румянец.

— Уже намного лучше. Отец разрешил прогуляться, — она чуть замялась и продолжила: — Если бы не ты, я бы… Ты спас меня, и я не знаю, как тебя благодарить.

— Перестань, Лира, — прервал я её. — Ты не должна меня благодарить.

— Я столько совершила ужасных вещей, Аксель. Я не могу себя простить. А ты теперь… из-за меня, — она взглянула на мою грудь, и я увидел, как к её глазам подступили слёзы.

Я снова обнял её. Она слегка дрожала. Я не знал, что сказать.

— В этом нет твоей вины. Не говори глупостей, — пробормотал я, прижимая её к себе.

Мирра подошла ближе, но не вмешивалась и ничего не говорила — лишь сочувственно смотрела на Лиру.

— Ладно, нужно возвращаться в деревню, уже поздно и ветер поднялся, — сказал я, когда Лира отстранилась. Она не плакала — слёзы уже высохли на её глазах.

Девушка кивнула, и мы медленно побрели к её дому. У калитки я задержался, дождался, пока Лира скроется за дверью, и только тогда развернулся.

Мирра всё так же шла за мной, хотя я уже несколько раз порывался сказать, что в провожатых не нуждаюсь. Она делала вид, что не замечает моих взглядов.

На подходе к нашему двору меня встретил встревоженный Фарис.

— Что произошло? — спросил я.

— Он пропал, — мрачно ответил Фарис. — Крил.

— В каком смысле? — спросил я чуть хрипло. У меня вдруг пересохло во рту.

— Когда я вернулся, его уже не было в доме. Стражник сказал, он ушёл из деревни, — голос Фариса чуть дрожал.

— Он же был пьян. А ты где был?

— Он проснулся. Я хотел поговорить с ним обо всём этом, но он сказал, что слишком трезвый для таких разговоров, и попросил меня принести ему ещё пива из таверны.

— И ты пошёл, — мрачно вздохнул я.

— Я сбегал очень быстро. Взял всего одну кружку. Я не ожидал, что он уйдёт… Он не собирался. — Фарис выглядел очень растерянным и виноватым.

— Ладно, слушай, всё нормально… Мы найдём его, — я постарался говорить как можно мягче, но внутри кипело волнение.

Мирра, стоявшая рядом и молчавшая всё это время, схватила меня за локоть.

— Ты никуда не пойдёшь!

— Ещё как пойду! — резко ответил я и вырвал руку из её хватки. — Ты меня не удержишь.

Она пристально взглянула на меня.

— Вижу. Но тогда я иду с тобой, и ещё несколько друидов. Иначе не пущу! — строго сказала она, сверкая глазами.

Я решил не спорить.

— Хорошо, — ответил я. — Но быстро. И без лишних разговоров.

Мы двинулись к выходу из деревни. Фарис шёл рядом, сжимая кулаки. Мирра позвала троих друидов — те молча последовали за ней. Я смотрел на темнеющий лес и думал о Криле. Он был пьян, сломлен, напуган. Куда он мог пойти? Зачем?

Глава 24

— Я чувствую его запах, — вдруг сказал Фарис, когда мы дошли до леса. — Туда.

Он указал на тропу, ведущую к старой мельнице. Я кивнул.

— Веди.

Мы свернули с главной дороги и углубились в чащу. Друиды освещали путь посохами. Мирра шла молча, и я краем глаза замечал, как она оглядывается по сторонам, время от времени прислушиваясь к деревьям.

— Крил! — крикнул я.

Тишина.

— Крил, чёрт возьми, отзовись!

Ни звука.

Мы шли уже около часа, когда Фарис остановился. Начал накрапывать мелкий дождь.

— След теряется, — помрачнел Фарис, вглядываясь в чащу.

— Он не мог уйти далеко в таком состоянии, — сказал я неуверенно.

— Деревья говорят, что видели его, но не могут точно указать направление… Здесь совсем рядом болото, — мрачно вздохнула Мирра. Затем повернулась к друидам: — Проверьте!

Друиды кивнули и скрылись за деревьями.

Я не хотел думать о плохом. Крил был жив — я это точно знал. Что-то внутри меня было уверено в этом, и это знание придавало сил. А на Фариса было жалко смотреть: он совсем сник и растерянно обходил тропы, пытаясь снова почуять след. Но дождь всё усиливался, не оставляя нам шансов.

— Я дурак, — тихо сказал Фарис, остановившись и не глядя на меня. — Я думал, ему просто нужно пиво, а он хотел, чтобы я ушёл и дал ему возможность сбежать.

— Ты не виноват. Не кори себя, — сказал я. — Никто не мог такого от него ожидать.

— Я должен был знать. Догадаться. Я видел, как он смотрит на дверь. Но не придал этому значения. А теперь… Он может быть мёртв. Из-за меня. — Голос Фариса дрогнул. — Он ведь не раз спасал мне жизнь, Аксель. Я обязан ему.

Он сжал кулаки так, что побелели костяшки, и сглотнул — словно старался сдержать слёзы. Но не плакал. Хотя я видел, как ему тяжело.

Я подошёл и сжал его плечо.

— Он жив, — сказал я, чеканя каждое слово, глядя ему в глаза. — Мы его найдём. А ты не виноват ни в чём.

Он кивнул, закусив губу, затем развернулся и снова принялся исследовать тропы. Я смотрел на него и не знал, что ещё сказать, чем подбодрить.

Друиды вернулись через несколько минут.

— Никого, — сказал один из них. — У болота ни души. Ни следа.

— Он мог уйти туда, — Мирра кивнула в сторону заросшей тропы, ведущей вниз, к низине. — Либо к заброшенной мельнице.

— Фарис, — позвал я.

Он обернулся. Глаза его были красными, зрачки сузились в вертикальные щели.

— Можешь попытаться снова? Выбери, по какой тропе нам идти.

— Попробую, — ответил он мрачно. Замер у первой тропы, прошёлся по ней вперёд, затем ринулся ко второй и принюхался.

— Я не уверен… — тихо сказал он.

— Просто скажи, куда тебя больше тянет, — мягко сказал я, видя его растерянность. — Не бойся ошибиться.

Он немного подумал и указал на первую тропу, ведущую к низине.

— По ней недавно проходили, — пробормотал он.

Друиды подошли к тропе, раздвинули траву, подсветили посохами, и один из них крикнул:

— Он прав, тут есть следы. Почти смыло, но виден отпечаток сапога.

Я подошел к друидам и всмотрелся в траву. В грязи, едва различимый под дождевыми струями, виднелся отпечаток сапога. Крила. Я не сомневался.

— Тогда идём, — сказал я.

Мы двинулись по тропе. Дождь не прекращался, ночь сгущалась. Я молился всем богам, которых знал и не знал, — лишь бы успеть.

Фарис шёл медленно, то и дело наклонялся к земле, трогал руками мокрую траву, принюхивался.

— Точно Крил, его запах, — сказал он и прибавил шаг.

Мы едва поспевали за ним. Все уже насквозь промокли. Я не чувствовал ничего — ни усталости, ни холода. В голове была только одна мысль: «Крил, держись».

Мы шли, казалось, целую вечность по склону вниз. Дождь лил как из ведра, и я уже не надеялся найти хоть что-то. Просто переставлял ноги, цепляясь за ветки деревьев, и периодически выкрикивая имя друга. В ответ раздавались лишь крики птиц да треск веток.

А потом лес кончился. Поляна распахнулась перед нами серой, мокрой равниной. Трава на ней была примята — и не дождём, а тяжестью.

Я замер. Следы. Копыта. Их было много.

Фарис замер, испуганно разглядывая их.

— Королевский отряд, — сказал он, побледнев. — Был здесь недавно.

— Нашёл подкову, — произнёс друид, подняв с земли металлический полукруг. — Лошадь из королевских конюшен.

— И следы Крила, — добавил Фарис, глядя на землю, где отпечатался сапог.

Я мрачно взглянул на Мирру, стоявшую посреди поляны.

— Если они его забрали, его ждёт казнь, — сказал я.

— Я понимаю, Аксель, — вздохнула она. — Но мы не можем рисковать и терять Книгу.

— Я пойду за другом! — яростно воскликнул я, понимая, к чему она клонит.

— Нет, Аксель, не пойдёшь, — резко сказала она и перевела взгляд на друидов. — Свяжите его!

— Не подходите! — крикнул я и выхватил меч.

Фарис встал рядом, угрожающе глядя на надвигающихся друидов.

— Мирра, опомнись! — сказал я. — Ты не можешь меня задерживать!

— Могу, — тихо ответила она. — И должна. Книга важнее одного человека. Даже если этот человек — твой друг.

— Важнее? — я рассмеялся — зло, отрывисто, невесело. — Ты сама не веришь в то, что говоришь.

— Возможно, — сказала она, и я увидел боль в её глазах. — Но я переступлю через себя. Ради будущего.

Друиды сделали ещё шаг. Фарис зашипел на них, как настоящий кот.

— Не приближайтесь, — предупредил он.

— Фарис, отойди, — сказала Мирра. — Это не твоё дело.

— Моё, — ответил он. — Крил спас мне жизнь. Я ему обязан. И вы не тронете Акселя.

— Мы не тронем, — сказала Мирра. — Мы просто… не пустим.

Я посмотрел на неё. На друидов. На посохи, которые они держали в руках. На Фариса, который дрожал от холода и ярости.

— Хорошо, — сказал я, убирая меч. — Не пойду. Но вы направите за моим другом отряд. И вызволите его.

Мирра чуть помедлила, кивнула и вздохнула с явным облегчением.

— Как скажешь, Аксель. Мы направим лучших воинов. Верховный соберёт своих, я выделю друидов. Мы вызволим Крила, будь уверен.

— Я верю тебе, Мирра, — тихо сказал я, поймав на себе странный, настороженный взгляд Фариса.

— Идём. Нужно спешить, возвращаемся в деревню! — скомандовала она друидам.

Она развернулась и пошла к тропе. Друиды, пропустив нас вперёд, двинулись следом. Фарис взглянул на меня вопросительно. Я молча кивнул.

Мы двинулись за Миррой. Вверх по склону.

Книга в моей груди молчала. Но я чувствовал — она готовилась. И я готовился. Ждал момента, чтобы повернуть назад.

Глава 25

Мы поднимались вверх по склону. Дождь постепенно стихал, но ветер стал холоднее — он пробирался под одежду, заставлял ёжиться. Мирра шла впереди, её тёмно-зелёный плащ мелькал между стволами. Друиды держались по бокам, их посохи мерцали тусклым магическим светом, выхватывая из темноты мокрые ветки и скользкие камни. Фарис то и дело оглядывался, всматриваясь в чащу. Его глаза едва уловимо мерцали.

Я чувствовал Книгу внутри. Она не давила, не жгла — просто напоминала о себе. Тёплый, ровный пульс, как у живого существа, где-то в груди, под рёбрами. Я покосился на друидов — они смотрели перед собой, опираясь на посохи, и шагали вперёд с каменными лицами. Ни один не глядел в нашу сторону.

Я выжидал. Каждые несколько шагов я перехватывал взгляд Фариса. Он понимал меня без слов — мы столько прошли вместе, что слова стали лишними. Я чуть замедлил шаг, делая вид, что запнулся о корень. Фарис подмигнул — коротко, едва заметно.

Я заметил, что один из друидов догнал Мирру, ушедшую вперёд. Они о чём-то тихо говорили, не оборачиваясь. А двое других по бокам смотрели прямо перед собой, их посохи равномерно отбивали шаг. Они не следили за нами. Или делали вид.

Мы с Фарисом отстали ещё чуть-чуть. Сначала на шаг. Потом на два. Нас не окликнули. Я перевёл дыхание, стараясь унять сердцебиение. Ещё шаг. Ещё.

— Сейчас, — прошептал я так тихо, что сам едва услышал.

Фарис чуть кивнул.

Я коснулся его плеча — и мы ринулись назад.

Вниз по склону, с которого только что поднялись. Со всех ног, игнорируя крики, раздававшиеся за спиной. Ветки хлестали по лицу, корни норовили вывернуть ногу, но мы бежали, не разбирая дороги. Я слышал топот ног позади — кто-то бросился за нами. Что-то кричала Мирра, её голос был резким, встревоженным.

Мимо пролетали удары посохов. Заклятия молниями проносились рядом с ухом, обжигая воздух. Но мы каким-то чудом уворачивались — может быть, Книга помогала, может быть, просто везло. Я не знал. Я просто бежал, чувствуя, как лёгкие начинают гореть, как мышцы наливаются свинцом.

Спустя мгновение — или целую вечность, я не мог сказать — мы уже скрылись в лесной чаще. Я петлял между деревьями, стараясь угнаться за Фарисом, и даже не пытался выбирать путь в этой темноте. Фарис видел намного лучше, подсказывал направление, выискивал тропы.

Крики за спиной становились всё тише. Ещё минута — и они затихли совсем, растворились в ночи.

Мы бежали до тех пор, пока лёгкие не начало жечь огнём. Пока ноги не стали чужими, тяжёлыми, и не закололо в боку. Я споткнулся о корень, упал на колени, но тут же вскочил. Фарис схватил меня за руку, потянул дальше. Но через несколько шагов мы оба поняли — силы закончились.

Мы рухнули на землю под старой сосной, тяжело дыша, хватая ртом холодный ночной воздух. Я прижал руку к груди — сердце колотилось где-то в горле. Фарис лежал рядом, закрыв глаза, и я видел, как ходуном ходит его грудь.

— Кажется… оторвались, — выдохнул он.

Я приподнялся на локтях, огляделся. Лес стоял тихий, тёмный, почти непроглядный. Ни огней, ни голосов. Только ветер в кронах да редкие капли, срывающиеся с мокрых веток.

— Что теперь? — спросил Фарис. Он всё ещё тяжело дышал, но в его взгляде уже загоралась привычная решимость.

— Теперь идём выручать Крила, — ответил я, с трудом поднимаясь на ноги, держась за ствол дерева.

— А Мирра? Думаешь, отстанет? — Фарис сел, потёр лицо рукавом.

Я покачал головой.

— Не отстанет. Поэтому нужно спешить. Она знает лес лучше нас. Если мы не хотим, чтобы она нас нашла, нужно уходить как можно дальше и как можно быстрее.

Я поднял глаза к небу. Сквозь рваные облака пробивались звёзды — холодные, далёкие, равнодушные. Но они хоть немного освещали путь.

— Идём, — сказал я, протягивая Фарису руку.

Он поднялся, отряхнул штаны.

— Я знаю, что ты всегда идёшь на риск без раздумий, — сказал он, чуть помедлив. — Но ты уверен, Аксель, что сейчас это не самоубийство? Есть ли у нас шансы?

Я не увидел страха в его глазах. Только сомнение.

— Я не знаю, что нас ждёт там, — честно сказал я. — Но у Крила нет времени. Я надеюсь на свою магию, на Книгу, хоть она меня пока не сильно слушается… Но я не хочу, чтобы ты рисковал. Я пойму, если ты захочешь уйти.

— Я не это имел в виду, — удивлённо ответил Фарис. — Разве я похож на того, кто бросает друзей в такой момент?

— Нет. Это точно не про тебя, — согласился я.

Мне одновременно стало тепло и горько на душе. Опять он идёт за мной в смертельную опасность. И я видел по его взгляду, что он пойдёт до конца, что бы я ни сказал.

Мы двинулись дальше. Без друидов, без Мирры. Только вдвоём. И Книга внутри меня. И я очень сильно надеялся, что она не подведёт в решающий момент.

Глава 26

Мы пробирались сквозь заросли леса в полной темноте. Сквозь редкие просветы между ветвями я видел лишь мерцающие созвездия, по которым прокладывал путь. Я знал — нужно идти на северо-восток. Там находился королевский город и темница, куда отряд увёз Крила.

Я не хотел допускать мысли, что его убили на месте — на той поляне или по дороге. Я гнал эту мысль от себя, отказывался в неё верить. К тому же я знал короля: он непременно захочет посмотреть в глаза предателю перед казнью.

Лес вокруг словно затаился. Ветви нависали над головой, переплетались в сплошной тёмный свод, пропуская лишь редкие лучи лунного света. Где-то вдалеке ухал филин, и этот звук казался зловещим предзнаменованием. Я старался не думать о плохом, но тревога сжимала грудь всё сильнее.

Вдруг я сделал шаг вперёд и ощутил, что ногу что-то схватило. Я резко замер, наклонился, пытаясь рассмотреть в темноте, что именно. Пошарил рукой и понял — сапог зацепился за корень дерева. Попытался высвободить ногу, но ничего не вышло. Более того — мне показалось, что корень словно сжал ногу ещё сильнее, обвив её, как змея.

— Ты чего встал? — раздался тревожный голос Фариса. Он вернулся за мной из чащи, бесшумно ступая по мокрой траве.

— Меня что-то держит, — ответил я, указав на сапог.

Фарис тут же опустился на колени, принялся ощупывать корень, пытаясь разжать его. Но у него тоже ничего не получалось — корень оставался неподвижным, словно каменным.

Вдруг он резко вскрикнул. Я сначала не понял, что случилось, а потом увидел: его потащило назад, и с силой впечатало в дерево. Вокруг его талии обвился огромный корень дуба — он извивался, как щупальце, и сдавливал всё сильнее, не давая Фарису отлипнуть от ствола.

Фарис дёргался в панике, царапал корень ногтями, пытался сбросить его, но хватка только усиливалась. Я достал меч и принялся рубить корень, сжимавший мой сапог. Корень не поддавался — сталь звякала о дерево, оставляя лишь мелкие зарубки.

Внезапно из земли вырвался новый корень. Он молниеносно выхватил мой меч, отбросил его в сторону на несколько метров, а затем обвил мою вторую ногу. Я оказался прикован к месту.

Я поднял глаза на Фариса. Он тяжело дышал, корень сжимал его талию всё сильнее. А второй корень обвился вокруг его шеи и начал сдавливать. Фарис захрипел, из последних сил пытаясь высвободитья. Он судорожно хватал ртом воздух, лицо его багровело на глазах.

Я рванулся, пытаясь освободиться. Бесполезно.

Деревья напоминали огромных чёрных осьминогов — десятки корней шевелились, извивались, тянулись к нам со всех сторон. Я разозлился. Я знал, чьих это рук дело. Прекрасно знал.

— Отпусти нас, Мирра! — прокричал я в темноту. — Мы спасли тебя, а ты так нам платишь?

Никто не ответил. Только ветер завыл в кронах. Фарис хрипел — тихо, уже почти не слышно.

Я выставил вперёд руку, попытался призвать магию. Ничего. В пальцах не зажглось и слабого огонька. Книга внутри молчала.

— Она защищает тебя, глупец! — вдруг раздался голос у меня за спиной. Скрипучий, глубокий, будто кто-то ворочал каменные плиты. Я не сразу осознал, что это говорит сам дуб — тот самый, что держал меня.

— Немедленно отпусти нас! — чётко сказал я, не оборачиваясь. Голос мой звучал твёрже, чем я чувствовал себя.

Дуб не ответил. Корни сжались ещё крепче — на моих ногах, на теле Фариса. Я увидел, как лицо друга побагровело, глаза закатились. Он почти перестал сопротивляться, безвольно повис на стволе, как тряпичная кукла.

Сердце бешено колотилось о рёбра. Меня захлестнула волна ужаса, а следом — слепая ярость. В груди что-то шевельнулось, ударилось о рёбра, отдаваясь жаром. Книга нагревалась, словно раскалённый камень.

— Отпусти! — прорычал я, и голос мой, кажется, изменился — стал глубже, громче, чужероднее. — Не то почувствуешь мою силу на себе!

Дуб чуть ослабил хватку — к моему удивлению. Совсем чуть-чуть, на мгновение, но ослабил. Однако ноги я всё ещё не мог вытащить.

— Я приказываю тебе! — чеканил я каждое слово, стараясь скрыть дикий ужас, обуявший меня. Книга внутри нагревалась всё сильнее, мне казалось — ещё мгновение, и она вспыхнет пламенем, сожжёт меня изнутри, оставит только пепел. — Отпусти нас! Убери свои корни и освободи дорогу! Я — Хранитель!

Корни дуба на моих ногах вздрогнули — словно испуганный зверь. Затем медленно, неохотно начали сползать, отпуская сапоги. Я рванулся, высвободил ноги и бросился к Фарису.

Он уже терял сознание. Глаза закатились, голова безвольно клонилась набок. Корень вокруг его шеи начал ослабевать, расплетаться. Затем корни освободили его полностью — втянулись обратно в землю, словно их и не было.

Я подхватил Фариса, приподнял, закинул его руку себе на плечо и осторожно потащил прочь от дубов — подальше, к кустарнику на небольшой поляне. Он дышал, но был без сознания — голова безвольно моталась в такт шагам, веки сомкнуты.

Я опустил его на траву у кустарника. Присел рядом, похлопал по щекам — сначала легонько, потом сильнее. Фарис не реагировал. Тогда я снял с пояса флягу, откупорил её и брызнул водой ему в лицо.

Он вздрогнул, резко вздохнул — судорожно, всем телом, — и открыл глаза. Закашлялся, сел, прижимая руку к груди, испуганно озираясь по сторонам.

— Тихо, тихо, — сказал я, когда он выровнял дыхание. — Всё в порядке.

Фарис уставился на меня, зрачки расширены, лицо белое как мел. Он вновь оглянулся по сторонам, словно ожидал, что корни снова набросятся из темноты.

— Всё закончилось, — мягко добавил я, всматриваясь в его лицо с тревогой. — Деревья не тронут.

Он медленно приходил в себя. Бледность понемногу отступала, в глазах прояснялось. Фарис потёр шею — там, где корень сжимал горло, уже проступил багровый след, похожий на ожог.

— Я слышал… словно издалека, — заговорил он сбивчиво, чуть хриплым голосом. — Ты на кого-то кричал. Приказывал освободить путь.

Я кивнул.

— Кричал на деревья.

— И они послушались? — Фарис перевёл взгляд на дубы. Те стояли неподвижно — старые, корявые, освещённые бледным лунным светом.

— Послушались, — тихо ответил я.

Фарис помолчал, потом произнёс почти шёпотом:

— Ты сильный маг, Аксель.

Я покачал головой.

— Я не маг. Я человек с непонятной силой внутри.

— Это одно и то же.

— Нет, — твёрдо сказал я. — Это другое.

Он пожал плечами, решив не спорить, и попытался встать. Я подал ему руку. Фарис опёрся, и я помог ему подняться. Он постоял секунду, проверяя равновесие, потом кивнул — идём.

Мы двинулись дальше.

Лес словно ждал этого. Стоило мне сделать шаг — и ветви начали расступаться, как перед Миррой. Плавно, словно нехотя, но расступались. Корни убирались с тропы, уползали обратно в землю. Даже тьма, казалось, отступала, пропуская нас вперёд.

Я не знал, как это работает. Просто делал шаг — и лес подчинялся.

Фарис шёл рядом, то и дело бросая на меня потрясённые взгляды. Его зрачки расширились, рот приоткрылся, словно он хотел что-то сказать, но не находил слов. Я понимал его. Ещё час назад мы продирались сквозь чащу, цепляясь за каждую ветку. А теперь лес сам прокладывал нам дорогу.

Мы шли молча. Быстрее, увереннее, чем раньше. Листва шелестела над головой, где-то вдалеке ухал филин, и я вдруг поймал себя на мысли, что не боюсь. Не этого леса, не темноты, не погони. Я боялся только одного — не успеть.

Деревья освобождали путь, месяц светил нам в спину, и я чувствовал Книгу внутри. Она отдавалась ровным теплом в груди. Не давила, не жгла — просто согревала.

И это придавало мне сил.

Глава 27

Мы вышли к городу короля на рассвете. Солнце только начинало золотить шпили башен, но воздух был ещё холодным, по-утреннему свежим. Я накинул на голову капюшон плаща, стараясь скрыть лицо, и запахнул плащ поверх меча, чтобы рукоять не бросалась в глаза. Фарис нервно оглядывался по сторонам, его пальцы то и дело сжимались в кулаки.

— Не привлекай внимания, — тихо сказал я. — Иди спокойно, не оглядывайся.

Фарис молча кивнул, плечи его заметно напряглись — словно перед ударом или прыжком. Он перевёл дыхание и немного расслабился, но я видел: он на пределе.

У ворот стояли четверо солдат в кожаных доспехах, с копьями наперевес. Они лениво оглядывали входящих, перебрасывались короткими фразами — о дежурстве, о ночной смене, о том, кто где выпил лишнего. Обычная утренняя рутина.

Я попытался незаметно вклиниться в толпу горожан, но меня окликнули.

— Куда прёшь? — гаркнул один из стражников.

Я остановился. Фарис замер у меня за спиной.

— В город, — ответил я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — По делам.

— По делам, — хмыкнул он. — Лицо покажи.

Я чуть приподнял голову и откинул капюшон — ровно настолько, чтобы он мог разглядеть мое лицо, но не настолько, чтобы узнать. На мою удачу, этот стражник оказался новеньким, видимо, недавний новобранец. Я, кажется, не встречал его раньше. Он равнодушно скользнул взглядом по моему лицу, затем перевёл взгляд на Фариса, замершего рядом.

— Проходите, — буркнул он, махнув рукой.

Я едва заметно выдохнул. Мы шагнули внутрь.

Город просыпался: гремели телеги, кричали торговцы, где-то лаяли собаки. Пахло хлебом, навозом, дымом из печей — привычный, густой запах жизни. Жизнь кипела, не зная, что среди этой толпы идут Хранитель Книги Солнца и бывший кот, ставший человеком.

— Куда теперь? — спросил Фарис, оглядываясь по сторонам.

— К замку, — ответил я. — Крила должны держать там. В подземельях.

— И как мы туда попадём?

— Я знаю один ход, — сказал я, но в голосе не было уверенности. Сердце билось всё чаще, страх сдавливал грудь.

Мы свернули в узкий переулок, потом в другой, в третий. Фарис шёл за мной, не задавая вопросов. Я сам не знал, что буду делать, когда окажусь внутри. Книга в груди предательски молчала — ни тепла, ни подсказки, ни намёка на помощь.

Замок вырос перед нами неожиданно — серый, массивный, с высокими стенами и узкими окнами. У ворот стояла усиленная стража: шестеро воинов в полном вооружении, с мечами и копьями.

— Обойдём, — сказал я.

Мы двинулись вдоль стены, петляя между кустами и мусорными кучами. Я искал лазейку, которую помнил с тех времён, когда сам был охотником на магов. Наконец я увидел старую дренажную трубу, почти скрытую зарослями бузины.

— Туда, — сказал я, опускаясь на корточки.

— Ты шутишь? — прошептал Фарис.

— Другого пути нет, - вздохнул я.

Я полез первым. Фарис — следом. Внутри было темно, сыро, пахло гнилью, плесенью и крысами. Я полз, сжимая зубы, стараясь не думать о том, что нас могут обнаружить. Книга по-прежнему молчала, и моя решимость угасала с каждым метром, сменяясь глухим, липким страхом.

— Аксель, — прошептал Фарис. — Там свет. Впереди.

Я поднял голову. Действительно, в метрах десяти мерцал слабый огонёк — факел или свеча.

— Выход, — сказал я.

Мы выбрались в подвал замка. Нас встретили сырые каменные стены, запах плесени, редкие факелы в железных кольцах. Где-то вдалеке слышались шаги — глухие, мерные, совсем близко.

— Крил должен быть здесь, — прошептал я.

Мы двинулись по коридору, прижимаясь к стенам. Я сжимал рукоять меча, стараясь дышать как можно тише. За каждым поворотом я ожидал окрика, удара, смерти. Но нас не замечали — стража, кажется, не ожидала гостей с этой стороны.

Мы услышали приближающиеся шаги, замерли стараясь укрыться в тени каменной ниши. Стражник прошёл мимо быстрым шагом, не глядя в нашу сторону, и свернул в соседний коридор. Мое сердце колотилось так громко, что, казалось, его слышно во всём коридоре. Я выдохнул и выглянул из-за угла. Несколько камер с решётчатыми дверьми тянулись вдоль стены. Внутри в темноте кое-где виднелись силуэты узников.

— Крил, — позвал я едва слышно.

Тишина.

Я уже решил, что ошибся, что его держат в другом месте, когда из темноты донёсся хриплый, глухой надорванный голос:

— Аксель?

Моё сердце пропустило удар. Я узнал этот голос. Я бросился вдоль камер, заглядывая в каждую.

— Должно быть, он в соседнем отсеке, — сказал я, когда мы просмотрели все камеры.

Мы побежали. Свернули за угол — и наконец я увидел его. Крил стоял по ту сторону решётки, бледный, избитый, с фингалом под глазом и запёкшейся кровью на губе. Одежда была порвана, на руках — следы верёвок.

— Ты идиот, — тихо сказал я.

— Знаю, — хмуро ответил он, и я увидел в его глазах не удивление, а какую-то обречённую благодарность.

Я ударил по замку — мечом, ногой, плечом. Дверь не поддавалась. Звон металла разнесся по коридору.

— Попробуй магию, — сказал Фарис.

Я закрыл глаза. Представил, как сила выходит из груди, как она ударяет по замку, как он рассыпается в прах. Я направил руки на замок, почувствовал лёгкое покалывание в пальцах — и ничего. Только тишина в ответ.

— Это ещё кто? — раздался басовитый крик за нашими спинами.

Я резко обернулся.

Стражник. Здоровенный, в доспехах, с мечом на поясе. Из-за угла, привлечённые шумом, к нему вышли ещё трое. За ними — ещё несколько. Мы с Фарисом ринулись назад — но оттуда тоже перекрыли выход. Двое стражников преградили путь, выставив копья.

Мы были окружены.

— Помоги, прошу! — мысленно взмолился я Книге. Но ответа не последовало. Тишина. Холодное, равнодушное молчание.

Стражники смотрели на меня с явным интересом и посмеивались. Некоторые узнали меня — я видел это по их глазам.

— Схватить их! — скомандовал командир, вышедший из-за их спин.

Я схватил меч — и тут же опустил. Их было слишком много. Я поднял руки. Фарис замер рядом, не зная, что делать. Взгляд Крила из-за решётки был полон отчаяния.

Стражники окружили нас, тыча мечами и копьями, заставили отступить к камере. Мой меч быстро изъяли, кто-то отпер дверь. Нас затолкали внутрь — меня и Фариса.

— А вот и второй предатель, — усмехнулся командир. — Король будет доволен.

Я узнал его. Мы когда-то работали в одном отряде — он начинал как охотник на магов, потом его повысили до начальника стражи за особые заслуги. Теперь он смотрел на меня как на чужого. Как на врага.

Дверь захлопнулась. Замок лязгнул — глухо, неумолимо.

Мы стояли втроём в тесной камере. Крил — бледный, с разбитой губой и фингалом. Фарис — испуганный, растерянный, прижавшийся к стене. Я — злой на себя, на Книгу, на короля. И совершенно не знающий, что делать дальше.

— Ну вот, — сказал Крил с мрачной усмешкой. — Компания.

— Заткнись, — ответил я, но без злости.

Я видел, что он усмехается через силу, через боль. А в его глазах была настоящая безысходность. И отчаяние. Такое же, как у меня.

Глава 28

— Что будем делать? — мрачно спросил Фарис после затянувшейся тишины.

— Понятия не имею, — честно ответил я.

— Не нужно было тебе идти за мной, — резко сказал Крил, отводя взгляд. — Вечно ты геройствуешь!

Я бросил на него раздражённый взгляд.

— Я геройствую? А не ты ли порывался прыгать за мной в чёрное озеро?

Крил не ответил, уставившись в угол камеры.

— Это я виноват, что не остановил тебя, — влез Фарис. — Ты был пьян, беспомощен.

— Я не беспомощный! — огрызнулся Крил, поднимая глаза и сжимая кулаки. — Я воин! Это ты — кот беспомощный. Вспомни, как ты переходил ручей! Словно трус!

— Крил, прекрати! — не выдержал я.

Фарис отступил к стене, облокотился, сложил руки на груди — явно не желая больше говорить с Крилом.

— А что, я не прав? — продолжал тот.

— Не прав. Ты ничего не знаешь. Не смей называть его трусом.

Я сделал глубокий вдох, стараясь унять нарастающую злость. Фарис не смотрел в нашу сторону.

— Ладно, я понял, — Крил примирительно поднял руки. — Прости, котяра, нервы сдают.

— У него есть имя! — одёрнул его я.

— Фарис, ну прости, ладно, я не прав! — сказал Крил, и на этот раз прозвучало искренне.

— Я не злюсь, — тихо ответил Фарис, рассматривая решётку.

— Вот и хорошо. А теперь надо думать, как выбираться, — сказал Крил уже бодрее.

Я прошёлся по камере. Тесная, каменная, с маленьким зарешечённым окошком под самым потолком. В углу — куча гнилой соломы. За дверью, в отдалении, слышались шаги — редкие, но мерные. Стража.

— Если бы у меня был меч, — начал Крил.

— Если бы у меня были крылья, — перебил Фарис с печальной усмешкой.

— Хватит, — сказал я. — Думать надо.

Я прислонился к стене, закрыл глаза. Книга внутри по-прежнему молчала. Я снова попробовал обратиться к ней — без слов, без молитв. Просто почувствовать.

— Аксель? — позвал Фарис.

— Тихо.

Я предпринял новую попытку. Вспоминал всё, чему успел научиться у Мирры. Но магия во мне не просыпалась, Книга не подавала признаков жизни. Словно я вновь стал собой прежним, и все события минувших дней мне просто приснились.

Я открыл глаза, подошёл к двери. Ударил по ней ногой. Раз. Другой. Третий.

Дверь не поддалась.

Крил и Фарис всё это время молча наблюдали за мной.

— Бесполезно, — выдохнул я, прислонившись к стене.

— Значит, будем ждать, — сказал Крил.

— И долго ждать? — едва слышно спросил Фарис, опускаясь на пол и прижимаясь спиной к холодной стене.

— Нет, — глухо ответил Крил. — Казнь на рассвете.

— Что? — Фарис резко вскочил на ноги.

— Мою казнь завтра на рассвете, — повторил Крил, не глядя на него. — Так мне сказали.

Мы замолчали. Я смотрел на решётку, сквозь которую пробивался слабый свет. Утро переходило в день. Время шло. А мы сидели в каменном мешке и ждали смерти.

— Знаешь, — сказал вдруг Крил, — я всю жизнь выполнял приказы. Никогда не думал, что окажусь по ту сторону решётки.

— Я тоже, — мрачно ответил я.

— Дурак я, — сказал он. — И трус.

— Нет, Крил.

Он тяжело вздохнул.

— Мы выберемся, — сказал я, пытаясь придать голосу уверенности. — Я чувствую.

Крил невесело хмыкнул, но промолчал. Фарис побледнел ещё сильнее.

И мы затихли. Слушали шаги стражи, капли воды с потолка, своё дыхание. Ждали.

Крил вновь мрачно усмехнулся.

— Хорошая компания для последнего пути, — сказал он.

— Не последнего, — ответил я. — Мы ещё повоюем.

За стеной затихли шаги. Наступила тишина. Глубокая, давящая, как перед бурей.

Я закрыл глаза и снова позвал Книгу. Не силой — сердцем.

«Помоги, — мысленно взмолился я. — Мы не должны здесь остаться».

Но она молчала. Сейчас, когда была нужна как никогда, она не отзывалась.

---

Глава 29

Мы сидели молча. Время утекало сквозь пальцы. Нам принесли поесть — бросили миски на пол через маленькое окошко внизу двери, как собакам. Я не хотел есть. Фарис и Крил тоже не притронулись к мерзкой жиже, наполовину вытекшей из мисок. Запах стоял такой, что к горлу подкатывала тошнота.

— Я бы не рискнул это есть даже перед смертью, — сказал Крил, заметив мой взгляд. — Это не еда. Это издевательство.

— Ты прав, — согласился я.

Фарис сидел, прижавшись к стене, и смотрел в одну точку. Я знал, о чём он думает. И сердце сжималось.

— Катрина… я не сдержу обещание, — тихо сказал он, подтвердив мою догадку. — Она будет ждать меня, а я не вернусь.

— Ты вернёшься, Фарис, прекрати, — сказал я, стараясь, чтобы голос прозвучал уверенно. — Мы выберемся. Обязательно. Мы всегда выбираемся.

— Не в этот раз, — прошептал он едва слышно.

— Ты что, решил сдаться так просто? — спросил я. — Это даже не тени, не Мрак. Это обычные люди.

— Люди страшны, если их много. За ними сила, замки и острые мечи.

— Кот дело говорит, — мрачно вздохнул Крил.

Я не знал, что ещё сказать. Я не хотел сдаваться.

---

Ближе к вечеру за дверью послышались шаги — тяжёлые, уверенные, чужие. Лязгнул замок, дверь открылась.

На пороге стоял стражник — грузный мужчина с сединой в бороде и маленькими колючими глазами. В руках он держал свиток, перевязанный алой лентой.

— Встать! — рявкнул он.

Мы поднялись. Я — спокойно, Крил — с вызовом, Фарис — медленно, словно каждое движение давалось ему через силу.

Стражник развернул свиток и начал читать. Голос его был гулким, равнодушным — будто он зачитывал погоду на завтра.

— Именем короля! — провозгласил он. — Ты, Аксель, бывший охотник на магов, ныне предатель и пособник магов, приговариваешься к смерти. Казнь состоится на рассвете на городской площади.

Он перевёл взгляд на Фариса.

— Ты, бывший кот, превращённый по случайности в человека, также приговариваешься к смерти за пособничество магам.

Фарис побледнел, но промолчал. Только кулаки сжались.

Стражник повернулся к Крилу.

— Ты, Крил, ветеран королевской стражи, изменник…

— На рассвете к смерти, предатель, пособник магов, — пробурчал Крил, передразнивая стражника. — Знаю, помню, в курсе. Сокращай.

Мужчина нахмурился, но свиток убрал.

— Я хочу поговорить с королём, — сказал я.

Стражник язвительно усмехнулся.

— Он будет присутствовать на казни, — ответил он. — Сможешь перекинуться с ним взглядом, когда твоя голова полетит в яму на плахе.

Он громогласно рассмеялся. Смех гулко отразился от стен, и я подумал, что таким смехом, должно быть, встречает сама смерть.

Стражник, обведя нас напоследок насмешливым взглядом, скрылся в коридоре.

Я отошёл от двери, сел на пол, прислонился к стене. Крил сидел в углу на грязной соломе и смотрел в одну точку.

Фарис стоял у стены, вглядываясь в окно под потолком.

— Который час? — спросил он.

— Понятия не имею, — ответил я.

Звёзд и луны не было видно. Но темнота за окном стала глубже, чем раньше. Время текло слишком быстро. Катастрофически быстро.

Я закрыл глаза. Представил, как нас выводят во двор. Как сковывают цепями. Как ведут на площадь. Толпа. Стражники. Палач. Король на возвышении.

Сколько у нас будет минут? Десять? Пять? Шанс сбежать — почти нулевой. Без магии, без поддержки, без оружия.

Я видел казни преступников. Видел, сколько стражи вокруг. Видел, как тщетны бывали их попытки вырваться. И не представлял, что делать.

Книга молчала. Словно никакой я не Хранитель. Просто человек. Солдат, который когда-то нарушил приказ. И который теперь умрёт за это.

За стеной пробили часы. Где-то далеко, на другой стороне замка. Я не успел сосчитать удары.

— Скоро рассвет, — сказал Крил.

— Знаю, — ответил я.

— У тебя есть план?

— Нет, — честно сказал я.

Крил кивнул, словно ждал этого ответа.

— Тогда будем импровизировать, — сказал он.

— Импровизировать, — повторил Фарис. — Звучит… не очень.

— Лучше, чем ничего, — ответил Крил.

Я сжал кулаки. Книга молчала. Но внутри, где-то там, глубоко, в месте, которое я называл сердцем, я чувствовал искру.

Не надежду. Не уверенность.

Просто — нежелание сдаваться.

И этого пока было достаточно.

Глава 30

— Мы не спасёмся, Аксель. Я вижу это в твоих глазах, — тихо сказал Фарис.

— Придумаем что-нибудь, — ответил я, уже сам себе не веря.

До рассвета осталось недолго.

Я принялся вновь осматривать дверь и тяжёлый замок. Предпринимал всё новые попытки пробудить в себе магию. Но снова — тщетно.

Вдруг в коридоре послышались шаги. Не одного человека — нескольких. Глухие удары сапог о каменный пол, лязг металла, и сквозь этот шум — голос.

— Только не бейте сильно! Я же не сопротивляюсь! Не бейте, прошу вас!

Я замер. Голос был знакомым, но я не сразу понял, кому принадлежит.

Я прильнул к решётке. Шаги приближались.

Из-за угла вынырнул Мрак. Собственной персоной. В цепях — на руках, на ногах. Позади — четверо стражников с мечами наголо. Они пинали его в спину, подгоняя вперёд.

— Прошу, мне так страшно! — восклицал Мрак, разыгрывая ужас. Но я заметил самодовольную усмешку на его губах.

— Закрой пасть, бесов сын! — прорычал один из стражников и снова пихнул его.

Мрак встретил мой взгляд. Улыбнулся. Насмешливо. И подмигнул, прежде чем его затолкали в соседнюю камеру. Дверь лязгнула, замок заскрежетал.

Я был сбит с толку. Мрак явно не был напуган. Он что-то затевал. И, похоже, сам позволил себя пленить.

— Что происходит? — подошёл ко мне Фарис. — Что ему нужно?

— Сейчас узнаем.

Я ждал, пока стражники бросив напоследок ругательства в адрес Мрака, захлопнули дверь и удалились по коридору. Шаги стихли.

— Ты что затеял? — спросил я, встав у стены соседней камеры. Я не видел его, но прекрасно знал, что он слышит.

— Вас спасаю, недоумки, — ответил Мрак.

— С чего бы это? В тебя ангелы вселились? — пробурчал Крил.

— Конечно нет. Я потребую плату за спасение, — усмехнулся тот.

— Чего ты хочешь? — напрягся я.

— Вы идёте со мной. Добровольно. Без фокусов, — ровно сказал он.

— Тебе компания нужна? — мрачно усмехнулся Крил.

— Ты знаешь, что мне нужно, — голос Мрака стал серьёзным, почти металлическим. — Новый Хранитель. И его друзья.

— Откуда ты… — прошипел я, прижимая ладонь к груди.

— Одна птичка напела, — усмехнулся Мрак. — Которая не умеет сидеть на месте и ждать. Которая, возомнив себя воином, бросилась вас искать. И пошла наперекор отцу.

— Лира? — понял я. — Что ты с ней сделал?!

— Ничего особенного, — спокойно ответил Мрак, словно говорил о пустяках. — Немного покопался в памяти. И пригласил погостить у меня.

— Если с ней что-то случится, ты…

— То я покойник, знаю, мы это уже проходили. — В голосе Мрака послышалась усталость. — Угрозы, оскорбления — достаточно.

— Как ты собираешься нас вызволить? — спросил Крил скептически. — Тени свои нашлёшь? Уничтожишь город?

— Я стратег, а не разрушитель, — серьёзно ответил Мрак.

— С каких это пор? — удивился я.

Он не ответил, но я услышал его раздражённый вздох.

— Если я пойду с тобой, ты отпустишь моих друзей? — спросил я с надеждой.

— Мне они нужны. Для подстраховки, — ответил он.

— Собираешься пытать их? — с ужасом спросил я.

— Делать мне больше нечего, — проворчал он едва слышно.

— Зачем они тебе?

— Хватит задавать глупые вопросы. — Мрак вздохнул. — Давай ближе к делу. Ты согласен на моё предложение? Или предпочтёшь потерять голову на плахе вместе с друзьями?

Я чуть помедлил. Перевёл взгляд на Крила. Тот мрачно кивнул. На Фариса — тот, чуть помедлив, тоже кивнул. Сжал кулаки. Сглотнул.

— Согласен, — сказал я тихо.

Я ненавидел себя в этот момент. Ненавидел своё бессилие, свою слабость, свою готовность вновь идти на поводу у того, кого я должен был уничтожить. Но я не мог сказать ничего другого.

— Вот и славно, — голос Мрака стал почти дружелюбным. — Отдыхайте. Завтра вас не казнят.

— Ты так уверен? — спросил Крил.

— Я всегда уверен, — ответил Мрак. — В отличие от вас.

В камере стало тихо. Я сел на пол, прислонился к стене и закрыл глаза. Фарис опустился рядом. Крил замер в углу — не спал, просто… ждал.

— Аксель, ты правда ему веришь? — спросил Фарис.

— Нет, — ответил я. — Но у нас нет выбора.

— Выбор есть всегда, — сказал Крил. — Просто иногда все варианты дерьмовые.

— И этот — наименее дерьмовый, — ответил я.

За стеной послышался тихий смешок.

Я прижал руку к груди. Книга молчала.

Глава 31

Перед рассветом время внезапно замедлилось. Мне казалось, я слышу каждый шорох из коридора — шаги стражи, скрип доспехов, далёкий лязг ключей. Я вздрагивал при каждом звуке, напряжение нарастало с каждой секундой.

Фарис встал и заходил по камере, о чём-то размышляя, периодически всматриваясь в окно. Его лицо было бледным, глаза лихорадочно блестели. Крил тоже поднялся, разминая затёкшую шею, и замер у стены, сложив руки на груди.

Из соседней камеры не доносилось ни звука. Только тихое, ровное дыхание Мрака — спокойное, размеренное. Но я чувствовал, что он не спал.

— Скоро, — сказал Крил негромко.

— Знаю, — ответил я.

— Ты готов?

— Нет.

Он усмехнулся — одними уголками губ, невесело.

— Я тоже.

---

Под утро за нами наконец пришли. Семеро стражников — трое направились в камеру к Мраку, четверо — к нам. Они открыли дверь, вошли, звякнули цепями.

— Руки вперёд, — скомандовал старший.

Я повиновался. Холодный металл сжал запястья. Я почувствовал тяжесть — не столько железа, сколько безысходности.

Мрак вышел из своей камеры спокойный, почти сонный. Цепи на его руках не звенели — он нёс их так легко, словно они были частью его наряда. Он взглянул на меня, и мне показалось, что в его глазах мелькнуло что-то похожее на усталость.

— Идём, — бросил стражник.

Мы двинулись по коридору. Я — впереди, за мной — Фарис и Крил. Мрак шёл рядом со мной, лениво переставляя ноги, и я краем глаза видел его спокойное лицо.

Я хотел спросить о его плане. О том, как он собирается нас спасти — или погубить. Но нас окружали стражники, и каждое слово могло стать последним.

Я обернулся к Фарису. Он шёл неуверенно, оглядывался назад, словно искал там спасение. Я поймал его испуганный взгляд и молча кивнул. «Всё будет хорошо», — хотел сказать я, но не смог. Только кивнул. Он ответил тем же.

Крил шёл быстрым, уверенным шагом, не оглядываясь. Плечи расправлены, голова поднята. Он не подавал виду, что предстоящее его волнует. И я позавидовал его уверенности. Или тому, как хорошо он умел её изображать.

— Не трусь, — бросил он мне, не поворачивая головы.

— Не трушу, — ответил я.

— Врёшь.

— Знаю.

Мрак, шедший рядом, тихо хмыкнул.

— Мило, — сказал он. — Даже трогательно.

— Заткнись, — бросил я.

— Как скажешь, — ответил он с лёгкой усмешкой.

Коридор закончился. Мы вышли во внутренний двор. Небо на востоке только начинало сереть, но воздух уже был наполнен утренней свежестью.

Нас повели дальше — к воротам, к площади, к плахе. Я шёл и смотрел вперёд. Старался не думать о том, что нас ждёт.

Книга молчала. Но я чувствовал её — где-то глубоко, там, где кончались слова и начиналась вера.

Я верил. Не в себя. Не в Мрака. Не в удачу.

В то, что этот день не станет последним.

Глава 32

Нас вывели на площадь, где уже толпился народ. Крики, гул, свист. Кто-то плевался в нас издалека, кто-то грязно ругался, остальные смотрели с ненавистью. Мужчины, женщины, даже дети — все жаждали нашей смерти.

Руки, сжатые в кулаки, поднятые вверх. Лица, искажённые злобой и нетерпением.

Я взглянул на деревянный помост. Там уже стоял палач с топором в руках. Острое лезвие блестело в свете восходящего солнца. Лицо его было скрыто капюшоном и маской. Я видел лишь глаза — холодные, безразличные, смотревшие сквозь нас, будто мы уже были мертвы.

Нас подвели к помосту. С двух сторон стеной выстроились стражники. Мы остановились внизу, у ступеней, ведущих наверх.

Я сделал шаг к Мраку, стоявшему чуть в стороне.

— Чего ты ждёшь? Ты же сказал, вытащишь нас? — прошептал я, чувствуя нарастающий страх.

— Сказал — значит, вытащу, — тихо ответил он, не глядя на меня. Он всматривался куда-то вверх, на балкон, где находилось место короля.

Я проследил за его взглядом. Ложа пустовала.

— Что ты задумал? — спросил я.

— Сейчас увидишь, — шепнул он с лёгким раздражением. — Не волнуйся. И не задавай вопросов.

Я замолчал. Ощущал, как дрожат руки. Сжал их в кулаки, стараясь унять дрожь. Бесполезно.

Я обернулся к друзьям. Крил не отрываясь смотрел на палача. Его лицо было спокойным, но я заметил, как напряжены его плечи, как сжаты челюсти. На лбу Фариса выступили капельки пота. Он стоял бледный, не сводя глаз с топора.

Вдруг толпа взревела. Кто-то крикнул: «Смерть предателям!» — и этот крик подхватили десятки глоток.

Я поднял голову. На балкон вышел король. В богатом плаще, с короной на голове, с величественной осанкой и ледяным взглядом. Он посмотрел на нас, потом на толпу, поднял руку.

Толпа замолкла.

— Казнь отменяется! — громко сказал он.

Толпа загалдела, зашепталась, явно расстроенная таким решением. Кто-то выкрикнул недовольное: «Почему?», кто-то бросил в нашу сторону гнилое яблоко. Оно разбилось о землю рядом с моей ногой.

Я видел, как к королю подскочил советник — маленький юркий человечек в тёмном камзоле. Он что-то зашептал ему на ухо, размахивая руками, но король отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

— Казнь отменяется! — повторил он громче. — Эти люди не виновны! Их задержали ошибочно! Приказываю немедленно освободить их!

Я смотрел на него и чувствовал: что-то не так. Он говорил быстрее обычного, нервно подёргивал головой, и в его глазах не было того надменного спокойствия, которое я всегда замечал раньше.

Я перевёл взгляд на Мрака. Тот стоял чуть позади, сложив руки на груди, и смотрел с довольной усмешкой.

— Это тень? — тихо спросил я.

— Конечно же да, — так же тихо ответил он.

— Что ты сделал с королём? — я напрягся.

— Я приказал теням связать его и бросить в погреб, — усмехнулся Мрак. — Не волнуйся, с ним всё в порядке. Пока.

Я не чувствовал особого облегчения, но вынужден был признать, что судьба короля меня теперь не сильно волновала. И главное, я не знал, к чему готовиться. Я понимал, что мы просто выбрали меньшее из зол. Один кошмар кончился — но начался другой. Но по крайней мере, сегодня мы не умрём.

Стражники подошли, снова окружили нас, но на этот раз — чтобы снять цепи. Делали они это неохотно, с явной злобой, растерянно поглядывая на короля. Старший командир что-то буркнул под нос, потом прошипел:

— Можете идти.

Он отвернулся, словно боялся, что не сдержится.

Фарис растерянно потирал запястья и словно не верил своим ушам. Я слегка подтолкнул его в спину:

— Идём.

Крил не двигался с места. Он пристально смотрел на Мрака, сжимая руки в кулаки. Его лицо было каменным, а в глазах горела ненависть.

— Крил, идём, — позвал я.

— Я не пойду с ним, — сказал он, кивнув в сторону Мрака.

— Пойдёшь, — тихо, но твёрдо ответил я. — Если хочешь жить.

Охранник кивнул нам, махнув рукой в сторону выхода. Король на балконе отвернулся и медленно, тяжело зашагал к дверям.

Мы направились к выходу. Мрак шёл рядом со мной, неторопливо и спокойно, словно был на прогулке. Крил замыкал шествие, бросая на него злые взгляды.

Постепенно мы ускоряли шаг по длинной дороге. Внутри меня всё кипело, но я заставлял себя идти спокойно, не бежать.

— Не оглядывайся, — тихо сказал Мрак. — И лучше прибавь шаг.

— Я и не оглядываюсь, — ответил я, ускоряясь.

— Молодец.

Мы вышли за ворота. Стража у ворот посмотрела на нас, но не остановила — видимо, приказ уже дошёл и сюда. Город остался позади.

Глава 33

Мы вышли на поляну перед входом в лес. Я огляделся, гадая, сумеем ли мы скрыться в зарослях, прежде чем нас схватят тени Мрака. И вдруг увидел движение.

Из чащи со всех сторон вышли друиды и маги. Их было не меньше двадцати, и все они направили на нас посохи. В самом центре стояла Мирра. Её лицо было суровым, глаза сверкали, а посох был нацелен прямо в грудь Мрака.

— Отойдите! — скомандовала она нам, не сводя с него глаз.

Фарис дёрнулся первым и отпрянул в сторону. Крил схватил меня за рукав и потянул подальше от линии атаки.

Мирра не стала ждать. Её посох вспыхнул, и поток энергии вырвался вперёд, целясь прямо в Мрака.

Но он успел выставить щит. Защитное поле окружило его прозрачной сферой, и удар рассыпался искрами, не причинив вреда.

— Как и всегда, — скривился Мрак, поморщившись, словно у него болели зубы. — Я не удивлён.

Другие маги уже приготовились к новому удару. Посохи нацелились на Мрака, воздух загустел от напряжения.

Он резко свистнул — громко, пронзительно.

И бросил взгляд на лес.

Из чащи пополз по земле чёрный дымок. Сначала тонкий, слабый, но он быстро густел, набирал силу. А потом из него начали выползать тени. Как послушные псы, они лениво вылезали из темноты и вставали вокруг Мрака.

Их было много. Слишком много.

— Назад! — крикнул я, схватив Фариса за рукав и потянув за собой.

Крил бежал рядом, матерился и оглядывался.

Мы отбежали к друидам. Я встал за спиной Мирры, чувствуя себя не воином, а трусом, укрывшимся за чужой спиной.

Начиналась битва.

Тени бросились вперёд. Друиды встретили их стеной магических разрядов. Воздух наполнился треском, шипением, криками. Вспышки света резали глаза, запах озона смешивался с лесной сыростью.

Мрак стоял за линией теней, спокойный, почти равнодушный, и смотрел на этот хаос, как на представление.

— Что делать? — крикнул Фарис, вжав голову в плечи.

— Держаться! — ответил я.

А сам понял, что мы снова оказались меж двух огней. Но выбора не было. Мы могли только драться. Голыми руками. Или умирать.

Вдруг я ощутил, как Книга Солнца внутри меня яростно забилась о рёбра, словно хотела выпрыгнуть из груди. Я сложился пополам, поймав на себе встревоженный взгляд Фариса. И увидел, что моя грудь начала светиться — сначала слабо, потом всё сильнее.

— Отойди! — крикнул я и, оттолкнув Мирру в сторону, вышел вперёд.

Свет становился все ярче, заливая поляну золотистым сиянием. Я чувствовал, как сила течёт по венам, наполняет каждую клетку, жжёт изнутри. Тени зашипели, отшатнулись — им было больно даже от этого света, хотя я ещё не сделал ни одного движения.

Мрак перестал усмехаться. Он смотрел на меня, прищурившись, и в его глазах впервые за всё время мелькнуло что-то похожее на страх.

Я видел, как Фарис рванулся за мной, но Крил схватил его за плечо и оттащил назад. Друиды замерли, опустив посохи. Тени замедлились, боязливо расступаясь передо мной. Воздух загустел, стал плотным, почти осязаемым.

Свет лился из меня, заливая поляну. Я чувствовал его каждой клеткой. Он не обжигал — он освобождался. Словно сбрасывал оковы.

Мрак замер. Его щит дрогнул, но он не опустил его. Тени застыли рядом с хозяином, ожидая приказа.

— Что… — начал он, но не договорил.

Я выпрямился. Свет перестал быть хаотичным. Он сосредоточился в моей правой руке, сжался в шар — пульсирующий, живой, тёплый.

Я подошёл к Мраку. Остановился в нескольких шагах от его защитного поля. Затем обернулся к отряду друидов.

Мирра смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Фарис вырывался, но Крил держал его крепко.

— Уходите, — сказал я.

— Что? Аксель, нет! — воскликнула Мирра с ужасом.

— Аксель… — начал было Фарис.

— Уходите! — крикнул я громче. — Я иду с ним!

— Зачем? — вскричала Мирра.

— У него Лира! — ответил я.

Мой голос звучал твёрдо. Сейчас я был уверен, что поступаю правильно.

— Аксель, одумайся! — кричал Крил. В его взгляде читались горечь и непонимание.

Я поднял руку. Свет в ладони стал ярче. Белее. Ослепительнее.

Воздух наполнился озоном. Я чувствовал, как магия колышется вокруг меня, как трава пригибается к земле, как деревья на краю поляны склоняют ветви. Всё живое тянулось к этому свету — а тёмное и мёртвое отступало, не в силах вынести его присутствия.

Я посмотрел на Мирру. Почти умоляюще. Я не хотел навредить им. Не хотел, чтобы они пострадали из-за меня. Из-за Книги.

Мирра поймала мой взгляд. Её лицо было бледным, глаза влажными. Она мрачно кивнула.

— Уходим, — сказала Мирра отряду.

Она подошла к Фарису, схватила его за руку и потянула назад. Фарис сопротивлялся, кричал, пытался вырваться, но друиды окружили его, не давая двинуться с места.

Крил пошёл сам. Но каждые несколько шагов он оборачивался, смотрел на меня, и я видел в его глазах ярость, боль и что-то ещё — то, что я не мог разобрать.

— Не смей умирать! — крикнул он на прощание.

— Не буду, — ответил я.

Они скрылись в лесу. Тени расступились, пропуская их. Мрак не пытался их остановить.

Я остался один. С ним. С тенями. Со светом в руке, который медленно угасал.

— Ты идёшь со мной добровольно? — спросил Мрак, и в его голосе прозвучало удивление.

— Добровольно, — ответил я. — Но при одном условии.

— Каком?

— Лира останется жива.

— Идёт, — усмехнулся он, но усмешка вышла кривой.

— В полном порядке. Без пыток. Без магических воздействий.

— Не многовато ли условий? — он поднял бровь.

— Я Хранитель, — сказал я. — Имею право.

Мрак помолчал. Потом кивнул.

— Хорошо, — сказал он. — Идём.

Он повернулся и зашагал в лес. Тени сомкнулись за ним, образуя чёрный коридор.

Я шагнул следом. Свет в руке окончательно погас.

Я шёл за Мраком, за тенями, в неизвестность. Зная только одно: Лира там. И я должен её спасти.

Глава 34

— И где же твоё новое логово? — спросил я Мрака, пока мы шли по лесной тропе неведомо куда в окружении теней.

Они двигались бесшумно, окружая нас со всех сторон, но не приближаясь. Их силуэты скользили между деревьями, оставляя на земле клубы черного дыма.

— Там же, где и старое, — ответил он с усмешкой. — Я человек привычки, знаешь ли.

— Но ведь… — я запнулся, вспоминая рассказы Мирры. — Там всё обыскали. Говорят, там лишь разруха.

— На месте прежнего храма друидов ты тоже сперва видел руины, — ответил Мрак, не глядя на меня.

— Чары иллюзии? — понял я.

Он кивнул. В его движениях чувствовалась ленивая уверенность, будто мы шли не через лес, а прогуливались по дворцу.

— И мои чары намного эффективнее иллюзий этих жалких друидов, — добавил он с гордостью.

— Однако ты так и не нашёл их новое святилище, — усмехнулся я.

Он не ответил сразу. Только бросил на меня хищный взгляд, от которого я невольно попятился. Его глаза блеснули — в них промелькнуло что-то ледяное.

— Не нашёл… — медленно повторил он. — Пока.

Я знал, что он пытается сказать. Во рту пересохло.

— Я не позволю рыться в своей памяти, — сказал я твёрдо, но чуть хрипло.

— Посмотрим, — ответил он уклончиво.

Мы двинулись дальше. Лес расступался передо мной — ветви отодвигались, корни убирались с тропы, я по прежнему не мог к этому привыкнуть.

Мрак смотрел на меня с нескрываемым удивлением.

— И каково это? — спросил он наконец. — Охотнику на магов превратиться в мага?

— Паршиво, — честно ответил я, глядя себе под ноги.

Ветка, лежавшая на тропе, вдруг резко отодвинулась в сторону, освобождая дорогу. Я невольно вздрогнул.

— Ты хотел бы отказаться от своей силы? — усмехнулся Мрак. — Могу устроить.

— Не сейчас, — сказал я. — Когда Лира будет в безопасности. И когда всё… закончится.

— И когда я буду повержен, — продолжил он за меня, и в его голосе не слышалось издёвки. Только констатация факта.

— И это тоже, — признал я.

— Но тогда некому будет помочь тебе, — серьёзно сказал Мрак, взглянув на мою грудь, туда, где скрывалась Книга. Она уже не светилась и снова замолкла. — Твои друиды ни за что не избавят тебя от этого.

— Я найду выход, — ответил я.

Мрак лишь хмыкнул.

К вечеру мы вышли к скалам. Я не узнал это место — серые, мрачные утёсы нависали над нами, словно древние стражи, скрытые в веках. Тени вокруг поредели, но не исчезли совсем — они маячили поблизости, готовые в любой момент сомкнуться кольцом.

Мрак остановился у валунов — огромных, замшелых, поросших колючим кустарником. Я огляделся: ни одной знакомой черты.

— Это же не та скала, где был вход в твой лабиринт? — неуверенно спросил я.

— Это та же самая скала, но с другой стороны, — тихо ответил Мрак, не оборачиваясь. — У меня не один вход. А множество.

— Предусмотрительно, — хмыкнул я.

Он не ответил. Вместо этого поднял руку и начал чертить в воздухе какие-то знаки — бледные, светящиеся, похожие на руны, что я видел в храме друидов. Они вились, сплетались, складывались в причудливые узоры. Его губы шевелились, но слов я не различал — только тихое, шипящее заклинание.

Я замер, наблюдая. Воздух вокруг сгустился, стал плотным, почти осязаемым.

Камни перед нами вдруг пошли рябью. Сначала едва заметно, потом сильнее, и в какой-то момент я моргнул — и увидел, что валунов больше нет. На их месте, в каменной стене, проступила дверь. Высокая, узкая, окованная чёрным железом, с массивной ручкой в виде змеи, кусающей свой хвост.

— Входи, — сказал Мрак, опуская руку.

Тени, до этого маячившие рядом, вышли вперёд. Они приблизились к двери, распахнули её без единого звука и замерли по бокам, кланяясь — пропуская внутрь хозяина и меня, его пленника.

— После вас, — язвительно сказал я.

Мрак усмехнулся и шагнул в темноту.

Я замер, глядя на дверь, на теней, на уходящее солнце, которое золотило верхушки скал.

— Не бойся, — донеслось из темноты. — Я не кусаюсь.

— Пока, — ответил я и переступил порог.

Я оказался в тёмном зале. Не кромешная тьма — скорее, сумрак, наполненный слабым, пульсирующим светом, источник которого я не мог определить. Запах сырости и озона ударил в нос. Где-то вдалеке мерцали огни — факелы или кристаллы. По стенам теснились пустые камеры с решётками, мрачные и заброшенные. Я сглотнул.

Мрак ждал меня у прохода, вырубленного в скале.

— Идём, — сказал он. — Лира не здесь. Наверху, в комнате.

— Почему ты не держишь её в камере? — спросил я, поравнявшись с ним.

— Она не преступница, — ответил он. — Она гостья.

— В плену.

— В безопасности, — поправил он.

Я не стал спорить.

Глава 35

Мы пошли по коридору. Поднялись по лестнице вверх. Стены здесь были не каменными, а словно сотканными из теней — они колыхались, когда мы проходили мимо, и я чувствовал, как от них веет холодом. Мрак шёл впереди, не оглядываясь, его шаги были ровными, почти бесшумными. Тени скользили за нами, как верные псы, но держались на расстоянии.

— Долго ещё? — спросил я.

— Терпение, — ответил Мрак.

Он остановился перед массивной деревянной дверью с железными накладками. Толкнул её — и я увидел комнату.

Обычную комнату. Просторную, светлую, с высоким окном, через которое пробивался лунный свет. Кровать, застеленная белым покрывалом. Стол с букетом полевых цветов. Свечи на столе — они горели ровно, отбрасывая мягкие тени на стены.

На кровати сидела Лира. Бледная, с опухшими от слёз глазами. На вид она казалась целой — ни царапины, ни синяка. На ней были штаны, сапоги и походная рубашка. Волосы собраны в хвост. Она выглядела так, словно только что вернулась с прогулки.

— Аксель? — прошептала она, увидев меня.

Она подскочила и повисла на моей шее. Я обнял её, чувствуя, как дрожит её тело. Спустя мгновение отстранил, взял за плечи, пристально всмотрелся в лицо.

Она могла оказаться тенью. Я знал это. И не мог понять, как определить — настоящая она или нет.

— Лира, — сказал я неуверенно.

Она смотрела на меня с болью, глаза её блестели от слёз. Мрак остался на пороге, прислонившись к косяку, и наблюдал за нами с ленивым любопытством.

— Поговорите, — сказал он. — Но недолго. У меня ещё есть дела. Жди, Аксель, за тобой придут.

Он вышел, закрыв за собой дверь.

— Аксель, прости меня, — прошептала Лира.

— Что он с тобой сделал? — нахмурился я.

— Прочитал мою память, — ответила она. — Я выдала тебя, Аксель. Он знает, что ты Хранитель… Из-за меня.

— Брось, Лира, — сказал я, продолжая разглядывать девушку. — Скажи лучше: ты в порядке?

— Я цела, Аксель, — ответила она. — Я думала, тебя казнят. Я не могла ждать. Маги слишком долго собирались, спорили… Как обычно.

Я невесело хмыкнул, представив это.

— Ладно, Лира, я понимаю, — оборвал я её. — И это моя вина, не твоя. Я не должен был уходить. Подвергать всех опасности.

Я взял её за руку. Она была тёплой. Всмотрелся в не синие глаза. И вдруг я почувствовал, это действительно она. Не иллюзия, не тень. Я не знал откуда эта уверенность, но больше не сомневался.

- Теперь мы выберемся отсюда, обещаю, - сказал я.

— Я верю, — ответила она, и слёзы больше не текли из её глаз.

Вдруг заскрежетал замок. Дверь распахнулась.

На пороге возникла молодая женщина — красивая, в бархатном тёмно-зелёном платье, с длинными каштановыми волосами, падающими на плечи, и бледной, почти сияющей кожей. Я слегка опешил.

— А вы кто? — спросил я настороженно.

— Хозяин велел доставить тебя к нему в тронный зал, — вежливо ответила женщина. Её голос был мягким, но в нём чувствовалась сталь — или, может, бесконечная усталость от повторения одних и тех же приказов.

Я заметил за её спиной, в коридоре, ещё двоих. Мужчины в чёрных одеждах с пустыми, почти мёртвыми глазами. Их взгляды были совсем не дружелюбными — в отличие от женщины.

— У Мрака служат люди? — шепотом спросил я Лиру.

— Это не люди, — тихо ответила она. — Это тени. Мрак велел им принять человеческий облик. Он сказал, что ему «тошно смотреть на чёрные силуэты целыми днями».

Лира пожала плечами.

Я мысленно удивился, но решил не пытаться анализировать поведение тёмного колдуна. Это было выше моих сил.

— Что ж, — сказал я, делая шаг вперёд, — ведите.

Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за тенями к их хозяину.

— Аксель, будь осторожен, — тревожно бросила мне вслед Лира.

Я не оглянулся.

Мы пошли по коридору: женщина впереди, двое мужчин сзади. Шаги их были бесшумными даже на каменных плитах. Я слышал только своё дыхание и редкие капли воды, падающие с потолка.

— Давно вы служите? — спросил я женщину.

— Я существую столько, сколько существует мой хозяин, — ответила она, не оборачиваясь.

— И не надоело?

Она промолчала.

Коридор свернул влево, потом вправо, потом вывел в огромный зал. Я узнал его — тот самый, где мы когда-то сражались с Мраком. Тронный зал.

Но сейчас он выглядел иначе.

Стены были не каменными, а зеркальными — они отражали сотни тысяч огней, свечей и факелов. Пол сверкал, будто его натёрли до блеска. В центре, на возвышении, стоял трон. Чёрный, с резными подлокотниками, обитый бархатом.

На троне в бликующем свете сидел Мрак.

Он смотрел на меня устало, почти равнодушно.

Глава 36

Мрак поднялся с трона, посмотрел на меня скучающе — словно я был не живым человеком, а надоевшей мухой, которую давно пора прихлопнуть. В его глазах не было злобы, не было даже интереса. Только холодная, давящая скука.

— Ты думал, я буду с тобой разговаривать? — спросил он. — Просить? Умолять?

Я не успел ответить.

Он щёлкнул пальцами — сухо, резко. В тот же миг меня схватили за руки. Со всех сторон подступили его слуги — мужчины в серых одеждах, с одинаковыми пустыми лицами. Мои плечи и руки словно оказались в железных тисках.

Я попытался вырваться. Дёрнулся, рванул влево, вправо — бесполезно. Они были невероятно сильны. Каждый из них весил, казалось, тонну.

Сердце бешено колотилось. Я слышал его удары — гулкие, частые.

Мрак подошёл ближе. Остановился в шаге от меня. Протянул руку к моей голове.

— Сейчас посмотрим, — сказал он спокойно, — где же эти дуроломы спрятали своё святилище.

— Ты не увидишь, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал твёрже. — Я не открою тебе.

— Ты ещё не так умён, чтобы скрывать, — сухо ответил он. — Опыта маловато.

И положил ладонь мне на лоб.

Прикосновение обожгло холодом. Не просто холодом — ледяной пустотой, которая пробиралась внутрь, в самую глубину. Я дёрнулся, попытался отшатнуться, но тени держали крепко. Их пальцы впились в плечи, не давая пошевелиться.

Книга внутри меня молчала. Словно её и вовсе не было. Ни пульса, ни тепла — только пустота и холод.

Я не знал, что делать. Совсем не знал.

Перед глазами начали мелькать фрагменты памяти. Сначала медленно, потом всё быстрее. Детство, казармы, первые приказы. Лицо матери, которого я не видел много лет. Элмар, склонившийся над умирающей дочерью. Чёрное озеро. Замок. Лира в магических путах.

Водопад из слов, образов, эмоций. Я забыл, где я. Забыл, что это лишь память. Я был внутри этого потока и словно проживал мгновения заново.

От каких-то фрагментов становилось тепло. От каких-то сердце сжималось от боли.

Когда я увидел, как Мирра в облике крысы ныряет в ручей, сердце резко ударило о рёбра. Я почувствовал — это нельзя открывать. Это что-то важное. Слишком важное.

Я представил стену. Толстую каменную стену, непробиваемую и несокрушимую, которая заслоняет это воспоминание. Я стоял и смотрел на неё — и сам не знал, что за ней.

Вдруг сердце снова ударило о рёбра. На стене появилась трещина. Совсем небольшая. Потом ещё одна. Сквозь них стал сочиться свет — золотистый, тёплый, похожий на тот, что исходил от Книги.

Я сосредоточился на этих трещинах. Представил, как они исчезают. И они стали медленно затягиваться.

Через мгновение стена передо мной вновь стала целой, без единого изъяна.

Меня качнуло. Я пошатнулся, но устоял. Открыл глаза.

Я всё ещё стоял в тронном зале. Мрак стоял рядом и смотрел на меня. Он уже убрал руку с моей головы, и взгляд его был задумчивым, раздосадованным.

Тени освободили мои руки. Просто отпустили. Теперь они стояли в шаге от меня с безразличными лицами, ожидая следующей команды.

— Ну как, узнал? — спросил я, глядя на Мрака, стараясь скрыть страх и выровнять дыхание. Виски сдавило тупой болью.

— Ты сильнее, чем я думал, — холодно ответил он.

В его голосе не было злобы. Только досада. Словно он проиграл в шахматы.

— Но это лишь первая попытка, — добавил он. — Я сумею пробиться.

— Уверен? — спросил я, стараясь говорить с напускной наглостью и бесстрашием.

Мрак не ответил. Только махнул рукой.

— Уведите его, — скомандовал он.

Меня взяли за локти, подтолкнули к выходу. Я покорно пошёл. Сопротивляться сейчас было глупо. Я решил придумать план побега позже — когда голова перестанет раскалываться от боли.

Меня отвели не к Лире. В другую комнату — в том же крыле, но подальше. Довольно уютную: с кроватью, столом, свечами, маленьким зарешечённым окошком под потолком.

За мной захлопнули дверь. Закрыли на замок.

Я сел на кровать. Решил не спать, осмотреться. Попробовать снова разбудить Книгу.

Вместо этого на меня навалилась внезапная усталость. Тяжёлая, непреодолимая, как после долгой битвы. Веки слипались, тело наливалось свинцом. То ли путешествие по моей памяти так подействовало, то ли Мрак наложил какое-то заклятие. Но бороться со сном я не мог.

Я лёг на кровать, не раздеваясь. Посмотрел в потолок, закрыл глаза.

В последнее мгновение, перед тем как провалиться в темноту, я подумал: «Только бы Лира была в безопасности…»

---

Глава 37

Я снова стоял на выжженной поляне посреди леса. Трава на ней уже подросла и стала гуще, я даже увидел распускающиеся цветы на чёрной земле. Поляну освещали лучи солнца, из леса доносилось пение птиц, деревья, как и в прошлый раз, шевелились и не были статичны. Воздух был чистым, свежим, наполненным запахом разнотравья и хвои.

Посреди поляны я сразу увидел её. В том же белом платье, с распущенными волосами, она стояла босиком на траве. Я знал, что это не Лира. От неё исходила мощная сила: я видел, как рябит воздух при её движении, и чувствовал запах озона — резкий, свежий, как после грозы.

Она стояла ко мне спиной и смотрела на солнце, не отводя взгляда. Смотрела прямо на ослепительный диск, и солнечный свет не слепил её. Когда я подошёл ближе, она повернулась.

Её взгляд пронизывал насквозь. Я не мог прочесть её эмоции. Кажется, она не злилась, но и не была добра. Не осуждала, но и не поддерживала. В её глазах мерцало что-то древнее, то, что не поддаётся человеческим определениям.

— Ты всё ещё сомневаешься, — сказала она, глядя мне в глаза.

Мне хотелось сделать шаг назад, но я подавил этот порыв.

— В чём сомневаюсь? — спросил я.

— В том, хочешь ли ты принять меня.

— Потому что у меня не было выбора, — честно ответил я. — Ты сделала этот выбор за меня.

— Но ты хочешь, чтобы я помогала тебе. — Её глаза наполнились светом. — И в то же время отвергаешь меня.

— Я не отвергаю тебя, — очень тихо сказал я.

— Не отвергаешь? — повторила она. — Но и не можешь до конца принять. И знаешь что, Аксель?

Я вдруг увидел, как её лицо изменилось. Взгляд потеплел, на губах заиграла улыбка — так смотрит мать на долгожданного ребенка. Мне стало тревожно. Я сглотнул и всё же сделал два шага назад.

— Что? — пробормотал я опасливо.

— Это значит, что ты — самый достойный из людей. Веками я искала того, кто сможет нести в себе силу богов, обладать ею и использовать не во зло. Не для своего эго, не для власти.

— Что ты имеешь в виду?

— Я дам тебе прочесть себя. Прочесть Книгу Солнца! — сказала она, и её лицо светилось счастьем.

— Прочесть? — я опешил. — Но как же инструкция, которую хранят друиды?

— Ты ещё не понял? Нет никаких инструкций, Аксель! Это всё ложь. Я сама решаю, кого наделить своей силой.

— Но Мрак ищет…

— Он никогда не найдёт этого. Он никогда не сможет получить мою силу. Это невозможно.

Я потрясённо замер, потеряв дар речи.

— Я ждала много веков, — продолжала она. — Но прежние хранители не проходили проверку. Один из них жаждал власти. Второй боялся меня слишком сильно. Третий не был способен на героизм и самопожертвование. Четвёртый слишком высоко ставил общее благо, забывая о живых людях.

Я не знал, как относиться к её словам. Я не считал себя героем, святым, достойнее многих. Я не был таким.

— Именно это делает тебя достойным, — сказала она уверенно, словно знала, о чём я думаю. — Поэтому я не стану больше ждать. Не стану тебя испытывать. Ты прошёл все мои испытания — все до единого, сам того не зная. И теперь пришла пора тебе получить то, что ты заслуживаешь.

Она внезапно исчезла, растворившись в воздухе, и появилась спустя мгновение — совсем рядом со мной, протянув ко мне руки.

— Не надо! Постой! — только и успел вскрикнуть я, чувствуя, как ноги приросли к земле.

Она не дала мне опомниться. Резко обняла за плечи — очень крепко, сильно. Я увидел, как нас окутал свет. Яркий, золотой, солнечный. Я хотел зажмуриться, но не смог — веки не смыкались. Она чуть повернула мою голову, заставляя смотреть на небо.

Там я увидел сотни тысяч букв. Они складывались в слова, затем в предложения. Это были языки всех народов мира — мёртвые, живые и вовсе неизвестные. И я понимал каждый.

Я словно вспоминал то, что уже знал. Всё оказалось легко — слишком легко. И от этого страшно.

Я почувствовал, как меня наполняет новая сила. Она текла по венам, сливаясь с моей сутью. От моего «я» оставалось всё меньше — и становилось всё меньше страха. Я не чувствовал, что жажду этой силы, но и не хотел её лишаться. Я становился новым собой. И меня это больше не пугало.

— Я не ошиблась в тебе! — было последнее, что я услышал, прежде чем провалился в темноту.

Глава 38

Я открыл глаза, сел на постели. Из окна сочился тусклый свет восходящего солнца — розоватый, нежный, почти ласковый.

На столе у кровати стоял поднос с едой: фрукты, мясо, хлеб, морс. Довольно изысканно для пленника. Я не притронулся к еде. Она была мне больше не нужна. Всё это казалось слишком незначительным — еда, сон, усталость. Обычные человеческие потребности, которые теперь остались где-то далеко.

Я встал и направился к выходу. Дёрнул ручку — дверь не поддалась. Заперто. Я посмотрел на неё — на это нелепое препятствие из дерева и железа. Провёл по ней рукой — и она исчезла. Не открылась, не распахнулась — просто перестала существовать. Я вышел в коридор.

Вспомнил о Лире. Ей, должно быть, страшно. Она гадает, не случилось ли со мной чего-то плохого. Непоправимого.

Я дошёл до её комнаты и постучал — прежде чем так же стереть дверь и войти.

Она сидела на кровати, поджав ноги, и плакала. Увидев меня, испуганно взглянула и ещё сильнее сжалась.

— Не бойся меня, — мягко сказал я.

Я медленно приблизился и сел на край кровати.

— Как ты убрал дверь? — спросила она, голос её слегка дрожал. — Что это за магия?

— Пора уходить, Лира, — сказал я. — Я отведу тебе домой. Идём.

Я протянул ей руку. Она отпрянула, вжавшись в подушки. В её глазах был не просто страх — ужас.

— У тебя глаза светятся, Аксель, — прошептала она. — Ты настоящий?

— Я настоящий, — тихо ответил я. — Не бойся. Просто я прочёл Книгу Солнца.

— Что? — неверяще произнесла она. — Нет, не может быть. Это невозможно.

— Идём, Лира, — я улыбнулся. — Теперь это не важно. Я многое понял.

Она очень медленно протянула дрожащую руку и вложила свою ладонь в мою. А потом резко отдёрнула.

— Ты раскалённый! — воскликнула она, потирая руку.

Я чуть растерялся.

— Прости, я не знал.

— Ничего, — сказала она, вставая. — Нужно доставить тебя в деревню. Верховные помогут.

Мы вышли в коридор. Нам навстречу показались слуги Мрака — та самая женщина в бархатном платье, с ней ещё две девушки и мужчина. Их лица были спокойными, почти дружелюбными.

Я просто посмотрел на них. И от них ничего не осталось. Оказывается, чтобы стереть, мне достаточно взгляда. Это было совсем легко.

Лира испуганно замерла, но пошла со мной дальше, к выходу, периодически оглядываясь.

— Куда это вы собрались? — послышался властный голос за спиной.

Я остановился.

Глава 39

Мрак стоял в конце коридора. Сейчас я видел не тёмного колдуна — просто человека в черной мантии с усталым лицом и горящими глазами. Я смотрел и видел его насквозь. Всё его прошлое, мысли, страхи, мечты и стремления — всё лежало на моей ладони, как открытая книга. Я видел мальчика, которого сверстники обижали за тягу к знаниям. Видел, как горела его деревня, как гибли в огне его родители. Видел юношу, мечтавшего стать сильнее и поклявшегося отомстить миру за свою боль. Видел сломленного человека, который искал утешения во тьме. Его одиночество было таким огромным, что заполняло всё вокруг.

— Ты не остановишь меня, — тихо сказал я. Голос мой был спокоен — даже спокойнее, чем я ожидал.

— Взять его! — скомандовал Мрак.

Из-за угла вышли четыре тени. Без облика, просто чёрные силуэты, колеблющиеся, как пламя свечи на ветру. Я убрал их одним взглядом. Даже не моргнул.

Мрак замер. Его лицо побелело.

— Что это значит? — прошептал он едва слышно. Я увидел в его глазах страх — самый неподдельный, первобытный. Он не решался приблизиться. Я мог бы стереть его за секунду, как стирал двери и теней. Но я больше не видел в нём чудовища.

— Ты гонишься за призраком, Мрак, — сказал я. — Ты сам не знаешь, чего хочешь на самом деле. Тебе не нужна Книга Солнца. Она не принесёт тебе счастья. И ты знаешь это. Твоя тёмная сторона тянется к Книге. И это мучает тебя. И ты иногда жалеешь, что вернул эту силу. Жалеешь, да.

Он стоял, схватившись за стену. Его лицо становилось всё бледнее. В его взгляде я увидел то, чего не замечал раньше — боль. Боль, которую он скрывал годами.

— Я дам тебе то, что ты на самом деле хочешь, — сказал я. — Не из жестокости, а из милосердия.

Я подошёл к нему. Он так и стоял, не решаясь нападать или бежать. Он знал — теперь это бессмысленно. Я коснулся его плеча — и сразу убрал руку. На его мантии остался выжженный след, словно по ней слегка прошлись пламенем.

Его взгляд изменился. Он словно потух, потерял ту внутреннюю силу, которая питала его. Он чуть отшатнулся, едва не упал. В его глазах боролись страх, злость и ещё что-то — растерянность.

Он стал человеком.

Он стоял, вцепившись в стену, взгляд метался.

— Ко мне! Сюда! Быстро! — крикнул он теням, которые шныряли по соседнему коридору.

Они не сдвинулись с места. Стояли неподвижно, словно забыли, как подчиняться.

— Я лишил тебя и этой способности, Мрак, — мягко сказал я. — Она мешала тебе жить простой человеческой жизнью.

Он облокотился о стену, тяжело дыша. Паника накрывала его с головой. Я видел, как он пытается придумать план, как отчаянно ищет выход.

— Ты идиот! — прохрипел он. — Они уничтожат тебя и девчонку! Я приказал им: если со мной что-то случится — не выпускать вас любой ценой.

— Они мне больше не страшны, — сказал я и повернулся к выходу, где меня ждала испуганная Лира.

Она стояла, вжавшись в стену, и смотрела на меня широко раскрытыми глазами. В её взгляде было всё: удивление, радость, волнение, надежда и ужас.

---

Глава 40

— Идём, Лира, — мягко сказал я, но не решился протянуть ей свою обжигающую руку. — Теперь уходим.

Она кивнула и молча пошла со мной к лестнице. Я пропустил её вперёд, затем оглянулся на Мрака. Он всё так же стоял, прислонившись к стене, и смотрел перед собой неверящим взглядом. Его губы шевелились, но слов не было — только беззвучный шёпот, молитва или проклятие.

— Идём, — сказал я ему. — А то они тебя сожрут. Ты больше не их хозяин.

Мрак медленно поднял голову. В его глазах я увидел ненависть — ту самую, которой он часто прикрывал свой страх. Глубокую, въевшуюся, ставшую частью его сути. Но под ней — растерянность. Он не знал, кто он теперь без силы, без теней, без своего логова.

Он чуть помедлил. Я терпеливо ждал.

Мы оба знали: если он останется здесь, тени не дадут ему шанса. Они почувствуют слабость хозяина и разорвут его на части — не из мести, а из голода.

Наконец он медленно поплёлся к выходу. Шаги его были тяжёлыми, неуверенными. Он спотыкался, хватался за стены, но шёл. Потому что знал — я прав.

Мы поднялись по лестнице и вышли на поверхность скалы. Ветер ударил в лицо — свежий, почти сладкий после спёртого воздуха подземелья. Внизу, у подножия, темнел лес, а над ним — небо, окрашенное в розовые тона рассвета.

— Где же твой гарнизон? — спросил я с лёгкой усмешкой.

— Рядом, — хмуро ответил Мрак, кивнув в сторону густо растущих деревьев вокруг небольшой поляны. — Сейчас налетят.

Я прислушался. Лес молчал, но я чувствовал их — дрожание земли, лёгкое, едва уловимое, как сердцебиение испуганного зверя. Тени ждали. Они чуяли меня и боялись. Или выжидали, когда я подойду ближе.

— Я к ним, — сказал я. — Вы оставайтесь здесь.

Лира дёрнулась, хотела что-то сказать, но я покачал головой. Она замерла, прижав руки к груди.

Мрак посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство.

— Ты думаешь, что осилишь? — спросил он.

— Осилю, — ответил я. — Битва будет недолгой.

Я развернулся и двинулся в указанном направлении. Шёл не спеша, чувствуя, как земля под ногами становится мягче, как воздух сгущается, наполняясь холодом и предвкушением.

Они появились из-за деревьев бесшумно. Чёрные силуэты — десятки, сотни. Они не нападали сразу — окружали, медленно смыкали кольцо.

Я остановился в центре поляны. Поднял руки — и выпустил свет. Не ослепительный, как раньше, а ровный, спокойный, текучий, как вода. Он разлился вокруг меня, коснулся теней — и они начали таять. Не с криками, не в панике — просто исчезали, одна за другой, словно их и не было.

Через несколько минут поляна опустела. Я перевёл взгляд на лес, решив проверить, не притаились ли там оставшиеся. Через мгновение лес исчез. Я увидел вдалеке очертания домов и синее озеро. На месте леса — лишь голая земля, серая, безжизненная, словно после пожара. Теней не осталось.

Я вернул лес обратно — и передо мной снова выросли стволы деревьев, покрытые листвой, на ветках которых щебетали птицы.

«Какой хрупкий мир», — подумал я.

Затем бросил взгляд на утёс. Там стояла Лира, и я видел ужас в её глазах. Чуть поодаль замер Мрак — в полной растерянности, без сил, без теней, без надежды. Он смотрел на меня, и этот взгляд был неописуемо тяжёлым.

Я постоял ещё несколько секунд, прислушиваясь к себе. Книга внутри пульсировала — ровно, спокойно. Она не требовала больше битв. Она была довольна. Но я — нет.

Я снова посмотрел на лес. Представил, как одним взглядом стираю города, королевства, всё, что посчитаю недостойным существовать. Или как это делает кто-то другой — тот, кто сумеет прочесть Книгу Солнца. Я не мог этого допустить. Ни я, ни кто-то другой не должен обладать такой силой.

И теперь я мог предотвратить это. Я знал, как остановить.

Я коснулся своей груди — солнечного сплетения. Ладонь притянула сгусток энергии. Она выходила из меня нехотя, словно не желала расставаться с домом. Я поднял этот шар на уровень глаз. Он ослепляюще светился, от него исходили лучи в разные стороны, пронзая пространство.

— Нет, Аксель, не делай этого! — услышал я голос.

Я обернулся. Рядом стояла Она. Книга. Всё в том же облике Лиры — босая, в белом платье, с распущенными волосами. Её лицо было бледным, глаза блестели от слёз. Она смотрела на меня с мольбой.

— Нельзя давать такую силу людям, — сказал я, сжимая сгусток света в руке. Он пульсировал, словно живое сердце.

— Ты стал богом, — тихо сказала Она. — Ты больше не человек. Неужели ты хочешь лишиться этой силы? — В её глазах был страх. Настоящий, неподдельный. — Подумай, сколько возможностей она открывает. Ты можешь создавать миры…

— И разрушать, — сказал я с горечью.

— Ты не станешь, — прошептала она.

— Откуда ты знаешь? — я посмотрел ей прямо в глаза. — А если кто-то другой завладеет этой силой?

— Я не допущу, — сказала она.

— Ты не сможешь меня остановить, — ответил я. — Ты сама дала мне эту силу. И теперь я решаю, что с ней делать.

Она сделала шаг ко мне, протянула руку, коснулась моего запястья. Её пальцы были тёплыми, но не обжигали — в отличие от моих.

— Не делай этого, — повторила она в отчаянии.

— Прости, — тихо сказал я.

И шар в моей руке вспыхнул. Не золотым светом — белым, ослепительным, как солнце в зените.

Он горел в моей ладони, и я чувствовал, как сила уходит из меня — не рывками, не больно, а плавно, словно вода, утекающая сквозь пальцы. Воспоминания о древних языках, о других мирах, о сотнях прожитых жизней — всё это таяло, растворялось, превращалось в пепел.

Через секунду от шара осталась лишь горстка серого пепла. Он просыпался сквозь пальцы, уносимый ветром.

Девушка передо мной не успела произнести больше ни слова. Её фигура растаяла, словно призрачное видение, развеянное первыми лучами рассвета.

Я остался стоять на поляне, глядя на пепел в своей руке. Я не чувствовал в себе больше ни грамма силы. Забыл всё, что было написано в Книге Солнца, словно никогда и не знал.

Я стал самим собой. Прежним.

Аксель. Бывший охотник на магов. Человек, который нарушил приказ и спас девочку. Который прошёл через тьму и потери. Который стал Хранителем — и отказался от этой силы.

Я подошёл к утёсу. Лира смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Всё кончено, — сказал я.

— Ты… ты уничтожил Книгу? — прошептала она.

— Уничтожил, — ответил я.

— Но как… зачем?

— Затем, что такая сила не должна принадлежать никому, — сказал я. — Ни мне, ни магам, ни друидам.

Мрак стоял в стороне, бледный, молчаливый. Он смотрел на меня, и в его глазах не было больше ненависти. Только усталость.

— Ты дурак, — горько сказал он.

— Возможно, — согласился я.

— Лишиться такой силы… — он покачал головой. — Я бы не смог.

— Поэтому ты никогда бы не смог прочесть её, — ответил я.

Он тяжело вздохнул, взглянул на восходящее солнце и ничего не ответил.

Мы пошли вниз, к лесу. Лира держалась рядом, Мрак плёлся позади. Я чувствовал, что всё сделал правильно.

Глава 41

Дорога уходила на юг, в земли, где начиналась новая жизнь. Туда, где меня не знали. Не слышали о Книге Солнца и о том, как я уничтожил её своими руками, оставив от магической святыни лишь горсть пепла.

Я стоял на пригорке, глядя на лес, за которым оставалось моё прошлое. Мой прежний дом. Святилище. Деревня Элмара.

— Ты уверен? — спросил Фарис. Он стоял рядом, но чуть позади, будто не хотел мешать.

— Уверен, — ответил я.

Фарис помолчал, потом сказал:

— Ты всегда сможешь вернуться.

— Знаю.

Я положил руку ему на плечо, сжал.

— Береги её. Катрину.

— Как и всегда, — улыбнулся он.

Я кивнул. Обернулся к Крилу, который стоял чуть поодаль и задумчиво смотрел на уходящую дорогу.

— Идём начинать новую жизнь? — спросил я. — Построишь свой дом в деревне. Обзаведешься семьей. Жена, дети. Как ты и мечтал.

Крил усмехнулся.

— Теперь самое время. И главное — никакой магии. К чёрту этих колдунов с их книгами и прочей дурью.

Я хотел ответить, но знакомый голос окликнул меня.

— Аксель!

Я обернулся. Из леса вышла Лира, за ней — Элмар. Она почти бежала, он едва поспевал, опираясь на посох.

— Ты хотел уйти не попрощавшись? — спросила она с укором, остановившись в нескольких шагах. Её глаза блестели от слёз.

— Лира, — мягко сказал я. — Я решил, так будет лучше. Я стал там чужим. После всего, что сделал.

— Но для нас с отцом ты не чужой, — твёрдо ответила она.

Элмар подошёл ближе, положил руку ей на плечо.

— Аксель, ты поступил правильно, — сказал он. — С Книгой. Так будет лучше для всех. Пусть многие это и не оценили, не поняли.

— Ещё бы, — невесело хмыкнул я. — Я разрушил их главную ценность, хранимую веками.

— Ты спас всех нас, — сказал Элмар. — Ты спас Лиру.

— И стал врагом номер один для магов и друидов, — мрачно добавил я.

— Не для всех, — тихо сказала Лира.

Элмар вздохнул, опустил взгляд.

— Я думаю, я смогу убедить верховного позволить тебе остаться в деревне, среди нас…

— Не стоит, Элмар, — прервал я его. — Я уже всё решил. Пора двигаться дальше.

— Но может, ты когда-нибудь придёшь нас навестить? — спросила Лира, и в её голосе слышалась такая надежда, что у меня сжалось сердце.

— Всё возможно, — сказал я. — Но я надеюсь, не по какой-то тёмной и жуткой причине. А просто так.

— Я верю в это! — ответила она, чуть улыбнувшись.

— Нам пора, — сказал Крил, поглядывая на горизонт. — Нужно до темноты перейти границу.

— Что ж, тогда прощаемся, — сказал я.

Я подошёл к Лире, обнял её. Она прижалась ко мне, и я почувствовал, как она дрожит. Потом обнял Элмара — крепко, по-мужски. Он похлопал меня по спине, не говоря ни слова.

Фарис шагнул ко мне последним. Мы обнялись, и я сказал ему на ухо тихо, чтобы никто не слышал:

— Ты стал настоящим человеком, Фарис. Лучше многих из тех, кто родился таковым.

— Спасибо тебе, Аксель, — ответил он. — За всё.

Моё сердце сжималось от понимания, что это прощание. С теми, кто успел забрать себе кусочек этого сердца.

Я отстранился, сделал шаг назад, потом ещё один.

— Идите, — проворчал Крил. — Не задерживайте.

Я заметил, как он отводит взгляд, и понял: ему тоже тяжело прощаться, но он никогда не признает этого.

Лира вытерла слёзы. Элмар взял её за руку. Фарис остался стоять, глядя на меня.

Я бросил последний взгляд на лес. И увидел одинокую фигуру между деревьев.

Там стояла Мирра. В тёмно-зелёном платье, с распущенными волосами. Она пристально смотрела на меня, и в её взгляде читалось многое — грусть, понимание, что-то ещё, чему я не мог найти имени. Но я знал — она не подойдёт.

Я кивнул ей. Она кивнула в ответ.

— Идём, — сказал я Крилу.

Мы развернулись и пошли на юг, к границе. К новому дню, к новой жизни, к тому, что ждало впереди.

— Ты не жалеешь? — спросил Крил, когда мы скрылись за поворотом.

— Нет, — ответил я.

— И что теперь?

— Теперь просто будем жить, — сказал я. — По-человечески.

Я сказал это и невольно нахмурился. Ведь я и не знал теперь до конца, кто я — человек или маг. После того как Книга сгорела в моих руках, магия во мне молчала, не подавала никаких признаков жизни. И я очень надеялся, что она не проснётся.

Закат окрасил небо в багровые тона. Дорога уходила вдаль, и я чувствовал, что это только начало.

Начало простой, спокойной жизни. Которая, наконец, принадлежит только нам.