Приданое сентября

Глава 1

Нечаянный обмен

Москва, май 2010 г.

Алина

Пёструю рекламную листовку вручили на улице невдалеке от станции метро. Рыженькая девушка-промоутер в таком же ярком, как и сама листовка, наряде торжественно пригласила на открытие нового магазина косметики и парфюмерии, пообещав заоблачные скидки и беспроигрышную лотерею («Только не потеряйте этот флаер!»). Алина подобные события любила и, поскольку как раз выдался свободный вечер, пообещала, что непременно зайдёт.

Время до начала мероприятия она скоротала в уютном кафе, где заказала большую чашку какао с плавающими в нём маршмеллоу. За столиком у окна Алина неспешно потягивала напиток, наблюдала за людьми, которые проходили мимо, и слушала перешёптывание дождевых капель. Радовало, что в столичной суете удалось отыскать место, где можно почувствовать себя в маленьком оазисе спокойствия.

Алина приехала в Москву полтора месяца назад. Ей повезло – подвернулась возможность пройти стажировку в крупном издательстве. До этого она успела окончить университет в Самаре и мечтала хотя бы немного поработать настоящим литературным переводчиком. Теперь желание исполнилось. Её окружало то, что нравилось больше всего, – книги. Новинки из тех, что пока можно было прочесть только на языке оригинала. Ряды чёрных букв на белой бумаге, которым предстояло в скором времени завоевать новых читателей.

Поначалу Алина приглядывалась к новым коллегам, постепенно включаясь в работу. Для перевода ей выдали сборник рассказов неизвестного в России автора из Ирландии. Тот собирался в скором времени прибыть с творческим визитом, к тому же, как раз приближалась премьера фильма по одному из его рассказов. Алина поставила себе цель выполнить это задание как можно лучше, поэтому сидела над ним не только в офисе и в рабочее время, но также в свободные часы, которые проводила в маленьком хостеле. Родственников и друзей в столице у неё не имелось, так что отвлекать было некому.

Большим и приятным сюрпризом стало то, что в издательстве её служебное рвение оценили и порадовали новостью. Алине предложили постоянную работу на дому уже после возвращения в родной город. Не на полную ставку и со сдельной оплатой, но всё же это куда лучше, чем она могла ожидать.

За окном выглянуло солнце, какао в чашке становилось всё меньше, а стрелки часов почти подбежали к тому времени, когда в магазин должны начать запускать всех желающих. Тот находился неподалёку. По дороге Алина успела ещё немного прогуляться по улицам, где пахло сиренью, весенним дождём и предвкушением чего-то интересного.

Мегуми

Она толкнула стеклянную дверь, едва не задев девушку, которая шла впереди. Мегуми выпалила извинение, но лишь через несколько секунд осознала, что машинально сделала это на английском, и незнакомка ответила на том же языке. Возможно, они могли бы перекинуться ещё несколькими словами или даже познакомиться, но та уже двигалась дальше, увлекаемая что-то оживлённо щебечущей продавщицей.

Новый косметический магазин оказался достаточно велик, просторен и ярко освещён. Запах свежей краски смешивался с благоуханием множества духов, которые щедро распыляли из пробников привлечённые скидками покупательницы. Обнаружив на полке рядом с парфюмерией вазочку с кофейными зёрнами, Мегуми с удовольствием вдохнула их горьковатый аромат.

Надолго задерживаться в магазине она не собиралась. Нужно всего лишь скоротать время до встречи с Йоширо. Тот работал в японском посольстве в Москве и, вернувшись из отпуска, привёз для неё посылку от деда.

Подумав о дедушке, Мегуми вздохнула. Его здоровье волновало всех родственников, которые упорно старались избегать этой темы, как и он сам. Глава семьи бодрился, уверяя, будто совсем здоров, и всё же каждый раз она со страхом думала, что по возвращении домой может не застать его в живых.

Мегуми купила флакончик светло-розового лака для ногтей и получила обещанный подарок, упакованный в яркий пакет с логотипом магазина. Посмотреть его она решила позже. Время уже поджимало.

В расположенное невдалеке кафе Мегуми вбежала, едва не сбив установленную у входа картонную рекламу. Йоширо, всегда отличавшийся пунктуальностью, прибыл раньше. Он уже успел сделать заказ, и официант с подносом подошёл к столику, на несколько шагов опередив её саму.

- Прости-прости, Йоширо-кун! – выдохнула Мегуми, занимая место напротив. После дождя на улице потеплело, и в зальчике кафе с кондиционером ей стало почти прохладно. – Не думала, что опоздаю.

- Добрый день! Ты не опоздала, - откликнулся он. – Это я пришёл раньше.

Мегуми с улыбкой взглянула на собеседника. Йоширо успел измениться за то время, что они не виделись. Стал взрослее, солиднее, и тёмный костюм со светло-серой рубашкой ему очень к лицу. Когда-то он, сын друга семьи, казался ей старшим братом, которого у неё никогда не было. До тех пор, пока в одном разговоре в день её рождения, перебрав чуть больше обычного, он не признался, что хочет на ней жениться. Позже им почти удалось забыть о той беседе. Однако некоторая неловкость осталась, и сейчас Мегуми в глубине души даже радовалась тому, что их встреча не затянется надолго.

- Тебе здесь нравится? – спросил Йоширо, когда она поднесла к губам кофейную чашечку.

- Пожалуй, да, - отозвалась Мегуми. Она изучала филологию в магистратуре РУДН, где читали лекции на английском языке. Впрочем, в русском её успехи тоже понемногу росли.

- Рад за тебя.

- Как в Токио? Не захотелось там задержаться? – в свою очередь, поинтересовалась она.

- Не думаю. Меня устраивает моя работа. Пока не забыл…

Йоширо положил на столик обёрнутый плотной бумагой и перетянутый жёсткой бечёвкой свёрток.

- Знаешь, что там? – полюбопытствовал он.

Свёрток не отличался большими размерами, но всё равно не помещался в сумку. Пришлось убрать его в пакет с подарком из магазина. Мегуми подняла глаза на Йоширо и неопределённо пожала плечами. Дедушка мог прислать ей лишь одну вещь. Вот только обсуждать это ей не хотелось даже с другом.

Алина

Она довольно долго пробыла в магазине, разглядывая витрины и с удовольствием принюхиваясь к парфюмерным новинкам. Сначала хотела только всё посмотреть, ничего не покупая, но всё же не удержалась и встала в очередь в кассу с блеском для губ оттенка цветущего клевера. Вместе с покупкой ей отдали подарок в красивом пакете.

Покинув магазин, Алина заглянула на почту. Хотела отправить открытку подруге – очень уж нравилась традиция посылать весточки из других городов. Но, стоило начать писать адрес, как шариковая ручка потекла, пачкая гладкий картон и пальцы.

Алина раздражённо засунула испорченную открытку в пакет с подарком и направилась к метро. Там настроение почти сразу же снова стало хорошим. Почему-то метро всегда ей нравилось. Шум поездов, плавное движение эскалаторов, даже запах – всё привлекало какой-то особой атмосферой. В своём городе она по возможности предпочитала этот вид транспорта всем остальным, а здесь и вовсе оценила по достоинству.

И, что самое главное, никаких пробок!

Заняв место в вагоне, Алина сразу же открыла загруженную в мобильный телефон книгу и погрузилась в чтение. Успела лишь заметить, что рядом села красивая девушка азиатской внешности в джинсах и рубашке в горошек. Та почему-то показалась знакомой, и почти сразу промелькнуло воспоминание, что она тоже была в магазине.

Мегуми

Отчего-то московское метро всегда вызывало у неё тревогу. Некоторые из знакомых даже посмеивались. Постепенно Мегуми научилась это скрывать, и всё же каждый раз, когда приходилось пользоваться этим транспортом, начинала нервничать. Вот и сейчас, едва сев на место и мысленно посчитав количество остановок, она тут же устало прикрыла глаза, не обращая ни на кого внимания. Ехать предстояло долго, можно даже немного подремать, как порой делали другие пассажиры, но у неё самой ни разу не получилось тут заснуть.

Вспомнилась встреча с Йоширо. Было немного любопытно, обзавёлся ли он девушкой, кто она по национальности, чем занимается. Но спросить Мегуми так и не решилась. Кроме того, он мог задать ответный вопрос. Всё это грозило привести к ещё одному неловкому разговору, которых она предпочитала избегать.

Мысли вернулись к дедушкиному подарку. Он хотел, чтобы эта вещь была у неё, даже теперь, когда Мегуми находилась за тысячи километров от Японского архипелага. Когда-то Акияма Риота даже близко не подпускал никого к своей тайне, а затем решил, что дальше хранить её станет обязанностью внучки.

Алина

Книга попалась настолько интересная, что всё прочее перестало существовать уже на первых страницах. Алина даже чуть не пропустила свою станцию. Едва успела, не глядя, схватить пакет и выскочить. Стоило подняться на поверхность, как мобильный телефон тут же разразился громкими трелями. Звонила мама – спрашивала, на какое число дочь взяла билет на поезд.

Да, пора возвращаться. Ей удалось неплохо поработать, но устраивать себе московские каникулы некогда, да и, по правде говоря, не на что. Слишком уж дорого обходится жизнь в столице.

Мегуми

Она открыла глаза, услышав название нужной станции, взяла пакет и вышла. Вздохнула с облегчением, когда над головой снова оказалось небо, а не серый потолок. До квартиры, которую Мегуми снимала с однокурсницей, оставалось пройти несколько поворотов.

Мегуми решила не на бегу принять душ, а понежиться в горячей ванне. Пена пахла малиной и зелёным чаем, любимый персикового цвета халат приятно касался кожи, и всё это привело её в отличное расположение духа. Захотелось продолжить отдых просмотром какого-нибудь фильма, но сначала следовало куда-то спрятать дедушкину посылку и полюбопытствовать всё же, что там за сюрприз ей преподнёс магазин.

Подарок на месте – разноцветная коробочка с набором косметики выскользнула прямо в руки. Пустой пакет глянцевыми боками льнул к ладоням, пока Мегуми, охваченная нарастающей паникой, перетряхивала его снова и снова. Свёрток из Японии исчез, будто его и не было.

Алина

От метро до хостела требовалось пройти ещё несколько поворотов и перекрёстков. Вставив наушники старенького плеера, Алина едва слышно подпевала любимой песне. Настроение стремительно ползло вверх. Хотелось отметить удачное окончание стажировки, но компании нет. Она не слишком быстро сходилась с новыми людьми, потому и с временными коллегами придерживалась вежливого нейтралитета, однако ни с кем так и не подружилась.

А ведь это её последний день в Москве, завтра нужно быть на Казанском вокзале.

Алина пообещала себе, что по возвращении домой непременно всё наверстает. Сначала отметит с родственниками, а затем соберёт подруг и друзей, пойдёт с ними на набережную или устроит пикник на пляже. А можно и за Волгу отправиться, ещё лучше. Потрескивание веток в костре, запах дыма, шелест воды в реке. Купаться, конечно, ещё рановато, да и по ночам прохладно, но можно поехать без ночёвки.

В мечтах о том, чем займётся, когда вернётся домой, Алина пропустила нужный поворот. Пришлось разворачиваться и топать назад. Шагающий навстречу парень иронически приподнял брови, заметив её манёвры. Она смущённо улыбнулась в ответ и, бросив взгляд ему вслед, с сожалением вздохнула о том, что так и не научилась знакомиться на улицах. Глядишь, что-нибудь и получилось бы.

Мегуми

Это невозможно! Такого просто не должно было случиться! Почему именно с ней, почему сейчас?

Мегуми в отчаянии металась по квартире. Руки дрожали, дыхание сбивалось, голова стала тяжёлой и гудела. Приближался приступ паники. Знакомый и пугающий. Такое с ней случалось всего несколько раз в жизни, но всегда оставляло ощущение липкого ужаса, словно снится страшный сон, и никак не получается проснуться.

Заставив себя остановиться, Мегуми ещё раз методично обыскала пакет и диван, на котором тот лежал. Затем осмотрела пол, хотя и сомневалась в том, что свёрток мог каким-то образом туда вывалиться. Разумеется, его там не оказалось, зато обнаружилось кое-что другое. Почтовая открытка с видом Воробьёвых гор, самая обычная, из тех, какие можно купить повсюду. На обратной стороне текст незнакомым почерком и несколько синих клякс, оставленных, очевидно, некачественной ручкой.

Кто-то начал писать на открытке адрес, но не закончил. Наиболее чётко видно только название города. Самара. Мегуми порадовалась, что немного научилась читать по-русски. Где находится этот город, она не знала, но решила, что открытка может стать зацепкой.

Пытаясь размышлять логически, Мегуми вспомнила, как вышла с пакетом из кафе, как направилась к метро. Метро! Мог ли кто-нибудь из сидевших рядом забрать её пакет и оставить вместо него свой – точно такой же? Если учитывать, сколько народу было в магазине, то вполне вероятно. Вот только, как узнать, кто это, и где найти нужного человека в многомиллионном городе?

Мегуми закрыла лицо руками. Дедушка понадеялся на неё, а она предала его доверие. Отчего не прижала пакет к груди, каким образом умудрилась выпустить из рук?

Да, в столичном метро ей всегда становилось не по себе, и всё же Мегуми даже предположить не могла, что именно в этом жутковатом месте потеряет то, что должна хранить и прятать ото всех. Такое не могло бы присниться ей даже в кошмарных снах. А сейчас это произошло, и лучше даже не представлять себе, что будет, если однажды о случившемся узнает дедушка.

Положив открытку на стол, Мегуми смотрела на неё и силилась вспомнить хоть что-нибудь полезное. Что-то, способное помочь во всём разобраться. Но, когда первые сильные эмоции схлынули, навалилась неприятная слабость.

Кому позвонить, кого попросить о помощи? Йоширо? Но ведь он даже не знал, что лежало в пакете, и его не было с ней в метро. Будь он там, наверняка бы запомнил человека, который сидел с ней рядом с точно таким же ярким пакетом. Друг всегда отличался наблюдательностью.

О том, чтобы рассказать всё родственникам, и речи быть не могло. В семье она единственная. Мегуми ещё в детстве нередко огорчалась из-за того, что у неё нет сестёр и братьев.

С другой стороны, будь у неё брат, дед наверняка бы доверил тайну внуку. Тогда она никогда не столкнулась бы с такой ситуацией. Но этот жребий выпал ей, и никуда от него не спрятаться.

Мегуми взглянула на привезённую из Токио шкатулку с хранящимися там визитными карточками и вспомнила имя человека, к которому могла бы обратиться...

Алина

Тёплый вечер казался почти летним. От мысли, что впереди так долго ожидаемый россиянами сезон отпусков, настроение поднялось ещё больше. Правда, не обошлось и без лёгкой грусти. С одной стороны, Алине хотелось вернуться домой, с другой, возвращаться отчего-то всегда печальнее, чем отправляться в путь. Как будто что-то безвозвратно закончилось и уже никогда не повторится.

За проведённое здесь время Алина успела привыкнуть ко всему и чувствовала, что будет скучать. Но домой всё равно хотелось. Как бы ни нравилось тут многое, до столичных жителей ей далеко. Метро пришлось по душе, а вот давка в нём в час пик – совсем нет. Впрочем, почаще приезжать сюда в качестве туриста было бы неплохо.

Она купила в автомате на первом этаже хостела стаканчик капучино и поднялась в свой номер – одноместный и довольно уютный, с письменными столом из тёмного дерева и кроватью с балдахином, которая напоминала ложе Спящей Красавицы. Включив свет, Алина присела на край кровати и пригубила горячий напиток. Мысли вертелись вокруг событий прошедшего дня. Следовало закончить сбор вещей и проследить за тем, чтобы ничего не забыть. Но почему-то казалось, будто она уже сделала что-то не так, упустила нечто важное, и теперь это невозможно поправить.

Но что именно? Оставила свою вещь в издательстве? В метро? Но сумка при ней, пакет из магазина тоже. Тогда откуда же смутное ощущение?

Алина поднялась с места, поставила стаканчик на стол, походила по комнате, как она обычно делала, пытаясь что-то припомнить или в чем-нибудь разобраться. Ничего не получалось. Похоже, всё в порядке, но то и дело хотелось оглянуться, точно она находилась в комнате не одна, и кто-то пытливо смотрел в спину. Неприятное ощущение. Алина, почти не чувствуя вкуса, допила кофе и вспомнила, что так и не посмотрела подарок, который вручили в магазине.

Пакет лежал на кровати, где она его и оставила. Заглянув внутрь, Алина вытащила красивую коробку, в которой, судя по всему, находился компактно упакованный косметический набор. Но в пакете обнаружилось что-то ещё. Следом за коробкой она извлекла небольшой свёрток и принялась с удивлением его разглядывать. Неизвестный предмет был тщательно упакован в плотную коричневую бумагу и накрепко перетянут бечёвкой – такой жёсткой, что Алина нечаянно поранила об неё руку и со свистом втянула воздух от внезапной боли, когда с кончика пальца соскользнула яркая капелька крови.

Неожиданная находка вызвала недоумение. На подарок из магазина косметики свёрток ничуть не походил, но никто, кроме продавцов и её самой, не трогал пакет. Тогда как же там очутилось то, чего не должно быть? Загадочный свёрток напоминал посылку или, скорее, бандероль, но на нём не имелось ни почтовых штампов, ни надписей. К тому же, сейчас редко отправляют что-то в такой упаковке, вместо неё обычно пользуются специальными пакетами, которые продаются в почтовых отделениях.

Подумав о почте, Алина нахмурилась. Вспомнилась неудачная попытка отправить открытку в Самару. Кстати, об открытке. Где же она? Алина помнила, что положила ту в пакет, но сейчас её здесь не оказалось. Или выпала? Новый поиск не принёс результатов – открытка так и не нашлась.

Но не могла же она испариться или превратиться в совершенно другую вещь! Происходящее казалось всё более странным. Алина отыскала в сумке маникюрные ножницы и неуверенно потянулась к свёртку с намерением разрезать бечёвку и посмотреть на содержимое. Но тут унявшаяся было кровь потекла снова, так что пришлось отложить ножницы и начать искать ещё и йод с ватой, чтобы прижать к пальцу. Ранку тут же начало жечь, а резкий спиртовой запах заставил поморщиться.

Алина, придерживая прижатый к пальцу кусочек ваты, завернула флакончик с йодом и собиралась убрать его в чемодан, когда лампочки в висящей под потолком люстре внезапно замигали, а затем погасли одна за другой. Комната погрузилась в темноту. Вздрогнув, Алина встала с кровати, на ощупь добралась до окна и раздёрнула тяжёлые бархатные занавески.

Хостел располагался далеко не в центре столицы, но фонарей на улице достаточно, и все они горели так же, как и окна дома напротив. Это тоже выглядело странным, ведь обычно электричество отключают на всей улице. Не могли же все лампочки разом перегореть. Как не вовремя! Завтра на поезд, а чемодан ещё не собран до конца. Всё происходило по закону подлости. Сначала порезала палец, а теперь ещё и в темноте сидеть...

Алина вернулась к кровати, запустила руку в сумку и нащупала там мобильный телефон. Включила фонарик и направилась к двери. Приоткрыв её, обнаружила, что в коридоре тоже темно. Похоже, без света осталось целое здание. Но почему же в других домах всё в порядке?

Место, где дежурил администратор, находилось на первом этаже, но спускаться по лестнице в темноте даже с фонариком она побоялась. Оставался вариант постучаться к кому-нибудь, чтобы обзавестись компанией, но за прожитое здесь время Алина так и не познакомилась с соседями, которые, к тому же, постоянно менялись. Пришлось вернуться в комнату.

Прикрыв дверь и развернувшись, Алина заметила слабое свечение, которое исходило от свёртка, пробиваясь сквозь слои бумаги.

Примечания

Маршмэллоу

– кондитерское изделие, внешне похожее на зефир.

-кун

– вежливый именной суффикс в японском языке, примерный аналог обращения «товарищ» или «друг».

РУДН

– Российский университет дружбы народов.

Глава 2

Два телефонных разговора

Токио, май 2010 г.

Акира

Телефонный звонок раздался, когда Акира торопился к метро, обгоняя других пешеходов и почти не глядя по сторонам. Стоило лишь нажать на «отказ», как мобильный настойчиво начинал трезвонить снова, отображая на экране имя Тору. Младший брат явно не намерен прекратить свои попытки и перезвонить позже.

Хлопоты с Мори Тору начались с самого рождения и продолжались по сей день. Когда после окончания старшей школы он уехал учиться в Америку, это вовсе не означало, что вся семья сразу вздохнула спокойно. Тревожиться о нём продолжали почти так же сильно, как и прежде, а тот будто специально избегал серьёзных разговоров и, когда ему что-то требовалось, звонил сам.

Мысленно выругавшись, Акира ответил на звонок, не сбавляя скорости, и едва не столкнулся с симпатичной девушкой с пёстрым рюкзаком за плечами. Промелькнула мысль, что такие молодые особы наверняка во вкусе младшего брата. Впрочем, Тору и сам пользовался успехом у противоположного пола. Довольный смазливый, уверенный в себе, умеющий поддержать разговор на множество тем. По сравнению с ним любой мог бы показаться угрюмым молчуном.

- Что тебе нужно? – спросил Акира.

Брат тут же начал заливаться соловьём, расписывая свою интересную жизнь в Нью-Йорке. Он то и дело перескакивал с японского языка на английский, а фоном его голоса звучала раздражающая электронная музыка. Акира уже собирался поторопить собеседника с ответом, когда тот попросил выслать денег. Собственно, этого и следовало ожидать. Едва ли Тору позвонил бы, чтобы сказать, как скучает по семье.

Но следующая фраза брата заставила удивиться.

- Мне снилась бабушка, и она просила передать тебе, что скоро всё очень сильно изменится, - загадочно понизив голос и чуть убавив громкую музыку, сообщил Тору.

- Что изменится? – переспросил Акира.

- Она не сказала, но ты же знаешь, бабушка часто говорила намёками.

Мысленно Акира согласился с братом. Бабушка вдруг вспомнилась ему так явственно, словно они виделись только вчера. Её добрый взгляд, ласковые руки, красивые кимоно, которые она никогда не желала сменять на европейскую одежду. К бабушке братьев обычно отправляли на каникулы. В Цувано им обоим очень нравилось, и проведённые там дни хотя бы на короткое время сближали их. Бабушка лепила для них онигири с разными начинками, собирая корзину для пикника, и каждый раз, когда они выходили из её маленького дома на окраине городка, Акире казалось, будто он отправляется в какое-то далёкое путешествие. Возможно, у Тору тоже возникали похожие ощущения.

- Можешь мне не верить. Но я бы не стал врать, говоря о таких вещах.

- Я верю, - отозвался Акира. – Только хотелось бы выяснить, что это значит. Любопытная загадка.

- Ты ведь любишь загадки, - хохотнул Тору. – Разве это не твоя работа? Когда разберёшься, скажешь мне.

Закончив разговор с братом, Акира внезапно обнаружил ещё один пропущенный звонок. Номер оказался незнакомым. Судя по всему, звонили не из Японии. Он ненадолго задумался, кто бы это мог быть. Возможно, один из клиентов отправился заграницу, и ему понадобилась помощь или совет?

Акира уже подходил к эскалатору, когда звонок раздался снова. Опять неизвестный номер! Похоже, он кому-то срочно понадобился.

Отойдя в сторону, чтобы не мешать спешащим людям, Акира ответил на звонок и услышал смутно знакомый молодой женский голос.

- Прошу прощения за беспокойство, - проговорила невидимая собеседница. Внезапно возникшее странное чувство кольнуло его ещё до того, как она назвала своё имя. Акира не верил в сверхъестественное, но что-то подсказывало ему – звонок связан со словами Тору. – Моё имя Акияма Мегуми, - произнесла она, и за этими словами наступила пауза, в которой словно звучало тиканье часов, с каждым мгновением непостижимо отматывающих время назад.

Москва, май 2010 г.

Мегуми

Слышать в телефоне голос этого человека оказалось странно – так, словно всё происходило во сне. Мегуми понимала, что для неё он почти незнакомец, который наверняка ответит отказом. У Мори Акиры своя жизнь, интересная работа, и ему едва ли приятно вспоминать о том визите, который пришлось нанести в дом её деда. Его отказ будет понятен, и у неё нет никакого права на обиду. Но, осознавая всё это, тем необычнее думать о существующей между их семьями связи, похожей на отголоски старинных легенд.

Каждый сам мог принимать решение касательно того, верить в них или нет. Её родители, к примеру, старались держаться подальше от жуткой семейной истории, да дедушка и не доверял им. Неизвестно, по какой причине он надумал, будто внучка сможет стать хранительницей тайны, но ей казалось, что его решение отправить в Россию этот свёрток едва ли можно назвать правильным. Ведь теперь Мегуми его потеряла, и страшно даже представить, что будет, если глава семьи узнает. Вот поэтому и пришлось пойти на непредсказуемый поступок и позвонить человеку, который приходился ей не врагом, но и не другом.

Когда она представилась, собеседник замолчал, и Мегуми уже почти решила, что их разговор вот-вот прервётся, когда услышала ответ.

- Откуда вы знаете мой номер телефона?

- У меня есть ваша визитная карточка.

- Вот как?

Похоже, Мори Акира находился на улице, потому что она услышала за звуками его голоса шум машин и отдалённые разговоры множества людей. На какой-то миг Мегуми ощутила тоску. Что она делает здесь – в чужой стране, в окружении людей, которые не похожи на неё ни внешне, ни языком, ни привычками? Вдруг нестерпимо захотелось вернуться домой, в Токио, откуда доносился до неё приятный мужской голос. Но нельзя, ведь ещё не закончена учёба, и всё, что можно себе позволить сейчас, – лишь недолгая поездка к родным.

- Мне нужна ваша помощь, - произнесла Мегуми, пытаясь представить себе лицо собеседника и его реакцию на эти слова. Удивился ли он? Не посчитал ли её навязчивой и невоспитанной?

- Профессиональная? – уточнил Мори Акира, и у Мегуми перехватило дыхание. Она не слишком хорошо разбиралась в людях и редко предугадывала, как они себя поведут, но что-то в его интонации говорило, что он заинтересовался. Если так, то, возможно, есть надежда не получить отказ.

- Можно сказать и так.

- Любопытно, - проговорил он. Мегуми сжала руку в кулак, почти не чувствуя, что ногти до боли впились в ладонь. Уже давно ей не приходилось так из-за чего-либо волноваться. Даже экзамены больше не казались такими уж страшными, померкнув перед перспективой того, что исчезнувший свёрток никогда не будет найден. Дедушка не простит, если узнает, и неважно, верит ли она в то, о чём он рассказывал.

Но сможет ли Мори Акира помочь? Ведь пропавший из пакета свёрток имеет отношение не только к её, но и к его семье. Пусть дедушка и другие предки хранили этот предмет, семья Мори тоже должна сознавать свой долг. По крайней мере, дед считал именно так. Но, несмотря на свою мудрость и проницательность, он мыслил всё же старыми категориями и правилами, а современные молодые люди совсем другие...

- Расскажите мне подробности.

- Прямо сейчас? - осведомилась Мегуми. Ей снова стало неловко. В Токио раннее утро, так что, скорее всего, она своим звонком отвлекла собеседника от работы или дороги в офис.

- Если дело срочное.

Мегуми покрепче сжала в пальцах телефон и принялась рассказывать. О свёртке, отправленном из Японии. О том, как тот неожиданно исчез. Об открытке, которую она обнаружила в пакете. Услышав всё это, Мори Акира наверняка посчитает её легкомысленной девицей, а деда – выжившим из ума стариком, которому взбрела в голову блажь так далеко отправить вещь, что даже не являлась семейной реликвией, а представляла собой то, о чём лучше не говорить вслух. Но человек, с которым она беседовала, и без того знал об этом, и, пожалуй, не так уж важно, что именно он о ней подумает. Если он даст своё согласие и сумеет помочь, больше ничего не будет иметь значения...

- У вас, наверное, много работы, - добавила Мегуми, сбивчиво изложив недавние события. – Но мне больше некого попросить о помощи. Будь у меня брат...

- Я понял, что у вас произошло, - отозвался он.

- Но я ведь могу нанять вас как частного детектива? – спросила она, когда в разговоре снова возникла пауза. – Вы можете считать это вашей обычной работой. И дорогу я тоже могу оплатить...

- Обычной работой? – проговорил Мори Акира, и в его голосе явственно послышалась усмешка. – Вы знаете, для чего обычно нанимают частных детективов? Подскажу – чаще всего для слежки за неверными мужьями. Боюсь, это слишком далеко от того, что вы от меня хотите. Мужа ведь у вас, как я понимаю, тоже нет.

- Но вы ведь также разыскиваете потерянные вещи и людей? – почти полностью утратив надежду, уточнила Мегуми. – От такой работы моя просьба почти ничем не отличается. А ещё у меня есть открытка, что оказалась в пакете.

- Вы даже не знаете, кому она адресована, - заметил собеседник.

- Но там указан город.

- Думаете, так легко отыскать что-то в большом городе, не имея почти никаких зацепок?

- Значит, вы отказываете мне?

Ещё одна пауза.

- Я всё обдумаю и перезвоню вам. Скажем, завтра. Договорились?

- Завтра... Да! Спасибо!

Закончив разговор, Мегуми прижала ладони к раскрасневшимся от волнения щекам. Последние слова собеседника давали надежду на то, что Мори Акира поможет ей, и вся эта история с исчезнувшим свёртком закончится благополучно. Да, она станет его должницей, но это не так страшно, как возможная реакция дедушки, если тот узнает о случившемся. Одна мысль уже пугает. Он и рассердится, и разволнуется, а там и до ухудшения здоровья недалеко. Никак нельзя этого допустить! Только и остаётся, что понадеяться на помощь человека, с которым она только что разговаривала второй раз в жизни.

Токио, май 2010 г.

Акира

Надо же, он и забыл, что тогда оставил свою визитную карточку. Автоматически это сделал, что ли? Когда вынужден заниматься поиском клиентов, приходится рекламировать себя повсюду. А их частное агентство далеко не всегда могло похвастаться наплывом заказов. Слишком уж много конкурентов развелось.

Акира отключил звук и опустил в карман телефон, прокручивая в мыслях содержание разговора. Странно, но, несмотря на прошедшее с их встречи время, Мегуми он помнил. Красивая девушка в форме ученицы старшей школы, которая вбежала в дом, когда он разговаривал с её дедом. Кажется, она очень торопилась о чём-то рассказать, но, увидев, что тот занят разговором, тут же стала серьёзной и смущённо остановилась на пороге. Тогда их и представили друг другу.

Втиснувшись в переполненный вагон, Акира прислонился к стене и прикрыл глаза, стараясь не обращать внимания на окружавшую со всех сторон толпу. Обо всём предстояло хорошенько поразмыслить. Сначала звонок Тору и его рассказ о сне про бабушку, а затем неожиданный разговор с девушкой, которая едва ли не умоляла его бросить все дела и приехать в Россию. Судя по голосу, она очень волновалась, и, если поначалу всё это походило на какой-то глупый розыгрыш, то сейчас уже почти не оставалось сомнений в правдивости её рассказа. Она, в самом деле, потеряла то, что передал ей дед.

Акира никогда не принадлежал к мнительным и суеверным людям, которые отличаются тонкой чувствительностью и даже за самыми незначительными совпадениями видят божественное провидение или влияние сверхъестественного. Но сейчас ему отчего-то казалось, что сон младшего брата и этот звонок связаны между собой. Тору на его месте не сомневался б ни секунды и тут же отправился бы в Россию. Брата влечёт к приключениям, как мотылька к фонарю. Перед ним можно повесить указатель «Эта дорога ведёт к неприятностям», и не будет никаких сомнений, что именно по ней Мори Тору и помчится.

Однако, хоть Тору и весьма часто бывает крайне любопытен, подробности той истории, которой непосредственно казалась беседа с девушкой, до сих пор оставались для брата тайной. Бабушка очень любила младшего внука, но рассказала обо всём только старшему. Ему же и дала поручение, от которого нельзя было отказаться.

Если придётся ехать в Россию, скрыть от родственников не получится, значит, и Тору узнает. К тому же, у него скоро каникулы, так что билет в Токио наверняка уже заказан. Представив, во что младший братец превратит квартиру, если останется в ней один, Акира только вздохнул.

Подобных дел в его расследованиях ещё не попадалось, и это бросало ему вызов. Такая задача интереснее, чем долгая и местами утомительная слежка за чьим-то пресытившимся семейной жизнью супругом, который спускает деньги на казино и любовниц. Гораздо интереснее, но и сложнее тоже. В России Акире уже приходилось бывать, но не по работе. К тому же, в деле почти нет никаких зацепок.

По-настоящему срочной работы у него сейчас не имелось, а с той, что оставалась, можно разобраться в ближайшее время. Акияма Мегуми – богатая наследница, единственная внучка своего деда, и семья её накопила значительное состояние. Для неё не будет затруднительно оплатить работу частного детектива. Судя по всему, в тратах она не ограничена, а ставить родственников в известность о случившемся не хочет. Пожалуй, будь он на её месте, поступил бы точно так же.

Москва, май 2010 г.

Мегуми

«Теперь только и остаётся, что ждать!» – сказала себе Мегуми. Ждать звонка, нового разговора с этим человеком из Токио. Могла ли она ему доверять? Но кому же ещё? Мори Акира едва ли хотел её обидеть, но оказался прав. У неё нет ни брата, ни мужа, к которым она могла бы обратиться за помощью. Да и смогли бы они помочь ей, отнестись к случившемуся серьёзно?

Предмет, который лежал в свёртке, достаточно старинный, но едва ли какой-нибудь специалист в области истории назвал бы его по-настоящему ценным. В их доме хранились вещи гораздо более древние, за ними охотились музеи и коллекционеры, но дед отказывался их продавать. Акияма Риота не нуждался в деньгах.

Нет, совсем не о такой ценности пропавшего предмета тревожилась Мегуми. Не из-за стоимости дедушка хранил его на протяжении стольких лет. Когда внучка была маленькой, дед не подпускал её близко, чтобы не разбила.

«Ах, дедушка, дедушка, почему же ты не уберёг его? – мысленно спросила Мегуми, глядя на открытку, которую нашла в пакете вместо того, что ожидала там обнаружить. – Для чего, с какой целью не оставил в надёжном укрытии дома, а отправил мне, так далеко? Что ты хотел этим сказать?».

Мегуми давно переросла детскую уверенность, будто окружающие её взрослые знали всё обо всём, но порой ей и сейчас казалось, что дедушке известно многое не только о прошлом, но и о будущем. Не раз и не два ему удавалось наперёд угадывать, что произойдёт в жизни близких ему людей. Они сами привыкли объяснять его прозорливость солидным возрастом и присущей главе семьи мудростью, но что, если за этой особенностью пряталось нечто иное?

Однако, если так, то почему дедушка позволил себе совершить ошибку и прислать предмет внучке, которая не смогла его уберечь и не оправдала оказанного доверия?

Должно быть, открытка с указанием города, в самом деле, зацепка ненадёжная, однако другой нет.

Обратиться в магазин? Но подарки вручили стольким людям! Как среди такой толпы найти нужного человека? К тому же, личные данные покупателей, даже если те их оставляли, постороннему всё равно не выдадут. Увы, эта идея никуда не годилась.

Токио, май 2010 г.

Акира

Сюдзи, коллега Акиры, встретил его на станции метро. Одного взгляда хватило, чтобы понять – что-то произошло. Собеседник нервно мял в руках сигаретную пачку и, едва поприветствовав, тут же отвёл глаза.

- В чём дело? - спросил Акира.

- Заказ отменяется, - пробурчал Сюдзи и наконец-то отправил шуршащую упаковку в сторону ближайшей урны. – Эта женщина решила помириться с мужем.

- Почему ты не позвонил? Для чего я сюда вообще ехал?

- Я звонил, но ты, наверное, уже спустился в подземку! Ладно тебе! Сорвался один заказ – будут другие!

- Вообще-то, у меня уже есть один. Но я пока думаю. Ещё не решил, соглашаться или нет.

Акира вспомнил голос девушки в телефоне. Она сильно волновалась и не могла, да и не желала этого скрывать. Похоже, ей, в самом деле, больше не к кому обратиться.

- Почему, есть какие-то сомнения? – заинтересовался его словами Сюдзи.

- Для того чтобы заняться этим делом, мне придётся уехать.

- Уехать из Токио? Надолго? Куда?

- В Россию.

От изумления собеседник даже рот приоткрыл. Ему, должно быть, эта страна казалась такой же далёкой, как другая планета. К тому же, сам Сюдзи, похоже, никогда не выезжал за пределы страны. Они давно работали вместе, уже не церемонились друг с другом и почти стали друзьями, но существовали вещи, о которых Акира не смог бы рассказать никому, даже тем, кому привык доверять. И сейчас речь шла именно о таком деле.

- Но там ведь всегда холодно! – воскликнул Сюдзи.

Акира улыбнулся. Когда он впервые отправлялся в Россию в гости к другу детства, который трудился там преподавателем японского языка, всё обстояло точно так же. Акира не сомневался, что окажется в суровой стране, где ещё холоднее, чем на Хоккайдо, поэтому, несмотря на летнее время, запасся целым чемоданом одежды. Как же он удивился, когда оказалось, что как минимум в некоторых областях России летом довольно жарко. Тёплые вещи так и остались не распакованными, и сейчас было забавно наблюдать за тем, как Сюдзи морщит лоб, наверняка пытаясь представить заваленные снегом улицы и покрытые коркой льда дороги.

На следующие вопросы, заданные собеседником, Акира отвечал крайне уклончиво, а затем и вовсе ловко сменил тему, заговорив о брате, которого коллега не раз в шутку предлагал с целью породниться свести со своей незамужней сестрой.

Вот и сейчас тот первым делом вспомнил эту шутку, а затем, уже по дороге к оставленной на стоянке машине, снова заговорил о том, что ему рассказал Акира.

- Если обещают хорошо заплатить, почему бы и не поехать? Ты там уже бывал, так ведь? А здесь пока тишина... Кто знал, что новая клиентка надумает простить мужа? И конкурентов очень уж много расплодилось! – ворчал Сюдзи, заводя мотор своей потрёпанной от не слишком аккуратного вождения «тойоты». – Только, пожалуйста, не уезжай без предупреждения! Мы ведь ещё увидимся?

- Конечно, - пообещал ему Акира. Уехать прямо сейчас всё равно бы не получилось. – И не только на работе. Встретимся, когда Тору приедет. Угощу тебя чем-нибудь.

- Сестру привести? – снова оживился Сюдзи. – О! А давай, устроим групповое свидание? Я попрошу её пригласить подруг! Будет весело!

Акира, не сдержавшись, рассмеялся. Если бы Сюдзи распространял свои своднические идеи только на брата, это ещё можно было потерпеть. Но тому хотелось женить также и приятеля. Самому Сюдзи с девушками катастрофически не везло. Он отличался безалаберностью и держался на работе только потому, что имел отменное чутьё на всевозможные мошенничества.

- Я не люблю групповые свидания, - напомнил ему Акира. Такие варианты решения проблем в личной жизни ему предлагали нередко. Правда, сам он считал, что никаких проблем у него нет.

- А зря! Я знаю человека, который именно так и женился. А потом...

- ...стал нашим клиентом и, в конце концов, развёлся. Я тоже знаю. Неужели при нашей работе ты ещё веришь в возможность семейного счастья?

- Нужно быть оптимистом, - хмыкнул Сюдзи и включил радио. Салон машины наполнило сладкоголосое пение какой-то популярной молодёжной группы. – Хорошо тебе, в России, небось, девушки красивые!

- Я же не для знакомства с девушками туда еду, - не задумываясь, ответил Акира.

- Кто знает, кто знает... - недоверчиво протянул Сюдзи. – А с Тору я всё-таки поговорю насчёт группового свидания. Ты ещё пожалеешь, что отказался!

- Удачи!

Примечания

Кимоно

– в широком смысле слова означает японская национальная одежда.

Онигири

– блюдо японской кухни из пресного риса, слепленного в виде треугольника или шара, куда обычно кладут начинку и заворачивают в лист сушёных водорослей нори.

Глава 3

Сны в дождливую ночь

Нью-Йорк, май 2010 г.

Тору

Почти каждый вечер Мори Тору и его друзья собирались в кафе либо у кого-нибудь дома. Почти все они приехали в Америку из разных стран, учились, путешествовали, находили множество увлечений и наслаждались яркими, как огни фейерверка, мгновениями скоротечной юности. Тору нравилось быть одним из них.

Накануне вечером они, как обычно, собрались в доме недавно переехавшей в Нью-Йорк студентки из Пекина. Её родители тоже жили здесь по работе, однако в настоящее время находились в другом городе, потому в этот вечер целый особняк оказался в распоряжении их беззаботной компании. Мейлин сразу поставила условие: никакого алкоголя, не говоря уж о наркотиках. Впрочем, в их кругу злоупотребление подобными веществами и в другое время не поощрялось, так что возражать никто не стал. Кроме того, ей захотелось устроить тематическую вечеринку, посвящённую восточным преданиям.

Тору идея понравилась. Правда, по памяти он знал только кайданы – страшные истории и городские легенды. Из тех, что режиссёры всего мира охотно используют в качестве сценариев для фильмов ужасов. Друзьям эти его истории пришлись по душе. Кто-то даже придумал погасить в комнате электрический свет и зажечь свечи, чтобы создать подходящую атмосферу.

- А если кошка выпьет крови своей мёртвой хозяйки, то превратится... - мрачным голосом начал он очередной рассказ, когда Мейлин вдруг вскрикнула.

- Всё! Прекрати! Давай что-нибудь другое!

Тору, замолчав, взглянул на неё. Девушка казалась не на шутку испуганной. Неожиданно он поймал себя на том, что любуется ею. В тёмных глазах отражаются золотистые огоньки свечей, волосы льются гладкой чёрной волной, достигая ремня джинсов, длинные пальцы сжимают бокал с рубинового цвета соком, похожим на вино.

- И правда, хватит, - сказал кто-то, поддерживая её. – Пора на сегодня закончить с ужастиками. Давайте о любви.

- Вот пусть Мейлин что-нибудь романтическое и расскажет, - приподняв брови, заметил Тору.

- Ладно, - не стала отпираться она. Девушка расслабилась, опустила бокал обратно на низкий столик и улыбнулась уголками губ. – Правда, это очень старая и знаменитая легенда, так что все вы её наверняка уже знаете.

Тору, в самом деле, давно была знакома легенда о красной нити, что не помешало ему с удовольствием послушать её ещё раз. К тому же, ему приходилось слышать только японскую версию, в которой говорилось, что предназначенные друг другу люди связаны мизинцами, а не щиколотками, как повествовалось в китайской. История, которую им поведала девушка, рассказывала о человеке, что захотел изменить собственную судьбу, но, несмотря ни на что, та всё равно нашла его, хотя он этого совершенно не ожидал. Ни время, ни обстоятельства, ни расстояние не смогли помешать сбыться предсказанию встретившегося человеку Лунного старца Юэлао, что владел невидимой нитью. Тору подумал, что на месте героини истории он едва ли простил бы героя за попытку её убить и уж точно не остался бы рядом с таким коварным типом, но кто разберёт, что движет сердцами любящих людей? Сам-то он никогда в жизни серьёзно не влюблялся. Откуда ему знать?

- А ты в это веришь? – полюбопытствовал он, когда Мейлин закончила говорить и снова потянулась за своим соком.

- Верю, - отозвалась она, бросив на него быстрый взгляд.

Остальные призадумались, но спорить никто не стал.

На следующий день после разговора с братом Тору размышлял о своём сне. Постепенно мысли вернулись к воспоминаниям о вчерашнем вечере, и ему вдруг снова захотелось увидеть Мейлин. Девушка нашлась почти сразу – она ещё находилась в университете.

- Тору! Я думала, ты уже ушёл. Почему искал меня?

- Я вернулся, - просто ответил он. Обычно слова, которые собирался ей сказать, слетали с губ без всяческих затруднений, но сейчас почему-то давались непросто. – Может, сходим куда-нибудь вечером?

- Хочешь снова собрать компанию?

- Нет. Не сегодня. Только ты и я.

- Ты приглашаешь меня на свидание? – уточнила она удивлённо.

- А почему нет?

На лице Мейлин появилась растерянность, она отвела взгляд, теребя маленького плюшевого медвежонка на перекинутой через плечо разноцветной, как радуга, сумке. Тору прикоснулся к её локтю, но тут же отдёрнул руку. Показалось, будто девушка вот-вот его оттолкнёт.

- Я не могу, - негромко проговорила Мейлин, подняв на него глаза. – Прости. Мне кажется, нам будет лучше остаться друзьями, - добавила она и легонько погладила его по плечу.

- Но почему?

- Красная нить связала тебя не со мной. Я так чувствую. Не могу объяснить.

- Это же просто легенда!

- Но я ведь сказала, что верю в неё. К тому же, ты скоро уезжаешь на каникулы домой, а я останусь здесь. Так что, снова мы встретимся не скоро, и кто знает, что может произойти за это время?

Должно быть, Мейлин права, однако настроения эти слова не улучшили. Тору не привык, чтобы девушки его отвергали. Обычно ему не приходилось прикладывать много усилий к тому, чтобы добиться внимания понравившейся личности. Правда, почти все они не слишком серьёзно воспринимали их отношения, что его вполне устраивало. Он не планировал в ближайшее время ничего менять и всё же рискнул сегодня назначить свидание девушке, которая совершенно не выглядела легкомысленной. И кто его дёрнул на такой поступок? Может, легенда подействовала?

Вот только Мейлин почему-то считала, что он предназначен другой.

В ту ночь Тору снова приснилась бабушка. На этот раз он увидел её в доме, где та прожила большую часть своей жизни. Именно сюда к ней приезжали внуки, которых родители отправляли на каникулы. И Акира, и сам Тору всегда очень ждали этих поездок. Они скучали по бабушке, по интересным историям, которые она рассказывала им перед сном, по друзьям из посёлка, по пикникам, по онигири и другой еде, приготовленной её руками, – казалось, у бабушки всё получалось вкуснее, чем дома.

Во сне бабушка сидела за низким столиком и рассматривала какую-то книгу. Правда, заглянуть в неё Тору не удалось. Себя он почему-то увидел маленьким – лет десяти.

Именно столько ему исполнилось, когда родители перебрались в другой район Токио, и братьев перевели в новую школу. Тогда, на каникулах, они оба уже знали об этом и всерьёз волновались из-за предстоящего. Бабушка успокаивала их, даже погладила Тору по голове. Ласковые прикосновения с её стороны были не таким уж частым явлением – она выражала свою любовь по-другому – но в тот день он так расстроился, что она, должно быть, не удержалась. Позже ему не раз приходилось менять школы, но тогда хотелось, чтобы всё оставалось по-прежнему, так, как он привык.

- Может быть, всё к лучшему, - сказала ему бабушка, глядя на склонённую голову младшего внука.

- Да что тут может быть к лучшему? – пробубнил он. Тогда ему думалось, что бабушка просто не понимает всего масштаба его трагедии. Ведь ему так нравилось в прежней школе! Кто знает, что будет в новой? – Ничего хорошего нет!

Бабушка с мягкой улыбкой легонько коснулась его плеча и пошла в кухню. Тору вскинул голову, принюхиваясь к вкусным запахам, и на душе у него стало легче. Все неприятности и тревоги будто побледнели и трусливо попятились назад, спугнутые непреклонной уверенностью этой маленькой, но несгибаемой женщины. Уверенностью в том, что всё будет хорошо. Что он сможет справиться с любыми грядущими неприятностями и найти в них зерно будущего счастья.

Все эти ощущения – уютного дома, бабушкиной любви и собственных забот о новой школе – вернулись к нему во сне. Но сейчас бабушка не говорила ему о том, что всё к лучшему. Она хмурилась и смотрела в книгу, а Тору, вновь почувствовавший себя маленьким, смотрел на неё и напряжённо ждал того, что должен услышать. Он не сомневался – этот сон, как и предыдущий, был знаковым. Оставалось только разгадать эти знаки.

Но бабушка так ничего и не сказала.

Тору проснулся, резко сел на постели, вытирая пот со лба. Сны о бабушке, странное предсказание Мейлин, таинственная поездка брата – всё спуталось в мыслях, наслаиваясь друг на друга. Что общего может быть у всех этих вещей?

Уснуть заново так и не получилось. Наутро Тору решил позвонить родителям, чтобы поведать им сон. Мама тут же решила, что нужно провести поминальный обряд, и собралась идти в буддийский храм.

Москва, май 2010 г.

Алина

Неизвестный свёрток светился. Не слишком ярко. Гораздо бледнее, нежели фонарик в мобильном телефоне, который Алина крепко сжимала в повлажневшей от волнения и внезапного страха ладони. Казалось, будто в бумагу завернули маленькую аромалампу, и огонь свечи в ней продолжал ровно гореть в темноте пустой комнаты. Это и пугало, и притягивало одновременно. Дыхание перехватило, а пальцы задрожали, и она едва не выронила телефон. Уже сделала шаг вперёд, когда позади раздался громкий стук в дверь.

- Эй, соседи, вы не в курсе, что здесь творится? Почему электричество отключилось? У меня срочная работа, а на ноутбуке зарядки не хватает, чёрт бы их всех побрал... - произнёс незнакомый голос за спиной.

Алина отвела взгляд от свёртка и снова открыла дверь, за которой обнаружился незнакомый бородатый мужчина в чёрной майке. Одной рукой он крепко прижимал к себе ноутбук с зачем-то прилепленной на крышку полоской пластыря, в другой держал туристический фонарик старой модели. От незнакомца исходил насыщенный запах одеколона «Хвойный лес». Она узнала его, потому что однажды подарила точно такой же дяде. О чём, впрочем, в тот же день успела пожалеть, поскольку этот, если можно так выразиться, мужской парфюм вызывал у неё аллергию, что обнаружилось сразу после того, как только родственник воспользовался подарком.

Вот и сейчас у неё немедленно защипало в носу. Алина растерянно перевела взгляд с круглощёкого лица соседа по комнате на его ноутбук. Затем пожала плечами и, не выдержав, громко чихнула.

- Понятия не имею, что случилось, - ответила она на его вопросы. - Наверное, надо к администратору спуститься. На первый этаж.

- Да на этой лестнице чёрт ногу сломит, - снова чертыхнулся собеседник. - Ладно, пойду схожу. Если вдруг упаду, приходите на подмогу.

- Удачи, - напутствовала его Алина, стараясь даже не представлять, как и чем она сможет помочь человеку, который не только выше её сантиметров на двадцать пять, но и тяжелее раза в два.

Когда сосед, даже не подумав занести ноутбук в свой номер, загрохотал тяжёлыми ботинками по направлению к лестнице, Алина с замиранием сердца обернулась. Загадочный свёрток больше не светился. Комнату окутывала темнота, и единственным источником света по-прежнему оставался только её фонарик.

«Может, показалось? – вдруг отчаянно пожелав саму себя убедить, предположила она. – Но не фосфор же там, в самом-то деле!». Очевидно, другие соседи уже спали, отсутствовали либо просто не пожелали отправиться на разведку, потому что в коридоре снова царила тишина. Теперь оставалось только надеяться, что соседу всё же удастся не свалиться с лестницы, добраться до администрации и поспособствовать возвращению электричества. Тогда не придётся собирать чемодан в темноте.

Свет загорелся спустя несколько минут. Дожидаться возвращения соседа Алина не стала. Заперла дверь в номер и бросила взгляд на чемодан, сборы которого следовало довести до конца.

Но сначала предстояло сделать кое-что другое.

Маленькие ножницы не слишком подходили для разрезания плотной бумаги, но за неимением лучшего могли послужить. Алина ожидала обнаружить на свёртке следы её крови, но их не оказалось. Подивившись этой странности, она принялась резать бечёвку, а за ней и бумажные слои.

Эта вещь попала к ней случайно и, должно быть, предназначалась кому-то другому, но любопытство стало куда сильнее и осторожности, и накрепко усвоенного с детства правила не трогать чужие вещи.

«Мне померещилось. Померещилось!» – снова твёрдо сказала себе Алина, вспомнив непонятное свечение. Отодвинула обрывки бумаги, под которыми оказался светлый полотняный мешочек с вышитыми иероглифами, заглянула в него и аккуратно извлекла спрятанный там предмет.

В её ладони лежал флакон из зелёного стекла. Небольшой, очень изящный, но довольно тяжёлый. Его плотно запечатывала крышка из тёмно-зелёного камня в металлической оправе. На плоских сторонах флакона два изображения. С одного из них смотрело странное существо, напоминающее крупную собаку с львиной головой, на другом взмывал в небо опасный на вид дракон. Спрятанная в свёртке вещь выглядела очень красивой, необычной и наверняка довольно старинной. Словно музейный экспонат, с которого бережно вытирали пыль и хранили с соблюдением всех правил.

Алина робко погладила изображение дракона и задумалась.

Мегуми

Этой ночью Мегуми спала некрепко и беспокойно. Поначалу пережитые днём волнения давали о себе знать сновидениями – быстрыми, путаными и лишёнными всякого смысла. Но уже под утро ей приснился совсем другой сон. Рядом с небольшим домом в традиционном японском стиле стояла незнакомая пожилая женщина. Всё выглядело чётким и ясным, как наяву, – ровные складки кимоно, лёгкая улыбка на бледных губах, медленно, как снег, падающие лепестки сакуры. Умиротворяющая и тёплая картина, похожая на акварельный рисунок талантливого художника. Во сне хотелось остаться навсегда.

- Кто вы? – спросила Мегуми. Она не сомневалась, что никогда не встречала эту женщину. Но почему-то лицо немолодой японки вдруг напомнило о чём-то далёком, почти стёртом из памяти.

- У нас мало времени, не уверена, что мы ещё сможем поговорить, - произнесла та. Мегуми не успела удивиться странной фразе, когда собеседница вдруг взяла её за руку. Даже во сне ощущалось, какая мягкая и прохладная у неё ладонь. – Послушай меня внимательно. Ты должна быть сильной и больше не сомневаться в том, во что не желала верить прежде. Твоя вера даст надежду и остальным. Не забывай об этом, когда проснёшься.

- Остальным? Кому? Скажите!

Почему-то ей показалось очень важным узнать ответ на этот вопрос. Но женщина только покачала головой и промолчала. Не захотела говорить?

- Я долго думала, почему всё сложилось именно так, - сказала она спустя несколько мгновений. – Не знала, да и сейчас не уверена, можно ли всё исправить. Но у вас есть шанс. Пока вы молоды, пока живы... Мы свою возможность упустили.

- О чём вы говорите?

- Верь только своему сердцу, девочка. Тот, кто перестаёт слушать собственную душу и теряет изначальную чистоту, впускает в себя зло. Помоги потерявшейся душе обрести покой!

Незнакомка ласково улыбнулась и вдруг растаяла в воздухе. Мегуми отчего-то ничуть не испугалась, лишь пожалела о том, что сон, должно быть, скоро закончится. Запрокинув голову, посмотрела вверх. Над ней раскинулось чистое синее небо – ни облачка! Она зажмурилась и почувствовала тепло весеннего солнца. На душе стало легко. Мегуми глубоко вздохнула и проснулась.

Стрелки настенных часов приближались к пяти. За окном шёл дождь. Шелестел и нашёптывал, заглушал все прочие звуки большого города и пел свою утреннюю колыбельную тем, кто ещё досматривал сны…

Дождь не прекратился и днём. Пасмурное небо заволокло унылыми серыми тучами, и было темно, словно поздним вечером. Мегуми сидела в аудитории, положив перед собой учебник, но никак не могла сосредоточиться на занятиях. Хорошо ещё, что преподаватели её сегодня не замечали. Соседка по квартире оказалась более наблюдательной.

- Ты не заболела? – поинтересовалась Дженни утром, когда они на бегу завтракали, торопясь в университет.

- Нет, - отозвалась Мегуми. Ложечка, которой она ела йогурт, выскользнула из рук и, серебряной рыбкой мелькнув в воздухе, упала под стол. – Всё нормально.

- И ничего не случилось?

- Ничего.

Собеседница недоверчиво приподняла брови, но промолчала. Мегуми вздохнула. Она не умела врать. Ещё и поэтому её страшил разговор с родственниками, даже телефонный. Очень уж не хотелось, чтобы они о чём-то догадались по интонациям её голоса.

Мори Акира ещё не перезвонил ей, как обещал. Каждую минуту Мегуми бросала взгляды на экран мобильного телефона, но никаких пропущенных звонков там не обнаруживала. В университете требовали, чтобы студенты отключали звук на мобильниках во время занятий, обычно её это не волновало, но сейчас тревожило всё, каждая малость, которая могла бы помешать разговору. Мегуми даже немного пожалела, что не осталась дома, сказавшись больной, как предположила Дженни. Вот только ей тоже пришлось бы солгать, чего делать ни в коем случае не хотелось.

Как хорошо, что скоро каникулы! Найти бы ещё повод не возвращаться домой, как того от неё хотят родные. Нельзя до тех пор, пока не найдётся утраченное.

А если совсем не найдётся? Поймав себя на этой мысли, Мегуми до боли закусила губу. Как перенесёт дедушка? Остальным-то не так важно, а вот ему... Только ради него потерянное необходимо найти!

Мегуми вдруг вспомнила сегодняшний сон и собственные ощущения, которые после него испытала. Ту необъяснимую лёгкость на душе, покой. Словно невидимые птицы, несущие на крыльях всю радость мира, коснулись её, пролетая мимо. Но объяснить сюжет сновидения не получалось. Кто эта женщина в кимоно? О чём она говорила?

Долгий звон раскатился по коридорам университета. Студенты заспешили на перемену. Не обращая внимания на окружающую суматоху, Мегуми снова посмотрела на телефон и нажала на кнопку, чтобы ответить на звонок.

Токио, май 2010 г.

Акира

Обычно Мори Акира целиком и полностью самостоятельно принимал решения, но сейчас ему отчего-то хотелось с кем-нибудь посоветоваться. Но с кем? Не с родителями же. Они от давней истории старались держаться подальше, и он их хорошо понимал. На дворе двадцать первый век, колоссальные скорости, возможность связаться с любым человеком на огромном расстоянии, а все эти давние драмы и кошмары лучше оставить для исторических сериалов и фильмов ужасов, где им самое место. Если кто и верил во всё это, то лишь покойная бабушка, а ещё Акияма Риота, к которому она попросила старшего внука пойти тогда, когда была жива. Доверилась ему, а вот младший, Тору, до сих пор ни о чём не осведомлён.

Да и лучше ему по-прежнему ничего не знать. Тору чересчур любопытен и не в меру впечатлителен. Того и гляди, узнает и сам помчится в Россию знакомиться с Мегуми или в Токио её отыщет. Приедет же она сюда когда-нибудь. На каникулы или после окончания учёбы.

Вспомнив о девушке, Акира бросил взгляд на часы. Кажется, подходящее время, чтобы ей позвонить. Это решение далось ему нелегко, и всё же он намеревался ответить согласием на её просьбу. Не только ради перспективы получения денег, но и по ряду других причин. Пусть так и не попросил ни у кого совета, рассказ Тору о его сне будто говорил, что бабушка даёт своё благословение.

Акияма Мегуми ответила сразу. Голос её срывался от волнения и был едва слышен за шумом. Похоже, она находилась в университете. Разговор не занял много времени. Акира сказал, что сообщит ей адрес его электронной почты, на которую она должна будет прислать более полную информацию, и номер банковского счёта – для того, чтобы Мегуми могла перевести ему аванс.

Примечания

Кайдан

– традиционный фольклорный жанр в Японии, призванный испугать слушателя; рассказ о встречах со сверхъестественным.

Глава 4

Возвращение домой

Москва, май 2010 г.

Алина

Когда суета Казанского вокзала сменилась мерным покачиванием поезда, следующего по маршруту Москва – Самара, Алина окончательно поняла, что теперь её жизнь больше никогда не будет прежней. Дело не только в стажировке в издательстве, где она познакомилась с по-настоящему интересной частью выбранной ею профессии, но и в том, что случилось в последний день её пребывания в столице. Неожиданно обнаруженная в пакете находка не давала покоя и вызывала всё больше острого и немного пугающего любопытства, которое ежеминутно росло и требовало дальнейших действий.

Прошлой ночью Алина почти не спала. Собрала чемодан, немного почитала начатую несколько дней назад книгу и попыталась заснуть, но только напрасно лежала в постели, ворочаясь с боку на бок. Затем, не выдержав, поднялась, включила свет и снова вытащила из загадочного свёртка зелёный флакон. Открыть его не получилось. Она попробовала несколько раз и с сожалением отложила попытки.

Очутившаяся в её руках вещь казалась старинной и, должно быть, являлась весьма ценной. Кроме того, иегроглифы и изображения на флаконе указывали на связь с Востоком, но точно сказать без консультации специалистов невозможно. Алина перебрала в памяти имена знакомых и почти определилась, с кем могла бы посоветоваться, но сначала требовалось добраться до Самары.

Когда-то в школьные годы она обожала читать детские детективы и другие произведения, герои которых однажды сталкивались с чем-то необычным и почти сразу же ввязывались в расследования и приключения. Поскольку предназначались эти произведения для детей и подростков, там не имелось убийств и прочих признаков жанров для взрослых читателей, однако атмосфера таинственности обычно оказывалась на высоте. Тогда, жадно перелистывая страницы, Алина мечтала оказаться на месте главных героев, и, похоже, теперь, несмотря на прошедшие годы, её мечта была услышана и исполнена.

«А не поздновато ли? – спрашивала себя Алина, глядя на остающийся позади город. По стеклу сползали дождевые капли, делая вид за окном поезда похожим на акварельный рисунок. Вспомнилось, что отправляться в дорогу в дождь – хорошая примета. – Не странно ли в моём возрасте так загораться идеями и видеть какие-то невероятные тайны за этим событием?». Она старалась подключить логику, убедить себя в том, что эта история, должно быть, имеет самую тривиальную разгадку, а сердце упрямо сжималось в предчувствии неизведанного и предвкушении чего-то удивительного.

Дорога показалась неожиданно долгой. Алина никак не могла заснуть – ни ночью, ни днём. Читала, включала музыку в стареньком плеере, вслушивалась в рельсовый перестук, а беспокойные мысли то и дело возвращались к содержимому дорожной сумки. Вернее, к тому, что лежало там среди слоёв одежды и сувениров. К тому, что по какой-то удивительной случайности попало в её руки.

К тайне, разгадать которую с каждой минутой хотелось всё больше.

«Ну и дела! – мысленно ворчала на себя Алина. – Смешно – великовозрастная девица, а туда же! В детектива играть вздумала!».

Но нетерпение всё росло, и никакие увещевания не помогали. Напрасно оказалось взывать к серьёзности и невозмутимости, которые она в себе упорно воспитывала, чтобы производить наилучшее впечатление на потенциальных работодателей. Сейчас в ней снова проснулась прежняя Алина – девочка, полная жадного и восторженного, искрящегося, как бенгальский огонь, любопытства. Её наконец-то нашла загадка, о которой она мечтала в детстве. Только становилось немного грустно при мысли, что однажды это будет позади или что всему найдётся какое-нибудь прозаическое объяснение.

Поезд прибыл в Самару рано утром. Алину встречали родственники. Радовались и суетились, подхватывали вещи, громко смеялись. Ёжась от утренней прохлады, она смотрела по сторонам и с трудом верила, что вернулась в родной город. Словно столица за прожитое там время стала привычным местом обитания, и теперь казалось, что людей вокруг слишком мало – после московского-то метро!

Нью-Йорк, май 2010 г.

Тору

Поездка на каникулы всегда начиналась с суеты. Нужно собрать уйму вещей, расплатиться за комнату и, конечно же, закатить на прощание грандиозную вечеринку. Всем эти Тору занимался несколько дней. Разумеется, он знал, что с его-то характером и привычками непременно что-нибудь забудет, деньги придётся занимать, а вечеринка может закончиться не всегда приятной неожиданностью, но эти обстоятельства его ничуть не пугали. Привычный драйв подстёгивал, а настроение, несмотря на категоричный отказ Мейлин, оставалось хорошим.

После того их разговора девушка вела себя по-прежнему, да и сам Тору ничем не намекал на возвращение к теме. Хлопоты перед дальней дорогой почти не оставляли времени на какие-то романтические поползновения. К тому же, вдруг стало интересно, а правду ли предсказала ему китаянка?

Перебрав в голове имена девушек, с которыми когда-либо был знаком прежде, Тору пришёл к выводу, что это бесполезно. Та, с которой связала его судьба, могла уже давным-давно начисто испариться из памяти, что неудивительно. Возможно, когда-то они ходили в один детский сад или в школу (Тору сменил их несколько), а, может быть, просто сидели рядом в кинотеатре. Лучше и не гадать. Если эта легенда верна, и судьба вправду уже подобрала ему пару на будущее, самым верным выходом будет просто расслабиться и ждать, что принесёт новый день.

В любом случае, хорошо бы сначала женить брата. Но Акира будто помешался на своей работе и даже слушать не хотел о свадьбе, как бы родители его ни уговаривали. Они даже пытались идти на хитрость, чтобы познакомить старшего сына с девушками из хороших семей, но тот – недаром стал детективом! – вполне успешно разгадывал все их ухищрения и раз за разом уходил от расставленных ловушек. Тору подозревал, что скоро они потеряют надежду и оставят эти попытки, главное, чтобы тут же не переключились на младшенького, а то ведь с них станется... Хорошо ещё, что он учится не в Токио, а, будучи в Японии, старается останавливаться у брата, а не у родителей.

Вот и сейчас Тору позвонил Акире, чтобы сообщить о своих планах поселиться у него. Однако брат не только не обрадовался, чего, впрочем, следовало ожидать, но и попытался отговорить его от этой идеи. Родители, дескать, соскучились.

- Не темни! – потребовал Тору. – Ты, кажется, сам не хочешь, чтобы я жил у тебя. Неужели нашёл девушку, и я буду вам мешать?

- Что за глупости! – отозвался Акира. – Просто у меня много работы. А ты...

- Насколько я помню, обычно ты работаешь вне дома. Что-то изменилось? – поинтересовался Тору. Он был твёрдо намерен выпытать у брата, что именно тот держит в секрете.

- Мне нужно будет уехать, - со вздохом ответил Акира. – По работе. Пока не знаю, надолго ли.

- Значит, квартира будет совсем свободна?! – просиял Тору. – Замечательно! То есть, я, конечно, буду очень скучать, но, так уж и быть, пригляжу за твоим жильём, пока ты в отъезде.

- Этого я и боялся! – снова вздохнул брат.

- А куда ты едешь? – Тору стало любопытно. – Может, и я с тобой? Веселее будет!

- Нет! – отрезал Акира. – Нет и ещё раз нет! Поговорим позже!

Собеседник отключился от разговора. На губах Тору появилась улыбка. Теперь он знал, что не успокоится, пока не разведает, куда отправляется брат.

Прощальная вечеринка получилась бурной и богатой на впечатления, но мысли об Акире и его внезапной тайне волновали больше.

«А братец-то хитрец, - думал Тору, сидя в самолёте. – Но ничего, я найду способ его переупрямить. Вернее, уже нашёл».

Тору усмехнулся и, повернувшись к иллюминатору, помахал на прощание оставшемуся внизу городу.

Почти всю дорогу он крепко проспал. От родителей, к которым приехал из Нариты, Тору узнал, что, во-первых, Акира ещё не уехал, а, во-вторых, им он тоже не сказал, куда собирается. Надо полагать, специально, чтобы они ненароком не выдали тайну младшему сыну. Но ещё один человек мог знать о планах брата. Именно с ним Мори Тору и собирался встретиться в самое ближайшее время.

Токио, май 2010 г.

Акира

«Я вернулся!». Телефонное сообщение от брата пришло, когда Акира сидел в офисе и пытался разобраться с документами, которых немало накопилось за последнее время. Увы, работа детектива – это не только размышления, догадки и преследования. Не менее значительное место в ней занимает вся эта бюрократическая писанина, которую успели возненавидеть все в агентстве и всё же исправно выполняли. Ничего тут не поделаешь, надо – значит, надо.

«Родители приглашают тебя на ужин». Второе сообщение. Акира бросил взгляд на часы. Не прошло и двух минут, как телефон известил о третьем. «Я снова потерял ключ от твоей квартиры. Закажи новый». Акира нахмурился.

Будто отвечая на его невысказанные мысли, пришло ещё одно. "Я потерял его в Америке, так что грабители к тебе не явятся. Хотя, всё может быть... Ты смотрел сериал «Токийские Псы»? Рекомендую».

В этом весь Тору. Нет ему никакого дела до того, что брат на работе, а чтение смс отнимает время. «Всё моё – моё, и всё твоё – тоже моё», - примерно так заявил ему младший, когда они были детьми. Похоже, он до сих пор считает так же. По крайней мере, в вопросе, который касается недвижимости.

«И если бы только недвижимости...». При мысли о том, что Тору захочет воспользоваться ещё и мотоциклом старшего брата, Акира едва за голову не схватился. Чем бы таким занять младшенького, чтобы у него не появилось подобных желаний? «Отправить его на групповое свидание, как предлагал Сюдзи, - ехидно подсказал внутренний голос. – Или пойти с ними, пока не уехал». Акира мгновенно отмёл эту идею и, отправив в сейф ещё одну стопку документов, вдруг подумал о Мегуми, которая ждала его в далёкой Москве. У неё-то брата нет, даже такого шалопая, как Тору.

Москва, май 2010 г.

Мегуми

Быстрее, ещё быстрее! Мегуми прибавила скорости, почти обгоняя велосипедиста и не глядя по сторонам. Бегать по утрам она начала не так давно, однако с удивлением обнаружила, что занятие неплохо отбивает навязчивые тревоги и размышления, которые не оставляли её в покое в другое время. Это помогало забыться, не думать, полностью находиться в настоящем мгновении, чувствовать ветер, что подгонял, подталкивая в спину, упругий асфальт под подошвами кроссовок, биение собственного пульса. Жаль, что такое ощущение не могло длиться вечно.

Отправляясь на пробежку, Мегуми обычно оставляла телефон дома, а по возвращении проверяла пропущенные звонки, если те имелись. Вот и сейчас, войдя в квартиру, она разулась и направилась на поиски мобильника. Тот лежал на журнальном столике рядом с кроватью и, стоило к нему подойти, тут же разразился новым звонком с японским номером на дисплее.

Из дома! Мегуми, пытаясь отдышаться после бега, сделала паузу перед тем, как ответить. Она не сомневалась, что сейчас её снова начнут убеждать приехать, а подбирать новые слова для отговорок становилось всё сложнее.

Но первая же фраза, сказанная отцом, чей голос доносился до неё за много километров, заставила Мегуми пошатнуться и ухватиться слабеющими пальцами за спинку кровати.

- Твой дедушка сейчас в больнице. Он хочет увидеть тебя. Когда ты сможешь взять билет на самолёт?

- Я... скоро... постараюсь, - выдохнула Мегуми в ответ, зажмуриваясь, словно, как в детстве, всё страшное должно отступить, если она не будет этого видеть. – Как он себя чувствует? Он ведь не...

- Пока врачи не дают однозначных прогнозов. Необходимо обследование. Так что мне ему передать?

- Я приеду.

- Надеюсь на тебя, - произнёс отец.

Его голос давно сменился тишиной, а Мегуми всё ещё стояла на одном месте, словно придавленная невидимой, но от того не менее тяжкой виной. Произошло то, чего она так боялась! Состояние дедушкиного здоровья ухудшилось, он в больнице, и неизвестно, останется ли в живых, а она так и не нашла свёрток. Мори Акира ещё не прилетел, улаживал пока свои дела в Японии. Кто бы мог подумать, что из-за такого небольшого предмета возникнет столько проблем?

Но ведь дело не только в содержимом свёртка. Главное – та история, что соединила их семьи когда-то давно. То, во что её дед продолжал верить, не желая слушать никаких возражений более прагматичных и несуеверных родственников.

Мегуми провела ладонью по лицу, вытирая пот со лба, включила компьютер и зашла на нужный сайт, чтобы заказать билет в Токио. Лишь после она, следуя собственным привычкам, приняла душ, переоделась и заварила зелёный чай. На то, чтобы уладить дела в университете, собраться и уведомить всех о своём скором отъезде, времени достаточно, требовалось лишь найти на это силы.

Токио, май 2010 г.

Акира

Акияма Мегуми позвонила, когда Акира уже собирался ложиться спать. Долго извинялась за то, что побеспокоила в неурочное время. Голос у неё был расстроенный. Почти сразу же девушка объяснила, что именно так её растревожило. Тут и о разнице во времени можно забыть, с такими-то новостями.

- Получается, скоро я буду в Японии, но пока не знаю, когда смогу вернуться в Россию.

- Мы увидимся в Токио. К тому же, вы мне сможете повторить свой рассказ при личной встрече.

- Хорошо. Но я хотела тоже... принять участие... Не думала, что так выйдет.

- Будем надеяться, что ваш дедушка скоро поправится, - попытался поддержать её Акира. Он не слишком-то хорошо умел утешать плачущих девушек. Возможно, будь у него младшая сестра, а не брат, это выходило бы немного лучше.

- А если у нас ничего не получится? – засомневалась она. Акира будто видел её сейчас. Поникшая голова с разбросанными по плечам волосами, дрожащие губы, припухшие после недавних слёз глаза.

- Всё получится, - заверил её он, даже самому себе не решаясь признаться, что не чувствует полной уверенности в собственных словах.

Мегуми

В самолёте, уносящем её на родину, Мегуми снова снилась та пожилая женщина в кимоно. Только на этот раз сон был далеко не таким тёплым и умиротворённым, как в прошлый раз. Незнакомка хмурилась, и небо над их головами выглядело тёмным, предгрозовым. Мегуми попыталась сделать шаг вперёд, но женщина словно отдалялась от неё, не позволяя приблизиться, а скоро исчезла совсем. Всё изменилось так резко, будто переключили телевизионные каналы, и начался новый сон.

В нём появилась девушка, которая отчего-то показалась неуловимо знакомой. Европейской внешности – скорее всего, русская. Невысокая, одного роста с самой Мегуми. Довольно симпатичная. Волнистые тёмно-русые волосы, открытая улыбка. Девушка шла по широкой городской улице, обеими руками держала большой букет садовых ромашек и что-то негромко напевала. Судя по всему, настроение у неё было превосходным.

Мегуми проснулась. Картины приснившегося стояли перед глазами отчётливо, будто кадры кинофильма. Пожилая японка в красивом дорогом кимоно, приснившаяся уже во второй раз. А ещё – русская девушка с ромашками. Где они могли встречаться раньше?

Спустя некоторое время Мегуми вспомнила, где. С девушкой они столкнулись на входе в тот самый магазин, в котором первым покупательницам дарили подарки. Та ещё ответила ей на английском, когда Мегуми извинилась. А ещё – тут пришлось хорошенько сосредоточиться, чтобы припомнить – они сидели рядом в метро. На тот момент Мегуми не обратила особого внимания, но сейчас воспоминание обрело яркость и чёткость, и показалось даже немного странным, почему она упустила этот факт прежде.

Но что может означать сон? Простое ли совпадение – дважды за день пересечься с одним и тем же человеком? А ведь та девушка наверняка тоже получила подарок в магазине, в таком же пакете...

Мегуми вытащила из сумки блокнот, с которым почти никогда не расставалась, и простой карандаш.

Линии одна за другой ложились на бумагу, и скоро в их сочетаниях начало проглядывать лицо девушки. Той самой, которую Мегуми видела во сне, а прежде – в магазине и в метро. Сходство получилось значительным, и теперь оставалось лишь надеяться, что портрет за неимением фотографии окажется полезным. Мегуми решила отдать его Мори Акире и рассказать о своих подозрениях по поводу девушки. Впрочем, о сновидении всё же, наверное, следовало бы умолчать. Ещё неизвестно, поверит ли он в такое. Она слышала о полицейских и частных детективах, которые в своих поисках обращаются за консультациями к экстрасенсам и гадалкам, но это скорее исключение, нежели правило.

Немного помедлив, Мегуми перевернула страницу и приступила к следующему рисунку. Мысленно возвращаясь в зыбкий мир своих недавних снов, она по памяти переносила на бумагу образ незнакомой пожилой женщины. Тронутые сединой густые волосы в строгой причёске, ниточки морщин на всё ещё красивом лице, рисунок на ткани кимоно. За спиной японки Мегуми изобразила дом, который также видела во сне, и сакуру. Теперь рисунок обрёл завершённость, и казалось, будто выражение лица изображённой на нём женщины вот-вот изменится, глаза тронет улыбка, а с губ слетят негромкие слова.

Мегуми захлопнула блокнот, убрала его в сумку и пригубила принесённый стюардессой чай. Напиток оказался слишком горьким. Сидящий неподалёку молодой человек европейской наружности улыбнулся ей, и Мегуми смущённо отвела взгляд. Наверняка турист. Она задумалась о том времени, когда Япония пребывала практически в полной изоляции и шла своей дорогой, не соприкасаясь с далёкой Европой. Но с тех пор, когда иноземцы впервые приплыли на острова, многое изменилось, а их культура проникла в жизнь японцев, заняв в ней своё место. Для примера достаточно вспомнить, что ни одна из приятельниц Мегуми не пожелала проводить свою свадьбу по традиционному японскому обычаю, все выходили замуж по-европейски, в белых платьях.

Некоторые из них любопытствовали, когда же сама Мегуми решит связать себя узами брака, но та отшучивалась, заявляя, что сначала нужно закончить учёбу и получить работу. Того, почему она решила учиться в России, они тоже не понимали. Уверяли, что её с радостью принял бы Токийский университет или какой-нибудь ещё из тех, что считались престижными. Но ей хотелось пожить в другой стране, и Мегуми ничуть не жалела о собственном выборе. Что же касается замужества, то об этом она, в самом деле, пока не хотела думать.

Мегуми просила родителей не встречать её, но те не послушались. Даже не шофёра отправили, а прибыли в аэропорт лично. Мама, чего и следовало ожидать, едва не заплакала при встрече. Всё время, пока шли к машине, повторяла, что дочь похудела и, скорее всего, очень плохо питалась. Мегуми старательно переубеждала её и украдкой вздыхала – от всех этих забот мама выглядела усталой и хрупкой.

Как обычно после возвращения на родину, всё окружающее первое время выглядело новым. Непривычно было слышать вокруг японскую речь, лишь изредка разбавленную английской. Даже небо над головой казалось другим.

- Я дома, - прошептала Мегуми, подняв глаза, и заморгала в попытке сдержать слёзы.

- Дедушке стало лучше, - успокоила её мама. – Наверное, из-за твоего возвращения. Поешь, отдохнёшь, и поедем в больницу. Только, пожалуйста, не говори ничего, что может его расстроить. Хорошо?

- Конечно, не буду! – пообещала Мегуми. Хорошо бы дед не завёл разговор о таких вещах первым. Забыл бы, и всё. Но не забудет ведь. Не такой он человек, чтобы разом отворачиваться от того, что хранил долгие годы.

В машине Мегуми задремала, а дома, едва приняв ванну и попробовав заботливо приготовленные специально для неё любимые блюда, заснула снова. И в третий раз увидела ту самую женщину в кимоно. Незнакомка больше не хмурилась. Но ничего не говорила. А так хотелось, чтобы та назвала своё имя...

Примечания

Нарита

– международный аэропорт, расположенный в городе Нарита (Префектура Тиба, Япония), в восточной части Большого Токио, в 75 км от центра города.

Глава 5

Долгожданные встречи

Токио, май 2010 г.

Тору

Тору решил позвонить Сюдзи. Этот коллега Акиры всегда ему симпатизировал, а, кроме того, дружил с братом, потому можно надеяться, что от него своё намерение старший Мори в секрете не держал. Именно у него Тору и решил всё выведать. Действовать предстояло ненавязчиво и осторожно, так что лучше всего было бы хорошенько напоить мужчину. Как говорится, нет ещё ни одной тайны, которая не стала бы явью под воздействием нескольких бутылок нихонсю.

Сюдзи пошёл навстречу и согласился повидаться с Тору. Частный детектив предложил встретиться на групповом свидании с девушками и приятелями. Поначалу Тору хотел отказаться, но затем решил, что подпоить и незаметно куда-нибудь вывести Сюдзи, чтобы поговорить наедине, получится при любом раскладе.

- О чём разговор? Конечно, я приду. Только одна просьба – не говори, пожалуйста, брату. Он считает, будто мне ещё рано знакомиться с девушками, - тут пришлось зажать себе рот, чтобы не расхохотаться. – А, может, просто побаивается, что я вдруг женюсь раньше него. И за его счёт. Ты ведь знаешь Акиру.

- А то! – Сюдзи с готовностью посмеялся. – Как только я ни уговаривал! И почему вы такие разные?

- Сам удивляюсь, - признался Тору и, завершив разговор, удовлетворённо улыбнулся. Дело в шляпе. Акире с его наблюдательностью и в голову не пришло, что Сюдзи может стать тем, кто его выдаст. Да и кому – родному брату! А нечего напускать таинственности на свои планы!

Групповое свидание назначили на начало июня.

Акире Тору решился всё же рассказать. Это не секрет. Хуже будет, если брат узнает от Сюдзи. Главное, чтобы ничего не заподозрил и не предупредил того о молчании насчёт своих планов. Хотя, алкоголь, конечно, отлично развязывает язык, так что всё должно получиться.

- Значит, ты всё-таки согласился, - задумчиво произнёс старший брат, готовя себе постель. Спали они в одной комнате – Акира на диване, а Тору на футоне. – Точно хочешь пойти?

- А почему нет? У меня полно свободного времени! Тоже хочешь присоединиться? – полюбопытствовал он.

- Нет уж, спасибо!

- А зря! – прекрасно зная, что тот едва ли передумает, бросил Тору и пододвинул к себе стопку манги, которую сам в прошлый раз здесь оставил. Однако читать не хотелось. В голову лезли другие мысли, все изображения и слова почти сливались в одно, но сон тоже не хотел приходить.

- Чего не спишь? – спросил Акира.

- Думаю, каким именем представиться на групповом свидании, - отозвался Тору.

- А почему не своим настоящим? – озадаченно поинтересовался старший брат.

- Скажешь тоже! Чтобы за окном толпа поклонниц выстроилась?

Акира не так уж часто смеялся громко и от души, однако сейчас расхохотался.

- Ты что, не веришь? – попытался в ответ напустить на себя обиженный вид Тору, но тоже не удержался от смеха. Так и представились все эти поклонницы с транспарантами, флагами и заблаговременно купленными ко Дню святого Валентина шоколадками, а то целыми тортами. – А я тебе докажу!

Он, в самом деле, не хотел представляться собственным именем. Впрочем, само имя можно и оставить. А фамилию назвать другую, только не забыть бы Сюдзи заранее об этом сказать, чтобы не удивлялся.

Мегуми

Мегуми сидела в больничной коридоре у двери палаты, где лежал дедушка. Когда они с мамой к нему приехали, тот крепко спал. Доктор, который занимался им, отметил, что это хороший знак, и выздоровление не за горами.

Все от души надеялись на то, что эти слова окажутся правдой. Никто не был готов к тому, чтобы отпустить главу семейства Акияма. Он должен жить, должен увидеть правнуков, и несправедливой казалась даже вероятность того, что такого не случится.

Грядущий разговор с дедом пугал её, и всё же Мегуми твёрдо решила держаться, чтобы ни словом, ни жестом не выдать правду. Если дедушка сам принял решение отправить ей свёрток, значит, он хотел, чтобы этот предмет находился у неё. Но о том, чтобы внучка привезла его обратно в Японию, не было сказано ни слова, значит, она вполне могла оставить его в России. Слишком торопилась, когда собиралась, волновалась и попросту не подумала. Вполне логичное объяснение, разве не так?

Через несколько минут появилась медсестра с сообщением, что дедушка проснулся и хочет их видеть.

Переступая порог небольшой палаты, Мегуми так крепко сжала руки, что пальцам стало больно. Сильно пахло лекарствами, тишину нарушало попискивание медицинского оборудования и тяжёлое дыхание лежащего на больничной кровати человека. Мегуми поклонилась, подошла ближе и едва не заплакала, глядя на лицо того, кто всегда оставался центром их семьи.

Он изменился – выглядел старше, стал худым, измождённым. Обычно круглое, как полная луна, лицо сейчас казалось вытянутым, щёки ввалились. Однако в его глазах, так похожих на её собственные, всё ещё горел тот огонь, который Мегуми привыкла видеть. Ей вспомнились слова врача об улучшении его состояния. Отчаянно хотелось в них верить, не допустить даже мысли о том, что деду вот-вот станет хуже, и им придётся обратиться за похоронными услугами.

«Надо будет помолиться», – решила Мегуми. Она сделала ещё шаг, легко коснулась сухой горячей руки и почувствовала, как дедушкины пальцы слабо сжали её ладонь в ответ. По щекам потекли слёзы.

- Я сейчас вернусь, - быстро сказала мама и тут же выскользнула из палаты. Когда за нею закрылась дверь, Мегуми снова взглянула на деда. Ей почудилось или на его губах промелькнула улыбка?

- Ты вернулась, - негромко произнёс он.

- Да, - так же тихо, почти шёпотом, отозвалась Мегуми.

- Запомни кое-что - тебе нельзя отказываться ни от каких предложений в ближайшее время, - проговорил дедушка. От чересчур длинной фразы у него пересохло в горле, он закашлялся, и Мегуми поспешила налить ему воды. О смысле его слов она пока решила не думать, но с облегчением порадовалась тому, что первым делом он не задал вопрос о том, что передал ей.

Акира

Акияма Мегуми назначила встречу в небольшом кафе, куда редко заходили туристы, да и офисные служащие тоже. В основном сюда заглядывали студенты из ближайшего университета, но в такое время они находились на занятиях, и небольшой зал, оформленный в светлых тонах, оказался полупустым. Девушка сидела за столиком в углу и, судя по всему, даже не притронулась к своему стакану воды. Она почти не изменилась. Простые тёмно-синие джинсы с белой свободной туникой, выкрашенные в каштановый цвет длинные волосы и ни грамма косметики.

- Добрый день, - Акира поприветствовал её, поблагодарил тут же подошедшего с водой официанта и заказал большую чашку кофе. Тот поклонился и отошёл от столика. – Как здоровье вашего дедушки?

- Ему уже лучше, - ответила она, но вздохнула так тяжело, что вдруг захотелось её утешить, пусть даже сказать банальное «всё будет хорошо», если бы это помогло согнать с её лица тень омрачавшей его печали.

Акира решил не торопить девушку с началом беседы, понимая, что ей нужно время на то, чтобы собраться с мыслями. К тому же, она наверняка подавлена всем происходящим и теми обстоятельствами, которые привели её в Токио. Ведь в том случае, если б Акияма Риота не заболел, они встретились бы в Москве.

Мегуми щёлкнула замочком светлой летней сумки, вытащила оттуда довольно большой блокнот, зашелестела страницами, вырвала один лист и придвинула его к собеседнику.

- Я думаю, что свёрток мог попасть к ней, - произнесла она.

- Почему вы так решили? – ответил Акира, рассматривая рисунок. Девушка на нём оказалась изображена в полный рост, причём, нарисовала её рука весьма талантливого художника. Тому удалось не только передать черты лица и фигуры, но и что-то особенное, что отличало незнакомку от других девушек с европейской внешностью.

- Я видела её в магазине, а затем мы сидели рядом в метро, - пояснила Мегуми.

- И вы так хорошо её запомнили? – удивился Акира. – Любопытно... Даже сумели описать художнику?

- Не совсем так. - Мегуми смущённо улыбнулась. – Я не описывала её художнику, а нарисовала сама.

- Правда? – Акира изумился ещё больше. – Тогда примите моё восхищение – получилось просто замечательно.

- Благодарю. Надеюсь, поможет, - проговорила собеседница и сделала глоток воды. – Оставьте рисунок у себя. Я и так её узнаю. Если мы с ней встретимся снова.

- Выходит, что в её пакете лежала неотправленная открытка.

- Да, вот она. - Мегуми протянула ему картонный прямоугольник. – Но здесь указан только город. Возможно, она собиралась отправить эту открытку кому-то в подарок. Вот только обычно такие покупают туристы, а не местные жители.

- Думаете, ваша подозреваемая может быть иногородней? – Акира задумался над этим предположением. – Если так, то искать её нужно не в столице.

- Кажется, есть сайты, через которые разыскивают людей. Возможно, это могло бы помочь?

- Пожалуй. Если отбросить в сторону мистический подтекст, то что вы потеряли? Старинный предмет, верно? Пусть даже он не имеет такой огромной ценности, как некоторые музейные экспонаты, но, тем не менее, привлечь внимание любителей старины может. Ведь так?

- Да. У дедушки есть вещи гораздо ценнее, настоящие сокровища, но это – нечто особенное для него. Вы ведь и сами знаете...

Она замолчала, не договорив, но Акира сразу же вспомнил их первую встречу в доме её деда. Несмотря на своё состояние и положение в обществе, Акияма Риота вёл себя на удивление скромно. В каждом его жесте, в каждом слове чувствовалось достоинство. Сейчас Акира мог признать, что тому и внучку удалось воспитать в том же духе. Мегуми не походила на избалованную манерную девицу, по праву рождения считающую себя принцессой.

- Я знаю, - произнёс Акира. – Однако, чтобы помочь вам и вернуть вашему деду покой, готов взяться за дело, хоть и не могу гарантировать успеха. Вы не спрашивали, почему он решил отправить предмет в Россию?

- Нет. – Мегуми покачала головой. – Я вообще не стала с ним об этом заговаривать. Чтобы не напоминать лишний раз. Не могу же я рассказать ему правду.

- Понимаю. Но, если мы не сможем отыскать потерянное, всё равно придётся это сделать. Вы согласны?

Мегуми понуро опустила голову и, словно сделав над собой усилие, кивнула. Её пальцы, лежащие на краешке стола, дрогнули, но девушка почти сразу взяла себя в руки. Подняла взгляд, посмотрела ему прямо в глаза.

- Сначала давайте постараемся всё же его найти.

Самара, май 2010 г.

Алина

Тёплый летний ветер раскачивал деревья, на асфальте танцевали тени, в чистом небе над головой, казалось, можно увидеть своё отражение. Алина толкнула стеклянную дверь и поёжилась от скользнувшего по обнажённым плечам кондиционированного воздуха. Человек, на встречу с которым она пришла, уже сидел за столиком.

Профессор Виктор Арсентьевич преподавал искусствоведение в институте культуры, где училась подруга Алины Нелли. Именно через неё и удалось на него выйти. О том, с какой целью и по поводу чего хочет поговорить с этим человеком, Алина умолчала. Пока ей не хотелось больше никому рассказывать о своей находке. Почему-то её не оставляла какая-то странная уверенность, будто флакон и связанная с ним тайна принадлежат только ей до тех пор, пока об этом не стало известно другим. Однако следовало проконсультироваться со знающим человеком, и другой подходящей кандидатуры на примете не имелось. Благо, подруга оказалась нелюбопытной и без лишних вопросов поделилась телефоном преподавателя, которого очень уважала.

- Добрый день! – выпалила Алина, почти подбегая к нему. Едва не поскользнулась на гладком полу и лишь каким-то чудом удержалась, схватившись за край стола. – Извиняюсь за опоздание!

Алина смущённо улыбнулась, села напротив, взглянула на собеседника, который, в свою очередь, наблюдал за ней, и потянулась к меню. Мужчина выглядел на редкость хорошо и представительно, несмотря на возраст. Студенткам он, должно быть, нравился, впрочем, судя по слова Нелли, лишнего преподаватель себе никогда не позволял.

- Приношу свои извинения, что только сейчас сумел найти время для встречи, - произнёс Виктор Арсентьевич. – Был очень занят. Вы хотели мне что-то показать?

- Да, - ответила Алина. Она бросила взгляд на подошедшего официанта, заказала апельсиновый сок и потянулась к сумке. Прикосновение даже через ткань словно отозвалось в кончиках пальцев слабым ударом электрического тока. Алина сделала глубокий вдох, вытащила флакон из мешочка и поставила на столик. – Вот это.

- Как интересно... – задумчиво произнёс мужчина и наклонился над столом, с жадным любопытством разглядывая предмет. Затем протянул к нему руку, но сначала посмотрел на собеседницу. – Вы позволите?

- Да-да, конечно.

Искусствовед дотрагивался до зелёного флакона осторожно. Приподнял, повертел, вглядываясь в изображения на обеих сторонах. Алина с замиранием сердца наблюдала за ним. Надеялась, что он поможет ей побольше узнать о собственной находке, выяснить что-то важное. Сейчас, когда эта встреча наконец-то состоялась, ей отчаянно хотелось верить, что надежда не окажется напрасной.

- Где вы это взяли? – спросил Виктор Арсентьевич спустя пару минут. Он всё ещё не выпустил флакон из рук. – Привезли из Москвы?

- По правде говоря... – Алина запнулась, не зная, стоит ли пересказывать всю историю обретения загадочного предмета. А если ещё вспомнить про свечение, которое ей то ли почудилось, то ли нет...

- Секрет? – Губы собеседника тронула улыбка. – Не украли же вы его, правда?

- На самом деле, почти украла, - призналась она. – Вернее, нашла. Он оказался в свёртке без всяких подписей, и я не знаю, как и кому его нужно вернуть...

- Постойте-постойте! – остановил её мужчина. В его голосе прозвучали строгие преподавательские нотки. – Давайте с самого начала.

Официант принёс ей сок. Алина поблагодарила, обхватила ладонями прохладный стакан, сделала глоток, собираясь с мыслями. Виктор Арсентьевич терпеливо ждал, пока она приступит к рассказу.

Алина начала с того, как её пригласили в новый косметический магазин, где первым покупателям дарили подарки в одинаковых пакетах. Отметила, что в свой заглянула только в хостеле. Про непонятное свечение решила всё же не рассказывать, сомневаясь, что в это кто-нибудь поверит. Она и сама готова была окончательно склониться к мысли, что ей всего лишь померещилось. А если нет?

- Вы где-нибудь оставляли пакет без присмотра? – спросил Виктор Арсентьевич.

- Нет, - Алина покачала головой. – Вот только по дороге я заходила на почту и бросила в пакет открытку. А позже не нашла её там...

- Где вы были после того, как зашли на почту?

- Только в метро.

Алина вспомнила, как нашла свободное место. Пакет, кажется, положила рядом. Или на колени? Какая-то мысль промелькнула, но тут же улетучилась. И магазин, и почта находились вблизи одной и то же станции метро, значит, другие покупательницы вполне могли оказаться в одном вагоне с ней.

- Значит, вы обменялись с кем-то пакетами в метро, - резюмировал Виктор Арсентьевич. – Можете вспомнить хоть кого-нибудь из своих попутчиков? Возможно, вы узнали кого-то из тех, кого видели и в магазине тоже?

Алина наморщила лоб. Он прав – вероятность откопать в памяти что-то конкретное мала, и всё же. Должна же она была успеть что-нибудь заметить до того, как погрузилась в чтение, или перед выходом из вагона! Ведь даже не час пик! Тогда почему ничего дельного на ум не приходит?

Пакет из магазина... Внутри свёрток с флаконом... Старинным, восточным... Восток! Девушка в джинсах и рубашке в горошек!

- Мы столкнулись в магазине! – ошеломлённо воскликнула Алина. – Она извинилась по-английски! И в метро она сидела рядом со мной!

Собеседник постарался её успокоить. Кажется, его весьма порадовало, что Алина не преследовала никаких корыстных целей и не желала выяснить подлинную стоимость найденного в свёртке. Интересовалась она лишь историей таинственного предмета и его ценностью для тех, кто изучает старину. Преподаватель искусствоведения сказал, что для более конкретных сведений ему нужно навести кое-какие справки. Кстати, открыть флакон у мужчины тоже не получилось.

- Очень странно. Мне казалось, они должны довольно легко открываться. А его словно запечатали.

- Я тоже заметила, - отозвалась Алина. – Ещё в Москве хотела открыть. Но для чего его нужно было запечатывать?

- Кто знает, - произнёс он задумчиво и осторожно, почти нежно, погладил изображения на флаконе. Так же, как делала она сама. – Но весьма любопытно, не находите?

- Ещё бы, - немедленно согласилась она.

- Вы ведь не станете возражать, если мне придётся забрать его на некоторое время? – спросил Виктор Арсентьевич. – Нужно будет кое-что уточнить. Я постараюсь, чтобы это не заняло много времени.

Алина бросила взгляд на зелёный флакон, и на какое-то мгновение ей вдруг отчаянно захотелось схватить его, спрятать, не позволять никому другому даже прикоснуться. Как будто она внезапно стала жадным и капризным ребёнком, не разрешающим трогать собственные игрушки. К счастью, странное состояние быстро прошло.

- Конечно. – Алина кивнула. – Я буду ждать вашего звонка. Нужно подумать над тем, как найти владельца флакона. Вернее, если наша догадка верна, его владелицу.

На обратном пути она решила немного пройтись и подумать. Перед глазами стоял образ девушки, с которой они в тот день столкнулись в дверях магазина. Силуэт словно отгородили стеной дождя. Но её одежда помнилась очень хорошо. Как и то, что на английском та, судя по всему, говорила довольно хорошо – бегло и практически без акцента.

Но что это может дать и как помочь в поисках? Почему девушка из Японии так неосмотрительно оставила в пакете свёрток со старинной вещью без всяких подписей и других опознавательных знаков? Загадка...

Алина, привлечённая прохладой и успокаивающим плеском воды в фонтане, остановилась и села невдалеке от других, тех, кто тоже отдыхал здесь от летней жары. Непонятное и неприятное чувство, которое она ощутила, когда соглашалась отдать флакон, не возвращалось, однако на душе отчего-то было нехорошо. Словно она потеряла нечто дорогое и важное для неё.

«Что за глупости? – сказала себе Алина. – Я ведь с самого начала не собиралась оставлять эту вещь себе. Планировала найти настоящих хозяев и вернуть». И всё же что-то ныло в груди, не позволяя глубоко и свободно дышать. Её так и тянуло вытащить из сумки телефон, набрать номер своего недавнего собеседника и сообщить, что она передумала.

Алина, в самом деле, уже успела приготовить себя к любому окончанию своего московского приключения, даже к самому прозаическому. Ей почти удалось притупить свой некстати проснувшийся детективный азарт и усмирить детское желание почувствовать себя главной героиней какой-нибудь необыкновенной истории. Но по-прежнему казалось, будто за обнаруженным в чужом пакете свёртком таилось что-то удивительное, ещё не открытое, но близкое к тому, чтобы из туманных догадок стать явью.

Нужно лишь ещё немного подождать.

Кроме Виктора Арсентьевича, никто так и не узнал о том, что она нашла. Алина не рассказывала об этом ни родственникам, ни друзьям. Ей одновременно и нравилось держать всё в секрете, и хотелось с кем-нибудь обсудить.

«Вот и обсудила, - резюмировала она про себя. – Сразу догадки появились. Кажется, даже вполне конкретные».

Но как найти ту девушку? Сколько в Москве уроженцев страны восходящего солнца? А если она туристка?

От всех этих размышлений, а, может быть, от душного летнего дня даже голова разболелась. К тому времени, когда Алина дождалась своего трамвая, на небо набежали иссиня-чёрные тучи, а несколькими минутами позже хлынул дождь. Останься она у фонтана, наверняка бы промокла до нитки. Алина смотрела в окно, по тусклому стеклу которого лилась дождевая вода, и думала о том, что той японской девушке сейчас, должно быть, нелегко. Наверное, флакон представлял для неё ценность, а, возможно, даже был семейной реликвией.

Примечания

Нихонсю

– один из традиционных японских алкогольных напитков, получаемый путём сбраживания, то есть ферментации сусла, приготовленного на основе риса и пропаренного рисового солода.

Глава 6

Запутанные нити

Токио, июнь 2010 г.

Мегуми

- Спаси нас! – умоляюще произнесла Нао. – Меня так давно никуда не приглашали...

Нао, школьная подруга Мегуми, пришла сегодня в гости, но не только для того, чтобы повидаться. Ещё она решила пригласить на групповое свидание, куда сама тоже собиралась пойти. Для полного состава там срочно не хватало одной девушки.

Групповое свидание или гоукон проводилось обычно для знакомства неженатых молодых людей и девушек, но это не являлось единственной целью. Посещали такие свидания также для того, чтобы просто пообщаться, провести время в приятном месте, отвлечься от повседневных забот. За время жизни в России Мегуми успела немного отвыкнуть от подобной практики.

А ведь дедушка говорил, что в ближайшее время она не должна отказываться ни от каких предложений!

- Хорошо-хорошо!

- Ты пойдёшь? – оживилась Нао.

- Да.

- Отлично! Спасибо огромное!

Для самой Нао групповые свидания, знакомства и встречи прежде были всего лишь забавной игрой с толикой лёгкого флирта. Но сейчас, как показалось Мегуми, та начала относиться ко всему несколько иначе. Возможно, они, в самом деле, повзрослели, и им уже пора задуматься о замужестве?

Отчего-то эта мысль пугала почти так же сильно, как и то, что дедушка может узнать о пропаже. Мегуми не считала себя достаточно взрослой для серьёзных размышлений о том, чтобы связать свою жизнь с каким-то пока ещё не знакомым мужчиной. Даже тогда, когда отправлялась учиться в другую страну, она почти не страшилась собственного будущего, а сейчас сомнения никак не желали отступать. Мама, конечно, порадовалась бы, если б дочь вышла замуж за Йоширо, ведь с его семьёй они давно знакомы, да и быть женой дипломата, учитывая успехи Мегуми в иностранных языках, – вполне достойная судьба. Но это совсем не то, чего ей хотелось бы, а вот как определить, кто же окажется тем самым единственным, она пока даже и предположить не могла.

- Помнишь, как мы отмечали Рождество вдвоём и каждый раз загадывали, что уж на следующий-то год будем праздновать со своими парнями? – со смехом заметила Нао. – Мне тогда казалось, что, чем чаще желаем, тем больше вероятность, что всё сбудется. Но, как видишь, мы с тобой всё ещё одни.

- Ага, - с улыбкой согласилась Мегуми. Тогда им очень хотелось провести праздник так же красиво и романтично, как другие девушки, которые уже с кем-то встречались. Но так и не удалось. А затем навалилась подготовка к экзаменам, и стало не до того. – Пока мы одни.

- Надеюсь, ненадолго, - оптимистически согласилась подруга. – Быть может, именно это свидание окажется судьбоносным. Хорошо бы!

- Посмотрим, - хмыкнула Мегуми.

На романтическое развитие событий она ничуть не рассчитывала. Однако мама права – постоянно сидеть в четырёх стенах не следует, так что нужно куда-то выбираться, ходить по городу, встречаться с людьми. Ещё и Мори Акира пока не звонил, а ведь он пообещал, когда появятся какие-нибудь зацепки, незамедлительно связаться с ней.

Школьная подруга настояла на том, чтобы Мегуми во всём положилась на неё, и с безапелляционным утверждением «Мы должны хорошо выглядеть!» потащила сначала в огромный торговый центр за новой одеждой, а затем в салон красоты. Когда они вышли оттуда, хотелось немедленно лечь и заснуть, и мысль о том, что нужно идти на групповое свидание, пугала ещё больше, чем прежде. Однако было уже слишком поздно предпринимать попытки отвертеться от мероприятия.

Вопреки опасениям Нао, они пришли не самыми последними. Недоставало ещё одного участника. За столиком сидело четверо мужчин и трое девушек. Вместе с Мегуми и Нао их стало пятеро. Теперь оставалось дождаться опоздавшего. Мегуми даже понадеялась, что он вообще не придёт, и тогда она сможет покинуть ресторан, но тот появился спустя несколько минут. Молодой человек влетел в небольшой зал, отряхивая одежду и без всякого смущения извиняясь на ходу.

- Простите, я сел в такси, а оно сломалось. Ещё и дождь начался. Но бегать ведь полезно, правда? Люблю спорт, - заговорил он. – Позвольте представиться – Маэда Тору, студент университета, учусь в Нью-Йорке.

«Какой болтун», - подумала Мегуми, глядя на парня. Он оказался моложе остальных присутствующих мужчин. Должно быть, её ровесник. Отлично сшитый тёмно-серый костюм был ему к лицу, но, похоже, в такой одежде он ходить не привык. Волосы длинноваты, как модно у школьников и студентов, губы по-детски пухлые, а глаза весёлые и внимательные. Вдруг осознав, что рассматривает его чересчур долго и пристально, она отвела взгляд и тут же почувствовала, как сидящая рядом Нао толкнула её локтем в бок. Похоже, от внимания той это также не ускользнуло.

- Садитесь сюда, Маэда-сан! – громко произнесла Нао. На её лице расцвела улыбка, которая обычно означала, что подруга что-то замышляет. – Пожалуйста.

- Что ты делаешь? – шепнула Мегуми, обнаружив, что Нао показывает на место прямо напротив неё. – Если он понравился тебе, попроси Араки-сана поменяться с ним местами. Причём здесь я?

- Потому что он понравился тебе, - так же тихо ответила собеседница, не переставая улыбаться. – Разве нет? В любом случае, скучно с ним, как я полагаю, не будет.

- Может, скажете, о чём вы говорите? – осведомился обсуждаемый, занимая указанное место. – Не обо мне ли? Обсуждаете моё опоздание?

- Мы и сами пришли незадолго до вас, - кокетливо отозвалась Нао, похлопав ресницами, которые после визита в салон красоты напоминали роскошные веера. – Так что, остальные должны извинить и нас тоже.

Мегуми подняла взгляд на молодого человека. Судя по всему, он прекрасно понимал намёки её подруги и от души развлекался. Никакого воспитания!

Дальше всё происходило примерно так же, как на тех групповых свиданиях, куда Нао приглашала её раньше. Разговоры, вкусная еда, алкоголь, который подливали всем, и ни один не отказывался. Никто так и не поменялся местами ни с ней, ни с парнем напротив, поэтому волей-неволей пришлось поддерживать беседу с ним. Нао, похоже, считала, что дело в шляпе, и не замечала, как хмурилась Мегуми. Когда же вдруг зазвонил телефон, это напугало до дрожи – что, если с дедом что-то случилось?

Извинившись, Мегуми принялась искать мобильный в сумке. Как назло, он выпал из кармашка и оказался на самом дне. Чтобы его вытащить, понадобилось вынуть блокнот и некоторые другие вещи.

Мегуми ответила, выйдя в коридор. Звонила мама. Голос её звучал радостно.

- Дедушка скоро будет дома! Его выписывают! Замечательно, да?

- Замечательно, - согласилась Мегуми.

- Прости, что я тебя отвлекла. Всё хорошо? Тебе кто-нибудь понравился? – с надеждой поинтересовалась мама.

- Ничего страшного! Всё в порядке, - заверила её Мегуми. – Хорошо бы, если б кто-то понравился Нао.

Мегуми попыталась представить себе, кто именно из пришедших на групповое свидание мужчин мог бы прийтись по душе подруге, но отчего-то у неё не получилось даже оживить в памяти их лица. Перед глазами стояла улыбка Маэды – беззаботная, нахальная, но открытая и делающая его ещё симпатичнее. Он наверняка считал её своим беспроигрышным оружием в охоте на девичьи сердца. По какой-то непонятной причине эта мысль разозлила. Мегуми отключилась от разговора, опустила телефон в карман платья и решительно направилась обратно к столу, где сидела компания.

- Прошу прощения, мне нужно уходить, - сообщила она, поклонившись.

- Так быстро? – спросил организатор свидания.

- Сожалею, но мне только что позвонили, и... – неловко солгала Мегуми.

- Я провожу! – вызвался Маэда Тору, но она быстро покачала головой, отказываясь от его предложения.

- Мне уже вызвали такси. – Мегуми напоследок бросила извиняющийся взгляд на подругу, подхватила сумку и выскользнула за дверь. По дороге едва не столкнулась с официантом, а, когда оказалась на улице, где уже закончился дождь, остановилась и перевелась дух. – Ну и ну! Будто за мной гнались!

Она и сама не могла бы ответить на вопрос, почему так спешно покинула ресторан, воспользовавшись звонком мамы. Та ведь не звала её домой, а новость принесла радостную. К тому же, уходить так рано неприлично, да и компания собралась довольно приятная, и угощение на высшем уровне. Мегуми оглянулась за дверь и стремительно зашагала вперёд, больше не оборачиваясь. О том, что ответить Нао, когда подруга станет расспрашивать, решила пока не думать – сложно будет объяснить, что молодой человек, которого подобрали ей в пару, притягивал её и вызывал непонятный безотчётный страх одновременно.

Домой Мегуми вернулась не сразу. Решила немного прогуляться, благо, день выдался не слишком жаркий. Шагая по улицам Токио, добралась до парка Хибия. Прежде это место всегда навевало на неё покой, но сейчас проверенное средство не сработало. Мегуми стояла возле окружённого ослепительно-яркой зеленью пруда, слушала пение птиц, смотрела на небоскрёбы, что высились над деревьями, и ничуть не ощущала знакомой безмятежности.

А ведь дедушка, когда будет дома, вполне может спросить у неё насчёт того предмета, который передал ей... Что же делать? Вернуться в Москву? Позвонить частному детективу? Будет ли проще, если они поедут в Россию вместе?

Над парком начали сгущаться сумерки, прохладный воздух скользнул по обнажённым плечам. Мегуми поёжилась и вдруг осознала, что провела здесь слишком много времени, погружённая в раздумья. Даже странно, что Нао до сих пор не позвонила.

Поймав такси, Мегуми приехала домой. Там всё стояло вверх дном, несмотря на позднее время. Мама готовилась к дедушкиному возращению, потому затеяла грандиозную уборку. Мегуми тут же включилась в работу. Когда руки чем-то заняты, меньше остаётся сил на то, чтобы из-за чего-то тревожиться.

Нао позвонила только утром.

- Зачем так сбегать? Твоему дедушке стало хуже?

- К счастью, нет.

- Тогда кто тебе помешал задержаться хотя бы ещё на час? Оставила Маэду-сана одного! Кстати, он спрашивал твой номер телефона, и я его ему сообщила.

- Что? Почему? То есть... зачем ему?

- Наверное, ты пришлась ему по душе, хоть и вела себя, как дикарка! Будем надеяться, он тебе скоро позвонит. Расскажешь потом!

Мегуми со вздохом положила мобильник на прикроватный столик.

Может, он и не спрашивал номер, а подруга ему навязала. Как неудобно! Но неужели он, в самом деле, ей позвонит?

После завтрака Мегуми вернулась в комнату. Ей захотелось немного побыть наедине с собой до того, как деда привезут домой. Она решила порисовать, открыла сумку и тут обнаружила, что блокнота, с которым никогда не расставалась, там нет...

Обнаружив пропажу блокнота, Мегуми заметалась по комнате, лихорадочно вспоминая, когда в последний раз видела его. Вытаскивала ли из сумки вечером после того, как вернулась домой? Куда могла положить?

Как обычно в комнате царил безупречный порядок, все вещи лежали на своих местах, поэтому поиски не заняли много времени. Мегуми один за другим торопливо открывала ящички письменного стола, перебирала аккуратно сложенные стопки книг, заглянула даже в просторный шкаф для одежды, но, увы, блокнот так и не отыскался. Его нигде не было.

- Мама! Ты не видела мой блокнот для рисования? – Мегуми выбежала из комнаты.

- Нет, не видела. Разве ты не носишь его с собой постоянно? Может, где-нибудь забыла?

- Забыла...

Вспомнилось, как она в спешке искала телефон в ресторане, когда мама внезапно позвонила. Тот завалился на дно сумки, и пришлось вынуть наружу несколько других вещей, чтобы его найти. В их числе оказался и блокнот. Мегуми хорошо помнила, как вытаскивала его, словно и сейчас ощущала под пальцами шероховатый картон обложки. Но не могла припомнить, как положила обратно.

- Надо позвонить Нао!

Подруга ответила не сразу.

- Прости, если отвлекаю! Ты не видела вчера мой блокнот? Я вытащила его из сумки, когда искала телефон.

- Блокнот? – переспросила Нао. – А, тот самый! Не помню.

- Ты ведь сидела рядом со мной! Я не могу его найти! Наверное, оставила там! Что делать?

- Извини, я не смотрела на твои вещи, - ответила подруга, которая не понимала привязанности Мегуми к блокноту. – Попробуй позвонить в ресторан. Может, он упал на пол, а ты и не заметила.

- Наверняка, - согласилась Мегуми. Мысленно она упрекала себя – сначала потеряла то, что доверил ей дедушка, а затем и блокнот! – Придётся позвонить.

- Удачи. И жди звонка от этого парня, - хихикнула подруга. – Может, твой блокнот у него?

- С какой стати? – недоверчиво отозвалась Мегуми и тут же вспомнила, что Маэда-сан сидел напротив неё. Мог ли он поднять блокнот, когда тот соскользнул на пол? Но почему не вернул ей сразу?

- Всё возможно, если это судьба.

Мегуми немедленно разыскала телефонный номер вчерашнего ресторана и позвонила туда. Администратор, которая ответила на звонок, казалось, искренне огорчилась, когда узнала о потере. Но почти сразу же с извинениями сообщила, что никто из работников ничего в ресторане не находил.

Если блокнот не остался там, и Нао его тоже не видела, неужели, придётся смириться с потерей? Или всё же есть надежда на то, что утраченное вернётся? Может быть, блокнот, в самом деле, попал в руки молодого человека, с которым её так упорно пыталась свести Нао?

Ждать звонка от почти незнакомца оказалось не слишком-то приятно. Мегуми не любила пребывать в неизвестности, а сейчас та окружала со всех сторон. Мори Акира тоже не звонил. Может быть, частный детектив уже передумал заниматься её делом, убедившись в его полной безнадёжности? Верна ли догадка насчёт той девушки из метро? Есть ли шанс её найти или нет смысла даже пытаться?

Мегуми была уже близка к тому, чтобы позвонить детективу первой, когда раздался сигнал мобильного телефона. На дисплее высветился незнакомый номер. Она не без некоторого колебания ответила.

- Доброе утро! Мы познакомились вчера вечером. На групповом свидании в ресторане. Помните?

- Маэда-сан? – Мегуми отвечала, не зная, сердиться ли ей на подругу, которая без её ведома дала номер телефона новому знакомому, или всё же поблагодарить Нао. – Да, я помню.

- Мне нужно с вами встретиться.

- Встретиться? – Мегуми нахмурилась. – Почему?

- Боюсь, это не телефонный разговор, - произнёс он. В его голосе ей почудилось замешательство. Как странно... О чём ему нужно с ней поговорить, и по какой причине желательно не по телефону? Или беседа обещает затянуться?

- Вот как?

- Кроме того, у меня ваша вещь, и я думаю, что вы хотите её вернуть.

- Мой блокнот?! – Значит, Нао права! – Но почему вы мне сразу его не отдали?

- Не успел. Вы так скоропалительно убежали из ресторана. Где мы можем увидеться?

- Когда вам удобно?

- В любое время, - проговорил собеседник. Мегуми задумалась, понимая, что в другом случае, пожалуй, отказалась бы, но сейчас речь шла о том, чтобы вернуть предмет, где хранились её рисунки, каждый из которых создавался не по заказу, а по вдохновению. – Так как? – поторопил он.

- Сегодня вечером в кафе... – Мегуми назвала место, в котором бывала ещё тогда, когда училась в начальной школе. Мороженое там всегда было очень вкусным.

- Хорошо.

Он хотел сказать что-то ещё, но её окликнула мама, заглянув в комнату. Мегуми торопливо попрощалась и отключилась от разговора. Ей и самой себе не хотелось признаваться в том, что её взволновала назначенная встреча.

- Дедушка вот-вот будет дома, - сообщила мама. – Я уже всё приготовила. С кем ты разговаривала?

- Так, со знакомым, - ответила Мегуми. Мама пытливо взглянула на неё, но никаких дополнительных вопросов задавать не стала. – Я очень рада!

Мама подошла ближе и потрепала её по волосам. На маминых губах наконец-то появилась радостная улыбка. Отчего-то Мегуми казалось, будто с возвращением в дом дедушки всё наконец-то встанет на свои места.

Тору

Когда девушка поспешно распрощалась с ним, Тору отложил в сторону телефон и задумчиво уставился на блокнот. Тот лежал на краешке стола – на первый взгляд, самый обычный, с чуть потрёпанными уголками и белыми листами, идеально подходящими для рисования. На самом же деле, он представлял собой загадку, которая беспокоила и не давала мыслям переключиться на что-то другое.

Ещё одна тайна касалась старшего брата.

На групповом свидании Сюдзи снова не повезло. Ни одна девушка им не заинтересовалась, даже та, что с самого начала сидела напротив. Она уехала на такси, отказавшись от сопровождения. Так что, домой незадачливый ловелас возвращался вместе с Тору и был к тому времени уже изрядно навеселе. Лучший момент для ненавязчивых расспросов.

- Сюдзи-сан, - обратился к нему Тору, поддерживая мужчину под локоть, - брат так занят со своим новым делом, что дома почти не бывает. Мог бы пойти с нами, но не захотел! А скоро и вовсе уедет по своим делам...

- И то правда, - проглотил заброшенный крючок собеседник. – Сам удивляюсь, зачем он согласился. Может, хорошие деньги пообещали? Не говорит. Но ехать ради этого в Россию...

- Куда? – Тору даже споткнулся, и оба едва не полетели на асфальт. Такого он никак не ожидал.

- В Россию, - повторил Сюдзи и затряс головой, будто туда не умещалась сама мысль о таком поведении обычно предсказуемого товарища по работе. – Я знаю, что он там уже как-то бывал, но по своим делам, не клиента, как на этот раз. Интересно, долго он там пробудет?

- А кто клиент? – невзначай поинтересовался Тору.

- Какая-то девушка. Её имя он не говорил. Но дело точно не слишком похоже на наши обычные задачи.

Больше ничего интересного Сюдзи не сообщил, но этих сведений оказалось достаточно, чтобы понять – Акира непроста скрывает подробности. Наверняка вопрос очень щекотливый. Любопытно, почему же он дал согласие в этом участвовать...

Тору усадил Сюдзи в вовремя подвернувшееся такси, сел сам и доставил сослуживца брата на место жительства, которое тот ему назвал перед тем, как сладко задремать прямо в машине. Пришлось расталкивать и волочить в квартиру. Под конец Сюдзи проснулся и пожелал незамедлительно отправиться в караоке, но, увидев знакомую дверь, приумолк и даже сумел самостоятельно её отпереть.

На обратном пути Тору решил немного пройтись пешком. Он шагал по ночному городу, глядя на мерцающие повсюду электрические огни и унося с собой блокнот девушки, с которой познакомился на групповом свидании. Неизвестно, по какой причине он не стал отдавать его её подруге, когда просил номер телефона, даже словом не обмолвился о том, что у него оказалась чужая вещь. Может быть, потому, что заподозрил, будто без этого новая знакомая не захочет увидеться с ним ещё раз? Или просто из любопытства?

Что тут скрывать, девушка ему понравилась. Правда, её реакция на него несколько отличалась от привычной. Большинство девушек, даже её подруга, которая сидела рядом, то и дело бросая в его сторону взгляды, обычно реагировали на него по-другому. С куда большим вниманием и заинтересованностью. Тору потому и решил представиться другой фамилией, чтобы не обзавестись чересчур навязчивыми поклонницами, которые могли его отыскать.

А получилось наоборот. Вместо того, чтобы скрываться от девиц, сам попросил телефонный номер той, которая не пожелала, чтобы он её проводил, и сбежала, словно Золушка со своего первого бала в королевском дворце. Однако потеряла не хрустальную туфельку, а блокнот. По дороге домой Тору не терпелось в него заглянуть, но пришлось подождать, ведь сначала требовалось провернуть давно задуманное дело с коллегой брата и вызнать наконец-то тайну, которую тот скрывал. Вот только полученная от Сюдзи информация ещё больше запутывала и порождала новые вопросы.

Брат уже крепко спал, вздыхая во сне, на столике перед ним размеренно тикал старый механический будильник (Акира не доверял современным и тем, что в мобильных телефонах). Тихо, чтобы его не разбудить, Тору приготовил себе чай и принялся листать страницы блокнота. Когда же закрыл его, то некоторое время боролся с мыслью позвонить таинственной девушке немедленно, но всё же решил отложить вопрос до утра.

Она согласилась встретиться с ним и сама назначила место. Адрес показался знакомым. Когда же Тору нашёл его на карте, то с удивлением обнаружил, что кафе находилось возле школы, где он какое-то время учился в детстве.

Ещё одно совпадение.

Глава 7

Тайное становится явным

Токио, июнь 2010 г.

Мегуми

- Вкусно! – с заметным удовольствием произнёс дедушка. – С больничной едой ни в какое сравнение не идёт. Всё самое лучшее – только дома. Правда? Соскучилась, небось, на чужбине по всему этому.

Вопрос адресовался внучке, которая сидела на краешке стула, наблюдая за тем, как мама угощает дедушку собственноручно приготовленными блюдами. Самой Мегуми ничего в рот не лезло. Даже палочки едва не выскользнули из рук, когда ей показалось, будто дед вот-вот задаст вопрос о доставленном Йоширо свёртке. Но он так ничего и не спросил. Мегуми подозревала, что передышка эта временная, и ежеминутно ожидала хоть каких-нибудь новостей от частного детектива. Однако их не было. Мори Акира до сих пор не позвонил, а ей предстояла скорая встреча с кафе с молодым человеком, в руки которого попал любимый блокнот.

Кстати, о встрече... Не опоздать бы! Ещё не хватало, чтобы он подумал, будто она не собирается являться, и скрылся. Тогда придётся самой ему звонить. Нао точно решит, что он ей понравился.

Извинившись, Мегуми поднялась с места и направилась в свою комнату.

Нао больше не звонила. Мегуми сердилась, но больше на себя, чем на подругу. Та не обязана следить за чужими вещами, а вот ей самой стоило бы проверить и раньше обнаружить, что блокнота нет на месте. Если бы компания ещё не покинула ресторан, можно было бы сразу забрать его у Маэды-сана. Тогда не пришлось бы встречаться с ним снова.

«А сам-то хорош! – думала Мегуми. – Мог бы отдать блокнот Нао. А она бы передала мне! Мы ведь пришли с ней вместе, так что мог бы догадаться! Он появился позже, чем мы, но всё равно об этом знал...».

Готовясь к встрече, Мегуми выбрала лёгкое светло-жёлтое платье, которое купила в России за несколько дней до того, как из Токио прилетел Йоширо. Какой же она тогда была беззаботной! С тех пор, как привезённый им свёрток исчез, можно по пальцам пересчитать ночи, в которые она спала относительно хорошо, а не мучилась бессонницей от тревоги за реакцию дедушки и возможные последствия случившегося.

Неужели она, в самом деле, начала верить в то, что он однажды ей рассказал? Мегуми всё ещё не могла окончательно дать себе ответ. Даже сейчас, стоя перед зеркалом, в котором отражалось её осунувшееся от недосыпания лицо, старалась не задумываться об этом. Интересно, а Мори Акира хоть немного верил? Или он был материалистом?

Мегуми спросить так и не решилась. Да и сам он весьма тактично избегал скользких тем в их разговорах. Вероятно, такой прагматичный подход к делу свойственен всем людям его профессии.

Маме, полностью занятой заботой о дедушке, было не до неё, так что та даже не стала спрашивать, куда дочь уходит. Мегуми решила взять такси и, глядя на знакомые пейзажи за окном, вертела в руках телефон, продолжая надеяться на то, что частный детектив позвонит и расскажет новости. Но на дисплее так ничего и не появилось.

Кафе почти не изменилось. Те же скромные интерьеры, небольшая вывеска, выведенное красной краской название. Приятно осознавать, что в изменчивом мире есть что-то, остающееся прежним с тех пор, как она помнила себя маленькой девочкой.

Когда она подошла, Маэда-сан сидел за столиком у окна и медленно поглаживал кончиками пальцев золотистый ободок чашки, над которой поднимался пар с щекочущим ноздри ароматом свежего кофе. Вид у парня был задумчивый. Мегуми показалось, что он тоже плохо спал ночью.

- Добрый вечер! – произнесла она, приблизившись. – Спасибо, что согласились вернуть мне мою вещь. Где блокнот?

- Садитесь, пожалуйста, - сказал он, ответив на приветствие. Молодой человек поднял голову, и что-то в его взгляде заставило её насторожиться. – Не спешите, давайте сначала поговорим.

- О чём?

Не наболтала ли ему чего-нибудь Нао? Может, решила попробовать себя в роли свахи? Только этого ещё не хватало!

- А вы торопитесь? – поинтересовался он.

- Нет, но... – Мегуми не нашла, что ответить, и села за столик. Официант принёс ей воду и положил перед ней меню.

- Когда я учился в начальной школе, очень любил здешнее мороженое, - мечтательно сказал вдруг собеседник. – Готов был есть его каждый день. Брат надо мной смеялся и называл хомяком-сладкоежкой.

- Почему хомяком?

Маэда-сан смешно надул щёки, и Мегуми не удержалась от улыбки.

- Так вы тоже учились в школе, которая здесь рядом? – удивлённо спросила она.

- Недолго. Наша семья переехала. Но мне здесь нравилось.

- И, может быть, мы даже встречались?

- Возможно...

Он с каким-то странным выражением посмотрел на неё и опустил глаза. Мегуми попыталась вспомнить, могла ли видеть его когда-нибудь прежде. Интересно, как он выглядел в детстве? Она с любопытством посмотрела на парня. Наверное, уже тогда был симпатичным...

Какой стыд, о чём она только думает?!

- Прошу вас вернуть мне мой блокнот.

- Я хочу кое-что спросить. Вчера я заглянул в него и увидел... Скажите, почему вы нарисовали мою бабушку?

Мегуми, ошарашенная эти вопросом, подняла на него взгляд. Она не сразу поняла, о чём он спрашивает. В голове всё перепуталось, и казалось, будто стены знакомого с детства кафе вдруг изменились, потемнели и угрожающе сдвинулись вокруг неё.

- Что? Не рисовала я вашу бабушку! Маэда-сан, что вы хотите сказать?

- Простите, - проговорил он, смиренно склонив голову. – Это не моё настоящее имя. Меня зовут Мори Тору.

Не зная, что и ответить, Мегуми смотрела на него и молчала. Мысли одна другой нелепее теснились в голове, и ни одна из них не казалась достаточно логичной. Из-за чего на групповом свидании он представился иначе? Просто ради шутки? Или у него была какая-то цель? И простое ли совпадение, что у него такая же фамилия, как у частного детектива? Конечно, подобное вполне вероятно, но что, если молодой человек знал, кто она, и специально назвался по-другому, чтобы избежать лишних вопросов?

Но сейчас ведь признался... Вот только что за странные вопросы про его бабушку? Мегуми решительно вздёрнула голову.

- Почему вы сразу не сказали, как вас зовут? Хотели посмеяться над всеми? Или только надо мной?

- И в мыслях не было! – отозвался он. – К тому же, сейчас я ведь не стал вас обманывать. И в ответ бы тоже хотел услышать правду...

- Но какой правды вы ждёте от меня? – растерянно ответила она.

Мори Тору вытащил её блокнот. Мегуми невольно потянулась к нему, но собеседник не позволил ей взять. Торопливо пролистал, открыл на странице в самом конце и придвинул к ней.

- Вот моя бабушка, - произнёс он. – Мори Аои. Её нет в живых уже несколько лет.

Мегуми бросила взгляд на бумажный лист, уже зная, какой рисунок увидит. Та самая пожилая женщина, которая приходила к ней во сне и говорила о чём-то непонятном. Теперь её имя перестало быть загадкой, но пока это мало что проясняло.

- Это ваша бабушка?!

Услышанные слова больно укололи куда-то в область солнечного сплетения. Женщины из снов уже не в живых! Значит, они никогда не смогут увидеться в реальности, поговорить... Почему-то известие очень огорчило.

- Именно так. Очень странно, - пробормотал парень. – Ещё и сны...

- Сны? – Мегуми вздрогнула. Воздух из кондиционера, до этого приятный, вдруг стал холоднее и ледяными иголочками пробежал по спине.

- Мне вообще обычно ничего не снится, но в последнее время я вижу её во сне всё чаще. – Мори Тору развёл руками и озадаченно почесал в затылке. – Но вам-то откуда её знать?

- Дело в том, что я не была с ней знакома. Но тоже несколько раз видела её во сне. Потому и решила нарисовать.

Должно быть, эти объяснения выглядели странно, но Мегуми не придумала, что ещё сказать. Вот только требовалось прояснить один вопрос. Самый важный.

- Скажите, а Мори Акира... Он работает частным детективом. Вы не родственники?

- Детектив? Он мой брат. А вы-то откуда его... – Мори Тору вскинул на неё округлившиеся от удивления глаза. – Постойте! На групповом свидании сказали, что вы учитесь в России. Вы случайно не та самая таинственная клиентка брата, которая хочет, чтобы он туда поехал?

- Я... – Теперь настал её черёд смутиться. – А он что, вам об этом рассказал?

- Да нет. Ничего он мне не говорил. Пришлось хитростью выпытывать у Сюдзи-сана. Он тоже был в ресторане, помните? Но причём тут мои сны и бабушка?

Мегуми посмотрела на него, и её осенила догадка.

- Моя фамилия... вам ничего не говорит? – осторожно поинтересовалась она. – Может быть, вы слышали её раньше от брата? Или от других родственников?

- Нет, - почти не задумываясь, ответил собеседник. – Не припомню такого. А что, наши семьи как-то связаны?

Мегуми до боли сжала руки и закусила губу. Первоначальная догадка укрепилась и стала почти очевидной. Того, о чём перед тем, как встретиться с дедушкой, узнал Мори Акира, его младшему брату не сказали. Так как же ей быть? Должна ли она поведать ему эту историю или следует забрать блокнот, уйти и сделать вид, будто их встречи никогда не происходило?

- Может быть, вам лучше задать этот вопрос брату, - сказала Мегуми.

- Нет, - внезапно возразил он. Перегнулся через стол, забрал блокнот и снова спрятал. – Не отдам, пока не расскажете.

От возмущения Мегуми даже слов подобрать не могла. Подобной наглости она давно не встречала и никак не ожидала такого поведения от соотечественника, причём, уже не школьника. Захотелось тоже сделать что-нибудь из ряда вон, но за соседний столик как раз усаживалась целая семья, и на них уже начали посматривать с любопытством.

- Хорошо, - сухо произнесла она, не глядя ему в глаза. – Я расскажу. Но, если вы мне не поверите...

- Я поверю, - хмыкнул он. – Особенно если заодно поведаете, что у вас за дело такое загадочное, из-за которого брат в Россию собрался. Там же холодно.

- Во-первых, не так уж и холодно. А, во-вторых, если он не хочет рассказывать, может, и не нужно стремиться узнать? – «Если бы не блокнот, меня бы уже здесь не было», – добавила про себя Мегуми.

- Как вы не могли не заметить, это моя семья, значит, меня тоже касается, - не полез за словом в карман собеседник.

- Вы совсем не похожи на брата.

- Хотите сказать, он не такой красавчик? – просиял Мори Тору. – А не заказать ли нам мороженое?

Акира

Все формальности с визой и билетами на самолёт были улажены значительно быстрее, чем он мог ожидать. Оставшиеся на работе дела Акира тоже доделал в кратчайшие сроки. Казалось бы, всё способствовало тому, чтобы он немедленно отправлялся в Россию, и всё же возникали некоторые сомнения, от которых, как бы ни старался, не получалось окончательно отделаться.

Правильно ли он поступил, что согласился взяться за это дело? Практически без зацепок, сопряжённое с заграничной поездкой на неопределённое время (даже обратный билет пришлось брать с открытой датой) и связанное с тем, о чём они даже с родителями никогда не говорили. Только с бабушкой... Но той нет в живых, и, как бы ни нуждался старший внук в её совете, возможности побеседовать с ней не имелось. Даже во снах она почему-то приходила только к Тору, причём, в последнее время очень уж часто.

- Что с тобой? – поинтересовался Сюдзи. Они, как и всегда, обедали вместе. Сегодня Акира даже принёс собственноручно приготовленное бэнто. – Выглядишь уставшим. Ничего не случилось?

- Просто не высыпаюсь. Не думал, что так заметно. Хотя, я ведь не девушка, чтобы вертеться перед зеркалом, - отшутился Акира.

- Кстати, о девушках. Не хочу сплетничать, но, похоже, твоему брату понравилась одна молодая особа на групповом свидании. Она быстро сбежала, но я слышал, что он спрашивал у её подруги номер телефона, по которому можно с той связаться.

- Правда? – Акира поначалу не слишком удивился, но затем вспомнил о решении Тору представиться другим именем, чтобы избежать чрезмерного интереса со стороны новых знакомых. Неужели девушка так его зацепила, что брат решил пообщаться с ней наедине?

- Ага. – Сюдзи расплылся в улыбке, но тут же смущённо отвёл взгляд в сторону. – Правда, я плохо помню, что там было под конец. Дорога домой и та из головы вылетела. Нужно будет позвонить твоему брату и поблагодарить его за то, что помог добраться до квартиры.

- Жаль, что тебе не удалось найти с кем-то общий язык, - посочувствовал Акира. – Но это ведь не последнее такое свидание, правда? Будут и другие возможности познакомиться. Может быть, даже родственники помогут. Устроят тебе омиай, а то и не один – только успевай выбирать!

- Ага, - согласился приятель, но без особого энтузиазма. – Хотя, уже сомневаюсь в успехе, если честно. Будь я таким же красавчиком, как Тору-кун, другое дело, а так...

- Выше нос! – Акира улыбнулся. – Зачем тебе жена, которой интересна только внешность?

- Незачем! – Похоже, природный оптимизм взял верх над хандрой. – А пока холостой, буду веселиться на всю катушку!

- Ты, главное, о работе не забывай. Пока меня не будет, кто станет за тобой присматривать? Послушай, а Тору ничего не спрашивал насчёт меня? – поинтересовался Акира, внезапно встревожившись мыслью о том, что брат мог найти способ узнать, куда именно он отправляется.

- Не помню, - со вздохом признался Сюдзи. – Слишком много выпил в тот вечер. А в чём дело?

- Всё в порядке, - не стал углубляться в тему Акира. – Но, если вдруг спросит, куда я еду, скажи, что не в курсе. Договорились?

- Хорошо, - с некоторым удивлением отозвался собеседник.

Разговор закончился, обоим пора было возвращаться к работе, но навязчивая мысль не отступала. В самом деле, почему бы не рассказать младшему брату правду? В конце концов, тот достаточно взрослый для того, чтобы всё узнать и сделать свои выводы. Не факт, что Тору тут же побежит знакомиться с семьёй Акияма. Но от младшего Мори можно всего ожидать, так что пусть лучше и дальше ничего не знает.

Убедив себя в этом, Акира решил позвонить брату, чтобы посоветоваться насчёт ужина, но тот не ответил. Похоже, выключил телефон. Интересно, чем Тору занимается?

Тору

Забавно было наблюдать за реакцией девушки на то, что он говорил и делал. Она то хмурилась, то подносила руку ко рту, будто хотела сдержать готовые сорваться с губ слова, то сжимала изящные пальцы. На какой-то миг ему стало стыдно за собственное поведение, даже захотелось извиниться и вернуть блокнот без лишних разговоров, но Тору этого не сделал. Любопытство оказалось сильнее. Он никак не ожидал увидеть портрет бабушки на страницах блокнота, а то, что Акияма Мегуми оказалась той самой клиенткой брата, только добавило загадки, острый привкус которой будоражил и заставлял стремиться выяснить как можно больше.

То, что бабушка за последнее время приснилась ему несколько раз, удивляло, но то, что девушка тоже увидела её во сне, по-настоящему шокировало. Как это объяснить? Разве может пригрезиться встреча с реально существовавшим человеком, которого никогда не видел прежде?

- Моего дедушку зовут Акияма Риота, - сказала Мегуми. – Эту историю я знаю от него. Кроме того, он, как я понимаю, был знаком с вашей бабушкой.

- Она мне про него не рассказывала.

- Вам нет, а вашему брату – да. Он приходил к нам однажды. Вернее, приходил к дедушке, а тот нас познакомил.

- Вот как... – Тору задумался. Стало немного обидно. Выходит, это тайна только для него? Значит, бабушка доверяла Акире больше?

- Когда-то в конце девятнадцатого века молодой человек из вашей семьи обязался жениться по договору на девушке из нашей. Но свадьбы так и не произошло.

- Почему? – Тору не удивился. В те времена подобные браки были в порядке вещей, да и сейчас ещё случались. Удивление вызывал тот факт, что договорённость сорвалась. Обычно в таких делах люди держали слово.

- Жених полюбил другую девушку. Был страшный скандал. А затем...

- Что? – Тору подался вперёд. Похоже, за этими словами как раз и пряталось самое интересное.

Им принесли мороженое, и разговор пришлось прервать. Холодное лакомство со вкусом зелёного чая выглядело так аппетитно, что Тору вдруг вспомнил себя ребёнком. Когда учился в ближайшей школе, не раз бывал здесь. Однажды даже потратил все деньги, выданные родителями на карманные расходы. Затем пришлось просить у брата, и тот впервые заявил, что пора учиться экономить.

Акияма Мегуми попробовала своё мороженое, и Тору вдруг залюбовался ею. Украдкой, стараясь не сталкиваться взглядами, будто наблюдал издали. Но незамеченным, увы, не остался – девушка подняла глаза и снова нахмурила брови.

- Так что там дальше? – поторопил её Тору и тоже приступил к еде. Даже зажмурился от удовольствия, ощутив один из любимых вкусов детства. Как же этого не хватало в Америке!

- Я не все подробности знаю. Но с тех пор появилась легенда о том, кто принёс немало бед обеим семьям. Даже пришлось попросить о помощи экзорциста.

- Экзорциста? Значит, появился юрэй? Так, выходит, кто-то умер, покончил с собой или был убит? – оживился Тору. Услышанное напоминало его любимые кайданы. Почему же он до сих пор не знал, что и про предков есть похожая история?

- Чему вы радуетесь? – Снова сердитый взгляд! – Считаете, это смешно? Или не верите? – добавила она.

- А что сделал экзорцист? Он сумел изгнать...

- Нет. Для того, чтобы юрэй ушёл с миром, нужно выполнить его желание, но никто не знал, чего он хочет. Поэтому экзорцист посадил его во флакон и запечатал там. Этот флакон хранился у семьи Акияма.

- И чем всё закончилось?

- Пока ничем. Дедушка – последний, кто считает всю историю правдой. Он хотел... хочет, чтобы я стала следующей после него, кто будет хранить флакон.

- Вам не хочется? Так я могу! Свой юрэй в доме – что может быть интереснее? – выпалил Тору, но, похоже, девушка не оценила шутку. Она резко отодвинула посуду, не доев, и сделала движение, будто собиралась немедленно встать и уйти. – Простите, я ведь ничего плохого...

- Флакон пропал! Я потеряла его в Москве, и дедушка пока об этом не знает! Если узнает, очень расстроится, а ведь и так только что вышел из больницы... – выдохнула она последнюю фразу и, устало закрыв лицо ладонями, покачала головой. Затем, взяв себя в руки, посмотрела на собеседника прямо и смело. – Потому мне и потребовалась помощь вашего брата.

- Надо же! – Тору от изумления не сразу сумел подобрать слова. – Но причём тут моя бабушка, отчего вы видели её во сне?

- Если бы я знала... – вздохнула Мегуми. – Она говорила такие странные вещи. О возможностях, которые упустили, о потерявшихся душах...

- Я понял! Потерявшаяся душа – это и есть юрэй. Надо его упокоить.

- Сначала нужно найти флакон.

- Брат этим займёмся, а мы пока... – Тору сделал паузу, обдумывая идею. – Мы попробуем разузнать что-нибудь о прошлом. Не кажется мне, что всё можно объяснить только историей вековой давности. Было что-то ещё, что касается вашего деда и моей бабушки.

- С чего вы взяли? – недоверчиво произнесла собеседница. – И почему так уверены, что я вместе с вами буду заниматься какими-то поисками? Я не давала согласия!

- Так дайте, - ничуть не смутившись, заявил Тору. – Вы и так по уши в этом. Флакон потеряли? Потеряли. Сны видите? Видите. Неужели не хочется во всём разобраться?

Девушка смотрела на него серьёзно и без улыбки, но казалось, будто ему удалось зацепить какую-то струну в её душе. Он не сомневался, что едва ли Акияма Мегуми пойдёт с вопросами к дедушке – побоится тревожить. Но ему вспомнилась бабушкина старинная подруга, которая, оставшись вдовой, часто приезжала в гости в Цувано. Кажется, та ещё жива. Можно будет её навестить и задать несколько вопросов о прошлом Мори Аои и связи с семьёй Акияма.

Примечания

Омиай

– свидание, устроенное с целью найти пару для создания семьи.

Юрэй

– потусторонний (неясный) дух, призрак умершего человека в японской мифологии.

Глава 8

Забытые воспоминания

Токио, июнь 2010 г.

Мегуми

На обратном пути Мегуми решила подойти к школе, о которой до сих пор вспоминала с теплом. Сейчас там как раз была перемена, и ученики высыпали во двор. Глядя на них, она почти увидела себя в детстве, с пёстрым рюкзачком за плечами и волосами, убранными в два смешных хвостика.

- Ностальгия? – послышался рядом знакомый голос. Мегуми вздрогнула.

- А вы-то что здесь делаете?

- Я ведь тоже здесь какое-то время учился. Захотелось вспомнить, - ответил Мори Тору и снова улыбнулся, будто его веселило её замешательство.

- Вы так и не собираетесь отдавать мне блокнот?

- Пока нет. Вы ведь ещё не согласились на моё предложение.

- Да с чего вы вообще решили, будто я с вами куда-то поеду? Делать мне больше нечего! Что подумают другие, если мы вдвоём...

- Мы сохраним нашу поездку в тайне. Я, например, ни о чём не собираюсь рассказывать брату. Надеюсь, вы последуете моему примеру.

- Я подумаю, - буркнула она и, бросив ещё один взгляд на здание школы, направилась к дороге, спиной чувствуя, что собеседник смотрит ей вслед.

Стоило сесть в такси, как раздался звонок мобильного. Мори Акира предлагал встретиться.

Тору

Она очень забавно сердилась и выглядела при этом такой трогательной, что даже хотелось позлить её ещё немного. Тору так и не отдал блокнот, решив сохранить его у себя, а вернуть только тогда, когда они поедут к бабушкиной подруге. Пусть пока окончательное решение ещё не принято, и нужно выяснить, где именно та живёт, он уже не сомневался, что Акияма Мегуми согласится. Едва ли она в ближайшие дни вернётся в Россию. Значит, некоторое время у них есть.

Тору посмотрел на школу. Когда он здесь учился, был такого же возраста, как эта малышня. С растрёпанными вихрами, с вечными ссадинами на коленках, но, как все твердили, очень милый. Интересно, могли ли они с наследницей семьи Акияма учиться в одном классе? Сколько ей лет?

Вдруг снова вспомнилась Мейлин, её слова и то, как он пытался представить себе ту самую девушку, с которой когда-то связала его судьба – до новой встречи, решающей, определяющей всю их дальнейшую жизнь. Могла ли это быть... Тору помотал головой, словно хотел отогнать атаковавшие его мысли, но те не отступали.

Легенды, старые семейные истории, сны про бабушку, которые снились им обоим. Можно ли поверить? А ещё юрэй. Самое жуткое и непонятное. Издавна говорили, будто ими становятся люди, умершие насильственной смертью, или самоубийцы. Те, кто не нашёл покоя при жизни, а в момент смерти оказался одержим каким-то сильным чувством. Любовью, гневом, желанием отомстить.

Несмотря на по-летнему жаркий день, его точно обдало холодом. Тору медленно развернулся и зашагал в ту же сторону, куда несколько минут ушла Акияма Мегуми. Она уже скрылась, но у него оставался её номер телефона и блокнот, который наверняка очень ей дорог.

А ещё теперь Тору знал её тайну.

Мегуми

Мори Акира пришёл на встречу чуть раньше. Оказалось немного странно увидеться с ним практически сразу после встречи с его братом. Мегуми поймала себя на том, что разглядывает собеседника, пытаясь отыскать в чертах его лица и поведении сходство с Мори Тору, на которого продолжала злиться. Просто невероятная наглость! Она поехала в то кафе, чтобы забрать блокнот, а в итоге не только не получила его назад, но и вынуждена была поведать о том, о чём пока, кроме неё, знал только частный детектив.

- Так что вы скажете? – произнёс Мори Акира, и Мегуми поняла, что, занятая своими мыслями, не услышала его слов.

- Простите, я...

- Я сказал, что на сайтах о торговле антиквариатом и сувенирами информации конкретно о таком флаконе не появлялось. Есть похожие, с другими изображениями. И все их можно открыть, а ваш ведь не открывается?

- Нет. По крайней мере, не должен. – Мегуми поёжилась. Прежде она почти не задумывалась, принимать ли на веру рассказанное дедушкой, но теперь, когда начались сны и странные совпадения уже сомневалась. – Это хороший знак?

- Надеюсь. Но его могли продать и не через сайт. Поэтому, вы ведь понимаете, нет никаких гарантий.

- А насчёт девушки ничего выяснить не получилось? Сходство на портрете, конечно, не совсем фотографическое, но, мне кажется, узнать можно.

- Пока нет, - ответил собеседник, покачав головой. – Но не будем терять надежду. Я вылетаю завтра и продолжу поиск на месте.

- В Москву?

- Да. А затем, возможно, в Самару. Ведь именно в тот город адресована открытка.

Мегуми вздохнула. Она и сама понимала, что заставляет детектива гоняться за миражом, почти таким же неясным и призрачным, как юрэй из эпохи Мэйдзи. Но дедушка с минуты на минуту может поинтересоваться местонахождением флакона, и тогда придётся ему соврать, сказав, что тот находится в безопасности в её московской квартире.

- Спасибо, - с поклоном произнесла Мегуми. – Вы так много для меня делаете.

- Вы же сами сказали, это моя работа.

- Боюсь, что другой детектив бы не согласился выполнить настолько эфемерную работу, да ещё и связанную с поездкой в далёкую страну.

- В России живёт мой школьный друг. – Мори Акира улыбнулся – тепло и по-доброму, совсем не так, как его младший брат. – Будет повод с ним увидеться.

Самара, июнь 2010 г.

Алина

За окном было не по-летнему пасмурно. Работа над очередным переводом не ладилась. Болела голова, и смысл текста, который требовалось перевести, ускользал.

Алина со вздохом закрыла файл, потёрла виски и поднялась, чтобы поставить чайник. Взгляд упал на тумбочку, где прежде хранился флакон, и в груди что-то болезненно сжалось. Виктор Арсентьевич до сих пор не позвонил, и за прошедшее с их встречи время не раз хотелось самой связаться с профессором и поторопить, чтобы он поскорее вернул флакон. Она и себе не могла бы твёрдо ответить, почему так нервничала. Из-за того, что предмет не принадлежал ей, и Алина чувствовала себя ответственной за него, или по другой причине?

Не только сама, но и другие отмечали, что в эти дни она стала странно себя вести, казалась то взвинченной, то, наоборот, задумчивой и слегка заторможенной. Подруга даже посоветовала заглянуть к неврологу, чтобы врач выписал какие-нибудь таблетки. Алина отшучивалась, и всё же это её беспокоило. Когда флакон находился поблизости, она чувствовала себя иначе. Он словно наполнял её энергией, придавал сил, заставлял стремиться к чему-то далёкому и желанному. Без него всё валилось из рук. Будто подтверждая эти мысли, красная в чёрный горошек чашка выскользнула из непослушных пальцев и полетела на пол.

Алина подняла чашку, стараясь не коснуться свежего скола на ободке, и подавила рвущийся с губ всхлип.

Что с ней происходит? С чего всё началось? С того наваждения у фонтана, когда так и хотелось с неизвестно откуда взявшейся жадностью немедленно забрать флакон обратно? Или раньше? Кому об этом рассказать, кто поймёт и не посчитает её ненормальной?

А ведь было ещё другое – то, о чём она старалась не задумываться. Бессонница, практически никогда не случавшаяся с ней прежде. Нежелание заниматься любимыми делами. Странное ощущение, точно какой-то важной части её души вдруг стало не хватать. Может быть, именно так и начинается депрессия?

Телефонный звонок прорезал тишину комнаты. Позабыв о разбитой чашке, Алина кинулась к столу, на котором лежал мобильник. И тут же разочарованно отвернулась, когда обнаружила там совсем не то имя, которого ждала.

Она так и не ответила на звонок подруги, и мелодия вскоре стихла. Алина прошла на кухню, почти равнодушно опустила разбитую чашку в мусорное ведро и надолго застыла на одном месте, глядя в окно. Там всё словно замерло. Ни ветерка, ни привычного шума. Не вопили дети. Облака не бежали по небу. Ни одна машина не свернула во двор.

Спустя некоторое время Алина отступила от окна и решительно зашагала обратно в комнату, где тут же схватилась за мобильный телефон и отыскала в нём номер Виктора Арсентьевича. Тот ответил сразу. Голос звучал удивлённо.

- Надо же! Я только что собирался вам звонить! Есть новости!

- Хорошие? – выдохнула она и закашлялась, ощутив, как пересохло в горле.

- Надеюсь. Я пока даже не знаю подробностей, хоть и очень любопытно. Но дела, дела... Защиты дипломов как раз... Простите, отвлёкся от темы. Ваш флакон я передал знакомому востоковеду. Очень хороший специалист. Работает в столице, но сейчас как раз занимается организацией выставки в Самаре. Он весьма заинтересовался и уже успел что-то выяснить. Вы сможете встретиться с ним послезавтра. Записывайте адрес. Только не опаздывайте, пожалуйста, он очень занятый человек.

Алина черкнула несколько слов на полях брошенной на столе газеты и попрощалась с собеседником. Его слова всё ещё звучали в ушах. Он сказал «Ваш флакон...».

- Конечно, мой... – одними губами прошептала она и отшатнулась от собственного отражения в зеркале напротив. Отчего-то напугала блуждающая на губах улыбка. Точно чужая, незнакомая.

Токио, июнь 2010 г.

Мегуми

Когда Мегуми вернулась домой, дедушка отдыхал, и мама попросила его не тревожить. Отец уже пришёл с работы, и родители как раз собирались ужинать. Аппетита не было, но пришлось составить им компанию за столом.

- Всё хорошо? – спросила мама. – У тебя усталый вид. Нашла блокнот?

- Просто долго гуляла. Ходила к своей начальной школе. Помнишь, там кафе с вкусным мороженым рядом? – отозвалась Мегуми. – А блокнот... Да, нашла с помощью Нао.

- Вот и хорошо! Да, кафе там славное. Кстати, я только недавно вспоминала эту школу. Как раз нашла старые фотографии и собиралась тебе показать, - оживилась мама. – Посмотрим вместе после ужина?

- Договорились.

На ужин мама приготовила омурайсу, что тоже напоминало о детстве. Как Мегуми тогда любила это блюдо! А как всё было просто, и никаких тайн! Дедушка тогда ещё и близко не подпускал внучку к тайнику с флаконом. Лучше бы так всё и оставалось...

Позже мама, как и обещала, принесла конверты, в которых хранила фотографии. Мегуми начала их перебирать и невольно улыбнулась. Забавно оказалось смотреть на то, какой смешной она выглядела в те годы. Да и остальные тоже. Тогда она, впрочем, так не считала.

- А это кто? – удивилась она, разглядывая снимок, на котором стояла рядом с хмурым мальчишкой в красной майке.

- Там должно быть подписано.

- В самом деле? – Мегуми перевернула фотографию и едва не вскрикнула, прочитав надпись. «Акияма Мегуми и Мори Тору, начальная школа».

Тору

Акира сообщил, что завтра уезжает, но о том, куда направляется, так и не сказал. Тору насчёт полученных от сослуживца брата сведений тоже помалкивал. Не хотелось подставлять того. К тому же, сейчас ему, пожалуй, было известно всё то же самое, что и брату, а скоро, как Тору надеялся, получится узнать и побольше. Все его мысли занимала Акияма Мегуми. Стоило прикрыть глаза, как перед ними появлялось её сердитое лицо. Должно быть, она по-прежнему на него злилась, но он почти не сомневался в том, что та согласится на его предложение.

Подозревая, что Акира вполне мог видеть блокнот клиентки, Тору припрятал свою добычу подальше. На самое дно чемодана, который пока даже до конца и не распаковал. Туда брат не должен заглянуть.

Вспомнилось, как посмотрела на него Акияма Мегуми, когда он заявил, что не намерен возвращать ей блокнот до тех пор, пока они вместе не отправятся на поиски бабушкиной подруги. Так, словно собиралась испепелить взглядом. Вот это темперамент! А ведь поначалу она производила совсем другое впечатление, казалась скромной и сдержанной. Любопытно всё-таки, встречались ли они тогда, когда учились в одной начальной школе...

После встречи в кафе Тору первым делом наведался к родителям и, выбрав удобный момент, выяснил, что подруга бабушки Кояма Сакура-сан пребывает в добром здравии и в настоящее время проживает в Ямагучи. Об этом родителям оказалось известно не только от неё самой, но и от детей пожилой женщины, которые жили в Токио. Те, хоть и не являлись друзьями семьи, всё же оставались добрыми знакомыми.

- С чего ты вдруг заинтересовался ею? – спросила мама.

- Просто вспомнил бабушку, а затем и Кояму-сан, - отозвался Тору. – Захотелось узнать, как она поживает. Рад, что жива и здорова. А адреса, случайно, не знаешь? Я бы заглянул к ней, если окажусь в тех местах.

- Вот как, значит, ты намерен попутешествовать? А мы-то надеялись, что, когда Акира уедет, ты поживёшь у нас. Что тебе одному делать в его квартире?

- Но должен ведь кто-то приглядывать за жильём брата, пока того не будет. Не волнуйся. Я пока не уезжаю, так что, возможно, и у вас поживу.

- Где-то записан адрес, я поищу.

Таким образом, уже к вечеру этого дня Тору знал, куда ехать. Он мог бы отправиться и в одиночку, но отчего-то очень хотелось, чтобы Акияма Мегуми составила ему компанию. Если она боится и не планирует задавать лишних вопросов дедушке, нужно искать тех, кто мог бы что-то рассказать. Как ему помнилось, бабушку и Кояму-сан связывали на редкость доверительные отношения, да и знакомство случилось ещё в детстве. Так что, кому, как не закадычной подруге, знать о тайнах Мори Аои?

Тору почти не помнил своего дедушку, который умер, когда младшему внуку исполнилось четыре года. Однако родственники не скрывали, что тот являлся усыновлённым зятем. До свадьбы носил другую фамилию, но, поскольку в семье жены не было сыновей, согласился стать Мори.

Однако бабушку Тору помнил хорошо и не сомневался, что она до конца жизни оставалась здравомыслящей, не склонной к экзальтации и суевериям. Тогда как же она могла серьёзно воспринимать эту байку о том, к чему привёл сорвавшийся брак по договору? Что ею двигало, когда она попросила старшего внука нанести визит семье Акияма? Сплошные загадки. Напрашивалась гипотеза о том, что в жизни Мори Аои произошло что-то, заставившее её поверить в древнюю историю, которая касалась двух семей. Что же именно? Это Тору и хотелось разузнать.

Мегуми

К счастью, мама не заметила замешательства Мегуми, которая пытливо вглядывалась в фотографию. Хотелось бы вспомнить хоть что-нибудь о том мальчике, соотнести связанные с ним моменты из прошлого с тем молодым человеком, который сегодня в кафе вёл себя столь самоуверенно и нахально. Но не получалось. Мегуми нахмурилась и, пока мама не смотрела в её сторону, тайком стянула фотографию, чтобы оставить у себя. Когда школьные снимки подошли к концу, Мегуми наткнулась на пухлый конверт, фото в котором выглядели ещё более старыми, пожелтевшими от времени.

- А это что? – полюбопытствовала она.

- Должно быть, из дедушкиной юности. Нужно отложить. Наверняка ему приятно будет снова их увидеть.

- Как интересно! Я хочу взглянуть. – Мегуми вытащила верхнюю фотографию. С той смотрели молодые лица, в одном из которых с трудом можно узнать её деда. – Хорошо, что они тоже подписаны.

- Едва ли ты с кем-то из этих людей знакома, - отозвалась мама.

- Всё может быть...

Мегуми просмотрела почти все снимки в конверте, когда наткнулась на тот, где знакомым показался не только юный Акияма Риота, но и стоявшая рядом с ним девушка в юкате. Вид у обоих чрезвычайно серьёзный и сосредоточенный. Казалось, будто они не позируют перед камерой, а сдают сложный экзамен.

«Откуда я её знаю?» – задумалась Мегуми и перевернула фотографию. Увидев подпись, вздрогнула и растерянно перевела взгляд на лицо изображённой там девушки. Мама уже потеряла интерес к просмотру семейного архива и отошла, так что ничего не помешало припрятать и это фото.

Было уже достаточно поздно, и звонить Мегуми не стала. Да и на то, чтобы отправить сообщение, решилась не сразу. Но Мори Тору верно заметил, что эта история касается и его, а, следовательно, он имел право знать. Мегуми не ожидала от него подобного энтузиазма, впрочем, для этого парня всё словно представлялось увлекательной игрой. Наверное, потому родственники от него всё и скрывали.

Почти сразу телефон пискнул, оповещая о новом сообщении. Мори Тору назначил встречу на завтра, на сей раз в парке. Мегуми, помедлив, ответила согласием.

Акира

- Чего не спишь? – Акира заглянул в комнату, где брат сидел на футоне, сжимая в руках телефон и счастливо улыбаясь. – Ждёшь звонка?

- Уже дождался! – Тору радостно подкинул подушку. Та шлёпнулась за его спиной. – Только не звонка, а сообщения. Она слишком хорошо воспитана, чтобы звонить в позднее время.

- Она? Значит, речь о девушке? Ты что... начал с кем-то встречаться?

- Я всегда с кем-то встречаюсь. Нет. Почти всегда.

- Не с ней ли ты познакомился на групповом свидании? – оживив в памяти недавние слова Сюдзи, предположил Акира. Судя по тому, как изменилось лицо младшего брата, угадал. Но, похоже, рассказывать подробности Тору пока не собирался.

- Со временем ты всё узнаешь. Можешь считать, что я научился скрытности от тебя. До сих пор не пожелал рассказывать, куда уезжаешь!

- Ты точно не хочешь пожить у родителей?

- Подумаю.

- Будь добр, убирайся в квартире. Не включай громкую музыку – соседи будут жаловаться. Не забывай хорошо питаться, не только вредным фаст-фудом.

- Хай! – Тору бросил на брата хитрый взгляд. – Как там Сюдзи-сан?

- В порядке. Да, кстати, он хотел поблагодарить тебя. Ты ведь помог ему добраться до дома.

- Ничего страшного. Перебрал немного. У всех бывает.

- Со мной такого не случалось.

- Кто бы сомневался? – Тору во весь рост вытянулся на футоне и блаженно зажмурился. – Как тебе твоя клиентка?

- Какая клиентка? – насторожился Акира.

- Та самая, по делу которой ты завтра уезжаешь.

- Кто тебе сказал, что это не мужчина?

- Да так, выяснил кое-что.

Акира сразу же подумал о Сюдзи. Хорошо, что не говорил приятелю ничего лишнего, но и того, что тому известно, оказалось бы достаточно, чтобы ещё больше раздразнить любопытство Тору. Но ведь имя девушки ему не узнать, так что, пожалуй, не о чем волноваться.

Обычно, приступая к новому делу, Акира почти не нервничал, но сейчас ему было не по себе. С самого начала всё выглядело странным – почти полное отсутствие зацепок в деле, отношение деда клиентки к потерянному предмету, её уверенность, что флакон оказался в руках девушки с рисунка. Акира успел так внимательно изучить портрет незнакомки, что наверняка узнал бы в первую секунду, если б она вдруг ему встретилась.

Он уже успел созвониться с другом, который жил в Москве, и тот ждал его приезда. Остановиться в доме, где тебя всегда рады видеть, будет куда приятнее, чем в отеле. К тому же, друг давно жил в России, хорошо знал язык и обещал помочь в поисках.

Тору давно заснул, так и не выпустив из пальцев мобильный телефон. Акира закончил укладывать чемодан и тоже лёг, но сон не шёл. Отчего-то казалось, будто он упустил нечто важное и вот-вот опоздает, не успеет остановить то, что неотвратимо приближалось. Чувство было неприятным и гнетущим, как нависшая над головой тяжёлая глыба, готовая в следующую минуту рухнуть. Больше всего оно напоминало плохое предчувствие, чуждое привычному здравомыслию частного детектива, что ему совершенно не нравилось.

Захотелось с кем-то поговорить, разбудить брата, рассказать ему всё, но Акира, отогнав неуместное желание, сцепил зубы, закрыл глаза и попытался заснуть. Механический будильник негромко тикал на столике, и этот размеренный звук немного успокаивал, давал ощущение стабильности. Однако и оно сейчас чудилось неустойчивым, смутным и зыбким, точно отражение в бегущей воде.

Примечания

Мэйдзи

– период в истории Японии (1868—1912), правление Императора Мэйдзи.

Омурайсу

– омлет с рисом, популярное японское блюдо.

Юката

– традиционная японская одежда, представляющая собой летнее повседневное хлопчатобумажное, льняное или пеньковое кимоно без подкладки.

Хай

– универсальное стандартное выражение, которое может означать «да», «понимаю» и «продолжайте» (совсем не обязательно означает согласие).

Глава 9

Непредвиденные обстоятельства

Токио, июнь 2010 г.

Мегуми

На встречу Мегуми пришла несколько раньше. Шагая от станции Синдзюку к парку Синдзюку Гёэн, она размышляла, показывать ли Мори Тору и первую обнаруженную в семейных архивах фотографию. Ту, на которой запечатлён он сам, только гораздо моложе. Или не стоит? В конце концов, то, что они были знакомы в начальной школе, никак не относилось к истории пропавшего флакона.

Летняя жара немного схлынула после недавнего дождя, впрочем, очевидно, что ненадолго. Поэтому и людей в парке оказалось довольно мало. Встретилось лишь несколько вооружённых фотоаппаратами туристов, которые оживлённо восторгались всем подряд. Кто-то спросил у неё дорогу, и Мегуми остановилась, чтобы подсказать, как пройти к следующей популярной достопримечательности. Затем направилась к одному из садов в японском стиле, где они договорились встретиться с младшим братом частного детектива.

Что же касалось Мори Акиры, то сейчас он наверняка находился в пути. Мегуми вспомнилась Москва. Огромная, шумная, полная контрастов. Настоящий человеческий муравейник! Как в нём найти одну девушку? Не слишком ли нереальна эта задача? Может быть, следовало просто смириться с потерей, набраться смелости и рассказать дедушке правду?

Нет! Мегуми остановилась возле окружённого кустами пруда и решительно тряхнула головой. Ещё рано сдаваться! Пока дедушка пребывает в неведении о судьбе доверенного внучке предмета, она должна сделать всё возможное. Даже если для этого придётся взять в союзники такого ненадёжного молодого человека, как Мори Тору.

А вот и он. Мегуми наблюдала, как парень приближается, и на душе становилось всё тяжелее. Почему-то каждая новая встреча порождала плохие предчувствия и безотчётный страх, в природе которого никак не получалось разобраться. Но, в то же время, примешивались и другие ощущения, не менее странные. Всё это тревожило и заставляло быть осторожнее. Вчера вечером Мегуми хотела по привычке полистать любимый блокнот, однако почти сразу же вспомнила, что его нет, и настроение снова испортилось. Но, если согласиться на предложение выяснить что-то о женщине, которая ей снилась, Тору ведь вернёт её вещь?

По правде говоря, Мегуми и самой хотелось узнать больше. Ведь дедушка, когда рассказывал ей всю эту историю, наверняка о чём-то умолчал. Как и для чего он нашёл Мори Аои незадолго до того, как её внук нанёс визит в дом семьи Акияма? Только ли для того, чтобы напомнить ей о том, что вторая семья тоже несёт ответственность? Если они были знакомы в юности, то отчего снова отыскали друг друга только в пожилом возрасте?

- Добрый день! – произнёс Мори Тору. – Смотрю, вы выбрали уединённое место. Самое то для приватного разговора.

- Вы сами его выбрали, - холодно ответив на приветствие, процедила Мегуми. На настроении собеседника её поведение никак не отразилось – он продолжал улыбаться. – Вот, взгляните.

Она вытащила из сумки фотографию с дедушкой, но вслед за ней выскользнула другая. Мори Тору, опередив Мегуми, наклонился и поднял снимок первым. Вгляделся в изображение, затем перевернул и присвистнул.

- Значит, мы всё-таки встречались в детстве?

- Это не имеет значения! – Мегуми почти вырвала у него из рук фото и снова спрятала.

- Если не имеет, почему же вы тогда принесли эту фотографию?

- Случайно.

- Постойте-ка! Мы учились в одной школе, скорее всего, в одном классе, а, значит, ровесники. Так что, вполне можем перейти на неформальное общение.

Мегуми не успела возмутиться, как он взял у неё второй снимок.

- Как интересно! Никогда не видел у бабушки такой карточки...

- Возможно, это единственный экземпляр. – Мегуми нахмурилась. – Дедушка не рассказывал мне, что они дружили в молодости.

- Дружили? – Собеседник иронично приподнял брови. – Да между ними явно было что-то большее!

- Дедушка любил мою бабушку, а не вашу!

- И сколько ему сравнялось лет, когда он её встретил?

- Кажется, около тридцати.

- А здесь явно меньше! Так что, встретились они ещё до того, как вступили в брак с другими людьми.

- Но почему же тогда они не поженились? – растерянно пробормотала Мегуми. Эта версия имела право на существование, и всё же... Непросто оказалось представить собственного дедушку юным и влюблённым в ту, кого видела только во сне.

- Всякое могло быть. – Тору пожал плечами. – Может, родственники воспротивились.

- Возможно... – Мегуми задумалась. Должно быть, об этом не знал никто из её семьи, но дедушка сохранил фотографию, значит, Мори Аои была ему дорога.

- Я тут выяснил, что подруга бабушки – Кояма-сан – живёт в Ямагучи. Надеюсь, она не откажется ответить на парочку вопросов. Мы ведь имеем право узнать правду, верно?

- Вы продолжаете настаивать, чтобы я поехала с вами? – вздохнула Мегуми.

- Разумеется! У тебя ведь сейчас тоже каникулы! – собеседник, не дождавшись её разрешения, продолжал разговор так, словно они являлись давними друзьями. – Да и блокнот всё ещё у меня...

- Это шантаж! – Мегуми вскипела, но замолчала, когда поняла, что парень не без удовольствия наблюдает за её негодованием.

- А что тебя смущает? Просто деловая поездка. К тому же, тебе лучше не мелькать лишний раз перед дедушкой, пока он не начал задавать нежелательные вопросы.

- Хорошо. Я поеду. Но блокнот хочу забрать сейчас.

- Завтра, - просиял Тору. – Мы поедем завтра, и я сразу же отдам блокнот. Всего сутки ещё осталось подождать.

- Я не собираюсь передумывать!

- Я тоже. Так что? До встречи на железнодорожной станции?

- Почему не самолётом?

- Мне некуда торопиться.

С этими словами он развернулся и зашагал по тропинке, засунув руки в карманы джинсов.

Самара, июнь 2010 г.

Алина

Дождаться встречи с востоковедом оказалось нелегко. Минуты текли расплавленным стеклом, и даже проливной дождь, сменившийся июньским солнцем, не принёс долгожданного облегчения. Родители, которые были в отпуске, уехали на дачу к друзьям, Алина же отказалась составить им компанию и провела воскресенье за книгой. Но отчего-то любимое занятие, обычно дарившее спокойствие и гармонию, сейчас совершенно не увлекало. Хотелось, чтобы поскорее настало утро.

Виктор Арсентьевич сказал, что ей нужно прийти в недавно построенную выставочную галерею. Обычно Алина старалась следить за культурной жизнью города, но там ещё не бывала. Будет повод взглянуть.

Впрочем, сейчас это мало её интересовало. Гораздо важнее узнать, что за иероглифы на флаконе и мешочке, в котором тот хранился. Вдруг там что-нибудь важное?

Перед сном Алина долго ворочалась в постели, но затем решила, что, чем быстрее заснёт, тем скорее настанет завтрашний день, и поднялась с кровати. В шкафчике отыскала снотворное, которое как-то выписывали родственнице, и проглотила сразу две крохотные белые таблетки, запивая тепловатой кипячёной водой. К подобным лекарствам организм не привык, так что долгий сон не заставил себя ждать.

Москва, июнь 2010 г.

Акира

За иллюминатором лёгкой дымкой проплывали летние сумерки. После десяти часов в самолёте самочувствие было не из лучших. Хотелось оказаться там, где можно будет вытянуться в полный рост, а ещё желательно, чтобы поблизости не вопили дети и не переговаривались взрослые.

Кеничи, не слушая никаких возражений Акиры, прибыл встречать в аэропорт. Друг выглядел хорошо – стройный, подтянутый и, похоже, вполне довольный жизнью. Сколько же они не виделись? Давно. А всё же можно не сомневаться – пройдёт совсем немного времени, и между ними снова не останется никаких барьеров, точно они всё ещё ученики одной из старших школ Токио, а не взрослые люди, один из которых уже давно обитает в другой стране.

- Расскажи поподробнее, что тебя сюда привело, - попросил Кеничи, когда они оказались в машине. – Я понял, что это связано с работой, но удивился. Разве все твои клиенты не японцы?

- Моя клиентка – японка, - ответил Акира. – Она учится в Москве.

- Вот как? Когда вы встречаетесь?

- Мы уже встречались, но сейчас она в Токио.

- Точно, у здешних студентов ведь каникулы! Как бы то ни было, мне стоило бы её поблагодарить, - хмыкнул школьный друг. – Не приди ей счастливая мысль обратиться к тебе, едва ли ты бы приехал, так? Отговорился б работой, как и всегда. Со своей стороны обещаю помочь всем, чем смогу.

- У тебя есть знакомые в городе Самара?

- Самара? – переспросил Кеничи. – Хм... Знакомых, которые там живут, у меня точно нет, но зато есть знакомый, который как раз недавно туда уехал по делам.

- Кто он? – Акира, почуяв нить, которая могла привести к искомому, напрягся, и его снова кольнуло недавнее чувство, которое не давало спать ночью. Словно что-то должно произойти.

- Русский. Востоковед. Мы познакомились в посольстве, он там какие-то книги брал.

- Ты можешь с ним связаться?

- Смогу, но лучше позвонить ему завтра. А сегодня можешь немного отдохнуть перед началом работы. Хочешь, поедем в ресторан?

- Нет, благодарю, - тут же отказался Акира. – После перелёта что-то не хочется. Домашний ужин меня вполне устроит.

- Даже холостяцкий? – хмыкнул собеседник. – Хорошо, как скажешь.

Токио, июнь 2010 г.

Тору

Утро началось с предвкушения чего-то приятного. Тору открыл глаза и широко улыбнулся, вспоминая вчерашнюю встречу с Мегуми. Он специально не стал затягивать беседу и ушёл первым. Зато сегодня... О, сегодня им предстоят долгие четыре с половиной часа в поезде, затем ещё двадцать пять минут на другом, так что пробыть в его компании ей придётся достаточно. А ведь впереди ещё и обратная дорога. Всё-таки правильно он сделал, настояв на совместной поездке!

Пунктуальная Акияма Мегуми приехала на вокзал раньше и в ожидании нетерпеливо вертела головой по сторонам. Тору некоторое время понаблюдал за ней издали, прежде чем подойти. Сегодня она была в светлых летних брюках и белоснежной блузке с рукавами до локтей, в тон небольшому рюкзаку на плече. Казалось, девушка сама не догадывалась, как хороша в такие минуты – когда не думает о том, как выглядит со стороны, не загоняет себя в строгие рамки воспитания и даёт выход эмоциям. Вдруг отчаянно захотелось, чтобы она оставалась такой только с ним, только для него, чтобы прочие даже и не догадывались об этой стороне её личности.

Когда Мегуми заметила его, Тору помахал ей рукой.

- И всё же почему не самолётом? – снова спросила она, когда они покупали билеты.

- Слышал, что тамошний аэропорт находится в неудобном месте, - отмахнулся Тору. – Ты ведь тоже давненько не отдыхала в Японии, так что можешь почувствовать себя туристкой. Видами из окна полюбуешься.

Мегуми вскинула на него глаза, но ничего не ответила. В ожидании синкансэна они почти не разговаривали. Тору вдруг вспомнил, что на завтрак выпил только кофе и ничем не запасся в дорогу.

- Куда ты? – хмуро поинтересовалась спутница, когда он отошёл в сторону.

- Хочу купить бэнто.

- У меня есть.

- Я хочу купить для себя.

- И для тебя тоже.

Тору решил, что ослышался. Или она пошутила? Но Мегуми смотрела на него серьёзно, без улыбки.

- Ты купила мне бэнто?

- Сама приготовила.

- Правда?

Мегуми кивнула и отвернулась. Тору уставился ей в спину, гадая, каких ещё сюрпризов от неё ждать. Она ведь не проявляла к нему ни грамма симпатии! Тогда отчего решила угостить собственноручно приготовленным обедом? Просто из вежливости?

Для большинства его японских сверстников совместная поездка в другой город с девушкой почти наверняка означала бы что-то большее, нежели приятельские связи. Но Тору, прожив некоторое время в Америке, относился ко всему несколько проще, к тому же, сам вчера сказал, что цель их пути чисто деловая. Однако его грызло любопытство, так же воспринимает ситуацию Мегуми или не совсем. Всё-таки она девушка и японка, даже если в России, где та учится, другие нравы. Может, ему стоит воспользоваться случаем и...

Тору вспомнил фотографию, которая вчера выпала из сумки Мегуми. У него такого снимка не было. Впрочем, возможно, что копия просто не сохранилась. Фото подтверждало – они, в самом деле, познакомились ещё в пору учёбы в начальной школе. Теперь можно не сомневаться. Но это ведь вовсе не означает, что та легенда о ней.... о них... Возможно, Мейлин просто нашла удобный повод его отшить, и нечего даже думать, что та могла говорить серьёзно.

Их места в поезде находились рядом, и, опираясь на подлокотник, Тору невзначай задел рукав спутницы. Та бросила на него сердитый взгляд и вытащила из рюкзачка наушники от плеера. Похоже, беседовать с ним она не желала. Тору невозмутимо извлёк из кармана телефон, отключил звук и запустил любимую игру. Дорога только начиналась.

Самара, июнь 2010 г.

Алина

После выпитых на ночь таблеток Алина чувствовала себя отвратительно. Проснулась почти в полдень с головной болью и неприятной слабостью во всём теле. Хотелось снова забраться под тонкий плед и заснуть на сутки, но мысли о предстоящей встрече с востоковедом не позволяли. Без аппетита пообедав лёгким овощным салатом, она попыталась поработать, но самочувствие даже после большой кружки кофе оставляло желать лучшего, потому перевод молодёжного фантастического романа пришлось отложить. Стоя перед зеркалом, Алина с неудовольствием отметила собственный чересчур бледный вид – ни капли загара, глаза небольшие и скучно-серые, а из-за маленького роста и худобы вечно за подростка принимают. Вспомнилась вдруг девушка, с которой они обменялись пакетами. Такая яркая, красивая нездешней экзотической красотой, похожая на редкую бабочку, случайно залетевшую в переполненное московское метро.

Со вздохом Алина остановила выбор на длинном, до пола, бирюзово-белом хлопковом сарафане и подыскала к нему белые босоножки на высоком каблуке, которые надевала лишь в исключительных случаях. Но ведь сегодня как раз такой! Сегодня она наконец-то узнает что-то новое о найденном ею флаконе. И тот снова окажется в её руках. Поскорее бы!

Но встречу назначили ближе к вечеру, и времени ещё оставалось достаточно. Вот только не было настроения тратить его на какие-то обыденные дела. Алина осторожно, чтобы не помять сарафан, забралась в кресло с ногами и, закрыв глаза, попыталась представить себе страну, из которой происходил флакон. Далёкую, невообразимо загадочную... Интересная, должно быть, работа у востоковедов.

Спустя некоторое время запищал будильник, сигнализируя о том, что пора выходить из дома. Алина встрепенулась, провела расчёской по волосам, тронула губы светло-розовым блеском – более сложного макияжа она в жаркое время не делала. Застегнула ремешки босоножек и поморщилась, почувствовав, как неудобно в них с непривычки.

Ямагучи, июнь 2010 г.

Мегуми

Женщина, помогающая Кояме-сан по дому, сообщила, что хозяйка уехала и будет завтра.

- Я не думал, что её не окажется на месте, - проворчал Тору, когда они отошли на некоторое расстояние от дома. – Она ведь пожилая.

- Это не значит, что она не может быть в отъезде! Что нам теперь делать? Возвращаться в Токио, а затем опять ехать сюда?

- Зачем? – Тору захлопал ресницами. – Заночуем в каком-нибудь рёкане, а завтра придём и поговорим с Коямой-сан, как и собирались.

- Ты предлагаешь остаться здесь на ночь?

- А что такого? Ты ведь большая девочка. Позвони родителям и скажи, что в туристической поездке. Имеешь право. Так будет куда лучше, чем снова ездить туда-сюда.

Мегуми вынуждена была признать, что он прав. Обидно проделать такой долгий путь, чтобы, наткнувшись на запертую дверь, тут же отказаться от цели. Если Кояма-сан будет дома завтра, они нанесут ей визит, как и собирались.

- Хорошо. Но всё же тебе следовало бы сначала связаться с ней по телефону, - упрекнула спутника Мегуми, но тот её уже не слушал – увлечённо болтал с прохожим. Наверное, спрашивал, какой рёкан лучше.

Мегуми смирилась. После дороги хотелось принять ванну и отдохнуть. В поезде она слушала музыку и даже ненадолго заснула, а, когда открыла глаза, обнаружила, что её голова лежит на плече Тору, и ужасно смутилась. Мог бы разбудить! Остальные немногочисленные пассажиры как раз приступили к обеду, и она тоже достала бэнто, а затем невольно то и дело посматривала в сторону сидящего рядом парня, пытаясь определить, нравятся ли ему еда и оформление.

- Вкусно! – сказал он и подмигнул ей. Мегуми вспыхнула и отвернулась, сделав вид, что пропустила его слова мимо ушей. На самом же деле, ей неожиданно стало так приятно, что даже сдержать улыбку не получалось, но Тору этого не увидел.

Они пересели на другой поезд, чтобы добраться до Ямагучи, а затем отыскали дом Коямы-сан, но, как оказалось, сегодня им никакого разговора не светило.

- Я всё разузнал, - сказал Тору, поблагодарив случайного собеседника за помощь. – Пойдём!

Самара, июнь 2010 г.

Алина

Новая выставочная галерея оказалась не слишком большой. Почти весь её потолок был стеклянным, да и окна вытянулись практически во всю стену. Пахло свежей краской, воздух из кондиционера приятно охлаждал. Длинное полупустое помещение казалось похожим на аквариум, в котором вместо рыбок обитали люди. Алина вошла и, отметив, что пол здесь чересчур скользкий, спросила у девушки на входе, где ей найти востоковеда из Москвы.

- Выставка ещё не открылась, - манерно произнесла та.

- Я знаю. Но он назначил мне встречу.

- Тогда проходите.

Алина почему-то ожидала, что этот человек будет похож на Виктора Арсентьевича, но тот оказался совсем другим. Намного моложе, с модной бородкой и длинными рыжеватыми волосами. Он протянул ей руку и попросил называть его просто Игорем, без отчества.

- Сразу перейдём к делу? – спросил он, окинув её быстрым взглядом. – Занятная штука, ничего не скажешь. Я был удивлён.

- Что там написано? – нетерпеливо отозвалась Алина.

- Видите ли, иероглифы на мешочке и самом флаконе разные. На ткани написано предупреждение. А на флаконе стихотворение. Я бы даже сказал, заклинание. Такие вещи очень сложно переводить, - добавил собеседник, почесав в затылке.

- Заклинание? – растерянно переспросила она. – Настоящее?

- Ну, не мне судить.

- А предупреждение о чём?

- Не трогать и не открывать.

- Вот как... Но он ведь и так не открывается. Вы тоже пытались?

- Ага. Знаете что, наверное, я зря назначил встречу именно здесь. Меня могут отвлечь. Может, увидимся позже, когда я закончу работу? Как насчёт посидеть в каком-нибудь кафе?

- Хорошо. Но вы можете вернуть мне флакон сейчас?

- Могу, - неохотно согласился он. – Подождите.

Игорь отошёл и через некоторое время вернулся. Алина взяла знакомый мешочек и, не в силах удержаться, извлекла из него флакон. Тот привычно лёг в ладонь, и она почувствовала, как пульс участился.

- Я вам позвоню, - сказал Игорь.

- Вы знаете мой номер?

- Виктор Арсентьевич сообщил.

Алина развернулась и зашагала к выходу.

Она и сама не могла бы ответить, что именно случилось. То ли поскользнулась, то ли наступила на длинный подол, то ли некстати расстегнулась босоножка, но пол вдруг ушёл из-под ног, и Алина едва успела понять, что падает. Флакон вылетел из рук, громко хрустнул при ударе о твёрдую поверхность и рассыпался в воздухе яркими зелёными искрами. Что-то угрожающе затрещало, по оконному стеклу пробежала глубокая неровная линия, такая же появилась на потолке, за ней ещё одна, и всё начало рушиться стремительно и неотвратимо. Алина закрыла голову руками и, услышав звенящий крик, не сразу поняла, что это кричит она сама.

Примечания

Синкансэн

– (в буквальном переводе с японского «новая магистральная линия») общее название высокоскоростных железных дорог, соединяющих важнейшие города Японии.

Рёкан

– гостиница в традиционном японском стиле.

Глава 10

Те, кто рядом

Ямагучи, июнь 2010 г.

Мегуми

Решили добираться пешком. Мегуми прежде не бывала в Ямагучи. После Токио город казался небольшим, менее оживлённым и не таким переполненным. Но здесь было ничуть не прохладнее. Спустя некоторое время она уже пожалела о том, что они не взяли такси.

А этому всё нипочём! Покосившись на спутника, Мегуми обнаружила, что тот бодро шагает вперёд. Кажется, даже ничуть не вспотел.

- Мы пришли! – провозгласил он где-то через четверть часа, указывая на здание с такой гордостью, будто самолично выстроил рёкан.

- Наконец-то!

Одежда неприятно липла к телу. Мегуми порадовалась тому, что вскоре сможет смыть с себя пыль и пот, а затем переодеться в гостиничную юкату. Как давно она не отдыхала в таких местах! Мори Тору оказался прав. Она, в самом деле, чувствовала себя туристкой в незнакомой местности.

- Красиво... – пробормотала Мегуми, залюбовавшись.

Построенный в традиционном японском стиле и окружённый садом рёкан выглядел долгожданным островком покоя. Сказочным оазисом посреди суеты. Должно быть, осенью здесь ещё лучше, и Мегуми вдруг кольнула тоска при мысли о том, что в сентябре ей необходимо быть в университете, так далеко отсюда, что даже воспоминания об этом дне наверняка станут похожими на сон...

Вслед за Тору она прошла через сад и перешагнула порог. Как и в любом рёкане, их радушно встретили и проводили в номера. Цены Мегуми не заботили, она знала, что может себе это позволить, потому сразу же попросила комнату с отдельной ванной – не хотелось идти в общую, да и в купальню на горячих источниках пока не тянуло.

Казалось, там, где они очутились, старина и современность успели смешаться так плотно, что отделить одно от другого уже не получалось. В традиционную обстановку с низкими столиками и изысканными композициями икебаны вполне гармонично вписались уютные кресла в европейском стиле и телевизор. Чувствуя, как приятно обдувает разгорячённую кожу воздух из кондиционера, Мегуми направилась в ванную комнату. Настроение стремительно улучшалось. Тот факт, что им пришлось задержаться в этом городе, уже не казался чем-то досадным.

Ванна возле окна во всю стену оказалась круглой и большой, почти как бассейн. Мегуми сбросила одежду и с удовольствием погрузилась в тёплую воду. Хотелось растянуть эти минуты, чтобы они длились как можно дольше, позволить себе полностью расслабиться, нежась в потоках, напоминающих ласковые объятия. Мегуми закрыла глаза и едва не задремала. Спохватилась только тогда, когда едва не погрузилась под воду с головой.

Стук в дверь застал её за надеванием юкаты.

Кто бы это мог быть? Мегуми нахмурилась. Обычно отдыхающих не беспокоили без нужды.

За дверью оказался Мори Тору. Он тоже был в юкате и с феном в руке. С мокрых волос срывались капли воды.

- Что тебе нужно? – спросила Мегуми.

- Могу я у тебя переночевать?

- Что? – Она решила, будто ослышалась. Но собеседник, судя по всему, говорил вполне серьёзно.

- В моём номере что-то случилось, и теперь там нельзя оставаться на ночь.

- Что именно?

- Они объяснили, но я толком не понял. – Тору пожал плечами.

- Разве взамен не предложили другой номер?

- Ладно тебе! Тут целая семья втиснется! Для двоих места вполне достаточно!

- Это неприлично!

- Да не собираюсь я тебя трогать! Пожалуйста!

Почему так сложно возражать и сопротивляться, когда на тебя смотрят с таким выражением? Нашёлся тоже котик из «Шрека»! И как только научился?

- Хорошо. – Мегуми неохотно отступила в сторону. – Но не думай, что я стану развлекать тебя разговорами.

- А как насчёт ужина? – поинтересовался Тору, входя. Вещи свои он тоже предусмотрительно захватил, будто и не сомневался в том, что она ответит согласием. – Здесь подают только завтраки.

- Что ты предлагаешь?

- Можем куда-нибудь сходить. Тут есть кафе совсем рядом. Сказали, там вкусно готовят.

- Опять куда-то идти? – вздохнула Мегуми, остановившись у окна в сад. Отсюда казалось, что и там царит прохлада, однако то лишь иллюзия. В летнее время только дождь мог принести немного свежести, но сейчас небо выглядело безоблачным.

- Ты не голодна?

- Я нередко обхожусь без ужина.

- Понятно теперь, почему такая тощая.

- Это я тощая? – Мегуми возмущённо обернулась. Присутствие Тору что-то изменило в номере, словно он заполнил собою всё пространство. Даже воздух будто стал другим. Или ей мерещилось, потому что непривычно было находиться в одной комнате с мужчиной?

- Ну не я же.

- Если хочешь, иди в кафе. Я собираюсь отдохнуть. – Мегуми снова демонстративно повернулась к собеседнику спиной.

- Неправильная туристка.

- Какая есть.

- Хорошо. Я куплю тебе что-нибудь. – Тору включил фен, а через некоторое время, закончив сушить волосы, вышел из номера.

Мегуми прижала руку к груди. Сердце стучало взволнованно и часто, точно после долгой пробежки. Но почему? Ничего особенного ведь не случилось. Даже запланированный разговор с женщиной, ради встречи с которой сюда приехали, пока отложился. Завтра они вернутся в Токио, и Мори Тору снова станет для неё чужим человеком.

Или нет?

Москва, июнь 2010 г.

Акира

- Не могу дозвониться, - Кеничи обеспокоенно покачал головой.

Акира стоял возле распахнутого балкона, чувствуя, как ерошит волосы воздух из вентилятора. В Москве оказалось не намного прохладнее, чем в Токио, разве что без настолько высокой влажности. Кеничи обитал в одном из спальных районов столицы невдалеке от большого парка, потому воздух здесь казался более свежим и чистым.

Вчера вечером они, как и собирались, поужинали дома и выпили за встречу. Наутро у обоих болели головы, но Кеничи мужественно отправился на работу, а, вернувшись, тут же принялся звонить своему знакомому востоковеду, который отправился в Самару. Пока друга не было дома, Акира отсыпался, чтобы дать организму привыкнуть к смене часовых поясов, а затем пересматривал и систематизировал немногочисленные материалы дела, стараясь не думать о бессмысленности того, во что ввязался.

- Странно. – Кеничи озадаченно отложил телефон, прошёлся по комнате, рассеянно, видимо, по привычке, щёлкнул пультом, включая телевизор. Широкий экран ожил, демонстрируя свежие новости.

В следующую минуту Кеничи замер, не сводя взгляда с того, что там показывали. Акира, заинтересовавшись, тоже повернул голову. Похоже, что-то произошло. Он видел поблескивающие в лучах закатного солнца крупные обломки стекла с острыми краями, серую линию асфальта с неестественно-яркими неровными алыми пятнами, суетящихся людей. Первая мысль: «Землетрясение?». Затем вспомнил, что он в другой стране. Русский язык Акира учил, но давно и не слишком обстоятельно, а комментатор говорил чересчур быстро, поэтому смысл услышанных слов ускользал, и оставалось только смотреть.

Акира вздрогнул, шагнул ближе к экрану, когда камера оператора сконцентрировалась на том, как поднимают на медицинские носилки девушку. Растрёпанные волосы, закрытые глаза, на бледной коже плеча глубокий порез, руки безжизненно свешиваются, одежда напоминает лохмотья. Но всё же девушка была жива, и Акира узнал её. Слишком часто за последнее время всматривался в карандашный портрет, который отдала ему Акияма Мегуми. Он помнил эти черты и не сомневался в том, что видел ту самую девушку, которую искал.

- Где это произошло?! – выкрикнул Акира, указывая рукой на экран.

Кеничи повернул к нему побледневшее испуганное лицо.

- В Самаре. Рухнул стеклянный потолок недавно построенной галереи. Кажется, именно там должна была состояться выставка, для организации которой уехал мой знакомый.

Сюжет закончился, известия сменились другими, но никто из них не пошевелился, чтобы выключить телевизор. Друг волновался за человека, которого знал. Акира же ошеломлённо вспоминал собственные недавние дурные предчувствия. Могло ли всё быть простым совпадением? Что там делала девушка, у которой оказался флакон? Просто приходила посмотреть выставку? Или она искала возможности поговорить с кем-то, кто мог бы что-то сказать об оказавшемся в её руках предмете?

- Мне нужно её увидеть! – Акира, наконец-то преодолев оцепенение, подошёл и нажал кнопку. Экран погас, и в комнате стало так тихо, что зазвенело в ушах.

- Кого? – Кеничи взглянул на него, потирая лоб. Вид у друга был потерянный – должно быть, он продолжал размышлять о том, не пострадал ли его знакомый.

- Девушку, которую показывали в новостях. Она в Самаре. Не спрашивай, откуда я это знаю, но то, что я ищу, должно находиться у неё.

- Нужно выяснить подробности. – Кеничи, казалось, ничуть не удивился. – Я посмотрю в интернете и позвоню тем, кто может что-нибудь знать.

Получив чёткую задачу действовать, он будто бы успокоился и тут же принялся за дело. Акира вытащил из чемодана портрет и посмотрел на изображение девушки, ещё больше утверждаясь в собственной уверенности, что видел именно её. Грудь вдруг сдавил страх за неё – чужую и знакомую одновременно. Медики ведь приехали вовремя, значит, должны помочь и ей, и другим пострадавшим. Но что же там случилось с крышей и... цел ли флакон?

- Я кое-что узнал, - сообщил Кеничи и поставил перед Акирой чашку с зелёным чаем. – Выставка ещё не открылась. Но мой знакомый – Игорь – был там. Он в больнице. Его родственникам только что позвонили.

- Если выставка пока не открыта, значит, и посетителей не должно быть?

- Я так понимаю, да. Но это не значит, что в галерею совсем никого не пускали.

Акира ненадолго задумался. Залпом опрокинул в себя чай – не на церемонии! – и поднялся на ноги. Кеничи настороженно наблюдал за ним.

- Надо лететь в Самару. Ты можешь узнать, в какую больницу отвезли востоковеда? Наверняка и её отправили туда же.

- Я еду с тобой, - решительно произнёс Кеничи. – С работы отпрошусь, ничего страшного. У меня давно не было отпуска.

- Хочешь стать моим переводчиком?

- Не только. Собираюсь тебе помочь. Ещё в детстве хотел попробовать себя в роли частного детектива.

- По-твоему, я похож на Шерлока Холмса?

- А что, я не гожусь на роль доктора Ватсона?

Они переглянулись, и Кеничи неловко похлопал его по плечу. Акира невольно улыбнулся и кивнул, соглашаясь на предложение отправиться в путь вместе. Он знал, что на друга можно рассчитывать.

Ямагучи, июнь 2010 г.

Тору

Кафе, в самом деле, оказалось неплохим. Но Тору не любил обходиться без компании и есть в одиночестве. Поэтому покончил с ужином довольно быстро, захватил бэнто на вынос и вернулся.

Когда он вошёл в номер, Мегуми сидела в кресле у окна и читала книгу в мягкой обложке. Должно быть, привезла с собой. Или наведалась в библиотеку рёкана?

- Я принёс тебе бэнто, - сообщил Тору. – Зря ты со мной не пошла. Там вкусно готовят.

Мегуми, отложив книгу, поднялась с места, подошла и вдруг поклонилась.

- Прости, - сказала она быстро, словно боялась передумать. – Я вела себе не слишком вежливо и грубо с тобой разговаривала. Мне стыдно.

- Да не беспокойся. – Тору даже растерялся от неожиданности. – Я не обиделся.

- Больше не буду, - добавила собеседница. Ему захотелось погладить её по волосам, свободно спадающим на плечи. Тору даже приподнял руку, но тотчас же опустил, вспомнив, что сам не так давно опрометчиво пообещал не трогать Мегуми.

- Я тоже постараюсь больше тебя не дразнить, - ответил он.

- А теперь ты вернёшь мой блокнот? Я ведь приехала сюда с тобой. Уже не сбегу.

- Конечно, - заверил Тору. – Я взял его с собой. Ты, в самом деле, хорошо рисуешь. Никогда не хотела стать мангакой? Я был бы твоим фанатом.

- У меня немного не тот стиль, но спасибо.

- А я мечтал стать фотографом, - неожиданно даже для самого себя признался он. – Кстати, фотоаппарат у меня с собой. Не хочешь побыть моделью?

- Какое внезапное предложение!

- По-моему, у тебя есть все данные.

Комплимент прозвучал немного избито, но, похоже, Мегуми не обиделась. Даже улыбнулась. Открыто, доверчиво, словно они давние друзья... или даже ближе? Тору молчал, не желая нарушать словами магию этого мгновения, когда их глаза наконец-то встретились, и во взгляде стоящей напротив девушки не отражалось ни враждебности, ни упрёка, ни нежелания находиться рядом с ним. Если бы так могло быть всегда!

Вторгшаяся в звенящую тишину мелодия звонка мобильного телефона показалась навязчивой и чужеродной. Тору шагнул вперёд, сам не зная, что собирается сделать дальше, но уже поздно. Мегуми отвела глаза и поспешила на поиски своей сумки.

Тору глубоко вздохнул, чувствуя, как руки сжимаются в кулаки. У него было немало девушек, но ни с кем из них он никогда прежде не чувствовал такой неуверенности. Разве что с Мейлин... Хотя нет, даже с ней не так. Тогда он хотя бы попытался назначить свидание, а тут они наедине, совсем близко. А он вместо того, чтобы приступать к решительным действиям, то неловко молчит, то мямлит затёртые комплименты. Прямо как школьник, впервые заговоривший с красивой одноклассницей!

«Это всего лишь деловая поездка», – сказал себе Тору. Но оправдание, которое он сам привёл в недавнем разговоре с Мегуми, уже перестало действовать. В деловых поездках не живут в одном номере. Деловые поездки не связаны с выяснением информации о семейных привидениях. Если только ты не журналист, специализирующийся на материалах о паранормальном, конечно.

Мегуми говорила негромко, но отдельные слова до него всё же долетали. Судя по всему, ей позвонили родители. Чтобы не мешать беседе, Тору вышел из номера в пустой коридор. Захотелось окунуть голову в холодную воду, а лучше нырнуть туда полностью. Прошло несколько долгих минут. Тору решил прогуляться в саду. Он как раз отходил от двери, когда за ней послышался сдавленный вскрик.

Мегуми

Она рассказала маме почти правду. Что поехала в Ямагучи, где раньше никогда не бывала. Вот только о том, что отправилась в поездку со спутником, умолчала.

Закончив разговор, Мегуми покосилась на дверь. Вспомнилось, как смотрел на неё Мори Тору некоторое время назад. Так внимательно, пристально, так... заинтересованно. Может, всё же не следовало позволять ему оставаться на ночь в её номере? Но отказывать уже поздно. Интересно, куда он ушёл? Может, позвать?

Мегуми сделала шаг к двери, когда в глазах вдруг потемнело. Вокруг скапливались, сгущались тени, брали в кольцо, не давая двигаться вперёд. Дверь будто отодвинулась, стала чем-то далёким и недосягаемым – не добраться. Ноги ослабели, по коже пробежала дрожь. До ушей долетел едва слышный шёпот, похожий на шелест ветра в камышах.

Что-то сдавило шею, мешая дышать. В последнем усилии воли Мегуми закричала. Негромко, гораздо тише, чем ей хотелось, чем того требовал ужас, ледяными пальцами сжимающий горло.

Дверь открылась. Раздались шаги – торопливые, слишком громкие для этого места. В следующую минуту Мегуми соскользнула на пол, больно ударилась коленями. Её подхватили, обняли, на место жуткому потустороннему шёпоту пришёл учащённый стук чужого сердца и знакомый взволнованный голос. Холодные пальцы на шее разжались, исчезли, и всё же казалось, что, если она взглянет в зеркало, то непременно увидит на коже следы от них.

- Что случилось? – спрашивал Тору, поддерживая её за плечи. – Скажи! Что тебя напугало?

- Не знаю, - выдохнула Мегуми. Огляделась – в комнате снова было светло, сад за окном окутывала летняя ночь, где-то мелодично звенел фурин. Будто вернулось прежнее умиротворение места, где они находились, и всё же воспоминание о том, что здесь только что происходило, не позволяло расслабиться.

- Ты закричала. Я испугался за тебя, - произнёс Тору. Он всё ещё продолжал обнимать её, и у Мегуми отчего-то не хватало духу отстраниться. Его руки оказались тёплыми, и от него приятно пахло. – Ты ведь так и не поужинала.

- Точно, - вспомнила Мегуми. – Может, и не нужно? Аппетита нет.

- Нет уж, не дам тебе спать, пока не поешь, - сказал Тору. Это прозвучало несколько двусмысленно, однако он тут же расцепил руки и направился на поиски бэнто, которое принёс для неё. Мегуми смотрела на его прямую спину и старалась не думать о том, что случилось бы, останься она в номере одна, без спутника.

- А ты почему не позвонил домой? – спросила Мегуми, садясь за столик. Перед этим она торопливо глянула на себя в карманное зеркальце и никаких синяков на шее не обнаружила. – Твои родители, наверное, волнуются.

- Они привыкли, - беззаботно хмыкнул Тору. – К тому же, я сейчас живу в квартире брата, не у них. А он уехал.

- Интересно, как у него дела, - вздохнула Мегуми. Она всей душой желала, чтобы путешествие в Россию не оказалось для Мори Акиры бессмысленным, и дело тут было вовсе не в деньгах. – Ты так и не рассказал ему о том, что мы... встретились?

- Нет. Может, и расскажу, но позже. Он ведь тоже решил всё держать в секрете от меня.

- Так ты ему мстишь?

- Не совсем. У него своё расследование, а у меня – своё. Вернее, у нас.

Мегуми вскинула на него глаза. Тору сидел напротив, глядя на неё с видом заговорщика. Невольно она улыбнулась в ответ.

Самара, июнь 2010 г.

Алина

Ей снилось место, где она никогда не бывала. Но отчего-то всё казалось знакомым – перекинутый через пруд мостик, ступеньки, ведущие от него к маленькому домику в восточном стиле. Или это храм? А вокруг – деревья и кусты с листвой от изумрудно-зелёного до ярко-алого. Будто лето и осень смешались, создав новое время года.

Казалось, будто она сотни лет не была там, до боли успела соскучиться и теперь отчаянно хотела остаться. Раствориться в шелесте листьев, в плеске воды, в кристально-чистом воздухе. Но что-то мешало и, как бы Алина ни противилась, норовило вытащить её оттуда.

Она с неохотой открыла глаза и поморщилась, созерцая белый потолок. Всё тело казалось тяжёлым, точно, пока спала, его подменили на туловище манекена. Было душно. Пахло лекарствами. Поблизости слышался голос – кажется, кто-то звал её.

- Вы меня слышите?

Над ней склонилось незнакомое лицо. Молодая женщина в белом. Врач или медсестра. Алина начала вспоминать, что случилось. Она была в галерее, чтобы встретиться с востоковедом, и уже собиралась уходить, когда...

Флакон!

Алина рванулась вперёд всем неуклюжим телом и вскрикнула от боли, ощутив, как выскочила из вены игла, разрывая кожу. Женщина что-то возмущённо воскликнула. Раздался ещё один незнакомый голос:

- Разве вы не видите? У неё шок. Такое бывает.

Захотелось возразить, но язык не слушался. Алина закрыла глаза и... снова оказалась в другом месте. Только время года, кажется, сменилось. Теперь её обступали цветущие деревья. Нежные бело-розовые лепестки медленно кружились и падали на землю, будто снежинки.

Сакура?

Примечания

Икебана

– японское искусство составления букетов, а также сам букет, составленный по правилам этого искусства.

Фурин

– традиционный японский колокольчик, сделанный из металла или стекла (иногда также используется керамика или бамбук), с прикреплённым к язычку листом бумаги, на котором иногда изображают стихотворный текст.