Причуды гадалки

Пролог

— Ого! А это еще что? — поднимаясь на свой этаж, я заметил торчащий из своего почтового ящика конверт. Достав его, распечатал на ходу. И присвистнул.

В нем находилось приглашение, которое и вызвало странный восторг. Почему странный? Да потому что мне никогда не присылали приглашений, особенно таких вычурных. Я даже остановился между этажами, разглядывая необычное послание. Бархатная открытка, на ней золотыми тиснеными буквами были выбиты два слова «Пригласительный билет». Красиво и необычно. Но стой-не стой, а домой попасть надо.

Четыре пролета, пока шел до квартиры, разглядывал странное приглашение, не открывая его, а пытаясь угадать, от кого такое может быть. Черный бархат с золотом, плюс я заметил в углу сделанную небольшую корону, тоже из желтого металла. Интрига возросла. Я пытался понять, что может означать корона. Средневековье какое-то. Может меня ролевку приглашают? Но я ими не увлекаюсь. Да и кому могло прийти такое в голову?

Уже в квартире, быстро разувшись, я вошел в комнату, сел за стол и рассмотрел конверт. Самый обычный, обратного адреса не было, впрочем штампа почтового отделения тоже не наблюдалось.

— Выходит, мне ее просто принесли и кинули в почтовый ящик, — вслух подвел итог я, вертя в руках странную открытку.

Наконец любопытство победило. Открыв ее, я увидел вензеля, которыми и было написано, собственно, приглашение. Сквозь все эти каллиграфические финтифлюшки едва разобрал, чего от меня хотят. Оказалось, что меня приглашают в особняк по улице Лесной, где будет проходить прием тех, на кого пал великий выбор. И я один из счастливчиков.

— Сколько высокопарности, — скривился я. — Только интересно, кто и когда делал эти великие выборы? А главное, для чего? Что-то все это меня настораживает, причем не на шутку.

И тут в голову ударила одна мысль, которая заставила скривиться, но все же схватиться за телефон. Если мое предположение подтвердится, значит, дураку понятно: тут что-то нечисто.

— Маш, привет, это Дрон, — представился я, скорее машинально. — Маш, тут такое дело, тебе никакого приглашения не приходило на какой-то…

— Дрон, тебе тоже пришло?! — перебивая меня, заорала в трубку подруга, а мне пришлось ее отставить от уха, во избежание глухоты. — А я уже волноваться начала, что одна там буду, стремно чет. А с тобой и сам черт не страшен, — довольно продолжала вопить Машуля, мне же оставалось только вздыхать, пытаясь выбрать паузу, чтобы вставить хоть слово.

— Маш, послушай меня! — рявкнул я, стоило ей на секунду перевести дух для следующей радостной тирады. Но надо отдать ей должное, после моего рыка она на миг заткнулась. — Маш, тебе не кажется подозрительным, что приглашения рассылаются детдомовским? Чтобы в случае чего искать никто не стал? Зачем столько таинственности? Не к добру это. Еще и гадалка. Не верю я этим шарлатанам. Наверняка куда-нибудь в рабство затащат и ищи-свищи, искать-то нас некому будет. В универе могут сказать, что уехали на ПМЖ куда-нибудь в Америку. В общем, у них, уверен, все шито-крыто и на мази.

— Дрон, ну ты чего кипишуешь? — через секунду раздумий попыталась образумить меня Машуля. — К тому же я уже и показала эту приглашалку товарищам, чтобы в случае чего знали, где нас искать. И если мы до утра не появимся, они всех на уши поставят, особняк по кирпичикам разберут. Так что, можем смело пойти, глянуть, зачем нас пригласили.

Мы обсуждали с подругой этот поход минут сорок, пока она, наконец, меня не убедила. Вот зараза мелкая, еще ни разу не было такого, чтобы она меня не подбила на какую-нибудь аферу. И почему я все время ведусь на это? К тому же прекрасно зная, что добром ни одна затея не закончится. Но ни разу не получилось отказать давней подруге детства, с которой мы вместе с детдома. Именно она была несколько раз причиной наших наказаний. Но обиды на нее ни разу не возникло. Как говорится — с нами стыдно, но весело, а потом страдает пятая точка, которая так хотела приключений, а получила наказание.

— Ладно, Маш, умеешь ты убеждать, — вздохнул с сожалением я. — Только щемит у меня в груди из-за этого приглашения, — признался подруге. — Дурно оно пахнет. Не вышло бы чего. Надо пробить эту гадалку по интернету.

— Так я уже все сделала, — обрадованно выдала Машуля. — И прикинь, она крутая чувиха, за сеанс берет по штуке баксов, и едут к ней отовсюду, даже из-за границы, так как все, о чем вещает, сбывается. Она реально не шарлатанка, прикинь! — с придыханием выдала подруга, а мне стало еще тревожнее. Но я по голосу хорошо чувствовал ее азарт. Наверняка еще и свое будущее задумала узнать. Хотя надо бы отговорить ее от такой затеи. Ничем хорошим она не закончится.

— Маша, тогда за каким надом мы ей понадобились-то? — удивленно спросил я, начиная окончательно запутываться. — Раз она такая крутая чувиха, то зачем ей детдомовские, которых никто в случае чего искать не станет?

— Да ладно тебе, Дрончик, заканчивай ты заморачиваться, — хохотнула Маша. — Все будет на мази, увидишь.

— Мне бы твою уверенность, — вздохнул я и отключился, договорившись встретиться заранее, чтобы вместе поехать к странной женщине.

Я нашел информацию о ней в интернете. Все было именно так, как и говорила Маша. Гадалка Альбина и вправду оказалась слишком востребованной, запись к ней проводилась на полгода вперед. Дар у нее был потрясающий, она не только могла рассказать судьбу вопрошающего, но и без особых усилий изменить ее. Читая отзывы, я все время пытался ухватиться за ниточку какой-то мысли, преследующей меня, но пока не мог. Пока не наткнулся на комментарий одной девушки, которая спрашивала у этой Альбины, чем же она расплачивается за изменение судеб людей, ведь жертва должна быть огромна. Ее комментарий остался без ответа, зато меня будто по башке мешком ударили с песком. Вот оно! Расплата и жертвы. Наверняка именно для этого мы и предназначены. Но тут же в голове будто все мысли вступили в спор. Это же двадцать первый век, жертвоприношение явно не может быть, ведь неизвестно, сколько людей приглашены и скрыть их исчезновение явно будет проблематично. Тогда что? Меня не покидала мысль с подставой. Не просто так нас пригласили. Такая уверенность все больше росла в груди. Зачем преуспевающей гадалке, у которой огромная очередь, звать к себе тех, кто не сможет расплатиться. Ни у меня, ни у Маши не было таких денег. Да и не хотел я для себя никакого гадания. Что будет — то будет. Игры с Судьбой еще никого до добра не довели.

Мозг поплыл и закипел. Я полночи пытался обдумывать все, просчитывать возможные варианты. Но так и не придя к какому-то решению, под утро отрубился, провалившись в тревожный сон, который был забыт, стоило мне проснуться.

В назначенный день я заехал за Машей, которая уже ждала меня во дворе, едва ли не пританцовывая от нетерпения. Ну, девушки, стоит только поманить загадками, и они не думают о последствиях. Никакого волнения в подруге я не заметил. Более того, ее глаза предвкушающе сияли.

В эту секунду, стоило ее только увидеть, я будто взглянул на подругу по-новому. Щуплая, но в то же время довольно стройная, она создавала впечатление грациозной пантеры. Ее короткие светлые волосы постоянно топорщились. Синие глаза смотрели на мир тепло и по-доброму, но бывали моменты, когда в них появлялись сталь и холод. Симпатичное лицо привлекало внимание парней. А улыбка, когда она обнажала ряд ровных белых зубов, способна была растопить лед даже самого угрюмого сноба.

— Привет, Дрон, — заметив мою машину, подруга тут же оказалась в салоне, протягивая руку для пожатия. Мы давно уже привыкли здороваться за руку. Да и просто касания иногда помогали успокоиться, вселяли уверенность. Я ответил, после чего мы тронулись с места. — Ты какой-то слишком серьезный, — нервно хохотнув, тут же выдала Маша, приглядываясь ко мне. — Волнуешься? Думаю, не стоит, я разослала знакомым фото этого приглашения и адрес, где нас искать в случае чего.

Спокойнее от ее слов не стало. Я зябко передернул плечами, бросил быстрый взгляд на Машу и, наконец, поделился своими скверными мыслями:

— Тревожно мне, Маш, а самое паршивое, почему-то кажется, что все эти разосланные фото никакого результата не дадут. Я сам не знаю, что со мной, но такое чувство, будто от гадалки мы не вернемся, то есть мы вообще прекратим свое существование, — я старался говорить быстро, пытаясь озвучить сумбурные мысли, но сам понимал, насколько глупо все это звучит. Хотя состояние в данный момент было таким паршивым. В какой-то момент мне даже показалось: все окружающее нас с подругой я вижу в последний раз. Откуда такие мысли — никак не получалось осознать. Наверное, это как у тех, кто предчувствует свою смерть, такое же состояние в данный момент было и у меня.

— Дрон, ты чего гонишь? — как и следовало ожидать, подруга тут же недовольно сдвинула брови. — Сам-то понял, что сказал? Ну как, скажи на милость, люди перестанут существовать. Да и куда нас могут деть? Все это полная чушь, забей и просто наслаждайся новым приключением.

Отвечать я не стал. Только еще больше сосредоточился на дороге. Маша тоже сидела насупившись, не желая поддерживать разговор. Так в тишине мы доехали до особняка Альбины, где на широком резном крыльце нас встречал какой-то тип в длинной тунике, в маске, закрывающей как голову, так и пол-лица мужчины или парня, этого было не разобрать.

Как только мы вышли, нам тут же взмахом руки предложили следовать за сопровождающим. Отказываться не было смысла, мы ведь за этим сюда и приехали. Вот только войдя в полутемный особняк, поразились, что стены голые, задрапированы черным и красным. На стенах висели факелы, позволяющие не расшибить лоб в темноте, но в то же время давая очень мало света, чтобы досконально все рассмотреть.

Нас провели в большую комнату, где стоял стол, на котором высился прозрачный большой шар, внутри него что-то плавало. Также на столе стояли палочки, свечи, лежали кучи разных прибамбасов, предназначения которых идентифицировать не удалось, как бы мы ни старались. По периметру стены стояли кресла, в них нам и предложили присесть. Только усаживаясь в мягкие кресла, заметили, что три из семи были заняты, в них расположились две девушки и парень. Пустыми после нашего приземления остались только два сидения. Значит, «счастливчиков» должно быть семеро? Странно, все очень странно, а главное — реально становилось страшно.

Пока я до боли и рези в глазах всматривался в предметы на столе, в эту странную комнату, которая освещалась только двумя свечами, стоявшими по бокам шара, вошли еще два парня, заняв свободные места. Я повернул голову, пытаясь рассмотреть приглашенных и… едва не подпрыгнул от ужаса. Они все смотрели в одну точку, почти не мигая. Только их глаза неестественно блестели в свете свеч. Я нагнулся к Маше, потормошив ее за плечо, она никак не отреагировала, продолжая таращиться в одну точку.

— Маш! Маша, ответь мне, — в испуге я начал трясти подругу. — Ответь мне, черт тебя дери, слышишь меня? Да что с тобой такое? — подруга болталась из стороны в сторону, как тряпичная кукла, никак не реагируя. — Маша-а-а-а-а! — делая попытку за попыткой, пытался я привести ее в чувство. Остальные приглашенные сидели как каменные изваяния, совершенно не обращая на меня внимания. — Да что тут происходит?! — заорал я, наблюдая за тем, как толстая и тяжелая красная бархатная портьера колыхнулась, и из-за нее показалась ослепительно красивая женщина, которая недоуменно смотрела в мои полные ярости глаза.

— Вы чего расшумелись, молодой человек? — улыбнулась женщина, а в глазах полыхнул огонь. Или это игра света и мне показалось? Да нифига мне не показалось, ее глаза сузились, а зрачок начал становиться вертикальным. Оп-па, вот это номер.

— Что. Ты. Сделала. С ними? — выделяя каждое слово, спросил я, подскочив к ее столу и поставив на него обе руки, а сам корпусом подался к этой гадалке. — Отчего они все заторможенные?

— Я не понимаю, почему на тебя не подействовало, — будто бы не слыша моих вопросов, произнесла та, словно разговаривая сама с собой. — В тебе нет смешанной крови, я бы почувствовала, ты обычный человек, но тем не менее… — и тут она замолчала, вперив в меня такой взгляд, будто пыталась просканировать мои внутренности.

— Что ты несешь? Что на меня не подействовало? Зачем нас вообще сюда пригласили? — начал звереть я. Эта дама, несмотря на свою красоту, вызывала только отторжение и ярость.

— Вы жертвы, — равнодушно пожала плечами женщина, на этот раз смотря будто мимо меня. — Такими, как вы, я расплачиваюсь за дар, которым меня наделили, но самое главное — за молодость.

— Не боишься со мной откровенничать? — усмехнулся я, стало понятно, что отсюда нам не выбраться. — К тому же мы с подругой разослали всем нашим знакомым копии пригласительных и сообщили, куда идем, — попытался испугать ее я, но тут… женщина, запрокинув голову, заливисто расхохоталась, а мне стало страшно от ее смеха и от того, что я чувствовал какой-то подвох во всей этой ситуации. Как оказалось, я не ошибся.

— Как только вы переступили порог особняка, перестали существовать в этом мире, — гадалка неизвестно чему радовалась, наблюдая за мной. — Вас больше нет, и не было никогда. Ни один из ваших знакомых вас и не вспомнит. А разосланные приглашения сочтут шуткой неизвестного, — пояснила женщина, а я, вместо того, чтобы усмехнуться всей этой ахинее, почему-то поверил ей, сразу и безоговорочно.

— Но зачем тебе это? С кем ты расплачиваешься? И что теперь будет с нами? — раз уж она пошла на откровенность, не мешало бы узнать, к чему быть готовым. — Но самое главное, почему, как ты сказала, на меня не напал такой же ступор? А отчего они вообще застыли?

Пока нас не принесли в жертву, я старался узнать побольше. Неизвестно, вдруг нас не убьют сразу и появится шанс спастись. Но для этого необходимо было получить побольше информации. Я всегда верил, из любой оппы можно найти выход. Главное задаться целью. И у меня она была. Еще и Машу стоило вызволить из передряги, иначе я себе никогда не прощу ее смерти.

— Какой ты любопытный, — усмехнулась гадалка. Потом глянула на миниатюрные часики на запястье и довольно заметила: — Но так и быть, полчаса у нас есть, за вами придут позже, — только я собрался задать вопрос: кто придет и зачем, как она сама стала говорить: — Расплачиваюсь я с иномирцами-магами, которые и наделили меня даром. Как и когда, не твое дело. Но суть одна: я должна раз в год поставлять семь человек ковену. Для чего — не знаю, да и неинтересно мне это. А застыли они от элементарного заклятия забвения, которое находится на свечах. Стоит на них посмотреть и все, человек впадает в транс.

Я слушал женщину и пытался понять: или она свихнулась на всей магической чуши, или я резко повредился умом? Какие маги? Да еще иномирянцы. У нас техногенный мир. Все фантастические финтифлюшки — выдумки авторов. Гадалка заигралась в магию? Но как бы я себя сейчас не ругал за веру словам шарлатанки, но все же продолжал спрашивать дальше.

— А со мной тогда что не так? — задал я вопрос, пока еще не понимая, плохо это или хорошо, что я остался в здравом рассудке.

— А вот этого я и не знаю, — тут же нахмурилась женщина, разглядывая меня с головы до ног. — Пусть с этим маги разбираются, они уже скоро прибудут, порталы между мирами — дело хлопотное.

— А ты хорошая сказочница, — неизвестно чему развеселился я. — Какие порталы? Между какими мирами? Ты что мне лапшу на уши вешаешь? Я похож на ребенка малого, сказкам верить?

— Хм… — женщина усмехнулась. — Я всего лишь констатировала факт, не требуя твоей веры. К тому же мне нет смысла тебе что-то доказывать или убеждать, скоро сам все увидишь, так как вас как раз заберут в тот самый мир, а вот для чего…

Договорить она не успела. В комнате вдруг стало светлее, прямо между нами загорелась точка света, которая начала увеличиваться. Я широко раскрытыми глазами наблюдал за этим действом и не уставал поражаться. А ведь гадалка не соврала, это и правда был портал. Откуда такая уверенность? Не знаю, но мне вдруг показалось, что я даже расчеты могу произвести в уме именно такого пространственного портала между мирами. Более того, это именно мои расчеты сейчас и используются.

Что за бред лезет в голову? Откуда эти мысли? Что со мной происходит? Мое сознание будто раздвоилось, но не так, чтобы я стал разговаривать сам с собой, а так, что одна моя часть будто все это знала, предвидела, вспоминала что-то, а вторая часть сознания продолжала сопротивляться всему необычному.

— Это что такое? — раздался зычный рык первого вышедшего из портала недовольно уставившегося на меня мага. — Почему он не под заклятием?

Мне в этот момент захотелось ответить что-нибудь колкое, пустить в ход кулаки, уж больно они зачесались. Но тут вторая часть сознания радостно встрепенулась, побуждая ничего не предпринимать. Загадки собственного разума меня на несколько минут дезориентировали. Момент оказался упущен.

— Не берет его ничего, я уже три применила, — равнодушно ответила гадалка. — Можешь попробовать сам, ты ведь сильнее меня. Вдруг у тебя получится.

— Некогда, время портала ограничено, — зло процедил вошедший, протягивая руку к приглашенным. От ладони полился свет, на который по очереди вставали парни и девушки, и как овцы на заклание, шли на этот свет, а потом и входили в портал, где виднелись силуэты еще троих.

— А с этим-то что? — вдруг спохватилась женщина, когда все были уже почти по ту сторону, а сама воронка начала сужаться. — Мне он здесь не нужен. Забирай его с собой, а там разберешься, что с ним не так.

Вместо ответа, маг быстро схватил меня за руку и дернул на себя как раз в ту секунду, когда портал со звонким чпоком захлопнулся за мной. Я даже испугаться не успел как следует… поначалу. А вот стоило оглянуться вокруг, увидеть, где мы, услышать гомон разгоряченной толпы, вот тут-то паника и накрыла с головой.

Глава 1

Моя голова, казалось, вертелась на все триста шестьдесят градусов. Я был просто в шоке. Куда мы попали? Что происходит? С одной стороны от нас - огороженное сеткой огромное пространство, на котором происходили самые настоящие гладиаторские бои. А если еще точнее, то бои без правил, или еще точнее — избиение младенцев. А как еще назвать то, что происходило на арене, где один, было видно из его экипировки, попросту избивал второго, точнее вторую, изможденную, в одной набедренной повязке, и в изодранном лифе, без всякого оружия, тогда как воин был и с копьем, и с хлыстом, еще и в металлических латах. И где, спрашивается, справедливость?

Но вот стоило обернуться уже в другую сторону, как мои колени подкосились. Торги! Это что, тут рабство процветает? На деревянной сцене стояли в данный момент юноша и девушка, оба обнажены, каждый желающий подходил к ним, разглядывал, ощупывал. Мне стало мерзко и неприятно, липкий пот тонкой струйкой скатился по позвоночнику. От сальных взглядов… ой, мамочки… это кто такие? Мало того, что людьми эти существа не были, так еще и степень гадливости поражала: у некоторых толстые чешуйчатые тела, которые лоснились от, казалось бы, намазанной жиром чешуи; хвосты мотались в разные стороны, рога оказались настолько большие, что если такой боднет, то пиши пропало, проткнет насквозь. Кто ж их, бедолаг, успел наградить-то такими?

Как я ни приглядывался, ни одного более-менее приличного существа не нашел. Пришел к выводу, что на таких торгах только мерзопакостные существа и бывают. Куда ж им, бедолагам, деваться, если наверняка даже в публичный дом их не пустят, слишком мерзкие и гадкие.

Я посмотрел на своих спутников. Те пока еще стояли с такими же безучастными лицами, но я заметил, что они постепенно начали приходить в себя. Первым очнулась Маша. Теперь она в точности повторила мои маневры, крутя головой в разные стороны. А когда увидела торги, а главное, тех самых существ, на которых недавно с омерзением смотрел я, то еле сдержала рвотный позыв.

— Дрон, где мы? Это что за маскарад? Снимают какой-то фильм, да? — в голосе подруги была такая надежда, что мне стало даже жаль ее разочаровывать, но пришлось.

— Нет, Маш, — вздохнул я. — Это реальность, к сожалению. Я ведь тебя предупреждал, что у меня плохие предчувствия, они оказались пророческими. Я успел перекинуться парой слов с гадалкой, к которой ты так стремилась, — из моей груди вырвался тяжкий вздох. И почему я не прислушался к себе? Не остановил подругу, не отговорил ее от посещения той особы. Ведь чувствовал же, что не к добру такое приглашение. И все равно потащился.

— Но нас будут искать, — сама себе уже и не веря, с трудом выдавила подруга, на что я медленно мотнул головой, удручающе глядя на девушку, глаза которой были на мокром месте, но она старалась держать себя в руках, хотя с каждой минутой ей это становилось все сложнее.

— Нет, Машунь, никто нас искать не станет, потому что нас больше не существует, все, финита ля комедия, — развел я руки в стороны, после чего рассказал свой диалог с гадалкой. К этому времени и остальные пришли в себя и слушали, раскрыв рот от ужаса и потрясения.

— Значит, твое предчувствие в машине тебя не обмануло? — схватилась заголову подруга. — А я только посмеялась. Надо было прислушаться, тогда избежали бы всей этой мерзости, — Маша обвела рукой всех ужасных существ, изо рта которых уже капала слюна.

— Но как мы здесь? И кто все эти мерзкие мужики с рогами и хвостами? — скривившись, поинтересовалась одна из девушек, которая представилась, как Аля. Судя по всему никто еще не осознал до конца, что происходит. Некоторые все еще думали, что попали на сьемки фильма. Как бы мне не хотелось их разочаровывать, но лучше горькая правда. Неизвестно, с чем нам придется столкнуться. Стоит быть готовыми по всему.

— А нас, милая, отдали в уплату дара гадалки, теперь мы — бесправные существа, и в какую из клеток нас определят, остается только гадать, только все равно, куда ни плюнь, везде клин, — ответил я девушке, так как остальные просто потеряли дар речи, не имея возможности произнести хоть слово.

— Пришли в себя? — раздался голос с издевкой позади нас. Мы дружно обернулись, уставившись на четверых мужчин, одного из которых я уже видел, именно он приходил забирать нас у гадалки. Остальные стояли в плащах, капюшоны надвинуты на лица так, что рассмотреть их не было никакой возможности. Даже руки оказались спрятаны, видимо, чтобы никто не определил пол.

— И куда нас теперь? — срывающимся голосом спросила вторая девушка — типичная топ модель, высокая, стройная, с копной длинных белокурых волос и… без грамма интеллекта в глазах. Пустышка, одна из тех, которые привыкли раздвигать ноги перед тем, кто больше заплатит. Такую ничем не испугаешь, она точно найдет и в этом мире для себя кучу выгоды. А вот первая, Аля — невысокая, курносая, с длинными черными волосами, с глазами, в которых стояли слезы — выглядела чистой и невинной. Ее было реально жаль.

— У вас есть право выбора, — хохотнул мужчина, показав на арену, а затем на торги. — Выбирать вам, где комфортнее.

Я уже было собрался выбрать, естественно, арену, пусть лучше драка, чем такое лапанье мерзопакости, как, обернувшись к тому месту, где еще недавно было избиение младенца, застыл в шоке и ужасе. Девушку, что оказалась на последнем издыхании, сейчас на той самой арене трахали трое мужиков в латах. И это на глазах у толпы, которая ревела, заходясь в истерике и подбадривая криками, содержание которых даже без перевода было ясно по характерным жестам. Я содрогнулся.

— За что ее? Мало того, что не дали никакого оружия, защиты, выставили против нее обученного воина, так сейчас еще и это? Чем же она провинилась, что ее так унижают? — внутри меня прошла вибрация, от которой в теле начало происходить самое настоящее торнадо. Мне вдруг показалось, что меня разорвет на части от возмущения и ярости.

— Она проиграла бой, не продержавшись положенное время, — равнодушно пожал плечами маг. — Таких слабаков у нас не любят, вот и получает наказание. После него ее отправят на торги. Так что, молодые люди, чтобы вы не выбрали, а путь для вас один, — мерзко ухмыльнулся маг. Он плотоядно разглядывал девушек, оценивал их, словно уже держал в руках солидный куш. Как же мне захотелось в эту секунду почесать о него кулаки. Но необходимо было беречь силы. Не знаю, как у них поступают с проигравшими парнями, только узнавать об этом не собирался.

— Она тоже не из этого мира? — продолжал я свои расспросы, раз уж пока этот тип был расположен на них отвечать.

— С чего так решил? — спросил тот, хотя ответа и не ожидал, вместо этого сам продолжил говорить: — Она младшая дочь в семье, которая задолжала своему градоправителю, вот ее и отдали в счет долга. Сейчас девке предстоит отработать его в течение трех лет. Если она этого не сделает, значит ее забирают в пожизненное рабство.

Маг говорил все это обыденным тоном. Что же это за мир такой, где родители отдают собственных детей в уплату долга? Где царит рабство и разврат? У всех напрочь отсутствуют моральные устои. Я содрогнулся. И «повезло» же нам попасть именно сюда. Ну, гадалка, сволочь, удружила.

— И семья не станет суетиться, чтобы отдать долг? — ужаснулся я. Этот мир мне определенно не нравится, он вызывает ужас и неприязнь своими законами.

— А зачем? — удивился мужчина. — Отдать за нее долг, это значит повесить себе на шею лишний рот, который надобно кормить. А им и самим-то есть нечего порой бывает. Потому для них выгоднее, чтобы она вообще не возвращалась обратно.

— Но это же кощунство! — возмутился я, не понимая, как собственная мать могла вот так запросто отдать собственную дочь в уплату долга.

— Это реальность, — отрезал маг. Потом посмотрел на небо, где уже начало заходить солнце. — Все! Достаточно разговоров. Идемте. Сейчас вас вымоют, проведут необходимые процедуры, а завтра каждый из вас отправится на выбранную вами сторону, — твердо озвучил дальнейшее маг.

— Последний вопрос, — поспешил я. — А какая вам от всего этого польза? Что вы с этого будете иметь?

— Хм, любопытный какой, а главное — прыткий, — усмехнулся собеседник. — За каждого из приведенных на торги или на арену наш ковен имеет по пять тысяч танров, а если еще кто-нибудь окажется достойным воином, то за это мы получаем еще столько же. Все? Доволен? А теперь топайте.

— А это много — пять тысяч танров? — заинтересовался я странной валютой. — Что на них можно купить?

— За пять тысяч можно купить двухэтажный домик, коня и снаряжение с магической составляющей, — ответил на последний вопрос маг, после чего, толкнув меня в плечо, чтобы поторапливался, рыкнул: — Все, любопытный, шевелись. Достаточно разговоров. Думайте, где вы завтра будете показывать себя. Хотя мой вам совет, идите сразу на торги, тогда избежите позора. Хотя… Вдруг вам экстрима захочется, кто вас, иномирцев разберет?

Маг загоготал собственной шутке, пытливо взглянул на остальных, пока не произесших ни слова, покачал головой. Я тоже осмотрел своих соседей по несчастью. Вид у всех оказался пришибленным. Только Маша, сдвинув брови и сжав кулаки, напряженно о чем-то думала. Ее тело напряглось, губы сжались в тонкую линию. Мне на миг показалось: она сейчас бросится на мага. Потому поспешил коснуться руки подруги и едва заметно мотнуть головой. В ответ получил грозный и недовольный взгляд. Но все-таки девушка последовала моему совету и попыталась расслабиться, бросая гневные взгляды на мага.

Нас впихнули в какой-то сарай, где прямо на полу были постелены тюки из соломы. На них-то нам и предложили располагаться. Девушки наморщили носы, парни по-хозяйски обследовали каждый угол. Маша стояла рядом со мной, ее немного трясло. Глаза метались в разные стороны.

— Дрон, что делать? Надо отсюда линять, это стопудово, иначе нам кирдык будет, — произнесла подруга, подходя к стенам сарая и начиная их ощупывать.

— Об этом надо было думать раньше, когда соглашалась на аферу, — нахмурился я, пытаясь думать. — А сейчас, даже если сбежим, куда мы пойдем? Мы не знаем языка, у нас нет денег, мы даже не знаем мира, в который нас забросили.

— Ты предлагаешь, вот так, безропотно принять всю эту мерзость? — возмутился один из парней, который представился Тимофеем. — Я даже представлять не хочу, что ожидает нас на арене в случае проигрыша. У меня стойкое ощущение, что для этих тварей нет половой разницы. А быть… м-м-м… опущенным меня не прикалывает.

— Меня тоже. Предложи что-нибудь лучшее, — тут же встал в стойку я. — И прежде, чем бездумно бежать, стоит задуматься о том, что если мы и не подохнем с голоду — нам-то с Машей не привыкать — в детдоме и по три-четыре дня хавчика могли не получить. А как быть с девушками? Ты думаешь, они смогут выдержать? Или ты их предлагаешь здесь оставить, на растерзание?

Тимофей прикусил язык. Остальные не стали ввязываться в спор, понимая его бесперспективность. Только Маша вдруг осмотрела меня с ног до головы, подошла ближе, положила ладонь на лоб и скептически поинтересовалась:

— Дрон, я тебя определенно не узнаю. Ты и вдруг решил смириться с такой мерзостью? Может, тебя подменили? Признавайся. Ведь ты всегда рвался в бой, старался ввязываться в драки когда надо и не надо. А сейчас спокойно рассуждаешь о том, что нам некуда бежать? Ты спятил? Да хоть куда, главное, подальше от этого мерзкого места.

— Нет, Машуль, никто меня не менял, я пытаюсь придумать план. Но чтобы его обдумать, стоит хоть немного узнать о порядках в этом мире, о деньгах, о народе, в конце концов, иначе наша затея нам же может выйти боком, — ответил я, разглядывая всех собравшихся.

— А вдруг нас прямо завтра и продадут в рабство? Как тогда быть? — спросил еще один юноша, который выглядел довольно внушительно, было видно, что парень следит за фигурой. Он представился Кешей. Его уверенный взгляд ясно показывал: парень не из пугливых.

— Не знаю, но у меня такое чувство, что завтра, если мы себя поведем правильно, у нас еще будет время остаться прежней компанией, — протянул я, прислушиваясь к себе и своей интуиции. Хотя откуда она вдруг взялась — ума не мог приложить. Словно с попаданием в гадкую ситуацию, да еще и в другой мир во мне включили свет.

— А правильно, это как? — подала голос Аля, с надеждой смотря на меня. Мне стало неловко. Девушка, судя по всему, ловила каждое мое слово. Я оглядел фигурку девушки и вздохнул про себя.

— Нам всем надо выбрать арену. Но тогда придется постараться, чтобы продержаться положенное время, чтобы не подвергнуться такому унижению, какое мы имели несчастье наблюдать, — вдруг твердо озвучил я, подходя к девушкам, сидящим на пучках соломы, подтянув к себе колени. — Девочки, вы, как я понимаю, тоже детдомовские? — задал я вопрос, они кивнули согласно. — Тогда вы должны уметь постоять за себя. Ведь там много чего бывало, так ведь? — снова согласный кивок. — Поэтому, вам нужно справиться, вы должны, милые. Просто представьте, что вас хотят сделать шестерками, крысами, да кем угодно. Но вам ведь такоене надо? Правильно? Поэтому, что в таких случаях делать? Рвать горло недругам руками, зубами, чем угодно. Вы ведь именно так и отстаивали свою честь и независимость? Здесь тоже самое. Только цена намного дороже. И вы просто обязаны показать всем, что русского человека ничто не способно сломить. Это мы им покажем Кузькину мать. Постараетесь?

Я говорил вдохновенно, стараясь разбудить в девушках — да и нетолько в них — ярость, агрессию, животный инстинкт. Они должны побороть страх. Ведь от этого зависит не только их жизнь, но и честь. Несколько минут сомнения, страха в глазах обеих девушек, а потом… Я готов был скакать от радости, у них вдруг полыхнул огонь ярости, появилась решимость на лицах, упрямство, и они обе согласно кивнули головой. Отлично. Почему-то в наших дамах я больше не сомневался. Теперь дошла очередь до парней. Оглядев каждого из них, отметил такую же решимость и у них. Моя тирада подействовала на всех. Я мог бы гордиться своим ораторским искусством, но ситуация оказалась неподходящая. Лучше потом как-нибудь погоржусь. В данный момент я со скрытой радостью смотрел на товарищей по несчастью. Плотно сжатые губы и сузившиеся глаза были показателем того, что и они намерены продержаться, чего бы им это ни стоило.

Такая готовность порадовала. В какой-то момент появилась мстительная мысль, что мы им еще покажем, как нами рассчитываться. Они не рады будут, что запустили нас сюда. Только вот какие каверзы устроить, мы еще не придумали, надо сперва осмотреться. А уже потом думать.

Через несколько минут, дав нам осмотреться и поговорить, зашли маги в сопровождении какого-то тучного мужика. Он явно был человеком. Потный, вонючий, тот все время потирал ладони, разглядывая нас всех. Дольше обычного его взгляд задержался на девушках и Маше с Тимофеем. Глаза аж заполыхали от какого-то предвкушения. А мне захотелось размазать его тучное тело по стене. Нечего зариться на чужое. Наши девушки только наши. И отдавать их всяким мерзостям мы не намерены. Маг обратился к нам:

— Итак, ваш выбор. Надумали, кто и куда завтра идет? — при этом его взгляд стал презрительным. Видимо, он уже напридумывал себе многое, решив все за нас. Сейчас мы тебя обломаем, мстительно подумал я.

— Надумали, тут и вариантов быть не может, мы все идем на арену, — выйдя вперед, за всех отрапортовал я. — Только нам бы хотелось знать, сколько времени мы должны продержаться и дадут ли нам какую-нибудь дубинку? Или у вас тут процветает низость и подлость? Ваши гладиаторы боятся конкуренции? — намеренно провоцируя, усмехался, точнее, откровенно издевался я.

— Все на арену? — удивился маг, но взгляд теперь сменился. Больше не было презрения. А после того, как до него дошел смысл моих слов, он едва не задохнулся от ярости. — Продержаться надо час. Вы получите дубинки. Это вам не поможет, наши воины лучшие во всех мирах, — с гордостью произнес тот. А меня так и подмывало поинтересоваться: сам их обучал? Или в сторонке стоял наблюдал? Но я поборол себя, не стал язвить.

— Никто и не спорит, — стараясь казаться равнодушным, ответил я. — Тогда тем более им нет причины отказать нам в такой малости, как дубинки. Я ведь прав? — мужик, что пришел с магом, с округлившимися глазами наблюдал за нами. Он только временами разочарованно вздыхал. А стоило нам замолчать, стал что-то тараторить на непонятном для нас языке. Маг от него отмахнулся.

— Он сокрушается, что даже милые девы собрались выйти на арену, — вдруг пояснил собеседник, чем удивил всех нас. — И просит девушек еще раз подумать, может все же торги? Там есть возможность удачно устроиться.

— Нет, арена, — с ненавистью выдала Аля, смотря как на врага народа на потного мужика. От ее взгляда тот отшатнулся и затравленно глянул на мага. Что, гад, не ожидал? Наши девушки еще себя покажут, в этом я был уверен.

— Хорошо, — сразу согласился маг. — Значит, сегодня отдыхайте, а завтра с утра определитесь с порядком выхода, чтобы не задерживать народ. И да, вот еще что, — уже собравшись уходить, словно что-то вспомнив, остановился маг. — Последним поставьте самого сильного и выносливого, того, кто точно сможет продержаться час. Это в некоторой степени даст вам передышку и отсрочку…

Отвечать, какую отсрочку и перед чем, маг не стал, покидая нас. Следом за ним засеменил мужик, постоянно оглядываясь и удрученно вздыхая. Он явно полагал, что кто-нибудь передумает. Но не тут-то было. Девушки с решительными лицами наблюдали за уходом гостей. После того, как оказались, наконец, одни, нам ничего не оставалось, как тут же решить, кто в каком порядке пойдет на сцену. Я оказался последним. С одной стороны меня это порадовало, но с другой — на такую ответственность нужно было еще настроиться.

Спать мы легли, сдвинув все тюфяки вместе, девушек положив в середину. Кто знает, чего можно ожидать от жирного борова. Уж больно плотоядный взгляд у него был. Никому из нас не понравился, вызвал опасение. С такого станется ночью пакость сотворить. Все бы ничего, но жаль только — помыться нам так и не дали. Как позже объяснили, раз мы не на торги, то и умасливать нас нечего, на арене все равно извазюкаемся. Странные у них понятия, но спорить смысла не было. Хорошо хоть перед сном нас не забыли покормить, причем до отвала. Еды было много, название блюд незнакомо. Сначала мы смотрели на тарелки скептически: ведь не имели понятия, вдруг нам какую отраву подсунули или вообще объедки. Да только выбирать не приходилось. Силы нам завтра ой как нужны были. А голодными никто не сможет долго продержаться. Да, опасения продолжали закрадываться в душу. Но они не помешали нам основательно подкрепиться и завалиться спать.

Если бы я знал тогда, на что мы подписались с этой ареной, сто раз подумал бы, прежде чем предлагать такое товарищам. А с другой стороны — для некоторых это оказался билет в счастливую жизнь. Но обо всем по порядку…

Глава 2

Рано утром нас разбудил окрик вошедшего рогато-хвостатого, рядом с которым был уже знакомый маг. Одна стенка сарая отъехала в сторону, явив нам пока еще пустую арену, вокруг которой уже собирались зрители. Мы наблюдали за тем, как они рассаживаются на своих местах, о чем-то переговариваясь. До нас долетали только выкрики, слов-то мы все равно не понимали. Толпа все больше начинала галтеть. Поразило нас то, что мужчины вели себя сдержанно, иногда испуганно поглядывая на разошедшихся женщин. А уж они не сдерживались. Хм, неужто тут матриархат? Уж больно вызывающе вели себя дамы, строго и недовольно поглядывая на мужчин.

— Вы определились с очередностью? — спросил маг, разглядывая каждого из нас. Взгляд стал нечитаемый. Он будто смотрел в пустоту, а губы двигались сами.

— Я первый иду, — выступил вперед Тимофей, гордо вскинув подбородок, сжав кулаки.

— Хорошо, иди за мной, — бросил маг, после чего все трое вышли из сарая, а мы тут же прилипли к решетке, которая оказалась за отъехавшей стеной. Сердце заколотилось, готовое вот-вот выскочить из груди. За такой короткий период мы, даже не перекинувшиеся парой слов, стали словно единым целым, одной командой попавших в передрягу. И выпутаться из нее мы можем только вместе. И никак иначе.

Через минут пятнадцать, когда мы уже извелись от ожидания, к нам снова пожаловал маг, поставив прямо на пол песочные часы. Пояснений не требовалось, мы прекрасно поняли, что это означало. И тут же со стороны трибун раздался рев. Как по команде мы обернулись в ту сторону, да так и застыли в напряжении.

Сначала на арене показался гигант, метра два ростом, в золотых наплечниках, в таких же нагрудных латах. Его длинные волосы развевал легкий ветерок. Этот воин был сильным и создавалось ощущение, что только одним своим видом он способен сломить любого. Меня передернуло, сейчас я готов был молиться всем богам, чтобы Тимофей продержался этот гребанный час.

Воин, задрав руки вверх, стал с видом победителя ходить по арене, что-то выкрикивая, толпа ревела ему в такт, некоторые даже подскакивали со своих мест, размахивая руками и похабно двигая бедрами. Всмотревшись в него, я ужаснулся.

- Ребят, это же девка, - пораженно выдохнул, всматриваясь в гиганта. - Нифига себе. Я думал мужик.

— Тьфу, сволочи озабоченные, — сплюнула Маша, сжимая в бессильной ярости кулаки и с ненавистью глядя на толпу. Потом перевела взгляд на воина, передернулась от отвращения. — Давай, Тимка, держись! Такая дама и раздавить может своим весом, нельзя такого допустить. Покажи ей, на что способны наши парни, — подбодрила она выступившего с гордо поднятой головой юношу. Мы все скрестили пальцы.

В руках у Тимофея была дубинка. Небольшая, но с металлическим набалдашником. Лишь бы она ему хоть немного помогла, молился я. Уверен, остальные тоже сейчас в напряженном ожидании обращались ко всем богам. Но не к чужим, а к своим, родным и привычным.

Женщина-воин сделала резкий скачок, перевернувшись через голову, оказавшись таким образом около Тимофея, пытаясь сбить его с ног, но парень, будто предвидя каверзу, резко отпрыгнул в сторону, замахнувшись дубинкой, которая успела зацепить воина. Одна бровь девицы удивленно поползла вверх. Но она не придала значения первой удаче парня, снова напролом кидаясь на нашего товарища. Тот плавно ушел из-под медвежьей хватки.

Дальнейшее напоминало театр одного актера, где женщина-воин всячески пыталась сбить и уложить на лопатки Тимофея, а тот ловко уворачивался, подпрыгивал, нырял под воина, что помогало ему избежать решающего удара гладиаторши. Правда этой громиле удалось несколько раз зацепить Тимофея, мы видели кровь на плече, на бедре. Но парень не сдавался. Он тоже несколько раз смог попасть дубинкой по этой выскочке, надеящейся на легкую победу.

Несколько раз я бросал взгляд на песочные часы, оставленные магом. Силой мысли торопил время, но оно не поддавалось. Я видел, да и будто ощущал, насколько вымотан Тимофей. Старался подбадривать как мог, пусть и не доносились до него наши выкрики, слова поддержки, перекрываемые шумной толпой, которая ревела от разочарования, так как поняла, что на этот раз легкой победы не будет. Несколько женщин едва не выпали с трибун прямо на арену, так усердно орали, топали ногами и подавались вперед.

Гладиаторша утроила свои набрасывания, Тимофею стало все сложнее от нее ускользать. Мы все даже дыхание затаили, когда женщина-воин попыталась совершить обманный маневр, хорошо, наш Тим быстро его разгадал, и в последнюю минуту он успел отклониться, падая на песок и перекатываясь. Гладиаторша тут же попыталась наброситься на юношу, но тут... к великой радости Тимофея и нашей раздался гонг. Да такой оглушительный, что мы все вздрогнули, а потом заорали, как ненормальные от радости, что первый справился, он смог. Ор разгневанной и не получившей удовольствия толпы оглушил.

— Хм, я и не рассчитывал на такое, — голос мага заставил нас резко обернуться, зло уставиться на него.

— А на что вы рассчитывали? — с ненавистью процедил я. — Что детдомовские вот так запросто позволят себя скрутить? А вот это видали? — вложив в свои слова все эмоции, испытываемые в данную минуту, я с огромным удовольствием показал фигу гаду, недооценившему нас, и отвернулся глянуть, что с Тимофеем.

До меня донеслось хихиканье товарищей, но я не стал смотреть на физиономию мага, потому что заметил, что нашего собрата по несчастью волокут под руки два дюжих воина. Сначала душа в пятки ушла, когда я заметил это, а потом понял, что его несут к нам, в сарай. Что же с ним такое? Так обессилел или что-то серьезное? К тому же кровь на его теле не давала покоя.

— Давайте, следующий на выход, — скомандовал маг, когда арена опустела. — Следующей поднялась Аля. Тряхнув головой, она вложила в свой взгляд всю свою ненависть и презрение, глянув на мага, после чего с гордо поднятой головой покинула нас, только кивнув на прощание.

— Неужели у вас и девушки такие... — с уважением поинтересовался маг, наблюдая вместе с нами за ареной, где вскоре должна была появиться Аля.

— Да. Им порой достается даже больше, чем нам, парням, приходится изучать средство самообороны, если не хочешь прослыть подстилкой и всеобщей давалкой, — заметил один из парней, с которым мы еще не успели толком познакомиться, он как-то особняком держался от всех.

- Ваши женщины тоже, я смотрю, не промах, - я кивнул на арену, где недавно сражалась гладиаторша.

- Это не женщина, а воин. Их с малолетства учат быть мужчинами. Даже отпаивают зельями от недомоганий каждомесячных. Так что, не равняйте, - снисходительно заметил маг. Больше я ничего не успел спросить.

С трибун раздался вой и свист. Мы застыли, наблюдая, как Аля вышла на середину арены, поигрывая дубинкой. Вдруг песок около ее ног вспучился, и оттуда, словно черт из табакерки, выпрыгнул воин. Не тот, который был в первый раз, другой. На этот раз это оказался мужик. Глянув, кто его соперник, гладиатор расхохотался и попытался было грубо схватить Алю, напав на нее напрямую, без всяких ухищрений. Но девушка оказалась ловкой и прыткой.

Уже через несколько минут оскал воина сменился на рык, когда девушка, извернувшись, запрыгнула к воину на спину, рубанула у основании шеи ребром ладони, держа дубинку подмышками, а потом, резко выхватив эту же дубинку, со всей дури стала бить по голове гладиатора. Тот вертелся волчком, хватая ее за ноги, чтобы стащить с себя. Кровь застила ему глаза, он упал на арену, в надежде придавить Алю своим телом, но не тут-то было, она вовремя спрыгнула, наподдав напоследок еще раз по голове соперника. Дальше ей стало легче уворачиваться, так как тому мешала кровь из разбитой головы.

Только один раз мы едва не лишились чувств, когда воин едва не поймал девушку, при этом исполосовав ее металлическими шипами, которые вдруг оказались на его руках. Но когда Аля стала заваливаться на песок, Маша не выдержала и вскрикнула, я сжал кулаки. Как же так? Еще немного, девочка, продержись! Я повторял свои слова как мантру. И тут к нашей огромной радости прозвучал сигнал гонга. Вот тогда-то Аля и осела, так как сознание, видимо, ее покинуло.

Толпа ревела, но уже совсем по другой причине. Они не могли понять, как такое возможно, это нам любезно поведал маг. Никогда еще не было такого, чтобы второй человек подряд продержался час на арене против воинов, более того, чтобы мог хотя бы зацепить их, не говоря о том, чтоб ранить. А тут еще и хрупкая необученная боям девушка в придачу. Вот толпа и неистовствовала.

К нашим раненым товарищам вызвали лекаря. Он оказался еще и магом, и мы наблюдали, как он лечил Алю и Тимофея. Из его ладони лился свет, от которого все порезы и раны сразу затягивались, не оставляя ни единого следа. Это было изумительное зрелище. На несколько минут мы даже позабыли о том, что наш очередной товарищ сейчас отстаивает свое место на арене. И только очередной взрыв толпы, которая готова была разнести ограждение, вернул нас к наблюдению. А на арене творилось невообразимое.

Воин, оказавшийся уже знакомой нам по первой схватке женщиной, расставив ноги, просто стоял и смотрел на нашего товарища, который в такой же позе стоял напротив, наблюдая за противницей. Хм... а противницей ли? Судя по взглядам обоих, назревало что-то необычное. Понять бы только что. Так они стояли, не двигаясь, минут десять, пока к ним не выскочил какой-то мужичок, не стал размахивать руками и орать, брызжа слюной. Но женщина-воин что-то рыкнула ему в ответ, тот сначала широко вытаращенными глазами осмотрел двоих соперников, потом, подняв руки вверх в таком жесте, будто сдается, тут же умчался прочь.

— Что происходит? — не понял я. Как-то эта ситуация мне совершенно не нравилась. Не люблю, когда чего-то не понимаю. — Почему они просто стоят и ничего не делают? Это новый вид борьбы?

— Нет, — вдруг улыбнулся маг, хлопнув от радости в ладоши. — Они не станут драться, выждут время, так как приблизиться друг к другу означает поражение, а потом только смогут соединиться.

— Что за чушь вы несете? — начал звереть я. — Зачем им соединяться? С какой радости? И почему нет драки? Засчитают нам этот раунд или что там у вас?

— Не кипятись, — осадил меня мужчина. — Все будет засчитано. Только этот товарищ к вам больше не вернется, он нашел свою судьбу, — туманно пояснил маг, а я сжал кулаки. — Они пара, а против этого не попрешь, как любят говорить в твоем мире, — наконец, пояснил собеседник.

— Пара? И что? То есть... — я начал запинаться, терять никого не хотелось, у меня все еще была надежда вернуться домой. — А как они это узнали? На лбу написано, что ли?

— Нет, на лбу ничего не написано, — хохотнул маг. — Но свою пару, если встречаешь, узнаешь сразу. Хотя бы по тому, насколько все кругом становится ярким и сияющим, как тебя тянет к тому, кого ты видишь, хочется оберегать, защищать от всего мира. Хочется парить над землей, не размыкая объятий. Именно поэтому наша гладиаторша и стоит не двигаясь. Она не желает причинить вред своему мужчине.

— Да вы романтик, батенька, — на этот раз усмехнулся я. — Вот только я поражаюсь, циник, маг и человеконенавистник, но в то же время такой романтик. Как же это все в вас вмещается? Не поделитесь секретом-то?

— Это ни к чему, — тут же посуровел маг, отворачиваясь и делая кому-то знак рукой. В ту же секунду раздался удар гонга, и женщина-воин, быстро оказавшись около нашего товарища, подхватила его на руки, чтобы в следующую секунду исчезнуть с арены. К нам они так и не вернулись. Уверен, у всех билась мысль, что мог бы и зайти попрощаться.

- А мне интересно, почему наш друг сразу не увидел в той девке свою пару, когда она с Тимофеем дралась? - задала вопрос, который волновал и меня, Маша. Мы уставились на мага, ожидая от него ответа.

- Здесь стоят заглушки. Он просто ничего не мог почувствовать, - пожал плечами мужчина.

Раненые очнулись. Аля, продрав глаза, спросила, как продвигаются дела. Мы ей рассказали, что Витек нашел себе пару, он не дрался. А сейчас на арену пошла наша топ модель. Вот за нее я волновался больше всего, она казалась мне самым слабым звеном. Но Аля взяла меня за руку, усмехнулась и успокоила:

— Ты за Викусю не переживай, она справится, ей даже больше, чем мне, пришлось отвоевывать свое место под солнцем. Так что, уверена, у нее выйдет даже лучше, чем у меня.

И ведь действительно вышло. Она едва не довела до нервного срыва воина, когда легко танцуя, доводя до бешенства своего соперника, ловко то перепрыгивала его, то откатывалась, дразня своими немыслимыми позами и маневрами. Тот уже готов был наброситься и изнасиловать девушку, но она, найдя в себе силы смеяться ему прямо в лицо, продолжала ловко уворачиваться.

Эта схватка была настолько красивой, что мы даже за временем не смотрели. А от удара гонга вздрогнули, немного пожалев, что все закончилось. Даже толпа замерла. Не было привычного ора, они словно зависли в трансе. Впрочем так же как и мы. Викуся отсалютовала воину двумя пальцами, послала тому воздушный поцелуй и направилась к нам. Теперь можно перевести дух. Нас осталось трое. Я больше всего переживал за Машу, она вдруг притихла и замолчалп. За все время ни слова не проронила.

— Маш, что это с тобой? — подойдя к другу, я положил руку ей на плечо. — Уж не боишься ли ты часом? Я тебя такой впервые вижу, сестра, за все пятнадцать лет. Где та смелая девушка, которую я знал? Где вертлявая и не лезущая в карман за словом проныра, которая из любой грязи выберется благоухающая розами? А ну-ка, соберись, подтянись, скоро твой выход.

— Эх! Дрон, понимаешь, я просто... как бы тебе это объяснить? — задумалась подруга. Я ждал, не подгонял. — Я тоже ведь любви хочу, чтобы вот так, как этот тип сказал, увидеть и застыть. Ведь ты ж знаешь, за все двадцать семь лет ни разу и ни в кого... Все были приходяще-уходящими, а я хочу...

— Маш, а другого времени подумать об этом ты не выбрала? — рыкнул я. — Ты понимаешь, что сейчас нельзя расслабляться? Ты что творишь? Любви захотелось? Так она и будет, только не в том контексте, который ты подразумеваешь, отлюбят тебя прямо на арене всем скопом, а потом... Всю оставшуюся жизнь «любить» будут. Ты этого хочешь? Хватит ныть, давай, скоро твоя очередь, — перешел я на гневный окрик.

Маг смотрел на нас как-то странно: вроде и с сочувствием, но в то же время твердо, будто ожидая, подействуют мои словесные пинки на подругу или нет. Захотелось и ему врезать по самодовольной роже, чтоб не расслаблялся, а еще за то, что из-за него, по сути, мы все здесь и находимся. Плату ему, видите ли, подавай.

А в это время на арене происходило нечто невообразимое. Когда мы услышали хохот толпы, тут же в недоумении прилипли к решетке и... едва не осели на пол от дикого ржача. Наш товарищ... танцевал стриптиз.

— Да что он вытворяет, мать его раз этак?! — выкрикнул я. — Цирк уехал, клоун остался, едрить колотить.

А юноша и правда решил развлечься на полную катушку. Он издевательски вилял бедрами, показывал непристойные жесты воину, потом внаглую удирал от него, размахивал дубинкой, словно не драться собрался, а используя ее, как шест для своего стриптиза. При этом еще и умудрялся избавляться от какой-нибудь детали одежды. Выглядело все настолько комично, особенно глядя на выражение лица воина, что никто не мог удержать улыбки. Женщины на трибунах уже вопили вовсю, едва не начиная оголяться. Наш товарищ пришелся им явно по вкусу, так как они недовольно и яростно рычали на воина, как только тот замахивался на нашего друга.

— Да уж, Кир устроил представление, недаром всегда был лучшим в своем деле, — усмехнулся Тимофей, наблюдая за парнем. — Вот почему его представления всегда собирали кучу народа всегда: и весело, и позитивно, и эротично.

— О! Кажется, наш воин поплыл, гляньте, как глаза-то в кучку свел, бедолага. А ходит как-то боком, — расхохоталась Аля. — Ха, со стоячим членом особо и не подерешься, особенно, когда хочется не убивать, а трахать.

Меня передернуло от таких слов. Вот точно все кругом озабоченные. Ладно те, что на трибунах, так там понятно. Озабоченные тетки нашли себе развлекаловку. Но воин-то мужик. Фу! Извращенцы.

Когда прозвучал гонг, мы заметили, что толпа аплодировала, даже встав со своих мест. Воин уже сам упал на колени, да так и стоял, наблюдая, как Кир, плавно виляя бедрами, словно продолжая свой танец, покидает арену. Я обеспокоенно посмотрел на Машу. Она уже стояла наготове, собранная, со сжатыми кулаками и сверкающим взглядом. Посмотрев мне в глаза, она твердо произнесла:

— Не кипишуй, Дрон, я справлюсь. Где наша не пропадала? В каких только мы переделках не бывали? А это так, пшик. Смотри, развлекуха начинается, — подмигнув мне, подруга вышла.

С замиранием сердца я прилип к решетке, чтобы не упустить ничего из того, что будет происходить на этой гребанной арене. Впрочем, не я один, все наши товарищи наблюдали за дракой, которой, по сути, и не было. Маша тоже устроила представление, скорее выматывая воина, загоняя его, чем обороняясь и нападая. Как она потом хвасталась, даже не получила ни одной царапины. Еще бы, этот вертлявый ужик способен уморить любого, кто имел несчастье влезть с моей подругой в драку.

Мы так засмотрелись на ее ужимки, перекаты, подскоки, что потеряли счет времени. Находящиеся на трибунах уже, видимо, устали реветь. Они во все глаза наблюдали за представлением. Удар гонга заставил всех вздрогнуть.

А потом пришла моя очередь. Когда я выходил, мне казалось, что кровь кипела и бурлила, наполняя каждую клеточку неведомой силой. Уже в дверях маг дернул меня за локоть, очень странно оглядел с головы до ног, нахмурился, что-то буркнул на незнакомом языке, приложив вдруг ладонь к моему солнечному сплетению, я почувствовал в том месте жар, потому поспешил отшатнуться, а сам мужчина, сначала вытаращив пораженно глаза, потом отшатнувшись, вдруг расхохотался каким-то счастливым смехом, мне даже захотелось покрутить у виска, тем самым показывая, что он наверняка тронулся.

— Иди. Тебя ожидает большой сюрприз, — усмехнулся маг, подталкивая меня в спину и довольно улыбаясь.

Я на это только пожал плечами. Сюрприз у нас тут каждый час, так что его слова меня не удивили. Я прислушался к себе. Страха не было, напротив, сейчас тело налилось в ожидании и предвкушении, как это всегда бывало перед очередной стрелкой и дракой, на которые всегда подбивала Машуня, чтобы показать, кто тут главный. Вспомнив все наши драки, я улыбнулся. По дороге мне повстречалась Маша, она шла назад в сарай. Глянув на меня, она вдруг застыла на миг, а потом выдохнула:

— Круто, Дрон, уделай его нафиг, — и пошла дальше.

Думать, к чему относились ее слова, времени не осталось, я оказался на арене, где вдруг повисла тишина...

Глава 3

Когда я вышел на арену, то вдруг почувствовал легкую вибрацию, которая шла, казалось, из недр земли. Неужели землетрясение? Его только не хватало для полного счастья. Расставив ноги на ширине плеч, чтобы придать себе устойчивость, я ждал, пока появится мой партнер-воин. Его пока не было, что немного удивляло, так как со всеми товарищами было наоборот: сначала появлялся во всей красе гладиатор, вышагивал по кругу, являя себя во всей красе, а только потом кто-нибудь из наших. А тут я уже минуты три стою один, и никто не торопится составить мне компанию.

Прошло еще минут пять. Передо мной вдруг замаячило некое туманное марево. Я напрягся. Почему-то показалось, что ничем хорошим для меня это не обернется. Как в воду глядел. Туман стал уплотняться и разрастаться, пока, наконец, из него не выступил странный тип, закутанный с ног до головы в плащ. Трибуны молчали, будто ждали, что будет дальше, я тоже ждал вместе с ними.

И тут незнакомец резко, одним плавным движением сбросил плащ, оставшись только в одной набедренной повязке. Я едва не выдохнул в голос, потому что передо мной стоял красавец, к которому взгляд притягивался так, что не было сил оторваться. В голове вдруг зашумело, виски сдавило. Мне показалось, что кто-то кричит:

— Не смотри ему в глаза, проиграешь, не начав бой!

Не знаю, слышал ли я эти слова или это разыгралось воображение, но огромным усилием воли я смог отвести свой взгляд от этого юноши, чтобы успеть вовремя отскочить от огненной плети, оказавшейся в руках парня.

Нахмурившись, попытался понять, что меня смущает в этой ситуации, она явно была отличная от тех, что были до этого. А в это время юноша пошел в атаку, его огненный хлыст так и норовил меня спеленать. Несколько раз ему удалось меня зацепить, я, не удержавшись, вскрикнул от резкой боли, когда мою кожу обожгло так, будто кто-то раскаленный штырь приложил к предплечью. И тут вдруг до меня дошло: против меня выставили мага. Вот сволочи.

Несколько минут я скакал, как стрекозел по арене. А потом все во мне взбунтовалось, я разозлился так, что на миг в глазах потемнело. И тут произошло немыслимое. Мои руки сами поднялись, когда я резко обернулся к этому типу, а из ладоней полыхнул столп пламени. Сказать, что был поражен не меньше соперника, ничего не сказать. Но обдумывать данную ситуацию не оказалось возможности. Не до того стало. Теперь мой партнер едва успел увернуться, попытавшись снова достать меня кнутом. Но не тут-то было.

Во мне было слишком много злости и ярости, мозг напрочь переклинило, я сам не осознавал своих действий, будто за меня кто-то что-то решал и делал, подсказывая и направляя.

Теперь магу пришлось скакать, подпрыгивая, то исчезая, то появляясь, но все время уворачиваясь. В какой-то момент я понял, что его красота напускная. Сейчас, смотря на него, я видел обычного парня, лет двадцати пяти, глаза которого потеряли свой кураж, сосредоточенность и высокомерие. Теперь в них застыло недоумение, мне удалось пошатнуть его уверенность в легком исходе. Порой я замечал, как начинали светиться его глаза, у меня в такие моменты создавалось ощущение, будто в мой мозг запускают щупальца. Но я отмахивался от них, продолжая уворачиваться.

Сколько мы так скакали, сказать было сложно, я потерял счет времени, не смея отвлечься ни на секунду, потому что этот юркий и прыткий тип так и норовил скрутить меня еще и какой-то огненной сетью, которую он постоянно кидал в меня. С каждым разом уворачиваться становилось все сложнее.

И вот, в тот момент, когда эта сволочь пошла ва-банк, одновременно взмахнув плетью и накидывая сеть, я и попался, но одновременно с этим раздался удар гонга. Вот только выбираться из ловушки мне помогали, я был просто не в состоянии этого сделать, обожженное тело горело, рассудок мутился от адской боли. Не заработать бы болевой шок, думал я, удерживая сознание практически насильно до того момента, пока меня не отволокли в сарай, где я, увидев знакомые лица товарищей, услышав их сбивствую речь, но не имея возможности разобрать хоть слово, отключился, проваливаясь в темноту.

А когда очнулся, была глубокая ночь. Хотя этот вывод я сделал на основании того, что вокруг меня было темно, в щели не пробивался даже лунный свет. И вдруг в нос ударил странный запах. Это точно не тот, который был в сарае. От неожиданности и такого открытия я попытался подскочить, но тут же рухнул обратно на кровать, скрипя зубами от боли. Кровать? Вот тут и стало совершенно не по себе. В том сарае однозначно не было кроватей, там только тюфяки валялись на полу. Тогда где я сейчас? Что с товарищами? В какую переделку мы вляпались снова?

— Лежи, не крутись, тебе пока двигаться нельзя, — раздался рядом со мной голос Маши, от которого я готов был счастливо рассмеяться, невзирая на то, что из горла шли какие-то булькающие звуки.

— Не вздумай разговаривать, тебе нельзя, — строго заметила Аля, ее голос я узнал. Девушка села рядом со мной, положив руку на лоб. — Ребят, у него жар не спадает, он горит так, что на нем можно яишницу жарить, — обеспокоенно произнесла девушка.

Ага, раз она обращается к ребятам, значит, тут почти все или все? Но тогда за что такие привилегии? Как мы оказались здесь? Хм, а здесь — это где? Одни вопросы и ни одного ответа. Еще и спросить ничего не могу, горло, казалось, горело огнем, не желая выдавать ни один звук.

— Дрон, заканчивай напрягаться, — влез еще и Тимофей. — Все нормуль, нас перевели из того сарая. Какие-то, говорят, у них виды на нас. Так как их всех впечатлило наше выступление, особенно твое и Кира.

— Дрончик, а ты у нас оказывается маг, — хохотнула Маша, беря меня за руку и переплетая наши пальцы. Она так всегда делала, когда волновалась или беспокоилась. — Пока мы тут уже три дня, к нам заходили только для того, чтобы проведать тебя. Что-то ты там должен будешь сделать, как успешно продержавшийся и, более того, еще и показавший себя с необычной стороны.

— А сейчас надо отдохнуть, — подала голос Викуся. — У меня странные видения, что завтра будет решающий день. Так что, ребят, всем спать.

И словно по команде, согласившись с девушкой, все затихли. Я закрыл глаза, намереваясь поразмышлять над тем, куда же забросила нас судьба, но мне это не удалось, сон накрыл с головой сразу, как только закрыл глаза.

Проснувшись в следующий раз, сразу почувствовал, что я не только выспался, но и боль притупилась, горло уже не издавало клокочущих звуков. Оглянувшись вокруг, заметил, что в большой комнате стояло три огромные кровати, на которых и расположились товарищи по двое. Нас осталось шестеро, того, кто нашел свою пару, с нами уже не было. С одной стороны этот факт немного опечалил, потому что казалось, будто мы начали нести потери, а с другой — я просто порадовался за юношу, будучи уверенным в том, что сейчас ему уже ничего не грозит.

В большое окно было хорошо видно, как восходит солнце. Пока еще, видимо, было слишком рано, так как в комнате еще было сумеречно. Я тихо и осторожно поднялся с кровати, прислушиваясь к собственным ощущениям, и медленно подошел к окну. Панорама, открывшаяся передо мной, заставила ахнуть.

Мы находились на высокой скале, перед нами раскинулось море, которое в этот момент изрядно штормило, заставляя волны набегать одна на одну, разбиваясь о скалу. Зрелище потрясающее. Видимо, я вздохнул слишком громко, так как с кровати раздался шепот Маши:

— Впечатлен? У нас была такая же реакция. Это просто потрясающе и необычно, а главное, такую красоту у нас не встретишь.

— Ты права, да и море какого-то странного цвета, — так же шепотом ответил я, чтобы не разбудить товарищей. Босые ноги подруги прошлепали по полу, а сама девушка оказалась рядом со мной.

— Нам всем понравилось здесь, чувствуется какая-то свобода, что ли, — произнесла девушка, прислонив голову к моему плечу. — Я бы хотела здесь остаться, мне понравился этот мир, несмотря на то, что первое свидание с ним произошло при таких отвратительных обстоятельствах.

— Маш, только не смейся, ладно, — вдруг начал я, захотелось поделиться с подругой своими мыслями. — У меня такое ощущение, что он нам родной, этот мир. Или то, что он нас принял, как своих, потому нам здесь так комфортно, я с этим еще не разобрался, но, знаешь, наш мир, тот, из которого мы прибыли, мне сейчас кажется чуждым.

— Дрон, ты будто бы мои собственные ощущения сейчас озвучил, — улыбнулась Машуля, показывая ряд ровных белых зубов.

— Ребят, а может, мы потому и оказались в детдоме, что какие-нибудь потерявшиеся дети правителей или владык этого мира? — мечтательно, сонным еще голосом произнесла Вика, приподнимаясь на локте и смотря на нас.

— Ну, Вик, ты и загнула, — подхватил Тимофей. — Все сразу, что ли? У них наверняка и владык-то столько нету.

— А может, мы окажемся братьями-сестрами? — вдохновленная своей мыслью-мечтой, не унималась Вика, как ни странно, Аля ее поддержала.

— Смейтесь-смейтесь, а вот окажется так на самом деле, я посмотрю, как вы смеяться будете. К тому же... — тут девушка замолчала, словно к чему-то прислушиваясь, потом, понизив голос, заговощицки продолжила: — Я слышала, как этот маг говорил кому-то, что мы все оказались со способностями, и что с нами теперь делать никто не знает. Вот!

— Ух ты! — восхитился проснувшийся Кир. — Так может и правда в твоих словах есть доля истины? Ведь откуда бы тогда взяться этим способностям, будь мы землянами? Не из воздуха же они взялись. Стоит только вспомнить Дрона, как он светился весь, в прямом смысле, когда шел на арену, да и пока там стоял.

Вот это была новость. Значит, именно поэтому народ притих тогда на трибунах, да и мага, получается, из-за этого мне дали в напарники по этой же причине. Н-да, а становится-то все интереснее. Что же нас будет дальше ожидать?

— Все страньше и страньше, — обернувшись к проснувшимся товарищам, тихо произнес я. — Недаром нас здесь поселили. Чувствует моя левая пятка, что-то затевается, вот только... чем для нас это обернется, хотелось бы знать.

— Чем-то хорошим, — уверенно выдала Вика, широко улыбаясь. Мы посмотрели на нее вопросительно. — В последнее время у меня часто видения странные появляются. Я пока не могу их еще осознавать, но некоторые обрывки этих снов наяву сбываются, значит, получается, я вижу будущее?

— Ого! — восхитилась Аля. — Выходит да, видишь. А вот у меня ничего такого и нет, — тут же сникла девушка. — А я тоже хочу способности. У Вики вон, видения, у Дрона — вспышки огня, Маша может с воздухом управляться, захотела ветерок — получите, распишитесь, Кир — легкие землетрясения вызывает, Тимка — иногда мысли читает, головную боль снимает. Только я одна не у дел.

Я слушал Алю и поражался. За три дня, что я провалялся в отключке, оказывается, столько всего произошло, у парней и одной из девушек действительно открылись некие способности. Ведь неспроста все это. Явно неспроста. Но что нам теперь со всем этим делать?

— Доброго вам утра, — в распахнутую настежь дверь вошел маг, а позади него странные маленькие существа катили две тележки с едой. Мой желудок тут же выдал танец победителя, да еще и со звуковым исполнением. Я покраснел. Машуня похлопала меня по плечу, довольно оскалившись и успокоив:

— Не парься, брат, все все понимают, три дня вынужденной голодовки, это тебе не шутки.

Больше разговоров не было до того самого момента, пока мы не поели, а странные существа не укатили тележки. Только тогда мы все, глядя на мага, застыли в ожидании. Уж слишком хитрая у него была физиономия. Тот несколько минут пристально разглядывал каждого из нас, а потом начал говорить:

— Что ж, признаюсь, такого исхода никто и предположить не мог, но факт остается фактом: у вас всех имеются в наличии магические способности, а значит... — он сделал эффектную паузу, во время которой Аля неуверенно задала свой вопрос:

— Не у всех, у меня ведь нет их? Что со мной будет?

— Милая барышня, а кто вам сказал, что у вас нет способностей? — улыбнулся маг, смотря на зардевшуюся Алю. Меня в этот момент поразило то, что у мужчины даже тон поменялся. Еще совсем недавно на всех нас смотрели, как на скот, на жертв, а сейчас обращаются, как с дорогими гостями. Неужели только из-за появившихся... Ну, или проснувшихся способностей? — Они у вас есть, причем необычные. А чтобы их развивать, вы все завтра отправляетесь в нашу Магическую Академию.

— И сколько там учиться? — деловым тоном поинтересовалась Вика, и тут же сама и ответила, воскликнув: — Что? Десять лет? Я состарюсь за это время? Кто меня потом такую старуху замуж возьмет?

— Не состаришься, — уверенно возразил маг. — Как вы думаете, сколько мне лет? — это было задано всем нам.

Мы начали рассматривать мужчину, что сидел перед нами. Красивое лицо, подтянутое, скуластое, прямой нос, несколько морщинок возле глаз, но это не признак старости, а скорее признак того, что он часто улыбается, хотя по нему этого и не скажешь. Сейчас он был без своего плаща, а в жилетке и кожаных штанах. Такая одежда позволила увидеть красивое тело с хорошо развитой мускулатурой, подтянутое и довольно молодое. Только в синих глазах застыла некая мудрость, они и выдавали то, что скрывала внешность.

Товарищи начали наперебой произносить свои варианты:

— Около тридцати, — начала первой Аля.

— Плюс три-пять лет, — подхватила Викуся.

— Ну, может, около сорока, но не больше, — задумчиво выдала Машуня.

— Да не, даже сорока нет, — это Тимофей. Кир решил отмолчаться, согласившись с последним. И тут маг посмотрел на меня.

— А ты что скажешь? — хитро прищурившись, спросил у меня. Я задумался. Выглядел он действительно лет на тридцать, но его глаза не давали мне покоя. Потому я и сказал то, о чем думал:

— Вам не может быть меньше ста лет, — парни и девушки возмущенно выдохнули. — Да, выглядите вы сногсшибательно и молодо, но это если не смотреть в глаза, стоит только присмотреться к ним, как тут же приходит осознание, что у вас за плечами века, а не года. Слишком много мудрости, слишком много пресыщенности жизнью, всего слишком много. Поэтому, мне кажется, я не ошибусь, даже если предположу... заметьте, только предположу, — обернувшись, последнее я повторил для друзей. — Что вам не меньше пяти сотен лет.

В комнате повисла напряженная тишина. Друзья затаили дыхание, ожидая ответа мага. Он уже усмехнулся, встал с кровати, подошел ко мне, положил руку на мое плечо и только после этого признался:

— А ведь ты прав. Не меньше, а гораздо больше. Мне тысяча двести лет, и я действительно малость пресытился, но сейчас... — улыбка стала шире. — У меня ощущение, что моя жизнь только начинается. Вы не просто так появились в моей жизни, потому что я чувствую: за этим что-то кроется. Не было ни разу такого, чтобы: во-первых, все сразу и единогласно выбрали арену, причем без споров и возмущений; во-вторых, продержались положенное время, при этом еще и умудряясь нападать; в-третьих, у всего состава магические способности, которые требуют тщательной разработки; и, наконец, четвертое, кто был бы настолько дружен, как вы.

— Хм, ну что же, если и у нас будет такая же возможность столько же прожить, то, думаю, мы можем позволить себе поучиться в вашей Академии, — произнес я таким тоном, будто делаю одолжение, при этом я сам едва сдерживался, чтобы не расхохотаться. А вот товарищи не сдержались, так же, как и сам маг. — Только, может, вы скажете, как вас зовут?

В какой момент неприязнь к мужчине сменилась уважением, сказать сложно. Но сейчас я прекрасно видел: мои товарищи смотрят на мага, как на хорошего друга, наставника, брата. Прошло совсем мало времени, но мы все как-то сразу забыли, при каких обстоятельствах попали в этот мир. И первые ощущения и отношение к нам тоже забыли.

— Меня Феликс зовут, — представился он. — И я как раз являюсь ректором той самой Академии, в которой вам и предстоит учиться.

— Зама-а-а-анчиво, — протянула Вика, хитро сверкая глазами. Феликс тут же обернулся к ней и погрозил пальцем.

— Даже не думай. Как ректор, я строгий и злой, а наказания... мало кому нравятся, — на миг запнувшись, добавил он.

— Нравится наказания могут только мазохистам, — наставительно выдала Аля. — А мы таковыми не являемся. Но, может, вы нам вкратце поведаете, в чем состоит оно? На всякий случай, должны же мы знать, к чему готовиться.

— А вы что, уже сразу настраиваетесь на наказание? А без нарушений нельзя обойтись? — тут же задал вопрос маг, и мы все, как по команде, замотали головами.

— Мы! И без нарушений! Несовместимо! — сказал, как отрезал Кир, все с ним согласились. — Поэтому, огласите, пож-ж-жалста, весь списОк, — шутовски поклонился парень, ожидая ответа.

— Ну вот что с вами делать? — притворно вздохнул Феликс. — Ладно, парочку озвучу. Ночь на кладбище среди умертвий, — он загнул первый палец. — Дальше, день на берегу озера рядом со страдающим вспучиванием живота драконом, — второй палец загнулся. — И, наконец, подвал с некромантским пособием, а именно живыми мертвецами-экспериментами адептов.

— Веселуха должна быть, — захлопала в ладоши Вика. — А можно к дракончику и умертвиям сразу попасть? Им же наверняка скучно и одиноко, а мы их развлечем, песни им споем, дракону живот полечим...

— Тьфу, и тут выкрутились, — в сердцах выругался маг. — Интересно, есть хоть что-то, что может вас пронять?

— Ищите, авось найдете, — пожала плечами Маша. Потом добавила: — Я сомневаюсь, что детдомовских можно хоть чем-то пронять. Но все в ваших руках, — при этом подруга еще и подмигнула Феликсу, который, махнув на нас рукой, сказал завтра быть готовым к путешествию, после чего вышел, оставляя нас одних.

А мы, недолго думая, сразу отправились на поиски того, кто сможет рассказать нам побольше об этом мире. И ведь кандидат очень быстро нашелся, правда перед тем, как нам все рассказать — в какой-то момент мне даже показалось, что он готов был сказать все, что угодно, даже признаться в убийстве императора — пришлось откачивать бедолагу, так он нас испугался. Еще бы, когда тебя, мирно спешащего по своим делам хватают и начинают наперебой задавать вопросы о мире, при этом у вопрошающих еще и глаза горят от азарта, любой испугается. И наш "добровольный" информатор сперва сильно труханул. Но надо отдать ему должное, быстро пришел в себя и оказался готов к сотрудничеству.

С его слов мы узнали много интересного.

Глава 4

— Чем займемся? — как только Феликс нас покинул, Маша тут же проявила активность. — Нас не запирают, потому есть возможность прошвырнуться и оглядеться, авось нам повезет, и у кого-нибудь сможем вытрясти хотя бы общие представления об этом мире.

— Отличная идея, — согласился Тимофей, тут же потягиваясь и делая легкую зарядку, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. — Выходить из комнаты нам никто не запрещал. Так что, идем?

— Дрон, ты как? — обратилась ко мне Вика, тоже проявляя готовность идти на экскурсию.

— Отлично, — улыбаясь, ответил я. — Только вы не подумали о том, что вряд ли мы сможем что-то узнать? Незнание языка никто ведь не отменял.

— А мы будем жестами общаться, — хохотнул Кир, делая плавное телодвижение, тем самым вызывая восхищенный вздох девушек, да и что греха таить, парней тоже. Слишком красивая пластика у него была, казалось, все тело резко пропиталось страстью, которую он попытался излить на всех и сразу.

— Тогда заметано, пошли, — выдала Маша, первой выходя из комнаты. Мы последовали за ней. На какой-то миг у меня в голове мелькнуло, что это может быть опасным, но, глянув на Вику, которая была спокойна и уверенна, немного успокоился. Ведь она бы первая почувствовала опасность, с ее-то видениями. Раз этого не случилось, значит можно смело идти.

Стоило выйти, как сразу оказались в длинном коридоре, на полу лежал ковер, в котором ноги по щиколотку утопали в пушистом ворсе. Стены были из необработанного камня, который на ощупь оказался, как ни странно, теплым. Через каждых несколько метров мы заметили вбитые в стену факелы, видимо, электрического освещения здесь не было. По бокам несколько дверей, открывать которые поостереглись. Дойдя до конца коридора, застыли. Перед нами оказалась широкая винтовая лестница, которая вела как вверх, так и вниз. Мы задумались, куда хотим попасть в первую очередь. Как по команде все обернулись к Вике.

— Куда идем? — озвучила общий вопрос Аля. — Что подсказывает тебе интуиция или видения?

— Идем наверх, — прислушавшись к себе, уверенно выдала Вика, первой ступая на ступеньку, ведущую вверх.

На следующем этаже мы заметили только один огромный зал, в котором никого не было. Здесь нам ловить было нечего, пожав плечами, стали подниматься выше. Следующий этаж оказался последним. И там была всего одна дверь. Входить мы не рискнули. Собрались было разворачиваться, как дверь сама открылась, будто приглашая нас внутрь. Ну, если приглашают, чего ж отказываться? Мы и вошли. Это оказалась огромная библиотека, под потолком которой летали книги. Сами летали, между прочим. А еще там стоял такой запах... Нет, не тот неповторимый запах книг, который присущ всем библиотекам, а какой-то другой, немного горковатый, немного мускусный, еще вплетались едва уловимые оттенки того, как пахнет кожа. В целом же лично у меня даже слегка закружилась голова, настолько дурманящим он оказался. Глянув на друзей, заметил, что и у них расширены зрачки, а взгляд какой-то расфокусированный.

Пока мы стояли в ступоре и разглядывали сию красоту, около нас оказался юноша, который, нахмурившись, что-то пытался у нас узнать. Вперед выступила Машуля и жестами начала показывать, что мы из другого мира, пришли получить информацию.

По мере жестикуляции подруги, глаза юноши становились все больше, щеки краснели, дыхание стало прерывистым. Мы даже начали волноваться за здоровье этого парня. Хотя и не понимали причины его смущения и какого-то страха. Да и вести он начал себя не совсем адекватно. Тело его затрясло мелкой дрожью, глаза увеличились в размерах, зрачки, вертикальные, кстати, увеличились, что выглядело ужасно и страшно.

— Маш, мне кажется, этот парень явно неправильно тебя понял, — забеспокоился я, не отрывая взгляда от юноши. — Он же сейчас коней двинет.

— Хм, как можно не понять очевидного? — удивилась подруга, намереваясь начать заново. Но тут бедолага замахал руками, что-то тараторя, быстро метнулся куда-то, выскочил со странной штукой, которая верещала и возмущалась, хотя мы видели, что она была стеклянной и прозрачной, похожей на шестигранник, но с округлыми боками-гранями. Странная конструкция, надо сказать.

Юноша что-то рыкнул этой штуке, указав на нас. И тут мы отшатнулись, когда в одной из граней появился... глаз, красный и переливающийся, уставившийся на нас. Мы стояли с открытыми ртами, поглядывая на сие чудо. Этот шестигранник что-то залопотал, пристально разглядывая нас. Мы развели руки в сторону. Потом язык изменился, это мы поняли по тому, как изменилось произношение, какими раскатистыми стали буквы. Мы повторили жест, что все еще не понимаем.

— Слушайте, кажется, это была плохая затея, — обреченно выдохнул Кир, намереваясь выйти, как вдруг эта штука вдруг заверещала так, что мы подпрыгнули от неожиданности:

— Вы иномирцы?! Закрытый мир?! — нас хватило только на то, чтобы согласно кивнуть, так как этот окрик был, словно обвинение. — И что вы забыли в замке? Кто вас сюда притащил? Здесь уже три тысячи лет не было ваших соотечественников.

— Нас Феликс привел, — вышел я вперед. — И прекратите орать, мы не глухие, так и барабанные перепонки полопаться могут, — обвиняюще ткнул я пальцем в эту штуку. Она заморгала единственным глазом, сначала шокирующе глядя на меня, а потом... расхохоталась. Да-да, именно расхохоталась, во всяком случае, именно этот звук раздался изнутри шестигранника.

— Вы маги? — я кивнул. — Так чего же вы хотите, иномирцы? Что сподвигло вас отправиться гулять по замку, полному ловушек? — а вот это было неожиданностью, о которой нас забыли предупредить.

— О ловушках мы знать не знали, просто решили узнать, что это за мир, в который мы попали, — с сосредоточенным видом выдала Маша, а я просто не смог удержаться от безобидной шпильки в ее адрес:

— Маш, заточку попроще сделай, не самолетом управляешь, слишком серьезна и сосредоточена, — выдал я свою старую шутку, отчего лицо подруги немного разгладилось, в глазах запрыгали бесенята.

— Вы нам расскажете, что это за мир? Какие существа в нем есть? — с восторгом рассматривая все, спросила Аля.

— Присаживайтесь поудобнее, сейчас расскажу, раз уж ваш Феликс не сделал этого раньше, — ворчливо заметила непонятная штука, наблюдая, как мы садимся прямо на пол, так как стол и стул был всего один, на нем сидел тот самый юноша, широко раскрытыми глазами наблюдая за нашим диалогом.

— А он понимает, о чем мы говорим? — сам не знаю, почему задал вопрос, но уж больно осмысленным и удивленным был взгляд парня.

— Понимает, — усмехнулся многогранник. — Только в беседу вступить не может. Я ему перевожу мысленно, но вот сам он на вашем языке не может говорить, а я не переводчик, я вообще... этот... как его... парламентер-дипломат. Во! — выдала штука, а мы улыбнулись, настолько комично это было.

— А имя у парламентера есть? — весело поинтересовалась Аля, во все глаза разглядывая непонятного собеседника.

— Имя? — вдруг смутился многогранник. — Э... Нет имени. А вы... вы можете как-то сами меня назвать? — резко изменив интонацию на слишком робкую, вдруг попросила эта штука.

— Конечно, — тут же с азартом ответила за всех Вика. — Давай ты будешь... будешь... Светлячком? Ага? Ты такой красивый, светишься весь, как раз, как и они.

— Све-тля-чок, — по слогам проговорил дипломат, потом еще и еще раз. — Мне нравится! Да! Пусть будет Светлячок! — радостно завопил он, тут же начиная излагать то, ради чего мы и пришли. — Значит так, в дебри истории мы не полезем, вам главное знать основное. А именно: только на нашем материке разрешается находиться людям, так как здесь Академия, в которой учатся разные расы. Там нет условностей, нет разделения на классы, я имею в виду — сын правителя или обычного торговца, но вне стен Академии все должно быть строго по рангам.

— А сколько всего материков, и какие расы есть в вашем мире? — заинтересовался Кир, когда Светлячок замолчал на секунду.

— Материков четыре. Наш самый маленький, но в то же время — самый уютный и густонаселенный. Люди прекрасно уживаются с гномами и светлыми эльфами. Вот только, если с гномами еще как-то можно общаться, вести с ними деловые переговоры, то к ушастым даже подходить не стоит, обольют презрением и пошлют в неведомые дали. Они живут в своих лесах — кстати, не дай вам Демиург забрести туда без величайшего на то дозволения, нашпигуют стрелами и скажут, что так и было — и носа не высовывают к нам, только по необходимости, когда приезжают на ярмарку, где продают свои изделия: ювелирные украшения и одежду с обувью. Им нет равных, даже гномья выделка меркнет в сравнении с эльфийской.

— А продают сами или нанимают кого? — во мне проснулся бизнесмен. Мозг стал усиленно работать на предмет открытия тут своего бизнеса.

— Сами, они никому не доверяют, — ответил Светлячок. — Часто на ярмарку приезжают и вампиры со своими демонскими коняками, которых сами и выводят. Клыкастые живут отдельно, их материк на севере, там не бывает почти солнца, в основном или туман, или вечные сумерки, и это я не говорю про собачий холод и вечный снег. К ним даже по огромной необходимости лучше не соваться, замерзнуть можно, а эти кровопийцы даже не помогут. Еще на одном материке живут оборотни, те более миролюбивые в плане пришлых, но все-таки до гостеприимных хозяев им как до луны пешком. Они просто культурно дадут пинка под зад, спровадив обратно туда, откуда явился нежданный гость. Чем они занимаются, никто не знает, все скрыто за семью печатями. И на последнем материке живут драконы. У-у-у... от них лучше вообще держаться подальше. Говорят, что их пра-пра-пра-пращур был одним из Демиургов, сотворившим этот мир, кстати, называется он Ригур, вот они и задирают носы. Ни с кем не общаются, помощь не оказывают, в распрях не участвуют. Хотя и распри-то у нас бывают редко, так, от скуки могут вампиры с оборотнями сцепиться, или эльфы влезть в выяснение отношений о своей первородности с какой-нибудь из рас. Но это так, мелкие стычки. В основном у нас тихий, мирный и спокойный мир.

— Н-да, интересно, — задумчиво произнесла Маша. — Мы могли бы поверить в тихость и спокойность, если бы мало того, что не увидели собственными глазами весь тот беспредел с работорговлей, так еще и сами ведь едва не стали его участниками.

— А мы и стали, только не работорговли, а какого-то странного побоища, — скривившись, поведала Аля.

— К чему все это? Зачем? — это уже не удержалась от вопроса Вика. — Ведь работорговля — это ужасно и отвратительно.

— Вот поэтому ни одна раса не желает иметь дел с людьми, считая их алчными, недалекими, гадкими, злобными и примитивными, — со вздохом заметил Светлячок. — И я могу их понять. Сам ведь против всего этого. Раньше такого не было, а как только на престол взошел новый Император: лживый, алчный и лицемерный — так все и началось. Именно по этой причине все расы закрыли доступ людям.

— Как я их понимаю, таким и я бы закрыл вход, чтобы не несли заразу в массы, — горячо выдал Тимофей. — Это же не люди, а самый натуральный скот, изолировать таких надо от общества.

- Но ведь на торгах были не только люди, - нахмурившись, произнес я, вспоминая потных, чешуйчатых, рогато-хвостатых.

- Да сволочи они, - продолжал распаляться Тимофей.

— Не горячись, а главное, не распространяйся о своих взглядах никому, — посоветовал Светлячок. — У императора везде шпионы, которые, чтобы заработать лишний тиаг выдадут с потрохами.

— Кстати, а что с денежной единицей? — тут же влез я, стало интересно, какая тут местная валюта.

— Об этом вам расскажет уже Феликс, так как после замены старых денег, я в новые не вникал, только слышал, что была некая реформа, и император заменил все старые деньги на новые. К тому же у каждой расы свои монеты, деньги, да и сам способ расчета у всех разный. А сейчас вам пора обратно, — без перехода выдал Светлячок. Повернувшись к юноше, что-то ему сказал, тот согласно закивал головой. — Он вас проводит, а то во второй раз может так не повезти и нарветесь на ловушку, а это, хочу сказать, весьма болезненно и неприятно. Идите.

Мы горячо поблагодарили нашего собеседника и отправились к себе в сопровождении юноши, который, осматриваясь и что-то шепча постоянно, следовал впереди, а мы гуськом за ним. До нашей комнаты мы добрались быстро, не попав никуда, не зацепив ничего, и не встретив никого. Доведя нас до двери, наш проводник склонил слегка голову, мы сделали так же в ответ, после чего, помахав ему рукой, вошли к себе. Там нас уже ждали накрытые столики с едой.

Перекусив, стали обсуждать то, что недавно услышали. Аля с Викой, сморщив носы, недовольно заметили, что они вполне понимают все расы, если тут люди такие сволочи, то и связываться с ними себе дороже. Мы все согласились с нашими девушками. И тут Кир, немного подумав о чем-то, вдруг выдал:

— Ребят, а ведь Светлячок сказал, что в Академии будут учиться не только люди, но отпрыски всех рас. Значит, у нас будет возможность доказать, что не все люди — гады, лицемеры, сволочи и лжецы.

— А зачем? — тут же поинтересовалась Маша. — Ну сам посуди, докажем мы это, людям начнут доверять, а потом... — подруга развела руки в стороны. — Свяжутся с кем-нибудь и нарвутся. Ведь мы — это мы, а менталитет других людей мы же не знаем. Поэтому, мне кажется, у нас немного другая задача.

— Показать, что не все люди сволочи, — подхватил я, поняв Машулину мысль. — Нам надо завоевать доверие, ведь десять лет учиться, как-никак. А то, что и как будет с отношением к другим, это уже не нам решать.

— Дрон, я не поняла, это ты сейчас типа отмазался, наша хата с краю? — нахмурившись, поинтересовалась Аля.

— Думаю, он имел в виду, что мы должны заставить уважать себя, ведь если мы вернем веру во всех людей, то, кажется, может быть только хуже, — не дав мне слова сказать, влезла Вика. Я кивнул. — Ведь мы все уже успели убедиться в том, что собой представляют люди.

— Подождите, ребят! — что-то вспомнив, воскликнул Тимофей. Мы вопросительно уставились на него. — Светлячок говорил, что в этом мире только гномы, вампиры, оборотни и эльфы. Так? — мы кивнули. — Тогда кем были те ужасные существа, страшные, толстые, чешуйчатые, крылато-рогатые? Те, кто и присутствовал на торгах? К какой расе они относятся?

Я поразился. Ведь сам недавно задавал этот же вопрос, но на него никто не обратил внимания. И только сейчас все задумались над этим.

— Хороший вопрос, — кивнул Кир. — Надо дождаться Феликса и спросить у него. Ведь не исключено, что Светлячок многого не знал, сам ведь сказал, что ему три тысячи лет, за это время многое могло случиться.

— Не ему три тысячи, а миру, — поправил я. — Но да, Феликса стоит потрясти на предмет инфы.

— Что именно вас интересует? — раздался позади нас голос мага. Маша хохотнула и выдала:

— Помяни черта... Только о тебе вспомнили, как тут же явился.

Подруга не заморачивалась выканьем, а маг и не обратил на это внимания, внимательно разглядывая нас. Потом повторил свой вопрос, садясь на одну из кроватей и приготовившись отвечать на наши вопросы.

Я уже предвкушающе потирал ладони. Столько всего хотелось узнать. Я пытался сообразить, с чего начать. Главное, чтобы он снова не сбежал раньше времени. И ответил на все. А то ведь может только еще больше заинтриговать и смыться. А нам потом мучайся неизвестностью. Глаза у всех загорелись. Вот сейчас мы узнаем много интересного. Наверное...

Глава 5

— Прежде, чем вы начнете задавать вопросы, скажите мне, вы ходили по замку? — поинтересовался маг, сдвинув брови. Мы на это только кивнули. Скрывать правду не имело смысла. Он ведь все равно узнал бы. После небольшой паузы, словно в оправдание, Аля произнесла:

— Вы же нам не сказали, что делать этого не стоит, да и про ловушки промолчали, — обвиняюще закончила девушка.

— Я как-то не подумал, что вы без меня решите совершить вылазку, — усмехнулся маг. — Я всего лишь дал вам время восстановиться, а вы сами полезли туда, куда не следовало. И это хорошо, что все обошлось, а ведь могли бы быть последствия, — укоризненно проговорил Феликс. Мы потупились, почувствовав его правоту. Нас-то ведь никто не запирал и ничего не запрещал, а в том, что ничего не расспросили заранее, действительно есть и наша вина.

- А почему вы нас не предупредили? Мы ведь и предположить не могли, что ваш замок с секретом, - ровно произнес Тимофей. - Мы всего лишь захотели все осмотреть.

- У нас и мысли не было, что это может быть опасно, - подключилась Машуня. - Русского человека нельзя держать в четырех стенах. Могут быть непредсказуемые последствия.

После ее слов все дружно закивали. Феликс вздохнул, удрученно покачал головой. Видимо, с таким он еще не сталкивался.

— Н-да, но главное, что все действительно обошлось, да и Светлячок оказался прикольным, — хохотнул Кир, вызвав недоумение Феликса, который, удивленно смотря на нас, тут же поинтересовался:

— Кто такой Светлячок? Где вы его нашли? У нас таких точно нет. В замке живность не водится.

— Он не живность, — обиделась за многогранник Аля. — Он красивый и переливающийся одноглазый камень, который умеет разговаривать, с которым было интересно.

— Он же нам и рассказал про этот мир, что он собой представляет, кто его населяет и к чему нам быть готовыми, — подхватила Вика.

— Камень? — пораженно выдохнул маг. — Вы были в библиотеке и разговаривали с Хранителем?

— Мы не знаем, кто такой Хранитель, — заметил я. — Там был молодой человек, который разговаривал непонятно, вел себя немного неадекватно, видимо, испугался нас, а потом и вынес этот многогранник, который нам все и рассказал.

— Это и есть Хранитель, — каким-то упавшим голосом ответил Феликс. — Его не следовало будить из многовековой спячки. Теперь неизвестно, что будет, чем обернется его пробуждение.

- Так мы его и не будили, мы всего лишь общались с парнем. Кто виноват, что он такой дерганый окажется, - пожал плечами Тимофей.

— Так вот почему он нам не рассказал о тех странных существах, которых мы видели на торгах! — воскликнула Аля, ее даже передернуло от отвращения. — Кстати, кто они?

— Там много кто был, — отмахнулся маг. — К тому же они не из нашего мира. На торгах обычно собираются существа из пяти миров, которые открываются как раз на этот промежуток, пока проходят торги. Потом все закрывается. И как говорится - кто не успел, тот опоздал.

— А кто будет в Академии? Там много народа? — спросил Тимофей, потом дополнил: — А мы в одной группе будем? Или в разных?

— В Академии учится семь разных рас, как из нашего мира, так и из других тоже, — начал отвечать по порядку Феликс. — Народа очень много. А вы... — он еще раз присмотрелся к нам, потом вздохнул, не зная, сильно ли нас огорчит эта новость: — В разных. Но могу сразу сказать, что только девушки будут учиться отдельно, у обеих ментальная магия, а вот юноши все пойдут на боевую, целителей среди вас нет, так же, как и некромантов, хотя пару человек стоит все-таки проверить, — глядя на меня и на Кира, задумчиво проговорил мужчина, оценивая нас. Кир расхохотался, я только улыбнулся.

- Я и некромант, вот это было бы здорово. Научу трупов танцевать стриптиз и будем с ними напару развлекаться, - сквозь приступ смеха выговорил Кир. Мы представили такую картинку. Танцующие трупы. Зрелище точно не для слабонервных. Надеюсь, у нас не окажется такой магии, а если вдруг... То из Академии нас не попрут за наши развлечения.

— А жить мы где будем? — тут же встрепенулся Тимофей. — Нас не разделят?

— Нет, комнаты там на двоих, девушки будут на женской половине, парни — на мужской. Ваши комнаты будут рядом, — ответил Феликс, и тут же, встрепенувшись, поднял палец вверх. — Кстати, я проверю, есть ли четырехместные боксы, там есть и такие, где в одном боксе две двухместные комнаты. Думаю, вам это больше понравится.

— Феликс, а почему вы с нами так носитесь? — подозрительно осведомился я. В душу начали закрадываться подозрения. Слишком все гладко идет, да и сейчас этот неприступный маг носится с нами, как с писаными торбами. Это явно неспроста.

— А вы бы предпочли грубое обращение? — вопросом на вопрос ответил тот, но мы все как-то сразу поняли, что он просто решил уйти от ответа.

- Но ведь именно таким оно сразу и было, - сдвинул брови я, вспомнив нашу первую встречу.

- Мне надо было сразу догадаться, еще когда на тебя не подействовало заклятие, - буркнул себе под нос маг, после чего недовольно поджал губы.

— Ладно, проехали, не хотите отвечать, не надо, — махнул я рукой. — Главное, чтобы потом не было слишком неприятного сюрприза, — теперь пришла моя очередь пристально разглядывать мага, который вроде и выдержал мой взгляд, но в то же время я заметил в его глазах нечто, что только укрепило меня во мнении, что все это явно неспроста, и этот тип преследует свои цели.

— Со временем вы все поймете сами, — устало вздохнул маг. — А сейчас можете спрашивать все, что вас интересует, я отвечу.

— Для начала объясните нам тактику поведения с другими расами, — попросил я. — Чтобы быть готовым к любым пакостям судьбы. Кто чем занимается? Кто какие пакости устраивает? И по возможности - у кого какая магия?

— Здесь все просто, в стенах Академии все равны, потому, никаких регалий никто не носит, соответственно, обращаться как к равному. Это уже за стенами Академии действуют другие законы, но вам они пока ни к чему, вы, попав туда, первых два года не имеете права покидать Альма Матер. Этот закон для всех, не только для вас, — поспешил уверить маг, заметив наши начинающиеся хмуриться лица. - Что касается занятий, привычек, пристрастий и прочего - об этом вам все расскажут на занятиях. Поэтому данную тему мы опустим. Она вам пока без надобности. Да и времени отнимает много.

— А что с денежной валютой? — задала вопрос Вика. — И нам можно будет где-то подрабатывать? Нам ведь наверняка придется что-то покупать, те самые тетради, ручки, форму, наконец.

— Нет, ничего покупать не придется, все будет выдаваться по первому требованию, — тут же пояснил Феликс. — А в денежной валюте постепенно разберетесь, пока не стоит забивать себе голову, к тому же у каждой расы она своя, все равно сразу это постигнуть сложно.

— Странно, почему вы так избегаете нашего полного просвещения? — снова вернулись подозрения ко мне. — Это ни к чему, то рано, не время. А когда оно будет? Что же вы от нас скрываете, а, Феликс? Не хотите поделиться? Ведь кто предупрежден, тот вооружен.

— Нет, пока вам еще рано все знать, посмотрим, как вы себя покажете в Академии, вот тогда я и открою все карты, а сейчас не время, — категорично произнес маг, вставая. — Если хотите, я проведу экскурсию по замку?

— Нет, не хотим, — глянув на насупленные лица друзей, ответил за всех я. — Мы лучше отдохнем перед завтрашним днем. Нам необходимо морально настроиться на учебу, хорошо подготовиться, — при этом мои глаза, уверен, хитро сверкнули, так как в голове начал зреть план, о котором Феликсу точно знать не надобно.

— Хорошо, тогда отдыхайте, — милостиво позволил нам собеседник, выходя за дверь и тихо прикрывая ее за собой.

— Дрон, у тебя явно что-то на уме? — тут же подскочила ко мне Машуня, едва ли не подскакивая от азарта.

— Знаете, у меня такое ощущение, что нас подслушивают, — не знаю почему, громко произнес я, махая друзьям рукой, чтобы собрать их как можно ближе, после чего шепотом поведал свой план, от которого все пришли в восторг.

А рано утром нас разбудили, чтобы полусонных отвести в подвал замка, где находились порталы, через которые нас и переправили в Академию.

Мы оказались в просторном холле, где туда-сюда сновали парни и девушки. На лицах почти у всех были надменные выражения. У некоторых мы заметили хвосты и маленькие крылья. Были также обладатели рогов, что вызвало невольную улыбку у наших девушек. И мы поняли из-за чего. Еще бы, бедолаги, им уже и рога наставить успели, при этом они так явно это демонстрируют.

На нас никто не обратил внимания. Было, правда, несколько особей — людьми их язык не повернется назвать, — которые только мимолетно бросили на нас презрительные взгляды, ни грамма не задержавшись, следуя дальше по своему маршруту.

— Идемте, потом осмотритесь, времени у вас будет предостаточно, — поторопил нас Феликс. — И да, вот, возьмите, наденьте на шею, это поможет преодолеть языковой барьер.

— Своеобразный переводчик, что ли? — хохотнул Тимофей, первым надевая амулет на шею. Это была обычная круглая плямка на веревке, только по ободку выгравированы какие-то иероглифы, напоминающие китайские письмена.

— Он самый, — подтвердил маг, направляясь к высокой стойке, напоминающей барную. За ней стояли трое, что-то писали, тихо переговариваясь между собой.

Стоило нам подойти, как головы тут же поднялись, как по команде, и нас уставились три пары немигающих красных глаз. Лично меня передернуло, настолько неприятными были эти взгляды.

— Новенькие, что ли? — низким голосом поинтересовался юноша, продолжая сверлить нас глазами.

— Человеки, — презрительно выплюнула девушка за стойкой, тут же теряя к нам интерес и начиная что-то быстро-быстро писать. Н-да, никто не думал, что будет легко, но такое отношение вымораживало, раздражало, заставляло скрипеть зубами от досады.

— Приложите руки вот сюда, — протянул третий парень какую-то доску, на которой находились углубления для ладоней. Мы поспешили выполнить его «просьбу».

Стоило одному из нас коснуться этой доски, как она начинала мигать, а первый юноша что-то записывал, поглядывая на доску, потом только произносил:

— Следующий!

Когда процедура, как мы поняли, опознавания закончилась, к нам подошел еще один юноша, он точно был человеком, даже приветливо улыбался, предлагая проводить нас в наши комнаты. Только вот улыбка его мне не понравилась. Вроде и искренняя, но в то же время какая-то ненатуральная она была, еще и глаза его при этом смотрели слишком колюче и надменно. Странный контраст, однако.

Но тем не менее, мы, глянув на Феликса, будто выискивая в нем одобрения, сразу направились за провожатым, после едва заметного кивка мага. Но как только девушки собрались идти с нами, перед ними тут же показалась рука провожатого, который мотнул головой, предлагая остаться и ждать. А нас троих повели на третий этаж, где, как нам позже объяснили, располагались комнаты для человеков, именно так все расы называли людей, вроде и приемлемо, но в то же время — презрительно.

- Че-ло-ве-ки, - по слогам произнес я. - Почему бы не назвать просто людьми? Так сложно?

Отвечать нам никто не пожелал. Я пожал плечами, не хотят и не надо. Все равно ведь не прислушаются к мнению.

Выделили нам бокс. Две комнаты, в каждой из которых стояли две кровати, две тумбочки, два стула и один стол посередине, разделенный на две части перегородкой. Окно выходило во двор Академии, где бегали, прыгали, даже дрались студенты разных рас. Только людей там точно не было, мы присматривались.

На каждой кровати лежала форма: синие короткие штаны с манжетой, длинный пиджак, застегивающийся на одну пуговицу и молочного цвета рубаха без рукавов. Так же стояла обувь, по виду, вроде и туфли, но на странной подошве, в которой были натыканы шипы, хотя, померив, вынуждены были признать, что обувь удобная.

На тумбочках лежали свитки, несколько тонко заточенных палочек, книги и куча приспособлений, назначения которых мы пока не поняли. Юноша, который нас привел, сразу испарился, не желая ничего объяснять. Ну и ладно, сами разберемся, немаленькие. А пока не мешало бы осмотреться, что тут и как. Для начала мы проверили еще одну дверь, которая была в нашем боксе. Это оказалась некая небольшая комната, в которой стояла камера, похожая на душевую. Судя по гладким стенам, это именно она и была. Вот только никаких шампуней, мыла, геля для душа, полотенец — мы не обнаружили. Хм, и как нам мыться? Как справлять естественную нужду? И тут до меня дошло.

— Ребят, а как вы в замке в туалет ходили? И ведь не хотелось же даже, — вдруг удивленно задал я вопрос.

— Так к нам каждое утро подходил какой-то индивид, чем-то обдувал, после чего вся тяга испарялась, в туалет больше не хотелось, да и тело было, как после душа: чистое, свежее и бодрое, — ответил Тимофей.

— Нифига себе сервис! — восхитился я, поглядывая на эту душевую кабину. Ее я решил испытать вечером, перед сном, а пока у нас много дел.

— Обследовать Академию пойдем? — обернувшись к товарищам, спросил я. Но ответить мне никто не успел, дверь открылась, и в нее, не спрашивая разрешения, вошли два парня — люди. Они пытливо оглядели каждого из нас, после чего тот, который был повыше с темными волосами, сразу же спросил:

— Вы новенькие? Кому вас? Вы уже знаете своих супруг или хозяев?

— Чего? — в один голос поинтересовались мы, конкретно так зависнув после этих слов.

— Вы что, ничего не знаете? — тут же задал вопрос второй парень, платиновый блондин, невысокий, но довольно смазливый, только его глаза полыхали ненавистью и презрением, а еще в них был лед и сталь.

— Нет, нас забыли об этом проинформировать, — спокойно ответил я. — Не хотите поделиться информацией?

— Но по чьей же тогда протекции вы здесь? — удивился темноволосый, разглядывая нас, и увиденное ему явно не нравилось, так же, впрочем, как и его товарищу. — Ведь без нее вас бы сюда не взяли.

— Так нас ректор ваш привел, — как-то неуверенно произнес Кир, а эти двое скривились, словно лимон съели. Их, видать, не впечатлило такое объяснение.

— Феликс, что ли? — как выплюнув, спросил светлый, мы согласно кивнули. — Нет, он по собственной воле не станет брать на себя ответственность, это однозначно.

— А где он вас отыскал? — вдруг встрепенулся темный, прищурившись, посмотрел почему-то на Кира, у которого на шее виднелась тату. Я и сам ее только что заметил.

— А это так важно? — не дав никому и слова сказать, начал хамить я, не нравились мне эти двое. Неизвестно, зачем явились, что-то вынюхивают, выведывают, а сами ничего толком не объясняют.

— Да, очень важно, — с видом короля легко кивнул головой тот, что повыше. — Поэтому, начинайте излагать.

— А не пойти бы вам в пеший эротический? — с милой улыбкой предложил Тимофей, подходя к двери и широко открывая ее. — Прошу на выход, господа хорошие, а может и нехорошие. В любом случае, адьес, амигос.

Сначала парни не поняли, что произошло. Они несколько минут смотрели то на Тимофея, то на нас всех, и только осознав, их лица приняли такие выражения, будто они змей или мерзких жаб увидели, так на нас посмотрели. Но нам как-то плевать уже было. Хотелось, чтобы они поскорее ушли.

— Так, милостивые господа, вам пора на выход, адьес, — Кир широко распахнул дверь и шутовски поклонился, показывая рукой, что гости свободны и могут выметаться вон.

Те несколько минут в недоумении разглядывали нас, пытаясь понять, не шутка ли это, пока, наконец, до них не дошло, что Кир не шутит. Задрав нос, оба с гордой походкой покинули нас. Зато мы не успели и вздохнуть, как в дверь раздался робкий стук, тихий, едва слышный. Не стояли бы у двери, точно бы не услышали. Друг открыл, сделав шаг назад, пропуская девушку, которая мышкой скользнула внутрь. Осмотрев нас, при этом ее взгляд был полон страха и затаенного ужаса, она шепотом произнесла, поминутно оглядываясь, будто за ней кто-то стоит:

— Чем это вы так наших принцев разозлили? Теперь они будут мстить, — плечи гостьи еще больше поникли, а сама она вся сжалась от страха.

— А тебе-то что с этого? Нам же мстить будут, — довольно равнодушно заметил Тимофей, было видно, что и новая гостья не понравилась никому.

— Вам-то вам, а страдать от этого будут многие другие, — едва не плача, процедила девушка. — Они же всегда задействуют других для своих подлостей. Сами чистыми остаются, а вот достается остальным. И кто участвовал, и кто нет.

— Как же у вас все запущено, — нахмурился я. — А от нас-то ты чего хочешь? Ведь не просто так ведь пришла? Верно? — она согласно кивнула. — Так что надо?

— Вы должны их убить, — вскинув голову, твердо произнесла гостья, а мы едва успели поймать челюсти, так как они едва не валились на пол.

— Вот те раз! Я у мамы плохой сын! — воскликнул Кир, прислоняясь к стене. — Ребят, кажется нас хотят куда-то втравить. И мне это совсем не нравится.

Это не нравилось не только Киру, но и всем нам. Что-то странное начало твориться, не успели мы попасть в эту чертову Академию. Сначала нас разъединяют с девушками, потом являются некие принцы, за ними прискакивает зашуганная девица и требует убить принцев. Хм, килеров нашли.

- Что-то мне не понравились слова о протекции, - нахмурился Кир. - Ведь с самого начала было понятно: Феликс, гад, темнит.

- Чувствую, это подстава, - на автомате произнес я. - Но хоть убейте, не могу понять, в чем она заключается.

- Я тоже, хотя моя чуйка меня еще ни разу не подводила, - согласился со мной Тимофей. Девица смотрела на нас затравленным взглядом. А мы о ней уже и забыли. Только когда она вскрикнула и дернулась, мы повернулись в ее сторону.

- Ты еще здесь? - нахмурился Тимофей. - Нам и без тебя дел хватает. Топай пока отсюда. Но та замотала головой. Я встал. Подошел к гостье, открыл дверь. Она стала упираться.

Но с огромным трудом выпроводив странную девицу и сообщив, что подумаем, мы сели прямо посреди комнаты, чтобы решить, как нам быть дальше...

Глава 6

— Народ, что-то мне это все не нравится, — начал Тимофей. — Сначала нас зачисляют в Академию после арены, потом являются какие-то звездуны, чтобы поинтересоваться, по чьей мы протекции. А потом...

— Хм, меня одного смутило то, что мы предназначены кому-то в мужья? — начал, нахмурившись, Кир, перебив Тимофея. — Что-то я не хочу себе никого, более того, эта мысль мне претит.

— Я тоже не хочу, — согласился я с другом, правда, не так категорично. За свои двадцать семь лет я пробовал себя в серьезных отношениях, но как-то не преуспел, не то, чтобы не понравилось, скорее, не нашел подходящую девушку, с кем бы мне было комфортно. А тут новый мир, непонятные существа...

— А я не против, если мне достанется какая-нибудь владычица, но чтобы она была довольно красива, страшил я у нас насмотрелся, не хочу больше, — пожал плечами Кир, Тимофей собрался было что-то гневное выдать, но я тронул друга за плечо, останавливая его поток брани, а именно ею он и собрался разразиться, так как брови нахмурились, кадык стал нервно дергаться.

— Тим, уймись, это точно не тебя касается, у каждого свои предпочтения, не начинай. К тому же, кому-то владычицы, кому-то кухарки. Деньги во всех мирах решают все, — тихо, но твердо, произнес я, прекрасно зная, насколько друг непримирим к таким как Кир. Хотя парень как парень, только за счет его специфической работы выглядит как... М-м-м... Впрочем неважно.

— Эм... Но ведь... — пытаясь справиться с собой, начал было друг, но тут же замолчал, махнув рукой. А я еще и добил его, чтобы больше не было желания что-то говорить.

— К тому же не забывай, что ты сам скоро кому-то достанешься в мужья, и твое желание фиг кто спросит, придут и возьмут, так что... Молись, чтобы не досталась какая каракатица, а вполне сносная жена. Ты видел, что творилось на трибунах? Какие забитые у них мужики? И какие женщины? Если их вообще можно назвать женщинами. Мне страшно представить, если кому-нибудь из таких мы и предназначены.

— Вот умеешь ты успокоить, спасибо, друг, — зло выплюнул Тимофей и замолчал, надувшись на нас всех.

— Интересно, что с нашими девочками? — вдруг спросил Тимофей. — Они тоже кому-то... — договорить ему не дал очередной стук в дверь.

Открыв, мы довольно оскалились. Там стояли наши девочки, с опаской оглядываясь по сторонам. Потом, юркнув в комнату, закрыли за собой дверь, прислонившись к ней, и выдохнули.

— Ребят, мы попали, — произнесла Вика. — Надо линять отсюда. И чем быстрее, тем лучше. Мне совершенно не нравятся творящиеся здесь дела.

— Вопрос в том, куда? — спросил Кир, рассматривая девушек, а потом и нас всех. - А главное, как. Что-то я сомневаюсь, что нас выпустят из этого адского заведения. Уверен, за нами тщательно наблюдают.

- А куда вас устроили? Гости приходили? - поспешил поинтересоваться я.

- Никуда нас не устроили, мы так и торчали в том гребанном холле под взглядами студентов, - зло процедила Маша. - Как только типы за стойкой отвернулись, мы и поспешили к вам. Тревожно мне, Дрон.

- Нам всем тоже, - вздохнул я, не став пока говорить девочкам о пакостях, подкинутых нам "добрым" магом Феликсом. Не хотелось растраивать и так не находящих себе место девочек.

— Мне было видение, — потупившись, начала наша подруга-прорицательница. — Где-то здесь, недалеко от Академии, есть магазин обуви. Нам надо туда и побыстрее. Иначе здесь нам будет каюк. И станет для нас всех здесь данное заведение могилой.

— Ну ты, мать, даешь! — не удержался Тимофей. — Нам надо шкуры спасать, а тебя в обувной потянуло.

— Ты не понимаешь, — раздраженно выдала девушка. — Я не собираюсь ничего покупать, да и денег у нас нет. Но нам туда надо обязательно. Как ты не понимаешь, видения нельзя игнорировать. Это плохо кончится.

— Что мы потеряем, если сходим? — вдруг согласился с подругой Кир. — Хуже все равно уже не будет. Пошли? Здесь нам нельзя оставаться. Я тоже чувствую нечто нехорошее.

Хм, а ведь действительно не будет, значит, надо проверить это видение. Чем черт не шутит, а, может, это действительно наше спасение? В этот момент и во мне появилась стойкая уверенность, что срочно надо бежать. Магазин так магазин.

Открыв дверь, мы выглянули. В коридоре никого не было. Осторожно, словно воры, мы вышли и, крадучись, направились в сторону, которую указала подруга. Перед этим мы только уточнили, знает ли она, куда идти, та кивнула и повела нас. В этот момент наша подруга напоминала неживое создание, идущее словно зомби. Но мы ее не трогали. Просто шли следом.

По дороге нам никто не повстречался, что немного напрягало и вызывало некие опасения, но мы продолжали идти, пока не оказались на улице. Причем выйти нам удалось не к центральному входу, а где-то позади Альма-Матер. Самое забавное, я был поражен, нами пока никто не заинтересовался. Или пока не поняли, или не думали, что мы поспешим сбежать. Еще раз оглядевшись и вдохнув свежий и чистый воздух, будто перед прыжком в бездну, мы снова последовали за нашей проводницей. Она шла уверенно, словно каждый день ходила этой дорогой.

Тропинка, по которой мы двигались, все время петляла. Вот уже деревья и кустарники сменились на плато. Странный контраст. Меня в этот момент взволновало то, что нас могут заметить, но не успел об этом и слова сказать, как мы наткнулись на небольшое здание, сложенное из деревянных брусьев.

— Откуда оно тут взялось? — вырвалось у меня. — Его же не было еще пять минут назад.

— Ага, оно как из-под земли выросло, — подхватила мое изумление Машуня. — Нам точно сюда надо?

Мы, как сговорившись, повернулись в сторону Али и Вики. Но девушки уверенно открыли дверь и последовали внутрь. Нам ничего не оставалось, как войти следом. И тут нас ожидало еще одно потрясение. За прилавком стояла уже знакомая нам гадалка, с которой, собственно, и начались наши злоключения. Машуня сжала кулаки, готовый вот-вот броситься на женщину. Но та, улыбнувшись во все тридцать два, мягко произнесла:

— Без паники! Вы ведь хотите исчезнуть из этого мира? Ничего хорошего вас в нем не ожидает, Феликс продал вас, причем эта зараза хитрая, не считаясь ни с чьим мнением, отдал вас тем, кому нужна магическая подпитка. Вы можете знать этих существ, как инкубов, но здесь они называются по-другому, да и намного ужаснее тех, о которых пишут в вашем мире. Так что... — гадалка на миг замолчала, давая нам возможность переварить информацию, потом продолжила: — Я предлагаю вам приключения, правда, не совсем безобидные, но это лучше, чем медленно подыхать от выкачивания энергии в постели садистов-деспотов.

— Почему мы должны тебе верить? Один раз ты уже втравила нас в неприятности, — произнес я, в упор глядя на женщину, которая при детальном рассмотрении оказалась постаревшей за то время, что мы не виделись. Будто прошло не несколько недель, а годы.

— Потому что Феликс меня обманул, и я больше ему не подчиняюсь, а ваша сила может вернуть то, что у меня украли — мою свободу и молодость, — честно призналась гадалка. — Как только вы достигнете конечного пути, а я буду всячески помогать вам в этом, вы все получите достойные награды, которые, уверена, вам понравятся, а я получу свободу.

— Где гарантии того, что мы не станем снова заложниками в руках какого-нибудь садиста? — задала свой вопрос Вика. — И откуда вы можете знать, какая награда нас порадует, а какая нет?

— Поверьте мне, я много чего знаю, — вздохнула женщина. — Но вам стоит быстрее решить, согласны вы или нет, так как... впрочем, сами посмотрите, это за вами, — она раскрыла шторы на окнах, и мы увидели, как к этому зданию бежит Феликс с перекошенным от злобы лицом, а рядом с ним...

— Ой, какие они безобразные, — содрогнулась Аля, отворачиваясь и закрывая лицо руками. — Еще и голые...

— И это те, кому вас и продали, — подлила масла в огонь гадалка. — Как вам будущие хозяева?

Существа действительно были обнажены, тело покрыто шерстью, голова у всех была настолько огромна, что, казалось, вот-вот отвалится от тонкой шеи. Руки доставали почти до колена, а вот в руках у каждого были кнуты, плетки, палки и у некоторых дубины с острыми наконечниками. И вот размеры членов... настолько потрясали, что вызывали содрогание своим гигантским размером и толщиной. Мне уже стало жалко наших девушек. Такие ж порвут и фамилию не спросят. А женщины... Мама роди меня обратно. Гладиаторши на арене в сравнении с этими Дюймовочки и топ модели. Меня перекосило от омерзения.

— Веди нас в свой мир, — быстро за всех решил Тимофей, а мы согласились. Лучше уж приключения, чем эти уроды, чьи намерения больше не вызывали сомнений.

— А оружие нам какое-нибудь дадут? — вдруг поинтересовалась Аля, вздернув подбородок. — Я умею хорошо стрелять.

— Я тоже, — подхватила Вика. — А еще умею метать ножи, — немного с нотками гордости и хвастовства произнесла девушка. Мы же с парнями только плечами пожали. Стрелять умели и любили все, часто посещали тир.

Вопреки нашим сомнениям, гадалка усмехнулась, достала из-под прилавка странный пистолет с широким стволом и вручила его Але. При этом немного пояснила принцип:

— Заряда хватает на семь выстрелов, убивает даже неубиваемых, но... заряжается потом семь часов. Все остальное вы получите в процессе. Идите, вам пора, — с этими словами она распахнула другую дверь, которая оказалась в стене словно по волшебству и отошла в сторону, пропуская нас.

Только когда мы вышли, огляделись и хотели спросить у женщины, как хоть называется мир, и чего нам надлежит ожидать, как заметили, что странный дом-магазин уже исчез. Снова магия и волшебство. Но они не вызывали недоумения и отторжения. Словно это все правильно. Так и должно быть.

— Из огня да в полымя, — прокомментировал Кир, переминаясь с ноги на ногу. — Куда нам идти? В какую сторону? Что искать?

— Н-да, вопросов тьма, ответов ноль, — согласился я с парнем, тоже оглядываясь кругом.

Мы находились в редком пролеске. Деревья напоминали наши березы, но с той разницей, что кора у них была не бело-черная, а серо-коричневая, да и листья на деревьях большие, больше напоминающие лопухи. И как только на ветках держатся и не клонят их вниз. От свежего воздуха закружилась голова.

— Вика, что тебе говорит твое предчувствие, куда нам двигаться? — обернувшись к нашей прорицательнице, спросил Тимофей.

— Тут одна тропа, назад смысла идти нет, — задумчиво протянула девушка. — Значит, только вперед, а если будет развилка, будем думать.

— Вот только быстрого передвижения не получится, — нахмурился я. — Что-то мне тут не нравится, какие-то сомнения и опасения вызывает это место. К тому же почему лучи солнца словно за каким-то туманом? — я хмурился все больше. Ребята со мной согласились, тоже начиная испытывать тревогу.

— Да и есть хочется, — влез Кир. — В этой гребанной Академии нас так и не соизволили накормить. А сейчас, на голодный желудок, очень некомфортно идти дальше, мозг отказывается работать.

— Придется это пережить, неизвестно, когда мы сможем поесть. А рвать с деревьев плоды может быть чревато, вдруг они ядовитые, — произнесла Вика, вдруг остановившись. — Тихо! Слышите?

Мы ничего не услышали, наблюдая за тем, как девушка все больше хмурится. И тут она сделала немыслимый скачок в сторону, оказавшись рядом со мной и вцепившись в мою руку. Ее глаза округлились от страха, а тело начало мелко дрожать.

— Вик, что с тоб... — только начал я задавать свой вопрос, как она вскрикнула и ткнула пальцем в одно из деревьев. Ее рука уже откровенно дрожала.

— Пища сама пожаловала, — от дерева, на которое тыкала Вика, отделилась фигура парня. Его глаза полыхали красным, за спиной развевались черные крылья. На руках были огромные когти. — Нам даже охотиться не пришлось, — продолжал ерепениться юноша, плавно перетекая все ближе к нам. Он не шел, а именно перетекал. Только был на одном месте, одно движение тела, как змеи, и вот он уже ближе к нам.

- Стой, где стоишь! — Аля достала свой пистолет, который дала ей гадалка. — Иначе наделаю дырок, не запломбирУешь.

— Намного тебя не хватит, — усмехнулся парень. Из его рта показались длинные и острые клыки. — Посмотри вверх, — предложил он, мы, как по команде, задрали головы вверх и ахнули. На ветках, как наседки, сидели такие же существа, их было не просто много, а очень много.

— Попандос! — выдала Маша общее состояние всех нас. — И что теперь? Бежать бесполезно, драться... можно попытаться, зато помрем в бою, пав смертью храбрых.

— Нас спасет только чудо, — выдал я, так как в груди начала зреть уверенность, что сейчас что-то произойдет такого, что поможет нам избежать участи быть сожранными ужасными клыкастыми.

— Мечтать не вредно, — пессимистично заметил Тимофей, готовясь к драке. Начал разминать кулаки, то сжимая, то разжимая их. Стал трясти ногами, крутить головой. Существа наблюдали за нами с ехидными усмешками. Нападать они не торопились, решили, наверное, нагнать аппетита побольше или устроить себе развлечение.

— Вредно не мечтать, — горько усмехнулся я, после чего вскрикнул: — Едрить колотить! А это еще что за чудовище?!

На нас, точнее на клыкастых, летело нечто огромное, напоминающее смесь волка и огромной бабочки — как бы дико это ни звучало. Пасть раскрыта, в ней несколько рядов острых зубов-клыков. Лапы вытянуты вперед, на них когти, с которых идут в разные стороны искры. Как только красноглазые увидели летящую тварь, они тут же запищали, заклокотали, некоторые бросились наутек, некоторые попытались вступить в схватку.

Одному клыкастому тварь легко оторвала голову, второго разодрала пополам. Мы наблюдали за этим с чувством страха и омерзения. Нас будто парализовало, мы бы и рады сбежать, но тело совершенно не желало двигаться. Оно просто застыло.

Когда больше десятка тел валялось на земле, тварь вдруг повернулась к нам и, оскалившись, метнулась к Киру. Вот тут Аля среагировала быстро, удивив всех нас. Она выпустила несколько зарядов. Из дула вырвалось пламя, окутывая тварь, второй выстрел заставил ее зависнуть в воздухе, шипя, плюясь какой-то мутной синей жидкостью, которая, падая на землю, сжигала траву напрочь. И третий выпущенный заряд окутал это нечто в кокон, после чего все тело стало скукоживаться, пока не осыпалось пеплом на землю. Пепел подхватил ветер, развеивая его по земле.

— Ой, мама! — выдала Аля, которая трясущимися руками пыталась засунуть пистолет в карман плаща, который каким-то чудом и неизвестно откуда взялся на ней.

— Но это невозможно, — прошептал тот самый тип, который еще недавно лучился самодовольством. — Бейджару убить невозможно, ее не берет ни лед, ни огонь, она впитывает в себя всю магию. Как?

— Это немагическое оружие, — прошептала Аля, пытаясь прийти в себя после полученного боевого крещения, можно сказать. — Это вроде как оружие моего мира, только странное и необычное. Но точно не магическое.

— Я должен поблагодарить вас, — склонился в поклоне перед Алей этот тип, а к нему подошел еще один с ларцом, открыв который, протянул его парню, он, скорее всего, у них главный. — Примите в дар от вампиров эти амулеты, они смогут предупредить об опасности.

Юноша прошел мимо каждого из нас, надевая нам на шею амулеты. И ведь мы даже не усомнились в искренности его слов, хотя по ушам резануло то, что они вампиры. И мы едва не остались обескровленными. Как я и предполагал, нам помог случай, пусть и пострадали многие, зато теперь кровососы могут спать спокойно, если они вообще спят.

— Вы не в курсе, куда нам сейчас идти? — решил на всякий случай поинтересоваться Тимофей. Ну а вдруг!

— Дорога здесь одна, — пожал плечами юноша. — Вот по ней и идите. Я же не могу знать вашего предназначения. Жизнь покажет, что вас ждет, и для чего вы здесь находитесь. Удачи вам! — махнув на прощание рукой, все клыкастые вдруг исчезли, словно их и не было вовсе. Эх! А я только собрался поинтересоваться, где мы находимся и кто здесь обитает. Мы ведь даже подготовиться к сюрпризам толком не можем. Но за амулеты оказались все благодарны. С их помощью мы теперь можем сами знать заранее об опасности. А то вдруг у Вики сбой произойдет с видениями.

— Ну вот, а есть еще больше захотелось, — произнес Кир, скорее всего, чтобы только не молчать.

— Ага, а в детдоме ты каждый день ел досыта, — беззлобно задела его Вика. — Пошли уже, мужик ты или где?

— Куда? — тут же встрепенулся Кир. — Может, мы костерок разведем? Должны же тут быть грибы какие-то?

- Ага, сказку не помнишь? Не пей - козленочком станешь, - ехидно произнесла Маша. - А в нашем случае такой вариант будет звучать: не ешь - неведомой зверушкой станешь, если вообще жив останешься.

- Маша права, не стоит забывать, что мы в магическом мире. Произойти здесь может, что угодно, - согласилась с подругой Аля. - Мы должны быть осторожными. А с едой придется потерпеть.

— Хватит ныть, идем, — осадил голодного парня Тимофей, не став заморачиваться на увещевания, как это начали делать девушки. — Наешься грибочков, где мы тебя потом ловить будем?

— Хорошо, если ловить, а не прикопать тут же, — любезно поддержала друга Маша. — И падешь глупой смертью совсем не храбрых.

Так, переговариваясь, поддевая голодающего, мы медленно брели вперед. Деревья, казалось, никогда не закончатся. Несколько раз девушки спотыкались на корнях, выползших из-под земли. У меня в глазах рябило. От однотипности природы казалось: мы ходим по кругу. Но тут, наконец, впереди показался просвет.

Лес закончился, началось, казалось, бескрайнее поле. Мы шагали под солнцем, пот лился по спине, лоб тоже покрылся испариной. Дышать от такой жары становилось только сложнее и тяжелее. Только сейчас я осознал: в лесу все-таки было попрохладнее. Сейчас до ужаса хотелось принять ледяной душ, смыть с себя пот и грязь. Но поблизости даже озера не наблюдалось. Заметив невдалеке еще один густой и лиственный лес, мы едва ли не бегом, собрав последние силы, помчались к нему. Забежав в тень, тут же повалились на траву без сил. Ноги отказывались идти. Хотелось пить. Губы потрескались, казалось, распухли, так же как и язык. Он уже не помещался во рту.

— А это еще кто у нас тут? — не успев толком отдохнуть, услышали мы совсем рядом. Вот только никого не увидели. Да и амулеты не успели нагреться. Получается одно из двух: или опасности для нас нет, или амулеты бракованные.

— Кто здесь? — едва ворочая языком, поинтересовался я, оглядываясь по сторонам.

— Вставайте и следуйте за нами. Вы нарушили границу владения эльфов, ваше наказание определит наш Владыка, — снова тот же голос. Но на этот раз мы увидели стоящих вокруг нас парней в зеленых костюмах, с длинными белыми волосами, заплетенными в косу, луками за спиной, а главное, длинными острыми ушами, от которых меня пробило на смех. Я едва сдерживался, а вот Вика не смогла.

— А можно ухи пощупать? Всегда мечтала узнать, какие на ощупь эльфячьи ушки...

Девушка уже пританцовывала на месте и тянула свои загрубущие ручонки к части тела ушастых. К ней присоединились Аля и Маша. От их плотоядных взглядов даже я передернулся. Наши девушки сейчас походили на каннибалов, дорвавшихся до возделенной еды. Только они тянули руки к ушам эльфов. Мы с парнями застыли, наблюдая за зрелищем.

Если нас сейчас не прикончат, судя по взгляду этих типов, то в живых точно не оставят.

Глава 7

Нас заставили подняться с земли. Хоть и с трудом, с кряхтением, мы все-таки встали. Пошатываясь и держась друг за друга, мы направились следом за эльфами, которые все время злились, что мы тащимся слишком медленно. А куда нам торопиться? Умереть мы еще успеем, на тот свет точно не торопимся, вот и идем медленно. К тому же, хотят быстрее, пусть несут нас. А сами мы слишком вымотаны, чтобы торопиться.

— Да можете вы шевелиться? — не повышая голоса, но в то же время так, что лично у меня волосы дыбом встали, прошипел один из эльфов. — Нельзя заставлять Владыку ждать.

— А нас никто на ковер не вызывал, — машинально выдала Маша, ее глаза закрывались, ноги заплетались, она едва тащилась, практически повиснув на мне. — Это для вас он Владыка, а нам никто. Мы его своим начальником не выбирали. Так что скажите «спасибо», что вообще идем с вами.

— И в гости не приглашал, — подхватил Кир, обхватив себя руками. Парня трясло не по-детски. Неужели заразу какую подхватил? Мне стало тревожно. Необходимо срочно отыскать лекаря. Терять друзей в наши планы не входило. И так одного потеряли еще на начальной стадии нашего путешествия.

— Да и откуда ваш Владыка вообще может о нас знать? — фыркнула Аля, поправив волосы, которые лезли в рот от дуновения ветра. — Мы — мирные путники. Шли, никого не трогали. А тут вы, как черти из табакерки, во всем зеленом. Может мы и не собирались в гости к вам?

— Пересечение границы непрошеными гостями дает сигнал сразу Владыке, а потом уже нам, — просветил нас ушастый с надменным видом. — Поэтому вам и надлежит поторопиться. К ночи вы должны быть готовы.

— Слышь, ушастый, ты заканчивай загадками говорить, — нахмурился Тимофей. — Что значит, к ночи? С кем?

— Мы ни с кем спать не собираемся, — тут же в один голос выдали наши девушки, остановившись и уперев руки в бока.

— Фу! Вы себя-то видели? — пренебрежительно выдал ушастый гад. — Кому вы нужны в таком контексте? Перворожденные никогда не свяжут себя с человечками.

— Да еще к тому же грязными, чумазыми и дурно пахнущими, — скривился второй перворожденный. Так и захотелось съездить ему кулаком по роже, чтобы убрать надменное и презрительное выражение с его наглого и холеного лица.

— О! Снобизмом запахло, — начиная звереть, произнесла Аля. — Ребят, может, его пальнуть разок? Чтоб кучкой пепла тут остался? А то слишком много о себе мнит эта зараза ушастая.

— В зеркало-то на себя давно смотрел? — подхватила Вика. — Ни рожи ни кожи, а гонору… хоть ведрами черпай.

Мы с парнями грешным делом решили, что этого типа Кандратий хватит, так побледнел, потом покраснел, а после и вовсе позеленел эльф. Его лицо сейчас сливалось с костюмом. Вылитый аватар. Только тот синим был, а этот зеленый весь. Кузнечик натуральный. Хотя, даже мы, парни, вынуждены были признать, что все эльфы, как на подбор, слишком красивы, слишком спесивы, слишком самоуверенны. Все в них было слишком. И наверняка девчонки это заметили самые первые, оттого и злятся, что на них внимания не обратили. Ведь женскую логику постичь трудно. Зачастую они донимают больше всех тех, по ком сходят с ума. Вот и пойми их после такого. Ни в жизнь не поймешь.

Между тем мы все ближе подходили к селению перворожденных. Это стало понятно по тому, как часто стали попадаться на нашем пути ушастые. Да и странные деревья с дверями вызывали недоумение. Зачем там двери? Все равно ведь в стволе даже такие миниатюрные ушастые не поместятся. И опять нам на помощь пришел наш сопровождающий, с гордостью сообщив, что каждый эльф должен вырастить свой дом сам.

— А как вы там помещаетесь? — не удержался я от вопроса, так как мне сложно было даже представить, как можно жить в дереве. Да и эльфы не такие уж и маленькие, хотя и тонкие, миниатюрные. Стоя они, что ли, спят?

— В этом и состоит хитрость, — впервые за все время усмехнулся наш проводник. — Внутри магическое расширение пространства. Потому там свободно и комфортно.

— Хотела бы я это увидеть, — заинтересованно произнесла Аля. Но на это эльфы снова скривились и замкнулись в себе.

Мне в этот момент стало интересно, что у них за раздвоение личности. То они вот такие угрюмые снобы, которые смотрят на нас свысока, а то вдруг довольно миролюбивые и общительные личности. Это у них волны какие-то в организме? По-другому и назвать сложно. И ведь явно неспроста на них нападает минута откровения и своеобразной доброты. Только интересно узнать, с чем же это связано?

Пока я раздумывал, разглядывал ушастых, мы как раз подошли к одному из деревьев. Оно отличалось от всех. Было огромным даже в обхвате четверых человек. Его кора оказалась белоснежной и отчего-то переливалась на солнце. Захотелось подойти и потрогать, быть может, ее чем намазали? Только сделать это мне не удалось, нас окликнули. Вот тогда мы и заметили стоящего напротив нас эльфа с ободком на голове. Его распущенные белые волосы лежали так, будто их прикололи к голове, даже дуновение ветерка их не могло пошевелить. Его глаза надменно рассматривали нашу компанию. Ни один мускул не дрогнул на его лице. Удивило, что и пренебрежения он не выдал. Просто холодная ледяная маска. А вдруг это статуя? А выглядит как живая? Я непроизвольно даже руку протянул, чтобы потрогать. Но тут же отдернул ее обратно, вовремя сообразив, что такие действия могут быть чреваты.

— Итак! По какому праву вы нарушили наши границы? Кто вы? Откуда взялись? — вопросы посыпались один за другим. Интересно, как нам отвечать, если нам и слова не дают вставить?

Вперед вышла Вика, грациозно поклонилась, будто всю жизнь воспитывалась во дворце, чем нас весьма удивила, и начала рассказывать, кто мы и откуда. Эльф слушал очень внимательно, ни разу не перебив, не задавая вопросов. А стоило ей закончить, как Владыка задумался.

— Ваш рассказ занимателен, но я все еще не понимаю, зачем вы здесь? Почему нарушили границы владений перворожденных, — произнес он, а мне хотелось сплюнуть и выругаться. Вот же тугодум. Ему же только что рассказали обо всем. Что он от нас еще хочет?

— Мы тоже этого не понимаем, — на этот раз вперед вышел я и встал рядом с Викой. — К тому же нас забыли просветить об этих самых границах. Мы идем, как слепые котята. Можно сказать, нас послали туда, не знаю куда, чтобы найти то, не знаю что.

— Владыка, а может, их тоже к предкам отправить? — рядом с главным эльфом оказалась девушка, весь ее вид вызывал гримасу отвращения. Слишком слащавая, слишком пренебрежительная к другим, но слишком угодоподобная к Владыке. Шестерка с шакальими замашками. Придушить бы ее и сказать, что так и было. Да только на девушек и рука-то не поднимется, какими бы гадюками они ни были.

— Они в любом случае туда и отправятся, за нарушения их никто по голове не погладит, — задумчиво выдал ушастый, разглядывая нас со странной смесью сочувствия и надежды.

— Это что, нас прямо вот так, без суда и следствия, просто прикончат? — удивилась Аля таким порядкам. — И зачем нам ваши предки? Уж лучше бы к своим попасть. Хоть узнали бы, из какого мы роду-племени.

— Почему прикончат? — не понял Владыка. — Все будет зависеть от вас самих, как вы себя поведете. Может, именно у вас появится шанс выжить.

— Ничего не понял, — уже и Тимофей мотнул головой в недоумении. — Вы же сами сказали, что мы отправимся к предкам, а это значит на тот свет.

— Странные у тебя выражения, — удивился ушастый. — Какой тот свет? Что это значит? Свет один, он не может быть тот или этот. Впрочем, пока неважно. К предкам — это значит, что вашу судьбу именно они и решат. Вам предстоит сегодня ночевать в нашем семейном склепе, где захоронены первые эльфы, которые ушли за Грань, устав от жизни. В последние пятьдесят лет они слишком разбушевались, мы не можем понять, чего они хотят. Они убивают многих, кто, по их мнению, не соответствует их… м-м-м… правильности. Каким должен быть истинный эльф. А вам предстоит их успокоить и узнать причины их отвратного настроения.

— Ну, пипец, а как же мы должны это узнать? Нашли крайних, да? — не мудрствуя лукаво, тут же встала в стойку Вика. — Думаете, перед нами отчитываться станут?

— У вас все равно нет другого выхода, — пожал плечами Владыка. — И это решение не оговаривается. Будет так, как я скажу.

— Ага, приговор обжалованию не подлежит, — хмуро выдал Тимофей. — Казнить нельзя помиловать, где ставить запятую решает только вышестоящий орган, — продолжал бурчать друг. — А последнее желание приговоренным полагается? Или у вас тут и таких правил не существует?

— Раз уж мы, так называемые, смертники, так, может, нас накормят? — решился понаглеть Кир, не давая времени эльфу ответить на вопрос Тимофея. — А что? Во всех странах смертников перед смертью кормят до отвала. Чем этот мир хуже? Уж лучше отдать коньки на сытый желудок, хоть какая-то радость в жизни напоследок.

— Странная тенденция, — усмехнулся эльф. — Но так и быть, вас накормят. Идите. И последнее желание исполнят, — бросив быстрый взгляд на Тимофея, ответил уже ему.

Владыка махнул рукой, что-то мелодично произнеся, сам первый развернулся и отправился к тому огромному дереву, в которое даже не вошел, а просто просочился. Мы ахнули, настолько это было необычно и интересно. Но долго нам стоять не дали. Одна из девушек-эльфиек дернула Кира за руку, кивком головы показывая следовать за ней. Нам ничего не оставалось, как последовать, куда позвали.

Шли минут семь, в какой-то момент деревья будто расступились, позволяя увидеть поляну с накрытым столом. Глаза у нас тут же загорелись. Девушки еще пытались ахать и охать от открывшейся красоты, но нам, парням, было уже ни до чего. Желудки радостно заурчали, узрев такое изобилие, мы тут же степенно и важно — чтобы не показаться совсем темными и некультурными — подошли к импровизированному столу из нескольких досок, сели на стоящие тут же пни, которые, вероятно использовали вместо стульев, и начали есть.

Нас не смущали странные приборы, что лежали около каждой берестяной тарелки: некое подобие пики, только заостренной под углом, двузубчатые вилки, металлические шпажки. А еще парочка таких, которых мы предпочли даже не трогать, слишком опасно они выглядели: загнутые, похожие на мини-ятаганы, только с кучей острых зубцов.

Спрашивать, что мы едим, было не у кого. На поляне мы оказались одни, сопровождающие нас девушки слишком быстро исчезли, но чувство, что за нами следят, не проходило. Ну и фиг с ними, пусть следят. Мы голодные, и пока не насытимся, пусть весь мир подождет. И их предки в частности.

Первыми отложили приборы девушки, облегченно выдохнув и погладив животы. За ними уже и мы облегченно вздохнули, понимая, что больше ни одного кусочка не влезет, хотя глазами съели бы все и сразу. Но пришлось остановиться, так как живот грозил лопнуть, да и голова начала кружиться от такого обилия пищи. Ведь недаром же говорят, после голода нельзя так много есть, потом плохо будет.

— Эх! После вкусного обеда по закону Архимеда полагается поспать, — пропел Кир, сползая с пня и растягиваясь тут же, прямо на зеленой и мягкой траве, которая словно пушистым и соблазнительным ковром покрывала поляну. Вокруг нее стояли стеной деревья, словно показывая, что никто не может на нее войти или выйти. В нескольких местах, создавая клумбы, росли красивые цветы, напоминающие наши гладиолусы, только с меньшими бутонами и большими листьями.

Мы упали рядом с Киром, глядя в чистое голубое небо, в нем ярко светило солнце, но почему-то не слепило, в отличие от нашего, на которое и взглянуть нельзя было.

Только глаза начали сами собой закрываться, как явилась та самая эльфийка, проводившая нас к столу. Ну вот, не дали даже отдохнуть. Гады все-таки ушастые. Оглядев нас, почему-то сделала испуганные глаза и снова замахала руками следовать за ней. Ничего не поделаешь, пришлось нехотя вставать и тащиться за нарушительницей спокойствия. Как же мы не хотели уходить с этой поляны, но пришлось.

Нас повели снова сквозь их своеобразный поселок, где, казалось, собрались все эльфы, чтобы лицезреть наши персоны. Неужели мы такая большая неожиданность или диковинка? Людей они, что ли, не видели? Не останавливаясь, мы все шли и шли. Первой не удержалась Аля.

— Интересно, а этот склеп что, на кладбище? Я боюсь покойников, — предупредила она, сразу как-то побледнев.

— Во-первых, где ему еще быть? — хохотнул Тимофей, искрящимися глазами смотря на девушку. — А во-вторых, дорогая, живых бояться надо, они намного опаснее.

— Я тоже боюсь мертвецов, — подхватила Вика, начиная в страхе озираться по сторонам, выискивая пути побега. — И в данном случае твоя трактовка неверна. Тут и мертвые могут быть опасны. Они называются нежить. Да и предки ушастых… Думаешь, они живые? Вряд ли. Они мертвее всех мертвых, но, как ты сам слышал, разбушевались. Может, мы тихо, под шумок слиняем? — шепотом спросила она.

— Оглянись кругом, — посоветовал я, чувствуя спиной направленные на нас взгляды. — Мы под прицельным огнем десятка глаз. Ты не чувствуешь? Шаг вправо, шаг влево — расстрел. Ничего не получится. Нам придется пообщаться с первородными.

— Эх! Я думала остаточное явление после такого осмотра, — сникла подруга, опустив голову и сцепив руки в замок перед собой.

— Наберись терпения и храбрости, — посоветовала Маша, которую тоже немного подтрушивало. Но она старалась казаться сильной. Только в глубине глаз застыл немой ужас.

Вопреки нашим ожиданиям, привели нас не на кладбище, а в небольшой домик, окруженный деревьями. Ни одной двери или окна мы не заметили. Просто бревенчатая сплошная кладка, ничего больше. Недоуменно переглянувшись, я осторожно поинтересовался у нашей проводницы:

— И как мы попадем внутрь? Мы же, как вы, не умеем проходить сквозь стены.

Вместо ответа, эльфийка подошла к этому странному сооружению, поманила меня к себе пальцем. Интересно, она глухонемая, что ли? Но все же я подошел. Она взяла меня за руку одной своей конечностью, вторую приложила к стене дома и мелодично не то запела, не то заговорила. Красиво, черт возьми! В эту самую секунду стена стала тускнеть, расплываться, а девушка, недолго думая, просто швырнула меня внутрь. Нифига себе силища! И это у хрупкой на вид эльфийки. Мне хотелось выругаться и, наплевав на собственные принципы, врезать даме хорошенько. Но возможность оказалась упущена.

Я влетел внутрь, едва не распластавшись на деревянном полу. И вовремя успел откатиться, так как следом за мной «полетели» мои друзья. Даже девушек пришлось ловить, эльфийка особой церемонностью не отличалась. Вот же зараза ушастая.

— Накостылять бы ей по самое небалуй! — потирая ушибленный зад, зло процедила Вика, оглядываясь вокруг. — Тоже мне, нашла мешки с картошкой, так швырять. Вот только выйдем отсюда, волосы ей повыдергиваю.

Остальные девушки тоже согласно закивали. Такое пренебрежение и отношение разозлило и покоробило всех. Варианта о том, что не будет возможности поквитаться, девушки не рассматривали, так как выбраться отсюда она намеревались вопреки всему только для того, чтобы отомстить. И мы их прекрасно понимали.

— Не кипятись, — миролюбиво заметил я, попытавшись успокоить подругу. — Давай лучше подумаем, как нам быть. Скоро ведь предстоит незабываемая встреча с предками. Вы к ней готовы? — Бр-р-р… Дрон, мать твою за ногу, вот умеешь ты успокоить, — всплеснула руками Аля. — И зачем надо было напоминать о них? Я ж разрыв селезенки получу, как только их увижу.

— А вдруг они окажутся милыми и добрыми существами? А так как ушастые все красавцы писаные, то еще и найдете себе какого предка, — хохотнул Кир Девушки зло на него посмотрели. Но ответить не успели.

— Ребят! Смотрите, что я нашел! — удивленно и пораженно воскликнул Тимофей, отвлекая девушек от членовредительства, к которому они уже приготовились. Наш друг, вместо того, чтобы пререкаться, возмущаться и жаловаться на судьбу-злодейку, ринулся обследовать помещение. Мы все обернулись к нему и увидели в его руке… карты?

— Обычные игральные карты нашего мира? — радостно подпрыгнула Машуня, выхватывая у друга колоду, быстро ее считая и довольно потрясая воздух, завопила: — Живем, народ! Сыграем партейку-другую перед смертью? Помирать, так с музыкой, то бишь весело.

Мы согласились, все равно заняться было пока нечем, а унывать и предаваться самокопанию в ожидании смерти не хотелось, и так было до безумия страшно. Мы раскинули карты. Игра увлекла. На время даже вылетело из головы, где мы находимся и зачем.

— Дрон, ходи давай, твоя очередь, — пнул меня ногой Тимофей, когда я немного подвис, заметив в углу четыре странные фигуры, с любопытством наблюдающих за нами.

Глюк, наверное, решил я, делая свой ход. И тут, Аля, проследив за моим взглядом, то и дело возвращающемуся в тот угол, где я увидел глюки, вдруг пронзительно завизжала, зажав себе рот рукой.

— В-вы кто-о-о? — заикаясь, с трудом выдала девушка, придвигаясь ко мне. Встать с пола, на котором мы удобно расположились, сев в круг, не было ни сил, ни возможностей. Тело будто одеревенело, перестав слушаться. Рядом со мной сидела Машуня, она несколько раз порывалась встать и подойти к прозрачным фигурам, но сколько ни пыталась, у нее ничего не получалось. Плюнув на данную затею, она как и все мы вытаращилась на наблюдателей.

— Мы тоже хотим в это поиграть, — не терпящим возражения тоном произнес один из призраков. — Научите нас. Из-за этих штук мы уже две сотни лет не можем никак успокоиться, нас снедает любопытство, что это и для чего. А когда мы не знаем ответов, мы сильно злимся. Вы сейчас так увлеченно играли. Видно, что вам знакомы эти предметы.

— Конечно знакомы, — кивнула Машуня. — Это карты. Они относятся к азартным играм нашего мира. С их помощью можно как разбогатеть, так и спустить все до последней нитки. Опасное, надо сказать, развлечение и увлечение.

— Подождите, так вы доставали своих живых собратьев только потому, что не могли понять, что это? — удивился я, до меня дошли слова призраков. После очевидного как-то сразу успокоился, при этом немного испытывая чувство злости. И из-за любопытства призраков нас сюда запихнули. Вот же ушастые гады.

— А куда нам еще девать агрессию? — пожал плечами второй призрак. — А им полезно встряхнуться, а то совсем скоро жиром заплывут, ничего не могут и не умеют, — презрительно дополнил тот. — Совсем наши потомки стали немощными, нет той силы, что была у нас когда-то. А как ее вернуть, никто не знает.

— Сменить правителя, выбрать достойного. Того, кто станет делом заниматься, а не тешить свое чсв, — зло процедила Машуня.

— А где вы вообще взяли карты? — удивился Кир, дрожащей рукой пытаясь потрогать одного из призраков.

— Да она случайно нам попалась, — принялся пояснять третий. — Гуляли по междумирьем, попали в один из энергетических потоков, нас вынесло в какую-то жаркую и выжженную местность, там сидела компания с рогами, хвостами и копытами, они в эти штуки и играли, вот как вы сейчас. Ну мы и нависли над ними, пытаясь понять, как они это делают. А когда я спросил, что значит «король покрыл даму», то всех странных существ вдруг и след простыл, а эти штуки остались лежать на земле. Мы их и забрали. Думали, сами разберемся, а не получилось самим, вот и напала на нас злость.

Как только он закончил говорить, Аля, Вика и Тимофей больше не смогли сдерживаться, начав ржать так, что стены стали сотрясаться.

— Ой, не могу, призраки чертей в Аду напугали… Да это ж нонсенс… — хватаясь за живот, начала Аля. — Кому скажи — не поверят, еще и на смех поднимут.

— Такое бы занести в анналы истории, — подхватила Вика. — Да и увидеть их лица в тот момент я бы точно не отказалась.

Представив себе слишком ярко картинку, описанную призраком, я и сам присоединился ко всеобщему веселью. Стало и правда интересно посмотреть на лица чертей в тот момент, когда они заметили четверых призраков, склоненных над играющими.

— Кто такие черти? — не понял первый, с любопытством уставившись на девушку. И почему они не должны нас бояться?

Вот тут уже сел на своего конька Машуня, рассказав все про Ад и Рай, она на этой тематике с детства была помешана, потому все тщательно изучала, а сейчас ее знания пригодились как нельзя кстати. Она с таким вдохновением рассказывала о Сатане, возникновении Ада, падении ангела. О чертях, демонах и прочей нечисти, что заслушались не только призраки. Мы и сами, открыв рты, с огромным интересом слушали рассказ Машуни. В какой-то момент я даже пожалел, что не составил компанию подруге раньше в поиске материала. Но тогда мне все это казалось чушью несусветной, не требующей внимания. А сейчас, глядя под другим углом на происходящее, я уже по-другому воспринимал историю.

Когда Машуня закончила рассказ, призраки поблагодарили подругу и сели рядом с нами, подвинув нас слегка и тем самым увеличив круг.

— А теперь расскажите нам, как эта игра называется? Мы тоже хотим, — беспрекословно выдал один из призраков.

Тимофей начал рассказывать, показывать карты, объяснять, что чего кроет, кто выигрывает, кто проигрывает, как навешивать погоны и множество всяких нюансов. Так как один из эльфов сел рядом со мной, я с опаской попытался до него дотронуться. Как и ожидалось, моя рука прошла насквозь. Вот тут-то меня и торкнуло.

— Уважаемые призраки, — начал я. — А как вы собираетесь держать в руках карты? Вы же нематериальны. И карты пройдут сквозь ваши руки.

— Смотри, — усмехнулся тот, что сидел рядом со мной, спокойно беря в руки одну из карт. Правда, для этого он как-то уплотнил свою конечность, и теперь она перестала быть такой прозрачной. Вот это номер. Не ожидал. В этом мире даже призраки неправильные. Что уж говорить об остальном?

— Мы даже можем снова стать материальными, — усмехаясь, выдал второй, тут же, словно подтверждая свои слова, полностью становясь эльфом, вполне себе живым и здоровым.

— Вот это да! — воскликнула Аля. — А у вас все мертвецы могут вот так оживать? Да? И никакая некромантия не нужна? А зачем тогда эта магия нужна?

— Мы не мертвецы, — поправил ее эльф. — Мы уставшие от жизни перворожденные, самолично ушедшие за грань, но у нас есть возможность вернуться, если мы этого захотим как только снова найдем волю к жизни. Нас ведь никто не убивал.

— А-а-а… Прикольно, — только и хватило Вику. — Вот бы у нас так было…

— Может, мы уже начнем? Скоро утро, нам надо будет уходить, пока мы не решили материализоваться, стоит соблюдать канонность. С первыми лучами солнца нас все равно вышвырнет за Грань, — пояснил тот, кто сидел рядом со мной. Мы, естественно, согласились.

Хотя, признаться, мне хотелось о многом спросить перворожденных, но я поостерегся, все-таки они себе на уме, неизвестно, станут ли отвечать. В данный момент я видел их нетерпение поскорее освоить новую для них игру, из-за которой они знатно потрепали нервы своим потомкам.

Игра началась. В процессе мы познакомились с хозяевами этого странного места: Уигриэль, Аританиэль, Кардиэль, Мариниэль — последняя оказалась эльфийкой, хотя в мужской одежде, в призрачном состоянии я сначала и не понял, что это девушка. Она оказалась самой молчаливой из всех, ни разу за все время не произнесла ни слова. Даже карты кидала молча. И именно на ее лице ничего нельзя было прочесть. Вот кому в покер играть, просто мастер блефа и невозмутимости.

Уже через полчаса мы настолько вошли в азарт, что забыли кто перед нами. Только и слышны были выкрики:

— Ар, етить колотить, заканчивай мухлевать! Туз пик вышел два хода назад! — возмущалась Аля, гневно сверкая глазами. — Я тоже умею так делать. Но пока играю честно.

— Угр, что за фигня? Это как это ты бьешь туза шестеркой? Она не козырная, не морочь голову! — это возмущение Кира, которого едва не оставили в дураках.

— Ари, едрен батон, это неправильно, так шестерки не вешаются, я же к тебе хожу, ты должен отбиваться, а не вручать мне свои погоны! — это уже мой вопль. Вот научили на свою голову, теперь ушастые, никого не стесняясь, в открытую мухлевали, ходили, как хотели, кидали карты лишь бы как. Мы злились, ругались на них, но им хоть бы хны. Сами же призраки только довольно посмеивались, расслабленно сидя на полу и хитро поглядывая на нас.

Создалось ощущение, что они специально доводили нас, а потом радостно наблюдали за нашими криками, воплями, нервотрепкой. Подпитывались они нашими эмоциями, что ли?

Извне послышался шорох и неясные реплики, как я понял, эльфов, которые нас сюда и засунули:

— Чем они там занимаются?..

— Как они смеют так обращаться к предкам?..

— Они еще живы после этого?..

— Да мы их сами казним за такое отношение, если этого не сделают наши призраки.

— Пусть только появятся, узнают, что такое почтение.

Я усмехнулся. И тут самая молчаливая из всех, единственная девушка — Мариниэль — резко встала, вдруг склонила голову и произнесла бархатистым напевным голосом, от которого тело покрылось «гусиной кожей».

— Мы благодарим вас, человеки, за доставленное удовольствие, за то, что вернули нам снова интерес к жизни. В уплату за это… — она подошла к одной из стен, ткнула в нее снова ставшей абсолютно прозрачной рукой и, обратившись ко мне, почти скомандовала: — Открой!

Такое поведение первородной удивило. На меня с азартом смотрели мои друзья. Почему именно ко мне обратилась эльфийка, ума не приложу. Но никто по этому поводу и слова не сказал. На меня смотрели выжидающе и с огромным нетерпением.

Я встал. Ноги прострелило резкой болью от долгого сидения на полу, но я подошел к эльфе, потрогал рукой то место, на которое она показывала, и вдруг под моими ладонями открылась ниша. Я вопросительно глянул на призрака. Она кивнула головой, а я полез туда, достал шкатулку: резную, тоже из дерева, на ней не было ни замка, ни, казалось, крышки. Сначала я вообще подумал, что она цельная, но вдруг крышка сама собой открылась, чтобы показать шесть перстней, лежащих на бархатной подкладке. У меня вырвался вздох восторга.

— Это вам. Наденьте их себе на пальцы и ни в коем случае не снимайте, — давала наставления Мариниэль. Мы дрожащими руками разобрали украшения. Именно те, к которым каждого из нас потянуло. Несмотря на великоватые размеры, перстни вдруг сами обхватили пальцы, подстраиваясь под них.

— Вы знали, что мы придем? — вырвался у меня вопрос прежде, чем я сам успел подумать и осмыслить свои слова.

— Нет, не знали, но шкатулка волшебная, а главное, наделена разумом, она сама знает, кому какой подарок вручать, да и вручать ли, — ответила Мириниэль. — Я так поняла, именно количество перстней навело тебя на такие размышления?

— Да, потому что не верю в совпадения, — честно ответил я. Эльфийка кивнула. Ответ на вопрос я получил. Призраки осмотрели всех нас, не дождавшись больше вопросов, кивнули.

— А теперь нам пора, — произнес Кардиэль. — Счастливого вам пути. Осталось совсем немного. Скоро вы найдете свое счастье.

— Эх! Ваши бы слова… — с тоской произнесла Машуня, но договорить не успела, призраки исчезли, а внутри домика появились эльфы, которые и вывели нас на улицу, не уставая поражаться тому, что мы оказались живы. При этом еще и ругались на нас за непочтительное поведение по отношению к их предкам.

Мы только расслабились и обрадовались, что и это испытание пройдено, как тут же, выйдя на улицу, застыли, словно истуканы. На нас были направлены луки, а на лицах ушастых были ну очень зверские выражения.

— Ну пипец! — выругалась Вика. — Вот и верь после этого ушастым, что после ночи с призраками мы отправимся дальше.

— И с чего вдруг для нас приготовили столь «радостную» встречу? — подхватила Машуня.

— Думаю, нам сейчас весьма любезно об этом поведают, — вздохнул я.

Глава 8

— И что все это значит? — сразу поинтересовался я, наблюдая за эльфами, которые, натянув тетиву, готовы были вот-вот выстрелить. — Может, просветите нас, с чем связана такая немилость? Ваше задание мы выполнили, ночь с вашими предками провели. Смею надеяться, нам удалось их успокоить и даже развлечь. Тогда за что нас сейчас пытаются пристрелить?

— Вы украли родовую реликвию, — вперед вышла девушка-прихлебатель, которая и в первый раз вызывала желание свернуть шею. — А за кражу полагается смертная казнь.

— Вы чего, совсем рехнулись? — сделав большие глаза, спросил Тимофей. — Откуда бы мы узнали о ней? К тому же куда, по-вашему, мы дели призраков на время кражи? Не хотите ответить? Или, по-вашему, их мы тоже убили? Так у вас есть возможность проверить это следующей ночью.

— Жианэль, отойди, — вдруг строго и властно приказал Владыка, появляясь перед нами. А ведь точно, его до сего момента мы и не видели. — Протяните руки вперед, — скомандовал ушастый.

Мы исполнили приказ, стоило нам вытянуть руки, как было сказано, перстни тут же вспыхнули, послав столп света в сторону задиристой Жианели, которую тут же скрутило, она завопила, крутясь волчком на одном месте. А после вообще, расталкивая толпу, бросилась бежать, подвывая, как бешеная собака. Мы наблюдали за побегом девицы со скрытым злорадством.

— Так ей и надо, — мстительно заметила Аля, сжав губы, и из-под ресниц, опустив голову, наблюдала за бегством и мучениями неприятной девицы. Кажется, она не только нас успела достать. Вон как несколько эльфов смотрят, едва пытаясь скрыть усмешки. Интересно, кто она такая? Ей же никто и слова поперек сказать не может. Вон как по струнке ходят. А сейчас радуются ее конфузу.

— Они не могли их украсть, иначе их испепелило бы на месте, — произнес рядом с Владыкой один из эльфов, во взгляде которого светилась сама бездна. Нам даже страшно стало. А он, судя по всему, один из древних, мне в этот момент напомнил одного из призраков. — Сразу видно, это подарок. И подарить его могли только предки, потому что даже мы, Хранители, не знали, где находятся реликвии. А уж они сами не только не смогли бы их отыскать, но даже прикоснуться не смогли бы к ним. Опустить луки, - обернулся он к воинам, все еще готовым вот-вот спустить на нас стрелы.

— Да, я уже это понял, иначе украшения не вели бы себя так, наказывая того, кто оскорбил их владельцев, — усмехнулся одними уголками губ ушастый. Я скрипнул зубами. Знал он. Тогда какого черта направил на нас лучников? Попугать захотелось? Или он этим что-то другое хотел показать?

— Что теперь? — на этот раз от вопроса не удержалась Маша. — Раз уж все прояснили, так может... Нас накормят? — вот тут мы не удержались, издав смешки.

— Кто о чем, а лысый о расческе, — хохотнула Вика, хлопнув друга по плечу. - Хотя и я бы не отказалась от перекуса, слишком много ночью энергии мы потратили вместо того, чтобы спать и дать организму отдых.

— Да, накормят, — даже Владыка выдавил улыбку, она красиво смотрелась на бесстрастном лице, а главное, полностью его преображала. Наши девочки на мгновение зависли, Аля даже томно выдохнула, не сдержав интереса. — Идемте, а после завтрака, вы можете следовать своей дорогой.

— А какая она, эта дорога? — вздохнул я, почему-то представив свою квартирку, в которой сейчас захотелось оказаться. — Если бы мы знали. И ведь никто ничего не подскажет, не объяснит. Идем, как слепые котята. Денег нет, еды нет. Хорошо вот, вы сейчас покормите, а когда нам предстоит поесть в следующий раз... неизвестно.

Владыка ничего не ответил. Вместо этого взмахом руки пригласил снова ту же девушку отвести нас на поляну. А сам ушастый важно кивнул. Мы расценили этот жест как прощание, потому тут же чинно кивнули в ответ. А наши девушки даже сделали подобие реверанса. И ведь красиво получилось. Так и захотелось поинтересоваться, где они такому научились, но я решил узнать об этом позже. Не хотелось спрашивать при ушастых.

Уже через несколько минут мы снова оказались за знакомым столом. Блюд на этот раз оказалось не в пример больше. Хотя казалось бы, куда уж больше. Мы плотно набили желудки. Отдыхать, как поняли, нам никто не даст, девушка уже стояла со скрещенными руками на груди и ждала нас. А вот стоило нам встать, как она вдруг достала сумку — такое чувство, что та сплетена из веток — и начала паковать в нее еду, заворачивая в бересту, аккуратно складывая в котомку. Действия девушки оказались словно автоматическими. Она сейчас походила на робота.

Мы с удивлением наблюдали за тем, как еда исчезает на дне, при этом сама котомка даже не оттопырилась, продолжая создавать видимость пустой. Фантастика, однако. Упаковав все, эльфийка протянула нам сумку, ее взял я, удивившись, что она легкая, а после к нашему огромному удивлению на понятном для нас языке произнесла:

— В ней продукты всегда будут свежие. Более того, она бездонная, в нее можно класть все, что захотите, все поместится. А сейчас вам пора. Идите по этой тропе и никуда не сворачивайте. Следуйте все время прямо. На развилки не обращайте внимание. И еще, — она подняла руку вверх, приказывая молчать, заметив, что Кир собрался что-то спросить. — Не спрашивайте, откуда я знаю. Все равно не скажу, просто следуйте сказанному, и вы найдете то, что ищете. Удачи вам!

Девушка вдруг так же, как недавно Владыка, тепло улыбнулась, полностью преобразившись. Я даже засмотрелся. Красива! Тонкий стан, лучезарная улыбка, обнажающая ряд ровных белых зубов. Немного раскосые глаза, в которых хотелось утонуть. Но тут же пришлось отогнать наваждение, прекрасно понимая, что мне с ней точно ничего не светит. Она останется здесь, а мне надо идти дальше. Да и чувствовал я, что она не моя судьба. Вздохнув, мы с жаром поблагодарили эльфийку и отправились в указанном направлении.

Поселок эльфов остался позади. Мы шли довольно бодро. Силы не убывали. Как ни странно, спать после бессонной ночи совершенно не хотелось. Пейзаж вокруг оказался однотипным. Развилок на пути и правда встречалось великое множество. Мы много раз мысленно благодарили эльфийку за подсказки. Шли мы долго. Лес остался позади, мы вышли на широкую дорогу. Мимо проезжали изредка повозки, на нас косились с опаской и подозрением. Но никто не поинтересовался, кто мы и куда путь держим. С одной стороны это радовало, а с другой напрягало. А ну как сдадут нас местным властям, и упекут в каталажку ни за что. Хотя мы только могли предполагать о местных порядках. Нам ведь так никто и не удосужился рассказать, где же мы находимся, что собой представляет этот мир. Какие, наконец, тут правила и законы. Еще и спросить не у кого было, это напрягало больше всего.

— Как же я мечтаю о чистом белье и ванне или душе, на худой конец, — стирая рукой со лба пот, выдавила из себя уставшая Аля. — Да и привал сделать негде, открытая местность и солнцепек. Вот бы хоть какой-то тенечек найти. Неужели у них леса закончились?

— Давай пройдем вот это поле, обойдем город, в него заходить стремно, а там, может, где и пролесок какой появится, — похлопав успокаивающе девушку по плечу, произнес Тимофей.

— А я бы прямо тут завалился и поспал, — включился в разговор Кир. Парня подтрушивало. В этот момент его трясло еще сильнее. Да что это с ним такое? У меня от тревоги скрутило в животе. Я с беспокойством смотрел на товарища.

— Кир, ты не заболел? — участливо поинтересовался я, подходя к другу и пытаясь взять его за плечо, чтобы развернуть к себе и потрогать лоб. Но тот ужом извернулся и отстранился.

— Лучше не прикасайся сейчас ко мне, — с трудом выдавил он из себя, удивив меня очень сильно. - И отойди подальше. Нельзя. Мне плохо.

Его глаза метались из стороны в сторону, но то и дело выхватывали из всей компании Алю. При этом парня еще больше начинало трясти. Он сейчас походил на эпилепсика, готового вот-вот свалиться в приступе.

— Кир, ты можешь объяснить, что происходит? Мы же волнуемся, — возле нас стояли уже все, а Тимофей попытался выведать у парня правду.

— Потом объясню, — сконфуженно произнес Кир, отворачиваясь и обнимая себя руками за плечи.

- Кир, да ты горишь весь, - неслышно подошла к Киру Аля и приложу руку ему ко лбу. - Да что с тобой, черт побери?!

- Сказал же, неважно, - отпрыгнул от нее наш друг, словно его змея коснулась. Страх отчетливо читался на его лице. Аля нахмурилась. Хотела уже обидеться, но списала все на состояние друга. Дальше шли молча.

Всю дорогу я продолжал наблюдать за другом. Странное у него состояние. К тому же меня поразило то, что он был возбужден. Стояк ему стало трудно скрывать. Ничего себе. Что ж его могло так возбудить-то? Стресс? Страх? Ощущение опасности? Невероятно, но факт. Теперь понятно, откуда эта дрожь, испарина и своеобразная ломка. Бедолага, идти в таком состоянии врагу не пожелаешь. И ведь привал объявить негде, кругом открытая местность, ни единого куста или дерева. Может, обогнув город, нам удастся где-нибудь спрятаться от этой изнывающей жары? Хотя на него явно не жара действует. Но что?

Ноги отказывались переступать. Идти становилось все труднее. Девушкам было хуже всего, они окончательно измучились, их лица как-то даже заострились. Ноги заплетались в косичку. И ведь обнять и поддержать невозможно, слишком жарко и душно. К тому же чем ближе мы приближались к городской стене, тем больше напрягали взгляды многих, стоящих в очереди попасть в город. А очередь эта была просто огромной: кто парами, кто на телегах, кто в закрытых фургонах, многие были с детьми — грязными и чумазыми, но такими умильными в своей детской непосредственности.

— Ребят, нам что, придется протискиваться сквозь эту толпу? — вдруг ужаснулась Аля, крутя головой в разные стороны, пытаясь отыскать хотя бы тропку, чтобы обойти это сборище.

— Похоже на то, — удрученно выдала Вика, совсем сникнув. Так как мы еще и подойти близко не успели, а в нос уже шибанул запах пота, немытых тел, каких-то странных, неприятно пахнущих мазей, или чем там они натерлись, что такая вонь. Возникло желание повернуть обратно, но я чувствовал, делать этого было никак нальзя. Сказали идти прямо, значит - прямо. А на нашем пути стоял именно город.

— Я больше с места не сдвинусь, иначе весь мой завтрак останется на этом гребанном тракте, — твердо заявила Аля, едва сдерживая рвотные позывы. Мы тоже остановились.

— Интересно, у них тут что, дефицит воды и мыла? Что такое гигиена они, похоже, и слыхом не слыхивали, — скривилась в отвращении Вика. — От такого амбрэ отвернет на всю оставшуюся жизнь от любого мужика. Фу!

— Народ, гляньте! — воскликнула Маша, вдруг воспряв духом. — Это наверняка для нас приготовлено, — она указала пальцем на... невесть откуда взявшуюся тропинку. Раньше ее здесь точно не было. Мы задумались. По сути, в этом случае мы все равно идем прямо, не сворачивая на развилку. Но с другой стороны, такие изменения могут нам дорого обойтись. Мы на миг застыли в размышлениях.

— Что будем делать? — спросил Тимофей, поглядывая на нас. — Вдруг это ловушка?

— А что ты предлагаешь? — тут же насупилась Аля. — Стоять тут, умирать от невыносимого амбрэ, или, что еще хуже, прорываться сквозь эту толпу немытых тел, грозя обблевать их в процессе прохождения сквозь толпу? На бег с препятствиями у меня сил уже нет. Да и неизвестно, что в городе нас ожидает. Так что, я за то, чтобы идти по тропе. Не могу больше здесь находится.

— У меня тоже нет сил стоять здесь, — подхватила Вика. — К тому же еще один шаг в ту сторону, — кивок головой на толпу, которая уже просто пожирала нас взглядами, — и я не смогу удержаться. У меня и так завтрак уже вот здесь, — она провела рукой по горлу. - И, кажется, у нас скоро будут проблемы, если мы сейчас же не двинемся с места. Гляньте, как на нас смотрят. И вроде бы к нам сейчас направятся вон те неприятные личности.

— Значит, вопросов больше нет. Идем по тропе, — выдал за всех я, первым ступая на странную дорожку, которая... позади нас просто исчезала. — Вы видите то же, что и я? — указав друзьям на ровную и гладкую равнину, по которой мы сейчас шли вокруг города, спросил у друзей. Те кивнули. Город тоже остался позади. Самое интересное, на нас слишком быстро перестали обращать внимание. Вот это да! Мы стали невидимками?

— За нами тропа исчезла! — ахнула Аля, нахмурившись. — Значит, она действительно была только для нас. И сейчас поздно поворачивать обратно, так что, только вперед! Но самое главное, тошнотворный запах исчез, и мы можем спокойно продолжать путь. Вот только отдохнуть бы еще где и помы-ы-ы-ыться.

Мы согласились с девушкой молча. Говорить никто ничего не стал, все берегли силы. Кажется, мы переоценили себя. Но шли скорее на автомате. Потому что так надо было, да и упасть отдохнуть было негде.

Тропа вывела нас к чудесному озеру по ту сторону города, в придачу ко всему, вокруг озера были большие кустарники, в тени которых можно было отдохнуть и спрятаться от солнца. Мы без сил упали на траву. Девушки тут же, немало не смущаясь, начали раздеваться, оставшись только в нижнем белье. И тут же побежали в озеро купаться. Я с опаской покосился на Кира, считая, что от вида полуобнаженных девушек его сейчас совсем переклинит, но... он на них даже не посмотрел. Чудные дела какие!

— Кир, пойдем искупаемся, тебе легче станет, — подсел я к нему, когда и парни помчались в воду, а Кир сидел, повернувшись спиной, чтобы ни на кого не смотреть. Но я хотел подбодрить друга, холодная вода ему бы здорово помогла.

— Дрон, блин, как я так в воду войду, — процедил друг, зажимаясь и едва сдерживаясь, чтобы не заорать. — Я трахаться хочу. Сил нет. Что мне делать? — вдруг выдал тот, умоляюще смотря в мои глаза. — Нет сил больше терпеть. Не могу. Ломает меня. Это как наркотик, как нехватка дозы. Я больше не справлюсь. Я принимал раньше допинги все время, потому меня сейчас так колбасит. А что сделать, ума не приложу. Я стараюсь не смотреть на девушек, но они рядом все время.

— Идем, — решительно взяв его за локоть, помогая подняться, строго выдал я, таща Кира в другую сторону, где и кусты были погуще, и ребята не могли нас увидеть. Потом, когда в воде ему станет легче, можно и перед остальными показаться. Кир безропотно подчинился. Его уже трясло не по-детски.

Оглянувшись на друзей, которые радостно плескались в воде, убедившись, что на нас никто не обращает внимания, я быстро затащил Кира в самую гущу кустов, и тут только чертыхнулся. Как позвать кого-нибудь из девушек? Не хотелось привлекать к себе внимание. Но тут на нас бросила взгляд Аля. Она осторожно вышла из воды и бросилась за нами.

- Ребят, что происходит? - шепотом поинтересовалась она. - Кир, тебе совсем плохо? Я могу помочь.

<tab>— Аля, ты не понимаешь, мне как раз сейчас нужна жесткость на грани жестокости.

- Но это именно то, что и мне сейчас нужно, - Аля схватила Кира за шею, быстро впиваясь в губы парня. - Давай же, мать твою раз этак!

Тут же вся нерешительность Кира испарилась. Да и кто бы устоял, когда перед тобой такое соблазнительно извивающееся тело, требующее быстрее вставить. Плюнув на свой член, растирая по головке слюну, Кир стал сначала медленно, а потом и жестче входить в расслабленное тело Али. Она застонала, сама до конца насаживаясь на парня. Двумя руками держась за куст, повернув довольную моську в мою сторону, Аля, не давая передышки, стала сама двигаться резко, напористо. Я чувствовал себя не в своей тарелке. Мне бы встать и уйти, но я не хотел привлекать внимание остальных, но и здесь оставаться мне было жарко. От Кира и Али искрило, и их искры долетали до меня, обдавая жаром.

Естественно, что при таком накале страстей, надолго их обоих не хватило. Почувствовав, что скоро кончит, Кир схватил Алю за волосы, оттягивая ее голову назад, второй рукой лаская грудь девушки, заставив с громким стоном извиваться и выгибаться, испытывая мощнейший оргазм, и только после этого, вцепившись в ее бедра, сделав пару толчков, кончить самому.

— Ты как? — упав на траву, пытаясь отдышаться, спросил Кир у лежащего с довольной улыбкой на лице подруги.

— Я отлично, - довольно выдала она. Потом облизнелась. Хитро улыбнулась. - Легче?

— Не то слово, — выдал Кир, благодарно смотря на девушку. — А сейчас купаться.

Хорошо им говорить, они получили разрядку, а теперь у меня небольшая проблемка.

Глава 9

— Вы где это были? — подозрительно глянув на нас, когда мы с Киром и Алей оказались в воде, спросила Маша. — Вас долго не было, а сейчас такие лица…

Подруга переводила хмурые взгляды с Кира на лучающуюся удовольствием Алю, на недовольно сдвинувшего брови меня и на Кира. Его больше не трясло, он весь сиял, как начищенный пятак. Еще бы, получил, наконец, разрядку, теперь можно и жизни порадоваться.

— Маш, уймись, — беззлобно рыкнул я на подругу, Кир же повеселел, теперь расслабленно нырял, шутил с девушками, снова став самим собой.

— Дрон? — Машуля не унималась. — Только не говори мне, что вы… что ты… — что… — короткий взгляд, брошенный на Алю и Кира, глаза подруги метались поочередно по всем нам.

— Маш, я сказал — хватит! — тихо, чтобы слышала только подруга, рявкнул я. Этот допрос начал угнетать. К тому же мне не в чем было ни сознаваться, ни каяться, я там вообще оказался только невольным соглядатаем. А подруга пытается меня обвинить. Не будь у нее такой тон, я бы сразу ей все рассказал, но с таким ее отношением…

— Ладно, как скажешь, — опустив голову и обидевшись на меня, произнесла подруга, отворачиваясь.

— Не злись, просто это действительно тебя не касается, правда, — пошел на мировую я. Рассказывать о том, чем занимались Аля и Кир, я не собирался. Это не мои тайны и секреты. Машуня только кивнула, отплывая от меня.

— Все, народ, нам пора! — крикнула Вика. Ее глаза в этот момент были полны смятения. — Надо до темноты найти ночлег. Идемте!

— Вик? Что произошло? Ты что-то увидела? — мы стали засыпать ее вопросами, но та только мотнула головой, первой выбираясь из воды. Я отчетливо видел, девушка борется с собой. Но и нас не желает расстраивать. Что же такого она увидела?

Посвежевшие, вымытые, в слегка влажной одежде — ее мы тоже немного простирнули, так как надевать на чистое тело грязную одежду не хотелось. Лучше в мокрой, чем в грязной.

Когда я направлялся по единственной тропе, лично у меня зрело внутри какое-то нехорошее предчувствие. Глянув на Вику, только убедился в своих догадках. Девушка кусала губы, несколько раз собиралась что-то сказать, уже даже вроде рот открывала, но потом снова закрывала, будто что-то ее сдерживало, не давало поведать нечто гнетущее.

Кажется, впереди нас ожидает очередная подстава. Или, как сказали бы наши девушки, очередное приключение. Но судя по предчувствию, оно явно не окажется хорошим. Вон как Вика дергаться начала. Бедолагу трясет похлеще, чем недавно Кира. И сказать ничего не может. Почему?

Я так засмотрелся и задумался, что пропустил момент, когда мы вошли в еще один лес. Вот только был он не совсем обычным. Точнее, совсем не обычным.

Ни единого дуновения ветерка, словно застывшие, подсохшие деревья, чьи корни выглядывали из-под земли, являя собой преотвратное зрелище. Кусты едва ли не клонились к земле, засуха их убивала. Но что самое ужасное — не слышно было ни пения птиц, ни стрекота кузнечиков, ни одного шороха не раздавалось вокруг. Откуда-то сверху свисали странные лианы, будто они прямо с неба спускались.

Но самым ужасным оказалась атмосфера леса. Гнетущая, давящая. Словно именно здесь воздух уплотнился, мешая дышать полной грудью. С Вики уже пот лился градом, словно она сдерживало нечто, рвущееся из нее.

Я задрал голову вверх, чтобы проследить направление лиан, не дающих мне покоя, но только широко раскрыл рот, плотный туман не давал рассмотреть, к чему они крепятся. Но деревьев похожих не было. С неба они спускаются, что ли?

Тишина давила на уши. Наши шаги были настолько оглушительными по шуршащим листьям, что мы остановились. Как раз вовремя. Земля начала волноваться. Раздался едва уловимый гул, который быстро приближался.

— Быстро! Карабкайтесь на лианы! — воскликнула Вика, первая запрыгивая на ветку, ее глаза выражали ужас. — Аль, готовь пушку, сразу начинай стрелять! — командовала девушка, ее трясло.

Мы все стали карабкаться вверх. И тут я с ужасом увидел, что у Кира не получается, он все время съезжает вниз. Сердце пропустило удар. Опасность, казалось, сковала. Как? Стриптизер и не может забраться на ветку? Мне не верилось в такое положение дел, но факты оказались на лицо.

— Кир, миленький, давай быстрее, — взмолилась Вика. Но тот сколько ни пытался — никак.

Быстро спустившись вниз, я обхватил друга за талию. Карабкаться вдвоем было сложно и неудобно. Более того, я волновался, что вес двоих растение не выдержит. Опасно поскрипывая, лиана раскачивалась, будто под порывами ветра. Но его здесь не было. Тогда почему она сама качалась? Задумываться было некогда.

— Кир, переплетай ноги на моей талии, а руками перебирай вверх, иначе, мы пропали, давай, скорее.

Только я это произнес, как земля разверзлась, и оттуда резко, с комьями земли выскочила страшная и мерзкая рожа с открытой гигантской пастью. Вот тут Кир от страха стал быстро-быстро перебирать руками, я усиленно помогал. Щупальце, следом за рожей выскочившее из земли, пронеслось в сантиметре от нас, едва не схватив. Страх здорово помог. Буквально за секунду мы взобрались выше, дыхание сперло, а душа вообще убежала, помахав рукой на прощание. В данный момент мы на себе испытали, на что способны люди в состоянии ужаса. И ведь помогло, мы едва смогли избежать опасности.

Глянув на чудовище, содрогнулся. А избежали ли? Пасть с мордой постепенно высовывались из земли. Да она гигантская. Еще немного и достанет всех нас одним махом. Вон как щупальца разошлись, совсем не на шутку.

— Аля, стреляй! — срывая голос, завопила Вика, после чего раздались три выстрела. Чудовище заревело так, что с деревьев посыпались листья. Оно вдруг стало стремительней подниматься из земли. Еще пару секунд — и нам всем крышка.

Еще два выстрела, чудовище дернулось, но не замедлило подъема. Вот тут меня сковал ужас. Заряда оставалось все меньше, а монстру, похоже, наше оружие оказалось, как мертвому припарка.

Кажется, на этот раз нам точно пришел полный и безоговорочный пипец. Подниматься выше не давала какая-то невидимая стена, именно она задерживала наш подъем. Аля решила полностью использовать заряд, потому, стоило чудовищу взреветь и броситься на нее, как девушка выпустила оставшиеся два заряда прямо в открытую пасть. Все. Зарядов больше нет. Пан или пропал. Мы даже дыхание затаили, от страха не получалось ни вдохнуть, ни выдохнуть.

И тут, к нашей огромной радости, монстр дернулся всем своим слизким телом, со стуком захлопнулась пасть, после чего сначала отвалились щупальца, тут же превращаясь в пепел, а потом все тело начало резко засыхать, уменьшаться в размерах, постепенно превращаясь в горстку пепла, который тут же подхватил невесть откуда взявшийся ветер, будто разбудив спящие деревья, которые тут же от радости зашумели. Мы сползли на землю, без сил упав прямо на траву, которая еще кое-где сохранилась, несмотря на разворошенные куски. Но не успели мы отдышаться, как вдруг то место, где мы находились, наполнилось гомоном, множеством звуков, а главное… разговорами, слов мы пока не понимали. Да и не видели еще никого, хотя голоса были совсем рядом.

Как же здесь все любят прятаться. Сначала эльфы-невидимки, теперь здесь неясно кто. И ведь показываться не торопятся. Мы и так на нервах, а нас еще изводят неизвестностью.

— Кто здесь? — продолжая сидеть на земле, спросил Тимофей. — Что за конспирация, мать вашу?

— Вы кто? — напротив нас вдруг словно из воздуха материализовался очень маленький человечек. Он, наверное, и до пояса мне не достанет. Зато его величие, гордая осанка поражали, столько в нем было достоинства. — Вы спасли наш лес, который начал умирать из-за вторжения гигантского монстра, явившегося из враждебного мира, прорвав защиту. Сами мы с ним справиться не смогли. Просите, что пожелаете, мы с радостью выполним вашу просьбу, — склонив голову, пообещал маленький человечек, вот только в глазах его была тоска и обреченность, она вызвала целую гамму противоречивых чувств.

— Да мы даже не знаем, чего просить, — осторожно начал я, после того, как друзья дружно глянули на меня. Наших девушек знатно лихорадило, они точно были не в состоянии. Пришлось мне взять на себя роль главного. — Нам бы узнать, куда мы идем и для чего, — я тяжело вздохнул, неимоверно удивив собеседника. — Но вы вряд ли об этом будете знать. Хотя от любого совета мы бы не отказались.

— А как же золото, драгоценные камни? Власть? Корона? — начал перечислять тот, а мне вдруг захотелось покрутить пальцем у виска. Он больной, что ли? Что мы будем делать со всем этим, если даже не знаем, куда идти. Деньги, конечно, было бы неплохо, но мы все равно не знаем их номинала. Власть? Над кем властвовать? Да на нас посмотрят, умрут со смеха, грязные, уставшие, полные неуверенности в завтрашнем дне… Н-да… Властители курам на смех. О короне и говорить не хочется.

— Нам бы отдохнуть и перекусить, — вздохнул я, но, заметив, что этот малец сейчас нервный тик заработает, тут же добавил: — Вы не переживайте, у нас еда своя, мы вас не потревожим, честно. И объедать вас не собираемся. Мы вот здесь в тенечке отдохнем и дальше пойдем.

Не успел я произнести последнего слова, как вокруг нас тут же наметилось оживление. Стали появляться такие же маленькие человечки, зверушки, смотревшие умными глазами, птицы садились прямо на плечи, ничего не боясь, словно ручные. А то, что мы приняли за лианы… Девушки побледнели, зажав рты. Митя позеленел, Тимофей стал красным как рак, а Кир едва не лишился чувств. Только я с интересом рассматривал забавных питонов, которые в свою очередь разглядывали нас. И ведь мы, пока взбирались наверх, даже предположить не могли, что это не лианы, а питоны, слишком тонкими были их тела, к тому же в тот момент и напоминали растения, а сейчас раздались, поменяли окрас, а к нашей огромной радости — агрессии в глазах не было, они светились… умом и радостью. Вот уж точно — необычный лес, необычные жители, да и все здесь оказалось необычным.

— Хотите, мы и с вами поделимся? — предложила Вика, забирая у меня котомку и начиная вынимать продукты, раскладывая их на бересту, которую упаковала эльфийка. Странные существа еще некоторое время смотрели с опаской, принюхивались, наблюдали, как мы едим, это было не совсем приятно, когда тебе в рот смотрят, а потом несколько малышей подошли ближе, взяли с опаской пару кусков мяса, немного откусили и… тут же запихнули в рот целиком, быстро-быстро работая челюстями. Это было сигналом. К нам присоединились и остальные.

За едой беседа стала более непринужденной, переходя на доверительный тон. Мы узнали, что несколько веков назад у них в мире был убит повелитель. Кто это сделал, так и осталось тайной, хотя его бывшая супруга — кстати, непонятно как оставшаяся живой, ведь истинные умирают вместе — приложила массу усилий, чтобы разыскать убийцу, но ей это не удалось. А пару веков назад она вторично вышла замуж. И сейчас владычица вампиров с супругом стараются заменить погибшего Повелителя. Но прорывы продолжают время от времени происходить. И от этого никуда не деться.

— Какие же они тогда истинные, если супруга смогла вторично выйти замуж? — презрительно обронила Маша.

— Да, будь они и правда парой, единым целым, она бы не смогла этого сделать, — подключилась Аля. — Я читала об этом, — с гордостью добавила девушка, когда мы все посмотрели на нее.

— Для всех нас это тоже оказалось загадкой, стоило узнать о свадьбе владычицы вампиров, — закивал головой маленький человечек. — Но мы были уверены, они и правда были едиными. А потом произошло нечто такое, что и изменило супругу нашего Повелителя. Она изменилась.

Несколько минут помолчали. Эту тему трогать больше не хотелось. Девочки стали спрашивать о самом мире. Хозяева леса с радостью отвечали на вопросы. Благодаря им мы узнали, что этот мир состоит всего из трех материков, на одном живут наги и оборотни, на втором, отдельно от всех, обособленно, можно сказать прячутся айварты — существа, которые являются самой боевой расой, они своеобразные Стражи этого мира. Их практически никто и никогда не видел, если они появляются, то только в закрытых плащах с капюшонами, быстро наводят порядки и улетают на золотых драконах. Но в последнюю сотню лет их уже не наблюдали. А хода к ним на материк никому нет.

— А с этим монстром ваша владычица не могла разобраться? — я даже не понял, откуда взялась злость, но внутри все горело, хотелось крушить и ломать, а еще и свернуть голову нерадивой владычице за такую халатность.

— Нет, ее нет в данный момент в этом мире, — грустно произнес один из малышей. — Она отправилась на поиски нашего Повелителя.

— Что? — озвучила Маша наше общее смятение. — Но вы же только что сказали, что он погиб несколько веков назад. Ничего не понимаю.

— Она отправилась искать погибшего Повелителя? — на этот раз спросила Вика, чтобы прояснить ситуацию, человечек кивнул. — Но как? Если тот погиб, где его ищут? Абсурд какой-то, — буркнула она, поглядывая на нас так, будто решая, это массовый глюк, или только она одна начала сходить с ума. Наши выражения лиц убедили подругу, что помешательство у нас массовое.

— Его душа переродилась, только он ничего не помнит, его надо обязательно найти, — пояснил наш собеседник. — Чтобы душа, пусть и в новом теле, но вернулась сюда, где ее дом, где ее ждут.

— Кого? — как-то глупо глядя на собеседника, а потом и на всех нас, спросил Тимофей.

— Что — кого? — не понял лесной житель. Теперь на всех нас смотрели с недоумением.

— Кого куда вернуть? — уточнила на этот раз Аля. — А главное — как? Если тело новое, памяти нет, как этого вашего Повелителя найдут?

— Владычица должна чувствовать его. Потому и собралась вернуть душу, пусть и в новом теле, — пояснил малыш.

— Не понимаю, зачем искать того, кто был истинным, но потом сплыл, а сама вроде как вторая половина вышла замуж за другого? Зачем тогда ей Повелитель сдался? Гарем решила дамочка себе устроить? — скептически нахмурилась Вика, едва не сплюнув, а я, пропустив все реплики, вдруг сам себе пробурчал:

— А осталась ли там она, эта душа? — внутри было непонятное чувство тоски, безысходности, а главное — разочарования.

— В смысле? — обернулась ко мне Вика. — Дрон, ты что там шепчешь? Как может быть тело без души?

— Может, — уверенно ответил я, хотя если бы спросили, откуда я это знаю, в жизни бы не сказал. Было ощущение, что я просто это, наверное, где-то читал. Но чем больше размышлял обо всем, тем чаще меня охватывала тоска. Я хотел сам не знал чего. Но душа рвалась навстречу неизвестности. Мне хотелось вскочить и бежать. Но я с трудом удержался на месте. Видимо мое состояние передалось подруге.

— Ладно, ребят, нам пора двигаться дальше, — вставая, поставила всех перед фактом Маша. — Идемте, мы ведь до сих пор не знаем цели нашего путешествия, а еще неплохо бы прояснить наши предназначения. Только у кого мы сможем узнать? — тяжко вздохнула девушка.

— Подождите минуту, — замахал руками человечек. — Сейчас… Сейчас…

Вдруг все разом пришло в движение. Малыши засуетились, питоны запрыгали с ветки на ветку, лес зашумел, шурша листьями, даже трава заколыхалась под ногами.

Мы стояли и ждали; нетерпение малыша, который даже ногой притопывать начал, передалось и нам. Нетерпеливо крутя головой в разные стороны, мы ждали, ради чего нас попросили задержаться. И тут, неся что-то тяжелое, к нам подошел еще один маленький человек. Крышка сундучка открылась и… раздался дружный возглас. Наш, естественно. На подставках стояли шесть кинжалов с инкрустированными ручками. Лезвие прямое, в лучах сверкало на острие. Сгрудившись вокруг сундучка, мы даже боялись руки протянуть, чтобы взять оружие в руки, это казалось кощунством — трогать такую красоту.

Вновь в душу закрались сомнения. Нас и здесь ждали? Сначала шесть перстней, теперь шесть кинжалов. Что будет дальше? Где еще нам надо отметиться? Какой квест пройти? На ум вдруг пришла игра, в которую любила играть Машуня. А может нас и правда засунули в виртуальную реальность? И как только мы достигнем нужной точки, проснемся?

— Это нам? — шепотом спросила Вика, сначала протягивая руку, потом одергивая ее. И так несколько раз. Она будто и хотела прикоснуться, и боялась этого.

— Да, это вам. Протяните руку, тот, что ваш, сам ляжет вам в ладонь, — улыбнулся лесной житель, наблюдая за тем, как мы благоговейно уставились на эту красоту.

Первой последовала указаниям Вика. Не успела она в очередной раз протянуть свою ладонь, один из кинжалов в мгновение ока оказался у нее в руке. Девушка вздрогнула, а потом, зажав рукоять, закрыла глаза, прислушиваясь к ощущениям. А открыв их, улыбнулась и выдала только одно:

— Ребят, это нечто!

После подруги и мы разобрали каждый свое оружие, держа его в руке. Поблагодарив от души всех лесных жителей, мы собрались двигаться дальше, как нас остановил голос еще одного человечка:

— Это оружие никто не сможет украсть, вы не сможете его потерять и подарить, оно всегда вернется к вам. Удачи!

Мы и переварить сказанное не успели, как все вдруг исчезли, словно их тут и не было. Повосторгавшись еще несколько минут таким подаркам, мы подхватили сумку, которую успела собрать Аля, и отправились дальше. На этот раз идти было комфортнее, попутно мы выискивали место ночлега. И вдруг лес словно расступился, выводя нас к водопаду, он в несколько ступеней спускался вниз, в небольшое озеро с кристально чистой водой, на дне хорошо виднелись мелкие золотистые рыбки, хвосты которых оказались необычайно большими и яркими. А в бликах солнца казалось, что они вспыхивают огнем.

— Как хочется искупнуться, — протянула Аля. — А вдруг это пираньи? И они нас всех сожрут. И фамилию не спросят. А я еще жить хочу.

— Как же нам это проверить? — сев на корточки, задумалась Маша, разглядывая таких красивых, но скорее всего опасных рыбок.

— А давайте мы им еды из нашей сумки бросим, а заодно посмотрим, насколько быстро они ее съедят? Если вообще станут есть, — предложила Вика. — Рыбы же чем-то другим питаются.

— Подождите, — остановил я друзей, которые собрались воплощать свою идею. — Не стоит загрязнять озеро, от него исходит странная энергетика. Вы не чувствуете? — повернув голову к друзьям, спросил я, те застыли прислушиваясь.

А я снова обернулся к воде, присел на корточки и засунул руку в воду. Ни страха, ни опасений не было. Опасности я тоже не ощущал.

— Дрон, ты рехнулся? — подскочила ко мне Аля, пытаясь оттащить от озера, но я только мотнул головой, не вынимая ладоней из воды.

Рыбки подплыли ко мне, несколько секунд вся стайка будто разглядывала инородный предмет, появившийся перед ними, потом так же стремительно быстро шуганулась в разные стороны.

— Как видите, они не опасны, — улыбаясь своему эксперименту, выдал я, только сейчас сообразив, что все это время сидел, затаив дыхание.

Тут же, быстро раздевшись, мы бросились в воду, вставая под струи водопада, который, казалось, смывал с тела весь негатив, всю усталость, при этом наполняя тело странной и необычной силой.

— Да как вы посмели?! — с берега раздался злой рык. — Человечки осквернили священный водопад. И за это вы будете казнены!

— Час от часу не легче. Снова казнь? — шуганулась Маша, едва не уйдя на дно озера, поскользнувшись. — Вы не оригинальны. Придумали бы что-нибудь новое.

— Ага, а то мы как колобок из сказки: и от злого мага ушли, и от эльфов ускользнули, и чудовище победили, а везде получали награды.

— У вас никого не надо повеселить-разбудить-грохнуть? — подхватил Кир, плавно выходя из воды. За ним собрались последовать и мы. Я вдруг застыл, разглядывая грозных типов.

На берегу стояли семеро вампиров. Откуда я это узнал? Не знаю. В голове произошел щелчок.

— Драгомир, сделай лицо попроще и прекрати стращать нас, — выдал я… или не я? Но голос был определенно мой. И что это сейчас было?

Немая пауза… Шок с обеих сторон…

Глава 10

— Откуда тебе известно мое имя, человек?! — со скрытой угрозой поинтересовался вампир, когда мы выбрались на берег, а я предстал перед ними всеми. Глаза всех семерых прожигали насквозь. Но ладно клыкастые, их реакция вполне понятна. Но я сам и друзья оказались в шоке от происходящего.

— Да, Дрон, что это было только что? — подхватила вопросы кровопийц еще и Машуня. — Да и голос у тебя был какой-то другой, не твой. Властный какой-то, непривычный.

— Чтоб я так знал, сразу бы рассказал, — честно признался я и друзьям, и вампирам. — Словно не я, а кто-то внутри меня это произнес. А вас, — я посмотрел на того, кого сам недавно назвал Драгомиром, — я знать не знаю. Но, блин, что-то знакомое такое, а что… будто память не желает выдавать подсказок.

Не успел я договорить, как недалеко от озера засверкали всполохи, будто множество молний собралось в одном месте. А через несколько минут, никто еще и ахнуть не успел, как там стояли дое: парень и девушка, глядя на нас так, будто прямо сейчас казнить готовы. Первой не сдержалась красавица-брюнетка с черными как ночь глазами, она резко бросилась ко мне, наверное собравшись отвернуть голову за осквернение святого водопада. А у меня… снова щелчок.

— Ну, здравствуй, Кайриса. Где моя Кория? — властно и надменно осведомился я, заставив вампиршу зависнуть в воздухе прямо передо мной. В этот момент мне захотелось мотнуть головой и прогнать от себя наваждение. Слишком нереальным оказалось происходящее. Кажется, наша игра слишком затянулась. Или это мы перешли на новый уровень? Друзья, смотря на меня, сделали неуверенный шаг назад. — А гейелы были уверены, что ты узнаешь перерожденную душу, — усмехаясь, саркастично выдал я, готовый сам себе зажать рот. Да что это за поток слов из меня льется? Нас же сейчас всех прибьют, не глядя.

— Дрончик, миленький, что с тобой? Кто такие гейелы? — едва не плача, медленно подошла ко мне Аля, прижавшись к боку и смотря на меня блестящими глазами. — Стань снова сам собой. Такой ты нас пугаешь, словно ты и вроде бы совершенно не ты. Это водопад на тебя так подействовал?

— Гейелы — те самые лесные человечки, которых мы видели в лесу, они же еще подарили нам кинжалы, — на автомате выдал я.

— А почему ты раньше этого не знал? — с другой стороны рядом со мной оказался Кир. — Какая муха тебя сейчас укусила? Ты не ты. Другой какой-то. И твои глаза… они… они… больше не глаза нашего Дрона. Кто в тебя вселился? Может какая зараза попала в твое тело? И когда это произошло? Почему с нами ничего похожего не произошло?

— Кир? Что это значит? — обернувшись к парню, произнес я. Мне стало вдруг интересно, как могли измениться мои глаза. А главное, с чего вдруг? Может Кир прав? И в меня действительно кто-то вселился? Но ведь я — это по-прежнему я.

И только тут сообразил, что весь мир вокруг изменился. Я теперь каким-то образом мог видеть странные потоки, нити, опоясывавшие озеро, которые тянулись от водопада к невдалеке стоявшим деревьям. А еще мне удалось увидеть, как от ровной глади озера вверх поднимались словно снежинки, во всяком случае именно такая форма была у небольших искорок, взмывающих над гладью воды и быстро распространяющихся над лесом, уносясь все дальше. Я настолько поразился зрелищу, что и сам не заметил, как мой рот приоткрылся.

— Дрон, что еще произошло? Что с тобой? — истерично поинтересовалась Машуня. — Не пугай нас, пожалуйста. Мы же волнуемся. Ответь, что с тобой, — подруга дергала меня за руку, переплетала свои пальцы с моими.

— Ребят, это нечто необычное, — с придыханием произнес я, пытаясь описать весь спектр того, что открылось перед моими глазами. После моих слов вампиры вздрогнули, вдруг как по команде встав на одно колено. Я шарахнулся в сторону, налетев на Кира и Алю. — Чего это с ними? — шепотом спросил у друзей, но ответа, понятное дело, не получил. Более того, друзья как-то резко отстранились от меня. Мне захотелось выругаться.

— Кайриса, ты так и не ответила, где моя Кория? — обернувшись к девушке-вампирессе снова задал свой вопрос. Юноша, до этого стоявший на том месте, где они только появились, вдруг как-то сжался весь. Его и без того бледная кожа побелела еще больше. Хотя куда уж больше-то? В меня будто черт вселился. — Гртʼан, не стоит переживать, ваш брак не развалится, она больше не моя истинная, — презрительно бросил я, в эту секунду с ошеломлением начиная понимать, что происходит.

— Дрон, подожди, ты хочешь сказать, что и есть тот самый… Повелитель, которого убили несколько веков назад? — подошла ко мне Вика, сжимая виски. — Так вот что значило то видение, а я-то, дура, все никак не могла понять, что за разгул воображения перенес меня в сказку. Надо было сразу вам рассказать, не пришлось бы мучиться столько времени.

— Вик, ты о чем сейчас? — не понял я. — Причем тут сказка? И что за видение тебе было?

Не только я с нетерпением ожидал ответа. Аля и Маша подошли ближе, с затаенной радостью смотря на подругу. Тимофей с Киром тоже оказались рядом, прислушиваясь к словам Вики, хотя Тимофей и пытался придать себе равнодушный вид, да только горящие от интереса глаза скрыть сложно.

— Огромный красивый замок, разукрашенный, весь в огнях, а там ты в короне, а мы в нарядных одеждах, да еще с какими-то прибамбасами в руках, типа скипетров, но с блестящими искрящимися наконечниками. Видение было красивое, но я тогда решила, что подсознание выдало желаемое за действительное. Ведь какая девушка не мечтает побыть королевой? А мне тогда так хотелось хорошей сказки для наших приключений. И так столько натерпелись.

— А почему нам не сказала о своих видениях? — изумился я. — Может, не такой бы шок сейчас был, меня до сих пор подтрушивает от осознания происходящего. Я до сих пор не могу поверить, что все это прлисходит с нами. Может нас закинули в виртуальную реальность? А это наш последний квест?

— Вы бы меня на смех подняли, расскажи я вам такое, — смутилась Вика. Я вынужден был признать, что в ее словах была доля правды. — Что касается игры… Знаешь, в первые дни у меня еще было похожее ощущение, но потом… Слишком реальные оказались ощущения. А боль в игре не чувствовалась бы… я так думаю.

— Драгомир, встань, и вы тоже поднимитесь, я все равно пока ничего не помню. Какой из меня Повелитель? — сказал я, глядя на склоненные головы вампиров, которые продолжали стоять на колене.

Они с достоинством встали, разглядывая меня. Кайриса только хотела было подойти, но я быстро выставил обе руки вперед. Мне показалось, что она собирается обниматься со мной, и эта мысль вызвала отторжение и неприятие.

— Стой, где стоишь, — вырвалось у меня. — Свои сантименты оставь для супруга, мне они не нужны. К тому же, как я и сказал ранее, мы больше не истинные. Я успел перед смертью вернуть тебе твою часть души, чтобы ты не отправилась следом за мной. Теперь у тебя своя жизнь, у меня своя. И наши пути больше никогда не пересекутся. Нельзя вернуть утраченного. Ты сама сделала свой выбор.

— Но… — начала было Кайриса, я же не дал ей и слова вставить, перебивая:

— Все. Достаточно. Я все сказал. Эта тема закрыта. Почему я не вижу здесь своего названного брата? — задал вопрос, а потом только сообразил, что с замиранием сердца жду ответа, так как…

— Мы с ним разделились, — ответила Владычица. — У оракула было видение, что твоя душа переродилась, вот только мест твоего нахождения было два. Это удивило и поразило. Пока я исследовала закрытый мир, пытаясь тебя там отыскать, Жайт отправился на Фейлз, где тоже было отмечено твое местонахождение, — ответила вампиресса, я задумался.

— А оракул вам обоим одновременно рассказал о перерождении Повелителя? — задумавшись, спросил я. В голове выстраивалась цепочка.

— Нет, это твой брат пришел ко мне и рассказал о предсказании оракула, он же и посоветовал разделиться, попросив меня исследовать закрытый мир, — удивилась неизвестно чему Кайриса, а я хлопнул в ладоши оттого, что пазл сложился. Теперь многое стало понятно. Хотя нет, не все. Еще один момент никак не вписывался в общую картинку. И именно он не давал мне покоя.

— Хм, только я не понимаю, какое отношение ко всему этому имеют мои друзья? — сам у себя спросил я, на этот раз разглядывая своих спутников, с которыми за это время мы успели подружиться, став едва ли не родственными душами. Да, общие беды и приключения сближают, во время наших мытарств каждый из них показал свою надежность, смелость, отвагу. Но тем не менее, понять, каким образом друзья связаны с этим миром, я пока никак не мог.

— Дрон, ты сейчас о чем? — рядом со мной встал Тимофей, пытливо глядя в глаза.

Вот только ответить на вопрос друга я не успел, так же как и обвинить вампиров в том, что убийство их Повелителя так и осталось нераскрытым. Откуда я это узнал? Элементарно. Из слов моей бывшей супруги. Пусть она не прямо сообщила об этом, но мне вполне хватило и косвенных улик, чтобы понять очевидное.

На этот раз перед нами появился светловолосый юноша, человек, наделенный даром бессмертия. Аля и Вика не удержали томного вздоха. Еще бы. Вновь прибывший оказался действительно красив, напоминал ангела, ему только крыльев не хватало. Никто бы и подумать не мог, что у такого светлого и солнечного парня черная и подлая душа.

Бессмертный осмотрел нашу компанию, задержав взгляд на мне. Я же в ответ усмехнулся, заметив, как скривились губы «братика».

— Здравствуй, Жайт, удивлен? А куда же ты Феликса дел? Могли бы вместе прийти, помогли бы нам прояснить ряд вопросов, — добавив как можно больше сарказма в голос, фальшиво-ласково поприветствовал я своего так называемого брата. Сейчас глядя на парня, я пытался понять, какая пелена была у меня на глазах в тот момент, когда я столько раз помогал ему, спасал жертвуя собственной жизнью. Но ничего понять не мог.

— Ты кто такой? И почему до сих пор жив? Осквернение священного… — начал свою обличительную речь «брат», но слушать в очередной раз одно и то же мне стало лень.

— Достаточно, смертная казнь откладывается, священный водопад вернул мне часть памяти, помог сложить все пазлы нашего злоключения, в котором ты принял самое активное участие. Вот только на несколько вопросов у меня пока нет ответов. Поможешь? — не дожидаясь его согласия, наблюдая, с каким усилием этот тип пытался сохранить свое достоинство, я начал с того, что именно у меня не состыковывалось: — Зачем было втягивать в эту авантюру всех моих друзей? Ты хотел уничтожить меня, они причем? — после этого вопроса раздался сдавленный возглас вампиров. — И еще один момент. Как же Феликс так прокололся-то, не избавившись от нас сразу? Зачем нас надо было тащить в Академию? Или он решил вопреки твоему наказу еще поживиться и развлечься за наш счет? А тебя в известность забыл поставить? Теряешь авторитет, братик, — ехидно оскалился я, с удовольствием наблюдая за сменой эмоций на идеальном и красивом лице парня.

— Ищи сам ответы, я ничего не собираюсь тебе рассказывать, — зло скривившись, мой собеседник что-то прошептал, собираясь исчезнуть, но не тут-то было. Драгомир отреагировал мгновенно, выпростав руку, он накинул на этого гада огненную сеть, полностью лишая «братика» магических сил и не давая тому сбежать.

— Не так быстро, Жайт, мы еще не насладились твоим обществом, к тому же ты много задолжал, а по долгам стоит платить, — холодно произнес Князь вампиров. — Как же тебе удалось нас дурачить столько времени? Ведь это же так очевидно, кто убийца. Сейчас, когда странная пелена спала с глаз и разума, я понимаю, что только у тебя была возможность тогда приблизиться к раненому Повелителю, так как защита не пропускала никого, кроме тебя и бывшей супруги, которая в тот момент была занята спасением… хм… своего будущего мужа.

— Какой догадливый, — выплюнул Жайт. — Все равно ничего говорить не собираюсь, — сжав губы, выплюнул пленный. — Сами разбирайтесь. Ни в чем я вам каяться и помогать не стану.

— Не переживай, разберемся, — миролюбиво произнес я, отворачиваясь к озеру и думая о своем. Все было ново и непривычно. Столько всего сразу произошло, что меня до сих пор немного подтрушивало. К тому же я все еще не мог поверить, что наши мытарства закончены. А в том, что они действительно закончены, я не сомневался. Только бы разобраться, какая же участь ждет моих друзей, что им предначертано, для чего их принесло сюда вместе со мной? В том, что сговор с Феликсом о нашем уничтожении затеял Жайт, так как узнал, что я переродился, уже нисколько не сомневался. Он и владычицу отправил в закрытый мир, прекрасно зная, что нас там уже нет. Да и не хотел, чтобы она путалась под ногами. Вдруг бы догадалась раньше времени? И сорвала бы «брату» все планы. Но на что он рассчитывал? Корона его все равно не примет, она не признает убийц. Тогда что ему нужно было? Отвечать на этот вопрос «братец» не желал. Значит, придется самому разбираться.

— На некоторые вопросы могу ответить я, — услышали мы знакомый голос гадалки, которая, откуда ни возьмись, спокойно стояла, судя по всему, уже некоторое время, подпирая одно из деревьев. Женщина преобразилась. Сейчас в ее глазах светились искорки смеха. Неприкрытая радость исходила от нее так, что невольно хотелось улыбнуться, да только момент совсем не располагал к улыбкам.

— А вам-то откуда это знать? — буркнул я, начиная винить ее во всех наших бедах. Ведь не пришли она нам всем приглашения, жили бы себе спокойно, не знали о других мирах, не трепали бы свои нервы.

— Поверь мне, я знаю многое, — загадочно произнесла женщина. И тут ее внешность «поплыла». Я едва успел поймать свою челюсть, настолько страшно это было. Аля и Вика вскрикнули, зажимая рты ладонями, парни вслух выдохнули, Тимофей и Машуня выругались в голос от такого зрелища. Я же смотрел на это как завороженный. Зато уже через несколько минут перед нами стояла совсем другая девушка. Молодая, юркая, она, казалось, светилась вся. И ее лицо теперь показалось знакомым. Будто мы раньше много раз встречались. Мне даже память особо напрягать не пришлось. Как и в случае с вампирами, у меня будто щелкнуло. Некоторые так свет включают, а у меня память восстанавливалась.

— Судьба? — вырвался у меня вопрос, прежде, чем я сам сообразил его. — Но как? Зачем?

Я не мог понять, зачем Богине прикидываться простой смертной, еще и идти на поводу у мага. Но ответы на эти вопросы она дала нам сама.

— Я приглядывала все это время за вами, ни на минуту не упуская из виду, — начала та свой рассказ. — Когда узнала о перерождении. Меня смущал один факт, который я никак не могла понять. Душа Повелителя разделилась на несколько частей. О таком я никогда не слышала. Но смущало меня другое — часть сущности Повелителя досталась пятерым человекам, помимо тебя. Это было сделано для того, чтобы ты не превратился в монстра, благодетельный ты наш. Отдал ей душу, а сам… — девушка недовольно кивнула на владычицу вампиров. Потом продолжила: — В общем, так как появились вы все фактически от одного человека, грешной души, которой дали шанс на искупление, потом отправившейся в чистилище, то и устроить вас всех планировали вместе. Но потом что-то пошло не так. Вас распределили в разные детдомы, и произошло это в тот момент, когда я отлучалась. Для меня это был удар по моему профессионализму, не уследила, не предотвратила. Но пришлось довольствоваться тем, что уже было. А потом в моем поле зрения появился Феликс, который слишком явно интересовался вашей компанией. Мне пришлось изловчиться, чтобы обратить на себя его внимание. В том, что он узнает во мне Богиню, я сомневалась, слишком скрыла себя. И тут, к счастью, он предложил сотрудничество, на которое я с радостью согласилась. А дальше вы уже знаете. Он приказал собрать вас вместе, перед этим договорившись с инкубами и суккубами о вашей покупке. Вот только сделать они это могли только в Академии.

— Почему? Что мешало выставить нас на торги? — не поняла Аля. — Он сам дал нам право выбора. Мы тогда выбрали арену.

— Да, по-другому он не мог поступить, потому что прекрасно понял: вы необычные люди, раз в вас стали стремительно развиваться магические силы, стоило вам оказаться в том мире. Это его удивило. Жайт-то сказал, что вы самые что ни на есть обычные, и вас надо сплавить подальше, с возможным умерщвлением. А тут для Феликса был приятный сюрприз. Он и для себя извлек прибыль. Только пришлось вмешаться мне, вырвав вас из лап тех, кто уже через неделю превратил бы вас в зомби. И перекинуть в этот мир. Феликс рвал и метал. Он и предположить не мог, кто оказался в его руках и кого он профукал. А когда узнал…

— А почему ты сразу ничего не сказала нам? — на этот раз свой вопрос задал я.

— Ага, как бы вы на это отреагировали? «Господин Повелитель, топайте в свой мир и быстренько начинайте адаптироваться», — передразнила саму себя Богиня. — Может, еще и волшебно-божественный пендаль надо было придать для ускорения? Вы бы решили, что гадалка тронулась умом. Особенно, если бы сразу ко всем обращалась в одном лице.

— Это точно, — тут же подтвердила Аля. — Именно так и подумали бы. Слишком все нереально. Я даже сейчас не могу в это поверить. Мне сложно. В голове просто не укладывается.

— Подождите, я вот одного не понимаю, а почему тогда ни первые встреченные нами вампиры, ни эльфы, ни лесные жители не почувствовали во мне Повелителя? — нахмурившись, словно пытаясь поймать улетающую и ускользающую мысль, спросил я. — Ведь они должны были ощутить хоть что-нибудь. И пусть не сами эльфы, но предки уж точно обязаны были понять, кто перед ними, ведь для них никаких секретов нет.

— А еще ты забыл спросить, почему священные гуанры вас не обглодали до костей, — дополнил Драгомир, а я содрогнулся, так как в голове после очередного щелчка, словно кто-то показал картинку тех самых милых и красивых рыбок, которые в состоянии за три минуты оставить даже от огромного зверя одни кости.

— Но ведь я сначала засовывал руку в озеро, проверяя их реакцию, — сконфуженно ответил я, а Аля с Викой вытаращили глаза на меня, потом на Князя, а только после этого с опаской обернулись к озеру, и их затрясло мелкой дрожью. Фантазия у девушек хорошая, они живо представили себе возможный вариант развития событий.

— Эт-т-то типа пираний, да? — пискнула Аля, без сил оседая на землю, так как мозг выдал, какая опасность нас подстерегала, чего нам удалось избежать и как все обошлось в лучшую сторону. — Вик, и ты ничего не увидела и не почувствовала опасности? Почему?

— Мож-ж-жет потому, что для ее не было? — пожала плечами наша прорицательница, скрипя зубами. Ее тоже трясло, как в лихорадке.

— Раньше ты умнее был и схватывал все на лету, — между тем поддела меня гадалка-Богиня. — Ну же, включи мозг и ответь сам на свой вопрос, это ведь так просто.

— Раньше я был укомплектован, а сейчас разделен на шесть частей, — машинально ответил я, и тут же, поймав, наконец, мысль за хвост, хлопнул себя по лбу. — Водопад! — воскликнул я. — Его священное воздействие помогло немного открыть мою суть, и вырвать куски памяти! Без этого я бы не вспомнил ни Князей, ни бывшую истинную. Я ведь прав?

— Абсолютно, — улыбаясь, подтвердила Судьба. — Потому и живы остались, а «пираньи», как вы их назвали, приняли вас, как родных. А сейчас вам всем пора в замок. Вас там уже ждут.

— Кто? — спросила Маша, все еще находясь в состоянии офигевания. — А я тоже часть Повелителя, да? — вдруг спросила девушка, а я усмехнулся, такое забавное у нее было выражение лица.

— Да, как остальные ваши друзья, — подтвердила Судьба. Вот тут мы все дернулись от неожиданности, когда, издав боевой клич, Машуня начала танцевать танец победителя, к нему присоединился Кир, а потом и Тимофей. И вскоре все были увлечены в танец. Напряжение последних дней покидало тела, оставляя только чувство свободы, радости и светлого будущего, на которое мы уже начинали настраиваться.

Глава 11

— Может, мы все же двинемся в путь? — осторожно осведомился Драгомир, едва сдерживая улыбку; наши танцы повеселили всех. — Возле замка уже наверняка места не осталось.

— Места для чего? — не поняла Аля, восстанавливая дыхание после таких плясок. — Тоже хотите потанцевать? Так можно и здесь это сделать? Зачем ждать до замка?

Ребята хохотнули, вероятно, представив себе картину с танцующими вампирами. Даже я улыбнулся. Уж больно необычным такое действо выглядело бы. Строгие, хмурые, типичные Князья, при взгляде на которых наверняка у многих поджилки трясутся и… Танцуют танец победителя, выписывая кренделя ногами. Н-да, боюсь, такого зрелища никто бы не выдержал.

— Для лагеря, — пояснила владычица, насупившись. Она до сих пор злилась на меня, только я не мог понять, за что. Я же не виноват, что она, не дождавшись моего перерождения, вышла замуж… не за меня. К тому же я к ней абсолютно ничего больше не чувствую, поэтому я ни в чем не виноват. Надеюсь, она и сама скоро это поймет.

— Для какого лагеря? Война? Немцы наступают? — тут же выдала Вика, вызвав удивление вампиров. — Так быстро с ними расправимся. Одним квестом больше — нам уже не привыкать.

— Какие немцы? Квесты? Кто это? — поинтересовался Дагʼан, еще один Князь. — И войны не предвидится. А лагеря разбивают те, кто прибывает на чествование вернувшегося Повелителя. Только они еще не знают, что он… Кхм… в шести лицах.

— Ничего, удивлять мы любим, умеем, практикуем, — засмеялся Кир, не сводя взгляда с Драгомира. И ведь было на что посмотреть: высокий, черноволосый, темноглазый, вся его фигура так и светилась мощью и силой. А взгляд, казалось, пронизывал насквозь, выворачивая наизнанку и заставляя преклоняться. Видимо Князь пугал нашего друга.

Сам же Князь только украдкой бросал взгляды на Кира, причем, заметив характер таких гляделок — явно уже видит того в зятьях — я порадовался за товарища. Судя по всему, у него отношения не за горами. Наверняка в замке Драгомир из кожи вон вылезет, чтобы свести дочь и нашего стриптизера. И это порадовало. За одного из друзей я уже мог не волноваться. Осталось только найти пары остальным ребятам. Их счастье слишком важно для меня, раз уж, как оказалось, мы единое целое. Вот только седьмой наш товарищ не вписывался в эту картину. Надо бы у Богини узнать, как она его отыскала и зачем отправила с нами.

Но это позже, все терпит пока. Нам действительно надо выдвигаться. Да и зов становился все сильнее. Я знал, что меня зовет корона, ведь никто, кроме меня, не мог к ней прикоснуться, она мгновенно испепеляла любого, не подпуская к себе, даже владычицу, которой в прошлом много раз помогала, но так и не смогла простить своеобразного предательства. Хотя лично я данную ситуацию таковой не считал. В прошлом меня ведь убили, и она не обязана была хранить все время верность, так как наша связь была разорвана мною же, пусть и для ее блага.

Сейчас в моей бывшей супруге наверняка взыграло чувство собственности, вот и разобрало девушку, даже забыла, что супруг рядом, трясется, как осиновый лист, боится, что потеряет свою Владычицу. Видно не слишком гладкая у них семейная жизнь. Тот, кто любит и уверен в любви избранницы, никогда не станет бояться. А тут… оказывается все очень сложно. Впрочем, пусть сами разбираются, это их жизнь, их отношения.

Между тем мы продолжали идти вперед. Тропинка, которая нас сюда привела, исчезла. Сейчас мы шли по хорошо утоптанной дороге, но что поразило больше всего, никакой усталости не чувствовалось, хотя шли довольно долго, часа два-три так точно. Меня раздирали противоречивые чувства: предвкушение, страх от неизвестности, сомнения — ну какой из меня Повелитель? Чем ближе мы подходили, тем больше на меня накатывали волны ужаса. Да, со мной друзья, вместе, я уверен, мы справимся, но страх не желал проходить. Даже моя хваленая выдержка и самоуверенность покинули меня, оставив мучиться сомнениями. Я всегда считал себя в состоянии справиться с любой проблемой. Никогда не чурался хороших драк. Чувство страха перестал испытывать лет в пятнадцать. А сейчас никак не получалось успокоиться. И как я в таком состоянии предстану перед толпой тех, кто нас ждет?

— А вот меня интересует вот что, — разрушила тишину Аля. — Если мы все составляющие одно целое, то как нас потом собирать будут? Мы ведь не конструктор, а живые люди, — задумчиво закончила та, поочередно глядя на каждого из наших сопровождающих.

— Не переживай по этому поводу, — улыбнулась Судьба. — Собирать вас никто не станет. Ваши способности останутся с вами, вы будете вольны распоряжаться ими по собственному усмотрению. А вот Дрона соберет его незаменимая помощница, — подмигнула эта интриганка мне, заставив еще больше насторожиться. — Ты ведь наверняка уже хорошо ощущаешь ее нетерпение и зов? — обратилась она ко мне, я кивнул.

— И как она меня собирать будет? Сначала расчленит на составляющие, потом заново начнет собирать? — усмехаясь, спросил я. — Надеюсь, лишних частей тела мне не насобирают?

— Ну, подумаешь, обзаведешься парочкой… С тебя убудет, что ли? Радоваться должен, прибудет ведь, — расхохоталась Богиня.

— Нет уж, меня мои части тела вполне устраивают, не надо мне лишнего, — решительно отмел я ее предложение. — Могу тебе лишнего добавить. И кстати, с милыми рожками и черными крыльями ты бы прекрасно смотрелась.

— Я поверю тебе на слово, но испытывать на себе твои дары в мои планы не входит, — с милой улыбкой выдала девушка, кокетливо тряхнув длинной копной светлых волос.

И тут, выйдя на пригорок, мы остановились, так как от увиденного захватило дух. Перед нами простиралась огромная долина, окруженная с одной стороны высокими величественными горами, с другой — казалось бы, непроходимым лесом, настолько тот был густым, ветви деревьев переплетались между собой, не давая даже проникнуть на землю солнечным лучам. Посреди этой цветущей, ровной, гладкой равнины стоял дворец или замок — не знаю, как даже обозвать эту красоту. Пикообразные башни с двух сторон строения уходили высоко в небо, теряясь в облаках. Выполнен замок был из серого камня, гладкие стены покрыты позолотой, от чего, глядя на него, начинали слезиться глаза, столько бликов исходило от стен. Широкое крыльцо с резными перилами, посреди ступенек лежала полоска мха, создавая эффект ковра. Необычно, красиво.

Но что больше всего поразило — количество народа, раскинувшего палатки, шатры, шалаши около замка на много метров вокруг. Мне в какой-то момент отказали ноги. Пройти через всю эту толпу, которая насчитывала не меньше пары-тройки тысяч существ, и то это только навскидку. Наверняка их там много больше.

Не успел я ни о чем больше задуматься, окончательно впасть в панику, накрутить себя, как перед нами появилась… оп-па, Мириниэль, собственной персоной, и вполне надо сказать, материальная. Мы застыли, рассматривая бывшего призрака.

— Ба! Какие лю… кхм… эльфы, и без охраны?! — воскликнула Вика, довольно рассматривая ту самую молчунью-призрака, которая покорила нас всех и сразу. Да и чего греха таить, у меня пресловутые мурашки она тоже успела вызвать своим незабываемым голосом. Словно изнутри вибрация проходила, когда она разговаривала. — Что привело вас сюда, о перворожденная и воскрешенная… или воскресшая? В общем, не суть, — продолжила девушка, во все глаза рассматривая красавицу-эльфийку, стоявшую с надменным выражением лица.

— Вы долго стоять здесь намерены? — подала голос эльфийка, а я почувствовал, как в очередной раз по ногам прошли иголки. Ну вот почему у нее такой голос. Умереть и не встать, слушал бы и слушал. Жуть. Наверняка она воздействует на всех нас. Потому что мне даже стало страшно представить, что своим видом я сейчас как и все напоминаю дауна. Мнение появилось, стоило осмотреть товарищей, которые застыли с самыми дебильными лицами. Эк их размочалило.

— Нет, мы уже идем, — тряхнув головой, отгоняя шальные мысли, ответил я. — Вы собираетесь нас сопровождать?

— Да, собираюсь, — холодно ответила Мириниэль и тут же… игриво подмигнула мне. — Более того, я еще и замуж собираюсь за Повелителя, — смешливо выдала она, а я грешным делом решил, что у меня глюки начались.

— А его вы в известность поставили об этом? — скептически поинтересовался я, пораженный наглостью эльфийки.

— Конечно, уже поставила, — подмигнула мне девушка с острыми ушами, и тут же ее лицо снова стало надменным и бесстрастным. Я даже глаза потер, не удержался. Интересно, только меня посетили такие глюки или это видели и слышали все? Оглядев друзей, понял, что слышали все, об этом свидетельствовали офигевшие лица, отвисшие челюсти, а у некоторых — Владычицы и Машуни — сжатые в порыве злобы и ярости кулаки.

Хм, ладно Владычица…, а с Машуней-то что? Вот же собственница, мать ее етить. Чувствую, разговор нам предстоит еще не совсем приятный. Ладно, разберемся. Сейчас действительно пора. Нас уже заметили, толпа загудела, заволновалась, зашевелилась, встречая нас.

Первыми, кого мы увидели, были…

— Ребят, это же наш седьмой — Кеша! — воскликнула Вика, обрадованно рассматривая парня, который нас покинул. — Какой он красивый стал, еще больше возмужал.

Кеша и правда изменился, встреть я его на улице при других обстоятельствах, точно не узнал бы.

— А это рядом с ним, судя по всему, его жена? — скривилась Машуня. Она до сих пор не смирилась с отношениями, можно сказать, с бухты-барахты, они ей были неприятны. Машуня всегда хотела большой, светлой и чистой любви, долгих ухаживаний, притирок. А тут все делалось слишком быстро. Это-то и бесило подругу. Оттого и продолжала она дуться на меня, что я нормально отреагировал на реплику эльфийки о замужестве.

— Супружество явно пошло ему на пользу, — ухмыльнулся Тимофей, вместе со всеми рассматривая изменившегося товарища. Он, казалось, помолодел, стал выше ростом, в теле появилась некая особенная стать. Сейчас он нисколько не напоминал того юношу из нашего мира. А его глаза просто сияли. Мы все имели возможность убедиться, насколько они счастливы.

— За такой короткий срок и так поменяться? — на этот раз удивился уже я, не понимая, как такое может быть.

— Кровь супруги и подтверждение брака сделали свое дело, — ухмыльнулась стоящая рядом со мной Мириниэль. — Она передалась и вашему Кешье, — исковеркав имя, добавила эльфийка.

— То есть, если я выйду замуж, скажем за эльфа, то и я стану такой же измененной? — изумленно выдохнула Аля.

— Конечно, — подтвердила ушастая. — Человеки — самые легко подстраиваемые под вид супругов существа, в отличие от тех же вампиров или оборотней. К тому же — и самые слабые. Но только с ними можно вылепить то, что душе угодно.

Слова эльфийки покоробили. Что значит — вылепить? Лично мне совсем не хотелось бы меняться. И уж тем более, чтобы меня вылепливали. Но тут же слух резануло еще одно слово. Слишком пренебрежительно эльфийка отозвалась о людях.

— Почему человеки? — скривился я. — Это неправильно. Надо говорить — люди, — менторским тоном начал я, а Мириниэль расхохоталась.

— Нет, человеки, — возразила она. — Нет понятия люди, есть человеки, человечки, человекообразные. В этом мире именно так, а не иначе.

— Было так, станет по-другому, — не собирался я ей уступать. На меня напал дух противоречия. И захотелось во что бы то ни стало доказать свою точку зрения. Мы с друзьями не собирались терпеть пренебрежения. Потому и презрительного «человеки» тоже не собирались спускать ушастой, пусть она хоть тысячу раз древняя. Если на то пошло, Повелитель старше ее, и несмотря на перерождение, душа, пусть и в нескольких телах, все равно намного древнее.

— Вам заняться нечем? — зло буркнула Кирия. — Народ ждет и не понимает, что здесь происходит. Из-за чего заминка, а вы споры устроили, как правильно человеков называть.

Я хотел было снова поспорить, но понял, что она права, нас действительно ждали, да и Кеша с супругой уже тихонько переговаривались с друзьями. Но сколько ни пытался наш товарищ выведать, кто же из нас Повелитель, друзья молчали как партизаны на допросе, не выдавая военной тайны.

— Идем, нам действительно пора, скоро все узнаешь, — взяв Кешу под руку, только мельком глянув на его супругу, как она на такое отреагировала, произнесла Вика, направляясь вниз с пригорка. Наша делегация последовала за ней.

Чем ближе мы приближались, тем больше начинали трястись у меня ноги. В какой-то момент показалось, что они стали ватными, и я сейчас просто упаду. Заплетаться они определенно начали. Я себя ощущал, как после хорошего бодунища.

— Не дрейфь, выше голову, увереннее взгляд, — произнесла Богиня, оказавшись рядом со мной. — Ты же Повелитель, так твою раз этак. Взгляд тверже, грудь преред, плечи расправь, а то идешь как на казнь, что о тебе нелюди подумают? Ну же…

— Что за выражения? Ты же девушка, Богиня, наконец, а выражаешься, как… — усмехнулся я, не договорив, так как девушка звонко рассмеялась.

— Зато ты сразу сел на своего любимого конька, всех наставлять на путь истинный. Слабость-то прошла? — ехидно осведомилась та, я только согласно кивнул. А ведь и правда прошла. Сейчас я чувствовал себя намного увереннее и спокойнее. К тому же слова «гадалки» подействовали как ушат холодной воды, заставив взбодриться и ощутить силу, пробежавшую по венам.

Приблизившись к толпе, мы заметили недоуменные взгляды, обращенные на нас. Еще бы, нас-то было шестеро, и кто из нас Повелитель догадаться оказалось слишком трудно, так как сама суть была поделена на шесть частей, и в каждом из нас ощущалась в той или иной мере. Мы переглянулись, усмехнулись и пошли дальше. Только Владычица вампиров кивком головы приветствовала всех собравшихся.

Пока шли, в толпе я заметил мелькнувшего Феликса. Но только мгновение, позже, сколько ни приглядывался, не смог его отыскать. Интересно, он-то что здесь делает? Решил проверить, не загнулись ли мы по пути? Или еще какую пакость замышляет? Хотя я больше склонялся ко второму. Так как зрела внутри мысль: он за нас получил деньги, а возвращать не желает. Потому в лепешку расшибется, чтобы вернуть товар покупателям.

— Здесь где-то Феликс, — тихо произнес я товарищам, Вика согласно кивнула, сказав, что тоже его увидела, Аля шла с отрешенным видом, а парни начали так же как и я выискивать его в толпе. — Интересно, что ему здесь понадобилось? — с сомнением протянул я, хмурясь все больше и больше. Не хотелось бы получить подтверждение моей догадки, но мысли все упорнее лезли в голову.

— Прячется он, сбежал от тех, кому вас продал, так как товар получен не был, а это своеобразное кидалово, те существа такого не прощают. Ему некуда было деваться, как не под бок к твоему братцу, который уже ничем не сможет ему помочь, — пояснила гадалка, тоже всматриваясь в толпу, при этом ее глаза сузились, засверкали. От этого даже немного жутко стало. Я поспешил отвернуться.

Между тем существа, встречающие нас, начали волноваться. Кое-где раздавались выкрики-вопросы, кто же Повелитель, и почему им не представляют его. Вампиры отделывались только общими фразами, что скоро всем представят, надо только запастись терпением. Столько ждали, лишних полчаса роли уже не сыграют.

Существа, хоть и ропча, но вынуждены были согласиться, постепенно замолкая. Но напряжение остро ощущалось в воздухе, из-за него страх снова начал возвращаться. Но в то же время, чем ближе мы подходили ко дворцу, тем больше меня манило и влекло что-то, находящееся внутри. Последние метры до крыльца я готов был уже бежать, так как этот зов становился настолько сильным, что сопротивляться просто не было сил. Огромного труда мне стоило пройти спокойно и размеренно. А вот оказавшись внутри… просто сорвался на бег, чтобы поскорее увидеть то, что меня так манило и звало.

— Дрон, ты куда? — удивившись моей прыти, воскликнула Вика. — А нас подожди хотя бы. Мы за тобой не успеваем!

— Нет, нам там не место, — остановив девушку, произнесла гадалка. — Это его зовут, не нас. Мы все останемся здесь, ждать его возвращения. Отдохните и наберитесь сил. Они вам вскоре понадобятся.

Больше я их разговора не слышал, несясь во весь опор по коридорам дворца к заветной цели. Один поворот сменялся другим, в голове даже мысли не возникло, что я могу заблудиться. Ступеньки я перепрыгивал через одну-две, насколько хватало прыти. В груди все горело огнем, мне казалось, что я не успею, что этот зов сейчас прекратится, но в то же время старался бежать быстрее, полный азарта и предвкушения, как перед встречей с давним другом, с которым не виделись много лет.

Наконец, заветная дверь. В отличие от остальных, слишком простая, не такая вычурная, с обычной металлической ручкой, тогда как на остальных были резные или позолоченные. В углах паутина. Такое чувство, что к ней не прикасались несколько веков. Пыль свидетельствовала в пользу моей догадки. Дверь сама собой распахнулась, стоило мне к ней приблизиться, будто приглашая внутрь. Я остановился на мгновение, отдышался слегка и только тогда с опаской вошел. Огляделся.

На стенах, потолке, так же каки на двери, висела паутина, только ее оказалось в разы больше. Она плотной завесой обвивала углы, спускалась вуалью с потолка. Я огляделся и нахмурился, было ощутимо заметно запустение комнаты. Кроме небольшого постамента в ней ничего не было. А вот на нем стояла большая шкатулка-ларец, крышка в котором была откинута, а на бархатной ткани лежала она… моя Кория. Дух у меня захватило. Вроде и обычный ободок, инкрустированный камнями, только в середине был один большой, необычный, в котором оказалось сочетание всех цветов. Казалось, каждая из граней камня светится по-разному.

Подойдя ближе, я остановился и с опаской, несмело протянул к ней руки, выдохнув только одно:

— Кория!

Меня обдало радостью, словно легкий ветерок по телу пробежал. Она плавно поднялась над ларцом, зависла надо мной, облетела вокруг меня несколько раз, будто изучая, присматриваясь. Мне это было непривычно, в какой-то миг показалось даже, что она живая. Я все это время стоял, затаив дыхание, наблюдая за ней только глазами, сам же не двигался, боясь спугнуть момент.

Когда она, наконец, налетавшись, просто опустилась на мою голову, я резко выдохнул, облегченно, радостно, так как стало вдруг так хорошо, спокойно, будто я вернулся домой, понимая, что меня здесь ждали. А самое главное, я вдруг ощутил, как по телу прошла теплая волна, смывающая страхи и тревоги, наполняя уверенностью, силой и чем-то непонятным, неизведанным.

— Как ощущения? — раздалось в голове. Хотя я и был к этому готов, но непроизвольно вздрогнул с непривычки. — Я рада твоему возвращению Дрʼант, — поприветствовала она, называя меня по незнакомому мне имени.

— Привет, милая, — вслух произнес я. — Только, может, я останусь Дроном? Мне так привычнее. Да и друзьям тоже. А ощущения… м-м-м… просто чудесные. Я вдруг почувствовал в себе нечто новое, пока еще непонятное, но уже такое приятное. Словно крылья за спиной выросли, в руках появилась сила, и я мог бы запросто свернуть горы. Сейчас бы удержать эту силу в узде. Она так и лезет из меня.

— Это твое право, но скоро сам для себя решишь все, а пока закрой глаза, очисти свой разум, сейчас начнется твое полное воссоединение с самим собой, — произнесла Кория. Я сделал, как она сказала. Вот только отрешиться никак не получалось, так же, как и очистить разум. Все время мысли лезли в голову, мешая сосредоточиться. Но самое главное, я словно ощущал внутри себя еще одно «я». Более властное, уверенное в себе. Оно словно пыталось командовать, только я этого не позволил.

В голове раздались смешки, а потом… сознание заволокло, меня куда-то стало затягивать. Сначала я испугался, но очередная волна спокойствия смыла все страхи. А что, очень удобно, оказывается, мелькнула мысль в голове, которой я улыбнулся. И тут же все мысли покинули, когда я увидел, где оказался.

Пустынная местность, видимо, только что родившегося, нового мира. Посреди этой равнины, на которой стояла небольшая толпа, всего-то особей сто, двое выделялись очень резко: блондин с длинными волосами, мягким, но в то же время, властным взглядом; и брюнетка, в которой я узнал Кирию. Парень с девушкой держались за руки, уверенно глядя вперед. На их лицах застыла радость. Я хорошо ощутил, насколько они счастливы, как дополняют друг друга. К тому же они идеально смотрелись вместе. Так и хотелось улыбнуться и пожелать им счастья.

Видение резко сменилось. Следующая картинка показала Богиню с неким призрачным существом, сидящим на ее плече. В руках девушки был уже знакомый ларец, в котором находилась корона. Вот она взлетела, начиная облетать всех по очереди по несколько раз. Существа затаили дыхание, ожидая… вердикта? Картинки пошли в ускоренном режиме, как при перемотке кино. И остановились, когда Кория плавно опустилась на голову блондина, одного из тех двоих, которые держались за руки.

А дальше снова началась ускоренная перемотка. Встреча с «братом», которого спасли эти двое: Повелитель и Владычица вампиров. Построение и обустройство нового мира. Войны с чудовищами, которые прорывались, чтобы захватить и уничтожить. Налаживание торговых связей с другими мирами. Население нового мира различными существами, которые просили помощи, когда их миры оказывались перенаселены или приходили в упадок.

И везде рядом оказывалась неизменная спутница — Кирия. Она прикрывала спину Повелителя, они вместе сражались с врагами плечом к плечу. А позже… любили друг друга так, что у меня в груди защемило. Вот это действительно была Любовь. Именно с большой буквы.

Много чего я увидел. Как позже сказала моя извечная помощница, пять тысяч лет прокрутила перед моими глазами. И последняя картинка была, где она показала убийство Повелителя. В этот момент в моем сердце кольнуло. Вот так веришь кому-то, как себе, а в итоге получаешь зачарованный клинок в сердце, а все из-за непомерного желания власти и жажды обладания моей супругой и моей неизменной помощницей — Корией.

После этой картинки я скривился. Стало вдруг так тошно на душе. К тому же до меня долетали отголоски эмоций тех двоих. Они действительно любили так, что любой бы позавидовал. Я никак не мог избавиться от наваждения. Многого не понимал, хотя умом и осознавал. Две части одной души. И пусть это было давно, но меня радовало: я испытал такое чувство пусть и в прошлой жизни. Монахом в новом перерождении я не был. Но единение этих двоих вызывало стон зависти. Я понимал, что сейчас ничего этого не будет. Но… ни грамма не жалел об этом. Теперь у каждого из нас сейчас своя жизнь, не связанная друг с другом.

— Как ощущения? — поинтересовалась корона, а я все еще находился в смятении, было ужасно непривычно, что она со мной разговаривает. Хотя и знал о ее разумности, но пока не мог привыкнуть к новым ощущениям.

— Необычные, — честно признался я. — А тот блондин, это я, да? — осторожно поинтересовался у нее. Хотя мог бы и не спрашивать, внутри меня уже оказались все ответы. Но мне отчего-то захотелось подтверждения. И я его получил.

— Да, ты. И сейчас мы будем возвращать тебе и облик, и твои способности, — ответила та. Не давая мне ни слова вставить, тут же, будто зажав в тисках, начала творить свое преображение, точнее мое. Сначала было страшно, но потом во мне проснулся интерес. Уже не жалко стало расставаться с новой для меня жизнью и обликом. Я всеми фибрами души захотел вернуть свое прошлое. Пять тысяч лет — это не шутки. Что мои теперешние двадцать семь в сравнении с пятью тысячами. Я уже осознал, это всего лишь переходный период осознания себя старого с новым видением на жизнь.

Когда спустя, наверное, полчаса я вышел к друзьям, у всех был шок. Челюсти отвисли, глаза увеличились в размерах. Только Машуня с Алей в один голос выдохнули свой вопрос:

— Др-р-рон?..

Глава 12

— А вы кого-то другого ожидали увидеть? — вопросом на вопрос ответил я, едва не зажав рот рукой. Новый голос был точно не мой. В нем появились властные нотки, он стал более низким, певучим, что ли. А еще в нем сквозил холод. Как я ни старался добавить в него тепла, выходило слабо, точнее совсем не выходило. Но ведь это мои друзья, в конце концов — часть моей души. Тогда почему у меня не получалось разговаривать с ними более душевно? Черт! Надо постараться. Или мне предстоит заново учиться многим вещам. Кория в голове захихикала, но комментировать мои мысли не стала.

— Ой! А что с твоим голосом? — пискнула Аля, как-то вдруг становясь вроде как меньше ростом. — И сейчас ты как-то угнетаешь, подавляешь, — обидчиво заметила девушка. — Вернись к нам обычным, а? С таким тобой сложно общаться, между нами будто стена выросла. Мы не можем к тебе пробиться.

— Он может стать самим собой и в таком виде, — начала гадалка, выходя вперед и приближаясь ко мне. Как только я собрался спуститься к друзьям, она выставила руки вперед: — Стой, где стоишь, иначе они не смогут выдержать твоей силы, — предупредила Богиня, а я застыл истуканом. Такого расклада я и предположить не мог.

— Что значит, не смогут выдержать моей силы? — одними губами прошепал я. — Мы же все одно целое. Или я чего-то не понимаю?

— Одно-то одно, именно поэтому они не смогут противиться тебе, они люди — не забывай об этом. Если ты сейчас вновь стал самим собой, то они продолжают оставаться людьми. А твоя сила такова, что даже сильнейшие не все могут ее выдержать, впрочем ты и сам это вскоре увидишь, когда они преклонят перед тобой колени, — терпеливо объяснила девушка.

— А что может стать с моими друзьями? — продолжил допытываться я. Так как не понимал, какая участь может постигнуть тех, с кем мы прошли такой долгий путь.

— Хочешь себе покорных и готовых на все рабов-зомби? Ты их можешь получить, стоит только сделать еще хотя бы шаг навстречу, — усмехнулась Судьба.

— И что надо сделать, чтобы снова стать самим собой? — поинтересовался я, пока Судьба оглядывала всех, кто находился в холле.

— Взять часть души, — машинально ответила та, продолжая вглядываться в лица присутствующих. Своим ответом она еще больше ввела меня в ступор. Так легко она это сказала. Можно подумать, я каждый день беру души. Тоже мне поглотителя нашла.

— Это как? Где взять? — не понял я. — Она что, валяется, где попало? Ее можно вот так вот просто взять?

— Не кипятись, сейчас разнесешь тут все к чертям собачьим, — рыкнула Богиня, строго глянув на меня. — И успокойся, тебе еще учиться контролировать силу. Вдохни-выдохни, сейчас найдем. Пока молчи и не мешай, — сварливо заметила та, разом осадив меня. Пришлось последовать ее совету-приказу. Мои глаза шарили по находящимся в холле. Моя команда застыла, в их глазах я видел многое: страх, надежду, удивление, шок, интерес, злость и ярость. Последним полыхали глаза Машуни. Я заметил ее сжатые кулаки, плотно сжатые губы. Интересно, что ей еще не так?

— Да что тут думать? — вперед вышла Мириниэль, приближаясь к гадалке. — Моя душа вполне подойдет для этой цели. К тому же… — она замялась, что было для нас всех непривычно и необычно. Да и сама Судьба вздернула бровь, косясь на холодную всегда эльфийку. — Ты сама все знаешь, не мне тебе говорить.

— А почему это твоя душа больше подходит? — вызверилась Владычица вампиров, моя бывшая супруга. — Между прочим…

— Молчи уже, — отмахнулась от нее, как от назойливой мухи, Мириниэль. — Ты уже в пролете, твой номер первый… с краю. Так что, гуляй! Свое счастье ты благополучно профукала, сейчас мой черед настал.

— Ты откуда таких слов набралась? — хохотнул я, так как оказалось непривычным услышать слово из закрытого мира из уст эльфийки.

— Так мы путешествовали по мирам, говорили же, — отмахнулась Мириниэль, вперив свой взгляд в вампирессу, которая от ярости уже полыхала красными глазами.

— Что-о-о? — наконец, заревела вампиресса, собираясь броситься на эльфийку, но тут Богиня, усмехнувшись, просто притянула к себе Мириниэль своей силой и…

Мы закрыли глаза от ужаса происходящего. Она просунула ей руку в грудную клетку. Ее конечность вошла как по маслу. У меня замутило в голове, друзья выдали слаженный вздох. Мне хотелось закричать, броситься к ним и прекратить безумство, но я не смог сдвинуться с места.

— Фильмы ужасов в натуре, — на выдохе сказала Аля, начиная оседать на пол. Один из Князей едва успел ее подхватить. Следующей на очереди, судя по бледности, была Вика.

— Эй! Ушастая, ты чего истуканом стоишь? — рявкнула Богиня. — Успокой народ, они же сейчас в обморок все свалятся. Явно считают, что я у тебя во внутренностях ковыряюсь, — досадливо скривилась та, неприязненно поглядывая на друзей, которые стояли белее мела. Даже вампиры с их бледными лицами казались румяными крепышами.

— Ну, подумаешь, поваляются в обмороке, отдохнут, наберутся сил, — хохотнула эльфийка, поглядывая на друзей, которые, осознав, что это некий обман зрения, тут же воспряли духом, более того, готовы были наброситься на Мириниэль с кулаками за язвительность. Мешало то, что Богиня там что-то с ней все еще творила. Вот только понять никто так и не смог, что же происходит на самом деле.

Я тоже смотрел, но в какой-то момент явственно увидел, что все на самом деле не так, как предстало сразу нам перед глазами. Девушка всего лишь приблизила руки к ауре эльфийки, нечто сплетая, а в некоторых местах просто разрывая, чтобы ухватить от моей нити, которую она тоже успела зацепить, кусок, которым и скрепляла разорванные края ушастой.

Я ничего не ощущал. Хотя по идее должен был почувствовать касания к моей ауре. Но все словно проходило мимо меня. Будто не со мной сейчас творили волшбу.

Это было настолько красиво, что я наверняка от изумления рот приоткрыл. Она словно нечто ткала, сплетая необычный узор, от которого у меня внутри становилось тепло, в груди появлялось новое чувство, характера которого я пока не знал. Но предвкушение чего-то сказочного уже витало в воздухе, кружась над моей головой.

Вот сейчас только, стоило об этом подумать, я начал ощущать новые для себя чувства. Захотелось приложить руку к сердцу, почувствовать его. Так мне на миг показалось: оно не только замедлило свой бег, но и, казалось, остановилось.

Когда все было закончено, Мириниэль подошла ко мне, и пока я не успел опомниться, быстро поцеловала, словно огнем обжегла. Поцелуй в прямом смысле вышел огненным.

— Вот теперь мы едины, — довольно выдала эльфийка, глядя на меня так, будто выиграла миллион долларов. И чего радуется, наивная? Она же еще не знает, какой я зануда.

— Так, с этим мы решили, — хлопнула в ладоши Судьба. — Теперь давайте здесь и сейчас проясним все вопросы, у кого какие есть? Я уверена, у вас их много.

— Можно тогда я и начну? — первым подал голос Кеша, который успел обо всем расспросить друзей, пока я отсутствовал. — Если вы все части одного целого, то как я здесь оказался? Во мне ведь нет никакой силы. И я определенно не отношусь к вашей компании никаким боком.

— Точно! — в этот момент воскликнула и Аля. — Ведь перстней у эльфов и кинжалов у маленьких человечков было всего шесть. Кеша бы определенно не вписался в нашу компанию.

Теперь все взгляды оказались обращены на гадалку. Она же только хитро усмехалась. Наконец, выдержав паузу, во время которой ее уже многие собрались расчленить, она вздохнула и обернулась к Кеше.

— А ты еще не догадался? — усмехнулась Богиня. — Твоя супруга проводила ритуал призыва своей половины души. Тебя ко мне просто притянуло этим ритуалом, я и отправила твою персону по назначению. Там тебя уже ждала твоя половина, — ответила та. — Еще вопросы?

— Меня интересует, если мы все части одного целого, получается, что мы вроде как братья и сестры? — спросила Вика, поглядывая то на Алю, то на Кира. Видимо, девушка очень сообразительная, поняла, чем они тогда занимались. При этом она еще и на меня бросала украдкой взгляды, но я сделал лицо кирпичом, так как вообще находился не при делах.

— Нет, не получается, — возразила гадалка. — Способности — это не единая кровь, и уж тем более, никакого родства между вами нет и быть не может. Между вами пятерыми всего лишь была распределена сила Дрона, чтобы он не загнулся от такого ее обилия, или не стал монстром-убийцей. Так что, никакого родства, — Богиня подмигнула Але.

— Хорошо, а что сейчас будет? Кем мы здесь станем? — влез Тимофей, насупившись.

— А это уже вам решать, — произнесла девушка. — Но у вас еще куча дел впереди, вам предстоит еще найти тех, кто был заодно с Жиатом, а они, поверьте, есть. И кинжал, убивший один раз Повелителя, у кого-то из них. Так что…

Пока Судьба отвечала на вопросы, я подозвал к себе Кира. Тот подошел. Вот тогда-то я и задал свой главный вопрос, который меня мучил очень давно, еще с того самого момента, когда у парня была такая ломка. Ведь он рассказ всего в нескольких словах, не поясняя ничего. Я не настаивал, но сейчас во мне взыграло любопытство.

— Кир, может, сейчас ты мне расскажешь, что такое с тобой тогда было? И сейчас, кажется, начинается снова? — я заметил мелкую дрожь, которая была и тогда перед ломкой.

— Ты о Теме слышал когда-нибудь? — начал издалека Кир. Я согласно кивнул головой. Помнится, был у меня знакомый, который любил, когда его оскорбляли, били и мучили. Причем именно девушки определенной комплекции: полные и грозные, обязательно со скалками в руках. Мне тогда этого было не понять, а он не смог до меня донести свои желания, они мне претили. — Так вот когда долго нет секса, а вокруг столько адреналина, у меня начинается ломка. Раньше я глушил ее допингами и наркотиками, но здесь их не оказалось под рукой. Мне хотелось боли, унижения, грубой силы. Особенно когда вокруг столько соблазнов, — выпалил на одном дыхании Кир и тут же, глянув на Драгомира, рядом с которым стояла… хм. девушка. Хотя мой язык не повернулся бы ее так назвать. Гора мускулов, грозный полыхающий взгляд. А ручищи… мои ладони в сравнении с ее явно выглядели как Дюймовочка в паре с Великаном. Но мой друг улыбался. Он быстро отправился к своей даме сердца. Я увидел ее взгляд, обращенный на Кира… Н-да, судя по всему, наш товарищ нашел то, что искал. Они здорово подходят друг другу.

А вот то, что говорила Богиня об оставшихся помощниках «братца», было интересно. Судя по всему, покой нам только снится. Но вот как же их искать, а главное — где? К тому же еще и Феликс тут где-то бродит, а маг он сильный. Меня-то защитит Кория в случае нападения, а вот с друзьями сложнее. Я же не смогу их контролировать сутки напролет. Да и не позволят они мне этого. Что же делать?

На этот вопрос мне ответила сама Кория, уловив мои сомнения и тревоги. Она постаралась меня успокоить:

— Не стоит попусту волноваться и накручивать себя. С этим проще, я смогу почувствовать отголоски эмоций твоих друзей, если вдруг эмоциональный фон будет нарушен, ты сразу об этом узнаешь, — пообещала она.

— Хорошая новость, — согласился я. — Кстати, а что стало с Жиатом? Где он сейчас? Вдруг эти его единомышленники помогут ему сбежать? — задался я таким вопросом, который в данный момент взволновал меня больше всего.

— Нет, выбраться из огненной клетки, в которую засунули его вампиры, невозможно, даже с чьей-то помощью, — уверила меня моя помощница. — Для этого в заговоре должны участвовать все Князья, только совместное заклинание всех семерых Князей-вампиров способно разрушить клетку-тюрьму. А в них тебе стоит быть уверенным, так как они давно доказали свою преданность. На предательство они не пойдут.

— Что же, значит, минус один, а остальных попробуем отыскать, — вздохнул я. И тут же вздрогнул, когда раздался окрик Вики:

— Дрон, ты где витаешь? Третий раз тебя дозваться не можем, — произнесла Вика, пристально наблюдая за мной. В данный момент девушка смотрела на меня широко распахнутыми глазами, в них отчетливо читался интерес. Но его характер я списал на свой новый облик. Потому и не обратил на него внимания.

— Отвлекся немного, — виновато выдал я. — Что ты хотела?

— Сейчас надо выйти к встречающим, а потом обсудить план дальнейших действий, — пояснила та, я только кивнул.

— А самое главное — поесть, — тут же подала голос Машуня, мы улыбнулись, кто о чем, а она о еде, но этим ей удалось немного разрядить гнетущую атмосферу.

— Ты решила сменить Кира? — хохотнул Тимофей. — Это ж он всю дорогу голодал у нас. Теперь ты?

— Я тоже всегда хотела есть, — встала в позу подруга. — Между прочим, мы — растущие организмы, нам надо питаться хорошо.

К общему веселью присоединился и я, так как вдруг показалось, что Маша всем покажет язык, как любила это делать в детстве и подростковом возрасте. Но девушка сдержалась. Видимо, огромное количество народа ее все же смутило.

— Сначала успокоить собравшийся народ, — начал я и тут же подошел к Владычице, мне хотелось кое-что прояснить, этих моментов в видениях короны не было. — Кири, после смерти Повелителя, что ты почувствовала?

— Будто вдруг стала единым целым, при этом я не понимала, куда делась тревога за теб… эм… за Повелителя. Более того, — вампиресса нахмурилась, словно пытаясь вспомнить тот момент, — я даже смерти супруга не почувствовала, этот момент меня и смущал долгие годы. Я пыталась анализировать, но на ум ничего не шло. А тут еще и это влечение к Лиегру, — она кивнула на своего мужа, который уже более спокойно смотрел на меня.

— Я же тебе уже ответил на этот вопрос, Повелитель отдал душу, чтобы не забрать тебя следом за собой, — отмахнулся я от этого, клыкастая кивнула. — Как себя все это время вел Жиат? Я имею в виду, в отношении тебя? Были ли какие-то недвусмысленные предложения?

— Были, — на этот раз Владычица презрительно скривилась, глаза полыхнули красным. — Он предложил объединить власть, скрепить ее супружеством, только… мне он никогда не нравился, была в нем какая-то чревоточина, только ты… Повелитель этого не видел, носясь с ним, как с писаной торбой, защищая от нападок, как считал, других завистников, а на самом деле… — вампиресса опустила голову. — Он изначально пытался затащить меня в постель, но когда понял, что это бесполезно, стал искать способ убить бессмертного, ведь после всех переделок ты его своей кровью отпаивал, она и дала ему надежду, что если ты умрешь, то твое место займет он, причем не только на троне, но и в моей постели. А вышло…

— Кстати, а что вышло? — взыграл во мне нешуточный интерес. — И почему корону поместили в тот чулан, где полно пыли и паутины? — на этот раз мне стало обидно за свою помощницу.

— Она сама выбрала место, — буркнула Владычица, покосившись на ободок. — Когда прошло сто лет и нужно было избирать нового Повелителя, — хотя кому это было нужно, мы все тогда так и не поняли, на этом настоял Жиат — то твоя Кория едва не испепелила «братца», стоило ему только к ней подойти. В недоумении были все мы. Но она плевалась огнем направо и налево, даже меня не подпуская к себе, хотя в прошлом здорово всегда помогала. Да и разговаривать отказалась напрочь. Сколько я ни допытывалась, что тогда произошло, она ни слова не сказала, а потом просто закрылась в этом ларце и исчезла с глаз. Я и не знала, куда она сама себя запрятала. Мы пытались искать ее по всему дворцу, но тщетно.

— А больше всех, наверняка, старался Жиат? — усмехнулся я своей догадке, когда вампиресса кивнула.

— Да, потому что он не терял надежды примерить ее на себя, — согласилась собеседница.

— Все это, конечно, хорошо, — задумался на миг я, а потом задал главный вопрос, для чего и затевал весь этот разговор: — А скажи-ка, разлюбезная, почему же его никто не арестовал за убийство? Неужели вы не сопоставили такие простые факты? Ведь моя защита кроме тебя и Жиата никого не подпускала близко, и уж тем более, не позволила бы подойти чужому со злым умыслом. Почему вы не сообразили это?

— Потому что наш мозг будто затуманен был, — на этот вопрос ответил Драгомир, неслышно подошедший к нам. — Не забывай, что в Жиате было много твоей крови, которую он использовал на полную катушку. Не стал Повелителем, так хоть остался в живых. К тому же прекрасно смог манипулировать всеми нами. Но об этом мы осознали уже много позже. Именно в тот момент, когда пелена окончательно спала с глаз.

— Он же первый и почувствовал твое перерождение, — еще один Князь оказался рядом с нами. — И он же предложил отправиться на поиски, при этом явственно ощущая, где в тот момент находился ты с друзьями, отправив Владычицу в закрытый мир, где переродилась твоя душа. Он же первый и осознал, что Владычица все равно не сможет тебя почувствовать, так как связи между вами больше нет. Хотя она и думала по-другому.

— Умный, гад, — выплюнула Аля. А за окном послышался гул толпы, которая начала не на шутку волноваться.

— Что ж, все остальное потом, идемте, — вздохнул я, первым направляясь на выход. А перед этим не удержался, бросив взгляд на свое отражение в оконном стекле, сам же поразившись своему новому облику: я словно стал выше ростом, разворот плеч значительно увеличился, талия стала узкой, длинные белые волосы ровно лежали позади, не создавая дискомфорта. Прямой нос, тонкие губы, которые были плотно сжаты в легком напряжении, четко очерченные скулы, квадратный подбородок, на нем ямочка. На щеке родинка, которой раньше не было. Из отражения на меня смотрел истинный правитель. Перед таким хотелось склонить голову. Я даже сам себе едва не поклонился. Тьфу, блин, ну и мысли. Глядишь, так и Нарциссом стать недолго.

Кория подмигнула моему отражению своим большим камнем, я улыбнулся ей, омываемый ее волнами тепла, придающими спокойствие. Сейчас точно можно на выход, а после будем разбираться с насущными делами.

Как только мы вышли, толпа на миг стихла, разглядывая нас всех и меня в частности. Камень на ободке засветился, его блики прошли по всем, кто находился перед дворцом, и тут же раздались радостные крики облегчения, сомнения у всех пропали, так как уже все были осведомлены, что моя помощница не приняла бы самозванца.

Мы шли, словно рассекая волны существ, общаясь с теми, кто хотел узнать больше о моем перерождении. Мои друзья были все время рядом. В первое время я пристально за ними наблюдал, чтобы они не потерялись в толпе. А стоило на полчаса отвлечься, как мое тело вдруг прошило ужасом, и он был не мой.

Остановившись, как вкопанный, прислушался к себе, потом резко обернулся, оглядел друзей, которые были заняты знакомством с новыми существами, и тут только заметил, что нет Вики и Мириниэль.

— Где Вика и эльфийка? — мой голос, как удар грома, раздался над вмиг притихшей толпой. Мои сопровождающие в панике стали оглядываться вокруг, пытаясь отыскать этих двоих. Но их, понятное дело, нигде не было. Мое сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Душа словно покрылась коркой льда. Ярость поднималась от кончиков пальцев на ногах, растекаясь по всему телу. Мне на миг стало трудно дышать. Но усилием воли я справился со своим состоянием. В поисках необходим был трезвый ум, не замутненный яростью.

— Это ж какой силой надо обладать, чтобы увести кого-то из-под защиты Повелителя? — выдохнул стоявший в тот момент рядом со мной Владыка оборотней. — Если позволите, я помогу в поисках.

Оглядев мужчину, я попытался прислушаться к своим ощущениям. Опасений он не вызывал, потому я уже спокойнее глянул в его полные уверенности глаза.

Меня хватило только на то, чтобы согласно кивнуть. Так как говорить пока не получалось. Горло сдавил спазм. Я ощущал отголоски ужаса Вики. Что же с ней происходит? Где она? Где обе девушки? И каким образом их смогли похитить прямо из-под носа у такой огромной толпы? Но я обязательно узнаю обо всем, как только найду девушек. В том, что действительно отыщу — сомнений не оставалось.

Поиски начались…

Глава 13

Я даже не знал, с чего подойти, с какой стороны. Владыка оборотней, назвавшийся Н’атом, сообщил, что ауры рассеялись быстро, будто использовано заклинание Смерти. Честно говоря, я не понимал, о чем он говорит, для меня все это было темным лесом. Воспоминания и навыки еще не до конца вернулись, потому и не доходило до моего сознания сказанное. Интересоваться у Кории не было времени. Я чувствовал - сейчас каждая минута на счету.

Попытки разговорить Богиню ничего не дали, она только плечами пожала, сообщив нам с удручающим видом:

— Я здесь бессильна, могу только сказать, что обоих похитил Феликс, притянув их заклинанием Смерти, которому никто и никогда еще не мог сопротивляться, даже мы, Боги. Вытащить их я тоже не в состоянии, даже применив всю свою божественную силу.

— Но почему он меня не похитил? Почему забрал Вику и Мириниэль? — не смог удержаться я от вопроса, который в данную минуту занимал меня больше всего. - Ведь ему и нужен только я, никто больше. На что же он рассчитывал?

— Потому что ты бы сразу же выбрался оттуда, твоя Кория испепелила бы все в радиусе тысячи километров, не забывай, в ней нерастраченная, накопленная энергия четырех веков, а это многого стоит, вот с тобой и не рискнули связаться, но путь поиска спрятали так, что даже я не чувствую, где их могут держать, — ответила Судьба, но тут же, нахмурившись, добавила: — Одно знаю наверняка — они не вместе, в разных местах, в разных мирах, только девушке из твоего мира намного сложнее. Сейчас выбор за тобой, кого ты спасешь: Вику или Мириниэль.

— Что за выбор? — у меня было такое чувство, что ждет какая-то подстава меня. И, как оказалось впоследствии, именно так все и вышло.

— Двоих ты спасти не сможешь, — тихо, на грани слышимости, выдохнула Судьба. — Поэтому, тебе предстоит выбрать здесь и сейчас, кого ты сможешь освободить. Прислушайся к себе, к своим чувствам, чтобы впоследствии не сделать огромную ошибку. Она может выйти тебе боком.

— Тут и думать нечего, Вику, конечно, она же девушка-человек, к тому же слабее эльфийки во много раз, в ней нет магии почти, кроме прорицательства, она и не пожила еще толком, в отличие от эльфийки, которая даже успела пресытиться своей жизнью, добровольно уйдя за Грань, — на автомате выдал я, даже не раздумывая.

— А как же Мириниэль? Она ведь вроде как твоя будущая супруга, в тебе часть ее души? — задала вопрос Владычица вампиров, смотря на меня слишком пытливо, слишком заинтересованно. В этот момент я остро осознал, о чем она допытывалась. Память подкинула картинки: в былые времена я бы и раздумывать не стал, бросившись на спасение своей пары. А сейчас я свой выбор сделал совсем не в пользу той, которая вроде как была моей будущей супругой.

— Все равно, Вику первую, — не унимался я, понимая, что не отступлю от своего. И если решил спасать подругу, значит за ней и отправлюсь, никакие другие варианты не принимаются. Такое решение удивило и поразило меня самого, но задумываться над этим уже не стал, я хорошо чувствовал ужас подруги и понимал: драгоценные минуты уходят и утекают сквозь пальцы. Нам необходимо торопиться.

— А ты уверена, что часть души ушастой вообще принята? — донесся до меня вопрос бывшей супруги, который она задавала гадалке. Я почувствовал ее взгляд на себе: пристальный, пытливый и сканирующий, по мне даже дрожь прошла.

— Уже не уверена, — с сомнением произнесла та. А в следующую секунду мне стало не до их сомнений, я почувствовал, будто меня с силой куда-то влечет. Хорошо, что Кория чувствует все то же, что и я. Она тут же открыла портал, куда мы целой толпой и провалились.

Темно, холодно, воздух спертый. Слышно, как где-то капает вода. Ощущение было такое, будто что-то давит со всех сторон. Я прислушался. Тихо. Более того, я в этот момент не почувствовал тех, кто шел со мной. Неужели нас раскидало в разные стороны? Но как так получилось? Впрочем уже неважно, главное с ними все в порядке. Это я хорошо чувствовал.

— Кория, мы здесь одни? — мысленно поинтересовался я, словно боясь спугнуть тишину, которая плотным и осязаемым облаком, казалось, нависла надо мной, мешая вдохнуть полной грудью. Странная атмосфера здесь царит. Неприятная, гадкая.

— Да, одни, остальные пока застряли между порталами, их что-то не пускает, или кто-то, — ответила моя помощница. — Не переживай, они прорвутся, твои друзья горы могут свернуть, если захотят. А они явно хотят, кипят праведным возмущением и жаждой деятельности. Я могу за них порадоваться, хорошая у вас команда подобралась. А главное - давно я не встречала такой сплоченности. Единение души здесь абсолютно ни причем. У вас все намного прочнее. Дружба. Это такая редкость, особенно бескорыстная и истинная.

— Они обязательно прорвутся, — улыбнулся я, перед глазами встали друзья: гибкий и статный Кир; целеустремленный Тимофей, сжимающий и разжимающий кулаки; хмурая Машуня, готовая лбом стену пробить, если она встанет у нее на пути; робкая Аля, которая ради друзей готова засунуть свой страх и неуверенность подальше, идя напролом; Вика... Ей сейчас необходима была помощь. И я обязательно вытащу подругу оттуда, где она сейчас оказалась.

— Нам надо идти, нельзя стоять, я чувствую что-то, но пока не понимаю, что это такое, только опасность слишком велика, — произнесла Кория, будто подталкивая меня вперед.

— Я ничего не вижу, — произнес я, делая первый шаг вперед и тут же осознавая, насколько он мне сложно дался. К ногам будто многокилограммовые гири прицепили, так сложно оказалось идти. — Поэтому, даже не знаю, куда и в какую сторону. Смотри, сколько здесь развилок. А вдруг это ловушка? Черт, как же сложно идти.

— Сейчас, — услышал в голове, после чего перед глазами замелькали разноцветные круги, заставив зажмуриться, а когда открыл их, то удивленно огляделся, я видел все, что меня окружало.

Находился я не то в пещере, не то просто под землей, так как земляной потолок нависал над самой головой, стены по бокам тоже оказались песчаные, кое-где, правда, мелькали каменные. Я начал прислушиваться еще больше, капли стали капать интенсивнее. Звук казался оглушительным. И вдруг мне послышался вздох, словно сквозь зажатый рот. Сомнений больше не осталось. Моя подруга где-то здесь, и ей очень плохо.

— Вика! — едва не вскрикнул я, собираясь бежать в ту сторону, откуда донесся вздох.

— Стоять! — у меня в голове закричала Кория. При этом я почувствовал, словно меня спеленали, не давая бежать. За что? Почему меня не пускают к подруге? Она же там одна, ей страшно.

— Но там... Вика, — выдал я, казалось, железный аргумент. Но отпускать меня по-прежнему не стали.

— Нет там никакой Вики, — буркнула Кория. — Иди медленно вперед. Остерегайся ловушек. Нельзя здесь торопиться, тебя явно ждут и собираются направить по ложному следу. Слушай меня и свои ощущения, не совершай необдуманных действий и шагов. Это чревато. Тебе надо прекратить действовать импульсивно, обдумывай каждый свой шаг. Иначе не только девушку не найдешь, но и себя погубишь.

Пришлось прислушаться, так как я и сам понимал правоту своей помощницы, но жажда деятельности мешала сосредоточиться, идти медленно, хотелось бежать бегом и, наконец, помочь девушке, чей страх и ужас полностью заполнил мой разум. Я его уже отчетливо различал, как свой собственный. А вот Мириниэль я не слышал, как ни пытался на нее настроиться. Почему же ее часть души во мне молчит? Или нет там никакой второй половины души? Ох! Вот же дурная привычка анализировать все так не вовремя.

Пришлось отвлечься и на ее счет пока заморачиваться не стал, он эльфийка сильная, не то, что Вика - слабая девушка, которая оказалась одна в чужом и незнакомом месте. К тому же она не воин, и даже не маг, чтобы в одиночку справиться с трудностями такого рода.

Пока размышлял, с трудом продвигался вперед. С каждым шагом идти было сложнее, не пускало меня что-то именно туда, куда указывала путь Кория. Но я не сворачивал. Наконец, этот тоннель закончился, передо мной предстала на этот раз пещера, пол которой был ровный, гладкий, как зеркало. А возле стены по ту сторону стояла подруга, прикованная к стене, с закрытыми глазами. Все ее тело пещрило кровавыми разводами. Одежда порвана и кусками висела на ней. Волосы спутаны, ногти обломаны.

— Что с ней произошло? — с тревогой в голосе выдохнул я, снова едва не бросившись к ней. Но на этот раз я хорошо чувствовал опасность, исходившую из каждого закутка данного места. Оно ей казалось пропитанным. И как Вика еще не рехнулась от страха?

— Ни с места! — мое тело опять будто скрутили и спеленали. Да что ж это такое? Она там, может, умирает, а я даже подойти к ней не могу. Даже двинуться не получалось. — Смотри, — раздался шепот в голове. И я увидел и уже сам застыл, не в силах пошевелиться.

Стеклянный пол покрылся рябью, которая вдруг стала жидкой. Из нее показалось сначала одно щупальце, потом вылезло еще одно. Только эти щупальца были необычные. Вместо своеобразных присосок, на них были иглы. Тонкие и острые. Мерзкие щупальца двинулись в сторону Вики, которая в данный момент находилась без сознания.

Я будто в замедленной съемке наблюдал, как эта гадость приближается к подруге, сильнее выпуская свои иглы. Вот сейчас я испугался так, что на этот раз мой собственный ужас заполнил не только разум, но и все конечности. Наверное, если бы сказали бежать, я бы не смог сдвинуться с места. Да и как бежать. Куда? Назад нельзя, без Вики я не уйду. Вперед... Там эта непонятная гладь, которая оказалась вовсе не зеркалом, а такой своеобразной трясиной с чудовищем. Оно все ближе придвигалось к подруге. У меня на мгновение все внутри замерло и покрылось коркой льда.

— Кория, что делать? — мысленно задал я вопрос, когда моя помощница начала готовить меня. Это я почувствовал по покалыванию на кончиках пальцев, искрах, которые стали сыпаться с рук в разные стороны. Будто что-то почувствовав, щупальца остановились, уже почти собираясь впиться в тело девушки. Потом развернулись в мою сторону и...

Резкий бросок ко мне, и если сам я растерялся, то Кория сообразила быстро, полностью взяв управление моим телом на себя. Мне же оставалось только со стороны наблюдать за собой и за схваткой с этой дрянью. С одной стороны мне бы радоваться, но с другой - я предпочел бы сам справляться с трудностями. Хотя вынужден был признать, данных пока у меня маловато.

С моих ладоней сорвался столп огня, направляясь в сторону гадости, но... не долетев пару сантиметров, тут же опал в странное болото, зашипев, потух, только черный дымок указывал на то, что еще недавно этот столп был довольно мощный. А щупальце уже рывками подбиралось ко мне. На этот раз иглы оказались сантиметров тридцать в длину.

И тут в моей руке оказался тот самый клинок, который нам подарили лесные жители. Сам-то я боец не совсем профи, но раньше занимался немного, что и помогло продержаться несколько минут, пока Кория выискивала слабые места гнусной твари.

Несколько раз иглы щупальцев задели и меня. Ощущение было такое, будто по мне прошлись раскаленными прутьями. Я только шипел, но продолжал отбивать атаки щупальцев, которые пытались меня скрутить и вонзить свои иглы, что по понятной причине, мне совсем не нравилось.

— Не волнуйся, ощутимого вреда они тебе нанесут, так как не смогут пробиться через защиту, — произнесла Кория, на что я, отбивая очередной выпад настырной гадости, только фыркнул:

— Успокоила, — сарказм из меня так и сочился, пока я не заметил еще два гадких отростка, выползающих из той же зеркальной глади. — Подмога пожаловала?

Мои силы начали постепенно таять. Я понимал, что, несмотря на защиту, долго не продержусь. А эти твари оказались неуязвимы, они магию просто поглощали, питались ею, становясь сильнее. Один ложный выпад помог справиться только с одним отростком, отсекая его, а ногой отшвыривая подальше к стене, в сторону Вики, которая начала приходить в себя.

Раздался вой, от которого содрогнулись стены. Да и не только стены, я сам готов был зажать уши, но не стал отвлекаться. Угнетала медлительность. Слишком много сил жрала данная гадость. Кто же ее создал? Зачем?

— Больно этой гадости, — вслух произнес я. — Одного щупальца лишилась, еще три осталось. Как же мне и от них избавиться?

— Не обольщайся, — как-то странно выдохнула в моей голове Кория. — Неизвестно, сколько их еще в запасе, а главное, с каким арсеналом. Это она тебе показала только четыре. А что там еще в трясине?

— Вот, зараза! — в сердцах, разозлившись, воскликнул я, нанося колющий удар по очередному набросившемуся на меня отростку, протыкая его насквозь, а потом просто хватая его рукой и разрывая, чтобы в следующую секунду отшвырнуть эту склизкую гадость туда же, где валялась первая.

— Дро-о-он, — услышал я испуганно-довольный вздох Вики. — Ты как зде-е-е-есь? Что это... за дрянь?

Слова давались девушке с трудом. Глаза округлились. Тело трясло мелкой дрожью.

Девушка говорила отрывками, иногда протяжно, словно каждое слово причиняло ей боль. Но, несмотря на слабость, она пыталась освободиться. На меня опять начали нападать отростки. Пока их осталось двое, но, как правильно заметила моя помощница, неизвестно, сколько их еще у той гадости в зеркальной мути. И ведь нельзя сбрасывать со счетов, что еще и сама тварь может появиться. Какая она и что из себя представляет мне совсем не хотелось узнавать. Одни щупальца уже о многом говорили. Этого мне оказалось достаточно.

— Кория, ты можешь меня перенести к Вике? Что-то нехорошие у меня предчувствия, — попросил я, подпрыгивая, когда отросток хотел схватить меня за ноги.

— Конечно, — согласилась помощница. — У меня тоже странные ощущения. Расслабься.

Легко подняв меня в воздух, стрелой метнула вперед. Мы за пару секунд перелетели это озеро. А только я оказался около подруги, как из камня Кории вырвался свет, на миг ослепивший глаза, но цепи тут же упали с нее. Вика бросилась ко мне на шею, без сил повиснув, я же одной рукой поддерживал ее за талию, в другой продолжал сжимать кинжал, готовый к броску отростков, которые почему-то медлили.

— Держи ее крепче! — воскликнула Кория, резко взмывая меня вверх. Сначала я не понял, что произошло, а стоило глянуть вниз, как я обомлел, прижимая Вику к себе и не давая ей смотреть на пол.

— Какая мерзость, — про себя процедил я, наблюдая за тем, как пол вдруг резко исчез, являя пропасть, на дне которой копошились несколько ужасных тварей, с уже знакомыми щупальцами. Только у второй на них были странные присоски-пиявки, которые извивались, шипели, то вырастая, то снова уменьшаясь в размерах. У третьей на щупальцах находились... цветы, похожие на нашу ромашку. Они то выдвигались вперед, раздвигая лепестки, раскрываясь полностью, то снова втягиваясь внутрь.

Самая же первая тварь подвывала, шевеля обрубками, что остались от двух щупалец. Я же, смотря на это все, почувствовал тошноту, настолько нелицеприятно все выглядело.

— Мы долго тут висеть будем? — поинтересовался я у короны. А потом с беспокойством в голосе тут же спросил: — А что с теми, кто последовал за мной? А если они сейчас все-таки прорвутся? Они же сразу угодят в эту пропасть.

— Пока я сама им не даю сюда прорваться, — успокоила меня Кория. — Они ждут сигнала, маячок, где мы и что с нами. А мы пока ждем. Тот, кто похитил девушку, сейчас должен себя проявить, он уже почувствовал, что поток выкачивания жизненной силы твоей подруги перекрыт. Тебя же он не чувствует, потому начнет действовать незам...

Договорить Кория не успела, нас подхватило невидимой силой и понесло в странном световом потоке, от которого начали слезиться глаза, но закрыть я их боялся по той простой причине, что нельзя было терять концентрацию ни на минуту.

Когда нас выбросило в какой-то каменный мешок, я с удивлением обнаружил всех своих друзей там же. Они словно находились в коматозном состоянии. Но глаза все же сверкали негодованием. Сначала я не понял, что происходит. А потом поднял голову. А сверху стоял... Феликс и с усмешкой наблюдал за нами.

— Вот теперь я, наконец, получу то, что хотел! — уверенно заметил маг, расплываясь в довольной улыбке...

Глава 14

Мы стояли и смотрели на мага, не понимая, чему он так радуется. Здесь столько магически одаренных существ, которые могут без труда сейчас его уничтожить, а он доволен. Или тут есть какой-то подвох? Ведь неспроста это все.

— Дрон, ты как здесь? — прошептала Аля, под ее глазами залегли круги.

— Меня сюда занесло каким-то потоком, — честно ответил я. — Едва Вику не уронил.

— А этому что от нас надо? — нахмурился Кир. — И стоит, зараза, лыбится!

— Кория? — позвал я свою помощницу, но… отклика не услышал. Что за… — Кория? Ты где? — а в ответ тишина. Обернувшись к товарищам и сопровождающим, а их собралось немало, я уже вслух спросил: — Кто знает, что это за место? Почему я не слышу Корию? Что вообще происходит?

— Кажется, мы попали в магическую ловушку, которая выкачивает из нас силу, перетекая в энергетический поток Феликса, — ответила Дариара, дочь Драгомира. — Кстати, а где Судьба? Она же с нами была, — удивленно поинтересовалась вампиресса, разглядывая всех, кто находился в мешке.

— Да, была, но потом резко исчезла, когда нас в портал утянуло, — подтвердил оборотень, к чему-то принюхиваясь. Его глаза расширились. Он набрал в грудь побольше воздуха, трансформировался в черную пантеру, я даже на миг залюбовался красотой и грацией зверя, а потом резко прыгнул вверх, на смеющегося мага, но… Будто ударился в невидимый барьер, упав обратно, на дно ямы.

— Там блокировка стоит? — поинтересовалась Владычица вампиров у оборотня, тот согласно кивнул. — Значит, будем решать, что еще можно предпринять, не используя магию.

Решали мы долго, спорили, пытались пробить камень, чтобы сделать лаз, но ничего не выходило. Аля и Машуня ухаживали за Викой, чьи раны начали воспаляться, а мы даже залечить их не могли, так как малейшее использование силы делало нас слабее и истонченнее, да и не достигало цели, тут же уходя в никуда.

Когда мы все почувствовали полный упадок сил, головокружение, тошноту, грудь начало давить от нехватки воздуха, а сам маг, все это время наблюдавший за нами, стал неимоверно раздражать, наши перстни, что дарили призраки-эльфы, вдруг засветились, образовывая один луч, соединенный из шести камней. Этот луч сначала был тонким, устремляющимся вверх. Но по мере приближения к верхушке каменного мешка, он все больше увеличивался в размерах, становясь острым, от него просто исходили искры. Мы, затаив дыхание, наблюдали за происходящим.

— Что это? — едва слышно пораженно выдохнула Аля, она даже дышать боялась.

— Супер! — пришла очередь Машуни поражаться. Ее глаза заискрились предвкушением.

Сначала Феликс скептически наблюдал за формированием этого луча, но по мере того, как тот увеличивался в размерах, улыбка постепенно сходила с лица мага. А стоило острию резко прорвать невидимую стену, вырваться на свободу, при этом знатно подпалив самого мага, как на лице того появился ужас, особенно в тот момент, когда Феликс понял, что не может сдвинуться с места, его словно пригвоздило.

— Кория? — отчаявшись, пытался я дозваться свою помощницу. И тут же меня подхватил поток и поднял в воздух. А вместе со мной и всех, кто находился в том мешке.

— Я здесь, — отозвалась корона, отчего я облегченно выдохнул. И только хотел узнать, что это было, как та сама все пояснила: — Я не могла пробиться до твоего сознания, этот гад силен, у него утерянный амулет древней цивилизации, который он успел забрать у Жиата. Этот амулет позволяет выкачивать энергию даже у бессмертных и Богов, напрочь блокируя магию и нити единения. Вот поэтому ты не мог меня слышать, твое сознание будто закрылось само собой. Я все видела, слышала, ощущала твои эмоции, но сама пробиться сквозь туман к тебе не могла. Зато сейчас уже все в порядке. Точнее, относительно в порядке, — вздохнув, произнесла моя помощница.

— Но сейчас все позади? — поинтересовался я, но тут же почувствовал, что это не так. — Что еще?

— Посмотри на своих спутников, — предложила та, а когда я выполнил ее просьбу, то увидел, что, несмотря на выход из ловушки, все продолжали слабеть. — Они все еще теряют силы.

— И что нужно сделать? — не удержался я от вопроса. — Мы же уже можем выбраться, сила не переходит к Феликсу. Тогда что с ними? — я присмотрелся к магу, попытавшемуся пленить нас. — Ведь и сам Феликс сейчас слаб, обездвижен, и он ничего не сможет нам сделать.

— Если ты не поторопишься, не найдешь древний амулет, то уже через несколько минут маг сбежит, продолжая выкачивать энергию на расстоянии, — сказала моя помощница, толкая меня вперед. Я едва не вписался носом в стену каменного мешка.

— А где мне его искать-то? — удивился я, пристально разглядывая Феликса. — На нем его точно нет, — резюмировал я, так как не ощущал сильной концентрации уже выкачанной энергии, а она, по идее, должна была быть сильной.

— Правда? — тут же рядом со мной подала голос Машуня. — Это мы все прекрасно почувствовали. А как определить, где он находится?

— Я думаю, — огрызнулся в ответ. — Просто помолчи и дай мне время.

— Да сколько угодно, — развела руки в стороны подруга.

— Сконцентрируйся на потоках, — начала учить меня Кория. — Найди то место, куда они ведут. Присмотрись к своим сопровождающим, ты увидишь, как от них уходят нити силы. Только поторопись, скоро все оборвется.

Моя помощница помогла мне перенастроить внутренний взгляд, и только после этого я увидел тонкие блестящие ниточки, которые, отходя от каждого, и от меня в том числе, вели в одно место, скрытое с глаз. Я попросил ее перенести меня туда, где все нити сходятся в одной точке. Не успел закончить просьбу, как оказался в странном месте: вроде парк, посреди которого стоял фонтан, который изображала девушка с крыльями и стрелой в руке. Из стрелы лилась вода. На шее девушки был ошейник, в котором и сходились все нити силы, уже выкачанной из всех нас.

Только полез в фонтан, чтобы сорвать ошейник, как около меня закричала Судьба, она сидела на бортике фонтана. Как же вовремя она всегда появляется. Моя неизменная помощница и сказать ничего не успела.

— Тебе жить надоело?! Куда прешь?! Я его уже битый час пытаюсь уничтожить, а ты собрался его в руки брать, — она вскочила, ее глаза горели синим огнем. С неудовольствием глядя на меня и на мои попытки дотронуться до странного амулета, Богиня вздохнула: — Его нельзя трогать, иначе он тут же окажется на тебе, сделав навеки рабом того, кто его накачал энергией. То есть, беспринципного мага. Желаешь доставить ему такую радость? Преподнести себя на блюдечке? Голубой каемочкой обмотать? Определенно твой мозг еще до конца не восстановился. Давай, быстрее приходи в себя, я не всегда смогу вовремя оказаться рядом.

— Но ведь его надо уничтожить, — попытался я вставить фразу, стараясь не обращать внимание на сарказм Судьбы, но та только отмахнулась от меня, что-то прикидывая в уме.

Кория тоже не смогла ничего посоветовать на этот счет. А время неумолимо утекало сквозь пальцы. Сам ошейник вдруг начал тускнеть. Я предложил было сжечь его огнем, но гадалка отмела все эти предложения, сообщив: любая магия только даст ему подпитку, а не уничтожит. Выхода, казалось, не было. Но тут мне в голову взбрела одна мысль. Я поискал глазами какой-нибудь тяжелый предмет, в ближайшем доступе нашлась палка. Схватив ее, я ударил по статуе девушки, вызвав недоумение Богини. И тут к нашему обоюдному недоумению, раздался стон, после него вой. Я ударил еще раз, разбивая статую на мелкие куски. Ошейник соскочил в воду, тут же начиная дымиться, скукоживаться и уменьшаться в размерах. Богиня с недоумением смотрела то на меня, то на предмет, подлежащий уничтожению, пока еще не совсем понимая моего замысла. Я и сам, честно говоря, еще не до конца определился со своими действиями. Проделывал все на автомате.

Судьба и Кория молчали. Я хорошо ощущал их интерес, но объяснять пока ничего не стал. Пока ошейник не исчез, я подхватил его своим клинком, на котором амулет стал извиваться, словно змея. В разные стороны посыпались искры. И тут, будто взрыв на острие клинка, после которого, вместо ошейника остались только выгравированные руны на стали. И в то же время я заметил, как на этот раз от оружия все те же нити силы отправились в обратном направлении.

— Хм, а ведь неплохая идея, — подняла палец вверх Судьба.

— Ты по-прежнему считаешь меня немощным? — усмехнулся я.

— Ну-у-у… Как тебе сказать, чтобы не обидеть? В общем тут ты молодец, а дальше видно будет, — выкрутилась гадалка.

Мы с Богиней вернулись к товарищам, которые стояли, улыбаясь, бодрые, полные сил. Вся выкачанная энергия вернулась к ним.

— Теперь осталось найти Мириниэль, — глядя на сопровождающих, которые уже пеленали Феликса, произнес я, снова обращаясь к Кории. На что та, хихикнув в голове, сообщила, что она скоро сама будет на месте. Ее хихиканье меня насторожило. И уже через несколько минут я понял, почему она так веселилась.

Сверху появился небольшой смерч, который, разрастаясь, приближался к земле. Пугаться уже ни у кого не было сил. Мы будто со стороны наблюдали за его приближением. А когда в самом низу он просто рассыпался на мелкие частицы, и из него вышел…

— Это что за стрекозел? — не удержалась Аля, двинувшись навстречу странному существу и правда напоминающему козла со стрекозиными крыльями. У него на руках была Мириниэль, тело которой напоминало решето. В груди все оборвалось. Она жива? Раны наверняка несопоставимы с жизнью.

Не дожидаясь ответа, кто же он такой, мы бросились к эльфе, она не подавала признаков жизни. Даже Кория не смогла привести ее в чувство, хотя очень старалась. Гость же не выпускал ушастую с рук. Он держал ее, как величайшую драгоценность. На его лице застыла печаль пополам со страхом за жизнь девушки.

— Что с ней? — спросила Маша, разглядывая раны на теле Мириниэль. — И как она с такими дырками еще жива? — удивилась подруга, боясь даже прикоснуться к эльфийке, чтобы не сделать еще хуже.

— Она будет жить, пока я жив, — произнес странную фразу стрекозел, поглядывая на нас настороженно. — Потому что только соединение с моей сущностью спасло ей жизнь, иначе те твари ее бы полностью уничтожили, — презрительно выплюнул парень.

— Какие твари? — поинтересовался я, со страхом предчувствуя ответ. — И где она была? Где ты ее нашел?

— В Бездне, кто-то ее открыл, чтобы иглошколгы, россанхи и присантиры выползли на свободу, да еще и кинул им жертву, — пояснил гость, указывая на Мириниэль. — Знатно они ее потрепали.

— Это то, что я думаю? — спросил я у помощницы, она только выдохнула согласный ответ, а я тут же глянул на Вику, которая уже относительно нормально себя чувствовала, хотя ее очень сильно штормило. — И она была там, внизу? — уточнил я, передергиваясь от отвращения. Еще один согласный выдох.

На меня все, кто стоял, посмотрели удивленно. Я-то даже не заметил, что свои вопросы задавал вслух. Теперь народ ждал объяснений. Пришлось все подробно рассказать, где была Вика, каких тварей я видел, когда озеро исчезло, вот только Мириниэль я не видел там.

— Подожди, получается, эльфику закинули на дно, а нашу Вику посадили сверху, у самого края? — выдохнула Машуня. — Что-то я не улавливаю логики.

— Я пока тоже, — нахмурился в ответ. — И мне странно, почему же я не увидел на дне ушастую.

— Потому что ее к тому времени там уже не было, — пояснил гость. — Я успел вовремя, она только несколько минут успела провести на дне. Еще бы хотя бы минут пять и… от нее вообще бы ничего не осталось.

Вот тут я вынужден был согласиться, вспомнив гадких тварей, замеченных мной. Теперь стало понятно, почему они всем скопом не накинулись на Вику, у них оказалась жертва повкуснее.

— Но как вам удалось ее спасти? И что с ней сейчас? — это вопросами сыпала Аля. Мои мысли тут же ускакали. Я обратился в слух. Так как тоже стало интересно получить ответ.

— Я там случайно оказался, — пожал плечами стрекозел, от этого его легкие крылышки затрепетали. — А когда отнес бедолагу к своим, пришлось провести сложный ритуал на крови. И сейчас она привязана ко мне.

— Одни ритуалы кругом, — буркнул я, скривившись. — И как теперь ее вылечить? Ведь нужно как-то залечить раны.

— Они скоро сами затянутся, — уверенно произнес юноша. — Но сейчас ей нужна подпитка. Если вы не против, то нам бы выбрать более приемлемое место, не здесь, где полно народу.

Сначала я и не сообразил, что этому типу вообще надо. Чем его это место не устраивает? Тут ушастую спасать надо, а он привередничает. Только хотел об этом сказать вслух, как Кория в голове снова хихикнула и перенесла всех во дворец. Как только мы там оказались, усталость навалилась такая, что хотелось упасть там, где стоял, свернуться клубком, закрыть глаза и проспать несколько суток напролет. Слишком многое оказалось выше моего понимания, слишком много потрясений.

Мы разошлись по комнатам, только перед тем, как я вошел в одну из выбранных, меня остановила Судьба. Она несколько минут молчала, положив руку на мое плечо, а потом, вздохнув, произнесла:

— Дрон, тебе нужна другая часть души, эту твоя сущность не приняла, к тому же Мириниэль теперь принадлежит другому, — она смотрела на меня так, будто в любую минуту готова была броситься меня утешать. Но вот от чего, я пока не догонял.

— И что? — так и не сообразив, что от меня требуется, поинтересовался у нее. — Что мне теперь надо делать? Удариться в меланхолию? Оплакать несбывшиеся мечты, которых не было? Я не понимаю. Одно я знаю точно — хочу спать. А потом можем и поплакать, и погоревать, и еще кого-нибудь поискать. Ага? К тому же, мне кажется, я и так вполне справляюсь и сам. Зачем кого-то искать? Может, ну его в пень все? Обойдемся без второй половины? До сих пор ничего не разнес, никого не убил. Вдруг и дальше обойдется?

Меня просто плющило и агрессия сама рвалась из меня. Я даже не понимал, с чего вдруг так повел себя. Но мне однозначно претила мысль, что меня жалеют, а в том, что это так и было, я не сомневался. Богиню выдавали глаза. После моей тирады ее взгляд уже стал более уверенным и спокойным. На этот раз она просто кивнула, словно убедившись в чем-то, и только после этого позволила мне отправиться на отдых.

Как только коснулся подушки, перед этим получив от Кории волну очищающего воздуха, после которого стало намного лучше, я провалился в объятия Морфея, не забыв положить рядом с собой свой кинжал. Пока не все еще обезврежены злоумышленники, надо быть настороже.

А проснулся как от толчка. Резко открыв глаза, — было еще темно — я прислушался, не понимая, что меня разбудило. Потрогал ободок на голове, удивился тому, что мне с ним и спать комфортно, хотя, казалось бы, должно быть дискомфортно, и снова прислушался. Тишина, ни шороха, ни единого звука. Но что-то же меня разбудило? И тут дошло. Рядом со мной лежал клинок, нагревшись, он светился в темноте. Как раз те самые руны, в которые превратился древний амулет-ошейник. Зрелище оказалось красивым, но разглядывать и наслаждаться им попросту не было времени.

— Кория, что это значит? — мысленно спросил я, затаив дыхание, пока ожидал ответа.

— Нападение, — ответила та. — Смотри, — словно чьи-то ласковые руки развернули меня в сторону двери, осветив то, что там происходило. Я едва не вскрикнул от неожиданности.

Из-под щели в двери, хотя она и была узкой, пробивался зеленоватый туман, который, проникая в мои покои, принимал формы то руки, то меча, то пасти, она то открывалась, то закрывалась. А главное, зеленая муть все время тихо шипела, будто клубок змей, и шуршала, медленно двигаясь в мою сторону. Будто кто запускал газ.

— Что это за гадость? — скривился от омерзения я, так как запах от этой зеленой мути шел премерзкий.

— Наводящая магия, она предназначена окутать, подавить волю, подчинить и поработить, — последовал немедленный ответ.

— А как от нее избавиться? — зажимая нос, поинтересовался я. — Меня сейчас стошнит.

Несмотря на нашу с Машуней жизнь — на каких только помойках нам не пришлось побывать — в данный момент мне становилось все хуже. Такой вони ощущать не приходилось ни разу.

— Терпи, — строго приказала помощница. — Надо дождаться, пока она вся втянется в комнату, иначе часть успеет исчезнуть, и мы не узнаем, кто ее навел, с какой целью. А потом, как только она сформируется около тебя, собираясь напасть, воткнешь в нее кинжал. Приготовься.

Я напрягся. Кинжал в руке просто горел огнем, но я не чувствовал жара, все внимание было сосредоточено на зеленой мути. Я ждал. Напряжение все возрастало. Терпеть стало невмоготу. Тошнота уже подступила к самому горлу, в глазах темнело и рябило.

И тут… Зеленый туман превратился в огромную пасть, собираясь на меня напасть и поглотить, я выбросил вперед руку, вонзая в самую пасть кинжал. Он прошел мимо, но тут же раздался вой, леденящий душу. На миг мне показалось, что даже стены дворца содрогнулись.

А еще через секунду на полу в моей комнате около кровати корчился… Владыка оборотней, с ненавистью глядя на меня.

— Вот это сюрприз… — пораженно выдохнул я, не зная, что сейчас делать. — Самый рьяный помощник оказался врагом? Классика жанра.

— Да пошел ты… Все равно здохнешь…

— Я уступлю первенство тебе, — с насмешкой выдал в ответ.

— Посмотрим, — выплюнул оборотень, пытаясь встать и кинуться на меня.

Не тут-то было.

- Что ты там говорил про классику? - зашипел оборотень.

— Тебе зачем? — удивленно выдохнул я, рассматривая лежащего на полу парня. Теперь стали понятны его мотивы помочь в поисках. — Классика жанра, блин, это когда любой преступник всегда крутится рядом. Не понимаю, как же я сразу упустил из виду это? — размышлял я вслух, прислушиваясь к топоту ног несущихся ко мне друзей. Их я уже научился чувствовать.

— Дрон, что произ... — запыхавшись, начала Аля. А заметив так и лежащего на полу оборотня, тут же, сдвинув брови, нахмурившись, поинтересовалась: — И что это все значит? Наш помощник оказался одним из предателей?

Вопрос был риторическим, ответ и так был понятен по ненавидящему взгляду Н’ата. Маша подошла к нему чуть ближе, присела на корточки и слишком ласково, что не могло обмануть разве только нас, ее друзей, поинтересовалась:

— Вот скажи-ка мне, мил чел... Э.. Нечеловек, чего ж тебе не хватало-то? Зачем надо было все это устраивать? Власти захотелось? Так ведь ты и так Владыка. Повелителем стать решил? Так ты и сам знал, что это в принципе невозможно, Кория никого не принимала раньше и уж тем более не примет и сейчас. Так что же тебе нужно было? Сколько стоит твое предательство? — Маша пристально наблюдала за оборотнем, ожидая ответа на свой вопрос.

— А силу ты в расчет не берешь? — выплюнул тот, отвечая подруге. — Если есть сила, то и корона не нужна, вся власть будет и без нее сосредоточена в руках.

— Он оно как, - протянула подруга и закивала с умным видом. - То есть, возвращение Повелителя, я так понимаю, вы в расчет не брали? — не унималась Машуня.

— Жиат сказал, что с ним будет покончено, он даже до своей короны добраться не успеет, — окинув меня взглядом, полным жгучей ненависти, процедил оборотень. — Кто же знал, что вы кучу подарков соберете по дороге, к тому же, не подохнете в пути.

- В мире, откуда нас сюда выдернули, есть прекрасные компьютерные игрушки. Так вот там как раз прохождение таких квестов ведет к победе, - на корточки присел Тимофей. - И мы все прошли задания.

- Не знаю, о чем ты говоришь, но это нереально, никто не смог бы пройти полным составом, - не унимался оборотень.

— А это, милый, благодаря защите Богов, — рядом с Машей на корточки села Судьба, разглядывая Владыку оборотней. — И вот скажи, стоило все это того, что сейчас тебя ожидает?

— А ни один преступник никогда не верит, что его поймают, — влезла Аля, сжимая и разжимая кулаки. — Эх, врезать бы ему, да посильнее, — зло произнесла та, отворачиваясь.

Сам же оборотень на вопрос не ответил. Он несколько раз пытался встать, но у него не получалось, словно что-то пригвоздило его к полу, не давая пошевелиться. А уже через несколько минут в моей комнате стало еще больше народу. Пожаловали вампиры. Они церемониться не стали. Бросили уже знакомую огненную сеть на Владыку, открыли портал и забросили его к Феликсу и Жиату. Компания постепенно увеличивалась. Угнетало одно: мы не знаем, сколько еще народу успел завербовать Феликс и Жиат. И жертвовать друзьями в мои планы определенно не входило. А по-другому вычислить затаившихся приспешников предателей вряд ли получится.

В голову пришла нереальная мысль. Здесь же кругом магия. Вот было бы здорово просканировать всех. Тот, кто предатель, сразу бы, например, засветился ярким светом. Мы бы его в тюрьму и дело с концом. Слушая мои размышления, Кория в голове хихикала. Но ничего по этому поводу не отвечала. Да мне и не нужен был ответ. Я и так знал, все мои размышления так и останутся только на уровне мыслей.

— А что с ними потом будет? — заинтересованно смотря на Князей, спросил я, мне вдруг стало интересно, какое же наказание получат все предатели. В эту секунду захотелось наказать их пожестче, хотя бы за то, что они сделали с Викой и Мириниэль, за нее я беспокоился. Увиденная картинка до сих пор стояла перед глазами. — И что с теми чудовищами из Бездны? Они не прорвутся на свободу?

— Чудовищ надежно запечатали, так что, не прорвутся, — ответил за всех Драгомир. — А с этими... Вот дождемся остальных, тогда и... — не договорив, вампир только сверкнул глазами, которые на секунду вспыхнули красным, показывая степень его ярости, и тут же снова приняли свой темно-серый цвет. Я на это только кивнул.

— А как остальных ловить будем? — спросила Аля. — Наверняка после оборотня они затаятся. Или вообще постараются не отсвечивать больше. Ведь поняли уже, что ловить им нечего, их хозяева в клетке.

— Ничего, мы их из-под земли достанем, — сжав кулаки, уверенно произнес Тимофей, переполняемый жаждой деятельности, Маша ему вторила кивком головы и грозным блеском в глазах.

— Н-да, весело у нас знакомство с миром началось, — между тем, садясь на край кровати, заметила Аля. — Не успели даже познакомиться ни с кем, сразу интриги, скандалы, расследования. А то ли еще будет? Когда же бы наслаждаться новой жизнью начнем? Тут такая сказка, - девушка мечтательно прикрыла глаза. - Замок. Владыки. Князья. М-м-м... Мечта любой девушки. А вместо наслаждений нам получите, распишитесь, бегать за преступниками.

- Успеешь еще насладиться, вот переловим всех, еще и скучно станет, - усмехнулась Машуня. Тимофей согласился с ней, кивнув в так словам девушки.

— Что-то мне кажется, что пока все будет спокойно, — начал я, чтобы немного успокоить подругу. Она неверяще посмотрела на меня. — Как Вика? — обеспокоенно спросил я, чтобы отвлечь девушку от мрачных мыслей, но получилось еще хуже.

— Она вся горит, раны воспалились, начали гноиться, из них какая-то вонючая дрянь течет, — едва сдерживая слезы, ответила Аля. - Что сделать? Она умирает. А тут даже доктора нет. И никто до сих пор ничего не сделал.

— Так что мы сидим? Кого ждем? — обеспокоенно вскочил я. — Пошли, посмотрим, что можно сделать.

Все, кто в тот момент находились в комнате, такой же дружной толпой отправились к Вике. Пока шли, я рассматривал каждого по отдельности, пытаясь определить, насколько они все лояльны к новому... ну, или вернувшемуся старому Повелителю. Если в друзьях я был уверен, то за остальных не мог ничего сказать. Вампиры. Они все связаны между собой. И тот же Драгомир в любом случае почувствовал бы, если б кто-нибудь из них замыслил гадость и подлость. Хотя, насколько я мог вычленить из воспоминаний, что вложила в мою голову Кория, они могли прекрасно ставить щиты, чтобы их мысли оказались закрыты. Но всех этих тонкостей я не знаю. Раз и Владыча спокойна, значит, вампиров тоже можно сбросить со счетов и искать в другом месте. Она бы точно почувствовала и сквозь щиты их мысли и намерения. Такова особенность всех Владык. Остаются остальные. Как с ними разбираться - мыслей не было. Народу-то сейчас как в замке, так и вокруг него, слишком много.

Пока я размышлял, мы подошли к комнате Вики, откуда раздавались стоны и короткие вскрики. Зайдя внутрь, увидели метавшуюся по кровати подругу. Волосы спутались, на лице испарина, руки сжимали простынь. От ран исходила жуткая вонь - сразу начинало тошнить. Маша и Аля мгновенно сменили цвет лица на зеленоватый. Видно было, девушки едва сдерживаются.

— Кория, здесь можно что-то сделать? — обратился я к своей незаменимой помощнице. Сам я даже не знал, с какой стороны подойти. К тому же, как сказал Драгомир, они уже пытались ее излечить своей магией, но ничего не получилось.

— Ее может спасти только твоя кровь, — задумчиво выдала помощница, а я не сразу сообразил причину такой задумчивости.

— И в чем подвох? — на всякий случай уточнил я. — Как-то странно ты это произнесла.

— Жиат ведь тоже когда-то был твоим почти братом, ты его слишком уважал и ценил, да и верил, как себе, — ответила Кория.

— Что ж, чему быть, того не миновать, — философски заметил я, прекрасно поняв, куда она клонит. — Но Вику надо спасти, — решительно закончил, делая шаг к девушке. А приблизившись, приготовился. — Кория, что мне надо делать?

— Возьми свой клинок и полосни по ладони, а потом поднеси к ее рту. Кровь должна попасть в организм, результат будет мгновенным, — на автомате давала инструкции помощница. В тот момент я не обратил внимание на сухость, с которой мне давались инструкции. Просто все сделал так, как мне было сказано. Волнение за подругу перекрыли доводы разума. Волнение переполняло. Я сейчас ни на что не обращал внимания. Оно оказалось сосредоточено только на подруге.

Как только кровь попала Вике внутрь, уже через пару минут мы удивленно выдохнули. Раны начали затягиваться, зеленая муть исчезла. Испарина пропала. Руки безвольно разжались. На этот раз Вика провалилась в глубокий сон. Но, судя по появившемуся на щеках румянцу, ее сон был, можно сказать, целебным.

— Теперь дай ей поспать несколько часов, а потом увидишь результат, — произнесла Кория. — Да и вам не мешало бы подкрепиться. Вы когда в последний раз ели?

— Точно, — вслух ответил я. — Нам не мешало бы поесть.

Мое предложение было принято на «ура». К тому же стрекозел, назвавшийся Ирием, сообщил, что с Мириниэль все в порядке. Еще несколько часов, и она сможет встать на ноги. Пока же он тоже спал, набираясь сил.

Столовая, куда нас провели вампиры, поразила размерами. В ней можно было разместить около тысячи человек, и всем было бы комфортно. Столы стояли ближе к стенам, по периметру. В зале уже находился народ, ожидающий нас. Кого здесь только не было: и крылатые, и хвостатые, и рогатые, и клыкастые, и ушастые. От обилия стольких рас у меня разбежались глаза. Я оглядел друзей, как они на это изобилие реагируют и... моя челюсть едва не упала на пол. И у парней, и у Али глаза светились так, словно они нашли то, что долгое время искали.

— Вот так просто и быстро? — мысленно произнес я, поражаясь скорости влюбленности, хотя никогда не замечал за друзьями таких вспышек и слабостей. Сейчас же они готовы были расползтись лужицами прямо на полу. Интересно, а объекты их внимания так же реагируют? И что это вообще было? Вопросов было тьма, а ответа я пока не видел ни на один.

— Когда находишь того, к кому тянется душа и стремится вся твоя суть, именно так и происходит, — хихикнув, ответила мне Кория. — Твоим друзьям повезло, они сразу нашли «свое». У некоторых на это уходит не один десяток, а то и сотен лет.

— А я? — вдруг как маленький ребенок, с долей обиды спросил я. — Они свое нашли, а мне не везет. Вроде и с Мириниэль связали, а тут увели из-под носа. Бывшую супругу я не хочу, она уже замужем. А разбивать пары не в моих правилах.

— Ты еще встретишь свою. Обязательно, — как-то чересчур уверенно произнесла помощница, а я ее не слушал уже. В данный момент я, как и все присутствующие, был захвачен тем, что разворачивалось перед глазами.

Медленно, как в замедленной съемке, первой сделала шаг вперед Аля. Ей навстречу двинулся парень под два метра ростом. За его спиной висели, словно укутывая его, два больших черных крыла. Волосы до плеч зачесаны назад. Светлые глаза пристально наблюдали за девушкой, зеркально отражающей его собственные движения. Они медленно двигались навстречу друг другу. А когда, вплотную подойдя и взявшись за руки, между ними вспыхнуло сияние, все присутствующие ахнули, настолько красиво это было.

Следующим, перед этим глянув на меня затравленно, словно извиняясь, рванул к своей девушке Тимофей, получив мой одобрительный и радостный взгляд. Его выбор пал на подобие амазонки. Длинные белые волосы у девушки были собраны в хвост на затылке. Синие глаза пристально изучали друга. На девушке был надет только белый кожаный лиф и такая же короткая юбочка. За спиной торчал меч. На голове пара небольших аккуратных рожек. Они отличная пара. Боевой товарищь, не гнушающийся хорошей драки, и его пара - такая же боевая амазонка. Скучно им определенно не будет.

Машуне достался... ангел? Во всяком случае, именно его напоминало существо, одетое во все белое, с такими же крыльями, с длинными белыми волосами и светлым, слишком добрым взглядом.

Переведя взгляд на Кира, я улыбнулся. Они стояли с вампирессой, держась за руки, и с улыбкой наблюдали за друзьями. Кажется, эта пара тоже нашла друг друга. Осталась только Вика и я. Надеюсь, когда подруга поправится, ее тоже будет ожидать сюрприз. Надеюсь, он окажется приятным.

— Признавайся, твоя работа? — медленно подойдя к стоящей с самым хитрым выражением на лице Богине, спросил я. — Когда ж ты только все успеваешь? И тут подсуетилась.

— Ты не поверишь, — обернувшись ко мне, выдала с улыбкой та. — Сама в шоке, ведь я даже не успела приложить к этому руку. Хотя, признаюсь, мыслей у меня на этот счет было много.

— Ха, ну надо же, я поражен, в кои-то веки твои игры сорвались? — засмеялся я. — Или само провидение вмешалось? Подтасовав тем самым тебе все карты.

— Да, не иначе, как провидение вмешалось, — согласилась Богиня, задумавшись. — Но ничего, моя игра только начинается, — подмигнула она мне, я даже заволновался. Зная ее причуды, от нее чего угодно можно ожидать. Надеюсь, объектом для собственных развлечений она выберет не меня. Иначе покой мне будет только сниться. А я хотел бы малость отдохнуть, расслабиться, получить удовольствие от новой жизни.

— Я только надеюсь, что ты одаришь эти пары своей благосклонностью, несмотря на то, что это не твоих рук дело? — с надеждой произнес я, глядя на девушку.

— Само собой, — согласилась она, оборачиваясь к остальным и наблюдая за разворачивающимся действом.

Пока же, познакомившись, мы все-таки сели за стол. Еще не успели нормально перекусить, как дверь столовой широко распахнулась, и в нее, можно сказать, влетело необычное существо. Я даже не сразу сообразил, девушка это или парень, настолько внешность была своеобразная, без единого признака половой принадлежности: бесформенный балахон, короткие волосы, серые крылья за спиной, босые ноги, которые прикрывал до колен только балахон. Лицо скрыто за волосами, которые от быстрого бега разметались, прикрыв все, что можно. Не успело оно появиться, как тут же по столовой словно легкий ветерок прошелся, обдав всех прохладой.

— Повелитель, нам срочно нужна ваша помощь, — тонким, едва слышным голосом, произнесло существо. — Кто-то наслал на нас мор, и теперь картиары погибают, не имея возможности излечиться, так как ни травы, ни зелья, ни наша магия Жизни не может вычислить источника. Только на вас вся надежда, — молитвенно сложив руки, едва не рухнул гость... или гостья.

А я, вместо того, чтобы броситься на помощь, пытался понять, кто такие картиары, едва не начав задавать интересующие меня вопросы. Но тут меня в голове осадила Кория, быстро выдав всю информацию:

— Картиары — свободолюбивые существа, не имеющие в душе зла. Так как они почти все маги Жизни, то являются лучшими магами-целителями. Живут обособленно, на одном из небольших материков. Многие из них бесполы, только Владычица — девушка, ее несколько Князей мужчины. Женщин у картиаров мало. Так как организмы остальных меняются в зависимости от того, когда нужно родить и выносить ребенка. Эта особь еще молодая, несформировавшаяся, потому не передает той красоты, присущей этим существам. Если они обратились за помощью, то дело действительно плохо, потому что они никогда никого ни о чем не просят, справляясь со всем сами всегда. Так что, пора. Поднимай свой зад и вперед, — напоследок выдала Кория, и меня словно подкинуло на стуле.

— Эй, а покультурнее нельзя? — зашипел я под удивленными взглядами собравшихся, которые тут же вскочили из-за стола, после того, как подпрыгнул я.

— Можно, если осторожно, — расхохоталась Кория. — И даже нежно и ласково, но это не ко мне, я не по этой части, — продолжала веселиться помощница.

— Что это на тебя нашло? — удивился я, подталкиваемый к выходу. Ехидна, блин. Наверняка что-то замыслила. Сюрприз готовит? Главное, чтобы он не оказался неприятным. — Явно ты знаешь что-то, чего не знаю я.

— Не переживай, ты тоже скоро все узнаешь. Даже могу пообещать, что ты будешь первым, кто узнает то же, что и я, — вконец развеселившись, но основательно насторожив и заставив волноваться меня, выдала моя помощница. — А теперь тебе пора.

В этот момент в груди потеплело. Ощущение нового и неизведанного заполнили каждую клетку организма, но вместе с тем примешалось и беспокойство. С чем оно могло быть связано - ни мыслей, ни догадок не было ни одной. Как я ни пытался выведать к своей помощницы, она молчала, словно партизан на допросе. Только отвечала неизменное: "Скоро сам все узнаешь". А меня снедало предчувствие.

- Ты решила меня довести до ручки от неизвестности? - уточнил я.

- Сам себя доведешь, если не сосредоточишься на главном, - отрезала та.

- Понятие главного у нас с тобой разные, - буркнул недовольно.

- Зато результат выйдет непредсказуемым, - отрезала помощница.

- У тебя по-другому и не бывает.

Идти со мной решили только друзья со своими вновь обретенными парами. Вампиры не рискнули, так как, как сообщила мне та же Кория, у них с картиарами взаимная неприязнь. Они не признавали друг друга и, мягко говоря, не совсем ладили. Точнее, совсем не ладили. А так как ничего особо опасного я не видел, то и много народу решил не брать, а то этакая толпа, которой мы с недавних пор передвигаемся, уже начала напрягать. Потому, подойдя к существу-картиару, который вымученно, но довольно улыбался, что мы откликнулись на его призыв о помощи, я тут же попросил:

— Что же, веди меня к своим, попробуем что-нибудь сделать.

Как только мы собрались покинуть дворец, к нам спустилась еще слабая, но уже решительно настроенная отправиться с нами Вика. Как ни пытался убедить ее остаться, девушка решительно мотнула головой, настояв на том, что она отправится с нами.

А когда мы прибыли на материк, до меня дошел размер катастрофы, когда я увидел очень много картиаров, едва переставляющих ноги, бледных, изможденных. Они напоминали отряды зомби. Осунувшиеся лица, ввалившиеся глаза, заостренные скулы. Руки плетью свисали вдоль туловища, они смотрели, казалось, сквозь нас, будто не замечая. Их взгляды ничего не выражали.

— Все стало еще хуже, наверное, болезнь скосила и Владычицу, через которую питаются и выживают остальные, — всплеснул руками наш сопровождающий, — Идемте скорее.

Он провел нас в небольшой дом, где на кровати действительно лежала девушка. На вид ей можно было дать около двадцати пяти лет, глаза закрыты, светлые волосы разметались по подушке, девушку била дрожь. Кожа почти синюшная, под глазами синие разводы. Но в то же время я отметил: даже болезнь не смогла скрыть красоты Владычицы. Она напомнила мне сказку о Спящей Красавице. Несмотря на обстоятельства, хотелось улыбнуться и сообщить: принц явился, чтобы поцеловать принцессу и избавить ее от всех бед. И снова Кория в моей голове захихикала.

- Двигай конечностями, принц, а то потеряешь свою принцессу.

- Почему? - не сразу смог вынырнуть я из своих мыслей.

- Потому что она умирает. Вперед. Спасай, рыцарь, свою даму сердца, - продолжала веселиться помощница.

Я недовольно рыкнул на чересчур веселую Корию. Тут нелюди умирают, а ей все хиханьки да хаханьки. Приблизившись, я на миг застыл, соображая, что делать. А в следующую секунду произошло две вещи. Как только я собрался использовать тот же способ лечения, что и с Викой, девушка открыла глаза и... я поплыл, не в силах сдвинуться с места.

А с порога ко мне пыталась броситься Вика с возмущенным воплем:

— Не-е-е-ет!

Хотя что означал этот крик, никто из нас не понял, но то, что ничего хорошего, почувствовала моя пятая точка.

И куда я на этот раз вляпался?

Глава 15

Маша и Тимофей едва удержали Вику, глаза которой стали безумными, яростно сверкающими. Она шипела, вырывалась, царапалась. Лежащая на кровати Владычица не подавала признаков жизни. Викины крики и ругательства действовали на нервы, тут надо было поторопиться, а она отвлекала. Но больше всего раздражала непонятная ситуация. Что на нее вдруг нашло? С чего это на нее истерика напала?

— Кория, ты знаешь, что происходит? — решил я прояснить данный момент, чтобы больше на него не отвлекаться.

— Знаю, но пока говорить ничего не стану, — хмуро отозвалась помощница.

— Но я не смогу сконцентрироваться, меня отвлекает такая ситуация.

— Возьми себя в рукии выброси взбалмошную девчонку, возомнившую себе невесть что, из головы, — потребовала Кория. — И поторопись, у тебя мало времени.

— Выйдите все! — жестко и холодно приказал я, сам от себя такого не ожидая. Друзей как ветром сдуло. Хотя Вика все время порывалась броситься ко мне. И откуда силы взялись? Только недавно ее шатало от малейшего дуновения ветерка, а сейчас и трое друзей удержать не могут. Но стоило им покинуть комнату, я вздохнул посвободнее.

На этот раз я уже знал, что мне делать. Достав клинок, надрезал ладонь и подставил ее ко рту болезной. Несколько капель достигли своей цели. Девушка на кровати шумно сглотнула. В горле раздался сип и хрип, как у умирающей. Я испугался, что сделал хуже. Но уже через несколько минут радость охватила все мое естество. Она резко распахнула глаза и… меня будто водоворотом затянуло в бездонную синеву. Я не мог оторваться от лица Владычицы. Я видел краем глаза, что ее губы шевелятся, она наверняка что-то говорила, но слова до меня не долетали. Я будто находился под толщей воды, через которую не проникал ни один звук.

— Ты меня слышишь?! — привел меня в чувство ор в голове. Еще и ментальный пинок впридачу, чтобы привести меня в чувство. Это Кория так пыталась до меня достучаться. Я машинально потер затылок, выругался на неподобающее поведение с Повелителем.

— Если Повелитель олух, то его не грех и огреть чем потяжелее, жаль только не могу ничего удержать, — язвительно выдала моя помощница.

— Тебе и тяжелого брать не надо, и так хорошие затрещины раздаешь, аж искры с глаз посыпались, — буркнул недовольно я.

— Зато помогло, — хихикнула Кория. — Теперь-то ты уже в норме? В состоянии слушать и слышать?

— Уже да, — мотнув головой, отгоняя наваждение, ответил ей, и тут только посмотрел на уже сидящую на кровати полуголую Владычицу. Из одежды на ней была только некая тряпочка, прикрывающая причинное место, да сверху подобие широких листьев, скрывающих грудь.

— Примите мою благодарность, — пытаясь встать и склонив голову, начала девушка, но пошатнулась и едва не упала. Я машинально подхватил ее одной рукой за локоть, второй за талию. Стоило коснуться бархатной кожи, как от кончиков пальцев и по всему телу словно искры пробежали, разрядом тока шарахнули. На моем лбу мгновенно выступила испарина.

Меня бросило в жар. Судя по взгляду излеченной, ее тоже. Испарина выступила и у нее на лбу. Руки сильнее вцепились в меня. Я попытался отстраниться, но она не дала, прижавшись ко мне. В следующую секунду мне и самому не захотелось отпускать девушку из своих объятий.

— Меня Айара зовут, — на грани слышимости выдохнула она. — Я и не знала, что так бывает, — одними губами прошептала дальше, мне даже показалось, что я ослышался. — Ты на меня какой-то магией воздействовал? Но я не чувствую принуждения. Все словно идет изнутри. Кто ты? И что со мной… хм… с нами происходит?

— Дрон, — представился в ответ, сам не узнав своего голоса, настолько он стал хриплым. — Ты сможешь встать? Я помогу. А происходит… Я не знаю, правда. Но, наверное, это зарождающиеся чувства.

— Вот, дурында, — разошлась не на шутку Кория. — Какие зарождающиеся чувства? Ты и правда идиот? Или прикидываешься? Ты вы пара, и чувства уже во всю гуляют по крови. Они и зародились, и окрепли.

— Знаю, помолчи, не мешай, — попросил я, заставив помощницу заткнуться. Но произнес свои слова вслух, получив удивленно-пораженный взгляд Владычицы. — Это не вам, — поспешил успокоить девушку я.

Она на мои слова только кивнула. С моей помощью она поднялась на ноги. В первую минуту пошатнулась, но я снова прижал ее к себе, не имея ни малейшего желания отпускать. Только отпустить пришлось. За дверью послышались крики. Я скривился, не понимая, что такого нашло на Вику. С чего она вдруг стала неадекватной. С этим стоило разобраться и немедленно.

— Идем? — спросил я у Владычицы, оглядывая ее с головы до ног. Но как только она кивнула в ответ и собралась идти к выходу, я остановил ее немного ревнивым и недовольным вопросом: — Э? Ты так и пойдешь полуголой? — во мне взыграло нечто, не дававшее отпустить ее в таком виде. Сейчас все начнут пялиться. А это мое! Сам поразился собственным мыслям, от которых бросило в жар.

Айара улыбнулась. И тут же из ее спины показались белоснежные огромные крылья, которые укутали тело девушки словно в плащ. Я удовлетворенно кивнул. Она с нежностью посмотрела на меня, но в следующую секунду я вздрогнул от преображения. Как только мы оказались около двери, которую я уже распахивал, взгляд Владычицы стал холодным, надменным и жестким. В данную минуту я видел истинную Владычицу своего народа. Заметив мой шок, она повернула ко мне голову, подмигнула и сделала шаг навстречу всем собравшимся около дома.

— Ты и сам такой же, — одними губами шепнула Айара, прежде, чем открыть дверь. Я и ответить ничего не успел, признавая ее правоту. Вспомнил себя в отражении.

Толпа снаружи оказалась приличная. Она, увидев свою Владычицу живой и здоровой, тут же загалдела, радостно зашумела. Я же все это время наблюдал за Викой, которая с ненавистью сверлила взглядом Айару. Та-а-ак, что-то мне это совсем не нравится. Я нахмурился. Крамольные мысли закрались в голову, но я поспешил их выбросить, так как считал бредом.

Отпустив Владычицу разбираться со своим народом, я подошел к друзьям, которые почему-то опустили глаза, будто чувствовали себя в чем-то виноватыми. Только Вика с вызовом смотрела прямо, открыто и вызывающе.

— Вика, что происходит? — устало спросил я, заранее предчувствуя ее ответ, который, уверен, мне не понравится.

— А то ты сам не догадался, — скривилась девушка. — Сначала обхаживаешь, спасаешь, лечишь, а потом… — она ткнула пальцем во Владычицу, шедшую сквозь толпу, будто рассекая волны. При этом еще и лечила тех, кто был подвержен той заразе, которая косила ее народ.

— Вик, ты мой друг, потому я и спасал тебя. Не стоит путать божий дар с яичницей, — попытался образумить я подругу, но до нее мои слова не доходили. — Как же ты не можешь понять, я вообще не смешиваю никогда дружбу и романтику. Друзей надо иметь не в прямом смысле, а в переносном. И мне бы не хотелось портить с тобой отношения. Ничего, кроме дружбы, я предложить тебе не смогу при всем своем желании, — привел, как мне казалось, самый неоспоримый аргумент, но и на этот раз она не убедилась.

— Ты даже не желаешь со мной попробовать, — гнула она свою линию. — Я же чувствую, что между нами сильная связь, ты просто обязан на мне жениться, — чуть не топая ногами, рычала девушка. Я настолько опешил от ее слов, что едва не подавился воздухом. Вот это требование!

— Что? Вик, ты вообще рехнулась? — мне надоело с ней церемониться. Дружба дружбой, но подруга явно перегнула палку. Перешла допустимую черту, поэтому надлежало поставить ее на место. — А теперь послушай меня внимательно, — изменив интонацию и голос, начал я. — Ты только мой друг, ничего более. Я уже встретил свою будущую супругу, и это не ты. И советую тебе вести себя адекватно. Иначе… — я не договорил, только обдал ее ледяной неприязнью и гневным взглядом, от чего она сразу съежилась, но своей решимости не утратила. Вот настырная девица. В эту секунду она начала меня раздражать еще сильнее. Не люблю, когда мне пытаются навязать то, что мне по определению не нравится. А подруга именно это и пыталась сделать.

Вика сжала губы, по ее глазам читалось, что она не собиралась мириться с таким поворотом, а я сам в какой-то момент пожалел, что лечил ее своей кровью. Но тут же отогнал эти мысли, она же все-таки мой друг. Может быть, до нее дойдет эта истина? Хотя я уже начал в этом сомневаться. Потому поспешил отвернуться от Вики, понаблюдать за Айарой, она в данный момент уже возвращалась обратно.

Подойдя к нам, она окинула взглядом всех моих друзей, их пары, задержав взгляд на Вике, которая продолжала сверлить ее ненавидящим взглядом. Владычица приподняла удивленно бровь, посмотрела на подругу, перевела взгляд на меня, снова на подругу, а потом низким голосом попыталась ее образумить:

— Очисти свою душу ото зла, оно не приведет ни к чему хорошему, и себя потеряешь, и друзей.

— Я сама решу, как мне быть, — зло выплюнула та, отворачиваясь. — Это не твое дело.

— Мое, — спокойно возразила Айара. — Если ты свою ревность направляешь в мою сторону, пытаясь добиться того, чего тебе не по силам, значит, я имею право вмешаться. Так как страдать от этого будут все, кто с тобой рядом.

— Ничего с ними не сделается, — сварливо ответила Вика, не желая уступать. Машуня тут же скривилась, Кир выругался, Тимофей сжал кулаки, а у меня разболелась голова. Не люблю я такого. Так как совершенно не знаю, как себя вести в такие моменты, и это меня угнетает.

— Что же, это твой выбор, — пожала плечами Айара, глазами приглашая меня снова в дом. А перед этим попросила своих помощников разместить со всеми удобствами моих друзей.

Стоило нам войти, как Владычица тут же зашагала по комнате, тем самым выдавая свое волнение. Я молча наблюдал за ней, не совсем понимая причин. Наконец, остановившись около сидящего на краю кровати меня, она резко присела на корточки и несколько минут пристально смотрела в глаза. Только после этого выдохнула и произнесла:

— Тебя что-то связывает с этой девушкой? Я ощущаю ее ненависть, ее негатив, направленный на меня. Даже мои щиты с этим не справляются. Я эмпат, — тише добавила она, а мне в этот момент стало ее искренне жаль. Ведь, насколько я знаю из книг, эмпатам очень сложно переносить чужие эмоции. В особенности, если они пропитаны такой ненавистью и презрением.

— Только дружба, — честно ответил я, после чего рассказал все с самого начала, кто я, откуда, как мы вообще попали в этот мир, через сколько сложностей пришлось пройти. Поделился радостью о нашей сплоченности во время путешествия. Поведал о самоотверженности наших девушек и Вики в частности. Я с гордостью рассказывал о нашей команде.

Она молча слушала, ни разу не перебив. И только когда я закончил, встала, снова походила по комнате, подошла, села рядом и… положила голову мне на плечо. Подумала о чем-то. Ее напряжение и волнение передалось и мне. Хотя причин пока не понимал и не осознавал.

— Нам нужно закрепить нашу связь, это поможет ослабить ее влечение, — тихо прошептала девушка, опуская голову, чтобы не смотреть на меня, будто боясь отказа.

— Прямо сейчас? — приподнимая ее за подбородок так, чтобы увидеть глаза, хитро улыбнулся я, приближая ее лицо к себе. Она только кивнула, больше не говоря ни слова.

Медленные касания, изучающие, ищущие и находящие, губы не отрывались от губ, тело горело, руки жадно шарили по телу, лаская бархатистость кожи. Айаре было проще, она убрала крылья, рывком сбросила повязку с бедер, помогая раздеться мне. Время, казалось, остановилось. Эти мгновения принадлежали только нам. Переместившись с губ на шею, я стал покусывать ее, будто оставляя метки принадлежности. Руки продолжали гладить и ласкать.

Не прекращая целовать, коснулся ладонью низа живота, вырвав стон-вздох из горла Айары. Медленно обвел пупок, едва касаясь, наблюдая за ее затуманенными глазами, в упор смотрящими на меня. Погладил внутреннюю сторону бедер. Второй рукой нежно коснулся груди, сначала одной, потом другой, подушечкой пальца погладил сосок, несильно сжал, тем самым вызывая учащенное дыхание партнерши, которая вцепилась в мои плечи.

Она в это время тоже не сидела сложа руки. Касалась меня. Робкие сначала и все более уверенные касания Айары вызывали дрожь в моем теле. Она провела пальцами по стволу, прошлась по головке, размазывая выступившую смазку, поднесла свой палец ко рту и лизнула его. От такого зрелища я готов был излиться прямо сейчас. Непроизвольный стон-рык вырвался из моего горла.

Оставив пока член, спустилась к яичкам, погладила их. Я не отставал. Один палец медленно ввел в жаркую глубину девушки. Айара изогнулась подо мной, будто желая вжаться сильнее. Глаза горели огнем, в них было столько нежности и желания, что я сам едва не задохнулся.

Второй палец… медленные поцелуи, сводящие с ума обоих. Стоны, раздающиеся в комнате, были страстными и напрочь срывали крышу.

Третий палец… Терпеть стало невмоготу. Да и сама партнерша уже просто сходила с ума, требуя большего. Я и сам был бы не против. Но страшно волновался.

<tab>

<tab>— Ты еще не готова… Презерватив… — вспомнив о насущном, хрипло выдохнул я. Кория в моей голове смачно выматерилась.

Айара, недолго думая, быстро перевернула меня на спину, сама сползая вниз и сразу обхватывая мой член губами, увлажняя. На этот раз стон вырвался из меня, так как в голову сразу ударило так, что из глаз искры посыпались. А моя партнерша, не останавливаясь, продолжала двигать головой вверх-вниз, после чего отстранилась, села на меня верхом и сама ввела в себя мой член.

Опустившись до конца, она пару минут, закусив губу, привыкала к моему размеру. Я же боялся вдохнуть и выдохнуть, так как прекрасно заметил исказившееся лицо девушки. Мои руки непроизвольно начали гладить ее тело, ласкать, мять упругую грудь, которая манила и привлекала. В глазах Айары постепенно снова появлялось желание.

Она рвано выдохнула, а потом медленно, будто пробуя, приподнялась и снова опустилась. И так несколько раз. Короткие вскрики сопровождали ее телодвижения. Постепенно скорость увеличивалась, я, схватив ее за бедра, уже сам насаживал на себя. Страсть зашкаливала, все внутри, казалось, кипело, собираясь в тугой узел. Комната пропиталась нашими запахами, желание кружило голову.

И тут разрядка наступила резко и сразу. Сначала изогнулась всем телом Айара, застонав долго, протяжно и сжав меня внутри, а только после этого, сделав еще пару движений, излился в партнершу и я, притягивая девушку к себе, но пока не выходя из расслабленного тела…

...Еще несколько раз мы закрепляли нашу связь для пущей уверенности, не имея возможности оторваться друг от друга. И только когда стемнело, уставшие, но удовлетворенные, наконец, смогли встать с кровати, принять от Кории очищающую волну, одеться и выйти к народу, который тут же разразился криками радости, которых я сначала не понял. Но, заметив офигевшие лица друзей, подошел к Машуне и поинтересовался причиной офигения. Все, на что хватило подругу, это тыкнуть на мое лицо с левой стороны, и шею, показывая куда-то за спину.

Что она мне пыталась показать, осталось для меня загадкой, так как допытываться не стал — нас отвлекли. Полностью окрепший народ Айары требовал внимания.

И только много позже я понял, о чем говорила Машуня, точнее, на что показывала. Тату. Она начиналась от левого виска, проходила по скуле, опускаясь на шею, и уходила на спину. А там преобразовывалась в виде больших крыльев, только, в отличие от Айвары, у меня они были черные. Красиво и необычно. Еще бы научиться с ними управляться. Но я посчитал: у меня все впереди.

Вику я в тот вечер больше не видел. Ужинали мы прямо на улице. Столы расставили на небольшом пятачке около… ого! Я даже не ощутил запаха океана, волны которого мерно плескались, ударяясь о пристань. Перед ним и расставили столы, накрытые огромным количеством еды. Как ни присматривался, подругу так и не нашел. Несмотря на ее истерику, все-таки я за нее волновался. Как-никак нам многое пришлось пережить. В душе появилось неприятное предчувствие. После ужина, выловив Алю, поинтересовался:

— А где Вика? Надеюсь, с ней все в порядке? — с тревогой в голосе, я следил за мимикой девушки, которая, скривившись, недовольно выдала:

— Она психанула и отправилась во дворец, не став здесь задерживаться. Твое… кхм… состояние почувствовали все. Из-за тебя нам всем пришлось в срочном порядке закреплять связь, — и тут Аля расхохоталась. — Было приятно. А уж как радовался мой, уже, надеюсь, супруг, не передать словами, — девушка едва не облизывалась. Я тоже улыбнулся в ответ.

— А с кем она отправилась? И каким образом? — снова не удержался от вопроса я, не понимая причины своей тревоги.

— Не знаю, — широко распахнув глаза, смутилась собеседница. — Она только сказала, что ей помогут добраться, откроют портал. А кто… Да я и не спросила, — уже шепотом добавила Аля. — Не до того было. Вот же гадство! — всплеснула руками подруга. — Как же это я так? Даже не удосужилась поинтересоваться. А вдруг с ней что-то случилось? Она в таком состоянии была…

— Надо найти, кто ее отправлял во дворец, — скорее сам себе, чем подруге, сказал я, тут же обращаясь к Кории: — Как узнать, она добралась или нет? Не могу понять причины тревоги. Да и Судьбу что-то не видать нигде. Она-то куда запропастилась? Наверняка снова свои игры устраивает. Главное, чтобы не сделала хуже, зная ее развлечения.

— Устраивает, — согласилась со смешком Кория. — Думаю, на этот раз тебе игры Богини понравятся, — выдала та, заинтриговав по самое небалуй. — И можешь не волноваться, теперь они коснутся не тебя, есть еще те, кто остался неудел. Именно за них и возьмется взбалмошная Богиня. Ей есть где развернуться, поверь мне на слово.

— Она и на маленьком пятачке найдет, где развернуться, с нее станется, — буркнул я. — А нельзя ли поконкретнее? — попросил я, не имея возможности сдерживать любопытство. — Надеюсь, с Викой нормально все будет?

— Да что с ней станется? — недовольно проворчала моя помощница. — Подумаешь, спесь с нее немного вышибут, станет ручная и ласковая. А главное, к тебе больше приставать с глупой влюбленностью не будет.

— Ко-о-о-ория-я-я-я! — застонал я. Ее слова еще больше усилили тревогу за подругу. Вот куда она снова вляпалась? — Ты можешь нормально объяснить, где опять эта девчонка? Может быть, ей помощь нужна? А мы тут прохлаждаемся? Надо же…

— Сиди на заднице ровно, наслаждайся своей супругой! — перебивая меня, рявкнула корона, я даже подскочил. — Она большая девочка и прекрасно знает, чего желает от жизни. Ты не должен входить в список ее желаний. Точка. С ней все будет отлично. Скоро увидишь ее. И прекрати, наконец, со всеми носиться, как наседка. Они все взрослые люди, к тому же сильные маги. Поверь, каждый в состоянии о себе позаботиться. А своей опекой ты не даешь им самореализоваться. Или ты желаешь получить немочь, постоянно бегающую к тебе за советами?

Кория разошлась не на шутку. Умом я понимал ее правоту, но никак не мог отделаться от мысли: я отвественен за друзей. Тут же в голове выловилось только одно слово, произнесенное помощницей.

— А скоро — это когда? — уже предчувствуя подвох, поинтересовался я. В ответ получил смешок и короткий ответ:

— Через два года…

— Етить колотить! — изумился я, передав все слова рядом стоящей Але, которая, вдруг схватившись за голову, пошатнулась, я едва успел ее поддержать.

— Хм… первый готов, — загадочно выдала Кория и больше ни на один вопрос отвечать не стала.

Эпилог

Прошло десять лет…

— Дрон, ты не забыл, что сегодня к нам прибудет делегация с Ралта? — заходя в кабинет, где я уже битый час пытался разгадать… кроссворд, произнесла Айара, усмехаясь, когда увидела, чем я занимаюсь. — Н-да, и это дела, не требующие отлагательств, — усмехнулась супруга, наклоняясь ко мне и целуя в щеку. — А народ-то ждет, уверенный, что ты и правда занят делами мира.

— Слушай, они меня доконают, — пожаловался я, отодвигая кроссворды и притягивая к себе свою супругу. — Вот как можно бежать ко мне за разрешением наиглупейших вопросов. Ну откуда я знаю, кому чью дочь или сына сосватать, кому по тракту первенство в очереди уступать? Это разве принципиально? А дети? Такое чувство, что все народы нашего мира решили породниться с нами. Я иногда думаю, что у нас не трое детей, а как минимум сорок три. Иначе придется подумать о гареме, — усмехнулся я.

— Нет, гарем нам точно не нужен, лучше единственный или единственная, но навсегда, — целуя меня и начиная раздевать, прошептала уже в губы Айара.

Когда мы довольные и удовлетворенные друг другом сидели, прижимаясь, не в силах оторваться один от другой, за дверью послышались крики, шум, гам, топот. Усмехнулись мы одновременно.

— Надо защиту на замок поставить, — вздохнула Айара, тем не менее тепло улыбаясь. — Иначе монстриарий в количестве семнадцати детей нам точно все разнесет по камешкам. И ведь все решили собраться в одно и то же время. В кои-то веки.

— Так ведь десятилетняя годовщина у всех, — усмехнулся я, потом добавил: — А у нас принято отмечать их. Особенно девушки никогда не пропустят ни одной даты, у них это в крови.

— Меня мучает вопрос, чего нам на этот раз от них ожидать? — с сомнением протянула Айара. — В твой мир мы уже попадали по их милости, зарытые сокровища каких-то инков искали — вот только зачем они нам, до сих пор не пойму. В мир фей нас тоже отправляли, там нам едва лишнюю пару крыльев не приделали и исполнять желания не заставили. На Луне мы тоже побывали, кусок метеорита девочкам в подарок привезли, так как они сказали, без него не возвращаться. Даже в Междумирье нас успели отправить, монстра ручного им, видите ли, захотелось. И где они видели ручных монстров?

— Так ведь тех, что мы им приволокли, они укротили, — расхохотался я. — Наши девочки кого хочешь укротят.

— Это да, вон, даже из тебя какие веревки вьют. Иногда подумываю: не заревновать ли? — подтвердила Айара. — Хотя, надо признаться, Вика тогда заставила нас поволноваться, исчезнув так внезапно. И ведь сколько мы ее ни искали, так и не узнали ее местонахождение. А потом…

— Она преподнесла сюрприз… Через два года, — подхватил я. — Явившись, как ни в чем не бывало, да еще с двойняшками на руках и с мужем, которого она отыскала во враждебном мире. Хорошо, вовремя предупредила, что он ее супруг, а то бы осталась вдовой в расцвете лет.

— Самым удивительным было то, что ей удалось из этого монстра-убийцы сделать ласкового мужа, — засмеялась Айара. — Хотя у нас так и остался открытым вопрос, кто же ее вообще отправил на Заит? Ведь тот мир полностью закрыт. Даже тот, где ты переродился, оказался не таким труднодоступным, как Заит, но Вика и туда умудрилась попасть.

— Хм, есть у меня предположение, — пожал плечами я. — Ведь недаром некая особа, сотворив пакость, сразу исчезла, мы ведь ее так и не видели с того самого времени.

Словно в подтверждение моих слов в моей голове захахикала Кория. Потом тихо прошептала, хотя могла бы и не прятаться, Айара ее теперь прекрасно слышала, так же, как и я.

— Недаром за столько времени она даже на глаза не показалась, не явилась проведать и узнать, как у вас всех дела.

— Ты имеешь в виду Богиню? — задала вопрос Айара, хотя не нуждалась в моем ответе. Мы все и так прекрасно поняли, о ком идет речь. — Ты прав, мы все и так ей поломали всю игру, когда и твои друзья, и ты сам нашел свою пару без ее вмешательства, вы тогда всю малину ей испортили, — усмехнулась супруга. — Вот она и решила отыграться на Вике, отправив ее туда, откуда вы не смогли бы ее достать.

— Вот только я одного не пойму, как ей удалось скрыть нашу с ней связь? Ведь я даже не чувствовал подругу в тот момент. Не мог понять, что с ней, где она. А вдруг бы ей помощь какая понадобилась? — беспокойство до сих пор просыпалось, когда я вспоминал то время.

— Наверняка, если бы Вике было плохо, ты бы это почувствовал, ведь Судьба же не монстр, — попыталась успокоить меня супруга. Я только кивнул. Но тут же нахмурился.

— А когда похитили всех детей, я тогда едва не рехнулся, и ведь снова девочки помогли. Мне даже жалко стало тех бедолаг, которые выжидали время, чтобы попытаться освободить всех предателей, решив, что похищение детей поспособствует этому, — тень набежала на мое лицо.

— Каждая мать за собственного ребенка горло перегрызет, даже самая слабая и немощная, а твои подруги таковыми не являются. Мне в какой-то момент даже жаль стало нерадивых похитителей, — содрогнулась в моих руках Айара.

— Еще бы, я и сам оказался поражен, когда они без наркоза сначала кастрировати голыми руками тех типов, а потом еще и выпотрошили, как куропаток. Бррр… — я мотнул головой, отгоняя воспоминание.

— Сейчас уже все позади, — обняла меня супруга. — Зато сейчас больше никого не осталось из приспешников Жиата и Феликса, а сами они, полностью утратив магическую сущность, с обновленной памятью отправлены в закрытый мир. Пусть учатся выживать, — жена подмигнула мне, вставая. — Идем, — подав мне руку, предложила она. — Надо проверить, что за полчаса осталось от замка. Так рано мы друзей не ожидали. А еще и делегация… Чувствую, будет очень весело. И если послы не сбегут через час знакомства с нашей честной компанией, то, думаю, можно подписывать любые договора.

— Тогда идем, запасаемся терпением и… — договорить мне не дала распахнувшаяся дверь, в которую сначала влетели все семнадцать ураганчиков, тут же поставив кабинет на уши, после чего в дверях появились три хитрющие физиономии Али, Машуни и Вики. За ними стояли Кир, Тимофей и Кеша. У парней было такое страдальческое выражение лица, что мне уже стало страшно. Мы с Айарой переглянулись. Не успела Вика сказать хоть что-то, я тут же поднял обе руки вверх, предупреждая:

— На этот раз мы никуда не пойдем/полетим/поедем/телепортируемся… Все, нам последнего Междумирья вполне хватило на сто лет вперед.

— Дро-о-о-он… — в унисон завыли девушки, им вторили и дети в возрасте от двух до девяти лет. Мне пришлось заткнуть уши, пока мой мозг не отключился окончательно. — Мы такую экскурсию вам приготовили, ты даже не представляешь, — предвкушающе усмехнулась Вика.

— Вам обязательно понравится, — подхватила Аля. — А сколько сюрпризов вы оттуда привезете, — мечтательно закатила глаза подруга. — Вот мне, например, нужна вулканическая лава и сковородка, которая сама жарит.

— А я бы не отказалась от водички из реки вечности, — включилась Вика, — она мне в экспериментах пригодится.

— Что-то у меня смутные подозрения, что вы собираетесь отправить нас в… — нахмурив брови, тихо, так, чтобы слышала только супруга, начал я, но, как оказалось, меня услышали все, и три девушки с торжествующим видом подхватили, закончив мою фразу:

— Ага, в Ад. Вам там точно будет весело!

— Заодно и чертей развлечете, а мне, может, кисточку от хвоста одного из них привезете, — хитро поблескивая глазами, сделав невинное выражение, предложила-попросила Машуня.

— Но почему бы вам не отправиться всем вместе, хотя бы один раз, а то все мы да мы, — вперед вышла Айара, обнимая меня за талию. — Как раз и тряхнете стариной, вместе путешествуя и выискивая приключений на свои пятые точки. М?

Несколько минут все раздумывали над этим предложением, ведь шанс собраться всем вместе выпадал в последнее время очень редко. Каждый из друзей нашел себя в этом мире, да и не только в этом. Машуня и Тимофей отправились покорять другие миры, одна стала лекарем, второй боевым магом. Им нравилось то, чем они занимались. К тому же их половины были с ними. Поддерживали и помогали.

И вот сейчас как раз тот самый момент, когда на десятилетнюю годовщину все оказались свободны. Предложение Айары пришлось кстати. Никто даже раздумывать не стал. Все дружно согласились. Только немного удручало то, что отправиться мы решили всемером, да-да, прихватив своего первого потеряшку — Кешу. А вот половинкам надлежало присматривать за детьми. Мы, конечно, им посочувствовали, но дух приключений и былых воспоминаний манил и увлекал. Ему невозможно было противиться. К тому же мы собирались отправиться всего на пару недель.

— Решено! — захлопали в ладоши девушки, парни только улыбнулись.

Что же, я надеюсь, таких вот моментов у нас будет много, ведь теперь у нас впереди даже не года и не века. А вечность. Скучать с такими друзьями точно будет некогда. Да и дети подрастают. Скоро и они будут, как и их родители, захвачены духом азарта и приключений, вот тогда… нам всем останется только пожалеть другие, еще неизведанные миры, когда туда попадет наша разрастающаяся компания…

— А сейчас встречаем делегацию, — обернувшись к двери, произнесла Айара, услышав приближение гостей. Они еще не успели войти, как тут же были атакованы всеми семнадцатью детьми, которым хотелось исследовать новую расу, дергая тех за крылья, хвосты, а некоторые — постарше — сразу потянулись к рогам.

Лица послов надо было видеть. А ведь они еще не знают, на что готовы пойти маленькие монстры, чтобы получить то, что хочется.

Да и веселиться послам придется две недели. А если им не нравится такое времяпровождение — что ж, мы никого не держим. Дверь открыта. Выход они знают где. Ну, а мы можем только пожелать им удачи, так как наше совместное приключение ни на что не променяем.

Жизнь продолжается, и обещает стать интересной и совсем не скучной…

Конец.