Престол Памяти

Глава 1. Нестабильное существо

Мин Трис остановился перед лавкой, вытирая ладони о штаны. Третий день. Третий проклятый день он бродил по Лумину, и каждая дверь захлопывалась перед его носом, едва хозяин замечал шрамы на его руках. Он научился прятать их — держал руки в карманах, сжимал кулаки, натягивал рукава. Но всегда находился момент, когда приходилось протянуть руку для рукопожатия или взять что-то, и тогда взгляд собеседника менялся. Сначала любопытство, потом настороженность, потом вежливый отказ.

У него оставалось двадцать три медяка. Хватит на три дня, если экономить. Потом — ничего.

Вывеска над входом гласила: «Элвин Морт. Саби-артефакты. Ремонт и продажа». Деревянная дверь была приоткрыта, изнутри доносился звон металла и негромкое бормотание. Мин сглотнул, расправил плечи и вошёл.

Лавка встретила его запахом машинного масла, нагретого металла и чего-то ещё — сладковатого, похожего на озон после грозы. Это была саби. Мин не чувствовал её так, как стигматы — у него не было ядра, — но запах оставался. На полках вдоль стен теснились устройства: компактные генераторы с мерцающими кристаллами внутри, механические руки с тонкими сочленениями, светильники, от которых исходило ровное бледное сияние. На дальнем верстаке лежал разобранный усилитель, его внутренности были выставлены наружу, а рядом стоял пожилой мужчина в кожаном фартуке, склонившийся над деталями.

Он поднял голову, услышав шаги. Глаза у него были серые, усталые, но внимательные. Волосы седые, коротко стриженные. Руки в масляных пятнах.

— Чем могу помочь? — голос негромкий, без лишних интонаций.

Мин шагнул вперёд, держа руки вдоль тела.

— Я ищу работу. Видел объявление у вас на двери.

Элвин выпрямился, вытирая руки о тряпку. Его взгляд скользнул по Мину — от потёртых ботинок до выцветшей рубашки, от впалых щёк до напряжённых плеч.

— Опыт есть?

— Грузчиком работал. На складах. Могу чинить простые вещи — петли, замки, рычаги. — Мин говорил быстро, стараясь не дать собеседнику перебить. — Не пью. Не ворую. Готов работать сверхурочно.

Элвин кивнул, отложил тряпку.

— Покажи руки.

Мин замер. Вот оно. Всегда так. Он медленно вытащил руки из карманов и протянул вперёд, ладонями вверх. Шрамы шли от запястий до локтей — белые, неровные, некоторые старые, некоторые ещё розовые. Один пересекал тыльную сторону ладони, другой огибал большой палец.

Элвин взял его правую руку, повернул, осмотрел. Его лицо оставалось спокойным.

— Это от работы?

— Нет. — Мин сжал зубы. — Из детства.

— Заживают?

— Медленно.

Элвин отпустил его руку, вернулся к верстаку, взял небольшой ящик с инструментами.

— Видишь этот генератор? — он кивнул на устройство размером с кулак, стоящее на краю стола. — Принеси его сюда. Аккуратно.

Мин подошёл, взял генератор обеими руками. Металл был тёплым, внутри что-то тихо гудело. Он перенёс его на верстак, поставил рядом с усилителем.

— Хорошо. — Элвин снова посмотрел на него. — Ты можешь начать завтра. Восемь утра. Пятьдесят медяков в неделю, плюс обед. Работа на складе — сортировка, упаковка, доставка. Иногда буду просить помочь в мастерской. Согласен?

Мин моргнул. Он ожидал отказа. Всегда был отказ.

— Да. Согласен.

— Тогда приходи завтра. — Элвин вернулся к своему усилителю, как будто разговор закончен.

Мин стоял ещё мгновение, не зная, что сказать. Потом развернулся и направился к выходу. У самой двери он обернулся.

— Спасибо.

Элвин не поднял головы, но кивнул.

Мин вышел на улицу. Солнце Аруна стояло высоко, заливая Лумин золотистым светом, но уже у горизонта проступало бледное сияние Тары — через пару часов начнётся смена. Над городом, в разрыве между облаками, виднелась чёрная дыра Кумара — тёмное пятно, окружённое мерцающим ореолом искажённого света. Мин смотрел на неё несколько секунд, потом отвёл взгляд.

Пятьдесят медяков в неделю. Этого хватит. Он сделал первый шаг.

***

На следующее утро Мин пришёл за десять минут до восьми. Дверь лавки была открыта, внутри горел свет. Элвин стоял у стеллажа, раскладывая инструменты по ящикам.

— Вовремя. Хорошо. — Он жестом указал на дальний угол лавки, где стояла узкая дверь. — Склад там. Зайди, осмотрись. Потом вернёшься, я покажу, что нужно делать.

Мин кивнул и направился к двери. Склад оказался больше, чем он ожидал — длинное помещение с высокими потолками, уставленное стеллажами. На полках громоздились ящики, свёртки, детали, завёрнутые в промасленную ткань. Пахло пылью и старым металлом. В дальнем конце стояла лестница, ведущая на второй ярус.

Он обошёл помещение, запоминая расположение. Некоторые ящики были подписаны — «Кристаллы, класс Б», «Корпуса генераторов», «Провода, медь». Другие стояли без маркировки. Мин вернулся в основное помещение лавки.

Элвин ждал его у верстака, рядом лежал список, исписанный мелким почерком.

— Сегодня разберёшь поставку, которая пришла вчера. Ящики у задней двери. Всё нужно рассортировать по типу, проверить на повреждения, занести в журнал. — Он протянул Мину толстую тетрадь в кожаном переплёте. — Записывай сюда. Название, количество, состояние. Понятно?

— Понятно.

— Если что-то непонятно — спрашивай. Не пытайся угадать. — Элвин вернулся к своему верстаку, взял паяльник. — Начинай.

Мин взял тетрадь и направился к задней двери. Работа началась.

Улицы Лумина были заполнены обычным дневным шумом: торговцы выкрикивали цены на свой товар, дети бегали между прохожими, а где-то вдалеке стучал молот кузнеца. Маркус Виктема шёл размеренным шагом, его форма генерала с отличительными знаками ранга привлекала уважительные взгляды горожан. Некоторые кланялись, другие отступали в сторону, освобождая путь.

Он направлялся в лавку Элвина Морта — старого знакомого, который специализировался на редких артефактах. Маркусу требовался усилитель для саби ядра, что-то компактное и надёжное. Обычно он отправлял за такими вещами подчинённых, но сегодня решил прогуляться сам. Город менялся, и ему нравилось держать руку на пульсе.

Проходя мимо узкого переулка, Маркус заметил повозку, стоящую у стены здания. Ничего необычного — таких повозок в Лумине сотни. Но что-то заставило его замедлить шаг. Двое мужчин возле повозки двигались слишком резко, их взгляды метались по сторонам, а руки то и дело тянулись к брезентовому покрытию, скрывающему груз.

Маркус остановился, прислонившись к стене соседнего здания. Он прикрыл глаза на мгновение, активируя своё саби ядро. Мир вокруг него изменился — линии энергии проступили сквозь материальную оболочку, показывая потоки саби в телах людей, в стенах зданий, в самом воздухе. Его способность была уникальной: там, где другие стигматы видели лишь общий поток энергии, Маркус различал слабые точки, несоответствия, разрывы в структуре.

Двое мужчин светились тревожными всплесками — их саби жизни пульсировала неровно, выдавая страх и напряжение. Но это было не самое интересное. Повозка. Внутри неё клубилась энергия, хаотичная и нестабильная, словно живой организм в агонии. Маркус видел такое лишь однажды, когда наткнулся на нечто подобное в архивах древних.

Он открыл глаза и выпрямился, делая шаг вперёд.

— Остановитесь, — его голос был негромким, но в нём звучала непреклонная власть.

Оба мужчины дёрнулись, словно их ударило током. Один из них — худощавый, с нервным тиком у глаза — попытался изобразить улыбку.

— Генерал Виктема, какая честь! Мы просто… доставляем груз. Ничего особенного.

Маркус подошёл ближе, его взгляд скользнул по повозке, затем вернулся к мужчинам.

— Документы на груз.

Второй мужчина, коренастый, с короткой бородой, полез во внутренний карман. Его пальцы дрожали. Маркус снова активировал ядро, на этот раз сфокусировавшись на их движениях. Он видел, как напрягаются мышцы, как меняется дыхание, как саби жизни концентрируется в конечностях — признак готовности к бегству или нападению.

— Документы… сейчас… — бородатый замялся, его рука застыла в кармане.

— Вынимайте руку медленно, — Маркус сделал ещё шаг. — И без резких движений.

Худощавый дёрнулся в сторону повозки. Маркус уже видел это движение за секунду до того, как оно началось — слабая точка в его стойке, смещение веса на правую ногу, напряжение в плече. Генерал метнулся вперёд, его рука схватила мужчину за запястье, разворачивая его и прижимая к стене.

— Что в повозке? — голос Маркуса стал жёстче.

— Ничего! Просто товар! — худощавый попытался вырваться, но хватка генерала была железной.

Бородатый рванул к повозке. Маркус развернулся, но было уже поздно — мужчина сорвал один из засовов, державших брезент. Раздался глухой рёв, от которого задрожал воздух. Худощавый воспользовался моментом, вырвался и побежал прочь. Бородатый последовал за ним, они скрылись в переулке прежде, чем Маркус успел среагировать.

Брезент на повозке затрепетал, затем разорвался изнутри.

Существо, вывалившееся наружу, не поддавалось описанию. Оно было бесформенным и постоянно изменяющимся, как жидкость, которая не могла принять постоянную форму. Его поверхность переливалась тёмными оттенками серого и фиолетового, а от туловища во все стороны тянулись пульсирующие отростки, оставляя в воздухе след из мерцающей энергии.

Существо издало ещё один рёв — звук был влажным, хриплым, полным ярости и боли одновременно.

Прохожие замерли на мгновение, затем началась паника. Люди бросились прочь, сшибая друг друга, опрокидывая лотки торговцев. Крики смешались с топотом ног. Маркус остался стоять на месте, его рука легла на рукоять меча, висевшего на поясе.

Существо повернуло к нему то, что могло быть головой. Глаз не было — лишь пульсирующие впадины, из которых сочилась тёмная энергия. Один из отростков метнулся вперёд, целясь в грудь генерала.

Маркус отшагнул в сторону, уклоняясь. Отросток пролетел мимо, оставив на камнях мостовой шипящий след. Существо двинулось вперёд, его движения были хаотичными, но быстрыми. Ещё два отростка выстрелили одновременно — один снизу, другой сбоку.

Генерал перекатился, его плащ взметнулся. Он поднялся на ноги в трёх метрах от существа, вытаскивая меч из ножен. Клинок был простым, без украшений, но лезвие мерцало — в металл были вплавлены кристаллы саби.

Существо рванулось вперёд, его отростки хлестали воздух, оставляя за собой мерцающие следы искажённой саби. Маркус отступил, держа меч перед собой, и снова активировал своё ядро. На этот раз — на полную мощность.

Мир вокруг него замедлился. Энергетическая структура существа проступила сквозь его изменчивую плоть, и Маркус увидел то, что было скрыто от обычного взгляда. Ядро — маленькое, пульсирующее, нестабильное — находилось не в центре тела, как у нормальных существ, а смещено вправо, ближе к тому, что могло быть плечом. Вокруг ядра клубилась саби, но она не текла ровными потоками, а бурлила, создавая разрывы и завихрения.

Слабые точки. Маркус видел их как яркие пятна в тёмной структуре. Первая — у основания левого переднего отростка, там, где энергия почти не циркулировала. Вторая — в нижней части туловища, где плоть была тоньше. Третья — самая важная — прямо над ядром, тонкая линия разрыва в энергетической оболочке.

Существо атаковало снова. Три отростка одновременно — сверху, снизу, сбоку. Маркус ждал. Он видел траектории за мгновение до того, как они начались, видел, как саби концентрируется в отростках перед ударом. В последний момент он нырнул вперёд, под удар сверху, его меч прочертил дугу, целясь в первую слабую точку.

Лезвие вошло в основание отростка, и существо взвыло. Отросток отвалился, растворяясь в воздухе прежде, чем коснулся земли. Тёмная энергия брызнула из раны, но существо не остановилось. Оно развернулось, его тело изогнулось под невозможным углом, и новый отросток вырос на месте старого — тоньше, слабее, но всё ещё опасный.

Маркус перекатился в сторону, уклоняясь от следующей атаки. Его спина ударилась о стену здания. Существо надвигалось, заполняя всё пространство перед ним. Отростки сплелись в подобие сети, отрезая пути к отступлению.

Генерал сделал выпад вперёд, его меч нацелился на вторую слабую точку — нижнюю часть туловища. Клинок прошёл сквозь плоть, встретив меньше сопротивления, чем ожидалось. Существо дёрнулось, его тело начало терять форму, растекаясь по мостовой.

Но оно не умирало. Вместо этого его ядро пульсировало ярче, саби внутри него закипала, и тело начало восстанавливаться, собираясь обратно в единую массу быстрее, чем в первый раз. Маркус отступил, наблюдая. Обычное оружие не могло убить такое существо — его нестабильная природа позволяла восстанавливаться, пока ядро оставалось целым.

Значит, нужно было ударить в ядро. Но как добраться до него, если существо регенерировало с каждым ударом всё быстрее?

Существо полностью восстановилось и бросилось на генерала с удвоенной яростью. Отростки хлестали со всех сторон, один из них задел плечо Маркуса, разорвав ткань мундира и оставив жгучий след на коже. Генерал стиснул зубы, игнорируя боль. Ещё один отросток ударил по рёбрам, отбросив его к стене. Воздух вырвался из лёгких.

Маркус попытался подняться, но существо уже было над ним. Его масса нависла, отростки готовились нанести финальный удар. Генерал поднял меч, готовясь встретить атаку, но понимал — сил оставалось мало, а существо становилось только сильнее.

В этот момент улицу прорезал резкий свист. Затем ещё один. Крики: «Стража! Расступитесь!»

Топот множества ног по мостовой. Лязг доспехов.

Глава 2. Зеет'аар

Мин стоял у стеллажа, держа в руках медный провод, когда услышал первый крик.

Он замер, прислушиваясь. Звук был далёким, приглушённым стенами склада, но в нём слышалась паника. Мин опустил провод обратно в ящик и выпрямился, глядя на дверь, ведущую в основное помещение лавки.

Ещё один крик. Ближе. Потом — топот ног.

Мин вышел из склада. Элвин стоял у окна, выглядывая на улицу сквозь щель между ставнями. Его лицо было напряжённым. У противоположной стены, возле полки с генераторами, застыл покупатель — мужчина средних лет в потёртом плаще, который пришёл минут десять назад за запчастями. Он тоже смотрел на окно.

— Что там? — Мин подошёл ближе.

Элвин не ответил сразу. Он приоткрыл ставню чуть шире, его глаза сузились.

— Люди бегут, — сказал он тихо. — Много людей.

Мин шагнул к окну, но Элвин поднял руку, останавливая его.

— Стой здесь.

Покупатель бросил взгляд на дверь лавки, потом на Элвина.

— Может, мне лучше уйти?

— Сиди, — Элвин не повернулся. — Сейчас на улице опаснее, чем здесь.

Крики усилились. Мин различил отдельные слова — "беги", "чудовище", "прочь отсюда". Мимо окна промелькнула фигура — женщина с ребёнком на руках, её лицо было белым от ужаса. За ней — мужчина, споткнувшийся о край мостовой и упавший. Он вскочил и побежал дальше, не оглядываясь.

Потом раздался звук, от которого у Мина свело живот. Рёв — глубокий, влажный, нечеловеческий. Он прокатился по улице, отразился от стен зданий, заставил дрожать стёкла в окнах.

Покупатель отступил от окна, прижимаясь спиной к стеллажу.

— Что это было?

Элвин молчал. Его руки сжали край ставни так сильно, что костяшки побелели. Мин видел, как дрогнули его плечи — едва заметно, но всё же.

Ещё один рёв. Ближе. Что-то тяжёлое ударило по мостовой — глухой звук, от которого задрожал пол под ногами. Потом — лязг металла, крик, оборвавшийся на полуслове.

Элвин резко отпустил ставню и развернулся. Его лицо было спокойным, но глаза выдавали напряжение.

— Мин, закрой заднюю дверь. Засов и цепь. Быстро.

Мин кивнул и побежал к складу. Задняя дверь вела в узкий переулок, где обычно разгружали товар. Он добрался до неё за несколько секунд, задвинул тяжёлый металлический засов, потом накинул цепь и защёлкнул замок. Руки дрожали — он сжал кулаки, заставляя их успокоиться.

Когда он вернулся в основное помещение, Элвин уже запирал входную дверь. Он повернул ключ дважды, проверил ручку, потом задвинул дополнительный засов снизу — толстый металлический брус, который Мин раньше не замечал.

— Шторы, — Элвин кивнул на окна.

Покупатель метнулся к ближайшему окну, начал опускать плотную ткань. Мин подошёл ко второму. Штора была тяжёлой, пропитанной чем-то маслянистым — защита от огня, догадался Мин. Он потянул за шнур, и ткань медленно поползла вниз, отрезая вид на улицу.

Элвин опустил последнюю штору. Лавка погрузилась в полумрак, освещённая лишь тусклым светом нескольких саби-ламп на стенах. Рёв снаружи стал приглушённым, но не исчез — он продолжал звучать, то усиливаясь, то затихая.

Мин посмотрел на Элвина. Старик стоял посреди лавки, его руки лежали на поясе, взгляд был направлен на дверь. Мин видел, как напряглись его плечи, как сжались пальцы.

Элвин прошёл к верстаку, взял небольшой генератор, который лежал там с утра, и аккуратно убрал его в ящик под столом. Потом взял ещё один артефакт — усилитель с мерцающими кристаллами — и спрятал его туда же.

— Почему мы закрылись именно так? — спросил Мин. — Засовы, шторы...

Элвин закрыл ящик, повернулся к нему.

— Когда на улице начинается паника, — сказал он, не глядя на Мина, — люди перестают думать. Они бегут, толкаются, ломают всё на своём пути. А некоторые видят открытую дверь и думают: "Почему бы не зайти? Хозяин всё равно сбежал, никто не заметит".

Он прошёл к полке с инструментами, начал убирать самые ценные — паяльники с саби-кристаллами, калибраторы, точные измерители.

— Это называется мародёрство. И оно начинается быстрее, чем ты думаешь. Я видел это трижды за свою жизнь. Один раз потерял половину товара, потому что не успел закрыться. Второй раз — закрылся, но не опустил шторы, и кто-то разбил окно. Третий раз я сделал всё правильно. — Он кивнул на запертую дверь. — Вот почему мы здесь, а не снаружи.

Покупатель, стоявший у стены, нервно сглотнул.

— А что, если это существо попытается войти сюда?

Элвин посмотрел на него долгим взглядом.

— Тогда нам конец. У меня ядро есть, но слабое — годится только для работы с артефактами, чувствовать саби в кристаллах, настраивать генераторы. Против такой твари оно бесполезно. — Он убрал последний инструмент в ящик. — Но пока оно занято снаружи, у нас есть шанс. А если откроем дверь — шанса не будет вообще. Либо существо нас убьёт, либо толпа растопчет, либо мародёры ворвутся следом и вынесут всё, что не прибито.

Мин прислонился к стеллажу. Его сердце колотилось, руки всё ещё дрожали, но слова Элвина имели смысл. Холодный, жестокий смысл. Он не думал о тех, кто остался снаружи — у него не было сил думать о ком-то ещё. Он думал только о том, как выжить самому.

Снаружи раздался ещё один рёв, за ним — лязг металла и чей-то крик. Потом — тишина. Долгая, давящая тишина, которая была хуже любого звука.

Элвин вернулся к верстаку, сел на табурет и сложил руки на коленях. Его лицо оставалось спокойным, но Мин заметил, как напряглись его плечи, как сжались пальцы.

— Сколько это будет продолжаться? — спросил Мин тихо.

— Не знаю, — ответил Элвин. — Но мы подождём. И не откроем дверь, пока не убедимся, что снаружи безопасно.

Мин кивнул. Он опустился на пол, прислонившись спиной к стеллажу, и обхватил колени руками. Покупатель сделал то же самое, устроившись в противоположном углу.

Они ждали.

Существо навалилось на Маркуса всей массой, отростки сжимались вокруг его горла. Генерал пытался вдохнуть, но воздуха не было — только жгучая боль и темнота, наползающая с краёв зрения. Его пальцы разжались, меч выпал из руки, звякнув о камни мостовой.

Топот множества ног по мостовой. Лязг доспехов.

— Отойдите! Городская стража!

Голос прорезал гул в ушах Маркуса. Существо дёрнулось, его хватка ослабла на мгновение. Генерал втянул воздух — судорожно, болезненно — и попытался оттолкнуть массу от себя. Его руки утонули в студенистой плоти, не находя опоры.

Затем раздался свист. Арбалетный болт пронзил одну из конечностей существа, и оно взвыло, отпрянув. Маркус рухнул на мостовую, кашляя, хватая ртом воздух. Кровь стучала в висках.

Над ним возвышалась фигура в доспехах городской стражи — капитан Даррен Кейл, его лицо было жёстким, челюсть сжата. За его спиной выстроились двенадцать стражников, вооружённых копьями с саби-кристаллами на наконечниках и арбалетами.

— Генерал, отойдите! — Даррен шагнул вперёд, прикрывая Маркуса своим щитом. — Формация "Кольцо"! Давите его к центру!

Стражники рассыпались, окружая существо. Оно металось между ними, его отростки хлестали во все стороны, но каждый удар встречал щит или копьё. Один из стражников упал, его рука была разорвана до кости. Другой закричал, когда отросток обвился вокруг его ноги и потащил к центру.

— Держать строй! — рявкнул Даррен, его голос перекрыл крики. — Не давайте ему разорвать круг!

Маркус поднялся на ноги, подобрал свой меч. Его горло горело, каждый вдох отдавался болью в рёбрах. Он сделал шаг к существу, но Даррен преградил ему путь.

— Генерал, вы ранены. Отойдите.

— Я могу...

— Отойдите. — Голос капитана не терпел возражений. — Мы справимся.

Маркус стиснул зубы, но отступил. Даррен был прав — в его состоянии он был скорее обузой, чем помощью. Он прислонился к стене здания, наблюдая за боем.

Существо не сдавалось. Оно билось с яростью загнанного зверя, его тело то сжималось в плотный шар, то растекалось, пытаясь прорваться сквозь кольцо стражников. Каждый раз, когда копьё пронзало его плоть, оно восстанавливалось — медленнее, чем раньше, но всё ещё слишком быстро.

Прошёл час. Потом ещё один.

Улица опустела. Торговцы давно сбежали, их лотки были опрокинуты и растоптаны. Кровь — человеческая и нечеловеческая — смешалась на мостовой. Трое стражников лежали в стороне, их уносили на носилках. Остальные держали строй, но их движения стали медленнее, удары — слабее. Даррен всё ещё стоял в первой линии, его щит был покрыт трещинами, а доспехи — следами от ожогов, оставленных саби существа.

Существо тоже слабело. Его отростки больше не выстреливали с прежней скоростью, тело перестало восстанавливаться мгновенно. Раны оставались открытыми дольше, из них сочилась тёмная энергия, рассеиваясь в воздухе.

— Ещё немного, — прохрипел Даррен, вытирая кровь с лица. — Оно выдыхается.

Прошло ещё полчаса. Солнце Аруна сместилось к горизонту, его свет стал более косым, окрашивая улицу в золотисто-красные тона. Тара уже поднималась с другой стороны, её бледное сияние смешивалось с теплом Аруна.

Существо рухнуло. Его тело перестало держать форму, растекаясь по мостовой, как пролитая вода. Отростки дёргались, но уже не могли подняться. Из центра массы доносилось слабое пульсирование — ядро всё ещё билось, но его энергия иссякала.

— Сейчас, — Даррен поднял руку, останавливая стражников. — Готовьте контейнер.

Двое стражников подбежали, неся между собой металлический куб размером с небольшой сундук. Его стенки были покрыты гравировками — руны подавления саби, вплетённые в металл. Внутри куба мерцало слабое поле, искажающее воздух.

Даррен подошёл к существу, его копьё было направлено в центр массы. Он ждал. Существо дёрнулось ещё раз, затихло. Его тело начало сжиматься, стягиваясь к ядру. Плоть растворялась, оставляя только центральную точку — маленький, пульсирующий сгусток тёмной энергии размером с кулак.

Капитан опустил копьё, наконечник коснулся ядра. Оно не сопротивлялось. Даррен осторожно подцепил его на лезвие, поднял и перенёс к кубу. Стражники открыли крышку. Ядро соскользнуло с копья внутрь, и крышка захлопнулась с глухим лязгом.

Руны на стенках куба вспыхнули ярче. Пульсация ядра стала слабее, затем почти затихла. Поле подавления работало.

Маркус оттолкнулся от стены и подошёл ближе. Его ноги едва держали, но он заставил себя идти. Даррен обернулся, его лицо было измождённым, под глазами залегли тёмные круги.

— Генерал. Вы должны были отойти.

— Я хочу попробовать кое-что, — Маркус кивнул на куб. — Откройте его. Ненадолго.

Даррен нахмурился.

— Это опасно. Если оно восстановится...

— Оно слишком слабо. Я видел — его саби почти иссякла. — Маркус поднял меч. — Мне нужно проверить.

Капитан колебался, затем кивнул одному из стражников. Тот подошёл к кубу, повернул рычаг на боковой стенке. Крышка приоткрылась — совсем немного, ровно настолько, чтобы можно было просунуть клинок.

Маркус шагнул вперёд. Он активировал своё ядро в последний раз — боль пронзила виски, его зрение затуманилось на мгновение, но он удержал концентрацию. Ядро существа проступило перед ним — маленькое, тусклое, окружённое слабыми потоками саби. Оно почти не двигалось.

Генерал опустил меч в щель, нацелившись точно в центр ядра. Клинок вошёл внутрь.

Ядро вспыхнуло. Не ярко — скорее как последняя вспышка умирающей свечи. Маркус надавил сильнее, пытаясь пронзить его насквозь. Лезвие встретило сопротивление — не физическое, а энергетическое, как будто он пытался разрезать камень.

Он давил. Мышцы рук напряглись, пот выступил на лбу. Ядро не поддавалось. Оно пульсировало под лезвием, но не раскалывалось, не разрушалось. Маркус видел, как саби внутри него сжимается, уплотняется, становясь твёрже с каждым мгновением.

Ещё одно усилие. Клинок дрогнул, соскользнул. Ядро осталось целым.

Маркус выдернул меч и отступил. Стражник захлопнул крышку куба. Руны снова вспыхнули, поле подавления вернулось на место.

Генерал опустил оружие, его дыхание было тяжёлым.

— Его нельзя уничтожить, — сказал он тихо. — Обычным оружием. Я пытался.

Даррен посмотрел на куб, затем на Маркуса.

— Значит, нам остаётся только держать его взаперти.

— Да. — Маркус вложил меч в ножны. — И найти тех, кто его привёз.

Патрульный пост городской стражи располагался в двухэтажном каменном здании в центральном районе Лумина. Маркуса привели туда на носилках — он пытался идти сам, но после третьего шага ноги снова подкосились, и Даррен приказал принести носилки.

Внутри пахло медикаментами, старым деревом и чем-то ещё — металлом, потом, кровью. Стандартный запах любого места, где лечат раненых. Маркуса отнесли в небольшую комнату на втором этаже, положили на жёсткую кушетку у окна. Даррен остался рядом, прислонившись к стене, его руки были сложены на груди.

Врач появился через минуту — женщина лет сорока, с короткими тёмными волосами и усталым лицом. Она молча подошла к Маркусу, осмотрела его плечо, потом запястье, потом шею. Её пальцы были холодными, но движения — уверенными.

— Снимите мундир, — сказала она. — Осторожно.

Маркус попытался расстегнуть пуговицы, но пальцы не слушались. Врач наклонилась, помогла ему, стягивая ткань с плеч. Мундир был разорван в нескольких местах, пропитан кровью и чем-то тёмным — остатками саби существа.

Плечо выглядело хуже, чем Маркус думал. Рана была неглубокой, но края кожи почернели, а вокруг неё расползалась сеть тонких чёрных линий, похожих на вены. Врач нахмурилась.

— Это от существа?

— Да, — Маркус кивнул. — Его саби... ядовита.

Врач взяла со стола рядом небольшой флакон с прозрачной жидкостью, смочила в ней ткань и приложила к ране. Маркус стиснул зубы — жидкость обжигала, словно кислота, но он не издал ни звука.

— Это нейтрализатор, — объяснила врач, продолжая обрабатывать рану. — Он разрушает остатки чужеродной саби в тканях. Будет больно, но иначе заражение пойдёт дальше.

Она работала быстро и методично — обработала плечо, потом запястье, где кожа тоже почернела от хватки отростка, потом шею. Маркус чувствовал, как жжение постепенно утихает, сменяясь тупой, ноющей болью.

Даррен наблюдал молча, его взгляд был прикован к ране на плече Маркуса. Когда врач закончила обработку и начала накладывать повязку, он наконец заговорил.

— Что это было, генерал?

Маркус посмотрел на него. Даррен был опытным офицером, он видел многое за свою службу, но в его глазах сейчас читалось нечто, чего Маркус не ожидал увидеть — страх. Не панику, не ужас, а холодный, рациональный страх человека, который понял, что столкнулся с чем-то, чего не понимает.

— Нестабильное существо, — сказал Маркус. — Я встречал упоминания о них в древних книгах. В архивах, которые хранятся в библиотеке Чута Деш.

Даррен выпрямился, его руки разжались.

— Древних? Насколько древних?

— Несколько столетий. — Маркус поморщился, когда врач туже затянула повязку на плече. — Записи о планете Зеет'аар. Ты слышал о ней?

Даррен покачал головой.

— Нет.

— Зеет'аар — планета в соседней системе. Когда-то там жила раса, похожая на нас. Зеет'аари. Они были сильными культиваторами, их цивилизация процветала. Но триста лет назад там произошла катастрофа.

Врач закончила с плечом, перешла к запястью. Маркус продолжал говорить, его голос был тихим, но чётким.

— Никто не знает точно, что случилось. Записи обрывочны. Но результат известен — вся планета была охвачена искажением саби. Энергия, которая раньше давала жизнь, стала разрушать её. Зеет'аари начали мутировать, превращаясь в... то, что мы видели сегодня.

Даррен подошёл ближе, его лицо было напряжённым.

— Ты говоришь, что это существо — бывший человек?

— Не совсем, — Маркус покачал головой. — Зеет'аари были похожи на нас, но не идентичны. И то, во что они превратились... это уже не люди. Это нестабильные существа, порождения искажённой саби. Они не думают, не чувствуют. Они только разрушают.

Врач закончила с запястьем, отступила, осматривая свою работу. Потом взяла ещё один флакон — на этот раз с тёмной жидкостью — и протянула его Маркусу.

— Выпейте. Это поможет организму восстановиться быстрее.

Маркус взял флакон, выпил содержимое залпом. Вкус был горьким, металлическим, но он проглотил, не поморщившись.

Даррен всё ещё стоял рядом, его взгляд был устремлён в окно, за которым виднелась улица Лумина.

— Если эти существа с Зеет'аар, — сказал он медленно, — то как оно оказалось здесь? На Сикхаре?

Маркус отложил флакон, потёр лицо рукой. Усталость накатывала волнами, но он заставил себя сосредоточиться.

— Это хороший вопрос. Зеет'аар находится далеко. Путешествие туда занимает месяцы, даже на быстром корабле. И никто не летает туда уже больше века — планета считается мёртвой, опасной. Но кто-то привёз это существо сюда. Намеренно.

— Те двое, — Даррен повернулся к нему. — Мужчины с повозкой. Они знали, что везут?

— Да, — Маркус кивнул. — Они знали. Иначе не сбежали бы так быстро. Кто-то заплатил им за доставку. Или приказал. Нужно найти их.

Даррен выпрямился, его лицо стало жёстким.

— Я отправлю патрули. Мы прочешем город.

— Не только город, — Маркус поднялся с кушетки, игнорируя протест врача. — Если они привезли одно существо, могут быть и другие. Нужно проверить все входы в Лумин — ворота, порт, складские районы. И нужно предупредить Элиту.

Даррен кивнул.

— Я пошлю гонца в столицу. Но это займёт время.

— Времени у нас может не быть, — Маркус прошёл к окну, посмотрел на улицу. Там уже собралась толпа — люди стояли группами, показывали на место, где лежало существо, шептались. Кто-то плакал. Кто-то просто смотрел с пустыми глазами.

— Эти существа практически бессмертны, — продолжал Маркус. — Их ядро можно изолировать, но уничтожить... я не знаю, как. В книгах об этом не было ни слова. Зеет'аари пытались бороться с ними, но проиграли. Вся планета теперь — кромешный ад, населённый этими тварями.

Даррен подошёл к нему, встал рядом.

— Тогда что нам делать?

Маркус повернулся к нему. Его глаза были усталыми, но в них горела решимость.

— Найти того, кто привёз это существо. Узнать, сколько их ещё. И остановить их, пока они не превратили Сикхару в новый Зеет'аар.

Даррен молчал несколько секунд, потом кивнул.

— Я соберу людей. Начнём поиски сегодня же.

Маркус положил руку ему на плечо.

— Спасибо, Даррен. Ты спас мне жизнь сегодня.

Капитан усмехнулся — коротко, без веселья.

— Вы бы сделали то же самое, генерал. Это наша работа.

Он развернулся и вышел из комнаты, его шаги эхом отдались в коридоре. Маркус остался стоять у окна, глядя на улицу. Врач молча собирала инструменты, не вмешиваясь.

Маркус думал о Зеет'аар. О планете, которая когда-то была живой, процветающей, полной жизни. О том, как быстро всё рухнуло, когда саби вышла из-под контроля.

Он думал о Сикхаре. О Лумине. О людях на улице внизу.

И он знал — это только начало.