Прелестная леди на вашем пороге

Пролог

Пролог

– Ализа, пожалуйста, только не эти книги. Твой отец меня четвертует, когда увидит, что ты с ними сделала, – отчаянно пытался герцог уговорить юную леди четырех лет не рисовать цветочки на древнем эльфийском талмуде.

Но юная леди плевать хотела на его уговоры. Ее художественной критике уже подверглись писания о драконах, книга с ведьмовскими ритуалами и деревянная обивка стен. С последней яркие краски хотя бы стирались мокрой тряпкой, чем сейчас служанка и занималась, а со всего остального – нет.

И ведь не выгонишь же! Сколько бы герцог ни отправлял племянниц в их комнаты или на прогулку в сад, они неизменно приходили туда, где он от них в этот момент прятался, пытаясь хоть сколько-нибудь поработать.

– Новые письма, Ваша Светлость, – произнес управляющий поместьем и торжественно внес в кабинет поднос с желтоватыми конвертами.

Пробежавшись по ним быстрым взглядом, Алекстандер с разочарованием забрал те, где отправителем числился капитан поискового отряда. Открывал подряд, но ни в одном письме для их семьи не нашлось хороших новостей.

Отправляясь на очередную миссию больше недели назад, его младший брат с супругой будто бесследно растворились, не оставив после себя ни одной зацепки, ни малейшего намека на их местонахождение.

Нет, как они вылетели на драконах из военной крепости, свидетелей нашлось хоть отбавляй. И как над белокаменным городом на крылатых проносились тоже. И даже над лесом – их рано утром видели лесорубы.

С магических радаров они пропали, едва показались над последним пристанищем драконов – сизой горой Эббе. Такой необычный цвет и повышенную блескучесть она имела в результате смешивания кристаллов соли и реки, которая частенько меняла свое направление.

С тех пор поисковые группы беспрестанно прочесывали гору вдоль и поперек. Наездники выискивали пропавших сверху, разрезая небесную гладь на крылатых чешуйчатых, а маги – на земле. Ни тем, ни другим за все время не удалось найти даже клочка одежды.

Еще раз пробежавшись взглядом по конвертам, Алекс потревожил несколько из них рукой, но нет, долгожданное письмо не затерялось в этой куче с соболезнованиями. Их многочисленные дальние родственники отправляли вот уже пятый день, искренне надеясь взять на себя бремя по воспитанию двух белокурых голубоглазых девочек.

Вместе со всем состоянием маркиза Решского, естественно.

Герцог на эти бессовестные писульки даже не отвечал. Во-первых, считал себя не настолько мерзким, чтобы избавиться от племянниц и не печься об их дальнейшей судьбе. А во-вторых, искренне верил, что сможет отыскать их родителей.

Если понадобится, Алекс готовился достать их из-под земли и уже действительно подумывал о таком варианте.

Что, если наездников поглотила гора? Он уже сумел отыскать в истории подобные случаи, когда в соляной породе случались стихийные провалы. Его людям следовало проверить и это предположение.

Неужели она ему так и не ответит? Герцог знал, что сильно виноват перед Оливией. Она была сестрой Мариэтты – супруги его младшего брата. Знал, что не достоин прощения, но ведь дело касалось не только его. В первую очередь девушка требовалась племянницам.

И все же она ему не ответила, хотя письмо он отправил еще три дня назад. Ровно в тот момент, когда понял, что дети очень быстро доведут его: либо до нервного тика, либо до идеи все же отдать их дальним родственникам.

В этом доме со дня, когда герцог явился сюда вместе с адвокатом, более не прижилась ни одна няня. Каждой из них хватало всего на несколько часов, после чего эти милые девочки вновь ураганом обрушивались на него, совершенно не давая взяться за дела поместья.

Но ведь в завещании было четко указано: у девочек в случае чего два опекуна. Он – герцог Алекстандер Решский, и она – леди Оливия Дерейро. Так почему же она даже не удостоила его скупым ответом?

Да, он не сообщил ей сразу о пропаже ее сестры. Да, запретил делать это адвокату их семьи. Да, оттягивал просьбу о помощи до последнего, не желая новой встречей бередить старые раны. Но в итоге написал же!

Сбросив остальные конверты на стол, герцог взглянул на счастливого четырехлетнего монстра в платье, со всем смирением осознал, что бесценных эльфов, ведьм и драконов уже не спасти, и устало рухнул в кожаное кресло своего младшего брата. Этот кабинет принадлежал ему, как и все в нем, включая двух маленьких ангелочков.

О том, что ангелочков в кабинете было двое, Алекс вспомнил ровно в тот момент, когда под ним что-то резко хрустнуло и он ощутил острую боль мягким местом.

– Ой! – почуяв неладное, пискнула двухлетка.

Округлив и без того большие голубые глаза, Антия мигом сбежала под юбки к служанке и сестре, пока герцог мужественно пытался не начать разговаривать исключительно ругательствами.

Ему срочно требовалась та, кто возьмет на себя заботу о девочках хотя бы частично!

А ведь еще пять лет назад он убедил себя в том, что сможет жить без нее…

Какая ирония судьбы. Сегодня он готов был на что угодно, лишь бы Оливия согласилась приехать.

– Ваша Светлость, Ваша Светлость! У нас на пороге такая прелестная леди! – сообщила новая служанка, ворвавшись в кабинет совершенно без стука, едва он поднялся на ноги.

Но Алекс даже не стал ее отчитывать. Испытав глубокое облегчение, он счастливо выдохнул, расслаблено рухнул обратно в кресло и…

Все-таки не сдержал ругательств, мгновенно пополнив лексикон юных магичек. Плохие слова отчего-то они запоминали лучше всего.

Глава 1

Глава 1: Воссоединение (не) семьи

– Приветствую вас, Ваша Светлость… Нет, – мгновенно отбросила я этот вариант, не желая демонстрировать положенное этикетом уважение. – Здравствуйте, герцог. Нет, тоже не то. Лучше просто…

– Леди Дерейро, – услышала я за спиной такой знакомый голос.

Знакомый до боли, до побелевших костяшек на сжатых пальцах рук. Ком мгновенно встал в горле. Каждый тяжелый удар его трости о ступеньки вторил ударам моего сердца. Прикрыв веки, я позволила себе секундную слабость, прежде чем со всем достоинством обернулась и обворожительно улыбнулась.

– Герцог, – вот и все, что я произнесла в качестве приветствия.

Прозвучало слегка высокомерно. Но, как по мне, этого было предельно достаточно. Будь наша встреча случайной или по иному поводу, и я бы не сказала даже этого.

А впрочем, нет. Молчанием ответила бы, если бы нам пришлось свидеться пять лет назад. Сейчас же считала объявление бойкота несусветной глупостью. Уже не являлась той прелестной девчонкой, которая стерпела пощечину. Теперь умела разговаривать с благородными львами на их языке.

По крайней мере, очень старалась.

Жертву Алекстандера я, несомненно, оценила. Видимо, все было до крайности плохо, раз он решился встретить меня лично. И это при том, что спуск по лестнице, как и подъем, с его-то ногой доставлял ему изрядный дискомфорт.

Пока он медленно спускался – уверенный и собранный даже с неизлечимым увечьем, у меня появилось время как следует его рассмотреть. И стоило признать, что за прошедшие пять лет герцог Решский почти не изменился. Разве что возмужал и стал еще притягательнее.

Теперь его красота казалась иной – мужской. В нем угадывались и сила, и стать. От смазливого мальчишки не осталось и следа.

А впрочем… Все те же черные волосы длиной до основания шеи, те же карие глаза, но на порядок темнее. Легкая небритость ему даже шла, накидывая возраст.

Вообще, разница между нами являлась несущественной – всего четыре года, но сейчас казалось, что не меньше семи. Как говорили мои подруги: я с нашей последней встречи с этим мерзавцем почти не изменилась.

Удивительно, но в эту минуту я не испытывала и половины тех чувств, что обрушились на меня, когда я прочла имя отправителя на полученном конверте. Письмо пришло два дня назад, и если бы я только знала!..

Но я не знала, а потому ровно сутки не прикасалась к конверту даже пальцем. Просто не имела на это сил. Ходила вокруг да около и пыталась прийти в себя, но руки безостановочно тряслись.

Настолько сильно, что водой и успокоительными меня отпаивала соседка по комнате, с которой мы после завершения академии вместе отправились в Бишфурдские леса ухаживать за поселением диких драконов.

Речь моя, кстати, после получения письма тоже пострадала и стала бессвязной. Я не могла ничего толком объяснить подруге, а по щекам слезы градом катились даже во сне.

Мне казалось, что эта боль уже давно забылась. Но я ошиблась. Она никуда не делась. Только спряталась на время, так и не решившись исчезнуть навсегда. Наверное, потому, что такая сильная любовь просто так не уничтожалась. Нанесенные герцогом раны продолжали сочиться даже спустя пять лет. И тому имелись причины.

Больше всего на свете я боялась найти в конверте приглашение на его свадьбу.

Но тем не менее я сумела взять себя в руки. Выпила целую тонну успокаивающих настоек, чтобы просто открыть письмо, а затем мои личные переживания резко отошли на самый последний план.

Потому что из короткой записки я узнала, что моя сестра и ее муж пропали без вести, отправившись на выполнение очередной миссии.

Но если бы только это!

Две их маленькие дочки остались в родовом имении совершенно одни, и теперь нам – их опекунам – предстояло заботиться о них до тех пор, пока их родители не найдутся.

Я не понимала, как такое может быть. Каким образом они пропали прямо во время полета? Тем более что Мари и Арий по праву считались одними из лучших наездников северного гарнизона. Да что там одними… Они были лучшими! Гарнизонные генералы едва не передрались прямо на выпускном в академии за то, чтобы пригласить их служить к себе. Я сама это видела – своими глазами.

И всецело понимала подобный ажиотаж. Впервые мне довелось наблюдать эту парочку в деле – в небе, когда я поступила на первый курс в академию Златоуста Крылатого по профилю «Уход за драконами и их лечение». Тогда они еще учились на третьем курсе, но уже показывали невероятные результаты.

Всем вокруг казалось, что эти двое были специально рождены для неба, так виртуозно они управлялись с крылатыми ящерами. Им пророчили грандиозное будущее, и, в общем-то, так оно и случилось. Мариэтта и Арений уже не раз получали повышение на службе.

Интересно, Алекстандер завидовал брату? Герцог являлся третьим, о ком говорили ровно то же самое и кому пророчили такое же великолепное будущее. Золотой мальчик, мечта всех девушек и…

Моя.

Когда я поступила, он уже перешел на последний пятый курс. И мы никогда не познакомились бы, если бы Мари и Арий не влюбились друг в друга.

Мне просто повезло затесаться в их крутую компанию. Я являлась единственным лекарем среди наездников, и мне, несомненно, завидовала вся женская половина академии. Я могла общаться с Алекстандером и его ближайшими соратниками без особого повода каждый день.

Удивительно, но я до сих пор помнила, как он выглядел в день свадьбы Мариэтты. Тогда ему еще не требовалась трость и обе его ноги были здоровы.

В тот день я еще не знала, что Мари уже носила под сердцем Ализу. Потому и брак заключали так спешно, не дождавшись, пока они завершат обучение в академии.

Девочка родилась милейшей. Когда я видела ее в последний раз, ей исполнился годик, а через несколько месяцев Мари оказалась беременна во второй раз. Ей удивительно шло материнство.

Дальнейшее взросление племянниц я отслеживала по карманным портретам, которые сестра регулярно мне присылала. Более не позволяла себе появиться в их доме. Не потому, что Арений походил на старшего брата, – вот уж точно нет. Они имели лишь некоторые общие черты.

Просто не желала столкнуться с Алекстандером, которого так же, как и меня, регулярно приглашали на семейные праздники. В эти дни у меня сразу находилась целая тысяча неотложных, невероятно важных дел.

Да, всеми возможными способами я трусливо избегала этих встреч. Потому что слишком долго отучала себя его любить.

Никому такого не пожелала бы. Я прошла через ад, агонию. Кипела в океане из боли и в конце концов заставила себя возненавидеть даже его имя.

И вот спустя пять лет мы все-таки вынуждены встретиться вновь.

Трость стукнула еще раз, и Алекс спустился с последней ступеньки. Его потемневший взгляд безраздельно принадлежал только мне.

От волнения или от страха мое дыхание предательски участилось, но я не позволила себе спрятать взгляд. Напротив, пошла в наступление:

– Что случилось с моей сестрой? Вы написали, что они с Арием пропали, когда вылетели для выполнения очередной миссии.

– Все так, как я и написал, – глухо отозвался герцог. – Они пропали более недели назад. Просто исчезли из поля видимости артефактов.

– И вы… оповестили меня об этом… только два дня назад?! – возмутилась я, осознав, сколько времени уже прошло.

Все оказалось в разы серьезнее, чем я себе представляла! Неделя! Поиски пропавших всегда велись не больше недели!

– Оливия, мне не хотелось вас зазря волновать, – попытался Алекс смягчить ситуацию. – Я же помню, какая вы впечатлительная.

Я мгновенно вспыхнула словно спичка!

– Я тоже хорошо помню, – произнесла я решительно, чеканя слова. – Отлично помню, какой вы… бесчувственный сухарь!

Глава 2

Глава 2: Чужая свадьба

Никак не отреагировав на обзывательство, герцог наказал управляющему собрать в холле слуг. Как временный хозяин поместья, Алекс представил мне каждого, а им – меня. И это оказалось очень кстати. Я вообще не помнила никого из них.

Да и не пыталась запомнить на самом деле. В родовом имении Решских я побывала лишь однажды – на свадьбе сестры, то есть примерно пять лет назад. Тогда для подготовки к церемонии герцог выделил будущей невестке целое крыло на втором этаже.

В одной из красиво обставленных спален я и помогала Мари собираться. Сестра в тот день буквально лучилась счастьем. Казалась такой легкой, воздушной, радостной. Мое сердце пело при взгляде на нее. Благодаря ей я и узнала, как выглядит настоящая любовь.

И благодаря ее супругу, конечно, таким чудесным, любящим и замечательным он оказался.

По традиции жениху и невесте запрещалось видеться в день свадьбы до церемонии. Но несмотря ни на что он залез в окно спальни прямо в белоснежном парадном кителе, где-то по дороге обронив фуражку.

Залез, чтобы подарить Мариэтте «Сердце дракона» – символ любви и в то же время драгоценный камень, в который, словно в крепость, заточен драконий огонь.

Я тоже тайно мечтала когда-нибудь получить такой подарок в день своей свадьбы. Мечтала получить от Алекстандера.

Хорошо хоть, хватило ума ни с кем не делиться своими мечтаниями, но тогда я наивно верила, что именно так и будет. И даже успела убедиться в правильности своих предположений.

Сразу после завершения церемонии бракосочетания в главном храме началось грандиозное по своей торжественности празднество. На свадьбе Мари и Ария присутствовало так много гостей, что я все время терялась в толпе. После ужина приглашенные только и делали, что танцевали, веселились и громко чествовали новую семью в большом бальном зале.

А сколько новоиспеченным супругам надарили подарков! Сколько хороших слов сказали в их честь!

Я по-доброму завидовала им и, когда мама вывела меня на балкон, чтобы немного охладиться, со всем рвением согласилась на ее замечание, что мне тоже пора бы начать подыскивать кандидатуру на роль супруга.

Да я не отказалась бы выскочить замуж прямо завтра, лишь бы моим женихом оказался Алекстандер.

В тот вечер он будто прочел мои мысли. Едва мама покинула балкон, чтобы вернуться к гостям, как на него решительно шагнул герцог.

Увидев его, я мигом растеряла все слова.

Хотела сказать ему, какой красивый, просто невероятный у них сад. С беседками, увитыми розовой лозой, с маленькими золотыми рыбками в пруду, с диковинными птицами.

Хотела похвалить роскошный дом. Родовое имение Решских, по слухам, не только не утратило былого величия после смерти родителей Алекса и Ария, но и приумножило его. Точнее, герцог смог приумножить, несмотря на то что был юн.

И конечно, хотела сделать комплимент устроенной для Мари свадьбе. Знала, что мама помогала им с подготовкой, но всю финансовую часть на себя как глава семьи взял Алекс. Он заслуживал гораздо больше, чем мое скромное спасибо, но я считала важным обозначить благодарность.

Однако ничего не смогла сказать. Так и смотрела на него: загнанно, смущенно, ощущая невероятную скованность перед тем, кого считала красивым, мрачным, таинственным, недоступным и притягательным.

Да, мы и раньше находились так близко друг к другу. В принципе общались в одной компании весь тот год. Но при этом еще ни разу не разговаривали только вдвоем, не оставались один на один.

– Кажется, вы озябли, Оливия, – произнес он с мягкой улыбкой, снял с себя парадный белый китель и накинул его мне на плечи.

Накинул, но ладони от плеч не убрал.

– Сегодня прохладно, не так ли?

– К утру обещали дождь, – вспомнила я вдруг.

Его пальцы медленно стекали вниз по моим рукам. Вслед за ними кожа под тканью покрывалась мурашками.

Его ладони замерли на моих запястьях, когда мое дыхание стало уже просто оглушительным.

Сглотнув слюну, что вдруг стала вязкой, я шагнула в сторону. Попыталась просто уйти, но не прорвала защиту. Напротив, словно птица, угодила в его объятия, как в силки, да там испуганно и затихла.

Коснувшись большим и указательным пальцем моего подбородка, Алекс осторожно приподнял его, заставив меня взглянуть прямо в его карие глаза.

– Куда вы планируете отправиться после окончания праздника, Оливия? – спросил он требовательно. – Останетесь здесь вместе с матерью или вернетесь в академию?

– В академию, – выдохнула я едва слышно.

Но он услышал, беря меня за руки.

Погладив мои запястья, вдруг спустился к ладоням. Точнее, к ладони, которую слегка приподнял, чтобы начать вырисовывать пальцами замысловатые узоры на коже.

– Я мог бы подбросить вас. На драконе, – предложил он, поймав мой испуганный взгляд.

Но я никак не могла согласиться, даже если очень сильно хотела. Находясь с ним наедине, уже нарушала десятки правил, позоря собственную честь.

К моему огромному удивлению, Алекстандер прекрасно понял все не озвученные мною сомнения, будто прочел их по моим глазам.

– Оливия, вам не о чем переживать. С этого дня мы с вами уже считаемся семьей, не посторонними. И, как семья, мы можем проводить время вместе, – заметил он, оговаривая прописные истины. – Если помните, я являюсь главой своего рода, а ваша сестра теперь входит в наш род. И так как у вас с матушкой никого не осталось по мужской линии, я со всей ответственностью могу опекать вас. Как родственницу.

Глядя ему в глаза, я меньше всего на свете хотела быть его родственницей. Больше того, я отчаянно желала, чтобы он поцеловал меня прямо сейчас, когда находился так нестерпимо, непозволительно близко.

– Выходя вслед за вами на этот балкон, я хотел сказать, что сегодня вы невероятно прекрасны, моя прелестная леди. Впрочем, как и всегда. Вы удивительно женственны, вам уже говорили об этом? Нежны, словно бутон голубой розы. Если я кое-что попрошу, вы сделаете это для меня?

То, как он говорил, какой обволакивающий тон использовал, как пронзительно смотрел… В этот момент я ему и душу свою отдала бы, но на деле же просто кивнула, не имея сил на что-то большее.

И тогда он с улыбкой сказал:

– Оставайтесь такой же очаровательной всегда. Это все, чего я прошу.

Еще немного, и я потеряла бы сознание прямо на том полукруглом балконе под взглядами сотен звезд. От его шепота, от жарких взглядов, что опаляли кожу, от губ. Они оставили незаметный крохотный след на тыльной стороне моей ладони, но я ощущала его так отчетливо, словно то место весь вечер и всю ночь пылало кострищем.

Впрочем, так было с каждым участком обнаженной кожи, куда неизменно дотягивались его губы уже позже – в неприметной нише на первом этаже, куда он привел меня после пяти или шести танцев подряд и стольких же бокалов игристого.

Должно быть, в ту ночь я просто сошла с ума, но еще ни разу за год я не находилась так близко к этому парню, к его душе, к своей мечте.

Мы будто срослись, стали единым целым. Каждый бесстыдный поцелуй связывал нас невидимыми нитями. И мне хотелось, чтобы эта связь только крепла, чтобы не пропала и с рассветом, и на протяжении всей жизни.

– Я люблю вас, Алекс. Люблю с тех самых пор, как впервые увидела, – прошептала я, находясь будто в бреду.

Покрывая в этот момент короткими поцелуями мою шею, герцог неожиданно замер после моих слов. Его руки крепче сжали мою талию поверх корсета, стиснули до боли, но я не позволила себе даже ойкнуть.

Потому что боялась, что сказала лишнего. Что сейчас все волшебство рассеется и не останется ничего. Даже аромата горьких трав. Он окутывал мои озябшие плечи с тех пор, как на них был накинут белоснежный китель.

Казалось, я вся пропиталась этим запахом.

– Повтори, Оливия, – попросил Алекс.

В его голосе будто натужно зазвенела скрипка. Тогда я вообще не задумывалась над тем, насколько герцог пьян.

Осознав, что я молчу, он неожиданно с нажимом приказал и без того испуганной мне:

– Немедленно повтори, что ты сейчас сказала.

– Я сказала, что я вас люблю, – произнесла я в ужасе.

– Еще раз. Пожалуйста. Скажи это еще раз, – улыбнулся он, но не мягко, как-то по-другому на этот раз.

– Я… – засомневавшись в том, что делаю, я попыталась найти для себя пути для побега.

Но Алекстандер быстро разгадал мои метания. Взяв меня за руки, он вдруг поочередно поцеловал тыльную сторону каждой ладони.

– Оливия, я прошу. В последний раз, – попросил герцог мягко, большими пальцами поглаживая мои руки. Его голос снова обволакивал: – Ты сделаешь меня самым счастливым человеком на свете.

– Я люблю вас, – повторила я, набравшись смелости.

– Спасибо, – ответил он, погружая меня в еще большее непонимание. Но уже через миг мое ошеломление достигло предела, потому что герцог неожиданно поведал: – Я тоже влюбился в тебя. Влюбился, едва увидел впервые. Но не тогда, когда твоя сестра нас представила. Это случилось на день раньше, когда ты в числе иных первокурсников ступила на территорию академии. Стоило мне увидеть тебя, и для меня померк весь мир. Оливия, утром я стану просить твоей руки у вашей матери. Ты ответишь мне согласием?

Та ночь являлась первой, когда я пробыла на празднике до самого утра, а герцог оказался первым мужчиной, которому я позволила себя так бесстыдно целовать, охваченная страстью и другими ранее незнакомыми мне чувствами.

Для меня все происходило впервые в тот знаменательный день. Каждое касание, каждый взгляд, игра, флирт. Я ощущала себя так, словно попала в сказку.

Даже на драконе летала, истошно визжа. Ведь Алекс все-таки доставил меня в академию. Первые лучи рассвета стали мне свидетелями – там, под окнами женского общежития, он в последний раз меня целовал, никак не желая отпускать.

Но ни тем утром, ни следующим он так и не обратился к моей маме с прошением. В принципе сделал вид, будто между нами никогда не существовало тех поцелуев и страстного шепота, обмена откровенными признаниями.

После той ночи все вернулось на круги своя, как если бы мне просто приснился сон.

Но не приснился. Его платок с инициалами так и остался у меня. В него я ночами проливала горькие слезы.

Герцог Алекстандер Решский стал самым большим разочарованием моей жизни. И до сих пор оставался моей личной тайной, потому что о том случае на празднике я не рассказывала даже сестре.

Глава 3

Глава 3: Сущие ангелы

Мой саквояж до выделенной мне комнаты герцог нес сам. Перехватил прямо из моих рук, когда я протянула его любезному управляющему.

– Куда?! – возмутилась я, растерявшись, так и не обличив свои мысли в слова.

Хотела сказать, что герцогу будет неудобно подниматься по лестнице с такой ношей, учитывая, как трудно ему в принципе ходить, но хорошо, что ограничилась одним словом.

Никак, чувство самосохранения взыграло.

– Я в состоянии вам помочь, – произнес он твердо, с нажимом, а в его глазах полыхнуло.

Разом растеряв всю вежливость, я с возмущением вспыхнула:

– Упрямый гордец!

– Вы что-то сказали? – переспросил он, будто не услышал.

Неужели с возрастом у него еще и с ушами проблемы начались? А ведь ему всего двадцать семь!

– Говорю, что детям нужны мать и отец, – нашлась я с ответом, демонстративно повысив голос.

Герцог, точно не имеющий проблем со слухом, едва заметно поморщился.

– Нужны, – согласился он, толкая ближайшую дверь.

Занеся саквояж внутрь небольшой личной гостиной, он оставил его на полу рядом со столиком для чаепитий, после чего вернулся в коридор, и мы продолжили путь.

– Но пока их нет, нам с вами придется взять заботу о племянницах на себя. Я был бы вам премного благодарен, если бы вы занимали их хотя бы половину дня. Последняя няня сбежала от нас три дня назад, и с тех пор они не дают мне не то что работать, а даже просто выпить чаю.

Состроив сочувствующую моську, я остановилась подле герцога возле следующей двери.

– Я помогу вам, чем смогу, – скромно пообещала я.

В конце концов, именно для этого я бросила работу, раньше срока разорвав контракт, и приехала в родовое гнездо Решских, переступив через стыд и гордость.

Но стоило признаться, что от воспитания детей я была очень далека. Вообще не имела никаких представлений о том, как с ними управляться. Последние пять лет своей жизни занималась исключительно зверьем, а точнее, драконами.

Но ведь дети наверняка не сложнее чешуйчатых, правда?

Толкнув створку, герцог с мягкой полуулыбкой пропустил меня вперед. Кивнув ему, я вошла внутрь помещения.

Вела себя крайне осмотрительно, делая осторожные шаги. Медлительности меня научили мои питомцы. Дикие драконы вполне себе нападали на чужаков из кустов, когда те просто шли по своим делам через территории чешуйчатых.

Стоило остановиться посреди просторной гостиной, как на меня совершили налет. Два маленьких хорошеньких светловолосых урагана в голубых платьях появились в арке между комнатами и шустро юркнули под мою верхнюю юбку, спрятавшись так, что снаружи остались лишь их милые домашние туфли с бантиками.

– Ализе четыре, а Антии чуть больше двух, – прокомментировал Алекс, с улыбкой глядя на застывшую, несколько ошеломленную меня.

– Я знаю, – ответила со всем достоинством, какое вообще могло найтись в такой ситуации.

Но на самом деле я понятия не имела, сколько девочкам лет. Меньше пяти – это знала точно, но в подробности не вдавалась. Они росли без меня. Я видела их лишь на портретах. И то там они выглядели чуть младше, чем сейчас. Но оно и неудивительно: Мари посылала последние карточки около полугода назад.

Правда, в своей неосведомленности я герцогу признаваться не собиралась.

– Ну раз уж вы все знаете, тогда я вас оставляю. У меня накопилось много работы, и чем раньше…

– Да-да, – согласилась я, без труда додумав окончание фразы.

А герцог словно только этого и ждал. Всего через мгновение его и след простыл.

И вот стою я посреди гостиной, у меня под верхней юбкой прячутся и тихо хихикают два белокурых чуда, а я вообще не понимаю, что теперь делать. На меня вдруг накатила такая растерянность, что хоть мячик ищи. Мелкие дракошки играть с ним очень любили.

Гениальная по своей простоте мысль озарила мою светлую голову уже на пике первой степени отчаяния. А ведь девочки не могли находиться в покоях одни. Кто-то должен был приглядывать за ними!

– …иду искать, – донесся до меня тихий мягкий голос.

Темноволосая служанка в характерном строгом сером платье появилась в дверном проеме еще через миг. Заметив меня, она обрадовалась, затем как-то резко оторопела и тотчас присела в книксене.

А ей-то герцог меня не представил.

– Леди Оливия Дерейро, младшая сестра маркизы Решской и тетя девочек, – обозначила я свой статус в этом доме.

– Лари, личная служанка леди Ализы и леди Антии.

Представившись, девушка склонилась еще ниже. Казалось, прячет от меня свои глаза, будто девочки уже умудрились что-то натворить. А ведь я даже в доме не успела обосноваться. Неужели придется идти к герцогу с повинной?

– Все в порядке? – уточнила я, чувствуя, как на моей нижней юбке рисуют.

Искренне надеялась, что пальцами, но, судя по веселому хихиканью, моим чаяниям не суждено было сбыться. Кажется, следовало везти с собой весь гардероб. Впрочем, чего лукавить, большим его никак не получалось назвать. Для жизни в лесу разнообразие в нарядах вообще не требовалось.

– Все хорошо, леди, – скромно отозвалась девушка и сообщила: – Ужин будет через час.

– Спасибо, но я не голодна, – отказалась я, пытаясь оставить девочек без прикрытия, для чего начала медленно отходить в сторону.

Но новая игра девчушкам понравилась. Маленькие ступни в домашних туфлях перемещались по паркету вместе со мной.

Я влево – и они влево. Я вправо – и они вправо.

Когда я ради принципа покружилась на месте, они тоже покружились вместе со мной, продолжая находиться под моей верхней юбкой, отчего ткань натянулась и приподнялась. При этом сами девчушки уже хохотали в голос.

– Я говорила про ужин только для девочек. У них свое расписание, – ответила служанка, а я заслышала в ее голосе улыбку.

Глянув на нее, только подтвердила свои мысли. Сложив руки на груди, она плечом оперлась о дверной косяк и оттуда с улыбкой наблюдала за моими потугами.

Видимо, пыталась предположить, на сколько меня хватит.

Я, честно говоря, тоже пыталась и пока позитивного ответа на этот вопрос не находила. Провела в дороге целые сутки и неимоверно устала. Сильно торопилась, желая нагнать упущенное время, а потому то перемещалась порталами между пунктами с магическими платформами, то ехала в каретах.

При этом лишь в последнем экипаже скамейки раскладывались, превращаясь в не очень удобное спальное место.

Впрочем, поспать за прошедшие сутки мне так и не удалось. Подремала от силы полчаса, пока возничий вез меня от последней портальной станции до имения.

Голос служанки вырвал меня из воспоминаний.

– От нас с вами требуется развлечь леди до ужина, чтобы потянуть время. Иначе они пойдут бунтовать на кухню, – объяснила Лари, переместившись к дивану.

Откуда-то из его недр она ловко достала кисти и краски в футляре. Я даже не поняла, где все это добро могло прятаться. На первый взгляд, диван совсем ничего в себе не таил.

– Прямо бунтовать? – очнулась я, зацепившись за последнее предложение.

– Именно так, – тонко улыбнулась девушка. – Они очень требовательны в вопросах еды. Миледи Ализа, миледи Антия, не желаете порисовать?

В том, что служанка сказала правду, я убедилась уже через тридцать минут. Краски девочкам наскучили слишком быстро, хотя поначалу они им очень обрадовались.

Как прилежные леди, они сели за свой детский столик, куда Лари положила им чистые листы бумаги. Я даже умилиться успела. Антия чертила разноцветные каракули, а Ализа рисовала что-то похожее на солнце, траву и облака.

И, наверное, она бы даже закончила свой рисунок, если бы не ее младшая сестра. Освободив стул, Антия вдруг решила сначала раскрасить стол, затем стену и в конце, пока я оттирала стену, а Лари – стол, переместилась к креслу.

Кресло в этой милой гостиной мне понравилось сразу, едва я вошла. Бежевое, с изогнутыми деревянными ножками. Оно позволяло слегка покачиваться в нем при чтении книги.

Ткань после нашествия Антии бежевой уже не получалось назвать. Зеленые, красные, желтые и черные неоттирающиеся пятна заняли собой все сиденье от основания до верха спинки.

На меня тихо находил ужас. Я присутствовала здесь меньше часа, а мне уже искренне хотелось сбежать.

Тогда-то и пришлось вспомнить, что папа по-детству, царствие ему небесное, часто играл с нами в прятки. Эта игра мне как ребенку казалась лучшей на свете, поэтому сомнений в том, во что нам нужно срочно играть, не возникло никаких. Тем более что все соучастницы меня горячо поддержали.

Итак, сначала я искала девочек и Лари. Затем служанка искала меня и племянниц. А потом они нас обеих.

Осечка случилась ровно на последнем круге, когда, спрятавшись в шкафу, я спешно набирала текст на связующем артефакте. Спрашивала у своих бывших сокурсниц из академии – мы поддерживали общение до сих пор, – что вообще нужно делать с детьми.

Не могла себе позволить ударить в грязь лицом перед герцогом. Умом понимала, что произошедшее между нами – дела давно минувших дней, но сердце реагировать адекватно отказывалось. Хотелось доказать ему, что за годы в разлуке я стала еще лучше: еще красивее, еще умнее, достойнее во всем.

Достойнее, чем любая из девиц, что встречались на его жизненном пути.

Однако хороших советов я так и не получила. Чат пестрел сообщениями, которые я могла бы применить разве что по отношению к драконам.

Врия:«Почеши им спинки, за ушками или пузики! Думаю, это их успокоит!»

Агата: «А чего ты мучаешься? Ну примани их дохлой крысой. Или фантик от конфеты к веревочке привяжи, а ту к палке. С моими племянниками срабатывало».

Рекси: «Девочки, вы чего? Это же дети, а не домашние драконы! Оливия, не слушай их. Просто брось в них что-нибудь сладкое и убегай! Но лучше в жидкой форме, вдруг у них еще зубы не выросли. Ты им в рот уже заглядывала?»

Патия: «Интересно, а к лотку они уже приучены?..»

На последнем вопросе я закрыла наш чат, но никак не могла перестать улыбаться. Вообще, девочки мне часто помогали хорошими советами, хотя для этого и приходилось часами ловить связь на пригорке, но о детях знали, к сожалению, не больше меня. Так уж получилось, что они целиком и полностью отдавали себя заботе о драконах. На этой почве мы в академии и сдружились на четвертом курсе.

Войдя в общую магическую сеть, я забила в поисковик слово «Дети». Открытых чатов на эту тему нашлось с полтысячи, но я выбрала тот, что был посвящен трудностям воспитания. Он так и назывался «Осторожно! Дети!», а внутри имелась еще и приписка «Круглосуточная помощь отчаявшимся воспитателям».

Ощущала некую неловкость, печатая свой вопрос в одной из тем, но мне жизненно необходимо было знать, какой режим дня следовало вести для детей от двух до четырех лет. Да и в целом спросила, к чему готовиться.

Может, действительно к лотку приучать пора или к охоте. Правда, оказалось, что в вопросах добычи еды они преуспели и без меня.

На время завершив сеанс связи, чтобы дать другим форумчанам время на ответы, я вдруг поняла, что вокруг стоит какая-то неестественная тишина. За последние сорок минут она установилась в этих комнатах впервые, что небезосновательно привело меня в чистейший ужас.

И не только меня.

– Леди, они опять сбежали на кухню! Скорее, леди! – услышала я взволнованный голос служанки и вывалилась из шкафа вместе с ворохом вещей.

Некоторые из них зацепились за юбку моего платья. Но ненадолго – попадали в процессе. Воспитанная аристократка в моем лице еще ни разу так задорно ни бегала по коридорам особняка. Тем более чужого! Но счет шел буквально на секунды, так что плевать я хотела на чужое мнение.

А если там ножи? А если печь растоплена? За то время, пока бежала, следуя указаниям служанки, передумала уже сотни страшных вариаций того, как девочки калечат себя. Но на самом деле все оказалось не так уж и плохо.

Заручившись поддержкой пустой кастрюли, крышки, черпака, подноса, ложки и дуршлага, два мелких воина забрались прямо на стулья, на которых обычно сидели слуги, когда приходили есть, и громко требовали у кухарки еды. Эту картину мы со служанкой увидели, когда влетели на кухню словно на пожар.

Причем четырехлетняя Ализа говорила сильно разборчивее сестры, а мелкая Антия возмущенно-воинственно восклицала той в такт, интенсивно потрясая ложкой.

И вот что теперь с ними делать? До ужина оставалось еще двадцать минут, да и ели они не здесь, а, вероятно, в одной из столовых, как это полагалось этикетом.

Пока служанка и кухарка пытались угомонить девочек, я быстро заглянула в артефакт, надеясь отыскать там рецепт какого-нибудь зелья или заклинание успокоения и послушания для детей, но получила лишь очередную порцию разочарования, потому что одна из форумчанок написала следующее:

Дженнифер Форест: «Да мне и года не хватит, чтобы рассказать обо всем, что вам нужно знать».

При этом многие девушки с ней согласились.

Ольга Герасимова:«Все дети разные. Ищите подход. У меня много младших сестер и братьев. Они росли на моих глазах, и поверьте, я знаю, о чем говорю».

Прочитав последнее замечание, я поняла, что нахожусь на грани отчаяния. Ни кухарка, ни служанка с маленькими леди не справлялись. Девочки уже перешли на крики и слезы, требуя свой ужин здесь и сейчас.

У меня так себя ни один дракон не вел!

Осознав, что решать проблемы придется исключительно по мере поступления, я скромно описала происходящее.

Леди Оливия:«Уважаемые леди, будьте добры, помогите, пожалуйста! Две девочки-магички двух и четырех лет взяли в плен кухню и требуют еды. До ужина еще минимум двадцать минут, все на плитах полусырое. Как их угомонить?»

Мила: «Попробуй как с песиками. Хочешь послушания – примани вкусняшкой. У меня всегда срабатывало»

Айрис:«Только выбирай полезные вкусняшки. Например, разноцветные овощи и фрукты, порезанные на длинные брусочки, чтобы в руку брать удобно было. Пока они все это станут грызть, ты быстро накроешь им ужин».

Ольга Деревянко: «Главное, сначала усади! Иначе тухлые брусочки потом еще пару недель по запаху будешь находить по всей казарме! Тьху… Столовой!»

Приняв во внимание все советы, я вооружилась полотенцами. Пока кухонные девки по моему приказу быстро мыли свежие овощи и фрукты и нарезали их, чтобы выложить на красивую тарелку, мы со служанкой и кухаркой привязывали девочек к стульям, перехватив их полотенцами примерно в районе талий.

А иначе они на них просто не сидели!

Искать при этом столовую не имелось уже ни сил, ни желания. Да и есть они хотели прямо сейчас. Оголодали настолько, что на предложенный отвлекающий от основной еды маневр в буквальном смысле накинулись.

– Фу-у-ух, – выдохнули мы вместе с Лари.

Но не кухарка. Та побежала контролировать приготовление тушеных овощей и котлет из птицы.

Убедившись, что оба блюда успешно дошли до своей кондиции, дородная женщина разложила порции по тарелкам и вручила их мне. Я в свою очередь поставила их на стол перед девочками, остудив бытовым заклинанием и добавив вилки.

В общем-то, вилки оказались на полу раньше, чем я успела присесть за стол, чтобы перевести дух. Антия резво схватила обе и обе же выкинула, весело хохоча.

Я подняла их, передала на мойку и взяла чистые. Через мгновение их зашвырнули еще дальше. И так дважды, пока я не вручила вилку лично Ализе в руку, а Антии дала ложку.

Правда, лучше есть девочки от этого не стали. Нет, свежие фрукты, овощи и хлеб им заходили преотлично, а вот тушеные овощи и котлеты – нет. Они гоняли тарелки по всему столу: Антия переворачивала свою, а Ализа ковырялась в еде с таким видом, словно искала в своем ужине подложенных жуков.

Не выдержав, я снова написала на форум.

Леди Оливия: «Уважаемые леди, будьте добры, подскажите, что делать? Они категорично отказываются есть свой ужин!»

Юлиана:«А ты же немного овощей и фруктов перед этим дала? Это же отвлекающий маневр был, чтобы аппетит подогреть».

Глянув на большой поднос, где горками лежали брусочки фруктов, овощей и разного хлеба, я гулко сглотнула. Никто же не уточнил, что порезать требуется совсем немного, вот я ограничений кухонным девкам и не выставляла.

Агата: «А вы их ядом не пробовали?» – пиликнул очередной ответ.

Леди Оливия: «Кормить?!» – написала в ужасе.

Эльза:«Яд – это даже для меня жестко. Да покорми их пару-тройку дней конфетами. Сами как миленькие потом за нормальной едой прибегут! Метод проверен!»

Взглянув на девчонок, устроивших настоящее сражение на разноцветных брусочках, я мысленно согласилась, что яд – это точно не наш случай. Но и конфеты, честно говоря, тоже.

Аннета: «Да пусть уже хоть что-нибудь едят. Главное, что едят».

Прочитав последнее утверждение, я снова с облегчением выдохнула. В принципе, незнакомка говорила верно. Лишь бы хоть что-то в желудки попало, чтобы от голода не умерли.

Но спокойствие светило мне недолго. Уже через пару минут я снова в панике зашла на форум, потому что в разноцветных брусочках оказалась вся кухня. Они фактически устроили из овощей салют, разбрасывая их в разные стороны! А все из-за чего? Из-за того, что не поделили тарелку!

Дженнифер Форест: «Ты же им в две одинаковые тарелки равное количество еды положила? – очень своевременно спросила одна из форумчанок. – Не делай ошибок всех начинающих, иначе случится драка!»

Собственно, драка происходила именно в этот момент. Взглянув на дерущихся племянниц, которые перестали походить на милых ангелочков, а теперь выглядели как растрепанные фурии, я поняла, что иметь детей – крайне сложная задача.

Даже порадовалась немного тому, что мои надежды на свадьбу с герцогом пять лет назад не оправдались, а иначе сидела бы я сейчас вот так же со своими детьми, не зная, за что хвататься и куда сбежать.

А сбежать хотелось очень сильно. Обратно на работу желательно – в свой тихий и далекий лес.

Там мне в лоб, по крайней мере, не прилетало ложкой.

Глава 4

Глава 4: Ночные развлечения

Я планировала принять ванну значительно позже. Перед сном. В мечтах намеревалась полежать в теплой воде, расслабиться в пене и в тишине очистить голову от посторонних мыслей.

Реальность же оказалась далека от идеала. До того как уложить по кроватям, девочек следовало хорошенько помыть. Я бы даже сказала – отмыть, потому что во второй раз краски очень сильно пришлись им по душе.

Настолько, что в разноцветных пятнах оказались все: я, служанка, девочки, пол, стены, одежда и мебель. По-хорошему, всех нас следовало закинуть в корыто для стирки, потому что на этот раз бытовая магия не помогала.

Увидев, как я расправляюсь с пятнами от красок посредством заклинания, Ализа нахмурила брови и… что-то сделала. Я даже понять не успела, что именно, но теперь краски не выводились при помощи чар. Спасали только ручная мойка и чистка.

Ну… как спасали? Если бы я готовила девочек ко сну в одиночестве, то уже, наверное, свихнулась бы. Они разбегались по всей купальне и то и дело брызгались водой и пеной, устраивая настоящее озеро.

Мы с Лари быстро оказались мокрыми с головы до пят.

А ведь девушки с форума меня предупреждали. Говорили, что воды для купания следует наливать немного, а лучше всего использовать таз или бочку, иначе сколько нальешь, столько потом вытирать и будешь.

И чего я их не послушала?

А все потому, что опиралась на свою память и точно помнила, как мне нравилось часами проводить время в воде, когда я сама являлась ребенком. Игрушками становилось все вокруг, до чего только могли дотянуться маленькие ручонки.

С горем пополам вымыв двух шкодливых бестий, которые напрочь отказывались покидать бассейн, мы с Лари обернули их полотенцами и вынесли в спальню.

Накинув одеяло на упитанных гусеничек, я отправила служанку убираться в купальню, а сама быстро вытерла уползающих девочек насухо и одела в ночные сорочки. Следовало еще заплести им волосы и дать перед сном воды, но дискомфорт уже становился невыносимым, поэтому я на миг оставила их.

Сама же зашла за ширму, чтобы снять с себя мокрый наряд, высушить его и снова одеть. В процессе сего действа я выглядывала из-за ширмы раз пять. За это время успела почти все. Даже натянуть уже сухое нижнее платье. Но только его. Проверив обстановку в очередной раз, девочек в их кроватях я не нашла.

Как?! Когда?! Почему?! Они просто исчезли, бесшумно растворились. И только приоткрытая дверь намекала на то, что мои племянницы покинули спальню своими ногами.

Бросив все, я прямо босиком побежала в гостиную. Не имела ни одной лишней секунды. Понимала, что чем раньше настигну их, тем ближе это случится, но девчушки словно сквозь землю провалились.

Ни в гостиной, ни в коридоре, ни на лестнице. Я нигде не могла их найти, не говоря уже о шкафах, портьерах, кроватях и диванах.

Сердце стучало быстро-быстро, подступало к самому горлу. Вконец отчаявшись, я обратилась за помощью к форумчанкам. Понимала, что отыскать девочек они мне никак не помогут на расстоянии, но я вообще не представляла, где искать их в таком большом имении, а потому радовалась любым советам.

Мила:«Ищите самое злачное, самое грязное и страшное место в замке. Дети стопроцентно там!» – написала одна из девушек.

Пораскинув мозгами, я поняла, что под это описание подходят только два места: конюшни и чердак. Но босыми и в ночных сорочках они вряд ли собирались выйти на улицу, так что я побежала прямиком наверх, по пути стянув с кресла в коридоре чей-то платок, чтобы прикрыть непотребство. И, естественно, поиски не увенчались успехом.

Тайком от слуг и Алекстандера я оббегала весь дом, двор и сад. Исключением стали одни-единственные покои и крыло прислуги. Но, решив, что и дальше таить пропажу бессмысленно, нагрянула и туда. Сначала к слугам – руки уже тряслись, а паника застилала глаза, – а затем сдаваться герцогу.

Заплаканную меня он встретил на пороге своей спальни, облаченный в одни лишь домашние штаны и светлую распахнутую рубаху.

– Тш-ш-ш… – приложил он палец к губам и кивнул себе за спину.

Отклонившись в сторону так, чтобы видеть происходящее в его спальне, я глазам своим не поверила. Девочки мирно спали на большой кровати, завернувшись в огромное одеяло, словно милые маленькие ангелочки.

То есть все то время, пока я их искала, они находились здесь.

С одной стороны, у меня целый булыжник с души свалился, такое глубокое облегчение я испытала. Но с другой…

Я оббегала весь дом и придомовую территорию. Бегала босая, в одном нижнем платье, с чужой шалью на плечах. Ступни оказались чернее черного. Грязь прилипла даже к щиколоткам, а сердце колотилось так, словно вот-вот собиралось выпрыгнуть из груди.

Неужели не нашлось времени меня предупредить? Отправить кого-то из слуг, чтобы я не волновалась!

Намереваясь громким шепотом именно это высказать мужчине, я резко взглянула на него и…

Потерялась, задохнулась, выпустив из легких весь тот воздух, что набрала. Алекс так смотрел на меня, что мои щеки неожиданно опалило жаром. Взгляд темный, глубокий, глубинный. Мне перестало хватать воздуха. Перестало в тот самый миг, когда я наконец осознала, что он стоит передо мной практически обнаженным.

Осознание поразило меня в самое сердце, а потому я далеко не сразу поняла, что именно показывал мне герцог. В его жестах угадывалось сразу столько всего, что вмиг становилось стыдно за собственные мысли.

Однако уже через несколько секунд я сообразила, что его жесты к моей персоне относятся лишь косвенно. Если верно разгадала, он просил меня помочь ему перенести девочек в их спальни, а не все то, что я себе так бессовестно придумала.

Но меня оправдали бы даже святые, если бы увидели сейчас Алекстандера! Резинка его штанов низко сидела на бедрах, будоража фантазию, а к загорелой коже на груди, отливающей бронзой в свете светильников, так и хотелось прикоснуться ладонями!

Гулко сглотнув слюну, что вдруг стала вязкой, я на мгновение прикрыла веки и скромно кивнула, выражая согласие. Ну а что еще я могла сделать, кроме как согласиться?

На мою долю выпала менее упитанная Антия. Не понимала, как такая малютка может быть настолько тяжелой, но герцогу, должно быть, приходилось еще хуже. Ализа была значительно выше сестры, а значит, весила больше. А ведь еще больная нога…

Выбравшись в коридор, мы с герцогом крались по нему друг за другом. Покои девочек располагались через три двери рядом с хозяйскими, и именно там мы встретили парочку слуг, шедших нам навстречу.

Женщиной в черном платье оказалась переодевшаяся Лари, а мужчина чуть старше возрастом точно присутствовал в рядах слуг, когда Алекс меня представлял.

– Тш-ш-ш… – сделал герцог им знак, и слуги с пониманием кивнули.

И даже пропустили нас вперед.

Оказавшись в спальне, мы положили девочек по кроваткам и укутали воздушными, словно облака, одеялами. Маленькая Антия сразу обняла мягкого дракончика.

– Правда, они милые? – шепотом спросил Алекс, с улыбкой разглядывая наконец утихомирившиеся комочки.

– Сущие ангелы, когда спят, – подтвердила я.

Проследив за тем, как ночная служанка усаживается в кресло рядом с постелями девочек, мы с герцогом тихо покинули спальню. Я выходила последней, так как забирала за ширмой свои вещи. Чтобы плотно прикрыть за собой створки, пришлось повернуться к двери лицом.

Неожиданно ощутив на своей шее чужое опаляющее дыхание, я едва не подпрыгнула на месте. Алекстандер стоял ко мне слишком близко. Непозволительно близко!

Но вместо того, чтобы пресечь такое поведение, я прикрыла веки и позорно замерла, ожидая, что последует дальше. В своих мечтах не раз и не два представляла, как Алекс оставляет на моей шее крохотные изматывающие поцелуи, властно обнимая со спины…

– Вы ужинали, леди Оливия? – спросил он едва слышно, но твердо.

– Нет, – голос мой предательски надломился.

– Тогда позволите составить вам компанию?

Он ждал меня за закрытыми дверьми все то время, пока я спешно переодевалась. Пыталась выглядеть достойно в его глазах, но куда уж… Алекс лицезрел меня в нижнем платье долгие полчаса, так что все, что мне оставалось, – это держаться невозмутимо.

Расправив складки строгого платья перед зеркалом в последний раз, я вышла в коридор и оставила серый платок ровно там, где взяла, – на спинке кресла в небольшой нише у окна. Там находилась миниатюрная библиотека с единственной полкой и десятком романов. Один из них сейчас как раз читал герцог.

– Вы, как и всегда, очаровательны, – окинул он меня мимолетным взглядом. – Хотя в нижнем платье вы, несомненно, нравились мне больше.

– Мне вернуться к себе? – поинтересовалась я, выдержав это смешливое замечание.

– Только если вам совсем не хочется есть. А я, пожалуй, пойду в столовую, – поднялся он и вернул книгу на полку. – Кухарка испекла яблочный пирог в честь вашего приезда. В честь моего, к слову, она закатила скандал.

– На тему? – осторожно уточнила я, польщенная знаком внимания от этой милой дородной женщины.

– Дети и их времяпровождение на кухне, – усмехнулся Алекс. – Вы знали, что две маленькие девочки способны оставить отпечатки своих зубов на каждом овоще из кладовой всего за два часа? Пожалуй, я еще долго буду не любить овощное рагу. Мы едим его вот уже неделю.

Так, переговариваясь ни о чем, мы и добрались до малой столовой. Она располагалась на втором этаже в противоположном крыле и относилась к личным комнатам хозяев.

Внутри помещения нас встретил совсем небольшой прямоугольный стол. Усесться за ним могли бы человек шесть от силы. При этом нам с герцогом накрыли друг напротив друга, по разные стороны стола.

Расстояние между нами составляло примерно два метра, и такая дистанция меня полностью устраивала. Так я хотя бы могла свободно дышать рядом с ним. Пока он по всем правилам приличий помогал мне присесть, я не дышала вовсе.

Дождавшись, когда слуга снимет квоши с блюд, я собрала все силы и будничным тоном обратилась к Алекстандеру:

– Я хочу знать все, что вам известно на сегодняшний день о пропаже моей сестры и вашего брата.

Зря я решилась на подобные разговоры. Одарив меня нечитаемым взглядом, Алекс жестом отпустил слугу. Уже через миг мы остались наедине. Прислуживать нам теперь оказалось некому.

Но этого и не понадобилось. В глазах герцога резко полыхнул и пропал огонь, после чего меня вместе со стулом и содержимым стола придвинуло значительно ближе по отношению к мужчине.

Стол просто уменьшился в длине, и теперь скатерть почти целиком скрылась за нагромождением тарелок.

– Вина? – поинтересовался мужчина непринужденно.

Так, будто ничего ровным счетом не произошло!

– Будьте добры, – в тон ему согласилась я.

– Итак, – вооружившись бутылкой из темного стекла, Алекс наполнил сначала мой, а затем и свой бокалы, – поисковые отряды ежедневно прочесывают горы квадрат за квадратом. Идут уже по третьему кругу, но мой брат и ваша сестра будто растворились в буре. Ни клочка одежды, ни единого следа. И это все, что мне известно.

Оценив количество полученной информации, я залпом осушила бокал. По всему выходило, что все действительно паршивее некуда. Мы искали иголку в стоге сена, абсолютно не зная, есть ли она там вообще.

Дождавшись, пока мой бокал будет наполнен вновь, я тихо спросила:

– Как вы считаете, мы их найдем?

– Найдем, – мягко улыбнулся Алекс. – У нас с вами просто нет иных вариантов.

Выдавив из себя вежливое отражение его улыбки, я благодарно кивнула. Благодарила не за мясо или гарнир из овощей, которые посредством магии оказались у меня на тарелке, а за ложь, которую он смог произнести так, что я почти поверила.

Почти. Эту приободряющую улыбку я помнила еще со времен академии. Она означала, что все плохо как никогда. Так герцог улыбался, когда его, найденного недалеко от ущелья спустя неделю, студенты-старшекурсники несли в лазарет через всю территорию академии.

Такое горе. Такая досада. Алекстандера как одного из лучших наездников обожали все вокруг. Девушки – за популярность и свободу от отношений, мечтая когда-нибудь назвать его своим мужем. Парни – за возможность стать его другом, забраться за его счет повыше.

Увы, но в итоге все они несли траур по его перечеркнутой карьере. Вот так легко разбились о суровую реальность чужие мечтания и ожидания.

Сейчас он чем-то напоминал мне того себя. И в то же время казался уже совсем другим, иным. Не мальчиком, мужчиной, но все с тем же темным глубоким взглядом, от которого падали ниц.

Неимоверно хотелось, как и прежде, спрятать глаза, сделать вид, что я на него не смотрю, что он совсем не трогает мое сердце. Но во всей столовой мы находились только вдвоем, поэтому прятаться казалось бессмысленно.

Не под стол же лезть, право слово.

– Еще вина? – поинтересовался он любезно.

– Я пропущу, – накрыла я пустой бокал ладонью, не давая герцогу вновь наполнить его.

Не признавала горячительные напитки как таковые, а потому не хотела терять остатки самообладания и контроля рядом с этим мужчиной.

А он словно этого и добивался. Может, знал больше, чем говорил, и таким образом готовил меня к плохим новостям?

Спросить прямо, как хотела, я не успела. Слово неожиданно взял герцог:

– Чем вы занимались после академии?

– После академии? – переспросила я приглушенно, собираясь с мыслями. – Я окончила учебу почти год назад и с тех пор переехала в Бишфурдский лес. На моем попечении находились две стаи диких желтобрюхих драконов. Я ухаживала за ними и лечила их после драки за территорию.

– И часто там случаются драки? – полюбопытствовал Алекс, словно ему действительно было интересно.

– Сейчас часто, – ответила я честно. – Численность желтобрюхих и краснопалых – их главных соперников – постоянно растет, а территорий не хватает. Но если один из этих видов переселить, нарушится экосистема Бишфурдского леса. Лучшее, что мы могли бы сделать, – это переселить часть особей из обеих стай, но для этого необходимо найти подходящие территории и финансирование. Впрочем, это уже не мои проблемы.

Алекстандер заметно удивился:

– Отчего же? Я думал, что вас заботит судьба драконов. Я еще помню, как вы плакали над Чесом. Его жизнью я обязан именно вам.

– Не стоит. Я всего лишь выполняла свою работу, – все же спрятала я взгляд в ложке салата. – А что касается желтобрюхих… Я была вынуждена расторгнуть контракт. Иначе меня к вам сюда не отпускали.

– Мне жаль, – донеслось приглушенное с места напротив.

– Мне тоже. И вашего дракона в том числе. Он ведь так и не смог летать, верно?

Наконец позволяя себе задать волнующий меня вопрос открыто, я подняла заинтересованный взгляд.

– Как и я, – согласился Алекс сухо. – В схватке с сизыми барсами в горах Сшхаена он потерял крыло, а я сильно повредил ногу. И всему виной туман, из-за которого мы сбились с пути и потерпели крушение, попав прямиком в ущелье.

– Но вам повезло, вы выжили, – напомнила я, удивляясь его негодованию спустя столько лет.

Горы Сшхаена забирали наездников часто. Большинство из них никогда не возвращались, отправившись в патрулирование, так что удача действительно оказалась на стороне герцога.

– И правда повезло. Я смог выйти к людям, а мой напарник так и остался где-то там.

Мы помолчали – каждый о своем. Я на миг представила, что произошло бы, не будь Алекс таким упрямым. Он не сдался даже тогда, когда все указывало на верную гибель. Не сдался сам и не бросил своего потрепанного барсами дракона, по чуть-чуть перетаскивая его с раненой ногой при помощи сооруженного из лиан и других растений лежака.

Брось он его в ущелье – и смог бы вернуться в академию гораздо раньше. Смог бы получить своевременную помощь – его ногу восстановили бы целиком. Но Алекстандер не пожелал оставить того, кто был ему с детства другом и верным соратником.

Барсы обессиленного Чеса просто растерзали бы.

Для меня тогда герцог казался не только лучшим наездником, но и лучшим во всем, несмотря на его ужасный по отношению ко мне поступок. Честь, доблесть, отвага. Его ставили в пример для подражания всегда, а после того случая и подавно.

После того как его курс выпустился, преподаватели еще долго вспоминали Алекса на лекциях.

– А как у вас дела на личном поле боя? Я слышал, за последние пять лет вы разорвали шесть помолвок.

Вопрос оказался настолько неожиданным и бестактным, что я не сразу нашлась с ответом. Да и тот придумала нелепый, понимая, что молчание уж слишком затягивается.

– Они не любили драконов так, как люблю их я, – сказала я, а увидев усмешку на губах герцога, спешно добавила: – И хотели запереть меня дома.

– Все шестеро? – переспросил Алекстандер наигранно изумленно.

В подтверждение своих слов я смогла только кивнуть. Не любила и не умела врать, а придумать нечто достойное уже не могла. Эта попытка выгородить себя и без того наверняка выглядела жалко.

– Занятно. А я все это время надеялся, что ваш отказ как-то связан с тем, что… ты до сих пор любишь меня, Оливия.

Я была готова провалиться сквозь землю. Положив в рот кусочек хлеба, так и замерла в процессе его пережевывания. Смотрела на герцога во все глаза и не верила в услышанное, не понимала, чего он пытается добиться.

Как он вообще посмел говорить о таких вещах прямо? Кто дал ему право измываться над моим бедным сердцем?

Дышала глубоко и часто. Понимала, что уже выдала свой испуг. Назад дороги не имелось, но и впереди я не видела ничего. Что бы я сейчас ни сказала, станет только хуже.

Положение, как ни странно, спас сам Алекстандер. Переведя все в шутку, он вдруг улыбнулся, а затем и вовсе обворожительно рассмеялся, отчего его голос показался мне бархатом.

Он завораживал.

Судорожно сглотнув, я гулко выдохнула и тоже рассмеялась, но мой смех мне самой виделся нервным. Потому что Алекс, сам того не зная, оказался прав. Все шесть помолвок я разорвала из-за него.

– Оливия, он же любит тебя! Где тебе еще найти такого достойного мужа? – ругалась Врия, нервно расхаживая по моей гостиной.

Пятью минутами ранее я поведала подруге о своем желании разорвать очередную помолвку. Мой теперешний жених – Энтони – работал вместе с нами и жил через три дома от нас в той же небольшой деревушке. Но на самом деле я прекрасно знала, что он переехал в Бишфурдский лес исключительно из-за меня.

Целых пять лет он ухаживал за мной, пока мы учились в академии, и еще почти год оказывал знаки внимания здесь.

Я просто сдалась под его натиском. В один из дней, глядя на себя в зеркало, вдруг поняла, что годы проходят мимо. Что мне уже двадцать три и через два года в аристократических кругах меня официально признают старой девой. Никому не нужной, как любила поговаривать мама.

Осознав отвратительную реальность, я сиюминутно поддалась панике, а потом очень сильно жалела о своем поступке. Энтони выглядел таким счастливым, когда я ответила ему согласием. И тем сложнее оказалось разорвать наши отношения.

Понимала, что прожить с нелюбимым всю жизнь просто не смогу. Я правда давала шанс – себе и ему, но чувства так и не возникли.

– Тебе лучше уехать, – произнесла я, явившись к нему в дом в тот последний вечер.

Последний, когда мы с Энтони виделись. Получив от меня согласие на брак, он признался, что Бишфурдский лес уже давно стоит у него поперек горла.

Свой дом он освободил быстрее ветра.

С тех пор прошло уже больше месяца. И вот что удивительно: откуда герцог узнал об этом шестом разрыве? А о пятом? Предложение мой другой однокурсник сделал мне сразу после выпускного, перед тем как мы разъехались по разным сторонам. Ни о том, ни о другом моя сестра Мариэтта просто не знала. Не желая зазря волновать, я не писала ей о них, а значит, она не могла рассказать об этом герцогу.

Посмотрев на Алекса, я поймала на себе его пристальный взгляд. Потемневший, прямой, острый, как шпилька. Следом на его губах появился намек на улыбку.

– А у меня не хочешь узнать, почему я еще не женат?

Этот вопрос оказался еще неожиданнее предыдущего. Но на этот раз ему не удалось меня смутить. Да и переход на личное общение сказался. Сейчас между нами словно стерлась граница, за которой мы являлись друг для друга просто дальними некровными родственниками. Теперь за столом сидели двое давних знакомых, которые могли позволить себе в присутствии друг друга немного больше.

– Потому что влюбился в меня пять лет назад и до сих пор не забыл? – повторила я его шутку, но не дословно, передав лишь смысл.

Мой тихий смех прокатился от одной стены до другой, растворившись под потолком. Но только мой. Глядя на меня в упор, Алекс не опроверг моих слов, но и не подтвердил их. Вместо этого снизошел до комплимента:

– У тебя очень красивый смех.

– Пожалуй, мне пора спать. День выдался насыщенным, – мгновенно засобиралась я, испугавшись уже по-настоящему.

Даже не дождалась какой-либо ответной реакции на свои слова. Больше ни разу не взглянула в сторону Алекстандера. Спешно вышла, выбежала в коридор и прижалась спиной к холодной створке, пытаясь перевести дыхание.

Прекрасно знала, что меня так сильно испугало. А точнее, кто. Он до сих пор являлся моим самым страшным ночным кошмаром.

Когда в академии объявили, что лучший из выпускников пропал в горах Сшхаена вместе со своим напарником, я исходилась на душераздирающий вой три дня, лишь изредка проваливаясь в беспамятство после того, как выбивалась из сил. А еще два дня пыталась свыкнуться с мыслью, что он погиб, находясь под наблюдением сестры и целителей в лазарете.

Когда же его нашли, когда принесли в академию в тот же лазарет, где лежала я…

Я обрадовалась. Всевышний видел, я искренне обрадовалась. Но потом вдруг поняла, что мне было гораздо проще свыкнуться с его потерей, когда я знала, что больше никогда не увижу его.

Живой Алекстандер, Алекстандер, который не принадлежал мне, одним своим существованием приносил гораздо больше боли. Пока он находился рядом, в досягаемости, меня резал на части каждый вдох. И лишь чуть легче мне стало, когда он окончил академию.

Пять лет. Мы не виделись целых пять лет.

– Моя прелестная леди все так же неотразима, – услышала я тихое из-за двери.

Сердце сжалось, комом подступило к самому горлу, перекрывая возможность сделать полноценный вдох. Слезы неотвратимо навернулись на глаза и повисли на ресницах, едва я моргнула.

Всего одна фраза, но она вдребезги разбивала мне душу. Ту душу, что я пыталась склеить все эти годы осколок за осколком.

«Моя прелестная леди» – в последний раз он называл меня так пять лет назад. А затем это прозвище приросло ко мне до самого выпуска.

Удивительно, но всем вокруг оказалось наплевать, что эти три слова меня фактически убивают. В этих словах я всегда слышала ЕГО голос.