Преисподняя "АСТРА-1"

Пролог

Тяжелая инженерная техника уже сутки старательно сносила здания, заграждения, склады, загребала дороги и полигоны. Техника, коммуникации - все уничтожалось. Если что-то нельзя было сломать, оперативно подключались подрывники. Время поджимало, но ситуация требовала тщательного контроля.

Уже повсюду торчали предупреждающие таблички о радиационном заражении, хотя фон тут был абсолютно нормальным. Здесь и там сновали люди в ОЗК с дозиметрами в руках, что-то записывали. Помимо них, бродили странные личности в черных кожаных плащах, осматривали каждый метр... Если их что-то не устраивало, вновь подключалась техника.

Все это тщательно контролировалось особыми подразделениями, плотно оцепившими периметр. Никто из местных жителей не знал, что случилось на территории еще даже не достроенного ракетного комплекса...

Неизвестный человек в отглаженной военной форме стоял на невысоком, окруженном редкими деревьями холме, разглядывая в бинокль работу инженерной техники, затем отвлекался на часы, хмурился и вновь припадал к биноклю. Они существенно отставали от графика.

От полигона к нему двигался темно-зеленый УАЗ. Поравнявшись с холмом, он остановился, из него выскочил человек и взобравшись на холм, направился к наблюдателю.

- Наша работа почти закончена. Официально, здесь утечка радиации. Через двадцать лет никто и не догадается, что тут было на самом деле. Разумеется, первое время мы будем контролировать обстановку. Это все?

Человек с биноклем кивнул и отвернулся.

То, что произошло на объекте, по советским меркам, было недопустимо. И теперь, единственным правильным действием оставалось лишь похоронить весь военный комплекс. Под землей.

Тайны заключенные внизу, должны оставаться безымянными... Их время еще придет.

______________

Уважаемые читатели по многочисленным просьбам добавляю сюда порядок чтения книг цикла:

1 - Астра-1

2 - Гамма-3

3 - Лямбда-6

4 - Заря-2

5 - Омикрон-4

Глава 1. Здесь ничего нет

Разрекламированный Ниссановский внедорожник честно рыл грязь колёсами, постепенно приближая нас к конечной точке намеченного маршрута.

Подмосковье... Погода в это время года оставляет желать лучшего. В ноябре все грунтовые дороги раскисли от грязи, а сельскохозяйственная техника бодро распахала то, по чём ещё можно было ездить.

Лил мелкий моросящий дождик, а мрачное свинцовое небо словно давило на затылок, добавляя неприятного эффекта.

- Нет, я конечно согласен, что воровать дневник у профессора - идея не из лучших. - задумчиво произнес Серега, глядя в окно. - Но иначе этот старый маразматик нам ничего бы не сказал.

- Поверь, меня самого это уже не радует. - Андрей, как раз и укравший дневник, старательно вглядывался в экран глючившего навигатора. - Этот заброшенный ракетный комплекс существует, только вот где именно?

- Макс, глянь повнимательнее на карту из дневника. Может, мы пропустили что-то?

Я заглянул под потёртую кожаную обложку из-под которой вразнобой торчали пожелтевшие растрепанные страницы. Старые фотографии и записки сейчас меня не интересовали, а вот начертанная от руки карта местности была как нельзя кстати. Правда, с тех пор как была создана карта, согласно записям, прошло тридцать с лишним лет. И чего этот профессор Штрасс так трясся, словно чего-то боялся?

- Дим, смотри! - я указал подходящее направление. - Вон та дорога, слева. Видишь? Километра полтора на северо-восток. Ну а там придется импровизировать.

- Понял. - Дима послушно свернул влево, едва не загнав внедорожник в глубокую колею.

- Макс, ты уверен? - удивилась Катя, посмотрев на меня с недоумением. - Там же ничего нет. Ни строений, ни заборов. Какой к черту брошенный ракетный комплекс?

- Не уверен, но других вариантов я не наблюдаю. Обозначенная на карте точка всего-то в пяти километрах.

- Ладно, как скажешь. - ответила девушка и отвернулась. - Мне почему-то кажется, что там ничего нет.

Ещё минут десять мы продирались через густую грязь, петляя по отвратительной дороге. Наконец-то Дмитрий остановил машину на более менее нормальном участке.

- Приехали! - облегченно произнёс Дмитрий, осматривая серую местность из приоткрытого окна. – Дальше в лес пешком!

- В лес? – неуверенно переспросил Андрюха, затем высунулся в окно и усмехнулся. – Где тут лес-то?

И действительно, впереди простирались лишь несколько больших групп, разрозненных между собой зарослей кустов и деревьев. В это время года всё выглядело особенно уныло. Совсем. Многие деревья рухнули или покосились, кусты же, наоборот, за многие годы разрослись так, что через них нужно было пробираться с трудом. Выросло много молодых деревьев, едва превышающих по высоте человеческий рост. Лесом это, конечно, не назовёшь, но и пройти по этой местности, как по городскому парку, при всём желании, ну никак не получится.

- Нам что, туда? - спросила Катя, вылезая из машины. - Макс, ты уверен?

- Ага.

- Да тут куда ни глянь, везде одна и та же степь. И грязи по колено. Попробуй, не заблудись.

- Нам на северо-восток! - уточнил Дмитрий. - Там не только степь.

- А с машиной что будем делать?

- Здесь оставим. Куда она денется? На блокировку поставлю. Всё равно, тут на многие километры никого нет, – произнёс Дмитрий, открывая багажник. - Ну, что, господа? Разбираем вещи!

Через двадцать минут, собрав всё необходимое, облачившись в тёплую одежду и взвалив на спины снаряжённые рюкзаки, мы выдвинулись в путь.

Костюмы для игры в пейнтбол изначально хотели одеть сразу, но благоразумно передумали - не для такой погоды они были созданы. В общем-то, сами костюмы можно было использовать для чего угодно - они легко отмывались, были сшиты из довольно прочных материалов, да и заполучили мы их почти бесплатно. В итоге, мы просто компактно уложили их в рюкзаки, намереваясь одеть позже.

- Сколько нам идти? - поинтересовалась Катя.

- Так! Ну, точно не скажу, но около трех километров.

- А что, ближе подъехать никак нельзя было? - возмутился Серёга, счищая мгновенно налипшую грязь с подошвы ботинок.

- Ага, куда? Дальше дорог нет. А по этим ухабам только бронетранспортёр в помощь.

- Отличная идея. Жаль я его в гараже сегодня оставил! – весело пробурчал Андрюха, затягиваясь ароматным апельсиновым паром. Вэйп он всегда таскал с собой, расставаясь с ним только по праздникам.

- Ладно, не скулите! Грязи испугались? Что вы как бабки старые?

Идущий первым, Серёга постоянно спотыкался, при этом изобретательно ругаясь не очень цензурными словами, и не забывая упоминать наличие чуть подмёрзшей грязи. Идти быстрее существенно мешала путавшаяся между ног сухая прошлогодняя трава. То и дело попадались ямы, трещины, кочки. Каждый раз, когда кто-то из нас попадал ногой в подобную складку местности, раздавалось изощрённое ругательство, подкреплённое выразительной интонацией.

Помимо общей карты и карты из дневника профессора, взяли GPS-навигатор. Тот, естественно, засекреченных ракетных комплексов, да и вообще никаких сооружений поблизости не показывал. Дикую территорию он не особо жаловал – всё один сплошной жёлтый экран. Строить пеший маршрут через лесополосу навигаторы не умели, поэтому его пришлось использовать просто как электронный компас.

Мобильная связь, как и геолокация, тут уже работала с перебоями, а что нас ожидало дальше, вообще предсказать сложно.

Андрюха, воткнув модные наушники, время от времени балдел от своего “Rammstein”. Одно время он восхищался голосом Линдеманна, солиста любимой рок-группы. Катя постоянно жаловалась, что от такой сильной музыки у неё мозг пытается сбежать из черепной коробки. Я, в общем-то, с ней был согласен – иногда и у меня не хватало нервов.

Пройдя вглубь около километра, постоянно петляя между скоплений серых зарослей и деревьев, мы вышли на небольшую полянку, на восточной стороне которой, находился невысокий холм.

- Всё! Перекур! – произнёс я, сбрасывая довольно тяжёлый рюкзак и вешая его на обломанный берёзовый сук.

- Долго ещё? – Катюха недовольно сдирала налипшую грязь с подошв высоких ботинок. Получалось не очень хорошо.

- Да чёрт его знает, но километра три точно. Карта-то не слишком подробная. Профессор не сильно вдавался в подробности, – произнёс Дмитрий, разглядывая лист бумаги, который предусмотрительно засунул в полиэтиленовый файл, подальше от влаги.

Уже минут двадцать моросил мелкий противный дождик, что, естественно, никого не радовало. Если ещё немного похолодает - этот дождик превратится в мелкий град.

- Пойду, нужду справлю! – предупредил я Андрюху и медленно побрёл к холму. - А заодно осмотрюсь немного.

Отойдя от стоянки, я сначала хотел взобраться на него сверху, но передумал и решил обойти по кругу.

Нет, за ним ничего интересного не оказалось. И под ним тоже. Холм как холм.

Осмотревшись, я заметил на северо-востоке группу заброшенных одноэтажных строений. На военный объект совсем не смахивало, скорее – на строения сельскохозяйственного назначения. Обыкновенные заброшенные коровники, давным-давно не использующиеся по назначению. Ничего интересного. Да и место наших поисков должно было находиться значительно восточнее.

Спустившись ниже, я обнаружил в зарослях сухого камыша узкий ручей, который метров через сто превращался в огромную болотистую лужу, засыпанную ветками и сухими листьями. Лужа по краям уже схватилась тонким льдом, что заставило задуматься: если ничего не найдём – нужно возвращаться к машине. Иначе замёрзнем.

Обойдя холм и побродив ещё немного у его подножия, но так ничего интересного и не обнаружив, я неторопливо вернулся на место стоянки.

- Эй, исследователь, нашёл что-нибудь? – воскликнул Андрюха, забавляясь вэйпом, который не выпускал из рук с самого начала поездки.

Димка ещё ругался, что тот ему весь салон апельсинами провонял.

Я задумчиво покачал головой. Андрей выпустил в мою сторону клуб белого пара, а затем продолжил рассказывать остальным какой-то остроумный анекдот.

- Дима, а на карте профессора есть какие-нибудь ориентиры? Например, в виде старых коровников или, может, складов?

- Нет такого, - ответил тот, рассматривая карту. - А что?

- Да, так. Просто видел на севере какие-то полуразвалившиеся коровники.

- А, так этих-то здесь много. На карте их никто даже не отображает. Ну, что? Заканчиваем перекур?

- Да. Пора выдвигаться дальше. Начинает подмораживать.

- Ещё километра три, три с половиной и лесополоса закончится. Если ничего не найдём, придётся ехать обратно. - Дмитрий был явно не рад такому повороту событий. Он надеялся увидеть мастерские, какие-нибудь технические строения, бункеры, ну или хоть какие-то остатки полигона с ракетными корпусами. А тут – ничего. Совсем ничего. Даже смотреть не на что.

Нам, откровенно говоря, уже порядком надоело идти друг за другом, наблюдая один и тот же одноцветный пейзаж. Заросли становились то гуще, то реже. Но вскоре, мы увидели противоположный конец леса. Деревья и кусты заметно поредели, однако трава почему-то стала гуще. Снова появился лёгкий туман.

- Ну, замечательно! – хмыкнул Серёга, в очередной раз смахивая с ног огромные куски налипшей земли. - Вылезли побродить по грязи, наслушавшись бредней полоумного старика. Да в такую погоду и свинья из хлева не вылезет. Молодцы, всем спасибо, можем ехать обратно!

- А может быть там посмотрим? - Андрей махнул рукой на запад. - Там тоже какую-то посадку видно. А, нет, та значительно меньше. Ну а вон там?

На север простиралась лишь унылая серая степь.

- Там ничего нет!

- Ну, может этот комплекс в поле был построен?

- Ерунда!

- Мля! Как же так?! - искренне удивился Дима. – Вот карта. Тут же всё написано. Вот, сами посмотрите!

- Брось её! – Катя тихо выругалась, обходя парня. – Нет тут ничего! И не было!

Наша группа торопливо выбралась из посадки и начала обходить её по краю, надеясь вернуться к машине более быстрым путем.

Настроение испортилось. Да что там – оно было просто паршивое. Мчаться в такую даль, по такой дерьмовой погоде... Собирать вещи, организовывать поездку. Не на такой результат мы рассчитывали, совсем не на такой.

Отсюда, с опушки, посадка выглядела совсем унылой. Серые кроны деревьев, тёмные мокрые стволы, спутавшиеся заросли травы и кустарников. Однако, то и дело, поглядывая по сторонам, я заметил, что деревья в центре посадки были значительно тоньше и как будто бы моложе тех, что росли с окраины. Это было как минимум необычно, хотя и не особенно примечательно. Обычный путник, проходя здесь, скорее всего, даже не обратил бы на этот факт никакого внимания. А вот я, привыкший на пейнтбольных турнирах осматривать местность, наоборот, всё чаще и пристальнее стал поглядывать на довольно странную посадку. Метров через триста, моё внимание привлекло нечто странное. Я с некоторым волнением, неуверенно двинулся туда, ломая кусты и путаясь в траве.

- Эй, Макс, куда тебя понесло?

- Макс?

- Секунду! Я сейчас! Кажется, там что-то есть.

Среди зарослей травы, из-под небольшого холмика, засыпанного жухлыми листьями, я увидел выступающую наружу старую бетонную плиту. Она, под каким-то странным углом уходила под землю. Бетон был очень старый, уже частично раскрошившийся и поросший бурым мхом. Из-под основания плиты, прямо по земле, пролегала, хорошо утопленная в бурый мох и траву, практически проржавевшая, металлическая труба. Разглядеть её вообще оказалось проблематично – осыпавшаяся листва надёжно скрывала всё, вплоть до камней и сухих веток. Быстро освободив от листвы пару метров земли, я нашёл другую трубу. Приглядевшись, в ней я заметил уложенный толстый изолированный кабель, который уходил куда-то вглубь под бетонную плиту.

Интересно, что это такое? Смутное предчувствие встревожило меня - неужели это то, что мы искали?

Я оглянулся – группа продолжала топтаться и лениво месить грязь на опушке.

- Чего встали? Бегом сюда! Я кое-что нашёл! – крикнул я, махнув рукой.

Дмитрий, тяжело вздохнув, быстро рванул ко мне. Остальные, не особо торопясь, бросились следом.

- Ну? Что тут?

- Смотрите!

- Ну! Бетонная плита, и что?

- Бетонная плита, посреди лесной посадки... Не странно ли?

- Ну, в общем-то, да. Откуда ей тут взяться?

- Плита точно из бетона, причём, очень старая. И под ней явно что-то есть, - произнёс я задумчиво, отходя в сторону. - Вот, проржавевшие трубы. А в одной из них проложен кабель.

- Интересно, - задумался Дима, беря в руки карту. – Действительно руины. Если о них не знать, то никогда и не догадаешься.

- И что, мы будем её ломать? – поинтересовалась Катюха.

- Нет, зачем же? Нужно просто хорошенько осмотреться. Я уверен, найдём ещё что-нибудь интересное.

После десяти минут хаотичного рысканья по лесополосе, Андрей нашёл небольшую полянку, в низине которой, среди обломанных веток и поваленных деревьев, мы увидели низкий парапет. Он представлял собой обширную, заросшую мхом ещё одну бетонную плиту, которая накрывала собой что-то большое. Что-то очень большое.

У самого её конца, прямо из-под земли, на уровне четверти метра почти вертикально торчала широкая ржавая труба, с надетой на неё конической сеткой, существенно проржавевшей от времени. В зарослях травы её было довольно сложно заметить.

- Ага, а вот и вентиляционная труба! Таких труб, наверняка по лесу полно. Просто мы их не замечали, – обрадовался я. – Надо ещё искать!

Вдруг, откуда-то слева раздался крик Катюхи.

- Эй! Скорее сюда!

Серёга бегом бросился к ней, путаясь в траве. Следом Андрей, уже наперёд зная, чем задеть девушку.

- Только не говори, что нашла сумочку от Боржоми! – крикнул он.

- От Бриони, валенок! – рассмеявшись, крикнула она в ответ, показав средний палец.

- Так я так и сказал...

- Да ну тебя!

- Так что ты тут нашла-то? - устало дыша, спросил побежавший Серёга.

- Сам посмотри!

И действительно, если знать, куда смотреть и если хорошо приглядеться, было на что обратить свой взор. Девушка стояла прямо в центре ложбины между деревьями, в странной, сильно заросшей травой, яме. Как будто целый пласт земли, по непонятной причине, вдруг равномерно просел на полметра вглубь. Катя усердно разгребала траву под ногами и вскоре всё стало понятно. Прямо под ней находился большой, метра два в диаметре, стальной люк, когда-то тщательно выкрашенный чёрной матовой краской.

- Оп-па! Кажется, мы нашли! – задумчиво произнёс Серёга, обходя его по кругу. – Да это же крышка ракетной шахты!

Судя по состоянию и внешнему виду крышки, этот комплекс был заброшен или законсервирован давным-давно, ещё тогда, когда эта технология только начинала осваиваться. Даже навскидку, по самым грубым подсчётам, прошло лет тридцать с тех пор, как здесь прекратилась вся активная деятельность.

- Эй, народ! – вдруг окликнул нас Дмитрий, внимательно осматривающий находку. – А крышка-то была заварена!

- В каком смысле??

- Да в прямом! - пояснил он. - Крышка шахты заварена, причём очень давно. Даже сейчас хорошо видно сварной шов. Странно, для чего вообще эту шахту планировали использовать?

И действительно убрав траву и опавшие листья, мы заметили, что ни щелей, ни зазоров между крышкой и стальной рамой не было.

Интересно, почему? Кто знает, вдруг в прошлом здесь что-то случилось, ведь такие объекты просто так не бросают. Её могли законсервировать для дальнейшего ввода в эксплуатацию, скажем, через несколько десятков лет. Или же наоборот сочли, что такой вид оружия слишком опасен и разрушителен, вследствие чего, все работы были прекращены.

Ещё раз более тщательно осмотрев местность, я пришёл к выводу, что все строения попросту снесли и разровняли тяжёлой строительной или военной техникой, после чего хаотично засадили деревьями, превратив территорию в огромный могильник. Вот почему со стороны мне бросилось в глаза, что деревья в центре гораздо моложе тех, что на окраине посадки.

- Выходит, всё это правда! - задумчиво произнёс Андрей, постучав камнем по стальной крышке. - Ракетный комплекс действительно существует и находится прямо здесь. Мне одному кажется, что судя по внешнему виду, это место давно заброшено?

- Да, на вид территория оставлена людьми лет двадцать – тридцать назад. Уж не из-за аварии ли на Чернобыльской АЭС?

- А авария-то, каким боком тут? - удивилась Катя, обернувшись к Серёге.

- Именно после неё всерьёз осознали, что такое радиация и какие она несёт последствия для живого организма! Её пагубное воздействие на человека, на природу. Вон, Украина до сих пор от аварии отойти не может, а следы от Чернобыльской радиации можно найти по всей планете. А ракеты, что должны быть в комплексе, наверняка ядерные!

- И ты думаешь, что кто-то из военного руководства страны, дал команду остановить строительство всех объектов с атомным вооружением?

- Очень может быть. Ну, может быть не всех, а только этого...

- А если шахта гораздо старее? Кто помнит, профессор говорил о восьмидесятых или о шестидесятых годах? - Дмитрий вопросительно покрутил головой по сторонам. - Примерно в конце пятидесятых началась холодная война. А за ней и гонка вооружений. Эта шахта может и была достроена, но, судя по всему, ни разу не использовалась. Если здесь под нами, целый ракетный комплекс, то его намеренно замаскировали и оставили для лучших времён. Я думаю, он был реально законсервирован, а затем, просто забыт.

- Это всё, конечно, интересно, но дальше-то что будем делать? – Серёга широко зевнул. - Шахта пуска ракет – это, безусловно, ценная находка, но всё-таки, где искать вход?

- Если он вообще есть, - подняла брови Катя. – Сами посмотрите! Ни зданий, ни техники. Как его тут искать?

- Дима, а на карте больше ничего нет? Обозначение или может быть какой-нибудь знак? Двери, лифт? Может, мы что-то пропустили?

- Нет! – покачал головой тот. - Что-то вроде инженерного плана есть, но как его читать, если там ни черта не понятно? Да и тут – ни ориентиров, ни столбов... Сам чёрт ногу сломит!

- А дневник? - не сдавался Сергей. - Может там ещё что-то есть?

- Хорошая идея. Там я ещё не всё просмотрел.

Минут двадцать ушло на то, чтобы просмотреть все страницы дневника. Я невольно отметил, что за много лет он порядком успел пожелтеть от времени. Очевидно, что его владелец писал эти строки очень давно.

Нашлось некое подобие ручной зарисовки самого комплекса, о которой и говорил Дмитрий, но это мало чем нам помогло. Всё, что было на поверхности, давно поросло густой травой и кустарником, было засыпано листьями и ветками. Даже сейчас, осматривая территорию, вряд ли кто-то догадался бы о том, что находится под ногами. А уж о том, чтобы ориентироваться на местности, в соответствии с планом и речи не было. Прошло немало времени, прежде чем была предложена толковая идея.

- Так! Я, кажется, придумал! Слушайте! Это же ракетная шахта, правильно? Всего их на зарисовке три, верно? – заявил Андрей, при этом убрав в карман вэйп.

- Ну?

- А на карте они расположены в виде правильного треугольника, так? Мы нашли одну из шахт. Следовательно, найдя остальные, сможем хоть как-то начать ориентироваться. Найти остатки строений, а где-то среди них и должен быть и вход.

- Совет принят. Хоть какое-то действие, – насмешливо фыркнула Катюха.

- Ты чего веселишься?

- Да просто. Ты с таким серьёзным лицом это высказал, прям Индиана Джонс.

Андрей улыбнулся. А ведь верно, когда дело разворачивается подобным образом, когда потихоньку, винтик за винтиком начинаешь понимать, как всё было задумано тем человеком, что составлял дневник, поневоле чувствуешь себя: ну если не расхитителем гробниц, то уж начинающим исследователем – точно.

Проблуждав по территории ещё минут десять, вскоре были обнаружены и остальные ракетные шахты. Они действительно составляли правильный треугольник, расстояние между ними было равно тридцати шагам, то есть, всего около сорока пяти метров. На зарисовке в дневнике им были приписаны порядковые номера, от одного до трёх. Но как в реальности определить, какая из них и под каким номером, мы не знали.

- Ну-ка, дай дневник, – потребовал я у Дмитрия.

- Смотрели уже. Нет там ничего, – недовольно произнёс парень, но дневник всё-таки протянул.

Быстро пролистав его снова, я надеялся найти ещё что-нибудь, что сможет помочь нам в поисках. Хоть что-нибудь. Но тщетно, ничего полезного там не оказалось. Даже имея правильную карту, спустя столько лет не представлялось возможным определить реальное положение разрушенных строений.

- Эй, люди, идите-ка сюда, – вдруг подал голос Андрюха, всё это время блуждавший между деревьев.

- Что там? Что-то нашёл?

- Можно сказать и так.

Подойдя ближе, мы обнаружили ещё одну вентиляционную трубу, но в отличие от остальных, эта состояла из трёх секций и уходила в разные направления. Бетонный парапет в этом месте вообще едва выступал над землёй, а, усыпанный сверху засохшими листьями, и подавно скрывал все следы каких-либо человеческих стараний.

- Ещё одна вентиляция? Хреново, что они не были пронумерованы...

- А почему бы и нет?! Именно поэтому я вас и позвал!

- В смысле?

- Дима, посмотри на карте, может быть есть что-нибудь, что похоже на обозначение точек вентиляции?

- Вряд ли это было бы настолько важным, чтобы заносить на карту. Но чем чёрт не шутит, сейчас посмотрим, - с несколько минут парень шуршал бумагой, но всё-таки нашёл то, что хотел. - Ну да, точно. Есть обозначение, мелкими буквами. И их много.

Вся группа столпилась вокруг Дмитрия.

- Вот тут, смотрите. Точка "А4С5". Это рядом с шахтой номер три, видите?

- Кажется, да. А может быть, здесь обозначение есть, – предположил Серёга, шустро разгребая ботинком толстый слой листьев и сухой травы. – Так, здесь ничего. И в этом месте тоже.

- А с другой стороны? Вон там!

Все с энтузиазмом принялись разгребать траву и листья вокруг парапета, трубы и видимых остатков бетона, торчавшего из земли. Зрелище было ещё то: пятеро молодых людей, под ледяным мелким моросящим дождём, озабоченно рылись в листьях, ища сами не зная, что. Со стороны могло показаться, что из местной психиатрической лечебницы сбежали недолеченные люди, которые добравшись до этой посадки, вдруг начали играть в известную только им одним странную игру.

- Нашёл! Смотрите! "А6Б14". Видите, тут?

И действительно, на одной из граней трубы, уходившей к ракетной шахте, прямо у парапета, была выварена заводом-изготовителем едва заметная маркировка.

- Так, ага. На карте это вентиляция напротив шахты номер два. Отлично, значит, вход в комплекс должен быть…

- Ну?

- Что ну? Не знаю, – сильно нервничая, признался я. – Там, наверное! Или там!

- Наверное?!

- Одной точки мало! Нужно осмотреть все точки вентиляции, так мы составим что-то вроде точечной карты координат.

- Мы знаем, что все наземные строения тогда сровняли с землёй, для того, чтобы скрыть следы присутствия такого объекта, так? И наименования точек, если они и были, вряд ли сохранились! – нахмурившись, хмыкнул Андрюха. - Мы здесь до самой ночи рыться будем.

- Вполне очевидно. Все эти обломки плит и куски бетона... Тут либо все взорвали, либо имела место быть тяжёлая строительная техника. После такой тотальной консервации найти бы хоть что-то, что ещё осталось на прежнем месте!

- Тогда предлагаю отмечать места на карте, сверяя с местностью. Затем, будем обходить все направления, до самого края поляны. По количеству оставшихся руин, хотя бы примерно сможем понять, что за здание на этом месте находилось. Ну? Идём туда!

Ещё несколько минут ушло на то, чтобы обыскать всю поляну от второй ракетной шахты и до последней найденной вентиляции. Энтузиазм, конечно, был на высоте.

В итоге всё закончилось тем, что Серёга провалился ногой в огромную щель между сложенными клином бетонными плитами. Страшно ругаясь и пытаясь выбраться, он заметил, что совсем рядом с ним находится заросший травой небольшой холм. А содрав с него пласт земли вместе с травой, под холмом обнаружилась малозаметная впадина, которую лишь частично прикрывал обломок бетона. Выбравшись из щели и приложив усилие, парень сдвинул его в сторону.

- Эй, все сюда! Нашёл!

Глава 2. Сомнения

Когда мы подошли к холму, то увидели лишь торчавшие из дыры грязные ноги Сергея, так как всё остальное тело уже было скрыто под плитой.

- Серёга! Ты чего туда полез? Там еды нет! – бросил очередную шутку беспечный Андрюха.

- Еды, может, и нет, а вход я кажется, нашёл! – довольно произнёс он, вылезая из-под плиты.

Выпрямившись, он показал мятый корпус старой "летучей мыши", проржавевшей от сырости и времени. – Вот что в дыре нашёл!

- Ржавая керосиновая лампа?

- Ага. Там под плитой, какое-то довольно большое помещение. Засыпано бетонными обломками, но протиснуться можно. Даже рюкзаки должны пройти.

- А вдруг это не вход? Вдруг, это просто полость между обломками, образованная после сноса здания?

- Нет! Точно нет, - отмахнулся Серёга. - Я внизу даже выкрашенные стены видел.

- Ну, раз так, кто желает стать первопроходцем? – торжественно спросил я, и чуть помешкав, отправился за оставленными на краю поляны рюкзаками.

Первой лезть в дыру вызвалась Катя, как самая маленькая и ловкая. Тщательно расчистив импровизированный проход от грязи и травы, при этом сдвинув несколько мелких обломков, удалось его немного расширить. Проход был почти вертикальный, прямо между нескольких крупных фрагментов бетона и ранее представлял собой что-то вроде входа на цокольный этаж. Но после того, как здесь всё сровняли с землёй и над входом оказалась гора сваленных обломков разных форм и размеров – истинное назначение остатков данного строения определить было уже невозможно.

Извернувшись, девушка довольно ловко поползла в расщелину, изредка ругаясь и желая долгой жизни тем, кто оставил здесь эти руины. Протащив за собой верёвку, она хотела было закрепить её с другой стороны, но…

- Ну, что там? - заорал в дыру Андрей. - Что видишь?

- До дна метра три, может, больше, – неожиданно раздался громкий всплеск. - Чёрт! Эй, тут воды чуть ли не по колено. Холодно, блин. В стене дверь какая-то. Ободранная вся.

- Что? Там вода?

- Объект что, затопили? - негромко спросил у меня Андрюха, явно не обрадовавшись тому, что услышал.

Вопрос переадресовали девушке.

- Да нет, скорее всего, это просто дождевая вода. Спускайтесь! - пояснила Катя, затем чуть подумав, добавила. – Надеюсь, здесь никакой живности не завелось от времени?

- Не бойся, не завелось! - усмехнулся Андрей. - С тобой ни одна зараза не захочет связываться!

- Козёл! - прилетело снизу.

- Ну хватит уже. Так! Кать, сначала верёвку закрепи!

- Готово. Верёвку закрепила, - раздался её голос из дыры через пару минут. - А забродов, случайно, ни у кого нет?

- Ага, вот всё есть. А забродов, нет! - рассмеялся в ответ Дмитрий. - Ладно, Макс, ты пойдёшь? Или я?

Я двинулся вторым, то и дело цепляясь краями одежды за острые выступы плит, при этом изощрённо возмущаясь. Протиснувшись, я пролез метра два с половиной, ухватился за торчавшую из плиты гнутую ржавую арматуру и, перевернувшись, свесил ноги вниз, после чего плюхнулся в воду, с трудом устояв на ногах. Брызги воды полетели во все стороны, при этом я промок почти до пояса.

- Ну, замечательно! – выругался я, почувствовав под ногами неровный, скользкий пол.

- Я же говорила, вода тут, – вдруг совсем рядом раздался голос Кати.

Неожиданно, слева от меня вспыхнул огонёк пламени – Катя воспользовалась керосиновой зажигалкой.

Увидев девушку, я побрёл к ней, постоянно спотыкаясь и перемешивая и без того мутную воду – в свете фонаря вода казалась грязно-рыжей.

- Неужели это и есть вход, который мы искали? - спросила она, бросая недовольные взгляды на дверь.

- Скорее то, что от него осталось. А эта входная дверь... Похоже, заперта. Правда, сомневаюсь, что это главный вход.

- Может быть какой-нибудь инженерный или запасной?

- Может и так.

- Пробовала её открыть?

- Дёрнула пару раз – никак! Крепкая, зараза!

- Ничего, вскроем! Если это реально вход, то мы просто обязаны взломать эту дверь.

Помещение, где мы оказались, представляло собой небольшую продолговатую комнату. Уцелела лишь малая часть строения, остальная – довольно гармонично переходила в категорию "руины". Довольно мрачное и совершенно непрезентабельное зрелище. Да ещё и запах соответствующий...

Справа поднимались вверх бетонные ступени, и если бы не обширный завал бетонных обломков, то по ним легко можно было бы подняться на поверхность. Почти на всех стенах, покрытых мхом и плесенью, местами осыпалась штукатурка вместе с синей облупившейся краской. Большинство стен украшали трещины и щели. Постоянная сырость, вкупе со временем постепенно брала своё.

Воздух сырой, затхлый и весь пропитанный гнилью. Трубы, силовые щитки, полки с крепёжными элементами – всё давно проржавело. В мутной воде плавал всякий мусор разной степени давности, гнилые листья.

Слева от меня находилась массивная дверь, густо покрытая ржавчиной. Именно про неё и говорила Катя. На двери даже отсюда был виден огромный амбарный замок.

- И вправду закрыто, - удивился я, проверив его на прочность.

- А ты ожидал здесь увидеть распахнутые настежь ворота и красную ковровую дорожку? - усмехнулась девушка.

- Нет, конечно. Но всё-таки, если здесь всё снесли, зачем было ещё и запирать на замок?

Неожиданно, прямо из дыры сверху, чертыхаясь, вывалился Серёга и чуть ли не плашмя угодил в мутную воду. Если убрать матерные слова из его словесного потока, то, можно сказать, что он упал молча.

- Удачной посадки! – улыбнулся я, помогая подняться.

- Спасибо, – пробурчал он, поднимаясь на ноги и осматриваясь.

- А я предупреждала, вода здесь, – лениво фыркнула Катюха, снова чиркая зажигалкой.

- Поберегись! - крикнули сверху в дыру.

- Эй, Димон! Сначала рюкзаки! И сами спускайтесь осторожно, здесь вода кругом, – крикнул в ответ я.

Вместо благодарности за совет, сверху по верёвке, прямо мне в руки съехал тяжёлый рюкзак.

Через несколько минут все остальные так же спустились вниз. Хотели прямо тут переодеться в пейнтбольные костюмы, но передумали – слишком много воды было вокруг.

- Ну вот! Что, нельзя было уборку организовать перед нашим визитом, а? – наигранно спросил Андрюха у помещения с таким комичным лицом, что даже Катя расхохоталась.

Ободранные стены не представляли для нас никакого интереса, особенно учитывая, что здесь всё было покрыто плесенью и мокрым грязным налётом.

Заинтересовавшая нас дверь оказалась добротной, окованной железом и закрытой на массивный амбарный замок. Интересно, а почему на амбарный? Как-то несерьёзно!

Несмотря на примитивность, открыть его оказалось весьма непросто, учитывая, что из замочной скважины торчал кривой обломок ножа. Сломать такой замок было бы сложно даже на поверхности. Но повозившись с ним пару минут, оказалось, что ушки креплений давно проржавели и после нескольких тяжёлых ударов по ним, с хрустом отломились.

Провозившись с дверью, ещё некоторое время, мы всё-таки вскрыли её. С характерным треском и скрежетом, она с некоторым сопротивлением подалась вовнутрь.

В лицо ударила волна тёплого, но затхлого воздуха, пропитанного довольно мерзкой гнилью и сыростью. За дверью нас ждала полная темнота. И тишина. Лишь хлынувшая внутрь вода, быстрым потоком разлилась по освещаемому фонарями пространству.

- Эй! Дети подземелья? Мы пришли с миром! – страшным голосом крикнул внутрь Андрюха, за что тут же получил удар по рёбрам от Катюхи.

- Ерундой не страдай! - пробурчала девушка, включая свой фонарь.

- Да ладно, я же так, обстановку разрядить.

- Не совсем время и место...

- Как скажешь, босс! – пожал плечами Андрей, но улыбаться перестал.

С минуту мы постояли на месте, освещая карманными фонарями раскинувшееся перед нами помещение.

- Так, ну и что дальше? – спросил Серёга, обращаясь скорее к себе, чем к товарищам.

- Дима, в дневник глянь. Может там что есть? – я вскинул рюкзак на плечо.

Серёга недовольно крякнул, убрал зажигалку в карман и достал мощный армейский фонарь, как нельзя кстати, прихваченный со склада пейнтбольного клуба.

- Да будет много света! - парень несколько раз щёлкнул выключателем. - А чёрт, почти севший. Я забыл проверить его перед выездом. Батарея у кого-нибудь есть?

- Эй, свету можно? Нет? - снова подал голос Андрюха, но уже не так уверенно. Затем, обернувшись к нам, пожал плечами: - А Светы нет!

- Держи батарею! Андрей, хорош уже. Не до твоих шуток! - Дима протянул Серёге надорванную упаковку.

Мощный луч света осветил длинный тёмный коридор, всё с такими же обшарпанными стенами с осыпавшейся штукатуркой. По сравнению с предыдущим помещением, это было в несколько лучшем состоянии. На полу тоже присутствовало немного воды, однако здесь она была чище и в гораздо меньшем количестве, чем в предшествующем.

Справа и слева можно было различить двери, почти все сломанные или повреждённые, а некоторые вообще висели на остатках ржавых петель. Пол был усыпан раздавленными картонными ящиками, коробками, корпусами каких-то старых приборов. С потолка свисали корни деревьев, кое-где пробившиеся через трещины в бетонном своде. Местами, на проводах, висели старые люминесцентные лампы, с торчащими обрывками проводов.

В самом дальнем конце, насколько мог выхватить луч света, можно было различить небольшое застеклённое строение со сломанным турникетом. Контрольно-пропускной пункт, судя по всему.

- Смотрите! Раз есть КПП, значит, это действительно вход в ракетный комплекс, а не просто подвал одного из зданий. Хотя, конечно, для главного входа слишком уж просто и бедно. И этот амбарный замок... Хм, как-то это и впрямь - несерьёзно.

- А для каких целей здесь наводить красоту? Это же военный объект!

- Ты прав. Показуха в этом месте явно была ни к чему.

- Ну что, идём?

- Никому не кажется странным то, что тут всё в таком полуразрушенном виде?

- Здесь давно никого не было. Время, как бы, не щадит ничего и никого.

- Не только во времени дело. Посмотрите на лампы!

- Что с ними?

- Многих просто нет! Если бы они оторвались – лежали бы на полу. А их просто нет. Как и некоторых дверей.

- Ну, может быть, их сняли. Или не успели повесить.

- Только в том случае, если здесь ещё не закончили строительство. Тогда – да.

- А вдруг кто-то специально устроил тут погром? Например, разграбили мародеры!

Никто не решился делать дальнейшие выводы.

- Знаете что? Давайте двигаться дальше!

- Согласен! Только смотрите под ноги, мало ли что, – произнёс я, медленно обходя висящую на оборванном проводе разбитую лампу. – Здесь могут быть неожиданные сюрпризы.

- Какое мрачное зрелище, – прошептала Катя, осматривая потолок покрытый трещинами, из которых торчали чёрные узловатые корни росших на поверхности деревьев.

- Да уж, что-то они с посадками не рассчитали. Вполне же очевидно, что корни посаженых деревьев пробьют перекрытие. Значит, бетонный свод совсем тонкий? Странно!

- Ну да, согласен. Хотя, чёрт его знает. Может, типичное удешевление производства? Намеренно использовали какой-нибудь некачественный бетон?

- Не знаю, не знаю. Но мне кажется, что дальше вопросов у нас будет только больше.

- Димка, что в дневнике?

- Да ничего! – произнёс Дмитрий, перебирая пальцами старые страницы. – Похоже на вход в комплекс, но здесь нет названий. Есть только обозначение "Д32Т3". Но что это означает – ни слова. И о внутренних помещениях тоже никаких упоминаний.

- Знаете, я думаю, что в этом месте обязательно должен быть какой-нибудь план помещений или хотя бы пожарный план эвакуации, – предположил Серёга. - Поищем его? Какой нам толк здесь бродить бездумно?

- Точно. В Советском Союзе тщательно подходили к подобным вещам. Советское Министерство обороны это, всё-таки, не сарай с колхозниками. Там всё было серьёзно.

- Такие планы должны быть на всех объектах, независимо от того военный он или гражданский.

- Смотрите на стены. Это может быть деревянный стенд или плакат, – произнёс Сергей, доставая из рюкзака второй фонарь.

- А рядом огнетушители или пожарный щит должен быть, – добавил я, вспоминая, как лет пятнадцать назад, отец брал меня на работу, где я впервые и увидел пожарный щит, с висящим рядом планом эвакуации личного состава. Я тогда ещё кучу ненужных вопросов задавал…

Хлюпая по маленьким лужам у входа, мы быстро разбрелись по коридору.

- Эй! Я тут чьи-то фекалии нашёл! - крикнул возмущённый Андрей, из ближайшего помещения с варварски выбитой дверью.

Это не совсем уместное заявление вызвало лёгкую улыбку, хотя и не у всех.

- Свежие? – без особого интереса поинтересовался Серёга.

- Не! Давно уже нет. Но зато на аккуратно подстеленной картонке!

- Фу! Гадость! – с презрением сморщилась девушка. – К чему такие подробности?

Жестяные ящики и короба из старой древесины были пусты, лишь в некоторых можно было найти рассохшуюся бумагу, прочесть содержимое которой уже не представлялось возможным. Корпуса непонятных электрических аппаратов также, либо поржавели, либо окислились. Для чего они предназначались, никто из нас определить не смог. Ничего из уцелевшего электрооборудования не вызывало желания проверить его на работоспособность.

Зайдя в одно из неприметных помещений, я стал свидетелем большого перевёрнутого стола, сломанного шкафа и дюжины разбросанных книг. Сломанные стулья, коробки и мелкий офисный мусор были повсюду, а их состояние оставляло желать лучшего. А вот, стоящий на обломках деревянного стола большой чёрный ящик, меня заинтересовал больше всего.

Подойдя ближе, я понял, что он неметаллический и даже не деревянный. Да и сам он выглядел немного чище, чем всё остальное вокруг.

- Пластик? - изумлённо прошептал я, ощупывая материал. - Не может быть! В восьмидесятых же не было ящиков из пластика! Материал очень грубый, но это определённо пластик.

Открыть его я не смог, так как оба крепления были сломаны. Да и судя по весу – тот был пустым.

- Эй, Макс, сюда! Скорее! - окликнули меня из коридора.

Димка, ушедший вперёд по коридору дальше всех, уже успел добраться до конца и сейчас неподвижно стоял перед турникетом, рассматривая контрольно-пропускной пункт. Справа от него, находилось застеклённое помещение, судя по всему – пост охраны.

- Что тут? План нашёл? - спросил я, подойдя ближе.

- Нет. Но вот это любопытно... Глянь-ка туда! – он указал рукой в сторону.

Там, на грязном пыльном стекле, были отчётливо видны дыры от пуль. Судя по характеру и частоте, это была автоматная очередь.

- Оп-па! Чёрт! – задумчиво произнёс я, осматривая стекло. – Здесь, что стреляли?

- Похоже, что да. Смотри, там ещё и гильзы на полу.

И действительно, на полу прямо перед турникетом, были рассыпаны старые гильзы.

- От "Калашникова", – произнёс я, подобрав одну из них. - Причём образца сорок седьмого года. Калибр ещё семь и шестьдесят два. Надо же.

- Кто стрелял?! В кого стреляли? – рассеянно пробормотал Дмитрий, разгребая ногой рассыпанные гильзы.

- Что же здесь случилось? Слушай... А может это уже после того…

- Чего?

- Ну... После того, как объект законсервировали, вдруг, кто-то ещё спускался сюда?

- Очень может быть! – произнёс Дима, взволнованным голосом. - Какая-нибудь государственная экспедиция? Или смельчаки-энтузиасты вроде нас?

- Я, кстати, там в помещении, нашёл пластиковый ящик!

- И что?

- Сам подумай. Какой пластик, да ещё в таком объёме, в восьмидесятые годы? Тогда ящики и контейнеры делали только из стали и дерева. Скорее всего, он попал сюда немногим позднее. Хотя, конечно, я могу и ошибаться.

- Тихо! - вдруг прошептал Димка прислушавшись.

Я последовал его примеру. Где-то вдалеке жутким эхом раздался лязг металла. Было похоже, как будто металлическая труба упала на пол и покатилась. Звук шёл откуда-то из глубин комплекса и постепенно утихал.

Я похолодел. По спине пробежали мерзкие мурашки. Весьма противное чувство.

- Слышал? - негромко произнёс Дмитрий. - Неужели тут ещё кто-то есть?

- Тихо!

Однако больше никаких звуков из комплекса не доносилось.

- Может быть, это был просто сквозняк? Ведь мы вскрыли входную дверь, значит, нарушили отток воздуха во всей системе помещений.

- Может и так. Но вот чтобы металлические трубы сами падали от сквозняка...

Вдруг, с противоположной стороны коридора раздались чьи-то торопливые шаги...

Глава 3. Уровнем ниже

- Эй, вы чего здесь застряли? – неожиданно из-за угла коридора появилась Катюха. – Мы план помещений нашли. Причём, неплохо сохранившийся.

- План? Где?

- Там, в одной из комнат, - она махнула рукой, - их здесь довольно много. Не знаю, для чего они предназначались. Может, для офисного назначения. А вы чего такие бледные? Что-то нашли?

- Да нет, ничего. Всё нормально, - быстро произнёс я.

Дмитрий посмотрел на меня с некоторым подозрением, вздохнул, но ничего не сказал. Парень неторопливо двинулся ко входу, задумчиво качая головой. Я же, весь обратившись в слух, сам того не замечая, пропускал слова девушки мимо ушей.

Что за странный звук? Случайность? Допустим! А как же ящик? Он-то здесь откуда?

- Макс, идём! - повторила девушка, вернувшись за мной снова. – Что с тобой? Всё в порядке?

- Да, да, всё нормально. Уже иду!

Я нерешительно двинулся за Катей, всё ещё тревожно оглядываясь на контрольно-пропускной пункт.

План помещений ракетного комплекса Министерства обороны СССР, представлял собой плотный, многослойный лист картона, наклеенный на кусок фанеры, закреплённый на жёсткой деревянной раме и уже рассохшийся от времени. Он давным-давно выцвел, покрылся неровными, разноцветными пятнами плесени, но своего значения от этого не потерял.

- Что у вас тут? – спросил Дмитрий, заходя в помещение.

- Сами посмотрите, – ответил Серёга, ладонью сгребая подсохшую плесень.

На плане, местами отчётливо, местами, наоборот, с большим трудом можно было различить чёрные, красные и зелёные линии. Судя по размеру, комплекс был большим, вот только первое, что бросилось в глаза – это план расположения ракетных шахт. Он практически не совпадал с тем, что был нарисован в дневнике профессора. Все крышки ракетных шахт, расположенные на поверхности в виде правильного треугольника, здесь были обозначены как всего одна-единственная шахта. Заметив это, мы начали задавать друг другу вопросы, словно кто-то из нас знал на них ответы.

- Так, минуту! Народ, я что-то не понял. - Дмитрий остановился в нерешительности. - Мы же видели три крышки ракетных люков, так?

- Ну да! – задумчиво кивнул Серёга. – А на плане изображена всего одна!

- И что это означает?

- Я думаю, что какой-то из планов неправильный! Либо этот, либо тот, что в дневнике, - предположил я, уловив суть обсуждаемого вопроса, несмотря на то, что вошёл в помещение последним.

- Макс! Расскажи! - взволнованно произнёс Дима, смотря мне в глаза.

- Что рассказать? - невозмутимо спросил я, хотя далось мне это непросто.

- Вы что-то нашли? - спросил Серёга.

- Про пластиковый ящик в одной из комнат? Ну да, это странно, ведь его тут в принципе быть не может! В то время пластиковые ящики не производили ещё!

- Вдруг здесь была какая-то военная экспедиция? Ну, например, в начале двухтысячных?

- Ага, для оценки текущего капитального ремонта прибыла, да?

- Посчитать пропавшие лампы! - усмехнувшись, выпалил Андрюха.

- А ещё… Мы слышали шум внизу! - недовольно отмахнулся Дмитрий от шуток Андрея. - Какой-то металлический лязг. Словно что-то тяжёлое упало на пол. Очень хорошо слышали!

Воцарилась напряжённая тишина.

- Может сквозняк? - предположила Катя, нарушив молчание и осторожно выглянув в тёмный коридор.

- Я думаю, да, - кивнул головой Серёга. - А что касается ящика, то тут вы неправы. Пластик - это весьма старая разработка военных. Скорее всего, всё соответствует действительности. Просто для того времени это было "ноу-хау", и не в свободном доступе. Технология была освоена давно, но лишь для Министерства обороны. Давайте-ка лучше рассмотрим карту помещений?

- А ещё, там, на стекле, отверстия от пуль, – продолжил Дмитрий.

- От пуль? Вы серьёзно? - глаза у Кати расширились от удивления.

- Более чем!

- Здесь, что стреляли?

- Ага! И. скорее всего, мы точно узнаем, кто и зачем, если продолжим путь вниз!

Тщательно осмотрев план нам стало ясно, что шахта располагалась глубоко под землёй, на специальной платформе, к которой вело всего два больших коридора. Первый был достаточно далеко, и вход в него терялся где-то на севере комплекса, среди руин. Второй, как и ожидалось, был рядом: недалеко от КПП. Согласно этой схеме, мы должны были пройти через контрольно-пропускной пункт, спуститься по лестнице на два уровня ниже. Там, пройдя небольшую серию мастерских и инженерных помещений, добраться до специальной грузовой площадки, на которой находились пассажирские и грузовые лифты. Они и должны были, судя по всему, доставлять и оборудование и персонал к самой шахте пуска ракет. А заодно – топливо, детали и инструменты.

- Странно как-то, – задумчиво произнёс я, рассматривая план.

- Что именно? – поинтересовался Андрей.

- Какая ракета могла запускаться из этой шахты, если её глубина достигает восьмидесяти и более метров? – произнёс я, проигнорировав утверждение Серёги.

- Наверное, ядерная? Или баллистическая межконтинентальная?

- Может быть, но какого, же размера? Великовата, не находишь?

- А я не знаю, - покачал головой Дмитрий. - Первые ядерные ракеты - откуда ты вообще знаешь, как они могли выглядеть? Да и сама пусковая установка... Я, допустим, даже понятия не имею, что она из себя представляет. И к тому же, шла холодная война, которую постоянно сопровождали сплошные секреты!

- То есть, меня одну смущает тот момент, что на поверхности мы видели три шахты, а их на самом деле всего одна? - удивилась Катя, а затем добавила. – И вспомните, крышки были заварены!

Снова воцарилось неловкое молчание.

- А шахта ли это вообще? – предположил я, ни к кому не обращаясь.

- В смысле?

- В прямом! Шахта ли это? Я пока не знаю, но сдаётся мне, что это не обычный ракетный комплекс, а что-то другое, очень хорошо замаскированное под него. Совсем другое.

Андрюха собирался уже произнёсти целую речь, полную весёлой ерунды, но его оборвали.

- Так! Знаете, давайте-ка перекусим? Прошло уже шесть часов, а мы до сих пор ничего не ели, – вдруг разрядила обстановку Катя, но перехватив мой взгляд, добавила. – Нет, ну, правда?

А Андрей для убедительности, хищно облизнулся.

- Глядишь, мозги лучше работать начнут, - согласился с ней Дмитрий.

Наскоро распаковав рюкзаки, разожгли пару портативных горелок и разогрели мясные и овощные консервы. Разжигать полноценный костёр в таком месте посчитали не целесообразным. За приёмом пищи обсуждали некоторые моменты, но никто не вызвался дать объяснение имеющейся информации.

- Каких годов этот комплекс? Семидесятых? – Серёга, дожёвывая галету, встал, подошёл к стенду и осторожно отодрал верхний слой плаката от рамы.

- Раньше! Думаешь, на плане что-то есть?

- Сейчас, секунду. – Сергей внимательно осмотрел оборот документа. – Ага, вот! 1979 год, апрель. Указано на обороте плана.

- Как и сказала Катя, холодная война тогда была в самом разгаре. Гонка вооружений. Тогда чем только не занимались, лишь бы получить преимущество.

- Над кем? Или над чем?

- Над всем! Мировое господство!

- Ну, да, так оно и есть. Сколько секретных программ и проектов было запущено, не сосчитать. Сколько рассекречено уже. А сколько похоронено навсегда?

- Слушайте, а что здесь мог делать наш странный профессор? Нет, ну то, что он участвовал в строительстве, это мы знаем. То, что он немец по происхождению – тоже. Но его работа на объекте... В качестве кого именно?

- Я думаю, мы это поймём, когда обследуем тут всё, – сказал Андрей, доедая свиную тушёнку. – Вот спустимся вниз, тогда и узнаем. А заодно выясним, какая есть связь между Московским метрополитеном и этим комплексом.

Я задумчиво осматривал небольшое помещение. Повсюду пыль и паутина. И темнота. Разумеется, никакие автономные источники света здесь уже не работали, а даже если и не так, то были законсервированы тогда же, когда и сам объект. Искать панель управления электроэнергией, занятие, конечно интересное, но совершенно необоснованное. В этом месте вполне могло быть небезопасно, да и вряд ли что-то ещё работало. Если вообще работало когда-нибудь. Вдруг объект не достроили, причём на последнем, так сказать, финальном этапе?

- Так, ребят. Фонари у нас, конечно, экономные, – заметил я, посмотрев на индикатор заряда, – но думаю, нелишним будет сделать пару факелов. Экономия, знаете ли, ещё никому не помешала.

- Хорошая идея. У нас карманных фонарей семь, даже восемь штук: по две батареи к каждому. Конечно, всё старое, но вполне рабочее. У Сереги армейский фонарь с полным аккумулятором! А у меня ещё лампы химического света есть.

- Ещё есть два коробка охотничьих спичек. Тут наверняка найдётся что-то, что можно поджечь. А вот, кстати, ещё и огниво есть!

- А его-то ты зачем взял?

- Просто так, - пожал плечами Андрей. - Вдруг пригодится?

Найдя в одном из шкафов старые тряпки, бывшие когда-то человеческой спецодеждой, мы соорудили четыре факела.

Через десять минут, собрав вещи и мусор, мы двинулись дальше. Пройдя мимо контрольно-пропускного пункта, с расстрелянным стеклом и сломанным турникетом, мы свернули направо.

Увидев изуродованное пулями стекло, возникли тревожные вопросы. А после того, как на одном из нижних стёкол обнаружился ещё и давно засохший кровавый отпечаток человеческой ладони...

Пройдя по короткому коридору и спустившись ниже на уровень, мы вышли в другой, гораздо более длинный проход. Наверное, это был уровень инженерных и технических помещений. Само собой, нас удивило, что все они были абсолютно пустыми. Ни оборудования, ни аппаратов, ни даже инструментов. Просто два десятка пустых помещений. Миновав их, мы вышли на широкую лестничную площадку.

Место, где мы оказались, было поистине огромным. Во тьме сложно было разглядеть, что оно собой представляло, так как фонари, то и дело натыкались на серые стены.

Спустившись по широкой металлической лестнице вниз на первую площадку, мы остановились в нерешительности. Дальше спуска не было – только тёмная пустота. Весь пролёт, по неизвестным причинам обрушился вниз, причём давно. Ржавые обломки можно было различить ниже, метрах в десяти. Левая лестница пребывала в таком же плачевном состоянии.

- Приплыли! Идеи есть? – спросил Серёга, пытаясь осветить своим фонарём как можно больше пространства.

Дмитрий размахнулся и бросил факел вперёд. Он с характерным треском упал вниз, выбросив целый сноп ярких искр.

Перед нами постепенно открылось большое тёмное помещение, с очень высоким потолком. Мрачные бетонные стены создавали впечатление, что в этом месте изначально планировался некий саркофаг. Потолок, тоже из цельного бетона, был значительно массивнее того, что встретил нас при входе в комплекс. Даже при самом беглом осмотре, можно было догадаться, что это помещение значительно старее тех, которые располагались уровнем выше. Похоже, его возвели гораздо раньше. Неужели это строительство шло этапами?

Целый лестничный пролёт вместе с частью платформы рухнул вниз, сделав спуск туда абсолютно невозможным. Огонь отсветами скакал по стенам, делая их ещё мрачнее.

- Да уж. И как вся эта конструкция рухнула? Не иначе, как ей кто-то помог! - задумчиво предположил Дима.

- Серёга, брось-ка факел вон туда! Кажется, там что-то есть, – ткнул я пальцем влево.

Серёга оперативно зашвырнул второй факел по указанному направлению. Там, метрах в шести, судя по всему, находился большой и широкий грузовой лифт. А с другой стороны лежали два лифта поменьше, скорее всего, пассажирских. Все тросы: что основные, что страховочные были оборваны. Ржавые кабины, деформировавшиеся при ударе, лежали внизу. Но главная и поперечные балки, когда-то державшие на себе вес лифтовых кабин - уцелели. Там можно было различить даже ржавые электромоторы, с обрывками тросов. Разумеется, всё это давно не работало.

- Ну вот! Час от часу не легче. Лифта нет, лестницы тоже! - недовольно пробурчал Андрей. - Мы так не договаривались!

С кем он там договаривался – никто из нас не знал, но глядя на его комичное выражение лица, невозможно было не улыбнуться.

- Так, а если попробовать аккуратно пройти вон по той балке и укрепить верёвки? Да, прямо там, на балке! Тут всего-то метров десять-двенадцать. Спустимся по ним.

- В принципе возможно, лишь бы верёвок хватило. Хорошо бы ещё и ноги внизу не переломать, – заметил Дима, внимательно разглядывая бесформенные кучи обломков внизу.

- Так, погодите!

- Что?

- Здесь тоже строительство было не окончено. Внизу видны обломки лифта, какие-то агрегаты. Ящики ещё, - перечислял Андрей, водя фонарём по полу.

- Точно! Вон там, стройматериалы ещё лежат. Смотрите!

- Да, ты прав. Возможно, строительство ещё шло, когда сверху пришла команда всё бросить! - предположил я, разматывая верёвку. - Серый, ты пойдёшь первым или мне идти?

- Сам сделаю! Тем более, сейчас моя очередь! - ответил тот, стягивая рюкзак.

Перебравшись через ограду, Серёга не торопясь, добрался до главной балки.

Немного помешкав, он закрепил верёвку так, чтобы остальные могли проделать тот же путь, но уже значительно быстрее. Добравшись до цели, мы укрепили ещё одну верёвку на крепление электродвигателя, а затем спустили вниз рюкзаки. Серёга и Дима, закрепившись, быстро соскользнули вниз. Андрюха и Катя готовились к спуску.

Парни внизу что-то обсуждали, бродя по площадке между остатками лифтовых кабин и другими завалами.

Вдруг, откуда-то снизу раздался удивлённый возглас, а затем крик Серёги.

- Эй, да тут мертвец!

- Чего-о?

- Скелет! С простреленным черепом...

Глава 4. В западне

Обнаруженный нами скелет действительно оказался человеческим. Он лежал среди бетонных глыб и ржавых металлических балок в неестественной позе, с переломанными костями. Создавалось впечатление, что его сначала застрелили, а после, столкнули с лестничной площадки прямо на обломки. Или наоборот, он упал сам, а затем, чтобы не мучиться, бедняга попросил товарища, если он, конечно, был – избавить его от страданий.

Так это или нет, никто из нас не знал. Однако и так напряжённая атмосфера с появлением ещё одного пугающего загадочного аргумента, накалилась ещё сильнее.

- Вот это трофей! - пошутил неунывающий Андрюха, трогая рёбра. - Давайте возьмём? В музей сдадим, а?!

- Совсем не смешно! - осадила его Катя, внимательно осматривая скелет.

- Да? А по-моему, отличная шутка. Может быть, всё-таки возьмём с собой?

Ему никто не ответил. Зрелище действительно было если и не жуткое, то неприятное уж точно. Простреленный череп, словно смотрел пустыми тёмными глазницами прямо в душу, вселяя неестественный страх. Да что там страх – ужас!

- Ребят, не знаю, как вам, а мне становится страшно! – Катя взмахнула руками по сторонам. – Вы только посмотрите! Всё это место долгое время было под завесой какой-то жуткой и мрачной тайны, а мы влезли сюда из банального любопытства и то, случайно. Тайны, которая много лет была скрыта ото всех. Профессор не зря боялся об этом говорить.

- Про тайну это ты верно подметила, – хмыкнул Андрюха, перестав шутить. – Только вот почему тебе страшно, не пойму. Ну да, брошенный объект. Мы часто бываем на таких.

- Нет, Андрей. Это не то. Совсем не то! Ещё неизвестно, во что именно мы влезли на этот раз. Я что, одна так считаю? Макс? Макс, ты чего там торчишь?

Я, всё это время осматривал помещение сверху, осмысливал уже имеющуюся информацию и ещё не успел спуститься к остальным. Мне показалось, что где-то позади, со стороны входа, я вновь услышал неестественный шум. Было похоже на чьи-то неосторожные шаги. Или же это простой сквозняк, а мне только кажется?

- Да, да сейчас спущусь, - задумчиво ответил я, закрепляя верёвку, но при этом, продолжая настороженно поглядывать в сторону выхода.

Дискуссия внизу набирала обороты.

- Кать, да ты чего? Успокойся! Ну, подумаешь, скелет, – пытался разрядить обстановку весельчак Андрюха. - Может это кто-то из случайно погибших рабочих?

- С простреленной головой?

Андрюха осекся, осознав, что его предположение полная чушь.

- Ну, хорошо. Значит, так! Что мы имеем? Заброшенный объект Министерства обороны, да? Ракетный это комплекс или нет, мы не знаем. Что тут происходило в восьмидесятых годах, мы тоже не знаем. Чей это скелет и как именно он погиб, мы совсем не знаем. На объекте прекратили все работы, законсервировали, уничтожив на поверхности все строения, так?

- Верно.

- И никто об этом месте ничего не знает?

- Вполне возможно, что так оно и есть.

- А теперь скажи, были ли мы раньше в местах, где постороннему человеку не место? Катя, не молчи!

- Ну, были, – пожала плечами девушка.

- Так чего ты раскисла тогда? Я не узнаю ту Катю, которая может без колебаний дать в морду мужику за бездумно брошенную в её сторону пошлую шутку!

- Я не раскисла. Не сравнивай! Всё это совсем не то. Не так, как раньше. Здесь, всё намного серьёзнее. Мне кажется, что все люди, которые здесь находились, так и не вернулись на поверхность!

Высказывание оказалось дерзким. Сергей даже закашлялся.

- Ерунда! Профессор же выбрался!

Пока остальные обсуждали завесу тайны, я неторопливо опустил вниз оставшиеся рюкзаки и ухватился за верёвку. Оттолкнувшись ногами от бетонного парапета, я медленно съехал вниз, едва не подвернув ногу при не самом удачном приземлении.

- Да ничего тут нет! Катя, успокойся! – Серёга тоже начинал злиться, хотя гораздо лучше Андрея понимал, что в данном случае, явно не всё так просто, как кажется. Но и панику разводить тоже не следовало.

- Андрей, ты меня что, тоже не слышишь? – Катя указала на лежащий под ногами скелет. – Вот доказательство тому, что здесь что-то происходило. Что-то очень плохое.

- Ты имеешь в виду тот факт, что скелетов мы раньше не находили? А как же бурый курган? Был и там скелет. А тот бункер на Пролетарской? Да там целых три скелета было.

- Но не с простреленными черепами! – девушка почти перешла на крик.

- Дура, не кричи! Я тебя успокоить пытаюсь! У тебя месячные, что ли?

Она разъяренно уставилась на него безумными глазами.

- Успокойся! Хватит!

- Рот закрой! Всё, достал! Я ухожу, сами здесь оставайтесь. Подожду в машине.

Девушка решительно повернулась, закинула первый попавшийся рюкзак на плечо и двинулась к ближайшей рухнувшей кабине лифта. Однако, дойдя до неё, она в нерешительности остановилась.

Недовольно сопящего Серёгу привлёк её удивлённый возглас.

- Ну, что? Передумала? – он с издёвкой обернулся к ней.

- Нет! – гневно произнесла она. – Верёвок нет!

- Как нет?

- Вот так! Ни одной!

И действительно, верёвки, по которым мы спустились несколько минут назад, вдруг таинственным образом исчезли. Взглянув вверх, я увидел всю ту же главную балку, на которой крепились лифтовые электродвигатели, но никаких верёвок, вопреки ожиданиям, на ней не было. Они не были оборваны или перерезаны. Их просто не было, словно мы спустились по воздуху. Где-то наверху раздался хриплый смех, а затем оттуда вылетела смятая пачка из-под сигарет. Пролетев в воздухе, она шмякнулась рядом с Андрюхой.

- Не понял! – напрягся Андрей, отбросив пачку ногой и недовольно посмотрев вверх.

- Что за дела? – громко спросил Дмитрий. – Эй, кто там наверху? Эй!

Снова послышался смех, но уже тише.

- Да кто там, чёрт возьми?

В следующую секунду, на верхней площадке показался пожилой человек, в старой военной форме. Следом за ним ещё один, но уже в чёрном комбинезоне, а лицо было скрыто маской аналогичного цвета. Крупный, широкий в плечах. Вооружен автоматом неизвестной модели.

Тот, кто стоял перед нами, был хорошо знаком всем, кроме Кати. Профессор Штрасс, немец, у которого Андрюха украл дневник и карту прямо из чемодана. Стоящий за ним человек в маске, не посчитал нужным открывать своё лицо.

- Вы? Как это понимать? – с трудом подбирая слова, произнёс Дима.

- Тихо! – хмуро произнёс профессор, разглядывая ребят.

- Зачем вы сняли верёвки?

- Тихо! - несколько помедлив, требовательно повторил Штрасс, внимательно осматривая помещение.

- Какого чёрта?

- Заткнись, сказал же! Не надо шуметь!

- Дед, ты совсем сбрендил? – Андрей покрутил пальцем у виска. – Верни верёвки!

- Ты всё не уймёшься? – недовольно прикрикнул профессор, но затем взял себя в руки. – Я всего лишь отдал дань уважения этому месту. Много здесь нехорошего было...

- Много нехорошего? - спросил Дмитрий. – Например?

- Хм, а ещё я слышал, о чём вы говорили, – старик проигнорировал его вопрос, продолжая осматривать помещение, хрипло дыша. – В этом месте, много лет назад, произошло такое, о чём я даже сейчас не хочу вспоминать. Настолько страшное, что и словами не передать. И я единственный, кто успел тогда унести отсюда ноги. Испытывая угрызения совести, я не мог найти покоя. Долгие годы.

- Здесь уже были люди! – вызывающе крикнул Дмитрий.

- Не было тут никого! – отмахнулся профессор. – С 1986 года. Однако много моих друзей и знакомых осталось здесь. Один из них, кстати, лежит рядом с вами, – профессор указал на скелет с простреленной головой. – Кое-что случилось, что породило цепную реакцию. Мне пришлось его убить. Да и не только его.

- Вы застрелили человека? Вы с ума сошли? – возмущённо крикнула Катя.

- Пришлось. Я сам от этого не в восторге, но так было нужно. Однако, это далеко не самое страшное из моих грехов, – он зловеще рассмеялся. Затем на его лице проступила жуткая ухмылка, больше похожая на оскал.

- Зачем вы явились сюда? – спросил я, пристально глядя в глаза профессора.

- Разумеется, потому, что обнаружил пропажу своего дневника. А люди, которые знают о произошедшем, не хотят, чтобы то, что тут когда-то происходило, стало известно всем, – сухо произнёс старик. – Возможно, ещё не всё закончилось. Поэтому, я должен был проверить лично!

- Что проверить?

Он на мгновение задумался, словно подбирая более подходящий ответ.

- Надёжность этого места. Стоило больших трудов замять всю историю в Министерстве. Этот объект официально не существует. Нет, он не законсервирован. Он действительно брошен, потому что...

- Вильгельм, помните про время! – вдруг подал голос незнакомец за спиной профессора, посмотрев на часы.

- Да, да, ещё минуту! – кивнул профессор, а затем снова обратился к нам. – Вот и всё, прошу меня извинить, моё время истекает. Да и ваше, пожалуй, тоже. Желаю вам хорошо провести время.

- Да ты с ума сошёл, пенсионер старый? – взорвался импульсивный Серёга. – Ты что, хочешь нас бросить здесь?

- Именно так. Выходов отсюда только два, – затем немного подумав, он поправился. Один. И я его уничтожу. А вот вы останетесь здесь навсегда. Вы угроза для этого места. Угроза для меня. Да, кстати...

Профессор вдруг вытащил какой-то прибор из стоящей рядом с ним сумки. Что-то покрутил на нём.

- Что это такое?

- Я уверен, у вас с собой полно различного хлама типа "GPS" навигаторов. Смартфоны, айфоны... Так вот, эта штука позаботится о том, чтобы вы не смогли ими воспользоваться.

- Сумасшедший!

- Вытащи нас, немедленно!

- Нет! – произнёс старый профессор, качая головой. – Прощайте!

С этими словами он поставил прибор на пол, развернулся и зашагал прочь, быстро скрывшись из вида. Тот, что был с ним, по-прежнему не снимая маски, развернулся и двинулся следом.

- Стой, чёртов дед! Стой! Вернись! – кричал Серёга.

- Старый козёл! Маразматик! – возмущалась девушка.

Аппарат зажужжал. А затем негромко хлопнул. Я почувствовал, как в кармане у меня что-то завибрировало. Достав свой смартфон, я поразился – он вырубился. Сам корпус был очень горячим, словно смарт закипел изнутри.

- Как так, что это было? – прошептал я. – Неужели электромагнитный импульс?

У остальных с электроникой дела обстояли так же. Ни одно электронное устройство не уцелело. Даже MP3-плееры. Ключи от машины и те накрылись. Всё, что у нас было – сдохло!

Катя тихо вздохнула и медленно опустилась на обломок, совершенно расстроенная.

Я подошёл к ней, не обращая внимания на бегавших среди руин друзей, проклинавших старого профессора. Да и неизвестно, был ли он профессором на самом деле?

- Катя, ты как?

- Да никак! – недовольно отрезала она. – Я же чувствовала, здесь что-то не так. Я же говорила!

- Ничего, и не из таких передряг выбирались, – я попытался её успокоить, но вышло не ахти.

- Серьёзно? Не обманывай себя!

Я промолчал. Она была права. Никогда ещё мы не попадали в такую задницу. Никогда ещё ситуация не накалялась до предела. Никогда ещё ...

- Да хватит вам! – прикрикнул я на парней. – Толку-то орать? Он не вернётся! Всё! Мы одни здесь!

- Вдруг кто-то услышит, – с надеждой произнёс Андрюха сиплым голосом, весь вспотевший от усердия.

- Ага, конечно! Никто нас здесь не услышит! Над нами десятки метров бетона! – хмыкнул я, доставая из общей кучи свой рюкзак. – А помимо этого, не забывайте, что на многие километры – тут вообще никого нет. Никто нам не поможет.

Воцарилась тишина.

Несколько минут мы вообще не разговаривали между собой. Мне порой казалось, будто я и без слов слышу, кто о чём думает.

- Что мы теперь будем делать? – первым задал вопрос Серёга.

- Искать другой выход! Помните, на карте он был? – неожиданно взял слово Дмитрий, доставая дневник.

- Это единственный выход. Старик же сказал. Верёвок у нас нет, здесь нам не подняться. Разве только, если мы найдём их здесь, что вряд ли.

- Да пошёл этот дед! Я ему не верю! Должен быть другой выход!

- То есть, ты предлагаешь нам идти дальше?

- Да! Именно!

- Но что может ждать нас там? – с опаской спросила Катюха, указав рукой во тьму.

- Вот заодно и узнаем! Предлагаю провести ревизию имеющихся вещей, всё посчитать и проверить наши запасы.

- Хорошая идея, вот с этого и начнём.

- Для начала предлагаю переодеться!

Мы все промокли. Кто-то естественным путём, а кто-то – просто вспотел.

Выбросив грязную одежду и облачившись в новые пейнтбольные костюмы, мы извлекли всё содержимое наших рюкзаков.

Кстати, о костюмах. Они оказались очень качественными и надёжными. Сшитые на заказ где-то в Америке, а также доставленные в страну, непонятно как... Жаль, конечно, мы не на турнире по пейнтболу, совсем не турнире...

На каждого набралось по шесть банок тушёнки. Помимо этого, нашли восемь банок консервированных овощей, по три пачки армейских галет и почти по два литра воды на человека. Две аптечки, начатая бутылка шотландского виски. Два альпенштока, короткая трёхметровая верёвка, три армейских плащ-палатки, две упаковки спичек. Чайник, маленький котелок, ложки, вилки. Аптечка, вэйп, пустая фляга.

Посовещавшись, решили использовать только два фонаря, для экономии батарей, ведь неизвестно, сколько нам придётся блуждать в тёмных подземельях комплекса, ища второй выход.

Пустота и мрачность комплекса, особенно после осознания того, что нас здесь заперли, давила на нервы, и ощущалось это настолько же хорошо, насколько вообще это можно представить. Тяжёлая, мрачная тайна, вкупе с безжалостным предательством словно висела в затхлом воздухе, мешая дышать...

Глава 5. Могильник

Сразу после площадки с рухнувшими лестницами и разбитыми лифтами, шёл небольшой широкий коридор, который уже через десяток метров вывел нас в длинное узкое помещение. Оно постепенно сужалось, едва заметно закручиваясь по спирали и постепенно опускаясь вниз. Этот коридор был частично завален старым мусором, обломками допотопного ржавого оборудования, а в заключение, оброс плотной и пыльной паутиной.

- Ребят, вы заметили, что мы ходим кругами? - спросил я, через несколько минут, обратив внимание на всё непрекращающийся поворот направо.

- Согласен! Странный коридор, бесспорно! И сдаётся мне, что мы ходим вокруг той самой единственной существующей ракетной шахты.

- Да и на плане других круговых коридоров не существует, - добавил Дима, вертя в руках план, доставшийся им от чокнутого профессора. Второй план, найденный в одной из комнат, Дмитрий также тащил с собой, вот только никакого спиралеобразного коридора на нём, почему-то не было!

Ещё несколько поворотов и коридор резко свернул направо, а затем вывел нас к крохотному тамбуру. В его центре находилась большая, массивная, практически закрытая дверь с широким смотровым стеклом.

- Ого, вот это дверь! - удивился Серёга, а в подтверждение своего восхищения, потрогал её носком ботинка. - Основательная! Попробуй-ка выбей такую!

- А это здесь откуда? - спросил Андрюха, указывая на толстое стекло, в правом углу которого отчётливо различались четыре пулевых отверстия.

- Здесь что, тоже стреляли? - спросила Катя, вопросительно посмотрев на меня. - Уж не наш ли профессор?

Я заметил с десяток гильз на грязном полу.

- Не только здесь. Но и наверху, на КПП тоже, - произнёс Дима. - Повсюду следы огневых контактов!

- Раз стреляли, значит, мы должны узнать почему! - задумчиво пробормотал я.

После непродолжительной паузы мы ещё раз переглянулись. Диму, по-видимому, тоже доставал какой-то вопрос.

- Ну что, пожалуй, нам туда? Больше некуда идти!

- Согласен. Ну, заходим? - спросил Серёга, ухватившись за ручку приоткрытой двери и напоследок обернулся к нам, словно ожидая согласия.

- Давай.

Потянув на себя стальную дверь, Серёга крякнул от натуги: дверь действительно оказалась очень тяжёлой, а мощные петли давно заржавели. Дмитрий встал рядом, ухватился руками и тоже потянул на себя. Кое-как расшатав дверь, удалось сдвинуть её почти до упора.

- Мы пришли с миром! - снова громко, но вкрадчиво произнёс Андрюха, заглядывая в широкий проём между стеной и дверью. - Ух, ты! Даст ист фантастиш!

- Что, что там такое? - нетерпеливо шикнула Катюха.

- Там это... Ну, такое! - Андрей загородил собой проход, намеренно растягивая образовавшуюся интригу.

- Андрюха, блин, задрал ты уже! - Катя несильно пихнула его в спину.

- Да я что? Я же так... - обиженно пробубнил тот себе под нос. Затем, махнув рукой, первым вошёл внутрь.

Войдя в дверной проём, мы остановились в нерешительности. И хотя разглядеть толком ещё ничего не успели, объём огромного помещения почувствовался сразу. Даже правильнее сказать - объём пустоты.

Два мощных луча света выхватили из темноты необъятное пространство. Да что там необъятное – просто эпическое! Высокие, закруглённые бетонные стены с причудливыми ребристыми перекрытиями, переплетались с металлоконструкциями и коммуникациями. Это была пусковая шахта. Она представляла собой гигантский бетонный цилиндр, высотой около пятидесяти метров, увешанный старым ржавым оборудованием. Мы находились почти на самом дне, на вмонтированной в стену узкой смотровой площадке, выполненной из металла. Фонари не могли осветить такое обширное пространство, но даже то, что можно было увидеть - просто поражало.

Высоко на потолке можно было различить огромнейшую крышку ракетной шахты, под которой всё ещё висели мощные подъёмные механизмы странных форм. Внизу же, наоборот находился внушительных размеров кран-платформа, но определённо нестандартного вертикального типа. Он на специальных механизмах поднимал ракету, готовую к запуску, на широкую направляющую, спаренную с основанием подъёмной платформы. По периметру её окружала винтовая лестница, на самом верху которой, находился контрольно-пусковой пульт. За краном, на грязном бетонном полу были разбросаны толстые резиновые шланги, уходившие к расположенным с краю большим топливным ёмкостям. Судя по всему, здесь должны были заправлять ракеты, непосредственно подготовленные к запуску. Эта необычная конструкция, вместе со всеми вспомогательными аппаратами, находилась не в самом лучшем состоянии. Время беспощадно оставило на ней свои следы.

- Ну, ничего себе! - произнёс вслух Дмитрий, округлив глаза. - А крышка-то! Да её размер метров шесть, даже больше. Зачем же её делать такой огромной?

- Не знаю. Но всё это... Да уж, вот это зрелище! - с трудом подбирая слова, заключил Серёга. - Есть на что посмотреть!

Пока друзья осматривали платформу, я сосредоточил внимание на самой шахте. Несколько минут только и были слышны восхищённые возгласы.

- Что-то странно... - негромко произнёс я, переключившись со стен на платформу. - Такая большая шахта, а судя по этой направляющей... Ракета не займёт и восьмой части объёма всей шахты. Зачем же её делать такой большой?

- Макс, ты, конечно, человек технически начитанный... Но откуда тебе знать, как в восьмидесятых вообще строили установки запуска ракет? Если она такая, значит, так решили конструкторы!

- Возможно,- невозмутимо продолжил я. - Но тогда, где сама ракета? Я что-то её не вижу.

И действительно, её не было. Других ракет, если заранее подразумевался запуск сразу нескольких, тоже нигде не было видно. Не было ни корпусов, ни каких-либо других деталей, что могли бы быть составной частью ракеты.

Вопросы рождались один за другим... Огромные резервуары с топливом размещались в дальней восточной части шахты, сразу за смотровой площадкой. Вот только сами баки, как и конструкция топливных насосов, не выглядели надёжными. Да что там, нарушение технических условий эксплуатации было налицо. Ведь при запуске выделяется огромное количество тепла? А как же температурный режим? Да, если ракета стартует прямо отсюда, пламя от запуска двигателя воспламенит всё хранящееся тут топливо! Рванёт так, что от комплекса ни черта не останется. Всё закреплённое здесь оборудование после первого же запуска станет негодным. А про персонал я вообще молчу! Что за ерунда? О чём думали конструкторы?

- Эй, смотрите-ка, тут справа есть лестница! Давайте спустимся? - прервал мои размышления Андрей, который всё это время осматривал не платформу, а пути подхода к ней.

- Зачем?

- Ну, хотя бы для того, чтобы осмотреть всё поближе. И к тому же, всё равно больше здесь идти некуда, а внизу может ещё что-нибудь есть! - аргументировал парень и уверенно двинулся вниз. Серёга окликнул его, но тот просто проигнорировал это. Лестница под его весом натужно скрипнула, но в советские времена всё делали надёжным, так ведь?

Андрюха быстро скрылся внизу, а через минуту показался рядом с краном, хаотично освещая фонарём агрегаты.

- Чего встали? Сюда! - обернувшись, он с изумлением обнаружил нас на прежнем месте.

- Спускаемся! Только не все вместе, а то обвалится на хрен! - произнёс я, двинувшись к лестнице и доставая свой фонарь. - Ну, судя по всему, и правда, дальше остаётся двигаться только вниз.

- Снова вниз? - нерешительно спросила Катя. - Может быть, мы что-то пропустили?

- По пути сюда мы ничего не видели, а ты?

Она рассеянно кивнула, но промолчала. Однако почему-то, спускаться на платформу ей совсем не хотелось, в отличие от беспечного Андрея, который уже успел обойти платформу и сейчас снова скрылся из виду. Едва мы спустились вниз, даже не успев толком осмотреться, как с другой стороны платформы раздался его удивлённый возглас.

- Эй! Тут полная жесть!

Удивительно, но я почему-то не услышал эхо: по неизвестной причине его просто не было!

И хотя самого парня мы не видели, в его голосе чувствовалось замешательство и неуверенность. А ещё, пожалуй, настороженность.

- Ну! Что он там мог найти?

- Какую-нибудь очередную бесполезную ерунду... – язвительно ответила Катя и, увидев Андрея, осеклась на полуслове.

То, что мы увидели, поразило всех!

Андрей стоял посреди чистой бетонной площадки, на которой практически не было кабелей и шлангов. Вместо этого, вся площадка была завалена человеческими скелетами.

- Бог мой! - ужаснулась Катя, не в силах отвести взгляд. - Да это же самый настоящий могильник, не иначе!

Их было много. Семь или восемь. Черепа, кости, рёбра... На многих ещё сохранились остатки спецодежды и старой военной формы.

- Что же здесь произошло? - тихо пробормотала Катя, рассматривая кучу костей. - Это ужасно!

- Люди. Все были расстреляны! - пробормотал Андрей, аккуратно сдвинув с места человеческий череп. - Но зачем?

Я уже устал задавать себе вопросы... Я чувствовал, что где-то внизу мы найдём ответы на наши вопросы. Но также я заметил, что чем дальше мы спускаемся, тем больше появляется новых вопросов.

- Всему должно быть разумное объяснение. И сдаётся мне, мы скоро всё узнаем. Дима, ну-ка дай дневник! Посмотрим, что у профессора написано про ракетную шахту.

Пока остальные осматривали шахту, я расположился у небольшого резервного пульта управления топливными насосами. Стопка жёлтых, местами рассохшихся страниц, исписанных неровным почерком старика, возможно, могла дать хоть какую-то информацию по этому месту. Я нетерпеливо перебирал бумаги, но всё было не то! Какие-то фотографии, план-карта, записи самого профессора, а также наскоро нацарапанные записки совсем грубым почерком.

Основательно покопавшись в дневнике профессора, я всё-таки нашёл обозначение самой шахты и её расположение в комплексе. Все чертежи составлялись от руки, либо были вырваны из технических архивов, причём отдельными кусками. Определить где и какой фрагмент было не так-то просто. К сожалению, никаких сведений о том, производился ли из этой точки хотя бы один запуск ракеты, в дневнике не было.

В первую очередь меня мучил всего один вопрос, несмотря на то, что в сложившейся ситуации их должно быть бесчисленное множество. Что, чёрт возьми, тут случилось? Слишком уж много замечаний к этому месту. Слишком уж много странностей и нареканий. И что-то мне подсказывало, что разгадки будут весьма неожиданными, а может быть и пугающими.

Пока я листал дневник, Катя и Серёга осматривали груду скелетов. Это было жутковатое зрелище. Мрачное и неприятное. Достаточно просто представить, что тогда здесь могло происходить, чтобы понять и ощутить весь ужас. Представить, что они были простыми людьми, но неожиданно погибли по чьей-то вине, по чьему-то жестокому решению. Судя по всему, их тоже расстреляли из автомата, а потом стащили в одну кучу, попытавшись таким образом спрятать. На многих сохранились остатки одежды, амуниция, личные вещи. Большая куча скелетов, в богом забытой ракетной шахте, которая, может быть, вовсе и не шахта.

Это место представляло собой настоящий могильник. Какие же секреты здесь хранятся?

Дмитрий, заинтересовавшись пусковой платформой, полез вверх по лестнице, к размещённому наверху контрольно-пусковому пульту. Добравшись туда, он на некоторое время скрылся из вида. Затем оттуда послышались удивлённые возгласы, подкреплённые долей сарказма.

- Эй, смотрите, что я нашла! – вдруг вскрикнула Катя, неожиданно разрядив обстановку.

- Что там?

- Похоже на пропуск! – произнесла она, старательно вытирая с него плесень. - Да, точно! Старый пропуск.

И действительно. У неё в руках лежал сильно потрёпанный документ, частично покрытый зеленоватой плесенью, видимо разрешающий вход на какой-то секретный объект. Время безжалостно оставило на нём свои следы.

- Что-нибудь можно разобрать?

- Да, кажется, да. Так! Он выписан на некоего Антона Лаптева, - с трудом прочитала девушка, пытаясь разобрать наполовину стёртые буквы. - "Бункер № 17", уровень один. И цифры какие-то ещё есть.

- Бункер номер семнадцать? Это ещё что значит? - Серёга уставился на пропуск.

- Мы можем только гадать, что именно это означает. Это может быть и этаж комплекса, а может степень допуска. Может быть, номер помещения или мастерской. Да что угодно!

- Что там ещё написано? Смотрите, какие-то цифры!

- Так! "6796", кажется. Плохо видно.

- И для чего этот номер?

- Несомненно, он очень важен! Что-нибудь ещё написано?

- Ничего. Только его фотография, но она сильно испорчена - ничего не разобрать! Вот место для подписи, но тоже ничего не понятно. И какой-то символ над фамилией. Похоже на солнце.

- Что бы это значило?! - задумался Серёга, почесав затылок.

- Смотрите! Тут ещё и ключ есть, - радостно вскрикнула девушка.

- Покажи-ка.

У девушки на ладони лежал широкий, с нетипичными зазубринами, явно нестандартный ключ. Никто из нас таких ранее никогда не видел.

- Странная форма, не находите? Интересно, от чего он?

- От "Бункера №17", - с усмешкой предположил Дима. - Возьмём с собой?

- Конечно, возьмём, может быть он нам ещё пригодится!

Вдруг, откуда-то с платформы послышался страшный металлический грохот, а уже через секунду оттуда с характерным лязгом, упал какой-то агрегат. Он шмякнулся на бетонный пол, едва не зацепив Андрея, и вопреки ожиданиям почему-то не разбился от удара.

- Димон, ты чего творишь? - возмутился Андрюха, отходя в сторону.

- Посмотрите на него внимательно! - Дмитрий проигнорировал замечание и ткнул пальцем в сброшенный аппарат.

- На это? - Серёга подошёл ближе, и, осветив фонарём неизвестный агрегат, удивлённо переспросил. – Ну и что это за ерунда?

- Сам ты ерунда! Это макет!

- Макет?

- Пустой коробок, – пояснил я, отстранившись от дневника и внимательно осматривая сброшенный аппарат. Затем, поднявшись с места, я обратился к Дмитрию. - Имитация какого-то аппарата, что ли?

- Ага! Тут всё такое! - заключил тот. - Всё оборудование что здесь есть, всё не рабочее, стоит здесь лишь для вида!

- И что это значит?

- Пока сложно судить, но, очевидно, что... Это вовсе не контрольно-пусковой пульт. Да и защиты в этом месте никакой нет. Вы же говорили про воспламенение топлива... Так вот, если бы в данном помещении работал оператор, при запуске ракеты он непременно изжарился бы заживо!

Повисла непродолжительная пауза.

- И что же это тогда?

- Ребят, а никто не заметил, что в таком огромном помещении нет эха? - с интересом спросил я, вместо ответа на заданный вопрос.

- А ведь и правда! - Дмитрий тревожно осмотрелся. - Сколько тут двести, триста квадратов? Да, наверное, больше. И никакого эха.

- Ну и что это означает? - снова не понял Андрюха, удивлённо уставившись на меня.

- Это означает, что шахта, скорее всего, настоящая! Здесь повсюду специальный строительный подбой из особого звукоизолирующего материала.

- Что ты хочешь этим сказать, Макс?

- Комплекс действительно ракетный. По крайней мере, он строился Министерством обороны именно под это. Но! По каким-то причинам строительство остановили. А всю территорию комплекса, равно как и его подземную часть передали под что-то другое. А может, кто-то влиятельный присвоил его для других целей. Ну а недостроенные объекты на поверхности разрушили, построили мнимые точки пуска ракет с заваренными крышками.

- Ну да. В виде треугольника. Но зачем?

- Да, да, хороший вопрос. И вот что странно! Как раз вот на этом этапе и появляется наш профессор! Рисует карту, ведёт дневник. Есть какие-нибудь идеи для продолжения?

- Если честно, то нет!

- Тогда, я озвучу предположения, если никто не против, - без тени юмора ухмыльнулся я, закусив губу. - Итак, можно предположить, что комплекс закрыли официально, но работа над чем-то другим продолжалась уже неофициально. Прямо здесь. Вот почему никто не стал искать следы, равно как никто и не знал об этом месте. Ракетный комплекс просто законсервировали и чудесным образом забыли. Ну, и по словам профессора, кто-то помогал ему всё хранить втайне. В тогда ещё советском Министерстве обороны! Прикрытие было на самом высоком уровне. Без каких-либо неожиданных утечек.

- Очень может быть, – устало вздохнул Серёга, ещё раз осмотрев помещение. – И хотя твоё предположение очень смелое, далеко не факт, что ты прав. Да и вообще, можно предположить, что угодно. У кого насколько фантазии хватит.

Снова повисла пауза. Но, на этот раз, гораздо более продолжительная. Каждый, хоть немного, но уже начал понимать и складывать воедино все детали общей картины в одно целое.

- Нужно выбираться отсюда. Мой фонарь скоро сядет, - прервал паузу Серёга, посмотрев на встроенный индикатор заряда батареи.

- Мой тоже. – Дима постучал по крышке своего фонаря. – Но куда?

- На карте ничего нет, лишь куча технических линий и коммуникаций. Я тут ничего не пойму.

- Здесь полно технических туннелей и коридоров, но их расположение мне непонятно. Я даже не знаю, как правильно читать такие чертежи.

- Какой-нибудь из них да выведет к выходу! - беспечно махнул рукой Андрей. Похоже, ему нравилось всё это недоразумение.

- Это самое глупое решение, какое я когда-либо слышала, – небрежно фыркнула Катя. - Мы так вообще забредём туда, откуда точно не выберемся.

- Хватит вам уже. Так, что есть на карте?

- Я насчитал как минимум три прохода. Самый ближний к нам и он же самый длинный, сразу за топливными баками. Идём?

- Идём!

Мы быстро двинулись к стоящим за краном топливным резервуарам. Баки давным-давно проржавели и были больше похожи на эдаких обезображенных динозавров. Шланги со временем рассохлись, напоминая изуродованные скелеты гигантских змей, частично обтянутых резиной. Топливом здесь и не пахло. Может, его тут и не было никогда.

Мощная крепёжная конструкция скрывала за собой технический проход, в который вела узкая железная дорога. Возможно, это мог бы быть туннель, через который сюда доставлялись ракеты. Или какое-то иное оборудование. Однако, мне он показался слишком уж узким.

Сверху была установлена складная, на роллерах, выдвижная дверь. Внутрь уходили какие-то трубы самых разных диаметров, гофрированные кабеля, рельсы. Весь проход был затянут многолетней пыльной паутиной, а стены покрыты уже высохшей плесенью – это натолкнуло меня на мысль, что здесь когда-то было очень сыро и влажно.

- Мы что, полезем прямо туда? – спросила Катя, с недовольством заглянув в затянутый паутиной туннель.

- Ну да. Это один из технических туннелей, куда-то он да ведёт!

- Технические туннели для того и созданы, чтобы по ним проходили коммуникации, но никак не люди!

- Хватит уже повторять про технические туннели! Бесит это название! – вдруг не сдержался Андрюха. - Можно их как-нибудь по-другому называть?

- Да называй как хочешь – суть-то одна! – рассмеялся Серёга. – Ну, кто желает разведать проход?

- Может не стоит, а? - Катя всё ещё сомневалась.

- Я пойду! – вызвался Дима, решительно сбрасывая рюкзак.

- Всем лезть вовсе не обязательно, – как бы между делом, заметил я. – Остальные могут подождать и здесь.

- Зачем? Лучше, если пойдут все! Глупо в таких ситуациях разделяться! Кто-нибудь один потеряется и всё. Лучше уж нам держаться вместе...

Глава 6. Пустота

Медленно продвигаясь по тёмному проходу, мы время от времени останавливались, решая, в каком направлении двигаться дальше. И причина каждый раз была разной: то обрушение незакреплённых коммуникаций, то какая-нибудь сломанная деталь, которая, следуя элементарной логике, вообще не должна была здесь находиться. Иногда попадался неизвестный и никак не отмеченный на карте новый, ещё более узкий проход.

Пару раз даже встречались кости и отдельные части человеческих скелетов, в самых неестественных позах. Всё, что встречалось на пути, было старым и видавшим виды. Плотная пыльная паутина, различный технический мусор, незакреплённые элементы конструкций, ведущих коммуникаций, ржавые инструменты, иногда плесень на бетонных стенах - вот что было в туннеле в изобилии.

Серёга, на небольшом пятачке сменивший Дмитрия, и теперь идущий первым, поначалу удивлялся, встречая на своём пути те или иные препятствия.

Стены туннеля состояли из цельного советского бетона, добротного - такой сейчас не производят. И хотя налицо были явные признаки недостроенного объекта, нужно отдать должное строителям - они постарались на славу. Если бы объект был завершён, он сослужил бы хорошую службу и, возможно, по сей день был бы в строю.

Двигаться по низкому пыльному проходу было сложно - голова то и дело цеплялась за выступы, крепления, углы каркасов. Да и дышать пыльным и затхлым воздухом – было то ещё удовольствие. А когда группа неожиданно забрела в тупик, в воздухе повисло стремительно нарастающее напряжение.

- В чём дело? - поинтересовалась Катя.

- Дальше хода нет! Тут решётка, - с нескрываемой досадой произнёс Серёга, и в качестве доказательства постучал по ней корпусом фонаря.

- Тупик?! А решётку открыть можно?

Серёга с силой подёргал её, о чём свидетельствовал лязг металла, но, не добившись никакого эффекта, вынес окончательный вердикт:

- Да, пожалуй, что нет. Она заварена. Или закручена. Ну да, точно. Вон, швы сварные видно. А за ней лежит сломанный производственный вентилятор, сорванный с крепления.

- Проклятье! - выругался Дима, сплюнув на стену. - И что дальше?

- Идём обратно, может мы что-то пропустили? - спросил Серёга, недовольно рассматривая стекающую слюну.

- Обратно? Да мы уже полчаса ползаем по этой, мать её, бетонной траншее! Я три шишки уже набил! - возмутился Андрюха, почесав неоднократно пострадавший затылок. - Дышать нечем! Мокрый весь, одежда прилипла к телу. Спину ломит!

- А моя всё никак не отлипнет! - тихо произнёс я, ощущая упомянутый выше дискомфорт, связанный с одеждой.

- Не ной, Андрюха. Других вариантов нет, только назад. Или у тебя есть ещё идея? - фыркнула Катя, при этом как-то сжавшись.

- Нет, но...

- Вот и не ной!

- Да не ною я!

- Хватит вам уже! Макс, двигай назад, только осторожно, - Серёге наскучил этот бесполезный трёп.

Несколько минут мы двигались молча, натужно пыхтя. Двигаться задом по узкому пыльному туннелю – удовольствие ещё то. Рюкзаки то и дело цеплялись за всевозможные выступы.

Внезапно, снова подала голос недовольная Катюха.

- Мальчики, я в туалет хочу!

- Потерпи!

- Я уже час терплю. Не могу больше, - скривилась девушка, после чего неожиданно чихнула.

- О, правда! Тогда давай здесь, - насмешливо произнёс Андрей, явно решив подколоть язвительную девушку, в отместку на её предыдущий подкол.

- Очень смешно!

- Не, ну а что?

- Чтобы ты на меня смотрел? - фыркнула та. Было вполне очевидно, что уж этого она точно не стеснялась. Не раз подобное уже бывало. Однако это вовсе не означало, что девушка была лишена смущения. Нет, вовсе нет. Просто это был вполне естественный процесс, да и обстановка отнюдь не романтический отдых в шикарном отеле. Куда деваться-то?

- А что я там не видел? - хихикнул Андрей.

- Эй, полегче, - вмешался в разговор Дмитрий, который на каких-то непонятных условиях периодически встречался с девушкой. Об этом многие знали, хотя по большому счёту всем было абсолютно до лампочки.

- Ладно, ладно! - Андрюха продолжал хихикать. Воцарилась неловкая пауза.

- Ну, так что? Продолжаем двигаться на выход или тут ещё посидим? – опять подала голос Катюха. Причём в голосе явственно слышались нотки сарказма вперемешку со злостью.

- Хорошо-хорошо, идём, вернее, ползём, - произнёс я, попытавшись развернуться в узком туннеле. Безуспешно. Пришлось снова двигаться задним ходом.

- Ну, слава богу, хоть кто-то... – облегчённо пробормотала девушка.

Ещё несколько десятков метров мы ползли обратно. Периодически слышался мат, отборный и изощрённый. Это хорошенько напрягало, учитывая, что все и так были на взводе, а после того как мы ещё раз сбились с правильного маршрута, обстановка и вовсе накалилась донельзя. Но, наконец, метров через тридцать, после случайно попавшегося поворота, сзади показался выход.

- Ещё немного, - произнёс я. - Кажется, вижу выход!

Через пару минут, вывалившись из узкого туннеля и вытащив грязный, облепленный паутиной рюкзак, я поднялся на ноги и хотел было помочь выбраться Катюхе, но взглянув вверх, так и застыл: ракетной шахты тут не было. И помещение, в котором мы оказались, было доселе мне незнакомым. Да что там, оно вообще не походило ни на что другое.

Выбравшись из технического прохода, Катя, первым делом уединилась в нескольких метрах от нас, за кучей старых сломанных деревянных поддонов. Андрюха не упустил возможности бросить в её сторону очередную пошлую шутку, на что девушка ответила негромким журчанием.

- И где же мы теперь? - удивлённо произнёс Серёга, подойдя ко мне. - Что думаешь?

- Похоже на какую-то галерею. А может – большой коридор. Или туннель. Да что угодно! Но странно, материал стен совсем другой, - я приложил ладонь к ближайшей стене.

- Дима, на карте есть что?

Парень аккуратно развернул карту, которая уже успела немного пострадать, расплатившись парой рваных краёв.

- Ну... Пожалуй, что нет, - медленно, чуть задумчиво произнёс он. – Так! Ход я вижу, его обозначение "П-325", но никаких разветвлений тут нет. Он должен по кругу огибать бетонную банку шахты и выводить к внешнему кольцу, где должны располагаться технические помещения. Это как раз там, где был сорванный вентилятор. Там мы двигались правильно.

- А после того, как мы повернули назад, куда-то не туда вышли?

- Да пёс его знает! Тут целое нагромождение пересекающихся линий. Такое впечатление, что карта перерисовывалась несколько раз. Она бесполезна. Единственное, что я вижу на ней, это нацарапанное карандашом обозначение.

- Покажи!

И действительно, на карте профессора, сбоку, с правой стороны, напротив штрека, ведущего из ракетной шахты в технический туннель, можно было различить нацарапанную надпись: "Астра-1".

- "Астра-1"? Это ещё что значит? - спросил Сергей, но его взор был почему-то обращён на Дмитрия.

Вопрос, разумеется, остался без ответа.

Вернулась повеселевшая Катя, попутно застёгивая ремень и осматривая серые бетонные стены.

- Что-то нашли?

- Вот именно. Что-то нашли, а что неизвестно!

- Странное место, не находите?

- Почему?

- Да хотя бы потому, что здесь использован совсем другой тип бетона. Сами посмотрите! Он гораздо старее. И вообще, бетон ли это?

- Действительно. Я такого никогда не видел!

Потолок, построенный в виде непропорциональной арки, был покрыт разноцветной плесенью. Паутины на стенах почти не было, а воздух казался более сырым и влажным. Помещение более походило на широкий туннель, чем на коридор. Или даже больше на своеобразную галерею. Довольно широкая, но по мере углубления вдаль - пропорционально сужалась. Галерея уходила во тьму плавным, но неровным закруглением. Тут не было ни проводов, ни коммуникаций. Просто пустое, грубое, частично бесформенное помещение. Справа, рядом с проходом из которого мы выползли, оказалась крепкая, построенная из старого облупленного кирпича кладка. Она наглухо перекрывала проход в стене.

- Так! А это ещё что?

- Кирпичная кладка! - утвердил Андрей, снова пытаясь подколоть товарища. - Очень старая, судя по виду.

- Правда? Как я сам не догадался-то? - парировал Серёга.

- А стена то была взорвана! - заметил Дима, осматривая стену. – Вон, следы подрыва. Знаете, это похоже на...

- Похоже на то, что строили ракетный комплекс очень торопливо. И во время очередного подрыва, похоже, попали сюда. Или наоборот, намеренно.

- И заметьте, это место значительно старее. Кем-то же оно было построено?

- Гораздо более интересно - когда построено?!

- Так, стоп! Если продолжить идею, получается, что наши советские строители, намеренно остановили постройку ракетного комплекса, столкнувшись здесь с чем-то поистине необъяснимым! И это, не беря в расчёт то, что строительство самого комплекса было засекречено?

- Быть может, это древние туннели ещё со времён прошлых веков?

- Нет, точно нет! Разве тогда был бетон, а?

- А это и не бетон! - произнёс я, всё это время осматривавший стены. - Это что-то другое, хотя и очень похожее на него. И да, чтоб ты знал: цемент, ещё римский император Юлий Цезарь придумал!

Андрюха временно притих, копя силы для очередной дерзкой шутки.

- Смело, а дальше? Кто-нибудь продолжит? - усмехнулся Дмитрий.

- Взорвав туннель и попав сюда, они по какой-то причине заложили пробой кирпичом и остановили строительство. Что они там нашли?! - Серёга увлёкся, автоматически строя версию случившегося прямо на ходу. - Наверное, что-то, что поставило крест на строительстве ракетного комплекса. Что-то страшное!

- Слушайте, полегче, а? Не слишком ли смелые у вас предположения? - не выдержал Андрюха. - Это уже перебор!

- А там что? - Катюха указала рукой в противоположную от поворота галереи сторону. - Как-то там жутковато!

- Жутковато? Да нет там ничего! - Андрюха быстрым шагом двинулся вперёд, грубо разбрасывая ногами обломки и мусор, частично устилающие пол. - Это просто большой, старый коридор! И всё!

Вдруг раздался металлический лязг и громкий хруст: Андрюха, неожиданно взмахнув руками, с протяжным воплем исчез из вида, провалившись куда-то вниз...

Глава 7. Минус один

Ещё не успел затихнуть его крик, как мы, хаотично осветив фонарём место падения парня, бросились вперёд. Там, в полумраке, среди разнообразного мусора, прямо в пол была вбетонирована железная решётка. Сделанная из какого-то некачественного металла, диаметром около полутора метров, она закрывала собой отвесную шахту, почти вертикально идущую вниз, неизвестно куда. Из-за долгого пребывания в сырой и влажной атмосфере, она насквозь проржавела. Коррозия и ржавчина сделали своё дело, а Андрей имел неосторожность наступить в самый центр. Неудивительно, что та, не выдержав веса парня, с хрустом проломилась.

- Андрюха! Эй!

- Андрей! Андре-е-ей!

Посветив фонарём вниз, мы, естественно, ничего не увидели, так как провал плавно изгибался, уходя куда-то под толщу цельного бетона.

- Андрей! Отзовись!

Но из чёрного как ночь провала, никто не ответил!

- Нужно лезть за ним! - воскликнула Катя, торопливо сбрасывая рюкзак и ища глазами верёвку.

- С ума сошла? Куда ты собралась? – остановил её Сергей.

- Туда!

- Он, быть может, уже мёртв!

- Не говори ерунды! Жив!

- Допустим! Как ты туда спустишься? У нас даже верёвок длинных нет, - произнёс я, неодобрительно качая головой. - А если там пропасть? Да даже если ты и найдёшь его, дальше что?

- Но мы же не можем, просто взять его и бросить?

- Никто его не бросит!

Повисла напряжённая пауза.

- Ну, чего вы молчите? - Катюха, сама того не замечая, повысила голос.

- Мы его не бросим! Но и в эту дыру лезть - самоубийство! Я думаю, нужно идти вперёд. Здесь все туннели и коммуникации, скорее всего, должны быть связаны между собой. Где-нибудь внизу мы его и найдём.

- Живого?

- Что за вопрос? Конечно, живого!

- Тогда не будем терять времени. Скорее!

Освещая фонарями необычный коридор, наша группа торопливо двинулась вперёд. Он и вправду был необычным: стены и потолок, выполненные из странного материала, напоминали по своему составу бетон – монолит, какой используется в современном строительстве. Потолок представлял собой плавную арку, покрытую густой, разноцветной плесенью. Кое-где, из тонких трещин, висели чёрные корни странных деревьев, неизвестно как пробившихся на такую глубину. Быть может, это были совсем не корни?

На стенах не было ни проводов, ни труб, ни каких-либо даже намёков на присутствие коммуникаций. Не было даже никаких креплений. Просто голые, местами заплесневелые стены.

А вот небольшие ответвления вентиляционных ходов, шахт и штреков отходили во все стороны от основной галереи. Однако попасть в них было невозможно:всё перекрывали массивные, хотя и порядком поржавевшие металлические решётки. Лучи света хаотично скакали по стенам, отбрасывая неестественные тени. Выглядело это мрачно и удручающе. Но, благо хоть мусор постепенно перестал попадаться под ногами. Создавалось впечатление, что кто-то специально переносил его в самую широкую часть галереи, собирая по всему туннелю.

- Сколько мы уже прошли?

- Метров пятьдесят, не больше.

- А как по мне, так все пятьсот!

- Дышать как-то тяжело! Душно, - произнёс Серёга, пыхтя как бронепоезд. – Или мне кажется?! Кислорода мало. Вентиляция вообще работает?

- Ты всерьёз думаешь, что она тут есть? - усмехнулся я, также тяжело вдыхая застоявшийся воздух.

Я хотел было попытаться объяснить общие принципы работы вентиляции, но вдруг понял, что мне просто лень, а учитывая, то место, где мы находились, можно лишь догадываться о том, каким чёртом здесь налажена вентиляция. И налажена ли вообще?

- А почему нет?

- Хватит трепаться! Скорее! - с одышкой произнесла Катюха, быстрым шагом двигаясь по туннелю.

- Лучше бы так не нестись по туннелю сломя голову!

- Почему? - спросила Катюха удивившись.

- Да потому! Фух! Чтобы ещё кому-нибудь не провалиться!

- Или не влезть в какой-нибудь капкан! - устало добавил Дмитрий. - А к этому воздуху нужно немного привыкнуть. Взять под контроль дыхание!

- А ведь верно!

Группа немного сбавила темп, ибо замечание действительно было толковым.

За следующим изгибом туннель резко пошёл на расширение, открывая взору огромное подземное помещение, ещё более внушительных размеров, чем увиденная ранее ракетная шахта. Но, только на первый взгляд...

- Бог ты мой! Вот это пещера! - присвистнул Серёга.

И действительно, взору ребят предстала невероятная картина: стены из странного бетона медленно, широкими наплывами переходили на скальную горную породу. Фрагменты бетона плавно исчезали, превращаясь в широкие, выдолбленные грубой силой пласты цельного камня. Выглядело так, словно плохой художник, попытался объединить две картины между собой – получилось не ахти как!

А вот пол всё ещё был бетонный!

Свет наших фонарей выхватывал пространство метр за метром, когда внезапно наткнулся на массивную решётку, наглухо перекрывающую проход. Даже на первый взгляд она казалась особенно прочной: толстенные прутья, толщиной с три пальца, крепкая и очень добротная рама по периметру. И несмотря на её толщину, она тоже была сильно поедена ржавчиной. Настолько сильно, что казалась поражённой проказой, будто человек во времена буйства чумы средневековья. Отслоившаяся ржавчина клочьями и пластами висела на прутьях. С обратной стороны решётки находился мощный замок, также покрытый ржавчиной.

- Приплыли! Вот же зараза! - выругался Серёга, ударив ботинком по решётке.

Глухо лязгнуло. Осыпалось несколько кусков ржавчины.

- Кажется, здесь не пройти!

- Похоже на то, сделано на совесть!

- Эй, а что это там такое? - воскликнул я, указывая лучом света на странную, механическую конструкцию, находящуюся почти в самом конце пещеры.

- Где? - не понял Дмитрий, вертя головой.

- Вот! Туда смотрите!

- Ого, да это же... Что это, чёрт возьми?

Там, у дальней стены, стоял необычный механизм, увешанный какими-то стальными звеньями и шатунами, узлами и ременными приводами... Рядом – огромная бочкообразная ёмкость и большое металлическое колесо. Также можно было различить ёмкости поменьше, трубы, котлы. Конструкция была огромной, втрое выше человеческого роста!

- Да это же парогенератор! - вскрикнул Дмитрий, опознав устройство.

- Точно? Откуда ты это знаешь?

- Отсюда! - Дима быстро порылся в дневнике и показал мятую фотографию! На ней был изображён тот же аппарат, один в один, только с более близкого расстояния. Вокруг него стояли какие-то люди, внимательно рассматривая его! Видимо, на фото был запечатлён момент первого запуска парогенератора ещё в те годы, когда это был верх технологий!

- Так! Значит, наш профессор был тут... Хотя, нет! Это невозможно! Какой же это мог быть год?

- А у меня другой вопрос! - произнёс я, осматривая древнее устройство.

- И какой же?

- Что можно включить или открыть с его помощью? Ведь не зря же он находится здесь, а не в ракетном комплексе! Интересно, это строители его установили, когда пробили сюда дыру?

- Нет! Он наверняка гораздо старее. Похоже, строители комплекса сами наткнулись на него, когда пробили проход. Устройство явно очень старое. Думаю, что его установили задолго до того, как сюда проникли строители ракетного комплекса.

- Не факт! Советские инженеры вполне могли...

- Значит, паровой генератор! - перебил меня Серёга. - Вот это уже интересно!

Мы с интересом смотрели на старый механизм. Сколько ему лет? Кто его построил? Что он приводит в действие? Работает ли ещё?

Вопросы возникали один за другим, но никто их не озвучивал, хотя и так было понятно - ответы будут известны позже и только, если мы найдём способ пройти через проклятую решётку, перекрывающую проход.

Я внимательно наблюдал, осматривал, оценивал и взвешивал напрашивающиеся решения и ответы. Чего суетиться? Паника и бесполезная суета тут не помогут.

- Откуда он здесь?

- Действительно, сложный вопрос. - Дмитрий почесал затылок. - Не каждый день можно увидеть такое!

- Паровой генератор, это какой век такое породил? Восемнадцатый? Или раньше?

- Это не паровой генератор, а паровая машина, если быть точным! – задумчиво произнёс я, продолжая освещать её фонарём. - И на фото, кстати, тоже!

- А какая разница?

- Большая. Парового генератора вообще не существует!

- Ну, я просто неверно выразился, - смутился Дима, мельком взглянув на девушку. Однако Катюха даже не заметила этого. Она, слегка удивлённым взглядом, попеременно смотрела то на меня, то на паровую машину.

- Знаете, похоже, что рабочие, которые присутствуют на этом фото, запустили машину, после того как попали в это помещение! - начал отвечать я на свой же вопрос. - Скорее всего, это фото сделано тогда же, когда эту машину установили здесь. Но если это так, то запечатлеть тот момент на фото - невозможно!

- И почему же?

- Паровая машина изобретена в конце семнадцатого века, а существенно усовершенствована для промышленности в конце восемнадцатого - начале девятнадцатого века. Эта машина является самой поздней модификацией, судя по её виду. А фотоаппарат изобретён лишь в середине восемнадцатого, и более-менее введён в эксплуатацию к концу века. При таком довольно влажном климате она должна была рассыпаться в прах. А она стоит и вполне себе уверенно. Возможно, металл был другой, скорее всего, какой-то сплав. Но не думаю, что ей больше ста лет.

- Ого! Макс, я, конечно, знала, что ты многое знаешь, но не настолько же! - удивилась Катюха, глядя на меня как на престарелого ботаника.

- Немного знаю. Как раз недавно прочитал где-то, - чуть смутившись произнёс я, после чего продолжил рассматривать механизм. - Данная паровая машина относится к числу существенно модифицированных. Скорее всего, середина или конец девятнадцатого века. А фотоаппараты в то время, не смогли бы снять такое изображение в условиях плохого освещения! Значит, это не фото позапрошлого века! Да и наш профессор, если он вообще есть на этой фотографии, тут присутствовать не мог. Значит, это середина двадцатого века. Причём, вторая его половина.

- Макс?!

- А?

- Ну, ты даёшь! С тобой всё в порядке? - Дмитрий посмотрел на меня как на привидение.

- Да, а что?

- Да так. Вот это я понимаю – глубокие познания в истории. Тебе прямая дорога в знатоки!

- Всё нормально, это просто наблюдения. Сам не помню, просто где-то об этом читал, - непринуждённо пожал плечами я, отвернувшись от решётки. – Много читал.

Я продолжил осматривать стены, потолок, пол. Снова воцарилась тишина.

- Значит, ты думаешь, фото сделали в середине двадцатого века?

- Похоже на то. И вполне возможно, что наш безумный профессор мог быть среди людей, изображённых на этой фотографии.

Мы продолжали внимательно осматривать пещеру: высокая, тёмная. Если в ней и была вентиляция, то совсем никчёмная. Впрочем, всё понятно – годы не те, чтобы о вентиляции думали. Это полвека спустя – ещё ладно. Хотя кто их, инженеров этих знал?

Помимо паровой машины в правой, боковой части пещеры, присутствовало что-то ещё... Что-то большое и массивное. Но за огромным выступом скалы, разглядеть, что именно там находилось – не представлялось возможным.

Также, на бетонном полу, то тут, то там присутствовали мелкие механические агрегаты неизвестного назначения. Прямо за решёткой, слева, неровным строем лежали старые зелёные ящики, с красной, уже давно облупившейся звездой – военные, судя по всему, ещё советские, сделанные из дерева. Похоже, их сюда доставили те, кто строил ракетный комплекс.

Мне показалось странным, что комплекс строили в условиях неразглашения, но с таким широким размахом! Это же невероятно сложно и требовало кучу средств. А когда строители попали сюда, всё как-то застопорилось, что ли... Как будто решение лезть сюда было чьим-то личным посылом. Командованию не доложили? Возможно и так, но почему? А вдруг о пещере знали? Знали не все, а лишь определённые лица. Знали и намеренно искали её! Но как о ней можно было знать? Тут сверху метров восемьдесят земли и камней... А то и больше. Сложно всё, даже неправильно как-то. Рано нам ещё какие-либо выводы делать.

- Эй, мы вообще Андрюху вызволять будем? - спросила Катя, оторвав остальных от бессмысленных наблюдений.

- Конечно, будем! Есть идеи, как пройти дальше?

Пока я раздумывал, Дима времени не терял. Слева, в каменной выбоине он обнаружил нишу, в самой глубине которой, можно было увидеть обрывки толстых цепей и какие-то обломки.

- Ребята, смотрите! Совершенно очевидно, что эту решётку опускали в спешке.

- С чего ты это взял?

- Да с того, что хорошо видны следы локального подрыванаправленным взрывом – механизм подъёма решётки просто сломали. Ну, или как он там правильно называется.

- Здесь не пройти! А, чёрт! - Дмитрий неожиданно выругался. - Фонарь вот-вот сядет!

- Сколько осталось?

- Только три. Остальные у Андрюхи в рюкзаке. И батареи там же.

- Приехали. Итого, получается сто-сто двадцать минут, и мы, как кроты, будем здесь на ощупь ползать?

- Оставим только один фонарь, - произнёс я. - Значит, часа два. И ещё у нас лампы химического света есть!

- Не особо обнадёживает! А идти-то куда?

- Туда! - я указал рукой другое направление.

Чуть позади нас, на высоте полутора метров, находилась широкая вентиляционная шахта, также прикрытая ржавой решёткой, как и остальные. Но две, из трёх петель были сгнившие напрочь. А всё потому, что откуда-то сверху, сквозь щели в бетонном своде, по стене стекала вода. Решётка как раз была на пути стока, вследствие чего петли и сгнили. Сама же решётка была ещё в неплохом состоянии.

- Как ты это заметил?

Я промолчал, а что мне ответить? Что я вместо того чтобы паниковать, осматривал всё, что представляет хоть какой-то интерес? Или то, что меня привлёк тихий, едва заметный звук капающей воды? А уж слышимость тут была хорошей. И эхо, кстати, тоже вернулось.

Серёга, как самый высокий, ухватился за решётку и с силой дёрнув её на себя, почти оторвал от вмонтированной в бетон рамы. Хрустнула ржавчина. Дёрнул ещё раз, но теперь безуспешно.

- Может быть, использовать рычаг? - подсказала Катюха.

- Нет, так справлюсь, - прошипел Серёга, продолжая дёргать кусок ржавого металла.

- Ладно, как скажешь!

- Вот же тварь! Не поддаётся!

- А ну, дай. - Дима подошёл к нему, также ухватился за решётку и повис на ней всей массой. Серёга поступил так же. Последнее крепление натужно скрипнуло и чуть-чуть согнулось. Хрясь! Решётка, отломившись, с лязгом грохнулась на мокрый пол, едва не отдавив мне ноги. Парни, не удержав равновесие, дружно шмякнулись на пол рядом с ней.

Тёмный, сырой провал вентиляционной шахты выглядел совсем неприветливо. Катюха, подойдя, заглянула туда и тут же отошла обратно.

- Бр-р-р! Мокро там. И воняет. А если там тупик?

- Может быть, но вряд ли. Эти шахты наверняка должны быть соединены между собой. Куда-нибудь да выведут.

Девушка фыркнула. Их незавидное положение уже дало о себе знать: нерешительность каждого постепенно улетучивалась. А действовать такими бездумными методами – только усугубляло их общее положение.

- Ну, кто первый?

- Моя очередь! - зашагав вперёд, я сбросил рюкзак, затем, с помощью Серёги подтянулся на руках, кое-как закинул ноги и всё-таки влез в шахту.

Она оказалась невысокой, но достаточно широкой для среднего человека, хотя, конечно, и не разбежаться особо. Бетон скользки и мокрый, покрыт то ли мхом, то ли вообще водорослями.

- Мокрый, зараза. Ещё и тиной воняет.

- Держи! - Серёга закинул ко мне рюкзак, Дмитрий подавал второй.

- Ребят, а мы там все поместимся? - спросила Катюха, хотя знала – поместимся.

- Ну, твоя-то задница может и не поместиться! - попытался пошутить Серёга, но делать это так язвительно, как Андрюха не умел.

- Нормальная задница! - негромко ухмыльнулся Дима, перехватив взгляд девушки. Та ухмыльнулась в ответ. Ещё сутки назад он не только видел её без комбинезона, но и... А ведь между ними ничего серьёзного не было...

***

Темнота. Мрак и грязь.

Андрюха помнил только, как злосчастная решётка под ним предательски хрустнула. Всей своей массой парень рухнул вниз, при этом сильно ударившись затылком и зацепившись локтем за один из бетонных выступов. Рюкзак бестолково болтался за спиной, мешая координировать падение.

Сыро. Воздух тяжёлый. Спёртый. Андрей, лёжа в неестественной скрюченной позе в тёмном и очень тесном закутке, кое-как приходил в себя. Где-то под боком, сильно мешая, лежал мятый рюкзак. Спина затекла, ныл затылок, голова гудела. В глазах, несмотря на полумрак, всё ещё плясали разноцветные искры – результат удара головой о выступ. Прямо под ним, в узкой расщелине, между стеной и рюкзаком застрял утерянный при падении фонарь.

Луч света освещал вертикальный узкий бетонный штрек, покрытый мелкими трещинами. Именно через него он сюда и попал. Но что это? Вентиляционная шахта или сток для грунтовых вод? А если канализация?

А что, собственно, произошло?

Мысли путались. Голова ещё кружилась, тошнило. Андрей с трудом ухитрился высвободить левую руку, а затем и правую, застрявшую в лямках рюкзака. Кое-как приподнявшись, он разогнул затёкшие ноги, подтянул их под себя. Колени местами содраны, кажется, даже комбинезон протёрт. Долго же он сюда катился по этой шахте... Или нет?

Справа, совсем рядом оказался воздуховод, но уже горизонтальный. Решёток не было, зато прямо у основания лежал чей-то старый прохудившийся ботинок.

- Замечательная находка! - буркнул он, отпихнув его в сторону. – И как ты сюда попал?

Сам канал уходил куда-то во тьму. Выудив из щели фонарь, Андрей убедился, что тот не пострадал. Чуть размяв спину, он ногой затолкал рюкзак в боковой проход. Посветив туда, парень навскидку определил его длину - метров десять, может пятнадцать. Воздуховод был значительно шире того, в который он провалился, но менее высокий. Что, блин, за странная архитектура? Это вроде и цельный бетон, но немного другой – старый и непривычный. Стены густо покрыты плесенью, а местами – слизью. А ещё, здесь определённо была повышенная влажность.

Изловчившись, хотя и постоянно соскальзывая, парень кое-как пролез в проход. С трудом отталкиваясь ногами, он полез вглубь, толкая перед собой рюкзак. Помогая руками, временами он даже скользил всем телом по влажной поверхности, словно гигантская гусеница. При этом Андрей только и мечтал, чтобы такое нелепое передвижение поскорее закончилось. То ещё удовольствие!

***

- Ну, чего там? А?

- Да погоди ты. Дай отдышаться, - тяжело дыша, отмахнулся я, с трудом вылезая из очередного узкого прохода.

За последние два часа это была уже четвёртая попытка разведки отводных туннелей, с коими мы и столкнулись. Но каждый раз, грязные проходы оканчивались либо бездонной вертикальной шахтой, почти под прямым углом уходящей куда-то вглубь, либо забитым плесенью и грязью тупиковым коллектором с решёткой. Серёга заметно нервничал, действуя всем на нервы, и то и дело предлагая вернуться назад в ракетный комплекс.

Катюха злилась. Злилась на всех и на себя в том числе. За Андрюху.

Нервы расшатались. Пока я ползал по шахте, Дмитрий в боковом тупиковом штреке неторопливо жевал тушенку с галетами, под светом зажигалки разглядывая дневник профессора. Время шло, а мы так ни к чему и не пришли. Как там наш товарищ? Жив? А если при падении он свернул шею? Сломал позвоночник? Ноги?

Вернувшись, Катя отправилась мне на смену, в дальний боковой проход, Всё ещё сердясь на себя и остальных.

- Так, значит "Б1" и "Б4" это шахты, - я рисовал пальцем прямо на грязном, мокром полу своеобразную карту. - А "С3" и "С5" это коллекторы, так?

- "С3"? Что ещё за "С3, С5"? - недовольно пробурчал Сергей, который за последние полчаса успел достать всех. Такие периоды у него бывали, хотя и редко.

- Условные обозначения. Ну, чтобы было проще ориентироваться.

Изучение дневника всё-таки дало плоды. Удалось найти некоторые подсказки.

- Хм, а это идея, - ухмыльнулся Дима, пережёвывая тушёнку.

- Идея? – с презрением пробормотал Сергей. – Ага! Грандиозная! И что с того?

- Можно попытаться понять, по какой схеме были построены эти туннели. И определить, как отсюда выйти.

- Схеме? Макс! Ты серьёзно? Какой на хрен схеме? Да если бы она и была, это же чёртова вентиляция... Тут везде решётки! Она не была предназначена для того, чтобы по ней ползать! Изначально! Чёрт знает кто строил это! И схема! Вряд ли те, кто строил это, чем-то руководствовались!

- Нет! - упрямо произнёс я, отмахнувшись от Сергея. - Определённо это не так. Тут что-то есть. Я чувствую!

- А я чувствую, что тут дерьмом воняет! Макс, идём назад, а? - выразительно попросил Серёга, для убедительности тяжело вздохнув. Он сдерживался как мог, но за последние часы, его уверенность странным образом и по необъяснимым причинам дала фатальный сбой. Парень почти сломался. Он и раньше-то паникёром был, начиная трепать нервы, если что-то шло не так. А уж теперь так и вовсе...

- Для чего? Там тупик. Выхода - нет!

- Как и здесь! Но там ракетный комплекс! Стена была замурована, да, но мы-то попали сюда через технический туннель! Вдруг, есть другие, которые мы пропустили! А я знаю, они были! Вдруг выход где-то там?

- Сдаётся мне, что ты ищешь выход, а не Андрея! Что, нервишки шалят? - мне почему-то захотелось его поддеть.

- Что? Ты думай, что говоришь! Да я...

- Да угомонитесь вы! - прикрикнул Димка, отбросив в сторону пустую консервную банку. - Орёте как школьники! Серый, ты чего раскис, как сметана под солнцем?

Серёга притих, но хватило его ненадолго.

- Дима, а какое твоё мнение? Идти назад или ползать тут, словно слепые котята? - спросил Сергей, косо на него посмотрев.

- Вперёд! Назад - бессмысленно. Там мы уже были!

- Это неправильно. Чёрт, неправильно! - Серёга был на грани нервного срыва.

- Что неправильно? Андрюха упал куда-то вниз, единственный способ найти его находится впереди. Эти вентиляционные проходы куда-то ведут. Найдя проход через эту решётку, мы найдём нашего друга! Какого чёрта ты тут устроил, Серёж? Успокойся и заткнись, наконец!

Парень сник окончательно. С несколько минут он сидел, уткнувшись лицом в ладони, затем сгрёб в охапку рюкзак и полез в один из туннелей.

- Эй! Вообще-то, мы оттуда пришли! - бросил ему вдогонку Дмитрий. - Что ты там забыл?

- Я иду назад! - отрезал Сергей обернувшись. - Кто со мной?

- Назад идти бессмысленно!

- Значит, я пойду сам! - вздохнул тот и полез дальше.

- Стой! - Дима попытался ухватить его за ногу, но, неожиданно тот ударил его по лицу ногой.

- Отвалите от меня! Идиоты! – истерично закричал Сергей. – Вы сами себя в могилу загоните!

- Ну и иди! Псих! - пробормотал Дмитрий, ощупывая пострадавший нос и верхние зубы. - Вот баран!

- Да пошли вы! - напоследок бросил он.

- Пусть идёт! - тихо произнёс я, вновь принявшись рассматривать отданный мне Димкой дневник. - Скоро отойдёт, успокоится и вернётся! Он знает, где нас искать!

Почему-то я напрочь позабыл о главном правиле диггеров - никогда не разбивать группу. Если уходит один - остальные идут за ним, проблемы у одного - решает их вся группа. Что явилось тому причиной, я еще не осознал...

Глава 8. Паровая машина

Стоит ли говорить о том, как тяжело осознавать себя запертым глубоко под землёй, в месте, где когда-то случилось что-то страшное? Как тяжело осознавать, что над тобой сотня метров бетона и земли... Эта жуткая, объёмная всепоглощающая тишина со временем просто чудовищно начинает давить на психику, а затхлый влажный воздух не даёт лёгким нормально работать. Да ещё и понимание того, что выхода может и вовсе не быть, угнетает так, что уже и думать ни о чём другом просто не получается...

Вполне возможно, что у нас уже начали проявляться самые первые признаки дезориентации. Пусть у нас и была некоторая подготовка, позволяющая держать себя в руках, но что будет дальше? Неподготовленный человек в такой ситуации незаметно, но тем не менее довольно быстро, в полном отчаянии, попросту сойдёт с ума.

Я продолжал сидеть в узком туннеле, с жадным интересом разглядывая дневник. Дмитрий, установив мощность своего фонаря на минимум и просто положив его на пол, облокотился на рюкзак и тихонько задремал.

Девушки не было уже минут тридцать, а слетевший с катушек Серёга, бормоча какие-то угрозы и что-то нечленораздельное, в непонятном рвении скрылся где-то в туннеле, оставив нас одних.

Какого чёрта его так поменяло? Ведь было же всё нормально. Уже не в первый раз мы попадаем в сложные ситуации, пусть не такие, но всё-таки. Раньше, конечно, тоже случались неожиданные инциденты, но до подобного дело не доходило ещё никогда...

Где нас только не носило и в какие только ситуации мы не попадали... Это и полуразрушенные металлургические заводы, брошенные производственные комплексы, горы в Будапеште. А чего стоила та законсервированная аварийная шахта, рядом с озером Байкал? Да, был ещё и заброшенный психиатрический госпиталь, почти на границе с Украиной. Помнится, там нам пришлось серьёзно поголодать... Но ещё никогда группа не разбивалась на части. Похоже, на этот раз ослабленная психика слабо подготовленного человека попросту не выдержала, дав фатальный сбой. Такое иногда случается...

В трофейном дневнике ничего о технических проходах сказано не было, а вот упоминание о виденной ранее паровой машине, всё-таки имелось. Профессор писал, что она открывает какой-то проход в преисподнюю. Причём, слово преисподняя было написано очень коряво, словно в спешке и гораздо позднее. Так что же конкретно имел в виду старый профессор?

- Эй! Парни! - неожиданно совсем рядом раздался голос Кати. - Эй! Да где вы, блин?

- Сюда! Диман, проснись! Катя вернулась, - толкнул я мирно сопящего друга.

Парень разлепил глаза, приподнялся с рюкзака и заглянул в восточный проход.

- Ну? Что-то есть?

- Я нашла выход!

- Серьёзно?

- Ага. Собирайтесь! И рюкзак мой не забудьте! - Катюха подползла ближе, выглянула из прохода и посмотрела по сторонам. – Стоп! А, где Серёга?

- Ушёл. Отправился обратно в комплекс. Придурок! - недовольно отмахнулся Дмитрий.

- Вот дурак! Ну а вы... Почему вы его не остановили? - удивилась девушка.

- Пытались! Без толку!

- И что теперь делать?

- Крыша поехала! Пусть придёт в себя. Если что, знает, где нас искать.

- Разве это разумно? - усомнилась Катя.

Вопрос остался без ответа.

Через десять минут мы добрались до конца вентиляционного прохода. Признаюсь, ползать по сложной путанице вентиляционных тесных проходов - удовольствие незабываемое. Несколько неожиданных поворотов, и мы увидели лежащую у выхода лампу химического света, оставленную тут Катюхой. Здесь тоже когда-то была вентиляционная решётка, о чём свидетельствовало наличие ржавой рамы, однако сейчас её тут почему-то не было. В этом месте, откуда-то сверху, тоже стекала холодная вода, но в значительно большем количестве. Со временем, струйки воды продолбили целые каналы, больше похожие на артерии гигантского бетонного великана.

Да и плесени, мха и водорослей здесь было куда больше.

Сбросить рюкзак вниз оказалось не самой лучшей идеей - прямо под вентиляцией оказалась огромная грязная лужа. Дима, спрыгнув первым, оказался по колено в холодной воде. Перетащив оставшиеся два рюкзака, он помог спуститься Кате. Миновав лужу, оказавшуюся к тому же слегка солоноватой, мы медленно двинулись вглубь пещеры.

Справа от нас была та самая изъеденная ржавчиной решётка, которая ранее преградила нам путь. Сейчас была некоторая возможность сдвинуть этот засов, но всё же поднять решётку оказалось нам не под силу, так как вес у неё был весьма значительным. Оставив попытки её сдвинуть, мы двинулись в противоположном направлении, к странному механизму в самом дальнем углу пещеры. Это действительно была самая настоящая паровая машина. Время беспощадно оставило на ней свой след, но даже при самом беглом осмотре стало понятно, что она хорошо сохранилась и всё ещё может быть работоспособной.

Обойдя её по кругу, я заметил, что машина приводит в действие огромный механический рукав, устаревшей конструкции. Представляя собой плоский круг с надетым на него шестерёнчатым валом, тот осуществлял передачу к большой широкой платформе, вмонтированной прямо в скальную породу. По металлическим направляющим, массивная дверь или платформа, попросту уходила вниз, открывая проход. Такой необычной конструкции я ещё никогда не видел, но даже одного взгляда хватило, чтобы понять общий принцип работы всей системы.

Осмотрев дверь внимательнее, я сразу заметил, что она практически герметично перекрывает выход из пещеры.

Пока я осматривал машину, Дима с Катей, с завидной настойчивостью потрошили стоящие у решётки ящики. Почти все они оказались пустыми, а то немногое что всё-таки удалось обнаружить в них, уже не представляло для нас никакой пользы. Ржавые инструменты, сгнившие коробки от сухих пайков, истлевшие одеяла, какие-то механизмы, военная форма, каски.

- М-да, да здесь и поживиться-то особо нечем. – Катя рьяно рылась в одном из вскрытых ящиков. - Тряпьё давно сгнило, провизии нет. А нет, кажется, что-то есть. Ну-ка, что тут у нас?

Она вытащила из остатков картонной коробки три деформированные банки консервов, без срока годности, но зато с клеймом производителя и датой изготовления.

- "Мясопромторг"? 1986, апрель? - удивился Дима, с трудом разбирая выбитую на днище надпись.

- Значит, здесь были люди в конце восьмидесятых?

- Ну да, профессор же говорил, что был тут. Наверное, это была военная или научная экспедиция. И наверняка, попали они сюда так же, как и мы!

- Нет! - отрицательно покачал головой Дима. - Тогда они свободно прошли через решётку, ведь ящики как-то попали на эту сторону! По вентиляции такие ни за что не протащить.

- Значит, они же и взорвали подъёмный механизм? Когда бежали обратно, и в спешке даже не стали забирать свои вещи?

- Может и так. Эй, Макс, что ты там нашёл?

- Идите сюда, - крикнул я, махая рукой, - здесь кое-что интересное!

Увидев массивную дверь, они удивились не меньше моего.

- Вот так махина! На дверь похоже, не? - восхитилась Катя.

- Странно, чем это она так залеплена? - задумчиво спросил Дмитрий, осматривая зазоры и стыки между дверью и скальной породой. - Какая-то резина или промасленная ткань? Герметизировали её, что ли?

- Ну, это не то чтобы герметизация. Похоже, что все щели между скалой и стальным полотном попросту забили брезентом и залили смолой, - предположил я, отколов кусочек от материала.

- Интересно, что там за ней?

- Ребят, мы что, будем её открывать? - насторожилась Катя, окинув конструкцию тревожным взглядом.

- А ты видишь здесь другие пути?

- Нет, но... Может не надо? Ведь не просто же так её закрыли?! И потом, та кирпичная кладка... И взорванный подъёмный механизм решётки. Лифт в комплексе... Ни о чём не говорит?

- Да, я знаю, что ты хочешь сказать. Тот, или те, кто бежали отсюда, старались максимально затруднить или вообще перекрыть проходы к этой двери. Так?

- Так!

- Но других выходов отсюда, похоже, нет! А назад идти - бесполезно потраченное время. У нас фонари скоро сядут, и не забывайте, мы ищем Андрюху. Мы для того и идём вперёд, чтобы его найти.

- А до этого мы искали выход, и вот к чему нас это привело!

Несколько секунд мы молчали, думая об одном и том же.

- Не знаю, но вряд ли туннель, в который провалился Андрей, будет вести за эту дверь! - Катя заговорила первой.

- А почему нет? Кать, те, кто были тут до нас, не могли предусмотреть всё!

- По-моему. это плохая идея. А вдруг там затопленное помещение, или какой-нибудь ядовитый газ? Или ещё что похуже, а?

- Точно не газ.

- С чего такая уверенность? Макс, может, пойдём обратно? Вдруг Серёга всё-таки нашёл выход?

- Не нашёл, потому что его там нет! - отрезал я, разозлившись. Сначала Сергей, теперь Катя... Они что, сговорились?

Девушка шумно вздохнула - она и сама всё понимала. Если мы хотим выбраться, мы должны открыть эту дверь. Возможно, так мы получим ответы сразу на все интересующие нас вопросы! И кто знает, вдруг там мы и вправду найдём Андрея?

Дмитрий как-то обречённо вздохнул.

- Макс, ты принцип работы паровой машины знаешь?

- Не особо, - честно признался я, но с оптимизмом в голосе, заявил, - но думаю, ничего сложного в этом нет. Насколько я знаю, паровой машиной называется тепловой двигатель, в котором потенциальная энергия расширяющегося пара преобразуется в механическую энергию, отдаваемую потребителю. Потребитель – это и есть механизм открытия двери. Нам необходимо вон в той камере, создать достаточную температуру, чтобы вода начала закипать, а образовавшийся пар, вон там, приведёт в действие механизм открытия двери.

- Чувствую себя словно сонный студент на лекции по физике! - улыбнулась Катя.

- Ай, да брось. Что тут сложного? Из названия всё понятно, а взглянув на сам аппарат, догадаться, где и что несложно.

- Ладно, как скажешь. А что мы используем в качестве топлива? – Катя недоумённо посмотрела по сторонам. - Я что-то здесь топливных брикетов не наблюдаю!

- Хороший вопрос, - я почесал затылок, вновь принявшись осматривать пещеру.

- Эй! А как же ящики, что мы раздербанили? Они же деревянные! – вдруг радостно воскликнул Дмитрий.

- Точно! Подойдёт как нельзя лучше.

Приложив усилие, нам удалось разбить несколько оставшихся ящиков. Определив, где у паровой машины находится топка, я повернул запорное колесо и открыл довольно массивную дверцу. К неприятному удивлению, внутри обнаружился скелет человека в неестественной позе.

- О! Добрый вечер! – удивлённо выпалил Дима, заглянув внутрь.

- А с этим-то что? - нахмурилась Катя. - Его что, заперли тут?

- Ну не сам же он туда заполз?

- А что если он прятался от кого-то?

- В топке паровой машины? - Дмитрий коротко усмехнулся, наградив Катю насмешливым взглядом. - Ну не знаю, по-моему, он не самое лучшее место выбрал.

То ли мы уже начали привыкать к виду остатков человеческих тел, то ли просто морально устали и увиденное уже не оказывало на психику такого резкого пугающего эффекта, но с каждым разом воспринимать подобное было почему-то всё легче. И хотя никого из нас не покидало смутное чувство страха, скрытого ужаса перед неизвестным, мы старались не зацикливаться на этом. Так и с ума сойти недолго.

А может быть, мы уже сошли с ума и всё происходящее нереально?

- Наверное, беднягу нужно вытащить оттуда? - предположила Катя, рассматривая кости.

- Да, действительно. Дрова из него неважные.

Ухватив скелет за одну из конечностей, Дмитрий вытащил его наружу, и только тогда стало заметно, что его затылок был проломлен чем-то тяжёлым. Что это, результат физического воздействия физической силы другого человека или несчастный случай?

- Этот гражданин, похоже, помучился перед смертью!

- Не исключено. Так, ладно! Дрова закинули, а дальше что?

- Поджигаем! Но прежде, нужно проверить есть ли в самом котле вода, иначе греть будет попросту нечего.

Никаких манометров на аппарате не оказалось, но зато присутствовал большой спускной клапан, для сброса лишнего объёма пара. Сорвав его, с помощью фонаря выяснилось, что воды внутри нет.

- Приплыли! - пробормотал Дмитрий. - Как без манометра-то? И воды нет!

- Всё нормально. Туда посмотри! Это кажется лейка?

И действительно, под ёмкостью котла, на стальном крюке висела большая алюминиевая лейка с помятыми краями. Судя по всему, раньше ею пользовались часто.

- И что нам с ней делать? - Катя вопросительно взглянула на меня.

Я кивнул в сторону лужи, на которую мы наткнулись при выходе из вентиляционного туннеля.

- Мы заново наберём воды оттуда.

- Макс, да ты гений!

- Да ладно тебе! - пошутил я. - А манометр нам и не нужен! Мы по звуку определим, закипел наш котёл или нет.

С помощью пластиковых бутылок мы залили в ёмкость котла около пятидесяти литров воды. Достав из рюкзака маленький контейнер с жидкостью для розжига углей, которую, как нельзя, кстати, прихватила с собой Катюха, удалось быстро разжечь огонь. Захлопнув дверь, мы принялись ждать.

Через двадцать пять минут верхний клапан котла загудел, сбрасывая лишнее давление.

- О! Пошло дело! - обрадовался Дмитрий, перекрывая выходное отверстие.

- Давление есть. Теперь нужно разобраться, что это за рычаги?

- Этот, судя по всему, вращает то колесо, - предположила Катя. - А этот, приводит в действие кривошип. Или как его называют?

- Так и называют. Попробуем, тут можно только гадать.

Выжав рычаг на себя и перекрыв клапан, мы заметили, как массивная дверь вздрогнула. Повернув второй рычаг, мы увидели. как котёл заметно завибрировал и с лязгом активировался кривошипно-шатунный механизм. Шестерёнка со скрежетом зацепилась массивными зубьями за колесо на самой двери. Раздался треск и дверь медленно и натужно, словно через боль, начала сдвигаться вниз, открывая взору новую, довольно неожиданную картину...

Глава 9. Не метро

- Ну и куда меня занесло? - удивленно присвистнул Андрей, выбравшись из неудобного и узкого туннеля.

Больше пятидесяти минут парень провёл в воздуховоде, передвигаясь там на брюхе, словно гигантская гусеница. Очень сомнительное удовольствие. Спина сильно затекла, а руки и ноги закоченели так, что Андрей несколько минут просто тупо разминал их, через противную ноющую боль.

Прямо перед ним был огромный грязный бассейн, частично заваленный ржавыми деталями, засохшей тиной и грязью. Воды в нём было совсем немного, да и та воняла так, словно это была городская канализация...

- Ароматы Франции? - спросил сам себя Андрей, принюхавшись, но тут же отказался от этой мысли. - Не, точно нет! Хуже.

Вокруг него в беспорядке торчали уродливые корпуса насосов, двигателей, помп. Трубы различных диаметров и размеров были повсюду. Они были проложены по стенам, шли вдоль пола, пролегали у потолка.

Несколько небольших построек, расположенных по периметру, натолкнули на мысль, что это место похоже на котельную или даже насосную станцию. Сразу за самой большой пристройкой обнаружился ещё один бассейн, но значительно меньше. В нём воды было чуть больше, а запах оставлял желать лучшего.

- Бассейн, здесь? Хм, а у меня и абонемента с собой нет, - тихо пробурчал Андрей, после чего сам же усмехнулся. Стоило позавидовать парню – живое чувство юмора, учитывая обстоятельства, достойно отдельного уважения.

Всё помещение было довольно большим, но невысоким. Вполне очевидно, что тут когда-то была естественная пещера, но позже, её значительно увеличили путём серии направленных взрывов.

Справа, в пяти метрах от воздуховода, из которого выбрался Андрей, через небольшую бетонную площадку к бассейну примыкал самый обыкновенный туннель. Он состоял из типовых бетонных тюбингов, тесно подогнанных друг к другу. Туннель плавно изгибался и уходил куда-то на восток – если компас не врал.

Многочисленные канавы, стоки и трубопроводы, выходили как раз к первому бассейну. Все они были абсолютно сухие.

Царила полная тишина. Присутствия человека тут не ощущалось и очень давно.

Несмотря на то что Андрей старался не шуметь, эхо всё равно разлеталось далеко по сторонам.

На бетонном полу пролегали ржавые рельсы, что подтолкнуло парня к мысли: раз есть рельсы, где-то должен быть и транспорт!

- А вот это уже на метрополитен похоже, - подумал Андрюха, хотя в отличие от Кати, сам по туннелям метро никогда не лазил.

Двинувшись вперёд, он заметил, что туннель плавно поднимается вверх, причём довольно ощутимо. Парень решил держаться направления рельсов. Куда-то же они должны его привести?! Хорошо, если бы сразу на поверхность!

***

- Мы что, вернулись в ракетный комплекс? - спросил Дмитрий, с тревогой разглядывая открывшийся перед нами проход.

- Нет, это явно что-то другое!

- Ребят, а это, случайно, не метрополитен? - произнесла Катюха с некоторым подозрением.

За массивной дверью обнаружился переходной коридор, который, через несколько метров выводил и соединялся с другим, гораздо более широким тёмным туннелем. Пройдя его, мы оказались на небольшой, очень старой, даже частично раскрошившейся от времени бетонной платформе. Ниже уровнем шли порядком проржавевшие рельсы.

Слева, метров через пятьдесят, туннель заканчивался глухим тупиком. Лишь кучи щебня, да несколько раскрошившихся бетонных плит, вот собственно и всё, что там было. Зато в противоположном направлении он уходил настолько далеко, что даже света мощного армейского фонаря не хватало.

На самой платформе в беспорядке стояли запылённые деревянные и металлические ящики, бочки, резервуары и какие-то агрегаты, накрытые старым, рассохшимся брезентом.

По дальней стене, прямо напротив выхода, проходил толстый прорезиненный кабель, вставленный в специальные направляющие. Примерно через каждые двадцать-тридцать метров, от основного кабеля ветвились провода значительно тоньше, с подключёнными к ним лампами накаливания. Вот только ни одна из них не работала.

Батареи в фонарях были уже почти на грани, ещё максимум час, и мы останемся в кромешной темноте. Ламп химического освещения было мало, а с карманными зажигалками далеко не уйдёшь. Весь наш запас батарей остался у Андрея в рюкзаке - закон подлости. Да и мы молодцы, передали все запасы одному человеку.

- Предлагаю вот что! – Дима щёлкнул древним выключателем. - Давайте-ка оставим только два фонаря включёнными. Иначе, очень скоро, мы останемся в полной темноте.

- Разумно! Так и сделаем! - согласился я, неожиданно почувствовав ноющую боль в затылке.

Дмитрий оставил фонарь включённым, а Катюха быстро убрала свой в рюкзак.

Пока они осматривали стены, я бродил по платформе, проверяя содержимое открытых ящиков. Почти все они были заполнены какой-то тёмной, давно уже затвердевшей смолянистой субстанцией. Её происхождение, ни я, ни кто-либо из нас определись не смогли.

- Смола какая-то, что ли? - пробурчал подошедший Дмитрий, понюхав её. - Нет, вроде не смола. Что-то другое.

- Макс, как думаешь, это метро? - осторожно спросила Катя, наблюдая за лучом света.

- Возможно. А может и другая часть ракетного комплекса. Но, судя по характеру застройки самого туннеля, это всё-таки больше похоже на Московский метрополитен.

- Смотрите, тут тоже гильзы разбросаны! - заметил Дмитрий, посветив фонарём под ноги. - Здесь стреляли!

- Вот чёрт. Значит, ту дверь закрыли, но убийства продолжались, так?

- А вот и те, в кого стреляли! - воскликнула Катя, указав рукой. У самого основания платформы лежало несколько скелетов, в самых разных позах.

У одного из них в скрюченных костях пальцев была зажата рукоять старого револьвера. На некоторых остатках тел сохранились фрагменты одежды, причём в гораздо более лучшем состоянии, чем те, что были в ракетной шахте. Однако и быстрого взгляда хватило для того, чтобы понять - их тоже расстреляли. Напротив места их гибели, там, где лежали скелеты, все стены были в выбоинах от пуль.

Один из них, видимо, пытался защищаться.

- Оружие советское, - заметил Дмитрий, аккуратно достав револьвер. - Ну-ка, посмотрим. Ага, есть три патрона в барабане.

- Возьмём с собой? - спросила Катя, наблюдая за действиями Дмитрия.

- Думаю, да. Вдруг он нам ещё пригодится. Хотя оружие очень старое, ненадёжное.

- Убери куда-нибудь. В рюкзаке ему самое место.

Дмитрий послушно спрятал револьвер.

- Макс, ты чего? - Катя взволнованно посмотрела на меня, заметив, что я потираю руками виски.

- Да так, ничего. Голова что-то разболелась.

- Таблетку дать? - спросила Катя. - Аптечка у меня.

- Да нет, не стоит. Сама пройдёт.

- Ну, как скажешь.

Дмитрий прошёл вперёд на несколько метров и остановился.

- Я что думаю, если тут есть рельсы, то это либо реально метрополитен, либо какая-то другая часть ракетного комплекса.

- Вдруг "Метро - 2"? - предположила Катя. - Вдруг, нашли то, за чем мы ехали сюда?

- А почему бы и нет? Всё возможно. Дальше увидим!

Я усмехнувшись махнул рукой.

- Что с Андрюхой? Где мы его теперь будем искать? - как бы случайно спросила Катя.

Возникла неловкая пауза. Каждый вдруг нашёл себе какое-то бесполезное занятие. Вопрос так и остался без ответа.

- Чего молчите?!

- Там! Впереди, – вздохнув, ответил я, указывая на туннель.

Насколько хватало обзора, тёмный туннель уходил на восток, если, конечно, компас не врал. Но не было никаких боковых ответвлений, и даже намёка на какой-либо технический проход или воздуховод. Идти вперёд? А куда? Конечно, туннель куда-нибудь да выведет, но где и когда? При таком подходе успеха можно было вообще не добиться.

Несколько минут мы просто осматривали ближайшее пространство.

- Макс, ты чего там делаешь? - вдруг окликнула меня Катя.

- Ничего, - растерянно пробормотал я, удивившись тому, что сам не заметив, зачем-то спустился на железнодорожное полотно.

- Что там? Что-то нашёл?

- Нет, ничего, просто, хотел проверить рельсы, - отмахнулся я. - А, ладно, идёмте вперёд!

Двинувшись дальше, мы довольно быстро добрались до места, где туннель плавно уходил на восток. Позади нас что-то зашипело и засвистело. Обернувшись, мы с трудом смогли рассмотреть платформу, где стояли ящики и бочки.

- Что это там такое?

- Не знаю, но мне это не нравится. И возвращаться туда мне совсем не хочется! Идёмте дальше, а?

- В любом случае, там в пещере мы уже всё видели.

- А может быть, это Серёга решил вернуться? – спросила Катя.

- Не исключено!

Но не успели мы сделать и шага, как позади нас раздался оглушительный, гулкий взрыв. По туннелю прокатилась волна пыли и затхлого, влажного горячего воздуха, а сам туннель буквально содрогнулся.

- О боже, что это было? - закашлявшись, спросила девушка.

- Рискну предположить, что это рванула наша паровая машина, - мрачно произнёс Дмитрий. - Макс?

- Думаю, да. Клапан-то мы не открыли, вот переизбыток пара, судя по всему, и разворотил котёл. Ну, зато, теперь дверь всегда будет открытой, - ответил я, потирая виски.

- Смотрите, а это что? Похоже на пар? - спросил Дима, посветив фонарём в сторону взрыва.

И действительно. Через клубы пыли с трудом можно было рассмотреть, как туннель медленно заполнял плотный слой то ли белого дыма, то ли пара.

- Ребят, что-то я не хочу стоять и ждать, пока этот туман до нас доберётся. Вдруг он ядовитый? - произнесла Катя нервничая.

- С чего бы это?

- Не знаю. Не хочу и всё.

- Ладно, ладно, не нервничай. Это просто пар, - мне вдруг стало смешно, но я постарался не подавать виду. - Идём дальше!

Метров через триста мы добрались до пересечения двух туннелей. Здесь были всё те же стены из идентичных друг другу бетонных тюбингов, те же рельсы и деревянные, хорошо промасленные шпалы. Это однообразие уже начинало потихоньку утомлять. Здесь, на перекрестке, он разделялся на два идентичных друг другу направления. Один вел на север, другой продолжал вести на восток. Если, конечно, компас не врал.

- Приплыли. Куда дальше?

- Гляди, на стене есть указатель, - заметил Дима. - О, как! Смотри, налево - "Насосная станция". А направо "Депо". Депо на востоке, так ведь?

- Депо? Ну, да! Раз есть депо, значит, это точно метрополитен!

- Не обязательно. Что бы это ни было за место, у него может быть своё, собственное депо.

- Это ещё для чего?

- Ну, хотя бы для грузовой техники или ремонтной. Или, наоборот, использоваться как отстойник для устаревшего транспорта. Или как могильник!

- Ладно. Ну и куда мы пойдём?

- Если мы хотим найти Андрея, то нам к насосной станции, да?

- Это не лишено смысла. Скорее всего, все дренажные системы сходятся именно там. Да и вентиляционные тоже. И если это действительно так, то и наш друг, по всей вероятности, окажется там.

- Живой?

- Разумеется. И ты уже задавала этот вопрос. Кать, с чего это ты стала такой мнительной в последнее время?

- Чушь!

- Нет, не чушь, - вдруг поддержал меня Дмитрий. - Ты и вправду, стала слишком эмоциональной. Где та Катюха, что сама, без страховки, лазила по заброшенным туннелям метро? Где та самоуверенная девчонка, что почти три дня провела взаперти на старом химическом заводе, рядом с трупом собаки? А Маяковская пустошь? Её помнишь?

- Ну, там всё было иначе, - замялась девушка, вспоминая наши прошлые приключения. - И к тому же, здесь не с чем сравнивать. В такие ситуации мы ещё не попадали! Макс, ты что, тоже так считаешь?

Я кивнул. Мне почему-то ужасно хотелось об этом поговорить.

- Серьёзно?

- Это место так на тебя влияет? - спросил Дима, загадочно улыбаясь. Его тоже, по неизвестной причине, так и подмывало чем-нибудь задеть девушку.

- И началось всё с того момента, как этот чёртов профессор бросил нас здесь, - добавил я, наблюдая за взвинченной Катюхой. - И после того как мы нашли первый скелет, там, у лифта.

- Не знаю, может быть, - отмахнулась девушка, презрительно фыркнув. - Да и знаете, что... Прежде мы друзей не теряли. Сначала Андрей, потом Серёга.

- Кстати о Серёге. Ты в курсе, что ты ему нравилась?

- Да, а это тут причём?

- Притом, что когда ты ушла искать вентиляционный проход, ему вдруг сорвало башню!

- И что? Моя вина-то в чём?

Возникла пауза. Действительно, она-то тут при чём?

Творилось что-то необъяснимое...

- Просто ты странно себя ведёшь! - Дмитрий как-то неумело сбавил обороты.

- Согласен. Может быть, уже пойдём? - я неожиданно осознал, что больше не хочу продолжать этот разговор. Просто раз - и это желание словно отключилось!

- О, господи, да что на вас нашло? Что вы накинулись на меня? Что за допрос, что за обвинения? - теперь Катю прорвало и понесло в атаку.

- Да ничего, просто, – пробормотал я, кое-как подобрав слова. В голове мысли путались.

- Просто? Нет, так не пойдёт! Какого чёрта, а?

- Нет никаких обвинений! Хватит уже!

Этот странный, напряжённый диалог начался и закончился настолько неожиданно, что никто даже не успел понять его сути.

- Хватит трепаться! Идём к насосной станции!

- Да уж пора бы! - недовольно бросила девушка и первой направилась в левый туннель.

Дальше мы шли молча. Как-то неловко было.

Каждый наверняка размышлял о том, что произошло. Что явилось причиной столь дерзкого и абсолютно безрезультатного разговора? Неужели и правда, это место так действовало на психику?

Туннель снова, довольно круто, начал сворачивать на восток. Здесь вроде бы даже воздух был несколько другим. Или же мы настолько привыкли к затхлому подземному воздуху, что перестали замечать перемены.

Дмитрий шёл первым, слегка обогнав девушку. Та недовольно косилась на нас обоих, но упорно молчала.

- Перекусить бы не мешало, - произнёс я, сбрасывая рюкзак с плеча. - Идти вперёд мы можем сколько угодно, но голод ещё никто не отменял!

И действительно. Только Дмитрий в вентиляционном туннеле успел приговорить банку тушёнки, а вот у меня и Катюхи желудок уже давно воспроизводил утробные монотонные звуки. И почему мы не пообедали, когда ждали результата работы паровой машины? Наверное, из-за нахлынувших эмоций.

- Кать? Ты как?

- Согласна! - кивнула девушка, слегка смягчившись.

- Что, прямо здесь? - Дима осмотрелся по сторонам. – На рельсах?

- А почему нет? Сомневаюсь, что тут поезда ходят!

- Может быть, хотя бы какую-нибудь платформу найдём? А то прямо так, на рельсах...

- Ничего, нормально! Что тебя смущает?

- А там ещё что такое? - вдруг напрягся Дима, услышав далёкий шум в туннеле.

К ним что-то приближалось...

***

Пройдя вперёд около трехсот метров, Андрей остановился. Яркий луч света натолкнулся на стоящую прямо в центре тёмного туннеля старую, явно кустарного производства дрезину. Она представляла собой железную платформу с бортами, поставленную на шасси. Сзади висел двигатель, с большим алюминиевым бензобаком. В центре платформы стояли деревянные ящики, наполненные песком. Позади, на закреплённом деревянном брусе висела лампа в стеклянном плафоне.

- Ага! Вот так находка. Значит, всё-таки это метро?

Андрей обошёл транспорт по кругу, осмотрел его. Затем забрался внутрь, разглядывая грузовое отделение.

- Так, двигатель вроде рабочий. Ещё было бы топливо. - Андрей проверил бак и разочарованно хмыкнул. - Ага, как же!

Но, осветив дрезину фонарём ещё раз, он вдруг обнаружил подвешенные снизу, под днищем, три небольшие канистры в ряд. Две из них оказались пробиты, зато третья, почти доверху была наполнена керосином. А ещё, прямо под транспортом, на рельсах, Андрюха обнаружил скелет человека. Судя по характеру повреждений, бедолагу просто переехали на той же дрезине.

- Так! И тут скелет! - ухмыльнулся он, а затем, обратился к человеческим останкам. - Прости парень, но мне придётся воспользоваться твоей маршруткой!

Тот, разумеется, был не против.

Отсоединив канистру, Андрей убедился, что в ней действительно было топливо. Открутив крышку бензобака, он вылил половину содержимого в бак, после чего дёрнул рычаг. Двигатель сначала фыркал и чихал, не желая заводиться, но после всё-таки затарахтел. Из прицепленной сбоку выхлопной трубы громко выстрелило облако сизого дыма. Затем, ещё одно.

- Эй! Тише, тише! – ласково пробормотал Андрей, забираясь в транспорт и устраиваясь поудобнее. - Чего ты? Нормально же общались!

И тут, почти сразу же, вспыхнул мощный фонарь, прикреплённый прямо под рамой и напрямую соединённый с двигателем. Сразу за ним загорелась и подвешенная на брусе лампа. Андрей удовлетворённо присвистнул и, выключив свой фонарь, сунул его в карман.

Выжав ручку дросселя, он почувствовал, как дрезина вздрогнула, а затем, протяжно скрипнув, медленно покатилась вперёд, постепенно набирая скорость. Он уселся в самодельное кресло на носу, достал из рюкзака бутылку воды и, открутив крышку, сделал несколько больших глотков.

- Жить можно!

Десять минут спустя, разогнавшись до довольно приличной скорости, Андрюха заметил, что туннель пошёл под уклон, постепенно уходя на восток. Компас работал с переменным успехом, постоянно сбиваясь и забывая, где юг, а где север. Похоже, что-то мешало его работе. Может быть, где-то в толще стен есть прослойки магнитной руды?

Довольно быстро мелькающие своды туннеля надоели парню. Смотреть было не на что, и он выжал рычаг дросселя до конца. В механизме что-то подозрительно хрустнуло, но Андрюха не обратил на это никакого внимания. Дрезина понеслась ещё быстрее.

По инерции проскочив мимо крохотной платформы, Андрюха хотел было дать по тормозам, но с удивлением обнаружил, что их не было.

- Твою же мать! Эй, мы так не договаривались! - вскрикнул он, пытаясь заглушить двигатель. Однако рычаг дросселя заело, и он никак не желал поддаваться управлению. А после того, как ручка с хрустом отломилась, внезапно побледневший Андрюха, округлил глаза, выругался, махнул рукой и полез в грузовое отделение. Обнаружив, что тормозные диски со стёртыми колодками всё-таки присутствовали, Андрей принялся искать какой-нибудь рычаг. Вытащив из-под ящиков обломок доски, он сунул его между задним колесом и рамой, и, зафиксировав между тормозной колодкой, навалился на него всей массой. Обломок упёрся в диск, но почти сразу же раскрошился, сведя на нет все старания парня. Следующим в ход пошёл найденный там же деревянный багор с металлическим крюком на конце. С ним дела пошли лучше. Сноп искр, вырвавшийся из-под колеса, создавал впечатление, что дрезина летела прямиком из ада, грохоча так, словно её преследовал сам сатана. А хаотично болтавшийся под рамой фонарь эффектно добавлял драматического восприятия общей картине.

- Ну, ну давай же! Тормози, зараза!

Платформа осталась далеко позади, а дрезина так и не сбавила ход. Подручных средств почти не осталось, и Андрюха решил сломать двигатель. А как ещё остановить транспорт? Вдруг впереди окажется вагон? Или другая дрезина? Если дрезина налетит на что-то громоздкое... Конец будет очень печальным!

Ползая между ящиков, он едва не провалился, после того как доска под ним предательски хрустнула и раскрошилась.

Фонарь сорвало с крепления, и теперь он болтался где-то под днищем, феерично добавляя шарма и светового эффекта. Луч света хаотично освещал то стены, то саму дрезину, то вообще скакал где-то между стальных колёс.

Ругаясь, парень ухватился за раму и, свесившись назад, ухитрился достать до ременной передачи. После третьей попытки ему удалось сдёрнуть багром ремень. Теперь двигатель тарахтел впустую, однако вернувшись в кресло, Андрей понял, что до возможной остановки дрезины ещё далеко. Очень далеко!

Вновь засунув багор под левое заднее колесо, он попытался затормозить, но крюк вывернуло, а затем и оторвало вместе значительным куском деревянной рукоятки. Всё!

Ещё пара минут и дрезина уже во второй раз, следуя направлению туннеля, проскочила какую-то полупустую платформу. Парень не успел прочитать надпись, сделанную белой краской на сбитых между собой досках.

- Обалдеть! Ну, замечательно!

С шумом проскочив очередную платформу, дрезина понеслась дальше. Здесь уклон заметно снизился, и парень начал всерьёз подумывать, как бы спрыгнуть с неё, не сломав себе что-нибудь...

Вдруг его внимание привлекли два тонких луча света впереди туннеля. Прищурившись, он попытался разглядеть их, но не смог. Оба тонких луча шарахнулись в сторону, а уже через несколько секунд он заметил три человеческих фигуры, с рюкзаками у ног.

- Эй! Помогите! - заорал он, проскочив мимо них.

- Андрей! Андрюха! Это он! - закричали в ответ знакомые голоса.

- Макс!

Парень успел увидеть, как друзья бросились за ним. Пролетев метров четыреста, дрезина проскочила ещё одну развилку и резко свернула влево. Почти сразу же туннель круто пошёл вниз и дрезина вновь резко набрала скорость.

- Да вы шутите! - жалостно хрюкнул Андрюха, не узнав своего голоса.

Кое-как подхватив болтавшийся на проводе фонарь, он попытался осветить пространство впереди. И то, что он успел увидеть, ему совершенно не понравилось!

Глава 10. На другой стороне

- Андрей! Андрюха! Это он! - крикнул Дмитрий, после чего первым, закинув рюкзак на плечо, бросился вдогонку, следом за пронёсшейся мимо дрезиной.

- Точно, он! - воскликнула резко повеселевшая Катя.

Шум умчавшейся вперёд дрезины постепенно стихал, что натолкнуло меня на мысль о том, что догнать её будет очень непросто. Через несколько минут где-то далеко впереди раздался жуткий металлический грохот и страшный треск. Похоже, дрезина всё-таки остановилась, на что-то налетев.

Пробежав мимо развилки, мы остановились в замешательстве. А куда дальше? Обратно в туннель с рванувшей паровой машиной? Если так, то дрезина налетела на стену и разбилась вдребезги. Вряд ли человек выжил бы в результате такого столкновения. Дрезина неслась со скоростью около тридцати пяти километров в час, а то и больше. Или в другой туннель, ведущий неизвестно куда?

- Э-э, в правый или в левый туннель?

- Депо! - крикнул я, быстро осмотрев рельсы. У самого поворота, на шпалах отчётливо виднелась глубокая свежая выбоина, видимо только что оставленная рамой дрезины при крутом повороте.

Метров через пятьдесят, туннель резко пошёл вниз.

- Чёрт! Если у дрезины не было тормозов, то здесь она должна была набрать просто чудовищную скорость, - пыхтя как паровоз, крикнул Дима.

- Неудивительно, что она соскочила с рельсов или во что-то влетела! - подумал я.

Ещё метров через двести, наши фонари выхватили из темноты большую, громоздкую, сплошь состоящую из металла конструкцию.

Здесь туннель значительно расширился и почти сразу превратился в большую естественную пещеру.

- О! Да это же метромост! - воскликнула Катя, резко остановившись. - Я уже видела такие!

И действительно, в самом центре пещеры находилась огромная отвесная пропасть, шириной метров тридцать. Поверх неё был проложен железный мост, состоящий из нескольких уровней. Мост казался добротным: собранный из скрученных между собой стальных балок и, судя по виду, очень давно.

Но то, что мы увидели дальше, нас просто обескуражило. Мостовое полотно в центре было проломлено, часть деревянных шпал отсутствовали, а один из рельсов был сломан. Целый фрагмент метромоста, пусть и незначительный, обрушился вниз.

Верхние уровни, кажется, уцелели, но там всё было затянуто стальной ржавой сеткой, покрытой густой пыльной паутиной.

- Нет! Только не это! - воскликнула Катя, увидев повреждённое полотно.

- Где дрезина? - закричал Дмитрий. - Где она?

Ему никто не ответил. Самые страшные опасения были налицо – дрезина, налетев на мост, провалилась и рухнула вниз!

Подойдя ближе, мы действительно увидели, что прямо в центре метромоста отсутствует целая секция. Судя по всему, в результате взрыва или обрушения свода. И сейчас дрезина с нашим другом упала куда-то вниз, в чёрную пропасть.

- Вот чёрт! Чёрт! - ругался Дима, бегая у насыпи. - Андрюха! Эй! Проклятое эхо!

Заглянув вниз, в провал, я ничего не увидел. Да и никаких звуков оттуда не доносилось.

- Андрюха-а-а! - заорала Катя.

- Я тут! - неожиданно крикнули откуда-то справа. Эхо разнесло звук по пещере так, словно говорило не меньше дюжины человек.

Обернувшись, я увидел человеческий силуэт. Андрюха сидел верхом на странной, трёхметровой конструкции, похожей на небольшой кран, стоящий на треноге. На крошечной платформе, со стрелы крана свисал стальной трос, за который, видимо, и ухватился проезжавший мимо Андрей. И как только он успел схватиться? Хотя, с другой стороны, а что ещё оставалось делать? Висящий трос подвернулся как нельзя кстати.

- Андрей! Вот, проныра! Мы думали ты того... Упал вместе с дрезиной.

- Ага, ещё бы пара секунд и так оно и было бы! - усмехнулся он. - Ну, признавайтесь, рады меня видеть?

- Не то слово! Ох и везунчик же ты! – улыбаясь, произнёс я. - Спускаться будешь?

- Не-е-е! Я здесь посижу, посмотрю! - расхохотался парень.

Ухватившись за трос, он потихоньку опустился вниз.

- Иди сюда, чертяка! - вскрикнул Дмитрий, и сгрёб друга в охапку.

- Эй, эй полегче! - вырвался смущённый парень, но его сразу ухватила за руку девушка.

- Мы думали, что ты погиб! - пробормотала Катя, целуя того в щеку и обнимая.

Тут уж настала пора смущаться Андрею.

- Эй! Кать, ты чего?

- Ничего! Забей! – торопливо пробормотала девушка, поспешно отстранившись.

И хорошо, что в тусклом освещении никто не увидел её покрасневшего лица. Зная, какая она была своенравная и жёсткая девчонка, нынешнее состояние было для неё как минимум нетипичным.

- Как ты очутился на дрезине? - спросил я.

- Да как, как... Когда я провалился в эту чёртову шахту, потерял сознание. Ну, очнулся в каком-то узком туннеле. Около часа ползал по нему, пока не выбрался где-то на станции метро. Там была какая-то котельная. Пара бассейнов, куча старого ржавого оборудования. И много труб, котлов, каких-то насосов, других неизвестных агрегатов.

- Наверное, насосная станция? - предположила Катя.

- Может быть и так. В общем, я выбрался оттуда, - сбивчиво продолжил рассказ Андрей. - Не помню, сколько шёл. Но шёл на восток по туннелю, и думаю, где-то через километр от этой самой насосной станции, обнаружил дрезину. Оказалась рабочей.

- А почему остановиться не мог?

- Да дурак, потому что! Тормоза не проверил.

- Это зря, - заметил я. - Твоя дрезина была грузовой?

- Не знаю, но там ящики с песком стояли.

- Скорее всего, это и была грузовая дрезина. Они очень тяжёлые, набирают скорость по инерции. Да-а, повезло, что вообще сумел соскочить.

При этих словах Андрей смутился.

- Ладно, - пробормотал он. - Вы-то как? Так! Стоп! А почему вас трое? Серёга где?

Воцарилась пауза. Весьма длительная пауза.

- Что, погиб? - осторожно спросил Андрей, заглянув каждому из нас в глаза.

- Да нет, не погиб, - торопливо замахала руками Катя. - Просто он ушёл от нас. Решил сам искать выход, ну и тебя.

Я с удивлением на неё посмотрел. Если меня не подводила память, Серёга искать собирался только выход... Да, это бесспорно, ведь Серёга был крайне подавлен и на эмоциях, но искать Андрюху он явно не торопился. Гораздо больше его заботила собственная безопасность.

- Точно, - поддакнул я, глядя на Катю.

- Чего это он вдруг? - удивился Андрей.

- А чёрт его знает, психанул и ушёл.

- Искать пробовали?

- Нет, - честно ответил я. - Да и он твёрдо дал понять, что наша помощь ему не нужна. Настолько твёрдо, что вон у Димона временами губа ещё кровоточит.

- А куда он ушёл-то?

- Обратно в ракетный комплекс.

- Тогда, может, стоит вернуться за ним?

- Нет, не стоит. Там... Наша паровая машина... Рванула!

- Какая ещё паровая машина? - не понял Андрей.

- Ну... В общем, мы нашли паровую машину, в той пещере, где ты провалился. Запустили её. Она открыла проход сюда.

- И теперь, прохода там, вероятно, больше нет! Машина самоуничтожилась. Возможно, туннель завалило взрывом.

Андрей растерянно почесал затылок.

- А кто-нибудь знает, где мы вообще? - сменила тему Катя. - Есть где-нибудь на карте этот метромост?

- Нет! - покачал головой Дмитрий. - Да и про туннели ни слова. Но зато я где-то видел рисунок от руки, там... Так, сейчас, найду.

Он с минуту шуршал бумажными листами, после чего, радостно заявил:

- Э-э-э, вот!

Дмитрий извлёк неровный жёлтый лист бумаги и протянул мне. На нём карандашом были нанесены извивающиеся между собой линии.

- Это что, туннели? – заглянул под руку Андрей.

- Не мешай! Сейчас...

- Я не мешаю, я спрашиваю!

- Да, туннели. Похоже, это то, что нам нужно. Смотрите, это, кажется, насосная станция?

- Где? Ну да!

- А это “Депо”?

- Тогда метромост, должен быть здесь?

- Точно! Вот он!

- Так, смотрите! Тут, за мостом, есть развилка, видите? Что написано, кто видит?

- Ядерный реактор! - прошептал я, с трудом разобрав чужой почерк.

- Чего? Реактор?

- Какой к черту ядерный реактор? Здесь?

- Не знаю. Здесь так написано. Но нам, похоже, туда! Вот, смотрите. Туннель проходит прямо через него! Вдруг выход там?

- Возможно. На бумаге обозначено, что за реактором находится целая сеть больших помещений. Большую часть названий я даже разобрать не могу. - Дима вновь уткнулся в карту.

- Что ещё там может быть? - удивилась девушка.

- Пока не пойдём туда - не узнаем. Идём!

- Серьёзно?

- А разве у нас есть варианты?

Я первым двинулся в сторону “Депо”.

Подойдя к мосту, мы столкнулись с проблемой: Как перебраться на ту сторону?

Полотно было частично уничтожено, часть шпал осыпалась, а верхние уровни затянуты мелкой сеткой. Конструкция хоть и была железной, но теперь о надёжности и заикаться не стоило. Несущие опорные и продольные балки, кажется, были ещё целы, но о поперечных такое сказать можно было лишь с большой натяжкой. Влажный климат, атмосфера и длительное время сделали своё дело. Теперь пройти по нему было возможно лишь по узкой полосе, на которой уцелел лишь один рельс.

Вдруг фонарь Дмитрия начал тускнеть. Он постучал ладонью по крышке, обернулся к Андрюхе и попросил. - Батареи где? Фонарь сдох!

Но Андрей ему не ответил, лишь растерянно развёл руками по сторонам.

- Батареи где, Андрюха? - повторил вопрос Дмитрий, недоумённо смотря на друга.

- У меня их нет, - пробубнил тот, опустив глаза вниз. - У меня и рюкзака-то теперь нет!

- В дрезине остался? - предположил я, заглядывая в пропасть.

- Угу!

- Мля, замечательно! - выругался Дима. - У нас осталось всего три фонаря, которые скоро сядут! Просто прекрасно!

- Батареи, часть электроники, провизия, вода... Эх! Жалко, конечно.

- Что будем делать?

- А что тут можно сделать? Будем ползать как кроты и щупать стены!

- Пока этого не произошло, нужно двигаться, да побыстрее. И вообще, если там впереди есть ядерный реактор, так может, он обеспечивает эту часть метрополитена собственным электричеством?

Предположение было довольно смелым, хотя и дерзким. А почему, собственно, нет? Для чего ещё нужен ядерный реактор, если не для производства электроэнергии?

Верхний ярус метромоста, затянутый металлической сеткой, практически исключал возможность прохода поверху, а само железнодорожное полотно было разрушено. Был шанс прохода по нижнему уровню, прямо по несущим опорам и балкам, но там не было абсолютно никакой страховки. Стоило чуть оступиться и всё: свободное падение в бездонную тьму и малоприятное приземление на камни гарантировано.

Пока мы осматривали метромост, решая, с какой стороны лучше будет его обойти, я, осматривая все подходы к мосту, неожиданно наткнулся на лежащую в нескольких метрах от насыпи старую брезентовую сумку с перерезанным ремнём. Покрытая пылью, прохудившаяся, она сразу привлекла моё внимание. Внутри обнаружились три шашки динамита и целый моток бикфордова шнура. Он с давних времён использовался как запал для шашек. Уже сотню лет, а, может, и больше.

Вот так находка. Значит, если предположения верны, тот или те, кто проходил здесь в прошлом, от чего-то или кого-то убегали. Подрыв моста сам по себе говорил о том, что люди любыми способами пытались сделать так, чтобы по этому пути никто больше не смог прийти или же наоборот выйти. И ведь верно, если подумать, то сначала лифт в ракетном комплексе, затем решётка в пещере, потом эта паровая машина с запечатанной дверью, а теперь ещё и мост. Что это, если не очередная отчаянная попытка перекрыть проход для тех, кто вздумает сюда явиться? Обезопасить тех, кто по какой-то причине сможет сюда попасть. А мы, вопреки всем предупреждениям и препятствиям, встречающимся на пути, упрямо продолжаем идти вперёд, ища выход, которого может и не быть вовсе.

Те, кто бежали отсюда, были объяты диким страхом, ужасом... Достаточно вспомнить испуганные слова профессора. А скелеты? Сколько их мы уже встретили? Десяток? Два десятка? Что ждёт нас дальше? Ядерный реактор, депо, насосная станция, ракетный комплекс. Наверняка всё это –часть одной большой подземной системы.

- Макс, идём! - окликнул меня Андрюха. - Мы нашли место, где можно перебраться на другую сторону.

- Иду! - отозвался я, торопливо запихивая шашки динамита в свой рюкзак.

Подойдя ближе, я увидел, что Дмитрий уже миновал первую секцию нижнего яруса, и сейчас восседал верхом на балке, свесив вниз ноги. Следующие секции, соединённые массивными балками, выглядели довольно крепкими.

- Ну как? Держится? – эхо разлетелось по сторонам.

- Да нормально, он ещё несколько лет точно простоит, - ответил Дима, разворачиваясь к нам. - Давайте за мной.

Следующей полезла Катя, предварительно посеяв среди нас немного шума и паники.

- Не слететь бы... - с опаской пробормотала девушка, усевшись на краю.

- Смотри на это с позитивом. Перспективу улавливаешь, а? - обернулся Андрей.

- Какую ещё перспективу?

- Ну, например, узнаешь, что там внизу, - пошутил парень. - А ещё, если повезёт, дрезину мою найдёшь! Она, правда, скорее всего, уже ни на что не похожа, ну да ладно...

- Дурак! - отмахнулась Катя.

Ползти по сложной металлической конструкции, находящейся в аварийном состоянии, было ещё то удовольствие. Лишь когда все четверо с рюкзаками оказались под мостом, двигавшийся первым Дмитрий, неожиданно дал команду остановиться. И на то была веская причина. Весь нижний ярус вдруг предательски вздрогнул и со скрипом просел.

- Оу, оу. Стоп! Замрите!

- Что это? Что происходит?

- Тихо!

- О боже! Мост проседает!

- Не двигайтесь!

Я мгновенно покрылся холодным потом! Если мост действительно начал проседать, то в любую секунду мы можем провалиться вниз.

- Ни в коем случае не паниковать!

Через силу справившись с собой, я внимательно осветил то место, где остановился Дмитрий. Ранее мы не заметили, что левая несущая балка была значительно повреждена взрывом, теперь же, когда на неустойчивую конструкцию навесили ещё четверть тонны, балка начала смещаться вниз, таща за собой всю секцию. Лежащий край, со сломанными креплениями просто лежал на нижней поперечной опоре никак не закреплённый. Сама балка лежала под опасным углом, грозя соскользнуть вниз.

Похоже, пронёсшаяся тут тяжеленная дрезина повредила что-то ещё, до кучи проломив и часть среднего яруса. Вся конструкция метромоста, со скрипом, прямо на глазах просела на несколько сантиметров. Правая балка скрипела, но на креплении держалась надёжно.

- Надо что-то делать! Мост развалится к чертям!

- Так, без паники, спокойно! По одному медленно перемещаемся вперёд. Димка, ты первый, - произнёс я так, чтобы услышали остальные, а затем ещё раз повторил. - Медленно, спокойно!

- Да знаю я! – нервно огрызнулся тот, осторожно двинувшись дальше.

Снова раздался скрип, и откуда-то сверху посыпались ржавчина и мелкая каменная крошка. Несколько минут парень полз по правой балке, после чего переместился на центральную поперечную опору и уже оттуда, подтянувшись, перелез на средний уровень. Мост продолжал скрипеть, но больше вроде бы не проседал.

Прошло ещё секунд двадцать, и парень дал добро двигаться следующему.

Катюха двигалась быстрее, проворнее и потому очень скоро добралась до другой стороны. Без приключений выбравшись наружу, она поспешно отошла от края. Андрюха, ругаясь и проклиная строителей, тащил с собой рюкзаки, а потому двигался гораздо медленнее.

Пару раз он неудачно ставил ногу на балку или опору, в результате рывка она соскакивала и конструкция моста угрожающе скрипела, словно возмущаясь. Но вскоре, путём проявленного терпения и значительных усилий рюкзаки были доставлены на другую сторону. Трое из нас уже оказались на месте, когда я вдруг отчётливо услышал впереди удивлённый крик, а затем протяжный вой.

Я бросился вперёд, чуть ли не перескакивая с балки на балку, но меня остановил неожиданно раздавшийся сверху сухой выстрел. Кто стрелял?

Крики, шум, ругань доносившиеся сверху, меня совершенно обескуражили. Я не знал, что делать: затаиться или бросить рюкзак и скорее двигаться на помощь друзьям, независимо от того, на что или на кого они там наткнулись.

Совершенно не представляя, что же происходило наверху, я всё-таки двинулся вперёд. Добравшись до среднего яруса, я резко подтянулся на руках и выглянув из-за полотна, увидел довольно необычную картину. Парни, вооружившись найденными здесь же старыми рассохшимися черенками от лопат, отгоняли большое уродливое четвероногое существо, с рычанием пытавшееся наброситься на них. Катя стояла у разорванного рюкзака, за спинами ребят, держа в одной руке фонарь, а в другой револьвер, найденный нами у выхода из пещеры. Выбравшись, я подхватил с земли увесистый камень и спешно бросился к ним.

- Что это за тварь?

- Да чёрт его знает! Крыса, вроде, только очень большая и уродливая! Я отлить хотел, зашёл за ту постройку, а там эта дрянь. Сразу накинулась на меня, едва ногу не отгрызла, - произнёс Андрей, бешено махая черенком.

Тварь, действительно, внешне похожая на гигантскую сильно изуродованную крысу около полуметра в холке прихрамывала, а из раны на передней лапе текла бурая кровь. Похоже, рану ей нанесла Катя, выстрелом из револьвера. Уродливая морда с чёрными гноящимися глазами и с обслюнявленной зубастой пастью, при свете фонаря выглядела жутко. В довершение ко всему, она злобно рычала. Яростно прыгая то влево, то вправо, она пыталась ухватить за ногу человека, однако ей это не удавалось.

- Да пристрели ты её уже! - крикнул Дима, обращаясь к Кате. - Чего ждёшь?

- Я боюсь промазать! - пробормотала девушка.

- Стреляй!

Катюха выстрелила, но вновь попала в ту же лапу, только повыше. Тварь снова взвыла, но уже более жалостливо.

- Да, в меткости тебе не занимать! - воскликнул Андрюха, в очередной раз замахиваясь черенком.

«Козёл!» – подумала девушка, но вслух выдала другое: - Сейчас!

- А-а, чёрт! Последний патрон! - напомнил Дмитрий.

Замахнувшись, я с силой метнул камень так, чтобы тот непременно попал животному в голову. Но получилось не совсем удачно - камень лишь скользнул по черепу, разодрав кожу за левым ухом верещащей твари.

Крыса взвыла, а затем на мгновение замерла, резко развернулась и проворно бросилась прямо ко мне. Неестественно длинный прыжок вышел неудачным из-за того, что повреждённая лапа подвела. Именно это меня и спасло. От неожиданности я попятился и, споткнувшись о шпалу, упал. Крыса уже почти добралась до меня, готовая вцепиться в бедро, когда в третий раз прозвучал выстрел, а в затылке монстра образовалась дыра. Брызнула кровь, тварь захрипела и мешком завалилась мне на ноги. Отпихнув ногой покрытое ранами тело, я облегчённо выдохнул.

- Попала? - поинтересовалась девушка, но уже и сама увидела результат.

- Я уж думал, сейчас отгрызёт мне что-нибудь, - пробормотал я, вытирая с лица брызги крови и поднимаясь с пола.

- С третьего раза, Кать? Ну, ты прям "ворошиловский" стрелок!

- Да что я-то, ствол кривой!

- Ага, как же! Дай сюда.

Девушка, фыркнув, недовольно протянула револьвер Андрею. Тот забрал оружие, повертел в руках и удивлённо хмыкнув, выдал заключение о том, что ствол и вправду был слегка изогнутым. Занятно, что сразу мы этого не заметили.

- Что это за тварь такая? Крыса? - спросил Дима, пихнув ногой мёртвую тушу.

- Похоже на то, но в ней весу килограмм тридцать, а то и больше. Где вы таких крыс видели, а? Да ещё и такая уродливая! Она больше на какую-то собаку похожа.

- Может, это мутант?

- Откуда ему тут взяться бы?

- Ну, не знаю, может результат действия радиации?

- Радиации?

Мы растерянно посмотрели друг на друга.

- Так, а у нас счётчик Гейгера есть? - спросил я, сглотнув слюну.

- Был! Точно был! - произнёс Андрей, расстёгивая рюкзак Кати. - Слабенький, но всё-таки. Вот!

- Включай!

Небольшой, компактный прибор тихонько затрещал, сигнализируя о том, что уровень радиации вокруг всё-таки был выше нормы, но оказалось, что совсем незначительно.

- Сорок пять микрорентген в час, это выше нормы, но укладывается в допустимый уровень! - авторитетно произнёс Дмитрий, заглядывая в мерзкую пасть твари.

- А ты откуда знаешь?

- Я доклад по Чернобылю писал, по метрологии, - ответил парень, пожав плечами, а затем снова заглянул в пасть крысе. - Ничего себе у неё клыки! Да ей вполне по силам руку отгрызть!

- Если это результат действия радиации, то неудивительно. Ну и возраст! Наверное, крыса старая.

- Возможно и так. И если здесь есть другие подобные ей, нам определённо нужно избегать с ними встреч.

- А ещё нам нужно оружие! – заметил Андрей, осматривая обгрызенный черенок от лопаты. - Вдруг, эта была не самой голодной, а?

- Согласен!

- Лучше бы идти дальше! Потом будете крысу осматривать, - сменил тему Дмитрий. - Фонари ещё немного и сядут!

- Разумно! Идём!

Метромост остался позади.

Пещера снова плавно перешла в туннель, построенный из таких же бетонных тюбингов, что и ранее. Мы двинулись вперёд, по железнодорожному полотну, миновав пустую разгрузочную платформу. Но никаких проходов, туннелей или воздуховодов по пути не попалось. Пройдя ещё метров двести, мы наткнулись на сбитый из старых досок деревянный заслон – прямо так, на рельсах, перегораживающий путь. На нём, уже облупившейся белой краской было написано:

"Опасность"

"Путь закрыт"

- Это ещё что такое?! Может, предупреждение об аварийном мосте, что мы миновали? Или наоборот, это касается туннеля, что впереди нас? Там ведь где-то должен быть реактор, верно?

- Согласно карте, да!

- И в чём может заключаться опасность?

- Да чёрт его знает!

- Мы всё-таки пойдём дальше?! - пробормотала Катя, с тревогой осмотрев своды туннеля.

- А куда деваться? Не возвращаться же...

Обойдя стороной деревянный щит с предупреждающей надписью, мы последовали дальше. Туннель продолжал плавно, едва заметно уходить на восток, постепенно углубляясь. По мере следования нам не встретилось ни технических проходов, ни развилок. Больше не было ни платформ, ни станций. Всё это говорило о том, что данные туннели метро изначально проектировались вовсе не для стандартных пассажирских перевозок. А для чего-то совсем другого...

Этот пустой и старый туннель, собранный из стандартных тюбингов, с одним-единственным железнодорожным полотном, уже давно не использовался по своему назначению. Рельсы давным-давно покрылись ржавчиной, что свидетельствовало об их давней эксплуатации. И воздух тут был затхлый, тяжёлый, непривычный, даже, наверное, чужой.

Кромешная темнота, разрезаемая только лучами наших фонарей, добавляла напряжённости, словно шептала в оба уха, не позволяя расслабиться. Да к тому же и заполняющее собой всё вокруг эхо, уже порядком надоело.

И что интересно, такие ощущения накатывали волнами, не поддаваясь какому-либо объяснению. И эта тишина. Мёртвая тишина. Она давила на уши, выворачивала мозг, заставляя делать странные вещи. Иногда чувствовалась лёгкая дезориентация и головокружение. Но к этому мы были немного привыкшие, поэтому совместными усилиями справились без особых проблем.

Бетонные своды туннеля, словно им это было необходимо, незаметно гипнотизировали сознание, притупляли внимание своим однообразием. Этот туннель, как и многие до него, собирался кольцевыми секциями из железобетонных тюбингов, участок за участком, по определённой технологии. Местами можно было различить узкие стыки таких секций, даже не смотря на то, что их, вероятно, предусмотрительно залили бетоном ещё много лет назад.

Я двигался следом за Дмитрием, который продолжал вертеть перед собой карту безумного профессора. Шёл, осматривался и размышлял, словно не замечая того, как монотонно тянется продвижение по легендарному "Метро-2".

А оно ли это вообще? То самое секретное московское метро, находящееся под основным метрополитеном, что уже не один десяток лет привлекает интересы множества исследователей, но по-прежнему окутано мрачной тайной? Как же не согласиться с тем, что здесь присутствует своя собственная, неповторимая, мрачная, но загадочная атмосфера? И хотя всё то, что мы уже увидели, не радовало особым разнообразием, каждый из нас нутром чувствовал - всё ещё впереди.

Никогда не унывающий Андрюха несколько минут травил не всегда смешные анекдоты, однако вскоре это занятие ему откровенно надоело. Он принялся фантазировать на тему фауны и флоры, которая могла бы обитать в этих туннелях. Ведь крысу-мутанта мы уже видели, значит, не исключено, что есть и другие.

- Представьте огромную летучую мышь! Или какого-нибудь жука – переростка, а? А многоножку!

- Жуть! Я вообще их боюсь. А если представить такую же, только раз в десять крупнее? Фу, мерзость!

- Вот и я говорю. А если в этих туннелях какие-нибудь человекоподобные твари есть?

- Андрей, сбавь обороты! Это просто туннели. Нет в них ничего и никого, – оборвал его Дмитрий. – Нервы и так расшатаны, ещё ты со своими фантазиями.

- Ладно, не буду, – пообещал Андрюха, но упорно продолжал подшучивать.

Где-то впереди нас ждал ядерный реактор. Работал ли он? Каково его нынешнее состояние? Кто его построил? И существует ли он вообще?

Надпись на табличке и карте вовсе не означает, что все обстоит так, как нам представлялось.

Когда мы узнали, что есть другой выход из ракетного комплекса, мы и представить не могли, что путь к нему будет такой долгий и изощрённый. А в правильном ли вообще направлении мы двигаемся?

- Так! А это ещё что такое? - вдруг спросил Дмитрий, неожиданно остановившись перед оказавшейся на пути развилкой. Здесь туннель разделялся на два совершенно одинаковых прохода. Никаких указателей тут не оказалось.

- Куда дальше?

- А что на карте?

- Ничего. Я в ней мало что понимаю.

- А может табличка где-нибудь есть? - спросила Катюха. - Ну, как раньше, а?

Поиски хоть какого-нибудь информационного указателя или надписи ни к чему не привели. Туннели оказались безымянными и одному богу было известно, куда они вели.

- Давайте налево? - предложил Андрюха.

- Почему именно туда?

- Ну, просто... Мне кажется, лучше туда.

Мы переглянулись. А что тут думать?

- Ну, идём!

Свернув в левый туннель, мы двинулись дальше. Дмитрий только успел убрать карту в рюкзак и достать из кармана пачку галет, как туннель внезапно закончился. В буквальном смысле. Прямо перед нами находились массивные гермоворота с мощными запорами...

- Ого! Гермоворота? Здесь? - удивился Андрей. - Вы, конечно, извините, но разве такие не устанавливаются непосредственно перед выходом на поверхность, там, где эскалаторы?

- Да, именно так. Но их ставят не только у выходов. В метрополитене есть и внутренние гермоворота, но их монтируют для герметизации отдельных участков туннелей. В случае нештатной ситуации они закрываются - участок блокируется. Каждый снабжён собственным аварийным генератором электроэнергии, системой вентиляции. Таким образом, загерметизированный участок превращается в участок автономного жизнеобеспечения.

- Или в братскую могилу! - заметила Катя. - Например, при затоплении туннеля.

- Какого ещё затопления? Чем?

- Фекалиями москвичей! - усмехнулся Андрюха. - Ну канализация там, все дела!

- Да нет, ерунда! - я отсёк эту версию. - Скорее уж для удержания грунтовых вод! Или на случай теракта! Или бомбардировки...

- Теракт в метро?

- А почему нет? Да это как раз очень даже вероятно!

- Эй! Какая разница! - прервала наш спор Катя. - Лучше скажите - что мы будем делать с этими воротами?

- Ну! Логично, что они закрываются с помощью привода, чаще всего электромеханического. Но, здесь наверняка есть и ручное управление. И я его, кажется, вижу!

- Где?

- Вон! - я ткнул фонарём в нишу, расположенную в правой стене туннеля, почти у самых ворот, на высоте около метра.

Ниша оказалась закрыта ржавой заслонкой. Отодвинуть её было непросто, но мы справились.

Со скрипом выдвинув её из пазов, мы увидели три поворотных колеса и небольшой рычаг. Всё это и представляло собой своеобразный пульт управления запорным механизмом. Большое колесо оказалось заблокированным, а малые вертелись в разные стороны, но никакого эффекта на закрытые гермоворота не оказывали. Рычаг же, наоборот, поддавался, но зажатый скобой-задвижкой не мог полностью функционировать.

- Эм-м! Это что, система защиты такая? - промычал Дмитрий, взмахнув рукой. - И что дальше?

- Мы неправильно начали, - пробормотал я, - тут своя хитрая схема. Сами подумайте, если бы это было так просто, то любой диггер, спустившийся в метрополитен, натворил бы таких дел, что самому Кагановичу тошно было бы.

- А это ещё кто такой?

- Большая шишка в середине прошлого века, сподвижник Иосифа Сталина – именно он руководил строительством первой очереди столичного метро. Деловой человек был.

- Таких тогда много было.

- А ещё, кажется, первый секретарь Московского областного комитета Всесоюзной Коммунистической Партии большевиков, - вспомнил я, напрягая память.

- Прозвучало, как будто выругался на другом языке! - заметил Андрей.

- А не он ли руководил разработкой плана строительства первой очереди московского метро? - добавил Дима.

- Он, конечно, молодец. Но, как мы открывать ворота будем? - снова вмешалась Катюха.

- Алису спроси! - пошутил Андрюха. У него рот просто не закрывался.

- Очень смешно!

- Сейчас, погодите. Принцип действия туннельного затвора должен быть прост. У него есть три состояния: открыт, закрыт и загерметизирован, - вспомнил я, что когда-то читал о подобном в научно-техническом журнале.

- Ну, понеслось! - раздосадовано махнул рукой Андрюха! - Лекцию заказывали? Пожалуйста!

- Лучше глянь, на стыке закрытия между дверью и коробом случайно уплотнительная резина не торчит?

- Вроде нет. Стоп, вот здесь есть. И тут. И вон там.

- Ага, резина старая, повреждённая. Значит, скорее всего, положение закрыто. Это хорошо.

- Ну, раз начал, то продолжай! - хмыкнул Андрей, старательно скрывая, что его тоже заинтересовал этот процесс.

- Раз так, то одно из малых колёс должно переключать блокировку рычага перехода с ручного режима, на автоматический. И наоборот.

- Автоматический?

- Да! С той стороны наверняка есть электропривод с червячной передачей.

- Как интересно... - промычал Андрюха, едва сдерживая ухмылку.

- Ты неисправим! - шикнула Катя.

- Макс? - вдруг резко посерьёзнел Андрей.

- Что? – я обернулся.

- Можно я буду называть тебя "сэр инженер"?! - неожиданно расхохотался парень.

- Тьфу! Вот ты шут гороховый! - рассмеялся я, и почти сразу же отвлёкся. – О, смотрите! Вот тут есть отметка на обоих колёсах. Судя по всему, это насечка ещё с завода-изготовителя. Попробуем повернуть правое колесо до упора вперёд, а левое – в обратном направлении.

- А если неправильно?

- Ничего страшного, начнём сначала.

Андрюха фыркнув, послушно выкрутил оба колеса. Вдруг, скоба, с лязгом отскочила от рычага. Нажав на него, Андрюха схватился за большое колесо.

Что-то щёлкнуло. Затем ещё раз. Колесо в руках у парня ощутимо вздрогнуло.

- Есть! Получилось. Теперь просто крутим большое колесо против часовой стрелки.

- Я один не могу, тяжело. Дима, помоги, а?

Андрей и Дмитрий вместе налегли на большое колесо, с трудом вращая его в нужном направлении. Гермозатвор натужно скрипнул. Ворота медленно, сантиметр за сантиметром начали открываться...

Глава 11. "Бункер № 17"

- О, как! - присвистнул Дмитрий, осматривая приоткрывшийся перед нами проход.

Дверь до конца не открылась, сработала какая-то хитрая блокировка, видимо, блокирующая въезд железнодорожного транспорта.

Прямо перед нами был короткий туннель, сложенный теперь уже из чугунных тюбингов, с проложенными по стенам кабелями и трубами. Слева, прямо на чугунной платформе был закреплён электродвигатель какой-то старой конструкции. Судя по его виду, он был испорчен намеренно - крышка двигателя была снята самым варварским способом, а изнутри торчали разодранные пучки медных проводов.

Метрах в двадцати от входа, в прямой видимости, стояла пустая дрезина, со снятым двигателем.

Сам туннель быстро уходил направо, где значительно расширялся. Там, слева и справа, насколько позволяли фонари, можно было различить широкие, наполовину загруженные платформы.

- Кажется, впереди какая-то станция, - заметил я, освещая фонарём стены.

- Не факт.

- Почему?

- А зачем, по-твоему, блокировать гермоворотами станцию?

- Может на ней что-то произошло?

- Ага! Вот мы и подошли к сути всех наших приключений! - снова съязвил Андрей. - Тут что-то произошло! Да ладно, правда что ли?

Катя устало вздохнула, покачав головой.

- На карте есть что?

- Даже не хочу смотреть. Я уже запутался в этих страницах, - отрицательно замахал руками Дмитрий. - Толку?

- Ну, идём уже, что ли? - спросила девушка, первой двинувшись в туннель. И именно на этом моменте, её фонарь начал тускнеть.

- Кать, всё, фонарь приказал долго жить!

- Вижу, - пробормотала она, - осталось всего два?

- Да. Нужно торопиться. И хорошо бы найти что-то, из чего можно изготовить факелы.

Мы прошли вперёд, миновали одиноко стоящую дрезину, которую Андрюха пнул ногой, а в довершение ещё и негромко выругался. Похоже, парень, после своего железнодорожного рандеву по туннелю на сломанной дрезине, вообще перестал испытывать положительные чувства к данному виду транспорта.

Справа и слева действительно оказались разгрузочные платформы.

На правой платформе, гораздо более широкой по сравнению с противоположной, вразнобой стояли деревянные ящики самых разных размеров. Левая же платформа, почти свободная от ящиков, оказалась недостроенной, по крайней мере, с первого взгляда. Бетонный парапет сломан, передняя кромка платформы раскрошилась так, что были видны куски арматуры, напоминая торчавшие из мяса обглоданные кости. Создавалось впечатление, что тут с чудовищной силой прокатился огромный локомотив, сломав по пути всё, что ему мешало.

У основания дальней стены бесформенной кучей лежали ржавые рельсы, сваленные здесь много лет назад. Кроме рельсов, здесь больше ничего интересного не было. Туннель, вместе с путевым полотном круто уходил влево и, огибая пострадавшую платформу, довольно круто заворачивал в другой, более узкий проход. Дмитрий с любопытством отправился туда, освещая стены фонарём. Неожиданно, через пару минут после его ухода, из темноты раздался удивлённый возглас.

- Эй! Да тут что-то есть!

- Что там?

- Даже не знаю... Ого! Макс, может, ты знаешь, что это такое?

Я подошёл ближе, пытаясь рассмотреть в тёмном туннеле громоздкий объект, так заинтересовавший друга. И действительно, там, в частично обрушившемся туннеле можно было различить странную, многоуровневую, и довольно сложную металлоконструкцию с массивными гусеницами, напоминающую гибрид строительных лесов и бурильной машины. Покрытая грязью, пылью и паутиной, конструкция напоминала кучу металлолома, кое-как собранную для нужд метро безумным изобретателем.

- Ба, да это же проходческий щит! - воскликнул я удивившись. - Ух ты! Причём очень старый!

- Щит?

- Ага! С помощью таких щитов прокладывают туннели метро, начиная ещё со второй очереди строительства метрополитена. А в Европе и того раньше. Не думал, что когда-нибудь вживую увижу это чудо метростроения.

- Эта бандура роет туннели?! - удивился Дима, освещая её фонарём. - Но она, судя по всему, сломана!

- Да, так и есть. Верхний уровень развалился и ещё кабина оператора отсутствует. Вон, остатки под левой гусеницей лежат.

- Её что, тоже взорвали?

Я промолчал. Неожиданная находка ощутимо сбила меня с толку. Что она делает здесь?

Нет, ну чисто теоретически, понятно, что с её помощью строили эти туннели. Но зачем загонять этого древнего колосса в тупиковый, недостроенный туннель и там бросать, предварительно выведя из строя? Изначально мне показалось, что туннель обрушился, но присмотревшись, я понял, что ошибся. Туннель не был достроен изначально. Часть железобетонных тюбингов отсутствовала, отчётливо были видны отвалы породы, глыбы камней, сломанный ленточный механизм и части покорёженного инструмента.

Пока я размышлял, Андрюха времени не терял. Не найдя интересным осмотр проходческого щита, он перебрался на правую платформу, хаотично заставленную чёрными деревянными ящиками. Луч его фонаря то и дело мелькал среди рядов, иногда проскакивая по потолку и стенам.

Заглянув в несколько, попавшихся по пути ящиков, он увидел, что те наполнены загустевшей смолянистой массой.

- Эй, сюда гляньте! Здесь, в ящиках смола какая-то.

- Макс, помнишь, мы что-то подобное видели у выхода к паровой машине? - спросила Катя, разглядывая ближайший ящик.

- Помню. Может, это какая-то горная порода? - предположил я.

- Вряд ли это смола, - произнёс Дмитрий, трогая кусок породы.

- Брось его, мало ли, вдруг он радиоактивный, - предостерёг я друга, вновь ощутив нарастающую головную боль.

- Идите сюда! - вдруг раздался крик, снова ушедшего вперёд Андрея.

- Куда ты всё время убегаешь? - крикнул в ответ Дмитрий.

- Идите! Скорее!

Миновав ряды ящиков, мы остановились. Здесь, между бетонной стеной и стоящими рядами ящиков, находилась широкая площадка. Пустая. А на самой стене обнаружились крепкие железные ворота, с устаревшим пультом управления прямо на массивном электромагнитном замке. Отчётливо различалась старомодная цифровая клавиатура и широкая замочная скважина, под разбитым стеклянным колпаком.

- Ого, ворота. Открыты? - с надеждой спросила Катя.

- Ага, как же! - хмыкнул Андрей. - Вы наверх посмотрите!

Там, в паре метров от ворот, висел массивный плакат с надписью: "Бункер № 17". В левом верхнем углу был хорошо различим символ, напоминающий солнце.

- Бункер. Ну, точно, правительственный, - подвёл итог Дима, махнув на него рукой.

- Здесь? Так глубоко? Наверняка, это не просто правительственный бункер.

- А что ещё?

- Ну, один из тех, что так тщательно скрывались под завесой тайны.

- Судя по тому, что тут кодовый замок... Хм, ну явно это непростой бункер!

- Ребят, куда мы забрели, а? - вдруг пробормотала Катя. - Мне что-то снова не по себе. Может, вернёмся? Пойдём другим путём, а?

- Кать, ты чего? - улыбнулся Андрей. - Испугалась?

- Нет, но... Это же... - её заметно передёрнуло. - Не просто же так он находится именно здесь? Зачем, так тщательно его скрывать?

- Наверное, мы этого никогда не узнаем! - произнёс Дмитрий. - Такой замок нам не сломать и уж точно не обойти. Да и ручного управления тут, кажется, нет!

- Зато, есть ключ! - тихо пробормотала девушка, достав из рюкзака найденный в ракетном комплексе ключ.

- Ключ? О! Катюха, ты молодец! Я уж и забыл о нём. Это тот, что нашли у скелета? Как его там звали, Лаптев?

- Да. Однако, мне вовсе туда не хочется, - заметила она, держа ключ в руках. - Но, думаю, другого выхода у нас нет?

- Правильно думаешь! - заметил Дмитрий.

В этот самый момент меня посетила запоздалая мысль... А правильно ли мы идём? Вдруг, нужно было идти прямо и не сворачивать вообще к этим гермоворотам?

- Вставляй ключ! - поторопил Андрей.

- Сейчас, погоди. А, чёрт! Облом!

- Что?

- Скважина перекрыта какой-то внутренней заслонкой! Ключ через неё не проходит!

- Проклятье! Может, ты вставляешь неправильно?

- Нет, всё правильно! На, сам попробуй!

- Да что же за невезение.

- Тише, не кричите. Я догадываюсь, в чём дело!

Подошёл ближе к двери, всё ещё потирая виски – голова продолжала болеть, но уже не так сильно.

- Кодовый замок тут вовсе не для красоты. Он-то и блокирует скважину. Нужен какой-то специальный код!

- Ребят! - снова послышался голос Кати, держащей в руке найденный там же где и ключ потёртый документ. - Пропуск! Тут цифры! Вдруг это и есть код?

- Ты чудо, Катюха! Диктуй!

- Сейчас! "6796".

- Ну, Антон Лаптев, не подведи! - подумал я, вспомнив про владельца пропуска.

Раздалось лёгкое шипение и из-под герметично закрытой двери хаотично выстрелили белые струйки то ли газа, то ли пара.

- Пахнет гнилыми персиками! - сморщив нос, пробормотала Катя. - Фу! Гадость!

- Я не знаю ничего такого, что пахло бы гнилыми персиками, при этом, не являясь персиками! - заметил Дмитрий. - Вроде не ядовитый, но это определённо какой-то газ!

- Бункер был законсервирован! - запоздало подумал я. - Не просто закрыт, а именно законсервирован. Что бы это значило? Ведь если подумать, сколько вопросов, встретившихся на нашем пути, осталось без ответа. Все эти события одной цепи или же скрученные между собой факты разных временных линий, наложенных одна на другую?

- Ну, заходить будем, или как? - спросил нетерпеливый Андрюха, ни к кому не обращаясь.

Ухватившись руками за тяжёлую дверь, мы с Димкой потянули её на себя. Массивный кусок цельного металла без единого скрипа обнажил то, что было заперто кем-то много лет...

- Мы пришли с миром! - едва сдерживая смех, крикнул во тьму Андрей.

- Задрал ты уже! - скривился Дмитрий, но после смягчился. - Старо как мир! Где твой потенциал?

Андрюха едва не подавился от такого замечания и уже был готов выдать что-нибудь эдакое, валящее с ног, но осекся на полуслове. Оба фонаря погасли почти мгновенно...

- Зараза! - натурально прорычала Катя, отбросив в сторону бесполезный кусок пластмассы.

- Химические лампы у кого? - спросил Андрей.

- У меня, сейчас нащупаю!

Примерно с минуту было слышно только возню, тяжёлое дыхание и шорох рюкзака.

- Ну?

- Да погоди ты! Я же на ощупь ищу, сейчас!

- Так вот он, какой чёрный квадрат Репина! - попытался пошутить Андрей, но вышло настолько скудно, что после произнесённой им фразы кроме нервного сопения, больше ничего не последовало.

- Малевича, темень! - фыркнул Дима. – Квадрат нарисовал Малевич!

- Да? Хорошо, хоть не Да Винчи!

- Что, сдулся, юморист? – сморщился Дима. И хотя в темноте этого было не видно, по интонации Андрей понял, что его провоцируют.

- Есть! Нашла! – девушка толкнула в спину Андрея, тем самым не дав начаться новой словесной перепалке.

Хрустнуло. Вспыхнул тусклый красный свет, с трудом освещая вокруг пару метров пространства.

- Так, ну хоть что-то. Посмотрим, что за бункер такой?

- Кать? - тихо обратился к девушке Андрей.

- Что?

- Ты такая страшная в красном свете! - потусторонним голосом прошептал юморист Андрей.

- Ай! Иди ты, дурачок!

Что ни говори, а атмосферу напряжённости Андрей разряжал, пусть туповато и неумело. Нервы и так были ни к чёрту, и немного юмора действовало немного успокаивающе, что было очень кстати.

- Может, мы уже войдём, наконец?

В мертвенно красном свете, вход в бункер выглядел так, словно это был вход в преисподнюю. Вздохнув, Дима закинул рюкзак за спину и вошёл первым.

Впереди оказался небольшой коридор, больше напоминающий отсек подводной лодки, около пяти метров длиной, который неожиданно упирался в металлическую решётку. Судя по всему, замка здесь не было, и её просто прикрыли.

По гладким бетонным стенам, выкрашенным краской непонятного цвета, шли плотные пучки кабелей, шлангов и труб, аккуратно уложенных в специальные открытые каналы. Пол засыпан мелким мусором, целыми кипами пожелтевших документов, листами бумаги. Всё покрыто густым слоем пыли, это сразу наталкивало на мысль о том, что система вентиляции в бункере давно не работала.

Вдоль левой стены шли узкие стеллажи, на которых лежали старые противогазы, подсумки, перчатки. Судя по всему, имущество РХБ защиты, но всё безнадёжно испорченное временем.

- О, смотрите! - вдруг крикнул Дмитрий. - Это что, электрический щит?

Перед ним, справа, прямо в стену был вмонтирован огромный железный шкаф, выкрашенный когда-то жёлтой краской. Изображённая на двери молния и соответствующая аббревиатура, говорили сами за себя. Дёрнув на себя дверцу, парень убедился в своей догадке.

- Рубильники! Ого, да их тут не меньше десятка! - удивился он. - А вдруг ещё что-нибудь работает?

Последовательно выжав их один за другим, а затем, потянув на себя большой рубильник, Дмитрий вопросительно уставился на висящую под потолком люминесцентную лампу.

- И?

- Ну что, электрик?! Электричество кончилось? - хихикнула девушка.

В шкафу что-то щёлкнуло, затем ещё раз, а после раздалось тихое жужжание. Следом за этим висящие на потолке лампы начали вспыхивать одна за другой.

- Не кончилось! - Андрей наглядно показал, куда ей идти. - Так, ясно?

- Угу... Коротко и ясно!

- Во, вот это дело! - довольно похвалил здешнюю систему энергоснабжения Дмитрий, игнорируя общение этой парочки шутников.

Освещение работало исправно, мягко и ярко освещая всё окружающее пространство. Электричество присутствовало, но его источник нам был неизвестен. Возможно, впереди, где-то в недрах бункера есть какой-нибудь генератор?

Толкнув решётку, мы попали в широкое помещение, формой отдалённо напоминающее огромную грушу, лежащую на боку.

Стены в этой части бункера, в отличие от самих туннелей метро, не были собраны из железобетонных и чугунных тюбингов. Везде был только цельный советский бетон.

Зал был очень хорошо освещён, причём не примитивными лампами накаливания, а исключительно люминесцентными. Многочисленные провода, линии связи, трубы и вентиляционные магистрали очень компактно и аккуратно уложены в специальные каналы. Если их не искать намеренно, то глаза они практически не мозолили.

Расставленные по периметру массивные шкафы, почти все забитые документами, папками и книгами, создавали впечатление, что мы вовсе не где-то в недрах советского подземного бункера, а в обычной городской библиотеке.

Справа и слева хорошо были видны два широких коридора, уходящие в разные стороны. Над каждым из них, сверху, висели деревянные указатели с надписями.

Прямо перед нами стоял массивный железный стол, на котором неаккуратными стопками лежали толстые папки с бумагами, в добротных кожаных переплётах.

- Это ещё что?

- Похоже на личные дела военнослужащих! И их много! - заметил Дмитрий, взяв одну из них в руки и сдув пыль. – Я такие видел не раз. Что тут у нас? Ого!

- Что?

- И правда - личные дела. Я не ошибся.

- Что там написано?

- Так! Ну-ка. - он быстро перелистал записи. - Посмотрим! Сергей Дранков, старший сержант. Скончался двадцать первого июля 1986!

- Скончался? Отчего?

- Ничего не сказано. Так, а здесь что?

Дмитрий взял другую папку, предварительно сдув пыль и с нее.

- Виктор Белкин, лейтенант. Скончался двадцать первого июля 1986!

- Как? И этот тоже?

Дмитрий открывал папку за папкой и всегда звучало одно и то же: Скончался! Скончался! Скончался!

- Все в один день? Двадцать первое июля, восемьдесят шестого?

- Эксперимент? Или несчастный случай? - тихо пробормотал я, но услышали все.

- Вспомнив и сложив воедино все ниточки, боюсь, несчастный случай здесь совсем ни при чём!

- Что же здесь произошло?!

- Эй, народ! Смотрите, там на стене карта! – неожиданно отвлёк нас Андрей.

Висящий на стене большой деревянный щит с обнаруженной картой, был намертво прикручен прямо к бетонной стене. Самая крупная надпись на карте, гласила: " Объект МО СССР Астра - 1".

- "Астра - 1"? - как бы уточнил у плаката Дмитрий. - Хм! Разумеется, никто про это ничего не слышал?

- Нет. Название наверняка секретное.

- Смотрите, здесь подробно показано всё. Тут больше десятка объектов. Все они взаимосвязаны одним названием. Но, судя по его размерам, это вовсе не "Метро-2".

- Скорее, это самостоятельный изолированный, полностью автономный объект!

- Возможно, он всё-таки является частью метрополитена, - пробормотала Катя. - Вон, на востоке линия уходит за пределы карты, видите? Что там написано? Москва?

- Точно! Быть может, это и есть выход?

- Да и эта линия проходит через ядерный реактор, депо и склады. Жаль, карты самого бункера нет... Хотя, вряд ли он большой.

- Пора выбираться отсюда! - произнёс я, запоминая расположение туннелей на карте.

- Эй, народ! Посмотрите! Тут два прохода: левый – в лабораторию и полигон. А правый – в инженерные мастерские, - крикнул Андрей, уставший рассматривать карту. - Нам куда?

- В лабораторию! Там мы, по идее, должны, наконец, найти ответы на вопросы о том, что же здесь случилось!

- Было бы глупо, просто уйти отсюда, так ничего и не узнав. Идём в лабораторию.

Ещё немного посовещавшись, мы двинулись в левый проход, который почти сразу разделился ещё на два широких прохода. Правый вёл к полигону, а левый к лаборатории.

- На полигон?

- Нет! К лаборатории!

Туннель плавно уходил вправо. На стенах висели плакаты, стенды, пожарные указатели. И хотя здесь было относительно чисто, слой пыли говорил о том, что тут очень давно никого не было. Бункер бросили и забыли!

Метров через пятьдесят, туннель упёрся в массивную дверь. Замок оказался сломанным, а в правом нижнем углу отчётливо были видны солидные вмятины и раскрошившийся бетон.

- Вот и лаборатория, - обрадовался Андрей, указав пальцем на висящую над дверью вывеску.

- Что это с дверью? Её что, ломали изнутри? – настороженно спросила Катюха, разглядывая дверь.

- Вполне возможно.

- И мы будем её открывать?

- Она и так открыта. Взгляни, замок сломан.

- А что если там какая-нибудь тварь?

- Мутант? - рассмеялся Андрей.

- Ну, это же лаборатория. Обычно в лабораториях всегда проводят какие-нибудь эксперименты. А вдруг?

Андрюха снова усмехнулся.

Весь долгий путь что мы проделали, начинания от руин ракетного комплекса и заканчивая бункером, девушка странным образом, постепенно теряла уверенность в себе. Раньше её не пугали практически никакие трудности, зато сейчас, каждая закрытая дверь, каждый перекрытый туннель, вызывали у неё пугающий, необъяснимый страх, причём настолько сильный, что она и сама не понимала почему. У меня было лишь одно объяснение, суть которого в том, что именно сам объект "Астра - 1" так влияет на психику человека. Вдруг, здешние безумные учёные испытывали на людях какой-нибудь психотропный излучатель? Или газ? Или имели место жуткие медицинские опыты с подсознанием человека?

Приложив солидное усилие и потянув дверь на себя, удалось лишь немного её приоткрыть. Мощные петли давно заржавели, покрылись коррозией, тем самым обеспечив естественной защитой лабораторию от проникновения. Андрею, вызвавшемуся побыть добровольцем, с трудом, но всё-таки удалось протиснуться в щель. Почти сразу же, оттуда раздался его удивлённый возглас.

- Что там?

- Скелеты! И много, очень много!

Следом за ним, предварительно захватив рюкзаки, пролезли и остальные. Зрелище, представшее перед нами, оказалось далеко не из приятных. Тусклый, белый свет мерно освещал огромное помещение, при этом добавляя мрачности и без того неприятной обстановке.

Десятки операционных столов с лежащими на них скелетами, лавки, кровати, стеллажи. Некоторые скелеты были одеты в белые пижамы, пожелтевшие и рассыпавшиеся от времени, некоторые сохранили на себе остатки рассохшейся военной формы. Другие же, вообще не имели никакого обмундирования.

- Бог ты мой! - опешил Дима, глядя расширившимися от ужаса глазами на то, что было перед нами. - Да их тут сотня, не меньше! Только посмотрите!

И действительно! Останки тел лежали не только на столах, но и на полу, на лавках и стульях. В самых разнообразных позах. Повсюду! У некоторых отсутствовали конечности. А прямо у входа, лежал крупный скелет в противогазе, каске и плаще общевойскового защитного комплекта, с разряженным автоматом в руках. Вокруг были разбросаны сотни гильз. И таких автоматчиков, в разных углах лаборатории, я насчитал ещё с десяток.

- Их что, расстреляли? - ужаснулась Катя, осматривая весь этот кошмар. - Но за что?

- Эй, а дверь-то повреждена неслучайно! - заметил внимательный Андрюха, склонившись у входа. - Её отсюда пытались взорвать. Выходит, всех этих людей просто заперли в лаборатории?

- Их заперли здесь, потому что расстрелять всех было просто невозможно!

- За что расстреливали-то? - снова спросила Катя, но уже шёпотом. - Что они сделали?

Но никто не осмелился выдвигать гипотезы...

- А солдат в ОЗК за что?

- Ну, были причины, наверное! - неуверенно и тихо произнёс Дмитрий.

Никто не осмелился выдвигать новые гипотезы. Мы просто молча бродили по лаборатории, осматривая тела.

- Это что ещё за аппараты такие? - спросил Дмитрий, аккуратно обходя столы с останками тел. - Системы жизнеобеспечения? Странные они какие-то...

- Похоже, но нет! Это какие-то сложные экспериментальные аппараты, их назначение остаётся загадкой.

Сложные устройства с целой системой проводов и трубок, электронные блоки и стеклянные ёмкости с разноцветными жидкостями, корпуса с кнопками и регуляторами... Всё покрыто густой пылью и даже паутиной. Таких аппаратов не видел никто из нас. Многие из них были подключены к лежащим на столах скелетам, другие были сломаны и хаотично лежали на полу.

- О! Смотрите, какое-то табло! Что там написано? Введён режим строгого карантина, - воскликнула девушка, увидев под потолком доску с надписью. - Тут что, ещё и медсанчасть?

В дальней части помещения, за изолированной ширмой, в своего рода пластиковых боксах размещался лазарет. Тут ситуация оказалась ещё более страшной: тел здесь было немного, но их состояние оказалось куда ужаснее. Простреленные черепа, оторванные челюсти, кисти рук, ноги, вырванные рёбра. Скелеты так и остались лежать в пластиковых мешках, расползшихся на куски от времени. Многие были пристёгнуты к столам наручниками. Их похоронить даже не успели. А может быть, даже и не собирались.

Тяжело было воспринимать увиденное, но ещё тяжелее было осознавать то, что прямо здесь, много лет назад случилось нечто настолько ужасное, что даже сейчас, всё увиденное, особенно остатки тел внушали необъяснимый страх. Ужас перед неизвестным!

С чем здесь столкнулся человек? Что натворили здешние учёные? И виноваты ли?

Угнетающая, пугающая атмосфера даже неунывающего Андрея заставила заткнуться. Словно все погибшие люди ещё находились тут, хмуро наблюдая за нами, давили на мозг своим присутствием, но предательски молчали. И тишина, мёртвая тишина... Её, буквально, можно было почувствовать всем телом, далеко ходить не надо...

- Ребята! - едва сглотнув, тихо пробормотала Катя. - Пойдёмте отсюда, а? Голова кругом идёт! Это ужасно!

- Да, к черту эту лабораторию! Идёмте!

По одному протиснувшись обратно в щель, мы покинули страшную лабораторию, превратившуюся в огромную братскую могилу.

Следующим на очереди должен был быть полигон.

Обратно двигались молча. Настроение у всех было откровенно подавленное. Да и было с чего. Увиденное нами было настолько ужасным, что разум тщетно пытался переварить то, что вообще не было предназначено для глаз неподготовленного психологически человека.

Минут десять шли медленно, молча, даже не переглядываясь между собой. Чуть позже стало немного легче.

- Ребят, вы понимаете, что именно мы увидели? - первым пробормотал Дмитрий, потирая лоб ладонью. - Это же, просто... ужасно!

- Словами такое не описать. Даже спустя много лет!

- Знаете, а ведь теперь мы увидели то, о чём с таким страхом и ужасом вспоминал профессор. Помните его лицо?

- Я не помню, - тихо произнесла Катя, смотря в одну точку.

- И я не помню. Тогда, когда он нам рассказывал, я вообще не мог и представить, что всё настолько печально. Тогда мне было смешно.

- Хватит об этом уже. Давайте посетим полигон и свалим наконец-то отсюда.

- Макс? Ты ещё хочешь идти на полигон?

- Да, а вы, разве нет?

- А какого чёрта нам там делать? После того что мы увидели тут... Лично у меня нет никакого желания туда идти. Если уж в лаборатории такая дичь, что же будет там?

- Полигон – это вообще что? - спросила Катя. - Место испытания оружия?

- В некотором роде, да.

- И ты хочешь идти туда, Макс?

- Я хочу понять, что тут произошло!

- Да к чёрту! - крикнул Дима. - Мне – неинтересно. Я хочу поскорее отсюда смыться!

- Что, неужели одному мне интересно докопаться до сути? - удивился я, осматривая недовольные лица своих друзей.

- Я тоже хочу посмотреть, - Андрюха сплюнул на пол. - Уж если пришли, то нужно уходить, зная, что здесь случилось.

- Андрей и ты туда же? - спросила Катя.

- Куда? Я просто хочу понять. И Макс прав, покоя не будет, если не доведём дело до конца.

- Дело? Какое ещё дело? Мы выход ищем!

- Да, верно. Но всё что попадалось нам на пути, это как детали одной большой головоломки. И вообще, мы сами искали этот объект и спускались сюда вовсе не для того, чтобы искать выход!

- Я не пойду, - разозлилась Катя. - Хотите, идите! А я останусь. С меня достаточно...

- Острых впечатлений? - перебил её Андрей.

- Костей! - закончила девушка, сверкнув глазами. – Трупов! Всего этого дерьма!

- И ты останешься здесь одна?

- Я побуду с ней! - заявил Дмитрий. - А вы, если вам так интересно, идите. Мы пока поищем выход.

- А если выхода здесь нет, если он где-то за полигоном?

- Посмотрим! Не найдём сами, пойдём к полигону. Валите уже! И не копайтесь там.

- Хорошо. Ждите тут. Мы скоро вернёмся.

Закончив дискуссию, мы, наконец, решили, что делать дальше. Так как бункер оказался абсолютно пустым и никакой реальной угрозы мы здесь не обнаружили, из-за вредности Кати нам всё-таки пришлось разделиться, пусть и временно.

Дмитрий и Катя остались ждать на развилке у главного коридора. К тому же, рядом с ней обнаружилась небольшая комната, доверху забитая различным хламом, в том числе и уборочным. Я затылком чувствовал, что оставшиеся друзья проводили нас взглядом до самого поворота, насколько это вообще было возможно.

Коридор, ведущий к испытательному полигону, ничем не отличался от всех других, находящихся в "Бункере № 17". Те же гладкие бетонные стены, выкрашенные краской непонятного цвета, тот же белый потолок, люминесцентные лампы и провода, трубы отопления, вентиляция. Хорошее, белое освещение.

Метров через тридцать коридор плавно свернул направо и почти сразу упёрся в широкое фойе. Здесь, с северной стороны был длинный широкий коридор, в конце которого виднелась массивная стальная дверь. Возможно, это был другой выход из бункера. Весь коридор оказался очень хорошо освещённым. С другой стороны фойе, на небольшом пятачке располагалась широкая стальная лестница. Прямо над ней висел очередной указатель с надписью: "Полигон".

- Так, а на кой тут лестница? - удивился Андрей. - Тут что, есть и другие этажи?

- Я об этом даже не подумал... Но может быть и так. О, а это что?

- Где?

- На полу... Видишь? Бурые пятна. Это что, кровь?

- Очень на то похоже. Это точно кровь! Но, она давно высохла.

- Чувствую, внизу нас тоже ждёт что-то нехорошее... - пробормотал Андрей, потрогав ботинком бурое пятно.

- Вот и посмотрим! Это что такое?

- Похоже на...

- Кажется, карта? Да, точно! Такая же, как и у входа!

Мы подошли поближе к лестничной клетке, на задней стенке которой висел деревянный щит с приклеенной на нём схемой помещений. С другой стороны, лестница уходила вниз до пролёта, затем сворачивала и шла ниже. Судя по всему, таких уровней было два или три. И сама лестница и перила были выкрашены тёмно-зелёной краской, причём, что интересно, без всяких следов коррозии или ржавчины.

- Действительно, схема помещений. "Бункер № 17".

- Вы здесь! - прочитал Андрей, обнаружив на схеме жирную красную точку.

- Угу! Этот коридор ведёт к полигону, как мы и думали. А тот, длинный с дверью и есть выход! Смотри!

- Вижу, вижу. Значит, вот что. Предлагаю максимально быстро осмотреть полигон, а затем ноги в руки и обратно. Там забираем Димку и Катю и сваливаем отсюда поскорее! Так?

- Поддерживаю на все сто пятьдесят процентов серого!

- Чего? - я остановился, не поняв смысла сказанного.

- Забей! - отмахнулся Андрей, подходя к спуску.

Спустившись вниз по первому пролёту, мы снова наткнулись на россыпь гильз. Да что там россыпь - они были повсюду! Тут тоже когда-то была перестрелка. Причём весьма серьёзная.

Чем ниже мы спускались, тем гильз было больше. Одна из ламп не работала, другая моргала. Лестница была установлена в небольшой шахте, как будто её прорезали или прорубили прямо в толще породы. Ещё пара пролётов и мы осторожно и постоянно осматриваясь, спустились вниз.

Небольшое помещение внизу служило своего рода предбанником. Здесь тоже присутствовали раздвижные двери, даже без намёка на какие-либо замки. Сразу после предбанника, коридор превращался в пробуренный в каменной породе проход. Освещение тут было значительно хуже. Отсюда мы видели лишь стену прохода, которая уходила куда-то влево. Пол был усыпан старыми, уже давно потускневшими гильзами. Последняя лампа висела прямо под переходом, и освещала лишь стену прохода, но не более. Следующий источник света был где-то за поворотом, о чём свидетельствовало небольшое освещённое пятно, метрах в пятнадцати слева. Из прохода раздавался странный монотонный звук.

Мы переглянулись.

- Идём? - спросил я друга.

- Мы сюда за этим и пришли. Идём! - Андрей, достав флягу, сделал пару глотков воды. - Слушай, что-то у меня голова кружится... И самочувствие! Какое-то оно - странное!

Я почувствовал, что и у меня появилось лёгкое головокружение. А ещё ощущался тихий, ни на что не похожий шум в ушах.

- У меня тоже, - кивнул я товарищу. - Идём! Быстро посмотрим и обратно. У Катюхи в рюкзаке аптечка, там что-нибудь подберём.

Свернув за угол, мы попали в небольшой проход, так же выдолбленный в цельной породе. На правой стене, на скобах был укреплён толстый электрический кабель. Следующая лампа уже не была люминесцентной - дело ограничилось обыкновенной лампой накаливания. Далее эти лампы попадались всё реже и реже.

Метров через пять проход снова сворачивал, но уже в другую сторону. Шум немного усилился.

Неторопливо, метр за метром, мы добрались до последнего поворота. Здесь проход значительно расширился в обе стороны, превратившись огромную естественную пещеру. Насколько хватало глаз, в разных местах лежали глыбы камней, кучи отвалов, стройматериалы, деревянные склады и сараи, ящики с породой. То тут, то там, на треногах стояли прожектора, освещая отдельные участки пещеры. Высокий свод оказался неровным, постепенно уменьшаясь к середине. Прямо у входа стоял большой, мощный генератор, судя по всему, работающий на керосине или дизельном топливе. Вопреки ожиданиям, он практически не шумел. По крайней мере, далеко не так сильно, как его более современные аналоги. Похоже, едва мы вошли в бункер и полезли в электрощитовую, мы каким-то образом запустили его. Иначе на этого троглодита никакой горючки не хватит. Не мог же он самостоятельно работать все эти годы, бесполезно сжигая тонны топлива?

Рядом с ним, через систему шлангов и проводов, была подключена огромная цистерна с горючим, с укреплённой на ней панелью управления. Воздух тут был ещё более тяжёлый и затхлый.

- Ого! - крякнул от восторга Андрей. - Ну и размерчик у пещеры! Да в этом месте, при желании, торговый центр разместить можно!

- Это точно! Идём, посмотрим поближе, что здесь интересного есть, - неожиданно меня прострелила сильная головная боль. - Блин, да что же такое? Голова сильнее кружится. И звон ещё какой-то появился. Аж мутит.

- У меня тоже, - Андрей аналогично мне схватился за голову, - затылок разрывается. Чем дальше, тем сильнее. Что это может быть?

И действительно, чем дальше мы продвигались вперёд, тем сильнее кружилась голова. В глазах темнело, шум в ушах постепенно усиливался. Но я отгонял мысль о том, что это место так оказывает на нас влияние. Как это возможно? И хотя трусливая мысль в голове как бы вдогонку кричала, мол, не ходи туда, не надо, я её упорно игнорировал. Судя по всему, у Андрея в голове происходило то же самое, так как он то и дело потирал виски пальцами.

Разумнее было повернуть назад и бежать отсюда, но какая-то неведомая сила не давала нам этого сделать.

Пройдя вперёд, мы обошли стороной работающий генератор и увидели впереди невысокую ограду, из толстой сетки рабицы. Единственная дверь была открыта настежь. Рядом с ней лежали два разбитых прожектора. А сразу за оградой возвышалось нечто, не поддающееся описанию...

- Это ещё что за ерунда? - ошеломлённо спросил Андрюха морщась – головная боль снова усилилась.

- Не знаю, но тут что-то не так! - с трудом произнёс я, кривясь от боли.

Там, за хлипкой оградой, стояла странная, явно нестандартная, буровая установка. Мощный, покрытый зазубринами бур был сломан. Другой, аналогичный, лежал в стороне. А прямо перед установкой зияла чёрная дыра, диаметром около двух метров, с разрытыми краями. Вокруг стояли ящики всё с той же застывшей смолянистой породой. Всё вокруг было покрыто засохшей то ли слизью, то ли смолой. Тут и там лежали человеческие скелеты. Края дыры странным образом оказались неровными, хаотично перерытыми. Местами стояли хлипкие деревянные щиты, ограничивающие доступ к дыре. Висели предупреждающие знаки. Описать мрачность картины, а вместе с тем и её величественность, было невозможно. Глаза прекрасно всё видели, но мозг просто не мог подобрать нужных слов. Да и не до этого ему было... Головная боль буквально выворачивала его наизнанку...

Сделав ещё несколько шагов, которые дались нелегко, я понял, что чем ближе мы к дыре, тем сильнее нарастает головная боль, а общее самочувствие ухудшается, словно по экспоненте. Появилась тошнота, ну а шум в ушах уже напоминал дикую какофонию расстроенного симфонического оркестра неумелых музыкантов.

Андрюху неожиданно вырвало. Да и меня, признаться, сильно тошнило.

Но желание узнать, увидеть, что было там, в зияющей дыре, всё равно было сильнее. Я упорно шёл к дыре. Да чего уж греха таить, ноги сами несли меня к краю пропасти. А останавливаться я не хотел... Или уже не мог?

- Макс! Не надо! - крикнул Андрей, не решившись идти за мной.

- Всё... Нормально! Я... Сейчас... Я...

- Стой. Здесь что-то не так! Макс! Стой!

Теперь и меня вырвало. Прямо на ходу. Ноги упорно несли меня вперёд. Ещё три метра. Два. Полтора метра.

- Ма-а-акс! Ах...

Я уже почти не контролировал себя. Из-за невообразимого шума и воя в ушах, я почти перестал слышать Андрея. Темнота в глазах затмила всё. Внутренности выворачивал дикий спазм.

Одна сплошная пелена. В голову словно вставили раскалённый прут и медленно вращали его так, чтобы мозг обязательно намотался на него, причинив при этом максимально адскую боль.

Темнота. Даже, несмотря на то, что прямо надо мной стоял прожектор и направлен он был прямо в дыру - я уже почти ничего перед собой не видел.

Где-то позади, мычал что-то нечленораздельное Андрей, словно слепой крот, ползая на коленях по земле и втыкаясь головой в камни.

Ещё метр, ещё немного и я увижу то, что скрыто там, в темноте... В глубине. Я должен. Я хочу. Мне нужно! Ну, ещё немного...

Острый, дикий, приступ боли почти лишил меня чувств. Ещё пара мгновений и я доберусь... Вот, уже видно край. Вдруг, неожиданно я почувствовал, что сзади меня схватило что-то сильное и потащило назад, да так, что я потерял сознание, ударившись затылком о камень...

Глава 12. Первый контакт

Они сидели на обломках кресел, которые неожиданным образом обнаружились рядом в комнате с инвентарём.

- Дима, а Дим? - изменившимся голосом спросила Катюха, грызя очередную галету со скуки.

- Что?

- А помнишь ту ночь... - она как-то таинственно, даже глуповато улыбнулась.

- А? Не начинай! - отмахнулся парень, едва не подавившись тушёнкой. Любил Дмитрий вкусно покушать. А советская тушёнка была нереально вкусной. Особенно в таких экстремальных условиях!

- Почему? Было же круто!

- Угу, да! Было, мне понравилось, - ошарашенный парень кое-как нашёлся что ответить. Опять с Катей что-то не то.

- Так что?

- Что?

- Ну... Можем, как-нибудь повторить!

- Что? Здесь? - закашлялся Дима. - Кать, давай потом, а? Не время и не место!

- Потом? А почему не сейчас?

- Да ты шутишь! Ты с ума сошла? Забыла, где мы? Что с тобой происходит?

Парень удивился резкой смене настроения подруги. Сейчас ему остро захотелось дать ей отрезвляющую пощёчину. Вроде бы перед ним была та же самая Катюха, с которой он дня два назад занимался любовью, но... По крайней мере – очень похожая на неё. Всё то, что происходило позже той ночи, словно туман, скрывало истинную личность девушки. Меняло её до неузнаваемости. Робкая, неуверенная, жалкая... А сейчас, какая-то похотливая. Что вообще происходило? Это что, тонкие фокусы психологии или какое-то чужое влияние извне?

- Со мной всё хорошо. А что тебя смущает?

- Не время для этого. Не здесь! Выберемся – подумаем, - произнёс Дмитрий, снова принявшись за тушёнку.

Для него этот разговор был из разряда – а что вообще происходит?

А тушёнка была как раз той, что друзья нашли в ящиках, у паровой машины. Дмитрий подумал было, что, наверное, всё дело в ней, может, пропала, но нет... Тушёнка как тушёнка – вкусная, без современной сложноформульной химии. Просто, как уже не раз это было, неизвестное влияние извне совсем незаметно и кратковременно меняло осознание, разум и поведение человека. Да и характер тоже. Причём именно здесь, под землёй. Но к этой мысли парень только едва успел подойти, как где-то в коридоре, ведущем к полигону, кто-то громко простонал...

- Макс? Андрей? - вскочил он, окликнув друзей по именам.

В ответ раздался, шум, похожий на звук, при котором что-то тяжёлое, но мягкое падает на пол.

- Эй! Парни, не время для шуток! - крикнул Дима, сделав шаг вперёд. Кресло позади него обидно скрипнуло.

- Ой! - вдруг вскрикнула Катя. – Какого чёрта?

Она сидела правее Дмитрия и успела увидеть, как из-за угла показался человек, с ног до головы облачённый в кустарного производства тёмный комбинезон. На голове чёрный противогаз с большими стёклами – явно не серийный, сверху плотный капюшон, а за спиной компактный рюкзак. А в руках какое-то нестандартное огнестрельное оружие. Человек увидел её, а затем и Дмитрия. Несколько мгновений он просто наблюдал за ребятами, чуть приподняв оружие, затем обернулся и махнул куда-то рукой.

- Эй, ты ещё кто такой? - крикнул Дима и сделал пару шагов ему навстречу.

Незнакомец шустро отпрыгнул назад и скрылся за поворотом. Секунда и даже звук его шагов затих.

- Кто это такой? - испуганно спросила Катя, поднявшись на ноги. - Ты видел?

Дмитрий и не заметил, как прежняя пугливая Катюха вернулась на своё место, снова вытеснив ту дерзкую стерву, которую он знал. Но думать об этом - не было времени...

- Видел! Оказывается, здесь есть люди и они вооружены! Вот, чёрт!

- И что теперь?

- Он нас видел. Я думаю, это был какой-нибудь обходчик. Возможно, это одиночка. Или диггер какой-нибудь. Он скрылся, чтобы...

- Чтобы что?

Дмитрий неожиданно осёкся.

- Бункер обитаем! - выдал он, округлив глаза. – И был обитаем! Понимаешь?

- Что?

- Тут есть люди! О, чёрт! Идём, нужно найти Андрюху и Максима.

- Куда? На полигон?

- Да!

Быстро схватив рюкзаки, ребята рванули по коридору, к полигону. Добежав до разворота, они выскочили в фойе, где прямо перед ними оказался длинный коридор. В самом его конце была открыта массивная дверь, и рядом с ней стоял тот самый человек в противогазе... Его удалось рассмотреть лишь частично. Неожиданно, рядом с ним показался ещё один, абсолютно такой же. У него на плечах лежало что-то крупное, накрытое чёрной тканью.

- Эй! Стойте!

- Погодите, нужно поговорить! - крикнула Катя.

Они рванули вперёд по коридору, стремясь добраться до незнакомых людей в противогазах.

- Дима! - вдруг послышался сильный, но полный страдания голос сзади. – Катя!

Остановившись и обернувшись, они увидели Андрея. Тот стоял посреди фойе, шатаясь, словно под сильными порывами ветра. Он с трудом поднял руку и вдруг, охнув, мешком рухнул на пол.

- Чёрт! - выругался Дмитрий. - Андрюха!

Бросившись обратно, он подскочил к лежащему без чувств другу и перевернул его на спину. Из носа и ушей тонкими струйками текла кровь. Волосы, шея и грудь вымазаны липкой грязью, лоб горячий, одежда влажная.

- Андрюха, очнись! Эй!

Шлёпнув его ладонью по щеке, удалось привести его в чувство, но лишь на пару секунд. Парень простонал и снова отрубился.

- В рюкзаке была аптечка! - крикнул он Кате.

Та без лишних колебаний сбросила рюкзак с кресла и, порывшись в нём, извлекла красную сумку.

- Держи, нашатырь! - протянула она стеклянный пузырёк.

- Андрюха, приходи в себя! Ну! Давай же! - он сунул под нос другу нашатырь.

Андрей вздрогнул и открыл глаза, затем закашлялся и сделав усилие, вырвался из их рук. Упав на колени, он, прикрываясь, издавал булькающие звуки. Парня обильно вырвало.

- Ну, слава богу! - облегчённо вздохнула Катя.

Ещё пара минут и пострадавший смог сидеть самостоятельно, стирая с лица кровь и грязь.

- Дружище! Ты как?

- Плохо, но жить буду! - пробормотал он, кое-как справившись со рвотой.

- Что произошло?

- А! Сейчас... - отмахнулся он, вертя головой по сторонам. Сплюнул на пол.

- Что?

- Там, на полигоне какая-то мистика творится. Страшная. Что-то жуткое мутит сознание. Не знаю, как и сказать правильно. В общем, мы там чуть не подохли!

- Мы? А Макс где?

- Макс? - переспросил он, напрягая память. - А! Он же полез к дыре.

- Дыре? Какой ещё, к чёрту, дыре? Что за чушь ты несёшь?

- Ну, говорю же. Там в земле дыра. Пробуренная. Она мутит сознание, как-то. Ну, не она, а то, что в ней. Голова трещит от боли. В глазах темнеет. Макс зачем-то полез к ней. Его что-то заставляло лезть туда. И меня тоже.

- Что было дальше?

- Не знаю. Меня ещё на подходе вырубило. А он всё лез и лез дальше, словно сама дыра манила его.

Дмитрий промолчал.

Что это? Бред, галлюцинация, вызванная слабым состоянием друга? Или правда, какая бы странная она ни была? Может, ему почудилось? Показалось?

- Так! Говори! Где Макс?

- Я не знаю. Я очнулся, его уже не было. Но!

- Что?

- Я кое-как поднялся и пошёл назад. Добравшись до лестницы, я услышал шум – по ней кто-то поднимался. Я видел кого-то.

- Кого?

- Не знаю. Там темно было. Да, блин, что ж так башка трещит...

- А, наверное, это те двое, что мы видели! - воскликнула Катя, сопоставив факты.

- Чего? Какие двое? - не понял Андрей.

- До того как ты появился, мы наткнулись на двух неизвестных в странных комбинезонах и противогазах. Они скрылись в том коридоре, за дверью.

- Здесь что, есть люди? - удивился Андрей, держась за виски. - А ну, дай мне ещё нашатыря!

- Хватит! Очнулся, уже хорошо, – он убрал пузырёк в карман. - Оказывается есть. Может не в самом бункере, но на объекте уж точно! Хватит, говорю!

- И они вооружены!

- Да? И они и унесли Макса? А зачем он им?

- Ну, не знаю. Но тебя-то они почему-то не тронули. Значит, есть какая-то неизвестная нам причина.

- С нами на контакт они не пошли.

- Как думаете, они агрессивно настроены?

- Не знаю, но само их присутствие здесь уже ненормально. Если этот объект законсервирован, то, что тут делают люди? А если и не заброшен, то они же сюда как-то спускаются... Может, это какие-нибудь секретные правительственные войска?!

- Нет, вряд ли. Да и сейчас это не самое важное. Меня больше интересует, где Максим?

- Не знаю, но внизу его точно не было. А ещё раз спускаться туда, я, хоть убейте, не хочу!

- Предположим, что они взяли Макса с собой. Для чего?

- Понятия не имею. - покачал головой Андрей, ещё раз сплюнув на пол. - Но причина для этого определённо имеется.

- И что мы будем делать?

- Как что? Идём за ними!

- Они же вооружены...

- И что?

- А ещё, теперь они знают о нашем присутствии!

- Они не стали стрелять при первом контакте, значит, агрессии с их стороны, как таковой нет, по крайней мере, на данный момент. Нужно следовать за ними, найти и поговорить.

- Тогда не будем терять времени. Хватаем рюкзаки и вперёд! - Дмитрий закинул свой рюкзак на одно плечо.

- Андрей, ты как? Идти сможешь?

- Плохо, но справлюсь. Кать, я там, у Макса в рюкзаке энергетик видел. Посмотри, вдруг остался?

- Остался, но в твоём состоянии эту дрянь лучше не пить!

- Давай сюда! Разберёмся! - прокряхтел парень, протягивая руку.

Катя недовольно хмыкнула, скривилась, но всё-таки протянула ему банку.

Через несколько минут кусок алюминия, уже будучи в смятом бесформенном состоянии, лежал на бетонном полу, а все трое, не торопясь, удалились в коридор, где ранее скрылись неизвестные в противогазах.

Массивная дверь оказалась запертой, причём снаружи. Попытки открыть её ни к чему не привели, механизм не поддавался. И хотя сама система запоров не работала, что-то упорно мешало открытию двери, и вполне очевидно, что её заблокировали намеренно и совсем недавно.

- Ну? Ещё идеи будут? Мы уже двадцать минут тут возимся!

- Автоматика здесь ни при чём! - определил Дима, осматривая то, что когда-то было замком.

- А что причём?

- Перестань! - разозлилась Катя. - У меня идея! А давайте её взорвём?

- Ага, давайте! А чем?

- Помните метромост? Где Андрей едва не спланировал в пропасть на дрезине?

- Ещё бы! – болезненно фыркнул Андрей, вспоминая своё путешествие на сломанном транспорте.

- Когда мы подошли туда, Макс нашёл пару шашек динамита, - продолжила девушка, доставая из рюкзака подсумок со взрывчаткой. - Его или выбросили, или потеряли те, кто взорвал метромост. Одной шашки должно хватить!

- Не, не хватит! – хмуро покачал головой Дима. - Динамит эту дверь не возьмёт!

- Откуда ты знаешь?

- Сопромат на отлично сдал! – едва заметно улыбнулся Дима. - Динамит слабоват будет.

- Чего? А сопромат-то тут каким боком?

- Сопротивление материалов... А, забей! Дверь динамит не возьмёт, а вот петли... Если закрепить шашки прямо на них, то может получиться. Если хорошо зацепим, то под собственным весом, она сама и рухнет. Я, по крайней мере, на это надеюсь.

- Попробуем?

- Разумеется. У нас других вариантов как-то не особо. Только вот...

- Что?

- А потолок не рухнет?

- Нет, мы же между двух цельных железобетонных стен! Тут метры советского бетона!

- Ладно, верю. Ну, давай сюда шашку... А шнур есть?

- Есть.

- Тогда вот эту шашку положим туда, а вот эту сюда. Взрыв должен быть почти синхронизированным. Сначала верх, потом низ. Верхний край бетона слабее, вон те трещины, видите?

- А потолок точно не рухнет? - девушка с опаской потрогала стену кулаком.

- Нет, не должен! - как-то не очень уверенно, но воодушевлённо заявил Дмитрий.

- Так оно и бывает... - пробормотал Андрей. - Лажа, но вдруг...

- Всё получится, нужно только отойти подальше! Бикфордов шнур, Кать, держи... Пополам его. Хотя нет, один кусок должен быть на сантиметр длиннее.

- Так?

- Сойдёт!

- Готово?

- Да, спички у кого?

- Держи.

Дмитрий, чиркнув спичкой, с третьей попытки воспламенил оба шнура, а затем рванул прочь. Двадцать напряжённых секунд и почти одновременно, в коридоре, раздались два гулких взрыва. Часть потолка всё-таки обрушилась, осыпалась штукатурка, а коридор заволокло густой пылью.

- Получилось?

- Узнаем, сейчас всё узнаем, - пробормотал Дима, выглядывая из-за угла и щурясь от пыли.

Дверь поддалась, но не совсем так, как они рассчитывали. Верхняя петля отвалилась вместе с солидным куском бетона, а нижняя устояла, хотя и согнулась. Немалый вес двери сыграл свою роль: дверь перекосило так, что в левом верхнем углу появилась большая дыра, через которую мог протиснуться человек.

- Сойдёт! Даже очень... Я пойду первым. Передадите мне рюкзаки. - Дмитрий едва не упал, споткнувшись о кусок штукатурки. - И аккуратнее!

Едва пыль немного рассеялась, мы смогли рассмотреть то, что находилось за дверью. Ещё один туннель, собранный из уже знакомых нам чугунных тюбингов, практически идентичный тому, через который мы пробрались к бункеру. В углу стояли такие же ящики со смолянистой породой, каких они видели уже достаточно. У Андрюхи, при приближении к одному из ящиков, дико заболела голова. Парень поспешил отойти от них подальше.

- Эти ящики... Они наполнены этой смолой... Эту же смолу я видел в дыре, на полигоне. Там её много и, судя по всему, её достали из скважины... Когда она рядом – голова начинает болеть.

- Странно, я ничего не чувствую! – Дима удивлённо почесал свой затылок.

- Ты уверен? - удивился он.

- Да, мне рядом с этой ерундой становится плохо. Смола это или нет, мне всё равно!

- Думаешь, это она так воздействует?

- Не знаю, но мне определённо рядом с ней не по себе. Возможно... Да чёрт его знает. Идёмте дальше уже, а?

Группа двинулась дальше, и почти сразу добрались до конца туннеля. Гермоворота здесь тоже присутствовали, но, к всеобщему удивлению, были открыты. Механизм закрытия работал исправно.

- А электродвигатель... Его явно ремонтировали. И кто-то за ним приглядывает.

- Точно! - Андрей осмотрел механизм. - Кто-то довёл его до ума.

- Эй, народ! Вам ничего не кажется странным, а?

- Странным? Да тут всё странное!

- Я не об этом...

- А о чём?

- Куда смотреть?

- Здесь светло, поглядите! Мы покинули бункер, а тут присутствует собственная электрическая проводка и лампы повсюду висят.

- Точно! Вон, кабеля идут. И лампы уже не люминесцентные!

- В этом месте есть люди, это точно!

- Откуда? И как они здесь появились?

И хотя вопросы были заданы, каждый из нас, наверное, понимал, что здесь кто-то живёт. Нет, не спускается с поверхности, а именно живёт. Люди, но какие?

Они молча брели вперёд по туннелю, стараясь двигаться быстрее. Одна развилка, другая. Никаких указателей не было. Напрягая память, Дмитрий вспомнил, что на карте, на северо-востоке находились какие-то склады. Если компас не врал, то это и был тот туннель, который вёл к складам. Никаких признаков чужого присутствия здесь не было, если, конечно, не считать линий электропередач и ламп освещения, висящих, как попало.

- И тут стреляли! - заметил Андрей, увидев на бетонной стене выбоины от пуль.

- Но гильз нет, как и скелетов.

- Убрали?

- Может быть, но зачем? Что и от кого скрывать?

- Боюсь, мы ещё не все тайны этой "Астры" видели... Эй, смотрите! Впереди ещё что-то есть...

И действительно, метрах в тридцати перед ними лежала покорёженная конструкция, напоминающая дрезину. Её, судя по всему, что-то перевернуло...

- О нет, опять дрезина! - охнул Андрюха.

- Не вспоминай! - Катюха положила руку ему на плечо. – Подумаешь, вспомнил и забыл!

- Что? - возмутился парень. – Ага, такое забудешь!

- Я шучу!

- Интересно, что с ней? - пробормотал Дима, осматривая сломанный транспорт. - Её словно сбросили с рельсов.

- Может, взорвали?

Вокруг сошедшей с рельсов, значительно повреждённой дрезины ничего примечательного не нашлось. Лишь в самой дрезине на ржавом грязном полу обнаружились автоматные гильзы, да оброненный пустой подсумок. Даже в таком виде дрезина внушала опасение, особенно после того, как на раме было обнаружено сломанное основание советского пулемёта "Утёс".

Не составит особого труда представить, что данный объект, до страшных событий был мощным научно-исследовательским, а, возможно, и промышленным военным центром. Центром с налаженной структурой, транспортными и электрическими линиями, линиями связи. Если тут есть ядерный реактор, о котором упоминалось на карте, то это говорит о том, что эта самая "Астра - 1", имея собственный ядерный источник питания, была куда более важным объектом, чем просто правительственный бункер, как предполагалось вначале. И представить, что было бы, если бы он работал и в наши дни уже просто невозможно... Но почему-то, сама собой напрашивалась мысль, что всё, что тут происходило раньше – находилось под строжайшим секретом. И знало об этом очень мало людей.

А если продолжать мысль, то вполне очевидно, что тут проводились и запрещённые опасные исследования. И главный вопрос, а почему под землёй, да ещё и так глубоко? Чтобы в случае чего, всё похоронить так, как будто бы тут ничего и не было? Вывод казался вполне очевидным.

Пройдя вперёд по туннелю ещё метров четыреста, мы наткнулись на брошенный аванпост. Справа и слева лежали мешки с песком, аккуратно уложенные друг на друга. Позади мешков – странные конструкции, напоминающие противотанковые ежи, с намотанной на них колючей проволокой. А пара деревянных брёвен, неизвестно как прикрученных к стенам, ещё сохранили на себе остатки мощных прожекторов. Даже обрывки проводов имелись... Сохранилась и пара лёгких деревянных строений.

- Знаете, а ведь это самая настоящая огневая точка. Полноценный аванпост, - уверенно заявил Андрей.

- Это и так понятно. Но для чего она тут?

- Ну... Если бы с нами был Макс, он бы сказал нечто вроде этого: "Аванпост организовали те, кто пытался ликвидировать последствия того, что произошло в "Бункере № 17". И судя по всему, им это удалось. Правда, какой ценой?"

- Вполне очевидно, что бункер – это место, с чего всё началось!

- Там была бурильная установка... Они бурили породу и на что-то наткнулись. - Андрей почему-то забыл рассказать друзьям о том, на что они наткнулись внизу...

- Бурили?

- Да.

- И что они там нашли?

- Я не знаю. Мы видели яму. Или, если быть точнее - скважину.

- Мне страшно предполагать, что такое они там раскопали... – поёжившись, произнесла Катя, но уже без того животного страха в голосе.

- Да и вообще, это мы так думаем. А что было на самом деле?

- Найдём людей, что увели Максима, у них всё и узнаем!

- Если нас не пристрелят раньше! - хмыкнул Андрюха.

- А зачем им это делать?

Вопрос остался без ответа.

Обойдя стороной аванпост, они двинулись дальше. Уже через каких-то двести метров группа заметила, что свод туннеля резко пошёл на расширение. Туннель плавно перешёл в обширную пещеру, но явно не природного характера. Дмитрий сразу же предположил, что тут активно велись взрывные работы.

Железнодорожное полотно на этом участке разошлось сразу на четыре пути. Два продолжали идти прямо, а остальные сворачивали налево. Освещение здесь тоже присутствовало, но ламп оказалось немного. В основном они висели на стене, противоположной путям, уходившим налево. Но даже при слабом освещении, хорошо различалась добротная стена, собранная из стальных листов, закреплённых на крепком каркасе. В её центре находились широкие ворота и именно туда вели оба железнодорожных пути.

- Ого! Это ещё что такое?

- Склад!

- Ты откуда знаешь?

- Там написано. Видишь указатель?

И действительно, прямо над воротами висел большой деревянный стенд, на котором крупными буквами белой облупившейся краской было написано "Склад № 4".

В длину стена была около тридцати метров, а в высоту порядком пяти-шести метров. Что находилось за воротами, мы могли только догадываться.

- Ух ты! Интересно, что там? Посмотрим?

- Можно взглянуть, хотя я сомневаюсь, что он открыт! Не для нас же его поставили.

- Согласен, но вдруг?

Они, не торопясь, подошли к воротам, а после быстрого осмотра, раздался победоносный возглас Андрея:

- Ха! Открыто! Вон, сверху электромотор стоит.

- Странно!

- Что странно? От кого тут что закрывать? Здесь, как бы, не проходной двор!

- Да, но...

- А ну-ка, что тут у нас? - Андрей с силой толкнул ногой правую дверь.

Раздался противный скрип и лязг, но дверь никуда не двинулась.

- Эй! Что за дела? Мне что, сказать “сезам откройся”? - Андрюха снова не удержался без шуток.

- Это раздвижная дверь, умник! - улыбнулась Катя. - Ты ж сам сказал – электромотор стоит.

- Ах так! - фыркнул обиженный парень.

Пройдя вправо пару метров, он обрадовался.

- Вижу кнопку!

Нажатие возымело эффект и дверь с ещё большим скрипом, медленно поползла за стену. Где-то сверху тихо жужжал электромотор.

За ней обнаружилась кромешная темнота. Андрей с любопытством заглянул внутрь.

- У-у-ух! - прогудел он и тут же отпрыгнул обратно.

- Ты чего?

- Страшно! – прошептал парень ледяным голосом. Похоже, что недавние события уже выветрились из его бесшабашной, но многострадальной головы.

- Хватит дурачиться!

- О, смотрите, рубильник! - заметил Дима.

Прямо за дверью, на обратной стороне был прикручен электрический щит, с большим чёрным рубильником. Дмитрий дёрнул его вниз. Под самым потолком вспыхнули десятки мощных ламп.

- Свет, появись! Я приказываю! - Андрей не унимался.

- О боже! - прошептала Катюха, а затем шикнула на парня. – Ну, хватит уже!

- Вот это да! Ничего себе! - удивлённо пробормотал Дмитрий.

Там, за воротами, длинными рядами стояли танки. Мощные боевые машины, с поднятыми под сорок пять градусов стволами пушек, широкими гусеницами и изящными обтекаемыми башнями. Машины, хоть и были покрыты толстенным слоем пыли, всё равно выглядели грозно, внушительно и агрессивно.

- Это же танки! Да? - спросила Катя.

- Да, причём не просто танки!

- В смысле?

- Это советские "Т-72А1"! Редкие экспериментальные модели! Инновационные разработки конца шестидесятых годов прошлого века. Я про них читал и на "Кубинке" видел. Правда, не совсем такие. Это была революция в советском танкостроении! А эти машины ещё лучше.

- А сейчас?

- Ну... Сейчас они тоже вполне боеспособны, но современным танкам уже не противники: ни по техническим параметрам, ни по огневой мощи.

- Да их здесь около сотни, - присвистнул Андрей, быстро сосчитав те машины, что были доступны взору.

- Смотрите, а там стоят какие-то бронетранспортёры, - заметила Катя.

- Ага! Точно. Это же "БТР 60-П". Тоже новейшая разработка времён начала холодной войны! Их тоже не меньше полусотни здесь.

- А там что? Ящики какие-то. Контейнеры. Бочки.

- Ни черта себе! В ящиках, предполагаю, находится оружие? – Андрей шумно выдохнул. - У меня ещё вопрос, а зачем всё это тут стоит?

- Не знаю, но... Какой толк от танков в туннелях метро?

- В туннелях метро? Никакого! А вот в качестве места для длительного хранения – вполне возможно.

- Всё это, безусловно, красиво, но очень странно... Их как будто для чего-то подготовили, но так и не использовали!

Дмитрий подошёл к ближайшему танку, отыскал крышку, за которой находился двигатель и приподнял её.

- Я так и думал. Всё покрыто солидным слоем масла. Не удивлюсь, если и боевая часть танка в полном порядке. И топливо, и снаряды. Техника реально была к чему-то подготовлена, законсервирована. Причём на многие годы вперёд.

- Смотрите, а вон большая грузовая платформа. На ней, скорее всего, вся эта техника доставлялась сюда. Ну и на ней же технику планировалось вывозить.

- Вопрос, куда?

Вдруг, где-то позади раздался тихий шум. Обернувшись назад, туда, где были ворота, ребята увидели группу людей в уже знакомых им комбинезонах и противогазах на лицах. Их было десять, все вооружены.

- Не двигаться, или откроем огонь! - вперёд вышел высокий человек, с советским автоматом "ТКБ" в руках.

- Ой! - неуверенно хмыкнула Катя. - Вот ведь незадача!

Внезапно вспыхнул мощный прожектор. Позади людей стояла дрезина, а на ней рослый человек управлял ярким лучом света.

- Не двигаться! - раздался суровый голос, усиленный громкоговорителем. - Иначе откроем огонь!

- Приехали! - прошептал Андрей. - Всё, вот сейчас нас повяжут!

- За что, интересно? - удивился Андрей, поднимая руки вверх.

- За то, что мы здесь! - прошептала Катя.

- Это вам не полиция! - хмуро произнёс парень, наблюдая, как к ним шагали шесть человек, с автоматами устаревшей конструкции в руках.

- Не двигаться! - в очередной раз крикнул тот, что вышел первым. Он был облачён в немного другой, более серьёзный комбинезон.

Не опуская оружия, люди быстро окружили нас со всех сторон.

Подняв руки вверх, мы, молча, ожидали дальнейшего развития событий. Тот, кто, возможно, был старшим, медленно подошёл к нам, закинув при этом автомат за спину.

Через тусклые стёкла противогаза ПБФ увидеть его глаза не представлялось возможным, но и так было понятно, что человек смотрел прямо на нас. Его тоже удалось рассмотреть более тщательно. Комбинезон действительно был кустарного производства, с нашитыми сверху броне пластинами и защитными накладками. Поверх комбинезона надет специальный жилет – разгрузка со множеством карманов. На спине небольшой рюкзак, к поясу пристёгнута кобура с торчащей рукояткой пистолета. К бедру прилажен широкий нож в чехле, на ногах чёрные, массивные, ботинки с высоким берцем, и с плотной шнуровкой. А в руках, модель автомата "Коробова ТКБ-517" - достаточно редкий вариант стрелкового оружия. Уже устаревший.

Старший отряда несколько секунд просто осматривал нас, а затем, тяжело вздохнув, медленно обошёл нашу группу по кругу. Остальные неподвижно ожидали, не двигаясь, словно статуи безликих воителей. Сзади послышался характерный шум: командир отряда снимал противогаз.

Дмитрий обернулся, но почти сразу, один из ближайших солдат, вскинул автомат, при этом прошипев:

- Не двигаться! И без глупостей!

- Эй, эй… - Дмитрий интуитивно поднял руки вверх. – Спокойно! Вы чего?

- Молчать!

- Кто дал вам право так с нами…

- Заткнись! – грубо оборвал его командир.- Я майор Доронин! Согласно приказу номер тридцать четыре, я обязан расстрелять вас.

Майор был в возрасте, уже за сорок. Двухдневная щетина говорила о том, что он последние пару дней, не имел возможности следить за своей гигиеной. Значит, он на каком-то задании. Он и его группа.

- Что? Что за глупости?

- И без выяснения обстоятельств вашего пребывания на режимной территории! - чётко продолжил командир, сильным, чуть хрипловатым голосом.

- Что? Расстрелять? - переспросил Андрей, едва не подавившись, от такого оглушительного заявления.

- Именно так! – сухо кивнул тот. - Но, я этого не сделаю.

- Интересно, и почему же? - хмыкнула Катя.

- Молчать! - снова рявкнул командир отряда. - Я не с тобой говорю!

- Грубость второе счастье?! - язвительно парировала девушка.

На минуту вернулась та самая дерзкая, самоуверенная Катюха.

Командир резко повернулся, подошёл к ней, впился взглядом в её глаза и шумно выдохнул!

- Дерзкая? – от него ощутимо несло папиросами и чем-то ещё.

- Не без этого! - ответила та, даже не подумав отвести взгляд.

- Весьма опрометчиво! - затем он обернулся к подчинённым, собираясь отдать команду.

- Мы хотели поговорить с вашим командиром! – мне пришлось окликнуть его, иначе нас попросту расстреляли бы. Это было очевидно.

Человек на мгновение замер, затем резко обернулся, после чего удивлённо вскинул брови и надменно ухмыльнулся.

- Поговорить?! Ну, хорошо, как пожелаете. В дрезину их, живо!

А дальше его люди быстро изъяли все личные вещи, нацепили наручники и, не раздумывая, бесцеремонно вывели их со склада, загрузив их в стоящую у входа большую дрезину.

В течение часа их доставили ко входу в другой бункер, без каких-либо номеров или названий. Дмитрий предположил, что их везли на юго-восток. Всю дорогу с них не сводили глаз, а стволы автоматов постоянно смотрели в их сторону.

Никто из солдат противогаза так и не снял. Впрочем, вполне возможно, что предназначение чёрных противогазов, помимо основного, было нацелено ещё и на устрашение.

Пока дрезина находилась в движении, командир отряда дважды связывался по старой армейской рации с неизвестным лицом, докладывая о нашем задержании.

Несколько развилок и впереди показались первые аванпосты, вполне обитаемые. Перед дрезиной безо всяких вопросов поднимали шлагбаумы и пропускали дальше. Между укреплениями сновали люди в старой, но до боли знакомой военной форме, однако их вид и близко не напоминал снаряжение и обмундирование тех солдат, что везли ребят на транспорте. Судя по всему, это были не просто военные, а что-то вроде штурмовой группы или отряда особого назначения.

Миновал последний аванпост и дрезина, сбавив ход, почти остановилась на большой станции. Платформа была превращена в самый настоящий форт - иначе не скажешь. Андрей насчитал аж четыре пулемёта, кажется, это были советские “ДШК” или “Утёсы”. Повсюду стояли импровизированные ежи с целыми клубами колючей проволоки. Справа и слева были возведены бетонные Дзоты, из бойниц которых торчали крупнокалиберные стволы.

За всем этим был отчётливо виден вход в бункер.

- Это ещё что такое? - тихо спросил Андрей у Дмитрия, но вместо ответа получил удар под левое ребро от ближайшего солдата.

- Молчать!

- Да кто позволил тебе так со... – договорить, он не успел, так как получил сильный удар в подбородок.

Пара минут бессмысленно мыча, парень лежал на полу дрезины, думая только об острой боли.

- Эй? Какого чёрта? - Дмитрий встал, но его тут же грубо усадили обратно.

- Рекомендую вам соблюдать тишину! - дал совет командир, вытащив пистолет из кобуры, и при этом непринуждённо ухмыльнулся. - И больше так не делать!

Дима последовал его совету и нерешительно сел обратно на своё место.

Тяжёлая дрезина окончательно остановилась у входа и ребят без промедления вытолкали наружу. Их рюкзаки выбросили следом.

Командир подошёл к шлагбауму и что-то крикнул. Ограждение тут же подняли, и вся компания под прицелами автоматов двинулась дальше, ко входу в бункер.

***

- Итак, я повторяю заданный ранее вопрос! Кто вы? И какого чёрта вы делаете на режимной территории?

- Мы... – снова произнёс Дмитрий, но его перебил Андрей.

- Почему вы сами не представились?

Возникла напряжённая пауза.

- Майор Скрягин! - небрежно ответил человек в советской офицерской форме. - Я жду ответа на свой вопрос!

Судя по его виду и манере речи, ему было противно наше общество. Он почти этого не скрывал.

- Диггеры!

- Кто? - майор чуть привстал из-за стола, выпучив глаза.

- Диггеры! Мы изучаем Московский метрополитен.

- В самом деле? - имитировал удивление майор и хищно улыбнулся. - А у меня другая информация.

- Какая?

- Вы специально обученные диверсанты!

- Чего? Бред! - оторопел Дмитрий, замахав руками.

- Что это за чушь!

- Чушь? Почему? - майор постарался имитировать удивление, но у него плохо получилось.

- Мы разве похожи на диверсантов?

- Очень похожи! - кивнул Скрягин. - Ваше необычное обмундирование, личные вещи и да, ваш маршрут перемещения. С 1986 года он остался прежним! И ещё...

Майор вытащил из кармана кителя чуть смятую фотографию и показал её Дмитрию.

- Этого знаете?

- Макс! Он жив?

- Пока, да!

- Что значит пока?

- А то и значит! Но его жизнь, как и ваша, зависит от ответов на наши вопросы! - майор осклабился, а затем подхватил чёрную трубку, быстро набрал номер телефона. - Так, ну что там с рюкзаками? Готово? Заносите!

Рюкзаки и их содержимое занесли в изолятор так быстро, что ребята и глазом моргнуть не успели.

- Ну, вот и ещё доказательства! - удовлетворённо произнёс майор Скрягин, взяв в руки найденный нами револьвер и дневник профессора. - И оружие имеется, да?

- Случайно подвернулось по пути!

- А, ну да, конечно! - понимающе закивал майор, усаживаясь обратно за стол. На нём лежала папка с бумагами, дневник профессора, карандаш и два стационарных телефона, один из которых был красный.

- Товарищ майор? - решительно обратился к офицеру один из вошедших солдат.

- Да?

- Тут ещё вот что. Какая-то неизвестная аппаратура... - произнёс он, держа в руках давно вышедшие из строя планшет, GPS-навигатор, MP3-плеер и два смартфона.

- Так! Это ещё что такое?

- Личные вещи.

- Какие к чёрту личные вещи?! А? – взревел офицер.

- Я не понял сути вопроса! - удивился Андрей, включив дурачка.

- Это шпионские устройства! - рявкнул взбешённый не на шутку майор, ударив кулаком по столу.

- Вовсе нет. Это, всего лишь гаджеты. Которые, к тому же, не работают.

- Гаджеты? Ах! Ну, ясно! - злобно засопел Скрягин, а после обратился к подчиненным. - А взрывчатки там случайно нет?

- Никак нет! Мы всё проверили.

- Я бы не удивился. Ладно, сержант!

- Я!

- Ваша любимая работа! Разговора у нас, почему-то не получается. В общем, с задержанными нужно поработать. Не церемониться, но и не доводить до безумия. У вас пятнадцать минут.

- Есть! – хищно оскалился сержант.

Скрягин уже собирался выйти из изолятора, как вдруг раздался телефонный звонок.

- Какого лешего... - он осёкся, увидев, что звонит красный телефон. - Так, тишину соорудили!

Взяв трубку, он громко представился:

- Майор Скрягин! – заявил он, а затем затарахтел. - Да, так точно! Нет, ещё нет! Что? А для чего... Ой, виноват! Есть! Есть! Так точно!

Положив трубку обратно, он устало опустился в кресло и произнёс:

- Отставить, сержант! Позже позабавитесь. В наручники их и к полковнику Зимину! Быстро!

- Есть! - уныло произнёс бугай, уже успевший положить глаз на девушку.

Скрягин вытащил из портсигара мятую папиросу и нервно закурил.

Глава 13. Незваные гости

Открыть глаза не получилось: помешала толстая марлевая повязка, от которой нестерпимо воняло спиртом. Руки связаны, а сам я, судя по ощущениям, был прикован к чему-то твёрдому и плоскому.

Вокруг почти полная тишина, её нарушал лишь мерный гул, да негромкое попискивание каких-то аппаратов. Журчала какая-то жидкость.

Голова жутко болела, тошнило. В глазах, несмотря на повязку, плясали разноцветные зайчики, а в ушах периодически подвывала странная какофония, то нарастая, то стихая. И ещё... С моим мозгом что-то произошло. Я словно был в машине, управлял ею, но рядом со мной был кто-то ещё, иногда дёргая руль на себя. Он очень тихо и монотонно нашёптывал мне очень тихие слова, но я не понимал их смысла. Точнее, вообще не понимал что это слова.

- Ох, где это я? - в моей, поражённой мигренью голове, со скоростью уставшей черепахи пронеслась тревожная мысль. - Что со мной произошло?

Где-то неподалёку раздался лязг. Послышались тяжёлые шаги. Хлопнула дверь. Хриплый, совершенно незнакомый мне голос раздражённо произнёс:

- Германов! Вы забыли? Он не пациент, он заключённый, причём подвергшийся воздействию! - услышал я совсем рядом.

- Мне без разницы! - раздался другой голос, гораздо более спокойный. - У меня есть разрешение лично от товарища Зимина. Я протестирую на нём свою новую сыворотку. И, пожалуйста, не мешайте мне!

- Как скажете! Но, я оставлю здесь охрану! Если он не загнётся от ваших недоделанных лекарств, я буду только рад его пристрелить!

- Майор, вы знаете, что чрезмерно агрессивны? Впрочем, это объяснимо. Предполагаю, всему виной те события 1986 года?

- Вы всё ещё предполагаете, Германов?! Триста человек тогда пытались устранить последствия! Из них выжило сколько, напомнить?

- Не надо, – устало вздохнул Германов. - Я в курсе.

- А я всё равно напомню. Никто не выжил! Эти диверсанты, будь они прокляты...

- Они же получили по заслугам, разве нет? Все погибли!

- Тогда – все, но, вот этого нашли прямо на полигоне! Сегодня утром!

- Считаете, это очередные диверсанты?

- Да, кто же ещё? И если помните, один, в том 1986 году, всё-таки унёс ноги, через ракетный комплекс. И вот, спустя тридцать лет, здесь снова появляются посторонние! Судя по всему, они решили проверить, остался ли кто-нибудь на объекте! Решили довести дело до конца!

- Это, конечно, возможно, но ведь не факт. Если моя сыворотка поможет, я смогу его расколоть... Эй, кажется, он уже очнулся! Колосов, Кузьмин?

- Подтверждаю! – раздался скрипучий голос по рации. – Он очнулся!

***

Я, морщась, с трудом приходил в себя. Но даже будучи в таком жалком состоянии, я вынужден был слушать незнакомые мне голоса. И хотя услышал я совсем немного, но всё-таки получил ответы на некоторые вопросы.

Здесь есть люди. И были всё это время. Какие-то события тридцатилетней давности оставили жирный след. Наверное, речь о той лаборатории и сотне скелетов. Но, на каких диверсантов делал акцент тот, второй?

- Ты, собака! – неожиданно прошипел кто-то у меня над правым ухом. - Только попробуй что-нибудь натворить! Лично выпотрошу!

- Майор, перестаньте! Это лишнее!

- Пусть будет по-вашему, профессор, – голос чуть смягчился.

Меня, почти сразу перевезли в другое помещение. Повязку с глаз убрали, дышать стало значительно легче. Помещение оказалось камерой.

Человек в белом медицинском халате, по фамилии Германов, постоянно задавал мне какие-то вопросы, но я отвечал невпопад.

Приблизительно через шесть часов бесполезных расспросов, когда я уже дико устал, входная дверь моей камеры распахнулась. На пороге я разглядел двух солдат в характерной советской военной форме. Между ними стоял среднего размера зелёный деревянный ящик, частично обёрнутый в несколько слоёв толстой фольгой.

- Заносите! - раздался голос из-за их спин.

- Что это такое?? – сбивчиво спросил я, сделав несколько шагов назад, прижавшись спиной к холодной стене камеры.

- Соблюдайте тишину! - то ли приказал, то ли попросил тот же голос. Солдаты молчали.

Ящик быстро занесли в камеру, опустили на пол. На входе, третий солдат, кажется с какими-то погонами, держал меня на прицеле автомата.

Как только ящик занесли внутрь, моя голова вновь начала кружится. Самочувствие резко ухудшилось.

- Что-нибудь чувствуете? – я узнал голос Германова. - Боль, головокружение?

Я промолчал. И то и другое я почувствовал в полной мере - что есть, то есть!

- Подойдите и снимите фольгу с ящика!

- Зачем?

Вопрос остался без ответа, зато требование повторили снова, но уже настойчивее.

Я, с некоторой опаской подошёл поближе и, надорвав фольгу, отогнул край в сторону.

А дальше, голова взорвалась сильной, тупой болью. Казалось, содержимое головы, пытается вырваться из черепной коробки и убежать так далеко, насколько это вообще возможно. Держась руками за голову, шатаясь, я потерял равновесие и завалился набок, едва не сломав при этом руку.

- Реакция есть! Поставьте ему укол! Быстро!

Кто-то вонзил мне в шею острую иглу.

Сквозь радужные пятна в глазах я кое-как разглядел отходящего от меня лаборанта в белом халате, стоящий зелёный ящик, в котором с горкой лежала та самая смолянистая масса, которая была в яме... В яме! О, чёрт!

Все мои мышцы пронзила боль, схватил паралич.

Я вскрикнул и потерял сознание.

- Пациент! Проснитесь!

- А? Что, такое? Где я?

- Поднимайтесь, живо!

- Сейчас, сейчас!

- Закатать правый рукав!

- О, нет! Что это? Что за дрянь вы снова мне колете?

- Антибиотики!

- Ага, как же, - подумал я, трясущимися руками кое-как закатывая рукав и понимая, что сил у меня практически не осталось.

Я продолжал сидеть в холодной, почти пустой камере, предоставленный сам себе. Прошло уже около суток. Меня притащили сюда почти лишённого чувств, в плачевном состоянии. Каждые два часа мне ставили какие-то весьма болезненные уколы, мерили температуру и зачем-то проверяли состояние ногтей и зубов. Последнее, что я запомнил до того, как очнулся в камере, так это слабое ощущение чужого присутствия в голове, шум в ушах. Перед глазами встала та яма, на полигоне, а внутри неё было что-то страшное... Это ощущение постепенно ослабевало.

- Принесли? Заносите! - послышалось из-за двери.

Практически сразу, звякнул замок, и ко мне в камеру снова вошло двое солдат всё в той же советской военной форме. Они вновь поставили передо мной ящик, накрытый сверху тонкой металлической фольгой.

- Пациент! Подойдите к ящику!

Я не хотел этого делать! Совершенно не хотел!

- Нет! Я не буду. Зачем вы это со мной делаете? – вяло крикнул я, не тронувшись с места. Даже просто подняться с кровати мне было тяжело.

- Подойдите к ящику! – снова потребовал голос.

- Нет! Пока вы... Вы не объясните мне, где я и что тут происходит, я больше... Больше ничего делать не буду. Хотите убить, лучше убейте.

Входная дверь в очередной раз приоткрылась, и ко мне подошёл человек в белом медицинском халате, с маской на лице. Кажется, я его уже видел!

Склонившись надо мной, он пристально посмотрел мне в глаза, шумно выдохнул и негромко произнёс:

- Так... Слушай сюда, парень! Я, профессор Иван Алексеевич Германов. Мне всё равно, кто ты и что ты – я лишь выполняю свою работу. Там, на полигоне, в шахте, ты попал под очень сильное психотропное воздействие, которое должно было тебя убить, но ты жив, и это странно. Впрочем, тесты показывают, что это ненадолго. Какие жуткие последствия тебя ждут, я перечислять не буду. Они будут ужасны. Быть может, ты прямо сейчас склеишь ласты, но, вполне возможно, что тебе может помочь моя новая экспериментальная сыворотка. Тебе вообще повезло, что не получил пулю в голову, прямо там, на месте. Это вам понятно?

Я кивнул. Меня тошнило.

А вот на Германова, стоящий ящик никакого видимого воздействия ящик не оказывал.

- Этого достаточно, - Германов торопливо отошёл от меня и, остановившись у входа, мягко приказал. - Подойдите к ящику! Снимите фольгу!

Я медленно, кое-как повиновался.

- Так-то лучше! Вы, двое, выйдите отсюда! – Германов обращался к стоящим солдатам.

Те, без лишних вопросов быстро покинули помещение.

- Что в нём? – негромко спросил я, понимая, что внутри камеры стоят микрофоны.

- Часть породы из той шахты, – ответил голос из динамика. - Подними фольгу.

Едва я сделал это, мою голову вновь прострелила сильнейшая боль. Я охнул и упал на колени, едва не свалившись на пол. Снова раздался далёкий шум в голове, в глазах опять потемнело. Заплясали зайчики.

- Хорошо, реакция есть! Так, внимание! Параметры в норме. Отлично! Ну, что там? Хватит? Ладно, стоп! Уберите ящик!

Дверь распахнулась и двое солдат, ухватив ящик за ручки, шустро вытащили его наружу, захлопнув дверь камеры.

Несколько минут я просто лежал на полу, желая только одного: чтобы мне стало легче, как можно скорее. Меня потихоньку отпускало, но не так быстро, как хотелось бы. Из носа текла тонкая струйка крови, голова кружилась. А в ушах звенело, зрение то пропадало, то снова появлялось. Тошнило. И ещё ощущался какой-то противный холод в затылке...

- Ну! Как себя чувствуешь?

- Плохо. Очень.

- Понимаю, это вполне ожидаемо! Так, хотите... Я объясню то, что с вами произошло?

Я кивнул головой. Говорить не хотелось.

- Сейчас мы локально имитировали ту ситуацию в шахте, но с гораздо более слабым воздействием. Вы чувствовали холод в затылке?

- Не помню уже. Возможно, да.

- Вспоминайте, это очень важно!

- Чёрт, кажется, да!

- Такой ответ меня не устраивает.

- Что вы от меня хотите?

- Я? Помочь хочу. Я двадцать лет разрабатываю это лекарство.

- От чего?

- От той дряни, что мы раскопали в 1986 году! – неожиданно гневно произнёс профессор, повысив голос.

- Дряни?

Германов проигнорировал мой вопрос.

- Холод почувствовали?

- Да, но на фоне дикой головной боли, этот холодок так себе...

- Хорошо. Значит, прогресс есть, а это уже радует!

Вдруг, дверь приоткрылась, внутрь вошёл человек в офицерской форме.

- Германов! Заключённого требует к себе полковник Зимин!

- Что? Прямо сейчас?

- Да, немедленно!

- Но я сейчас не могу его отпустить...

- Германов, вы оглохли? Зимин вызывает!

- Ох, да-да, конечно! Хорошо!

- Скорее, профессор, - поторопил офицер, но уходить не стал.

- Какие-нибудь ещё новости есть? – раздался голос профессора.

- Вы это мне? – поинтересовался офицер. - Да, штурмовая группа наших “Волкодавов” ещё троих у четвёртого склада изловила и доставила в командный бункер. Но те, вроде без признаков воздействия.

- О! Значит, ещё диверсанты? Это очень любопытно!

- Что... Троих поймали? – я поднялся с места, обращаясь к офицеру.

- Германов, заткните ему рот! Ещё со мной всякая падаль не разговаривала! - брезгливо произнёс военный, отступив от меня словно от прокажённого.

Такой грубый тон, да и само отношение меня просто поразило. С чего такая грубость?!

- Кто дал вам право так со мной разговаривать?

- Заткнись, собака! – ударил кулаком по столу офицер.

- Товарищ майор, вы позволите?! - Германов шагнул вперёд, между мной и офицером.

- Как пожелаете! – презрительно бросил тот, отвернувшись.

- Пациент, я советую вам молчать, - тихо обратился он ко мне.

- Какой я, к чёрту, вам пациент? Вы обалдели! – вскричал я, чувствуя очередной приступ слабости и головокружения.

Майор, выпучив глаза, схватился за кобуру на поясе, но справился с собой и убрал руку.

- Германов, скорее! - он вышел из помещения, вытирая пот со лба.

- Почему этот майор так себя ведёт? – я дрожащим голосом поинтересовался у Германова. – Почему такое нахальное отношение?

- Все вопросы потом! – профессор, заметно нервничая, нетерпеливо сдирал с меня присоски с разноцветными проводами. - Вас требует к себе товарищ Зимин, и именно от него зависит ваша дальнейшая судьба.

- Кто он такой?

- Начальник. Так, всё! Вставайте, руки за спину и идите к выходу! - профессор обратился к охране. – Забирайте его!

Меня быстро, совсем не церемонясь, вывели из камеры, надели наручники и повели вперёд по длинному, слабо освещённому коридору. Справа и слева попадались другие камеры, но они были абсолютно пусты.

У ближайшего поворота нам встретился тот майор, с кем беседовал Германов. Смерив меня презрительным взглядом, он сплюнул на грязный пол и выразительно похлопал по висящей на поясе кобуре, откуда торчала рукоять пистолета.

- Без глупостей, или пристрелю...

- Как собаку? - не дожидаясь эпилога, перебил я. - Я это уже слышал! Майор, я не диверсант!

- Посмотрим! - процедил он, но на этот раз посмотрел на меня несколько иначе. - Шагай! Быстро!

Меня быстро вели по коридорам, то тёмным, то хорошо освещённым. Они были пусты, лишь изредка встречалась солдаты. На моё появление все реагировали по-разному: кто-то встречал разгневанным взглядом, кто-то смотрел с нескрываемым интересом, а кто-то, как сопровождающий меня майор, с нескрываемым презрением. Воздух был на удивление чистым, что натолкнуло меня на мысль о хорошо налаженной работе вентиляционной системы, и, вполне возможно - системы фильтрации воздуха.

Поднявшись на уровень выше, мы остановились напротив небольшого помещения, когда-то бывшего раздевалкой. Помещение, судя по его состоянию, уже давно не использовалось по назначению.

Майор остановился и, обернувшись ко мне, осмотрел с ног до головы, скривился и снова сплюнул на пол.

- Смотреть противно! Не вести же эту... этого... - он слегка замялся. - К товарищу полковнику Зимину! Необходимо переодеться! На склад, живо!

Процесс переодевания в небольшой комнатке, оказавшейся чем-то вроде маленького складского помещения, не отличался хоть чем-нибудь интересным. Мой грязный, изодранный пейнтбольный комбинезон тут же выбросили в помятый мусорный бак. Взамен я получил безразмерную робу, из грубого и жёсткого материала цвета хаки, старые, слегка стёртые кирзовые сапоги.

- Уже лучше! – с ухмылкой констатировал майор, оценив мой внешний вид.

- Ну, замечательно! – недовольно произнёс я, увидев своё отражение в зеркале.

- Что, не нравится? – насмешливо ухмыльнулся офицер.

- Выгляжу, как бомж!

Ещё бы. Осунувшееся лицо, опухшие глаза, бледная кожа - чем не эталон красоты? Да и прошло уже немало времени с тех пор, как я полноценно спал, лёжа в нормальной кровати. Практически ничего не ел уже двое суток. А в придачу ко всему - трёхдневная щетина, спутанные грязные волосы, чумазое лицо, местами расцарапанное и покрытое пятнами крови. Одет как бездомный колхозник, времён середины семидесятых годов. А ещё запах... Весь мой внешний вид говорил о том, что вместо двадцатитрёхлетнего парня, в помещении находился сорокалетний заросший алкаш, которого кошки подрали.

- Да, обувь – просто жесть! Они же деревянные! - возмутился я, кое-как встав на ноги.

- Бомж? Это ещё кто? - не понял офицер, проигнорировав мой комментарий по поводу обуви.

- Неважно! - отмахнулся я, совершенно не желая ему объяснять, кто такой бомж и почему я на него похож.

- Заключённый! Шагом марш, на выход. Хватит тут строить из себя...

Каково же было моё удивление, когда через несколько минут, поднявшись по железной лестнице ещё на два уровня вверх, мы оказались в хорошо освещённом, чистом фойе. Моему взору предстали гладкие бетонные стены, выкрашенные светло-зелёной краской. На полу уложен дорогой лакированный паркет, который блестел так, словно его натёрли несколько минут назад.

У дальней стены стояли деревянные кадки с искусственными цветами, два ряда старых, но судя по их состоянию - мягких кресел и небольшой стол с пустым стеклянным графином. Поверх паркета была уложена ковровая дорожка, ведущая к двери в конце комнаты. Чистота и порядок. Здесь, прямо в центре помещения, под внимательным наблюдением шести вооружённых охранников, стояли мои друзья.

Дмитрий и Андрюха о чём-то тихо беседовали, а Катя осматривала висящие на стенах дипломы и фотографии в деревянных рамках.

- Ребята, привет! - произнёс я, едва мы поднялись по лестнице.

- Макс? Макс! Ты живой, здоровый? - заметивший меня первым Димка, хотел было рвануть ко мне, но его грубо остановили. Андрюху просто оттолкнули в другую сторону, а девушку ухватили за руку, не позволяя подойти ко мне.

- Назад! Вас предупреждали! - крикнул один из охранников, поднимая автомат.

- Да плевать! Макс! Ты как? - Дмитрий проигнорировал предупреждение.

- Всё нормально, - улыбнулся я, но почти сразу, стоящий позади меня майор, произнёс что-то язвительное.

- Нам сказали – ты при смерти. Сказали, что ты попал под какое-то сильное воздействие...

- Ерунда! Всё чушь, жить буду!

- Недолго! – презрительно хмыкнул майор. – Ладно, хватит болтать. В одну шеренгу построились, живо!

В дальнем конце этого помещения находилась массивная, хорошо лакированная дубовая дверь, с ярко-красной табличкой. Мы подошли прямо к двери. На табличке, золотистыми буквами было выведено: “Полковник К.В. Зимин”.

- Вот и всё, пришли! - майор осклабился и приоткрыл дверь - Советую отвечать правдиво на все вопросы.

Он осторожно постучал в дверь, выдержал опредёленную паузу и потянул дверь на себя.

- Товарищ полковник?! Заключённые доставлены! Разрешите заводить?

В ответ тишина. Он хотел уже прикрыть дверь обратно, решив, что зашел не вовремя, но не успел.

- По одному. Сначала того, что был найден на полигоне! - раздался оттуда сильный хриплый голос.

- Есть! - он быстро обернулся ко мне. - Ты! Заходи!

Я оказался в большом, довольно просторном кабинете, хорошо освещённом, но, разумеется, без окон. В кабинете чувствовался запах табака и крепкого кофе. Вдоль всех стен стояли разнообразные шкафы, стеллажи, тумбы, а на них стопками лежали документы, папки, книги. Все в строгой последовательности, судя по нумерации. Были и отдельные шкафы с висящими на них бирками со странными названиями. Я успел разглядеть лишь пару из них: Проект “Сияние” и “Изделие № 271”.

Так же я заметил, что и мебель расставлена довольно комфортно, с определённым вкусом. Справа от меня притаились два кожаных дивана, за ними стеклянный шкаф с какими-то экспонатами, а слева солидных размеров кресло.

В центре, перед креслом, расположился крепкий и, безусловно, очень дорогой рабочий стол из красного дуба. И именно за ним, за стопками бумаг сидел крепко сложенный человек в военной форме. На вид ему было пятьдесят или чуть больше.

- Занятно! Этот день всё-таки настал, да? - спросил он сильным, чуть хриплым голосом, впившись в меня серыми глазами.

- Простите, что? - не понял я.

- День! Этот день настал! - он приподнялся, осмотрел меня с головы до ног, усмехнулся и сел обратно, при этом покачав головой. - Ну, Петров!

- Какой день? – я не мог понять, о чём он говорит.

- Тридцать лет прошло! - вдруг произнёс Зимин, вместо ответа. – Проходи, не стой там!

Я подошёл ближе и смог, наконец, рассмотреть его ближе. Высокого роста, широкий в плечах, в прекрасной физической форме. Широкое лицо, с выступающими скулами, редкие волосы с сединой. Холодные серые глаза, кривая, коварная улыбка. И крупный рваный шрам на левой щеке, плавно спускающийся на шею. Интересно, кто его так? Облачённый в хорошо выглаженный военный китель, с начищенными до блеска бронзовыми пуговицами, он производил соответствующее впечатление.

- Кто вы? - спросил я.

- Я полковник Константин Зимин. Начальник военного научно-исследовательского комплекса "Астра -1". Но, вам, ведь об этом и так известно, верно?

- Нет, неизвестно, – я отрицательно покачал головой.

Полковник многозначительно ухмыльнулся.

- А я считаю иначе...

- Почему вдруг?

Он ухмыльнулся ещё раз, более выразительно, но ничего не ответил. Продолжая с интересом осматривать меня, он вытащил из верхнего ящика стола пачку сигарет, вытащил одну, понюхал, после чего поджёг и закурил.

- Давай так, парень! Не надо тут показывать свои актёрские таланты... Я всё знаю!

- Что знаете?

Он отбросил в сторону зажигалку. Чувствовалось, что он медленно начинал злиться, хотя и старался не показывать этого.

- Вы обученная команда специалистов, намеренно засланная сюда, с целью выяснить, остался ли кто-нибудь в живых. И если да, то закончить дело.

- Чего? – я не поверил своим ушам. Более того, меня даже передёрнуло от его слов.

Надо же, какое смелое и решительное заявление. С чего это вдруг?

- Я наблюдаю удивление! - он встал из-за стола и опёрся на него руками и снова впился в меня глазами. - События 1986 года. Вы тогда почти довели дело до конца.

- Я ничего не знаю о событиях 1986 года, - недоумённо произнёс я, в первую очередь, почему-то подумав об аварии на Чернобыльской АЭС.

- Ложь! – неожиданно вскрикнул он. - Какого чёрта? Водишь меня за нос?

Я снова не понял вопроса. Для меня происходящее было словно в густом тумане. Складывалось впечатление, что я говорю с ненормальным человеком. Но его слова... И почему снова прозвучало упоминание о 1986 году? Уже не в первый раз.

- Полковник! Я понятия не имею, о чём вы! - повысил голос я в ответ.

Он внимательно посмотрел мне в глаза, снова усмехнулся и шумно выдохнув, сел обратно в кресло.

- Я смотрю, по-хорошему не хочешь? – он потрогал висок. - Будешь продолжать ломать комедию? Ну, ничего, скоро и ты, и все твои сообщники по-другому заговорите.

- Да объясните уже, наконец, что тут происходит? Что случилось в 1986 году?

Полковник откинулся на стуле, сложил руки на животе и пристально, даже слегка отстранённо уставился на меня.

- Хорошо, я расскажу, – наконец выдал он. - Но, после того как я закончу, вы пожалеете о том, что так бездарно заявились сюда! Вас ждёт расстрел!

- Я уверен, что бы вы мне сейчас ни рассказали, насчёт нас вы глубоко заблуждаетесь! И в свою очередь, я предупреждаю вас о ложном обвинении!

Зимин неожиданно расхохотался.

- Угрозы? Мне? Это же глупо! - он привстал, упёршись руками в столешницу. – Вы не понимаете где вы?

- Не понимаю. К делу! – отрезал я.

Полковник шумно выдохнул, сверкнул холодными глазами и уселся обратно в своё кресло. Затянувшись сигаретой, он выдохнул облако дыма и заговорил.

- В 1946 году, в Советском Союзе была создана крупная, генетическая биологическая лаборатория, которая впоследствии превратилась в мощный военный центр под общим названием “Микробиологический Институт Генетики Красной Армии”. Сокращённо – “МИГКА”. Во время начала холодной войны, дабы минимизировать утечку информации, институт был целенаправленно разделён на несколько крупных объектов, размещённых в разных частях Московской области. Там велись разработки по созданию бактериологического оружия, проводились исследования сложных вирусов и бактерий. Проводились новейшие эксперименты. В 1949 году, секретным приказом № 356, поступившим от товарища Сталина, в полусотне километров от Москвы, решено было построить секретный подземный объект – из состава “МИГКА”, основной задачей которого, являлось бы наращивание военных и научно-биологических ресурсов. Задача была значительно упрощена тем, что в то же время строилась вторая очередь московского метрополитена. Объект возводился преимущественно пленными немцами, под видом обыкновенной ветки метро. Из-за того, что до самого города было слишком далеко, была тщательно разработана правдоподобная легенда о создании междугороднего подземного туннеля метро.

По окончании строительства все рабочие были расстреляны или отправлены в концлагеря, как военные преступники. Все они, разумеется, погибли. В 1952 году объект был завершён и начал свою работу. Постепенно были введены новые задачи. Основными направлениями являлись не только генетика и биология, но также медицина, физика и химия. Наука продвигалась сразу по всем направлениям. Затем спектр наук стал ещё шире. Преимущественно молодых, перспективных учёных различных специальностей, у которых ещё не было семей, отобрали для работы на этом объекте.

- Каких учёных?

- Всех специальностей. Физиков, химиков, математиков, биологов, генетиков, технологов. Задействованы были все направления. Это был личный приказ товарища Сталина. Помимо этого, были и другие приказы. Но товарищ Сталин неожиданно умер, а наша работа, после определённых изменений, продолжилась в строгой секретности. На поверхности, в Министерстве обороны, лишь узкий круг лиц знал о том, что происходило внизу. Это тщательно хранилось в секрете. Более тридцати лет объект успешно справлялся со всеми задачами. Десятки инновационных открытий, сотни изобретений... Новейшая военная техника, оружие, медикаменты, яды, топливо... Некоторые из этих разработок были отправлены на поверхность и внедрены в массовое производство. Объект быстро строился, увеличивая собственные внутренние территории и резервы.

В 1985 году, мы начали работу над строительством нов... - полковник осекся на полуслове. Неожиданно, справа и слева, под самым потолком, одновременно вспыхнули красные лампы, а где-то позади меня завыла противная сирена.

- Какого чёрта? - Зимин вскочил с места, схватил телефонную трубку и без церемоний рявкнул туда: - Дежурный! Что? А ну, повтори!

Отбросив её в сторону, он засучил рукава, подскочил ко мне и ухватив меня за шею, заорал:

- Ну?! Сволочь! Ваша работа?

- Я не... Не понимаю... – захрипел я, пытаясь вырваться. Хватка у него была железная.

- А я ведь хотел по-хорошему! - он вдруг отпустил меня и швырнул на пол. - Петров!

- Я! - дверь распахнулась и в кабинет, под дружный вой сирен, ввалился вспотевший, порядком потрёпанный майор. - Там, эта... Авария!

- Знаю! - отмахнулся полковник. - Этого доставить обратно к Германову! Пусть по горло накачает его своей экспериментальной химией, до тех пор, пока он не сдохнет, подобно собаке. Остальных в карцер! Гнить!

Майор осклабился.

- Есть! Охрана, сюда! - он только и ждал чего-то подобного. – Этого ведите обратно к Германову! А тех, троих, в изолятор!

- Подготовьте мне дрезину, живо! - приказал Зимин, затем подошёл к массивному железному шкафу в углу комнаты и распахнул двери. - Главного инженера и всю обслугу реактора к объекту! Аварию устранить в самые короткие сроки!

- Есть!

Последнее, что я успел увидеть до того, как меня вывели из кабинета, это какой-то странный, громоздкий комбинезон, который Зимин извлекал из шкафа.

- Вы? Это вы сделали? - спросил меня побледневший профессор Германов, закрывая дверь моей камеры.

- Да что сделал-то? - взорвался я. - Что, чёрт возьми, происходит?

- Реактор! Ядерный реактор, обеспечивающий энергией весь комплекс, в аварийном состоянии. Там произошёл взрыв.

- Ни я, ни мои друзья ни в чём не виноваты. Поверьте!

- Вы считаете, я должен вам верить? Почему?

- А есть причины не верить? - спросил я, но поздно сообразил, что произнёс глупость - у Германова, как и остальных, был основательно промыт мозг. Что тут за ерунда творилась все эти годы? Что за идеология? Откуда эти предрассудки о диверсантах?

- Полковник только и ждал вашего появления... Он говорил... – осёкся Германов.

- Да сволочь ваш полковник! - перебил я. - У него паранойя! Свихнулся совсем!

- Почему?

- Да потому! - вскрикнул я. - Потому, что любой, кто, неважно по каким причинам, любым причинам, случайно окажется в этом месте, сразу же будет приписан к диверсантам! Это же бред! Вы со стороны это послушайте!

- Окажется случайно? Это секретный объект Министерства обороны! Здесь не проходной двор.

- Ну мы же здесь! – я развёл руки в стороны. - Мы понятия не имели, что тут... всё это. Мы секретное Московское метро искали.

- Этот объект – часть того самого секретного метро! Хотя, конечно, отрезанный от основного метрополитена.

Я замер, мгновенно успокоившись. То есть, получается, что наша первоначальная версия о метрополитене всё-таки реальна?

- Отсюда есть выход?

- Разумеется! Но вам к нему не пройти! Личный приказ Зимина!

Глава 14. Побег

Разговор с профессором оказался весьма продуктивным. Германов, хоть и относится к моим словам с явным недоверием, но был вовсе не из числа параноиков, в отличие от самого полковника Зимина. И хотя я всё ещё находился в камере, приказ полковника – накачать меня химией, Германов выполнять почему-то не спешил, а это не могло не радовать. А несмотря на то, что кроме Зимина, профессора и того майора дознавателя я больше ни с кем не контактировал, общая картина мне уже была известна - нас заведомо, без разбирательств, заклеймили как врагов. Без выяснения обстоятельств, проверок. Действительно, зачем всё усложнять?

Выход отсюда был, но со слов профессора добраться до него было невозможно. Полковник об этом позаботился заранее. Но зачем? Чтобы отсюда никто не выбрался или чтобы сюда никто не проник? С чего такие жёсткие меры предосторожности? Опять предрассудки о коварных диверсантах и врагах? Нет, то, что это секретный объект понятно... Зимин сказал, что от Сталина были получены и другие приказы. О деятельности этого объекта знал лишь узкий круг лиц... В Министерстве обороны! Кто? Если меня не обманывает память, то в последние годы управления Советским Союзом, на самой верхушке были какие-то интриги! Вдруг, то, что происходило тут... Нет! Рано делать какие-либо предположения. Есть ещё много чего, о чём я и понятия не имею... Пока не имею.

В течении двенадцати следующих часов трижды отключался свет, а красная лампа в конце коридора, которую я видел из-за решётки своей камеры, странным образом мерцала. Похоже, авария на реакторе оказалась довольно серьёзной. Сирена выла, не смолкая ни на минуту, и, хотя монотонный источник воя был далеко, очень скоро боль в голове дала о себе знать. Сидеть и ждать неизвестно чего, в тесной тёмной камере – то ещё удовольствие.

В углу моей комнаты прямо к стене была прикручена складная железная кровать, точнее, её жалкое подобие. Без матраса, но зато с тощей, прохудившейся подушкой и рваным одеялом. Я и сам не заметил, как оказавшись на кровати, практически мгновенно заснул. Дикая усталость, слабость и нервное истощение взяли своё.

Прошло больше суток с тех пор, как их доставили в бункер и после разговора с дознавателем, определили в камеру. Небольшая тёмная комната, всего три на четыре метра, стальная решётка, две откидных кровати – вот собственно и всё.

На холодном полу присутствовали следы обитания крыс. Запах был соответствующий.

- Эй! Какого чёрта? – первые несколько часов Андрей, Дима и Катя реагировали на заточение в камере весьма предсказуемо. – Выпустите! Не имеете права!

И лишь потом они начали адекватно воспринимать происходящее.

- Это же советские войска! – удивлённо повторял Андрей. – Слышите?! Советские войска! Ха!

- Но как такое возможно?

- Очень просто. Они на этом объекте находятся очень давно, причём, похоже, полностью отрезаны от внешнего мира. Здесь сохранился тот же режим, какой был когда-то в СССР.

- Это понятно. Но как они здесь жили всё это время?

- А что тут непонятного? Электричество есть, воду, скорее всего, добывают в одном из подземных источников. Пища? Ну, выращивают каких-нибудь животных. Может быть, провизии из стратегических запасов. Консервы там, крупы. Хотя, крупа столько не проживёт.

- Но откуда они вообще взялись? Что делают люди на такой глубине?

- Какой-то научно-исследовательский центр. Ещё тех времён. Что-то произошло, вот они и оказались взаперти.

Разговор повторялся снова и снова. Но настал тот момент, когда им надоело обсуждать случившееся.

Когда всё-таки их отвели наверх, где и произошла встреча с живым Максимом, внезапно сработала тревога и их снова вернули обратно в камеру.

- О! Да, похоже, у них случилось что-то серьёзное! – Андрюха вместо того чтобы поспать, упорно пытался рассмотреть хоть что-то из-за решётки, но за углом ничего интересного он увидеть так и не смог.

Пару раз через коридор пробегали взбудораженные группы вооружённых людей в тёмно-серых комплектах РХБЗ. Мигали красные лампы, выла сирена.

- Может что-то взорвалось? - Катя, устало зевая, искренне желала всему этому комплексу поскорее развалиться на части. Разумеется, после того, как они его покинут.

- Или утечка топлива, например. А, может, даже пожар?

- Хватит гадать. Лучше давайте подумаем, как отсюда выбраться. И как Макса найти, есть идеи?

- Да. Сломать замок и выйти. Найти оружие... И бежать.

- Куда?

- На карте, той, что мы нашли в бункере, был выход, помните? Он где-то в этой части комплекса. Или нет?

- Этот замок не сломать, - покачал головой Андрей, осмотрев дверь. - Сделан на совесть.

- И что нам делать? Сидеть и ждать?

- Может, попробуем пошуметь? Вырубим охрану, а? Тут всего один охранник. Остальным не до нас. Дима, что скажешь?

- Стоит попробовать. Но как?

- Вы серьёзно? – не поверила Катюха. Но убедившись, что это так, добавила: - Доверьте это мне! От вас требуется только имитировать какую-нибудь эпилепсию! - Катя встала с деревянной лавки, подошла к решётке и закричала:

- Эй! Помогите! Сюда, скорее!

- Ты думаешь, это прокатит? - усмехнулся Дмитрий. - Такое только в фильмах возможно!

- Не забывай, эти отшельники фильмов не смотрят. А уж американских - тем более!

- Вполне разумно.

- На пол, оба! Быстро! - Катя замахала руками. - Сюда идут!

Парни послушно плюхнулись на пол, кое-как изображая приступы эпилепсии. Ладно бы один, а то сразу оба - выглядело просто дико. И довольно глупо.

- Ну, что тут у вас? - у решётки появился молодой, сонный лейтенант, с кожаной кобурой на поясе.

- Вот! Им плохо. У них какой-то приступ. Мне страшно! - заголосила девушка, пустив слезу для убедительности.

- Чёрт! Сейчас доктора вызову! - пробормотал офицер, растерянно осматривая камеру.

- Какой доктор? Это же эпилепсия! Им срочно помощь нужна!

- Что это такое? – растерялся лейтенант.

- Это... Это... Да помогите же! - зарыдала Катя, увидев, что Андрюха старался изображать приступ всё более убедительно.

- Ладно! Ну-ка, отойди туда, в угол. И руки держи на виду! - парень нерешительно снял с пояса ключи и принялся открывать камеру.

Замок щёлкнул дважды. Вдруг где-то вдалеке раздался гулкий взрыв. И пол, и стены чуть вздрогнули.

- Эй! Что там ещё за? - офицер оглянулся назад, но ничего не увидел. Неожиданно погас свет.

Катюха оторопела. Да и Андрюха с Димкой явно этого не ожидали. Лишь пара тусклых красных ламп под самым потолком, кое-как освещавших коридор, пару раз мигнули, после чего одна из них погасла совсем.

Дверь в камеру была открыта, а бестолковый офицер-охранник, с открытым ртом топтался на входе, смотря при этом совсем в другую сторону.

Вот он шанс! Всё сложилось как нельзя кстати! Нужно действовать!

Парни вскочили с загаженного крысами пола почти одновременно. Один ухватил военного за шиворот и притянул к себе, ударив коленом в живот, другой, сбоку двинул его кулаком прямо в ухо. Лейтенант от неожиданности хрюкнул, взвыл, мешком плюхнулся на пол, после чего неуклюже потянулся было за пистолетом, но, получив хороший удар по рёбрам – заткнулся. А уже через секунду, видимо осознав, что происходит, тот принялся орать так, словно его резали. Но из-за перехватившего дыхания, изо рта вылетало лишь невнятное бульканье. Удар в челюсть заставил его заткнуться. Андрей вытащил из его кобуры пистолет.

- Тихо! - произнёс Дима, прошептав охраннику на ухо. - Молчи и останешься жив! Кивни, если понял.

Лейтенант, всхлипывая, послушно кивнул, вытирая выступившую из носа кровь.

- Хорошо! Где находится наш друг, знаешь?

Офицер снова кивнул.

- Отведёшь нас туда!

Лейтенант испуганно замотал головой.

- В смысле нет? Это была не просьба! - Андрей прислонил пистолет к его виску.

- Я не... Я не могу!

- Жить хочешь? Веди!

***

- Макс! Макс! Вставай! Какого чёрта ты разлёгся?

- Что? - от неожиданности, я буквально подскочил на кровати, пытаясь собрать глаза в кучу. Спустя несколько секунд, разглядев растрёпанного Андрюху, с "Калашниковым" в руках, ещё пару мгновений, тупо продолжал смотреть на друга, не веря своим глазам.

Входная дверь была приоткрыта, а рядом с ней, лёжа на полу, мычал охранник, с тряпкой во рту.

- Но как? - только и смог пробормотать я, тем не менее, торопливо надевая левый сапог.

- Чего ты копаешься? - возмутился парень. - Шевелись! Тут долго находиться нельзя!

Несколько секунд и я выбрался из камеры, а моё место занял охранник, оказавшийся младшим сержантом. Попытавшись высвободиться, тот получил прикладом по голове. Уже через полминуты, он лежал в камере, без сознания, с внушительной шишкой на затылке.

- Андрюха, где остальные?

- Там! В лазарете! - неопределённо махнул головой Андрей, закрывая камеру. - Вот, держи!

Он сунул мне в руки пистолет "Макарова".

- Шесть патронов в магазине и в стволе один!

- Зачем он мне?

- А ты думаешь, тебя отсюда просто так отпустят? Да нас тут за собак держат! - нервно хохотнул Андрей, затем внимательно посмотрел мне в глаза. - Что они с тобой сделали?

- Не знаю, я почти не помню. Кололи какую-то сыворотку. Что у них там случилось? – я указал на мерцающие красные лампы.

- Да чёрт его знает... Вроде авария реактора у них! Я, конечно, не ядерщик, но ему, похоже жить недолго осталось. Они ввели красную тревогу. Почти вся охрана там.

- Как вы выбрались из изолятора?

- Да, так. Не составило особого труда. Просто, молодого охранника развели на дешёвый трюк. Тот повёлся. Катюха его обманула, ну а мы завладели оружием. Пока тебя нашли, ещё двоих охранников пришлось обезвредить.

- Круто! Что делать дальше, не решили?

- Сначала нужно как-то покинуть этот бункер, а там уже сообразим куда двигать дальше.

Мы свернули за угол, и перед нами оказалась узкая бетонная лестница, ведущая на уровень вверх. Быстро поднявшись по ней, мы оказались в лазарете, где нас уже ожидали Дмитрий и Катя. Рядом с ними, на кресле сидел помятый профессор Германов, с кровоподтёком под глазом. Чуть поодаль, прямо на полу сидели ещё два то ли лаборанта, то ли санитара. Оба с ненавистью и опасением косились на Дмитрия, вооружённого вторым "Калашниковым".

- Макс! Ты цел?

- Вроде, да! Вы как, нормально?

- Ты! – Андрюха пнул в колено профессора. - Как отсюда выбраться? Говори!

Германов лишь мычал, вертел головой, но говорить отказывался.

- Что это с ним? – поинтересовался я, осматриваясь по сторонам.

- Да он нас как увидел – попытался себе что-то вколоть. Почти получилось. Сломали иглу. Не успел всё загнать в себя.

- Германов? Эй! - наклонившись к нему, я попытался привлечь его внимание, хлопнув по плечу, но тот продолжал мычать что-то нечленораздельное, не обращая на меня внимания. Его глаза закатились куда-то внутрь.

- Без толку! - махнул рукой Дмитрий.

- А эти двое что тут делают?

Лаборанты на полу нервно зашевелились, услышав, что говорят о них.

Вдруг красные лампы разом потухли, а уже порядком надоевший вой сирены практически стих.

- Так! - медленно произнёс Дима, осмотревшись по сторонам. - И что это значит?

- Либо аварию устранили, либо...

- Устранили, не переживайте! – вдруг откуда-то из-под потолка, раздался голос полковника Зимина, усиленный электроникой.

Я обратил внимание, что здесь в лазарете, что в коридорах, под потолком висели аудиоколонки. Теперь понятно для чего они.

- Зимин? - тихо спросил меня Андрей. – Начальник объекта, что ли?

- Он самый! Главный маньяк. Считает нас диверсантами.

Андрей устало расхохотался.

- Вижу вам весело? - сухо поинтересовался полковник. - Так я вас огорчу! Вы окружены! За попытку побега вы будете расстреляны сегодня же!

- Германов! - я подошёл к профессору. - Как отсюда выбраться?

В ответ всё то же мычание. Да что за дрянь он себе вколол?

- Предлагаю вам сдаться! – уверенно продолжил Зимин. - Выхода нет!

- Всё, хана вам! - победно выкрикнул один из лаборантов. Он хотел ещё что-то сказать, но не успел - Андрей дал ему смачную затрещину.

- Эй! Полковник? - крикнул я, надеясь, что где-то рядом был микрофон.

- Да?

- Кто мы? - я внимательно осматривал помещение.

- Что за вопрос? Враги. Коварные диверсанты!

- А почему?

- Не играй со мной, подлый пёс! - злобно процедил в микрофон Зимин, но после короткой паузы всё-таки ответил. - Потому что из-за вас объект был выведен из строя.

- В 1986 году?

- Именно так! Но к чему эти разговоры? Вам никуда не уйти! Сейчас, пока мы разговариваем, мои люди окружают лазарет.

Едва он произнёс это, как из северного прохода выскочили два охранника с автоматами, но увидев, как Дмитрий уже берёт проход на прицел, быстро рванули обратно, едва не растоптав друг друга. Дима дал короткую очередь вдогонку, раскрошив в клочья висевший на стене термостат и пару деревянных панелей.

- Не лезьте сюда! - крикнул Дмитрий. – Не то замочу!

- Макс! Зачем ты с ним разговариваешь? - Андрюха недоумевал, но глаз не сводил с южного прохода.

- Тяну время! Посмотри туда! - я ткнул пальцем в висящий на стене стенд противопожарной безопасности.

- Ну и?

- Там электронный блок управления. Пожар был бы весьма кстати. Если сработает, помещение затянет углекислым газом. Зажигалка есть?

- Есть. У лейтенанта отобрал. Но дальше что? Мы же тут задохнёмся!

- Не задохнёмся! Смотри, там – решётка вентиляции! Внизу, видишь? Ломаем её и валим отсюда.

- Ну, хорошо! А дальше?

- А дальше придумаем!

- Там точно углекислый газ? Не вода?

- Точно. Поджигай ту корзину с мусором.

Андрюха быстро вытащил корзину на центр лазарета, затем швырнул туда подожжённую тряпку.

- Ну? Что вы решили? - поинтересовался полковник Зимин. – Сложите оружие и сдадитесь? Или мне дать команду штурмовать лазарет?

- Эй, полковник?

- Да?

- Иди на хрен! – крикнул я, приложив в комплект всё своё злорадство.

При этих словах Дмитрий сильным ударом разбил стекло стенда и нажал большую красную кнопку. Раздался резкий противный сигнал пожарной тревоги. Через несколько секунд, из-под скрытых в потолке труб, с характерным шипением ударили белые клубы углекислого газа. Они быстро начали заполнять помещение.

- Надо же – работает! – поразился Дима. - Ломаем решётку вентиляции!

- Чем?

- Ногами!

Ударом ноги Андрей проломил лёгкую алюминиевую решётку, и первый влез внутрь. Из южного прохода показался солдат, но ничего не увидев, он нырнул обратно. Следом за парнем полезла Катя, предварительно дав очередь по южному проходу.

Весь лазарет затянуло белым дымом, да так, что видимость резко упала до полутора-двух метров. Дмитрий, опустошив магазин по другому выходу, проскочил вперёд меня, быстро скрывшись в вентиляционной шахте. Уже собираясь влезть следом, я увидел в метре от себя задыхающегося от кашля Германова. Быстро приняв решение, я ухватил его за шиворот и волоком затащил в шахту, после чего последовал за ним.

Глава 15. Шевченко

- Нормально, сойдёт для небольшого перекура! - Андрюха удовлетворённо кивнул, быстро осмотрев слабоосвещённое помещение.

Сорок минут ползания по вентиляционным шахтам никому не пошли на пользу – их, судя по всему, никогда не чистили. Мусора как такового тут не было, но грязи и пыли хватало с избытком. Перемазавшись с ног до головы, постоянно чихая и кашляя, даже задыхаясь, мы всё-таки выбрались из вентиляции где-то на самой окраине бункера.

Место, куда мы попали, представляло собой длинное, но узкое помещение, с целой сетью толстых труб, баков и котлов, основательно поеденных ржавчиной. Довольно высокий потолок был основательно затянут пыльной паутиной. Судя по всему, это была старая бойлерная, или даже небольшая котельная. Освещение имелось, но из-за того, что часть ламп была разбита, а часть вообще отсутствовала, света было крайне мало. В дальней части помещения был виден огромный котёл, сразу за которым был переход в другое помещение. Похоже, сюда уже очень давно никто не заглядывал.

- Удивительно, но почему нас никто не преследовал? - заметил Дмитрий, едва мы выбрались из шахты.

- В том потрясающем кипише, что мы устроили в лазарете, сразу и не сообразишь, куда мы пропали. Да уже и неважно. Вряд ли, кто-то полезет за нами по вентиляции. Вырвались – хорошо.

- Макс, а этого, зачем прихватил? - Катя склонилась над распростёртым телом бесчувственного профессора.

Германов, во время передвижения по коммуникациям, потерял сознание, поэтому последний отрезок пути, мне пришлось с большим трудом тащить его волоком за собой.

- Он может быть полезен. И к тому же хорошо ко мне относился. Я думаю, не составит особого труда вытащить из него правду. Да и есть к нему пара вопросов, личного характера.

- В этом есть смысл. Уж он-то точно может рассказать нам о случившемся?

- Отдохнём немного, а заодно, может быть и профессор в себя придёт.

- Проклятье! Все наши вещи остались у дознавателя Скрягина, - вздохнула Катя, стряхивая грязь с потёртого комбинезона. - Даже переодеться не во что!

- Ага, на меня посмотри! – криво усмехнулся я. – Красавец, да?

- Словно с золотых приисков сбежал. Сапоги не жмут? - хихикнула девушка, внимательно меня осмотрев. – А роба-то, часом, не от Юдашкина, а?

- Эй! Я кое-что нашёл! - вдруг послышался голос Андрея из соседнего помещения.

- Что там?

- Сами посмотрите!

Пройдя в соседнюю комнату, мы увидели висящий на верёвке человеческий скелет в остатках военной формы. Висельник, однозначно.

Через плечо у мертвеца был переброшен офицерский кожаный планшет, а к поясу была пристёгнута кобура. Зрелище было неприятное.

- Это ещё кто такой? - удивился Дмитрий. - И почему он здесь качается?

- Боюсь, у него мы уже ничего не узнаем! – заметил Андрей. - Впрочем, как думаете, может стоит проверить, остались ли у него признаки жизни? Ну, там пульс пощупать, давление проверить, а?

- Да нет, тут всё очевидно! - Катя хоть и неумело, но тоже попыталась разрядить атмосферу.

- А ну-ка, посмотрим, что у него в планшете? - Дмитрий с некоторым трудом расстегнул заклёпку и высыпал содержимое на пол.

- Ничего особенного. Блокнот, карандаш. Карта ещё вот. Тетрадь. Горсть пистолетных патронов, спички, компас.

Катя обошла висельника и наткнулась на лежащий в углу жёлтый лист бумаги, исписанный чернилами. Подобрав его, она показала остальным.

- Смотрите! Это похоже на предсмертную записку!

- Да? И что там написано?

- Читаемо? Чернила не смазались?

- Вроде нет. Нормально.

- Тогда читай!

Если вы меня нашли, знайте! Лаптев, Зимин и Штрасс перешли все границы. Картавин погиб, но процесс уже запущен. Наверху всё ещё ничего не знают. Штрасс всё контролирует. Но у них ничего не получится. Всё было ошибкой. Я спутал им планы. Лучше смерть, чем такое клеймо. Зимин никогда не получит мои разработки. Никогда не доберётся до "Гаммы-3".

Я останусь тут, им меня не достать.

Лена, люблю тебя!

Прощайте. Подполковник Шевченко О.А.

25 июля 1986.

- О как! Кто-нибудь улавливает суть?

- Суть?

-Да! Эта записка почти ничего не объясняет! Ну, Лаптева и Зимина мы знаем. Шевченко, получается, перед нами. А Картавин ещё кто такой? О чём таком важном наверху не знают? И о каком запущенном процессе идёт речь?

- Так много вопросов, но, ни одного ответа.

- Знаете, мне кажется, что эти товарищи, указанные в записке, затевали что-то ещё. Что-то крупное! Может, какой-то заговор или что-то в этом роде. И в этой записке сказано, кто за всем стоял. Штрасс?

- Штрасс! Наш профессор? Вот это поворот. Так значит, получается, он не жертва. Он организатор!

Андрей внимательно осмотрел скелет подполковника. Ни шевронов, ни погон, ни принадлежности к какому-либо роду войск. Да и форма странной, зеленоватой расцветки. Интересно, почему так? А самое непонятное – в кобуре пистолет, а он решил повеситься! Зачем?

- Эй! Я нашёл выход! Дверь такая же, какие были в том бункере, где нас держали. Но замок намеренно выведен из строя прямо отсюда. Похоже, наш скелет, по фамилии Шевченко, сам себя здесь запер.

- Очевидно, что его так никто и не нашёл? Сколько же он тут висит?

- Мы нашли. А для остальных он, скорее всего, мёртв. Если записка была написана тогда, когда случилась та дичь, что мы нашли в лаборатории, то неудивительно, что его не стали искать. Лет тридцать прошло, не меньше.

- А дверь открыть можно?

- Думаю, да. Тут болт выкручен и стопорное кольцо снято. Если поставить обратно – всё заработает.

- Попробуй, но аккуратно. Не поднимай шума. Мало ли, вдруг там за дверью охрана.

- Хорошо.

- Ребят, здесь этот Германов... Он вроде очнулся. - Катя заглянула обратно в бойлерную.- Точно, очнулся.

Порядком растрёпанный профессор сидел у котла, облокотившись о стену. Весь покрытый грязью, он сильно смахивал на бездомного, коих в Московском метрополитене пруд пруди. Вид у него был жалким, да и его самочувствие, скорее всего, было соответствующим.

Подойдя к нему, я уселся на край широкой трубы, ожидая его реакции.

- Вы? Максим, что... Где я? Что случилось?

- Всё хорошо. Вы потеряли сознание, когда в лазарете вспыхнул пожар. Нам пришлось спешно убираться оттуда через вентиляцию. Как ваше самочувствие?

- А! О боже... – он осмотрел Андрея и Катю. - Вы, все здесь?!

- Тише, тише! Как я и говорил, мы никакие не диверсанты. И понятия не имеем, что тут творилось до нашего прихода. Мы не желаем вам зла!

- Ага, как же... А реактор? Авария на реакторе!

- Да хлам ваш реактор, - Дмитрий перебил меня, крикнув из прохода, - выработал свой ресурс. Я что-то сомневаюсь, что ему устраивали капитальный ремонт за эти тридцать лет! А может, и все пятьдесят!

- Это, конечно, верно... Но разве это не странное совпадение? Вы появились, и реактор неожиданно вышел из строя!

- Мы здесь ни при чём, профессор, уверяю вас!

- Вы, может быть, и нет. А если есть другие? Такие же, как и вы, а?

- Наш единственный друг, Сергей, потерялся ещё в ракетном комплексе. А других тут нет.

- Как вы узнали про ракетный комплекс? – удивился Германов.

- А это что, тайна?

- Из дневника одного профессора, – пояснила Катя.

- Дневника? Какого ещё дневника? Какого профессора?

- Германов, а почему вы не выполнили приказ? - я проигнорировал его вопросы.

- Что? - профессор испуганно округлил глаза и побледнел. - Какой приказ?

- А что, их было много? - задал я встречный вопрос.

- Что вы имеете в виду?

- Приказ полковника Зимина! Накачать меня химией, чтоб подох, как собака, - цитировал я, вспоминая его слова.

- Я... Собирался сделать это позже.

- Чушь! Вы этого вообще не собирались делать! Потому что вы другой!

- А? – актёр из профессора был неважный.

- Почему?

- Ну, хотя бы потому, что это не гуманно. Вы правы – я не собирался выполнять отданный мне приказ.

- Причина не в гуманности!

- А в чём?

- Вы мне скажите!

- Но я уже сказал...

- Ложь! Профессор, скажите мне правду, хотя бы потому, что я спас вам жизнь.

Германов промолчал.

Я не хотел его торопить, понимая, что он вот-вот сломается. Давить тоже не следовало. Ну, разве что очень осторожно.

- Или сейчас вы выплёвывали бы собственные лёгкие, надышавшись углекислого газа.

- Ну, да. Хорошо. Я вам, конечно, благодарен. Я, правда, не собирался выполнять его приказ. - Германов замялся. - Зимин давно превратился в озлобленную машину, бредившую о грядущем вторжении каких-то одному ему известных диверсантов. Он убедил всех, что рано или поздно сюда явятся враги. Максим, поклянитесь, что вы не диверсанты! И явились сюда не для того, чтобы уничтожить этот комплекс!

- Клянусь!

- Хорошо, - он облегчённо вздохнул, немного помедлив.

- Простите меня, но я не мог поступить иначе. Я не сторонник методов Зимина, но обязан ему подчиняться.

- Я понимаю.

- Мне сложно об этом говорить, ведь я поступаю так, как не должен.

- Профессор, расскажите обо всём. Всё, что здесь происходило за эти годы! С чего всё началось?

- Рассказать вам всё? Ну, хорошо... – он задумался. - Ещё в 1949 году...

- Это я уже знаю, – бесцеремонно перебил я. - Зимин рассказал о создании этого объекта. Кстати, как он всё-таки называется?

- Объект "Астра - 1".

- Что произошло в 1986 году?

- Это непросто объяснить.

- А вы попробуйте. Мы никуда не торопимся. Время есть!

- Хорошо, – он набрал в лёгкие воздуха, затем шумно выдохнул. - Ну, раз вы знаете о деятельности и истории этого комплекса... Хм! События, которые привели к катастрофе, начались немного раньше, в конце 1985 года. Тогда, при расширении внутренних территорий, наш проходческий щит наткнулся на источник сильного электромагнитного воздействия. Часть оборудования дала необъяснимый сбой, другая же вообще вышла из строя окончательно. Решив, что мы обнаружили новый, неизвестный тип магнитной руды, командованием объекта было принято начать бурение.

- Наверняка это была не совсем руда, верно?

- И да, и нет. Там, на большой глубине, фиксировалось не только электромагнитное воздействие, но и что-то ещё. У личного состава всего за несколько дней в разы участились случаи нервного расстройства, дезориентации, спонтанных резких перемен настроения, эмоциональных перегрузок. Чем дальше, тем больше. Неожиданно начался массовый суицид. Пока шло бурение, вся команда бурильщиков, за одну смену и по неизвестной причине просто сошла с ума. Это было страшно. Обезумевшие, они напали на охрану, совершенно не отдавая отчёта своим действиям. Их удалось остановить, только применив огнестрельное оружие. Из двадцати шести человек бурильщиков, только четверо остались в живых. Выживших обездвижили, а затем оперативно доставили в "Бункер № 17", для изучения. Практически сразу отдел связи отправил шифрованную телеграмму на поверхность, в контролирующий нашу деятельность отдел Министерства обороны. Тогда как раз заканчивалось строительство ракетного комплекса на поверхности, прямо над секретным объектом. Но, судя по всему... Каким-то образом произошла утечка информации. Сюда тайно проникла группа диверсантов, которая, под видом советских учёных, сразу же направилась к месту бурения. Чем они там занимались и какие исследования проводили – мы не знали. Знал только полковник Зимин. Правда, тогда он был всего лишь капитаном. Лишь спустя пару дней, он сообщил, что с поверхности никого сюда не отправляли. Когда наше командование решило арестовать диверсантов, они... - Германов осёкся, почесал затылок, но после паузы, с трудом подбирая слова, продолжил: - Там, на полигоне что-то произошло... Наши вооружённые отряды неожиданно открыли огонь по своим, вели себя неадекватно. Связь нарушилась. Началась жуткая бойня. Она длилась около недели. Потом наступило кратковременное затишье. Люди, возвращавшиеся с полигона, уже не были людьми в привычном понимании...

- Как это?

- Одержимые необъяснимым безумием, изуродованные, покрытые огнестрельными ранами, они убивали всё, до чего могли добраться. - Германов старательно подбирал слова. - Одни были напрочь лишены эмоций, другие же – наоборот: демонстрировали бурное негативное восприятие всего окружения. И действовали они все как один – почти коллективно, словно ими управляли извне...

- Извне?

- Очень сложно это объяснить. В общем, данная теория так и не была подтверждена... Но некоторые наблюдения косвенно всё-таки подталкивали к этой мысли.

- Эти учёные-диверсанты раскопали источник психотропного воздействия? Они добрались до него?

- Да. Перед всем этим безумием из шахты начали вывозить странную смолянистую породу, с диким фоном неизвестного излучения. Психотропного... Даже сейчас эту породу можно найти практически во всех основных туннелях. Как сообщили те учёные, её собирались вывозить на поверхность и переплавлять. Я полагаю, что именно она и стала источником массового бешенства. Слишком долго с ней контактировали работающие в туннелях люди, охранники, да и солдаты тоже.

Как вы остановили распространение этой заразы?

- Ну, собственно... Это никакая не зараза. Это нечто совсем иное, до чего наша наука ещё не дошла. Биоэлектрическая составляющая. Мы не смогли изучить сущность, так как не было, да и до сих пор нет необходимого оборудования.

- Но что-то же было придумано?

- Моему отцу, начальнику лаборатории генетики, тогда и так несказанно повезло - он и несколько лучших умов в сжатые сроки разработали экспериментальную сыворотку, которая кратковременно, но весьма ощутимо снижала воздействие на человеческий мозг. Так, применив сыворотку, мы заперли всех зараж...

- В лаборатории, так? - перебил я, сопоставив факты.

- Вы там были? - прошептал удивлённый Германов. - Ну, конечно, были. Я вижу это по вашим глазам. Нам пришлось, другого выхода не было.

- А затем просто расстреляли там всех?

- Нет, по крайней мере, не всех. Многих оставили для изучения. Однако из этого ничего хорошего не получилось. Часть пациентов сбежала и едва не затопила весь комплекс грунтовыми водами.

- Чем?

- Здесь, в одном из бункеров, есть проход к большому подземному озеру.

- О, даже так? А что же диверсанты? С ними что?

- Их осталось всего шестеро. Они бежали, причём бежали через метромост, к строящемуся ракетному комплексу, тем же путём, через который они и попали сюда. Но уйти удалось только одному. Его имя Вильгельм Штрасс!

- Ох, как всё закрутилось...

- В каком смысле?

- Штрасс! Это профессор... Тот, у которого мы выкрали дневник. Из-за него мы тут и оказались. Карта, фотографии, планы... Они привели нас сюда!

- Что? Так это он послал вас?

- Нет, вовсе нет. Мы не знали друг друга, просто встретились случайно, в университете. Он был приглашён туда как почётный гость, с целью демонстрации своей научной работы. Штрасс сам подошёл к нам, начал рассказывать про секретное метро, про тайны, про ужасы, которые он там, якобы, видел. Показал нам свой дневник. Позднее, мы выкрали записи, потому что не поверили его рассказам и из любопытства решили посмотреть сами. Так мы и оказались здесь.

- Эта история невероятна. Я думаю, что он намеренно ввёл вас в интригу. Ему было нужно, чтобы вы заинтересовались и нашли это место. Он ждал, что вы его украдёте!

- Может быть, вы и правы. Хотя, я не понимаю для чего это ему. Он узнал о пропаже дневника и последовал за нами. Когда мы проникли в ракетный комплекс, он... перерезал верёвки, по которым мы сюда спустились. С ним был какой-то человек в маске. Мы оказались отрезанными от внешнего мира.

- Слишком много совпадений. А что за люди?

- Не знаю. Мы видели только одного, но из его речи мы поняли, что их много. А при чём тут вообще диверсанты? Других версий у вас не было?

Германов замялся при этих словах, но быстро взял себя в руки.

- Максим, вы не поняли? Холодная война была в самом разгаре. Как только просочилась информация... Нет, не так. Я неправильно начал, – профессор как-то занервничал. - В Советском Союзе действовали сотни шпионов. Каким-то образом, перехватив информацию о секретном подземном объекте Вооружённых Сил СССР, её тут же передали куда нужно. Группа, проникшая сюда, прибыла с определённой целью – уничтожить или вывести объект из строя, сорвать все работы. И им это удалось.

- То есть, это были иностранцы?

- Я не знаю, как правильно это объяснить. - Германов снова замялся. - Но это были враги.

- Ну, всё... Странно всё это... Выходит, сюда проникла вражеская диверсионная группа, а вы их просто пропустили? Как же так?

- Нет, вы не понимаете. Мы их ждали. Об их прибытии нам сообщили заранее!

- Кто?

- Командование!

- Вы что же думаете... Вас подставили? Решили ликвидировать весь объект? Или всё-таки утечка информации? Вы сплели две версии в один клубок.

- Нет, но... Да, всё потому, что не было никакой информации. К тому же, контакт с командованием был потерян.

- А если это было не командование?

- Я не... Я.. - профессор не знал, что сказать. - Возможно и так.

Я слушал профессора и не верил своим ушам. С одной стороны, профессор Германов рассказал нам очень многое, с другой же - явно не всё... Некоторые из моих догадок были верны. Но о том, что эта катастрофа была инициирована свыше, мы и догадываться не могли. Зачем? Кому это было нужно? А если нет? Если всё не так? Что могло вызвать такое решение? И как, чёрт возьми, понимать слова Германова по поводу предательства? Так всё-таки, это утечка информации или что-то другое?

Профессор что-то скрывает, однозначно. Что-то очень важное. Увиливает, но неумело. Зимин ничего не успел рассказать, но кто, как не он знает истинный ход событий?

- Профессор, а кто такой Картавин?

- Откуда вы о нём знаете?

- Неважно. Кто это?

- Начальник материально-технического обеспечения объекта, - осторожно произнёс профессор, явно не ожидая подобного вопроса.

- А кто такой Лаптев? Антон Лаптев?

- До событий 1986 года управлял одним из отделов научно-военного центра. Также является начальником "Бункера № 17". - Германов весь сжался, словно его поймали на горячем.

- А подполковник Шевченко?

- Откуда вы знаете всех этих людей? – поразился он, округлив глаза.

- Я скажу вам позже. Кто такой Шевченко?

- Заместитель начальника комплекса генетических лабораторий.

- Хорошо. И что связывает все эти фамилии?

- Они...

Вот, пожалуй, мы и подошли к той самой черте, которую так боялся перейти Германов. Я нутром чувствовал - профессор либо что-то не договаривает, либо лжёт, рассказывая сказки. Пытается запутать. Чем больше он рассказывал, тем больше вопросов я ему задавал. Германов сам себя закапывал в яму, почему-то не решаясь рассказать всё до конца. Он заметно побледнел, покрылся холодным потом. Нужно было дожимать его, но осторожно, иначе правду мы не узнаем никогда.

- Что связывает все эти фамилии? Они что-то собирались сделать, так? Собирались, но не успели?

- Я не знаю. Фамилии мне хорошо знакомы, но я не...

- Хватит врать! - вскричал я, затем ухватил его за шиворот грязного халата и подтянул к себе. - Посмотрите на себя! Я же вас насквозь вижу - вы мне врёте. Вы всё знаете! Рассказывайте правду!

- Нет, я не могу, – он отрицательно замотал головой. - Нет.

- Можешь! Говори! – я, сам не заметив, перешёл на “ты”.

- Нет!

Вдруг из соседнего помещения раздался сдавленный крик, а затем тяжёлый удар. На бетонный пол упало что-то железное и тяжело покатилось. Послышались возня, хрипение, шорохи.

- Андрюха, что там такое? - громко спросил Дмитрий, повернувшись в сторону выхода.

В ответ снова хрипение.

- Сидите! Я посмотрю. - Катя привстала с трубы и, подойдя к проходу, заглянула в соседнее помещение.

Там, у распахнутой двери на полу лежал Андрей, пытаясь задушить человека в военной форме. Ещё один сидел у стены в неестественной позе. Тот, которого душил Андрюха, сдавленно хрипя, пытался вырваться, но тщетно. Второй, что сидел у стены, слегка пошевелился и, похоже, начал приходить в себя. Судя по всему, он был оглушён.

Ещё до конца не оклемавшись, он потянулся за висящим на поясе ножом, но Андрюха, извернувшись, умудрился двинуть его ногой прямо в лицо.

- Чёрт! Сюда! - крикнула девушка.

Сначала Дима, а следом и я бросились к ней. Увидев происходящее, мы бегом рванули на помощь.

Всё закончилось быстро.

- Андрюха, что произошло? - спросила девушка, осматривая рану у друга - один из непрошеных гостей успел вонзить ему нож в правое бедро.

- Пока вы там этого доцента развлекали, я починил замок. Затем и дверь открыл. Ах, черт! Больно-то как. Кто же знал, что у них тут аванпост сторожевой рядом. Эти двое шум услышали, видимо, решили проверить. Ну, я спрятался, а как только они вошли, одного трубой по голове двинул, а второй успел нож выхватить. Ну и вот. Чёрт, больно. Кровищи-то натекло сколько – жуть.

- Нас позвал бы! - Димка перетягивал снятым ремнём бедро пострадавшего чуть выше раны, стараясь остановить кровь.

- А если там ещё эти ненормальные? Шум бы подняли. Так хоть вообще никто не знает, куда мы из лазарета рванули. Времени не было вас предупреждать. Да и я думал, что сам как-нибудь справлюсь.

- Хорошо хоть в ногу. Конечно, и в ногу нехорошо, но... Если бы в живот или грудь - всё было бы намного печальнее.

- Не было времени. Ох, чёрт.

- Вот, хорошо. Вроде не течёт!

- Да, вроде бы держит, но тебе нужны медикаменты. Рану перевязать бы. А у нас ничего нет. Не хватало тебе ещё заражение подхватить.

- Так, Дима, давай-ка, мы с тобой наведаемся на этот аванпост. Уж там медикаменты точно должны быть. Катя! Кать?

Девушка, замешкавшись, вышла из бойлерной. На ней лица не было.

- Ты чего?

- Наш профессор отъехал.

- В смысле?

- Сами посмотрите.

Германов, свесив голову на бок, неподвижно сидел у той же стены, где и ранее. Однако теперь, грязно-белый халат был ярко-красным от крови. Его шея была разорвана от края до края, а в левой руке Германов держал острый кусок ржавого металла. Профессор был мёртв.

- Зараза! Чёрт! Ну вот зачем, а?!

- Нельзя было его одного оставлять. Он чего-то дико боялся. Вот и нашёл способ замолчать. Эх! Германов, Германов - старый маразматик!

- Сколько ему было? За пятьдесят?

- Да, какая теперь разница? Правду узнать теперь не у кого!

- Сами виноваты. Видели же его состояние! Вот дурак старый.

- Чёрт с ним. Надо Андрею поскорее помочь.

- Катя, побудь с ним. Мы быстро на аванпост смотаемся. Аптечку найдём.

- Хорошо, будьте осторожнее там!