Преимущества старых законов продолжение

Глава 98 - Безумная скука

Воскресенье, 21 апреля 1996 г.

Другой мужчина подошел к возвышению, установленному у одной из стен, и упал на колени перед волшебником, сидящим в стоящем там богато украшенном кресле. Красные глаза встретились с карими на, казалось, бесконечные мгновения, прежде чем мужчина снова встал на шаткие ноги, поклонился и отступил, освобождая место для следующего.

Люциус наблюдал за разворачивающейся сценой с края толпы, поскольку он был одним из первых, кто предстал перед своим Господом и открыл свой разум. Теперь он стоял здесь, вспоминая те несколько раз, когда рейд или миссия проваливались так эффектно, что Темный Лорд подозревал измену в их рядах, прибегая к Легилименции, чтобы найти предполагаемого предателя. Но в то же время, поскольку это было до жути знакомо, различия были настоящей причиной, по которой он стоял здесь, стараясь не хихикать как сумасшедший.

Во-первых, закончив, каждый Пожиратель Смерти подошел к корзинке, наполненной маленькими пузырьками со специальным зельем от головной боли, получив по одному для борьбы с неизбежной болью после того, как Легилименс запрыгал у них в мозгу.

Затем был тот факт, что боль была минимальной, совсем не такой жгучий ожог, каким он был в прошлом. Либо его Лорд достиг нового уровня в своих способностях, позволяющего избегать причинения боли, либо раньше его это не волновало. Люциус был склонен полагать, что его Лорду тогда нравилось причинять другим боль из-за того, что этот человек до сих пор не был Мастером Легилименции.

Но самым ошеломляющим изменением был буфет, рядом с которым стоял Люциус.

Это был более чем изысканный фуршет. На самом деле, он идеально вписался бы в подношения, которые Нарцисса просила эльфов приготовить для одного из ее приемов. Часть стола была посвящена сладостям – казалось, что она была больше остальных частей – от маленьких изысканных пирожных до цукатов и маленьких вазочек с различными кремами и заварным кремом. И они тоже были восхитительны. Затем было несколько тарелок с бутербродами – от огурцов до курицы, маленькими сосисками, завернутыми в тесто, сыром, небольшими булочками и так далее. На блюдах были представлены целый поросенок, баранина, утка. Люциус был уверен, что это было больше еды, чем все присутствующие могли съесть за день.

Надеюсь, это не займет так много времени. Была поздняя ночь воскресенья. Люциусу действительно хотелось оказаться дома со своей женой и дочерью после долгого дня общения с прессой от имени министра.

После того нападения на деревню общественность потребовала немедленных действий. И осуществить это действие было на самом деле не так-то просто. Большая часть дня была потрачена на оценку ущерба, нанесенного деревне, исцеление тех, кто был ранен, и планирование того, что еще можно было сделать. Директриса согласилась предоставить убежище всем живущим в Хогсмиде, которые не хотели – или не могли – сразу вернуться в свои дома. Палаты Хогвартса были самого высокого качества, и это было единственное место с достаточным количеством свободных комнат, чтобы вместить такое количество людей. Не было никаких сомнений, что замок был построен с учетом возможности того, что в нем потребуется укрытие для большого количества людей.

"Можешь что-нибудь порекомендовать?" кто-то спросил Люциуса, который обернулся посмотреть, кто прижался к нему.

"Бенджамин". Люциус кивнул в знак приветствия. "Я еще многого не пробовал. Но крем-брюле довольно вкусное".

Уделяя больше внимания буфету и его предложениям, чем Люциусу, Бенджамин обратился к своему товарищу-пожирателю Смерти, действуя небрежно, но никого не обманывая. "Мне безумно любопытно, кто или что стало причиной появления щита, который спас положение. Возможно, вы знаете не больше, чем говорят слухи?"

Люциус поставил пустой флакон, с которым он играл, на буфетный столик, где он тут же исчез, и взял маленькую вазочку с шоколадным муссом, который он еще не пробовал, прежде чем ответить на этот многозначительный вопрос. "Я, конечно, мог бы порассуждать. Но, думаю, это было бы глупо с моей стороны". Не то чтобы Люциусу не было любопытно после срочного и короткого письма, которое он получил от своего сына. "Я думаю, что предположение о том, что многие умы сосредоточены на одной и той же цели, являющейся причиной, является самым правдоподобным, что я слышал до сих пор".

Бенджамин взял пирожное с начинкой, похожей на вишню, и неторопливо повернулся, чтобы посмотреть на Люциуса. "Правда? Судя по тому, что я слышал, у большинства на уме была паника. И, оглядываясь назад на историю, мы не находим ни одного другого случая, когда происходило что-то подобное. И в нашей истории было больше катастроф, заставляющих людей думать о безопасности, чем можно с комфортом сосчитать. "

Люциус сдержал вздох. Итак, Бенджамин также получил новости от своего сына – точнее, от своего старшего сына – и пытался подтвердить, что наследник их Лорда имел какое-то отношение к щиту. Их Лорд до сих пор хранил молчание по этой теме, и Люциусу пришлось предположить, на данный момент, что они должны держать это в секрете, насколько это возможно.

"Что ты хочешь, чтобы я сказал? Я не Невыразимый и, следовательно, не эксперт по необычным магическим явлениям". Надеюсь, Бенджамин быстро поймет.

На мгновение между ними повисла тишина, Бенджамин ел свою выпечку, и они оба смотрели, как идиота проклинают за то, что он высказался вне очереди перед кем-то, на кого хотел произвести впечатление, рискуя их операциями из-за того, что Люциус смог уловить из тирады, которую их Лорд не совсем кричал.

Размахивая волшебной палочкой, чтобы избавиться от липкости теста, Бенджамин напевал, когда следующий Пожиратель Смерти подошел к своему Лорду. "Я тоже не эксперт в этом. Как вы думаете, у нашего Господа было время разобраться в этом? Такая необычная магия должна быть чем-то, что его заинтересовало бы. Не так ли?"

Люциус бросил на собеседника безразличный взгляд, только чтобы получить в ответ легкую ухмылку. Человек, приводящий в бешенство. "У кого-нибудь действительно было время на что-нибудь? Это первая нормальная трапеза, в которой не приходится спешить с переездом из одного места в другое с момента нападения. Я думаю, у нашего Господа забот даже больше, чем у любого из нас. "

Бенджамин снова напевал, поворачиваясь к буфету, чтобы взять маленькую тыквенную выпечку, осторожно обходя еще двух мужчин, которые что-то ели. "Наверное, ты прав, Люциус. Я постараюсь воздержаться от спекуляций и просто буду благодарен за то, что Тео не пострадал."

Люциус кивнул. Он тоже был благодарен за то, что Драко не пострадал или кто-либо другой из детей. "Да. То, что никто серьезно не пострадал, действительно заслуживает благодарности". И если они оба были правы в своих предположениях, наследник их Лорда, скорее всего, имел какое-то отношение к чудесному щиту. И большая часть волшебной Британии могла быть в долгу перед мальчиком, которому еще нет шестнадцати.

Когда к ним подошел еще один Пожиратель Смерти, явно заинтересованный поболтать, Люциус пожалел, что Северуса здесь нет. Спрятаться за дискуссией, посвященной зельям, было бы сейчас идеально. Но в свете того факта, что Северус был Мастером Окклюменции и вполне способен оградить кого угодно от своих мыслей, было разумно, что этого человека здесь не будет.

Закатив глаза на Бенджамина, который быстро подавил ухмылку, Люциус смирился с неизбежным и затеял словесную перепалку с низшими чиновниками Министерства в рядах их Лорда.

ооОоо

С усталым вздохом Марволо тяжело опустился в кресло за столом в своем кабинете в Штаб-квартире. Вечер был долгим.

Прежде чем Марволо смог собраться с силами, чтобы позвать Белену и попросить зелье от головной боли и чего-нибудь поесть, то и другое просто возникло прямо перед ним на столе, в то время как незаконченные документы, письма и тому подобное были свалены в кучу сбоку от стола.

Сначала потянувшись за флаконом с зельем, Марволо пробормотал "Спасибо, Белена" в воздух, уверенный, что эльф сможет услышать. Без лишних раздумий из флакона была выдернута пробка, а зелье выплеснуто обратно. Выполнение легилименции над таким количеством людей истощило его и вызвало легкую головную боль.

Скорчив гримасу, Марволо решил не думать обо всех слишком личных подробностях, которые он узнал во время поисков возможного сообщника Террориста-Ревунчика среди своего народа. Вместо этого он внимательно рассмотрел тарелку с едой, которую любезно предоставил ему эльф.

Там был сэндвич с какой-то олениной и намазкой на майонезной основе, а также небольшая горка нарезанных соломкой моркови и огурца. Но большую часть тарелки занимали сладости. Тыквенные пирожки — два из них — миниатюрные вафли с шоколадным соусом, кекс и свежие ягоды.

Марволо быстро расправился с едой, начав с бутерброда и овощей, потому что ему нужно было выработать привычку сначала есть здоровую пищу. Когда миссис Питерс заметила, что Маркус начал подражать Марволо в том, что касается еды, он понял, что ему нужно постараться быть ответственным взрослым и подавать хороший пример своему младшему сыну.

Было действительно поздно, но в надежде, что Гарри ещё не спит, Марволо взял зеркало, которое всегда носил с собой, и, прежде чем активировать его, повернул отражающую поверхность к себе.

«Отец!» — Гарри ответил так быстро, что Марволо понял: зеркало было рядом, и Гарри ждал.

"Гарри. Ты выглядишь так, словно тебе пора спать". И мальчик заснул. Он был слишком бледен, даже в тусклом свете больничного крыла, и у него были мешки под глазами.

— Тогда тебе не стоило посылать профессора Снейпа за зеркалом, отец. В этом ответе слышалась лёгкая насмешка, и Марволо не знал, злиться ему или смеяться.

«Я хотел убедиться, что у нас есть быстрый способ связи. Но ты прав. Я предполагал, что ты останешься, чтобы мы могли поговорить». На стол опустился поднос с чашкой, чайником, сахарницей и маленькой тарелкой с печеньем — ещё одно напоминание от Хенбейна о том, что Марволо нужно пить и есть.

— Чем ты занимался? Что нового? — спросил Гарри, довольно быстро сменив тему, что Марволо прекрасно понял. На самом деле он не хотел обсуждать свои привычки.

"Министерство в настоящее время занято выяснением того, как восстановить деревню и как лучше обезопасить ее. Я проверил, не упустил ли я чего-нибудь среди своих людей. Кроме того, кто слишком много хвастался перед некоторыми ведьмами тем, что он Пожиратель Смерти, я не нашел никого, кто был бы замешан во всей этой истории с ревуном. " Он не видел причин делиться со своим сыном примерами необычных сексуальных практик или домашнего насилия. Он мог планировать что–то предпринять по поводу последнего - первое могло бы вдохновить на некоторые исследования из любопытства к человеческой природе, – но ему не нужно было рассказывать своему сыну о личных делах других людей.

"Это хорошо?" Голос Гарри звучал неуверенно, и Марволо кивнул.

"Это хорошо. Потому что мне нравится думать, что даже тогда у меня оставалось достаточно разума, чтобы выбирать себе в подписчики людей, которые знали, что лучше не делать ничего подобного для достижения своих целей. С другой стороны, остается еще немало возможных подозреваемых ". По крайней мере, теперь в его рядах были в основном разумные люди. Он ущипнул себя за переносицу, когда вспомнил два случая домашнего насилия.

"Ты будешь держать меня в курсе?" Спросил Гарри, зевая.

"Если ты пообещаешь следовать указаниям целительницы Гринграсс и мадам Помфри, так ты быстрее поправишься". Потребовал Марволо с ухмылкой на лице. Они оба были слизеринцами. Почему он должен просто следовать требованию Гарри?

Гарри фыркнул и закатил глаза. "Она говорит, что мне запрещено использовать какую-либо магию и что мне нужно оставаться в постели. Ты знаешь, как это ужасно скучно?"

"Я мог бы привести Нагини, чтобы составить тебе компанию?" Предложил Марволо, представив, как его фамильяр свернется калачиком на Гарри, убедившись, что он остается в постели ее собственным уникальным способом.

Взгляд, который Гарри послал ему в ответ, был испепеляющим. "Не смей! И я не думаю, что мадам Помфри или профессор Макгонагалл в любом случае позволили бы ей остаться в замке".

"Вероятно, нет". Марволо уступил. "И ты будешь следовать указаниям мадам Помфри?"

Гарри фыркнул. "Наверное. Если я собираюсь это сделать, мне, вероятно, следует закончить разговор и пойти спать. Тебе следует сделать то же самое ".

"Возможно". Марволо усмехнулся, когда Гарри закатил глаза. "Я закончу кое-какие дела, после этого пойду домой. Я хочу, чтобы ты решил, хочешь ли ты, чтобы стало известно, что это ты создал щит, или нет. Чем скорее я узнаю, тем лучше. Приятных снов, Гарри."

Гарри снова сверкнул глазами и проигнорировал просьбу, когда ответил. "Приятных снов! И не засиживайся слишком долго. Я не прочь попросить Целительницу Гринграсс следить за твоим сном!" Что касается угроз, то этот был слабым и сильным одновременно. Хотя Малкольм Гринграсс был его личным целителем и, следовательно, имел некоторый авторитет, он также был Пожирателем Смерти и из-за этого находился под властью Марволо.

"Я не думаю, что в этом будет необходимость. Осталось не так уж много дел, и я приму дозу снотворного, чтобы как следует отдохнуть". Гарри расслабился после слов Марволо, и они быстро закончили разговор, оставив Марволо дописывать письма перед тем, как отправиться домой.

Следующая неделя обещала быть напряженной. Ему действительно нужно как следует отдохнуть.

оооООооо

Понедельник, 22 апреля 1996 г.

Он наблюдал за извилистыми узорами, которые дождь и ветер создали на окне прямо рядом с его кроватью. Они были довольно интересными, образуя маленькие речки, которые исчезали так же быстро, как и появлялись, каждый раз огибая места, где, вероятно, к окну прилипло немного грязи.

Это было завораживающе.

О, кого он разыгрывал? К этому времени ему было безумно скучно. И он начинал расстраиваться из-за отсутствия активности. Наблюдать за дождем за окном было хоть каким-то занятием.

Надеюсь, его друзья принесут ему что-нибудь почитать после уроков. Даже книга по истории магии подошла бы.

Откинувшись на спину и уставившись в потолок, Гарри подумал о террористе-Ревуне и просьбе Марволо о том, что ему нужно решить, о чем должна узнать общественность.

Если бы он сказал "да", чтобы проинформировать общественность, он привлек бы еще больше внимания. Но это было бы за то, что он действительно сделал. Не за жертву его матери, его имя или тот факт, что он был усыновлен, а за магию, которую он действительно применил.

Он действительно хотел, чтобы все знали, что он творил магию, которая произвела впечатление даже на Марволо? На этого человека было не так-то просто произвести впечатление.

Нет, на самом деле он предпочел бы, чтобы никто не знал, что он способен творить магию на уровне, который другие считали невозможным. Возможность страха перед кем-то более могущественным, Невыразимых, требующих использовать его для своих исследований, безмозглых фанатов, желающих чего-то от него, и всего остального, о чем он не подумал, не была привлекательной перспективой.

Но повредит ли их сообществу не знать, откуда взялся щит? Гарри не был уверен, и это вызывало у него беспокойство. Мог ли он быть эгоистичным и позволить публике поверить, что это было своего рода чудо?

Только прибытие его друзей смогло прервать эту спиральную цепочку мыслей. Благословение, если бы Гарри спросили.

"Я собрала конспекты и домашние задания со всех ваших уроков за день", - было первое, что сказала Гермиона, когда она вошла во главе небольшой группы, собиравшейся после окончания занятий и перед ужином.

"Я тоже рад тебя видеть, Гермиона", - ответил Гарри, ухмыляясь, пока проверял, кто пришел. Он был почти уверен, что мадам Помфри ограничила количество людей, которые могли посещать его одновременно, а также время, на которое они могли оставаться. Она угрожала сделать это, и Гарри знал, что она всегда держит свое слово. "Как долго ты можешь остаться?"

"Полчаса", - был ответ Тео, когда он подтащил стул для посетителей, в то время как Луна закрыла за ними дверь.

"Остальные тоже хотели прийти, но мадам Помфри сказала, что не более трех человек одновременно. У тебя будет много посетителей ", - сказала Луна в своей мечтательной манере, прежде чем сесть рядом с Гарри на его кровать.

"Я могу использовать любое средство отвлечься, какое только смогу", - с чувством сказал Гарри, беря руку Луны в свою, радуясь, что она пришла.

"Вот почему я принес твое домашнее задание. Здесь ты точно не сможешь практиковаться, но ты можешь изучить теорию и написать свои эссе". С глухим звуком она поставила сумку на его прикроватный столик, вероятно, набитую книгами и письменными принадлежностями. "Тебе нужно успевать за работой, чтобы не отстать так скоро от сов".

"И чтобы убедиться, что ты сможешь заняться чем-нибудь веселым, я попросил профессора Снейпа принести тебе принадлежности для рисования из твоей комнаты", - сказал Тео, взяв небольшую сумку и поставив ее на ноги Гарри. "Я надеюсь, он нашел все, что тебе нужно. Нелегко просить его о чем-то подобном". Тео театрально вздрогнул, заставив Луну и Гарри рассмеяться, а Гермиону скорчить гримасу.

"Итак, что за слухи?" Фабрика слухов в Хогвартсе была одной из самых быстрых, которые Гарри когда-либо видел. Даже Литтл Уингинг не был настолько быстр в обмене полуправдой и суждениями.

"О личности террориста или о щите?" Спросил Тео, усаживаясь обратно в кресло для посетителей.

"И то, и другое". Возможность услышать немного сплетен может помочь ему решить, что делать с этим решением.

"Утверждения о личности террориста повсюду", - ответила Гермиона, раскладывая книги, которые она принесла с собой, на прикроватном столике. "Большинство из них даже отдаленно не основаны на фактах. Как раз за обедом одна из второкурсниц сказала, что профессор Биннс, должно быть, террорист. Она покачала головой, отчего ее кудри взметнулись, явно раздраженная.

"Большинство в Слизерине думают, что это кто-то, работающий на Министерство или у кого член семьи работает в Министерстве. Как еще они могли очаровать мемо, чтобы тот стал ревуном?" Тео подхватил эту историю.

"Другие перечисляли всех людей, которые потеряли кого-то из-за действий Сами-Знаете-Кого в прошлом. Они не прислушались к моей информации. Но отец почти уверен, что министр пытается сохранить власть и саботировать деятельность лорда Слизерина с его армией гелиопатов." Иногда различные утверждения Луны были немного странными, и Гарри уже мог заметить, что Гермиона была на грани того, чтобы прийти в ярость, чтобы опровергнуть это утверждение, поэтому он повернулся к Тео и задал первый вопрос, который пришел на ум. "А что насчет щита?"

Ухмыляясь, Тео ответил на этот вопрос. "Некоторые утверждают, что вмешалась сама Магия. Некоторые утверждают, что это был ты, основываясь на том факте, что ты уже совершил невозможное, пережив смертельное проклятие. Еще одна популярная версия - действительно древние, забытые обереги. Я не уверен, чему верить. Думаю, древние обереги в некотором роде правдоподобны. " Тео пожал плечами, явно не заинтересованный в проверке всех слухов.

"Открыли ли Фред и Джордж тотализатор?" Близнецы и Ли Джордан в прошлом открывали тотализаторы на многие вещи. Возможно, они сделали это снова.

"Они этого не сделали", - заявила Гермиона, присаживаясь в ногах кровати. "Рон спрашивал после одного, но они не думают, что мы получим окончательный ответ на текущие вопросы. Учитывая количество раненых и опасность для других, они сочли плохой идеей ставить на это. Я не думал, что они настолько разумны. "

"Теперь ты ведешь себя подло, Гермиона. У Фреда и Джорджа есть четкие границы. Только потому, что ты не одобряешь их склонность разыгрывать людей, ты не можешь называть их бесчувственными или неразумными. Их работа новаторская!" Гарри действительно был недоволен тем, как много людей смотрели свысока на близнецов, потому что они применяли свой творческий потенциал и знания для розыгрышей. Их мать, один из их старших братьев, такие люди, как Гермиона, и, Гарри был почти уверен, немало их профессоров.

"Я не злая", - настаивала Гермиона. "Они могли бы достичь стольких значимых вещей благодаря своим знаниям и креативности, своей способности нестандартно мыслить. Но они концентрируют весь этот талант на бесполезных розыгрышах ". Она всплеснула руками, ее голос становился все громче, чем дольше она говорила.

С этого момента дискуссия обострилась, поскольку Тео наблюдал за ней с веселой ухмылкой на лице, в то время как Луна достала из кармана небольшой сборник стихов, казалось, игнорируя их все.

Обсуждение закончилось только тогда, когда вошла мадам Помфри, чтобы напомнить им, что отведенное время в тридцать минут истекло. "Мистер Слизерин, вам нужен отдых и тишина. Не все волнения приносят посетители ".

"Но я неугомонный!" Гарри настаивал, пока его друзья, махая руками, исчезали за дверью его личной комнаты.

"Вам не нужно спать, мистер Слизерин. Но вы не встанете со своей кровати!" Она подчеркнула свои слова рубящими движениями рук. И Гарри обнаружил, что кивает в знак согласия, прежде чем ее горячность проявилась полностью.

"Ты можешь оставить дверь открытой? Я хотел бы зарисовать комнату". Гарри почувствовал, что съеживается, потому что то, что должно было быть утверждением, прозвучало как вопрос.

"Я могу это сделать", - кивнув, согласилась мадам Помфри и через несколько мгновений вышла из комнаты, ее строгие туфли стучали по полированному полу.

Гарри потянулся за сумкой, которую принес Тео, достал свой альбом для рисования и кусочки угля, которые он использовал, прежде чем откинуться на спинку кровати, пока не нашел идеальный угол, чтобы сделать интересный набросок лазарета за дверью в его отдельную палату. Затем он начал делать наброски, уголь плавно скользил по бумаге.

ооОоо

Бесполезные отродья в очередной раз умудрились повредить один из драгоценных портретов в замке, и теперь он порезался об острый край поврежденной рамки.

В более чем сварливом настроении Аргус зашел в лазарет, чтобы мадам Помфри осмотрела порез. Ему, вероятно, пришлось бы долго ждать, учитывая, что так много маленьких детей остались здесь из-за травм, полученных ими в деревне в субботу.

Пока он искал мадам Помфри или место, где можно присесть, Аргус заметил, что одна из дверей в отдельные палаты в задней части больничного крыла была открыта, открывая хрупкую фигуру, сидящую на кровати.

Это был мальчишка, которого усыновил лорд Слизерин? И пользовался ли он блокнотом для рисования? Насколько интересно.

Его всегда обижало, что в Хогвартсе не было ни одного предмета, связанного с искусством, для студентов, склонных к творчеству. Похоже, что этот человек был достаточно предан делу, чтобы работать над каким-то искусством вне занятий, и мотивация проистекала из них.

"Аргус, почему ты здесь?"

Он обернулся и увидел мадам Помфри, стоящую позади него с вопросительным выражением лица. "Я порезалась. Я не хочу запачкать кровью свою работу. Возможно, вы могли бы вылечить это?" Было так неприятно постоянно просить помощи у других, когда ему нужно было сотворить какую-нибудь магию.

"Конечно. Пожалуйста, следуйте за мной в мой кабинет". И она ушла. Со вздохом Аргус последовал за надзирательницей в ее кабинет, чтобы промыть и залечить порез, чтобы вернуться к исправлению повреждений, нанесенных несчастной картине.

Иногда ему действительно хотелось, чтобы у этих сопляков было хоть немного уважения к искусству.

оооООооо

Вторник, 23 апреля 1996 г.

Один из больших конференц-залов Министерства быстро заполнялся людьми. Амелия была здесь в качестве представителя правоохранительных органов вместе с аврорами, которые обыскали место происшествия и работали над всем этим делом дольше. Она устала. Вся ситуация слишком сильно напомнила ей время сразу после падения Волан-де-Морта во время судебных процессов над Пожирателями смерти. Слишком много дел за слишком короткое время со слишком небольшим количеством людей.

У нее было предчувствие, что эта важная встреча может очень быстро сорваться.

"Хорошо! Слушайте все!" Корнелиус позвонил через пять минут после начала собрания и до того, как прибыли все приглашенные.

Прошло еще несколько минут, прежде чем все расселись и министра – каким бы низкорослым он ни был – наконец-то можно было разглядеть со всех углов комнаты.

"Мы собрались здесь сегодня, чтобы наметить наш план действий о том, как наилучшим образом использовать ресурсы Министерства, чтобы, наконец, найти и арестовать террориста-Ревуна". Амелия поморщилась, услышав сенсационное, хотя и точное, прозвище, которое Пророк придумал для преступника. "Авроры Тонкс, Долиш и Шеклболт расследуют место последнего преступления. Вы найдете копию информации перед вами." Амелия уже прочитала файл, поэтому она не открыла его, как это сделали все остальные в тот момент.

"Аврор Тонкс, пожалуйста, предоставьте информацию, которой мы располагаем на данный момент, и где, по вашему мнению, можно применить больше ресурсов для достижения наилучшего эффекта". Корнелиус помахал молодой женщине, которая сначала не решалась выступать перед всеми этими людьми, и предоставил ей слово. Тонкс встала и начала давать краткий отчет. "Мы знаем, что человек, которого мы ищем, мужчина. Он сам изготавливает ревунов и, вероятно, имеет собственный сад для выращивания некоторых ингредиентов. В настоящее время мы не знаем, откуда он берет птиц. Судя по целям перед Хогсмидом, похоже, что он затаил обиду на лорда Слизерина и на то, как магическое сообщество разобралось со всей ситуацией." Она махнула рукой, указывая на Визенгамот и его решение, ажиотаж среди высшего общества по поводу знакомства с мужчиной, усыновление Мальчика-Который-выжил и все остальное. "В настоящее время мы предполагаем, что у него нет детей в школе, достаточно взрослых, чтобы им разрешили ходить в Хогсмид, или он является родителем одного из тех детей, которые остались в замке". Тонкс на мгновение остановилась, переводя дыхание. "Мы также подозреваем, что преступник либо работает в Министерстве, либо здесь работает член семьи или близкий друг. Все остальное - предположения ".

Ведьма, у которой сейчас вьющиеся ярко-желтые волосы, сделала глоток воды из стакана, прежде чем продолжить. "Нам не помешала бы помощь в проверке обрывков частично сгоревшего пергамента и одного целого ревуна, который у нас остался после нападения на офис министра. Нам также следует расследовать способ получения всех этих птиц. Кроме того, мы должны учитывать, сколько времени требуется для создания всех этих ревунов. Я думаю, что это самые неотложные и многообещающие направления расследования. "

"Но что это за щит?" Заговорил Кроукер, вызвав перешептывание по комнате. "Вам не кажется, что это интересное явление, нуждающееся в расследовании?"

Амелия закатила глаза и сосредоточилась на юной Аврорихе, желая посмотреть, как та поведет себя с высокопоставленным сотрудником, срывающим такую важную встречу.

"При всем моем уважении, сэр, но щит, скорее всего, был создан не человеком, которого мы ищем. Хотя знание причины или происхождения этого, безусловно, интересно, это не поможет нам поймать преступника. И, видя, как участились нападения, нам нужно поторопиться. В противном случае нам, возможно, придется столкнуться со многими смертями ". Амелии захотелось встать и захлопать в ладоши. Всегда было приятно видеть, как одного из самоуверенных волшебников ставят на место. Особенно когда это делала молодая ведьма.

Кроукер кивнул и воздержался от дальнейших комментариев.

Корнелиус хлопнул в ладоши, привлекая к себе всеобщее внимание. «Спасибо, аврор Тонкс. Мне нужен список всех сотрудников Министерства, которые были в отпуске или болели в последние недели. Давайте исключим их из списка подозреваемых». Это был политический способ сказать, что они были главными подозреваемыми, и это было хорошее начало.

После этого встреча переросла в споры о том, кто что должен делать, какой отдел имеет какие полномочия в этом и какими проектами или обычными обязанностями можно пренебречь для продолжения расследования. Они даже не сделали перерыва на обед, и Амелия была уверена, что это будет слишком напоминать дни последней войны, чтобы ее успокоить.

оооООооо

Пребывание в больничном крыле под наблюдением на предмет магического истощения было самой скучной вещью, которую Гарри испытывал за последнее время.

Конечно, он оставался здесь ради того же самого еще на первом курсе, но тогда он большую часть времени спал. Но на этот раз он бодрствовал. И ему было безумно скучно.

Без отвлекающих факторов в течение дня ему было легко выполнять домашнее задание и читать, и хотя Гермиона, вероятно, позаботится о том, чтобы он получил работу с сегодняшнего дня, это не продлится долго.

Переместившись, чтобы получше разглядеть окно, Гарри приготовил все, чтобы сделать набросок – свою вторую попытку – с видом из окна.

"Опять делаешь наброски?" Раздавшийся голос за спиной Гарри заставил его обернуться, чтобы посмотреть.

"Рон!" Прямо в дверях стоял Рон, выглядевший расслабленным, но усталым, с шахматным набором под мышкой. "Так ты часть сегодняшней группы посетителей?" - Спросил Гарри, чувствуя себя немного жалко из-за своего энтузиазма, который, как он надеялся, не проявлялся слишком сильно.

"Это я", - согласился Рон. "Мы подумали, что ... перепутать это было бы хорошей идеей". С этим объяснением рыжеволосый вошел в комнату, освобождая место для Невилла и Джинни.

"У меня есть для вас задания", – сказал Невилл, подвигая один из трех стульев для посетителей - мадам Помфри предоставила еще два, когда объявила, что Гарри придется остаться до конца недели, - незадолго до того, как сесть. "Гермиона очень настаивала на том, чтобы ты получил информацию, чтобы быть в курсе". Невилл закатил глаза, и все они захихикали.

"Надеюсь, она не будет таким ужасом в следующем году, когда я буду забирать своих сов", - с чувством сказала Джинни, усаживаясь на стул, который собирался занять Рон, заставив ее брата закатить глаза.

"Мы могли бы попытаться отвлечь ее". Гарри предложил, ухмыляясь. Посетители были хорошим способом развеять скуку.

"Не сработает", - заявил Рон, подтаскивая оставшийся стул к кровати Гарри и ставя шахматы на кровать. "Хочешь поиграть?"

"Конечно!" Гарри согласился и положил свои принадлежности для рисования на пол под кроватью, где они не будут мешаться.

Как только части были расставлены, а Невилл и Джинни углубились в разговор о последнем домашнем задании Джинни по гербологии, Рон почти прошептал вопрос, который, как понял Гарри, не выходил у него из головы с субботы. "Как ты это сделал?"

Не отрывая взгляда от доски, делая вид, что обдумывает свой следующий ход, Гарри спросил с тревогой: "Как я что сделал?"

"Щит", - раздраженно сказал Рон. "Он вылетел из твоей палочки после того, как ты что-то прошипел. Я был достаточно близко, чтобы это увидеть. Как и Невилл. Мы поговорили и решили держать язык за зубами, пока не сможем поговорить с вами. "

Гарри фыркнул. Отлично. Он догадался, что должен был понять, что двое его друзей увидели бы, что он натворил. Луна тоже видела и как раз сегодня за обедом пообещала ему, что ни с кем не будет разговаривать, если он хочет избежать огласки. Но поступит ли Рон так же? Он действительно не был лучшим хранителем секретов. Или, может быть, просто когда он думал, что это что-то великое и все должны об этом знать.

"Спасибо за это". Гарри решил начать с. "Я не хочу, чтобы стало известно, что щит был создан мной". И разве это все еще не ощущалось? Зная, что он совершил что-то настолько серьезное? "Отец согласен, что от этого может быть больше проблем, чем пользы, потому что нам придется объясняться, и люди могут снова подумать, что я представляю опасность".

Рон сделал растерянное лицо, повторив свой вопрос так, как Гарри и предполагал. "Почему?"

Гарри переводил взгляд с одного друга на другого и взвешивал, что он вообще может сказать. "Это магия, основанная на змеином языке. Это семейная магия. Я не могу рассказать вам так много о том, что возможно, а что нет ". Джинни и Невилл больше не разговаривали, и Гарри был уверен, что они тоже слушали. "Давайте просто скажем, что это не похоже на заклинания, которые мы изучаем здесь, в школе. Гораздо более простая структура. Многое может пойти не так, если вы не продумаете все до конца… на самом деле я ожидал более длинной лекции о том, что я просто использую это для защиты деревни ... Гарри замолчал, глядя на шахматную доску, не уверенный, что хочет видеть выражения лиц других.

"То есть ты пытаешься сказать, что это было не настоящее заклинание, а скорее его использование?" Джинни казалась недоверчивой, требуя, чтобы он сказал ей, что она неправильно поняла это.

"В значительной степени", - кивнул Гарри, не поднимая глаз. "Мы с отцом обсуждали варианты того, как я мог бы защитить Маркуса, если бы это когда-нибудь понадобилось, и я спросил его об этом методе… он не особо вникал в это. Более простые и понятные вещи намного безопаснее. Но мы обсуждали, как это может работать. И вот что я вспомнил. " Все прошло не совсем так – Гарри специально попросил защиты с помощью Парселмагии, – но это было достаточно близко и, вероятно, лучше понять его друзьям.

"Звучит действительно опасно!" Невилл почти прошептал, заставив Гарри поднять глаза на испуганный тон своего друга, увидеть Невилла с широко раскрытыми глазами и двух рыжеволосых людей с веснушками, выделяющимися на их бледных лицах.

"Я действительно провел в больнице целую неделю", - отметил Гарри невозмутимым голосом и взглядом. "Вот почему отец настаивал, чтобы я пробовал только то, что сначала обсуждал с ним, и никогда без присмотра взрослых ". Гарри был почти уверен, что это, по крайней мере, привлечет Гермиону. Она была за ответственные действия и исследование новых и захватывающих вещей.

"И ты не хочешь, чтобы об этом стало известно, потому что это опасно и люди будут искажать это непропорционально?" Спросил Рон, задумчиво нахмурив брови.

"Точно. Ты помнишь статьи о том, что Гермиона, Крам и я были в любовном треугольнике?" И от одной мысли обо всей этой неразберихе у него мурашки побежали по коже. Это было ужасно.

"Можем ли мы рассказать Гермионе?" Спросил Рон, немного покраснев. "Было бы ужасно скрывать это от нее".

"Просто убедись, что никто не подслушивает и она знает, почему я хочу, чтобы это было скрыто от общественности". Гарри согласился, потому что было бы ужасно скрывать это от Гермионы, которая была таким же его другом, как и Рон.

"Отлично" было последним, что они сказали на это, и все вернулись к тому, чем занимались раньше. Невилл давал Джинни уроки гербологии, Рон и Гарри играли в шахматы.

Очень быстро стало ясно, что Гарри снова проиграет. Возможно, ему стоит начать больше практиковаться. Если судить по увлечению Маркуса большими шахматными фигурами, если Гарри не хотел постоянно проигрывать своему младшему брату в течение нескольких лет, ему нужно было поправляться.

оооООооо

Среда, 24 апреля 1996 г.

Северус смертельно устал. Он занимался пивоварением, когда не помогал мадам Помфри в лазарете, Минерве с организацией жилья для всех людей из Хогсмида, ищущих безопасное место в Хогвартсе, или преподавал. Помимо всего прочего, он был профессором.

Поскольку Соня больше не могла справляться с большинством ингредиентов, Северусу помогли его уроки по ТРИТОНУ. Но это не очень помогло.

И теперь он был здесь, в своей лучшей мантии с тщательно вышитым гербом принца, ожидая начала очередного заседания Визенгамота в апреле месяце. Он действительно предпочел бы быть в постели, но, к сожалению, это была одна из его обязанностей, а также приказ его Лорда.

По крайней мере, так он избавился от дневных занятий. Вместо этого он задал им исследовательский проект в библиотеке. В результате у него получилось бы больше бессмысленной чуши для чтения. Не совсем идеальный компромисс.

Но он был бы идиотом, если бы ожидал честной торговли в этом мире политики, с которым он более или менее столкнулся.

Настроение в Министерстве было напряженным. У всех, кого Северус встречал по пути вниз, были явные признаки людей, которые не высыпались. Поиски террориста сказывались на всех.

"Внимание! Внимание!" - выкрикнул Главный Чернокнижник, получив почти мгновенную реакцию, что было необычно, насколько Северус мог судить. Все довольно быстро расселись по своим местам, и в зале воцарилась тишина.

Казалось, мрачное настроение охватило даже этих обычно мелочных волшебников и ведьм.

"В свете недавних событий это заседание будет более коротким, чем обычное, за ним последует экстренное заседание о террористе, который в настоящее время угрожает нашему сообществу в целом. Есть ли какие-либо возражения против этого или какие-либо замечания, которые кто-то, возможно, захочет высказать, прежде чем мы начнем?" Никто не поднял свою волшебную палочку, поэтому Главный Чернокнижник приступил к обычным предварительным действиям, выполняемым в начале всех регулярных собраний, которые Северус исключил, желая успокоиться с помощью своих окклюменционных барьеров. Его лорд решил – вместе с другими старшими лордами – что Северус был лучшим человеком, который мог бы аргументировать их точку зрения по поправке к некоторым запрещенным медицинским практикам. Северусу было не в новинку выступать публично, но это было что-то новенькое. Ему никогда не приходилось спорить о политике так публично и с таким количеством возможных последствий.

"Поскольку ни у кого нет никаких объявлений, давайте перейдем к предлагаемой поправке к списку запрещенных ритуалов, предложенному лордом Принсом и лордом Ноттом. Джентльмены ". Он помахал им обоим, и Северус встал, как и было запланировано.

Поклонившись Главному Чернокнижнику, Северус начал: "Спасибо, главный Чернокнижник. В прошлом довольно много ритуалов было запрещено из-за их непредсказуемого характера и опасностей, которые они могли вызвать. Хотя некоторые из них справедливо запрещены по разным причинам ", и разве это не было правдой? Думая о некоторых вещах, которые он прочитал за эти годы, у него по спине пробежал холодок: "Более нескольких полезных ритуалов, которые совершенно безопасно выполнять ведьме или волшебнику, владеющему ими, также были запрещены. Иногда из-за технических сложностей, таких как разделение одного элемента их дизайна с одним из по-настоящему опасных. Северус сделал успокаивающий вдох и попытался привлечь всех к слушанию, его взгляд блуждал по залу. Это было отчасти похоже на чтение лекций подросткам и в то же время полностью отличалось от них.

"Наша поправка направлена на то, чтобы исключить эти целебные ритуалы из списка запрещенных ритуалов, которые все еще широко практикуются в волшебном мире за пределами Великобритании и даже технически разрешены к исполнению здесь. Ведьмы и волшебники страдали и умирали напрасно, потому что последние оставшиеся целители, способные выполнять эти быстрые и эффективные ритуалы здесь, на нашем острове, слишком стары или перегружены работой, чтобы посещать все случаи, нуждающиеся в их помощи. Давайте снимем запрет на обучение им молодых, энергичных целителей, готовых принять мантию служения нашему сообществу, прежде чем мы попадем в зависимость от целителей с континента или даже из мест гораздо более отдаленных. "

Оглядываясь вокруг, Северус был почти уверен, что он привлек интерес более чем нескольких наиболее нейтральных участников и даже довольно многих, кто в прошлом в основном слепо следовал за Дамблдором в его убеждениях.

"Вы все были проинформированы перед этой встречей о списке ритуалов, которые предлагается исключить из списка запрещенных ритуалов, и тексте, в котором перечислены причины для каждого из них", - объяснил Главный Чернокнижник после того, как Северус сел, чтобы обозначить конец его небольшой речи, которую они отшлифовали в ходе совместной работы за чаем. Он никогда не понимал, как много политики делается за чаем с пышками.

"Есть ли у кого-нибудь из членов этого прославленного сообщества контраргументы?" следующим вопросом Главного Чернокнижника был поворот маленьких песочных часов взмахом волшебной палочки. Когда песок буквально закончился, все они ждали обычные несколько минут, пока кто-нибудь встанет и попросит, чтобы его выслушали. На взгляд Северуса, это был странный маленький обычай, но традиция была важна. Даже самые глупые.

Но они сделали свою работу, заставив уважаемых целителей составить список и причины, и выбрали лучшее время – даже не зная, что террорист отвлечет всех, вдобавок к трагической смерти одного из них, заставив лордов и леди лучше осознать собственную смертность, – поэтому все остались сидеть.

Следующее голосование прошло быстро и принесло подавляющее количество голосов "за", при этом воздержавшихся было больше, чем фактических "против".

Каменный молоток ударил по диску, предназначенному для этого. "Принято более чем двумя третями голосов". Главный Чернокнижник быстро просмотрел пункты повестки дня, переданные ему одним из клерков, прежде чем снова стукнуть молотком. "На этом заканчивается наша очередная апрельская сессия. Давайте перейдем к экстренному заседанию и просьбе министра. Министр."

Получив разрешение высказаться, Фадж в мантии цвета буйной сливы встал и начал говорить.

Сопротивляясь желанию потереть горящие глаза, Северус приготовился слушать.

ооОоо

Марволо слушал, как Корнелиус аргументирует необходимость обыска всех офисов, а также личных кабинетов в Министерстве, а также широкого применения чар отпечатков пальцев в поисках террориста, когда краем глаза заметил кое-что.

На самом деле не было ничего необычного в том, что клерки или младшие участники перемещались между рядами во время сеанса, или кто–то из участников делал короткий перерыв по той или иной причине - не все могли дождаться одного из обычных перерывов, чтобы сбегать в туалет, – но для представителя Отдела было необычно ходить между сиденьями самостоятельно.

Амос Диггори прохаживался между первым и вторым ярусами кресел, держа в руке свиток пергамента, как будто собирался вручить его одному из сидящих на своих местах, слушая, как Министр излагает предварительный план, для реализации которого требовалось их одобрение.

Не было ничего необычного в том, что важные сообщения требовали доставки во время сеанса, но обычно их приносил помощник, и Марволо был почти уверен, что никто не входил в зал с тех пор, как Главный Чернокнижник начал говорить.

Диггори был уже довольно близко, и что-то в глазах этого человека заставило Марволо заскрежетать зубами. Прошло некоторое время, и Марволо уловил связь.

Это был маниакальный блеск, который он видел в глазах юной Беллы. Бессмысленная потребность в разрушении, которой Фенрир и Макнейр не раз щеголяли в прошлом.

Диггори поравнялся с краем серебряного слизеринского сиденья, по-видимому, намереваясь пройти мимо него, но костяшки его пальцев побелели, как будто он за что-то ухватился.

"Авроры вычислили людей, которые наиболее соответствуют списку имеющихся у нас намеков на преступника. Я прошу разрешения Визенгамота начать расследование сегодня ..."

Марволо не расслышал, что сказал Корнелиус после этого, поскольку спрыгнул со стула на пол, едва увернувшись от острого серебряного лезвия – скорее всего, зельеварительного ножа, – которым Амос Диггори со смертельной решимостью размахивал.

У него не было времени взять в руку волшебную палочку, надежно спрятанную в кобуре на предплечье, поскольку он откатился назад, чтобы избежать очередного взмаха ножа от Диггори, который перегнулся через скамейку, опираясь одной рукой на опору.

Зная, что позже он заплатит за эти акробатические трюки – возможно, ему нужно было вернуться к йоге, чтобы сохранить гибкость, – Марволо сумел подняться на ноги, едва избежав столкновения с одним из писцов, лихорадочно пытающимся собрать заметки, бланки, свитки и тому подобное со стола и выбраться из зала.

Кто-то издал пронзительный крик – возможно, одна из Дам - и Марволо, наконец, сумел вытащить свою палочку, напомнив себе, что на самом деле он не может использовать какие-либо сильные проклятия здесь, перед всеми этими свидетелями.

Диггори ничего не сказал, но позволил ножу упасть на пол, вероятно, решив, что ему не удастся снова подобраться к Марволо достаточно близко, чтобы воспользоваться им. Вместо этого его ухмылка стала еще более маниакальной, и одна рука исчезла в кармане его мантии сливового цвета.

Марволо столкнулось с большим количеством людей, обезумевших в панике, пытавшихся выбежать из комнаты и не имевших ни малейшего представления, как убраться с пути Марволо.

Итак, Марволо прибегнул к парализаторам, молча пытаясь бросить их в Диггори, который, к сожалению, сумел увернуться от первых двух красных разрядов магии, используя нежелание Марволо причинять вред прохожим против него.

Было более чем неприятно испытывать угрызения совести, но это не меняло того факта, что они у него внезапно появились.

Диггори бросил в Марволо горсть маленьких шариков, и, не зная, что именно это было, Марволо быстро создал щит, способный удерживать физические объекты.

Они упали на пол и мгновенно начали гореть, образовав отвратительное облако темного дыма.

Не желая вносить никаких изменений, Марволо сначала наложил на себя чары пузырящейся головы, а затем наложил на них на полу уменьшенную версию щита, который он использовал для отражения снарядов.

Вокруг них люди спотыкались о себя и других, кричали и визжали и, как правило, были не очень полезны.

Не желая ждать, пока его последователи возьмутся за дело, Марволо зарычал и взмыл в воздух усилием своей магии и воли. Ему нужно было выбраться из тесноты между скамейками и подальше от людей, мешающих ему. Потолок этого помещения был достаточно высок, чтобы он мог парить, если не набирать скорость. Но этого должно хватить.

Теперь Диггори швырял заклинания во все стороны, безразличный к тому, в кого он может попасть. Там, где он попадал в легковоспламеняющийся материал, начинались небольшие пожары. И люди, пытавшиеся вывести его из строя, добавляли столпотворения.

Размышляя о том, не стоит ли им устроить что-то вроде пожарной тревоги, и проклиная свой разум за бесполезные наблюдения в такой момент, Марволо произнёс заклинание, которое хорошо знал и использовал во время последних нескольких тренировочных дуэлей, в которых участвовал. Это было заклинание, которое он нашёл в Южной Америке и которое каждый раз при произнесении создавало и бросало болу. Поскольку физические повреждения обычно легко лечились, Марволо надеялся, что это безопасный выбор, который застанет безумца врасплох.

Первый бола врезался в скамейку, сделанную из какого-то мягкого дерева, в результате чего от нее разлетелись щепки, заставив часть Марволо съежиться от ущерба, нанесенного части их истории. Второму удалось упасть на старшую ведьму, которую Диггори толкнул ему за спину, когда он пытался убежать в одну из ниш по краю комнаты.

Наконец бола обвилась вокруг рук Диггори, привязав их к его туловищу, и сумела нарушить его равновесие настолько, что он упал лицом вниз на пол, задел головой скамью из темного камня – возможно, гранита.

Тщательно маневрируя в воздухе, чтобы попасть во временно выведенного из строя волшебника, Марволо прицелился и нанес сильный удар, прежде чем легким шагом приземлиться на скамейку, которую он повредил.

Прежде чем он успел нанести репаро в судейскую коллегию – разумно ли это вообще? – Северус был рядом с ним, и несколько авроров бегом вбегали в зал.

"Лорд Слизерин, если вы позволите, позвольте поставить вам диагноз". Северус был вежлив, как всегда, и довольно точно адаптировал обращение к своему Лорду к случаю.

"Почему?" Марволо был озадачен. Он не вдыхал никаких паров, а Диггори даже не применил к нему ни одного заклинания.

"Я предполагаю, что тебя, возможно, ударили ножом. Кажется, на рукаве твоей мантии порез". Северус указал, держа свою палочку из темного дерева свободной рукой, которую чаще всего можно увидеть у серьезных дуэлянтов.

"Есть?" Марволо пошевелил правой рукой, чтобы получше рассмотреть рукав, и действительно обнаружил чистый порез почти по длине предплечья. "Похоже, вы правы, лорд принц". И он даже не заметил, что нож был так близок к тому, чтобы порезать его.

Именно тогда он заметил, что ткань его мантии прямо рядом с вырезом, казалось, была влажной. У Марволо закружилась голова, и с нарастающим ужасом Марволо понял, что в безумии, казалось бы, плохо спланированного нападения, мог быть какой-то метод. И под крики Амоса Диггори – "Он убил моего сына! Монстр! Он получает по заслугам!" Марволо почувствовал, что теряет сознание.

Глава 99 - Последствия

Среда, 24 апреля 1996 г.

Вскрикнув от удивления и паники, Гарри сел на своей кровати в больничном крыле. Днем он часто ненадолго засыпал. Одна из причин, по которой он не слишком сопротивлялся тому, что его заставили оставаться в постели до конца недели.

Но теперь его сердце бешено колотилось, как будто ему приснился кошмар, и у него было отчетливое тревожное чувство. Как будто вот-вот должно было случиться что-то плохое.

Или случилось.

Ещё даже не наступил обед, поэтому Гарри закрыл учебник по истории — одну из тех книг, которые почти наверняка в этот момент заставили бы его уснуть, — положил его на тумбочку и достал зеркало, чтобы позвонить отцу. Будь проклята эта сессия Визенгамота, ему нужно было связаться с Марволо, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.

ооОоо

Первое, что Марволо почувствовал, — это холод. Затем он ощутил твёрдую поверхность, на которой, вероятно, лежал, и услышал множество голосов вокруг.

Медленно моргая, Марволо попытался сесть, но твёрдая рука на его плече помешала ему это сделать.

— Пожалуйста, оставайтесь на месте, лорд Слизерин, — это был Северус. Марволо перевёл взгляд на бледное лицо профессора зельеварения. — На лезвии был яд, и пока мы не узнаем, что это был за яд, безоар — это лишь временная мера. Не решение проблемы. Поэтому, пожалуйста, не торопитесь и не двигайтесь слишком много.

Безоарная масса могла бы объяснить довольно отвратительный вкус во рту. Поэтому Марволо сделал, как ему сказали, откинулся назад и расслабился на скамейке. «Он обездвижен?»

"Это он", – ответил Северус, глядя в другую точку зала, что побудило Марволо тоже повернуть голову в том направлении, как раз вовремя, чтобы увидеть, как пара Авроров тащит к краю комнаты сопротивляющегося и кричащего – если заставить его замолчать - Эймоса Диггори.

По крайней мере, одна проблема решена.

"Лорд принц?" Марволо едва успел увидеть, как за спиной Северуса появилась мантия аврора, когда он повернулся, чтобы посмотреть на человека, остановившегося позади него. "Мы сделали фотографии и взяли образцы с клинка и наложили амулет отпечатка пальца. Мадам Боунс сказала отдать его вам как лучшему эксперту по определению ядов на месте. Она также сказала, что вы можете воспользоваться лабораторией Департамента Авроров."

Произошла быстрая вспышка яркого света – возможно, какое–то заклинание стазиса - прежде чем Северус снова заговорил. "Приведите, пожалуйста, лорда Лестрейнджа". Прозвучало так, как будто Северус намеревался сыграть наседку.

"Вы заметили какие-нибудь симптомы, лорд Слизерин?" Следующим спросил Северус, снова присев на корточки рядом со скамейкой, которая была местом отдыха Марволо.

"Нет". Ответил Марволо, осторожно качая головой. "Нет, пока бой не закончился и я не потерял сознание. Но я даже не заметил, что мне не удалось полностью увернуться от ножа. Так что я не думаю, что смогу дать полезный ответ. На потолке была какая-то сложная штукатурка, которую Марволо до сих пор не замечал, и нежные завитки цвета. Что может сделать видимым изменение перспективы. Удивительные. "Но, кажется, я теряю концентрацию". Иначе зачем бы ему размышлять о штукатурке и краске?

"Тогда я быстро проанализирую яд". Северус встал и освободил место для другого волшебника, который наклонился, чтобы Марволо мог посмотреть на него снизу вверх, все еще стараясь сохранять спокойствие. "Я сообщу целителю Гринграсс. Пожалуйста, присматривайте за ним, лорд Лестрейндж". И Северус ушел.

"Привет, Ксеркс". Надеюсь, Северус сработает быстро. Оставаться здесь было немного неловко.

"Привет, Марволо. Почему твоя мантия вибрирует?" На мгновение Марволо не был уверен, о чем говорит Ксерксес, затем он заметил, что кто-то, должно быть, снял с него мантию, прежде чем промыть неглубокий порез на руке. Теперь мантия свисала до пола прямо с края скамейки.

"В кармане есть зеркало связи. Если оно вибрирует, Гарри пытается связаться со мной", - объяснил Марволо и наблюдал, как его друг достал зеркало из кармана и передал его.

Марволо осторожно взял его здоровой рукой, а затем ответил на звонок, обращенный к обезумевшему лицу своего старшего сына. "Гарри, все в порядке?"

Гарри выглядел озадаченным. "Я позвонил, чтобы спросить тебя. Я только что проснулся ... Что-то случилось?" Последний вопрос прозвучал скорее как обвинение, и Марволо пришлось улыбнуться сходству с тем, как Нагини иногда спрашивала его, не совершил ли он чего-нибудь безрассудного.

"Здесь, в Министерстве, произошла небольшая потасовка, все уже улажено, так что не стоит беспокоиться", - ответил Марволо тоном, который, как он знал, не убедил бы его сына. Он был уверен, что все будет хорошо – Северус действительно быстро принимал противоядия, – и подшучивание над его сыном было хорошим способом скоротать время.

Но почему Гарри приснилось что-то тревожащее именно сейчас? Уже целую вечность не было никакой утечки информации.

Взгляд Гарри был более чем скептическим, и его глаза скользнули по лицу Марволо, явно оценивая ситуацию настолько хорошо, насколько он мог через зеркало. "Ты лежишь?"

"Я. Приказ целителя. Или, скорее, приказ Северуса. Я стабилен, но он настаивает, чтобы я оставался здесь, пока меня не осмотрит целитель". Он обещал не лгать, но и не хотел волновать своего сына.

"Я расскажу о тебе Нагини. Но я уверен, что она все равно узнает сама". - Сказал Гарри, прищурив глаза, прежде чем они стали больше, чем следовало бы – его крестный, вероятно, научил его смотреть щенячьими глазами – и он взмолился. "Будь осторожен и слушайся целителя. Сможешь?"

"Конечно", - попытался заверить сына Марволо.

"Я позабочусь о том, чтобы он не пошел против приказов целителя", - сказал Ксерксес со своей стороны, ухмыляясь Марволо, который без особого энтузиазма смотрел на своего друга.

"Это слишком любезно с вашей стороны, лорд Лестрейндж", - таков был ответ Гарри на это. "Тогда я вернусь к отдыху, так как это мой приказ от целителя".

Разговор закончился, и Марволо снова смог созерцать потолок. Слова Гарри о приказах его собственного целителя напомнили Марволо, что его сын восстанавливается после тяжелого случая магического истощения. И по этой причине Окклюменционные щиты его сына в данный момент были практически бесполезны. И пока он был без сознания, некоторые из его чувств, должно быть, просочились наружу.

Вероятно. Возможно.

Он больше думал об этом, когда чувствовал себя менее расплывчатым.

"Мне кажется, я вижу Малкольма и Северуса у двери", - сказал Ксерксес некоторое время спустя, привлекая внимание Марволо в этом направлении. "Вероятно, ты скоро сможешь встать, мой друг".

Марволо действительно надеялся, что так и будет.

ооОоо

В другой части Зала заседаний Визенгамота Амелия Боунс наблюдала, как лорд принц целеустремленно возвращается в зал, что-то осторожно неся в руках, судя по тому, как он двигался.

Она посмотрела туда, где Марволо отдыхал под присмотром лорда Лестрейнджа. Тот факт, что они ходили в школу вместе - вроде как – казалось, помог наладить отношения даже после смерти двух сыновей, которые стали Пожирателями Смерти. По крайней мере, каждое взаимодействие, свидетелем которого была Амелия с тех пор, как Марволо занял свое место в Визенгамоте, казалось неуклонным движением к дружеским отношениям.

Убедившись, что ее друг в безопасности и, вероятно, скоро будет на пути к полному выздоровлению, Амелия ненадолго повернулась туда, где Корнелиус внимательно выслушивал жалобы нескольких членов Визенгамота, получивших синяки во время драки.

"Пожалуйста, поговорите с писцом. Он примет все ваши жалобы и запишет их. Таким образом, никто не останется без внимания, и обо всем позаботятся ", - вот и все, что она услышала из того, что Корнелиус говорил, чтобы успокоить взволнованных участников, эффективно восстанавливая порядок среди политиков.

Оставив его разбираться с последствиями, Амелия быстро направилась туда, где двое ее авроров пытались надеть на Амоса Диггори наручники. Ключевое слово "Пытались".

Закатывая глаза из–за отсутствия практических навыков у некоторых Авроров - точно так же, как из-за глупого пренебрежения к заклинаниям, которые воспринимались как слишком простые – Амелия подошла к ним и, оказавшись в пределах слышимости, потребовала объяснить, что происходит. "Есть ли причина, по которой вы только заставили его замолчать и не использовали парализатор?"

"Мадам ..." Аврор, державший наручники, запнулся, подбирая слова, явно смущенный тем, что не додумался до такого решения.

Поскольку ни у кого из них не было свободной руки для волшебной палочки – и почему их было только двое? – Амелия выстрелила парализатором в Амоса, прежде чем вложить палочку обратно в кобуру. Мужчина обмяк, и сила тяжести взяла верх, заставив Эймоса соскользнуть вниз, почти опрокинув Аврора, пытавшегося удержать его, теперь, когда он больше не сопротивлялся.

"Отведите его в камеру строгого режима. Тщательно обыщите его. Нет! Переоденьте его в другую одежду, убедитесь, что у него нет ничего, чем он мог бы навредить себе. И в камере постоянно должны находиться по крайней мере два охранника ". Они не могли допустить, чтобы он попытался покончить с собой, прежде чем они смогут допросить его. То, как он вел себя сегодня, указывало на то, что его собственное благополучие больше не было для него приоритетом. "И никаких посетителей без моего согласия! Понятно?"

"Да, мэм!" - сказали они оба, стоя по стойке смирно, Амос теперь лежал на полу со связанными за спиной руками.

Позаботившись об этом – у нее было чувство, что ей следует проверить камеры, чтобы убедиться, выполняются ли ее приказы, – Амелия подошла туда, где небольшая группа собралась вокруг сиденья, на которое рухнул Марволо после того, как вывел из строя Амоса.

Как только она подошла к группе волшебников, Люциус Малфой первым заметил ее присутствие и отступил в сторону, чтобы она могла видеть Марволо, сидящего там, выглядящего слегка взъерошенным и бледным, под наблюдением младшего брата Гринграсс.

"Вам повезло, лорд Слизерин", - сказал Целитель, когда Амелия вошла в круг. "Если то, что мастер Снейп говорит о яде, верно, то при правильном приготовлении он должен был мгновенно стать смертельным".

"Я вполне уверен в своих результатах". И там был уровень саркастического презрения, который Амелия ожидала услышать от Северуса Снейпа с тех пор, как им пришлось попросить его поделиться опытом по экспериментальному зелью в деле, где вдова обвинялась в убийстве. "Вы можете поблагодарить ужасную технику пивоварения мистера Диггори за ваше дальнейшее благополучие, лорд Слизерин".

"И ваша склонность к чрезмерной подготовке, лорд принц", - заявил Марволо с усталой улыбкой. "Быстрое введение безоара, безусловно, также возымело эффект".

"Это, безусловно, имело место", - согласилась Гринграсс, не позволяя Снейпу преуменьшить свою роль в счастливом предотвращении плохого исхода.

Амелия улыбнулась и получила легкую ухмылку от Марволо в ответ. "То, как вы стоите здесь, джентльмены, ни в малейшей степени не утонченно. И при этом большинство из вас учились в Слизерине!" Ее комментарий вызвал слабый смешок у Марволо, в то время как остальные выглядели как кучка школьников, застигнутых после комендантского часа на опушке Запретного леса.

"Амелия, ты должна признать, что когда мы сможем быть друзьями, тогда нет причин думать, что другие, с которыми поступили несправедливо в прошлом, не смогут дать мне новый шанс. Ты так не думаешь? Она закатила глаза, глядя на Марволо, но улыбнулась. В конце концов, он был прав.

Она указала на него пальцем. "Ты отдыхай и слушайся своего целителя. Я сообщу тебе, когда нам понадобятся твои показания. И я хочу знать, где ты научился этому заклинанию. Я никогда не видел ничего подобного."

"Южная Америка. И я научу этому тебя, когда у нас в следующий раз будет время", - пообещал Марволо, а затем вернулся к терпению своего целителя.

Со вздохом ободрения Амелия вернулась к управлению безумием, которым была попытка убийства в Палате Визенгамота. Такого не случалось по крайней мере сто лет. Вероятно. Ей нужно будет посмотреть это. Но позже.

оооООооо

Марволо действительно не был уверен, веселиться ему или сердиться.

В данный момент он сидел в одном из кресел в семейной гостиной, почти погребенный под своим фамильяром.

.: В следующий раз, когда ты пойдешь туда, ты возьмешь меня с собой:. она разглагольствовала над ним, тщательно исследуя каждый дюйм его тела своим трепещущим языком. .: Что это с вами, двуногими, что вы не можете защитить себя?:.

Тщательно прикрывая нос от ее языка – было щекотно – Марволо запротестовал против этого .: Я вполне способен защитить себя, Нагини:. Ее вес переместился, и теперь ее лицо было рядом с его ухом, проверяя, не поранился ли он .: Ты знаешь, что я могу отражать опасности:.

Нагини фыркнула и внезапно опустилась на пол, соскользнув на ковер перед камином. .: Тебе нужна чья-то помощь. Ты не можешь видеть всего, что происходит вокруг тебя:. Об этом время от времени упоминала Нагини. Тот факт, что его глаза не могли дать ему панораму окружающего мира на 360 °, она считала серьезным недостатком.

.: Со мной были союзники, Нагини. И я мог сосредоточиться, потому что знал, что ты здесь и присматриваешь за Маркусом:. На самом деле это была неправда, поскольку Марволо в тот момент вообще не думал о Маркусе, а ребенок был в школе. Но в том, что она защитит его детей, Марволо был уверен.

.: Я мог бы быть более эффективным охранником, если бы мне разрешили пойти с тобой или игристым детенышем :. Нагини раздраженно зашипела со своего места перед камином, все еще работая над достижением идеальной позы, скользя по себе в замысловатом узле.

.: Мы говорили об этом. Тебе не нравится холод, и все остальные дети в школе будут тебя раздражать. Я возьму тебя с собой, когда меня не будет в Визенгамоте. Фамильярам туда вход воспрещен:. И их не было с тех пор, как какая-то сова подняла там шум или что-то в этом роде.

Марволо встал, поправил свою мантию небольшим всплеском магии и пошел взять книгу с полки. Ему нужен был перерыв, и теперь, когда Маркус уснул и его ежедневный разговор с Гарри тоже закончился, он почитает хорошую книгу перед сном.

Следующие несколько дней тоже будут тяжелыми. Наверняка появится пресса, которая будет задавать вопросы, и у авроров, вероятно, возникнут вопросы.

Марволо со вздохом позволил себе упасть в кресло, открыл книгу и начал читать о старых оберегах, которые использовались для защиты Рима от пожара во времена республики.

оооООооо

Четверг, 25 апреля 1996 г.

Стоять здесь в качестве ушей и глаз своего Лорда во время расследования было немного страшно. Джон знал, насколько это важно, даже важнее, чем его обычная работа, но до сих пор ему никогда не выпадала сомнительная честь стоять рядом с Амелией Боунс, выполняя свою работу Пожирателя Смерти.

Все они стояли или сидели – в зависимости от темперамента, и он догадался, что день у них уже был – в комнате, из которой открывался отличный вид на комнату для допросов с помощью зачарованного зеркала.

В той комнате для допросов ждала одинокая фигура, прикованная к прочному стулу, казалось, ее не интересовало окружающее. Если бы его вчерашние действия уже не были большим намеком, Джон бы догадался, что в голове Диггори что-то не так прямо сейчас, наблюдая за другим волшебником, ожидающим допроса.

Кроме Амелии Боунс, здесь были Кингсли и юная Тонкс с Джоном, все ждали, когда Скримджер войдет в комнату для допросов и начнет разбираться во всей этой ситуации. Джон был почти уверен, что все они догадываются, что привело к кажущемуся сходу с ума некогда уважаемого волшебника. В конце концов, все они знали о трагической гибели сына этого человека от волшебной палочки Питера Петтигрю. И вдобавок ко всему, вопиющая и кажущаяся отчаянной атака на Темного Лорда также была довольно сильным показателем.

Звук шелестящей ткани пронесся по комнате, где они ждали, когда дверь в комнату для допросов открылась и глава Отдела авроров вошел внутрь, плотно закрыв за собой дверь.

"Амос", - поприветствовали заключенного без видимой реакции. Джону было любопытно, какой подход другой человек использовал бы для этого допроса. Судя по тому, что он слышал из служебных сплетен от двух охранников, постоянно стоящих у камеры, Амос Диггори не произнес ни одного связного слова с момента своего ареста накануне. Заставить волшебника заговорить будет непросто, а неправильный подход может сделать это невозможным.

Как будто у него было все время в мире, Скримджер выдвинул единственный стул в комнате и сел, сложив руки на столе. Долгое время ни один волшебник в комнате для допросов не двигался.

"В настоящее время по Министерству ходит много слухов", - начал говорить Скримджер, откинувшись на спинку стула с демонстрацией непринужденности, усиливающей эффект его небрежного растягивания слов. "Большинство считает, что вы зашли за угол, и что нам не стоит утруждать себя попытками понять ваши доводы, поскольку они утверждают, что у вас их просто не может быть". Джон медленно кивнул, чувствуя, что выбранный подход бросить вызов гордости кажущегося безумным волшебника, вероятно, сработает хорошо.

Диггори еще ничего не говорил, но оскал на его лице ясно показывал, что он был тронут.

"Но мадам Боунс настояла на надлежащей процедуре. Ты же знаешь, как она относится к таким вещам". Скримджер пожал одним плечом. "Итак, вот для протокола: зачем ты это сделал?" По скромному мнению Джона, незаинтересованность была хорошо сделана, и он зачарованно наблюдал, как Диггори, образно говоря, слетел с катушек.

"О да, я знаю, какая она. Вся такая чопорная". Насмешливый тон был сильным. "Не задавать вопросов сверх очевидного! Следовать букве закона, но не его намерениям! И эта трусость и глупость позволили величайшему Злу когда-либо овладеть нашим сообществом!" Диггори даже не дышал, и Джону захотелось отступить на шаг от безумного блеска в его глазах. В последний раз, когда у кого-то поблизости было такое выражение лица, круцио летал быстро-быстро. "И все просто соглашались с этим!" Громкость Диггори неуклонно возрастала. "И тогда Злу удалось заразить Дамблдора! Кто-то должен был что-то сделать! Заставить всех осознать опасность!" К этому моменту Диггори тяжело дышал и, вероятно, ударил бы руками по столу, если бы был в состоянии двигаться.

Но на самом деле он не признался ни в каком преступлении.

И Скримджер, естественно, тоже слышал об этом недостатке. Не выказывая никакой реакции на очевидное волнение своего подозреваемого из-за взрывающихся ревунов, Главный аврор продолжил свои подкалывания. "Учитывая всю информацию, к которой у нас теперь есть доступ, и то, что добрый лорд Слизерин сделал с того дня в Визенгамоте, я чувствую, что могу проиграть свое пари на то, что в твоей голове еще остались остатки здравого смысла". Скримджер вздохнул. "Я думаю, что этого плохо спланированного покушения на убийство должно было быть достаточным намеком".

"Это было неплохо спланировано!" Диггори возмущенно вскрикнул. "Я все подготовил, как мог. Подсунул Стивену это зелье от расстройства желудка, чтобы я мог занять его место. Варил этот яд! Мне даже удалось порезать его! " Насмешка вернулась, и частички слюны пролетели через пространство между следователем и пленником, когда Диггори почти выплевывал свои слова. "Наверное, я должен был догадаться, что Зло также будет невосприимчиво к яду! Но вы все слишком тупы, чтобы видеть! Ревуны до него не добрались! А теперь слишком поздно, слишком поздно! Он разразился безумным смехом, а затем быстро разразился рыданиями, практически прекратив допрос на этом.

"Ну, это мало что нам дало", - ровным тоном заявила Тонкс, и все кивнули в знак согласия. Диггори признался в том, что они уже знали. Он приготовил яд, пытаясь убить свою цель, потому что ревунам это не удалось. Но только это не было доказательством его вины, даже если Джон был почти уверен, что террорист-ревун у них в руках.

"Может, упоминание о том, что мы нашли у него дома, заставит его заговорить?" Тонкс зашла в комнату, явно неуверенная, сработает ли это с кем-то настолько ненормальным.

"Мы можем только надеяться. Хотя лаборатория - это практически все, что нам понадобится, чтобы отправить его в Азкабан, я бы предпочла знать, была ли у него помощь ". Заявила мадам Боунс, прежде чем уйти.

Вскоре за ним последовали остальные, из-за чего Джон покинул комнату наблюдения последним. Он заканчивал последние бумаги, которые ему предстояло сделать, а затем отправлялся отчитываться перед своим Лордом. Это было не совсем информативно, но Джон был почти уверен, что Темный Лорд хотел бы, чтобы его держали в курсе каждого сделанного шага, каждой собранной крупицы информации и всех наблюдений, которые Джон мог бы предоставить.

оооООооо

Сириус поставил последнюю чашку на кухонный стол – уверенный, что Кричер не обрадуется его столь плебейскому поступку, – прежде чем сесть по другую сторону от Ремуса и Доры.

"Это просто такой большой беспорядок!" Дора восклицала, ее волосы постоянно меняли различные оттенки огненно-красного и оранжевого. "Там Эймос, потерявший сына, и его жена, оба скорбят. А потом он идет и нападает на стольких детей!"

Оба волшебника держали рты на замке, Ремус щедро добавил огненного виски в чай во всех их чашках.

"Я имею в виду, у меня были свои подозрения. Не так уж много людей все еще затаили большую обиду на лорда Слизерина. И все атаки указывали на связь с тем фактом, что ему дали новый шанс. Что места, где он тогда был, подверглись нападению. Министр, Гарри ... Дора замолчала и взяла свою чашку.

Сириус действительно не мог винить Диггори за его желание отомстить. В конце концов, он чувствовал нечто подобное в прошлом. Но поскольку то, что произошло, когда он ушел, чтобы отправиться за Питером, вместо того, чтобы остаться, как ему следовало, было плохо, Сириус теперь был уверен, что месть не обязательно была хорошей идеей.

"Я думаю, никто не помог им справиться. Не так ли?" Сказала Дора, протягивая свою чашку Ремусу, чтобы тот наполнил ее. "Остались наедине со своим горем. И тогда тот, кто каким-то образом ответственен за весь этот беспорядок, будь то проклятие или нет, получает второй шанс. Она сделала глоток свежего чая с большим количеством специй и устало вздохнула. "Я отчасти понимаю разочарование и то, насколько несправедливым это, должно быть, казалось. Но зачем выходить на улицу и нападать на детей?"

В попытке утешить Дору – по крайней мере, Сириус думал, что это было мотивацией – Ремус положил руку ей на плечо. "Никто на самом деле не знает, что происходит в голове другого человека, Дора. Вы не были близки с ним. Были? Она только покачала головой. "Так откуда ты мог знать? Он не принял бы от тебя помощь. Не расстраивайся, потому что ты ничего не смог сделать, чтобы предотвратить то, что произошло."

Она, казалось, не была убеждена, поэтому Сириус решил, что его долг сменить тему. Быстрым движением он достал из внутреннего кармана мантии последнее письмо от своих девочек. "Но вы уверены, что он работал в одиночку? Я бы с удовольствием сказал Эноре и Навелу, что у них нет причин для беспокойства. Новость попала в газеты континента, и они поинтересовались Гарри."

Волосы Доры немного пригладились – оставаясь солнечно–желтыми - и она неуверенно улыбнулась своей кузине. "Мы пока не уверены. Но во время нашего поиска в доме Диггори мы не нашли никаких намеков на то, что в этом замешан кто-то еще. Затем ее улыбка превратилась в усмешку, причем дразнящую. "Итак, ваши дочери-близнецы спрашивают о Гарри? Регулярно? Как вы думаете, он им нравится?"

Иногда перемены в настроении женщин – и чернокожих женщин в особенности – пугали Сириуса. Он нахмурил брови. Навелу или Эноре нравился Гарри? "Откуда мне знать?" наконец сказал он, пожимая плечами. "Девочка не стала бы разговаривать со своим отцом, если бы она была влюблена в мальчика. Я прав?"

Ухмылка Доры стала шире, если это вообще было возможно. "Я знаю, что говорила с отцом о влюбленностях. Мама воспринимает все это слишком серьезно. Она всегда предупреждала меня не заходить слишком далеко, беречь свою репутацию и все такое. Она закатила глаза и искоса взглянула на Ремуса.

Теперь ухмыльнулся Сириус. "Ну, я не думал, что дорогая Андромеда все еще немного помнит о семейных ценностях. Но Гарри вместе с этой милой девушкой Лавгуд. Он не из тех, кто вот так прыгает между подружками."

Ремус рассмеялся. "Он, конечно, больше похож на своего отца, чем ты, Сириус. Джеймс всегда смотрел только на Лили. Но ты! Ты постоянно гонялся за кем-то новым ".

"И ты никогда ни с кем ничего не пробовал, Лунатик". Сириус парировал, шевеля бровями. "Или я что-то пропустил после того, как мы закончили школу?"

Лунатик закатил глаза и осушил свою чашку чая с пряностями. "Ты не имеешь права спрашивать о чем-то подобном, Бродяга". В его голосе больше не звучало веселья. "Я не то чтобы хотел знать, чем ты занимаешься".

Сириус фыркнул, но вынужден был уступить. Он любил хвастаться.

"Кто не против поужинать?" Он спросил двух своих друзей, намереваясь раздуть пламя их зарождающихся отношений. Ремус заслужил немного счастья, и Дора явно была настроена заполучить Ремуса. Теперь, когда он нашел своих дочерей, его дни снова стали довольно пустыми. Они были в школе, и до летних каникул он мог только писать письма. И хотя это было приятно, этого было недостаточно, чтобы заполнить его дни.

Возможно, ему следует найти работу помимо своего места в Визенгамоте в качестве лорда Блэка.

Но сначала. "Кричер! Ужин на троих, пожалуйста!"

оооООооо

Пятница, 26 апреля 1996 г.

Было непросто убедить Корнелиуса согласиться с тем, что будет лучше, если глава Департамента обеспечения соблюдения магического закона выступит перед прессой. Он хотел получить эту сомнительную честь для себя, жаждал быть в центре внимания. В конце концов, Амелия убедила его, что, поскольку расследование все еще продолжается, она должна ответить на вопросы, в то время как он может подождать до момента завершения расследования или, возможно, даже до окончания судебного разбирательства, чтобы привлечь внимание к окончательному и надежному результату.

Амелия поднялась на трибуну, сопротивляясь желанию поправить мантию, просто окинув взглядом собравшуюся прессу. Присутствовали представители большинства крупных газет со всего мира. Это случалось не так уж часто. Но, к счастью, не было представлено ни одно таблоидное издание. Надеюсь, это приведет к отсутствию вопросов, касающихся любовных увлечений или трагических обстоятельств.

"Доброе утро", - поприветствовала их Амелия, фактически заставив замолчать последних шептунов. "У вас будет возможность задать вопросы, когда я закончу свое заявление. Поэтому, пожалуйста, подождите до тех пор ". Наверное, нет необходимости говорить это – в конце концов, они были профессионалами, и уж точно не на своей первой пресс-конференции - но лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Амелию в данный момент никто не отвлекал.

"Амос Диггори, задержанный в Палате Визенгамота 24-го числа, признался в попытке приготовить смертельный яд с намерением убить лорда Слизерина". Множество дикторов записывали ее заявление слово в слово, создавая фоновые звуки легкого царапанья. "Этому помешали его собственные ошибки в пивоварении, а также своевременное использование безоара лордом Северусом Принсом". То, что мрачный Мастер зелий попал в международную прессу, доставляло ему своего рода тонкое удовольствие. Если бы она спросила его, он, вероятно, возмутился бы идее быть представленным в качестве какого-либо героя. "Тщательный обыск в доме преступника выявил импровизированную лабораторию зелий, которая явно использовалась не только для приготовления яда, использованного при покушении на лорда Слизерина. Мистер Диггори выразил сочувствие человеку, отправившему взрывающихся ревунов во время допроса. В настоящее время у нас нет веских доказательств того, что именно он отправил этих ревунов. Таким образом, расследование терактов продолжается." Она была почти уверена, что они поймали его, тем более что ингредиенты, найденные в лаборатории, были необходимы для компонентов ревуна, а в саду было полно всего, что можно было вырастить в этом климате.

Но она ни за что не сказала бы это международной прессе.

"Было обнаружено, что миссис Диггори не знает о планах своего мужа и работает вместе с Отделом авроров, чтобы прояснить ситуацию". На самом деле ее нашли почти в кататоническом состоянии у себя дома, она едва могла позаботиться о себе, настолько глубоко погрузившись в скорбь по потерянному сыну, что даже не заметила отсутствия мужа. Она даже не знала даты и в настоящее время проживала в Сент-Мунго, чтобы встать на ноги. Надеюсь.

"Теперь вы можете задавать свои вопросы".

"Санни Сандерс, Нью-Йоркское привидение. Мадам Боунс, как отравленный клинок мог попасть в палаты Визенгамота или даже в здание Министерства?" - Спросила ведьма в мантии, скроенной по последнему слову моды, игнорируя обычное ожидание вызова.

Вздохнув, Амелия подумала: "Ну вот и все", и начала объяснять, что было бы невозможно предотвратить попадание опасных материалов в здание, поскольку необходимо было иметь возможность проносить их для работы, которую они выполняли, и почему те, кто имеет место в Визенгамоте, решительно выступали против чар, препятствующих проникновению определенной магии в Зал Визенгамота. Это было бы совсем не весело.

оооООооо

Укладывая последнюю из своих книг в сумку, Гарри задумался, сколько его вещей добралось из его комнаты в подземельях до лазарета. Но, учитывая, что на этот раз он пробыл довольно долго, а его друзья пытались развлечь его любым возможным способом, это было не так уж удивительно.

"Я хочу, чтобы вы были спокойны в эти первые несколько дней, мистер Слизерин", - сказала мадам Помфри от входа в отдельную комнату, которой пользовался Гарри. "В ваших редакциях только теория. Если ты почувствуешь что-нибудь странное, усталость или что-нибудь еще, я хочу, чтобы ты вернулся сюда как можно скорее. Я ясно выразился? "

"Ясно, как хрусталь, мадам Помфри". На мгновение Гарри подумывал попросить передать это в письменном виде, чтобы показать это Гермионе в попытке предотвратить ее склонность направлять свое беспокойство на учебу.

"Ну, тогда убирайся отсюда", - сказала она с улыбкой, делая прогоняющие движения в его сторону.

С усмешкой Гарри взял свою сумку с книгами и вышел из вновь опустевшего лазарета. Он был последним из людей, пострадавших во время нападения на прошлой неделе, кому разрешили уйти. К счастью, все остальные пострадали менее серьезно.

И, как ни странно, Гарри не попал в газету за то, что именно он создал щит и защитил всю деревню от ещё большего вреда.

Не пройдя и десяти шагов по коридору, Гарри увидел, как Гермиона и Рон вышли из-за угла.

— Гарри! — воскликнула Гермиона и бросилась бежать, как только увидела его.

Зная, что она собирается сделать, Гарри поставил сумку с учебниками на пол и приготовился к удару, ухмыляясь. И как раз вовремя, чтобы обнять её и погладить по густым волосам, которые всё ещё не поддавались чарам по уходу за волосами, которым Гермиона научилась у девочек, с которыми теперь проводила больше времени.

«Ты был таким безрассудным. И я так волновалась! Но ты ведь спас всех тех людей, Гарри. Почему вокруг тебя всегда происходит что-то опасное?» Она говорила бессвязно, но достаточно громко, чтобы Гарри мог её слышать, хотя она стояла прямо у него за спиной.

"Я не могу этого объяснить. Но что бы ты сделал на моем месте?" Гарри пробормотал в ответ, опуская руки по бокам, прекращая их объятия.

На этот вопрос у Гермионы не было ответа. Потому что, будь она на месте Гарри, она бы не убегала, а тоже попыталась помочь. Казалось бы, безнадежная ситуация никогда раньше не останавливала Гермиону. И она знала это так же хорошо, как и Гарри.

Они отошли друг от друга, Гарри взял свою сумку и повернулся, чтобы идти дальше по коридору.

"Итак, вы двое - мой официальный комитет по возвращению?" Гарри хотел знать, переводя взгляд с не очень счастливого на вид Рона – казалось, он еще не оправился от той влюбленности – на измотанную Гермиону.

"Ничего такого формального", - Рон закатил глаза. "Мы просто вызвались прогуляться вместе с тобой. Похоже, слизеринцы не верят, что ты можешь куда-то пойти один. Теперь, когда Диггори удалось попасться, опасности больше нет. Так почему вся эта безопасность по-прежнему важна? Ты можешь это объяснить?"

Зеленые глаза Гарри на мгновение встретились с карими глазами Гермионы, и он увидел, что она понимает, почему безопасность все еще важна. Но Гарри знал, что Рон на самом деле не принял бы объяснений, если бы их произнесла Гермиона. Она была слишком хорошо известна тем, что следовала правилам и была чрезмерно осторожна, чтобы Рон отнесся к ней серьезно в таком вопросе.

"Даже если он действовал в одиночку, и мы не знаем, сделал ли он это, всегда есть вероятность, что другой человек мог что-то предпринять. Я не хочу, чтобы на меня смотрели разочарованно. Рискнули бы вы получить взбучку от своей матери, если бы могли избежать этого, оставаясь со своими друзьями?"

Теперь Рон скорчил гримасу, вероятно, вспомнив ревуна, которого он получил в самом начале их второго курса, и кивнул.

Как только они добрались до Большого зала, который уже гудел от голосов всех студентов внутри, Луна была там с безмятежной улыбкой на лице, переплела свои пальцы с пальцами Гарри, поднялась на цыпочки, чтобы быстро поцеловать его. "Как думаешь, ты мог бы нарисовать меня?"

Как всегда, слегка ошеломленный, но счастливый оттого, что она была в этом моменте, Гарри сжал руку Луны и начал размахивать их соединенными руками. "Я не думаю, что у меня пока что все хорошо получается с портретами. Но если ты предлагаешь посидеть в одной позе, чтобы я попрактиковался... Кто я такой, чтобы отказываться?"

"Тогда встретимся за завтраком?" Спросила Луна, почти вприпрыжку, когда они вошли в зал и подошли к концам столов.

"Мы сделаем это", - согласился Гарри и немного наклонился, чтобы поцеловать свою девушку. Когда он снова поднялся, он встретился взглядом с Роном и увидел, что его друг закатывает глаза. Возможно, Гарри стоит составить список всех случаев, когда Рон высмеивал Гарри и Луну, чтобы он мог вернуть их все, как только Рон начнет встречаться.

Когда они разделились, чтобы пройти к своим столикам, Гарри заметил Тео и Драко, сидящих вместе с большинством своих однокурсников и занявших для него место. По пути туда Гарри не раз чувствовал на себе взгляды, но не было никаких перешептываний, и ничего более интересного, чем то, что его выписали из больничного крыла. Если бы это могло оставаться так до конца его школьных лет, Гарри был бы по-настоящему счастлив.

"Гарри! Я действительно рад, что ты вернулся! Тренировка была не такой эффективной без другого искателя, с которым можно было соревноваться", - заявил Драко с напыщенным видом, заставив всех друзей вокруг них рассмеяться.

Гарри сел, осторожно поставил свою сумку на пол - она была набита почти до отказа - взял тарелку с мелко нарезанной олениной, даже не посмотрев в сторону Драко. Когда он, наконец, посмотрел в сторону блондина, Драко закатил глаза, ничуть не смутившись. Гарри ухмыльнулся и передал тарелку Винсенту, который протянул руку. "Я не уверен, что мне еще разрешено летать, Драко. Мадам Помфри настаивала, чтобы я не торопился. Часовая тренировка с командой по квиддичу, вероятно, не соответствует этому описанию. "

Прежде чем Драко успел возразить на это – он даже рот открыл - Тео передал Гарри миску тушеной моркови и заговорил. "Профессор Снейп заставит всю команду чистить котлы, если вы заставите Гарри летать, не посоветовавшись с мадам Помфри. И я бы поставил десять галеонов, что она не позволит ему летать еще неделю".

"Я в деле!" Драко принял пари, и Гарри вернулся к еде, качая головой своим друзьям.

ооОоо

Было здорово снова оказаться в общей комнате, перед камином, в кресле, в окружении друзей. Странно, насколько родными казались ему эти комнаты. Он бы никогда не догадался, когда впервые оказался здесь на втором курсе.

Кроме пятикурсников и семикурсников, почти все остальные разошлись по своим комнатам или другим частям замка, чтобы не сталкиваться с обезумевшими от волнения учениками, готовящимися к экзаменам. Сириус утверждал, что ближе к июньским экзаменам станет ещё хуже, с теплотой вспоминая, как Мародёры однажды устроили розыгрыш в гостиной Гриффиндора незадолго до экзаменов, но их выгнали оттуда недовольные однокурсники.

Гарри признался, что в предыдущие годы он не замечал повышенного стресса и пониженной терпимости к шуму у тех, кто готовился к СОВ и НЭВ. Втайне он предполагал, что это было связано с тем, что он и его друзья сами находились в стрессовых ситуациях, которые отвлекали их от того, что делали другие, но вслух он этого не сказал.

Гарри достал свою книгу по зельеварению и учебное пособие, которое он создал для растений и других ингредиентов зелий, которые ему нужно было знать, вытеснив учебный план, составленный для него Гермионой. Решив не вставать, чтобы поднять его с того места, где он упал на ковер – старый и хорошо использованный, но высокого качества, – Гарри начал еще раз повторять основы гербологии и зелий. Улучшившиеся рабочие отношения с профессором Снейпом, а также осознание того, что его мать была весьма одарена в этом конкретном предмете – вплоть до Чар – вернули Гарри интерес к нему. Он хотел получить хорошую оценку, может быть, даже достаточно хорошую, чтобы продолжить изучать Зелья ТРИТОНА.

Пэнси усмехнулась, подняв пергамент с расписанием от Гермионы. Поскольку Гарри не заметил ее движения, он предположил, что она призвала пергамент. Это было довольно грубо - вызывать то, что ей не принадлежало. Что, если бы это было личное письмо?

Или, может быть, Гарри также следует уделять немного больше внимания своим вещам. Он должен помнить, что шпионаж был часто используемым инструментом в арсенале политика в волшебном мире.

"Я не понимаю, как ты можешь мириться с ее постоянным подталкиванием", - с неодобрением произнесла Панси, скорчив гримасу, как будто ее попросили перебрать ведро с флоббер-червями. "Какое право она имеет диктовать, как тебе следует учиться?"

Этот комментарий напомнил о множестве случаев, когда Гермиона хотела ответить на все вопросы экзамена, который они только что закончили, и как Рон стонал, все ее нытье о том, что им нужно закончить свои эссе, и укол вины, который Гарри испытывал, потому что знал, что она была права, все заклинания, которые она нашла для него для подготовки к третьему заданию только в прошлом году, время, когда она искала Николаса Фламеля, ее исследование в защиту Клювокрыла, все случаи, когда она закатывала глаза на Рона и его, когда они проваливали домашнее задание.

Он немного повернулся, чтобы оказаться лицом к лицу с Пэнси, и одарил ее ледяной улыбкой, забирая пергамент у нее из рук, не поднимая палочку, неосознанно. "Она заслужила право беспокоиться обо мне и моих академиках, Пэнси. Она мне как старшая сестра во многих отношениях. И хотя я согласен, что ее академическая сосредоточенность порой может быть непростой, это также не раз помогало мне выжить. " Поймав всплывшее расписание, которому он не собирался следовать, Гарри подвинулся, чтобы сесть поудобнее, и снова сосредоточился на своей правке.

Гермиона может стать непревзойденной в своем стремлении к успеваемости и хорошим отметкам. Но когда он заговорил об этом с мадам Гойл – после довольно сложной домашней работы в библиотеке – она помогла ему понять, что у Гермионы были свои проблемы, и она сосредотачивалась на домашней работе и учебе только тогда, когда чувствовала себя не в своей тарелке или испытывала стресс. Но она также убедилась, что Гарри понимает, что у него есть право устанавливать границы и настаивать на их соблюдении.

Он планировал поблагодарить Гермиону за ее заботу и готовность помочь, но также сказать ей, что ее подход к пересмотру не сработает для него так уж хорошо. Надеюсь, она не будет удручена, но поймет. Она была всего лишь человеком и подростком, как и Гарри.

На самом деле он не заметил изумления на лице Пэнси или на лицах Тео и Драко из-за его заклинания вызова без палочки. Гарри сказали быть осторожнее и не использовать магию еще несколько дней, и все в Слизерине это знали. Видеть Гарри, использующего беспалочковую магию после того, как он был в постели, чтобы прийти в себя, было поразительным событием.

Остаток вечера прошёл в напряжённой атмосфере в общей комнате. Шумная активность пятничного вечера переместилась в спальни, чтобы в субботу можно было заняться чем-то не совсем активным в общем пространстве Дома.

оооООооо

Суббота, 27 апреля

Еще один уик-энд, дающий ребятам слишком много времени и свободы, чтобы бродить по залам и сеять хаос. Аргус прогуливался по менее используемым залам замка, его верный кот шел рядом с ним, ища картины, нуждающиеся в чистке, ущерб, нанесенный каким-либо из бесценных артефактов, выставленных и не оцененных по достоинству на школьных дорожках.

В некотором смысле, для меня было честью работать здесь, в Хогвартсе, где так много волшебных картин. Нести ответственность за их сохранность. С другой стороны, он провел годы в университете, а затем обучался у мастера-реставратора более чем в одном музее, только для того, чтобы теперь проводить большую часть своего времени, подтирая грязь за беспечными сопливыми сопляками, чтобы было хоть чем заняться.

Иногда кто-то приходил к нему с просьбой почистить или отремонтировать портрет. Но не многие охотно искали сквиба, чувствуя себя более способными, чем он, только потому, что он не мог владеть палочкой и получать легкие результаты.

Аргус фыркнул и подошел ближе к картине с изображением корабля в бурном море, проверяя, не заметил ли он небольшую вмятину на холсте, или это была игра света.

Затем он услышал голоса. Два голоса. Если бы ему пришлось угадывать, он бы сказал, что это девочка и мальчик. Осторожно ступая вдоль стены — не хотелось бы потревожить картины, — Аргус подошёл к двери в пустующий класс, откуда, как он был уверен, доносились голоса.

Миссис Норрис подошла к двери первой, не издавая ни звука, но внимательно наблюдая за тем, что происходит внутри. Когда Аргус наконец смог заглянуть внутрь, он удивился тому, что они оба обнаружили.

Тот слизеринский мальчик сидел там, с блокнотом для рисования на коленях, спиной к свету, а в другом конце комнаты, на учительском столе, сидела девочка. Она была хорошенькой, хотя и довольно странно одета, за неимением лучшего слова. Она сидела так, что её профиль был повёрнут к мальчику, который её рисовал, обхватив руками колено и закутавшись в старое одеяло или что-то в этом роде.

— Вы уверены, что вам по-прежнему удобно? — спросил мистер Слизерин у своей модели. — Пожалуйста, дайте мне знать, если это не так. Мы можем остановиться в любой момент, Луна.

Девушка улыбнулась, но не изменила позы. «Всё в порядке, Гарри. Продолжай рисовать. Когда мы с отцом отправляемся на поиски самых неуловимых существ нашего мира, иногда мы не двигаемся часами. Я, конечно, могу посидеть здесь для тебя ещё немного».

— Если вы уверены, — сказал мальчик и вернулся к своим наброскам. Его голова слегка покачивалась вверх-вниз, когда он смотрел на неё, прежде чем снова вернуться к работе.

Казалось, он действительно серьезно относился к своему искусству. Провести такой солнечный день – один из немногих, которые выпадают весной так далеко на севере, – за рисованием эскизов.

И теперь весь наряд, в котором щеголяла девушка, тоже приобрел больше смысла. Цветочная корона в ее волосах и косах, одеяло, уложенное складками вокруг нее, как туника или старый плащ, ее босые ноги. Выглядело так, будто они пытались создать основы древнегреческого или римского стиля. Либо в честь тех точных периодов времени, либо одно из многих последующих поколений черпало вдохновение в старых образах.

Отступив так же тихо, как и пришел, Аргус обдумал увиденное. Что, возможно, это начало нового художника. Не тот, кто быстро создает маленькие анимированные иллюстрации к книгам, а настоящий художник, не использующий магию в качестве опоры. С грустной улыбкой Аргус ушел, вспоминая свое студенчество, когда он тщательно зарисовывал других студентов сидящими, стоящими, позирующими неподвижно всего за гроши денег. Он не смог сдержать фырканья, когда ему внезапно пришло в голову, что ему повезло не застать мистера Слизерина и его музу за работой над эскизом обнаженной натуры. В этом случае он был бы вынужден прекратить их изучение искусства.

Все еще ухмыляясь, миссис Норрис следовала за ним по пятам, Аргус решил взглянуть на каменную кладку некоторых стен замка, поскольку ему показалось, что несколько дней назад он видел там горгулью, нуждавшуюся в чистке. Ему определенно следует присматривать за этим мальчиком. Возможно, он мог бы воспитать кого-то, кто последовал бы его страсти к искусству. Слишком часто волшебники и ведьмы пытались приобщить своих детей к чему-то другому.

Глава 100 - Май

Май

Воскресенье, 28 апреля 1996 г.

"А позже миссис Питерс отведет меня в гости к Эйдену. Нам разрешат летать на метлах в саду!" Маркус сидел на коленях у Марволо, весело делясь своими планами на день со старшим братом. Гарри тем временем сидел на своей кровати, улыбаясь своему младшему брату, в то время как на задворках его сознания мысли сменяли друг друга.

Но не было причин выражать свое разочарование, пока Маркус все еще присутствовал. Поэтому он слушал, искренне заинтересованный, и ждал, пока закончится поздний завтрак в Гриффин-Хаусе.

"Веселись, Маркус!" Сказал Гарри, осторожно помахав свободной рукой так, чтобы это было видно в зеркале, смеясь над веселым скандированием "Я собираюсь летать. Я собираюсь летать!" - постепенно становилось все тише, когда Маркус вышел вслед за миссис Питерс из комнаты.

Затем дверь захлопнулась, и улыбка сползла с лица Гарри.

Слегка смущенное выражение лица Марволо было бы забавным, если бы Гарри не был так взбешен, как сейчас.

"Итак", - начал Гарри и удивленно моргнул, увидев недовольную гримасу Марволо. Это полностью сорвало то, что он планировал сказать.

"Мне жаль, Гарри". Внезапно возникшую тишину между ними заполнил Марволо. "Хотя на самом деле я вам не лгал, я осознаю, что умолчание информации так же точно не является правдой, как и любая ложь. В свою защиту я могу только сказать, что был не в лучшей форме и хотел избавить вас от ненужного расстройства, которое вызвало бы раскрытие всех подробностей."

Гарри фыркнул, но не смог точно оспорить тот факт, что Марволо не сказал никакой лжи, когда отдыхал на спине в Зале Визенгамота, после того, как на него напали с целью убить.

"Я узнал, что Амос Диггори пытался убить тебя из газет и слухов! Что могло быть лучше? То, что у моих посетителей были строгие инструкции от мадам Помфри ничего мне не говорить, также не делает это лучше. Я говорил с тобой не один раз, отец! Ты мог сказать мне об этом в любое время между средой и пятницей! "

Зеркало закачалось, и Марволо провел рукой по волосам, разрушая тщательно сделанную прическу. "Прости. Вы знали все о слухах и спекуляциях вокруг "щита", я думал, вы уже слышали, что Диггори был тем, кто напал на меня. Я подумал, что, скорее всего, кто-то из ваших друзей наверняка рассказал бы вам. "

Гарри закатил глаза. "Конечно. И мои друзья явно подумали, что я услышал о нападении от тебя". Он снова фыркнул и сделал несколько глубоких вдохов. "Я думаю, вы знаете, что мадам Гойл была здесь вчера вечером, чтобы наверстать упущенное на прошлой неделе?"

Марволо кивнул. "Она также попросила меня освободить место для дополнительного сеанса, чтобы поговорить о попытке убийства".

"Вероятно, хорошая идея". Гарри кивнул, сделав еще один глубокий вдох. "Мы поговорили некоторое время, и я ... ну, я действительно не думал о том, какой должна быть драка, чтобы я проснулся от переполняющих эмоций. Ты знаешь?" На самом деле, Гарри не был так уж впечатлен своим собственным мышлением по этому поводу. Что-то, что привело к утечке эмоций от Марволо, должно было быть значительным. В противном случае окклюменционных щитов его отца должно было быть достаточно, чтобы предотвратить нечто подобное. Их было достаточно в сочетании с собственными щитами Гарри, чтобы на несколько месяцев разделить их разумы.

Марволо торжественно кивнул. "Я был удивлен, что ты позвонил именно тогда. Но, оглядываясь назад, когда ты был магически истощен, а я терял сознание из-за яда"… это было логичным следствием ".

"Да, хорошо. Теперь мы оба знаем лучше. И это не значит, что тебе действительно грозила смерть, - сказал Гарри, радуясь, что он был не в общей комнате, а решил остаться в своей комнате для этого разговора. "Но я думаю, было бы неловко при таком количестве свидетелей?"

Марволо вздохнул, откидываясь на спинку стула. "Мне кажется, ты слишком снисходителен, Гарри. Не то чтобы я жалуюсь, поскольку я счастливее всего на своей памяти, что ты и Маркус - моя семья. Но тебе позволено затаить обиду. Потому что я действительно опустил важную информацию. Ты ведь знаешь это, верно?"

Теперь настала очередь Гарри провести рукой по волосам, не нарушая аккуратной прически. "Я знаю, что мне позволено и, возможно, даже оправдано затаивать обиду. Но я не обязан этого делать, если не хочу. И я предпочитаю быть счастливым, а не несчастным. Твои намерения были благими, и ты был немного не в себе. И там была аудитория. Итак, может быть, меньше предположений о том, что я знаю или не знаю, будет хорошим способом справляться с подобными вещами в будущем? " Таков был план, который Гарри придумал во время разговора с мадам Гойл. У нее действительно был способ заставить его самостоятельно находить решения своих проблем, лишь изредка предлагая советы и возможные способы, когда было ясно, что он просто не знает. В последнее время такие случаи происходят все реже и реже.

Пригласить их обоих к психотерапевту явно было одной из лучших идей Марволо.

"В духе отказа от сокрытия важной информации. В настоящее время я нахожусь в процессе очередной корректировки нескольких шагов в ритуале, готовясь попробовать в последний раз перед летом, - Марволо внезапно довольно резко сменил тему. "Я снова попросил Билла и Целительницу Гринграсс о поддержке и уверен, что результатом станет ритуал, который мы сможем провести этим летом, как только ты вернешься из школы".

Гарри моргнул, открыл рот, снова закрыл, прежде чем заговорить. "После этого останусь только я? И тебя устраивает, что… у тебя нет предохранителей?"

Марволо снова кивнул. "Да. Я все еще работаю над принятием всех последствий. Но видишь, что я упустил и что я получил взамен, поскольку их количество настолько сократилось? Оно того стоит, Гарри. И я позабочусь о том, чтобы тебе не причинили вреда во время ритуала."

Гарри чувствовал себя немного опустошенным, но кивнул. "Я знаю. И глупо, что я беспокоюсь из-за чего-то подобного. Верно? Но я хочу, чтобы ты дал мне знать, когда в следующий раз попытаешься провести ритуал, и сразу после этого позвонил мне. Чтобы я был уверен, что все прошло хорошо. "

"Поскольку это на самом деле не сложно, я почти уверен, что справлюсь", - сказал Марволо с легкой улыбкой. "И как дела в школе?"

Немного посмеявшись, Гарри согласился со сменой темы и начал рассказывать, что произошло в Хогвартсе с момента их последнего разговора.

оооООооо

Пятница, 3 мая 1996 г.

"Входи, Северус", - позвал Марволо, когда раздался стук в дверь. Белена сообщила ему – разумеется, – что к нему пришел посетитель и кто это был, в то время как Флимм позаботился о том, чтобы Мастер зелий нашел дорогу в кабинет.

Не то чтобы в этом была необходимость — Северус уже несколько раз бывал здесь и знал дорогу, — но эльфы настаивали на соблюдении правил, установленных Марволо. Сопровождение посетителей по их владениям, похоже, было одной из тех обязанностей, которыми эльфы дорожили.

— Милорд, — Северус почтительно поклонился и, как обычно, вошёл в комнату, развевая полы мантии.

Марволо указал Северусу на стул, на который тот должен был сесть, и устроился в кресле напротив, как только на маленьком столике между стульями появился поднос с чаем и печеньем. Соперничество между эльфами, безусловно, имело некоторые полезные побочные эффекты.

— Спасибо, что уделил мне время, Северус, — сказал Марволо, почти уверенный, что заметил, как Северус закатил глаза, пока готовил себе чашку чая.

«Я директор школы вашего сына, милорд. Когда вы просите о родительском собрании, я мало что могу сделать, чтобы не присутствовать на нём», — ответил Северус с сухой вежливостью.

"Верно", - вынужден был признать Марволо. "Но ты мог бы позвать меня в школу для этого разговора", - ему просто пришлось указать собеседнику.

Сделав глоток чая и поудобнее устроившись в своем кресле, Северус проигнорировал этот комментарий и сразу перешел к причине, по которой они были здесь. "Я полагаю, у вас есть вопрос об успеваемости вашего сына на уроках, милорд?"

Добавляя третью ложку сахара в чай, медленно размешивая, Марволо ответил. "Я хотел спросить, повлияло ли магическое истощение негативно на его уроки. И насколько хорошо он подготовлен к "Совам".

"Кажется, у него все хорошо. И я почти уверен, что ему не нужен был весь отдых, который мадам Помфри заставляла его принимать. Ваш сын, безусловно, значительно продвинулся в зельеварении, и ни один из других профессоров не обращался ко мне с какими-либо жалобами. Поскольку мисс Грейнджер все еще среди его друзей, теперь ее поддерживают достаточно других, чтобы противостоять отсутствию амбиций у мистера Уизли в науке, у него, безусловно, остается достаточно времени для учебы. "

"Значит, он подготовлен настолько, насколько это вообще возможно? Приятно слышать. Хорошие совы предложат ему больше возможностей ". Не то чтобы хорошие оценки в школе были необходимостью для полноценной жизни. Особенно с учетом того, что Гарри планировал занять место Дома Поттеров в Визенгамоте и его интереса к искусству, хорошие оценки в его OWLS были не так уж важны.

"Так и есть, милорд", - сказал Северус, беря одно из печений с сушеной вишней.

"Это хорошо". Марволо кивнул сам себе. "Я также выбрал имя из твоего списка идей. Это заняло больше времени, чем я планировал, но это было не так важно. Вы получили ответ на свое письмо?"

"Я так и сделал, милорд. Они предпочли бы, чтобы зелье не было названо в их честь, но были благодарны за то, что их спросили, - сказал Северус, явно заинтересованный теперь, когда тема переключилась на то, чем Мастер зелий интересовался больше, чем его ученики.

"Что ж, тогда название будет "Зелье Антероса". Мне нравится возможность двусмысленности в названии, и, если быть честным, зелье двух отцов в любом случае будет частью названия. Слишком много людей уже слышали рабочее название, чтобы оно не использовалось в будущем ", - объяснил Марволо. Он был почти уверен, что не один студент зельеварения споткнется на этом имени, проклиная его за это решение, и он был доволен этим. Добавьте небольшой урок истории к их эссе. Им, вероятно, в любом случае понадобилось бы дополнительное образование.

оооООооо

Среда, 8 мая 1996 г.

Слегка раздраженный, Тео пошел по коридору в сторону комнаты Гарри. Он просто хотел поработать над домашним заданием, но все покинули гостиную ранее, когда ссора в отношениях привела к перепалке. Поскольку Крэбб и Гойл начали горячую дискуссию о том, какой амулет для бритья лучше – из всех вещей – вскоре после того, как Тео устроился в их общежитии работать, он вышел из комнаты со своими вещами, надеясь, что общая комната будет пуста.

Этого не было – на самом деле звуки, которые он слышал, указывали на то, что паре удалось решить проблему, – и поэтому Тео решил попробовать комнату Гарри.

От общежития, которое Тео и остальные делили с первого курса, до двери в комнату Гарри было недалеко, и на его стук оттуда сразу же раздалось "Войдите!".

Итак, Тео открыл дверь и заглянул внутрь, не решаясь пока переступить порог. "Могу я попросить убежища в твоей комнате, Гарри? Мне нужно поработать над этим эссе. Здесь поблизости нет тихого места, а для библиотеки уже слишком поздно."

Гарри оторвал взгляд от альбома для рисования, лежащего у него на коленях, и улыбнулся. "Конечно. Входи. Можешь занять письменный стол".

Одним шагом Тео оказался в комнате и закрыл за собой дверь. По пути к столу он внимательно осмотрел комнату и все, что в ней находилось. Обычные комнаты в общежитии были неплохими, но эта была на другом уровне. Более сложная отделка по дереву, драпировки из шелкового бархата, одеяло, судя по виду, из шелка, ковер и коврики. Это была красивая комната. И самое приятное в комнате было то, что там было намного больше места, чем в обычных комнатах.

Тео подошел к письменному столу, аккуратному, со встроенными полками, заполненными книгами, которыми они пользовались в этом году, и отложил свою работу, прежде чем сесть на стул.

Пока Тео добивался значительных успехов в написании эссе, Гарри работал над эскизом. Помимо царапанья пера Тео по пергаменту, были слышны звуки перемещения угля по бумаге.

Закончив свое эссе, Тео почистил перо легким взмахом палочки, прежде чем положить его на стол. "Гарри". Тео повернулся, чтобы посмотреть на своего друга, сидящего на кровати. "Ты ведь знаешь, из-за чего появился этот щит, не так ли?"

На долю секунды Гарри выглядел так, словно его поймали с поличным, прежде чем он снова расслабился, выглядя смущенным. "Почему ты так думаешь? Половина всех Невыразимых обыскали деревню и ничего не нашли."

«Грейнджер не говорила постоянно о щите. Разве она не стала бы изучать и строить догадки, если бы не знала, что стало причиной появления щита?» И если она уже знает, то логично предположить, что и ты тоже знаешь. С каждым днём это становилось всё более очевидным по мере того, как слухи в «Пророке» становились всё более безумными, но Грейнджер, Гермиона, как бы её ни звали, сосредоточилась только на предстоящих СОВ, домашних заданиях и уроках, игнорируя тайну прямо у них на глазах. Тео уже достаточно хорошо её знал, чтобы понять, когда что-то было не так.

Гарри застонал и прикрыл глаза одной рукой, медленно опуская её, оставляя на носу след от угля. — Это так очевидно?

Тео пожал плечами, изо всех сил стараясь не рассмеяться вслух над нелепым видом Гарри с этим пятном на носу. «Полагаю, не для всех. Но да, она обычно как бульдог с костью, когда есть что-то новое, что нужно исследовать. Или я ошибаюсь?»

Еще раз проведя рукой по лицу, Гарри сделал мазки намного хуже. "Нет. Ты не ошибаешься. Я знаю, как щит может защитить всех. Но было бы лучше, если бы об этом знало как можно меньше людей."

Хихикая – и разве он не был рад, что никто, кроме Гарри, об этом не знает – Тео достал из кармана носовой платок и протянул его Гарри. "У тебя углем испачкано лицо. Итак, ты узнал о щите от Гермионы?"

"Нет", - ответил Гарри, взяв предложенный платок из рук Тео без волшебной палочки. Он вытер лицо и продолжил говорить после того, как очистил и сложил квадратик ткани. "Обещай, что ты сохранишь это при себе".

Когда Тео кивнул, не осмеливаясь что-либо сказать, Гарри тяжело вздохнул и махнул рукой, возвращая платок Тео. "Я был тем, кто воздвиг щит. Невилл, Рон и Луна были достаточно близко, чтобы увидеть, и спросили, пока я был в больничном крыле. Знаешь, Гермиона, - Гарри махнул рукой, явно имея в виду всю ситуацию в целом, - она бы догадалась, что Рон и Невилл что-то скрывают от нее. И хорошо, чтобы она случайно не усугубила ситуацию своими раскопками, я сказал Рону, что он может рассказать ей. "

Тео почувствовал, как у него приподнялись брови. Гарри наколдовал этот щит? Его друг оказался намного сильнее, чем Тео думал. А ведь он уже считал, что Гарри близок к уровню Дамблдора.

— Ты наколдовал этот щит? — сложив руки на груди, присвистнул Тео. — Неудивительно, что ты неделю не выходил из дома. Ты использовал не просто протего. Да?

Гарри покачал головой. «Нет. Я использовал кое-что посложнее. Не уверен, что есть другой способ добиться такого же результата. Наверное, ничего, что действовало бы так же быстро. Если станет известно, что это был я…» — Гарри замолчал, проведя рукой по волосам и откинувшись на кровать, уставившись в балдахин. «Думаю, сначала они будут меня хвалить. Но, думаю, как только они потребуют объяснений и получат их… Тогда они будут бояться меня… Ты знаешь, чем это закончится.

Тео хмыкнул. Гарри, вероятно, был прав. Людям не понравилось бы объяснение – или необъяснение – которое Гарри только что дал ему, они захотели бы точно знать, что он сделал. Создание щита для защиты целой деревни без подготовки… Гарри был достаточно могущественным человеком, чтобы пугать. "Не беспокойся, Гарри. Я не буду сплетничать".

Легкая улыбка на лице Гарри сменилась облегчением. "Спасибо, Тео. Не думал, что ты узнаешь. Но чем больше людей знает, тем больше вероятность, что кто-то еще может узнать об этом ".

"И ты просто не можешь так рисковать". Тео понимающе кивнул.

Гарри тоже кивнул и одним движением сел обратно, ухмыляясь Тео. "И как продвигаются ваши отношения с Джинни? Вы оба очень хорошо избегаете общественного внимания".

Тео вздохнул. Что ж, он предположил, что Гарри мог бы дать совет, и его друг только что посвятил его в кажущийся невозможным подвиг создания этого щита. "Она недовольна тем, что скрывается, но на самом деле не хочет встречаться лицом к лицу со своей семьей, особенно с матерью, по крайней мере, сейчас".

"Миссис Уизли - сила, с которой приходится считаться", - согласился Гарри с задумчивым видом. "Но я думаю, что было бы рискованно не говорить об этом ее семье. Что будет, когда они узнают об этом и о том, что вы скрывали свои отношения? Разве это не было бы хуже?"

Было поздно – все в их комнатах уже спали, – когда Тео проскользнул обратно, чтобы лечь спать. Это была интересная дискуссия. Тео не был уверен, что делать, но ему нужно было обдумать новые точки зрения.

оооООооо

Суббота, 11 мая 1996 г.

Это была игра между Слизерином и Хаффлпаффом, и вся школа спустилась на поле в приподнятом настроении.

Джинни улыбалась от уха до уха, ее рука переплелась с рукой Тео и раскачивалась в такт их шагам. Они поговорили об этом и решили больше не скрывать своих отношений. Жизнь была короткой, они были подростками, и у них были общие друзья. И беспокойство Гарри о том, что их семьи узнают о том, что они держат это в секрете, было обоснованным. Джинни была уверена, что ее мать не остановится на отправке гневного письма.

Гарри был где-то в далеком прошлом, гулял с Луной и слизеринцами с того года, как он не был в команде, в то время как Тео согласился посидеть с Джинни и ее друзьями.

— И ты готов сидеть на трибунах Гриффиндора, пока играет Слизерин? — спросил Джеффри Хупер с дразнящей ухмылкой. — Чувак, ты совсем спятил!

Тео лишь улыбнулся, стараясь выглядеть ещё более глупым. «Я бы не набрался смелости, если бы Слизерин сегодня играл с Гриффиндором. Но раз это Хаффлпафф, то унижение того стоит, чтобы сидеть рядом с моей девушкой!»

Братья Колин начали мяукать, и Вики безудержно захихикала, сидя по другую сторону от Джинни. Она знала, что улыбается, и сжала руку Тео, прежде чем сменить тему. — Ты чувствуешь, что достаточно подготовлен к экзаменам?

Все они знали, что экзамены в конце года уже не за горами и начнутся в начале следующего месяца, но обычно на квиддичных матчах не принято было говорить о школе. Поэтому в ответ Джинни услышала лишь стоны своих однокурсников и нескольких друзей Денниса, которые согласились пойти с его старшим братом и его друзьями. «Серьёзно, Джинни! Ну и ну, умеешь ты испортить настроение!»

Она невозмутимо пожала плечами. "Что? Мы еще не на поле! И я действительно хочу знать ". Она гораздо лучше рассмотрела измученных и напряженных пятикурсников, чем это было полезно для ее собственного душевного спокойствия. На самом деле, если бы она не была с Тео, она, вероятно, смогла бы игнорировать стресс гораздо лучше, чем сейчас. Даже торговля предположительно усиливающими веществами, вероятно, осталась бы незамеченной. Так делалось все предыдущие годы.

Решительно отбросив мысли обо всех причинах, по которым она не заметила бы ничего подобного в свой самый первый год в Хогвартсе, Джинни улыбнулась Тео. "И, кроме того, я думаю, Тео хотел бы отвлечься на то, что кто-то другой жалуется на количество домашних заданий, экзаменов и все такое".

Тео рассмеялся, качая головой. "Нет, большое вам спасибо! Все жалуются! У нас есть ученики, готовящиеся к экзаменам по тритонам, и все остальные классы также готовятся к экзаменам. Это не исключительно гриффиндорское условие - жаловаться на нехватку свободного времени. Я почти уверен, что даже равенкловцы время от времени жалуются, и хотя бы потому, что все повторения лишают их возможности учиться чему-то новому." Это вызвало всеобщий смех, а затем им пришлось подниматься по лестнице, и разговоры прекратились в пользу возможности отдышаться. Хотя все лестницы поддерживались в достаточно хорошем состоянии, подъем на трибуны был совсем другим делом. Он был длинным, крутым и недостаточно широким, чтобы идти более чем по двое в ряд.

Как только они добрались до места, где хотели поселиться, Тео достал палочку и наложил смягчающие чары на сиденье для Джинни, которая закатила глаза, услышав, как первокурсница издает рвотные звуки. "Действительно, можно подумать, они должны знать, что такое хорошие манеры".

Она увидела, как Тео прикусил губу, явно сдерживаясь от комментария, затем снова взяла его руку в свою. Это должно было быть хорошо.

"Если Хаффлпаффу удастся хорошо и быстро разгромить Слизерин, нам почти не нужно будет прилагать особых усилий, чтобы получить кубок!" - с энтузиазмом провозгласил кто-то позади них.

"Не очень вероятно", - уверенно сказал Тео, ухмыляясь.

Достав омниколь, Джинни осмотрела трибуны Слизерина, чтобы посмотреть, сможет ли она заметить Гарри и Луну. Это было довольно просто, так как Луна надела дурацкую шляпу, вокруг которой летали зачарованные бусины. Вероятно, это какая-то отсылка к квиддичу.

Все еще казалось каким-то нереальным, что Гарри и Луна были парой. Но, похоже, это сработало, и к настоящему времени Джинни поняла, что Гарри вряд ли станет аврором или профессионалом по квиддичу, соответствующим образу партнера ее мечты. После долгих размышлений и бесед с Гермионой она поняла, что принуждение кого-то другого к столь радикальным изменениям сделает его довольно несчастным, что приведет к несчастью во всех отношениях.

Возможно, Тео не из тех, кто станет аврором или пойдет в квиддич, но он проявил интерес к дуэлям, и его манеры были довольно очаровательными.

Джинни действительно не была уверена, что в конечном итоге выйдет замуж за Тео. Но, как она уже поняла, не было причин, по которым она должна была выходить замуж за своего первого парня – не то чтобы Тео был первым – после окончания школы, как это сделала ее мать. Она сама планировала заняться квиддичем, так почему она должна была пойти по стопам своей матери? Не то чтобы в выборе этого пути было что-то неправильное, просто он был не ее.

Затем Ли Джордан объявил игроков, и все мысли обратились к игре, которая разыгрывается между Слизерином и Хаффлпаффом.

оооООооо

Среда, 15 мая 1996 г.

И снова с момента последнего заседания Визенгамота прошел почти месяц. Не то чтобы они проходили с разницей ровно в месяц. Но собрание Мэй было назначено на сегодня, и его классам в течение дня нужно было закончить независимый учебный проект и доставить его в класс до конца дня.

Северус надеялся, что установленная максимальная длина поможет его ученикам лучше работать, а ему самому меньше трудиться над оценкой указанной работы.

Северус спускался от внушительного фонтана и обычной регистрации на стойке безопасности в палаты Визенгамота, когда кто–то, кого он на самом деле не знал - даже те, кого он учил, как правило, выглядели иначе в тридцать, чем в семнадцать, – остановил его, обратившись к нему сбоку.

"Профессор Снейп! Или, скорее, лорд Принц. Не так ли? Я хотел поблагодарить вас за ваши быстрые действия! Вы действительно герой!" Скорее сбитый с толку, чем понимающий, что происходит, Северус пробормотал несколько слов, которые можно было истолковать как благодарность, и четко передал чувство срочности, позволившее ему уклониться от реального разговора.

О чем это было?

К четвертому разу, когда к нему обратились незнакомые люди, хвалившие его за быстроту мышления и за то, что он всегда был готов, Северус понял, что эти люди благодарили его за действия на последнем заседании Визенгамота. Не то чтобы он чувствовал, что действительно заслуживает такой похвалы. Разве он не стоял там, наблюдая, как его Лорд справляется с ситуацией, когда у него под рукой была волшебная палочка? Большинство его товарищей чувствовали себя одинаково неловко из-за того, что не предприняли никаких действий, чтобы быстрее сдержать Диггори. На самом деле они скорее ожидали сурового выговора за бездействие. В конце концов, они были не овцами. Но в их сторону не было послано никаких распятий. Если приказ продумать план, как добиться регулярной практики эвакуации для всего Визенгамота, был, возможно, более суровым наказанием, которое все еще обсуждалось.

"Северус", - приветствовал его лорд Слизерин, как только он подошел на расстояние вызова другого волшебника. "Ты рад, что избавился от целого дня занятий с детьми?"

Северус позволил себе криво улыбнуться. "Я не совсем уверен, что слушать, как старики препираются из-за несущественного выбора слов, - это большое улучшение".

Озадаченный Северус наблюдал, как его лорд закатил глаза. Такой человеческий жест. "По крайней мере, с детьми больше возможностей для улучшения".

"Действительно" было единственным возможным ответом на это утверждение. Вспомнив о задании, которое его попросили выполнить, Северус сунул левую руку в карман мантии – и ему действительно понравилась его мантия Визенгамота, хотя она и не была черной – и достал маленькую жестянку с декоративными эмалевыми деталями в виде переплетенных змей на подсвечнике.

"Ваш сын спросил меня, готов ли я отдать это вам, лорд Слизерин", - сказал Северус, протягивая руку, повернув ладонь так, чтобы маленькая жестянка легла на его раскрытую ладонь. "Я помог ему приобрести этот маленький жетон по заказу owl". На самом деле его очень позабавило, что мистер Слизерин пришел к нему в один из вечеров, которые он провел в гостиной Слизерина, и попросил совета, как приобрести этот подарок для его отца. Обоснование идеи было здравым, и в некотором смысле это была почти шутка, хотя и заботливая.

"О, неужели он?" Спросил лорд Слизерин, улыбаясь, и без колебаний взял жестянку. Проявление доверия, если таковое вообще было. "Это довольно милая жестянка". Тон, которым это было произнесено, и то, как собеседник повертел жестянку в руках, указывали на то, что он не совсем уверен, что ему следует с этим делать.

"Жестянка - это всего лишь дополнение. Сам подарок хранится внутри", - Северус счел необходимым уточнить. Брови лорда Слизерина поползли вверх, и он осторожно открыл банку, обнаружив совершенно непримечательный на вид предмет, похожий на камень. Его губы изогнулись вверх, глаза прищурились от веселья, его Лорд обратился к Северусу. "Я думаю, это не такой уж тонкий намек на то, чтобы больше заботиться о моей безопасности. Спасибо тебе, Северус, за твою готовность помочь ему сделать это."

"Мне было приятно". И это действительно было так. Для лорда Слизерина, безусловно, было хорошей идеей постоянно носить с собой безоар.

Занятие близилось к началу, и Северус подошел к своей скамье – сделанной из дерева с интересными цветовыми вариациями и приятной текстурой, относительно простой, с резьбой в виде различных ядовитых растений – наложил амортизирующие чары, чтобы ему было удобно сидеть на жесткой скамье, и сел.

Главный Чернокнижник призвал к порядку и объявил заседание начатым, прежде чем передать его мадам Боунс.

"Спасибо, главный чернокнижник". Она отвесила обычный поклон, прежде чем повернуться, чтобы обратиться ко всему собранию. "Я здесь сегодня, чтобы проинформировать всех вас о нашем прогрессе в расследовании террористических атак, которые были проведены с использованием взрывающихся ревунов, и покушения на жизнь лорда Слизерина".

Что ж, это было хорошее начало сессии. Кое-что актуальное и по-настоящему интересное. После этого на повестке дня стояли некоторые изменения в правилах проведения полей для квиддича. Насколько Северус понял из материалов, отправленных для подготовки, ситуация на некоторых профессиональных площадках стала опасной, потому что маггловские поселения приближались. Не то чтобы это было поводом для смеха – поскольку это касалось статута секретности, - но на самом деле это тоже было не так важно. И склонен скатываться к бессмысленным спорам о том, что командам предоставляются несправедливые преимущества или недостатки.

"Амос Диггори оказался несговорчивым. Он выразил ликование по поводу того, что кто-то принимает меры против тех, кого он называет предателями нашего общества, но не признает никакой причастности. При обыске в его доме были обнаружены доказательства продолжающегося приготовления нескольких определенных зелий. В настоящее время проводится анализ ингредиентов, найденных при поиске. Как только будет получен результат, вы будете проинформированы. " Который, как прочитал Северус, означал, что для создания "Ревунов" было все необходимое, и DMLE искал доказательства, которые могли бы быть использованы в суде. "Его покушение на жизнь лорда Слизерина было засвидетельствовано таким большим количеством уважаемых волшебников и ведьм, что подготовка к судебному разбирательству по этому поводу идет полным ходом".

Вскоре после этого "Мадам Боунс" была закончена, и предсказание Северуса о погружении в безумие любителей спорта сбылось. Со смиренным вздохом он прибегнул к помощи Окклюменции, чтобы скрыть раздражение на лице.

оооООооо

Пятница, 17 мая 1996 г.

Целительница Гринграсс снова сидела на табурете в углу ритуальной комнаты в поместье Малфоев, наблюдая за происходящим. Марволо попросил его помощи в другой итерации ритуала, над которым они работали. Билла позабавило, что целитель, казалось, все еще питал к нему такую враждебность. Но отказаться от давних убеждений и привычек было нелегко.

В ходе долгих обсуждений, ни одно из которых не было направлено по почте, Марволо и Билл немного изменили ритуал. Теперь круг содержал элементы, способные вместить двух людей, в дополнение к области, где должен был быть размещен крестраж. На этот раз это был медальон с большой буквой S, сделанный из зеленых камней – вероятно, изумрудов, но Биллу придется рассмотреть его повнимательнее, чтобы убедиться, – лежащий в этом круге. Там все выглядело немного заброшенно, так как они изменили ритуальный круг, чтобы эта часть была достаточно большой, чтобы Гарри мог удобно поместиться внутри.

Билл сидел во вновь добавленном круге в своей роли того, кто руководит всем ритуалом, в то время как Марволо сидел в своем собственном кругу, теперь не тот, кто фактически проводит ритуал, а как один из участников в нем.

Их рассуждения, полученные в результате долгих и порой жестких дискуссий и исследований, заключались в том, что, хотя создание крестража было делом рук одного человека, неспособность испытывать истинное раскаяние можно смягчить, доверив другому человеку не испортить ситуацию. И Билл был почти уверен, что отсутствие необходимости подхватывать финальное заклинание из-за пределов круга устранит некоторые элементы риска из всего начинания.

"Готовы начать?" Спросил Билл, еще раз заправляя подол льняной рубашки за колено в надежде, что она не сползет. Жаль, что ритуалы обычно проходили лучше, когда было задействовано меньше одежды, которая могла помешать.

"Да". Ответ Марволо был коротким, и Билл был почти уверен, что уловил нотку нервозности под тщательно вежливым тоном.

Не желая портить нервы, привлекая к ним внимание, Билл начал произносить начальные слова, зажигая свечи, расставленные в стратегических точках, и оставляя травы – в глиняных чашах – тлеть, наполняя воздух благоухающими ароматами.

Затем Марволо подхватил заклинание, и красное вещество, похожее на дым – Билл действительно не мог подобрать для этого лучшего слова – которое он видел в прошлый раз, начало подниматься из медальона.

Когда от медальона отделилась последняя струйка дыма, Марволо и Билл одновременно – и разве они не потратили некоторое время на то, чтобы потренироваться в этом – изменили напев, заставив дымное облако устремиться прямо к Марволо, который согнулся пополам и замолчал в тот момент, когда красное облако соприкоснулось с ним.

С колотящимся сердцем Билл спокойно закончил пение и ритуал, который закончился тем, что все свечи и дымящиеся травы были погашены одновременно.

Теперь, когда замысловатый круг больше не был нужен, Билл не смотрел, куда ступает, когда поднялся на ноги и подошел к своему, по-видимому, потерявшему сознание другу. Он прибыл туда после того, как целитель уже начал проводить диагностику, и, увидев лицо мужчины, Билл сразу почувствовал себя лучше. Напряжения не было – явный признак того, что что-то было не так, который Билл научился распознавать в лагерях для разрушителей проклятий в Египте, – и целитель потратил время, чтобы уложить Марволо в более удобное положение для отдыха на спине, прежде чем снова встать.

"Я думаю, что все прошло довольно хорошо", - сказал Билл, чувствуя необходимость заполнить тишину, пока он шел проверить медальон, как они с Марволо обсуждали.

"Как скажешь", - сказала целительница Гринграсс рассеянно и без всякого одобрения. "Ему понадобится значительный отдых и больше, чем несколько болеутоляющих зелий".

На этот раз Билл позволил целителю позаботиться о том, чтобы уложить Марволо в постель, вместо этого оценив действие ритуала и записав все, что он видел. К настоящему моменту он был почти уверен, что это самое безопасное, что они могли получить, и тот факт, что Гарри был жив – самое очевидное отличие от других крестражей, из которых они извлекли осколки души, – не должен иметь никакого негативного эффекта вообще.

Пока он убирался с помощью мыльной воды и швабры, Билл совершенно не думал о том, что в следующий раз, когда они будут выполнять этот ритуал, Гарри будет сидеть внутри круга для крестража. Ничего хорошего не вышло бы, если бы он слишком беспокоился о вещах, которые не мог изменить.

Несмотря на то, что Дамблдор исчез, а Орден распался, знание о том, что Гарри Поттер был сосудом для частички души, привязывающей Слизерин к этому миру, которую невозможно убить должным образом, все еще существовало. Им пришлось изменить этот факт, если они хотели убедиться, что Гарри изо дня в день подвергается обычной опасности.

Фыркнув, Билл погрузил швабру обратно в ведро, прежде чем яростно отскрести стойкую разметку на полу.

оооООооо

Среда, 22 мая 1996 г.

После ужина, когда до наступления комендантского часа оставалось достаточно времени, Гарри сбежал в библиотеку. Дафна и ее младшая сестра настояли на том, чтобы пойти с ним – никогда официально не заявлявшееся правило для него никогда никуда не ходить в одиночку, не было отменено – но теперь они вместе работали над чем-то за столиком напротив того места, где устроился Гарри.

Этим утром сова от Марволо принесла ему подборку листовок и каталогов, содержащих информацию о нескольких художественных курсах и классах, которые были предложены летом.

Он еще не был уверен, чем хочет заниматься. Акриловая живопись? Масло? Акварель? Или, может быть, что-то большее, чем он уже делал, например, рисование углем? Вариантов было так много!

И доступность магического транспорта не ограничивали его тем, что предлагалось в Лондоне. Но это немного упростило бы выбор. Дополнительные варианты в этом отношении не особо помогали.

И потом, была разница в том, что курс длился всего неделю, но все пять будних дней были потрачены на курс с утра до вечера, а те, что шли все лето, всего два дня в неделю по часу.

Гарри чувствовал себя в некотором роде счастливым. Никогда раньше – или так ему казалось – он не мог выбирать только для себя, без каких-либо ожиданий от себя.

Надеюсь, что так будет продолжаться какое-то время.

Достав блокнот и фломастер, Гарри начал делать кое-какие заметки, решив заняться выбором, определив, какую технику он хотел бы изучить, и перечислив, какие курсы были предложены для них. Возможно, соблюдение предложений в Лондоне также дало бы Гарри возможность отправиться туда самостоятельно, не будучи вынужденным полагаться на кого-то из взрослых в своей жизни, чтобы доставить его туда.

Пока Гарри подкладывал листки пергамента к информационному материалу, отмечая курсы масляной живописи для начинающих, он начал делать заметки о том, что казалось важным или что требовало поиска. Ему потребовалось некоторое время, чтобы заметить, как вошел мистер Филч и подошел к небольшой картине, которая висела между книжными полками, где небольшой участок стены – вероятно, колонна – находился на одном уровне с передней частью книжных полок.

На мгновение Гарри забыл, зачем пришел сюда, и наблюдал за тем, что делал мистер Филч. Осторожными движениями рук в перчатках мужчина снял картину со стены, что-то сердито бормоча. Затем он обернулся и поймал взгляд Гарри.

Чувствуя, как к лицу приливает жар, Гарри снова опустил взгляд на свой текущий проект, надеясь, что он не вызвал гнева смотрителя.

А потом Гарри чуть не выпрыгнул из своего кресла, когда к нему неожиданно обратился кислый человек. "Интересуешься тем, что я делаю?"

Удивленно моргнув, Гарри поднял глаза и кивнул. Ему действительно хотелось бы знать, зачем Филч снимал картину со стены.

Достаточно было нескольких шагов, чтобы смотритель встал рядом с Гарри. Мужчина повернул картинку так, чтобы Гарри мог видеть лицевую сторону, и указал на грубо нарисованную фигуру с одного края. "Хотел бы я знать, у кого хватило наглости сотворить нечто подобное с настоящим произведением искусства". В голосе собеседника слышалась сдержанная ярость, и Гарри почувствовал, что кивает.

Это было очень похоже на некоторые граффити, которые можно увидеть в общественных туалетах, и как будто это было сделано маггловским перманентным маркером. Персонажи картины – ведьмы и волшебники, принимающие участие в пикнике, – отошли от места у края, на котором был нарисован рисунок, выглядя взволнованными.

Зачем кому-то делать что-то подобное?

«Ты можешь снова сделать его чистым?» — услышал Гарри свой вопрос и тут же вспомнил глубокие царапины, которые Сириус оставил на портрете, охраняющем вход в башню Гриффиндора, и то, как быстро их починили. «Ты же починил картину толстой леди. Неужели это так просто?»

— Это не так просто, как не чистить его, — сказал Филч. — Но это не первый раз, когда что-то подобное происходит. У меня под рукой есть нужные инструменты. Хотите посмотреть, как это делается?

Насколько Гарри знал, это было беспрецедентное предложение. «Я бы с удовольствием. Нелегко узнать что-то обо всём искусстве, которое есть в замке». На самом деле, с тех пор, как Гарри начал рассматривать искусство как возможную карьеру, он стал гораздо больше интересоваться картинами, украшающими стены замка. Раньше его в основном интересовали изображённые на них люди, а теперь он хотел бы узнать больше о людях, которые создали эти картины.

— Вы знаете, кто создал эти фотографии? И как это было сделано?

Гарри был уверен, что если он расскажет остальным позже, они будут настаивать на том, чтобы он встретился с мадам Помфри, но на лице Филча появилась настоящая улыбка. Неслыханное ранее.

"Да, и немного. Я так понимаю, вы интересуетесь искусством?" Взгляд смотрителя прошелся по всем информационным листовкам, разложенным на столе, прежде чем вернуться к самому Гарри.

"Да", - кивнув, ответил Гарри и внезапно почувствовал, что ему следовало бы встать, но остался сидеть. "В настоящее время я пытаюсь решить, какие курсы посещать летом. И я получил список мастеров искусств, которые могли бы быть заинтересованы в приеме в ученики. Совет, который мне дали, довольно расплывчатый, и я действительно не уверен, как приступить к созданию портфолио или как обратиться к Мастеру. Все это очень запутанно, и библиотека пока не очень полезна."

Гарри снова почувствовал, как к лицу приливает жар. Это прозвучало довольно неожиданно и совершенно неожиданно.

Как унизительно.

Он даже не был уверен, что мистер Филч вообще захочет ему помочь. Вспоминая все предыдущие взаимодействия между ними, Гарри чувствовал, что на самом деле он не произвел положительного впечатления.

"Уже немного поздно", - наконец сказал Филч. "Но я могу порекомендовать несколько книг, если вы хотите прочитать о выдающихся художниках-волшебниках. И, может быть, после того, как вы сдадите экзамены по OWL, я смогу показать вам немного своих работ?" На мгновение воцарилась тишина, не было слышно даже тихого бормотания Дафны и Астории, прежде чем Филч продолжил говорить. "Самое главное - продолжать практиковаться и экспериментировать. У тебя еще есть время, мальчик. Не нужно пропускать шаги или отчаиваться."

И с этими зловещими словами мужчина ушел, оставив ошеломленного Гарри позади.

Тренируюсь. Он мог бы это сделать.

оооООооо

Понедельник, 27 мая 1996 г.

"Успокойтесь, пожалуйста!" Профессор Слинкхард крикнул с передней части класса, и ученики неохотно подчинились. Гарри не был в восторге от этих уроков. Это было лучше, чем у Амбридж. Но, безусловно, уроки были скучнее, чем те, которые проводил кто-либо из других профессоров, которые у них были.

"По мере приближения экзаменов на СОВ, нам нужно изменить направленность наших уроков". Гарри не смел надеяться, но он мог видеть, что некоторые другие оживились. "Вряд ли идеально ожидать, что вы будете произносить заклинания для практического экзамена, не отрабатывая их предварительно. Итак, начиная с сегодняшнего дня, вы сможете практиковать самые важные защитные заклинания в контролируемой среде ".

С размаху один-единственный манекен был перенесен из потайного угла прямо рядом со столом профессора в передней части класса.

Гарри почувствовал, как его брови поползли вверх. Один-единственный манекен? Это действительно не выглядело многообещающим.

"Каждый из вас получит возможность применить назначенное заклинание, после чего я и ваши сокурсники предложим помощь в том, что изменить, если необходимо. Пожалуйста, соблюдайте порядок, чтобы все могло проходить спокойно и упорядоченно. Мы начнем с потрясателя, и с первого ряда. Он указал на первую парту справа от себя - слева от Гарри – и ободряюще улыбнулся. "Пожалуйста, подойдите вперед, возьмите свою волшебную палочку и займите позицию рядом с отметкой на полу". В нескольких шагах от манекена появилась небольшая искрящаяся линия.

"Пожалуйста, также имейте в виду, что практиковать эти заклинания без присмотра взрослых - глупая затея, и вам не следует этого делать. Для этого и нужны эти уроки. Вы понимаете?"

Они дали свое согласие, а затем наблюдали, как один за другим они бросают станнер в манекен, по-видимому, удивляя своего Профессора своим успехом. Гарри пришлось напомнить себе, что нужно на самом деле произнести заклинание, и он был одним из многих студентов, которые довольно быстро вернулись на свои места, правильно применив заклинание с первой попытки.

"Что ж, я должен сказать, что все прошло лучше, чем я ожидал", - таков был удивленный комментарий профессора Слинкхарда, когда Невилл сел последним, чтобы применить парализатор. "У нас достаточно времени, чтобы попробовать свои силы в другом заклинании. Давайте посмотрим. Бомбарда - полезное заклинание против большого количества возможных угроз. Позвольте мне продемонстрировать это еще раз ".

Пока профессор делал именно это, вдаваясь в мучительное количество деталей, Гарри размышлял о том, что дуэльный клуб работает довольно хорошо, судя по заклинаниям, которые он видел на этом уроке. Возможно, ему следует попытаться внести серьезную правку в следующую сессию. Вероятно, это было бы намного полезнее, чем это глупое настаивание на безопасности.

Когда Гермиона вернулась после своей очереди на заклинание, она закатила глаза, и Гарри прикрыл ухмылку рукой, притворившись, что ему нужно зевнуть. В нем много говорилось о методах преподавания профессора, когда Гермиона их не одобряла.

оооОоо

Глава 101 - Экзамены

Экзамены

Среда, 29 мая 1996 г.

"Все, что я хочу сказать, это то, что получить разрешение на подобные вещи не должно быть так уж сложно", - решительно заявил один из других разрушителей проклятий в раздевалке, как только Билл вышел из душевой, только в полотенце, обернутом вокруг живота, вода стекала по его груди, рукам и ногам маленькими ручейками.

"Разрешение на что?" - спросил он, когда разговор затих. Биллу уже не раз приходило в голову, что некоторые из его коллег здесь, в Гринготтсе, которые еще не знали его так хорошо, были осторожны в том, что они говорили, когда он был на расстоянии слышимости. Это было неприятно и отчасти приводило в бешенство, если это можно понять. Известно, что Уизли большую часть времени были на стороне тех, кто запрещал магию, которую считали слишком опасной, и известны как активные сторонники борьбы с Волан-де-Мортом и всем, что называется темной магией. Не то чтобы сам Билл был доволен тем, что все было запятнано той же кистью. Но откуда это знать остальным?

"Исследование старых ритуалов, которые больше нельзя использовать", - был короткий и относительно безобидный ответ.

Билл напевал, подходя к своему шкафчику, чтобы достать из него еще одно полотенце. "Я полагаю, вы говорите о тех, где часть или все необходимые ингредиенты просто больше не доступны, а не о тех, которые по более или менее веским причинам были запрещены к использованию в их нынешнем виде?" Действительно, было несколько ритуалов, которые использовались для снятия проклятий в прошлом, но теперь они больше не доступны. В основном потому, что растения или животные, от которых они зависели, больше не были доступны. Главным из них был защитный круг, который использовался так широко, что маленькое животное, похожее на грызуна, вымерло из-за чрезмерного использования.

"Те, где мы не можем получить все необходимое. Получение разрешения на их изучение, чтобы мы могли найти замену или переработать это так, чтобы мы могли работать без такого большого риска ". Послышалось несколько одобрительных перешептываний, и Билл молча кивнул – потому что он соглашался с тем, что многие сдерживающие круги и ритуалы не так-то легко заменить оберегами - и проигнорировал пробормотанное замечание о том, что "Хороший взгляд на некоторые из этих запрещенных вещей тоже не помешал бы".

— Ты подал заявление, Браун? — спросил Билл, роясь в стопке чистой одежды в поисках носков.

— Я пытался, — ответил Браун, возвращаясь, чтобы осмотреть большую дыру в своей защитной мантии. — Но люди в административном отделе экспериментальной магии хотят, чтобы у меня были всевозможные бланки, предварительные исследования и тому подобное. А для этого мне нужен доступ к некоторым книгам, но чтобы получить доступ, мне нужно разрешение на работу над конкретным ритуалом. Это было бы забавно, если бы не было так чертовски неприятно.

Найдя свои носки, Билл быстро натянул трусы и сел, чтобы надеть их. "Да, если у тебя нет доступа к собственной обширной библиотеке, с этим практически невозможно справиться", - согласился он, думая о том, как ему повезло, что он помогал Марволо в его работе над ритуалом извлечения крестражей. Заинтересует ли его исследование старых кругов сдерживания? "Вы пытались найти какого-нибудь спонсора?" Также всегда была возможность спросить гоблинов, но тогда они настаивали на контракте, дающем им права на все, что вы можете найти или создать. Обычно это не лучшая идея.

"Потому что я дружу со многими лордами и леди, у которых на самом деле есть соответствующие книги по этому поводу". Сарказм был достаточно сильным, и Билл сочувственно скривился. Это действительно было проблемой. У Малфоев, вероятно, были бы все книги, необходимые для исследования, но они никогда бы добровольно не признали этого.

"Тебе было бы интересно поработать с кем-нибудь вместе?" Биллу просто нужно было спросить. Была явная вероятность, что этот проект попадет прямо в интересы Марволо, и все разрушители проклятий повсюду выиграли бы от этого, если бы смогли заставить его работать.

"Ты кого-то знаешь?" Браун казался скептически настроенным, но о ремонте его мантии – Билл лениво гадал, что вызвало такой большой ущерб – на мгновение забыли.

"У меня есть друг, - и разве это не удивительно, - который проявляет большой интерес к снятию проклятий. Мы часто вступаем в глубокие теоретические дискуссии, и у него талант находить книги ". Билл был почти уверен, что связи Марволо с теми семьями, которые утверждали, что их члены были вынуждены стать Пожирателями Смерти, или официально дистанцировались от своих родственников-пожирателей Смерти, имели гораздо более тесный контакт с Марволо, чем они заставляли всех думать. Почему еще целительница Гринграсс все еще работает на него? Почему Малфои позволили Марволо пользоваться их ритуальной комнатой? Почему лорд Лестрейндж позволил этому человеку усыновить другого ребенка?

"И он не стал бы настаивать на том, чтобы заявить обо всем?" Браун хотел знать, вероятно, на самом деле не веря, что это правда.

Билл натянул кожаные штаны и рубашку через голову, отвечая в процессе одевания. "Я должен был бы спросить его. Но он, вероятно, согласится быть фигурой на заднем плане. Его больше интересуют подобные вещи из любви ко всему волшебному, чем менее широко известному, тем лучше ". Билл почувствовал, что улыбается. "Я дам тебе знать, что он скажет".

"Конечно", - сказал Браун, и когда несколько минут спустя Билл ушел, направляясь на встречу с Флер, чтобы приятно провести вечер, он почувствовал уверенность, что, возможно, сегодня он стал немного более независимым от своей семьи.

оооООооо

Минерва потерла глаза, ущипнула себя за переносицу, а затем схватила очки со стола перед собой, чтобы снова их надеть. Она пришла в учительскую пораньше, оставив недоеденный ужин– чтобы немного отдохнуть.

Работа директрисы оказалась большей головной болью, чем она ожидала. Особенно потому, что она пыталась разобраться с заблокированными средствами, привязанными к конкретным занятиям, предлагаемым в школе. С другими заблокированными средствами было еще сложнее, и с ними пришлось подождать.

Получение денег только в том случае, если был предложен определенный класс, затрудняло наем учителя, который действительно предлагал класс. И заставить студентов посещать классы, которые еще не предлагались, также было непросто.

Возможно, найти людей, увлеченных этими темами, было бы правильным решением. Предложите им комнаты для преподавания и поддерживайте занятия, даже если их посещает только один ученик. Восстановления одного предмета таким образом может быть достаточно, чтобы убедить других, что она была серьезна, когда искала кого-то для преподавания латыни, или Защиты, целительства, или искусств. Просто назову несколько.

Прежде чем она успела снова упасть в яму, начали прибывать остальные.

"Привет, Минерва", - сказал Филиус, подходя к своему любимому креслу, оставив дверь открытой, чтобы Северус и Септима могли войти, а также заняв свои обычные места за столом переговоров.

"Мы видели друг друга всего минуту назад, Филиус", - сказала Минерва, закатив глаза, все еще чувствуя себя лучше после дружеского приветствия.

"Грубости нет оправдания", - последовал веселый ответ, который заставил Северуса закатить глаза, вызвав усмешку на лице Минервы.

На столе появилась тарелка с имбирным печеньем, а также большой кувшин с лимонадом и еще один с чаем со льдом. Погода в последнее время улучшалась, и лето уже не за горами, даже на этом далеком севере.

Помона вошла последней и закрыла за собой дверь, прежде чем сесть на свое обычное место.

"Спасибо всем, что пришли", - открыла встречу Минерва, привлекая внимание всех своих коллег. "Как продвигаются обзоры "Сов и тритонов"?" Каждый год было одно и то же, время экзаменов было напряженным не только для студентов, сдающих важные экзамены, но и для профессоров. Готовят экзамены для своих учеников за пять лет, готовят учеников СОВЫ и ТРИТОНА к важным тестам, справляются с истерикой и всеми результатами слишком многих долгих ночей, проведенных за учебой.

"Мой класс взрывался всего три раза", - сказал Северус невозмутимым голосом, сложив руки на столе перед собой. "Экзамены подготовлены, и я думаю, что мои ученики-тритоны должны быть в состоянии выдержать стресс". Он ничего не сказал об учениках-СОВАХ, но он все равно никогда этого не делал.

"Я вполне уверен в способности моих учеников сдать экзамены", - Уилберт с улыбкой продолжил разговор после того, как Северус так внезапно прервал его, а затем повернулся к Филиусу. "Я думаю, что ваш дуэльный клуб мог бы внести в это немалый вклад".

Минерва была почти уверена, что в тот самый момент многие из них думали так же. Если кто-то и имел какое-то отношение к успеху студентов на защите, то, вероятно, это был мистер Слизерин, который был главным преподавателем на собраниях дуэльного клуба. Филиус выразил свое восхищение тем, насколько хорошо мистер Слизерин подготовил эти встречи вместе со своими друзьями, и терпением мальчика в объяснении вещей другим студентам. Филиус даже спросил ее, знает ли она, рассматривает ли мистер Слизерин карьеру преподавателя.

Она не знала и не была уверена, что может спросить Северуса о том консультационном занятии по карьере. Обычно он был очень обеспокоен защитой частной жизни своих учеников. Если бы у кого-то не было причин вмешиваться, он бы никого больше не вовлекал. И если трансфигурация или особые мероприятия, такие как ученичество в школьные годы, когда она стала директрисой, не были частью этого, не было причин привлекать ее.

"Приятно это знать. Они страдали от довольно разрозненного образования". Что было преуменьшением года.

"Кто-нибудь из вас заметил студентов, за которыми нам нужно особенно присматривать?" Минерва сменила тему и перенесла встречу. И это было даже не так очевидно, поскольку это был стандартный вопрос в это время года. Обычно они присматривали за теми учениками, которые регулярно навещали Поппи в лазарете из-за бессонных ночей, проблем с желудком, вызванных стрессом, и других подобных трудностей. А еще были те студенты, которые, по их мнению, попытались бы обмануть.

Которого никто не делал успешно – насколько им было известно – почти сто лет или что-то около того.

"Я думаю, нам нужно найти причину всех этих случаев внезапных кровотечений из носа, лихорадки, желудочных колик и обмороков". Северус заявил с ухмылкой на лице. На самом деле у его классов не было внезапного увеличения числа этих заболеваний, но у многих других классов они были. Особенно в младших классах, а также на Трансфигурации, истории и гербологии, когда была объявлена работа с удобрениями.

Конечно, у всех были свои подозрения, но двое подозреваемых всегда умели заметать следы, если им этого хотелось.

— Удачи тебе с этим, — фыркнула Помона. — Мы все знаем, кто продаёт эту дрянь. Что бы это ни было. И я не вижу способа что-либо доказать. А ты? — Она повернулась и посмотрела на Северуса, который снова ухмыльнулся.

— Нет, — дружелюбно ответил Северус. — Я так не думаю, но если я не ошибаюсь, то, похоже, поставки сократились. Возможно, даже сошли на нет после весенних каникул. Вы заметили? Частота подозрительных инцидентов, о которых вы мне сообщали, снизилась.

Минерва почувствовала, как у неё приподнялась бровь. Неужели у близнецов Уизли закончились материалы для продажи? Или они перестанут продавать то, чем пользовались ученики, как раз перед экзаменами, чтобы избавиться от соблазна?

— Я буду следить за ними. Это обычные кандидаты, — сказала Поппи. — И количество зелий, которые я раздала, не больше, чем в прошлом году. Не волнуйся, Минерва. — Лицо целительницы сморщилось, и она оценивающе посмотрела на Минерву. — Ты достаточно спишь, дорогая?

Минерва отмахнулась от опасений Поппи. "Не так много, как хотелось бы, но до лета осталось недолго, и даже если работы хватит на все лето, я, безусловно, получу больше свободы в том, как я себя организую. Не волнуйся, Поппи."

Это положило начало обсуждению планов на отпуск и фактически положило конец рабочей встрече.

оооООооо

Суббота, 1 июня 1996 г.

Погода была приятно теплой и сухой – что было гораздо важнее сегодня - если повезет, они смогут поплавать на озере позже летом. Сириус и Ремус сидели в небольшой группе молодых деревьев, отдыхая на мягком ложе из мха, ожидая восхода луны.

Подумав о том, как хорошо защищены чарами эта часть территории поместья Поттеров, Сириус поднял лицо к шелестящим листьям. «Как вы, преподаватель истории Гарри, думаете о шансах Гарри получить СОВ по истории?»

Ремус фыркнул. "Ты хочешь поговорить о школьных заданиях?" Сириус закатил глаза, но никак не отреагировал. "Ты, Сириус Орион Блэк, всю свою жизнь был вялым студентом, срезающим углы при любой возможности. Черт возьми! Иногда даже тогда, когда не было никакой возможности срезать углы! И ты хочешь поговорить об истории и экзаменах вечером полнолуния? Кто ты? И что ты сделал с моим другом?"

Еще раз закатив глаза, Сириус выбросил одну руку, целясь в Ремуса, но лишь задел свободную мантию другого. Они планировали выскользнуть из одежды, имея в запасе достаточно времени до восхода луны, Сириус превратится в Бродягу, чтобы провести ночь, бегая по округе со своим другом.

"Да, я хочу поговорить о моем крестнике. Который довольно скоро заберет своих сов. Прости, если это шокирует тебя. А теперь ответь на вопрос ".

Ремус рассмеялся. "Если он не потеряет голову, то легко справится с приемлемым". Не уверен, что он действительно заинтересован в том, чтобы обсуждать эту тему с НЬЮТОМ. Подожди, - Ремус прервал сам себя. "Нет, это неправда. Я почти уверен, что он больше не заинтересован в изучении истории магии с Биннсом в качестве учителя".

Они оба долго смеялись, прежде чем хихикнули еще несколько раз и снова замолчали.

"Он уже такой большой", - вздохнул Ремус, садясь. "Это кажется не совсем реальным".

"Да", - согласился Сириус, тоже садясь, затем несколько сменил тему. "Я получил еще одно письмо от близнецов. Они тоже готовятся к экзаменам. Если бы я безрассудно не побежал за Питером, я бы увидел, как Гарри взрослеет. И, возможно, даже узнал бы о Навеле и Эноре намного раньше. Немного грустно осознавать все, что я пропустил. Их первые слова, обучение ходьбе, первый приступ случайной магии ... Сириус замолчал, вздыхая.

"И, возможно, ты все еще не знал бы, и, возможно, не нашел бы их даже сейчас, потому что ты никогда бы не стал искать", - вполне резонно сказал Ремус. "Игра "Что, если" - это не та игра, в которой ты можешь победить, Сириус. Оставь это". Гораздо более оживленно он продолжил. "Но ты регулярно общаешься с девочками?"

Эта очевидная попытка сменить тему вызвала мрачный взгляд Сириуса на Ремуса, прежде чем он начал улыбаться. Ремус, конечно, был прав, и не было смысла развлекаться мыслями о том, что, если. "Да, мы регулярно переписываемся. Они начали немного учить меня французскому. Не говорить, конечно, но читать и слова, которые чаще используются за пределами континентальной Франции. Это интересно. И я надеюсь, что за лето я немного попрактикую себя в разговорной речи."

"И как продвигается контакт с Оливьен?" Взгляд Ремуса был слишком невинным, чтобы Сириус мог ему поверить.

"Ты это достаточно хорошо знаешь, Ремус. Она все еще настаивает на том, чтобы писать по-французски, и ты это знаешь!" В конце концов, Сириусу не раз приходилось просить помощи в переводе чего-либо. "Если вы хотите знать, что я думаю обо всем этом, обманывать меня не обязательно".

Взгляд Ремуса ясно говорил о том, что он не верит в это утверждение, и Сириус достаточно хорошо знал себя, чтобы молча согласиться. Он никогда не говорил о том, что чувствует в любой ситуации, которую можно назвать сложной. Шутки и розыгрыши всегда были для него не столько страстью, сколько отвлечением и развлечением.

Поэтому Сириус фыркнул и сменил тему, упомянув — в качестве подлого удара — об отношениях Ремуса. «Дора снова пригласила тебя на свидание?»

Ремус бросил на него ещё один сердитый взгляд, прежде чем посмотреть на простирающийся вокруг них лес. «На самом деле, она так и сделала. Не то чтобы у неё было много времени из-за расследования нападения оборотня или попытки убийства Диггори. Весь отдел авроров погряз в работе. Но она попросила меня встретиться с ней за обедом на следующей неделе».

Сириус ухмыльнулся, увидев румянец на лице друга. Гораздо веселее говорить о любовных страданиях других. — И куда ты пойдёшь?

Румянец стал ещё ярче. — Что ты имеешь в виду? Куда мы пойдём? Я думал, что «Дырявый котёл» — неплохое место.

"Ремус, это свидание! Ты же не можешь всерьез рассматривать "Дырявый котел"! Правда? Сириус в изумлении повернулся к своему другу. "Дырявый котел" - не то место, куда можно повести девушку на свидание. Гораздо лучшим выбором был бы хороший магловский ресторан.

"Сириус! Это свидание за ланчем. Она на работе до и после. У нее не будет времени переодеться во что-то другое! Я думал о милом индийском заведении в нескольких улицах от твоего дома, но, ну...… Она же не может пойти в маггловское заведение в своей мантии, не так ли?"

Что ж, Ремус был прав. Поэтому Сириус кивнул. Возможно, свидание в "Дырявом котле" было не так уж плохо в конце концов. Нужно учитывать обстоятельства. "Думаю, это правда. Но попробуй пригласить ее. Не то чтобы она тебе позволила".

Они погрузились в уютную тишину, прислушиваясь к пению мелких животных в лесу, к птицам, порхающим с ветки на ветку, ожидая момента сбросить одежду и стать самими собой животных.

Сириус любил ночи полнолуния. Это была абсолютная свобода - беззаботно бегать по охраняемому лесу вместе со своим другом, играть, охотиться на мелкую дичь – кроликов, крыс и тому подобное, – на время оставив все человеческие проблемы позади.

А с сухой травой и свежим мхом под лапами это было даже веселее, чем со снегом и грязью, покрывающими землю.

оооООооо

Воскресенье, 2 июня 1996 г.

Гарри начал собирать свои вещи – книги, заметки, обучающие карточки и все остальное, – привлекая внимание всех своих друзей, которые делили с ним кабинет.

"Куда ты идешь?" Спросила Гермиона, едва оторвавшись от своего словаря рун, ломая голову над сложным упражнением по переводу.

"Встреча с мистером Филчем. Я тебе все рассказал, когда мы начинали. Помнишь?" Гарри объяснил, сворачивая в рулон несколько неиспользованных листов пергамента и оглядывая неиспользуемый класс, который они выбрали для своего учебного занятия, которое включало в себя использование магии, чтобы посмотреть, нет ли чего-нибудь еще, что ему следует взять.

"Что ты такого сделал, что теперь заслужил наказание?" Спросил Рон, поднимая взгляд от своих записей с хмурым выражением лица, в искреннем замешательстве.

Гарри фыркнул, как и Тео, Джинни и Луна. "Это не наказание, Рон! Он сказал, что покажет мне некоторые из своих работ".

"Уборка?" Теперь Рон выглядел еще более смущенным, как будто здесь происходил розыгрыш, и он пытался разобраться в нем.

Гарри рассмеялся и закрыл сумку. "Не убираю, не вытираю пыль, не вытираю пол или что-то в этом роде, Рон. Мистер Филч на самом деле работает со всеми картинами в замке. Убираю, ремонтирую ..." Гарри обвел рукой вокруг, пытаясь показать, что должность, которую мистер Филч занимал в замке, была гораздо больше, чем многие думали. "Он узнал, что я интересуюсь искусством. И он изучал искусство, предложил мне посмотреть, как он работает. Мне любопытно, поэтому я согласился. "

Было более чем ясно, что Рон действительно не понимал, зачем Гарри проводить время с Аргусом Филчем воскресным днем. Но он не сказал ничего из того, что, вероятно, приходило ему в голову. Рон просто опустил взгляд в свои записи, снова нахмурился и рассеянно пробормотал: "Развлекайся!"

Тео подмигнул Гарри, Гермиона просто рассеянно помахала рукой, а Джинни даже не подняла глаз, явно погруженная в то, что читала, сидя на полу, прислонившись спиной к ногам Тео.

Дафна практиковалась в изгоняющих чарах со своей сестрой, обе просматривали список чар четвертого курса одно за другим. Драко извинился и отправился полетать, а Невилл решил, что день в оранжереях пойдет ему на пользу.

С улыбкой на лице, довольный большим количеством друзей, которые теперь у него были более чем в одном доме, Гарри выскользнул из комнаты и направился по коридору к месту назначения.

Местом назначения был не офис, о котором все знали, комната, в которой хранилось множество конфискованных предметов и протоколы всех задержаний, когда–либо проводившихся кем–либо из учеников Хогвартса - по крайней мере, близнецы утверждали, что это было так, - а мастерская мистера Филча, которая находилась на первом этаже в отдаленном углу замка.

Гарри потребовалось некоторое время, чтобы дойти до комнаты, и он почувствовал необъяснимую нервозность, когда остановился перед дверью, не решаясь постучать.

Мистер Филч на самом деле нечасто общался со студентами за пределами своих обязанностей смотрителя, надзирателя за задержаниями и блюстителя правила о запрете использования магии в коридорах. Взаимодействие Гарри с самим Собой до сих пор было далеко от идеального. Вечер его задержания в Запретном лесу и вечер Хэллоуина во время фиаско "Тайной комнаты", когда мистер Филч предположил, что это Гарри окаменелил своего кота.

Сделав глубокий вдох и напомнив себе, что не было причинено никакого реального вреда, Гарри поднял руку и решительно постучал в дверь.

Дать Гарри совет и познакомить с искусством было более чем достаточной компенсацией за отступление на первом курсе и обвинение, произнесенное в момент ужаса и горя на втором курсе Гарри.

Изнутри позвали: "Войдите!", и Гарри открыл дверь, чтобы сделать именно это.

Гарри вежливо поздоровался с ним и внимательно осмотрелся. Комната оказалась не такой, какой Гарри ожидал, хотя, если бы он был в затруднении, описать, чего он ожидал.

Целая стена была оборудована окнами с задернутыми шторами, чтобы прямые солнечные лучи не проникали внутрь. Комната была довольно большой, в центре комнаты стоял большой – и это действительно был очень большой – стол. Другая стена была увешана полками, уставленными баночками с разноцветными порошками, коробками из картона и дерева, свернутыми холстами, кистями и множеством инструментов, названий которых Гарри не знал.

Мистер Филч стоял у последней стены – не считая той, у которой была дверь, Гарри только что прошел – перед ним стоял мольберт с картиной, изображающей сцену охоты, насколько Гарри мог судить. Воздух наполнился отчетливым запахом сильных чистящих средств на основе уксуса.

Гарри осторожно придвинулся поближе к тому месту, где работал другой, очень сосредоточенный.

ооОоо

"Подойдите, мистер Слизерин", - позвал Аргус мальчика, убедившись, что пригласить мальчика сюда было хорошей идеей, поскольку он осторожно передвигался по комнате и не прикасался ко всему, что попадалось на глаза, бездумно.

Это был первый раз, когда Аргус пригласил кого-либо в эту комнату. Даже директор не был здесь с первого дня работы Аргуса. Было похоже, что эта идея не обернется катастрофой.

"Ты уже определился с классом на лето?" Аргус продолжил их разговор в библиотеке, аккуратно смахивая последнее пятно краски на том месте, где ему пришлось чинить холст со сценой охоты, который обычно размещался в коридоре возле башни Равенкло.

"Вообще-то, у меня есть", - ответил мальчик, держась подальше от Аргуса и света, который в любом случае был важнее. "Я думаю, что я не смогу хорошо практиковаться в работе с масляными красками в течение учебного года. Так что я попробую это. А затем, возможно, более короткий курс по рисованию людей". Голос мальчика звучал немного смущенно.

Аргус незаметно повернулся, делая вид, что проверяет цвет, который он смешивал, и увидел легкий румянец на лице мальчика. Какого пятнадцатилетнего подростка не соблазнил бы урок рисования с живыми моделями? "По-моему, неплохой план", - сказал Аргус и, напевая, вымыл кисточку в большом стакане с водой – ему нравился звон металлических частей кисточки о стекло – прежде чем положить кисточку, чтобы она сохраняла форму во время высыхания.

"Давайте подойдем к столу". Аргус указал на стол, на котором он разложил картину из библиотеки. "Я подумал, тебе может быть интересно, как я собираюсь убрать этот маггловский маркер".

Мальчик, казалось, был достаточно нетерпелив и сел на табурет, указанный Аргусом.

"Как вы можете видеть, я снял раму и подрамник", - начал объяснять Аргус, надевая хлопковые гвоздики, зачарованный, чтобы ничего не пропускало, будь то пот с его рук или что-либо, чем он протирал картины, с которыми работал. "И я решил, что лак на этой картине нуждается в замене. Как правило, краски и лаки, используемые на волшебных картинах, намного долговечнее, чем магловские изделия того же времени. Особенно в таком магически заряженном месте, как Хогвартс. Было приятно объяснять это кому-то, кто действительно слушал. Возможно, ему следует вернуться к идее проведения собственных летних занятий.

"Но эта картина, согласно записям, хранящимся здесь, в замке, не покрывалась заново лаком с тех пор, как она впервые попала в замок в тысяча двенадцатом веке. Итак, сначала я удалю маркер, затем я удалю другие загрязнения с поверхности, прежде чем, наконец, удалить лак, который пожелтел от времени."

Мальчик рядом с ним почти вибрировал, но не от желания уйти, быть где угодно, только не здесь, а от вопросов.

"Ты можешь задавать вопросы, если у тебя есть какие". Он привел мальчика сюда, чтобы поддержать молодого художника, в надежде осторожно раздуть пламя, поэтому он должен уметь задавать вопросы.

"Как ты сможешь очистить маркер, но не повредить картину?" Это был очевидный вопрос, но неплохой.

«Не забывайте, что между маркером и краской есть ещё и лак. Я буду действовать осторожно с чистящим раствором, который я смешала здесь». — Аргус указала на небольшую стеклянную банку, которую можно было закрыть металлической завинчивающейся крышкой. «И хотя это, вероятно, по крайней мере частично повлияет на лак, до краски раствор не дойдёт». Это было хорошо, потому что большую часть чистящего раствора составлял чистый спирт — один из самых надёжных способов удалить большинство перманентных маркеров. «Это ещё одна причина, по которой я решила снять лак. Он, скорее всего, будет повреждён в том месте, где мне нужно удалить перманентный маркер, и проще заменить его полностью, чем пытаться подправить».

Достав ватные палочки, Аргус открутил крышку и аккуратно окунул первую палочку в чистящий раствор. «Я разбавил его как можно сильнее, так что он будет действовать медленно. Но у нас есть время. Если чистить слишком быстро, можно прожечь дыру во всей картине — и в холсте тоже — прежде чем я смогу снова её снять».

Время до ужина пролетело незаметно, мистер Слизерин время от времени задавал умные вопросы — входят ли зелья в состав обычного лака? для чего вообще нужен лак? в чём разница между немагическим и магическим лаками? — а Аргус объяснял все свои действия, почему он выбрал именно этот метод, а не другой, и при каких обстоятельствах он выбрал бы что-то другое.

Это, безусловно, был один из самых приятных дней за долгое время.

Они расстались, и мистер Слизерин пообещал принести в школу небольшой образец своего творчества после летних каникул. У них действительно не было времени повторить этот день в оставшееся время семестра. Экзамены вносили свои коррективы в расписание учеников.

С редкой улыбкой на лице Аргус направился на кухню. Он не стал бы показывать своё хорошее настроение шумным, приставучим детям, чтобы оно быстро сошло на нет. Лучше поесть в одиночестве в своих покоях, заказав что-нибудь у эльфов, а потом почитать, чем без необходимости рисковать своим хорошим настроением.

оооООооо

Гарри снова встретился со своими друзьями в конце главной лестницы, но прежде чем он успел окликнуть их, шестикурсник Равенкло – Кармайкл, если Гарри не ошибался, - подошел с таинственным видом.

"Привет, Слизерин! Хочешь получить небольшую прибавку к экзаменам, которые начинаются завтра? " - спросил другой мальчик, поворачиваясь спиной к дверям в Большой зал, доставая из сумки маленький флакончик, наполненный чем-то слегка зеленым и маслянистым. "Слишком поздно улучшать вашу редакцию. Это, - он осторожно встряхнул бутылку, - единственная причина моих девяти выдающихся результатов сов ". Гарри был почти уверен, что Кармайкл хотел, чтобы это произвело на него впечатление. "Но это также поможет запомнить материал во время экзаменов. Итак, тебе интересно?"

Гарри не успел ответить – отрицательно, потому что его отец рассказал несколько действительно ужасных историй о том, что было продано за время его учебы в Хогвартсе, и у Гарри не было иллюзий, что этот аспект сильно изменился, – как в этот момент вмешалась Гермиона.

"Кармайкл! Я должен сообщить о тебе профессору Флитвику? Я не в первый раз ловлю тебя на попытке выманить у студентов деньги, продавая фальшивый мозговой эликсир Баруффио. Отдай это, - позвала она старшую ученицу, протягивая руку ладонью вверх таким движением, которое напомнило Гарри об учительнице начальных классов, которая однажды отобрала пачку конфет у другого ученика.

Когтевранец передал флакон и сумел исчезнуть из поля зрения прежде, чем Гермиона успела потребовать обыскать его сумку в поисках других, которые могли быть у него.

"Возмутительно, как много наших сокурсников используют важность и стресс экзаменов, чтобы обманывать других ради денежной выгоды". Гермиона покачала головой и наложила на флакон изгоняющие чары, очистив его от сомнительного содержимого.

Во время этого обмена репликами остальные догнали их и остановились, чтобы понаблюдать за разглагольствованиями Гермионы, как она обычно делала. А затем Гермиона замолчала, уставившись на вход в замок. "Это экзаменаторы?" спросила она комично слабым голосом.

Все они, почти как один, обернулись и посмотрели на большие двери, наблюдая, как директриса МакГонагалл приветствует группу пожилых ведьм и волшебников. И так же, как они повернулись как один, им не нужны были слова, чтобы решить, что им достаточно любопытно, чтобы засечь время своего прибытия у входа в Большой зал, так что они и группа профессоров достигли его одновременно.

"Так печально, что дорогая так ужасно пострадала от этого проклятия", - сказала директрисе пожилая, слегка сгорбленная ведьма. "Я помню, как он забирал своих сов и тритонов, такой смышленый парень. Это заставляет задуматься, не так ли, когда кто-то, кого ты знал молодым, внезапно так резко угасает из-за возраста ".

Профессор МакГонагалл, казалось, была серьезно не в себе, быстро сменив тему, как раз в тот момент, когда Гарри и его группа друзей прошли мимо них в зал. "Это, конечно, заставило меня крепко задуматься, когда первые дети студентов, которых я учил, стали и моими учениками. Я надеюсь, что ты сегодня поужинаешь со мной и, возможно, примешь участие в школьных трапезах вместе со всеми остальными."

Затем они оказались вне пределов слышимости из-за обычного шума, который царил за ужином в Хогвартсе, когда все были взволнованы. Друзья расходятся, Луна хватает Гарри за руку, чтобы притянуть его к себе для короткого поцелуя, и направляются к своим столикам, чтобы сесть и поесть.

Все были напряжены и сосредоточены на экзаменах, которые начнутся завтра утром, и очень хотели пообщаться.

"Я отчасти рад, что ты решил посидеть сегодня здесь, Гарри", - сказал Тео, усаживаясь рядом со своим другом. "Как бы мне ни нравилось сидеть с Джинни, терпеть Гермиону и ее постоянную болтовню о прошлых экзаменах, всех чарах против списывания и тому подобном, сегодня я совершил бы что-нибудь неудачное".

"Например, что?" Спросил Гарри, усмехаясь про себя, когда потянулся за миской картофельного пюре. После того напряженного времени, проведенного с мистером Филчем в мастерской этого человека, он умирал с голоду.

"Все равно что вылить ей на голову соус из этой прекрасной подливки". Сказал Тео, взяв один соусник, чтобы щедро полить им овощи и кусок пастушьего пирога.

"Это было бы действительно прискорбно". Драко, сидевший через несколько мест от нас, потянулся за миской тушеной моркови в глазури. "Я живо представляю, какие лекции ты бы получил".

"Лекцияs?" Спросил Тео, делая ударение на s в конце, явно спрашивая, почему Драко думал, что Тео получит больше одной лекции из-за такой глупости, как драка за еду.

"Да", - с удовольствием ответил Драко. "Сначала Грейнджер, конечно. Естественно, после того, как она оправилась от шока. Она читает лекции внизу. Затем директриса. В конце концов, она права. И после этого, - ликование на лице Драко затмевало только ликование в его голосе, - я бы предположил, что по меньшей мере на неделю задержаний. Профессор Снейп был бы рад разъяснить перед всем Домом, какой совершенно идиотской была бы идея сделать что-то настолько глупое на глазах у такого количества свидетелей. "

Все начали смеяться, Гарри осторожно поставил свой бокал с молоком, чтобы ничего не пролить, а Дафна согнулась пополам от такого сильного смеха.

Когда Блейз начал подражать тому, как звучал бы профессор Снейп, они безнадежно расхохотались по крайней мере еще на десять минут после того, как Блейз закончил словами "В следующий раз будь чуть более утонченным и не попадайся" надменным голосом и с гримасой на лице.

Когда Гарри снова смог сесть прямо, осторожно используя носовой платок, чтобы вытереть слезы от сильного смеха, он улыбнулся Драко и Блейзу. "Спасибо, я думаю, мы все в этом нуждались". сказал он, прежде чем приступить к еде, которая, к счастью, была еще теплой. Можно сказать много хорошего о чарах, сохраняющих еду теплой на столах.

оооООооо

Понедельник, 3 июня 1996 г.

"Гермиона, пожалуйста!" Рон был в растерянности. И какой бы хорошей подругой она ни была большую часть времени, в данный момент Гермиона действовала ему на нервы. "Ты действительно думаешь, что сможешь узнать больше сейчас? Всего за несколько минут до начала экзамена?" Да, это правда, что Рон прочитал – или, по крайней мере, попытался – все свои заметки по чарам накануне вечером, зажав уши руками, чтобы заглушить сильнейший шум, но, конечно, в день экзамена было уже слишком поздно?

"И ты все равно все знаешь!" Это явно было худшее, что он мог сказать.

"Я не знаю всего, Рональд Уизли!" Гермиона почти взвизгнула, заставив Парвати закрыть уши руками, склонившись над книгой, лежащей у нее на коленях.

И на этом она не остановилась. Всего несколько мгновений Рон был немного ошеломлен, удивляясь, как кто-то, кто мог вспомнить более двадцати случаев получения чего-то лишь немногим менее совершенного, мог так мало думать о своей способности запоминать вещи.

"Пожалуйста, Гермиона, ради всех нас, прекрати это", – оборвал тираду Гермионы один из близнецов – ну, по крайней мере, короче - сбоку, когда все они встали со своих мест, чтобы покинуть Зал и подождать снаружи. "Мы понимаем, что ты чувствуешь, что должен быть превосходным во всем, что пытаешься делать. И мы понимаем, что ты неуверен во всех вещах. Но поверь нам, у тебя все получится ".

Другой близнец повесил на плечо свою сумку и поставил пустой кубок обратно на стол. "Немного напряжения - это хорошо. Но слишком много будет мешать тебе, особенно на вечерних тренировках. Так что постарайся немного расслабиться, Гермиона. За последние пять лет ты заложила прочный фундамент. Тебе не нужно учить все сейчас, как некоторым другим."

Рон все еще пытался решить, была ли последняя часть насмешкой над ним – он действительно не уделял школе столько внимания, сколько следовало, – когда они вышли из Большого зала и увидели характерную фигуру, стоящую прямо в вестибюле. "Что он здесь делает?"

ооОоо

Гарри только что вышел из Большого зала вслед за остальными, кто собирался сегодня сдавать экзамен по заклинаниям, и заметил знакомую фигуру, стоявшую в ожидании.

«Папа!» Он преодолел разделявшее их расстояние и обнял Марволо, прежде чем успел подумать. Затем он напрягся. Он боялся, что это открытое проявление чувств — он назвал Марволо папой! Он никогда раньше так не делал — заставит Марволо отвергнуть его так же публично.

Прежде чем эти опасения успели укорениться и начать разрастаться, Марволо обнял Гарри в ответ. «Я тоже рад тебя видеть». Затем он начал шипеть, что, скорее всего, было слышно только Гарри. .:Полагаю, Маркус оказывает на тебя влияние, Гарри. Только чтобы внести ясность: я не возражаю, когда Маркус называет меня Дадом, и не буду возражать, если ты захочешь так меня называть:.

Тихо прошипев в ответ .:Спасибо:. Гарри был очень рад, что уткнулся лицом в плечо Марволо, скрыв его и свой яркий румянец от других учеников.

Когда они оба разомкнули объятия, остальные, кто ждал, отошли так, что вокруг них образовался уважительный круг.

Прищурившись, Гарри посмотрел на Марволо – расстояние уже было не таким уж большим – и резко сказал: "Ты не говорил мне, что будешь здесь сегодня!" А Марволо этого не сделал, хотя накануне вечером они разговаривали через зеркало, как делали каждый вечер.

"Это правда", - ухмыляясь, ответил Марволо. "Я не хотел тебя отвлекать. Но, как ты наверняка помнишь, мне нужно снова завести сов и тритонов. И поскольку это самая ранняя дата, когда этим летом предлагаются экзамены, я спросил, могу ли я сдать несколько экзаменов в Хогвартсе. Он пожал плечами, явно довольный тем, что удивил Гарри. "Я получил разрешение и сегодня сдам экзамен по чарам СОВЫ вместе с тобой и твоими одноклассниками".

"Правда, это будет странно?" Гарри не мог не спросить.

"Что именно должно быть странным?" Марволо хотел знать, выглядя совершенно непринужденно.

"Сдавать экзамены здесь, со студентами, все они намного моложе ..." Гарри замолчал, подумав, что, возможно, для него было более странно, что его отец сдавал экзамены здесь одновременно с ним.

"Понятия не имею. Не может быть ничего более странного, чем была моя жизнь почти год назад. Я, конечно, рад такой возможности ". Марволо ничего не выдал, но Гарри был почти уверен, что другой думал обо всех изменениях, которые они пережили вместе. И о том, как мало на самом деле достигли попытки профессора Дамблдора помешать ему.

"Значит, ты учился тайно?" Лучше не отвлекаться на философию и мораль второго шанса.

"Более или менее", - подтвердил Марволо. "Я освежил теорию и несколько чар, которые я использую нерегулярно, например, те, которые заставляют, казалось бы, случайные объекты танцевать или иным образом вести себя неожиданным образом. Но большая часть материала не является чем-то необычным. Я использую многие из них на регулярной основе. "

В этом было больше, чем немного смысла, поэтому Гарри только кивнул и спросил, что Маркус думал о том, что Марволо собирается сдавать экзамены в течение дня.

Таким образом, время до того момента, как их позвали обратно в Большой Зал, пролетело довольно быстро. Группа нервных студентов пятого и шестого курсов и один взрослый вошли в Большой зал, преображенный почти так же радикально, как это было на Святочном балу во время проклятого турнира.

Четыре больших стола исчезли. Вместо них аккуратные ряды одиночных парт и стульев были расставлены лицом к учительскому столу, за которым стоял профессор Флитвик, ухмыляясь от уха до уха и приглашая их садиться. "Входите, входите! Ах, лорд Слизерин! Будьте так добры и сядьте впереди, прямо рядом со мной".

Марволо подмигнул Гарри, прежде чем выполнить инструкции, элегантно усевшись в кресло за своим столом.

Гарри выбрал стул наугад, не рядом с Гермионой, и сел, глядя на заднюю часть стопки листков пергамента, ожидавших его. Там также было перо – как неоднократно настаивала Гермиона, заколдованное против многих распространенных способов жульничества – и стакан прекрасных черных чернил – еще одна вещь, предусмотренная и заколдованная для предотвращения попыток жульничества, – ожидающая, пока он напишет.

Взяв перо, Гарри проверил, хорошо ли оно обрезано. Было бы катастрофой, если бы из его результатов отняли баллы, потому что экзаменаторы не смогли прочитать то, что он собирался написать.

"Я хотел бы напомнить всем вам, что списывание запрещено и приведет к тому, что вы провалите экзамен и будете вынуждены уйти на месте", - громко произнес Флитвик, привлекая внимание всех студентов, напряженно сидящих на своих стульях. "У тебя есть время, пока не закончится песок". Он перевернул довольно большие и украшенные песочные часы – дерево было вырезано, поэтому песок начал стекать. "Можешь начинать прямо сейчас".

Гарри перевернул стопку пергаментов и потянулся за чернильницей, чтобы отвинтить крышку. Через несколько мест Гермиона уже яростно строчила на своих экзаменационных листах.

С последним ободряющим вздохом Гарри опустил взгляд на первый лист пергамента и первый вопрос – едва заметив, что на бумаге было четко написано его полное имя, Генри Джеймс Слизерин–Поттер - и прочитал его.

Назовите заклинание,

и опишите движение волшебной палочки, с помощью которой предметы летают.

Отчетливо помню голос Рона, выкрикивающего Вингардиум Левиоза, отправляющего дубинку тролля в полет только для того, чтобы сбить большого зверя – они были классифицированы как звери? Ему придется проверить перед экзаменом по уходу за волшебными существами - несколько мгновений спустя Гарри начал записывать этот первый ответ.

Возможно, все будет не так плохо, как он опасался, когда услышал все эти предостережения о важности сов и о том, какие они трудные.

ооОоо

Драко недоверчиво смотрел, как лорд Слизерин – Темный Лорд - сел за стол факультета Слизерин прямо рядом с Гарри, потянувшись за тарелкой с аккуратно нарезанными треугольными бутербродами, как будто это была самая естественная вещь в мире.

Тщательно выбирая себе обед, Драко все время держал в поле зрения странную пару волшебников. Он не забыл тот единственный раз, когда он шпионил за тем, как Темный Лорд разозлился на одну из своих Пожирателей Смерти за то, что она не сделала, как ей было сказано, и наложил проклятие Круциатус на женщину – Алекто Кэрроу – как будто это ничего не значило.

Хотя здесь, в окружении такого количества людей, как сейчас, Драко, вероятно, было в безопасности, он не мог избавиться от неловкости, которую испытывал рядом с Темным Лордом.

Напротив него сидел Тео, который встретил взгляд Драко, не дрогнув, явно удивленный тем, что лорд Слизерин сел со студентами, а не с профессорами.

Или, может быть, не так удивлен, как подумал Драко. Потому что мгновение спустя заговорил Тео. "Не могли бы вы, пожалуйста, передать фрукты, сэр?" очевидно, что обращение к тому же самому человеку, которого большая часть сидящих за столом была слишком напугана, чтобы должным образом признать.

Но тогда Темный Лорд проводил большую часть летних каникул в доме Нотта.

"Конечно, мистер Нотт", - ответил Темный Лорд, без помощи палочки левитируя тарелку, о которой просил Тео, и легко перемещая ее по столу. Когда Тео взял тарелку со свежими фруктами сезона, Темный Лорд повернулся к Гарри, продолжая оживленную дискуссию, которую они, казалось, вели по поводу экзамена, который все они только что сдали.

И разве это не ошеломляюще? Темный Лорд забирает своих сов с обычными учениками в Хогвартсе!

"Какие еще экзамены ты будешь сдавать?" Гарри спросил волшебника, сидящего рядом с ним, опустив все названия. Драко почувствовал, как волосы на руках встают дыбом. Он никогда бы не осмелился проявить такое неуважение к своему отцу на публике, даже зная, что, самое большее, он пострадает от недели, когда ему не разрешат летать летом.

"Ты знаешь, что прошлым летом я уже проходил трансфигурацию", - просто ответил лорд Слизерин между глотками из своего кубка, наполненного самым сладким соком, который только мог предложить их стол. "Я решил весь этот год изучать с вами Защиту, Руны, зелья и историю". Драко почувствовал, что ему приходится сдерживаться, чтобы не рассмеяться от недоверия, когда Темный Лорд пересчитывал экзамены, которые он планировал сдать, в том порядке, в каком они должны были их сдавать, на пальцах.

Этот человек ел бы с ними все эти дни?

"Не заинтересован в посещении практического занятия по гербологии?" Спросил Гарри с дразнящей усмешкой, от которой сердце Драко забилось чаще от беспокойства.

Но Темный Лорд только фыркнул, бросив на своего сына раздраженный взгляд. "Я весело расставляю приоритеты по предметам, которые мне понадобятся больше всего. Я твердо намерен добиваться еще лучших результатов, чем в первый раз, по всем предметам, которые я изучал, когда был в твоем возрасте. "

Драко попытался сосредоточиться на своей еде и предстоящем практическом экзамене по чарам, а не позволять себе пугаться странной семейной ситуации – потому что что еще это могло быть? – между слизеринцами, сидящими всего через несколько мест от него.

Возможно, к концу этих экзаменов он сможет притворяться непринужденным так же убедительно, как это делал Тео.

Можно было надеяться.

.

Глава 102 - Первая неделя сов

оооООооо

Первая неделя сов

Понедельник, 3 июня 1996 г.

Все, кто не собирался сдавать экзамены утром, рано ушли из общей комнаты или занимались чем-то тихим, а пяти- и семикурсники пытались расслабиться.

Гарри сидел перед главным камином, на земле – и место, на котором он обычно сидел, было пустым, что заставляло Гарри мысленно закатывать глаза, – играя в шахматы против Тео. Кошка Пэнси встала между ними и огнем, очевидно наслаждаясь теплом, мурлыкая рокочущим мурлыканьем, достаточно громким, чтобы его было слышно с того места, где Гарри сидел по моде портного.

Гарри на мгновение задумался, что сказали бы остальные слизеринцы, если бы Нагини настояла на том, чтобы сопровождать Марволо, а затем решила остаться с Гарри. Она бы растянулась перед камином точно так же, как сейчас фамильяр Панси.

Драко довольно драматично вздохнул, закрывая свою книгу по теории трансфигурации с такой силой, что издал звук, а затем пересел рядом с Тео и Гарри, как будто хотел посмотреть, как Гарри проигрывают в шахматы. Он стал лучше, но недостаточно хорош, чтобы действительно победить.

"Ты действительно плох в этом", - заявил Драко после того, как одна из башен Гарри раскололась надвое.

Гарри немного повернулся, чтобы посмотреть на блондина, и заметил, что тот снова немного покраснел. Возможно, расслабление помогло снять стресс от первого экзамена OWL. "Ты не говоришь", - сказал он, ухмыляясь, когда его сарказм заставил Тео хихикнуть. "В любом случае, это весело". И так оно и было.

Драко покачал головой и, казалось, расслабился еще больше. Гарри не был уверен, как они выдержат две недели ежедневных экзаменов.

"Шахматы - не единственное, в чем ты плох, не так ли, Поттер?" Эдриан Пьюси ехидно сказал с того места, где он и его друзья сидели за другим столиком у одного из больших окон, выходящих на озеро. "Все еще маленький мальчик, плачущий по своему папочке?" Несколько человек усмехнулись над этой довольно мелкой насмешкой, но Гарри только вздохнул, закатив глаза в сторону Тео.

Который выглядел немного обеспокоенным. И, конечно, Гарри знал почему. У него было достаточно уроков политики, достаточно опыта общения с хулиганами, чтобы знать, что он не может игнорировать это, и что его реакция должна быть правильной, если он хочет пресечь это в зародыше.

Поэтому Гарри не обернулся, а продолжил смотреть на доску, когда ответил на насмешку. «Мне жаль, что твоя семья так далека от тебя, что ты не обнял своего отца, когда впервые увидел его после того, как он чуть не умер». Не то чтобы Марволо мог умереть в тот момент, но это всё равно было бы большой проблемой, если бы его телу был нанесён серьёзный вред, и почти никто не знал о его нынешнем бессмертии. — Возможно, тебе стоит поработать над этим, вместо того чтобы пытаться выставить меня в дурном свете, чтобы никто не присматривался к тебе слишком пристально. — Гарри изо всех сил старался говорить непринуждённо и сохранять расслабленную позу. Не стоило казаться напряжённым или обеспокоенным, так как это могло подорвать его репутацию.

Эта актёрская игра была неприятно похожа на то, что ему приходилось делать, чтобы без особых проблем выживать у Дурслей и в начальной школе, и он с радостью обошёлся бы без неё. Но это было важно и в политике.

И если бы миссис Гойл не помогла ему осознать, что нет абсолютно ничего плохого в том, чтобы радоваться тому, что о тебе заботятся, и наслаждаться этим, или выражать свои чувства. Гарри не планировал эту вспышку гнева у всех на глазах – пожизненную обусловленность нелегко сломить, – но теперь, когда это произошло, он не был по-настоящему расстроен. Черпать силы, чтобы поддержать эту демонстрацию, из слов миссис Гойл, похоже, пока удавалось неплохо.

"Я думаю, у тебя просто нет чувства приличия!" Пьюси попробовал еще раз, все еще используя презрение в своем тоне. "Не можешь даже обращаться к своему отцу прямо на публике".

Что ж, это была слабая попытка, и Гарри почувствовал, как его брови поползли вверх от этого обвинения.

Нет приличий?

"Ты серьезно думаешь, что мой отец сел бы с нами за стол для студентов, если бы хотел, чтобы ужин был официальным?" Гарри не смог сдержать удивления в голосе, потому что почему взрослый человек на самом деле решил сидеть со студентами, если они не были заинтересованы в соблюдении формальности? "Правда". И с этими словами Гарри повернулся обратно к шахматной доске – когда он успел посмотреть туда, где сидели Пьюси и остальные? – отпуская остальных и фактически заканчивая этот опасный разговор, к собственному удивлению Гарри.

ооОоо

"И он действительно пытался вызвать тебя на дуэль из-за отсутствия приличий?" Спросил Марволо, хотя Гарри уже объяснил, что именно это и произошло.

Как и в любой другой день с тех пор, как Марволо отправил зеркало Гарри, они разговаривали. На этот раз сидя на своих кроватях, готовые лечь спать.

"Он это сделал. И теперь, когда я думаю об этом, как бы мне ни было приятно, что вы сидели с нами, у меня такое чувство, что остальным было не так сильно ". Гарри выглядел огорченным и уставшим, и Марволо изо всех сил старался не улыбаться. Это, вероятно, дало бы неверный сигнал. Как отреагировал бы подросток, если бы его назвали очаровательным?

"Я могу посидеть с профессорами в четверг, когда вернусь на экзамен по защите. Если хочешь". Предложил Марволо, прекрасно понимая, какой дискомфорт вызвало его присутствие за столом Слизерина во время обеда. На самом деле его действительно позабавило то, как сильно юный Малфой пытался сохранить самообладание, и то, как это позабавило юного Нотта.

Его сын вздохнул. "Наверное". И разве этот намек на несчастье не льстил? Его сын хотел пообедать с ним, даже когда все его друзья были там.

Стоит ли ему беспокоиться об этом? Разве счастье не было вызвано чьим-то несчастьем, чем-то плохим?

"Ты чувствуешь себя готовым к завтрашнему экзамену по трансфигурации?" Лучше сменить тему разговора, пока почва не стала еще более опасной.

"Наверное". Гарри провел рукой по волосам, поймал очки и сдвинул их набок. С раздраженным вздохом Гарри снова поправил очки. "По крайней мере, я сделал все, что мог, при доработке, я неплохо справился со своими последними эссе, и практическая работа была не так уж плоха".

"Значит, в основном сохраняй хладнокровие, и тебе следует хотя бы придумать приемлемое?" Марволо прервал Гарри, прежде чем тот успел начать бессвязно болтать и довести себя до такого состояния. Даже все это время спустя Марволо все еще мог довольно отчетливо вспомнить все истерики, в которые его сокурсники умудрялись впадать, когда он забирал своих сов, и годы после, когда он был старостой.

"Да. В основном". Теперь Гарри закатил глаза, явно говоря без слов, что сохранить ясную голову в данном случае было не так-то просто.

"Иди спать". сказал Марволо, чувствуя нежность к своему сыну. "Тебе это понадобится завтра".

"Повеселись, разбираясь со своими бумагами завтра". Гарри сказал с усмешкой, явно поддразнивая, прежде чем снять очки. "Сладких снов".

"Сладких снов, Гарри". Разговор закончился, и Марволо потянулся за книгой, которую он в данный момент читал. Книгу, которую он просматривал, чтобы посмотреть, сможет ли он одолжить ее коллеге Билла или там будет что-то слишком сомнительное. Он был почти уверен, что разрушители проклятий в основном были счастливы читать книги, содержащие магию, которая в настоящее время считалась незаконной, но была и другая магия, которая считалась сомнительной гораздо дольше, чем существовали какие-либо законы, регулирующие, что можно использовать, а что нет. Лучше раздавайте только те книги, которые не были настолько сомнительными.

К сожалению, этот проект по большей части отойдет для него на второй план, пока не будут сданы экзамены. Это было интересно и не то, чем он заморачивался раньше. Но он был уверен, что оно того стоило.

Было гораздо позже, чем он хотел, когда он, наконец, погасил свет и лег спать.

оооООооо

Вторник, 4 июня 1996 г.

Был обеденный перерыв, и Гарри сидел с Луной, с благодарностью скрывая ее просьбу о том, чтобы ее парень посидел с ней. Потому что Гермиона выглядела так, будто хотела пригласить его сесть с ними за стол Гриффиндора, и там было большое напряжение.

"Ты чувствуешь, что экзамен прошел хорошо?" Спросила Луна, лениво перемешивая морковное пюре с картофельным.

"Наверное". Гарри медленно ответил, делая глоток холодного чая с медом, который он смешал. "Сначала я не мог вспомнить определение заклинания переключения. Не уверен, что то, что я написал, достаточно близко к реальному определению, но... хорошо. Остальные вопросы были на самом деле непростыми, но, по крайней мере, я смог написать что-нибудь по всем из них. " Он пожал плечами и почувствовал, что улыбается в ответ на безмятежное выражение счастья Луны. "Посмотрим, когда летом будут результаты". Еще одна вещь, в которой OWLs отличались от экзаменов, которые Гарри сдавал до сих пор. В то время как все остальные экзамены – за исключением, конечно, Тритонов – были отмечены профессорами и объявлены перед отъездом студентов на каникулы, эти были отмечены сотрудниками Министерства, а результаты были разосланы owl во время летних каникул.

"У тебя есть планы на лето?" Спросил Гарри, потому что он хотел бы навестить Луну и своих друзей этим летом. Наконец-то, когда он больше не был привязан к Дурслям, стало возможным, чтобы друзья навещали его, а он сам навещал своих друзей. И больше, чем на неделю или две в конце лета.

"Мы с папой хотим отправиться в экспедицию на часть лета. Мы еще не выбрали место. Может быть, Бирма или Новая Зеландия". И далее Луна перешла к описанию всех различных волшебных существ, предположительно обитающих в тех местах, которые она и ее отец попытаются найти для Придиры и их лояльной аудитории.

"Ты знаешь, когда ты пойдешь? Потому что я действительно хотел бы навестить тебя дома, может быть, сходим вместе в Косой переулок ". Это было немного похоже на то, когда он пригласил ее на свидание на День Святого Валентина. Он весь нервничал и надеялся.

"Это восхитительная идея!" Луна взяла Гарри за руку и прижалась к нему, пока ее голова не оказалась у него на плече. Старшая когтевранка с другой стороны стола – вероятно, сидевшая с ними, потому что за этой частью стола было больше места – закатила глаза, но воздержалась от комментариев, за что Гарри был благодарен. "Я бы с удовольствием сходил куда-нибудь поесть мороженого с тобой и остальными. Мне нравится иметь друзей".

И там было одно из тех открытых и резких заявлений, которые Луна обычно делала в самые неподходящие моменты. Конечно, она была права, но ее прямота ставила других в неловкое положение, чему Гарри не раз был свидетелем в этом году, и люди, как правило, становились противными, если кто-то заставлял их смотреть правде в глаза.

"Друзья - это здорово!" Гарри согласился, потому что это было правдой, и в этом году группа людей, которых Гарри мог назвать друзьями, значительно расширилась.

ооОоо

После обеда их всех загнали обратно в комнату, в которой они ждали, прежде чем их распределили обратно перед первым курсом, а затем снова вчера, прежде чем применить их Чары.

Гарри ожидал, что они будут называться в алфавитном порядке небольшими группами, как и накануне. Он был уверен, что это надоест довольно быстро. Из–за смены фамилии с Поттера на Слизерин – что касается школы - он теперь занял еще более низкое место в списке.

Но нет. Первая группа, названная так, была "Терпин, Лиза. Гойл, Грегори. Боунс, Сьюзан. Патил, Парвати " итак, похоже, что страх Гарри был необоснованным, и экзаменаторы действительно подумали о том, что всегда приходится ждать напоследок.

Но, как и вчера, студенты, которые закончили, не вернулись.

Вероятно, еще одна мера предосторожности для уменьшения попыток мошенничества.

Гарри потратил большую часть времени на ожидание, пытаясь сохранять спокойствие и не слушать, как другие паникуют в разных углах комнаты.

"Слизерин, Генри. Эбботт, Ханна. Томас, Дин. Финч-Флетчли, Джастин". Голос профессора, заменившего Гарри, вывел его из сосредоточенного спокойствия, и он последовал за остальными из приемной, через холл в Большой зал. И снова большие столы убрали, заменив их несколькими станциями, состоящими из ковриков, обозначающих пространство, и набора столов и стульев, с ожидающим экзаменатором на каждой станции.

"Вы пойдете к профессору Тофти, мистер Слизерин". Что Гарри и сделал.

"Добро пожаловать, мистер Слизерин". С улыбкой сказал добродушный древний волшебник. "Я надеюсь, вы готовы немного покрасоваться передо мной".

Несмотря на нервозность, Гарри не смог сдержать улыбки.

Голос профессора Тофти был довольно забавным, когда он махнул рукой в сторону стола и лениво моргающей игуаны, сидящей на нем. "Я бы хотел, чтобы вы уничтожили эту игуану, мистер Слизерин. Для начала, не могли бы вы?"

"Конечно". Заклинание исчезновения. Гарри практиковался в этом до тех пор, пока не смог больше этого выносить. Итак, он уверенно достал свою палочку, переместился так, чтобы у него был хороший угол для прицеливания в рептилию, и вспомнил движение палочки и заклинание.

Затем Гарри взмахнул палочкой, произнес заклинание и почувствовал мгновенное облегчение, как только игуана исчезла из виду.

"Отличная работа, мистер Слизерин". Сказал профессор Тофти. "Давайте перейдем к ..."

Пронзительный крик множества крупных птиц, пытающихся в панике взлететь, прервал профессора и заставил Гарри инстинктивно повернуться и пригнуться. Паникующие животные никогда не приносили ничего хорошего.

"Мисс Эббот! Как вам это удалось? Стойте! Все стойте и прячьтесь!" Крикнула ведьма, проверяющая Ханну за соседним столом. "Мы приостановим экзамен, пока не поймаем и не уберем этих фламинго".

Экзаменаторы вместе с новым профессором трансфигурации, который преподавал им с тех пор, как профессор Макгонагалл стала директрисой, начали делать именно это, и Гарри осторожно отошел в сторону к стене за своей испытательной станцией, чтобы укрыться, как было приказано.

"Что ты сделал?" Гарри только успел спросить, когда рядом с ним встала свекольно-красная Ханна.

"Я не знаю!" Она причитала на пониженной громкости – по мнению Гарри, выразительный подвиг – "Мне поручили трансфигурировать этого бедного хорька, а потом вдруг появились все эти птицы!"

Потребовалось почти десять минут, чтобы все птицы были пойманы и вынесены из зала, и все это время Гарри наблюдал за попытками взрослых мужественно сдерживать смех.

Когда Гарри, наконец, покинул Большой зал, он почувствовал, что справился довольно хорошо. А затем он пошел, чтобы приступить к последнему пересмотру гербологии перед завтрашним экзаменом.

оооООооо

Когда Билл вошел в библиотеку на втором этаже, ведомый домовым эльфом, Марволо сидел в удобном кресле для чтения, а маленький мальчик Маркус сидел на полу – на ковре, если Билл мог доверять своим глазам, что он обычно и делал, – энергично раскрашивая лист бумаги.

Это была такая милая домашняя сцена.

Его мать никогда бы не поверила, если бы Билл рассказал ей. Чего он не сделал, потому что все были намного счастливее от того, что ей не напоминали об ужасной ситуации, как она называла это всякий раз, когда появлялась статья в "Пророке" или "Еженедельнике Ведьм". Папа не раз жаловался, когда мамы не было рядом, что она слишком одержима. В конце концов, после стольких месяцев было совершенно ясно, что беспокоиться не о чем. По крайней мере, так сказал Артур.

Билл знал, что беспокоиться не о чем, и все же чувствовал, что такой подход к решению, было ли что-то не так, не был лучшим.

Эльф выскочил из комнаты, и Марволо поднял глаза от своей книги, слегка улыбнулся и махнул рукой в сторону другого стула поблизости, когда заметил Билла. "Проходи и садись".

"Ваши эльфы не ладят?" Биллу просто пришлось спросить, подходя к стулу, чтобы сесть, потому что зрелище, когда он вошел в дом, было веселым.

"Почему ты спрашиваешь?" Марволо закрыл книгу и немного повернулся, чтобы им было удобнее сесть для обсуждения, и его вид напомнил Биллу о близнецах.

"Потому что они чуть не устроили драку из-за того, кому разрешат взять меня сюда. И ты знаешь об этом ". В конце этого заявления Билл прищурился, потому что знал, что был прав.

Марволо ухмыльнулся. "Верно. У них двоих разные сферы ответственности. Это попытка убедиться, что у них обоих достаточно работы ". Марволо добавил к вопросительному взгляду Билла. "И поскольку вы оба мои гости – и все, что касается меня, является владением Белены - и приехали сюда – этот дом является владением Флимма вместе с детьми – они, вероятно, не были уверены, как решить, кто из них несет ответственность за заботу о вас из-за этих противоречивых возможных интерпретаций ситуации ". Марволо вздохнул и ущипнул себя за переносицу. "Я должен сказать, что вести переговоры между этими двумя сложнее, чем с некоторыми другими интересами, которые мне приходилось сводить вместе".

При этих словах в голове Билла промелькнуло несколько интересных возможных сценариев, а затем он отвлекся от них, чтобы вернуться к тому, ради чего он здесь. «Вы нашли книги, которые могли бы помочь?» Марволо предварительно согласился спонсировать расследование и исследование, которые хотел провести Браун, когда Билл отправил ему письмо с запросом.

«Я нашёл несколько книг, но они содержат не только информацию по теме. Поэтому, прежде чем я смогу передать их, я должен убедиться, что они безопасны для кого-то другого». Взгляд Билла упал на книгу, лежащую на коленях Марволо, когда он помахал ей. И намёк был достаточно ясен. Старые семьи часто накладывали проклятия на книги, чтобы их нельзя было украсть или прочитать посторонним. Прежде чем давать книгу взаймы, нужно было убедиться, что она в безопасности.

— Не мог бы мистер Браун встретиться со мной? — спросил Марволо, даже не взглянув на книгу, которую он положил на маленький столик, где уже лежала стопка других книг.

"Я думаю, он не стал бы возражать из принципа". Билл на самом деле не был уверен, какой позиции придерживался Браун в отношении политики. Или в деталях описал позицию этого человека в отношении магии, которую считал опасной. Поскольку Браун был разрушителем проклятий, у него, вероятно, был такой же основной интерес к более опасной стороне магии, как и у Билла. Но был ли Браун готов просто принять некоторые другие вещи такими, какие есть, но не использованными, если они были в одной из книг… это был более серьезный вопрос.

И, вероятно, причина, по которой Марволо просил о встрече.

Его взгляд блуждал по тому месту, где мальчик поворачивал голову то в одну, то в другую сторону, получая разные ракурсы, пока он осматривал свою работу, прежде чем взять красный карандаш, чтобы начать все сначала. Находясь здесь, Билл чувствовал себя немного ограниченным в том, что он мог сказать. Но он достаточно хорошо помнил, как приятно было присутствовать при разговоре взрослых, поэтому он также не хотел просить Марволо отослать мальчика.

Он решил осторожно подбирать слова. "Если вы хотите убедиться, что Браун - тот волшебник, который может возглавить это исследование, и если вы можете работать с ним, я уверен, что он согласится на встречу".

Марволо кивнул. "Я думаю, было бы неплохо встретиться, прежде чем я передам ему какие-либо книги для работы. Я доверяю вашей оценке его мастерства, но мне нужно посмотреть, могу ли я доверить ему обращаться с книгами, принадлежащими семье Поттеров."

Билл кивнул, отметив, что Марволо говорил о книгах, принадлежащих семье Поттеров, а также осознав, что, вероятно, осталось не так уж много слизеринских ценностей. В конце концов, семья практически исчезла со сцены политики и общества на протяжении многих поколений.

"Я попытаюсь что-нибудь устроить". Билл согласился. "Что ты читал последним?"

И оттуда они перешли к оживленной дискуссии о различных заклинаниях, используемых для обнаружения яда, и проклятиях, которые были предназначены для предотвращения действия противоядий и антитоксинов, пока не пришло время ужина.

Билл отправился домой, его голова гудела от новых идей.

оооООооо

Среда, 5 июня 1996 г.

Сегодня у них был экзамен по гербологии. Тео видел облегчение Драко от того, что еще один день прошел без присутствия Темного Лорда, а его совы были вместе со всеми. Это было ясно, как солнечный свет, падающий на них, пока они ждали снаружи оранжерей, и было очень забавно.

Теперь, после того, как все приняли душ – посадили растения в новые горшки, выбрали подходящее удобрение из широкого ассортимента, и все это в раннюю летнюю жару, которая не позволила им оставаться чистыми, – они сидели в своей общей комнате, немного отдохнув, прежде чем снова взяться за свои материалы для доработки.

Если совы уже были такими изматывающими, насколько плохими были тритоны, в названии которых было противный, изматывающий?

Гарри что-то рисовал, один палец его левой руки был обмотан небольшим бинтом. "Скажи, Гарри, что случилось с твоей рукой?" Тео раньше не видел повязки, и ему стало любопытно.

"Это была клыкастая герань, мерзкий маленький засранец. И неблагодарная к тому же! Теперь у нее горшок намного красивее", - ответил Гарри, не отрываясь от своего рисунка.

Люди, стоявшие достаточно близко, чтобы слышать, хихикали или смеялись открыто. Тео с улыбкой качал головой. "Я не думаю, что они достаточно умны, чтобы понять, что ты делал, Гарри".

"Вероятно". Гарри согласился и повернул свой рисунок так, чтобы Тео мог его видеть. "Это не меняет того, что неблагодарная тварь укусила меня".

Тео подавил смех, увидев набросок. Гарри нарисовал нескольких слизней, наступающих на клыкастую герань, которая, казалось, дрожала от страха. Это был не обычный реалистичный стиль, к которому стремился Гарри, а скорее искусство периодически появляющейся политической карикатуры.

"Нет! Табита, я просто знаю, что поступил плохо! Мои родители отправят меня в Дурмстранг или, может быть, даже отберут у меня палочку!" Девушка внезапно начала кричать во всю глотку, ее голос срывался, как у человека, у которого была простуда или который плакал.

Тео огляделся и заметил, что Драко и Гарри делают то же самое. Ему самому было просто любопытно посмотреть, что происходит, но Тео знал, что Драко, как староста, и Гарри, как наследник Слизерина, смотрели, потому что они чувствовали и были обязаны что-то сделать с паникующей маленькой девочкой.

В одной из угловых групп сидений, используемых младшими классами – ближе ко входу и без возможности как следует рассмотреть основные проходы через общую комнату – стояла маленькая девочка с двумя косичками из темных волос – Тео не мог точно сказать, черные они или каштановые – с покрытым пятнами лицом и красными глазами. Она икала, и по ее лицу текли слезы. Другая девушка пыталась утешить ее, но без особого успеха.

"Драко, сходи за профессором", - тихо приказал Гарри, откладывая материалы для рисования и не оборачиваясь, чтобы посмотреть, сделал ли Драко, как было сказано, когда он встал со своего места и подошел.

Как Тео и предполагал, Драко исчез почти так же быстро, как и Гарри, но Тео остался на месте, присматривая за вещами Гарри и наблюдая, как Гарри подошел к девочкам, обращаясь к той, которая не заплакала первой.

"Мисс Смит, могу я посидеть с вами и вашими друзьями?" Гарри на самом деле не позволил им отказаться и вскоре уже сидел с первокурсницами, потчевая их забавной историей, насколько мог судить Тео, сокращая время, которое потребовалось бы профессору Снейпу, чтобы до них добраться.

Драко не потребовалось много времени, чтобы вернуться вместе с профессором и пройти мимо старосты туда, где сидели девочки. Тео увидел отчетливый цвет успокаивающего напитка во флаконе с зельями, который мужчина небрежно держал в руке.

Что ж, с этим, вероятно, скоро разберутся. Взяв в руки роман, который он читал – его порекомендовала ему Джинни, – Тео вернул свое внимание к тексту, но снова отвлекся, когда Гарри раздраженно сел в свое кресло.

Тео поднял брови в невысказанном вопросе, который Гарри понял без проблем.

"Она беспокоится о том, как отреагируют ее родители, если ей не удастся соответствовать их стандартам. Понятия не имею, основано ли ее беспокойство на чем-то близком к реальности. Но я думаю, теперь она знает, что она не одинока. Если ей понадобится помощь, она ее получит. " Гарри говорил почти шепотом, стараясь, чтобы его голос не был слышен.

Тео кивнул. Было любопытно, насколько Гарри защищал младших студентов Слизерина. Всегда ли он был таким? Тео не был уверен.

"Давай поднимемся и поужинаем, Гарри". Решил Тео, уверенный, что его друг попытается пропустить ужин, слишком нервничая из-за экзамена по защите на следующий день, чтобы у него был настоящий аппетит. "И не делай такое лицо. Ты знаешь, что профессор Снейп без колебаний скормит тебе еще питательного зелья, если ты не появишься на приеме пищи и не съешь что-нибудь".

Гарри фыркнул и собрал свои вещи, чтобы отнести их в свою комнату. "Встречаемся у двери через десять минут?"

Тео кивнул в знак согласия и встал, чтобы тоже отнести книгу в общежитие.

оооООооо

Четверг, 6 июня 1996 г.

Во время обеда Марволо сел за учительский стол и подмигнул Гарри, который закатил глаза, но улыбнулся. Как бы ни было весело сидеть с сыном за столом Слизерина, ему не стоило так сильно напрягать учеников во время экзаменов.

Северус сидел довольно далеко рядом со своей женой, и в целом у Марволо сложилось впечатление, что весь обычный порядок рассадки был перетасован. Было довольно много причин, по которым это могло произойти, но наиболее вероятной – по крайней мере, по его мнению – было то, что директриса хотела удержать его рядом. В конце концов, она была близким доверенным лицом старого зануды Дамблдора.

На столе появилась еда, и Марволо с интересом оглядел предлагаемые возможности, прежде чем взять блюдо, чтобы зачерпнуть немного пастушьего пирога себе на тарелку.

"Как прошел экзамен, лорд Слизерин?" Директриса Макгонагалл начала разговор, накладывая себе в тарелку в основном мясо.

"По-другому". Ответил Марволо, вспоминая письменный экзамен, который он сдавал этим утром. "Я не уверен, почему именно сейчас все так изменилось. Но я догадываюсь о мотивации, которая позволила мадам Амбридж быть отправленной сюда преподавать. Или неоднородное образование во всем учебном заведении, когда студенты этого года забирают своих сов." И ему действительно нужно было снять это проклятие навсегда, каким бы ужасным ни был нынешний профессор, Марволо не мог с чистой совестью оставить проклятие там, где оно было.

"Значит, вы чувствовали, что так было проще?" В продолжение спросила директриса.

"Так и было". Марволо кивнул, на самом деле не горя желанием вступать с ней в глубокий разговор. Может быть, ему стоит поесть в деревне или рискнуть оценками других студентов Слизерина, снова посидев завтра с Гарри.

"Может быть, у вас просто теперь больше опыта, лорд Слизерин?" Мужчина, сидящий по другую сторону от него, вмешался, немного удивив Марволо.

Гарри, очевидно, рассказал ему о Сквибе, который заботился обо всех картинах в замке, и что мистер Филч дал ему совет, но это было все, что он пока узнал об этом человеке.

Склонив голову в знак согласия, Марволо был вынужден согласиться. "Это возможно. Несмотря на то, что этому телу еще нет года, у моего разума было гораздо больше времени для усвоения знаний по сравнению с моим пятнадцатилетним "я", когда я впервые сдавал эти экзамены. " Фактически, большая часть времени, которое Марволо готовился к этим экзаменам, была посвящена тому, чтобы убедиться, что он знает, какие основные моменты от него ожидают. Большинство вопросов были простыми, но более открытые могли закончиться плохо, если он не смог написать то, что ожидалось, потому что сосредоточился совершенно не на той теме.

Время сменить тему. "Мой сын сказал мне, что вы разрешили ему посмотреть вашу работу над одной из картин, мистер Филч. Я хотел поблагодарить вас за это. Гарри проявил большой интерес к искусству. Увидеть мастера-реставратора за работой - уникальная возможность. "

Аргус Филч промычал, а затем показал свои пожелтевшие зубы в широкой улыбке. "Это было нетрудно. Он вежливый парень. И у него настоящий интерес, а также наметанный глаз. Не так уж много волшебников или ведьм с талантом, интересом и решимостью довести дело до конца ". Филч с жаром вгрызся в сосиску. "Что-то подобное нужно поощрять ".

"Я не знал, что вы обладаете Мастерством, мистер Филч". Директриса наклонилась вперед на своем месте, чтобы видеть Филча поверх Марволо, в ее голосе слышался явный интерес, а пар от миски с горошком затуманивал ее очки. "Почему это не указано в вашем досье?"

Филч фыркнул. "Это потому, что я не обладаю магическим мастерством, директриса. Лорд Слизерин был вежлив".

Теперь уже Марволо издал тихий недовольный звук. "Не знаю, говорю ли я это только из вежливости". На самом деле он сказал это не просто из вежливости. "Ты получил долгое и строгое образование в области искусства. Возможно, это было в магловском университете, но это не меняет уровня времени, преданности делу и навыков, необходимых для его получения. Самое близкое, что у нас есть в волшебном мире, - это Мастерство ". Марволо потратил некоторое время на изучение возможностей магглов в искусстве. Ради Гарри и потому, что ему было любопытно.

"Все еще". Филч сказал с горечью в голосе, подразумевая своим тоном, если не словами, что он не согласен. "Нет реального способа получить магловскую степень, принятую Министерством или большинством работодателей".

"Ты чувствуешь себя способным преподавать?" Директриса спросила, казалось бы, ни с того ни с сего. Но когда Марволо повернулся, чтобы посмотреть на нее, он увидел расчетливый блеск в ее глазах.

"Учить? Эти хулиганы?" Филч явно был настроен более чем скептически. "Сомневаюсь, что они вообще захотят учиться".

"Гарри, безусловно, был бы рад возможности узнать больше, чем он может, из книг и экспериментов". Марволо просто вынужден был вмешаться, поскольку предоставить такую возможность своему сыну было бы здорово.

Филч снова фыркнул. "Правление никогда не допустит занятия только для одного ученика".

"Пусть доска будет моей проблемой". МакГонагалл сказала с большей силой в голосе, чем Марволо ожидал от нее, большую часть времени она казалась такой кроткой. "И поскольку это явно будет факультатив, мы могли бы сделать так, чтобы он охватывал все годы, и вы сами решали бы, кто может посещать занятия и чему учить ваших учеников ". Она, казалось, прониклась этой темой, и больше людей, сидящих за главным столом, обратили свое внимание на их разговор. "И если вы скажете, что будете принимать только двух студентов одновременно, меня это устроит. Я бы с удовольствием расширил возможности, предлагаемые здесь, в Хогвартсе."

Урок рисования в Хогвартсе. Марволо был почти уверен, что ничего подобного не было уже очень давно. Но он предположил, что все могло быть по-другому, когда школа была основана. Разве это не было местом, где можно было узнать все?

"Полагаю, мне придется подумать над этим". Филч казался осторожным, и Марволо не винил его. Преподавание было не для всех, и Северус был ярким примером того, что страсть к предмету не дает права автоматически преподавать этот предмет.

Довольно скоро после этого ужин закончился, и Марволо пришлось ждать вместе со всеми остальными, когда его вызовут на практический экзамен.

ооОоо

Лорда Слизерина, его сына и наследника вызвали в Зал одновременно. они по жребию решили, кому достанется их экзамен, и тщательно рассчитали момент, чтобы вызвать их обоих.

"Добро пожаловать, лорд Слизерин". Тобиас приветствовал волшебника с улыбкой, чувствуя легкое головокружение.

Волшебник отвернулся от того места, где он наблюдал за тем, куда ушел его сын, и почти заметно сосредоточился на своем собственном экзамене. "Рад снова видеть вас, профессор Тофти".

Как обычно, мужчина был олицетворением вежливости, и Тобиас почувствовал, что улыбается. "Давай сначала начнем с чего-нибудь простого, хорошо?" То, что этому человеку пришлось вернуть своих сов, было почти шуткой, но Тобиас предположил, что есть правила, которым нужно следовать. "Пожалуйста, наложи на меня чары щита".

Лорд Слизерин улыбнулся. "Полагаю, протего достаточно? Устный?"

Посмеиваясь, Тобиас кивнул. "Если вы будете так добры".

Слегка поклонившись, лорд Слизерин достал свою палочку – было странное чувство видеть эту культовую палочку вблизи – и мастерски выполнил движение и заклинание, чтобы создать мерцающий, полупрозрачный щит. перед ним голубая энергия.

Тобиас захлопал в ладоши. "Молодец!" Затем он махнул рукой на манекен на своей испытательной станции, один из самых грубых самосборных, которые они всегда использовали, когда нужно было наложить на человека заклинание, которое было разрушительным или опасным при неправильном наложении. "А теперь потрясающее зрелище, пожалуйста".

Это продолжалось некоторое время, лорд Слизерин иногда просил подтверждения, когда Тобиас просил заклинание, относящееся к группе заклинаний, из которых обычные студенты, забирающие своих сов, выучили бы только одно. Тобиаса это бесконечно позабавило.

Вытащив сундук из-под стола, Тобиас улыбнулся и осторожно поставил его на стол. "И в завершение я бы хотел, чтобы ты встретился с этим домовым лицом к лицу". Некоторые подумали, что объявление о том, что в сундуке находится боггарт, не было настоящей проверкой способностей. Но Тобиас придерживался мнения, что, поскольку он не мог знать о самых глубоких страхах студентов, которых тестировал, было верхом глупости не предупредить их заранее, чтобы они подготовились. Он не хотел видеть, выживут ли они в потенциально смертельной ситуации без подготовки. Он только хотел узнать, знают ли они заклинание, что такое боггарт и как избавиться от вредителя. "Я действительно прошу тебя не убивать это".

Любопытно, что лорд Слизерин внезапно сильно побледнел, но кивнул так, что Тобиас отступил назад – чтобы не смущать домового – и взмахнул палочкой, чтобы открыть сундук.

Вышла поразительно точная копия молодого мистера Слизерина-Поттер шипит с насмешливым выражением лица.

Боггарт говорил на парселтанге?

"Загадкулус!" Раздался звук затяжки, и внезапно копия мальчика оказалась на земле, смеясь и извиваясь, а большая змея нависла над ним, уткнувшись головой прямо в лицо мальчика, казалось, щекоча его языком.

"Молодец!" Вмешался Тобиас, загнав домового обратно в сундук. Похоже, это был довольно сильный страх. Время от времени случалось, что кто-то постарше или с большим прошлым выступал перед ними на экзаменах, и кто-то испытывал более сильный страх, чем обычно. Это показалось мне довольно личным, и это было достаточной причиной, чтобы не привлекать к нему слишком много внимания.

"Ты можешь идти!" Лорд Слизерин убрал свою палочку и вышел с приветствием, ожидая у двери, пока его сын догонит его, который закончил почти одновременно.

Тем временем Тобиас вернулся к своим заметкам, отмечая полные баллы, прежде чем перейти к следующему ученику, которого ему предстояло тестировать. Эти недели становились для него все тяжелее.

ооОоо

Гарри подошел к дверям из Большого зала в вестибюль всего через минуту после своего отца, чувствуя себя вполне довольным практическим экзаменом по защите. Но этот счастливый пузырь быстро лопнул, когда он увидел, насколько потрясен и бледен был его отец.

"Ты в порядке?" Гарри просто обязан был спросить, потянувшись, чтобы положить руку на плечо своего отца в попытке предложить утешение.

"Не совсем. Но это пройдет". Марволо попытался неуверенно улыбнуться и явно взял себя в руки, вероятно, используя для этого окклюменцию.

Гарри не был по-настоящему убежден – обычно Марволо не был тем, кто так открыто показывает себя, когда чувствует себя не лучшим образом, - но последовал за отцом из Большого зала, потолок которого намекал на ясную солнечную погоду на улице, и спустился к берегу озера в тенистое место возле нескольких деревьев.

Несколькими взмахами обеих палочек они укрылись прочным одеялом, на котором можно было сидеть, а также наложили заклинания, окружающие это место, чтобы держать подальше других, которые могли попытаться подслушать их разговор.

Прошло еще несколько мгновений, которые Гарри более или менее терпеливо выждал, прежде чем Марволо начал говорить.

Повернувшись лицом к озеру и медленно и внятно произнося слова, Марволо объяснил своё состояние. «Экзамен прошёл хорошо, но последним заданием было продемонстрировать, как справиться с боггартом». Гарри почувствовал, как у него скрутило живот, и обрадовался, что ему самому не пришлось столкнуться с боггартом. «Раньше, долгое время, это был мой собственный труп. Но когда-то после того, как я обрёл тело, он изменился».

Гарри хотелось спросить, в чём дело, ведь он не заметил, что сделал Марволо во время экзамена, слишком сосредоточившись на том, чтобы хорошо сдать свой экзамен, но он понимал, что это было бы невероятно бесчувственно с его стороны.

— Очевидно, я не в первый раз сталкиваюсь с боггартом, так как в летнем домике твоего крёстного было серьёзное заражение, но… — Марволо глубоко вздохнул, поднял маленький камешек и бросил его в озеро. — Это всё равно гораздо более неприятно, чем видеть собственный труп.

Покусывая губу, Гарри пытался решить, что теперь делать. Он не хотел спрашивать, чего его отец боялся больше всего, поэтому, вероятно, ему следует сменить тему. "Похоже, у вас была оживленная дискуссия за главным столом во время обеда".

Марволо фыркнул, напряжение покинуло его плечи. "Мы так и сделали. Я все еще удивляюсь, почему директриса решила поставить меня между собой и мистером Филчем. Похоже, что директриса рассматривает возможность расширения предлагаемых классов в Хогвартсе. На самом деле она спросила, не рассмотрит ли мистер Филч возможность проведения факультативных занятий по искусству. "

Внезапно захотев услышать больше, Гарри подошел ближе и наклонился вперед. "Искусство? В какой форме? Он согласился?"

Теперь Марволо усмехнулся, расслабившись еще больше, вытянул ноги перед собой, откинулся на локти, наслаждаясь хорошей погодой. "Он не особо увлекался обучением подростков". То, как он это сказал, навело Гарри на мысль, что это слово было использовано не совсем так. "Но директриса поспешила заверить его, что это может быть годичный класс, настолько маленький, насколько он пожелает. Что он может установить требования для зачисления в класс. Я думаю, он рассмотрит это."

"Это здорово!" Гарри не был уверен, что сможет пройти курс рисования, но еще был тот факт, что мистер Филч пригласил его в свою мастерскую и позволил посмотреть, как работает человек. Так что, возможно, это все-таки было возможно. "Я, конечно, хотел бы стать частью этого".

"Я так и думал". Сказал Марволо, кивая. "Давай подождем здесь, пока все твои одноклассники закончат?"

"Да". Гарри вздохнул и устроился поудобнее. Провести остаток дня здесь, расслабиться было бы здорово.

После ужина он планировал еще немного доработать руны, которые напишет завтра. Но пока он наслаждался солнцем, легким ветерком и пением птиц на деревьях.

оооООооо

Пятница, 7 июня 1996 г.

Северус возвращался с прогулки по краю Запретного леса в школу на завтрак, держа в руке небольшой букет полевых цветов, когда наткнулся на своего Лорда, также направлявшегося к школе. "Лорд Слизерин". Северус позвал после минутного колебания, привлекая внимание мужчины.

Темный Лорд повернулся и скорректировал свой маршрут так, чтобы они встретились на несколько метров дальше по своим путям, на гравийной дороге, ведущей к замку. "Лорд принц". На лице Темного Лорда появилась легкая усмешка, и Северус даже не пытался не закатить глаза.

"Мы на территории школы, и вы здесь, чтобы сдавать экзамены на СОВУ, лорд Слизерин. Поэтому подходящее название было бы профессор Снейп ". Множество различных способов их взаимодействия были продиктованы местами, где они встречались, или обстоятельствами встречи, которые были ошеломляющими.

Темный Лорд только усмехнулся. "Совершенно верно, профессор Снейп. Как прошла первая неделя экзаменов у СОВ? И у тритонов? Были истерические срывы?"

"Всего несколько студентов нуждаются в успокаивающих напитках или сонных зельях. Ничего необычного". Северус размышлял, пока они неторопливо шли к замку. "Ну, это не совсем так. В этом году у нас было гораздо меньше случаев отравления студентов теми или иными предполагаемыми стимуляторами. Не уверен, то ли наши новые старосты настолько лучше конфискуют поддельные эликсиры и все такое прочее, то ли торговля близнецов Уизли шутливыми сладостями заставила учеников более осторожно относиться к вещам, в которых они плохо разбираются." На самом деле казалось, что эти розыгрыши побудили студентов выучить больше заклинаний обнаружения и действительно использовать их перед тем, как они что-нибудь съедят или выпьют.

"Гарри много рассказывал мне об этих розыгрышах. Эти двое действительно гениальные изобретатели ". Темный Лорд задумался, нежно улыбаясь, что все еще казалось тревожно человечным для этого человека.

"Они, безусловно, таковы". Северус согласился, потому что утверждать обратное значило бы лгать, а в этом здесь не было необходимости.

Несколько минут они шли молча, с каждым шагом приближаясь к замку.

"Вы сегодня довольно рано, лорд Слизерин". Северус предпочел бы промолчать, но было бы невежливо не поговорить с заезжим волшебником. И хотя Северус с радостью опустился бы на одно колено перед своим Лордом здесь, между ними было мало общего между тем, что Северус был главой факультета Слизерин в Хогвартсе, главой факультета наследника Слизерина и тем, что его исследования спонсировал лорд Слизерин. Не совсем такая же связь, как та, которую установила метка – теперь скрытая и гораздо менее очевидная – на его руке.

"Ну да. Сегодня Маркуса забрали в школу раньше обычного. У них день проекта в садах, и для этого я начал пораньше. Так что я не совсем был уверен, чем себя занять. Начинать с горы бумаг на моем столе не было привлекательной перспективой, поэтому я решил вместо этого прогуляться по территории. "

Северусу пришлось согласиться, что прогулка по территории Хогвартса всегда приятнее бумажной волокиты. От осознания того, что впереди еще несколько лет экзаменов по зельеварению, на которых он должен был выставить оценки, у него по спине пробежал холодок. "Твой сын сообщил тебе, что сегодня напишет экзамен по рунам для четвертого курса?" Опять пустые разговоры, может быть, Северусу не стоило окликать мужчину, чтобы они оба могли идти молча.

"Он так и сделал. И он также посоветовал мне держаться подальше от мисс Грейнджер после экзамена по рунам, поскольку она имеет тенденцию пересматривать весь экзамен после того, как он сдан ". Темный Лорд усмехнулся. "Меня так и подмывает посмотреть, захочет ли она обсудить со мной эти вопросы. Я помню, что у меня было похожее желание, когда я был моложе. Не столько из-за неуверенности, как, похоже, в ее случае, сколько из желания покрасоваться. На лице лорда Слизерина появилась загадочная улыбка, которую Северус решил расшифровать позже.

"Мисс Грейнджер общалась со многими девочками из Слизерина на своем курсе. Я думаю, они могли бы научить ее правилам приличия для такой молодой наследницы, как она, - решил сказать Северус. Он знал, что лорда Слизерина не интересовали столь юные девушки, но все же его защитный инстинкт по отношению к своим подопечным поднял голову. Это предложение могло намекать на неправильный интерес.

Темный Лорд быстро завоевал популярность. "Не беспокойся, Северус. Если она захочет поговорить со мной, то, скорее всего, это будет во время перерыва после письменного экзамена, пока Большой зал накрывается на обед. Вокруг будет много свидетелей. Я бы никогда не осмелился подвергнуть подобной опасности репутацию молодой леди. И особенно наследницы моего старого друга."

Теперь Северусу стало неловко за то, что он вот так затронул свои проблемы. Не зная, что с этим делать, и когда они подошли ко входу в замок, Северус решил снова сменить тему. "Не присоединитесь ли вы к нам за завтраком, лорд Слизерин?"

"Нет, пожалуйста, продолжайте без меня. Я на минутку спущусь в оранжереи".

Они обменялись обычными любезностями, и Северус поспешил отнести цветы в гостиную, чтобы украсить день Сони, прежде чем в Большом зале начнется завтрак.

Конец учебного года всегда был напряженным временем для всех, кто жил в замке. Надеюсь, лето пройдет спокойнее, когда они переедут в поместье.

Глава 103 - Школа подходит к концу

оооООооо

Школа подходит к концу

Суббота, 8 июня 1996 г.

Аккуратно поставив свой кейс с корреспонденцией, извлеченный из почтового ящика в лондонском почтовом отделении, предназначенном для приема писем от широкой публики, Барти достал волшебную палочку, чтобы произнести заклинание, которое очистит его мантию от сажи и одновременно разгладит складки.

Путешествовать на камине временами было неудобно.

Теперь, очищенный от сажи, Барти взмахнул палочкой, чтобы поднять футляр – он был тяжелым – и направился через дом в кабинет, который он обычно использовал для сортировки почты лорда Слизерина для этого человека. Его Повелителю не было необходимости читать все глупые предложения от отчаявшихся ведьм и волшебников, будь то о браке, связях без обязательств или деловых начинаниях. На самом деле, когда его лорда стали более чем раздражать подобные письма, Барти предложил открыть почтовый ящик на почте в Косом переулке. Пока это работало довольно хорошо.

Пронзительный смех и звук тяжелых колец фамильяра его Лорда, скользящих по земле – он слышал это достаточно часто, чтобы узнать к настоящему времени – привлекли его внимание к официальной столовой, в которую он обычно не заходил.

Дверь была неплотно закрыта, поэтому Барти без труда заглянул внутрь, как только поравнялся с щелью.

Внутри был маленький мальчик Маркус, который ползал по полу в довольно короткой повседневной одежде поверх брюк и рубашки на пуговицах, за ним следовала Нагини. На мгновение Барти вспомнил, как Нагини преследовала пожирателей Смерти и угрожала им на потеху их Лорду на собраниях в прошлом. Он крепче сжал палочку, готовясь создать щит, чтобы уберечь ребенка, прежде чем вспомнил, что нет причин предполагать, что мальчику угрожает опасность.

Он смеялся, и он был сыном Темного Лорда. Опасности не было.

Со вздохом Барти признался себе, что ему придется убедиться, хотя бы для собственного душевного спокойствия. Поэтому он вышел из-за двери, приоткрыв ее еще немного. "Добрый день, мастер Маркус. Во что вы играете?"

И ребенок, и змея повернулись так, чтобы видеть Барти. Нагини была наполовину под большим столом, мальчик был наполовину скрыт одним из массивных стульев.

"Здравствуйте, мистер Барти!" - было солнечное приветствие, которое он получил, сопровождаемое несколькими небрежными щелчками языком от змеи. "Мы играем в сбор ингредиентов".

"Ты ищешь что-то конкретное?" Заинтригованный Барти спросил. Он не мог припомнить, чтобы когда-либо играл в подобные игры. Большую часть времени это был либо квиддич, либо охота на драконов, либо выслеживание бродячего оборотня.

"Валериана, лаванда и черви-флобберы". Маркус перечислял так, словно выучил список наизусть. Он, вероятно, говорил о флоббер-червях, которые могли бы составить список, совпадающий с основами, используемыми для различных вариантов снотворных напитков. "И, может быть, немного крыс, поскольку Нагини хотела бы перекусить. Не ... " и тут предложение превратилось в бессвязное шипение, когда мальчик повернулся, чтобы посмотреть на змею, удовлетворенно свернувшуюся в кучку рядом с ним.

Ошеломленный, Барти наблюдал за тем, что выглядело как оживленная перепалка между мальчиком и змеей. Поскольку он мог слышать только половину разговора, о котором он догадывался, он не был на самом деле так уверен. Но поскольку шипение, исходящее от Маркуса, часто прерывалось, не было похоже, что мальчик говорил без умолку.

Что змеиные рты были способны воспринимать язык, исходящий от змеи – они хотя бы шипели? Был ли звук на самом деле? Или это все было волшебством? - всегда был загадкой для Барти. Либо все это было волшебством, либо Змеероты действительно рождались с отличиями в анатомии, позволяющими общаться со змеями.

"Ты можешь помочь?" Размышления Барти были прерваны мальчиком, который повернулся и вполне серьезно задал ему этот вопрос.

"Могу ли я помочь с чем?" Барти понятия не имел, о чем говорили змея и мальчик, откуда ему знать, с чем им нужна его помощь?

"Ты что, не слушал?" Маркус более корректно сел на пятки, скрестив руки на талии, чем напомнил Барти одного из его старых учителей, когда он учил буквы.

"Я не Змееуст, мастер Маркус", - сказал Барти самым вежливым голосом, на который был способен, одновременно пытаясь не рассмеяться над картинкой, которую нарисовал мальчик, - "Поэтому я не мог следить за тем разговором. НЕ могли бы вы, пожалуйста, объяснить мне еще раз."

Мальчик опустил руки по бокам, напряжение и негодование почти мгновенно улетучились. "О. Папа сказал, что не так уж много людей умеют разговаривать со змеями". Барти чуть не ошибся, он никогда бы не подумал, что Темный Лорд позволит своему сыну называть его так неуважительно, как папа. "Нагини хотела узнать, можно ли перекусить тобой".

"Не думаю, что знаю. Но ты мог бы попросить домового эльфа принести что-нибудь". У Барти действительно не было привычки таскать дохлых грызунов в карманах мантии.

То, как Маркус начал теребить швы на своей мантии, сказало Барти все, что ему нужно было знать. "Твой отец сказал, что ей нельзя ничего перекусить, не так ли?" Это был такой классический ход, чтобы обойти решение, принятое одним из родителей. Спросите разрешения у другого взрослого, не сообщая ему о ранее принятом решении.

Затем смущение прошло, и Маркус одарил Барти дерзкой ухмылкой. "Стоит попробовать!" И он ушел, заползая под стол.

Посмеиваясь, Барти вернулся в холл, щелкнул палочкой по витрине и закончил свой путь к кабинету, отведенному для него здесь, на первом этаже. Пришло время немного разобраться.

оооООооо

Карисма была впечатлена тем, как быстро двое ее главных пациентов – во всяком случае, так она называла их про себя, потому что они были очень интересны своей динамикой – справлялись со своими проблемами. То, что лорд Слизерин решил обратиться за помощью, было особенно примечательно. Если бы он не признал, что ему нужна помощь, они никогда бы не зашли так далеко.

Она смотрела, как он кладет свою волшебную палочку в маленькую коробочку, которую он трансфигурировал, когда впервые пришел пациентом в ее кабинет, сидя в ее собственном кресле, с нежно мурлыкающим Томом у нее на коленях. Для него стало своего рода ритуалом класть свой главный инструмент и оружие подальше от легкой досягаемости в начале каждого сеанса.

Карисма не питала иллюзий относительно того, насколько легко ему было бы убить ее с помощью магии даже без палочки. Но она была рада, что он нашел способ настроить себя на правильный лад для терапии.

У нее были другие пациенты с менее сложным прошлым, которым было труднее справляться со своими проблемами. Но, учитывая, что Марволо Слизерин намеренно разделил свою душу более чем на две части, Карисма не могла придумать ничего такого, что было бы на том же уровне сложности.

"Как продвигаются ваши экзамены?" Карисма задала вопрос для начала, когда ее пациент сел в свое кресло, небрежно закинув ногу на ногу и сложив руки на коленях.

"Я бы сказал, достаточно хорошо". Просто зная, что за этим кроется нечто большее, Карисма хранила молчание. Оказалось, что это довольно хорошо сработало на лорде Слизерине, хотя его улыбка и взгляды, которые он бросал на нее, когда она прерывала молчание, чтобы он мог заполнить его, подразумевали, что он прекрасно знал, что она делает.

И вот это было снова: тот взгляд. "Одной из задач в моей практической защите было изгнать домового. Полагаю, вы знаете, что это такое?" Она должна была отдать ему должное, что он умудрился не звучать снисходительно, задавая этот вопрос. Даже ее собственным родственникам в большинстве случаев это не удавалось.

"Вредитель-оборотень, который олицетворяет самый большой страх каждого человека, с которым сталкивается. Они живут за счет этого страха, хотя я не уверен, действительно ли они живые или просто воплощения энергии ". То, что двоюродная сестра обманом заставила ее встретиться с боггартом в качестве шутки, побудило Карисму поискать их и узнать все, что могла, чтобы понять, есть ли способ защититься. Она ничего не нашла, но какое-то время из нездорового любопытства размышляла, как они выглядят, когда никого нет рядом.

"Правильно". Лорд Слизерин склонил голову и сделал паузу, как будто хотел привести в порядок свои мысли или собраться с духом, чтобы продолжить. Миссис Гойл ждала, поглаживая свою мурлыкающую кошку. Он всегда был довольно ласковым парнем и теперь оставался расслабленным рядом с лордом Слизерином, когда тот приходил в эти комнаты на встречи.

"Вы, вероятно, могли бы сделать обоснованное предположение о том, какой облик боггарт принимал для меня в прошлом". Сказал лорд Слизерин, глядя не совсем на нее, а на Тома, который сидел у нее на коленях и довольно обнимался. "Это менялось несколько раз, но в основном касалось моей смерти, о которой никто не помнил или которой я чего-то добился. Но тогда это был просто мой собственный труп ". На мгновение воздух наполнило только мурлыканье кота. "Когда я столкнулся с боггартом, убиравшим один из домов, принадлежащих поместью Поттеров, он показал мне мою форму до того, как зелье вернуло меня в форму, которую вы видите здесь, перед собой. Но незадолго до Пасхи, когда я работал с Биллом Уизли ... - он замолчал, и снова воцарилась тишина.

Карисма чувствовала, что это был еще один важный момент, над которым ее пациент работал в данный момент. Худшим страхом человека, безусловно, было что-то, что можно считать важным для лучшего понимания существующих проблем.

"У меня не было времени подождать и хорошенько рассмотреть, хотя я заметил, что это была сердитая копия Гарри, но вокруг было слишком много опасных вещей, чтобы тратить время на обдумывание этого изменения ". И он снова замолчал. Возможно, ей следует немного подсказать ему, чтобы помочь ему продолжать.

"И во время экзамена не было никакой опасности, и вы действительно смогли присмотреться повнимательнее?" Поскольку она узнала, что прямой профессионал лучше всего работает с лордом Слизерином - хотя некоторые пациенты нуждались в открытом сочувствии, он определенно не был одним из них, – она использовала такой тон и соответственно подбирала слова.

"Да". Теперь он действительно выглядел напряженным и дышал по схеме, которую Карисма распознала как ту, которую он, похоже, использовал при перекрытии. "И я не уверен, то ли я просто неправильно истолковал выражение тогда во Франции, то ли оно снова изменилось. В любом случае, он не выглядел сердитым. Он был полон презрения. Ругает меня за то, что я поддался на его уловку, издевается надо мной за то, что позволил мне установить с ним связь, за заботу. Я знаю, что это то, чего я боюсь, а не правда… но в то же время я боюсь, что это может быть правдой."

Там им нужно было многое распаковать, поэтому Карисма начала помогать лорду Слизерину смириться с тем, что он сделал себя уязвимым, и осознать, насколько он счастлив из-за того, что впустил Гарри и Маркуса.

Ему еще предстояло поработать, но он действительно далеко продвинулся с тех пор, как начал.

оооООооо

Воскресенье, 9 июня 1996 г.

В суматохе подготовки к экзамену по зельеварению на следующий день Гарри почувствовал потребность в некотором уединении и тишине. Но он не хотел возвращаться в свою комнату в подземелье Слизерина, погода была слишком хорошей для этого.

Итак, сейчас он прогуливался по одному из дворов, открытых небу, в поисках места, где можно было бы присесть и почитать, не отвлекаясь. Но не похоже, что удача сегодня будет на его стороне. Младшие ученики в основном закончили свои экзамены и наслаждались хорошей погодой так, как хотелось Гарри, но гораздо менее спокойно.

Уворачиваясь от другой группы возбужденных игроков в gobstone – и их аудитории – Гарри размышлял, не лучше ли было бы просто сдаться и отступить в подземелья, когда позади него раздался грубый голос. "И никто не подумал о том, кто уберет весь этот беспорядок, когда они сбегут отсюда перекусить, или устроит еще больший беспорядок где-нибудь в другом месте".

Не так давно Гарри подпрыгнул бы от чувства вины, услышав этот голос, но теперь он почувствовал желание улыбнуться и повернулся с дружелюбным словом на губах. "Мистер Филч, приятно вас видеть".

Миссис Норрис – как и большую часть времени - бродила вокруг ног своего хозяина, мурлыкая, и все равно была одной из самых уродливых кошек, которых Гарри когда-либо видел. "Мистер Слизерин, ты, кажется, что-то ищешь, - ответил смотритель, никак не отреагировав на выражение радости Гарри видеть его.

"Я ищу тихое место для чтения, не на улице, где ветрено, но и не в подземельях, где я бы скучал по солнечному свету", - достаточно легко ответил Гарри. За стенами замка дул леденящий ветер, и, вероятно, именно поэтому так много студентов стекалось во внутренние дворы, когда они не чувствовали необходимости учиться.

"Мне нужно поработать над заказом. Если вы ищете место с солнечным светом и без хулиганов, поднимающих шум, вы могли бы прийти и немного посидеть в моей мастерской ". Филч звучал ничуть не дружелюбнее, чем когда-либо, но Гарри понял, что это за предложение.

"Это было бы замечательно, сэр", - радостно согласился Гарри и последовал за другом в уединенную рабочую комнату с прекрасным освещением.

Гарри устроился на стуле, принадлежащем рабочему столу у окна, и отошел в сторону, доставая Магию намерения, чтобы немного почитать, когда перед ним бережными руками была поставлена стопка больших книг. "Это музейные каталоги с различных выставок со всего мира. Волшебное и не только. До сих пор у вас было довольно одностороннее знакомство с магическим искусством. В Хогвартсе много портретов, но большинство из них довольно старые. Но это далеко не все, что там есть. " И, не сказав больше ни слова, мистер Филч вернулся в другой угол комнаты, раскладывая инструменты и материалы для работы над тем, в чем заключалось его поручение.

Поскольку у него практически все время был доступ к своим собственным книгам, Гарри решил взглянуть на музейные каталоги, которые мистер Филч предложил ему просмотреть. Кто знал, когда суровый человек предложит это снова?

Несколько страниц первой большой книги, заполненной красочными и глянцевыми репродукциями всех экспонатов выставки более чем десятилетней давности, привели Гарри в восторг. Эти работы казались волшебным абстрактным искусством южноамериканских художников. И они не были похожи на то, что Гарри видел до сих пор. Ни тогда, когда его класс из школы магглов посетил Национальную галерею в Лондоне, ни где-либо в Хогвартсе, ни в нескольких поместьях, которые он посетил с момента своего усыновления.

Позже, когда его тело дало Гарри понять, что ему следует сделать перерыв и что-нибудь съесть, он с удивлением заметил, что миссис Норрис устроилась как дома прямо на его сумке и спит.

Пожав плечами, Гарри вернулся к каталогу выставки скульптур, он мог поесть позже. Но сейчас это было интересно.

Аргус Филч оглядел присутствующих с задумчивым выражением лица, прежде чем вернуться к своей работе, ища подходящую пару в своей коллекции постельного белья, чтобы восстановить недостающий кусок холста.

оооООооо

Работа директрисы была сопряжена со стрессом и разочарованием. Чаще, чем в прошлом, Минерве требовался способ расслабиться по вечерам, который выходил за рамки чтения хорошей книги у камина с небольшой порцией виски. Итак, она обнаружила, что снова бродит по коридорам Хогвартса в своем кошачьем обличье.

Встреча со всеми ученическими знакомыми, беготня за мышами, погоня за собственным хвостом, отдых в пятне лунного света... жизнь кошки расслабляла так, как жизнь ведьмы - нет.

Тот факт, что она могла на время забыть о своих тревогах и сосредоточиться на относительно простой задаче - идти по запаховому следу или расследовать шорох, - сделал ее анимагическую форму одним из самых эффективных способов избавиться от части стресса.

Вот! Что это был за звук? Она навострила уши и повернула голову, пытаясь определить местоположение поблизости, откуда до нее доносился звук шагов.

В этой части подземелья в это время ночи не должно быть людей. На бесшумных лапах Минерва кралась вдоль стены в направлении мягкого звука шаркающих ног. Готовая к прыжку – скорее фигурально, чем буквально – Минерва завернула за угол и остановилась как вкопанная, тихо мяукая.

"Привет, котенок". Соня, жена Северуса, была там, закутанная в теплый халат, улыбаясь Минерве, которая сидела в обычной кошачьей манере. "Бродила по коридорам? Не спится?"

На мгновение Минерва заколебалась, так как не знала, знала ли Соня, что Минерва анимаг. В замке это было общеизвестно, поскольку превращение было одним из любимых демонстраций Минервы на уроках трансфигурации. Северус рассказал своей жене?

Итак, Минерва решила кивнуть совершенно по-человечески, сделав несколько шагов назад – после того, как снова встала на четвереньки, – прежде чем снова превратиться в свою человеческую форму, оставив отличное зрение для этих темных коридоров, и улыбнуться Соне.

"Что-то в этом роде, да", - ответила Минерва на вопрос, обрадованная слегка испуганным выражением лица другой женщины. "Всегда приятно прогуляться по замку, когда здесь так тихо, как сейчас. А как насчет тебя?"

"Не могу уснуть. И если я останусь в нашей каюте с включенным светом, Северус будет там через несколько минут. Забавно, что он может спать, когда меня нет рядом, но заметит, что что-то не так, когда я сижу в гостиной и читаю. Соня улыбнулась, повернулась и пошла в ногу с Минервой.

"Я предполагаю, что кто-то в гостиной в прошлом всегда был студентом, нуждающимся в помощи, но вы не так давно женаты, чтобы он уже привык никогда не спать один", - Минерва выдвинула теорию, которая вполне могла быть правдой, хотя она подозревала, что жизнь этого человека в качестве шпиона среди Пожирателей Смерти также сыграла большую роль в этом.

"Возможно", - согласилась Соня. "На самом деле я немного удивлена, как часто кто-то из старосты приходит к нам в поисках Северуса, потому что что-то требует его внимания".

"У него определенно есть некоторый опыт в качестве суррогатной матери. Я надеюсь за вас обоих, что он справится с ребенком так же хорошо, как со своими маленькими змеями ". Минерва была очень рада, что Северус останется профессором, даже теперь, когда Альбуса здесь больше не было и не было необходимости держать в школе шпионов с обеих сторон прошлого конфликта. Она посмотрела на женщину, идущую рядом с ней. Беременность, похоже, затянулась дольше, чем она ожидала. Северус и Соня поженились в ноябре. Был июнь, но Соня, похоже, подходила к концу. "Как у тебя дела?"

Соня промурлыкала, одной рукой потирая живот. "Довольно неплохо. Обычные проблемы, - она обвела рукой вокруг, не вдаваясь в подробности, - но моя акушерка и целительница вполне довольны тем, как все продвигается. Остался только последний триместр.

Так что Соня, вероятно, не хотела слишком много говорить о своей беременности, которую Минерва, конечно, уважала. Поэтому она немного сменила тему. "У тебя есть планы на летние каникулы?"

"Мы переедем в поместье после того, как Северус все закажет для подготовки к следующему учебному году. Эльфы закончили ремонт, и мы посадим несколько садов зелий". Она снова потерла живот. "Ну, Северус будет сажать, а я, скорее всего, буду давать указания".

Смеясь над этим мысленным образом, они вдвоем еще немного побродили по коридорам, на этот раз вместе.

оооООооо

Понедельник, 10 июня 1996 г.

Выходные не были такими уж расслабляющими из-за всех внесенных изменений и растущего напряжения. Истории, которые Рон рассказывал им, когда Гермионы не было достаточно близко, чтобы услышать, сделали Гарри немного более счастливым от того, что теперь он в Слизерине и далеко от разъяренной Гермионы, нападающей на первокурсников.

Их только что попросили отложить перья, поскольку письменная часть экзамена по зельеварению была закончена, и Гарри встал со своего места, разминая пальцы и руки, чтобы побороть усталость, вызванную тем, что так много написал за такое короткое время.

Он чувствовал, что экзамен прошел довольно хорошо. Особенно с тех пор, как Снейп помог ему освоиться летом и перестал вести себя враждебно с самого начала года.

Направляясь к двери, выбирая путь в надежде догнать Марволо до того, как они достигнут вестибюля, Гарри расправил плечи. Возможно, он был немного напряжен там. Но его результат на этом экзамене определит, сможет ли он перейти по зельеварению на уровень ТРИТОНА, и все, что он узнал до сих пор об искусстве создания магических картин, указывало на то, что зелья действительно сыграли роль в создании красок, которые позволили бы изображенным на картине сохранять воспоминания и взаимодействовать с теми, кто стоит перед картиной.

Просто было важно, чтобы он преуспел.

Когда Гарри заметил, что Гермиона идет в ногу с Марволо, уже начиная говорить, было почти слишком поздно. Но ему удалось спрятаться за Грегори, который действительно выглядел немного обескураженным, и избежать втягивания в разговор. Он действительно хотел бы поговорить со своим отцом, но не для того, чтобы пересказать весь экзамен, как это обычно делала Гермиона.

"Что вы думаете об этом экзамене, лорд Слизерин? Сильно ли он отличался от того, который вы сдавали в первый раз?" Похоже, ей не терпелось получить информацию из первых рук о том, как изменились экзамены OWL за последние десятилетия.

"Ну, большинство принципов не получили особого развития, особенно на том уровне, на котором находятся совы. Есть несколько продвинутых техник, которые вы еще не изучили, но которые довольно новы. Я думаю, что они, вероятно, появятся на экзамене по тритону, по крайней мере, некоторые из них. Только раздел дополнительных зачетов был немного неожиданным. У вас действительно было многоженство на занятиях? " Гарри услышал удивление в голосе отца и вспомнил длинный ответ, который тот написал на вопрос о дополнительном зачете. Было довольно легко написать о действии зелья и ограничениях, а также о том, почему оно было запрещено и как его идентифицировать.

"О, - Гарри видел, как Гермиона отмахивается от этого вопроса, - мы не научились его варить. Но на втором курсе он был назван как пример зелья с использованием крыльев кружевницы в качестве стабилизирующего вещества. Кто-нибудь, кто немного почитает о зельях, названных в качестве примеров, но либо незаконных, либо слишком опасных для приготовления студентами, смог бы ответить на этот вопрос. "

На мгновение Гарри подумал, не думает ли Гермиона о том, что она провела довольно много времени в качестве гибрида кошки и человека после того, как по ошибке положила кошачью шерсть в свою порцию Многоженства, но затем он вышел из зала – несколько студентов между ним и Марволо разговаривали с Гермионой, очевидно, весьма довольные этим – и направился туда, где стояли Рон и Невилл с несколькими другими гриффиндорцами. Его собственные соседи по дому смогли бы найти его достаточно легко.

"Ты чувствуешь себя готовым к практическому занятию, Невилл?" Гарри был удивлен, когда услышал, что практическое занятие по зельеварению будет проходить в Большом зале, как и большинство других. Он не был уверен, как смена обстановки может повлиять на его пивоварение. Весь этот свет – день был солнечный – имел большое значение. Надеюсь, к лучшему.

"Я подготовился настолько, насколько это возможно". Сказал Невилл, проводя рукой с палочкой вверх-вниз по подолу своей мантии. "Поможет то, что профессор Снейп не будет шнырять по рядам. Он всегда меня отвлекает".

"Ты можешь поверить, что его не пускают, потому что экзаменаторы думают, что он может попытаться нам помочь?" - Спросил Рон, все еще пораженный самой мыслью, что кто-то обвиняет Снейпа в том, что он помогал кому-либо, кроме слизеринцев, мошенничать.

"Я думаю, что это скорее общее правило, чем то, которое создано специально с учетом профессора Снейпа", - снова сказал Гарри, наблюдая, как Драко, казалось, успокаивал Грегори, в то время как круг вокруг Гермионы, оживленно разговаривавшей – широта ее жестов была хорошим показателем ее увлеченности темой, – расширялся, а Марволо прошел немного дальше в прихожую.

"Возможно", - в голосе Рона прозвучало сомнение, но он пропустил вопрос мимо ушей.

"Вот ты где", - сказал Тео из-за спины Гарри, который повернулся ровно настолько, чтобы увидеть, как его друг пробирается сквозь немногочисленную толпу, ожидающую, когда Большому залу вернут его обычную конфигурацию.

"Где мне еще быть?" Спросил Гарри, ухмыляясь.

"Я не знаю?" Тео изобразил задумчивое лицо, что заставило Гарри усмехнуться. "Разговариваю с твоим отцом или, может быть, отлучаюсь в туалет".

Гарри пожал плечами. Эти два варианта были вероятны. "Достаточно справедливо. Но, как вы видите, я стою здесь и разговариваю со своими друзьями ". Тео закатил глаза, глядя на Гарри, который ухмыльнулся, несмотря на общую нервозность. "Похоже, Гермиона наконец-то нашла кого-то, кто разделяет ее желание подробно рассказать об экзамене, сданном всего несколько минут назад". Гарри махнул рукой в сторону открытого пространства вокруг них двоих и снова рассмеялся, когда Тео застонал.

"Она чертовски ненормальная!" Сказал Рон, качая головой. "Но лучше он, чем мы, я думаю".

Гарри посмотрел на Рона и задался вопросом, почему именно тот так интересовался Гермионой. Он постоянно жаловался на ее интересы и привычки. Это было немного непонятно.

Прибытие Луны – вместе с большим количеством других студентов, которые были голодны и хотели есть - отвлекло Гарри, поскольку она схватила его за руки и тянула до тех пор, пока он с улыбкой не наклонился к ней для поцелуя.

Пока двери в Большой зал снова не открылись, Гарри не обращал особого внимания на окружающее. И как только двери открылись, Гарри подошел с Луной к столу Равенкло, не видя закатывания глаз от своих друзей-мужчин или любящего взгляда, которым наградил его отец. Гарри был слишком поглощен обсуждением вопроса о том, могут ли в Запретном лесу водиться дриады.

Обед закончился слишком быстро, и Гарри встал за свое рабочее место для практического занятия по зельеварению.

Там был рулон пергамента и множество ингредиентов в мисках, флаконах и формочках, ни на одном из которых не было этикетки. Там также были весы с набором гирь, ступка и пестик, разделочная доска, набор ножей, несколько мешалок и множество других инструментов, которые обычно можно найти в лаборатории зелий. Короче говоря, там было все, что могло понадобиться Гарри для приготовления любого зелья. Определенно, там было больше, чем может оправдать любое зелье.

Им разрешалось иметь под рукой чистый пергамент и что-нибудь для письма, волшебную палочку и собственные перчатки из драконьей кожи, но ничего другого из их собственного снаряжения.

Сделав глубокий вдох, Гарри взял рулон и разломил воск, удерживая его закрытым, развернул рулон, чтобы взглянуть на зелье, которое он должен был сварить. Насколько Гермиона смогла выяснить в ходе своего исследования того, как работают экзамены OWL – и что сказали старшие ученики – никакие два студента на соседних станциях не получали одно и то же зелье, и предполагалось, что они знали правильные ингредиенты в лицо, что, вероятно, и объясняло все дополнительные услуги, которые Гарри получал на своей станции.

Борясь с очередной волной неуверенности – это почему–то казалось намного важнее всех других экзаменов, которые они сдавали до сих пор, - Гарри напомнил себе, что у него есть план.

Он достал лист пергамента и прочитал назначенное ему зелье. Сначала он напишет инструкции, как теперь делал всегда. Каждый шаг четко упорядочен один за другим, а не инструкции, растянутые до тех пор, пока остается место на линии, как это обычно делалось. При таком формате он слишком легко пропускал добавление чего-то последнего в строке, если какая-то часть занимала больше нескольких секунд.

В тот момент, когда Гарри изменил расположение своих инструкций, он принялся сортировать ингредиенты, чтобы найти то, что ему нужно, и убрать с дороги все, что ему не нужно. С других станций уже поднимался разноцветный дым, но Гарри игнорировал ощущение отставания. Он не отставал. Тщательная подготовка была важным шагом, и поспешное выполнение вполне могло закончиться ошибкой, которую он не смог бы исправить.

После этого Гарри надел перчатки, развел огонь в своем котле и начал готовить ингредиенты для основы. У него все еще было много времени, и он знал, что ему нужно сделать, чтобы зелье получилось как надо.

Как только основа была готова и цвет соответствовал тому, что, по его мнению, должно быть на данном этапе, Гарри почувствовал, что немного расслабился. Он огляделся, пока зелью нужно было несколько минут покипеть – он установил таймер, который предупредит его за минуту до того, как нужно будет добавить следующий ингредиент, – и заметил выражение сосредоточенности, но не ужаса, на лице Невилла, который варился неподалеку. Отсутствие профессора Снейпа имело заметное значение для вундеркинда в гербологии.

Когда его палочка завибрировала, уведомляя Гарри, что пришло время добавить измельченные крылышки жука, он вернулся к своей работе и был занят до тех пор, пока не смог разлить образец своего зелья по бутылкам и оставить его на своем рабочем месте.

ооОоо

Было забавно варить Напиток мира в окружении стольких нервных подростков. Марволо был уверен, что он был одним из немногих, если не единственным, кто веселился во время этого дневного приготовления. Было не так уж много случаев, когда можно было варить пиво, казалось бы, под открытым небом.

Закончив немного раньше, Марволо откинулся на предоставленный стул и наслаждался звуками бизнеса вокруг. На нескольких станциях поднимающийся пар не выглядел таким уж многообещающим. Но этого и следовало ожидать на экзамене OWL. Не всем удалось стать достаточно компетентными пивоварами за пять лет, а страх перед экзаменом довершил остальное.

Неторопливо выходя из Большого зала, Марволо присматривал за своим сыном и мисс Грейнджер, которая оказалась отличной собеседницей после экзамена. Было забавно обсудить вопросы письменной части и различия между сегодняшним днем и прошлым, когда Марволо впервые сдавал экзамен.

"Папа!" Гарри позвал откуда-то сзади, и Марволо обернулся, улыбаясь, когда увидел своего сына, который выглядел намного менее нервным теперь, когда экзамен был сдан.

"Гарри. Ты выглядишь так, как будто ты доволен тем, как справился с экзаменом. " Зелье, которое дали Марволо, было непростым, но и не настолько сложным, чтобы он не заметил, что происходит на станции Гарри. По крайней мере, он знал, что все пошло не так уж плохо.

"Я думаю, да", - ответил Гарри, ухмыляясь. " Ты сразу вернешься домой?" Мальчик одним пальцем поправил очки на носу. Мимо проходило еще несколько студентов, и Марволо увидел, что несколько друзей Гарри собрались в группу в нескольких шагах от него.

"Да. Я пообещал Маркусу, что сегодня вечером мы построим новый замок и поиграем с драконами ". Миссис Питерс сказала Марволо, что Маркус скучал по нему днем после школы, в те дни, когда он сдавал экзамены в Хогвартсе, и что Маркус играл в экзамены с Нагини. По крайней мере, она так предполагала, поскольку понятия не имела, что Маркус сказал змее.

"Звучит забавно". Всего долю секунды спустя Гарри заключил Марволо в объятия, и ответное движение было гораздо более естественным, чем в самый первый раз.

Последняя частичка его души, которую он вернул остальным, не внесла столько изменений в его способность испытывать чувства, как многие предыдущие – вероятно, потому, что она была довольно маленькой по сравнению с ними, – но у Марволо была теория, что у него просто было больше практики и знаний в том, как справляться с ними и как ценить их.

Наслаждаясь объятием – оно казалось более долгим, чем могло быть на самом деле, но объятия были великолепны – Северус прошел мимо и встретился взглядом с Марволо. У них не было особых причин общаться мыслями друг с другом – иногда они делали это во время чрезвычайно утомительных заседаний Визенгамота, – но так же, как каждый раз, когда их взгляды встречались, Марволо почувствовал и увидел впечатление от того, как Северус отвешивает глубокий, размашистый поклон, посланный другим человеком. Марволо почти автоматически отправляет ответное приветствие, а также принимает предлагаемые услуги и уважение.

Гарри и Марволо разжали объятия, Северус исчез – вероятно, в Большом зале, – а друзья Гарри попытались привлечь внимание Гарри.

"Похоже, твои друзья хотят уделить тебе немного времени", - сказал Марволо, отступая назад и игнорируя неистовый шепот вокруг. То, как Гарри и он обнимали друг друга на публике, на самом деле не было принято в семьях высшего общества Британии в целом, что было чем-то общим для магглов и волшебников. Но, честно говоря, Марволо не волновало, что другие думают о привязанности, проявляемой между членами его семьи. Всем троим это могло пригодиться.

"Мы хотели воспользоваться теплой погодой, чтобы позаниматься на свежем воздухе", - объяснил Гарри группе ожидающих студентов.

"Тогда развлекайся, не забывай о учебе, что бы ни говорила мисс Грейнджер, и мы поговорим позже этим вечером", - сказал Марволо, делая прогоняющий жест Гарри, который закатил глаза, но коротко махнул рукой в ответ.

"Получайте удовольствие, строя замки!" Гарри смеялся, когда подошел к своим друзьям, и группа гурьбой вышла на территорию. Марволо должен был бы хотя бы попытаться попрощаться с экзаменаторами, все остальное было бы невежливо.

Выйдя из дверей замка по направлению к деревне, Марволо заметил Гарри и его друзей, которые сидели на одеяле и читали на солнечном месте.

С улыбкой Марволо аппарировал домой, где остаток дня изображал дракона, атакующего замок, построенный из игрушечных кубиков.

оооООооо

Четверг, 13 июня 1996 г.

"Почему последним экзаменом должна была быть история?" Рон застонал, падая обратно на одеяло, которое они расстелили на земле у края озера и нескольких деревьев.

"По крайней мере, мы закончили с экзаменами на СОВУ", - попыталась Гермиона успокоить подругу. "И результаты будут получены owl во время каникул. Так что перестань ныть и сядь, я хочу сфотографировать всех нас!" Она побежала в башню за фотоаппаратом, чтобы сфотографировать всех их друзей теперь, когда они закончили свой пятый год здесь, в Хогвартсе. Это была гораздо большая группа, чем Гермиона ожидала. Самым неожиданным дополнением был Драко, хотя другие слизеринцы были людьми, которых Гермиона не ожидала назвать друзьями в конце прошлого года. "Тео, Джинни, подойдите, я хочу сфотографироваться. Луна, Гарри, вы тоже!" Это было похоже на стадо кошек!

Наконец ей удалось усадить всех на одеяла и расположить так, чтобы они сносно смотрелись в рамке для картины. Кроме Гарри и Рона – ее самых первых друзей – рядом с Гарри была Луна, Джинни и Тео, Драко с Винсентом и Грегори – скорее потому, что они всегда были рядом с Драко, чем потому, что Гермиона называла их друзьями, - Невилл, Фред и Джордж, улыбающиеся от уха до уха, потому что они арендовали магазин, Дафна и Астория Гринграсс, Миллисент и Пэнси. Настраивая камеру, которую ее двоюродный дедушка подарил ей на день рождения, так, чтобы она делала снимок сама по себе, в тот момент, когда Гермиона сама была на месте и отдавала команду, она размышляла об изменениях, которые принес этот год.

Теперь она была наследницей места в Визенгамоте и большого семейного состояния, а также на пути в политику, и это гарантировало ей возможность работать над позитивными изменениями. У Гарри теперь была семья, Сириус Блэк был свободным человеком и отцом! То, что она теперь дружила со слизеринцами, было немного банальным по сравнению с этим!

Гермиона подошла к остальным, села рядом с Фредом с одной стороны и Дафной с другой, сказала всем "Улыбнитесь!", а затем щелкнула палочкой по фотоаппарату, чтобы сделать серию снимков.

Затем она пошла за фотоаппаратом и вернулась, чтобы сесть в группе, которая немного разошлась. "Какие у тебя планы на это лето?" - Поинтересовалась Астория, откинувшись на руки и вытянув ноги перед собой.

"Несколько уроков рисования, еще уроки наследника, и отец намекнул на экскурсии, которые мы проведем с Маркусом", - начал Гарри раунд обмена планами. "Я также надеюсь, что ты побываешь во всем этом хотя бы раз. Или приходи к нам в гости."

"Это было бы здорово!" Воскликнул Рон. "Может быть, мы сможем приехать в поместье Поттеров? Билл сказал, что сады отлично подойдут для игры в квиддич. Отсутствие необходимости обходить все яблони, безусловно, улучшило бы игру."

"Я не знаю, Ронникинс", - сказал один из близнецов со злобной ухмылкой. "С маминым запретом на бладжеры ставки, так сказать, выросли".

Рон фыркнул. "Играть на открытом поле с количеством людей, достаточным для двух целых команд, в любом случае было бы здорово".

"Давай посмотрим, что у нас получится. Я уверен, что отец не откажет, когда я попрошу". Гарри снял напряжение способом, который он довольно часто применял в последнее время. Гермиона была рада, что ее друг, похоже, растет ответственным человеком.

"Мы пробудем во Франции некоторое время", - сказала старшая из сестер Гринграсс, скрестив ноги в более скромной манере, чем ее сестра. "Но мне, конечно, интересно прийти посмотреть хороший матч по квиддичу".

"Я приду и поиграю. Может быть, мы сможем сыграть в игру с девочками против мальчиков", - сказала Астория, довольно откровенно подмигнув Джинни, которая прижималась к Тео.

"Это, безусловно, было бы весело. Что вы думаете, Миллисент, Пэнси? Вы тоже хотите поиграть?" Джинни приняла вызов, заставив Гермиону надеяться, что никто не попросит ее полетать.

"Только если мы играем с загонщиками", - сказала Миллисент с дьявольским блеском в глазах. "Это моя любимая поза".

Гарри рассмеялся, переплел свои пальцы с пальцами Луны, которая, казалось, следила глазами за чем-то, что летало среди деревьев. "Если у нас под рукой будет целитель, отец, возможно, согласится разрешить нам поиграть одним бладжером. Но тебе все еще не хватает нескольких игроков".

Гермиона попыталась придумать тему, чтобы отвлечь всех от квиддича. Для команды из семи игроков Луне, ей и Дафне тоже пришлось бы играть, если бы они не нашли других девушек для участия.

"Я уверена, мы найдем достаточно ведьм", - сказала Луна, не глядя ни на кого из них. "Ты не думаешь, что Анджелине и Кэти было бы интересно?"

О, это была хорошая идея. Вовлечение этих двоих сделало бы матч более интересным и избавило бы Гермиону от унизительных полетов на метле. Почувствовав облегчение, она достала письменные принадлежности и начала говорить, погрузившись в режим планирования. Координация всех их планов по поиску дат, где они могли бы встретиться, потребовала серьезных усилий. "Позвольте мне составить список случаев, когда каждого из нас здесь не будет. Я собираюсь пробыть некоторое время в Болгарии, и, возможно, дядя Ксерксес возьмет меня в Южную Америку, чтобы навестить своих старших сыновей". Она не стала упоминать тех сыновей, которые решили довести уважаемых членов общества до безумия. "Итак, если мы хотим встретиться все вместе, нам нужно спланировать".

Это заставило всех рассмеяться, но не настолько, чтобы Гермиона почувствовала себя плохо. Это были ее друзья, которые хорошо знали о ее причудах и радовались им. Точно так же, как она знала их и не винила их за это ... сильно. Ей действительно было трудно принять некоторые не самые лучшие привычки в учебе.

Она действительно с нетерпением ждала этих летних каникул.

оооООооо

"Как ты думаешь, Гарри, что ты сделал в своей исторической сове?" Сириус спросил с дерьмовой ухмылкой. "Ремус действительно хочет знать".

"Это не то, что я сказал!" - окликнул его друг, который разводил огонь в камине. Вечер был довольно холодный.

"Но ты все равно хочешь знать!" - Крикнул Сириус в ответ, все еще глядя в зеркало, которое показывало Гарри с другой стороны, сидящего на своей кровати в общежитии Слизерина с ухмылкой на лице.

"Я думаю, что справился достаточно хорошо", - сказал Гарри, отодвигаясь, чтобы занять лучшую позицию на горе подушек. "Я уверен, что никаких доработок с Гермионой было бы недостаточно, чтобы добиться такого успеха. Спасибо, профессор Люпин!"

Сириус вздрогнул от внезапного громкого вопля, хмуро глядя на своего крестника, который не раскаивался в содеянном. "Пожалуйста, не мучай мои бедные уши!"

"Я попытаюсь", - последовал чересчур дерзкий ответ. Но от этого ответа Сириус почувствовал себя легким, как перышко. Было облегчением видеть мальчика таким счастливым и расслабленным.

"Вряд ли я могу ожидать большего, не так ли?" Сириус ухмыльнулся в ответ своему крестнику. "У тебя уже есть планы на летние каникулы?"

"Несколько", - кивнул Гарри. "Мы с друзьями хотим встретиться, поиграть в квиддич и так далее. Мы также планируем совершить несколько экскурсий по разным местам с Маркусом. А еще есть два урока рисования, которые я хочу посетить."

Пока Гарри сбивался с темы, описывая все, что будет частью этих курсов, и какие другие альтернативы у него могли быть, и почему он не выбрал ни один из них, Сириус размышлял о том, что Лили и Джеймс могли бы сказать своему сыну, который так интересуется искусством. Лили бы понравилось, Сириус был уверен в этом. Он не был так уверен насчет Джеймса. Его друг не интересовался искусством, по правде говоря. Но Сириусу нравилось думать, что Джеймс поддержал бы своего сына на любом пути, который тот выбрал. Были менее интересные и престижные карьеры, чем карьера художника.

Это было не то, что Сириус предпринял бы – на его вкус, недостаточно активных действий, – но, похоже, Гарри это действительно понравилось.

— У тебя есть планы на лето? — спросил Гарри, и Сириус кивнул в ответ, прежде чем заговорить.

"Да. Я воспользуюсь портключом, чтобы навестить Энору и Навела на большую часть лета". Сириус с нетерпением ждал этого, и в то же время чувствовал себя немного виноватым. "Надеюсь, ты не расстраиваешься из-за того, что меня здесь нет". Он действительно хотел бы проводить больше времени с Гарри, но он обещал навестить и девочек.

— Зачем мне это? — Гарри казался искренне удивлённым. — Они же твои дочери, и у вас не было возможности по-настоящему провести время вместе. Конечно, ты должен навестить их дома. Познакомиться с ними, научить их всему, что нужно знать в семье, рассказать им обо всех своих проделках. Ты ведь вернёшься до начала следующего учебного года, верно?

"Конечно! Может быть, мы сможем организовать для тебя поездку на Карибские острова следующим летом. Там, вероятно, есть много интересного, что можно увидеть и испытать. Тебе бы этого хотелось?" Как Сириус ненавидел казаться таким уязвимым! Он должен быть уверен в себе. Не было причин, по которым Гарри не хотел бы навестить его.

"Это было бы потрясающе! Как ты думаешь, Марволо и Маркус тоже могли бы прийти?" Гарри выглядел таким обнадеженным, что Сириусу с трудом удалось удержать выражение своего лица под контролем. Ему действительно не нравился лорд Слизерин, но этот человек, казалось, искренне старался, и он сделал Гарри счастливым. И это многого стоило.

«У нас есть почти год, чтобы всё спланировать. Я думаю, это возможно».

оооООооо

Суббота, 29 июня 1996 г.

Гарри не мог припомнить ни одного года за всё время учёбы в Хогвартсе, когда он чувствовал себя таким беззаботным перед летними каникулами, как в этом году. Одним из главных факторов его хорошего настроения, вероятно, было то, что он вернётся домой к своему приёмному отцу и брату — в семью, а не к Дурслям.

И вот он наслаждался играми в квиддич, долгими прогулками по берегу озера с Луной, вечерами на астрономической башне — тоже с Луной, и лишь изредка он смотрел на звёзды — и ещё несколькими занятиями с мистером Филчем и его каталогами выставок. Было ещё несколько занятий в Дуэльном клубе и один запоминающийся импровизированный бой между тремя командами.

Конечно, несколько учеников-НОВИЧКОВ сдавали экзамены по предметам, которые выбирались реже, а у нескольких младших учеников все еще были уроки и экзамены, но погода была чудесная, и домашних заданий больше не было. Безусловно, были способы провести дни и похуже.

Гарри был почти уверен, что хорошо сдал экзамены, и был более чем счастлив сменить предмет с гадания на руны. То, что Рон рассказал им о своем экзамене и своей попытке прочитать будущее по хрустальному шару, было ужасно.

Итак, с легким сердцем и улыбкой на лице Гарри вошел вместе со своими друзьями в Большой зал, украшенный для праздника в честь окончания учебного года. Вся комната была украшена синими и бронзовыми знаменами Равенкло, которым удалось набрать наибольшее количество очков в этом году и выиграть Кубок факультета с небольшим отрывом от Слизерина, за которым следовал Гриффиндор.

Не самый худший исход в глазах Гарри. Завтра поезд отправлялся обратно в Лондон, и начинались каникулы. Но сначала нужно было насладиться застольем.

Глава 104 - Назад в Лондон

оооООооо

Назад в Лондон

Суббота, 29 июня 1996 г.

Гарри и его друзья пришли немного раньше, и хотя все профессора уже были там, студентов еще не было. Пока они ждали, Гарри наслаждался болтовней вокруг – Блейз и Тео спорили о лучшем воске для ухода за метлой – и смотрел в потолок, наслаждаясь игрой цветов, когда солнце приближалось к горизонту. С такой палитрой было бы интересно поиграть.

Внезапно постоянный гул голосов стих, привлекая внимание Гарри к передней части и руководящему столу, где профессор МакГонагалл стояла за кафедрой, выглядя такой же суровой, как всегда.

"Добрый вечер". Ее голос легко разносился по Большому залу, либо благодаря магии, либо ее природной способности передавать свой голос, и все молча наблюдали за ней, даже близнецы Уизли. "Этот год принес много изменений в Хогвартс". Гарри услышал фырканье где-то справа от себя и молча согласился. Это было огромным преуменьшением. "Новые ученики нашли свою опору, и наш выпускной класс покидает школу этим летом, чтобы отправиться в мир и исследовать его и свое будущее. Все остальные вернутся после лета, чтобы начать новый год обучения ". У нее определенно был другой стиль, чем у Дамблдора. Не то чтобы Гарри помнил так уж много речей в конце учебного года. "Прежде чем мы все поедим, я хочу сообщить вам еще о нескольких изменениях, которые произойдут в следующем учебном году. Профессор Слинкхард не вернется в следующем году, так как планирует потратить свое время на написание нового издания своей книги." Массовая волна аплодисментов и шепота заставила директрису сделать паузу, и Гарри, хотя и почувствовал облегчение от того, что теория, вероятно, не будет такой важной частью уроков в следующем году, подумал, что было немного невежливо так явно демонстрировать свои чувства.

"Мы все желаем тебе всего наилучшего, Уилберт", - продолжила она, когда аплодисменты и шепот стихли. Профессор Слинкхард коротко кивнул, но не встал, чтобы произнести собственную речь – к счастью – и профессор МакГонагалл пошла дальше. "Мы надеемся, что у нас также будет новый профессор трансфигурации и глава Гриффиндора. Но одно изменение требует ваших действий до начала нового года ".

Гарри, чье внимание начало рассеиваться, оживился. Это было то, что он думал, что это могло быть?

"Мистер Аргус Филч, который является нашим собственным хранителем произведений искусства, согласился провести занятия по искусству, охватывающие все классы, начиная со следующего года. Если вы заинтересованы в посещении такого занятия, вам следует отправить эссе и несколько примеров собственных работ в Хогвартс до конца июля. Профессор Филч проверит заявки, а информация о приеме и необходимые материалы для занятий будут отправлены вам обычными письмами."

Гарри не обратил особого внимания на заключительные слова профессора МакГонагалл. У него слишком кружилась голова от возможности посетить настоящий урок искусств в Хогвартсе в следующем году. Он понял, что директриса закончила, только когда блюдо перед ним наполнилось большой горой жареных куриных ножек и крылышек, и все вокруг начали наполнять свои тарелки.

"Хочешь немного горошка?" Спросил Грегори, протягивая миску с горошком.

"Нет, спасибо", - сказал Гарри, качая головой. "Тео, ты можешь дать мне немного пирогов с мясом?"

"Конечно", - ответил Тео, беря тарелку Гарри, чтобы он мог подвинуть ее поближе к блюду, на котором лежали маленькие пирожки.

"Итак, ты собираешься подавать заявление?" Спросила Дафна, изящно накалывая несколько кусочков картофеля на вилку.

"Записаться на урок рисования?" Спросил Гарри, забирая тарелку у Тео и потянувшись за лодочкой с подливкой, чтобы утопить в ней свой пирог. Дафна кивнула, продолжая жевать, поэтому Гарри не стал дожидаться ответа и изложил свои мысли по этой теме. "Я планирую подать заявку. Не уверен, о чем писать. Возможно, мне следует спросить его, прежде чем мы уедем завтра. Если он сможет уточнить, о чем должно быть эссе, это было бы полезно. Выбрать, что отправить в качестве примера моих работ, немного проще. Мы говорили о том, как составить портфолио, если я хочу поступить в университет после того, как закончу здесь, а также о том, что может потребоваться Мастеру, если я захочу стать учеником." На самом деле Гарри был уверен, что ему удастся составить хорошее заявление. "Меня больше интересует, кто еще может подать заявку".

На мгновение вокруг Гарри воцарилось молчание, которое он использовал, чтобы наконец приступить к еде. Он знал, что никто из его однокурсников по Слизерину не интересовался искусством. Или, по крайней мере, не в создании искусства на таком уровне, который вызвал бы у них желание посещать уроки по нему.

"Как ты думаешь, будет ли достаточно людей, которые его прослушают, чтобы даже провести урок?" Внезапно спросил Драко задумчивым тоном. "Я знаю, что в некоторые годы нет полной уверенности в том, что начнутся новые занятия по арифмантике".

Гарри пожал плечами, прожевал, проглотил, а затем ответил. "Я почти уверен, что это состоится, даже если я буду единственным учеником. мистер Филч намекнул, что профессор МакГонагалл хочет вернуть больше разнообразия в школу и надеется заинтересовать профессоров, показав, что она может справиться со всем необходимым ". До сих пор Гарри знал, что мистеру Филчу предлагали возможность преподавать, но не знал, решил ли этот человек согласиться.

"Но Филч как профессор?" Спросил Блейз, сморщив нос, как будто почуял что-то плохое. "Он сквиб и к тому же неприятный человек! Я не уверен, что кто-нибудь осмелится подать заявку."

"Когда ты с ним общался?" Гарри хотел знать. С тех пор, как мистер Филч показал Гарри мастерскую, мнение Гарри об этом человеке изменилось, но он знал, что у студентов в целом было не слишком благоприятное мнение о мистере Филче.

"Взаимодействовали? Не сильно. В последний раз, когда я был рядом с ним, я пытался избегать его, потому что отсутствовал после комендантского часа, - пожал плечами Блейз, наслаждаясь смешками, которые вызвал у него намек на нарушение правил.

Даже Гарри не смог удержаться от смеха. Даже в мантии-невидимке и с картой ему было нелегко ускользать от миссис Норрис и мистера Филча. Но было приятно уклоняться от патрулей в коридорах с Луной под плащом, когда он сопровождал ее обратно в Башню Равенкло. "Что ж, если вы действительно интересуетесь искусством, это, вероятно, стоит риска. И позвольте мне сказать вам, мистер Филч разбирается в своем искусстве", - сказал Гарри убежденно, потому что это была чистая правда.

"Как скажешь". Блейз не казался убежденным, но в этом и не было необходимости. То, что другие слушали – как они почти всегда делали – и сообщали другим о том, что сказал Гарри, было гораздо важнее.

"Помнишь наш третий год? Когда был поврежден портрет хранителя Гриффиндора? Мистер Филч был тем, кто его чинил. Он также выполняет заказные работы над волшебными картинами. Я обязательно подам заявку!" Этого должно хватить, чтобы пережить хотя бы часть студентов во время завтрашней поездки на поезде. Было бы немного одиноко быть единственным студентом-искусствоведом в этом классе. И было бы печально, если бы другой человек, интересующийся искусством, не смог подать заявку, потому что у мистера Филча был такой солнечный нрав.

"Ты не знаешь, приедет ли твоя мама завтра, чтобы забрать тебя?" Спросила Дафна Драко, переводя тему в совершенно другое русло.

Довольный тем, что ел и слушал, Гарри задавался вопросом, с нетерпением ли Маркус ждет встречи с ним снова, или его младший брат будет недоволен тем, что приходится делить внимание.

Когда десерт заменил более пикантные блюда, Гарри с удовольствием наполнил свою тарелку хорошей порцией многослойной скульптуры из мороженого, которая появилась прямо перед ним. Было намного легче наслаждаться вкусной едой, зная, что его не заставят есть меньше, чем его двоюродного брата, которого заставляли соблюдать строгую диету в попытке сбросить вес.

Позже сонный и наевшийся Гарри последовал за своими друзьями в общую комнату, к их кроватям.

оооООооо

Воскресенье, 30 июня 1996 г.

Стадо гиппогрифов бежало по полю с сочной травой, простиравшейся от горизонта до горизонта, и он улыбался, без усилий поднимаясь в небо. Недалеко был большой, почти бесконечный лес, и казалось, что по нему приближается еще большее стадо.

Марволо вздрогнул и проснулся. На его кровати лежал тяжелый груз, в основном на животе.

Потребовалась всего доля секунды, чтобы Марволо пришел в себя настолько, чтобы уловить шум в ушах и понять, что Маркус вбежал в его комнату и говорит со скоростью мили в минуту. Единственным источником света был свет из коридора, падавший в комнату через небольшую щель в открытой двери.

"Гарри вернется сегодня! Тогда мы будем играть каждый день! И летать! Я уверен, что если я попрошу, он посадит меня на свою метлу. А теперь мы можем поехать и забрать его?" Маркус, очевидно, бодрствовал, и Марволо был очень рад, что защита вокруг дома была достаточно хорошей, и он не чувствовал необходимости держать палочку прямо под подушкой, когда спал. Он не осмеливался подумать о том, что могло случиться, если его разбудили таким образом, имея под рукой волшебную палочку. Возможно, ему следует установить какие-нибудь чары, которые разбудят его, если кто-то войдет в его спальню.

"Маркус", Марволо попытался прервать поток слов. "Маркус, еще даже не рассвело". Внизу, у его ног, послышалось ворчливое шипение .: Игристый детеныш проснулся слишком рано. Заставь игристого детеныша снова уснуть:. Нагини тоже не обрадовалась пробуждению.

Марволо почувствовал, что Маркус сдался, и, подавив вздох, сел, забирая сына с собой. "Гарри вернется сегодня позже. Он и все остальные, вероятно, еще спят. Через несколько часов поезд отправится в путь и еще позже прибудет на вокзал здесь, в Лондоне. Гарри будет здесь к ужину. " Маркус прислонился к плечу Марволо, и Марволо поцеловал малыша в макушку. "Я тоже взволнован, Маркус. Но если мы встанем сейчас, нам придется долго ждать, пока Гарри придет. Давай поспим еще немного."

Маркус кивнул и начал теребить одеяло. Смирившись с маленькими костлявыми коленками, локтями и ступнями, которые тыкались в него, Марволо сдвинул одеяла, чтобы Маркус мог проскользнуть под ними, и обнял сына, чтобы им обоим было удобно.

"Я так счастлив, что Гарри сегодня возвращается!" Маркус пробормотал в плечо Марволо, ерзая в поисках удобного места, так же, как Нагини делала дальше на кровати. "Я чувствую, что могу взорваться от счастья".

Это простое утверждение наполнило Марволо сложной сумятицей эмоций, слишком многих, чтобы подобрать слова для ответа. Поэтому он просто на мгновение крепче обнял своего маленького сына, еще раз поцеловал его в макушку и пробормотал несколько банальностей. "Может быть, тебе приснится что-нибудь интересное, о чем ты сможешь рассказать Гарри позже".

Маркусу не потребовалось много времени, чтобы заснуть, но из-за того, что все эти эмоции крутились колесом в голове Марволо, ему пришлось применить окклюменцию, чтобы успокоиться настолько, чтобы заснуть. Но в конце концов сон снова нашел его, завернутого в объятия своего сына и знакомого. Это было спокойное место.

оооООооо

Воскресенье, 30 июня 1996 г.

Как и каждый год, в подземельях Слизерина шли лихорадочные поиски потерянного имущества. Столпотворение, которое он пережил сам, будучи студентом, определило его политику в отношении стаиэда сундука, прежде чем отправиться на Прощальный пир.

Не то чтобы это действительно работало.

Со вздохом и взмахом волшебной палочки Северус собрал разбросанные вещи разных студентов со всех углов общей комнаты на ковер перед главным камином. Было рано, и ученики только вставали, поэтому не было никаких шансов, что кто-то пострадает от летающих книг, безделушек, пустых флакончиков из-под зелий, оберток от конфет, карточек с шоколадными лягушками, полупустых упаковок с надписью skiving snack boxes и многих других предметов.

Эльфам было поручено поддерживать чистоту в замке, но Северус позаботился о том, чтобы они не убирали вещи, принадлежащие никому из студентов, из общей комнаты или общежития. Каким-то образом его подопечным нужно было научиться следить за своими вещами и поддерживать порядок. Обычно это срабатывало довольно хорошо, но всегда находилось несколько вещей, которые удавалось задвинуть под полки, сиденья и в другие труднодоступные места.

Прежде чем ученики прибудут, чтобы осмотреть находки и забрать то, что принадлежит им – к настоящему времени это стало устоявшейся традицией – Северус быстро убрал пузырьки с зельями – ему нужно было проверить, что это такое – и все, что было помечено яркими узорами и цветами как WWW. Не нужно возвращать потенциально опасные продукты своим ученикам. Если они были настолько беспечны, что оставили их валяться где попало, что произойдет, если они получат их обратно?

Когда первый ученик вошел в общую комнату, Северус быстро сунул в карман картонную упаковку с чем-то под названием Канареечный крем и отвернулся, стараясь выглядеть невозмутимым и спокойным.

Относительно неудивительно, что в гостиную вошел мистер Слизерин, собранный, как никогда. Его прическа казалась невозможным случаем. Но мантия была свежей, галстук аккуратно повязан, а рубашка заправлена.

"Доброе утро, сэр", - поприветствовал мальчик, слегка наклонив голову.

"Мистер Слизерин", Северус ответил на приветствие, чувствуя себя неловко из-за самого факта, что мальчик проявляет к нему должное уважение. Это просто плохо сочеталось с лицом его школьного врага – эти очки отличались по дизайну, но они были достаточным напоминанием – и глазами его самого лучшего друга. Но даже с этими визуальными напоминаниями остались цвета Слизерина на форме мальчика и воспоминания о многих часах, проведенных за обучением ребенка окклюменции и основам зелий.

На самом деле сказать было особо нечего, поэтому Северус просто стоял у корзины с потерянными предметами, ожидая прибытия других студентов, наблюдая, как мистер Слизерин осматривает различные предметы.

Прошло совсем немного времени, и общая комната наполнилась, что побудило Северуса произнести свою речь, как он делал каждый год. "Берите только то, на что вы можете претендовать. И если есть что-то, что тебе больше не нужно, положи это вон в ту коробку, - он махнул рукой в сторону коробки, - чтобы другой мог претендовать на это ".

После этого Северус совершил побег – с достоинством отступил в одну из наиболее укромных ниш возле двери в их каюту - наблюдая за всеми этими подростками, ищущими свои потерянные вещи.

"Я думала, что они должны были собрать свои чемоданы еще вчера", - спросила Соня из-за спины Северуса, ее руки обвились вокруг его живота, голова опустилась ему на плечо.

"Они были, и они есть. По крайней мере, по большей части. Я уверен, что несколько пижам, мягких игрушек и тому подобного, вероятно, еще не упакованы. Но это намного более организованно, чем было бы, если бы я не настаивал на том, чтобы чемоданы были упакованы пораньше, - ответил Северус достаточно тихо, чтобы его не услышала группа, подтрунивающая над открытками с шоколадными лягушками и празднующая возвращение безделушек, которые считались потерянными.

"Я уверена, что ты прав, любимый", - сказала Соня, поцеловала его в щеку и пошла обратно в их комнаты. Северус последует за ней, как только ученики закончат.

ооОоо

"Кто-нибудь видел мой макияж?"

"Тревор! Тревор! Ну же, где ты?"

Гермиона весь учебный год бережно укладывала любимое одеяло Живоглота в переноску, которая служила ему постелью – рядом с ее сундуком и немного в стороне. Она закатила глаза, когда кто-то из мальчиков крикнул внизу, не видел ли кто его футболку для квиддича Falmouth Falcons. Вчера перед прощальным пиршеством она собрала свои вещи. И Гермиона на самом деле не была уверена, в чем заключалась трудность. Что-то должно было быть. Иначе почему бы сейчас так много людей бегало вокруг, как безголовые цыплята, в поисках, казалось бы, важных предметов в последнюю минуту?

"Ты видела мой учебник по трансфигурации, Гермиона?" Спросила Джинни от двери, выглядя явно измотанной, волосы выбились из ее конского хвоста.

"Нет", - ответила Гермиона, вставая с корточек и машинально разглаживая юбку. "Ты проверил все столы в общей комнате? И все кровати в твоей спальне?"

— Да! Я так и сделала! — в голосе Джинни послышалось нетерпение, и она ушла, прежде чем Гермиона успела предложить попробовать заклинание «Акцио» в каждой комнате, где могла находиться книга.

Пожав плечами, Гермиона проверила, все ли книги, которые она хотела иметь под рукой во время поездки в поезде, лежат в её сумке, а затем ещё раз почесала Живоглота за ухом — эльфы позаботятся о том, чтобы её фамильяр был в поезде, — и спустилась по лестнице, где царил обычный хаос перед летними каникулами, чтобы позавтракать.

Уклонившись от летящей в неё пары носков, она добралась до портретной ниши и выскользнула наружу, перекинув сумку с учебниками через плечо.

оооООооо

Во время суматохи с вагонами и беготни Драко каким-то образом оказался в одном вагоне с Крэббом, Гойлом и Гарри.

Это не было бы его первым выбором, и, вероятно, не было бы выбором Гарри, но это уже не было бы такой нестабильной комбинацией, какой она была до этого лета.

— Ты с нетерпением ждёшь возвращения домой и встречи со своей младшей сестрой? — спросил Гарри, расслабленно сидя на противоположной скамейке и глядя на проплывающие мимо поля.

Драко сомневался в этом. Но он улыбнулся и кивнул. "Не похоже, что мы действительно можем играть вместе. Пока. Но да, я счастлив, что снова буду дома и увижу ее и наших родителей ". И он был счастлив, даже когда опасался, какие изменения это может внести в его собственную жизнь.

Гарри отвернулся от вида, когда их карета загрохотала по неровному участку дороги. "Я с нетерпением жду каникул. Даже несмотря на все уроки, которые у меня будут". Он рассмеялся и провел рукой по волосам. Неудивительно, что это всегда выглядело так, как будто сова свила там гнездо.

"Разве он не требовательный отец?" Драко захотелось разбить его лицо об окно кареты. Это было не то, о чем он хотел спросить. Он действительно хотел знать, но спрашивать было невежливо и выдавало слишком многое.

Одна бровь приподнялась, почти исчезая за непослушными волосами, и Гарри криво улыбнулся. "Ты видел, как мы взаимодействуем". Он слегка пожал одним плечом. "Мне нужно многому научиться, и отец следит за тем, чтобы я это делал. Но он не безрассуден. Вы читали истории, как и все остальные. Он знает, какие бывают плохие опекуны. Думаю, именно поэтому он так усердно работает, чтобы стать лучше. " Последовало еще одно пожатие плечами, и Драко услышал предостережение, которое его собственная гувернантка всегда выкрикивала – в манере леди, конечно, – когда он делал что-то подобное, когда ему не было и девяти лет.

"Это безумие. Ты сумасшедший! Ты знаешь это. Не так ли?" Драко действительно не был уверен, что он должен или мог сказать на это утверждение. Он видел, как небрежно Темный Лорд применил этот Круциатус, держа Гарри на вытянутой руке. И этот человек должен быть таким же, как тот, кто утверждал, что вырос в магловском приюте во время войны? Это просто не сходится.

Гарри ухмыльнулся и снова пожал плечами, подбирая свою сумку, которая лежала у его ног. "Я почти уверен, что ты прав. Учитывая все обстоятельства, это своего рода безумие. Но у нас это работает."

Карета остановилась. Они подъехали к железнодорожной станции недалеко от Хогсмида. Прежде чем Драко смог собрать свою сумку или заставить Крэбба и Гойла двигаться дальше, Гарри открыл дверь и сбежал. Вздохнув про себя, Драко выбрался из вагона и направился к поезду. Если бы он двигался немного быстрее, то мог бы занять купе, даже если бы ему приходилось время от времени патрулировать поезд.

оооООооо

Найти укромное местечко в поезде было непросто. В купе было по крайней мере несколько человек, несколько открытых вагонов тоже никогда не пустовали, а туалеты были не самым приятным местом, поэтому Тео и Джинни нашли свободное место между двумя вагонами, чтобы быстро поговорить.

"Я просто волнуюсь!" Сказала Джинни, вскидывая руки, осторожно, чтобы не прижать Тео к стене. Здесь было не так много места. "Мама уже знает! Не может быть, чтобы она не знала. Но она ничего не написала!"

Тео видел, что она волнуется, но понятия не имел, что сказать, чтобы помочь ей успокоиться. Он был почти уверен, что не было никакого способа успокоить ее, не проявив снисходительности, что не входило в его намерения. Опасения Джинни не были необоснованными. За эти годы миссис Уизли послала не одного ревуна, в основном близнецам.

"Я тоже ожидал реакции". Он мог это признать. Это было даже нетрудно признать. Реакция их родителей была причиной, по которой они с самого начала держали свои отношения в секрете.

Джинни разочарованно фыркнула, уперев руки в бедра, насколько это было возможно при том небольшом пространстве, которое у них здесь было. "Ты получала известия от своего отца?"

Тео пожал плечами. "На самом деле он ничего об этом не говорил. Я думаю, ему весело дразнить меня по этому поводу. Он написал, что я могу приглашать своих друзей, но, конечно, я должен соблюдать правила, когда дело доходит до посещения девушек. Тео закатил глаза. На самом деле он не писал своему отцу, что у него есть девушка. По крайней мере, не так многословно. Но он знал, что его отец знал обо всех намеках, которые были в его письмах Тео. "Я почти уверен, что он не напомнил мне об этом только потому, что думает, что я достаточно взрослая, чтобы интересоваться свиданиями. И, судя по картинке, которую Эйден прислал мне последней ... ну, скажем так, зачем ему рисовать меня, держащегося за руку с девушкой с рыжими волосами, если бы ты не был упомянут?" Иногда Тео хотелось, чтобы между ним и его отцом были такие же откровенные отношения, какие, казалось, были у Гарри со своим приемным отцом.

Джинни закатила глаза. "Я предлагаю поцеловаться на платформе у всех на глазах и покончить с этим по-настоящему. Все это ожидание сводит меня с ума!"

Пораженный Тео рассмеялся. "Я вижу привлекательность, правда вижу. Но ты уверен, что это разумно? Я бы предположил, что, поскольку Гарри, скорее всего, заберет его отец, вокруг будут репортеры. Я не горю желанием появляться на первой странице "Пророка ". Но сделать какое-нибудь заявление, казалось, было хорошим планом.

Джинни закрыла глаза и потерла их рукой, напряжение покидало ее, она прислонилась к стене позади себя. "Какой беспорядок".

"Думаю, мне следовало последовать совету Гарри просто рассказать твоим родителям и моему отцу и покончить с этим". Ему действительно следовало это сделать. "Но в то же время, я думаю, что лучше рассказать им лично".

"Значит, мы расскажем им сегодня? На платформе?" Скептически спросила Джинни.

Тео пожал плечами. "Думаю, так будет лучше всего? Мы хотим встретиться на каникулах, и мы не хотим прятаться, так что..."

Джинни прервала Тео, наклонившись вперед и прижавшись губами к его губам. Приняв это решение, они почти не разговаривали, пока не разошлись, чтобы найти своих друзей.

оооООооо

Было трудно контролировать Маркуса на переполненном вокзале. Марволо был очень рад, что смог аппарировать их сюда, поскольку он даже представить себе не мог, как бы он справился в маггловской части здания. Хотя здесь, на платформе, было многолюдно из-за прибывающих семей, магглы, спешащие к своим поездам, отвлекали бы даже больше, чем просто ожидающие люди.

Но даже здесь, в ожидании, Марволо крепко сжимал руку Маркуса, в то время как мальчик был полон нервной энергии.

Напрягая зрение, Маркус постоянно двигался вперёд и в стороны, пытаясь лучше разглядеть взрослых, загораживавших ему обзор. Может, ему стоит наложить на Маркуса заклинание наблюдения и позволить ему передвигаться, как это делали другие дети постарше.

— Марволо. Кто дал тебе мешок с котятами, чтобы ты их считал? — раздался весёлый голос со стороны барьера и камина.

Повернув голову и одновременно удерживая Маркуса, который тянул его в другую сторону, Марволо заметил Амелию, которая небрежно шла в его сторону. «Полагаю, я сам виноват в этом затруднительном положении. Как дела в Министерстве?»

— Достаточно хорошо, — с улыбкой ответила Амелия. — Некоторые стажеры и старшие авроры ворчат из-за новой программы обучения, но я уже вижу улучшения.

Услышав голос Амелии, Маркус резко повернулся и направился к ней. «Тётя Амелия!»

Марволо улыбнулась и наклонилась, чтобы обнять маленький снаряд в форме мальчика.

"Кого ты пришел забрать?" Маркус хотел знать. "Мы здесь, чтобы забрать Гарри. Он пробудет дома целых два месяца!"

"Я здесь, чтобы забрать Сьюзан. Она учится на том же курсе, что и Гарри. Я так понимаю, ты рад снова увидеть своего брата?" Амелия снова встала, и Маркусу пришлось запрокинуть голову, чтобы все еще смотреть ей в лицо.

"Да! Он обещал, что мы полетаем! И он прочтет мне сказку! И мы поиграем с Нагини!" Маркус, конечно, продолжил бы бессвязно болтать – у него была склонность к этому – но Люциус и Нарцисса проходили мимо и приветствовали их с обычной вежливостью, из-за чего Маркус спрятался за мантию Марволо.

"Он немного застенчивый, не так ли?" Спросила Амелия с огоньком в глазах, когда Маркус в очередной раз попытался посмотреть, прибывает ли поезд. "Но, может быть, и нет".

"Папа, я ничего не вижу!" Сказал Маркус, дергая Марволо за мантию и глядя на него снизу вверх.

На мгновение Марволо почувствовал разрыв. У проблемы Маркуса было довольно простое решение. Он мог поднять своего сына и посадить его к себе на плечи, но это было бы сочтено неподобающим для Лорда Визенгамота. На самом деле этого сделано не было.

Точно так же, как объятия на публике, подшучивание за столом Слизерина в Большом зале и другие недостойные проявления привязанности.

Нарушение ожиданий общества – как это, безусловно, было бы сделано – не было тем, чего Марволо пытался избежать. На самом деле, как лорд Волан-де-Морт, он всегда усердно работал над тем, чтобы не стать мишенью для шуток – те шутливые заклинания, которые некоторые члены Ордена обычно использовали в битвах, действительно казались более угрожающими, чем некоторые из самых отвратительных проклятий – выполнение чего-то подобного только укрепило бы разницу между Марволо и Волан-де-Мортом.

"Маркус". Марволо привлек внимание своего сына. "Я наложу на тебя заклинание легкого, как перышко, света, и тогда ты сможешь наблюдать за всем с моего плеча. Тебе бы этого хотелось?"

"Да!" Маркус воскликнул, подпрыгивая на месте.

С улыбкой Марволо достал палочку и взмахнул ею в довольно простом порядке для заклинания, уменьшающего вес его сына, так что было бы довольно легко поднять его достаточно высоко, чтобы он устроился на плечах Марволо. "Тогда вперед!" Развернув Маркуса спиной к Марволо, он двинулся, чтобы поднять его и перекинуть через голову. Как только ему удалось поудобнее расположить Маркуса, Марволо снова повернулся к ухмыляющейся Амелии Боунс.

"Отсюда я вижу всех!" Маркус радостно воскликнул, поворачивая верхнюю часть тела то в одну, то в другую сторону, насколько Марволо мог это почувствовать.

"Не будь такой самодовольной, пожалуйста, Амелия. Мое эго может получить синяки". Марволо предостерег свою подругу фальшивым взглядом, который только заставил ее усмехнуться.

"Я не думаю, что твоему эго грозит травма, мой друг. На самом деле ты выглядишь таким собранным и контролирующим себя, какого я никогда не видел". Улыбка Амелии была более загадочной, чем Марволо мог истолковать прямо сейчас. Имела ли она в виду только то время, когда Марволо был Марволо? Или она также намеревалась включить в это заявление время, когда она знала о нем как о Волан-де-Морте?

Но в этот момент Маркус крикнул: "Я вижу поезд!", и их разговор оборвался, поскольку все двинулись приветствовать своих детей, вернувшихся на лето.

оооООооо

В этом году Гарри не испытывал трепета, выходя из поезда в обычном столпотворении учеников, родителей, младших братьев и сестер и знакомых. Вместо этого он был счастлив, беззаботен и полон предвкушения грядущего добра.

Перед расставанием они с Луной долго целовались, прекрасно понимая, что их разлучат в тот момент, когда они ступят на платформу и сойдут с поезда. И как только они вышли за дверь, взволнованная первокурсница оттащила Луну в сторону, пробежав мимо них с радостным криком "Мама!", а затем появилась группа мальчиков, и Гарри мог видеть только, как Луна помахала рукой и отошла от поезда в поисках своего отца.

Волоча за собой свой чемодан, Гарри также отправился на поиски Марволо и Маркуса, поскольку они обещали приехать и забрать его. Снова что-то новенькое. Его семья забрала его на лето на платформе, и он не заставил их ждать у вокзала, неохотно прилагая усилия, пытаясь привести для этого какую-либо другую причину, кроме того, что Гарри нужно было забрать.

Тео и Джинни прошли мимо, держась за руки, их чемоданы волочились за ними, вероятно, из-за заклинания, наложенного Тео. Здесь, среди всех этих взрослых и детей, вряд ли кто-то смог бы отличить, кто что наложил. И если Тео наложил заклинание в поезде, он даже не нарушил никаких правил. Похоже, они собирались рассказать своим родителям о том, что они встречаются, и уже некоторое время встречаются. Гарри надеялся, что у них все пройдет хорошо.

"Гарри!" Это кричал Маркус. Гарри огляделся, ища своего младшего брата где-нибудь поблизости, но не мог разглядеть его среди ног и сундуков вокруг. "Гарри!" Это было снова, и Гарри остановился на месте, потратив больше времени на осмотр окрестностей. Затем что-то движущееся привлекло его внимание, так высоко под потолком, что на мгновение он подумал, что сова сбежала из клетки, пока не понял, что зеленый и фиолетовый не были обычными цветами совы.

Маркус каким-то образом умудрился оказаться выше всех взрослых и махал им с большим энтузиазмом, вероятно, чтобы привлечь внимание Гарри. Помахав в ответ, чтобы убедиться, что Маркус знает, что Гарри его видел, он снова взялся за ручку своего чемодана, осторожно пробираясь сквозь множество людей в направлении, откуда Маркуса было легко разглядеть среди всех остальных. Сделав несколько шагов, Гарри, наконец, понял, что Маркус сидит на плечах Марволо.

Внезапный укол ревности был совершенно неожиданным. Гарри не мог вспомнить, чтобы его когда-либо так несли. Возможно, Джеймс, или Лили, или Сириус, Ремус, или кто-либо из их других друзей носил Гарри на руках подобным образом, когда он был достаточно взрослым, чтобы сидеть. Но Гарри, конечно, не помнил ни одного подобного случая. И хотя он несколько раз видел, как Дадли несли таким образом – пока его кузен не стал слишком тяжелым для Вернона, чтобы справиться с этим, – никто никогда даже не предполагал, что нести Гарри таким образом было даже отдаленной возможностью.

И теперь, когда Гарри было почти шестнадцать лет, у него не было ни малейшего шанса испытать это на себе.

Сразу вслед за этой ревностью нахлынула волна вины и стыда.

Это правда, Гарри не повезло, что Маркуса удочерила семья, которая действительно заботилась о нем достаточно рано, чтобы пережить счастливое детство со всем, что ему принадлежало. Но это не было причиной обижаться на Маркуса за то, чего Гарри больше не мог. Сокращая дистанцию между собой и ожидающей его семьей, Гарри обрел к настоящему времени довольно привычный ритм дыхания и использовал то, чему научился у мадам Гойл, чтобы справиться со своими чувствами. Для него было совершенно нормально грустить и злиться из-за того, что его не носили на плечах взрослые, чтобы он мог хорошенько рассмотреть окружающую обстановку. Ревновать к тем, кто все еще мог испытать это, было естественной реакцией. Но Маркус не виноват в том, что Гарри упустил это. Так что злиться на Маркуса - не лучшая реакция. Возможно, существовало какое-то волшебное средство уменьшить Гарри на время – чтобы он и Маркус были одного размера - и, следовательно, дать Гарри возможность испытать то, чего ему не хватало раньше. Размышления о том, как на самом деле можно носить на руках, как маленького ребенка, внезапно заставили Гарри усомниться в том, что он действительно хочет пройти через это. Будучи таким старым, как он, и совсем немного повзрослев, Гарри получил много преимуществ, от которых не хотел так легко отказываться.

Прежде чем он смог разобраться в своих запутанных чувствах по этому поводу, Гарри дозвонился до Марволо и Маркуса. Отпустив ручку своего чемодана – что привело к глухому удару, когда чемодан остановился на мощеной платформе, вызвав возмущенный писк Хедвиги в ее клетке на багажнике – и заключив Марволо в объятия, Гарри оказался с ногой Маркуса у своего носа.

"С возвращением, Гарри", - пробормотал Марволо на ухо Гарри, сжимая его немного крепче, прежде чем отпустить.

Гарри быстро заморгал, пытаясь подавить внезапно выступившие слезы по причинам, вероятно, скрытым в беспорядке чувств, которые в настоящее время совершают кульбит в его животе. "Я рад, что год закончился". Гарри сорвал с носа очки, быстро протерев их краем своей свободной верхней одежды – было достаточно тепло, поэтому Гарри выбрал одну из более коротких льняных, чтобы носить ее вместо форменной мантии Хогвартса, – прежде чем водрузить их обратно на нос.

"Как тебе вид оттуда?" спросил он своего младшего брата, запрокидывая голову, чтобы тот мог посмотреть на Маркуса, который улыбался от уха до уха.

"Отлично! Я все вижу! Тетя Амелия вон там". Маркус указал куда-то направо. "И там много людей с рыжими волосами". Теперь он указывал в том направлении, куда исчезли Тео и Джинни. "Один из них забавно двигает руками". Маркус захихикал и широко замахал руками, чуть не сбив высокую шляпу ведьмы, проходившей мимо них в этот самый момент.

"Тебе нужно попрощаться с кем-нибудь из твоих друзей?" Спросил Марволо, и Гарри покачал головой.

"Нет, мы уже делали это в поезде".

"Очень хорошо. Тогда пойдем домой, хорошо?" Сказал Марволо, осторожно приподнимая Маркуса, и крикнул: "Флимм!", из-за чего эльф оказался между ними, лицом к Гарри и Марволо в равной степени. "Пожалуйста, отнесите багаж Гарри домой и приготовьте для нас ранний ужин. Мы скоро приедем".

Флимм снова поклонился, подхватил чемодан и исчез так же быстро, как появился, прихватив с собой багаж и клетку.

Марволо протянул Гарри руку, чтобы тот пожал ее, уже взявшись за руки с Маркусом по другую сторону от него. "Я аппарирую домой, а затем Гарри должен рассказать нам все, что было замечательного в его году в Хогвартсе, и все свои планы на лето, чтобы мы могли разработать совместный план для нашей семьи".

И на этой ноте они аппарировали прочь.

оооООооо

"Мне жаль", - сказал Маркус тоненьким голоском, стоя с несчастным видом, в то время как Гарри осторожно поднимался с пола игровой комнаты.

Марволо тоже был там, потому что его втянули в игру с сыновьями сразу после ужина. Большой замок, который они построили вместе, лежал в руинах из-за того, что Маркус сбил Гарри с ног и тот упал на великолепное сооружение. В тот момент Марволо не обращал внимания на младшего мальчика, все его чувства были сосредоточены на Гарри. Его очки, похоже, были разбиты, и на них была кровь. Изо всех сил стараясь не впасть в панику — он был опытным дуэлянтом и Тёмным Лордом, он не должен был паниковать, — Марволо помог Гарри сесть в кресло для чтения и уже достал палочку, чтобы быстро наложить диагностическое заклинание. Если разбитые очки повредили глаза, им нужно было бы отправиться в больницу Святого Мунго, так как глаза слишком чувствительны для тех немногих лечебных заклинаний, которые знал Марволо.

"Держи глаза закрытыми, Гарри. Мне нужно проверить их и убедиться, что не осталось ни одного осколка, который мог бы поранить тебя. " Маркус засуетился за ними, но Марволо сосредоточился на результате, который показывало диагностическое заклинание. "Кажется, это всего лишь поверхностный порез, вон у тебя на лбу. Это легко заживет. Эпискей ". Тихое, мягкое очищающее заклинание удалило кровь, которая сочилась из пореза, а также все возможные осколки стекла. "Ты можешь снова открыть глаза, Гарри. Кажется, что не было причинено никакого реального вреда ". Сказав это, Марволо повернулся туда, где стоял Маркус, выглядя испуганным тем, что могло произойти дальше. Улыбаясь с болью в груди, Марволо жестом пригласил Маркуса подойти ближе. "Я знаю, что твоя школьная учительница уже говорила, что тебе нужно быть осторожнее во время игры, и миссис Питерс говорила то же самое не раз. И хотя на этот раз ничего особо плохого не произошло, тебе нужно быть осторожнее. Ты понял?"

Маркус кивнул, но не поднял глаз, и Марволо действительно не знал, понял ли мальчик, в чем проблема, и сможет ли он обуздать свою склонность играть слишком грубо в следующий раз. Со вздохом Марволо взъерошил волосы Маркуса, прежде чем собрать осколки от очков Гарри на маленьком столике, который всегда стоял рядом с креслом для чтения. Казалось, что все было на месте. Гарри подвинулся рядом с ним. "Ты можешь их починить? На самом деле у меня нет запасной пары, и я не вижу, чего бы это стоило ... всего этого без них ". Его старший сын вовремя спохватился, но, несмотря на это, он был прав.

"Да, я смогу их починить". Ответил Марволо, указывая своей бледной палочкой на разбитые очки. "Occulus Reparo." и осколки снова соединились в очки, которые Гарри мог использовать. Но им, вероятно, все равно стоит взять запасной набор на всякий случай. И расходы на нерушимые чары тоже не были бы необоснованными. "Вот, пожалуйста". Марволо вложил очки в руки Гарри, вспомнив, как важны они были для его сына.

"Спасибо". Гарри улыбнулся после того, как водрузил очки обратно на нос, а затем посмотрел туда, где Маркус пинал деревянные строительные блоки. "Я в порядке, Маркус. Видишь? Магия снова сделала мои очки целыми, и ничего плохого не произошло. Просто постарайся быть осторожнее, пожалуйста?"

Маркус кивнул, но по-прежнему не поднимал глаз от пола. Марволо наблюдал за происходящим, присев рядом с Гарри на стул для чтения. На мгновение воцарилась тишина, пока Марволо не встал со вздохом. "Как насчет того, чтобы приготовиться ко сну. Маркус? Я уверен, Гарри будет рад почитать тебе сказку перед сном. Я прав, Гарри?"

Легко разгадав план Марволо, Гарри радостно кивнул. "Конечно. Маркус может выбрать что-нибудь, а потом я почитаю ему и Нагини историю ".

Выглядывая из-под челки, Маркус уже выглядел менее несчастным и быстро пошел в свою комнату, чтобы умыться, переодеться в пижаму и почистить зубы, чтобы Гарри почитал ему сказку.

Когда Маркус ушел и Марволо остался с Гарри наедине в игровой комнате, он снова вздохнул и махнул рукой, чтобы они убрали за ними. "Мы достанем тебе запасную пару очков и заклятие, чтобы убедиться, что твои очки не разобьются так легко снова. В следующий раз, когда мы будем в Косом переулке. Я рад, что ничего страшного не случилось ".

"Я тут подумал… Есть такое зелье, которое могло бы улучшить мое зрение настолько, что мне не понадобятся очки, верно? И магглы делают что-то вроде лазерной хирургии для исправления зрения. Не так ли? И использование зелья на самом деле не является незаконным, верно? Я имею в виду ... "

Гарри казался неуверенным и противоречивым, но Марволо был в приподнятом настроении. Гарри был непреклонен в том, что не хотел принимать зелье, когда Целительница Гринграсс заговорила о нем в первый раз. И теперь он напрашивался на это? "Конечно. Использование зелья не запрещено законом. И я знаю кое-кого, способного правильно его сварить". Возможно, у Северуса все еще было зелье с прошлого лета, когда Марволо добавил его в список зелий, которые он велел сварить мужчине. А если нет, то он, безусловно, смог сварить новую порцию. "Если ты хочешь, я могу привести все в движение, чтобы достать это для тебя". Только он все еще звучал довольно неуверенно, лучше оставить Гарри возможность передумать позже. "И не нужно торопиться. Ты можешь принять это зелье в любой момент. Если тебе это не нравится, ты можешь подождать до окончания школы. Не торопись ".

Их прервал Маркус, ворвавшийся в комнату, схватив Гарри за руку и направляясь к двери. "Пошли! Я закончил. Нагини уже ждет!" Помахав Марволо в ответ, Гарри ушел со своим младшим братом, ухмыляясь.

Закончив уборку в игровой комнате, Марволо спустился в кабинет, чтобы написать письмо Северусу. Ему нужно было попросить зелье.

оооООооо

Наконец-то в Норе воцарилась тишина. Все дети легли спать или, по крайней мере, разошлись по своим комнатам, и только Артур и Молли еще не спали и были на кухне. Солнце зашло некоторое время назад, птицы ушли спать, за окном больше не пели. Это был бурный вечер. Все началось с того, что Джинни подошла к ним рука об руку с сыном Бенджамина Нотта, подозреваемого в Пожирании Смерти.

Конечно, и он, и Молли слышали слухи, которые разные дети передавали своим родителям в письмах, а от этих родителей - друзьям, соседям и коллегам. Ни одна новость, прошедшая через столько рук, не стоила многого, даже несмотря на то, что Молли обычно с радостью участвовала в распространении слухов. Когда дело дошло до ее маленькой любимицы, идея о том, что она будет встречаться с несколькими парнями, одним за другим, либо не показалась возможной, либо была выдана за несерьезный эксперимент.

"Все наши дети растут. И я думаю, что он вежливый парень". Артур почувствовал себя немного не в своей тарелке. "Он дружит с Гарри. И его отец тоже был вежливым ". Молли все еще сидела за большим кухонным столом, поджав губы и постоянно заламывая руки. На нее, похоже, произвела впечатление его попытка помочь ей смириться с тем фактом, что их маленькая девочка росла ведьмой, привлекающей внимание окружающих.

"Ну да. Это правда. Но она все еще так молода!" Молли положила локти на стол, а затем уронила лицо в ладони. То, что она сказала дальше, прозвучало довольно невнятно. "И Фред с Джорджем собираются рискнуть всем из-за своей глупой идеи с магазином. Почему они не могут заняться чем-то более… серьезным? Чем-то надежным и стабильным?"

Артур щелкнул палочкой по чайнику, чтобы подогреть воду. Он был почти уверен, что они пробудут здесь еще какое-то время. Молли было трудно привыкнуть к тому, что их дети стали взрослыми и нашли свой собственный путь. Его долгом как ее любящего мужа было помочь ей смириться с неизбежными изменениями.

Глава 105 - Здоровье

оооООооо

Здравоохранение

Понедельник, 1 июля 1996 г.

В первый день летних каникул было раннее утро. Но, если честно, Гарри не ожидал ничего другого. Маркус разбудил Гарри слишком рано, но поскольку у него была назначена встреча с мадам Гойл сразу после обычного завтрака, это было не так уж неудобно.

В настоящее время они – Марволо, Маркус и сам Гарри – шли от укромной улочки, куда Марволо аппарировал их, до кабинета, где мадам Гойл обычно встречалась со своими пациентами. А Маркус уже начал ворчать.

"Почему мы не можем просто подождать, пока Гарри закончит? Я хочу пойти с ним в зоопарк!" Маркус бежал вприпрыжку, держа Марволо за руку, а Гарри только ухмылялся. Он не особо ждал встречи, но он с нетерпением ждал дня, проведенного со своим крестным отцом, пока Марволо и Маркус посещали лондонский зоопарк.

"Потому что идея этих встреч заключается в том, что Гарри может поговорить с мадам Гойл так, чтобы никто его не подслушивал. Чтобы она могла помочь ему с проблемами, которые у него могут возникнуть и о решении которых нужно поговорить. И после этого Лорд Блэк заберет его ", – объяснил Марволо - снова – с большим терпением, чем Гарри мог ожидать от этого человека прошлым летом. "И пока Гарри занят этим, мы собираемся приятно провести день в зоопарке, посмотреть на разных животных, съесть пару мороженых и в целом хорошо провести время".

Гарри предложил зоопарк в качестве места, куда могли бы сходить его брат и отец, поскольку он с теплотой вспоминал первую змею, с которой он когда-либо разговаривал. И лето обещало быть достаточно долгим, чтобы посетить его не один раз. Если бы то, как Маркус разговаривал с Нагини, было каким-то признаком, он был бы рад поговорить еще со змеями.

Им пришлось остановиться на светофоре, когда загорелся красный. Рядом с ними женщина с девочкой – держась за руки, как Марволо и Маркус – тоже ждали, когда сменится свет, и на этот раз Гарри был уверен, что на него не смотрят с презрением из-за его слишком большой, застиранной и рваной одежды. Если уж на то пошло, их одежда кричала о богатстве.

"Могу я тоже пойти к ней, поговорить так, чтобы никто не слышал?" Внезапно спросил Маркус, и Гарри подумал, понимает ли он на самом деле, что означает поход к психотерапевту и почему кто-то может захотеть это сделать.

"В принципе, нет ничего, что говорило бы, что ты не можешь. Но нам придется спросить ее, есть ли у нее время для другого пациента, и чувствует ли она, что способна ... взять на себя всю нашу семью ". Гарри заметил, что их отец быстро сменил тему. Гарри смутно помнил, что там были специалисты для детей такого возраста, каким был Маркус. Мадам Гойл была первым выбором Марволо, потому что она была родственницей одного из его Пожирателей Смерти, что давало ему уникальный рычаг воздействия на ситуацию, а также знание волшебного мира и его существования. Поскольку Гарри был подростком, когда начал встречаться с ней, вопрос о том, есть ли у нее все необходимое для работы с маленькими детьми, не возникал.

Не то чтобы ему нравилось подчеркивать, что Маркус маленький ребенок. В конце концов, он закончил свой первый год в школе и, следовательно, больше не был одним из маленьких детей. По крайней мере, по словам того, кто объявил их еще младенцами в детском саду.

- Как ее зовут? - Поинтересовался Маркус, когда загорелся зеленый свет и все они начали переходить улицу.

"Ты имеешь в виду ее род занятий?" Марволо попросил разъяснений, получив в ответ серию быстрых кивков, поскольку Маркус настаивал на том, чтобы идти быстрее, проходя мимо Гарри, чтобы идти впереди. "Терапевт - это то, что написано у нее на двери". Технически это было правдой, хотя в волшебном мире ее назвали бы целительницей разума. Но они не могли на самом деле сказать это, когда люди вокруг них – которые, вероятно, были магглами – могли слышать.

И они слушали. Гарри заметил быстрый взгляд женщины, оценивающий его, и теперь заметил не только хорошо сшитую одежду – сшитую на заказ, как и все остальное в его гардеробе, – но и тот факт, что Гарри направлялся на сеанс терапии. На мгновение он задумался, что она могла истолковать в своей голове как причину его похода к психотерапевту. Был ли он скучающим, праздным студентом, которого затащили туда, чтобы заставить оправдать ожидания родителей? Он мучил животное или даже сокурсника, легко отделавшись из-за их богатства? Или, может быть, она подумала, что у него стресс? Прежде чем Гарри смог еще глубже погрузиться в то, что другие могли подумать о его консультации с целителем разума - Дурсли, конечно, никогда не могли сказать ничего положительного о тех, кто настолько ненормален, что нуждается в психоаналитике, – он напомнил себе кое-что, что узнал со времени первого приема. Просьба о помощи не была слабостью. При всех негативных реакциях, которых следовало опасаться, требовалось много храбрости, чтобы признать, что тебе нужна помощь, и обратиться за ней.

Когда Гарри и его семья повернули налево, а женщина и девочка - направо, Гарри стало легче дышать. Было неважно, что о нем думают незнакомцы. Было даже неважно, что о нем думали люди, которых он знал. Убедить себя в этом было сложнее, чем следовало бы, но Гарри знал, что это правда. В этом единственно важным было то, что Гарри должен делать то, что хорошо для него. И разговор с мадам Гойл помог Гарри разобраться со всем, что продолжало происходить в его жизни, а также со всем, что уже произошло.

И, судя по всему, Марволо считал, что это пойдёт на пользу и Маркусу. «Мы спросим её. И если у неё не будет времени, она может знать кого-то, у кого оно есть. Как тебе такой вариант?»

Гарри не слушал, а шёл за ними, глубоко задумавшись и полагаясь на то, что Марволо найдёт дорогу.

Была ли причина, по которой Маркус ходил к психотерапевту?

Через несколько мгновений Гарри пришлось согласиться с тем, что это не повредит. Маркус воспитывался в приёмных семьях, что было неидеально, даже несмотря на то, что он не попадал в семьи, которым он был неинтересен, и не был вынужден слишком часто менять семьи. Но, вероятно, в его прошлом было несколько неидеальных ситуаций, и, скорее всего, в будущем его ждут сложные ситуации.

— Я тоже очень хочу пойти! — сказал Маркус таким тоном, который Гарри хорошо знал и по которому понимал, что тот повторял эту фразу не раз.

— И я уже сказал, что нам придётся спросить у мадам Гойл. Мы не можем просто так отнимать у неё время, Маркус. — Судя по тону Марволо, Гарри пропустил несколько моментов их разговора.

Они вошли в приемную офиса. Было достаточно рано, чтобы Гарри был первым пациентом за день, поэтому дверь в настоящий офис была открыта.

"Лорд Слизерин, Гарри, Маркус, доброе утро. Заходите." Как всегда, на ней были юбка-карандаш и жакет, немного макияжа – каким-то образом Гарри начал обращать внимание на подобные вещи – и улыбка.

"Доброе утро, мадам Гойл", - поприветствовал ее Марволо, кивнув. "Прежде чем мы с Маркусом уйдем, я хотел попросить вас подумать о том, чтобы взять Маркуса в качестве вашего пациента. Он хотел бы подойти и поговорить с тобой, так же, как это делаем мы с Гарри."

Мадам Гойл повернулась и посмотрела прямо на Маркуса. "И вы думаете, что я могла бы помочь вам с проблемой?"

Вместо ответа Маркус внезапно смутился и спрятался за Марволо. Что было не так эффективно, как если бы Марволо был в мантии. Брюки не так хорошо закрывали обзор.

"Я подумаю об этом, Маркус. Входи, Гарри". Помахав рукой, Гарри последовал за мадам Гойл в кабинет, где его приветствовал ее кот, петляющий у его ног.

Затем он сел в удобное кресло, пытаясь расслабиться. Эта комната отличалась от той, которую они использовали в больничном крыле Хогвартса.

"Как у тебя начались летние каникулы, Гарри?" Спросила мадам Гойл, когда сама устроилась поудобнее.

На мгновение Гарри не был уверен, что хочет много говорить сегодня. Может быть, нарисовать что-нибудь было бы проще. Он мог привести в порядок свои мысли, найти точку для начала.

А потом он просто начал говорить, теребя подол своей рубашки поло. "Я чувствую себя неловко из-за того, что ревную к Маркусу. Он делает так много вещей, которые у меня никогда не было возможности попробовать. Но он должен попробовать эти штуки. Верно?" Вскоре Гарри говорил, говорил и говорил, Том сидел у него на коленях, мурлыкал, а он просто болтал без умолку. Их последняя встреча состоялась не так давно, но почему-то им все равно было о чем поговорить.

оооООооо

Вместо того, чтобы аппарировать, Марволо решил воспользоваться метро и не был уверен, что это хорошая идея. Они вышли в Кэмден-Тауне, а затем пошли пешком в зоопарк. И только тот факт, что Маркусу нравилось ездить на общественном транспорте, а Марволо действительно хотел, чтобы его сын мог без труда передвигаться по миру магглов, делал этот опыт терпимым. Марволо просто было слишком многолюдно, чтобы наслаждаться путешествием.

Затем они купили билеты у входа в Зоопарк и начали свой обход. Они решили пойти в дом рептилий последними – они ни за что не собирались идти куда–либо еще, раз Маркус начал там разговаривать со змеями - Марволо повернул их налево, чтобы сначала навестить птиц. Помимо хищных птиц, пингвинов и попугаев, Маркусу было на что посмотреть. После этого они посмотрели на бабочек – не самых любимых животных Маркуса – и на жуков, которые гораздо больше понравились его сыну. Львы слишком много бездельничали, чтобы заинтересовать маленького мальчика, и поэтому он обнаружил, что сидит на одной из многих скамеек, расставленных вдоль детской площадки, и отдыхает.

"Здесь один?" другой мужчина сел на скамейку, стоявшую прямо рядом с той, на которой устроился Марволо. Переключив внимание на своего соседа по сиденью – уверенный в том, что тот наложил следящие чары на Маркуса, прежде чем отпустить его играть, – Марволо увидел маггла, одетого гораздо более небрежно, чем он сам.

"Нет. Мой сын играет где-то там". Марволо махнул рукой на интересное сооружение, по которому лазали дети.

Другой мужчина усмехнулся. "Я жду свою жену и наших дочерей. Мы договорились встретиться здесь, как только они найдут мороженое, которое хотели съесть". Понятия не имея, почему этот незнакомец настаивал на разговоре с ним, Марволо вернулся на игровую площадку под предлогом, что ему нужно присмотреть за своим сыном и его безопасностью. "Итак, ты устраиваешь своей жене приятный день без беготни ребенка?"

Хорошо зная обычные роли, отведенные женщинам и мужчинам в этой части маггловского мира, Марволо воздержался от закатывания глаз. Ему действительно было не на что опереться, в его ближайшем окружении была только одна женщина, и традиционные семьи все еще ожидали, что ведьмы будут заботиться о детях, пока все они не станут достаточно взрослыми, чтобы посещать Хогвартс. По крайней мере, по большей части.

"Жены нет. Мой старший сын вернулся из школы на лето и сегодня навещает своего дядю. Поэтому я развлекаю младшего. Не нужно позволять ему чувствовать себя обделенным ". Нет необходимости давать больше информации, чем необходимо, этому случайному магглу, проявляющему более чем мимолетный интерес к делам Марволо.

На мгновение остались только звуки различных животных, визг и смех детей и вдалеке звуки города.

Затем к их скамейкам подошли женщина и две девушки, разговаривая с мужчиной, очевидно, жена и дочери, о которых он говорил. Пока они говорили со скоростью мили в минуту, даже поедая мороженое, Марволо пытался получить удовольствие, давая Маркусу опыт, которого он сам не получил в том возрасте.

Он совершенно отчетливо помнил, что когда он был относительно маленьким – может быть, четырех или пяти лет – почти все в приюте ходили в зоопарк. Ему запретили ходить туда в качестве наказания за что-то. Он не помнил, что это было, только то, что он без сомнения знал, что не сделал ничего, чтобы заслужить такое наказание. Теперь, много десятилетий спустя, Марволо подумал, что, возможно, он случайно применил магию, не зная, что он это сделал.

Так что, возможно, он был ответственен за то, в чем его обвиняли, но это все равно не было тем, за что следовало понести наказание.

По крайней мере, скорее всего.

"Папа! Папа!" Прибежал Маркус с ухмылкой на лице и песком на коленях. "Там сзади есть горка! И качели! Можешь подойти и подтолкнуть меня? Маленькие, песочного цвета руки крепко сжимали руку Марволо, оставляя песок на его дорогих брюках. Возможно, выйти на улицу в красивом костюме-тройке было не лучшей идеей. Но когда он не мог носить мантию, он предпочитал старомодный костюм, сшитый на заказ. В любом случае, по сути, это было то, что волшебники носили ежедневно под своими мантиями.

"Конечно, я смогу. Показывай дорогу!" Марволо встал, довольный тем, что у него есть повод свести к минимуму общение с этим незнакомцем, и последовал за сыном к нескольким качелям, чтобы подтолкнуть его так, как он хотел.

После того, как они разобрались, Маркус довольно неплохо справился самостоятельно, просто Маркусу было немного высоко над землей, чтобы дать себе хороший толчок для начала.

"Можем ли мы в следующий раз пойти посмотреть на змей?" Спросил Маркус с выражением сосредоточенности на лице, явно все еще разучивая, как работает замах.

Слегка вздохнув, Марволо кивнул. "Думаю, теперь мы можем пойти посмотреть на змей. И на всех других рептилий. Но ты знаешь, что они, вероятно, не так активны, как тебе хотелось бы. Ты же знаешь, что им нравится бездельничать ". Лучше напомнить Маркусу об этом факте, чем потом иметь на руках разочарованного мальчика.

"Я уверен, что смогу их заинтересовать!" Маркус был уверен в себе, и, вероятно, не без оснований. Марволо еще не встречал змею, которая не была бы взволнована встречей с говорящим.

И как только они прибыли в дом рептилий, Марволо оказался прав в своих подозрениях относительно того, как пройдет этот визит.

Каждая из змей, на которых смотрел Маркус, была рада встретиться с ним и поговорить. И тот факт, что Маркус не уставал слушать от них об их днях– которые, по мнению Марволо, были ужасно обыденными, привели к довольно длительному пребыванию в этой части Зоопарка.

На самом деле они пробыли здесь достаточно долго, чтобы мужчина, его жена и дочери из предыдущих вошли, пока Маркус тихо разговаривал с одним из живущих здесь питонов.

"Разве мы не можем просто пойти и еще немного посмотреть на пингвинов?" - спросила одна из девушек хорошо отработанным хныканьем.

"Или обезьяны!" ее сестра вмешалась сбоку, крадучись, явно не в восторге от того, что идет смотреть на рептилий.

"Вы оба знаете, как ваш отец любит рептилий. Мы были везде, куда ты хотел пойти, и теперь его очередь выбирать, на что нам смотреть ". Мать пыталась быть строгой, но Марволо показалось, что она устала.

e mice:.v.: Мы никогда не поймаем ли один питон только что пожаловался Маркусу, лениво свисая с ветки, которая была установлена рядом со стеклянной панелью, чтобы у людей было больше шансов увидеть животных, живущих здесь.

.: Тогда, наверное, это довольно скучно:. Ответил Маркус, сочувствуя змее.

Чтобы скоротать время, Марволо переходил от террариума к террариуму, рассматривая иллюстрации и информационные тексты, висевшие рядом с каждым из них. Он знал много разных видов змей — он поставил перед собой цель узнать о змеях всё, что только можно, как только стал достаточно взрослым, чтобы ходить в школу, — но читать о конкретных особях здесь было чем-то новым и интересным, пока Маркус знакомился со всеми ними.

— Похоже, ваш мальчик думает, что действительно может разговаривать со змеями. — В голосе маггла послышалась насмешка, и Марволо едва удержался от того, чтобы не закатить глаза.

«Детское воображение — удивительная вещь, — сказал Марволо обманчиво мягким тоном, и это была правда. — Он играет и веселится. Что в этом плохого?» И почему этот человек решил, что может так насмехаться над ребёнком?

Мужчина фыркнул и пошел дальше, явно глядя сверху вниз на Маркуса, подбегающего к Марволо с сияющими глазами, начавшего говорить за несколько шагов до того, как он фактически добрался до своего отца. "Как ты думаешь, мы сможем раздобыть змеям здесь живых мышей? Скучно всегда добывать только мертвых!"

Девушки издавали рвотные звуки на заднем плане, но Марволо проигнорировал их, решив ответить на вопрос своего сына. "Хотя им, безусловно, понравилось бы разнообразие возможных действий, которое обеспечила бы живая мышь, я думаю, это сделано не для того, чтобы убедиться, что мыши действительно съедены змеями, где человек может увидеть и проверить, что все в порядке ".

Маркус серьезно кивнул. "И они не могут спросить у змей, удалось ли им поймать мышей. Значит, они не могут позволить им бежать на охоту за змеями?"

"Это верно". Потому что магглы, работающие здесь, конечно, не могли ни о чем спросить змей.

Довольный этим объяснением, Маркус вернулся к своим шипящим разговорам с различными змеями, бегая взад и вперед, чтобы передавать сообщения между ними со счастливой улыбкой на лице. Он даже настоял на том, чтобы попрощаться с каждым из них, прежде чем они смогли уйти ближе к вечеру.

Не желая снова лезть в метро, Марволо поискал укромное место, откуда они могли бы аппарировать, и отвез их домой, где они будут ждать возвращения Гарри домой после визита к его крестному отцу.

оооООооо

Кувшин с ледяным лимонадом и два высоких стакана стояли на столе прямо у двери, где Сириус мог протиснуться мимо Гарри. Он почувствовал, что мог бы что-нибудь выпить, но когда он посмотрел вниз на свои руки, количество масла на них говорило о том, что не стоит брать в руки палочку, чтобы призвать ее, или обходить мотоцикл и брать стакан, не вымыв предварительно руки.

"Гарри, не мог бы ты, пожалуйста, налить мне стакан лимонада?" Даже излагая свою просьбу, Сириус опустил глаза в поисках тряпки, которой он время от времени вытирал руки.

Он заметил тряпку под передним колесом велосипеда и наклонился, чтобы поднять ее. Когда Сириус вернулся, Гарри все еще протирал одно место на велосипеде своей тряпкой с отсутствующим выражением лица.

"Земля Гарри! Ты меня слышишь?" Сириус помахал рукой перед лицом своего крестника, немного обеспокоенный, задаваясь вопросом, что так отвлекло мальчика сегодня. Он забрал Гарри после встречи с тем целителем разума. Может быть, произошло что-то тревожное?

Моргая, Гарри сосредоточился на машущей руке – все еще большей частью покрытой пятнами – и неуверенно улыбнулся. "Извини, я немного отвлекся. Ты что-то хотел?"

"Да. Не могли бы вы передать мне стакан лимонада, пожалуйста? У меня пересохло в горле". Все еще помня, как он ненавидел, когда на него оказывали давление, требуя ответа, когда он был в возрасте Гарри, Сириус размышлял, был ли это тот случай, когда нужно было все забыть, или тот, когда ему нужно было быть настойчивым.

Быть взрослым и по большей части ответственным было тяжело.

"Держи", – сказал Гарри, протягивая руку со стаканом, наполненным лимонадом, приготовленным из лаймов и лимонов, через мотоцикл, чтобы Сириус взял его.

Он действительно выглядел хорошо. Не осунувшийся и не бледный, не слишком худой и не болезненный каким-либо другим образом. Сириус также был уверен, что на нем не было чар, скрывающих какие-либо отметины или тому подобное. Как Глава семьи, обереги вокруг дома должны были сообщить ему о такой магии. В глубине души у него всегда вызывал раздражающий зуд, когда кто-то, достаточно тщеславный, чтобы скрыть родимые пятна или любовные укусы с помощью магии, приходил в гости. Но было полезно убедиться, что Ремус не попытается скрыть следы, потому что он думал, что бальзамы от синяков и заживляющие зелья были слишком дорогими.

Итак, что было не так? Потому что у Гарри явно что-то было на уме.

"Спасибо. Возьми и себе". Он схватил стакан левой рукой, так как ему не удалось вытереть правую и без того довольно грязной тряпкой.

Выпивая, пока Гарри наполнял свой стакан лимонадом и пил, Сириус пришел к выводу, что он не может игнорировать настроение Гарри, но что он не будет тыкать и спрашивать, а сделает несколько предположений и просто спросит.

"Как поживает твоя девушка? Все в порядке?" Любовные проблемы, как Сириус живо помнил Квайета, часто были причиной расстройств и забот, когда человек только начинал. Не то чтобы это обязательно прекращалось, когда человек становился старше.

"Луна?" Спросил Гарри, его лицо просветлело – значит, не любовные проблемы – и, поставив опустевший стакан обратно, он начал говорить мечтательным голосом. "Мы все встретимся в эти выходные. Тео пригласил всех навестить его. Это будет самая долгая наша разлука с весенних каникул. Думаю, я напишу ей перед этим. Пригласи ее на свидание. Как вы думаете, ей понравилось бы пойти в кино? Я даже не знаю, какие фильмы сейчас показывают. Как вы думаете, вы могли бы достать мне свежую программу?"

В конце Гарри становился все более и более взволнованным, и Сириус почувствовал, что его беспокойство немного ослабло. Какие бы проблемы ни терзали разум Гарри, это не имело серьезных последствий, если он мог так растеряться и разволноваться, планируя свидание со своей девушкой.

"Ты знаешь, что я беру портключ, чтобы встретиться с Навелом и Энорой завтра попозже, верно? Я почти уверен, что не так давно говорил тебе, что обо всем договорился". И хотя он нервничал, он также был в восторге от возможности провести лето со своими дочерьми и узнать их получше.

Гарри моргнул и покраснел. "О, да. Ты мне это говорил". Последовала короткая неловкая пауза. "Как ты думаешь, Ремус захочет помочь?"

Сириус рассмеялся и быстро наклонился, чтобы взъерошить Гарри волосы. "О, щенок! Я уверен, что он это сделает. Я обязательно напишу письмо, если он проспит дольше обычного и не вернется домой до моего отъезда. Не беспокойся! "

На мгновение Гарри выглядел смущенным, прежде чем понимание озарило его лицо. "О, точно. Сегодня полнолуние! Об этом не подумал".

"Без проблем, Гарри. И я уверен, ты мог бы заставить лорда Слизерина купить маггловскую газету, чтобы узнать, в каких кинотеатрах какие фильмы сейчас показывают". Этот образ – Марволо Слизерин, идущий к магглу купить газету – заставил Сириуса усмехнуться, и некоторое время они вдвоем работали в тишине.

"Могу я спросить тебя кое о чем?" Голос Гарри звучал неуверенно, и Сириус внезапно был уверен, что то, что было на уме у его крестника, вот-вот откроется.

"Уверен, что сможешь". Было ли это достаточно буднично? Было ли это слишком буднично? Он не хотел показаться незаинтересованным.

"Что вы думаете о зелье Окулус Санус?" Гарри пытался говорить так, как будто это на самом деле не так уж важно, но его напряженная поза и легкое напряжение в голосе выдавали его. Иногда то, что он вырос в семье слизеринцев, имело свои преимущества. То, что ему очень понадобились эти давно забытые навыки в роли лорда Блэка, только облегчало понимание его крестника сейчас. "Ну, это один из тех, которые заставляют задуматься, почему именно он запрещен в первую очередь. Я знаю, что твой отец никогда не брал его, и что Уизли никогда бы им не воспользовались. Но в остальном его все еще довольно часто используют, насколько я понимаю."

"Правда?" Гарри казался искренне удивленным этим, что смутило Сириуса.

"Да. Я почти уверен, что брал очки, когда мне было лет шесть. Я думаю? Не уверен. Как ты думаешь, почему так мало ведьм и волшебников на самом деле носят очки? Есть, конечно, трансфигурация и несколько временных чар. Но я думаю, что в основном люди получают зелье. Даже если для этого им приходится уезжать из страны. Это эффективная мера. Сириус пожал плечами, внимательно наблюдая за собеседником.

"Хм. Это звучало более необычно, когда я услышал об этом впервые ". Гарри пожал плечами и внезапно стал выглядеть намного более расслабленным.

В этом была проблема?

"Я думаю, не так много осталось тех, кто умеет варить это здесь, в Британии. Но другие части мира не так одержимы такими вещами, как Министерство в прошлом ". Он снова пожал плечами и попытался вспомнить, что хотел делать дальше. Может быть, он найдет другой мотоцикл в доме своей дочери, оставлять ребенка здесь почему-то не хотелось. "Не могли бы вы передать мне гаечный ключ?"

оооООооо

Трава была довольно сухой, а воздух наполняли звуки сверчков и запахи сухих растений, цветов и мелких животных. Самым крупным животным, которое недавно бродило по этому березовому лесу, была лиса.

Нос Ремуса почти сам по себе переместился ближе к земле в лесу, принюхиваясь в поисках следа. Поскольку Бродяга не мог быть здесь этой ночью, Ремусу нужно было найти что-нибудь, чем можно развлечься, прежде чем он найдет себе удобное местечко из мха для сна.

Хотя обычно он предпочитал присутствие другого человека во время своих превращений, Ремус понимал, что Сириус собирается отправиться в дом своих детенышей и ему нужно время.

Лунатик покачал головой и фыркнул. Даже с Аконитом под рукой – все еще предоставленным Северусом и оплаченным лордом Слизерином – его образ мыслей менялся в ночи полнолуния. Хотя на самом деле это не было проблемой, если Бродяга был с ним, это напоминало ему, что он не хотел рисковать человеком в его присутствии.

Как сильно Дора пыталась убедить его, что это безопасно, несмотря ни на что.

Он предложил ей аранжировку, которую они с Сириусом использовали зимой, поскольку было слишком холодно, чтобы находиться на улице всю ночь. Но ей не нравилась идея большой, защищенной чугунной клетки. Итак, Ремус был здесь один, а Дора была дома со своими родителями и дулась.

И что, когда она, как Аврор, должна знать правила для оборотней, что он должен делать, чтобы соблюдать их, и что произойдет, если он этого не сделает.

Энергично встряхнувшись, отчего распущенные волосы разлетелись во все стороны, Лунатик попытался избавиться от мрачных мыслей. Прямо здесь и сейчас он ничего не мог поделать. Но, он принюхался, казалось, не прошло и нескольких минут, как здесь пробежал кролик.

Отбросив все заботы, кроме желания поймать этого кролика, Ремус перешел на легкую рысь, прижимая нос к земле, стараясь вести себя тихо, чтобы не потревожить животное, когда он приблизится.

оооООооо

Вторник, 2 июля 1996 г.

Ритмичный звук удара ножа о разделочную доску действовал успокаивающе. Соня сидела в кресле, которое Северус трансфигурировал для нее в своей лаборатории зелий дома, в Поместье. Не то чтобы это действительно было похоже на дом, скорее на сон, чудесный сон, от которого она боялась проснуться и осознать, что все это было именно так.

Уютно устраиваясь поудобнее в своем одеяле – на самом деле здесь, в лаборатории, было не так уж тепло, поскольку Северусу нравилось, когда было прохладно, – Соня напомнила себе, что все это было вполне реально. Она была замужем, ждала ребенка и каким-то образом сумела стать Леди. Не то чтобы восхождение по социальной лестнице когда-либо было ее стремлением. Но с Северусом пришла фамилия Прайс, включая титул, место в Визенгамоте и это поместье с его многочисленными лабораториями и чудесными садами.

"Что ты варишь?" Спросила Соня мужа, закрывая книгу, которую читала, чтобы поговорить со своей любовью.

"Новая порция зелья Окулус Санус. Лорд Слизерин прислал письмо с просьбой об этом. Кажется, мистер Слизерин внял здравому смыслу". В этом заявлении была резкость, которая к настоящему времени, вероятно, стала скорее привычкой, чем чем-либо еще. "Но, думаю, я увижу, когда он вернется в школу на следующий год".

Соня нахмурилась. "Значит, уроки окклюменции закончились? Он уже так сильно продвинулся?" Уроки продолжались весь учебный год, она думала, что они продлятся гораздо дольше.

"Он узнал достаточно для того, что ему нужно. Он может контролировать свой характер и отражать атаки на свой разум со стороны внешней силы. Ему не нужна способность подделывать воспоминания, лгать Легилименсу в собственном сознании или сопротивляться пыткам и сывороткам правды. Мы с ним можем проводить время более продуктивно. " Северус отложил нож и подошел к одной из раковин, чтобы немедленно почистить его.

"Думаю, в этом есть смысл", - согласилась Соня. Кому понадобилось бы выдерживать пытки и сыворотки правды? Надеюсь, не мальчику-подростку.

Подперев подбородок рукой и улыбаясь, Соня не смогла удержаться и просто была вынуждена спросить. "Как ты думаешь, ему удастся набрать достаточно высокий балл на экзамене по зельеварению, чтобы попасть в твои классы тритонов?"

Стоя перед одной из многочисленных полок с ингредиентами для зелий, тщательно упорядоченными в соответствии со спецификациями Северуса, Северус не торопился с ответом, выбирая несколько бутылочек со своих мест. "Я думаю, у него есть потенциал. Тем более, что он стал больше интересоваться своей успеваемостью с тех пор, как его усыновили, и особенно после того, как его распределили. Но, я думаю, нам придется подождать и посмотреть, удалось ли ему сохранить хладнокровие во время экзамена. Как письменное, так и практическое. "

Забавно, насколько Северус изменил свое восприятие мальчика, о котором идет речь. Персонал со всех сторон рассказал ей множество историй о том, как Северус всегда разглагольствовал о Гарри Поттере, знаменитости, ищущем внимания сопляке, нарушающем правила только потому, что мог. И вот теперь он был здесь, ее упрямый и гордый возлюбленный, признающий, что в сыне Джеймса Поттера есть потенциал.

Не то чтобы он когда-либо использовал эти слова. И Соня также не была слепа к тому, что было необходимо ее мужу, чтобы увидеть причину. Откровение о вреде, который мальчик перенес в детстве под опекой своей тети-маггл - как из-за зелий, которые ему приходилось принимать, так и из-за фрагментов воспоминаний, которые Северус видел на уроках окклюменции, – сыграло важную роль в том, что Северус действительно образумился.

Не то чтобы он поделился какими-то подробностями с Соней. Но этого и не требовалось, чтобы прийти к каким-то конкретным выводам, увидев список зелий, которые должен был принять мальчик.

Наблюдая за его работой, за его эффективными движениями и точностью, Соня вспомнила переезд сюда и первый вечер, который они провели, строя планы на почти два месяца, которые они проведут здесь в полном одиночестве. Они планировали внести последние штрихи во все зелья, над которыми работал Северус – он настаивал, что она тоже работала над ними, планируя вписать свое имя во все публикации – или, по крайней мере, в рецензии, необходимые для публикации и подготовки к более тщательному тестированию. Специально для Зелья Антерос и того, которое проверяет семейные связи и близость. Им удалось провести еще несколько тестов для зелья семейной связи, но Зелье Антероса требовало другого уровня приверженности для тех, кто хотел его протестировать.

"Как ты думаешь, нам удастся избежать нескольких летних вечеринок, по поводу которых ты ворчал? Я видел список вечеринок прошлых лет, и нам придется посетить довольно много". Она знала, что Северус был не из тех, кто любит вечеринки – в помещении или где–то еще, - но она также знала, что он должен был присутствовать на них. Она решила попробовать немного смягчить его в процессе подготовки. "Нам нужно пойти на вечеринку в саду Малфоев. И я уверен, что лорд Слизерин организует что-нибудь, на чем мы обязательно должны будем присутствовать". В ответ на это Северус вздохнул, который она могла слышать всю дорогу сюда из-за булькающих звуков зелья и легкого скрежета мешалки в котле.

"Ты не думаешь, что мы сможем избежать всех остальных на том основании, что на самом деле не знаем их, и тебе нужно держаться подальше?" В его голосе звучала надежда, и Соня почувствовала, что ухмыляется.

"Незнание их хорошо - причина пойти, любимая. Познакомиться с ними. И пока целитель ничего не говорит о том, чтобы оставаться в постели, я прекрасно могу не вставать на ноги на милой вечеринке в саду. Там есть такие вещи, как скамейки и стулья, или даже шезлонги. " Она посмеялась над тем, что он нарочно ссутулил плечи, преувеличивая свои движения. "Если Фаджес организуют вечеринку, нам тоже придется пойти. И остальным. Посмотрим. Должны ли мы?"

"Может быть, мне повезет, и несколько конференций и встреч по зельеварению пройдут в те же дни, что и некоторые из этих общественных мероприятий". Презрение в этих двух невинных словах было таким сильным, что Соня начала хихикать, не в силах остановиться, пока слезы не потекли по ее лицу, и она не начала задыхаться.

Внезапно Северус оказался рядом с ее креслом с палочкой в руке, накладывая то, что, как догадалась Соня, было диагностическими чарами. "Ты хорошо себя чувствуешь, любимая?" Беспокойство в его голосе – он никогда не паниковал, вероятно, слишком много практиковался сохранять хладнокровие в самых разных ситуациях – довольно быстро отрезвило Соню.

"Да. Я в порядке. Не волнуйся". Она положила одну руку на руку Северуса, чувствуя, как ее книга соскользнула с верхней части ее ноги в сторону, оказавшись между ее ногой и подлокотником кресла. "Ты просто слишком забавный".

Выражение лица, которое Северус скорчил в ответ на это заявление, снова рассмешило Соню, заставив его нахмуриться по-настоящему. Снова взяв себя в руки, Соня слегка толкнула его в плечо. "Возвращайся к пивоварению или ты хочешь начать все сначала, потому что позволяешь себе отвлекаться на свою жену?"

"Подлая женщина". Северус нахмурился, но когда он повернулся, она увидела, что хмурый взгляд сменился мягкой улыбкой.

Вытащив книгу из-под одеяла и небольшого промежутка между ногой и подлокотником кресла, Соня снова устроилась поудобнее, возвращаясь к чтению руководства о высшем обществе и ожидаемых обычаях и манерах. Она не была невежественной, но и не настолько осведомленной, какой хотела быть. Чтение дало бы ей точку для начала. Как только ребенок родится, больше не будет причин избегать проведения некоторых общественных мероприятий самой. Вздохнув про себя, она вернулась к чтению.

оооООооо

Малкольм знал, что быть семейным целителем будет отличаться от работы в больнице Святого Мунго, когда он выбрал этот путь. Решающим фактором был тот факт, что он сможет устанавливать собственное рабочее время в разумных пределах и, следовательно, сможет лучше координировать свою работу в качестве целителя для разных семей, а также для Пожирателей Смерти и своего Лорда. Но сейчас, в этот самый момент, маленькие странности роли целителя для целой семьи дали понять, что это было абсолютно правильно для него.

"Вы в хорошей форме, лорд Слизерин", - начал Малкольм свою оценку после долгого изучения результатов ритуала. "Если вы продолжаете практиковаться в дуэлях, нет необходимости сокращать потребление сладостей или каким-либо иным образом изменять свой рацион, милорд". На самом деле Малкольм был удивлен тем, как мало потребление сахара, казалось, влияло на здоровье Темного Лорда. Он начал собирать ритуальные камни с тех мест, где они были размещены в различных местах тела Темного Лорда, складывая их обратно на маленький столик, потому что они скоро понадобятся ему снова.

Во время работы он держал лицо на коротком поводке, сохраняя дружелюбную и профессиональную маску. Там, в углу милой комнаты, которую они использовали, сидел наследник Слизерина со своим младшим братом на коленях. Мальчик демонстрировал странную смесь любопытства, настороженности и скуки, в то время как старший брат ухмылялся, обнимая извивающегося мальчика. Это был не первый раз, когда Малькольму приходилось работать, чтобы завоевать доверие ребенка, и он знал, что показ им процедуры очень помог в этом отношении. Вот почему Темный Лорд ушел первым, а его наследник будет следующим.

"Приятно это знать", - сказал Темный Лорд, садясь и потирая руки. "Полагаю, тогда я могу снова одеться?"

"Конечно, сэр. Вы можете снова одеться". Только долгая практика удержала Малкольма от того, чтобы вздрогнуть от его дерзости поправлять Темного Лорда. Не было причин бояться возмездия. Прошло много времени с тех пор, как Темный Лорд назначал какие-либо наказания без уважительной причины – то, что он прибыл последним, не считалось уважительным в глазах Малкольма – и он не стал бы делать этого в присутствии своих сыновей. Или, по крайней мере, не перед своим младшим сыном, поскольку Малкольм был далеко не уверен в том, как много знал или не знал Генри Слизерин-Поттер.

Лорд Слизерин встал с мягкого гибрида стола и скамейки - преображенного для этого визита – и взял свои брюки, чтобы одеться, ухмыляясь так, что Малкольм занервничал.

"Гарри, может быть, ты уже мог бы переодеться в другую рубашку?" Маркусу Слизерину потребовалось некоторое убеждение, чтобы встать, чтобы Генри мог начать переодеваться для собственного экзамена.

Когда мальчик сел, готовый к ритуалу, Малкольм подошел и повернулся спиной к углу, где сейчас на стуле сидел лорд Слизерин, а его младший сын прижимался к его груди.

"Я полагаю, ты принял свои зелья, как и предполагалось, Генри?" В начале встречи подросток попросил называть его по имени, сославшись на слишком длинное его полное имя и титулы в качестве причины.

"Я действительно принимал то, что появлялось во время еды, целительница Гринграсс". То, как чопорно и корректно сидел мальчик, заставило Малкольма ухмыльнуться, попытка быть хорошим примером для подражания могла бы подействовать на ребенка.

"Это хорошо. Были какие-нибудь проблемы после прошлых каникул?" Он действительно не ожидал услышать положительный ответ на это. Если бы возникли какие-то проблемы, Темный Лорд позаботился бы о том, чтобы Малкольм был под рукой вечером того дня, когда поезд возвращался в Лондон.

"Никаких проблем, сэр. Я наслаждаюсь летом". Мальчик улыбался, заметно более расслабленный в простой льняной рубашке, ожидая, когда ему скажут лечь для начала диагностического ритуала. Как все изменилось по сравнению с прошлым летом и самым первым экзаменом.

"Тогда, пожалуйста, приляг". Пока подросток делал, как было сказано, Малкольм еще раз начал объяснять, что он делал и почему, прежде чем он начал размещать камни с руническими надписями на их местах на теле мальчика. То, что он узнал от маленького мальчика, было интересным и отвлекающим. Не так уж много детей, которых Малькольм встречал, интересовались искусством исцеления.

И снова ритуал был быстро завершен, и Малкольм просмотрел лист пергамента с результатами. Они были обнадеживающими. "Ты можешь прекратить использовать зелья для борьбы с повреждениями, полученными в раннем детстве, и твои старые переломы тоже прекрасно зажили. Я могу с уверенностью сказать, что ты в добром здравии, Генри ".

"Спасибо". Внезапно мальчик занервничал, что вызвало у Малкольма любопытство. Хотел ли он спросить что-то, что ему было неудобно, в присутствии своего отца и младшего брата? "Мои глаза не изменились, не так ли?"

"Нет, они все те же. Почему ты спрашиваешь?" Может быть, ему стоит проверить рецепт на очки? Если его пациент заметил изменения, это может быть хорошей идеей.

"Я раздумываю, стоит ли мне принять зелье, чтобы исправить проблему. Это проще, чем постоянно следить за стаканами, но я хотел убедиться, что это все еще возможно". Генри пожал плечами, явно испытывая неловкость.

Сделав мальчику небольшую поблажку, Малкольм улыбнулся и махнул ему, чтобы он снова одевался. "Изменений не было, так что вы по-прежнему можете принять зелье для исправления своего зрения, если пожелаете".

— Спасибо, — Генри Слизерин-Поттер снова переоделся в свою модную лёгкую летнюю одежду — брюки, рубашку и открытую мантию — и уступил место своему младшему брату, который с помощью Тёмного Лорда переоделся в собственную льняную рубашку.

Судя по его предыдущему опыту, этот экзамен должен был пройти по одному из нескольких сценариев. Либо ему пришлось бы отвечать на большее количество вопросов, чем было бы разумно, либо ему пришлось бы уговаривать мальчика на каждом шагу, либо он был бы настолько нервным и дёрганым, что им пришлось бы начинать заново несколько раз.

Надеясь на шквал вопросов, Малкольм поманил к себе маленького ребёнка. «А теперь давай посмотрим на тебя. Хорошо?»

оооООооо

Среда, 3 июля 1996 г.

Как обычно, она работала допоздна. Поэтому было уже довольно поздно, когда Рита вышла из ванной, закутанная в свой любимый халат, в пушистых тапочках и с накрученными на бигуди волосами, чтобы краска успела впитаться.

Ее экземпляр "Пророка" уже стоял у нее на кухонном столе, и по нескольким взмахам волшебной палочки у нее были тосты с медом, чашка дымящегося свежезаваренного чая и яйцо, сваренное вприкуску и готовое к употреблению. Она предпочла бы полный английский завтрак, но поскольку у нее не было домашнего эльфа, ей пришлось бы готовить его самой, а на это у нее определенно не хватило терпения.

Особенно когда она была голодна.

Не особо интересуясь ничем другим, Рита развязала бечевку, на которой был свернут "Пророк", и положила развернутую газету рядом со своей тарелкой, потягивая чай. Как и положено, ее статья занимала всю первую полосу, лишь несколько заметок поменьше под загибом.

Чтобы убедиться, что ни один из идиотов, работающих в типографии, не исказил ничего из написанного ею, Рита начала читать свою собственную статью, подробно описывающую предстоящий суд над террористом-ревуном Амосом Диггори.

Она усердно работала над этим. Поскольку миссис Диггори слишком сильно опекала её семья, Рите не удалось взять у неё официальное интервью. А было бы так здорово получить что-нибудь от женщины, которая должна была заметить, что что-то не так! Но наблюдение в форме анимага не дало ничего полезного. На самом деле она лишь узнала, что миссис Диггори впала в глубокую депрессию и почти не участвовала в повседневной жизни в доме своего брата.

Не имея ничего полезного с этой стороны, Рита перешла к разговору с людьми, которые работали с Амосом Диггори в Министерстве, и старыми школьными товарищами. Это были лучшие источники для цитирования, потому что все они стремились рассказать о сомнительных вещах, которые Амос делал и говорил на протяжении многих лет. Всегда было так легко написать что-то достойное первой полосы, когда люди пытались дистанцироваться от бывших друзей.

Хорошая слезливая история – вроде той, что она написала прошлым летом о лорде Слизерине – была на втором месте, но всегда было веселее разоблачать грязные делишки уважаемых деятелей общества.

И Амос Диггори был таким: уважаемым, трудолюбивым и надежным. И из-за этого воспринимаемого образа человека его падение во тьму было таким интересным для всех.

Рите придется позаботиться о том, чтобы ей досталось одно из немногих мест для прессы во время судебного процесса. Это была слишком хорошая новость, чтобы позволить какому-то мелкому репортеру освещать ее. И в рамках этой работы она могла бы получить достаточно информации, чтобы написать продолжение истории о трагическом воспитании лорда Слизерина. Хотя она была почти уверена, что в долгосрочной перспективе ей будет лучше изобразить его как волшебника, старающегося изо всех сил, там можно было написать больше, чем было сделано до сих пор. Вероятно, потому, что все помнили, каким порочным был Тот-Кого-Нельзя-называть в прошлом, и никто не осмеливался занимать позицию за или против него в прессе, поскольку общественное мнение об этом человеке было настолько неоднозначным, что его трудно было предсказать.

Учитывая, что он был сиротой среди магглов, а также то, что он усыновил ещё одного сироту — усыновление мальчика, которого он сделал сиротой, могло пойти в обе стороны, если бы он умел обращаться со словами, — и другие попытки исправить нанесённый ущерб, у лорда Слизерина был положительный аспект в этой истории. Но из-за всех этих убийств, предрассудков, связанных с кровью, связи с тёмными существами, которых люди обычно боялись, и связи с тёмной магией, в сознании и памяти людей всё ещё было много негодования.

Это было похоже на танец на вулкане.

Счастливо напевая себе под нос, Рита доела свой завтрак и начала готовиться к новому дню. Ей нужно было кое-что подготовить.

Глава 106 - Искусство

оооООооо

Рисунки

Среда, 3 июля 1996 г.

Был поздний вечер, и Северус действительно предпочел бы быть дома, в поместье. Но он был здесь, в Лондоне, по воле своего Лорда.

"Пожалуйста, протри палец пропитанной спиртом тряпкой, наследник Слизерина-Поттер". Северус указал на тряпку, которую он приготовил, когда устанавливал свое рабочее место в маленькой лаборатории зелий в Гриффин-Хаусе.

Не задавая никаких бессмысленных вопросов, мальчик взял тряпку правой рукой, прежде чем вытереть указательный палец левой руки. Умно с его стороны было позволить уколоть свою недоминирующую руку для получения необходимой крови, хотя в этом не было строгой необходимости. Северус был вполне способен наложить простое исцеляющее заклинание после того, как дело было сделано.

Когда Северус перелил предварительно сваренное зелье в маленький стеклянный кубок – один чересчур искусно украшенный кусочек, сусальное золото и выгравированный герб Поттеров – и поднял глаза, мальчик протягивал Северусу руку, чтобы тот взял несколько капель крови, необходимых для работы Oculus Sanus.

Уверенно взявшись за предложенную руку, Северус переместил ее так, чтобы кровь попадала прямо в кубок и, следовательно, в зелье. Другой рукой он взял серебряную иглу и посмотрел в зеленые глаза за стеклами очков, которые скоро больше не понадобятся. "Соберись".

Поскольку он получил согласие и от мальчика, и от лорда Слизерина, который читал сказку на ночь своему второму сыну – странную концепцию, которую Северус на данный момент игнорировал, – Северус просто воткнул иглу в палец, а затем надавил с обеих сторон, чтобы образовалась капля крови. Оно попало в середину кубка и рассеялось с небольшой вспышкой цвета, изменив цвет зелья на ярко-синий, почти как яйца малиновки.

"Эпискей". Маленькая колотая ранка зажила всего за долю секунды, и Северус отпустил руку мальчика. "Возьми кубок с собой и выпей его перед тем, как лечь спать". Северус почти автоматически перешел на лекторский тон. Эти долгие годы преподавания оставили после себя несколько серьезных побочных эффектов. "Таким образом, ты проспишь изменения, которые вызовет зелье. Завтра утром ты сможешь ясно видеть без очков. Пожалуйста, сообщи своему отцу, если это не так ". На самом деле это было довольно простое зелье, если бы не нелепый запрет Министерства на все зелья, использующие кровь подобным образом. "Еще есть вопросы?"

Оторвав взгляд от зелья, мальчик покачал головой, хотя по-прежнему выглядел так, словно у него накопилось множество вопросов.

Северус вздохнул. "Вы должны задавать свои вопросы, мистер Слизерин. Принимать зелье, когда у вас все еще есть вопросы по нему, - не лучший план действий. Так что спрашивайте ". Подростки и их драмы.

"Это глупо, сэр", - почти пробормотал мальчик, снова опустив взгляд.

"Все равно спрашивай". Действительно, почему подростки настаивают на том, чтобы быть такими трудными?

"Каково это на вкус, ты знаешь?" Мальчик покраснел, и Северусу пришлось согласиться, что это был глупый вопрос. Но он был тем, кто настоял, чтобы мальчик спросил, поэтому он не мог насмехаться над ним сейчас, независимо от того, сколько колкостей приходило на ум.

"Я никогда не пробовал его сам, но во всех описаниях утверждается, что у него слегка металлический привкус". Если это был единственный вопрос, который мальчик должен был задать, шансы Северуса на скорое возвращение домой были хорошими. Соня ждала его, и он с нетерпением ждал возможности прочитать ей несколько сонетов.

"Тогда это не так уж ужасно. Спасибо вам, сэр. За все хлопоты, через которые вы прошли, чтобы сварить это. И за объяснение. Приятного отдыха, сэр ". Северус, прищурившись, наблюдал, как мальчик осторожно взял кубок в две руки. Выглядел так, как будто он действительно знал, когда и как нужно быть осторожным.

— И тебе тоже, наследник Слизерин-Поттер. — Ему всё ещё было трудно привыкнуть к изменениям в их отношениях. В этот момент их роли были не так чётко определены, как в школе, где они были учителем и учеником, или на мероприятии в Министерстве, где мальчик был наследником двух семей, а он сам — лордом и главой своей семьи. Был ли он лордом, учителем зельеварения или профессором мальчика?

Мальчик вышел, вероятно, в свою спальню, а Северус начал собирать свои немногочисленные вещи. Тёмный Лорд велел ему не ждать его — Северус предположил, что чтение сказок на ночь может занять какое-то время, — и Северус без проблем выполнил этот приказ.

оооООооо

Четверг, 4 июля 1996 г.

Каникулы были замечательными. Драко не мог спать, как делал это при любой возможности по выходным в Хогвартсе, но у него была отдельная комната, и он мог летать, не придерживаясь расписания тренировок четырех команд. Возможность съесть его любимые блюда на завтрак со своими родителями в одной комнате – более неформальной семейной столовой – тоже была приятной сменой обстановки. Как бы сильно он ни любил Большой зал в Хогвартсе и чувствовал, что это приятная смена обстановки в начале каждого года, к концу года все стало просто нормальным.

Однако этот год был другим. Поскольку его младшая сестра всегда была рядом с их матерью, Драко смог видеть ее чаще, чем ему хотелось. Сейчас он сосредоточился на своей тарелке, поскольку Кассиопея получала еду непосредственно от матери. Умом Драко понимал, что кормление младенцев грудью - это нормально, даже считается особенно полезным для развития ребенка. Видеть, как это происходит, было как-то по-другому. Но он научился справляться с неловкостью, видя, как его мать кормит ребенка.

Внезапно чай разлился по столу, и Драко повернулся на своем месте, чтобы посмотреть на своего отплевывающегося и кашляющего отца, "Ежедневный пророк", открытый на страницах светской хроники, лежал перед ним на тарелке, чашка с чаем перевернулась набок.

"Дорогой, что случилось? Ты в порядке?" Его мама быстро вскочила со своего места, прижимая к себе ребенка, и бросилась к отцу Драко, оставив того барахтаться.

Эльфа призвали заботиться о Кассиопее, и Нарцисса наложила на своего мужа шквал заклинаний. Совершенно уверенный, что то, что вызвало такое удивление у его отца, было чем-то из "Пророка", Драко схватил газету и взял ее почитать.

Ему не пришлось долго искать, так как заголовок статьи сразу привлек внимание.

Самый завидный холостяк все еще свободен

Почти год назад лорд Марволо Слизерин вернулся в общество и с тех пор сумел довольно неплохо зарекомендовать себя. Он усыновил двух дальних родственников в семью Слизерин, заботясь о двух беззащитных мальчиках, у которых никого не было до того, как их принял лорд Слизерин. Активы Поттеров находятся в лучшем состоянии, чем с тех пор, как умер последний лорд Поттер. Он даже участвует в реформе программы подготовки авроров.

Но все эти попытки не оставили ему времени на поиск подходящей партнерши. И поэтому красивый Лорд по сей день холост.

Не то чтобы было мало кандидатов! Не думайте, что наши прекрасные ведьмы не проявили интереса! Например, это Амелия Боунс, глава департамента магического правопорядка и крестная младшего слизеринца. Обе ее роли позволяют ей проводить много времени с лордом Слизерином. Также есть тот факт, что их видели в Плавающей Свече, когда они ели, только вдвоем. Может быть, они просто очень хорошо умеют прятаться?

Или, может быть, наш возрожденный волшебник, который выглядит намного моложе, чем можно было ожидать, ищет кого-то помоложе? Во время зимних каникул его видели флиртующим с игроками в квиддич. У Холихедских гарпий, а также у ведьм из всех других команд лиги может появиться шанс заполучить этого восхитительного волшебника.

Драко перешел к концу удивительно длинной статьи, чтобы посмотреть, у кого было желание умереть. Скандальную статью написала Рита Скитер, и Драко кивнул сам себе, поскольку это звучало правдоподобно. У этой женщины была склонность писать самые поляризующие статьи, которые она могла сочинить, лишь с незначительными ссылками на факты. Достаточно было только взглянуть на статьи, которые ведьма написала во время Турнира, на то, как она сосредоточилась на Гарри, игнорируя других чемпионов… она действительно была бесстрашна.

"Спасибо, любовь моя". Голос Люциуса все еще звучал хрипло, но кашель прекратился. "Теперь я в порядке. Надеюсь, моя реакция тебя не напугала".

"Ты действительно напугала меня на мгновение, дорогая. Что ты прочитала, что вызвало такую реакцию?" Зная, что его мать, вероятно, захочет прочитать статью сама, Драко взял "Пророк", сложил его так, чтобы статья была сверху, и протянул ей, когда она откинулась на спинку стула. "Спасибо тебе, Драко".

Он снова сосредоточился на завтраке, пытаясь составить план на день, учитывая домашнее задание, которое ему предстояло выполнить. К счастью, уроки политики и танцев и хороших манер для Гарри и Гермионы, с которыми он помогал, начнутся только на следующей неделе. Однако все его планы не помешали ему послушать дискуссию родителей.

"Она действительно намекает на то, что лорд Слизерин и лорд Блэк могут в конечном итоге пожениться?" В голосе его матери звучало недоверие и почти веселье.

"Так и есть". Голос его отца звучал смиренно. "Я не уверен, как помешать Темному Лорду отомстить той репортерше за ее ... дикие домыслы".

Допивая чай, Драко поднял глаза от тарелки. "Могу я быть свободен? И не будет ли мне приятно навестить Теодора сегодня?"

"Сначала спроси". Ответил его отец, все еще выглядевший далеко не идеально, его волосы были взъерошены после недавнего приступа кашля. "Приятного дня, Драко".

"Я так и сделаю, отец". Сказал Драко, вставая и выходя из комнаты. Ему было любопытно, как Темный Лорд отреагирует на эту статью, но это было нездоровое любопытство. В данном случае лучше ничего не знать.

оооООооо

Гарри необъяснимо нервничал, принимая рюкзак со всеми припасами у водителя, которого Марволо нанял на этот первый день. Здесь не было никого, кто мог бы знать, кто такой Гарри. Это была возможность познакомиться с людьми, не имея на пути всей его предыстории – от хулиганского образа, который нарисовали о нем Дурсли, до бедного сироты, усыновленного бывшим злым Темным Лордом, о котором знал волшебный мир.

И, возможно, это действовало Гарри на нервы. Он хотел все исправить. И что бы это сказало о нем, если бы что-то пошло не так?

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Гарри кивнул водителю – насколько он понял, почти сквибу, предлагающему волшебным людям услуги, похожие на такси, - и попытался улыбнуться. "Спасибо. Ты будешь ждать где-нибудь поблизости, когда урок закончится?"

"Я буду здесь. Увидимся через четыре часа". В соответствии с инструкциями Марволо, прежде чем он позволил Гарри уйти, мужчина не использовал никаких имен или титулов. Марволо сослался на соображения безопасности, и Гарри не чувствовал, что у него есть основания спорить.

"Увидимся!" Гарри помахал рукой, закинул сумку на плечо и начал подниматься по лестнице в здание школы, где должен был проходить урок рисования. Прежде чем дойти до двери, Гарри достал листок из блокнота, где он записал указания и номер комнаты, которую ему нужно было найти.

Когда он добрался до комнаты на втором этаже, мужчина возился в передней части комнаты, а несколько человек сидели на стульях перед пустыми мольбертами. Пробормотав приветствие, Гарри вошел и сел на одно из все еще незанятых мест ближе к задней части зала, откуда хорошо просматривалась дверь. Все разговоры о безопасности заставляли Гарри нервничать.

Рядом с каждым мольбертом стоял маленький столик, и Гарри начал доставать свои принадлежности из сумки и расставлять их на столе так, чтобы это казалось практичным, его альбом для рисования и кусочки угля посередине спереди.

"Привет, это место занято?"

Гарри повернулся к заговорившей девушке и кивнул, затем покачал головой, чувствуя себя немного удивленным. У нее были красивые длинные волосы и стройная фигура, и она была одета в короткую юбку в сочетании с облегающей футболкой.

"Там еще никто не сидит", - уточнил Гарри свой сбивающий с толку невербальный ответ, чувствуя, как вспыхивает его лицо. Краснеть в этой ситуации унизительно.

"Спасибо". Ее ответ сопровождался ослепительной улыбкой, прежде чем она повернулась и начала распаковывать свои собственные принадлежности.

"Все в порядке!" - крикнул учитель, хлопая в ладоши, чтобы привлечь всеобщее внимание. В комнате стало тихо, и все десять учеников повернулись лицом к передней части класса. "Добро пожаловать! Меня зовут Фил Уилсон, но, пожалуйста, зовите меня Филом. Я преподаватель рисования и уже несколько лет веду подобные курсы. Я вижу, что на этом курсе очень широкий возрастной диапазон. " Он улыбнулся им всем, и Гарри молча согласился с этим человеком. У самого старшего ученика уже были седые волосы, а девушка, которая села рядом с Гарри, могла быть на несколько лет старше его. "Давайте начнем со вступительного раунда: ваше имя, возраст, чем вы обычно занимаетесь, чему вы надеетесь научиться на этом курсе. Что-то в этом роде. " Он махнул рукой мужчине – пожилому, почти лысому, небрежно одетому в шорты и рубашку поло, – сидящему прямо перед ним у стены с окнами, показывая, что ему следует начинать.

Мужчина немного повернулся в кресле, чтобы видеть всех, и начал говорить. "Я Коннор Робертс. Обычно я работаю в бухгалтерии. Я занялся рисованием, чтобы расслабиться после долгого рабочего дня. Моя жена приготовила это в качестве подарка на день рождения. Гарри остановился послушать, пока работал, чтобы не паниковать. Ему нужно было рассказать о себе. Что он должен был сказать? Он должен был сохранить магию в секрете. Ему нужно было сказать что-нибудь, чтобы другие ничего не заподозрили, но также нужно было сохранить в секрете большую часть своей жизни. имя было достаточно простым, но все остальное? Прошла целая вечность с тех пор, как он в течение длительного времени общался с магглами. Если не считать родителей Гермионы. И это было недолго. В общем, максимум несколько минут. И Дурсли не в счет. Они просто не в счет.

"Меня зовут Эмили, мне семнадцать, я почти закончила школу. Я хочу изучать историю искусств, как только поступлю в университет. Поэтому я подумала, что хорошей подготовкой будет посещение нескольких уроков рисования ". Она лучезарно улыбнулась, и Гарри размеренно вздохнул, чтобы успокоиться.

"Меня зовут Гарри". Он был зарегистрирован на курс как Гарри Блэк с самодовольного одобрения Сириуса, но если бы ему не нужно было называть фамилию, то он бы этого не сделал. "Мне пятнадцать. Я совсем недавно заинтересовался искусством и хочу поступить в класс рисования в своей школе", еще одна часть его жизни, о которой ему нужно было говорить смутно. "Профессор того класса порекомендовал мне посещать некоторые занятия во время каникул". Он не солгал, что, по мнению Гарри, было хорошим началом. Меньше шансов оступиться позже.

"Меня зовут Бетани, Бет". Женщина позади Гарри начала говорить, она чем-то напомнила Гарри миссис Уизли своей теплой улыбкой и добрыми глазами. "Я регулярно посещаю курсы масляной живописи в течение года. Работать в окружении людей намного веселее, чем делать это одному дома ".

Еще только двум ученикам нужно было высказаться, прежде чем они все представятся, и Фил снова соединил руки с громким звуком – Гарри был уверен, что это в конечном итоге подействует ему на нервы – и вернул всеобщее внимание к себе.

"Спасибо и добро пожаловать всем вам. Сегодня и завтра мы поработаем над тем, чтобы решить и набросать то, над чем вы хотите поработать. Сначала я объясню несколько общих базовых приемов, а затем вы сможете взглянуть на некоторые из моих художественных каталогов и книг. Он указал на стопку упомянутых предметов, которые он сложил на столе учителя. "Но давайте начнем с того, что такое масляные краски и как с ними работать".

Гарри делал заметки о том, как делались масляные краски – он был заинтересован в создании своих собственных, чтобы включить в них некоторые магические свойства, – а также принял к сведению теорию цвета, которую Фил объяснял по ходу дела, вместе с некоторыми пигментами, используемыми на протяжении всей истории. Способ объяснения Фила был немного запутанным, он перескакивал с одной темы на другую. Но у этого человека была большая страсть к искусству, и слушать его было легче.

Вскоре, или, по крайней мере, Гарри показалось, что вскоре, все начали ходить вокруг, брать в руки книги и думать, что делать для своего классного проекта.

— Что ты собираешься выбрать? — спросила Эмили, садясь на своё место и кладя перед собой две книги по кубизму.

«Я думаю, может быть, натюрморт, попытка изобразить что-то реалистичное». Гарри не очень интересовался абстрактным искусством. Ну, на него было интересно смотреть, но он хотел, чтобы после школы его взял к себе мастер магического искусства. Насколько он знал, абстрактного магического искусства не существовало.

— В какой школе ты учишься? — Эмили лениво перелистывала страницы, но, похоже, не особо концентрировалась на том, что видела.

— Что вы имеете в виду? — Еда и растения, казалось, были неотъемлемой частью натюрмортов.

"Ну, в какую школу здесь, в Лондоне, ты ходишь? Я тебя раньше не видел, и даже если ты немного моложе, я чувствую, что мы должны были встретиться раньше". На мгновение Гарри был озадачен. Почему она ожидала, что узнает его? Лондон был большим городом с большим количеством школ. Затем его осенило. Он снова был в дорогой одежде, и все его материалы были дорогими. Она увидела это и пришла к выводу, что его семья была богатой. Вероятно, в Лондоне было меньше школ, которые предпочитали богатые, чем обычных. Это повышало вероятность встречи с детьми из других богатых семей. И это без учёта общественных мероприятий и богатых районов.

«Я учусь в частной школе-интернате с одиннадцати лет. Наша семья довольно замкнутая. В какой школе ты учишься?» Гарри действительно не хотел говорить о себе. Может, если она расскажет о себе, это поможет?

"Школа Годольфина и Латаймера". Она засмеялась и коснулась плеча Гарри, изобразив игривость, отчего Гарри покраснел еще больше, хотя и немного нервничал. "Но не пытайся сменить тему. Ты действительно называешь своих учителей профессорами?"

"Да". Гарри почувствовал себя немного не в своей тарелке, оторвал взгляд от груды яблок, которые он в данный момент изучал, и почувствовал стыд, когда разглядел больше ложбинки, чем ожидал, и его тело отреагировало.

Не то чтобы он не знал, что тело подростка может реагировать на малейший раздражитель – мантия в этом отношении была находкой, – но у него была девушка, и он даже не знал эту девушку, и она была старше!

"Это странно!" Она снова рассмеялась, слегка наклонившись в сторону Гарри, что побудило его немного отодвинуть свой стул от нее.

"Так оно и есть. В вашей школе, наверное, тоже есть какие-то странные традиции. Верно?" Гарри был действительно сбит с толку и хотел сделать несколько набросков до окончания урока. Может быть, ему стоит высушить какие-нибудь травы. Возможно, какие-нибудь более обычные ингредиенты для зелий.

"Как у вас дела?" Фил подошел к тому месту, где сидели Гарри и Эмили, улыбаясь и сложив руки на животе. "Нужна какая-нибудь помощь?"

"Я думаю о натюрморте, сушеных травах и нескольких свежих, может быть, каких-нибудь инструментах. Есть идеи для композиции или пример из одной из ваших книг?" Может быть, Эмили оставила бы его в покое, когда он явно работал.

"Интересная идея. Вы знаете, какие растения хотите нарисовать? И какие инструменты подошли бы к этой сцене? У меня есть книга о классических пропорциях, может быть, вы сможете полистать ее и попробовать несколько набросков. Завтра я принесу несколько ссылок на растения. Но, боюсь, у меня не так много информации в этом направлении. Вы могли бы сфотографировать то, что вы представляете, и использовать это в качестве ссылки. "

"Спасибо, Фил. Думаю, я смогу достать все необходимое, чтобы сфотографировать для справки. У нас обширный сад с травами ". И хорошо укомплектованная лаборатория зелий, но он не сказал бы этого вслух.

"Это хорошо! Начинайте свои наброски и не стесняйтесь звонить, если у вас возникнут какие-либо вопросы. Теперь, Эмили, я рискну высказать предположение: ты хочешь поработать над кубистическим произведением?"

"Да. Я предпочитаю абстрактное искусство". Казалось, Эмили поняла намек, поскольку теперь она сосредоточилась на своем собственном эскизе и поиске того, что она хотела бы сделать в ближайшие две недели.

В тот вечер Домой вернулся довольный и уставший Гарри, большая часть его принадлежностей осталась в школе, где они должны были оставаться до окончания курса.

оооООооо

Ему потребовалось некоторое время, чтобы решить, стоит ли ему вообще искать своего Лорда. Но, в конце концов, Люциус решил, что в пределах его ответственности предложить свою помощь и спросить желания своего Лорда в этом. И Нарцисса согласилась, гораздо меньше беспокоясь о том, что Темный Лорд проклянет кого-либо из своих последователей в отместку после всех изменений, которые этот человек проявил в своих действиях.

Сначала Люциус пытался найти своего Лорда в Доме Гриффинов, но там была только няня–сквиб - возможно, это был лучший выбор, чем домашний эльф, для ухода за малышом - и младший сын его Лорда.

Итак, Люциус аппарировал в Штаб-квартиру, которая в последнее время мало использовалась, в поисках своего Лорда.

Здесь было намного чище, чем в начале или в последний раз, когда Люциус был здесь на одной из тренировок, в которых Темный Лорд попросил их принять участие, и пока он уверенно шел по коридору, звук бьющейся керамики или фарфора становился все отчетливее.

Шум доносился из тренировочного зала – одного из бальных залов, очищенных для встреч и дуэлей, – и когда Люциус осмелился войти, наложив вокруг себя защитное заклинание, он заметил Темного Лорда.

Он представлял собой впечатляющее зрелище. Мантия развевалась вокруг него при каждом движении, красные глаза сверкали, волосы были стянуты сзади простым галстуком, бледная палочка казалась размытым пятном в воздухе из-за быстрого произнесения заклинания. А количество статуэток, кубков, тарелок и амфор, которые Темный Лорд наколдовал только для того, чтобы в следующее мгновение разнести их вдребезги и пыль, было более чем впечатляющим.

Но это также было свидетельством сильного стресса или гнева. У Темного Лорда всегда была склонность к насилию, чтобы справиться со стрессом, гневом и разочарованием.

Метание проклятий в бьющиеся предметы было методом снятия стресса, который Люциус счел предпочтительным, чем метание круциатуса в своих братьев и в себя.

Его догадка о том, что Темный Лорд был разгневан статьей, написанной Скитер, оказалась верной.

Внезапно весь шум прекратился, и пыль начала оседать.

"Люциус, какой сюрприз. Чем я могу тебе помочь?" Темный Лорд плавным движением убрал свою палочку, осторожно переступая через осколки на полу по пути туда, где стоял Люциус.

Он снял свой амулет щита и поклонился в знак приветствия. "Милорд, я пришел сюда спросить, чем могу быть вам полезен".

"Была ли какая-то особая причина, по которой вы пришли сюда сегодня, чтобы спросить об этом?" В этих красных глазах был веселый блеск – Люциусу все еще было тяжело смотреть, и не только потому, что его Лорд был таким хорошим Легилименсом – и он был почти уверен, что его Лорд точно знал, зачем он пришел сюда сегодня.

Но ничего не поделаешь, здесь Темный Лорд был сеньором Люциуса, человеком, которому он был обязан своей верностью, а не коллегой-лордом в Визенгамоте, с которым он мог подшучивать. "Был, милорд. Я увидел статью Риты Скитер в "Пророке" этим утром и хотел спросить, какую позицию вы хотели бы, чтобы я занял в отношении подобных инсинуаций и вторжения в вашу частную жизнь ".

Темный Лорд прошел мимо Люциуса, махнув ему следовать за собой, и, казалось, его не смутил вопрос. Они оказались в небольшом кабинете, который Темный Лорд регулярно использовал для небольших встреч только с одним или двумя своими Пожирателями Смерти, сидящими по обе стороны массивного стола.

"Чай?" Люциус кивнул на этот случайный вопрос, немного сбитый с толку. "Белена. Чай на двоих и несколько этих маленьких пирожных, пожалуйста ", - попросил Темный Лорд в эфире, очевидно обращаясь к эльфу, поскольку всего несколько мгновений спустя появился поднос с чаем, молоком и сахаром, двумя чашками и тарелкой, наполненной маленькими пирожными

Темный Лорд не торопился готовить чай, махнув Люциусу, чтобы тот сделал то же самое, и откинулся на спинку стула, когда в чай было тщательно замешано огромное количество сахара.

"Я не уверен, что делать, Люциус. Это было агрессивно, это правда, но это было отчасти позитивно. Не так ли? Она нарисовала меня волшебником, за которого желательно выйти замуж, который приносит пользу нашему обществу ... " он замолчал, сделал глоток чая и элегантно пожал плечами. "Я не хочу ни на ком жениться, но что мне сделать, чтобы она перестала строить догадки? Честно говоря, я понятия не имею и открыт для предложений ".

Люциус тоже сделал глоток чая, а затем выбрал одно из пирожных. "Я не уверен, что вы могли бы сделать, милорд. Думаю, это зависит от вашей цели. Сделать мисс Скитер счастливой и писать позитивные, хотя и агрессивные статьи - один из способов сохранить хорошую репутацию в глазах общественности. Однако существует не так много способов удержать ее от написания подобных историй и сделать ее счастливой. Она склонна уничтожать те, которые делают ее несчастной, или лучше преподносить историю в плохом свете, чем в хорошем. Она собирается потребовать интервью, и скоро. "

То, как Темный Лорд вздохнул и ущипнул себя за переносицу при этом заявлении, было настолько человечным, что Люциусу захотелось ущипнуть себя, чтобы убедиться, что это не сон. Возможно, он мог бы помочь своему Лорду научиться отвечать на вопросы у Риты Скитер. "Могу я сделать предложение?"

оооООооо

На оформление всех документов и подготовку к заседанию Визенгамота в этом месяце ушло больше времени, чем он ожидал, поэтому Марволо встал из-за стола далеко за полночь, потягиваясь и разминая затекшую спину. Произносить все эти заклинания, чтобы справиться со своим разочарованием, а затем провести остаток дня, обучаясь у Люциуса тому, как обращаться с прессой, оказалось не так весело, как он надеялся провести этот день.

Пора ложиться спать. Нагини раздраженно покинула кабинет несколькими часами ранее, заявив, что собирается свернуться калачиком с игристым детенышем.

Марволо был внизу лестницы, когда услышал, как кто-то или что-то ходит, возможно, поднимается с кухни? Он обернулся и услышал, как человек – определенно человек – поднимается по лестнице с первого этажа. Поскольку защита не дрожала, а шаги были слишком тяжелыми, чтобы принадлежать Маркусу, это должен был быть Гарри. Но почему он все еще не спал?

"Гарри? Все в порядке?" Марволо смотрел сверху вниз на своего сына, одетого в халат поверх легкой пижамы, держа в руках кружку с чем-то горячим, судя по струйкам пара, поднимавшимся от поверхности.

"Не могу уснуть", - ответил Гарри, осторожно балансируя чашкой и пожимая только одним плечом. "Поэтому я подумал, что может помочь немного теплого молока".

"Ты же знаешь, что мог просто попросить Флимма достать тебе немного, верно?" Там было что-то большее, чем рассказывал Гарри. Почему у мальчика были проблемы со сном?

"Я знаю. Но я хотел встать с кровати. Сходить за ней самому показалось лучшей идеей ". Гарри снова пожал плечами и поднялся на последнюю ступеньку, больше не заставляя Марволо смотреть на него сверху вниз.

"Что тебя беспокоит? Я думал, ты хорошо провел день на своем первом уроке рисования". Решив, что они не будут разговаривать в холле на самом верху лестницы, Марволо мягко положил руку Гарри на плечо, чтобы направить его в гостиную.

Гарри довольно охотно последовал за ним, вздыхая, но фактически не разговаривая, пока они не устроились в удобных креслах вокруг камина, который разгорелся ярче всего через несколько мгновений после того, как они уселись.

"Там была одна девушка. Она села рядом со мной. Все время хотела поговорить, задавала много вопросов. Я думаю, она пыталась флиртовать? И это сбивало с толку, и я не уверен... " Гарри густо покраснел, и у Марволо возникло плохое предчувствие по этому поводу. Это прозвучало так, как будто Гарри нуждался в совете о том, как справиться с влечением и своими отношениями с мисс Лавгуд, а Марволо не чувствовал себя уверенно ни в одной из этих областей.

"Ты не уверен?" подсказал Марволо. Даже чувствуя себя не в своей тарелке, это был его родительский долг. Он знал это и принимал все, что связано с отцовством.

"Я не уверен, почему я так отреагировал… и она симпатичная. Почему я должен думать, что она симпатичная, когда я влюблен в Луну? Влюблен ли я в Луну?" Гарри выглядел таким потерянным и сбитым с толку прямо сейчас, и Марволо не чувствовал, что он лучший человек, который мог бы помочь ему разобраться в мыслях, но лорда Блэка не было в Лондоне, даже не в Британии, так что ему пришлось это сделать.

"Я не могу утверждать, что у меня есть какой-либо опыт во всем этом. Но я думаю, что в любом случае мог бы вам помочь", - начал Марволо, складывая руки и наклоняясь вперед, уперев локти в колени. "Поправь меня, если я что-то не так пойму. Эта девушка заняла место рядом с тобой, и она пыталась флиртовать и продолжала пытаться вовлечь тебя в разговор?" Гарри кивнул, сделал глоток молока, но ничего не сказал. "Тебе было приятно? Ты был рад, что она проявила к тебе интерес?" Марволо довольно живо вспомнил те раздражающие часы, которые его одноклассники проводили, подтрунивая друг над другом из-за девочек, и у кого мог быть шанс привлечь внимание девушки и как они могли добиться этого внимания.

"Нет". Гарри звучал неуверенно. "Как только я понял, что она делает, я попытался заставить ее остановиться, притворившись поглощенным своей работой ". Очевидно, Гарри был уверен в этом. "Но другое... дело ..." Краснеющие подростки были отчасти очаровательны, но также сбивали с толку. Конечно, Марволо знал, что сексуальность вызывает много стыда и вины во многих слоях общества – как у маглов, так и у волшебников, – но это расстраивало, потому что это также усложняло его собственное положение.

"Я почти уверен, что если бы я позвал сюда Целителя Гринграсса и спросил его, он бы сказал вам, что у мальчиков-подростков довольно часто возникают подобные реакции практически без стимуляции или причины вообще". Гарри покраснел еще больше. "Нет причин предполагать, что ты не любишь мисс Лавгуд только потому, что девушка флиртовала с тобой, и у твоего тела была реакция, которую ты не мог контролировать".

Теперь Гарри покраснел и уставился на Марволо. "Знаешь, на самом деле это бесполезно", - он фыркнул, допил молоко из своей кружки и поставил ее на стол, где она тут же исчезла.

"Я говорил тебе, что я не силен в романтических отношениях. Ты мог бы поговорить со своим крестным отцом. У него гораздо больше опыта".

"Это нелегко из-за разницы во времени", - уныло ответил Гарри, теребя подол своего халата.

"Ты не сделал ничего плохого. Может быть, расскажи о своей девушке, чтобы заставить другую девушку отступить? И, если я правильно помню, ты увидишься с ней в субботу?" Ему нужно было поговорить с теми из его подписчиков, которые были родителями. Возможно, у них были для него еще какие-то подсказки о том, как обращаться с подростками и их проблемами.

"Да, мы встретимся у Тео. Я с нетерпением жду этого". Теперь Гарри улыбался. Возможно, отвлечение внимания было лучшим способом помочь его сыну обрести душевное спокойствие и заснуть.

"Как продвигался ваш проект по созданию макета для вашего проекта?" Марволо лишь мельком видел то, что Гарри установил в лаборатории зелий, но это показалось интересным.

"Да! Сработало довольно хорошо, но мне придется подождать, пока проявится картинка. Жаль, что я не могу принести в класс свои заметки по гербологии. Однако все примечания рядом с рисунками были бы проблемой. Нельзя рисковать, раскрывая магию. "

Далее их обсуждение перешло к Статуту секретности и к тому, какие преимущества и недостатки принесла с собой эта мера. Когда они, наконец, легли спать, Гарри казался спокойнее. Надеюсь, теперь он сможет заснуть.

оооООооо

Пятница, 5 июля 1996 г.

Мать его наследницы испекла очень вкусный торт. Его было приятно есть, и он хорошо сочетался с чаем, который ему предложили. Ксеркс был очень рад, что согласился с идеей Гермионы обучать ее в доме ее родителей. Это дало ему более безопасное погружение в современную маггловскую культуру. Или, скорее, британский вариант маггловской культуры. Мы надеемся, что это облегчит общение с родителями магглорожденных учеников его начальной школы.

В настоящее время они контактировали с довольно внушительным количеством новых возможных учеников, и некоторые реакции были довольно странными. К счастью, количество детей-волшебников, все еще находящихся в приемных семьях, почти упало до нуля. Не то чтобы Ксеркс тешил себя иллюзиями по поводу количества детей, вероятно, живущих в неидеальных условиях.

"Я собираюсь пойти в офис", - сказала Джин от двери, уже надев куртку, с улыбкой на лице. "Тебе что-нибудь нужно?"

"Нет, я думаю, у нас есть все, мам", - сказала Гермиона с улыбкой, поворачиваясь на своем месте, чтобы посмотреть на мать.

"Я вернусь поздно, дорогая. Надеюсь, урок прошел успешно". И с этим прощальным звонком она ушла.

"Итак, давайте начнем политическую дискуссию. У вас было время прочитать еще несколько файлов прошлых сессий Визенгамота?" Гермионе все еще нужно было многому научиться, чему другие ее уровня учились с пеленок. Она быстро училась, и это работало в ее пользу, но все еще многое предстояло усвоить.

"Да, я это сделала", - ответила Гермиона, заправляя прядь волос за ухо. "И у меня много вопросов о том, почему ковры-самолеты на самом деле были запрещены на британских островах. То, что написано в протоколах в качестве обоснования, кажется мне довольно бесполезным."

Ксерксес улыбнулась, у нее был такой аналитический склад ума. "Вы правы, заявления о том, что безопасность статута будет поставлена под угрозу, были выдвинуты на всеобщее обозрение, чтобы скрыть более приземленные и финансовые причины для их запрета". Ксерксес посмотрел на нее и прищурился. "Ты расстроена чем-то, что не связано с теневыми практиками в попытке защитить рынок метел в Британии. Что у тебя на уме, Гермиона?"

Девушка разочарованно зарычала, отчего брови Ксеркса удивленно поползли вверх. "Ты недавно читал "Пророк"? Эта газетенка, притворяющаяся газетой?" Ксерксесу оставалось только улыбнуться ее праведному гневу и диким движениям рук. "Этот ужасный Скитер написал ... оскорбительную статью!" Казалось, что Гермионе было трудно найти правильные слова, чтобы выразить то, что она хотела сказать.

"Вы имеете в виду статью о самом завидном холостяке?" Ксерксес придал последним трем словам забавный оттенок. Он был очень занят, читая статью.

"Да!" Подчеркнуто согласилась Гермиона, разворачиваясь с того места, где она начала расхаживать. "Это снисходительно! Подразумевается, что все женщины хотят выйти замуж за богатого, и что никто не может быть счастлив, если они не женаты! Куда она пойдет дальше? Утверждает, что Маркус и Гарри не в безопасности и не счастливы с лордом Слизерином? Она раздавила бы Гарри, если бы сделала что-то подобное! " Гермиона протопала к ближайшему креслу и позволила себе упасть в него со вздохом. "Она не имела права!"

"Я понимаю ваше разочарование. Но я боюсь, что здесь мало что можно сделать. Мисс Скитер не написала ничего неправильного, все фактически верно, и все предположения легко распознать именно так. Я согласен, что она действительно немного преувеличивала, но это ее обычный стиль и причина, по которой людям нравится читать то, что она пишет. Ксерксес слишком хорошо знал, какими были люди вроде Риты Скитер. У него была своя доля неприятностей сразу после Хэллоуина 1981 года.

"Это неправильно!" Гермиона в тот момент больше напоминала малыша, чем подростка.

"У публики своеобразный взгляд на то, что ей нужно знать. Людей, представляющих общественный интерес, называют так не без оснований. Каждый, кто достаточно хорошо известен, является фигурой, представляющей общественный интерес. Прежде всего, эти люди - игроки в квиддич, те немногие музыканты, которые у нас есть, члены богатых семей, члены Визенгамота… Я думаю, вы понимаете, что я пытаюсь сказать. Пока пресса держится подальше от преследования кого-либо или убийства персонажа, сделать особо нечего, и я думаю, позже, когда вы станете леди Лестрейндж в Визенгамоте, вам будет легче, если вы начнете принимать это и работать с этим, а не вести проигранную битву."

Она низко зарычала, и Ксерксес просто знал, что потребуется много времени, чтобы убедить Гермиону Грейнджер, Гриффиндорку, что есть вещи, с которыми нельзя бороться.

"Дорогая, человеческую природу не так-то легко изменить, если это вообще возможно. Может, я и стар, но я помню, насколько все актуально, когда ты подросток ". Фактически, эта срочность помогла Тому убедить Ксерксеса последовать за ним. "Я не думаю, что вы сможете изменить способ, которым мисс Скитер и другие пишут для тех, кто хочет читать подобную чушь. Но ты могла бы поработать и над другими вещами. Например, над все еще сохраняющимися предрассудками. Не становись Дон Кихотом, моя дорогая. Сначала попробуй достичь возможных целей, Гермиона. "

Глава 107 - Вполне нормальная

оооООооо

Довольно обычный

Суббота, 6 июля 1996 г.

"У тебя все есть?" Марволо спрашивал своих сыновей в десятый раз за это утро. По крайней мере, мне показалось, что в десятый. Он все еще не привык так волноваться. Быть родителем требовало большой адаптации. Даже после нескольких недель пребывания им. С Гарри в школе это было почему-то проще.

"Да, папа. У нас есть все". Гарри закатывал глаза, но при этом улыбался.

Прежде чем Марволо успел сказать что-то еще, Маркус начал скандировать "Вперед! Вперед!" и Марволо решил поступить именно так.

Он подошел к каминной полке и взял контейнер с летучим порошком, чтобы протянуть его Гарри, который также держал свою метлу. "Гарри, ты пойдешь первым, мы с Маркусом будем сразу за тобой, поэтому, пожалуйста, не задерживайся перед камином, когда закончишь. И если ты окажешься в другом месте, просто воспользуйся своим портключом и возвращайся домой. Еще есть вопросы?" Марволо почувствовал бы себя лучше, отправив своего сына через камин в одиночку, как только у него было бы немного больше практики.

"Нет, папа. Думаю, я знаю, что делать". Гарри взял щепотку порошка и подошел к камину, свободная льняная мантия развевалась вокруг его голеней. Он бросил порошок в пламя, окрасив его в зеленый цвет, шагнул внутрь и крикнул "Нотт Мэнор", исчезнув, когда он начал вращаться.

Чтобы дать Гарри время подойти и отойти в сторону, Марволо протянул Маркусу руку, прежде чем поставить горшок обратно на каминную полку. "У тебя есть какие-нибудь вопросы, Маркус?" В ответ он только покачал головой и почувствовал, как хватка сына на его руке усилилась. "Тогда держись поближе и не расставляй локти".

Мгновение спустя они вдвоем исчезли во вспышке зеленого света, быстро вращаясь на месте, мимо мелькали разные камины. Как только они замедлили ход, Марволо размеренным шагом вышел из каминной сети, поддерживая спотыкающегося Маркуса, и вошел в зал для приемов в стиле синей русалки в Нотт-Мэноре.

Гарри стоял у камина, весь в саже и увлеченный беседой с наследником Ноттов. "Ты хорошо выглядишь без очков! Что заставило тебя решиться на исцеление своих глаз?"

Легким движением свободной руки Марволо стер сажу с Маркуса и с себя, прежде чем повернуться к Гарри и привлечь внимание подростков, стерев сажу со своего старшего сына.

"Лорд Слизерин!" Теодор Нотт заметно вздрогнул, прежде чем поклонился немного глубже, чем было необходимо, как только он повернулся, чтобы посмотреть туда, где стоял Марволо.

"Наследник Нотт", - поприветствовал Марволо в ответ, склонив голову и ухмыляясь румянцу смущения на щеках подростка. "Я согласилась сопровождать Эйдена на вечеринку по случаю дня рождения, ты знаешь, где он?"

"Отец сказал, что они будут здесь с минуты на минуту, лорд Слизерин". Было до боли очевидно, насколько неловко чувствовал себя друг его сына, почти убегая и теребя пуговицы на своей мантии.

"Не ждите здесь из-за меня. Я почти уверен, что у вас есть другие гости, о которых вам нужно позаботиться". Гарри рассказал об ожидаемых детях только этим утром за завтраком. "Веселись, и я жду тебя к ужину, Гарри".

"Конечно, отец", - с улыбкой сказал Гарри, беря метлу на плечо. "Повеселись на вечеринке, Маркус. И поздравь своего друга с Днем рождения от меня".

Маркус только кивнул, высматривая Эйдена, который также был приглашен на вечеринку по случаю дня рождения.

Вскоре после того, как Тео и Гарри ушли к Бенджамину и маленькому Эйдену, появился мальчик, одетый в шорты и футболку – совсем как Маркус – с маленьким рюкзачком за спиной. "Ты уже здесь. Прости, что это заняло у нас так много времени, но Эйден настоял, чтобы мы упаковали подарок без магии, а ни у кого из нас нет большого опыта в этом ".

Изображение Бенджамина Нотта и его сына Эйдена, борющихся с оберточной бумагой и заклеивающим скотчем, почти заставило Марволо улыбнуться. Но это, вероятно, травмировало бы Бенджамина – Марволо нечасто улыбался во время последней войны – так что Марволо скрывал это.

"Итак, теперь все готово?" Спросил Марволо маленького мальчика, держащего своего приемного отца за руку.

"Да, сэр. Мы завернули подарок в действительно красивую бумагу. Бабочки порхают вокруг!"

"Звучит заманчиво. Если твой отец не против, я бы предложил нам уйти прямо сейчас. Вы оба, конечно, не хотите опоздать, не так ли?"

Его ответом было искреннее покачивание маленьких голов, и Эйден подошел, чтобы взять Марволо за руку. "Ты заберешь их позже?" Марволо адресовал свой вопрос Бенджамину. Они обо всем договорились заранее, но всегда было полезно проверить.

"Как мы и обсуждали, Марволо". Возникла небольшая пауза колебания, прежде чем Бенджамин использовал выбранное Марволо имя, но один за другим его Пожиратели Смерти освоились с изменившейся динамикой. "И если что-то помешает мне забрать наших детей, я пошлю эльфа сообщить тебе и организовать для них другой способ добраться домой".

Марволо планировал, что Флимм будет присматривать за Маркусом весь день – фактически, он приказал эльфу сделать это перед тем, как спуститься к завтраку, – так что в любом случае это не будет проблемой. Но планы на случай непредвиденных обстоятельств было полезно иметь.

"Крепко держите меня за руки, вы двое, и делайте глубокий вдох и выдох, когда я подам сигнал". Марволо проверил обоих мальчиков, прежде чем вызвать изображение переулка, в который они собирались аппарировать. Он проверил это место, как только Маркуса пригласили на вечеринку по случаю дня рождения одной из магглорожденных девочек из класса его сына.

"Сейчас". Когда мальчики начали выдыхать, Марволо повернулся на месте, крепко прижимая их к себе, концентрируясь на их цели, аппарировании в милую деревушку на севере Англии.

Как только они прибыли, потребовалось несколько минут – и по пустышке для желудка на каждого мальчика – чтобы смягчить последствия аппарирования, прежде чем они направились к дому с садом, украшенным гирляндами, воздушными шарами и лампионами. Звуки играющих детей также были очевидны.

Вскоре Марволо высадил двух маленьких волшебников в магловском доме в магловском районе. Это была странная ситуация. Но у матери именинницы была подруга, которая была ведьмой, так что группа учеников школы магии не осталась без компетентного надзора.

Улыбнувшись про себя, когда он без усилий подумал, что Гарри нахмурился бы от этой фразы, и исправил эту мысль, уточнив, что компетентный компетентен действовать в магической чрезвычайной ситуации, Марволо ушел обратно в переулок. Сегодня у него было много дел, детей надолго не было дома. Лучше приступай к делу.

ооОоо

"Ты избавился от этих уродливых очков!" - было первое, что сказал Драко, когда Гарри последовал за Тео из дома в сад.

Гарри рассмеялся и покачал головой. Поверь, Драко сделал такое почти гриффиндорско-дерзкое заявление, будучи при этом несносным мерзавцем. "Как тебе жизнь с младшей сестренкой, Малфой?" Поддразнил Гарри, ставя свою метлу рядом с остальными у стены дома. "Полагаю, твое поместье достаточно большое, чтобы в нем можно было заблудиться, поэтому она, вероятно, не будит тебя посреди ночи плачем, потому что голодна?"

"Мне повезло, что мы богаты. Ее комната достаточно далеко от моей. И ты знаешь, что есть заглушающие чары, которые можно наносить на стены, верно?" Драко ухмылялся от уха до уха, наслаждаясь их подшучиванием.

"Кто еще уже здесь?" Гарри спросил Тео, который стоял рядом с ними, забавляясь их остротами.

"Гермиона спустилась в сад с травами, спросила, может ли она посмотреть, что у нас там есть. Она хочет написать эссе о типичных садах волшебного дома для гербологии или что-то в этом роде ".

"Подожди," Гарри прервал своего друга, "Я думал, мы должны были написать эссе об одном растении и уходе за ним?" Он забыл часть их домашнего задания?

"Да. Она говорила что-то о работе с дополнительными зачетами?" Тео звучал не слишком уверенно, но это подошло бы Гермионе. Она, как правило, переусердствовала со своими усилиями в школе. это просто невозможно было отрицать. "Невилл тоже заинтересовался и пошел с ней. Луна где-то там". Тео махнул рукой в сторону того места, где, как знал Гарри, находилась совятня: "Она сказала что-то о каких-то чудищах, которых хотела прогнать?"

"Тогда я пойду поздороваюсь с ней", - решил Гарри, в конце концов, он не видел ее с поезда обратно в Лондон, и ему нужно было поговорить с ней об Эмили и ее настойчивом флирте, который действовал ему на нервы. Разговоры о его школьной девушке не сработали как сдерживающий фактор, на который Гарри надеялся.

"Конечно. Когда соберутся еще несколько человек, я бы хотел сыграть в квиддич, прежде чем будут торты и тому подобное", - сказал Тео, согласно кивая.

Не уверенный, стоит ли воспитывать Джинни, Гарри просто кивнул в знак согласия и отправился в совятню на поиски Луны. Вся ситуация с Тео, Джинни и их семьями была похожа на осиное гнездо. Не стоит тревожить его только ради любопытства.

Гарри не потребовалось много времени, чтобы найти свою девушку, сидящую на траве возле совятни, сова сидела у нее на коленях и позволяла себя гладить.

С улыбкой и нервными бабочками в животе Гарри подошел к Луне, очарованный светлыми прядями волос, танцующими на почти несуществующем ветру. В ней всегда было что-то волшебное.

"Привет!" - поздоровался он, оказавшись достаточно близко, и сел рядом с ней, скрестив ноги на манер портного.

"Гарри! Я скучала по тебе!" Луна придвинулась ближе к Гарри, сначала быстро чмокнув его в губы, а затем вернувшись для гораздо более продолжительного поцелуя.

"Я тоже по тебе скучал". Услышав, как запыхался его голос, Гарри покраснел, но он также был по-настоящему счастлив. Он действительно скучал по ней.

"Как проходит твой урок рисования? Ты ведь уже начал один, не так ли?" В типичной для Луны манере она снова обратила внимание на сову, почесывая голову, которая, казалось, была как раз в нужном месте.

Когда она не смотрела на него, говорить было намного легче. "Класс отличный. Учитель, Фил, много знает и может очень хорошо объяснить. Я решил нарисовать натюрморт с приготовленными и высушенными травами и вчера на протяжении всего урока пробовал разные макеты. И другие ученики в основном тоже милые. Я самый младший. Но есть одна девушка, Эмили, она действует мне на нервы. Гарри сглотнул. Почему он был склонен болтать, когда нервничал?

"Что она такого сделала, что так раздражает? Как ты думаешь, у нее могут быть проблемы с нарглами?" Луна не переставала гладить сову, но Гарри знал, что она внимательно слушала, даже когда казалась рассеянной.

"Она всегда флиртует со мной. И не останавливается, хотя я сказал, что у меня есть девушка. Это раздражает", - фыркнул Гарри, едва ли довольный таким объяснением. Тот факт, что ее духи и одежда, которую она решила надеть в пятницу, снова привлекли внимание его тела, сильно беспокоил его. Но он понятия не имел, как об этом поговорить. Все это было так неловко.

"Она красивая?" Спросила Луна, наклонив голову, как будто хотела лучше рассмотреть сову у себя на коленях.

"Эмили?" Луне снова и снова удавалось реагировать неожиданным образом, так что Гарри был сбит с толку и пытался решить, что он или кто-то другой назвал бы симпатичным. "Я полагаю? Она действительно старается хорошо выглядеть. Макияж, одежда и прочее. К чему клонила Луна? И была ли вообще какая-то причина для ее вопроса?

"Вы целовались?" Безмятежная улыбка почему-то сделала этот вопрос жутким. Почему Гарри снова захотел рассказать Луне об Эмили?

"Нет!? Зачем мне хотеть? Я ее даже не знаю! А ты моя девушка! Это было бы ... просто неправильно!" На мгновение Гарри с тоской вспомнил дни до Хогвартса. Жизнь у Дурслей была тяжелой и скучной, но предсказуемой. Это здесь сбивало с толку, ужасно сбивало с толку.

"Нет ничего плохого в том, чтобы посмотреть, Гарри. Или даже больше, если все согласны", Луна пожала плечами, все еще улыбаясь. Она подняла глаза и снова наклонила голову, как любопытный щенок. "Ты милый, Гарри. Я не сержусь из-за того, что делает Эмили. Не волнуйся так сильно. В комнате, где у тебя урок рисования, есть обломки?"

Это заставило Гарри рассмеяться и прижаться ближе к Луне, что привело к тому, что они довольно долго целовались.

ооОоо

"Где вы двое были?" Гермиона повернулась на своем месте за столиком на веранде – лимонад был очень хорошим, не слишком сладким и освежающе терпким, – когда Драко окликнул кого-то позади нее.

Когда она заметила Гарри и Луну, идущих к ним, держась за руки, она улыбнулась. Было так приятно видеть Гарри таким счастливым, наслаждающимся простыми вещами.

"Почему мы должны тебе рассказывать?" Озадаченно спросила Луна, прежде чем сесть к Гарри на колени, как только он устроился на одном из свободных стульев.

"Мы сейчас будем играть в квиддич?" Спросил Гарри, очевидно, пытаясь сменить тему. Но так не годилось. Или, ну, Гермиона тоже хотела сменить тему, но на что-то серьезное, а не на эту глупую игру.

"Вы читали ту ужасную статью, которую женщина Скитер опубликовала несколько дней назад?" Даже после того, как у нее было время подумать над статьей – принимая во внимание все, что сказал дядя Ксеркс, – она все еще злилась каждый раз, когда думала об этом. Она хотела действовать, и действовать, не заручившись поддержкой Гарри, было бы неправильно. Он был тронут. Она не должна действовать без его одобрения.

Гарри закатил глаза, что заставило Гермиону ощетиниться. Почему он не мог отнестись к этому серьезно? "Да, я это видел. Отец был недоволен, но она не солгала. И я знаю, что ты помнишь условия ее соглашения с тобой. Она его не нарушала. Мы ничего не выиграем, если разозлимся из-за этого. "

"Гарри!" Почему он всегда был таким противоречивым? "Я тебе не верю! Эта статья тебя не разозлила? Она все еще тебя не злит? Может, она и не лжет, но она спекулирует до совершенно необоснованной степени. Мы не можем позволить ей выйти сухой из воды! "

"Какое соглашение?" Тео задал вопрос с того места, где он сидел рядом с Драко, прервав его прежде, чем Гарри смог отреагировать на вопрос Гермионы.

"На самом деле это не важно, Тео". Гарри отмахнулся от этого вопроса, внезапно серьезно взглянув на Гермиону. "Ты видела те женские журналы, в которых публикуются сплетни, как в моем еженедельнике. То, что написала Скитер, не сильно отличается от того, что пишут о знаменитостях в любой точке мира. И они, как правило, еще больше перегибают палку. Пожалуйста, вам не нужно обижаться за нас. "

В своем расстройстве – почему Гарри был таким тупым в таких вещах? – Гермиона вскинула руки, едва удерживаясь от того, чтобы схватиться за собственные волосы, которые испортили бы ее прическу. "Но она проецирует вредные предрассудки и ожидания общества с помощью этого мусора! Разве ты не видишь весь вред, который она наносит, сочиняя эту чушь?"

К замешательству Гермионы, Гарри ущипнул себя за переносицу, напоминая профессора Снейпа, прежде чем глубоко вздохнуть и открыть глаза. В тот момент, когда он начал говорить, Гермиона почувствовала, как растет ее разочарование от его тона. "Вы не измените предрассудки, оказывая давление на одного журналиста. Даже в таком маленьком сообществе, как наше. Ты знаешь, что людям не нравится, когда им говорят, что то, что они делают, неправильно. Я вижу это по твоим глазам, Гермиона, тебе не нравится, что я, кажется, не согласен. Я прав?"

Гермиона прищурилась. Затем она фыркнула, закрыв глаза. Гарри был прав, но это было так ... неприятно. "Извини, я ненадолго, пожалуйста". Гермиона встала и ушла, чтобы обдумать свой подход к этой проблеме. Прежде чем она оказалась за пределами слышимости, она услышала вопрос Теодора. "Серьезно, Гарри, какое соглашение?"

Она ускорила шаг и направилась к красивой скамейке, стоявшей возле сада с травами. Остальные, вероятно, держались бы подальше от этого места, давая ей время, необходимое, чтобы успокоиться и придумать план.

Для начала будет достаточно одного предварительного.

оооООооо

Один из эльфов сообщил Бенджамину, что в приемной его ждут двое посетителей, поэтому Бенджамин направлялся туда, чтобы поприветствовать своих посетителей. Вероятно, еще кто-то из школьных друзей Тео. Он пригласил довольно многих из них, и Бенджамин был счастлив, что круг друзей его сына расширился за последний год.

Когда он добрался до комнаты, он был удивлен, увидев Артура Уизли, стоящего там со своей единственной дочерью прямо рядом с ним. Девушка, казалось, вибрировала от напряжения и предвкушения, почти настолько, что могла воспарить над землей. Бенджамин на самом деле не был уверен, было ли хорошей идеей для них двоих вступать в отношения, но, поскольку они были подростками, ожидалось определенное количество экспериментов и импульсивных решений.

Не то чтобы это знание подростков и их выходок помогало ему сохранять спокойствие и вести себя разумно в этой ситуации.

"Мистер Уизли, добро пожаловать в мой дом. Должен ли я предположить, что ваша дочь здесь по приглашению Теодора?" Напомнив себе быть вежливым, поскольку Тео заявил, что в настоящее время он заинтересован в женитьбе на мисс Уизли, как только они оба закончат свое образование – как бы серьезно он ни говорил, вероятность того, что это изменится, была высока – Бенджамин улыбнулся и подождал ответа другого волшебника.

"Совершенно верно, лорд Нотт. Я здесь, потому что моя жена настояла, чтобы я убедился, что Джинни знает, чего от нее ожидают". И Бенджамин, как ведущий, остался недосказанным. "И договориться о времени, когда я вернусь, чтобы забрать ее. Она также хотела убедиться, что Джинни не одна с мальчиками ". Бенджамин сдержал улыбку, когда увидел, как мистер Уизли закатил глаза.

"Гермиона Грейнджер и Луна Лавгуд уже здесь. А сестры Гринграсс могут приехать позже. Тео назвал мне весь список друзей, которых он пригласил, но, к своему стыду, я не помню их всех." Интересно видеть, что миссис Уизли настаивала на следовании одной из старейших традиций чистокровных, но только ради своей дочери, насколько мог видеть Бенджамин. "Ты можешь заехать за своей дочерью перед ужином".

"Звучит разумно", - сказал мистер Уизли, кивая своей дочери, которая присела в реверансе перед Бенджамином, прежде чем умчаться в сад, по крайней мере, так предположил Бенджамин.

"Я сожалею о ее поведении", - раздраженно сказал мистер Уизли.

"Нет причин для беспокойства. Тео нервничал все время, с тех пор как дети вернулись из Хогвартса. Я уверен, что они ждали этих выходных. Должно быть, казалось, что прошла вечность ". Бенджамин знал, каково это - долгое время не видеть свою любовь. Время от времени он все еще чувствовал свою потерю, как будто это произошло всего несколько дней назад, а не лет.

"Возможно". Мистер Уизли вздохнул. "Я вернусь, чтобы забрать ее".

"Тогда увидимся", - кивнул Бенджамин и подождал, пока пламя не станет обычным красным из-за зеленого оттенка, вызванного летучим порошком, прежде чем развернуться на каблуках и вернуться в свой кабинет. Его, вероятно, снова прервали бы, но нужно было прочитать письма и написать ответы.

оооООооо

"Как долго мы хотим ждать, пока не сыграем в квиддич?" Спросил Драко после того, как Гермиона убежала, а Гарри – в очередной раз - отказался объяснить, на какое соглашение он намекал. Лимонад был великолепен, но Драко пришел не за тем, чтобы сидеть здесь и разговаривать. Он хотел летать и играть.

"Я полагаю, пока здесь не соберется достаточно людей?" Сказал Невилл, пожимая плечами. "Я не притронусь к метле. И я думаю, что Гермиона тоже не в состоянии летать. Итак, остаются Гарри и Луна, а также ты, Драко и Тео… Что, сыграли бы вы двое против двоих?"

"Мы могли бы сыграть одного охотника и вратаря друг против друга. Или двух охотников без вратаря. Я хочу поиграть!" Драко знал, что он ноет, но он действительно с нетерпением ждал полета и не хотел больше ждать.

"Мы могли бы". Гарри согласился, бросив взгляд туда, где Тео играл с маленьким, тонким куском дерева. "Что ты думаешь, Тео?"

"Ху?" Тео поднял глаза, явно не понимая, о чем его спросил Гарри.

"Как ты относишься к игре двое против двоих, пока не придут остальные? Ты не знаешь, Джинни и остальные скоро будут здесь?" Спросил Гарри, и Драко закатил глаза. они могли просто играть, зачем они разговаривали?

"Понятия не имею, когда они будут здесь. Но все еще есть шанс, что она будет здесь ". Тео поднял маленький кусочек дерева, с которым он возился. "Я попросил отца зачаровать для меня два кусочка. Я вложил один в письмо для Джинни и попросил ее сломать его, если ее родители откажутся позволить ей приехать ". Он поднял свой кусочек. "Мой тоже сломался бы. Но он все еще цел."

— Значит, ты хочешь ждать и ничего не делать, пока не приедет твоя девушка? — раздражённо простонал Драко. — Почему вы, романтики, такие жалкие?

Гарри хватило наглости рассмеяться, но возмущение Драко быстро сменилось ужасом, когда в его зелёных глазах появился опасный блеск. «И когда же ты присоединишься к рядам влюблённых глупцов, Драко? Я уверен, что Пэнси была бы рада помочь».

Прежде чем Драко смог придумать хороший ответ на этот вопрос, человек выбежал из дома и набросился на Тео. У человека были рыжие волосы, и Драко был почти уверен, что это должна была быть девочка Уизли.

"Хорошо, давайте начнем играть!" Драко встал и хлопнул в ладоши. Если бы он уже не заставил остальных начать, до игры могло бы и не дойти. "Хорошо! Гарри и я против Тео и Джинни. Или ты хочешь поиграть, Луна?"

"Нет, все в порядке. Мне больше нравится смотреть, чем играть". Она даже не посмотрела на него. Та девушка была странной, но она была девушкой Гарри, а не его, так почему он должен жаловаться?

"И мы сможем поменяться местами через некоторое время". Джинни согласилась, ее щеки покраснели. "Могу я одолжить метлу? Я ее не взяла".

"Можешь взять один из моих. Давайте перейдем к делу". На самом деле поле было не таким, как в их поместье, или как в поместье Поттеров, скорее это был большой участок относительно ровной травы. Но этого было достаточно для игры с несколькими друзьями.

Смеясь и оживленно разговаривая, все – за исключением Грейнджер, которая все еще дулась – вышли на поле через несколько минут. Возможно, это будет отличный день.

И, возможно, Драко удалось бы выяснить, в чем именно заключалось соглашение между Скитер и Грейнджер. Вероятно, это было как-то связано со статьями во время фиаско турнира, и, возможно, что-то с качествами жука, которыми обладала ведьма.

На самом деле ему было все равно, так или иначе – ему просто было любопытно – Драко занял место охотника в своей команде и взмыл в воздух на своей метле, волосы развевались по ветру, он издавал радостный возглас.

оооООооо

Был полдень, когда Билл аппарировал в Гриффин-хаус, где Марволо предложил им встретиться, чтобы начать подготовку и планирование.

В то время как всё, что было до этого, было волнующим и выходящим за рамки нормального даже для разрушителя проклятий, извлечение части души из живого существа было гораздо более пугающим. То, что живым существом в данном случае был человек, ребёнок, которого Билл знал и которому симпатизировал, делало ситуацию ещё хуже.

Дверь открыл эльф, которого Билл раньше не видел. Он поклонился, как, по-видимому, было принято, и быстро пошёл вперёд, опережая Билла и ведя его в кабинет, которым обычно пользовался Марволо. Первое, что Билл заметил, войдя в кабинет, — это стол, заваленный бумагами, письмами и книгами. Как только он устроился в одном из кресел для посетителей, стало ясно, что ничего из того, что лежало на столе, не имело отношения к ритуалу, над которым они работали, или к крестражам. Это больше походило на книги о законах и управлении имуществом, а также на множество писем с обычными разговорами, приглашениями, деловыми предложениями и тому подобным.

"Кто этот эльф? Видел ли я его раньше?" Билл действительно не был уверен, он не обращал особого внимания на домашних эльфов, когда вступал с ними в контакт, что обычно случалось не так уж часто.

"Его зовут Белена, он мой личный эльф, и я понятия не имею, встречались ли вы раньше", - сказал Марволо, размашисто написав последнее слово на листе пергамента, прежде чем поднять глаза. "Привет, Билл. Спасибо, что пришел".

"Ты знаешь, что я хочу помочь. Почему я не должен приходить, когда ты просишь меня о помощи?" Билл пожал плечами. "Для чего именно тебе сейчас нужна моя помощь? Я не эксперт в законах или чем-то подобном из высшего общества… ". Билл указал на беспорядок на столе, вопросительно наклонив голову. "Даже не намечается дата, которая, я думаю, была бы особенно полезна для этого ритуала". Биллу не хотелось по-настоящему говорить вслух о том, что им придется сделать, в надежде убрать из Гарри что-то такое, чему не было места в нем застрять.

«В этом месяце у нас голубая луна, Билл. Мы решили, что день силы слишком опасен, потому что он слишком силён, но любой обычный день может оказаться слишком слабым. Второе полнолуние за месяц случается не так уж часто, но и не является чем-то из ряда вон выходящим. Я знаю, что это значит, что у нас будет мало времени, чтобы подготовить всё необходимое. Но мне не нравится оставлять хоркрукс там, где он есть, дольше, чем необходимо». А поскольку Гарри большую часть года проводит в школе, возможности и так выпадают редко. Марволо вздохнул и взмахнул рукой, приводя беспорядочные стопки в подобие запланированного беспорядка, а не хаоса.

«Голубая луна… да, это может сработать. Когда она будет? 30-го, верно? Значит, у нас есть больше трёх недель на подготовку. Думаю, этого достаточно. Мы пришли в место, где можем провести ритуал должным образом, но, возможно, нам стоит изменить некоторые параметры окружающей среды».

Билл поморщился, потому что это прозвучало слишком высокомерно и по-медицински. Он провёл рукой по лицу и глубоко вздохнул.

— Что, например? — Марволо откинулся на спинку стула, и его голос звучал не очень уверенно.

"На сцене появился еще один целитель, так что для начала есть один для тебя и один для Гарри", - сказал Билл без малейшего колебания. "Я думаю, что использовать ритуальную комнату Малфоев - хорошая идея, после того как ее еще раз уберут. Она очень хорошо сделана ". Затем Билл замолчал, когда на ум пришли вещи, которые требовали сортировки, но были довольно ужасными для размышления.

"Я также должен подготовиться к тому, что ритуал пойдет не так ... тебе так не кажется?"

Недовольный тем, что его опасения были высказаны вслух, Билл бросил на Марволо мрачный взгляд. "Если ты боишься, что что-то может пойти не так сейчас, тебе следовало опасаться, что что-то пойдет не так раньше, когда ты несколько раз проводил один и тот же ритуал в экспериментальной форме, Марволо".

Теперь Марволо пожал плечами. "Может быть, потому, что мне не хватало нескольких кусочков моей души, когда я начинал экспериментировать? Это последний кусочек, и он действительно маленький. Может быть, я снова стал почти нормальным? Тот факт, что я теперь также несу ответственность за двоих детей, один из которых еще совсем маленький, возможно, изменил мое восприятие вещей. "

Билл склонил голову, признавая правоту.

"Итак, обновляешь свое завещание?" Билл поморщился, это прозвучало так плохо. "Или, может быть, найдешь другой способ? Тот, который не рискует твоей жизнью? Мы могли бы включить в круг еще несколько последовательностей рун, чтобы защитить тебя ". Эта идея имела свои достоинства и заставила Билла задуматься о возможных способах сделать это, не рискуя целостностью круга.

"Звучит как разумная мера предосторожности. А также второй целитель. Мне нужно посмотреть, кто может быть доступен и способен, а также желает помочь. Есть предложения?" Марволо вытащил пустой лист пергамента и снова взялся за перо, начиная составлять что-то похожее на список заданий.

"Что насчет целителя, который работает в больнице Святого Мунго экспертом по последствиям темной магии? Я знаю, что он действительно хорош, он помог многим знакомым мне разрушителям проклятий. И разве он не работал с Дамблдором после того, как был подвергнут тому уникальному проклятию в прошлом году? Билл предложил в качестве варианта.

"Как ты думаешь, ему можно доверять? Я почти уверен, что то, что мы планируем сделать, на самом деле нелегально, хотя я также почти уверен, что это тоже не совсем незаконно. Я бы предпочел не разрушать жизни своих сыновей и себя, потому что на данном этапе я привлекаю кого-то нового ". Билл прищурился, в глазах Марволо мелькнул слабый огонек, указывающий на скрытое веселье. Они провели много времени вместе.

"Да, - медленно ответил Билл, пытаясь разгадать, что же так развеселило Марволо, - он доказал, что ему можно доверять".

"Это хорошо". Теперь Марволо ухмылялся, а когда Билл разочарованно зарычал, у него хватило наглости усмехнуться. "Оставь это, Билл. Я почти уверен, что ты не захочешь этого знать. Билл раздраженно вздохнул, но промолчал. У Марволо было прошлое – опасное, темное, кровожадное прошлое – и Билл действительно не хотел знать слишком много подробностей.

"Итак, два целителя, свежеубранная ритуальная комната, переработанное Завещание… что еще нужно сделать?" Билл попытался вернуть разговор к теме.

"Мне нужно найти кого-нибудь, кто присмотрел бы за Маркусом несколько дней. Я думаю, что и Гарри, и мне, вероятно, нужно будет отдохнуть после того, как мы закончим. Может быть, я спрошу Бенджамина, можно ли Маркусу остаться с ночевкой у Эйдена. Перо заскользило по пергаменту, добавляя еще один пункт в список.

"Намерены ли вы сообщить мадам Боунс о возможном риске ее ..." Билл не мог говорить на этом, возможно, это было суеверием, но говорить о том, что нужно было сделать, если ритуал пошел не так, не входило в обязанности тех, кто принимал участие в подготовке. Просто не повезло, и поэтому ничего не было сделано.

"Я не уверен ... может быть, в общих чертах? Что я намерен обратить вспять то, что все еще представляет опасность, и что я не хочу вовлекать в это ненужных людей. Я также попросил бы вас прочитать мой первый черновик книги. Мне нужны отзывы о подаче информации, и если они не слишком предвзяты. Я хочу, чтобы это послужило сдерживающим фактором, предоставив всю информацию, которой у меня не было. Но я не беспристрастен, и я знаю, что у вас достаточно знаний, чтобы адекватно оценивать содержание, а также вы достаточно стабильны и обоснованны, чтобы не поддаваться искушению."

Биллу потребовалось мгновение, чтобы заметить, что Марволо протягивает ему стопку неплотно переплетенных кусочков пергамента. Выслушав смешанный комплимент, Билл взял черновик у Марволо и посмотрел на первую страницу, на которой были указаны только имя автора и название – с пометкой "рабочий черновик" – и Том Марволо Риддл, лорд Марволо Слизерин, также известный как лорд Волан-де-Морт был отмечен как автор. "Это тщательно", - это все, что смог сказать Билл, все еще слишком потрясенный, чтобы сказать что-то еще.

"Я хотел предоставить некоторый контекст. Также есть довольно личное введение. Порядок следования может показаться нелогичным, но я планирую сделать его таким, чтобы читатель не мог перескочить вперед, не прочитав каждую страницу. Таким образом, все сдерживающие факторы и вся важная информация о побочных эффектах не могут быть пропущены до того, как вы дойдете до информации о том, как создавать крестражи. " Марволо казался странно спокойным по поводу всего этого, в то время как Биллу было интересно, что бы сказала его мать, если бы увидела, что он читает что-то подобное.

"Вы можете писать на полях, отмечать слова, все, что вам нужно, чтобы выразить свою точку зрения. Это дополнительная копия. Я заколдовал ее, чтобы она была нечитаемой для тех, кто не получил ее непосредственно из моих рук. Я не хочу втягивать тебя в неприятности."

"Спасибо", - это все, что можно было сказать на это. "Ты хочешь составить план подготовки, например, отработать весь ритуал и его этапы?" Билл действительно чувствовал, что они почувствовали бы себя лучше во всей ситуации, если бы были уверены в шагах и уверены в том, что сделали все возможное при подготовке.

"Давайте сделаем это", - согласился Марволо, беря другой лист пергамента, чтобы составить расписание.

оооООооо

Среда, 10 июля

За пределами домика, в котором жил Чарли, бушевала летняя гроза, и Рон сложил письмо, которое Гарри отправил с Хедвиг несколько дней назад, обратно в его первоначальную форму. Это было длинное письмо, в котором выражалась радость по поводу внезапной удачи Рона в возможности навестить своего брата, подробно обсуждалась новая одержимость Гермионы Ритой Скитер и ее склонность к преувеличениям, а за всем этим стояла надежда, что у них будет время поиграть вместе в квиддич, когда Рон вернется в Англию.

Он чувствовал себя неловко из-за того, что разрушил планы, которые они составили в поезде, и из-за того, что не написал раньше. Итак, он достал чернильницу Чарли и одно из перьев – оно выглядело так, будто обгорело по краям – и начал писать письмо своему другу.

Привет, Гарри,

Извини, что отнял так много времени. Здесь так интересно! Чарли не подпускал меня слишком близко к драконам. Не так близко, как ты был, когда пытался достать то яйцо. Но все же ближе, чем сидеть на этих трибунах, оставь меня в покое. И они огромны! Я должен сказать тебе, это здорово, что папа убедил маму отпустить меня. Ты ее знаешь. Она не подумала, что для меня было бы хорошей идеей быть здесь.

Мне нравятся люди здесь. Они такие непринужденные и покладистые. Не такие заносчивые придурки, как люди, с которыми работает Перси. Забавно, что почти все они носят короткие волосы или даже бреются наголо. Даже ведьмы! Я думаю, опасность поджечь волосы рядом с драконами или их яйцами делает этот выбор лучшим. У некоторых длинные волосы, но они заплетены в косу очень близко к голове. Это выглядит довольно аккуратно. Как вы думаете, мне бы это подошло? Но мне пришлось бы отрастить волосы… зелье сработало бы. Интересно, почему у Снейпа длинные волосы, хотя он всегда работает с огнем и дымом. И даже не завязаны сзади. Вы можете представить Гермиону с очень короткими волосами?

Если мне повезет, я смогу остаться еще на две недели. В настоящее время погода ужасная, гроза с громом и проливным дождем вынуждает нас оставаться внутри. Даже драконы спрятались, чтобы переждать непогоду снаружи. Но домик отличный. Здесь есть двухъярусные кровати и небольшой камин, сложенный из камней, которые вы можете найти повсюду. Дождь барабанит в окна. Я думаю, они бы сломались, если бы на них не было заклинания, предотвращающего это.

На следующей неделе ожидается вылупление кладки брошенных яиц. Сначала я не был уверен, хочу ли приближаться к этим мини-зверям. Ты помнишь Норберта? Дракончики-это все еще драконы, на мой вкус, у них слишком много острых зубов. Но здешние укротители драконов знают, что делают. Больше, чем Хагрид. Во-первых, они строят свои хижины только из камня и специально обработанного дерева, которое снаружи покрыто камнем. Здесь ничто не может гореть.

Нет, это не совсем верно, почти все деревья сильно обгорели. Я думаю, это то, что происходит, когда вокруг растут драконы.

Это место такое большое, что нам нужно использовать метлы, чтобы добраться из одной точки в другую. Думаю, я мог бы сделать что-то подобное, если мне не удастся попасть в команду по квиддичу. Как ты думаешь, будут ли скауты команд на наших играх в следующем году? Было бы просто здорово получить такую возможность! Думаешь, ты сыграешь снова? Может быть, против Хаффлпаффа? Я думаю, что пока вы не играете в seeker против нас, я думаю, вам обязательно стоит поиграть!

У Чарли закончился ужин, так что я заканчиваю. Придется подождать улучшения погоды, прежде чем я смогу отправить это письмо. Надеюсь, ваши каникулы пройдут так же весело, как и мои!

До встречи!

Рон

Отложив письмо, чтобы чернила, надеюсь, высохли, Рон пошел есть яичницу с сосисками, приготовленную Чарли. Он был ужасно голоден!

оооООооо

Среда, 17 июля 1996 г.

Это было одно из тех долгих и скучных занятий, невероятно утомительных. Марволо был рад, что все закончилось, и, судя по тому, как Гарри расправил плечи, когда они оба встали со слизеринского места – Гарри предпочел сесть с Марволо и позволить мужчине объяснить, вместо того, чтобы сидеть на месте Поттера и писать отчет позже – и они перешли к почти обязательному общению после сеанса.

— Можно я подойду и немного поговорю с Невиллом? — спросил Гарри, стоя рядом с Марволо, как подобает воспитанным людям. Он многому научился с тех пор, как Марволо взял Гарри под свою опеку.

"Конечно. Не покидайте окрестности. Будьте готовы скоро уехать. Я не думаю, что мы останемся здесь надолго ". Марволо дал свое разрешение, улыбаясь, и его зачарованные глаза – вернет ли последний ритуал им прежний красный цвет? – обыскивает комнату в поисках Амелии. Он хотел поговорить с ней.

— Спасибо, пап, — прошептал Гарри, уже направляясь к своему другу, который стоял рядом с бабушкой.

Через несколько мгновений Марволо заметил, что Амелия разговаривает с Корнелиусом и несколькими другими главами департаментов. Кивнув нескольким из них, проходя мимо, Марволо направился к ней и, поймав её взгляд, попросил о разговоре.

Когда она почти незаметно кивнула, Марволо слегка изменил направление, чтобы подойти к более уединённому месту. На этот раз он установит чары приватности. Хотя он и не планировал делать слишком очевидные заявления там, где их могут увидеть или услышать другие.

— Ты выглядела так, будто тебе смертельно скучно. Если бы не твой сын, сидящий рядом с тобой, я почти уверена, что ты бы задремала, как лорд Огден, — сказала Амелия, подойдя к Марволо.

Марволо усмехнулся, добавив, что идея с заклинанием для спинки кресла была хорошей, а затем покачал головой. «Что ж, это определённо было не самое захватывающее заклинание».

— О чём ты хочешь поговорить? Ты бы не стал так утруждаться, — Амелия взмахнула рукой, указывая на чары приватности, которые поднял Марволо, — если бы хотел договориться о встрече с Маркусом и со мной.

"Верно. Я хотел сообщить тебе, что собираюсь скорректировать свое Завещание, чтобы позаботиться о том, чтобы ты был единственным, кто сохранит наследство Маркуса в доверительном управлении до его совершеннолетия, если со мной что-то случится. "На самом деле Марволо уже закончил эти части подготовки к финальному ритуалу извлечения крестражей. "Вдовствующая Лонгботтом сделает то же самое для Гарри".

"С чего вдруг такое беспокойство по поводу того, что с тобой что-то происходит, Марволо? Ты на самом деле не старый. И хотя у тебя может быть довольно большое количество возможных врагов, ты также один из самых опытных дуэлянтов из ныне живущих. Ты можешь защитить себя. Ее глаза сузились. "Ты планируешь что-то глупое?"

Марволо выдал ей свой лучший вопрос "кто-я?" посмотри, прежде чем ответить. "Здесь еще есть кое-какие вещи, о которых мне нужно позаботиться. И нет, я не могу впустить больше людей, чтобы сделать это безопаснее. И да, я дам вам знать, как только закончу с тем, что мне нужно сделать, и если вы сможете оказать помощь. "

Амелия фыркнула и закатила глаза. "У меня такое чувство, что на самом деле я не хочу знать больше. Поэтому единственное, что мне остается сделать, это пожелать тебе удачи. Будь осторожен и получи как можно больше помощи. Пообещай мне это. Ты нужен Маркусу и Гарри. - Она положила руку ему на плечо, подчеркивая свою точку зрения.

Марволо положил свою руку поверх ее и сжал, прежде чем позволить своей руке упасть. "Я обещаю".

Они расстались, не обменявшись больше ни словом, зная, что в данный момент это было бы бессмысленно.

Марволо забрал своего сына, лишь коротко поприветствовав вдовствующую герцогиню Лонгботтом и наследника Лонгботтомов, прежде чем выйти и направиться в фойе, где они планировали воспользоваться камином, чтобы добраться домой.

Гарри нужно было больше практиковаться в этом способе передвижения.

"Лорд Слизерин! Уделите, пожалуйста, минутку вашего времени!"

Глубоко вздохнув, Марволо приготовился к атаке вопросов, которых он ожидал от Риты Скитер. Он тренировался к этому с помощью Люциуса. Он прошел бы через это с достоинством и без потери ее расположения.

"Сохраняй спокойствие и позволь мне ответить на ее вопросы, Гарри", - сказал Марволо, прежде чем поднять свои окклюменционные щиты на полную мощность и повернуться лицом к безжалостной репортерше Рите Скитер, чтобы ответить на вопросы. Спокойно и с достоинством.

Глава 108 - Однажды в голубой луне

оооООооо

Однажды в Голубой Луне

Среда, 17 июля 1996 г.

"У меня действительно есть несколько минут, мисс Скитер", - сказал Марволо с улыбкой, лишенной теплоты, но полной профессионализма.

"Спасибо", - сказала она с улыбкой, яркой, как люмос, но в то же время полной профессионализма. Пока Марволо готовила свой блокнот и перо, она заметила, как сотрудники Министерства и участники заседания Визенгамота остановились вокруг них. Некоторые из них были менее чем незаметны в том, как они останавливались в пределах слышимости.

"Планируете ли вы в ближайшее время выйти замуж? Собираются ли одинокие ведьмы потерять самого завидного жениха, прежде чем они сами смогут за ним ухаживать?" Скитер напоминала акулу, почуявшую кровь в воде.

"Я не планирую жениться. И до сих пор несколько человек заигрывали", - ответил Марволо, вспомнив множество флиртующих людей на всех мероприятиях в честь Рождества.

"Ты не планируешь жениться? Почему бы и нет? Ты еще молод, и у тебя двое сыновей, которым, безусловно, пошло бы на пользу присутствие женщины в их жизни!" Кивки вокруг ясно показывали, что большинство зрителей согласны с этой оценкой. Иногда общество утомляло.

"Генри большую часть года проводит в Хогвартсе, где он регулярно общается с профессорами, включая ведьм. Я нанимаю няню для Маркуса, у которого также есть несколько учительниц в школе. Нет причин жениться только для того, чтобы дать моим сыновьям женское присутствие в их жизни ". На самом деле, это была одна из самых глупых причин жениться, которые Марволо мог себе представить.

"А как насчет твоих собственных потребностей? Оставаться одиноким - не самое счастливое, что может быть для волшебника!" Скитер, казалось, была вполне убеждена, что говорила правду, и Марволо теперь лучше понимал, почему Амелия решила просто оставить в силе предположение, что она все еще оплакивает свою семью, посвящая себя магическому праву и своей племяннице.

"Я не один, мисс Скитер. У меня есть друзья и семья. И прежде чем вы заявите, что ни один волшебник не может быть счастлив без жены или другой спутницы жизни, я хочу спросить вас, задали бы вы вдовцу те же вопросы? Марволо был почти уверен, что он асексуал. Человеческая форма просто не представляла для него интереса. Мадам Гойл дала ему литературу о других формах сексуального влечения – читать было интересно, но для него ничего не казалось по–настоящему значимым - и казалось, что в этом аспекте человеческой жизни много слоев и у него есть шанс найти романтическое увлечение. Не то чтобы он был уверен, что хочет влюбиться, или что он не хотел влюбляться.

Скитер, казалось, на мгновение запнулся, и Марволо воспользовался шансом, улыбнулся, на этот раз добрее – по крайней мере, он был добр, – пытаясь закончить это импровизированное интервью прямо на этом. "Я наткнулся неподготовленным на это проклятие, мисс Скитер, я не хочу повторять ошибку, бросаясь очертя голову во что-то неизвестное. Я лорд Слизерин, а не Гриффиндор." Эта последняя строчка вызвала много смеха и разрядку напряжения, что позволило ему изобразить поклон, повернуться, обнять Гарри за плечи и начать уходить.

"Это была шутка?" Гарри спросил почти шепотом.

"Я уверен, Люциус доволен тем, что это так хорошо сработало. Это была его идея ". На самом деле было довольно много шуток, на подготовке которых настоял Люциус. Марволо практиковал их снова и снова, пока они снова не стали казаться естественными и спонтанными.

Гарри усмехнулся. "Нам нужно поторопиться, или я опоздаю на урок".

Кивнув, Марволо согласился, взяв щепотку летучего порошка. "Я аппарирую тебя туда. Это быстрее, чем ждать водителя. Ты успеешь".

оооООооо

Воскресенье, 21 июля 1996 г.

День был солнечный, и Драко был по-настоящему счастлив, что получил вечеринку в честь дня рождения своей мечты. Поскольку его день рождения пришелся на то время, когда все они сдавали экзамены OWL, ни у кого не было настроения устраивать вечеринку. Это убедило его родителей разрешить вечеринку только с его друзьями, играми и вкусной едой, без взрослых и их политики.

Это было здорово!

Подойдя к буфету, чтобы взять себе еще кусочек превосходного шоколадного торта, Драко заметил Гарри, который просто стоял там, держа стакан красноватого лимонада, и немного задумчиво улыбался. Или печально? Драко не был уверен, но выяснит. "От кого ты прячешься? Малыши здесь не для того, чтобы требовать, чтобы ты играл в дракона". Эту историю рассказывали повсюду в школе после той вечеринки. И одним из преимуществ присутствия здесь только его собственных друзей было то, что здесь не было маленьких детей, как это обычно бывает на летних вечеринках.

Гарри вздохнул, склоняясь к тому, чтобы грустить. «Я знаю. Но девочки пристают ко мне, требуют, чтобы я помог им полностью преобразиться. Что-то насчёт того, что когда я избавлюсь от очков, мне нужно будет что-то сделать со своими волосами. Я не стал дожидаться, чтобы узнать, что ещё они хотят сделать. С Асторией нужно считаться!»

Драко разделил смешок по этому поводу.

Но то, что он прятался от девочек и планировал преображение, не объясняло странного выражения на лице Гарри. На мгновение любопытство Драко взяло верх над здравым смыслом и воспитанием, которое он получил как наследник Слизерина. Затем он решил сменить тему.

"Когда ты планируешь устроить свой собственный день рождения? В свой настоящий день рождения? Я думаю, ты не можешь выбросить своего младшего брата из игры? Я думаю, это на самом деле не вариант, не так ли?" Почему он говорил бессвязно?

И Гарри еще раз вздохнул – это начинало раздражать – прежде чем пожать плечами, отхлебнуть лимонада и ответить. "Нет. На оба. Маркус хочет быть там, и я хочу, чтобы он был там. Приятно иметь младшего брата. Я предполагаю, что это может измениться позже, - он снова пожал плечами, - но на данный момент это все еще достаточно ново, чтобы быть приятным. И я не буду устраивать вечеринку в свой настоящий день рождения. Может быть, на следующих выходных. Что-нибудь маленькое. Посмотрим."

Решив, что с него хватит, Драко выхватил стакан с лимонадом из рук Гарри, поставил его на стол, прямо рядом с вазой с засахаренными фруктами для мороженого, и потянул своего друга туда, где Тео и Блейз разговаривали с Грегом и Винсентом.

"Пойдем сыграем в квиддич. Это угрюмое настроение не может так долго продолжаться. Ты же не хочешь испортить мне вечеринку по случаю дня рождения, не так ли?"

Смеясь, Гарри убрал свою руку и пошел быстрее, когда они достигли остальных. "Нет, мы не хотим выводить маленького Драко из себя. Так что давайте поиграем в квиддич!"

"Эй!" Драко возмущенно воскликнул и побежал догонять Гарри, в то время как остальные начали смеяться и тоже последовали за ним. Так было лучше. И он собирался победить!

оооООооо

Среда, 29 июля 1996 г.

"Гарри! Что-то не так? Почему ты позвонил? Все в порядке? В Лондоне сейчас глубокая ночь, не так ли? Скажи мне, что с тобой все в порядке, пожалуйста!" Гарри был так счастлив увидеть лицо своего крестного отца, и его бесконечно забавляли выходки этого человека.

"Я ничего не смогу тебе рассказать, если ты не остановишься и не дашь мне высказаться!" Позвонить Сириусу было правильным решением. Он уже чувствовал себя лучше, напряжение покинуло его мышцы, которые несколько часов не давали ему уснуть.

"Прости, ты прав. Пожалуйста, продолжай", - ответил Сириус, кивая слишком быстро, чтобы быть убедительным.

Гарри почувствовал, что улыбается, и поудобнее вытянул ноги под лёгким летним одеялом. «Я не мог уснуть. Завтра полнолуние, второе в этом месяце».

«Я знаю, что это голубая луна. Я следил за ней с тех пор, как узнал о маленькой пушистой проблеме Ремуса. Почему это важно?» Сириус определённо не был терпеливым человеком.

"Я подхожу к этому. Ты можешь, пожалуйста, перестать меня перебивать?" И все же Гарри чувствовал странное утешение от того, что Сириус просто был Сириусом. Его крестный отец изобразил, что его губы сжаты по буквам – и Гарри потребовалось некоторое время, чтобы понять этот жест, – и Гарри глубоко вздохнул, прежде чем объяснить, что заставило его подняться в столь неурочный час. "Я уверен, ты помнишь, что Дамблдор рассказал Ордену обо мне? Связь и мой шрам? Гарри действительно не хотел вдаваться в подробности и использовать слова для описания большего. Сириус должен был знать, о чем он говорил. И, судя по внезапно побледневшему лицу, он действительно вспомнил. "Марволо усердно работал, чтобы найти способ рассказать об этом, не причинив мне вреда. И мы договорились сделать это сейчас, а не ждать дольше. "Ночь голубой луны" показалась хорошим выбором. Не хочу рисковать в один из самых сильных дней, к тому же большую часть этого времени я буду в Хогвартсе, но и обычный день может оказаться неидеальным, так что да, завтра. — Гарри пожал плечами, внезапно почувствовав себя неловко. Болтать без умолку было его дурной привычкой, которую он не любил.

Услышав, как Сириус глубоко вздохнул, Гарри снова сосредоточился на зеркале в своей руке. «Есть ли риск?» — его голос звучал странно спокойно.

«Не для меня, Билл почти уверен. Круг содержит множество последовательностей рун, призванных защитить меня. Я не уверена, что мне нравится, что для Марволо их не так много, как для Билла и меня. Маркус был бы действительно… Я даже не знаю. Я думаю, что он бы сломался, если бы потерял своего нового отца так скоро после того, как обрёл семью. Гарри действительно не хотел думать о том, как изменится его жизнь, если Марволо умрёт после воссоединения с последним крестражем.

— Билл работает над этим? Я уверен, что он позаботился о том, чтобы всё было сделано правильно. И я должен сказать, что мне становится легче, когда я знаю, что после этого ты будешь в большей безопасности. Есть ещё люди, которые знают об этом и могут невзлюбить его. — Сириус сделал ещё один глубокий вдох, чтобы успокоиться. — Разве ты не должен спать? Отдыхать, чтобы подготовиться к ритуалу?

Гарри кивнул. Ему действительно следовало бы. "Я просто не мог заснуть. Я всю ночь ворочался с боку на бок. Пришло на ум позвонить тебе. Решил, что тебе нужно знать ". Гарри кивнул зеркалу. Его мыслительный процесс не был таким последовательным, но, тем не менее, это было хорошее решение. Его крестному отцу нужно было знать, что довольно скоро он окажется в потенциальной опасности.

"Ты чувствуешь, что мог бы сейчас поспать?" Спросил Сириус, его серые глаза казались мягкими на загорелом лице.

"Не совсем. Как твое лето? Как Энора и Навель?" Они толком не разговаривали с тех пор, как Сириус уехал на лето к своим дочерям. Разница во времени усложнила задачу. Гарри действительно скучал по их беседам.

"Все идет довольно хорошо. Погода хорошая, и местные жители, кажется, уже не такие недоверчивые, как вначале ..." Сириус все говорил и говорил, постепенно погружая Гарри в сонное состояние. После того, как они попрощались, Гарри не потребовалось много времени, чтобы погрузиться в сон.

оооООооо

Вторник, 30 июля 1996 г.

Драко наблюдал, как его отец чуть не упал в кресло, которое он предпочитал в их семейной гостиной. Он не часто видел своего отца таким встревоженным. Даже его волосы были в беспорядке!

"Сейчас они расположились в ритуальной комнате, и начались приготовления. Мы не должны входить туда, пока мистер Уизли или один из целителей не придет сообщить нам, что ритуал завершен ". Он поднял руку и убрал ею волосы с глаз, еще больше испортив их тщательную укладку.

"Не нужно так сильно волноваться, любимый", - вмешалась мать Драко, игравшая с Кассиопеей, которая отдыхала у нее на коленях. "Это не первый ритуал, который проводит здесь наш Господь, и вы не хуже меня знаете, что он более чем компетентен".

"Я беспокоюсь не потому, что сомневаюсь в компетентности нашего Господа, а потому, что у него здесь есть два целителя и разрушитель проклятий, чтобы помочь, и его сын тоже будет задействован. Мальчик переодевался в льняную рубашку, когда я уходил! " Это объясняет, почему его отец был в таком стрессе. Гарри будет принимать участие в ритуале? Который требовал присутствия двух целителей?

"Какой ритуал они собираются провести?" Спросил Драко, прежде чем успел передумать.

"Я не знаю, Драко. Но существует не так много ритуалов, которые требовали бы присутствия двух целителей. Последствия последних нескольких я был свидетелем.… Я волнуюсь ". Он наклонился вперед, положив локти на подлокотники и закрыв лицо руками.

В то время как его мать начала говорить успокаивающим тоном, очевидно пытаясь успокоить своего мужа, мысли Драко лихорадочно работали. Гарри знал об этом ритуале еще тогда, когда был на вечеринке по случаю дня рождения Драко, и это было причиной того, что завтра вечеринки по случаю дня рождения Гарри не будет. Что они делали? Какой ритуал был настолько важен, что его нужно было провести так срочно, что день рождения занял менее важное место? И какой важный ритуал не был проведен в один из дней силы?

Теперь он тоже волновался. Может быть, ему стоит отвлечься. "Мне можно навестить Тео?"

"Конечно, дорогой. Пожалуйста, спроси, есть ли у него время, прежде чем ты улетишь, и возвращайся к ужину", - ответила его мать, глядя на него с улыбкой.

"Спасибо, мама". Тео, вероятно, тоже волновался. Возможно, совместное времяпрепровождение облегчит ожидание. Драко почти побежал к камину, как только оказался в коридоре.

ооОоо

Малкольм не был уверен, что чувствовать. Наследник его лорда сидел в углу ритуальной комнаты в поместье Малфоев, медитируя, готовясь к ритуалу, свидетелем которого он был раньше. Это был явный признак того, что мальчик должен был принять участие в ритуале. То, что Джагсон тоже был здесь, было еще одним знаком. Но Малкольм не был уверен, почему мальчик участвует в том месте, где раньше были предметы, и это было совсем не обнадеживающим.

"Эй! До тебя добрались феи? Гринграсс, я с тобой разговариваю". Чувствуя, что краснеет, Малкольм снова сосредоточился на их обсуждении. Как унизительно быть настолько отвлеченным и быть пойманным на отвлечении.

"Мне очень жаль". Малкольм глубоко вздохнул и запретил волноваться за одного из своих подопечных – Темный Лорд был настолько силен, что беспокойство за него казалось излишним – и продолжил свой рассказ о здоровье мальчика. "Он закончил курс зелий длительного действия и питательных зелий незадолго до окончания учебного года. Прошлым летом нам пришлось срастить несколько плохо сросшихся костей. Я следил за ним на предмет возможного воздействия Империуса, Круциатуса и Смертельного проклятия. Не то чтобы там было что-то негативное." Он пожал плечами, все еще озадаченный странным фактом, что его сканы ничего не показали.

Бросив короткий взгляд через плечо, чтобы посмотреть, что делают Темный Лорд и рыжеволосый разрушитель проклятий, Малкольм разочарованно вздохнул. "Я не знаю, о чем именно идет речь, и поэтому не знаю, почему именно ты здесь, Джагсон, но я думаю, что хорошо иметь двух целителей на месте, когда два человека участвуют в таком сложном ритуале".

Джагсон задумчиво кивнул. "Я думаю, было бы хорошо, если бы кто-то был рядом и с Уизли, но, думаю, нам придется обойтись". У Малкольма было ощущение, что Джагсон знает больше, чем он сам. Как неприятно, но отчасти логично. Джагсон был экспертом по долгосрочным и краткосрочным эффектам Темной Магии. Он был здесь экспертом, в то время как Малкольм был семейным целителем и, следовательно, экспертом по общему состоянию здоровья как лорда Слизерина, так и его наследника.

"Итак, мы согласны с разделением обязанностей?" Спросил Джагсон. "Ты сосредоточься на нашем Господе, а я позабочусь о его сыне, как только мистер Уизли разрешит нам?"

"Мы обсудили план по крайней мере три раза, Джагсон. Я уже согласился с этим планом, потому что наш Господь настаивает, чтобы ты позаботился о его сыне. Ты знаешь, что не помогаешь моим нервам, настаивая на повторении плана так много раз. Малкольм бросил на Джагсона испепеляющий взгляд.

"Извините, что нервничал и что узнал об этом всего полмесяца назад. Первую неделю я не хотел в это верить. С тех пор я занимаюсь исследованиями. Вы знаете, что это в высшей степени экспериментально, верно?" Сарказм был слишком резким, и Малкольму ничего не оставалось, как пожать плечами.

Действительно, что он мог сказать? "Я полагаю, вы не можете рассказать мне больше, что помогло бы мне в моей работе?"

Джагсон только покачал головой. "Ты знаешь, что делать, Гринграсс. Ты не раз заботилась о нашем Господе после одного из этих ритуалов. Добавление наследника нашего Господа ничего не должно изменить для вас. "

Малкольм снова фыркнул, но кивнул. Он взял свой ящик с пузырьками с зельями, приготовленными Снейпом, и направился в ту часть комнаты, которая была ближайшей к тому месту, где его Лорд собирался сесть внутри круга. Это заняло больше времени, чем если бы он мог пойти прямым путем, но ему нужно было избегать той части пола, где два других волшебника в комнате рисовали круг.

Добравшись до отведенного ему угла, он начал раскладывать зелья так, как делал всегда, когда у него было время на приготовление. Было приятно сознавать, что долгая практика поможет ему подбирать нужные зелья даже в условиях стресса, когда он правильно их расставит.

Джагсон делал то же самое в другом конце комнаты, а двое мужчин ползали по полу.

ооОоо

Сосредоточившись, Билл работал над своей частью ритуального круга. Мел плавно скользил по гладкому полу. Эта ритуальная комната была не хуже тех, что он использовал в Гринготтсе, и намного лучше тех, что они обустроили в Египте, или тех, что он видел в других частных домах. Не то чтобы он видел их много. Если у кого-то не было лишних денег, люди не держали у себя пустые комнаты.

Из-за того, что Марволо и он столько раз рисовали одну и ту же конфигурацию рун, готовясь к этому дню, сейчас это медленно вводило его в медитативное состояние. Несмотря на то, что всё зависело от того, сработает ли этот ритуал так, как они задумали, пульс Билла замедлился, дыхание стало глубже, и он расслабился.

Стекло издавало почти неслышные звуки там, где целители расставляли свои инструменты. Гарри пошевелился там, где медитировал, и к какофонии тихих звуков добавилось шуршание ткани. Мел по грифельной доске, стекло по стеклу, ткань по полу и по себе, дыхание всех присутствующих.

Были еще запахи. Чистое белье, пчелиный воск от свечей, пропитанный зельем мел, разнообразные сушеные травы в чашах, смешанные с запахом человеческого пота. И ни капли мыла или одеколона. Даже два целителя, которые не участвовали непосредственно в ритуале, привели себя в порядок и переоделись в простые льняные рубашки, как и все остальные. Они, вероятно, выглядели бы глупо, если бы кто-то наблюдал за ними со стороны.

Добавив последний завиток к одной из рун, Билл встал и осторожно вышел из круга, чтобы начать осматривать их работу. Марволо и свою собственную. Кивая самому себе, Билл пришел к выводу, что этот круг был идеальным. Теперь ему нужно было убедиться, что он не перепутал песнопения.

ооОоо

Марволо нервничал.

Очень нервничаю.

Он нервничал больше, чем когда одиннадцатилетним мальчиком сидел под Распределяющей Шляпой. Или когда он провел свой самый первый ритуал. После этого он потерял страх и нервы. Возможно, это было подростковое высокомерие, возможно, это был тот факт, что он начал кромсать свою душу.

Марволо не знал, и ему было все равно.

Теперь он нервничал.

Он подготовился как мог, получил компетентную помощь – чего он никогда по-настоящему не делал до этого квеста по восстановлению своей души – и он работал над сожалением.

Похоже, это помогло с кубком. Теперь это не могло причинить никакого вреда.

Это была логическая головоломка - испытывать сожаление о чем-то, что сделало возможным его нынешнюю жизненную ситуацию. Если бы он не убил родителей Гарри, он никогда бы не усыновил мальчика или Маркуса. Возможно, он никогда бы не вернул себе большую часть своей души, оставаясь безумным. Также было вполне возможно, что он победил бы и уничтожил все.

На самом деле, эта проблема не давала Марволо спать по ночам, пока он не решил поговорить об этом с миссис Гойл. Он был доволен тем, какой стала его нынешняя жизнь. Возможно ли было испытывать сожаление о том, что произошло, чтобы сделать это возможным?

Она помогла ему понять, что возможно, даже вполне нормально, чувствовать противоречивые вещи одновременно и даже в одной и той же ситуации.

Чувствуя то, что испытывал, Марволо был вынужден признать, что она была права.

"Все готово", - сказал Билл, привлекая внимание всех взрослых волшебников, а не Гарри, который, казалось, погрузился в глубокую медитацию.

"И почти пришло время", - сказал Целитель Джагсон, прежде чем закрыть рот, его зубы клацнули друг о друга.

Не желая концентрироваться на дерзких подчиненных, Марволо просто кивнул и тронул Гарри за плечо, выводя его из спокойного, медитативного состояния

"А?" Гарри сонно моргнул, слегка покачав головой, прежде чем его зеленые глаза сфокусировались на Марволо. "Все готово?"

"Да, в картине не хватает только нас двоих", - сказал Марволо в слабой попытке пошутить. "Тебе помочь?"

Гарри начал качать головой, но когда он снова упал на спину при первой попытке встать, он изменил движение на кивок. "Да, пожалуйста. Кажется, у меня затекли ноги. Сколько времени это займет? Сидеть на этом полу холодно и не совсем удобно. Я не уверен, сколько еще я смогу это делать." Без особых усилий – Гарри все еще был довольно долговязым – Марволо заставил Гарри встать, затем отпустил руку мальчика. Гарри встряхнул ногами и вытер вспотевшие ладони рубашкой.

"Я бы хотел надеяться, что не слишком длинный". Марволо пытался звучать обнадеживающе, но он был почти уверен, что его попытка не удалась.

Гарри неуверенно улыбнулся, и по наитию Марволо обнял своего сына.

Как он жалел, что не уступил просьбе Северуса той ночью. Парализатор было довольно простым заклинанием, совсем не сложным и таким эффективным. Было не важно, что если бы он это сделал, Гарри, вероятно, был бы сейчас мертв. Но этим Смертельным Проклятием он убил другого потомка Слизерина. Она была членом семьи, и он узнал об этом факте слишком поздно.

Руки Гарри обвились вокруг торса Марволо, возвращая объятие, которое Марволо действительно не хотел разрывать.

Он был рад, что у него был Гарри как сын, но из-за того, что он сделал, Гарри пришлось расти без матери, как и Марволо. Так много упущенных возможностей. Он должен был сделать что-то другое, что угодно еще.

.: Мне очень жаль :. Марволо прошептал что-то в непослушные темные волосы своего сына, крепче обнимая его и желая, чтобы он мог изменить прошлое, изменить то, что он сделал.

.: Я знаю:. Гарри прошептал в ответ.

Внезапно рядом с лицом Марволо, там, где у Гарри на лбу был шрам с той ночи, когда Марволо — нет, Волан-де-Морт — пытался убить его в младенчестве, вспыхнуло красное сияние. Свет становился всё ярче и ярче, и в груди Марволо разлилась жгучая боль, прежде чем вокруг Гарри и Марволо внезапно вспыхнуло красное вещество, похожее на пыль, окутавшее их и хлынувшее в рот Марволо, который он открыл, задыхаясь от боли.

Паники не было, хотя Марволо знал, что должен испытывать панику. Это было не то, что должно было произойти. Вовсе нет.

Внезапно вся боль прошла, так же как и ощущения в руках и ногах. Падая на пол, Марволо задавался вопросом, что именно здесь произошло и как долго им придется откладывать ритуал.

Прежде чем он потерял сознание, он увидел, как Малькольм и Джереми склонились над ним и Гарри, выглядя обеспокоенными, проводя что-то похожее на диагностику. Затем все погрузилось во тьму.

оооООооо

Пятница, 31 июля 1996 г.

"Папа сказал, что ему и Гарри сегодня нужно отдохнуть, много спать, поэтому я останусь с тобой, Эйден". Маркус все болтал и болтал со своим маленьким другом, пока Северус устанавливал станции и инструменты, которые им понадобятся сегодня.

Он работал над другой версией статьи для зелья семейной связи, над которым они работали с перерывами, когда до него дошел зов его Лорда. Было шокирующе, когда эльф привел меня в спальню, а не в кабинет или одну из гостиных. Он с радостью согласился на задание перевезти одно из коммуникационных зеркал в Нотт-Хаус, чтобы подарить его крестнику.

"Зачем им нужен отдых?" спросил маленький мальчик Нотт, болтая ногами, когда он сидел на одном из высоких табуретов в лаборатории зелий дома.

"Папа сказал, что вчера они творили какую-то довольно сложную магию, а теперь устали", - ответил Маркус с серьезностью, которая была забавной для такого маленького ребенка, как он.

И так это продолжалось взад и вперед, и у Северуса было несколько минут, чтобы поразмыслить над тем, что именно произошло в Малфой-Мэноре накануне. Вполне возможно, что Темный Лорд пытался забрать осколок души у своего наследника в ночь голубой луны, которая была у них вчера. То, что оба были живы – хотя и отправлены на покой - было многообещающим, но не верным признаком того, что это действительно сработало. Если это то, что даже то, что они пытались сделать.

Северусу нужно было бы получить немного больше информации, чтобы быть уверенным в том, что произошло и сработало ли это. Если это было связано с осколком души, который, по утверждению Дамблдора, находился в юном Гарри, Северус был почти уверен, что его Лорд каким-то образом позаботится о положительном исходе.

"Но разве твоему брату не столько же лет, сколько Тео? Отец сказал Тео, что ему нельзя колдовать во время каникул", - сказал Эйден, привлекая внимание Северуса.

"На самом деле, - вмешался Северус, - если ребенок находится под присмотром родителей, он может творить магию вне школы. Важной частью является надзор. Кстати, я закончил подготовку." Оба мальчика заметно оживились, заставив Северуса улыбнуться одной из своих почти отсутствующих улыбок. "Позволь мне подвинуть тебя поближе". Взмаха его палочки было достаточно, чтобы подвести мальчиков к высокому рабочему столу, который приготовил Северус. "Теперь будьте внимательны". Обучение в группах меньшего размера, чем в обычном классе, было для него намного приятнее. Видеть, как двое мальчиков сосредоточились на нем и его словах, с таким желанием их усвоить, было бальзамом на его истрепанные нервы. "При работе с ножами, как мы будем делать сегодня, вам нужно следить за тем, чтобы пальцы не касались лезвия. Если вы не пользуетесь ножом, положите его на разделочную доску, ближе к середине верстака, чем к краю, чтобы он не упал." Северус продемонстрировал то, что он объяснил, медленными и слегка преувеличенными движениями. "Покажите мне", - он призвал мальчиков копировать его движения, и ему было труднее скрыть улыбку, когда Маркус повторил то, что ему показали, слегка высунув язык.

"Молодец. Теперь положи нож обратно и смотри. Я продемонстрирую, как лучше всего нарезать зелень на кусочки, если не требуется определенного размера ". Северус подождал, пока Эйден и Маркус положат свои ножи, прежде чем начал показывать и объяснять, как резать раскачивающимися движениями. Позже он разрешал мальчикам измельчать горсть жуков в мелкий порошок. Это был бы хороший способ закончить урок чем-нибудь веселым и не слишком сложным.

— Это действительно весело, дядя Сев! — воскликнул Маркус, аккуратно нарезая свежую мяту на мелкие кусочки и немного воодушевившись.

«Я знаю, Маркус. Пожалуйста, будь осторожен и не двигайся слишком быстро. Когда ты только начинаешь, нужно двигаться медленно, пока не наберёшься опыта». То, как Маркус отреагировал на месте, замедлившись, так сильно отличалось от того, что он выкрикивал в классе в Хогвартсе. С маленькими детьми в небольших группах, возможно, было проще, чем с подростками в группах по двадцать человек.

"Ты расскажешь нам историю позже? Папа Эйдена не очень хорош в их рассказывании, и папе сегодня нужно пораньше лечь спать". Маркус решительно кивнул: "Он сказал, что я могу остаться здесь еще на одну ночь. Так ты расскажешь нам историю?"

На мгновение Северус уже готов был отказаться, но потом подумал, что это может быть хорошей практикой. Скоро он сам станет отцом, и хотя поначалу ребёнок не сможет понять сказку, придёт время, когда ему придётся рассказывать истории на ночь.

— У вас двоих есть любимая история? Маркус? Эйден?

— Источник удачи! — воскликнул Маркус, подняв маленький кулачок в воздух.

«Джек и бобовый стебель!» — любимая сказка Эйдана, которую он выкрикнул так же громко, как и Маркус.

Северус серьёзно кивнул. «Я знаю их обоих. Как нам решить, какую историю я расскажу?»

Какое-то время мальчики размышляли, затем в глазах Маркуса появился опасный блеск, а на лице появилась лёгкая ухмылка. «Расскажите обоим!»

Северус усмехнулся, это было простое решение проблемы, и оно было в пользу мальчиков. «Только если вам удастся сосредоточиться на следующих двух ингредиентах».

Энергичные кивки означали согласие мальчиков, и Северус обменялся разделочными досками. "Теперь давайте нарежем морковь. На самом деле они не используются в зельеварении, но их структура похожа на корни некоторых других растений, которые используются в зельеварении, и поэтому они идеально подходят для практики. " Тем более, что многие другие корни были ядовитыми и их лучше заменить, если работать с маленькими детьми. "Посмотри внимательно".

оооООооо

Суббота, 3 августа 1996 г.

Окинув взглядом толпу, заполнившую сады поместья Поттеров, Гарри слегка вздохнул. Было бы здорово устроить вечеринку по случаю дня рождения, подобную той, что была у Драко несколько недель назад. Жаль, что нужно было, чтобы как можно больше людей увидели, что с Гарри все в порядке, и они пригласили всех.

И это касалось всех.

Там были все главы департаментов Министерства. Амелия Боунс играла с Маркусом и другими младшими детьми, министр Фадж был у буфета, накладывая на тарелку восхитительный торт, который Флимм и Белена приготовили для этой вечеринки. Уизли тоже были приглашены. Были приглашены все однокурсники Гарри! Казалось, что на чемпионат мира собралось больше народу, чем летом перед четвертым курсом. Не то чтобы это было так, но так казалось.

"Вот ты где!"

Гарри повернулся со своего места и столкнулся лицом к лицу с Роном, который выглядел так, словно провел несколько дней на улице под солнцем.

"Рон! Я рад, что ты смог прийти! У твоей семьи странная склонность опаздывать!" Гарри усмехнулся, чувствуя желание обнять своего друга, но воздержался, потому что понятия не имел, как отреагирует Рон.

Он скорчил гримасу. "Джинни не могла решить, что надеть, и мама не раз отсылала близнецов обратно, чтобы они обчистили их карманы. Я уверен, что они все равно привезли немного кремов с канарейками". Рон сунул Гарри коробку, завернутую в красную бумагу, усыпанную трепещущими золотыми снитчами. "Вот, надеюсь, тебе понравится!"

Гарри с улыбкой принял подарок. "Спасибо! Хорошо, что вы прибыли после окончания приема. Так что я могу открыть его сейчас, и мне не придется ждать до конца. Ты видел стол со всеми этими подарками? Гарри покачал головой. Дадли побледнел бы, если бы увидел, сколько подарков Гарри подарили на его шестнадцатилетие. "Давайте перейдем к остальным. Луна нашла там симпатичное мшистое местечко и сказала, что соберет остальных, чтобы мы могли держаться подальше от всей этой политической чепухи ".

"Это хорошая идея!" Облегчение Рона было очевидным в его голосе, что заставило Гарри рассмеяться. Он чувствовал себя таким легким, что мог танцевать.

— Тогда пойдём. — Отказавшись от своей задачи собрать еду для их группы — в любом случае, он мог попросить Флимма принести им корзину, эльф был бы рад, — Гарри прижал свёрток к груди и осторожно пошёл по украшенному саду. Он не планировал, что его перехватят и втянут в долгий и скучный разговор.

Они проскользнули мимо нескольких групп лордов и леди из Визенгамота и поспешно спрятались за парой тучных волшебников в ярких мантиях, чтобы скрыться от группы Маркуса и его друзей, прежде чем добраться до небольшой берёзовой рощи и проскользнуть сквозь ветви в её центр.

— Гарри! Рон! Давайте, садитесь! — Гермиона махнула рукой в их сторону, а Луна собирала с земли маленькие цветы, чтобы сплести венок, а Драко помогал Тео расстелить на земле одеяла, чтобы они могли удобно сесть.

— Выглядит уютно, — заметил Гарри, подходя к уже расправленному одеялу и садясь на него по-турецки. Это было гораздо удобнее, чем пол в ритуальной комнате Малфоев.

"Ты забыл о еде?" Спросила Дафна, садясь гораздо изящнее, чем это делал Гарри, и бросив на него игривый взгляд.

"Нет, я этого не делал". Гарри свирепо посмотрел в ответ, осторожно кладя подарок на одеяло перед собой. "Флимм!" - позвал он домового эльфа, приставленного к нему и Маркусу, который появился мгновение спустя с тихим хлопком.

"Как Флимм может помочь юному мастеру Гарри и его друзьям?" Спросил Флимм, кланяясь по своему обыкновению.

"Пожалуйста, принеси нам корзину с разнообразной едой из буфета, Флимм. И если отец будет искать меня, скажи ему, что я удалился со своими друзьями, чтобы немного побыть в тишине".

"Флимм сделает это, юный мастер Гарри". Эльф снова поклонился и ушел. Прежде чем они успели сказать хоть слово, рядом с Гарри появилась корзина, наполненная до краев.

"Я согласен, это было лучше, чем пытаться стащить еду из буфета", - сказал Драко, наклоняясь над корзинкой и вытаскивая маленькое пирожное. "Здесь есть кувшин с лимонадом и стаканы".

Прошло совсем немного времени, и все они уже сидели на одеялах в пятнистом свете и тени листьев, колышущихся на легком ветерке, с удовольствием поедая торт, пирожные и другие вкусные кондитерские изделия.

"Открой настоящее, Гарри. Мне действительно любопытно, что Рон подарил тебе, и я не думаю, что бабушка позволит мне остаться достаточно надолго, чтобы увидеть, как ты разворачиваешь эту гору подарков в каминной комнате, - сказал Невилл, протягивая лимонад Дафне, которая приняла его с пробормотанной благодарностью.

Гарри рассмеялся, но выполнил просьбу Невилла, отставив тарелку и взяв подарок. «Конечно. Боюсь, мне придётся потратить несколько часов на разворачивание подарков и ещё больше времени на написание благодарственных писем». С улыбкой взглянув на Рона, Гарри сделал вид, что осторожно отклеивает скотч, прежде чем разорвать бумагу в клочья.

Под упавшей бумагой оказалась большая книга о драконах. Она называлась «Анатомия драконов и узоры на чешуе» и была довольно толстой. «Круто!» Гарри открыл книгу и первым делом увидел подробный рисунок мышц, которые позволяли драконам летать.

— Чарли сказал, что это лучшая книга о том, как устроены драконы. А Гермиона сказала, что такие книги помогают художникам создавать хорошие изображения. Я надеюсь, что ты сможешь её использовать. — Уши Рона покраснели.

«Это здорово, Рон! На недельном курсе по рисованию поз мы много работали с анатомическими справочниками. Это действительно хорошая книга и подарок, спасибо!» Курс был хорошим, но Гарри не был уверен, что хочет подробнее изучать портреты и человеческое тело. Но волшебные существа — это нечто иное.

"Рад, что тебе понравилось", - сказал Рон, быстро отводя глаза и сосредоточившись на своей тарелке с шоколадным тортом.

"Ты еще не сказал нам, был ли ты принят в художественный класс Филча", - сказал Тео, сидя на краю поляны, время от времени выглядывая наружу, как будто он искал что-то или кого-то. "Мы знаем, что ты получил выдающиеся оценки как по защите, так и по зельеварению – я до сих пор не могу в это поверить – и Приемлемую оценку по истории, из всех вещей! Но ты не сказал нам, был ли ты принят в класс искусств. Тео бросил взгляд на Гарри, прежде чем повернуться обратно, чтобы понаблюдать за людьми, толпящимися возле их укрытия.

"Да, меня приняли, и я получил длинный список расходных материалов, которые мне нужно купить. Похоже, мы будем сами делать краски". Гарри почувствовал, что краснеет, и машинально провел рукой по волосам. Письмо, которое мистер Филч написал и отправил в тот же день, когда были отправлены результаты по OWL и письмо из обычной школы, было действительно лестным. И требовательный. Филч был убежден, что Гарри мог бы стать великим художником, если бы приложил все усилия и практиковался. Ежедневно. Все это одновременно унижало и ободряло.

"Гарри!" Внезапно воскликнула Гермиона, указывая на Гарри, или, точнее, на его лоб. "У тебя шрам! Он ... он почти исчез!"

И там был первый человек, заметивший изменение, а также упомянувший его. Гарри не был уверен, что Гермиона действительно заметила это первой, но большинство взрослых были политиками и вряд ли стали бы говорить о чем-то подобном. Именно по этой причине Гарри с готовностью согласился пригласить практически всех, чтобы как можно больше людей могли – мы надеемся, что заметили бы изменения и рассказали о них. Их нужно было показать всем, чтобы те, кто знает о крестражах, узнали, что они исчезли, и им не нужно было никому рассказывать.

"Да", Гарри кивнул с легкой улыбкой. "Отец нашел кое-что, что помогает уменьшить рубцы. Мы надеемся, что через несколько лет они исчезнут почти полностью". И они это сделали. Профессор Снейп приготовил специальный крем, уменьшающий рубцы, которым Гарри пользовался каждый вечер перед отходом ко сну.

"Это здорово!" Гермиона вспыхнула с понимающим выражением в глазах. И во время последующих обсуждений планов, на какие классы они все собирались пойти вплоть до Тритонов, попыток Дафны уговорить своих родителей согласиться на помолвку с магглорожденным волшебником, в которого она влюбилась, восторженных рассказов Рона о его пребывании в Заповеднике Драконов Гарри заметил взгляды.

Драко, похоже, понял, что это каким-то образом связано с ритуалом, в котором Гарри принял участие незадолго до своего дня рождения. Тео, казалось, все еще ломал голову над чем-то, в перерывах между поцелуями с Джинни, которая нашла их после того, как они наполовину собрали корзинку.

Невилл, казалось, знал обо всей этой истории с крестражами больше, чем Гарри предполагал. Возможно, его бабушка рассказала ему о том, что Дамблдор открыл ордену в попытке заручиться их лояльностью, когда он начал терять контроль над ситуацией еще в прошлом году. Или, может быть, Невилл услышал достаточно, чтобы сложить кусочки воедино.

Гарри решил не поднимать эту тему, как они с Марволо и обсуждали заранее. Проведенный ими ритуал был абсолютно незаконным, если кто-нибудь когда-либо узнал о его существовании и внес его в список других ритуалов аналогичного дизайна. Они хотели, чтобы стало известно, что крестраж был удален и что Гарри больше не был препятствием между Смертью и Марволо, но они не могли признаться в совершении ритуалов. Даже когда крестраж у Гарри был удален единственным известным способом, Марволо начал искать альтернативу.

На самом деле, Марволо все еще не был уверен, что его сожаление о смерти матери Гарри было достаточно большим и искренним, чтобы сделать случившееся возможным.

"Давай, сыграем в квиддич!" Внезапно сказал Драко, вставая с земли и отряхивая свою модную мантию. "Я уверен, что мы сможем набрать достаточно людей, чтобы создать две полноценные команды, и найти взрослого, который очарует пару этих детских бладжеров, так что мы сможем играть почти как в Хогвартсе ". Драко закатил глаза при упоминании детских бладжерсов, заставив Гарри рассмеяться.

"Это хорошая идея. Иначе отец может прийти искать меня. Не могу оторваться от работы по развлечению гостей на вечеринке в честь моего собственного дня рождения". Оглядев поляну, Гарри увидел множество грязных тарелок, пустых стаканов и покрывал с крошками на них. "Флимм? Пожалуйста, приберись здесь". Гермиона толкнула его в плечо, бросив на него обвиняющий взгляд. "Пожалуйста". Гермиона одобрительно кивнула и последовала за остальными из их укрытия, оставив ухмыляющегося Гарри позади.

Жизнь была хороша. И Гарри с нетерпением ждал следующего года в Хогвартсе.

ооОоо

"Ты выглядишь довольным". Амелия наполовину констатировала, наполовину спросила Марволо, подходя к буфету с чарами, защищающими от детей. Ей действительно хотелось выпить немного вина прямо сейчас.

Она забыла, насколько требовательным может быть маленький ребенок по сравнению с подростком.

Марволо задумчиво промычал, прежде чем улыбнуться, поднимая бокал красного вина. "Наверное, потому что я такой".

"Итак, все, что ты планировал, завершено?" Амелия, конечно, знала о возможности того, что ее могут подслушать, но без контекста той тревожной встречи, когда Марволо объяснял свои планы переписать завещание, никто не должен был использовать что-либо из того, о чем они сейчас говорили, против них обоих.

"Да. Получилось не так, как я планировал. Но в конце концов получилось ". Когда Марволо ухмыльнулся, Амелия сузила глаза, что заставило его ухмыльнуться еще больше. "Больше не планируй пугать Амелию почти до смерти". То, что он прижимал руку к сердцу, не помогало Амелии оставаться серьезной. Но она все равно изо всех сил смотрела на него сердито.

Когда он начал хихикать, Амелия тоже не выдержала. "Ты ужасен. Ты ведь знаешь это, не так ли?" Он только кивнул без всякого раскаяния, искренне улыбаясь.

"Я давно хотел спросить тебя кое о чем. Ты знаешь, что на Палате Визенгамота наложено заклятие, предупреждающее авроров, стоящих на страже, о заклинании, скрывающем личность. Он не идеален. Например, он вообще не реагирует на метаморфов, но реагирует даже на малейшие косметические чары. И... ну, это немного глупо, но вы регистрировались с помощью этих чар каждый раз, когда были в the chambers. Я знаю, что не мое дело спрашивать, но я должен признаться, что мне серьезно любопытно, почему у тебя постоянно при себе такой маленький амулет, который регистрируется с помощью этих чар ... " Амелия замолчала, покраснев. Какое-то время ей было любопытно, но она не чувствовала подходящего момента, чтобы спросить. И теперь она не была уверена, что спрашивать вообще стоило.

Марволо немного грустно улыбнулся в ответ на ее вопрос, заставив Амелию почувствовать себя еще более неловко. Ей просто не следовало спрашивать. "Некоторые вещи, кажется, оставляют свои следы. И я бы предпочел не напоминать людям, которые просто смотрят на меня, о неприятном прошлом. "

На самом деле это не ответ на ее вопрос, но просить разъяснений было бы более чем невежливо. Поэтому она просто кивнула и снова сменила тему. Если у него были чешуйки на лице, которые он хотел скрыть, ему полностью разрешалось это делать.

Глава 109 - Эпилог

оооООооо

Эпилог

Гарри с беспокойством наблюдал, как его отец осторожно передвигался по тщательно подготовленному полу, рисуя линии рунического круга. Он действительно хотел, чтобы этого не происходило, но, как он знал десятилетиями, Марволо был настроен провести этот ритуал. Убедиться, что информация о крестражах и всех их недостатках будет доступна каждому, кто планирует их использовать, в надежде предоставить им достаточно информации, чтобы заставить их пересмотреть свое решение.

"Гарри, пожалуйста, ты не хуже меня знал, что это произойдет. И как бы мне ни было жаль, что отца больше не будет с нами… тот факт, что есть что-то, чего он боится больше смерти, - это большой шаг для него. " Маркус подошел и встал рядом с Гарри, положив руку ему на плечо в попытке утешить своего старшего брата.

"Я знаю, что отец боится слабоумия больше, чем смерти. Но со всем, что ему удалось изобрести, почему он настаивает на этом ритуале ?! Он мог бы остаться с нами еще на несколько десятилетий!" Гарри хотел расхаживать по комнате, но воздержался, потому что не хотел волновать свою жену – Тара стояла с их пятью дочерьми и их партнерами, – поэтому он понизил голос почти до шепота и умерил жестикуляцию. "Разве ты не хочешь, чтобы он побыл с нами подольше?"

"Гарри", - вздохнул Маркус, явно не зная, как сформулировать то, что он хотел сказать. "Да, это правда, я хочу, чтобы отец остался. Я бы хотел, чтобы он все еще был здесь, когда мои младшенькие закончат школу, а я стану дедушкой. Но он так долго это планировал. " Маркус замолчал, оглядываясь назад, туда, где его жена и муж разговаривали со своими взрослыми детьми и супругами. Гарри по-прежнему был рад, что им с Марволо удалось сделать законными браки, в которых участвовало более двух человек, чтобы семьи, созданные с помощью зелья Антерос, которое Северус усовершенствовал, могли законно оставаться вместе, пользуясь всеми преимуществами, например, распоряжаясь материальными ценностями, такими как дома. То, что и Маркус, и его муж тоже любили женщин, с точки зрения Гарри, создавало интересную семейную динамику.

"Но вы знаете, как он был одержим тем, чтобы другие не повторили его ошибку. Убедиться, что в каждой магической библиотеке будет копия его книги, пока есть люди, способные творить магию, необходимую для разделения души… Я могу понять, почему он этого хочет." Гарри фыркнул. Маркус всегда был таким рассудительным во всем. Даже после стольких лет его поступление в Равенкло все еще было очевидным и понятным.

"Из тебя получится великий лорд Слизерин". Гарри занял должность лорда Поттера после того, как закончил обучение искусству на континенте. Но когда у него никогда не было сына, только девочки, они передали титул наследника Слизерина Маркусу, у которого было несколько сыновей, способных говорить на парселтонге. "Мне все еще трудно быть таким дипломатичным".

"Не будь слишком строг к себе, Гарри. Вы с отцом далеко продвинулись в отмене множества плохих законов и бессмысленных запретов. И ты известный художник ". Маркус снова положил руку на плечо Гарри, слегка встряхнув его. "Ты закончил портрет отца. Мы не потеряем его окончательно".

Гарри стряхнул руку брата. Маркус действительно пытался утешить его, но Гарри не хотел, чтобы его утешали. "Портреты - не моя главная… Пожалуйста, Маркус, позволь мне погрязнуть в своей вине и горе. Тот факт, что нам пришлось отправиться в Албанию для этого, должен быть достаточным намеком на то, что это не какое-то мягкое волшебство. И независимо от моего понимания причин, побудивших отца к этому, - Гарри обвел рукой рунический круг, погребальный костер и собравшихся вокруг членов их семьи, - я все равно предпочел бы оставить моего отца. Гарри был бы счастлив, если бы в стране не разрешалось использование добровольного человеческого жертвоприношения, потому что, каким бы странным это ни было, его отец не пошел бы против закона, чтобы сделать это.

Маркус вздохнул и обнял Гарри. "Я знаю, брат, я бы тоже предпочел оставить его".

Пока Маркус возвращался к своим ближайшим родственникам, Гарри отвернулся, чтобы дождаться других гостей, изо всех сил стараясь сохранить свою Окклюменцию.

Увидев, кто только что прибыл, Гарри слегка улыбнулся, несмотря на напряженную ситуацию. "Северус, Соня, я рад, что вы смогли прийти". Гарри обнял сначала Соню – ее волосы к этому времени полностью поседели – а затем Северуса, в очередной раз поразившись тому, как сильно изменились их отношения с тех пор, как Северус стал профессором Снейпом.

"Мы тоже", - сказала Соня с грустной улыбкой. "К сожалению, близнецы не смогли приехать. Как главы Слизерина и Гриффиндора, - Северус скорчил гримасу, пока его жена объясняла, но было очевидно, что Северус просто пошутил, как он делал с тех пор, как младшего из близнецов распределили в Гриффиндор, - им пришлось пойти в школу пораньше, чтобы все подготовить.

Отчаявшийся и полный напряжения, Гарри полностью повернулся к Северусу. "Пожалуйста, Северус, ты нашел что-нибудь, чтобы вылечить отца?" Если бы мы могли убрать причину, по которой отец хочет провести этот свой ритуал сейчас, он мог бы остановиться! " Гарри знал, что вероятность того, что Северус что-то нашел, невелика, но он также знал, что Северус тоже не хотел смерти своего друга и Лорда.

"Целители ничего не нашли, и я тоже ничего не нашел. Начало слабоумия явно связано с тем фактом, что тело Марволо было создано с помощью темного магического ритуала. Нет другого способа, кроме как создать новое тело и перенести в него свой разум и душу. И вы знаете достаточно, чтобы понимать, что такая попытка также была бы черной магией." Северус был терпелив – гораздо терпеливее, чем когда он был профессором зелий, – пока объяснял.

"Я знаю". Голос Гарри был тихим и побежденным.

"И я уверен, что ты пытался найти способ связать книгу с существованием людей-волшебников, чтобы она появилась во всех магических библиотеках, для этого не нужно добровольное человеческое жертвоприношение". Гарри кивнул. Он пытался, действительно пытался. Но это было бесполезно. Требования, которые Марволо записал для ритуала и на выполнении которых он настаивал, требовали такого уровня силы, который нельзя было получить никаким другим способом. "Хотел бы я не понимать, почему отец хочет это сделать. Но я понимаю ... вроде того". Убедившись, что ни один другой отчаявшийся подросток не найдет фрагментированную информацию, совершив ужасную ошибку… Гарри действительно понял. Но он был совсем не счастлив.

Когда Марволо закончил, он позвал всех к себе. Маркус и Гарри подошли попрощаться. Было пролито много слез, когда главы их семей прощались со всеми.

Гарри действительно не хотел отпускать его и продолжал обнимать, даже когда Марволо осторожно показал, что пришло время отпустить. .: Пожалуйста, сын мой. Я люблю тебя, но, зная, что потеряю себя, я лучше совершу этот ритуал, добровольно отдав свою жизнь, чем стану обузой для тебя, твоего брата и ваших семей:.

Прошипевший ответ Гарри был почти заглушен слезами. .: Я люблю тебя. Я буду скучать по тебе:.

Позже Гарри помнил только обрывки ритуала: восхождение Марволо на погребальный костер, его книгу, которая была магически связана и была доступна везде и в любое время, и атаме – единственные вещи, которые были у него с собой.

Звук крови и вспышка огня, разгорающегося и пожирающего тело лорда Марволо Слизерина.

Только что закончилась важная часть жизни Гарри. Позже Тара обняла Гарри, предлагая свою молчаливую поддержку, когда их дочери, закончившие школу – младшая не смогла приехать, – собрались вокруг них. Здесь было будущее. Со временем Гарри научится смотреть вперед и с любовью вспоминать своего отца. Но сегодня и в ближайшем будущем он будет оплакивать своего отца.