Предгорье I

Начало истории

Демонийская Империя Ада,

Верхний домен,

Адовый дворец его Темнейшества,

50 лет назад

Демон покидал палаты закрытого военного заседания его Темнейшества - Императора Ада, где последние пару часов обсуждались жёсткие военные схемы по предотвращению конфликтов на нижних территориях Демонийской Империи. В просторных коридорах из красного мрамора советник правителя неслышно отворил тяжёлые каменные двери, и пройдя в центр зала, последовал к его древним лестницам.

Высшая степень трансформации у Ваерр Тат Аггат Саерра достигала третьего уровня из пяти в тот момент существующих. В боевой трансформации он увеличивался в росте, менял цвет кожи с матовой на тёмные оттенки, превращаясь в истинного демона своей расы. Но в сверхсиле он был ограничен только третьей ступенью, в то время как Император достигал пятой, наивысшей среди существовавшей в сводах Империи. Это даровало ему абсолютное право и в то же время обязывало держать в своих крепких когтях власть над всеми рогатыми в Аду.

Степени трансформации продвигали по социальной лестнице. Достичь изменений можно было многолетней закалкой духа, в подготовке она называлась «выковкой характера». Сила не приходила к тем, кто был слаб духом или физически, она могла обосноваться лишь в том, кто и без её влияния справлялся с грузом возложенной на него ответственности. Демонийская сила просыпалась в переломный момент жизни, когда демон держал удар судьбы. Со вторым дыханием, если он не отпускал руки, в вены вливалось могущество, что вело к победе в схватке с судьбой.

С получением новой степени приходила сила, мудрость и менялся характер. Демон становился по-настоящему могущественнее во всех направлениях. Эта особенность прочно легла в уклад жизни их государственного строя. Тех, кто обладал степенями - почитали как идолов, слушались как влиятельных деятелей их нации. С ними советовались, беспрекословно подчинялись их решениям, ставя целью достичь их уровня в ежедневных тренировках.

Ваерр Тат Аггат Саерр получил свою силу не в сражениях. Он был единственным исключением, возможно за всю историю их народа, показавший, что сила могла выбрать не за физические данные. Вместо того чтобы тратить время в безжалостных тренировках закалки собственного тела, как делали все его братья, он проводил его в библиотеках и архивах, обучаясь всему широкому перечню наук, доступным демонам. Первая трансформация настигла, когда он отстаивал свою точку зрения, ругаясь с принижавшим его отцом. Тот был разочарован сыном, что сдавал позиции, и не искал силы для своего развития. Но глава семьи был вынужден отступить, заметив ростки большего могущества в своём пятом наследнике. И так, год за годом, Ваерр Тат Аггат Саерр пробивался к цели стать свободным от давления со стороны, не желая силы, что трижды выбирала его как достойного своего влияния.

Со второй до третьей трансформации он уже служил приближённым его Темнейшеству, став его верным советником в вопросах жёстких правительственных решений. Он разрабатывал хаос, что ежесекундно мог держать под контролем, достигал намеченных результатов различными методами. Предлагал правителю искусственно создать столкновение двух воюющих группировок, угрожавших существующей власти, в бою ослабляя обеих. Организовывал вынужденные переселения после запланированного им потопа территорий. Контролировал распределение сильных наследников кланов на различные территории Ада, снижая накал чётко прослеживающегося сильного наследия у закрытых линий. Они, из переизбытка силы в закрытом объединении, могли направить её на разрушение своей Империи. У демонов была своя психология, с притоком трансформации она давала мудрость, а при её отсутствии, группа просто физически сильных демонов искала свободы воплощать крушения и заложенные ими природой древности — перевороты. Горячая кровь искала возможности показать силу изничтожения, и большие закрытые кланы представляли опасность даже для себя самих. Именно поэтому Ваерр Тат Аггат Саерр был незаменим. Пусть его решения были безжалостными и жестокими, они были необходимой чисткой, что спасала Империю от разрушения изнутри, снижала накал крушительного настроя во всех слоях рогатого общества. Всегда ставя цель сохранить жизни, он в первую очередь искал возможность перераспределить влияние кланов, направив их энергию на созидание того, что своими же решениями уничтожал.

Император наблюдал за его решениями, не вмешиваясь, но постоянно контролируя. И в этот день, он отпустил своего советника раньше, до оглашения итогов собрание. После обсуждений стратегий борьбы с проблемами нижних кругов Ада, ожидалось обсуждение проблем перенаселения, с которым не одно столетие сталкивались верхние круги Империи. Но это обсуждалось без экспертного мнения Ваерр Тат Аггат Саерра.

Демон вышел из дворца правителя, и оглядев площадь верхнего домена, в котором жил, направился к своему дому, его уже ждала жена.

ХХХ

Ваерр Тат Аггат Саерр полюбил демонессу. Они встретились ещё молодыми, за несколько дней до её свадьбы. Демон посещал кланы средних кругов, когда его позвали на помолвку наследника с одной из дочерей ослабевшего дома соседа. Наследники мужской линии не рождались, и клан, через брачный союз, был вынужден войти под контроль соседа.

Сайрана Тат Гарта словно почувствовала присутствие своего будущего избранника. Развернувшись к тому, кто пересёк ткани шатров их празднества, встретилась с ним взглядом, что для незамужних демонесс считалось недопустимым. Обряд был прерван и на традиционных боях, советник Императора отстоял своё право на демонессу.

Они жили вместе долгие годы, но за всё это время, жизнь не даровала им детей. Для демонов, чью силу подтверждало наличие наследников дома - это стало большим ударом. Рогатые, по своим древним обычаям, должны были обладать кровом — местом, где в безопасности неприступных стен могла укрыться вся семья. Иметь в своих хранилищах благородные металлы и артефакты: для защиты во время боя, для поддержания здоровья детей и матерей, для хранения магии. И собственно род, что демоны оставляли после себя.

У советника и его любимой жены был большой дом в верхнем домене - неприступная крепость для любого рогатого. Была сокровищница, полная артефактов и золота, но не было детей, что могли бы всё это унаследовать. И если сам советник относился к этой неудаче со свойственной ему мудростью, то его любимая жена каждый день себя за это корила. С годами переставала выходить на улицу, посвящая всё свободное время постоянному поддержанию идеального порядка в доме. Демонессе, что так и не родила наследников было трудно видеть счастливых матерей, что уже нянчились с внуками, или замечать на улице как кто-то, останавливаясь вдалеке, начинал обсуждать её трагедию. Видя, как угасает блеск в глазах любимой, демон пошёл на очередную политическую хитрость.

Утром, перед заседанием, Император уделил его запросу полчаса своего времени. С обсуждениями каждого пункта хитропродуманной стратегии, они оба составили договор, который обоюдно скрепили кровью. И Ваерр Тат Аггат Саерр покинул собрание, чтобы открыть новую страницу жизни для их стареющей в одиночестве паре.

Калитка дома встретила металлической виноградной лозой, на которой поспевали гроздья винограда из фиолетовых агатов. Собрать урожай мог только хозяин дома, а он ждал, когда камни, созрев, станут крупнее и насыщенней. Распутав две серебряной лозы, что поддаваясь хозяину, расплетались и пропускали в дом, он прошёл через калитку, оставляя металлическое растение самостоятельно закрыть охраняемый вход в логово.

Минуя малахитовые лестницы, он вошёл в богато обставленный дом. Его убежище встретило хозяина пустынными залами, акустика которых позволяла слышать даже как дышат его обитатели. Подойдя к колоннам у входных дверей он, отросшими когтями, провёл по камню, выдавай сноп искр. Звук прошёлся по комнатам, утонув, казалось бы, в безграничных просторах дома. С верхних этажей послышался голос хозяйки, что направилась встречать рано вернувшегося мужа. Не прошло и минуты, как она уже была внизу, радостно идя к нему навстречу.

— Не ожидала тебя к четырём часам. Я поставила ужин как обычно к семи, даже не знаю, чем тебя сейчас занять. — На её лёгкое перевозбуждение он ответил улыбкой и, подойдя ближе, обнял супругу.

— Знаешь, сегодня пришёл пораньше, чтобы кое-что тебе показать. — Он покачал её в объятьях, опуская руки вдоль спины и приобнимая за талию. — Нам нужно будет кое-куда заглянуть перед ужином, так что ты можешь не волноваться о том, что я буду не занят.

На её довольный ответом кивок головы, он поднял демонессу на руки, по пути в гардеробную, объясняя куда они будут держать путь.

На сборы ушло несколько десятиминутий, и демонесса, нервно сминая свою шаль, наблюдала как муж подбирает себе сюртук с человеческого королевства. Он закончил быстро, попутно завидев как жена, думая о его решении слишком много, начинала нервничать. В такие минуты он с ней просто разговаривал. Забалтывая, вытягивал из омута собственных мыслей, что приносили ей только вред.

— Думаю шарфа будет достаточно. — Взяв с полки идеально сложённый шелковое изделие, он протянул руку хранительнице домашнего очага, предлагая прогулку в другой мир. На его улыбку она ответила, и лицо преобразилось, став светлее и спокойнее.

ХХХ

Артефакт защитил при перемещении, его работой руководил дух-хранитель верхнего домена, ближайшего к точке перехода. Духи были сильными пространственными сущностями, что когда-то давно были отловлены демонами и заковались в цепи сильнейшей магии подчинения.

Со времён переворотов, когда сменяющими друг друга правителями уничтожались дома своих недругов, хранящиеся тайные знания подчинения и управления были частично утеряны. И со временем, служить рогатым остались только сильные сущности: те, что контролировали административные деления Империи – домены; один дух-хранитель Адового дворца его Темнейшества — сильнейший из существующих; и несколько сотен в больших древних домах. Большая часть из них впала в спячку, в том числе дворцовый, что отказывался выходить на контакт даже с Императором.

Место, куда вышли двое переместившихся демонов, было окружено, с одной стороны лесом и с другой — горами. В высокой траве по пояс оба рогатых обернулись к духу хранителю, что ждал их распоряжений. Они находились у ближайшего скрытого от людей перехода в мир демонов, и перенёсший их сюда дух, считал, что несёт за них ответственность. Советник не стал снимать с него этой обязанности, приказав хранителю держатся позади в нескольких шагах от них. Им с супругой предстояла прогулка.

Взяв под руку свою любимую, демон направился показывать красоты здешних мест, начиная издалека.

— Здесь никто не живёт, природа дикая, не поддаётся земледелию и предгорье здесь пустое, металлических руд найдено не было, грунтовые воды проходят очень глубоко и сразу же утекают в море. Оно, кстати говоря, недалёко, в трёх сотнях метров будет обрыв, — он показывал на горизонт, что скрывали деревья, — И за ним начинаются просторы водной глади. Из окон верхнего этажа возможно будет видно. Деревья срубать не планирую, они будут частью огороженной территории, где мы будем жить, — он развернул к себе супругу, что не могла поверить услышанному, подтверждая: — Да, я выкупил эти территории человеческого королевства.

На широко распахнутые глаза супруги советник усмехнулся, склоняясь к её лицу. Счастливо улыбаясь после минут дивной ласки любимого мужа, она всё же спросила: — Но как тебе удалось купить территорию у точки перехода? По закону мы не должны привлекать внимание человечества к нашим территориям, а это, стало быть, завлечение к открытой с обоих сторон границе.

Вспомнив, поделилась сплетнями, что ей были доступны в молодости:

— Я ни раз слышала, как молодые демоны покупают дома в человеческих городах, временно живя там с понравившимися человечками, но чтобы такие большие земли… — Её рассуждения, выходили к пунктам утреннего соглашения советника с Императором, и демон повторно стал излагать суть задумки.

— Это Предгорье, место равноудалённое от Империи и ближайших человеческих поселений. Пусть мы и в мире с людьми, нам всё ещё не нравится соседство с ними. Переходы - это скрытые природные порталы, что связывают наши с ними миры. Они могут быть разных размеров и формы: подводные, пещерные, лесные. Переход у предгорья, скрытый в скалах горы, — он указал на одну из вершин, возвращаясь к пояснениям, — наибольший по размеру, из всех нами известных. И для Империи это остаётся незащищённой территорией. Если, я договорюсь с человеческим королём, а я с ним договорюсь. — Он потратил минуту на приятное ему отступление, вновь продолжив: — То выстроенный в этом месте особняк с демонийской защитой, свяжет ближайший домен и этот дом. Таким образом, находясь в связке созданного туннеля, мы усилим охрану перехода. — Он был доволен собой, и с радостью перешёл к самой приятной части: — Мы будем жить одни в окружении гор, большой территории леса и двух озёр.

Отпустив одну руку, он направил её на лес с разных его сторон, став пояснять, каким видит будущее строительство:

— Пятиэтажное здание на центральной поляне, — воображаемый им дом нашёл своё место под солнцем на опушке леса, — Здесь будет сад, где ты будешь мне выращивать красивые и редкие цветы, всё, что захочешь. — демон погрозил пальцем, чтобы выглядеть серьёзным, — Смотри, контролировать буду, чтобы ты выходила на улицу. Каждый цветочек будет мною проверен.

Шутя, демонесса тяжело вздохнула, в том, что действительно будет проверять, уже не сомневалась. Воображаемое строительство тем временем не закончилось.

— Мы поставим рыбацкий домик к югу от здания, — его рука указала на лесную чащу, где не было и намёка на водные просторы озера, — Там я буду держать снасти, а в озеро мы запустим рыбу. И каждый день я буду приходить сюда и рыбачить перед ужином. Будем жарить рыбу с овощами, которые ты будешь выращивать в парниках, их мы поставим здесь, он указал куда-то позади неё, но она уже не оборачивалась, во все глаза смотря на любимого мужа, что был увлечён тем, о чём рассказывал: — Закупим чернозём для твоих небольших грядок, только не перетруждайся один ряд помидоров, второй тебе на выбор. Больше не разрешаю. — Он нахмурил брови, склонившись к её лицу.

— Как прикажет хозяин дома, — проворковала супруга советника, обнимая мужа. Она прижалась к его груди, а он поглаживал её руку. Но вспомнив о том, что не успел рассказать, немого потускнел.

— Сайрана, есть несколько условий сделки, на которые я пошёл, — он отстранил её от себя, заглянув в неё глаза, проговаривая каждое.

— Первое, мы меняем место жительства. — Он, получив немой вопрос, пояснил: — Как только достроится этот дом, мы переезжаем из Империи сюда окончательно. — Супруга серьёзно кивнула, принимая условие сделки. Оно было обосновано, держать два дома было бы затратно, тем более что он пойдёт в уплату нового жилища. — Получив согласие, демон перешёл к другому условию.

— Второе, мы ни под какими условиями не обозначаем ценность этих территории для нашего народа. Дом будет закрыт от человеческих посетителей, во избежание утечек информации, наших знаний и традиций. Думаю, что в составленном мною договоре, есть исключение для прислуги, что станет помогать нам по хозяйству, когда нам это потребуется, но и только. — Как только он заметил, что жена вновь грустнее на глазах, он перешёл к третьему условию.

— И последнее, дом, после нашего с тобой ухода … — Он закружил её в объятьях, приподняв над высокой колючей травой поляны,— … а мы проживём долгую и счастливую жизнь вместе.

Поставив жену на ноги и поправив её юбки, закончил принятое им утром условие: — Уйдёт под контроль его Темнейшества, став в будущем военным профильным особняком демонийских территорий - пограничным пунктом.

— Но человеки не разрешат, — напомнила о своих познаниях Сайрана Тат Саерр, получив при замужестве титул «Тат» — верхних кругов и семейное имя мужа — «Сайр», — У нас с ними непрочный, но мир, неужели нарушим?

Она пожала плечами, как истинная дочь своего народа, благосклонно относясь к тому, что при нужде, с любыми неприятелями демоны справиться в два счёта, получив то, что захотят.

Демон ответил столь же снисходительно, ни питая к человеческому наследию тёплых эмоций:

— Человеческая жизнь коротка. Мы живём больше сотни лет, в то время как они редко когда дотягивают до ста. За это время многое измениться и договор будет либо забыт, либо стёрт, либо мы подпишем сотню новых. Так или иначе, военному сооружению на границе быть. Так постановил Император, мне показалось, что его условия приемлемы для нас. Для меня важно лишь что ты по этому поводу думаешь? — Он обратился к жене, и она обвела взглядом опушку леса, представляя, как будет рассаживать клумбы, гуляя по огороженным территориям леса.

— Согласна. С тобой, хоть на край света.

Демон поднял её на руки, спасая нежные ножки любимой от колючей высокой травы.

— Рад, что проведу всю жизнь с тобой, моя дорогая. И, знаешь что, — он приблизился к её лицу, — Ты ещё не видела моря.

Бережно подбросив на вытянутых руках, он поймал свою добычу, как и раньше торжественно радуясь победе. С визгом восторга демонессы, стареющий советник побежал к обрыву, показывая любимой просторы их нового дома.

Часть I

Предгорье

50 лет спустя

Предгорье было необычным местом во все времена его существования. Оно мирно существовало на границе миров, пока те самые миры учились жить на своих ошибках и расцветать вопреки всему.

Что касается замковой истории, то стоит отметить, что поступки живых существ нередко бывают спонтанны, чувства сострадательны, а душа, с её высшими свойствами, склонна привязываться. И вот задумка о сотворении хитроумного плана претерпела изменения, и какие именно поначалу предугадать было бы невозможно.

Как обычно это бывает, в эпоху перемен слабые творения рушились, договора забывались и сила меняла свою дислокацию. По-своему случилось всё то, что предвещал советник Императора. Слабое уходило в небытие, а всё победившее, обосновывалось в сильных строениях и дворцах, принимая изменение формы и навеки запечатляя исторические повороты событий в своём торжественном искусстве. Предгорье поэтапно являлось зеркальным отражением меняющегося мира.

Располагаясь у подножия горного хребта, оно оставалось переходной зоной между равнинами и невысокими холмами, которые вспахивали и засевали зерновыми культурами деревенские люди; и прилегающими невысокими горами, позади отстроенного демонами замка. Замок окружала ограда из высоких деревьев, и только издали были видны крыши темно-серо-синего замка, спрятанного в лесной чаще.

В детстве, многие из проживающих в стенах укрытой лесом крепости, не задумывались о становлении столь памятного места. Но раз уж идёт повествование этой необычной истории длиною в сотни лет, стоит пояснить зарождение в замке академии. Придётся рассказать о необычной школе, какой её помнили люди, жившие или изредка заглядывавшие в те отдалённые места.

Предгорье постепенно стало приютом для детей всех возрастов, оставаясь таковым на протяжении многих десятилетий. В руководстве были демоны, как народ и раса они отличались долгожительством и мудростью. Стоило кому-то заинтересоваться и всплывала обрывочная, скупая информация о том, что рогатая пожилая пара создала приют в стенах своего имения за собственные деньги. Небольшая территория в лесу отвелась им за заслуги перед государством, местонахождение которого ныне не был отмечено на картах и тщательно скрывалось.

После строительства особняка не прошло и года, как эти места наводнили мистические существа, что под защитой демонов скрывались от гнёта завоевателя-человека с его манией обладать всеми сокровищами мира. В озёрах появились русалки, обустроившись, они изгнали большую рыбу, угрожавшую их молодняку. В лесах поселились лешие, что до этого страдали от вырубки деревьев. Деревни, расширяясь, становились городами, нещадно забиравшими себе территории. Хранители лесов были не единственными, вскоре туда же перекочевали и кикиморы, что не могли жить в грязной воде, испорченной человеком. Таким нехитрым образом, природа в лице хранителей вод и растительности, приняла решение о побеге на границу, затесавшись в лесной глуши и выжидая лучших времён. Предгорье с того момента заплодило грибами и ягодами, тихими птицами и, унесённые лешими, редкими зверьми.

Прошло время, демоны стали стареть, и замок стал потребоваться в прислуге. Деревенские жители, бросая пахоты, устремились в замок, помогать демонам с уборкой больших залов. Поначалу они набирали по три человека, с годами понадобилась помощь большего числа работников. И спустя лет десять, жители окрестных деревень уже знали, что в Предгорье стоит замок, владельцы которого могут заплатить за работу по хозяйству.

Человеческие поступки бывают странными, но насколько, демоны до этого не представляли. Нанятые люди, видя в замке хороший уклад жизни, стали поступать в привычной им манере, удивляя демонов. Им стали подкидывать детей на воспитание. По мнению «родителей», детей бы воспитали, обучили грамоте и дали путёвку в жизнь, в то время как они сами оставались в деревнях в округе.

По дальнейшим рассказам, спустя ещё несколько десятилетий, набравший популярности приют стал школой, куда стали поступать деревенские дети, дабы научиться ремеслу и грамоте. Отличие от основной массы было в том, что на выходные и каникулы их могли забрать родители или родственники, в занятости и необразованности, не интересующиеся историей замка. Другая часть ребят оставалась в стенах школы без возможности свободно перемещаться в городах и деревнях. Демоны всё же придерживались правила неразглашения, пусть и впустили в свой дом мелковозрастное человечество, оно было ограничено в передвижении и росло за оградой лесной чащи. Запреты появились и исходя из их же сохранности, в городах без присмотра детям было небезопасно, а выделить преподавателей для обеспечения контроля за ними не получалось. Но детям, незнающим жизни за стенами, казалось, что этот мир для них несправедливо скрыт, и школа превращалась для многих в подобие тюрьмы.

Астрея жила в Предгорье с самого детства. Первым её воспоминанием была деревянная комната, пункт приёма на границе деревни и школы. В ней было много людей разных одеждах: длинных рубашках, лаптях, кто в сапогах и платьях. Но все они были окружены своими детьми, которых обували и одевали, давая наставления. Уже чуть позже, понимая, что не могла прийти туда одна, необычная или, наоборот, очень обычная девочка не помнила своих провожатых, сколько ни пыталась — не получалось. Самым ранним воспоминанием оставалась комната, наполненная деревенскими детьми, шумом и гамом быстрых сборов и команд старших.

Её одиночество в суете чужих сборов заметила женщина, работающая с бумагами в дальнем углу комнаты. От природы полноватая, она выучилась быть вредной и разговаривать со всеми в приказном тоне — так грозно, чтобы никому не повадно было с ней спорить. Эта работница подошла к потерявшемуся ребёнку, присев рядом с ней на корточки. Дословного разговора сама Астрея не помнила, возможно, работница замка спрашивала, где были её родители, может быть даже что-то предлагала. Хранительница ключей по совместительству и сторожевая на пункте приёма детей на территорию школы, на самом деле спрашивала её по всем необходимым пунктам, чтобы вести её имя в картотеку принимаемых воспитанников, но в тот момент опрашиваемая ею девочка мыслями была очень далеко. Предаваться размышлениям в самые ответственные моменты — возможно, одна из самых плохих привычек, которую может избрать человек, но в детстве все имеют право на такие.

К вечеру ребёнка, что знал только своё имя, приняли в школу, в бумагах в графе родители значилась «в ожидании прибытия». Это значило, что они должны были за ней вернуться, оставляя ребёнка в приюте временно. Вот только этого не произошло, и Астрея, как и многие, заканчивала школу без знакомства с ними.

В школе их распределяли в комнаты, в которых жили по несколько человек. Многие начинали ругаться сразу же при заселении. Делить с кем-то комнату всегда непросто, тем более, если детей в них было шестеро. Для деревень обычное дело, но детей настраивали, что замок большой и по факту не всем нравились полученные условия. Радовало то, что старшие курсы жили по два человека в комнате на верхних этажах. Для многих это стало целью — как можно быстрей вырасти и переселиться в другие комнаты, подальше от таких противных соседей.

В раннем детстве Астрея была молчаливой. Воспитатели даже думали, что она не умеет разговаривать, но это было не так, она была отлично обучена для её возраста. В отличие от сверстников, девочка могла писать в пять лет, как только зачислилась в школу. Это вынуждало воспитателей всерьёз задумываться о возможном благородном происхождении ребёнка, что не говорил о своих родителях и сидел всегда в стороне. Поначалу она обходила конфликты и не лезла в драки, сохраняла отстранённость даже в дележе игрушек и прочих детских сокровищ. Всё до определённого момента.

Немного позже, при личной беседе за кружкой чая, одна из воспитательниц объяснила повзрослевшей Астрее своё видение её тогдашнего поведения — защитная реакция организма ребёнка от психологической травмы. Реакции на то, что он оставался один. Возможно, если задуматься, тогда в её голове было пусто и протекающее с каждым днём, время было подобно световому представлению, в котором девочка не испытывала сильных эмоций и переживаний. Всё это говорило в пользу теории воспитательницы Каминны. К своим воспитанникам эта женщина была всегда добра, вот это Астрея запомнила отчётливо.

Однако со временем что-то начало меняться, мир становился большим и загадочным. Стали окружать запахи, цвета, звуки. И девочка, до этого проводившая время в комфортном ей одиночестве, начала замечать людей, их эмоции и переживания. С того момента ей уже было трудно оставаться безучастным к чужим страданиям. Ей казалось, что она начала чувствовать сильнее, чем способны другие. Вот тогда она стала лезть в драки, доказывать справедливость и принимать сторону в конфликтах.

Жизнь действительно стала меняться, потому что её стали наказывать. Как и любой ребёнок, она считала это несправедливым. Казалось, что взрослые без всяких разбирательств делают неверные выводы. Во время наказаний с кем-то она сближалась, с кем-то перекрещивалась окончательно и вместо уборки полов снова начинала драку. За что снова получала наказание, которые стали занимать всё свободное время.

Наказания в замке были разнообразные: иногда провинившиеся писали; иногда, пойманные за скверными делами, ученики становились подопытными на лекциях старших курсов, в безопасных, но обидных экспериментах, таких как изменение цвета ушей и формы носа у магически одарённых преподавателей.

Магией в человеческом мире обладали не всё, хоть и большая половина от общей численности жителей трёх соседских королевств. Магически и финансово-суверенные государства: Каршевалд, Бавендер и Иственгаль были объединены общими лингвистическими корнями - бакалоннским языком и соперничеством. Соседи соревновались в мастерстве использования всех ресурсов, особенно магии в своём укладе жизни: в охране порядка, в развитии науки и торговли. Деревенским детям, даже обучавшимся в необычном замке, это было априори не доступно, но Предгорье со временем стал набирать преподавателей магов. Последние, за оговорённую с демонами плату, стали преподавать необычные дисциплины.

Возвращаясь к миру детских воспоминаний, нельзя не отметить, что тем самым магам-преподавателям, добровольцев на опыты всегда не хватало. Учёные, избежавшие участи стать профессорами в высших учебных заведениях столиц, засели в замке, и на своих лекциях уже не придерживались привычной программы, каждодневно формируя свою собственную – почти невозможную для освоения детьми. Ученики изучали всё то, что казалось преподавателям важным, а важным им казались не принятые учёными советами диссертации и псевдонаучные труды. Наказанные ученики меняли цвета не только ушей, но и отыгрывали сценки преследования охотниками, поведения животных в дикой природе и проживали падения и расцветы микробов, что ещё не открыли, ведь эта часть науки не прошла простой тест достоверности. Говоря прямым текстом, работа для наказанных на парах была всегда.

Пусть так, но всё же самым популярным наказанием оставалась уборка. Замок был большой и трудовая повинность была весьма выгодна. Как говорили те же воспитатели - это отрезвляло ум и занимало руки.

За все её годы, уже на тот момент, бунтарской жизни, а именно годам к семи-восьми, Астрея с гордостью могла говорить, что помыла весь замок от края до края. На тот момент она считала это поводом для уважения, спорно, конечно, но тогда это казалось почти подвигом.

И всё же одиночество не отпускало. С детства чувствовать, что ты не один, и в то же время таковым быть – довольно странно. Найдутся те, что осудят воображение, но оно вновь спасало. Во время частых наказаний она стала разговаривать с воображаемыми друзьями, которых наделяла разными качествами, характером и смешными именами. Сначала бубнила себе под нос только их ответы, потом строила разговор, вовлекая в его участив пространство пустой комнаты.

Но чего не знала девочка; что в распрях забыли и растеряли все демоны; что так и не поняли маги, не сумевшие подчинить себе могущественных сущностей – это скрытый удивительный факт – пространство всегда было наполнено духами. И, населявшие этот замок, существа потянулись к девочке, став просыпаться и привязываться к той, что дарила энергию в разговоре с воображаемыми собеседниками.

Сильная магия, до этого не применяющаяся человеком была обуздана девочкой, что большую часть время проводила в компании швабры и вёдер. Духи были потусторонними существами, что не держали контактов с миром людей, подчиняясь только привязкам к дому, от энергии жизни которых питались. Астрее ещё в детстве удавалось вывести их на разговор.

При первом появлении висящих в воздухе жёлтых и красных огоньков, девочка испугалась, решив, что её разыгрывают старшие курсы. Но, как только огоньки стали её слушать, двигаясь в такт простых команд, она нашла себе новое весёлое развлечение.

Духи, появляясь огоньками, фонили и светились, разговаривая с ней светом. За красными и жёлтыми пошли зелёные, голубые и фиолетовые. Они пробуждались от слабых до сильных, подпитываясь её общением. Некоторые духи её откровенно игнорировали, плавали в воздухе вокруг, копили энергию, не отвечая на вопросы. Были и такие, что научившись отвечать, обзывались и кусались, но встречались также были и те, кто хоть не сразу, но поддерживал разговор, звеня на непонятном языке. Те, что были поначалу слабее, были добрее. Они ей нравились больше всех, те, кто был добр к ней она ждала, иногда даже звала на прогулку до нового места наказания, сама того не замечая создав собственную технику подчинения духов.

С течением времени духов, желающих с ней пообщаться становилось больше. Огоньки всех цветов и форм, становились ярче, их голоса чётче и громче, споря, они перекрикивали даже преподавателей, что вели предметы. Но их слышала только Астрея, для остальных жителей замка они безмолвствовали. С ними уборка становилась легче. За возможность поговорить с ней, всем огонькам она предлагала сделку - помочь ей с уборкой. Таким образом, лет с десяти, убираться на наказаниях она перестала совсем.

Как только назначалась трудовая повинность, Астрея следовала до места наказания, при преподавателе девочка ответственно перекладывала вещи, смахивала пыль, выжимала тряпки, но как только он уходил, в девяносто процентных случаях на обед, в десяти - в просто отдохнуть, за работу брались духи. Провинившиеся младшие учащиеся убирались днём - в обед, старшие вечером ещё и после ужина. Поскольку надзор преподавателей за наказанием ставил их перед выбором между возможностью потрапезничать и возможностью понаблюдать за потугами какого-нибудь ученика выжать половую тряпку — многие представители светлых дум выбирали возможность поработать зубами и насытиться после трудного рабочего дня.

Астрея обводила вокруг пальца всех. Но при этом, прося духов об услуге, не считала, что пользуется силами своих друзей. Нет, она их относила к собеседникам, которым не составляло труда оказать ей помощь. Возможно, причина частых её дум заключалась в полученной особенности при воспитании в приюте – в любой ситуации оправдывать свои поступки из необходимости.

Девочка заметила, что у каждого из духов были свои эмоции. Как правило, какая-то одна, которая давала энергию цветному огоньку. Те, что заговорили с ней раньше были либо смешными и весёлыми, либо грустными, но общительными. Те, что «нашлись» позже были агрессивные в разной степени каждый, но эмоции, в целом, были негативные. При общении, и те, и те духи стали спокойными, в равной степени общительными. В этих существах проснулась находчивость и словоохотливость. Астрее стал понятен их язык. Они рассказывали смешные истории через призму их восприятия, обсуждали пройденный день, что будет в столовой на обед и прочее.

Со временем настороженность стали проявлять сами преподаватели. Возможно, потому что Астрея стала виртуозно списывать домашние задания и сложные, просто нерешаемые контрольные. Иногда духи диктовали ответы других учеников, иногда конспекты преподавателя. Итого к одиннадцати годам её стали пытаться в чём-то подловить на занятиях, лекциях и наказаниях. Наказания, кстати продолжились, так как даже при том, что учителя не могли доказать её причастность к происходившим в школе беспорядкам, подозреваемой видели только Астрею. Это, конечно же, было так, но также не мешало отбывать наказания с гордо поднятой головой и в наигранно оскорблённых чувствах.

Астрея в возрасте двенадцати лет поладила с группой. У неё всегда были выполнены задания, она была готова к контрольным. Со временем даже начав писать их без помощи духов. Получив первую заслуженную высшую оценку, была так счастлива, что долго рассматривала подпись преподавателя, выведенную тем же почерком «отлично». Тем же вечером, убирая нижние коридоры замка, она, не стесняясь, пела песни молодости духов-огоньков этого замка. Слова ей казались пристойными, но выбранный ими мотив был просто диким для человеческого музыкального понимания. Так или иначе, она была снисходительна и не стала портить хорошее настроение своих соратников, подпевая им в такт.

Танцуя и радуясь жизни, Астрея проводила время перед появлением своих замен. Как только часы давали четыре вечера на смену заступали старшие курса. Наказывали одних и тех же, так что с некоторыми она стала даже здороваться. Так проходило детство, после ужина она делала уроки, умывалась и ложилась спать, а потом снова и снова начинался новый день.

Тёмная сторона школы

Возможно, тот факт, что Астрея постоянно была занята наказаниями, позволило ей вовремя отдалиться от происходящего внутри школы и избежать взросления в среде других учащихся. Она не сразу заметила, что группа, с которой она училась и жила, стала меняться. Сильно сказывалось влияние старших курсов. Как бы ни хотели преподаватели и воспитатели внести в стены Предгорья мир и справедливость, в нём, как и в любом приюте, прорастал «свои мир» и «своя справедливость».

Изменения коснулись мальчиков, они стали более злыми, девочки же замкнутыми — все начали реже общаться, будто бы ожидая удара друг от друга. В суматохах стали пропадать ценные вещи, тетради и книжки, одежда. Напряжение и недоверие возрастало.

В жилые комнаты иногда заходили старшие учащиеся, предлагали сделки и возможность заработать. Если младшекурсник нерешительно отказывался, ему ещё раз напоминали о незавидной доли сиротки из детского приюта, оставленного судьбой без прав и денег. После качественной промывки мозгов, каждый задавался вопросом, что будет ждать их во взрослом мире, и как они будут в нём выживать, если пока не готовы начать противостоять окружающим?

Может, эти старшие действительно верили, что воспитывали и ставили на путь истинный легкомысленных младшекурсников, вот только это почти никогда не заканчивалось хорошо. Во-первых, это поднимало нервозность и панику. Случались срывы, драки становились ожесточённее, и в спорах стала проскакивать непростительная колкость.

Во-вторых, желание заработать приводило к тому, что все стали тайком продавать вещи соседей. Как-то раз Астрее пытались «задаром» продать её же тетрадь за прошлый год. Ну а в третьих, в стенах школы появились запрещённые вещества. Да, возможно, это было всегда, но фактом стало то, что их поколение переняло эстафету в распространении безобразных смесей.

Ситуация заходила в тупик, нанятые учителя были бессильны, ученики подозревали друг друга — всё это было в стенах школы приюта, дети которого оставляли себя без будущего в панике выжить в надуманном опасном суровом взрослом мире.

Астрея не была старше всех, умнее, или крупнее, но она понимала, что первым действием, которое должны были совершить преподаватели – это отгородить всех детей от влияния, сбившегося с пути, старшего курса. Пусть это было жестоким решением по отношению к тем самым старшим, но по сути дела, именно они поднимали смуту среди подрастающих поколений младших детей Предгорья.

За этим делом, а именно с открытой жалобой, она пошла к своей первой воспитательнице Каминне и, набрав побольше воздуха, поделилась с нею своими мыслями. После её сумбурного и обрывочного монолога, они пили чай и долго говорили.

Сидя на стуле, Астрея не доставала до пола и покачивала ногами, пока сидящая напротив женщина вновь и вновь что-то рассказывала. Она делилась историями о своих учениках, казалось их было сотни. Самым мудрым её отступлением стала фраза: «Всё повторяется, чтобы мы не делали, как бы преподаватели не пытались помочь, нас не слышат. В октябре мы снова получаем детишек и, может быть вновь повторим всё те же ошибки, потому что к выпуску многих просто не узнать».

Астрея попросила у плачущей над чаем Каминны ужесточить на время её группе жизнь, объединив в общем наказании, и главное — ограничить им общение со старшими курсами. Предложила не пускать их на этаж младших, не сажать вместе в столовой и не объединять все курсы на парах. За сказанное тогда сверстники посчитали бы её предателем, но дом переставал быть таковым, и девочка предложила своё решение.

Казалось, что всё перечисленное было невыполнимыми условиями, но на эти предложения ответил, стоящий в дверях позади них, директор. Оказывается, в тот момент он зашёл занести каких-то бумаг, а после остался дослушать доводы маленькой девочки, что хотела помочь своим сверстникам. Он дал её плану шанс.

В чёрном пальто-мантии, всегда почему-то пыльной престарелый и полненький директор оперся одной рукой о косяк двери, другой почесал голову у рогов.

— Почему бы Каминнушка и нет, всё же перепробовали. Группами старших классов займусь лично, их переселят на время, я нашёл преподавателя по фехтованию, будут пар выпускать.

Прежде чем уйти лорд Варонир — директор школы Предгорье, прищурив глаза, ещё раз взглянул на сидящую девочку, что не побоялась предложить преподавателю хитроумный план по спасению школы.

— Мне сказали, что ты очень талантлива, — старчески прохрипел демон.

Видимо, это был вопрос, и девочке пришлось кивнуть, хоть и смущенно-неловко. Директор улыбнулся в ответ и, не отводя взгляда, продолжил:

— Тогда будешь докладывать о своей успеваемости и брать дополнительные книги в моей библиотеке.

Она снова кивнула, на этот раз радостнее. Демон разрешал брать книги только некоторым ученикам и в очень строгом порядке. То, что ей разрешили было большим проявлением доверия и признания.

Воображению маленькой девочки показалось, что она, под предлогом получения дополнительных занятий, обязуется докладывать о продвижении её личного плана. Но демон имел в виду совсем иное, он видел в ней потенциал, который можно было развить. Идею, которую он принял как совет к рассмотрению, а она, напротив — восприняла установку к обязательному выполнению.

В её светлой голове уже строились стратегии, как можно было помочь родной школе. Для начала стоило найти время для задумок и подстроиться под расписание главы школы. Девочка назначила себя спасителем школы, отобранной среди большого числа ребят. Фантазия Астреи уже стала планировать годовые планы по обустройству этажей и сада, когда директор покинул их собрание, дав разрешение на получение книг из его библиотеки.

Он оттолкнулся от косяка двери и исчез в коридоре. Все так хорошо знали директора, весь его день проходил в неизменном распорядке: подъём, прогулка по парку, завтрак, работа до обеда, сам обед, занятия с избранными учениками, прогулка с женой, ужин и отбой. Он сильно любил леди Воронир Ирэну Вольфовну — жену, как и он, основательницу, взявшую на себя ответственность руководителя по учебной части. Итак Астрея допивала свои остывший чай в компании всё той же Каминны.

ХХХ

Прошло два спокойных дня с момента их разговора, когда Астрею вызвали в кабинет директора. Шёл скучный урок истории, на котором изучали года строительства значимых для соседних королевств городов: столицу королевства Бавендера — Багарай, столицу Иственгаля — Тифангорой и их собственного королевства Каршевалда — город Зальц.

Преподаватель прервал свою нудную речь, под которой и сам едва ли не засыпал, с тоской посмотрел на часы и потребовал, чтобы Астрея явилась к директору. Это было самым интересным моментом на том уроке, потому как стоило Астрее выйти из класса, тот целиком и полностью, вновь погрузился в пучину нудной истории.

Девочка, припрыгивая, шла по её пустынным на время занятий коридорах школы. Попутно получая интересную информацию, и слушая о жизни духов школы, Астрея бодро подошла к кабинету директора, но встав напротив больших дверей, стушевалась.

Дубовые двери из красного дерева сильно разнилась от прочих замковых, выполненных в схожих размерах и цветах. К ним от коридора шёл ковёр, продолжаясь где-то в глубине закрытого кабинета. Она, вздохнув для храбрости, занесла руку для стука, но дверь сама отворилась.

Предгорье,

Кабинет директора школы.

— Входи.

Она ступила на порог овальной комнаты. Кабинет был наполнен светом исходящим от окон, которые занимали пространство во всю стену. На застеленном коврами полу располагалось много, гармонично расставленных, диванов. Большие, светлые ковры уходили к противоположным стенам, что были заставлены стеллажами из книг.

Обернувшись к двери, Астрея заметила, что все стены, кроме окон, выполняли роль тех самых полок для книг. У скрытой за дубовыми дверьми комнаты был второй этаж, и на нём тоже были книги. Скрытой деревянной палубой корабля, второй этаж уходил вглубь комнаты, но что было дальше тех стеллажей — оставалось загадкой.

Директор, пригласивший её для разговора, подал голос из небольшого прохода глубин комнат первого этажа:

— Проходи, будешь чай?

Астрея хотела ответить как можно вежливее, но нашлась только на сиюминутный отказ: — Нет, спасибо.

Престарелый демон показался в небольшой арке под лестницей, и жестом пригласил вглубь своего кабинета.

Ковёр приглушал шаги, но некоторые половицы, уже постаревшие со времён постройки за́мка, издали скрип. Девочка, чутко реагируя на всё новое, испугалась показаться в чём-то небрежной и попыталась ступать как можно тише.

В открывшейся её части комнаты, куда она заходила, было окно, затянутое всё теми же белыми шторами. Левое крыло комнаты заканчивалось ещё одним стеллажом с книгами и дверью, видимо уходящей в личные покои директора. Стену правого крыла украшала большая карта, там же располагался письменный стол и два коричневых дивана для гостей.

Демон жестом пригласили сесть на один из них, вместе с ней подходя к мебели, чтобы сесть напротив. Постаревший владелец за́мка был в своём привычно пыльном пальто, он устало поскрёб основание рогов, и начал разговор:

— Знаешь, когда мы с Ирэной сюда приехали, мы не планировали открывать школу, мы уходили на законный отдых, — хозяин за́мка погрузился в воспоминания, — Наше поместье долгое время было окружено барьером. Потом нам требовалась прислуга, и мы ослабили границы защиты, став нанимать работников из ближайших городов и даже деревень, — он отпил глоток от своего чая и поставив фарфоровую чашечку на блюдце, что некрепко держал в руке. — Жизнь проходила в мирном пребывание на этой территории. В первые годы мы ладили со всеми её обитателями: домовыми, русалками, кикиморами и другими защитниками леса. Часто устраивали праздники в их честь, всё же между нами была связь.

Лорд Варонир достал из внутреннего кармана давно уже не чистый платок и начал им протирать свои очки. Делая это, он ещё сильнее размазывал попавшую на линзу грязь по всей поверхности стекла.

Щурясь, осмотрел результат своих трудов и продолжил:

— Всё началось с того дня, как какая-то деревенская женщина принесла своего ребёнка к дверям домика на отшибе. Эту деревянную постройку мы использовали для встреч и обмена товарами с подозрительными торговцами. Человеческая женщина совершила совершенно дикий поступок — оставила там дитя на целую ночь. О посылке мы узнали в полночь, нам поведал дух-хранитель дома, в тот момент ещё общавшиеся с нами.

В эмоциях демон попытался привстать, но жидкость в чашке опасно качнулась, рискуя выйти за края, и он продолжил разговор сидя в кресле.

— Ирэна побежала к избе в своей ночной рубашке. Вместе со служившим нам духом мы отыскали ребёнка. Потом пришлось спешно думать, что нам с ним делать.

Астрея привстала и забрала чашку у пожилого демона, а он, поблагодарив, встряхнул уставшие руки.

— Супруга настояла, и мы отнесли его домой. Накормив, уложили в свои гостевые кровати. Нашего первого приёмного сына мы назвали Рином, на наш манер, — он сделал отступление, улыбаясь своим воспоминаниям, — Ему очень подходило имя. Спустя пару лет, нас стали поднимали почти каждый месяц, очень многие стали оставлять своих детей в том домике. Нам пришлось сделать приют, — демон развёл руками, словно оправдываясь, — Ирэна всегда была жалостлива, так что почувствовав, что я хочу передать детей государству, оперативно стала строить корпуса на территории нашего имения. Я не мог отказать жене, столько лет она стойко выдерживала годы моей службы перед Императором, это была небольшая плата за её поддержку.

Он обратил взор на всё ещё мягкий, но тускнеющий в цвете ковёр. Время не пощадило и это изделие. В прошлом оно долгое время оставалось чистым, поддерживаемым хлопотами демонессы, а теперь собирало пыль и теряло цвет.

— Мы полюбили наших воспитанников, и как любые родители хотели им что-то дать. То, что поможет им в жизни. Для себя же я решил, что должен передавать знания новым поколениям, но так как наша магия для вас находится под запретом, мы из года в год ищем учителей и обучаем детей бытовому ремеслу, умению читать и писать.

Демон скинул обувь и покачал ногами, утопая ими в ковре.

— Шли годы и жители леса, озёр и духи за́мка осерчали, — демон снисходительно обозначил причину, — Детям не свойственно трепетное обращение с теми, кто их ниже и слабее. Наши воспитанники срывали цветки по весне, кидали камни в пруды и реки, дразнили домовых. Это их обозлило, в какой-то момент жалобы прекратились и духи стали отвечать жестокостью на жестокость. Русалки стали утягивать хулиганов в болота, кикиморы и лешие пугать по ночам, домовые перестали следить за домом.

Он, вздохнув, собрался с силами и поднялся с дивана, направившись к своему рабочему столу. Астрея последовала за ним, внимательно слушая историю, которую пока плохо понимала. Сев в удобное рабочее кресло, демон продолжил озвучивать свои мысли, что много лет обрабатывал, как раковина жемчужину:

— Воспитание трудный, и эмоционально исчерпывающий процесс, и тот, кто так не считает, ошибается. Детей стало слишком много. Со временем мы изменили правила, переложив уборку на персонал и провинившихся учеников. Запретили покидать за́мок и сходить с тропинок, ради безопасности детей — мы прекратили общение с обитателями леса.

Рогатый хозяин за́мка обвёл руками кабинет, но говорил обо всём поместье сразу, вздохнув, продолжил монолог-исповедь:

— Но на этом не закончилось, духи стали нападать на работников замка. Спустя какое-то время, его стала покидать прислуга. Времена изменились, если раньше мы платили им за работу едой, то после нападок они потребовали денег за выполнение работы повышенной опасности. Тогда мы попросили помощи у государства. Я задействовал связи с границ, на собрании убедив на служащих королевства, что мы выполняем функцию человеческого государства и нуждаемся в инвестициях.

Лорд Воронир поискал на столе очки и, найдя их у себя на лбу, вновь снял, высматривая грязь на их оправе.

— На момент коронации наследник утвердил нам ежегодные пожертвования. Все эти средства тратились на преподавателей и воспитателей, приглашённых мной со всех королевств. На тот момент среди наших детей стали появляться полукровки, а нередко и чистокровные представители разных магических и не магических рас. Немало народностей пострадало от рук человека. Спасаясь, часть таких детей осела в Предгорье.

Он водрузил очки на место, вспоминая нелепые истории из прошлого:

— Основой воспитания стала расовая терпимость. Сейчас уже трудно сказать кто кем приходится, сильные отличия были заметны только в детстве, а мы их не фиксировали. Посчитали это мерой защиты, было очень неспокойно. Стоит заметить, что проходя этапы взросления, даже чистокровные сливались с толпой. Но некоторым было трудно: кто-то в кошмарах и приступах сильных эмоций палил комнаты, для кого-то средой обитания должна была быть влага, ну а человеческим детям и простым полукровкам в таких условиях жить было непросто.

Астрее вспомнились первые годы в за́мке, когда кто-то дрался, кто-то выходил спать в парк. Директор был прав, Предгорье собрало много детей, родители которых были необычными и привыкнуть к некоторым соседям было непросто. Лорд-директор продолжил:

— Может я пропускаю какие-то события, но так мы дошли до сегодняшнего дня. И вот меня предупреждают, что следующим годом снизят финансирование вдвое. Затем процесс пойдёт на убывание. По тем же бумагам идёт комментарий канцелярии, — глава заведения натянул грязные очки, и начал читать очерк на государственном документе в виде письма, лежащего у него на столе:

«…Ставим вас в известность, что ваше спонсирование на всех основаниях могут и должны продолжить ваши выпускники, обученные базовым основам магии и ремесла. В крайнем случае, обращаем внимание, что вы и сами, в полной мере сил и возможностей, способны существовать за счёт накопленных средств. А посему Государство впредь не будет перечислять таковые, контроль за которыми вести в ваших схемах не представляется возможным.

С уважением, советник Его Высочества».

Лорд Варонир сложил письмо и отложил его в полку стола. Снял очки и, положив их перед собой, принялся растирать лицо. Пока его руки были её видны, Астрея уделила им внимание.

На всех картинах в за́мке ногти демонов были чёрного цвета, рассматривая пальцы лорда директора, Астрея про себя ещё раз отметила, насколько он был стар. Выцветший, но ещё тёмный цвет ногтей, редкие и седые волосы и, теряющие прежний цвет, витиеватые рога.

Привстав, она забрала очки со стола и подолом платья начистила линзы. Проверив работу на свет, встретилась глазами с лордом-директором, и передала очки.

— Спасибо, друг мой. Ты не пойми старика неправильно. Я ни о чём не жалею, просто не представляю, что делать дальше, — он сложил руки в замо́к, потеребив пальцами.

Старик нашёл силы по-доброму посмеяться над собой:

— Придётся просить совета у своих. Меня на смех поднимут, узнав, что я бесплатно обучаю детей, да и вообще, что влез в подобное дело. Все свои сбережения мы потратили на это поместье. — демон обвёл взглядом свой кабинет, мыслями обегая всё пространство за́мка. — Оно стоит на границе наших миров, что стоило баснословных денег. Всех, что я заработал за свою жизнь.

Вытер пыль на столе перед собой, он вздохнул, снова оправдываясь:

— У уже взрослых детей, даже у приёмных, просить денег не имею права, никакого права. Выход только один, — лорд натянул очки и кивнул, принимая собственное решение, — Надавить на свои титулы с прошлого, и попросить учителей за счёт Империи.

Астрее стало грустно и тоскливо. Она волновалась не о дальнейшей участи ученика в теряющей финансирование школе, а о переживаниях её главы, который близко к сердцу принимал разворачивающуюся жизненную ситуацию.

Белокурая девочка озвучила свой истинно-детский совет, что как ей казалось, мог изменить всё произошедшее: — Давайте для начала вернём праздники и духов.

— Нет, друг мой, — для демона, посмеивающееся над её наивностью, все в школе были «друг мой» и учителя, и дети, — Для их подчинения нужен кто-то уровнем архимага. Таких в королевстве немного, они дорого возьмут, да и проблем потом появится немерено. Например, я, зная людей их класса, уверен, что подчинённые им духи в каждом призыве будут обчищать наш за́мок к Рогатому демону.

Лорд-директор стал взором искать что-то в полках стоящего рядом шкафа:

— Но не будем об этом, тебе незачем так глубоко вникать в мои проблемы. С этим я сам разберусь.

Хозяин кабинета не нашёл что искал и, встав из-за стола, подошёл к книжным стеллажам, приглашая слушающую его девочку пройти за ним. С крайней полки он достал небольшую книгу, обложка которой переливалась белым перламутром с синей гравировкой. Демон осмотрел переплёт и протянул Астрее её первую магическую книгу.

Получив на руки книгу, Астрея внимательно и восхищённо разглядывала прекрасную работу неизвестного ей мастера. Раскрыв, она прошуршала шелковистыми страницами. На слегка пожелтевших листах был текст и схемы плетений, выполненные витиеватым почерком. Хозяин за́мка принял её восхищение за благодарность и прежде чем она что-то успела сказать, он приобнял воспитанницу за плечи, напоминая:

— Я действительно отбираю себе в ученики некоторых наших обучающихся. Беру, как правило, старшие курсы — с ними легче. Но с тобой готов сделать исключение. Ты талантлива, действительно талантлива, таких детей немного. Преподаватели приносили мне твои работы. Скажу прямо, не все из них верили, что это плоды твоего труда, но не будем об этом.

Астрее стоило огромного труда тогда промолчать. Пока она обдумывала сказать или не сказать правду о первых оценках, демон продолжил шествие к овальной части комнаты. Там он присел на краешек одного из диванов, расположение которых делало комнату похожей на зал совещания. Мебель располагалась вокруг небольшого стола с цветами, которые каждое утро собирала леди Ирэна.

— Что должен освоить маг в первую очередь? — её жестом пригласили сесть на соседний диван и стали ждать ответа.

— Тени-толкай и защита, — Астрея вспомнила строчки из наспех прочтённого ею учебника. И демон как будто бы ждал такого ответа, покачал и головой и начал объяснять:

— Нет, нет и нет! Ни в коем случае. Это неправильно. Обучение магическим искусствам всегда начинается с поисковых заклинаний. Обуславливается тем, что для сложных магических действий маг всегда должен знать, где находятся необходимые для его защиты объекты. А не бегать по лаборатории, ища ингредиенты.

По его выразительному взгляду она догадалась, что речь шла о преподавателе по бытовым снадобьям. Меняя курс, дети меняли предметы, но на самом деле проходили то же самое с теми же преподавателями. И вот уже несколько лет подряд они обучались у человека, который носился по классной комнате, ища травы и соли для убегающего варева. Чтобы по программе они ни проходили, цвета всех его зелий всегда были одинокого серо-зеленными. Такая незавидная стабильность не мешала ему ставить своим ученикам плохие оценки.

— Эту книгу даю тебе на неделю, будут вопросы — подходи, объясню, что смогу.

За разговором демон порядком устал и, дав книгу на самостоятельное чтение и осмысление, решил удалиться поспать в соседнюю комнату.

Она проследила, как он покинет комнату. Кивнув его словам, она склонила голову в знак прощания и, пройдя по ковру, скрылась за дверьми в коридоре. Уже за дубовыми границами он несколько раз бесшумно, но радостно, подпрыгнула от счастья – ей дали книгу. В хорошем настроении, девочка последовала на занятия.

В тот вечер старшие курсы к ним не заходили. Соседки вскользь спросили зачем её вызывал директор, на деле не сильно интересуясь.

Астрея честно ответила, что это касалось учёбы и в кабинете директора ей давали дополнительную литературу. Как и следовало ожидать, интереса это не вызвало, но любопытство удалило окончательно. Даже так, полученную книгу девочка незаметно спрятала в подушку. Перламутровое библиотечное сокровище оставалось ценным предметом для директора, и она обязана была вернуть его в целости и сохранности.

Новые методы преподавания

После того разговора Астрея по-другому стала смотреть на всё происходящее в школе. Предгорье было особняком двух престарелых демонов, которые впустили в свою жизнь и воспитали так много чужих детей. Общая столовая, залы, просторные коридоры, библиотеки — всё это было их домом. Все, засыпающие под крышей за́мка, действительно находились в неоплатном долгу за их доброту. С этими мыслями Астрея засыпала после необычно прожитого дня.

Утро началось с горна. Жителей Предгорья никогда не будили горном. Звук шёл от леса. В комнате зашуршали кровати, но никто не встал, даже Астрея. Перевернувшись на другой бок, она вновь планировала заснуть.

Горн повторился и кровати просто сбросили своих хозяев на пол. Тем, кто был на первом ярусе повезло чуть больше, их пол встретил мягче. Хотя сверху на них попадали соседи с верхних ярусов.

Астрея просто чудом удержалась за бортики кровати, другим повезло меньше. Под дикий стон и даже слёзы, дети услышали третий горн. Боясь, что будет дальше все притихли.

Над комнатами за́мка пронеслось приказ, озвученный незнакомым мужским голосом:

— Утреннее построение перед школой через пять минут. Опоздавшие остаются без завтрака! – все ждали, что будет дальше, но за этим последовала тишина.

Молчание породило тревогу, и ученики школы, до этого момента не знакомые с дисциплиной, резко вскочили с кроватей и стали одеваться.

Сев на своей, Астрея убрала волосы в хвост, и начала натягивать форму. Девочки, не раздумывая, стали доставать с верхних полок парадные платья.

Они парадными и не были, скорее официальными и строгими. Чулки со временем у всех ставшие желтоватыми и обувь, что была у всех разной. Книгу Астрея сунула задний карман пиджака, который использовала для проноса литературы из запрещённых отделов библиотеки. Так как ни одна из тех книг не объясняла особенностей строения и поведения духов, наличие криво сшитого ею кармана она рассматривала как глупость, но только до этого момента.

Выйдя в коридор и, начав спускаться по лестницам, соседи из комнаты Астреи встретили почти всю школу. Отличие было лишь в том, что младшим классам помогали собраться жалостливые воспитатели.

Все вышли в парк перед за́мком и, не сговариваясь, отделились по возрастным группам. Маленькие дети спрашивали воспитателей одни и те же вопросы, и все как один обхватывали себя руками, в попытках согреться — утром было холодным.

Была уже весна, снега в Предгорье никогда не было, но после тёплой постельки утренняя прогулка в лесу не вызывала трепетного восторга. Астрея отошла немного в сторонку и начала вглядываться в лес, который начинался за небольшим парком. Смотря на кусты вдалеке, стремилась в зарослях увидеть леших или русалок, но ничего не получалось. Они давно не показывались.

— Холодно, — слова вырвались непроизвольно. Она начала разогревать кулачки рук в попытках согреться и перестать дрожать.

В тот же момент услышала знакомый голос:

— Сейчас погрею.

После этих слов, с каждым её вздохом, воздух вокруг становился теплее. Девочка узнала голос, принадлежавший духу-огневику, что помогал ей убирать листья на крыльце за́мка. Она искренне поблагодарила отзывчивое создание:

— Спасибо, на тебя всегда можно положиться.

Дух красным светом плавно закружил рядом, менял форму и оттенок. Она обернулась к остальным ребятам, что грелись небольшой кучкой перед дверями за́мка. Никто не смотрел в её сторону.

— Они не видят, — подал голос дух, вновь подтверждая то, чего она замечала, но не могла понять.

— От тебя зависит видят они тебя или нет? — Астрея сложила руки на груди, а дух, приняв форму столового овощного пюре, продолжив посвящать её в тонкости взаимоотношений духов с жителями и работниками школы.

— Люди духовно слабы.

Она ждала чего-то большего, но дополнений к сказанной фразе не последовало. Видимо, дух придерживался фразы «краткость — семя мудрости».

В это время передние двери выплюнули выпускную группу, самых старших ребят школы. Среди них ярко выделялись пять наглых и бесцеремонных хулиганов. Если на наказаниях Астрею могли оставить в классе, то с них преподаватели глаз не сводили. Эта шайка, упав в полёте на землю, начала грязно ругаться. Удивительным было то, что не все старшеклассники сильно приложились к земле, в большей степени именно эти пятеро.

В парадных дверях школы показался широкоплечий мужчина, отряхивая руки друг от друга, как будто бы вынес мусор. Он же и прокричал:

— В шеренгу становись! — Все, поглядывая друг на друга, последовали приказу. Учитывая, что в школе, не считая малышей, было сто сорок детей, шеренга заняла пространство длиной в парадный край лестницы. Только трое старшеклассников так и остались сидеть. На это обратил пристальное внимание организатор утреннего построения.

— Чего сидим, рурики?! — последовало обидное прозвище, означающее несозревшие плоды лесной капусты. Вроде как считалось крайне неприятным прозвищем в адрес представителей мужского пола.

Не вставая, и смотря исподлобья с вызовом, старшекурсник Мавр демонстративно вытянул ноги.

— А собственно чего от нас надо такому напыщенному индюку?— от парня послышался наглый отказ подчиняться.

Все с интересом перевели взгляд на напыщенного индюка и стали ждать его реакции на провокацию. Её не последовало, ровно до тех пор, пока незнакомый мужчина не спустился с лестницы и твердо не встал своими зашнурованными ботинками на траву парка. Потом всем стало страшно.

Земля, как голодный червячок, раскрыла пасть и поглотила хулигана, оставив над травой только его голову. Ещё не проснувшиеся жители за́мка решили, что её отрубило. Это был шок, незнакомому мужчине более никто не осмелился грубить. Одна из воспитательниц упал в обморок, женщины в передниках не бросили своих воспитанников и тоже стояли в шеренге, испуганно повизгивая и охая.

В суете вокруг произошедшего до Мавра вдруг дошло, что он остался жив. Используя все ресурсы своих голосовых связок, он стал орать. Его друзья окончательно перепугались и, подскочив с земли, встали в общую шеренгу. Эффект был достигнут: пришедшего человека в костюме стали бояться и внимательно слушать.

— Меня зовут Боромид Исан Вахтович, я ваш новый преподаватель по фехтованию и выживанию в опасных условиях. Специальность: боевик и тренер. Фехтование будет доступно детям до десяти лет. Предмет ВОУ будет преподаваться усиленно старшим курсам с экзаменами и практиками, как в лесу Предгорья, так и за территорией школы.

Мавр опять подал голос, но преподаватель сделал вид, что ничего не услышал.

— Каждое утро старшие курсы бегают три круга по территории парка, младшие один. Затем, пока младшие будут уходить завтракать, у старших будет начинаться усиленная тренировка на выносливость. Только после того, как я скажу: «достаточно», старшие курсы имеют право идти умываться и есть. Всем понятно? — последняя фраза прогремела над парком столь же громко, как и поднявший всех утренний горн.

— Да, — послышался неслаженный хор голосов.

— Отлично, – ёмко обозначил мужчина, обращая внимание на одеяние своих подопечных. — Теперь объясните мне, почему на всех вас надета школьная форма? — он осмотрел выстроенную шеренгу из преподавателей и из воспитанников, — Вам её не жалко, что ли? Как вы собрались в ней бегать?

— Мы не собирались бегать, — подал голос мальчик по имени Тимир. Как только стало очевидным, что этим ответом ученик обратил на себя внимание, он тут же вытянулся по струнке, сделав вид, что прозвучавшая фраза ему не принадлежала. Но преподавателя такой поворот не устроил.

— Ты мужик или трепло?! Раз сказал — имей смелость держать ответ за сказанное.

Парень буквально воспринял слова преподавателя и без разрешения пояснил свой предыдущий ответ:

— Нам сказали прийти на построение, не на бег.

Стоявший рядом с головой Мавра, Исан Вахтович круто развернулся на месте и начал движение к говорившему темноволосому одногруппнику Астрее.

— Твоё имя, рурик?

Ответом было молчание, затем Тимир поднял глаза на преподавателя.

— Я не рурик, а значит отвечать вам не обязан.

Уже в ближайшем будущем их общий ненавистный преподаватель кивнул словам школьника, криво ухмыльнувшись:

— Да, может, и не рурик, — перестав улыбаться, он продолжил уже другим голосом, — Но вот беда парень, я препод, а ты школьник. Десять отжиманий за баталии с преподавателем.

И уже обращаясь ко всем ученикам:

— В дальнейшем допускается только оговорённая форма общения. На вопросы отвечать с разрешения: разрешите ответить. Вопросы задавать с фразы: разрешите спросить. И только после моего разрешения вы приступаете к общению со мной. Вам ясно?!

— Ясно! — послышался ответ школы, уже более слаженный.

— Ответом должно быть: «да тренер, ясно». Позволяется обращение офицер, так как это моё военное звание. Но вам же легче с формой — тренер. А теперь бегом марш. Сегодня у всех один круг и до завтрака стираем вещи.

Ребята уже неспешно тронулись, когда тренер прогремел: — Я сказал бежать!

Все побежали. Круг был небольшой, но с непривычки свежий воздух и незапланированная для обитателей за́мка тренировка душила, вынуждая искать место, чтобы присесть. Они не знали, что так делать было нельзя. За всей процессией наблюдал тренер-боевик и делал неутешительные выводы.

— Вот это уровень, рурики, вот это показательное выступление.

Он покачал головой и более бодро продолжил:

— Как хорошо что у вас есть я, — никто этому не радовался, но незваный тренер продолжал свою речь. — Вот я из вас атлетов сделаю!

Не прилагая усилий, мужчина поднял выпускницу, упавшую перед ним в лужу, похлопал её по голове в саркастично-утешительном жесте и продолжил:

— Мне отдали только выпускные курсы, это группы возрастом с шестнадцати до восемнадцати. Итого три группы, — в рассуждениях он как бы делил присутствующих. — Мелкотня, времени на вас мне попросту не хватит. Но не волнуйтесь, мы наверстаем наше общение чуть попозже.

Старшекурсники со злостью глазели на младших. Кажется, идея нанять тренера старшим курсам, чтобы ограничить их времяпрепровождение с младшими, с последующим оказанием на них пагубного воздействия, изначально не предполагала ужесточения неприязни, вплоть до желания восстановить справедливость за счёт угнетения тех, кому посчастливилось несправедливо избежать общения с новым педагогом. Ситуацию продолжал раскачивать далёкий от истинных планов руководства новый тренер.

Для наглядности преподаватель достал Мавра за шкирку из-под земли. В прямом смысле этой фразы.

— Пока будем работать вот с этим! — То самое это, то есть Мавр, дрожало и отряхивалось от земли, с опаской глядя на тренера. Мужчина заметил его взгляд, а после устремил свой куда-то вдаль: — А ты, как думал, под землёй сидеть не радостно. В отрядах лазутчиков Его Величества мы часами сидели под землёй, прослушивая вражеские территории.

Всё ещё дрожа, парень поднял изумленно-недоверчивый взгляд на тренера. Понятное дело почему. Игры в лазутчики составляли изрядную долю паркового времяпрепровождения. Все хотели играть за известное в этих местах подразделение Его Величества. Были подразделения более престижные, но в них набирали только знать и аристократов. Для деревенских детей героями были призывники с их слоёв общества — лазутчики. Им, незасекреченным по долгу службы, часто присылались благодарности от имени королевства, о них писали в газетах. Среди лазутчиков было множество проявивших себя военных, но особенностью было то, что звания за заслуги выдавались всему подразделению, а не конкретному человеку. Государство делало это, чтобы избежать требований налоговых льгот, а сами лазутчики считали, что это делается для конспирации, сохранения секретности членства.

Исан Вахтович кивнул, оглядывая незаконно отдыхающих на траве.

— Теперь вышел на пенсию. А до этого где я только не был. Службу прошёл почти во всех войсках королевства. Радоваться должны, что с таким грузом опыта я нашёл время тренировать вас.

Тут он заметил, что обнаглевшие дети, пробежавшие только один круг, стали садиться на лестницы.

— Подъём! Встаём и ходим, восстанавливаем дыхание! Не сидим!

После того как все прошли ещё один круг и спросили разрешения, их отправились умываться и готовиться к завтраку.

Курс по бытовым снадобьям

Обсуждали жители за́мка своего нового преподавателя в коридорах и на лестницах до комнат. Кто-то жаловался на пятна грязи на форме, кто-то на возможное растяжение связок и физическое истощение из-за утренней пробежки в лесу. Были те, кто остаток сил положил на спор, правду ли говорил новый тренер о своей службе или нет.

Проверить ведь было почти невозможно. Служившие у кого-то отцы и деды рассказывали байки, что при уходе лазутчиков на пенсию или по другим причинам из подразделения, воспоминания военного подвергались стиранию, на предмет сокрытия секретных данных о королевстве. Во всё это верили, потому проверить информацию не могли.

Бранясь на нововведения, дети дошли до комнат, снимая по дороге верхнюю одежду. Кто оказался сообразительным, похватав полотенца, ринулся в душ. Но большинство на это махнули рукой, справедливо про себя решив, что после такого пробуждения, имеют право на любой запах.

Комнаты пустели, и ребята, собравшись, спускались в столовую, а Астрея тем временем никак не могла решить, куда деть книгу лорда-директора. Собрав исписанные тетради и домашки, часть которых нашла в чужих стопках и на соседских кроватях, она сложила их свою аккуратную стопку, приготовившись к новому школьному дню. Вновь повертела книгу в раздумьях, не зная, можно ли было её оставить в комнате без присмотра. Решив не рисковать, привычно засунула в задний карман пиджака.

Спустившись по лестнице с третьего этажа, Астрея поплелась вдоль холла, идя на шум голосов. В то место вели все коридоры, встречаясь перед дверьми в трапезную.

Коридоры за́мка были застелены пыльноватыми бордовыми коврами. Как бы сильно ученики ни старались во время наказаний его почистить, них этого не получалось. Раз в полгода его вытряхивал преподаватель по точным магическим схемам. Его звали Манул Кавриц, о нём чуть позже. Свой предмет он считал самым значимым в программе, ставя себя выше мастеров деревянной работы.

Предмет схемотограмм шёл только как теория, так как у всех был разный уровень предрасположенности к магии – его не практиковали. С пониманием таких особенностей, нелогичным казалось то, что неравная предрасположенность не освобождала всех от экзамена по этому предмету, напротив, он был обязательным для всех. Это касалось ремёсел и прочих дисциплин — всё та же вечная школьная дилемма.

Были среди учащихся те, что хорошо проявляли себя в магии, и те, что хорошо работали с деревом… Как показывала практика, обычно одно исключало другое. Но лорд-директор часто напоминал преподавателям, что Предгорье специализировалось не на магии, а на мелком ручном производстве, а потому, получалось или не получалось, но дети пилили стулья, столы и прочую утварь, рисовали чертежи и планы деревенских домов и сараев. Многие, заканчивая школу, выходили мастерами и плотниками, способными отстроить деревни и сёла, но редко, когда применяли свои навыки на деле.

Предрасположенность к работе с материалами имели многие, но не все. Так как у всех были свои сильные и свои слабые стороны, встречались среди учащихся и такие, что могли выполнить работу как надо. Кто-то не мог уйти дальше чертежей, путаясь в расчётах, кто-то не мог ровно отпилить деталь; у кого-то не хватало терпения закончить работу и бросали занятия — такие школьники в наказание чистили доспехи главного холла. Как экспертно считала сама Астрея — это была самая лёгкая из возможных уборок в за́мке.

Главный холл заканчивался большим окном во всю стену, в солнечную погоду его прятали за светлыми напыленными шторами. Вдоль ковра с двух сторон стояли те самые необычные доспехи. Шлема их были рассчитаны на наличие рогов, а амуниция была выполнена из тёмного металла с золотыми узорами, заметными только вблизи. В руках у представленного военного обмундирования был крепко стиснут разный вид оружия, более не повторяющийся в представленной обширной коллекции. Наверное, совсем неудивительная особенность, учитывая, что за́мок принадлежал демонам.

Астрея оглядела пространство, подмечая разнообразие опасных предметов военного искусства, что пылились в за́мке с самого его основания — всё из представленного было раритетом, стоило больших денег, и не использовалось старыми демонам. В последнее время много думая о том, сколько что могло стоить, девочка зашла в столовую, будучи глубоко погруженной в свои мысли.

Главный зал встречал шумом и весёлой суетой. У предгорской школы было несколько столов для трапезы, когда-то стоявшие праздничные дубовые изделия заменили из-за их громоздкости. Они занимали много места и были неудобными для рассаживания большого количества детей. Сейчас столы были выполнены из лёгких пород деревьев и стояли вразнобой.

В начале столовой ели малыши, им помогали воспитатели. Старшие курсы занимали столы в середине, остальным приходилось занимать места либо рядом с малышами, либо ближе к кухне. Делились чаще всего по комнатам. Найдя своих соседей, Астрея получила поднос с едой и, выбрав свободное место, принялась есть. На завтрак была любимая каша, одно горячее вареное яйцо, чай и хлеб с маслом. Пока ела, снова задумалась над тем сколько денег уходило в месяц на еду, и откуда демоны будут их брать, когда субсидии от королевства прекратятся.

Серьёзно относившись к докладам по неоконченному предмету «основы документации», иногда просматривая документы в библиотеке и расспрашивала преподавателей, Астрея многое поняла. Управлять финансами — тяжело.

Усердно занимаясь, в свои одиннадцать лет она знала основные документы, подтверждающие выполненную работу или покупку изделий. Часть документов могла составить сама. На самом деле все школьники Предгорья должны были это знать, отличие лишь в том, что им это не было интересно.

Доев хлеб с маслом и запив его чаем, она направилась к выходу из столовой. Первым предметом поутру был курс по бытовым снадобьям. На этом предмете школьники варили микстуры от кашля; заготавливали безопасные реагенты для уборки несмываемых пятен на одежде; мешали смеси для уборки и дезинфекций комнат в доме, учитывая все возможные виды покрытий. В программной теории: учились убирать дома.

Но только в теории, ведь на практике, преподавателю ещё и не удалось показать своим ученикам хоть одно полученное и действующее по назначению средство. Они молча наблюдали, как преподаватель бегает по классу, собирая ингредиенты, без возможности помочь. Больше всего на свете Имара Нивовича бесило их желание помочь, которое он неверно принимал за желание загубить его работу. Учащимся даже разговаривать не разрешалось. Поэтому три раза в неделю по два часа в день они проводили за собственными размышлениями, пока преподаватель радовал своими рекордами в индивидуальном забеге. С годами дети стали наблюдать за ним как за мухой в банке, вяло и без эмоционально. Это время Астрея тратила на чтение книг из библиотеки, что приносила на занятия, тем же и планировала заняться сегодня.

Уроки начинались ровно в девять утра. Занятие проходило в обычном режиме. На этот раз Имар Нивович трудился над созданием противогрибкового раствора для чистки кафеля. Варево быстро приобрело болотный оттенок, лишая себя возможности стать полезным человеку.

Противостояние преподавателя и его убегающего пузырчатого создания стартовало. Дети уложили головы на стопки учебников, начиная тихо заниматься своими делами.

Всё то свободное время Астрея посвятила содержанию книги. Ей хватило двух часов, чтобы прочесть её от начала до конца, и даже перечитать некоторые моменты, формулируя вопросы к лорду Ворониру. После двух часов занятий класс отпустили, задав домашним заданием придумать возможные способы улучшения потребительских качеств противогрибкового раствора, а также написать десять возможностей его применения. Сам Имар Нивович был раздражён, состав растворов никак не хотел входить в баланс с его задумкой, позоря его перед малолетними детьми.

Справедливости ради

После бытовых снадобий был курс по изучению расовых особенностей жителей территорий Каршевалда. На этом предмете изучали культурные особенности и обычаи некоторых расовых народностей, населявших родину человека. В программе подчёркивалось именно такая постановка, ведь человек поспособствовал уничтожению большей половины магически одарённых существ. И именно в такой мир выходили дети после окончания школы.

В Предгорье правила расовая терпимость, её воспитывали с детства. Два рогатых владельца замка через истории преподавателей пытались подтолкнуть детей к определённым умозаключениям, не навязывая, научить их любить ближних, поэтому предмет был обязательным.

Изучали всех побеждённых и угнетённых: наяд, эльфов, леших, русалок, вервольфов, и многих других. При обмене знаниями, преподаватель Шуршум Вехтор Павлечовски, который также вёл курсы по толерантности и общей этике, придерживался общественного деления существ на светлых и тёмных.

Он постоянно оговаривал, что принадлежность ни к тем, ни к другим не делало существо ни плохим, ни хорошим. Например, демоны, вампиры и вервольфы — априори относились к тёмным. А эльфы, феи и архимаги, то есть люди с величайшими магическими способностями – были светлыми. И среди тех и других групп, могли встречаться злые существа, как и наоборот.

Большинство изучаемых ими видов всё ещё сохранились… Правда, умело пряталось, избегая общения с людьми и полукровками. Из-за их скрытности предмет был похож на изучение сказок, так как даже некоторые из преподавателей сами ни разу не видели представителей этих существ. По мнению многих приглашённых преподавателей, Предгорье была единственной школой с таким количеством едва скрываемых полукровок.

На этот раз темой урока были арахнологии. Необычные тёмные существа, в своих характеристиках очень похожих на пауков. Их паутина использовалась ими для пленения жертв. Они хитроумно расставляли ловушки, используя свои сети как сигналы маяки. Отслеживали жертву и её перемещение по дребезжанию натянутых паутин. Как истинные мастера своего дела, арахнологи могли плести паутины для всевозможных целей. Нити были толстые, тонкие, клейкие или даже не клеящиеся. Ходили легенды, что некогда существовал богатый подземный город-дворец, где всё было соткано и держалось только на паутине. Но не все истории были о восхвалении мастерства этих существ, большинство летописей повествовало об их коварстве и кровожадности. Пугал рацион арахнологов… и их любовь к охоте за жертвами.

Эти сущности могли намеренно путать свою жертву, заводя её дальше в лес, используя сеть паутин для изменения местности. Охота могла длиться несколько дней, прежде чем арахнолог нападал на обессиленную жертву в чаще леса. Образовывая кокон вокруг неё, тёмное существо высасывало жизненные силы своей добычи.

Арахнологии питали слабость к феям, считая их деликатесом. Так как феи жили отдельно, пряча свои знания о собирательстве пыльцы и целебного мёда от других магических существ, они часто становились жертвами арахнологов. Не поддерживая постоянного контакта с окружающим миром, они не могли сообщить о нападениях, иногда погибая целыми деревнями.

Раса зверствовала и бесчинствовала долгие столетия, постоянно держа в страхе магических существ, что не могли дать отпор. И только после того, как арахнологов посчитали опасными для человека, всё поменялось — тогда начали истреблять угнетателей. Спустя пару десятилетий охоты, их численность и вовсе сократилась до нуля.

Преподаватель перечитал старые свитки, сделал зарисовки вымерших представителей паучьей нации и, на таком вроде бы нерадостном завершении занятия, отпустил всех учащихся на обед.

Класс все покидали в приподнятом настроении. Домашним заданием было найти книгу в библиотеке и прочитать главу про арахнологии, переводя на язык школьников — задания не было. Пока все радуясь часу дня и законному перерыву, шли обедать, Астрея подошла к преподавательскому столу и запоздало положила своё домашнее сочинение про жизнь и быт речных нимф в общую стопку на проверку. Её работы отличались форматом, цветом, из-за списывающих одногруппников, редко когда содержанием. Однако в основе всегда были белые листы из библиотеки, в то время как у других ребят были тетрадными. У её работ всегда был титульник и твёрдая обложка, которую она клеила и раскрашивала на выходных, сидя в той же библиотеке.

Астрея уже развернулась на выход из аудитории, когда её окликнул Шуршум Вехтор Павлечовски. Он бегло пролистывал работу, сравнивал её содержание с чьим-то листом.

— Слово в слово. Нет, ну я поражаюсь. Хоть бы что-то изменили, — он поднял уже злой взгляд на ученицу, что не успела выйти со всеми и уже сильно об этом жалела. Весь свой гнев преподаватель направил на неё:

— Ты же им только хуже делаешь тем, что списывать даёшь. Они же привыкли копировать работу, даже не вдумываются, что пишут!

В его классе было солнечно и, так как все вышли в коридор, было даже тихо. Вход в аудиторию начинался с угла, встречаясь на проходе с большим книжным шкафом, от пола до потолка заполненный книгами. Преподаватель стоял рабочего стола в дальнем углу класса и продолжал перелистывать работы своей группы.

— Не обижайся, конечно, Астрея, но пока не прекратишь давать списывать, всё так же будешь получать наказания. Ты очень несправедлива по отношению к своим одногруппникам.

Преподаватель расовых особенностей обошёл свой стол облокотившись спиной о его край продолжил тираду:

— Ты несправедливо лишаешь их возможности поработать своей головой. Думаешь, ты им всю жизнь солому подстилать будешь. Нет, жизнь она не такая! И прямо сейчас ты мешаешь им получать знания! Знания, которые могут помочь им, если и не спасти чью-то жизнь, то хотя бы прокормить себя. Например, тем же преподаванием. Понимаешь о чём я говорю?

Конечно, она понимала, и, конечно, не обижалась на такую разворачивающуюся справедливость. Уже было понятно, опираясь на немалый опыт, что этот вечер она проведёт за уборкой. Астрея спала и видела, кто бы ей устроил такую «справедливость» устроил. И вот он, герой — трясёт исписанными её одногруппникам листами и, бросая их на стол, отворачивается к окну.

— Поможешь сегодня Манулу Каврицу в четыре часа с уборкой в его классе, он просил себе помощника. Сейчас иди на обед! – завершив свой укор хмурым взглядом, преподаватель собрал вещи и, поравнявшись с ней у выхода, пропустил вперёд затем и сам вышел из класса, направляясь в столовую.

Астрея, оставшись одна, прислонилась плечом к дубовым дверям. В коридоре было шумно, а в аудитории стояла тишина и всё так же светило солнце, наполняя комнату теплом. За границей той стены и книжного шкафа все классы шли в столовую: кто-то бегом, кто-то, устало волоча ноги, а она медлила.

Дверь рабочего кабинета скрипнула, и она обернулась на звук. В противоположной части комнаты появилась подсвеченная фигура и юркнула из лаборатории в класс.

Оттолкнувшись от двери, девочка пошла к ней навстречу, прижимая к себе тетради. Проходя между партами, расставленных в четыре ряда, уже знала, что ощущаемый ею дух спрятался под учительским столом.

Астрея научилась отслеживать их перемещение, даже не поворачивая головы. Те, с кем начинала разговор или как тогда считала —начинала дружбу, давали ей возможность видеть происходящее вокруг по-иному. С помощью духов девочка могла просматривать дворы за́мка, сидя в библиотеке, окна которой не выходили на ту сторону. Могла попросить духов с кухни принести ей что-нибудь поесть; и они приносили, даже если Астрея просила глубокой ночью, когда ей не спалось, и она доделывала домашние рефераты. Соседи по комнате если и замечали странности, то никогда не спрашивали об этом. Из этого она делала верные выводы: они вовсе ничего не видели, либо не хотели замечать.

На цыпочках дойдя до учительского стола, Астрея постучала по нему костяшками правой руки. из-под деревянной поверхности выплыл ярко-красный дух, формируясь в знакомую ей фигуру.

Они встретились на этом этаже год назад: огневичок прятался под ковром, когда Астрея безуспешно пыталась отчистить его от пыли. Тогда дух был бесцветным, злым и неразговорчивым. Светленькая девочка на протяжении двадцати минут возилась с ковром и без остановки разговаривала. Говорила обо всём: повторяла пройденный материал, коверкая преподавателей, обсуждала еду в столовой и свои любимые блюда. В каждом сказанном слове интересовалась мнением своего нового собеседника.

Сначала он не отвечал, обретая лишь цвет и силу. Уже в следующее наказание он накопил достаточно энергии, чтобы говорить и даже показаться в коридоре. Чем больше она общалась, тем сильнее и ярче становился окрас. Теперь, выплывая из-за стола, он принял образ Вехтора Павлечовски: рост, лицо, жесты и голос. Единственным отличием оставался красный цвет и дымка видимой прозрачности.

Псевдо-преподаватель оперся обеими руками о стол, и продолжил воспитательный процесс, который оборвал, уходя в столовую.

— Вот как так можно! Скажи мне как! Не я не понимаю как! Ведь так не можно! Нельзя бы даже сказал. Если бы я сказал, но я не сказал! Так что поступим как обычно, то есть справедливо! — наставительно ругала светящаяся карикатурная проекция преподавателя.

Астрея поддакивая концерту картинно закинула руку над головой в жесте крайнего отчаяния. Раненой птицей отступила пару шагов назад, и легла на парту, пряча прорывающийся смех за картинными беззвучными рыданиями. Псевдо-преподаватель не остановился на бессмысленных восклицаниях, к ним можно было добавить действий. Он вышел из-за стола, усевшись на оный, скрестив ноги и продолжил своё выступление:

— Я же говорил нельзя. Слушайся старших, тогда не будешь получать наказания! – огневик говорил обрывочными фразами, что когда-то услышал от самого преподавателя. Отыгрывая роль, он взмыл в воздух с указательным пальцем над головой, как бы подтверждая свои слова. Покружившись под потолком, огневик-Павлечовски решил, что был слишком лоялен, и вернулся к ужесточению своей пародии.

— Хотя нет, ты всё равно будешь получать наказания не за это, так за что-нибудь другое. Я тебе это гарантирую! — красный Вехтор Павлечовски перевернулся на спину, и, лёжа, проплыл столом, заложив руки за голову и перебирая носочками ботинок для движения в воздухе.

Слушающая поучения девочка подняла голову с парты, и отпустила на скрещённые руки, настало время для её реплик:

— Но я так люблю убираться, пожалуйста. Считаю, что именно я должна быть наказана за всех, во имя общей справедливости! Да здравствует справедливость, что позволяет мне вечно получать наказания! — Астрея раскинула руки, восхваляя это прекрасное слово, за смехом скрывая накопившуюся досаду.

Идиллию, хорошо сыгранных первых действий комедии, нарушил утренний тренер-тиран. Он, пока два актёра этого не заметили, успел заглянуть в класс и недолго понаблюдать за разворачивающейся постановкой без правил.

— Что это вы здесь делаете?

Услышав голос, Астрея тут же вскочила с парты и, повернувшись к двери, попыталась скрыть за своей спиной огневичка. Преподаватель молча рассматривал духа, что ей так и не удалось скрыть за спиной. На этот раз дух не испарился, как обычно делали все прочие, стоило появиться другим обитателей за́мка.

Красноватый Вехтор Павлечовски охладел взглядом. Утратив веселье, стал серьёзен, не скрывая негативного настроя по отношению к человеку, стоящему в коридоре. Чужаков в за́мке не любили, духи об этом говорили постоянно. Светящийся преподаватель обошёл испуганную девочку и, скрестив руки на груди, грозно посмотрел на нового работника школы. Бывший военный с трудом сдержал удивление, маскируя его под безразличие. Молчание нарушил огонёк, мотнув головой в сторону ученицы, спародировал голос всё того же преподавателя:

— Астрея, можешь идти, поговорим позже.

Она послушалась. И, пока она шла до двери, красный Павлечовски всё так же не отрывал глаз от тренера, в молчаливом противостоянии взглядов, давая ей время уйти первой.

Дух испарился, скрывшись за столом, только когда она была уже за границей аудитории.

Выйдя в коридор, Астрея резко перешла на быстрый шаг. Тиран-преподаватель не стал догонять с расспросами о том, что ему удалось увидеть, но она понимала, удалось оторваться ненадолго. В трапезной девочка принялась за свой обед в очень неспокойных чувствах. Только бы он другим преподавателям не рассказал…

Как подружиться со своей группой

После обеда у учеников школы было свободное время. Так как наказание Астрее было назначено после четырёх, она решила провести время до него с пользой, а именно поговорить о проблемах за́мка с ребятами и задать интересующие вопросы лорду директору.

Справедливо решив, что отвлекать престарелых лорда и леди Варонир во время их приёма пищи было бы невежливым, решила в первую очередь поговорить дальнейшие планы ребятами.

Она в числе первых узнала о предстоящем сокращении финансирования, войдя в число тем немногих, с кем директор поделился новостью. Точнее, кому он об этом спешно рассказал… Относясь со снисхождением к его старости, не будем обозначать болтливостью его желание поделиться грустными новостями с близкими.

Девочка, размышляя на эту тему, пришла к простым выводам: все проблемы упирались в деньги, точнее, в их нехватку. А значит её неравнодушным и амбициозным сторонникам предстояло что-то решить с субсидированием школы. В её оптимистичном и максималистском видении для решения проблемы стоило лишь собраться небольшой группкой и обдумать, где искать деньги. В той самой группе она видела выдающихся патриотичных ребят: во-первых, толковых; во-вторых, тех, кому будет не всё равно. Её фантазия рисовала неизвестных ребят в плащах, не поднимающих паники и шума, храбрых и непредающих друзей. Пока такой был только один. Погруженная в свои мысли, она поймала на выходе из столовой спешащего куда-то Тимира.

Он шёл в компании своих соседей играть в салки-лазутчики. Это было самое популярное спортивное развлечение , в салки играли все курсы. В процессе игры можно было получить широкий спектр травм, так как играя, ребята использовали камни.

Поравнявшись с тремя ребятами, девочка услышала часть их беседы о том, кто из старших курсов выйдет сегодня играть. Перебив на полуслове одного из товарищей, она попросила:

—Тимир, нужно поговорить, можешь?

Их компания не сразу, но остановилась. Тимир не хотел пропускать намеченную игру и потому нахмурился.

— Мы шли в парк, — напомнил парень. Он был настроен провести время до занятий за игрой, но для Астреи разговор был важнее, она настояла.

— Прости, это не терпит. Нужно поговорить, — зацепив руки за спиной, она подождала, пока он уделит ей время, дав отмашку товарищам.

Пообещав им скоро подойти, он отошёл с общего прохода к коридору, и равнодушно спросил: — Что ты хотела?

Но Астрея не могла рассказать всего что знает в многолюдном коридоре. Схватив его за плечо, она потянула его в сторону библиотеки. Парню это не понравилось, и в тот же момент вырвал свою руку из захвата.

— Так, не терплю, когда меня куда-то тащат.

Действительно, не терпел. Его всегда раздражало, когда им командовали или не слушали. Он дрался, даже если ему не нравилось как относились к его товарищам: к тем двум, с которыми он жил и постоянно общался.

Роккон — светлый мальчик, который чаще молчал, чем разговаривал с окружающими и немного полноватый Бронмир. С этими двумя он проводил всё своё время: списывал домашние задания, играл в парке, жил в одной комнате. Именно поэтому Астрея выбрала его как соратника — он точно знал что такое дружба.

Развернувшись к нему всем корпусом, она как можно тише пояснила:

— Представь насколько это важно, что я пытаюсь найти тихое место и поговорить.

Парень явно понял её неправильно и, немного покраснев, замотал головой.

— Нет, только без признаний, пожалуйста.

Астрея в безутешном жесте хлопнула себя по лбу рукой. Тимир уже разворачивался, чтобы быстро уйти от неприятного ему разговора, как в пространстве прозвучал смех духа-колокольчика. Синий огневик, привычно принимающий образ феи, смеясь, подлетел к девочке и, чтобы удержаться от воображаемого падения, оперся рукой о её плечо.

Всё ещё не отнимая руки ото лба, Астрея обратилась к синей фее:

— Вот как же с мальчиками трудно разговорить.

— И не говори, что не скажешь, всё признание, — под смех феи она подняла глаза на Тимира. Он в изумлении смотрел на духа, которого видел впервые. Магическое существо не вредило и просто разговаривало с жильцом замка.

Астрея убрала руку от лица, выпрямилась и ещё раз вернулась к требованию уделить ей время:

— Тимир, веришь или нет, но мне правда нужно с тобой поговорить.

— Давай тогда в библиотеке, там пусто, — согласился с ней мальчик, не отводя взгляда от порхающей рядом феи.

Но синий дух испарился, как только в коридоре показались дети. Они пробежали мимо, а Астрея жестом пригласила претендента на вступление в закрытый клуб проследовать за ней в книжные лабиринты за́мка.

В чинной тишине оба дошли до библиотеки. Зайдя в царство тишины и знаний, они выбрали стол у окна. Заняв место напротив кандидата, Астрея попросила не распространяться ни о чём из того, что он может услышать. Получив клятву крестом на шее, нашу самую сильную детскую клятву в подтверждение, она начала рассказывать, что знала и над чем долго думала.

Минут за десять торопливыми фразами, она рассказала о прекращении субсидировании, оговорила возможные последствия потери финансовой помощи от королевства. Не забыла упомянуть о своих догадках: во сколько обходился демонам один день жизни такой большой школы. От себя добавила, услышанные от директора, истории истинных жителей территорий Предгорья, о том, почему духи за́мка и леса перестали слушаться и помогать демонам.

Пока она говорила, он молча слушал. Стоило ей закончить обрисовывать сложившуюся ситуацию, как они стали молчать уже вдвоём.

— И что нам делать? — парень смотрел на свои стиснутые пальцы рук. Все они были в заусенцах и синяках.

— Я, конечно…, — продолжив говорить, Тимир искал в её взгляде реакцию, — Ты можешь мне не верить, но мне кажется, у меня есть предрасположенность к магии. — Не увидев на лице насмешки, он продолжил чуть увереннее:

— Не могу сказать про ребят точно, но Роккон виртуозно может копировать людей. Сам видел несколько раз – идеальные копии голосов. Точно не знаю как нам это нам может помочь, но это точно редкий дар. Я чувствую, что очень необычный. Мы могли бы развить таланты, но нас не учат магической практике, у преподавателей чёткий приказ лорда-директора. Мы спрашивали, и нам строго запретили тренироваться.

Ёрзая от переизбытка эмоций, он подсел ближе, напоминая:

— Разговаривать с духами, это невозможно, я слушал Павлечовски, он читал где-то в старых свитках, что только архимаги могут подчинить их своей воле. Представляешь, какой у тебя талант к магии, раз ты с ними так легко разговариваешь. Нечестно, что нам не дают развивать наши способности!

Хотел сказать что-то ещё, но осекся, когда к нам подошёл библиотекарь:

— Что свидание устраиваете? Вот нашли место встреч! Есть же парк, молодёжь.

Смутившись, Астрея отвела взгляд в сторону. Тимир действительно считался самым симпатичным парнем в их группе. Он не давал друзей в обиду, всегда смешно шутил и не отвечал на признания девочек, но сейчас оба обсуждали крайне важное дело и подобные предположения библиотекаря сбивали с толку.

— Мы обсуждаем домашнюю работу, — раздражено ответил за обоих парень, как и Астрея, смущённый допущением.

Обоим не поверили. Пробубнив закостенелые фразы о невоспитанности и непочтении к престарелому возрасту, работник библиотеки скрылся за стеллажами.

Подождав, когда библиотекарь отойдёт чуть дальше, они продолжили проникновенно и заговорщицки молчать.

— У меня есть план, — подала голос Астрея.

Тимир удивлённо посмотрел на девочку. Она кивнула, подтверждая свои слова:

— Да, я очень долго всё обдумывала, кое-какие соображения есть. Но я одна не справлюсь.

Парень, готовый помочь своей школе, всё ждал сути спасительной стратегии, и Астрее пришлось поделиться её самым труднореализуемым обрывком:

— Нам нужно в город.

Округлившиеся глаза и открытый рот собеседника были ею понятны. Непонятной и обидной стала прозвучавшая грубая фраза:

— Ты что сдурела?

Задетая грубой реакцией на свой единственный план, она вспылила:

— Знаешь, я ведь и уйти могу!

В примирительном жесте Тимир вскинут руки перед собой.

— Ладно, извиняюсь, прости. Ты хочешь в город,— развёл руками, — Как бы кто же не хочет. Вот только рядом здесь одни деревни. — Он указательным пальцем очертил круг, как бы говоря, что Предгорье в любом случае будет в центре. — Только до пристава ехать дня два, а ты хочешь в город.

Девочка поделилась ещё одной особенностью плана, перебивая своего одногруппника, что давил её идею серьёзными доводами.

— Ну мы же порталом, — перебила его монолог Астрея, встретившись с очередным взглядом, в котором читалось обидное: «точно сдурела».

Отступать было нельзя, не прослыть же ей сейчас фантазёркой, не слышащей в своих словах невыполнимых постановок задач.

—Тимир, ты сомневаешься в том, что имея в запасе такое, — она обвела библиотеку рукой, — Количество знаний, у меня будут проблемы с открытием портала?

— Да, я сомневаюсь, — сидящий рядом с ней парень резко разбил её надежды получить лёгкое согласие на участие в деле. И она добавила свой последний аргумент:

— Меня взял в ученики лорд-директор. Он сказал, что будет обучать меня лично, — Астрея, откровенно говоря, похвасталась, желая добавить своим словам весомости. Ей даже удалось.

— Берут же только старшие курсы... — завистливо протянул парень, откидываясь к спинке бардового дивана.

— Я тебе больше скажу, я почти поняла как строить переходы, — приврала Астрея, на что Тимир недоверчиво, и слегка наигранно приподнял бровь.

— Серьёзно? И откуда? — последовал недоверчивый вопрос.

— Книги, — вновь похвасталась девочка, как и собеседник, откидываясь на спинку дивана библиотеки.

— Это запрещённая магия, — напомнил Тимир, пытаясь подловить её на том, что она солгала, не получилось.

— Но я знаю, где взять книги, — она вздёрнула указательный палец вверх, убеждая в своей находчивости.

Тимир думал, а она добила собеседника последней заготовленной речью.

— Ты пойми, у нас почти нет выбора. Стоит попытаться, потому что, если мы не начнём действовать слаженно и работать сообща, к концу школы мы ничего не изменим. Сейчас у нас есть шанс сработаться и за несколько лет выполнить небольшие задачи. Её слова всё ещё вызывали недоверие, и Астрея упрямо поставила в известность.

— Я всё равно не сдамся, но открыто признаю — мне нужна команда, — выбрав подходящую форму обращения к скрытым качествам собеседника, она сделала акцент на том, что было близко Тимиру, — Такие товарищи, которые не подставят и будут стоять со мной плечом к плечу.

Он сдался под натиском собственных эмоций. Ловил себя на мысли, что эти слова могли бы принадлежать ему.

— Ладно, я согласен. В чём будет состоять весь план?

Астрея сжала кулачки в праздновании маленькой победы. Пока все жители Предгорья, пообедав, наслаждались солнечным днём в парке или в стенах за́мка, два юных его спасителя оговаривали несколько планов дальнейшей жизни школы.

О вреде и зле добрых дел

На разговоры о возможном и невозможном потратили отведённый час свободного времени. Тимир оставался задумчивым, но в целом с планом был согласен.

Если опустить все подробности, идея заключалась в том, чтобы попасть в город и разузнать, что пользовалось большим спросом. После разведки составить список деталей или товаров, что в дальнейшем можно было бы изготавливать в стенах школы и продавать в городе. Оговорки касались правовой основы будущих сделок, возможных проблем с подразделением надзора за качеством продукции Его Величества и отсутствием навыков в открытии и удержании порталов. Всё это Астрея прочла в устаревшей библиотечной книге по выдвижению товаров на рынок.

Часть плана оставалась труднореализуемой. Портал, как способ перемещения, оставался крайне опасным навыком, а потому не преподавался, считаясь сокрытым мастерством.

Обучались ему только студенты-выпускники закрытых профилированных магических заведений. Неумелая практика каралась большим штрафом, вплоть до продолжительного ареста и тюрьмы. Бывали случаи, когда из-за магов-недоучек, человека при перемещении распиливало на несколько частей… Конечно же, без возможности обратной сборки, по всем законам природы.

Других идей не было, и двое младшекурсников пришли к согласию. Только условились, что пока не достигнут мастерства в перемещении предметов, не под каким предлогом, порталами переправлять людей не станут. Тимир настоял на годовой ежедневной практике, это стало его требованием при вступлении в группу спасителей Предгорья.

Часы показывали без пяти два, так что, оба учащихся заторопились на следующий предмет. По расписанию у них были «точные магические схемы», которые вёл Манул Кавриц.

В коридорах было всё так же солнечно, но с наступлением занятий — уже тихо. Класс располагался чуть дальше по коридору от того крыла, где проходил курс по изучению расовых особенностей жителей территорий их королевства. Забрав из аудитории оставшиеся вещи, оба подошли к классу, где уже начался опрос по домашнему заданию.

Манул Кавриц был дроу-полукровкой. У него была тёмносерая кожа, светло-серебристые глаза и длинные руки, которые он всегда прятал за манжетами своей мантии. Всегда скучающее выражение лица и идеально выпрямленная спина выдавали в нём представителя узнаваемой интеллигенции. Как оказалось, он блестяще окончил несколько магических заведений столицы соседнего королевства — Бавендер. Однако, преподавать решил в отдалённом от тех мест Предгорье. Возможно, дело касалось в его принадлежности к тёмным расам. Тем самым, что так не опасался и угнетал человек.

Воспитатели, любящие делиться слухами, рассказывали, что не во всех учебных заведениях человеческих королевств практиковали расовую терпимость. И для некоторых подобная жизнь становилась столь невыносимой, что долг чести вынуждал бросить учёбу или работу. И в истории дроу-полукровки тоже была трагедия, борьба и поиск.

Манул Кавриц на самом же деле, просто нашёл тихое рабочее место.

В школе, закрытой от большого наплыва людей, ему было просто комфортнее. Отчитав лекции, он всегда уходил к себе, продолжая писать свои труды. Иногда заменял наказание Астреи в виде уборки на помощь в сортировке документации. Манул был прекрасным преподавателем — всегда строго спрашивал домашнее задание и не давал списывать. На его уроках учащиеся проходили много и задавал он тоже много. Дроу не изменял себе, с годами оставаясь всё так же требователен к оформлению и к изложению мысли. Обосновавшись в за́мке, продолжил печатать и выпускать книги. Большим авторитетом пользовались его рецензии к выпускным работам во всех магических академиях. Занятый работой, он и не догадывался о чём судачили всё жители за́мка.

Сейчас, заметив двоих опоздавших в дверях, он грациозно махнул рукой, разрешив войти. Тимир ушёл в левую часть класса, Астрея в правую у окна.

Манул Кавриц потребовал ответов на заданный классу вопрос. Судя по шелесту страниц, был задан последний, самый каверзный вопрос из домашнего задания. Но так как под копирку шла работа только Астреи, не удивительно, что в её отсутствие никто не мог на него ответить.

За это Астрея на них никогда не злилась. Никогда не жаловалась и не возмущаюсь, за списывание её работ, не считая, что делала одолжение своим соседям. Вехтора Павлечовски был неправ, но только отчасти. Смотря на то, как одногруппники не могут найти ответ, Астрея действительно задумалась, вредила ли сверстникам её помощь.

Дельное замечание, но преподаватели и воспитатели — все те, кто её ругали и наказывали, просто не видели ситуацию так, какой она была для самих школьников. Астрее казалось, что она сохраняет мир в своей комнате. Приходя, она видела, как ребята общаются между собой, передавая её выполненные работы из руки в руки. Подсказывают друг другу, и даже иногда заглядывают в учебник. И ради сохранности таких отношений, она готова была самоотверженно получать наказания по той самой хваленой справедливости.

Тем же жестом, каким разрешили им войти в класс, преподаватель по точным магическим схемам оборвал время на поиск ответа. Начался опрос. По алфавитному списку учащиеся поднимались с места и отвечали на вопросы по заданной теме. Когда настала очередь Медведко, все стали внимательно слушать. Его ответы всегда были лишены смысла. Он знал — будут опросы и всё равно не готовился, вбив себе в голову, что точные науки и схемы — это не его сильные стороны. Оправдывая свою лень, он не готовился к большинству предметов и слыл самым отстающим в группе.

Глядя со стороны, Астрее было понятно почему этот предмет был так сложён для понимания. Дело в том, что точные магические схемы были математическими расчётами в основе пентаграмм. Ребята, по требованиям лорда-директора, никогда не занимались практикой, и никогда не чертили пентаграммы от начала до конца. На занятиях вёлся расчёт граней, углов и окружностей. Для занятий заучивалось много — много теории, которая составляла основы научных статей их преподавателя. Манул Кавриц, как и прочие нанятые специалисты, в первую очередь оставался учёным, а не учителем. В его понимании, эти точные расчёты позволяли воспитанникам анализировать, развивали память и тренировать мозговую активность.

Преподаватель считал, что давал элементарные расчёты, но для того же Медведко, это были выводы, полученные тычком указательного пальца в небо. Сейчас класс проходил плетения третьего кольца, которое основывалось на созвездиях, так что мальчик в чём-то был прав.

Пожалев парня, и зная, что даже у хвалёного терпения дроу бывает границы, Астрея использовала фокус, которому научилась у знакомого духа полгода назад. Представив стол Медведко, девочка карандашом начала писать ответ. Преподаватель, теряя терпение, дал подумать над ответом, а Медведко в минуты отсрочки казни во все глаза рассматривал появившуюся на столе красную запись.

Видя, что он продолжает её просто рассматривать, девочка черкнула большими буквами:

— ЧИТАЙ!

—Эммм…Третье кольцо расписываем по звёздам, созвездия которых могут влиять на задачу готовой сетки. Мы учитываем местность, время проведения расчётов и астрономические данные на момент зашифровки, — сбивчиво, парень произнёс ответ и в конце чуть не добавил ненужное восклицание: — Читай!..

После его ответа в классе было тихо. Все поглядывали на стол одногруппника, привставая или просто вытягивая шеи, чтобы понять, как ему удалось прочесть закрытый учебник. Ладонью Астрея стёрла то, что было написано на своём и чужом столе. Чтобы не привлекать внимание преподавателя своей безучастностью, она, как и все, с интересом посмотрела на ответившего школьника. Ученики переводили взгляд с Медведко на преподавателя, и только Тимир смотрел на Астрею, как будто бы спрашивая, «зачем?». Она незаметно пожала плечами, и стала ждать дальнейшего развития событий.

Конечно же, ни ребята, ни преподаватель не поверили, что на Медведко снизошло озарение. Со вздёрнутой бровью, Манул Кавриц плавно и бесшумно подошёл к парте ученика, и провёл по столу указательным пальцем. Словно растирая, собранную с поверхности стола, пыль на кончиках своих пальцев, он задумчиво молчал. Все продолжали ждать вердикта. Нахмурившись, преподаватель перевёл взгляд на ответившего:

— Что здесь было написано? — дроу потирал подушки пальцев левой руки в попытках определить магический фон.

— Ничего, — закачал головой парень, уже напуганный пристальным вниманием преподавателя.

Без возможности получить честный ответ законным способом, под всеобщее молчание магистр-теоретик вернулся к столу, и продолжил опрос.

Ребята ещё долго переглядывались и писали Медведко записки. Он был в центре внимания и чувствовал себя настоящим героем. Вертелся из стороны в сторону, отвечая каждому, пока то самое хвалёное терпение у дроу-преподавателя не иссякло. Оставшуюся часть урока Медведко провёл за дверью, пока все заканчивали схематичный третий круг, рассчитывая спирали. Наказание невнимательного мальчика всё же состоялось, и это подтвердило важную истину — есть путь, который каждый должен пройти сам. Астрея задумалась и над этим.

После того, как им озвучили оценки за контрольный опрос, урок закончился и всех отпустили. Собрав вещи, Астрея подошла к преподавательскому столу. Дроу перешёл сразу к сути предстоящего диалога:

— Астрея, мне сказали, что тебе не терпеться помочь мне с проверкой домашних заданий, — преподаватель выравнивал стопки, и поверх очков отслеживал реакцию на его предложение о возможной замене уборки класса на предлагаемую им мозговую деятельность.

— А можно я лучше уберусь? — проверять работы пришлось бы самой, а к уборке можно было приобщить духов класса.

Собрав стопки, преподаватель осмотрел аудиторию позади девочки, покачав головой. Да, расчётными навыками своей группы он доволен не был.

— Давай, ты мне лучше поможешь наверху.

Делать было нечего, его прямая просьба исключала даже вариант побега. Развернувшись к выходу, девочка дождалась, когда он сложит стопки бумаг, чтобы последовать за ним в лабораторию.

Оба проследовали в коридор, где у дверей столкнулись с Тимиром. Он не знал о предстоящем наказании и, видимо, ждал продолжения библиотечного разговора. Рядом уже стояли Бром и Роккон, и заинтересованно разглядывали, выходившую в коридор, Астрею. При появлении преподавателя раскрыли книги, которые держали в руках, и стали изучать их содержание.

— Похвально, что вас заинтересовал мой предмет. Жаль, что только сейчас, — прокомментировал их заинтересованность преподаватель, — Вы хотели меня о чём-то спросить?

— Мы хотели позвать Астрею поиграть с нами в лазутчиков, — нашёлся Тимир. Преподаватель вскинул бровь, отвечая издёвкой:

— Нет, господа, не сегодня. Астрея получила наказание и будет помогать мне в разборе моей документации.

Обойдя ребят, он направился в свой кабинет наверх по лестнице. Было четыре часа дня, так что все школьники, отнеся вещи в комнаты, бежали проводить свободное время, выданное на подготовку домашних заданий, в парк.

— Поговорим с вами вечером, — обратилась она к ожидавшим её мальчикам, и побежала за преподавателем.

Это было непросто. Лестницы были самым опасным местом в школе. Некоторые дети просто летели вниз, перепрыгивая ступени и сбивая других идущих. В сильных столкновениях тут же уже начинались драки, что были опасными на мраморных ступенях, прикрытых коврами. Одну она застала, и, когда она разнимала двух дерущихся, появился Исан Вахтович – тот самый, что видел призыв духов. Астрея избегала с ним встречи, не хотелось, чтобы он заводить разговор о подчинении духов. Она и сама ничего не понимала, но знала точно: говорить об этом было нельзя.

Задержавшись при движении вниз, он запоздало заметил, что зажав тетради, девочка растаскивала двух мелких драчунов. Вспомнив, что был преподавателем, вмешался. Подхватив обоих подмышки, он, ничего не сказав, начал спускаться вниз.

Один из зажатых мальчуганов, кряхтя, подал голос:

— Но я шёл наверх.

— Вот незадача, рурик, — ответил ему тренер-тиран, — Когда на вас наткнулся, я спускался.

Эту процессию все спускающиеся и поднимающиеся пропустили вперёд, и на лестнице в кои-то веки стало безопасно.

Энергетика старой картины

Астрея поднялась на нужный этаж, оглядываясь по сторонам. Преподаватель уже ушёл, и продолговатый коридор пустовал. Четвёртый этаж был отдан под личные кабинеты преподавательского состава, так что здесь всегда царствовало прибранность и тишина.

В коридорах никто не появлялся: спросить дорогу к нужному кабинету было некого, а наказание могли продлить за опоздание. Потоптавшись на месте, Астрея вновь прибегла к помощи. Сосредоточившись на жизнерадостном чувстве, что всегда испытывала, разговаривая с духами, она позвала:

— Прошу прощение за беспокойство, — тишина в ответ, — Не могли бы вы мне помочь?

— Могли бы, — передо ней появился призрачный глиняный горшочек с небольшим зелёным кустиком. — Что надобно? — Он чинно сцепил перед собой маленькие ручки-листочки и, как преподаватель, стал ждать очередного глупого вопроса ученика.

— Я шла отрабатывать наказание, помогая Манулу Каврицу, нашему преподавателю. Но он ушёл вперёд я потеряла направление.

— Он в своём кабинете, пойдём, проведу, — отозвался горшочек и поплыл по коридору, смешно перебирая лапками.

Вдвоём они преодолевали пустынный холл. Астрея, уже не боясь отстать, осматривалась. В последнее посещение её заставили вытирать подоконники. В тот раз, быстро закончив с работой, она ушла, не обратив внимания на только кажущуюся обычной обстановку этого этажа.

В пространстве между одинаковыми дверями в разные комнаты стояли по две единицы доспехов и между ними всегда висел портрет либо картина. Иногда, между доспехами встречались вазы или скульптуры.

Ковёр приглушал быстрые шаги, и она заглянула в ближайшие открытые створки дверей. В открытом кабинете можно было заметить письменные столы, и необычные стеклянные конструкции. Более одного шага приближения она не совершила, возвращаясь к своему прежнему маршруту.

Горшочек подождал и продолжил плавный путь. Уже неспешно проходя мимо экспонатов, Астрея заметила необычную картину. Она энергетически отличалась от других, хотя была ответвлённым пейзажем.

Это был грот. В пещеру попадали лучи солнца и освещали город, здания которого были выполнены из светлого камня. На переднем плане картины была улочка с домами и лавками. Работа была сделана настолько хорошо, что можно было разглядеть лица прохожих на улице. Все они были демонами. Женщины заматывали рога и плечи разноцветными тканями, оставляя открытыми только лицо. От плеч шли длинные платья в пол. У всех мужчин были широкие тёмные штаны и облегающие рубашки льняного цвета. На входе в одну из ловок висело украшение из стекла, покачиваясь на ветру. Пока она щурилась в попытках прочитать название лавки, за ней вернулся горшочек.

— Ты где, я тебя потеряла. Манул уже ждёт.

— Сейчас, только рассмотрю ближе, — Астрея ненамеренно озвучила вслух о чём думала, и смущённо призналась с духом: — Почему-то очень притягивает взгляд. Тебе так не кажется?

Растение важно поправило свой горшок, и ответило:

— Наверное, энергетика зовёт. Хозяйка особняка любит картину. Скучает по дому, приходит вспомнить свою родину, поэтому эта картина так заметна издалека. Как неодушевлённый объект, она не единожды была центром её внимания, и стала воплощением иллюзорной энергии, как протоптанная дорожка в саду или ямка на дороге.

—Заметна издалека… — Астрея согласилась. При близком рассмотрении она казалась обычной, но вдалеке выделялась.

Отойдя от картины, она взглянула на её соседку, так же охраняемую двумя рогатыми доспехами. На полотне был город, но если любимица демонессы изображала грот, этот был на открытой местности. Как муравейник, он возвышался застроенной кучкой, в центре которой были часы.

— Это его близнец? — спросила у пространства девочка. Пока горшочек подплывал ближе, она указала на особенности нарисованных жителей. — Смотри, там в кузнецах работают большие существа.

— Это город другого мира. Не забивай себе голову, ваша жизнь ограничена пространственными гранями, не ищи неприятностей, — таким ответом горшочек напомнил о необходимости поспешить.

Дальше, не отвлекаясь, они дошли до кабинета преподавателя.

В открытых створках нужных дверей был виден книжный стеллаж во всё стену, два дивана и три стола для работы. Напротив диванов ярко горел камин, что было крайне странно, ведь за окном стояла вечная весна.

Найденный преподаватель выбирал книги и, затылком почувствовав присутствие у дверей посторонних, подал позволительный знак войти.

Горшочек испарился по прилёту к кабинету, так что «Большое спасибо» с мысленным представлением духа и поклоном, девочка адресовала пустому пространству коридора. В совокупности с доброжелательностью и чётким представлением от благодарившего, духи получали больше энергии.

Привстав с поклона, Астрея вошла в кабинет, направляясь за заданием к преподавателю.

Он, не глядя, вручил стопку отобранных книг, от тяжести которых девочка чуть не упала, и приказал следовать за ним. Дойдя до рабочего стола, забрал те самые книги и начал шумно листать, ища в содержании что-то конкретное. Пока он был занят и время, отведённое на её наказание, спешно протекало без выполнения того самого наказания, Астрея молча смотрела на огонь, не желая отвлекать преподавателя. Так прошло минут двадцать. Дроу листал книги, во что-то вчитывался и думал.

— Никак не могу понять, — он приостановил чтение и, оперившись о свой стол, стал растирать раскосые глаза, — Какая всё-таки необычная магия. Я ничего не отследил. НИ-ЧЕ-ГО! Так просто не бывает.

Затем, поправив самого себя:

— Нет, бывает… Бывает, когда магию использует дух.

Пока стоящая рядом Астрея бледнела, а он продолжал рассудительный монолог:

— Вот только с чего бы духу помогать Медведко с ответом? В чём заключалась его выгода, я этого просто не понимаю. Может быть, ему просто надоело слушать его бред на каждом уроке? — задумчиво предположил дроу, скрепляя изящно тонкие руки на своей груди. — Или ему была интересна тема?

Не получив от себя ответа, пожал плечами, оставаясь в смятении, изумлении и недоумении. В своих эмоциях, запоздало вспомнил про отбывающую наказание Астрею. Пока он говорил, она боялась дышать, теперь и вовсе.

— Так, Астрея, поможешь мне с расчётами сегодня. Из столицы пришло задание, меня попросили заготовить несколько переходов одновременно, так что без помощника я не управлюсь. — он хотел было отойти, но развернувшись, наставительно напомнил: — Если магистр Павлечовски спросит, то ты проверяла работы своей группы, и тебе было очень совестно за их ответы. Поняла?

Она мысленно повторила его фразу, и быстро кивнула.

— Для чего делаем переходы? — своё первое столь профессиональное уточнение она адресовала спине преподавателя. Он кивнул в знак признания её способностей. Действительно важный вопрос, так как цель выстраиваемой ею пентаграммы влияла на схему черчения.

— Столичные университеты будут переправлять студентов на практики в леса Алдовы. Пентаграммы самый безопасный способ перемещения большого количества живых существ. Нам нужно сделать пять больших схем на полметра для перемещения десяти магов, и семь штук для перемещения двух. — Он стал ловко перебирать и сортировать накопившиеся на столе бумаги. — Я начну чертить большие, с тебя скелеты маленьких, я проверю, и можешь идти. Вот бумага для чертежей, — ей указали на стопку, — Свободный стол там. По-моему, ты единственная, кто хоть что-то понимает в моём предмете, глупо было бы не напрячь тебя в работе.

Приняв это за лучший комплимент, она в приподнятом настроении стала собирать линейки, грифели и бумагу. Взяв всё необходимое, направилась к свободному столу и стала делать чертёж.

На каждую схему ушло по две минуты и через четверть часа, её работа по выведению линий и окружностей считалась завершённой. Это означало, что она могла быть свободной. Могла бы, но из любопытства или, наверное, из желания получить похвалу, Астрея взяла чистый листок и стала спрашивать остальные условия перемещения.

— А на какую дату планируется переход?

Преподаватель оторвался от своей части работы, подошёл к столу отбывающей наказание и проверил выставленные напоказ чертежи. Он отметил чистоту и природное мастерство в работе: прочерченные ровные линии и точность диаметров.

— Неплохо, Астра, очень неплохо. Всё верно. Можешь идти. Достроить схемы будет уже проще, ты отлично поработала.

— Но я могу помочь, — решив, что безразличие в голосе и скучающий взгляд, брошенный на книги в стопке, посодействуют согласию на продолжение работы, она выжидательно ждала его решения. Видимо, идея выдать скучающий вид за серьёзность всё же сработала.

— Ладно, можешь попробовать, записывай условие.

Астрея ухмыльнулась и таким же отработанным скучающим видом, она стала записывать задачу с данными.

В условие вошли дальность перехода, день и примерное время должного использования сетей, особенность местности пункта. А и пункта Б.

Записав данные, Астрея стала делать расчёт. После проверки, специалист, то есть преподаватель его заархивирует, засунув в тубус, на котором будет записана дата отправки. Когда придёт время, указанное на тубусе, им воспользуются. Расстелив на полу или земле, призовут магию, пусть даже слабую, и совершится переброска по заданным параметрам. Всю тяжесть переноса берёт на себя выверенный на бумаге расчёт, что стирается при перемещении объекта, становясь белым листом.

Над следующими рисунками Астрея работала долго, несколько раз пересчитывала, аккуратно выводя линии и спирали своей схемы. Когда закончила, было уже без десяти шесть, то есть до ужина оставался час. Если бы она не делала домашние задания на выходных, пришлось бы возиться с ними ночью. Прямо как ее соседи, переписывать задания за день до сдачи.

Собрав бумаги в стопку, а свитки в роллы, она подошла к столу преподавателя и безразлично протянула свою работу на проверку. Он был поглощён расчётами, и лишь кивнул, не отрываясь от работы.

— Можно мне идти, моё наказание закончилось. Скоро ужин.

Даже не посмотрев на протянутый листок, и отложив его на край стола, Манул махнул рукой, отпуская её на всё четыре стороны.

Внутренне ликуя от радости по поводу завершения своего первого чертежа, она в приподнятом настроении вышла в коридор. Пройдя немного от двери, позвала:

— Горшочек, будь другом, проводи меня до лестницы.

Появившийся в пространстве дух пригласил свою компаньонку вперёд, и поплыл следом. Горшочек, так она назвала духа, стал ярче. Его кустик позеленел, отрастив себе привлекательный цветок. Проплывая коридор, он что-то забавно напевал, радуя Астрею шуршащими листочками.

У лестницы они попрощались, шутливо поклонившись друг другу.

Нелепая попытка побега

На лестничных пролётах третьего этажа ей встретились старшие курсы. Преградив своей рассадкой путь к спуску и подъёму, подростки активно вели обсуждение, шипя и ругаясь друг на друга. Заметив спустившуюся с верхних этажей Астрею, разговор прекратили. Один из них очень дружелюбно поинтересовался:

— Что надо, мелкая?

Она спокойно указала на лестницу, ответив:

— Пройти.

Ей не приходилось бояться старших. Во-первых, она плохо их знала. Из-за вечной занятости уборкой и мытьём полов, у неё просто не было времени на общение, во-вторых, способности духов вселяли уверенность говорить, что думалось. Духи к мести подходили ответственно и изощрённо.

Сбитые с толку таким настроем, сидящие на центральных ступенях лестницы, подвинулись, пропуская спускающуюся младшекурсницу. Она уже уходила, когда одна из девушек окликнула:

— Астра, привет. Не заметила. Ты наказание снова получила?

Окликнула её Вант, пятнадцатилетняя старшекурсница, берущая тетради для сдачи долгов с прошлого года. То есть материал, который старшие уже закрыли, а их группа только начинала проходить. Девочка была приветливая, весёлая, только ленивая до самостоятельной работы. Как Медведко, точь-в-точь.

— Да, чертежи делала. А что вы обсуждаете? — Она едва заметным кивком указала на притихшую лестницу.

Вант, недолго думая, начала сдавать одногруппников.

— Планируем сбежать в Мальтовой долине с практики. Там недалеко городок есть, оттуда переправляют людей через границу в Иственгаль.

На девушку со всех сторон обрушились тычки и шипение. Всего одна услышанная фраза, и на Астрею уже смотрели, как на врага человечества.

Демонстративно пожав плечами она, как бы невзначай, уточнила:

— А вы ведь знаете, что в Мальтовой долине много непроходимых, энергетически заряженных рек и болот? Не представляю, как вы будете проходить эту местность без провожатого. Да, бросить нашего тренера в лесу и уйти – хочется буквально каждому, кто имел несчастье потеть на утреннем построении, но большей глупости, чем эта, я не слышала.

Мавр, пострадавшей в утренней моральной порке больше всех, решил, что им завуалировано предлагают план получше:

— А у тебя карта есть?

— Ни у кого нет карты вечно меняющейся местности, — терпеливо ответила на глупый вопрос девочка, и продолжила путь в свою комнату.

Её движение приостановило несколько рук, прочно ухватившихся за нужную информацию, точнее за пиджак той, что ею обладала. Вырвавшись из захвата, она развернулась и вновь предстала перед лестницей, на этот раз раздражённая и готовая драться.

— Какие ещё глупые вопросы вы хотите задать? – на всякий случай добавила, — Если кто-нибудь из вас меня тронет, получит массу неприятностей от преподавателей. Например, от того же тренера, Манула Каврица и Павлечовски.

— Сдавала! — прозвучало с верхних ступеней.

Парень так и остался сидеть наверху, пока остальные ждали развития событий. Зря надеялись, оскорблять издалека — слабый поступок, недостойный. Отвечать не было смысла, поэтому девочка решила не реагировать. Прежде чем Астрея развернулась, чтобы вновь уйти, Мавр, выдавая подобие улыбки, примирительно замахал перед собой руками.

— Стой, не уходи. Можем же мы, как друзья, просто пообщаться. Мы, правда, хотели поговорить.

Мавр непривычно часто улыбался. В человеческих глазах были сокрыты туманные эмоции: желание заполучить ответ, бессильный страх перед грядущим и необходимость совершить действие. За последними скрывалась причина их общего сбора на лестнице. Старше или младше возрастом, они все хотели что-то изменить. Каждый из сидящих и смотрящих на неё с негодованием или настороженностью, пренебрежением или заинтересованностью. Но в предлагаемых изменениях они выбрали произвольный уход от проблем…

— С чего ты взял, что я хочу обсуждать ваш побег? — угрюмо отозвалась Астрея. На деле ей хотелось узнать, что планировали ребята. Разбираться в чужих планах и искать в них ошибки — было редким, потому и занимательным развлечением. Тем более что ей, начавшей спасительную операцию школы, могло это пригодиться. Она могла бы сказать это мягче, но само ощущение предательства старших не покидало и вынуждало оставаться противной. Почему бы им не помочь школе, не остаться и не поискать для неё денег.

— Если поможешь, мы возьмём тебя с собой, — щедро уступил Мавр, говоря от лица всех сидящих на лестнице.

Астрея набрала побольше воздуха, но ожидавшие благодарностей старшие группы вынужденно встретились с резким отказом.

— Да не нужны мне ваши подачки. За́мок нуждается в помощи со стороны, а вы сбегаете. У вас даже плана нет! Мальтовые болота гиблое место, Манул Кавриц говорил – самое опасное и нестабильное в королевстве.

— И ты считаешь, нас туда отправляют просто так? — перебил её Мавр, грозно нависая с высоты своего роста. Находясь близко, он вкрадчиво прошептал: — Приют — это, а не школа. Очнись уже, мы выходим не из благородного места, мир нашего появления не ждёт. И проблемы у этого забытого места ещё только начинаются. Практика не просто так запланирована в Матовой долине, я тоже кое-что о ней прочитал…

Астрея прикусила язык, чтобы не ответить издёвкой, а парень продолжал, теперь говоря перед всеми собравшимися на лестнице.

— От нас хотят избавиться. Очень действенным способом — погубить в болотах.

Возгласы могли бы привлечь внимание жилого коридора, но все уже были либо в парке, либо спускались к ужину. Испуганные реплики перебила Астрея, уступаю другому спикеру и в росте и в силе.

— Вообще-то, тебе стоило бы знать, что Мальтах строился второй корпус Предгорья, — ненадолго, но она завладела вниманием, — Там также стоят две профильные академии прикладного труда.

Всё сказанное было правдой, но Астрея умолчала, что корпус не достроили и он потонул в болотах, а о деятельности академий уже давно слышно не было.

— Лорд-директор даёт вам возможность получить лучшее образование. Часть преподавателей уедет с вами, для обеспечения вашей безопасности, — пока гул недоверия ещё только нарастал, она добавила своего, неавторитетного, личного мнения, — Никак не пойму причин вашего негодования. Неужели трудно ценить то, что уже есть?

Под подавляемые ироничные смешки над наивностью и бормотание со стороны собравшихся, она кивнула своим мыслям, развернулась и наконец покинула лестничный пролёт. Нечего было доказывать или объяснять, старшие курсы уже выбрали сторону. Ту самую, что не позволяла им оставаться друзьями.

Зайдя в комнату, она плотно прикрыла двери и немного постояла в тишине. Под внимательным взглядом до этого рисовавшей соседки, подошла к своей кровати. На втором ярусе лежали забытые в аудитории учебники и тетради. Она невольно улыбнулась, после точных магических схем началось наказание и Астрея оставила их на столе, но кто-то заметил и занёс в комнату. Очень приятный поступок.

Такое тоже происходило в её жизни. Видимо, это была своеобразная благодарность за то, что всегда можно было попросить домашку.

По словам соседки, на этот раз её вещи занёс Бром – полноватый мальчик их группы. Камелия также передала Астрее, что он её искал, но не найдя, ушёл с Тимиром в парк.

Не удивившись, что Тимир разделил секрет с друзьями, Астрея покачала головой. Жительница нижнего яруса была уже занята своими рисунками, ни на что больше не обращая внимание.

Ближе подойдя к своей полке, Астрея сняла парадную форму, поменяв её на обычную льняную рубашку и брюки для повседневной носки. Пиджак она надевала часто, в нём было теплее и сохранялось отделение для проноса книг.

Привычно, в школе все ходили без формы, оставаясь в брюках и рубашках. Их обычный школьный режим сбило внеплановое утреннее построение, заставив одеть колючие пиджаки и юбки с гольфами, но скоро всё должно было плавно вернутся в норму.

Переодевшись в комфортную одежду и, поправив хвост, Астрея захлопнула дверцы полки, и пошла задавать вопросы лорду-директору.

Уютный домик в лесу

Если днём директор работал у себя в кабинете, то вечера чета Воронир коротала в своём домике на территории за́мка. Закрывшись от шума и детей, демоны сидели в креслах качалках с чашками чая и хорошими книгами.

Демонесса тоже работала в за́мке. Она присматривала за самыми маленькими детьми, контролировала кормление и первые шаги, лишь вечерами оставляя их с воспитателями. Каждый день после четырёх часов дня, леди Воронир заканчивала хлопоты, и уходила готовить ужин в свой домик.

Еда демонов разнилась от той, что подавалась в столовой. Она была невыносимо острой во всех её проявлениях, то есть блюдах — будь то рис или суп. Демонам претила постная пища, поэтому они ели отдельно.

За одним столом со всей школой собирались только по праздникам в больших залах, сидя за большими дубовыми столами. Перетаскивали дубовые реликвии преподаватели, используя магическое искусство вместо грубой силы. Минуты расстановки взлетающей над залом мебели были лучшим представлением перед праздниками. Самым ответственным действом сосредоточенных магов был пролёт широкой мебели через двери. Как на вертеле, столы кружили и проходили узкое пространство, находя себе место в зале. После манёвров, маги брали перерывы, чтобы передохну́ть от магического перенапряжения, а дети украшали столы.

За́мок имел несколько выходов. Парадных было два: северный и южный.

Северный вы́ходил в просторный парк, после которого начинался лес. На самом деле, лес окружал всё поместье, но только северо-восточная его часть заканчивалась утёсом. Так как огороженная лесная часть территорий была непроходима и небезопасна для жителей за́мка, тот же самый утёс можно было увидеть только из окон верхних этажей. У северо-западной части территорий пролегала тропинка, зажатая между лесом и небольшим предгорьем. Она вела к деревянной избушке, которую все называли Место встреч. Это было место для торговли с купцами, там же за́мок принимал новых воспитанников.

Южный выходи́л на небольшую полянку. Детям здесь играть не разрешалось, а пребывать можно было только в исключительных случаях. Бывали дни, когда преподаватель по астрономии устраивал вечернее наблюдение за звёздами, освобождая утром от первых занятий. Постоянными исключениями становились старшекурсники, которых тренировал лорд-директор. Их занятия всегда проходили утром на свободной от детей территориях. Так или иначе, в любое время дня и ночи, абсолютно свободно здесь могли ходить только преподаватели.

Западная часть поляны вела к парникам и беседкам леди Воронир. Восточная часть южного выхода начиналась с предгорья, того самого, что стало основанием одной из стен. После небольшой, но уютной поляны начинался лес, а за ним пряталось озеро. Ходить туда было запрещено.

Окружающий Предгорье, лес был закрыт как с севера, так и с юга. Но среди деревьев пролегала безопасная тропинка, именно она, проложенной каменной ниточкой, вела к домику руководителей школы. Тропинка была безопасна для каждого путника, если он не решался сойти с проложенных на земле камней. Что случалось бы в ином случае, никто не знал, ведь смельчаков, проверить достоверность недосказанных угроз, не находилось.

К уютному домику с трубой и калиткой Астрея и направилась. Неслышно отворила чугунные решётки и поморщилась, когда те, скрипнув, ударились о засовы. Пройдя незамеченной до дверей двухэтажного деревянного домика, изнутри наполненного теплом и уютом, она постучала в приоткрытую дверь.

С глубин живых комнат шло тепло и свет, манящий завернуться в плед и выпить чашку домашнего напитка. Астрея, так близко подошедшая к чужому дому, отступила на шаг назад, неуверенная что могла бы без слёз воспринять его тепло и самодостаточное счастье.

—Ю-юху, — шаркая домашними тапочками, к двери подошла леди Воронир. Думая, что пришёл ребёнок, она начала разглядывать гостью с её коленок и, дойдя до головы, расплылась в улыбке. Такой доброжелательности невозможно было не улыбнуться в ответ. Отряхнув руки о передник, демонесса схватила Астрею за локоть и утянула в дом.

Оказавшись в том самом доме впервые, Астрея растерялась. Обещанная директором возможность задать вопросы по книге уже не казался достойным поводом, чтобы мешать пожилым демонам отдыхать после трудового дня. Переступая с ноги на ногу, девочка не знала как бы начать.

— Прошу прощения, я не хотела беспокоить…

— Если бы не хотела беспокоить не пришла бы! — тут же перебила её хозяйка дома.

Приняв это за команду покинуть дом, Астрея стала надевать ботинки обратно, за что получила полотенцем по рукам.

— Я тебя пригласила в дом, не заставляй меня краснеть за твоё воспитание. Не гонит тебя никто. Иди мой руки и садись за стол, помогать будешь.

На этой своей команде, хозяйка прошла вглубь дома, словно туда её тянуло незаконченное дело. Гостье следовало проследовать за ней, поэтому запоздало кивнув уже ушедшей демонессе, Астрея опять сняла ботинки и поставила их на коврик у выхода.

Дом начинался с прихожей, которая состояла из двух ковриков и вешалки, прикреплённой к стене. На ней весело пальто хозяйки, её дождевик и мантия. Под табуреткой, длиною в два человеческих локтя, стояли туфли, ботинки и тапочки. Оставив там же свою обувь, Астрея надела тапочки, чтобы не пачкать их чистый пол. Пройдя чуть дальше, вновь стала разглядывать дом.

Прихожая дома не отделялась стенками, сразу же пропуская гостя в гостиную. Первое, что видел посетитель, была лестница на второй этаж. С одной стороны, зажатая деревянным шкафом с цветными банками, с другой — стеной дома. В специально созданных квадратных отсеках были выставлены красивые вазы и закупоренные стеклянные бутылки.

В гостиной было четыре больших дивана, небольшой стеллаж с книгами и камин. Та самая лестничная стена — с ракурса гостиной — превращалась в шкаф с различным содержанием редких предметов. Расстеленный на полу красный ворсистый ковёр так и манил в нём поваляться. Она была бы не прочь, но запоздало вспомнив, с каким условием её пустили, Астрея второпях пошла помогать на кухне. Та часть дома открывалась сразу же после гостиной, также без дверей — с арочным проходом.

Кухня была освещённой. Посреди комнаты стоял стол, сделанный из среза большого красного дерева. На нём хозяйкой были расставлены чашки и небольшие кастрюли со специями. Леди Воронир щедро сыпала приправами большой кусок мяса, валяя всю массу в цветных маслах и посыпках. После качественной мариновки и насыпания поверх мяса ещё одного холмика специй, демонесса закончила работы, засунув всё в пакет и отправив в духовку.

Пока Астрея раздумывала, убьёт ли человека такая острота́ блюда, леди вручила мешок картошки и заставила чистить. Было несложно, ведь был дан прибор, облегчающий резку, и, не жалуясь, она приступила к работе. Быстро закончив, с её-то опытом в чистке картошки, Астрея повернулась к леди за другим заданием.

И вот настал момент для истинного изумления. Астрея образно открыла рот в попытках осознать, как демонесса успела столько приготовить: на кухонном столе было два пирога, готовых к духовке, нарезанные фрукты и овощи, мелко поструганные соломкой и кубиками. Намерения Астреи получить похвалу растаяли вмиг. Закончив с украшением фруктов, хозяйка дома поставила их в хладошкаф и повернулась к девочке:

— Теперь часть нужно порезать ломтиками, часть сварить клубнями. Чего сидишь?

Осмотрев клубни, Астрея вернулась к работе, поделила их на две части. Часть овощей засы́пали в кастрюлю и поставили на огонь, часть ушла на новое блюдо. Девочка резала картошку ломтиками, а демонесса со свойственной ей щедростью посыпала готовые формы пряностями. Закончив, две хозяйки поставили блюдо на огонь, залив чесночным соусом.

В гостях у демонов

В момент, когда домой пришёл лорд-директор, обе сидели на корточках перед духовкой и пытались определить готово ли мясо. Вскочив, гостья запоздало сообщила хозяйке дома изначальную цель своего визита:

— Дело в том, что меня не приглашали. Простите, что не сказала. Я просто хотела спросить, занят ли лорд Варонир, чтобы у него кое-что спросить, — протараторила шёпотом Астрея, мысленно отсчитывая секунды до скандала. Если о её несогласованном проникновении в дом директора узнает Манул Кавриц или того хуже, Павлечовски — проблем не избежать.

Услышав правду, леди Варонир картинно закачала головой, и девочке стало стыдно. Настолько, то осматривая пол, она не знала куда глаза деть. Заметив смущение, демонесса опять несильно шлёпнула её полотенцем.

— Я же сказала тебе, что пригласила тебя в дом. Что же ты здесь такой спектакль устраиваешь.

Сняв своё пыльное пальто, в кухню вошёл хозяин дома и, поцеловав в лоб жену, обратил внимание на незваного гостя, то есть на Астрею. Теперь она точно покраснела и, опустив взгляд ещё ниже, пробубнила:

— Простите, что пришла…

Её вновь перебила леди Варонир, бойко схватив за локоть.

— Знакомься Ваерр, моя новая ученица. Буду её мастерству приготовления пищи учить, — проворковала демонесса, приобнимая гостью за плечи. На проявление искренней щедрости Астрея улыбнулась, запрокидывая голову к высокой хозяйке дома. Другими словами, девочку в тот момент взялись учить готовить еду демонов.

Эта идея ей понравилась, даже настроение поднялось. Большая удача научится готовить. Тем более что еда кухни демонов стоила очень дорого и высоко ценилась во многих королевствах. Можно было рассмотреть это умение как достойный заработок в будущем. Астрея была просто счастлива.

— Ты не представляешь! Я её хотел представить как свою ученицу. — Он развёл руками, наигранно удивляясь: — Взял обучать основам магического искусства. Не далее как вчера утром!

И оба посмотрели на Астрею.

— Я всё успею, — только и пролепетала она в ответ.

Лорд по-доброму похлопал по плечу, и попросил подождать в гостиной, пока он переоденется в домашнюю одежду. Кивнув, девочка получила разрешения у леди Воронир покинуть кухню, и села ждать директора на гостиный диван.

Хозяйка дома последовала за мужем, по пути проведя гостью. Пройдя с ней в гостиную, махнула рукой, и в камине появился огонь. Подмигнув в пожелании не скучать, скрылась на втором этаже. Астрея тем временем достала из заднего кармана пиджака отданную ей на изучение книгу, и ещё раз её перелистала, вспомнив свои вопросы.

Демоны спустились спустя полчаса, когда отсидевшая на диванах, она уже разглядывала банки в шкафу той же гостиной. В них были травы, засушенные ящерицы и замасленные змеи. Было очень красиво и очень жутко.

— Это подарки, — послышался ответ хозяйки дома откуда-то сверху. Пожилая пара неспешно спускалась со скрипящих лестниц. — Змеиный яд лучшее лекарство на все случаи жизни. В молодости на праздники дарят табак и ви́на. Наш погреб мы уже давно заполнили, так что нам, старикам, уже дарят змей и травы.

Сам лорд директор, всё ещё оставаясь на ступенях и просматривая подаренные ему стеклянные банки с той стороны. Первой спустилась хозяйка и сразу же ушла на кухню.

— Да, наша коллекция огромна, не многие столичные аптеки могут похвастаться такими запасами, — закончил представление своей коллекции лорд-директор. В свободных чёрных брюках и домашней рубашке, он прошёл к диванам и, сев, откинул голову, закрывая глаза. Астрее снова стало неловко отвлекать демона от его законного отдыха.

Словно почувствовав, он приоткрыл глаза и, подозвав к себе, жестом приказал сесть. Она села на соседний диван и стала слушать.

— Новый преподаватель по фехтованию поведал, что ты общалась с духом в классе. — Снова прикрыв глаза, он продолжил говорить, попутно ища что-то ускользающее в её взгляде: — Я не просто так тебя предупреждал. Это крайне опасно для человека.

Ему пришлось привстать, приняв другую позу для достаточно серьёзного разговора:

— Понимаешь в чём дело, это всё ещё остаётся неизученной областью. Я не могу гарантировать, что они будут к тебе добры. Они такие же тёмные существа, как и все мы. — Не останавливаясь на обрывочно произнесённой фразе, продолжил: — Астрея, нет светлых. Все мы тёмные. Все мы поступаем эгоистично, сугубо в своих интересах. Ставим превыше всего наши желания и цели. Такова жизнь.

Видя, что ему хотят возразить, он добавил:

— Но я хочу, чтобы ты поняла. Духами командовать невозможно. Это существа не признают чьей-либо власти. На них невозможно давить или воздействовать. Дух он и есть дух. Напакостил и пропал. Всё ищи свищи.

Астрея притихла, и демон устало вздохнув, продолжил свои наставления, опираясь на историю её же народа:

— Люди в своей гонке за могуществом достигли определённых успехов в подчинении как нежити, так и прочих созданий. Например, тех же духов. Сам наблюдал, как архимаг заставлял пленённого духа работать против его воли. История закончилась тем, что тратя много сил на удержание могущественного создания, человек не давал организму восстановиться и, не выдержав такого режима, в итоге скоропостижно ушёл из жизни. Не сделав никаких выводов из этой истории, человечество создало учение о пленении духов.

Демон сел ровнее, посмотрев в глаза своей воспитаннице.

— Теперь ты меня услышала? Не первый раз я разговариваю с ребёнком, пытаясь остановить его от ошибок. А он их всё равно совершает и совершает. Круговорот жизненных неурядиц, что уж там.

— Они добры ко мне. Я не требую от них верности. Мне просто нравится проводить с ними время. — Она покачала головой, отказываясь следовать совету, что ей навязывали.

Её ответ словно стал подтверждением слов демона, очередного воспитанника предупреждали о последствиях необдуманных поступков, а он не слышал. В данном случае Астрея отказывалась следовать предостережениям.

— Спасибо, я знаю, как вы о нас заботитесь, мы Вам многим обязаны. Надеюсь, я когда-нибудь смогу отплатить Вам тем же добром. — Астрея безмерно уважала лорда-директора, но ни на секунду его речи, не стала сомневаться в преданности своих друзей. Духов она считала именно такими. Они были рядом тогда, когда ей это было нужно больше всего. И она не могла отказать им в дружбе только из-за предрассудков тех, кто с ними не общался: — Но это мой выбор. Прекратить общение с кем-то только из-за страха быть преданным — уже предательство.

В гостиную вошла леди Воронир, посмотрела на мужа, что был занят воспитанием ребёнка, и снова скрылась на кухне. Демон был тронут словами Астреи, но сдержал маску отстраненности. Ответил он, после того как немного подумал над услышанным: — Достойно уважения. Надеюсь, это мудрость, а не глупость. — Почесав голову у своих рогов, кивнул на книгу в руках. — Появились вопросы?

Девочка кивнула, встала перед диваном, протянув книгу директору.

— Не понимаю, как должно ощущаться то чувство, описываемое в книге. Ты как бы представляешь, что нить идёт из середины ладошки, и связываешь её с предметом, который хочешь передвинуть. Мысленно натягивая эту нить, ты его сдвигаешь. У меня это не работает. Возможно, у меня просто магии, как дара, нет.

— Возможно, — подтвердил её неприятные опасения руководитель школы. — За то время, что мы общались в моём кабинете, я определил у тебя зачаток дара. Проходя мимо тебя в коридоре, дара не заметил. Судя по всему, он у тебя скачет, такое бывает. Слабый дар, хаотичный, его надо стабилизировать.

Астрея посмотрела на скрытые за диванами окна, обдумывая услышанное. Уже был вечер, весеннее солнце ещё не садилось, но своим уклоном точно сподвигло жителей за́мка отправится ужинать. Подумав над словами директора, она про себя отметила, что ни разу не видела того самого лорда-директора в коридоре. Он был, либо уже в кабинете, либо в парке или у домика. Может быть, дело было в чарах, разыгравшемся воображении или наличии тайных ходов в за́мке, но усмехнувшись всем версиям, уточнять не стала. Интуиция шептала — точно тайные подвалы и скрытые в стене люки, какой за́мок мог без них обойтись. Однако, лезть в чужие тайны было невежливо, она и не стала.

— У тебя должно быть ощущение игрушки-катушки. Ты временно связываешь себя и предмет энергией, и резко тянешь на себя. С практикой будет достаточно простого взмаха пальца руки. Например…— Демон в приглашающем жесте притянул к себе книгу с верхней полки стеллажа.

Книженция легко поддалась на призыв, плавно качаясь, проплыла комнату и нашла себя в руках хозяина. Безуспешно попробовав пару раз, Астрея решила, что лучше сначала попрактикуется в комнате, прежде чем в следующий раз предстанет перед демоном с вопросом. От провальных попыток было неловко.

Следующие вопросы касались поисковых чар. Демон объяснял их действие, как рыбалку.

— Ты вот держишь удочку и у тебя клюёт. Такое должно быть чувство. Потом тянешь, используя схему тяни-толкай. Понимаешь? Вот я закрываю глаза и ищу… Чтобы безопасное мне старику найти-то?..

— Ложку, — предложила заинтригованная девочка, ожидая увидеть чудо.

— Хорошая идея. И вполне безобидно, — согласился с ней демон: — Я ищу ложку. Ага, нашёл и тяну, тяну.

В гостиную зашла леди Воронир, держа перед собой ложку.

— Твой фокус, Варонир? — Хозяйка домика скептически уставилась на мужа. — Вот ни капли не смешно, — она протянула ложку демону, ожидая узнать причину его утигательного поступка.

— ОУ! Ты зачем её мне отдала, она должна была сама прилететь. Так, прячь её в свой передник. Я сказал прячь.

Астрея прикрыла улыбку книгой, а хозяйка дома демонстративно сунула ложку в передник. Оттуда столовый прибор взмыл вверх и, совершив кульбит, упал на когтистую руку демона.

— Вот так, должно быть, — возвестил довольный собой старик. На увиденное воспитанница закивала, признавая его мастерство.

— Ой, наиграетесь, идите ужинать. Всё готово, — отозвалась хозяйка дома и, махнув на обоих рукой, скрылась в кухне.

Вопросов больше не оставалось, так что решив откланяться, Астрея склонила голову, и проговорила короткий список выполненных дел.

— Всё спросила и всё поняла, спасибо за выделенное время. Книгу могу оставить у вас дома или лучше занести завтра в кабинет?

— Куда это ты уходишь. Мы же за стол садимся, — хозяин дома не понял причин раннего ухода своей гостьи.

— Да у меня тоже ужин в столовой, — Астрея уже вставала с диванов, собираясь отойти к прихожей.

— Он уже давно закончился на время посмотри, — Демон вскинул руку к часам на угловом шкафе.

Проследив за его указательным пальцем, ей пришлось признать, засиделась она долго. Было уже восемь вечера. Стоило понимать, что отбой обычно начинался в девять.

— Я из дома тебя не выпущу, пока ты не поешь, — уверенно произнесла появившаяся в дверях леди, воинственно уперевшая руки в бока. Слышавшая весь разговор демонесса, своим настроем и зажатой в руке деревянной ложкой, отрезала путь к отступлению, то есть выходу из уютного домика.

— Ну ладно, я с вами посижу, — решила пойти на попятную девочка, поздно ночью чувствуя себя неловко в очень гостеприимном, но чужом доме.

За стол она села не сразу. Взяв в оборот, хозяйка дома взялась учить сервировать стол, украшать готовые блюда перед подачей. Как стало известно, нельзя было просто вытащить противень из духовки и поставить на стол. Для нужности дела следовало испачкать как можно больше посуды, чтобы потом было что мыть. Сказав это вслух, Астрея вновь получила невесомый шлепок, но в этот раз мокрой тряпкой по мягкому месту.

Вытерев стол, хозяйки поставили приборы, бокалы и тарелки. Только после этого, стали расставлять горячие и холодные блюда. Как считала сама Астрея, с принятой для демонов степенью остроты, все блюда были горячими. Однако леди Воронир придерживалась общего деления: салаты — это холодное, всё остальное, кроме десерта и напитков – самое что ни на есть — горячее.

Сев за стол, все отдали дань уважения истинному рогатому. Со слов демона, оно означало пожелание благ родному дому и, собственно, процветанию Империи. Повторяя за хозяевами, она ногтем оттопыренного большого пальца, зажатого кулака правой руки, перечеркнула свой лоб от края до края. Совершив ритуал, сидящие за столом приступили к трапезе.

Всё было непривычно и очень по-домашнему. Лорд Воронир резал мясо, постоянно нахваливая кулинарные способности жены. Она разливала всем холодный морс, а Астрее передавала салаты и картошку.

Тарелки были просто огромными. Всё то, что они так долго готовили ушло на большие старинные блюда. Большой кусок мяса разрезали вдоль на десять равных частей. Один такой Астрея ела весь ужин. Отделила себе кусок, салат и два клубня картофеля — остального предложенного она вместить в себя не смогла, даже если бы постаралась. Демоны же ели много. Переглядываясь и улыбаясь друг другу, доедали по четвёртому куску, постоянно подкладывая картофеля, и запивая всё это кулинарное дело морсом. Объевшись так, что захотелось дойти до дивана и лечь спать, девочка стала смотреть куда угодно, только не на стол.

Кухня была просторная. От неё в гостиную выходила арка, через которую Астрея сегодня зашла, ещё одна вела на улицу. Объевшаяся девочка не видела на что открывается вид с противоположных стен, так как они были расположены чуть дальше по коридору. Проход, хитро показывая семейные фотографии, и только потом круто уходя к возможным дверям, призывно манил светом уходящего солнца. Своими поворотами словно служил часами для припозднившегося гостя. Да, стоило уходить.

Демоны доедали, на тарелках оставалось пару клубней, салатов и мяса уже не было. Её кусочек был единственным выжившим представителем своего вида. Увидев, как его рассматривает лорд-директор, она покачала головой: — Не могу. Очень много мяса.

Поддев его громадным столовым трезубцем, демон отправил кулинарный шедевр в рот. Целиком. На неодобрительный взгляд жены вскинул бровь: — Ты его хотела съесть?

— Она наш гость. Где твои манеры?

Астрея неслышно рассмеялась. Посидев немного, они начали убирать со стола. Стряхнув оставшийся мусор в контейнер, собрали посуду и отправляли её в паровой шкаф.

Демонесса начала объяснять принцип работы подручного средства хозяйки, начиная инструктировать с того, как следовало раскладывать посуду, чтобы она не побилась. Загрузив шкаф, магией она наполнила его водой до середины, и, капнув туда змеиного средства — плотно закрыла, потом пошла звать мужа. Подойдя к нагруженному прибору домашнего обихода, лорд Варонир провёл рукой, и запертая в шкафу вода начала своё движение, пенясь и омывая посуду. Демон на этом не закончил. Отпустив руку, он что-то прошептал, после чего шкаф повторил действие и стал мыть посуду сам.

Видимо на лице гостьи была отражена крайняя степень изумления, так что директор без предисловий стал пояснять:

— Я зафиксировал действие и поставил его на повтор. То есть использовал заклинание циркуляции воды на повторе. Всё просто. Главное, в первый раз аккуратно пройтись по всей посуде. Потому что, если ты просто создашь циркуляцию в шкафу, хрупкая посуда не переживёт и трёх оборотов воды.

Она кивала в каждому слову, во все глаза смотря как пена заполняет всё пространство в окошке.

Когда она выполнила все функции гостя, поев и пообщавшись с хозяевами дома, на часах было сорок минут девятого. До отбоя оставалось двадцать минут, так что её наконец отпустили, предложив у порога провести до дверей школы. Отказавшись, чтобы не напрягать добрых хозяев, она быстро обула обувь, и, поклонившись, спиной вышла на крыльцо.

Уходя по тропинке, ещё раз помахала рукой паре, что стояла в свете домашнего огня. Хозяева, проводив девочку взглядом, неспешно заходили в дом. И Астрея пошла чуть медленнее.

Когда вышла к опушке, было уже темно. Солнце село и полянка становилась частью леса, то есть крайне опасной для жителей за́мка.

Плохо ориентируясь в темноте, она сосредоточилась и мысленно позвала духов. Появилось четыре жителя опушки, троих из которых она видела в первый раз. Уже знакомый синеватый, появляющийся в виде медузы, и пока два бесформенных огонька жёлтых и зелёных цветов.

— Добрый вечер, господа. Прошу прощения за беспокойство. — В темноте ночи она совершила реверанс, как их учила воспитательница, когда-то служившая у высшей знати, и знающая всё о дворцах и о прислуживании высоким особам. - Не могли бы вы мне помочь, я плохо вижу в темноте, — она сыграла момент поиска далёких кораблей на морском горизонте, — Мне было бы приятно, если бы вы составили мне компанию.

Медуза совершила плавное сальто и проплыла вперёд, освещая дорогу. Следуя за духом, Астрея пошла по дальней тропинке, огибая полянку и подходя ближе к лесу. Не став акцентировать внимание на вопросе человеческой безопасности, она начала разговор с новой компанией.

— Кстати, прошу прощение, я не представилась. — Продолжая идти, она развернула голову к новым собеседникам, что тянулись к разговору, как пчёлки к нектару или как правильнее было бы сравнить, как светящиеся мотыльки к свету. — Меня зовут Астрея. Мне было бы очень приятно с вами пообщаться. Сейчас я спешу, но завтра или послезавтра, если вы найдёте на меня время, я с радостью с вами побеседую.

Жёлтый дух, после прямого энергетического обращения, отзывчиво лепетал и сверкал. Улыбалась и кивая в такт каждому его слову, Астрея рассматривала всю их компанию. Полянные духи были шустрее тех, что прятались в за́мке. Они, если и не разговаривали, то привлекали внимание, быстрее собирая энергию.

За таким светоразливающимся разговором они дошли до ступеней южной лестницы.

Отвесив шутливо церемониальный поклон, девочка вежливо попрощалась и зашла в за́мок. Все его жители уже давно готовились ко сну.

Как поругаться со своей группой

В за́мке у ступеней парадной лестницы Астрея встретила преподавателей. Они словно ждали её появления, своим полным составом устраивая засаду. Как оказалось, так и было. Вехтор Павлечовски традиционно встал во главе справедливой инквизиции. Увидев её издалека, он ещё с лестниц стал громко допытываться:

— Где ты была, Астрея. Мы тебя обыскались!

По правую руку от него стояли Манул Кавриц, Имир Тимовит Варовски, Чириг Николя Альтофутич и все они качали головой в знак неодобрения.

— А куда я могла деться из школы? — Девочка развела руками, словно говоря, что мир был представлен только ею стенами. В случае с Астреей почти правда. — Сейчас я была у директора. Мы…— Она не стала говорить, что они ужинали, уж больно грозно выглядели преподаватели. — Мы практиковались в магическом искусстве.

— Ночью? — Всё ещё не веря, воскликнул преподаватель.

— Да, — Астрея не хотела подставлять директора, начав быстро думать чего бы такого сказать. Пришлось, однако, сказать правду.— Просто старшие курсы тренируются утром... Поэтому, чтобы им не мешать, я пришла вечером после отбытия наказания.

— Кстати о нём, — вычленил преподаватель, — Поздравляю. Ты его снова получила! — раздражённо закивал головой Павлечовски.

— По справедливости… — буркнула под нос девочка, решаясь пройти мимо педагогов к себе наверх. Скрестив руки, даже не стала ожидать продолжения нотаций, а ведь они последовали.

— Да, Астрея, по справедливости! Ты хоть кому-нибудь сказала, что уходишь? Ну хоть кому-нибудь в этой школе? Чего ты молчишь?! Мы же планировали в лес идти тебя искать.

— Я часто возвращалась после ужина. Меня раньше не искали. — Ей очень хотелось пройти наверх, и просто хлопнуть дверью. Часть преподавателей расступилась, но уйти без скандала не удалось.

— Этого мы не знали! — разозлился и упёр руки в бока преподаватель курса по изучению расовых особенностей. - Но спасибо, что ты нам сообщала! Мы примем меры! — Он взмахнул подолами мантии, и продолжил:

— Что касается сегодня… В качестве нововведений, нас перед ужином было построение. И, так как не было четверых, оно повторилось и после трапезы. Несмотря на это, тебя и ещё троих учеников на нём не оказалось.

— Поняла, в следующий раз предупрежу преподавательский состав, соседей по комнате и группу и только после этого уйду, — терпеливо отозвалась Астрея, планируя маневрировать между препятствиями на лестнице, а потом всю оставшуюся ночь кричать от накопленной злости в подушку.

— Никуда ты больше не уйдёшь! Будешь отрабатывать наказания всю неделю, — последовал крикливый ответ, на который Астрея уже не сдержалась и ответила с накипевшей злостью:

— Да это несправедливо, чёрт возьми! Почему только я должна быть наказана, — с каждым новым словом она чуть не кричала, преподаватель тоже срывался, отвечая ей в той же манере:

— Потому что в отличие от других, ты понимаешь, что поступаешь неправильно! Мозги предполагают ответственность!

— Да что за …! — Она не стала договаривать, внутренне вереща от ярости и просто отвернулась к стене.

— Отлично, одна нашлась. Осталось ещё трое.

По главной лестнице неспешно спускался их тренер, пропустивший весь высоковольтный диалог, и потому подливший добрый куш масла в разгорающиеся пламя. — Ну что Астрея, будешь в наказание бегать со старшекурсниками по утрам.

Это стало последней каплей в чаше терпения. Прежде чем она стала открыто высказывать всё, что думала об их справедливости и методе преподавания целиком, её перебил третий преподавать. В разговор на лестничных ступенях вмешался Манул Кавриц, выставив руки в примирительном жесте. — На сегодня с неё хватит. Думаю, можно отпустить готовиться ко сну. Астрея, дорогая, иди наверх.

Чтобы их строгий преподаватель-дроу сказал кому-то «дорогая»... Не было такого. Удивившись, а потому быстро остыв, она взбежала по лестницам, и громко хлопнув дверью, зашла к себе в комнату.

Преподаватели остались, продолжая что-то обсуждать. В комнате все уже были в кроватях. От грохота створок, когда Астрея вошла, девочки включили свет, и со всех сторон стали спрашивать где она была.

Чуть не плача от несправедливости, она пнула ногой ближайшую полку, собрала вещи, и ушла в ванную.

Ванная комната была общей, и располагалась в конце коридора. Одной идти не хотелось, так что Астрея была рада компании красных рыбок, появившихся из-под ковра. Отвечать им она не стала, пространство застилали проступившие слёзы и ярость. Пару раз она всё же всхлипнула, но не остановилась.

Вместе они зашли в комнату и девочка стала умывать зарёванное лицо холодной водой. Рыбки плавали небольшой стайкой, меняясь местами при движении, но оставаясь в группе. Приняв душ и одевшись в пижаму, припозднившаяся сегодня воспитанница Предгорья пошла обратно в комнату. У самых дверей рыбки нырнули под ковёр, скрываясь в своём подковровом мире.

Стоило ей зайти и поднятые с кроватей соседки продолжили расспрос. Немного успокоившись, она рассказала, что была у директора и спрашивала его по поводу сложной книги. Но так как не предупредила об этом преподавателей, получила очередное наказание.

— Ты просто мастер в этом деле, — напомнила одна из её соседок, — Камилла, глухо засмеялась.

Сама девочка же комментировать эту шутку не стала. Поняв, что задела за больное, тёмненькая девочка встала с кровати, подошла ближе и, обняв за плечи, прошептала: — Не обижайся, я не со зла это…Не подумала.

— Ничего. Что было на построении? — Она решила перевести тему, пока та не ушла в обсуждение злосчастной справедливости.

Девочки как будто бы ждали этого вопроса. Все стали рассказывать, что скоро сюда должны приехать в качестве преподавателей демоны. Что в недалёком ”скоро” у них будут новые предметы. Планы касались всех, у старших учащихся начнётся практика, и они уедут на полгода в какую-то долину, обучаться основам выживания. Знакомые всем с первого злосчастного построения, трое будущих мастера выживания в диких условиях сбежали перед ужином, не желая общаться с природой. Все подумали, что уйдя, они прихватили с собой и сообразительную Астрею.

Уже ничему не удивляясь, она только спросила: — А скоро это когда?

— Ты про что? — не поняла окрылённая новостями Тимина, девочка с ярко-жёлтыми волосами. Её расовую принадлежность списывали на дриад, но так как девочка не любила воду, она значилась обычной полукровкой.

— Я про новых преподавателей. Не уточняли, когда они будут? — забравшись на второй ярус и устало вздохнув, Астрея стала ждать ответа.

— Ну скоро, значит скоро, — объяснила, как будто бы понятную всем истину, Тимина.

Сама Астрея расстроилась окончательно. В какой-то момент подумала, что надобность в её опасном плане по спасению школы отпадает, но судя по ответам девочек, этого было не избежать. Как она уже убедилась на собственном опыте, часто повторяемое "скоро", вовсе не означало послезавтра. Этой истиной она и поделилась с девочками, что ждали скорейшего чуда.

— Вы ведь помните, что время для демонов протекает по-другому. Для них скоро может длиться не одно десятилетие. Вспомните, как “скоро“ нам поменяли форму.

Все вспомнили, что им её так и не поменяли, и сникли.

— Спасибо, всё настроение испортила! — Тимина легла в кровать, развернувшись лицом к стене.

Девочки выключили свет, и комната погрузилась в тишину. Все жительницы засыпа́ли с мыслью, что это Астрея лишила их красавцев-преподавателей и новых предметов. Ощущая в комнате этот настрой, ей даже захотелось вернуть должок за сегодня, и вместо спокойной ночи сказать «этим вечером мы все восхваляем оказанную нам справедливость». Но она промолчала. Решив, что перед сном лучше подумаю о чём-то хорошем.

В ту ночь ей снился прекрасный сон про лес, озеро и Луну. Под её светом кто-то танцевал и пел. Над озером дул прохладный ветерок, Зачарованная прогулка продолжалось до утра.

Духи — сущности вольные или Нужна вечеринка для прикрытия!

Утро следующего дня началось с горна. Услышав неприятный звук, доносящийся от леса, все жители замка повскакивали с тёплых постелей, хватаясь за бортики кроватей.

Вчерашнее падение научило бороться за сохранность своих костей.

Но ничего не произошло. После второго горна воспитанники Предгорья начали одеваться в рубашки и брюки, так как спортивной формы у них не было. На третий горн они уже выходили из комнат.

Не разговаривающие с ней соседки были уже на лестнице, когда к Астрее подошёл Тимир.

— Где ты вчера была? Преподаватели пошли тебя искать в лес.

Резко остановившись на середине лестницы, она сбила процессию, неспешно идущую следом. И на самом опасном моменте спуска, когда под руками не оказывалось перил, все принялись толкаться. Уворачиваясь от локтей утренних доброжелателей, она всё же спросила у мальчика:

— Они ходили в лес? Других ребят нашли там?

— Нет, им ума хватило в лес не соваться, — отозвался Тимир, равняясь с ней на нижних ступенях, — Парни ушли по тропе через избушку, вроде как искали деревню, но как сама понимаешь, не дошли. Поговаривают, что их нашли на дороге. — Он мотнул головой, явно не желая об этом говорить. — Как по мне, так они выпендриваются зря. Тренер – неплохой мужик, в прошлом лазутчик. Пойти с ним в меняющиеся болота — большая удача. Чего они так упёрлись?

Когда двое, ведущих беседу дошли к дверям в парк, Тимир, убедившись, что проходящие мимо не слушают, шёпотом пробубнил вопрос: — Когда можно будет обговорить…? — и замолчал, отведя взгляд.

Как и все остальные видевшие этот жест, Астрея посчитала, что его поведение ещё больше привлекало внимание, но подумав над необходимостью быть снисходительной к соратникам, она тихо ответила: — Давай начнём за завтраком, продолжим после обеда. Хотя нет, после обеда у меня, наверное, будет наказание.

— Что?! Да как у тебя это получается? Никого так часто не наказывают как тебя. Это за вчера, что ли…— попытался возмутиться мальчик и замолк, нарвавшись на хмурый взгляд напротив — на её раздражённый и неприкрытый вопрос: «серьёзно, хочешь об этом поговорить?»

Попытавшись замять разговор на неприятную тему, он просто попрощался:

- Ладно, тогда подсядем к тебе на завтрак и обед. Там и поговорим, - махнув рукой, побежал к своим товарищам. Что означало произведённое «подсядем» ему ещё следовало уточнить, а пока разговор действительно был отложен на «обеденное» потом.

Сойдя с лестницы, все учащиеся без команды начали выстраиваться в шеренгу. За этим несложным занятием их застал появившийся в дверях тренер.

— Отлично. Просто здорово, что вы всё схватываете налету. Уже умеем вставать в линию. Итак, сегодня пойдём дальше. РАВНЕНИЕ на-лево!

Тут они его стали огорчать. Многие из школьников путались, где было право, а где лево, своими неуверенными движениями, заставляя сомневаться и тех, кто уже выбрал сторону. В итоге все вертели головами, никак не определившись, куда их направлять.

— Старшие курсы, молодцы. — гаркнул похвалу тренер. Он прошёл вдоль шеренги, заложив руки за спину.

После прозвучавшей похвалы, все сомневающиеся проследили за вытянутыми по струнке старшими ребятами. Подростки и сами собой сильно гордились, ухмыляясь и хорохорясь в избранной для построения позе. Но помимо похвалы, у преподавателя нашлись небольшие замечания: — Только это ПРАВО! ДРЯННАЯ ЛЕСНАЯ КАПУСТА! ГДЕ У ВАС ЛЕВО?!

Орал он знатно. Старшекурсники, после того как провели с ним весь вчерашний день, без лишних слов слажено развернули головы в другую сторону. Астрее все вспоминались слова Тимира о том, что тренер предстал перед ребятами «отличным мужиком». Так, в чём же было дело? Почему она ему не доверяла? В момент, когда тренер-тиран проходил мимо места, где ей пришлось встать, Астрея почувствовала, что ей не уделили внимания. Став от этого спокойнее, девочка принялась ждать команды.

Долго ждать не пришлось. Единолично решив, что так школьники будут ровняться каждый день, деспотичный тренер дал старт бегу. По звонкому свисту, прозвучавшего из сложённых двух пальцев руки лазутчика, толпа ребят принялась исполнять требуемые физические упражнения.

Уже чуть бодрее, чем показали это вчера, школьники Предгорья вместе пробежали один круг. На втором, уже изнемогая, Астрея вспомнила, что наказана и продолжила злосчастный бег. Не разговаривающие с ней одногруппницы решили, что та просто хочет побегать и оставили её наслаждаться тренировкой в одиночестве, уйдя умываться.

На третьем круге забег остановил тренер-тиран, по совместительству — Исан Вахтович:

— Астрея, наказание отменяется, возвращайся в замок готовиться к завтраку.

Кивнув, она поднялась по лестнице. Но стоило им выйти на одну прямую, он резко развернул к ней голову, напрямую задавая вопрос: — Почему ты так беспечна?

На неуместное обращение преподавателя, она замедлила шаг, так же разворачивай голову к говорившему. Так они и стояли, девочка продолжала молчать в ожидании упрёков нового преподавателя, и они последовали:

— Увидев тебя, болтающую духом, я тут же донёс обо всём увиденном вашему лорду. Но суть разговора до тебя явно не дошла, и тем же вечером ты вернулась в замок поздно. После прогулки с опасной компанией. Могу сказать с уверенностью — ты была в этот чёртовом лесу. — Он погрозил пальцем, негодуя:— Для простого ребёнка, ты слишком беспечна. Это плохо кончится. Очень плохо!

— Директор со мной поговорил, больше… — она не планировала отвечать резко, но фразу перебили на половине, и отношение тут же изменилось.

— Астрея, — возмутился тренер, обращаясь к незнакомой девочке по имени, — Тебя же так зовут, да? Духи заигрывают, песни поют, проказничают, — даже взмахивая руками для демонстрации образа пространственных чудовищ, он оставался серьёзным, и чётко обозначил свои опасения: — Но и убить могут. Сама уже должна понимать, природная магия опасна. Особенно, если неприрученная — не человеческая, а чужая. Духи — сущности вольные и живут, как захотят. Все они злые и подлые: в болотах топят, в лесах людьми притворяются, зовут и кругами водят. Неделями грибники, да охотники в полянах плутают, а выход найти не могут.

— Я буду разговаривать только с лордом-директором. Не нужно пытаться меня воспитывать, мой выбор вас не касается! Никого из вас он не касается! — надменно отозвалась девочка, никак не выделяя статуса собеседника. Он был нанятым преподавателем, бывшим служащим его Королевского величества, да даже просто старшим, но он лез не в своё дело. Он оскорблял её друзей, а Астрея была уверена, она имела право общаться со всеми, кто был с ней добр. Опираясь на пройденные лекции по расовым особенностям, человек никогда не стремился понять мир других существ — в этом и крылась его ошибка... Только у стоящего напротив были другие мысли по этому поводу.

— Не будь самонадеянной. Этот твой выбор будет касается всех, кого ты подвергнешь опасности. Особенно тех, с кем живешь. Просто прекрати испытывать судьбу...!

— До свидания, — пролепетала девочка, и прошла мимо излишне эмоционального человека. Чуть позже ей бы привели личные примеры встреч с ужасными духами, поведанные служащим в лесу лазутчиком, но она просто ушла от разговора. Поднявшись к дверям, встретила Тимира. Он сидел на главной лестнице.

— Зачем ты бежала второй круг? — последовал его вопрос.

— В наказание должна была заниматься всё утро со старшими. Но меня освободили, — Астрея вошла в замок, проходя его центральные северные двери. Парень поравнялся с ней, также неспешно поднимаясь.

—Так, ты теперь свободна после обеда, — запоздало обрадовался её сообщник.

— Нет, после обеда у меня другое наказание, — не стала лукавить Астрея, пожимая плечами в такт его немого восклицания. — Тем более что мне вряд ли просто простили это несостоявшееся наказание. Думаю, бег сегодня заменят на какое-нибудь другое.

Он недоверчиво глянул на идущую рядом.

— А так бывает?

— Да, — она кивнула, — Правда, только со мной.

Вдвоём они поднялись на свой этаж и разошлись по комнатам.

ХХХ

Перед завтраком Астрея решила принять душ. Постирать форму доверила духам, которых нашла у крана. Они наполнили в раковину воды и в ней стали полоскать юбку, две рубашки, пиджак и гольфы. Как только в ванную заходили другие девочки, маленькие помощники исчезали, и со стороны казалось, будто бы их соседка просто замочила одежду, уйдя в душевые комнаты.

Когда Астрея вышла из душа, вещи уже сохли на принесённой ей вешалке. Оделась она в сменную рубашку и вчерашние брюки. Закончив приготовления, сняла с крючка вешалку, приятно удивившись тому, что одежда было уже сухой.

— Спасибо! — Она посмотрела в зеркало, представила тех духов, и ещё раз поблагодарила: - Большое вам спасибо!

С прекрасным настроением девочка спускалась к завтраку. Забрав поднос с едой, стала искать взглядом троих сообщников: Тимира, Роккона и Брома. Они были за столом у окна и ждали, когда она к ним подойдёт.

Всё с тем же прекрасным настроением, она села к ним на предложенное свободное место.

— Так, я им не всё рассказал. Всё же дал клятву, так что нам нужно где-нибудь собраться и поговорить.

Мешая кашу, Астрея поддалась вперёд для разговора, также поступили и ребята.

— Давайте попросим устроить прощальный вечер перед отъездом старших, – увидя странную реакцию Брома, она пояснила:

— Не потому, что мы будем по ним сильно скучать. — У неё самой и в мыслях не было заниматься всякого рода тёплыми прощаньями, напротив, их отъезду она была очень рада: — Нам будет легче сеть где-нибудь и тихо обсудить положение дел, пока все будут заняты праздником. Масштаб задачи велик, а все постоянно отвлекают.

— Ладно. Когда попросим? — Тимир спрашивал у Астреи, а смотрел при этом на Роккона.

— Сегодня. — Девочка начала есть, бубня с каждой новой ложкой всё больше: — Вы подойдите к мелким и старшим курсам. Скажите, что было бы здорово устроить небольшой праздник перед отъездом наших друзей. А я подойду к преподавателям. За пару дней, думаю, уложимся. Когда они уезжают, кстати?

— С начала июня, то есть через три дня, — ответил Тимир. Роккон разорвал с ним зрительный контакт, став смотреть в окно.

Астрея ела своё вареное яйцо и, пока его чистила, перевела взгляд на Тимира, вопросительно кивнув в сторону парня у окна. Его молчание что-то значило, но она не понимала, как на него реагировать. Ей не доверяли или не воспринимали всерьёз? Тимир махнул рукой, как бы говоря — не обращай внимания.

У Роккона были длинные белые волосы, которые он собирал в хвост. Худой, такой же высокий, как и Тимир. Всегда молчаливый. С ним редко общались, так как часто можно было услышать лишь грубость вместо желаемого простого ответа.

Отметив про себя, что если между колким взглядом при общении и молчаливым смотрением в окно, он выбрал второй вариант, то Астрея тому должна была быть даже рада. Так и решили. Она поблагодарила за компанию и все вышли из столовой.

Магия пространства

Спустя три дня вся школа гудела о предстоящем вечере танцев. Идею устроить вечеринку каждый понял по-своему, и теперь все имели дело с обязательными танцевальным мероприятием.

Не теряя времени даром, Астрея попросила духов найти пустые комнаты, где в вечер танцев их с сообщниками никто не потревожит. В перерывах между занятиями она осматривала предложенные ими пространства, отсеивая не подходившие для работы. Лучше всего на вакантное место «логово заговорщиков» подходила кладовая на нижних этажах. На ней и остановились.

Дни зачинщицы спасительной операции проходили за выполнением назначенных наказаний. Начинались они с чтения морали. Кивая, Астрея должна была соглашаться с тем, что нужно предупреждать, когда и куда-то уходишь. Как-то раз, не слушая, она кивала слишком долго, да так, что кивком согласилась, что речь преподавателя ей совсем неинтересна и скучна. Тем самым продлив себе наказание ещё на два дня.

В свободное между занятиями время она зашла к лорду-директору за следующей книгой. В списке на обязательное изучение была литература на ту же тему: «Тяни —Толкай». Обычная обложка книги не выдавала в ней ценнейшего учебника.

Пока духи по просьбе Астреи мыли полы в нижних лабораториях замка, выполняя её наказание, она жадно читала страницу за страницей. Книга описывала схемы применения обычного заклинания для выполнения различных функций.

Дочитав до конца и захлопнув книгу, она ещё раз попробовала сдвинуть предмет. Не получалось. С грустью прислонилась спиной к стене подоконника, на котором сидела, она тяжело вздохнула. Полы были ещё мокрыми и, не желая портить выполненную работу друзей, она решила обождать «засухи» на том же месте, пока камень на полу посветлеет, то есть высохнет.

Девочка глубоко огорчалась, думая о том, что директор мог быть прав на её счёт, и что она могла быть лишена дара, которым обладали прославленные маги королевства. Но грусть отошла в сторону, стоило ей зацепиться за промелькнувшую мысль. Идея ударила в голову шаровой молнией, вылетев через сердце птицей.

Точно! Как же она раньше не подумала. То, что было описано в книге на нескольких страницах вскользь, Астрея чувствовала при разговоре с духами. Ей просто нужно было войти в то состояние радости от общения с кем-то и заразиться доброжелательностью. В этом был секрет её магии общения.

Выбрав точку в пространстве, она по возможности расслабилась, вспоминая, как разговаривала с огоньками в парке и замке. Впитывая всей душой радость от общения с молчаливыми собеседниками. Сделав пару вдохов, она решила сдвинуть книгу с полки.

Действие рукой, и вновь — не получилось.

Посидев ещё немного, она предприняла ещё несколько попыток основательней погрузиться в эмоции.

На этот раз сидела дольше. Вспомнила, как в первый раз заговорила с духом. Ей тогда было лет десять. Это был класс на первом этаже замка, где она мыла полы в наказание за запоздалую стирку вещей. В тот момент Астрея была одна, но как будто бы чувствовала, что в кабинете есть кто-то ещё. Не видя, и только ощущая его в пространстве, она его позвала. И это чувство что-то изменило.

Она продолжала сидеть с закрытыми глазами, погружаясь в эти ощущения всё глубже и глубже. Пространство вокруг натянулось, отвечая на её доброжелательные мысли… И так, как открывается дно моря после прыжка в воду, как распускаются весной цветы или поёт птица, перед ней стали проявляться видения с разных сторон замка. Воздух стал напряжённей, блистательней и могущественнее одновременно…

Стал доступен потусторонний взгляд с вершины замка: дети играли в парке Предгорья... Взгляд из-под ковра одного из многочисленных коридоров: нерадивый школьник вытирает ноги о старинное сотканное изделие, спеша на улицу… Доступен стал и взгляд из кустов: маленькая девочка рвала ветки понравившегося дерева, собирая букет или веник из веток… Это и многое другое... Картинки не были яркими или мешающими друг другу, напротив, они менялись при малейшем желании, плавно переходя от одного к другому.

Не стала сосредотачиваться на происходящем в жизни духов, стоявшая в подвале девочка окунулась в то самое ощущение натянутости пространства. Магия приобрела форму, потому что всё было на своих местах, и всё было связано. Пространство наполняла энергия нитей. Открыв глаза, Астрея мысленно зацепилась за вазу в углу комнаты и жестом руки потянула её на себя.

Но сделала это слишком резко.

Большое глиняное изделие, доверху наполненное песком, проехало по магическому зову вперёд, споткнувшись в неровный выступ на полу, покачнулось, и упало, разбившись вдребезги.

Астрея была в шоке. Пару секунд, пока в воздухе оседала пыль, она стояла с открытым ртом, и только потом отмерла. Вместо чувств сожаления о содеянном наступило состояния безграничного счастья. У неё получилось! Она сдвинула выбранный предмет —громадную вазу!

Уже было всё равно высох пол или нет. Спрыгнув с подоконника, она стала прыгать в диком танце счастья. Дар был, у неё был дар, о котором можно было только мечтать!

Жизнь изменилась в то же миг. Завесой тайны открывались большие возможности и столь же большие цели обретали очертания.

На шум разбившейся вазы из коридора прибежали преподаватели старших курсов: двое магов недоучек, что покинули университеты в статусах лаборантов. Они вели защиту от различных видов атак и именно поэтому держали в кабинетах песок, используя его в случае возгорания в классе. Пока таких прецедентов не было, они делали из него голема, как манекена для отработки ударов. Всё, на что были способны и что демонстрировали на парах.

Увидев разбитую вазу с песком, два преподавателя участливо поинтересовались, была ли в порядке девочка, в одиночестве стоящая в комнате. Поток безграничного счастья на лице был красноречивым ответом, что-таки да — она была в порядке. Но его, в совокупности с разбитой вазой, почему-то приписали к акту хулиганства и справедливо назначили ей наказание.

Так прошли дни ожидания вечера танцев.

Праздник в саду

Никогда до этого, замок, натужно перенагруженный воспитанниками демонов, не страдал необходимостью устраивать танцевальные вечера. С самого своего основания он был задуман крепостью, что должна была выстоять в любых непогодах, но танцы — это уже слишком...

В день отъезда старших курсов всем учащимся сократили расписание занятий, отпуская готовиться к празднику. Многие из группы Астреи направились помогать собирать вещи своим знакомым. Отъезд одной из групп как будто бы сплотил всю школу. Стало популярным писать друг другу записки с пожеланиями. За день до отъезда стали появляться влюблённые парочки. В воздухе витала любовь и крепкая дружба. Были те, кто собирались группками, чтобы обойти вместе всю школу. Этот театр сатиры возглавил Мавр, коренным образом изменившийся за несколько дней. Теперь он был олицетворением романтичности и мужской привлекательности. Ещё с утра он прощался со всеми, обнимал каждого, кого встретит. Всякий раз проходя мимо, Астрея избегала встречи с любвеобильным «первым парнем школы», вставая за чьи-то спины или просто меняя направление. Время, отданное на подготовку, она потратила на обустройство кладовой для тайного вечернего собрания.

После ужина, который проходил в столовой за большим столом, все дети пошли в парк смотреть обещанные салюты.

Астрея в отличие от всех, сразу же поняла, что это приглашение было ловушкой, вынудившее учащихся выйти в украшенный фонариками парк для дальнейших танцев.

Но так скептично относилась к этому мероприятию только одна Астрея. У всех других её сверстников была эйфория. В момент когда она нашла Тимира, Брома и Роккона, сказав им, что всё готово, её заметил тот самый Мавр.

Он шёл с компанией и, завидев светлую девочку, громко воскликнул, обращаясь ко всем:

— А вот и Астрея! Дорогая Астрея, я даже по тебе буду скучать! — С этими словами он двинулся к ней.

Замотав головой, выражая тем самым нежелание его обнимать, она с мольбой во взгляде посмотрела на Тимира. Но он тоже поймал волну всеобщей любви, и помогать одногруппнице в попытках её избежать, он не собирался.

Мавр её настиг и демонстративно обнял, похлопав по спине. Своим носом она упиралась в его грудь, так что в ответ стукнуть рукой по спине не могла, хотя сильно хотелось. Оттащив её от себя на вытянутых руках, он всё так же громко стал добивать:

— Эх, Астрея, перестанешь быть такой букой, глядишь, и друзья появиться.

Ещё раз хлопнув по спине, он переключился на Тимира и команду. Они его обняли с превеликим удовольствием.

Ожидая, когда они закончат признаваться друг другу в светлых чувствах, она успела съесть стаканчик порезанной морковки, отданный как потерпевшей в качестве угощения. Когда на неё соизволили обратить внимание, она уже пила воду, обдумывая, откуда сможет слить её остаток.

Бром, набрав со стола орехов, подошёл готовым к любым испытаниям. Взяв протянутый им орех, Астрея, как номинальный главарь предстоящего бора, повела их в замок. В дверях их четвёрка встретила Имира Тимовита Варовски, он же и обрадовал:

— Все должны быть на улице, в замок пока нельзя.

Развернувшись к ребятам, она стала смотреть почему-то на Роккона. Он, кстати, искренне пожал плечами в знак сожаления. Но ситуацию спас в тот вечер именно Мавр. Актёрская труппа, которую он возглавлял, пополнялась участниками. На сцену вышла Тимина. Точнее, на лестницу у северных ворот, там, где стояли те четверо, что организовали торжество и сейчас не могли попасть в замок. Встав в центр, девочка закричала, обращаясь к самому популярному парню школы:

— Мавр, я люблю тебя и всегда любила!

Публика была в восторге, всё внимание ушло на этих двоих влюблённых. Астрея медлить не стала и повернулась к ребятам, понимая, что это лучший момент, чтобы зайти в замок. Но они, как и остальные, во все глаза глядели за тем, как станут развиваться события.

Мавр, прикинув ситуацию, решил быть прекрасным принцем школы до конца. Он прошёл через толпу к Тимине, взял её за руку и так же громко произнёс в ответ:

— Это прекрасное чувство. Давай, хоть и недолго, но попробуем быть счастливы вместе! — После этого притянул её к себе, неуклюже поцеловав у всех на виду. Стоящий в дверях Варовски был поражён, собственно, как и все присутствующие, кроме пробирающейся в замок девочки.

Так что на волне всеобщего шока, равнодушная к такому повороту событий, Астрея утянула своих соратников в коридоры замка.

Составление плана

План они обсуждали долго, продумывая всё до малейших деталей. Бром, Тимир и Роккон - все они оказались толковыми ребятами. Парни корректировали задумки, работая слаженно и, главное, быстро. Втроём исписали полтетради, найденной в пыли кладовой, она же и стала хранилищем всех их записей. Первой торговой книгой и личной летописью побед и свершений.

За час они выбрали город Австрикс, улицы которых с детства знал Бром. Как оказалось, в их школу он попал после смерти бабушки, своей единственной родственницы. До этого жил в том самом городе, так что мог с лёгкостью провести всех сообщников по улицам.

Когда они стали продумывать сколько на это может уйти времени, остро встала необходимость в наличии карты города. Для этого созвавшая всех на это собрание позвала духа в комнате.

Астрее пришлось рассказать парням о её необычных собеседниках. О предостережениях директора и преподавателя умолчала, не сомневаясь в том, что весёлые огоньки могли быть только добрыми друзьями. С самого начала она не планировала ничего от них скрывать, просто не зная стоило ли это показывать. Ребята стали искренне завидовать возможностям общения с потусторонними жителями замка, после того как под дверь к сидящим в кладовой влетела карта города Австрикс. Того самого, который они хотели посетить.

Отметив примечательные улицы на карте, малолетние сообщники составили маршрут. Что логично, дальше стали продумывать способы защиты. Бром рассказал о нескольких не очень приятных случаях, произошедших в городе, так что учащиеся Предгорья всерьёз задумались, как им следует поступать в случае нападения преступных личностей.

В качестве самообороны Астрея и Тимир хотели были предложить магию, искусством которой они пока не овладели и даже не представляли, как пользоваться. Это запротоколировали в своей книге – нужно было тренироваться каждый день.

Бром убеждённо твердил, что мог бы тоже научиться магии, только магия его была тёмной – он и сам это чувствовал. Плохо спал по ночам, слышал голоса, что далёким и скорбным зовом просили пить. Когда кошмары стали невыносимыми, мальчику пришлось поговорить с демонами в присутствии небольшого, но полного преподавательского состава школы. Его проблему определили некромантией – даром, что искал выход в человеческом теле. Практиковать его запретили, а парню назначили снотворное, что он пил уже последние два года, всё больше и больше замыкаясь в себе.

Роккон показал выдающийся дар подражания чужим голосам. Компания решила его переодеть и выдать за взрослого, сопровождающего в городе своих троих детей. Используя свои же утверждённые отсылки к будущему, все пришли к выводу, что к посещению города они были пока не готовы.

Астрея упёрла руки на столе, оглядывая парней, напомнила, что у прекращения спонсорства есть свои особенности. Как плательщики субсидий, Королевство обязано будет оплатить этот прерванный год и полный, за ним следующий. То есть в запасе у спасителей школы был как минимум год на тренировки для реализации плана. Это нервировало, загоняя в жёсткие временные рамки, и не только Астрею…

Как оказалось, сами парни не раз между собой обсуждали положение дел в школе. Живя в одной комнате и постоянно общаясь, они твёрдо про себя решили, что как только получат первые деньги - будут всеми силами помогать месту, в котором выросли. И в тот день, когда они с Астреей встретились в библиотеке, девочка завлекла их той же идеей. Она была права и следовало действовать оперативнее.

Прошло полчаса, если не больше. Вчетвером они уже успели всё обсудить, когда к ним влетел дух, и писклявым голосом сообщил, что их стали искать. Спрятав тетрадь в задний карман пиджака, и прибрав всё за собой, четверо друзей вышли в коридор. По пересказанной духом истории, вечеринка вышла за определённые рамки.

Они вчетвером не были единственными, кто в спешном порядке покинул контролируемый преподавателями парк. Разница была лишь в том, что другие уходили парами, в желании провести время со своими новообретёнными половинками. Так что первостепенной задачей преподавателей стала их отловля. В таком балагане весёлой игры по поимке прятавшихся по всей территории детей, появились и они, и под шумок встали в общую шеренгу «найденных». Там же и стояли, пока все учащиеся школы не были пойманы и не посчитаны.

После того как цифра сошлась с имеющейся статистикой, им стали читать нотацию. Большая часть шеренги стояла красная как рак, другая часть такой не была ввиду своих расовых особенностей и только поэтому. Эта невообразимая по подробностям лекция Павлечовски была незабываемым окончанием вечера, в яркости посрамившей даже салют, стартовавший в тот момент, когда преподаватель в объяснениях дошёл до жестов.

Развернувшись, все понаблюдали вспышке в небе. Потом их отправили спать. Так прошло прощание со старшеклассниками школы Предгорье.

II ЧАСТЬ

Прошёл год с того момента, как Предгорье покинул выпускной курс.

Захватив с собой ещё две группы, они проводили время, наслаждаясь дарами природы, где-то в Мальтовой долине - непостоянство территорий и изменчивый характер которой наглядно подтверждал принадлежность долины к женскому полу. По её настроению мог идти недельный дождь или начаться непреодолимая засуха. Ни городов, ни деревень в той местности не было, по тем же понятным причинам. Так что учащиеся выходили бороться один на один с непостоянной матушкой природой.

В отсутствие старшеклассников, в школе быстро стали заметны перемены. Мало кто помнил, но старшеклассники отбирали вещи, нечестно играли в парках, заставляя младших быть в ролях боксёрских груш. Теперь для всей школы они были храбрыми ребятами, отчалившими в большой неизведанный мир в поисках приключений.

При их отсутствии старшими стали уже другие группы. Они, помня, как несправедливо с ним когда-то поступали их предшественники, договорились, что будут менять неприятные всем традиции угнетения тех, кто был младше возрастом. Поменялись игры, став более безопасными. Не было больше киданий камней или избиваний в случае проигрыша. Астрея вместе с Рокконом и Камиллой самостоятельно разработали три игры, правила которой видоизменились с течением времени, став более интересными для всеобщего времяпрепровождения.

По обговорённому плану все старшие стали больше времени проводить с младшими школьниками, в свободное время играя с ними или помогая с домашними заданиями. Удивительно, но именно это вынудило ребят делать эти задания, ходить в библиотеки и вместе вникать в суть материала.

Вся школа Предгорья всё так же вставали под звуки горна, строились и шла бегать. У группы Астреи было своё расписание, каждое утро двое из них оставались делать зарядку с мелкими, пока другие бегали, выполняя свои упражнения. Их они придумывали сами, от наклона вперед-назад до гусиного шага вдоль парка.

Астрею освободили от этого мероприятия, так как вечером перед сном она читала малышам сказки. Количество воспитателей уменьшалось с каждым месяцем, так что это была неоценимая помощь.

С детьми договорились, что они будут держать в секрете то, что девочка показывала им духов. Боявшись, что она перестанет приходить, они держали рот на замке, никому об этом не рассказывая. За полгода чтений перед сном они осилили почти все детские книжки, что были в библиотеках школы.

Прознав про такое необычное развлечение перед отбоем, в комнате стало собираться слишком много детей, так что организаторам сказок пришлось искать место, куда бы могли поместиться все желающие. Не найдя такого близко к комнатам малышей, они решили проводить их в коридоре.

Начиная читать книгу, сказочница использовала магию духов. Походу повествования они играли героев, злодеев и предметы из читаемых ею книг. Нередко моменты сопровождались неподдельным переживанием со стороны, слушающих истории, детей. Они болели за главного персонажа, наперебой советуя ему, как поступить в решающий момент. Так как не все сказки заканчивались хорошо, иногда Астрея подправляла их сюжеты и концовки. Ей казалось важным, чтобы у истории был всегда хороший конец.

После прослушанных на ночь сказок дети расходились по комнатам и ложились спать. А когда весь замок засыпал, Она, Тимир, Роккон и Бром уходили в кладовую, тренироваться. Вчетвером, они заметно изменились за прошедший год.

Удивлял всех Тимир. Он стал лидером их четвёрки, быстро заполучив авторитет старших групп, контролируя организацию и проведение различных задумок. В течение года у него обнаружился невообразимый талант к магии. Он схватывал и выполнял заклинания быстрее самой Астреи, которая его всему учила. От стихий магии до точных наук, в нём в какой-то момент словно проснулся другой человек. Именно он первым открыл портал на тренировке. В тот день они бесились от счастья. Долго разглядывая переход, не решались перебросить в него вещи из кладовой, что могли им ещё пригодится.

Роккон умел копировать голоса людей, менять форму носа или ушей, но с другими изменениями долго не получалось. Найдя несколько труднодоступных книг по изменениям внешности, ребята запоздало выяснили, что эта магия была незаконна. Если некромантия преподавалась в магических заведениях и штрафовалась за использование без прохождения по ней обучения, то магия изменения внешности во всех её проявлениях - каралась тюрьмой. Это бы ребят остановило, но в школе начались перемены.

Помимо воспитателей, стал сокращаться преподавательский состав. Заметно уменьшался рацион в столовой. Только четверым старшеклассникам были понятны причины, но они, как и оставшиеся преподаватели, их скрывали, продолжая сохранять школу по мере своих возможностей.

Решив, что в этом деле нужна помощь со стороны, они обратились к духам, что стали разговорчивыми сверх меры. Пространственные энергетические сущности давали взрослеющим детям много дельных советов.

На одной из тренировок Роккона, когда они, перелистывая страницы старой книги по искусству перевоплощения, зашли в тупик, им вновь пришлось обращаться за помощью. В кладовую с верхних этажей на зов Астреи спустился дух огневичок. Он же и стал их просвещать в тонкости подготовки меняющего лики.

Огневик имел свою манеру общения, отличную от остальных своих собратьев. Если кто-то из них был весел или любил пошутить, то он был немного грубоват и говорил всё напрямую, не думая, что его слова могли кого-то задеть.

— Нельзя начинать с изменения физиономии, парень. Рискуешь зафиксировать эти изменение без возможности вернуть всё на место, как говорится. Бери пластилин для начала. Чего сидишь, где пластилин-то?

У ребят пластилина не было и, всем заинтересованным в развитии способностей Роккона, пришлось поднапрячься. В замке они нашли только глину, и то, нашли склизкую жижу не они. Её им отыскали и подарили духи, обитающие в лесах за замком.

Собрав горсть ила и глины со дна озера, они торжественно вручили каждому по склизкой кучке, пожелав учиться усердно. Так же торжественно ребята передали свои кучки Роккону, повторив пожелания. В итоге тот самый запас учебной грязи хранился в ведре в дальней части комнаты. Причиной её резкой непопулярности стал её необычный запах и, как оказалась, неприятная на ощупь фауна, по ошибке принесённая вместе с пособием для практика. В глине встречались жучки и червячки, прекрасно себе чувствовавшие в ведре тёмной каменной комнаты.

С того момента за обучение Роккона взялся огневичок. Оставляя его в классе один на один с преподавателем, его друзья уходили искать учителя по последней, слабой части их плана — некромантии.

Подростковые изменения коснулись и Брома. Во-первых, в нём проснулся эстет, теперь его звали Бронмир. По словам Тимира, у него это наблюдалось давно, просто укоренилось только со временем. Парень любил проводить время за книгами, сидя на больших мягких стульях библиотеки, и попивать какой-нибудь принесённый им напиток. В библиотеку нельзя было поносить даже носовой платок, чтобы не создавать шума, но Бронмир нашёл подход ко всему оставшемуся персоналу замка, получая значительно больше привилегий, чем другие.

Просто удивительным было то, что у такого человека, не любившего пачкать руки, был дар в некромантии. Во-вторых, если Тимир и Роккон были импульсивны, то Бронмир оставался в любой ситуации спокойным и рассудительным. Несмотря на свои пристрастия, он полностью отдавался общему делу. Вникал во все стратегии, комментировал, и часто давал обзор ситуации совсем с иной стороны, восхищая своей наблюдательностью.

Он мог покопаться в грязи для дела, но потом со скучающим выражением лица покидал своё маленькое общество, уходя умываться. Одежду он менял два раза в день, в то время как некоторые не меняли её всю неделю. Вот такому необычному человеку ребята искали учителя в парке у окраины леса.

Духи, как выяснилось, специализировались на выполнении определённой функции. И очень редко могли помочь в чём-то другом. Например, тот же огневичок. Он выбрал местом обитания ковёр у лестничного пролёта, при этом оставаясь духом хранителем этажа, что объясняло его знания в некоторых преподаваемых и непреподаваемых дисциплинах. Но дальше границ коридора он не входил, ему там было некомфортно.

Он помог только советом. По его словам, Бронмиру нужно было найти духа кладбища. Первоначальной проблемой стало отсутствие такового в школе. С одной стороны, этому подтверждённому факту ребята были очень рады, но с другой, по этой же причине, выполнение плана затягивалось.

Опросив всех духов, обитающих в замке, они подошли к окраине леса южных ворот. Там, поговорив с цветными жителями парка и окраин, узнали, что, что-то на подобии склепа, когда-то располагалось за озером. Эта новость вынудила в ребят своих поисках двигаться дальше к южному озеру.

Озеро было скрыто лесом в южной части замка, то есть там, где ходить всем жителям замка не разрешалось. Причиной были не только духи, которых так сильно опасались людей, скорее другие, незнакомые человеку лесные существа. По рассказам лорда-директора, они ополчились на замок, как только его стали населять дети. Тогда ещё коренные жители замка не хотели отдавать свои территории неблагодарным детишкам, сдачи которым, за свои обиды, дать не могли. В любых прецедентах, демон, владелец дома, всегда вставал на защиту своих воспитанников, не разрешая им вредить. Такую позицию лесные существа восприняли как предательство, и прекратили общение с хозяевами дома. После этого территорию словно поделили на две части и лес для обитателей замка стал закрыт.

Новость, что только за границей, закрытого для посещения, озера, мог найтись учитель для Бронмира, не давала покоя.

Тимир предложил передать сообщение через знакомых духов, чтобы они, за территорией озера, разыскали подходящие кандидатуры.

Этот план бы не сработал, так что Астрея не согласилась. Дело было в том, что с любым духом нужно было поговорить лично, прежде чем он становился спокойнее и в дальнейшем выходил на контакт. До этого момента, встречаемые ею духи были бесцветны, рассержены и молчаливы. Как выяснилось позже от самих существ, общаясь, она передавала им энергию, получив которую, они восстанавливали форму, цвет, способности и речь. Чем чаще с они ней общались, тем сильнее становился эти существа. Именно поэтому любой из них был рад помочь в поручаемом ею деле: от стирки вещей, до помощи в чтении сказок. Так что общение с духами было взаимовыгодным: она даровала энергию, они помогали, выполняя разные поручения. Как раз из-за этого, без подаренной энергии, духи с южных территорий не стали бы помогать незнакомый им девочке, так что план приходилось пересматривать. Тимиру она объяснила отказ передавать послание через другого существа тем, что это будет невежливым по отношению духу, а следовательно точно ему точно не понравиться. А ругаться с возможным учителем было бы плохой идеей. Так что, посовещавшись, они решили, что в лес, налаживать контакты, подойдёт сама Астрея. Стоило только выбрать время.

Самым важным правилом общения с парнями, Астрея считала необходимость им в чём-то уступать. По началу тренировок, она часто ругалась с магом. Тимир им был от природы и, при создании заклинаний, использовал ресурсы своего организма. Астрея же черпала энергию из пространства, входя в некий транс. Этот методу подпитки энергией, переняла, общаясь с духами. На своих тренировках Тимир достигал мастерства быстро, просто выполняя инструкции в книгах. При его таланте им даже не пришлось искать учителя, он всё схватывал налету, долго объясняя написанное самой Астрее.

Дело опять же было в том, что в книгах описывался общий поток магии, то есть призыв силы с использованием собственных ресурсов человека-мага. Её подхода в использовании энергии пространства не существовало. Как-то раз это она попыталась объяснить Тимиру. Они до полуночи отрабатывали заклинание сожжения, которое у неё не получалось. На слова о том, что по книге не получается, и нужно попробовать по-другому, он разозлился, называв её упёртой, не желающей получать помощь, девчонкой. После этого сильно разругавшись и, не разговаривая два дня, они тренировались отдельно. В один из тех дней, вечером, лёжа в кровати, она повторяла упражнения из книги. Глубоко о чём-то задумавшись, вошла в привычное ей состояние, и случайно подожгла кровать, получившей от неё выход, магией. С соседками потушив огонь в комнате, они, потом долго проветривая, так и не легли спать, ожидая ещё каких-нибудь всплесков стихий. Их не последовало. Зато утром, она нашла в себе силы извиниться перед Тимиром и он, решив, что был прав, продолжил их совместные тренировки. С течением времени она стала переходить в это состояние очень быстро, не поднимая вопрос получения магии, всеми силами старалась догнать друга.

Их расписание немного изменилось, утром была зарядка, потом шёл завтрак и занятия. Днём и вечером старшие помогали младшим, играя с ними или занимаясь. Астрею стали меньше наказывать, так что ребята, бывало, тренировались днём. Иногда вместо тренировок в кладовой, она уходила к лорду-директору и от себя задавала вопросы, которые не давали покоя Тимиру. Выходные уходили на выполнение домашних заданий, изучением нового материала, и тренировки. Вечера воскресений Астрея проводила с леди Воронир. Помогая готовить и обучаясь основам общения с представителями её расы.

Решив, что свободное время для похода в лес будет только в субботу, они стали думать кто такой опасный мог жить в лесу. Так и не определившись, и не желая запугивать Астрею ещё больше, все ждали конца недели.

Дух-хранитель кладбища

Утро одной из суббот Астрея провела на кухне, делая бутерброды из съедобной зелени. Заворачивала овощи в капустные листы, и выкладывала готовую снедь на деревянную тарелку. Согласно книжкам, что они нашли, магические обитатели леса в основном были травоядными. Именно поэтому направляющаяся к ним девочка решила, что этот завтрак они точно оценят. За полчаса она сделала десять красивых бутербродов, на больше не хватило овощей. Поставки продуктов стали урезать, это стало заметней почти всем. Обдумывая свою речь, она вышла из южных ворот замка, и направилась в лес.

Павлечовски, загруженный делами школы сверх меры, перестал их контролировать. Никем не замеченная, она прошла сад, но перед лесом всё же попросила знакомых жителей южного двора сопровождать её в этом небольшом путешествии.

Неся тарелку перед собой, Астрея находила новых духов, которые сопровождали их процессию. Спрашивая их об этих местах, она понимала, что новенькие собеседники пока не смогут ей ничего сказать. Должно было пройти время, прежде чем духи восстанавливали свои силу и магию. Так, разговаривая сама с собой в окружении разноцветных духов леса, она дошла до небольшой полянки, посреди которой был большой пень. Срубленное когда-то дерево было огромным. Обхвати его ствол она, Бром, Тимир и Роккон — все вчетвером, они бы не коснулись друг друга руками. Астрея подошла ближе. Пенёк был в высоту ей по колено, вширь как обеденный стол. Ещё раз оглядевшись вокруг, она решила начать знакомиться.

— Здравствуйте, меня зовут Астрея. Прошу прощения за беспокойство. Мне очень нужен ваш совет. — Тишина была ей ответом. Духи сзади уже начали издавать какие-то звуки, что значило, что они восстанавливали силы. Это было приятно, только из леса всё ещё никто не выходил.

— Я принесла вам бутерброды. Их я сделала сегодня утром, решила, что вам они могут понравиться. В них овощи. — Девочка стала рассматривать своё творение со всех сторон, оно выглядело аппетитно, но на любителя овощей и салатов.

В лесу было всё так же тихо.

— Если вы не против, я оставлю их здесь. Буду очень рада, если вы попробуете. Я старалась, — и добавила, — Если понравиться буду приносить ещё.

Положила тарелку на край пенька и, продолжив расспрашивать духов об этом лесе, направилась к озеру. Оно оказалось дальше опушки, они шли минут десять, прежде чем увидели вдали край воды. Отодвинув рукой кусты, Астрея вышла на небольшой утёс.

От открывшегося пейзажа перехватило дыхание, озеро было прекрасно. Кристально чистая голубая вода, у берега которой плавали маленькие рыбки, по дну ползали то ли раки, то ли змеи. Над водой держался утренний туман. Увидев берег, Астрея стала искать как к нему спуститься. Чуть дальше от того места, где она стояла была небольшая полянка, спускающаяся к берегу воды. Осторожно ступая, она прошлась по влажной траве. Берег был выложен гладкими камешками, уходящими на глубину. Подняв один, Астрея стала его рассматривать. Гладкий со всех сторон, камень умещался в ладошку. Не став бросать в воду, она вернула его на место.

Над озером было тихо. Прочистив горло, она продолжила знакомство.

— Добрый день, меня зовут Астрея. Я живу и учусь в замке. Пришла с вами познакомиться.

Обернулась в поисках хоть какого-нибудь движения, она ничего не заметила. Но над озером всё так же было тихо.

— Мне было бы очень приятно, если бы Вы со мной поговорили. Мне нужен ваш совет, — продолжила она своё приветствие, её проигнорировали. У берега сильнее ощущалась прохлада, так что движением рук, девочка стала согревать плечи.

— Если вы не против, я приду завтра. Надеюсь, что вы найдёте для меня время.

Решив, что её услышали, она стала уходить с берега. Пройдя полянку, поднялась на утёс и пошла искать склеп.

Неизвестные ей духи леса шептались на непонятном пока языке, но показывали дорогу. Вместе они прошли озеро. После него начиналась другая часть территорий, здесь было много поваленных деревьев, и лес переходил в чащу, становясь темнее. Любой нормальный, обделённый инстинктом сохранения, человек повернул бы назад. Но Астрея понимала, что время на подготовку уходит, и Бронмиру нужен был учитель. Вздохнув, она собрала всю храбрость в кулак, и мысленно спрятала её содержимое в карман пиджака, чтобы в случае чего, можно было быстро им воспользоваться.

— Прошу прощение за вторжение. Меня зовут Астрея. — Она продолжила разговаривать с пространством, на этот раз тёмным и страшным. Голос её заметно дрогнул, но она не перестала говорить. Если та часть леса молчала, то эта отозвалась на приветствие скрипом. Вспоминая про припасённую храбрость в кармане, она продолжила: — Если вы не против, я бы прошла вашу часть леса. Мне нужен склеп. —Она руками очертила круг, слабо представляя как склеп мог выглядеть.

Скрип в ответ на её слова мог быть вызван ветром, на что надеялась Астрея, только ветра здесь не было, слишком плотно были засажены деревья.

— Большое спасибо за ваше великодушие. — Она склонила голову в знак признательности, и, пока ей не ответили отказом, продолжила идти за духами, некоторые из которых уже уплыли вперёд. Им было всё равно, но ей приходилось переползать поваленные деревья, и обходить колючие кусты. Они просто проплывали их мимо, а Астрея, опасаясь гнева леса, не решилась использовать магию для прочищения своего пути, понимая, что может разозлить этим его жителей.

Через несколько долгих минут ползания по лесу, они вышли на границу света и тени. Это был всё тот же лес, только круто уходящий вниз. Он заканчивался полем, на котором росла невысокая трава. По ней гулял ветер, развивая травинки из стороны в сторону. Засмотревшись, Астрея не сразу заметила, что духи исчезли. Мысленно нащупывая крохи оставшейся храбрости, она решила идти вдоль склона, пока не спускаясь.

Обозначенная граница леса была обширна. В какой-то момент она вдруг поняла, что не может определить, из какой части леса вышла к этому месту. Вздохнув поглубже, Астрея решила больше не терять времени даром, и вошла в состояние натянутости пространства.

Посмотрев вдоль границы деревьев и склона, она выбрала её собеседником, с ней же и начала разговаривать: - Прошу прощение, что отвлекаю. Мне сказали, что здесь я могу найти склеп. Мне нужен дух-хранитель. Буду рада, если вы мне поможете. Мне очень нужен его совет.

После её слов пространство начало видоизменяться. Дерево стоящее в дали той самой границы, с которой она говорила, стало приближаться. Она не вскрикнула, и не отшатнулась только оттого, что была дико сильно напугана. Закончилось это движение появлением чёрной фигуры, облачённой в тёмную рубашку до колен. Это животное было огромной крысой, чем-то похожей на волка. Всё ещё не дышав, Астрея всеми силами пыталась взять себя в руки. Крыса-волк, ростом выше её на целую голову, склонился, выдохнув ей в лицо запах холодного мокрого камня и мха. Её начали запугивать.

— Боишься? — просвистели его лёгкие: — Прошла лес, чтобы увидеть духа-хранителя кладбища. Что же тебе могло от него понадобиться?

Понимая, что просто трясётся от страха, она почему-то начала говорить не то, что планировала: — Вы появились очень неожиданно. Простите мне мой испуг. Никогда не видела такого большого духа.

Краса-волк оскалился в улыбке. — Да, кладбище всегда оставалось энергетически заправленным местом. В отличие от других, у меня никогда не было недостатка в силе.

Дух, которого она искала, втянул воздух у её лица. Собирая из него информацию о своём посетителе. — Чувствую силу. — Он рассмаковав то, что получил, раздумывая: — Я пришёл на твой зов, это необычно.

Не получив ответа от Астреи, он, по-мышиному почесав лапой нос, соблаговолил: — Ладно, спрашивай. Может быть, смогу помочь.

Глубоко вздохнув, уже успокоившись, она вежливо начала говорить: — Меня зовут Астрея. Я ищу учителя для моего друга. Он проявляет талант к некромантии…

— И ты хочешь попросить меня взять его в ученики? — закончил за её большой крыса-волк. — Очень интересно. А где он сам? — Он, переваливаясь при ходьбе, оглядел пространство вокруг и, подтверждая отсутствие того, о ком шла речь, вновь развернулся к девочке: — Дай-ка угадаю, побоялся идти в лес, и отправив ко мне тебя.

Разозлившись на свою правоту, дух стукнул хвостом стоящее рядом дерево с такой силы, что с него посыпались листья.

— Нет, что вы, — Астрея всё так же спокойно покачала головой, уже взяв страх под контроль. — Это я его отговорила. Мне показалось, что это будет невежливым, прийти к Вам как будто бы с требованием. Я настояла на том, что сначала узнаю ваше к этому отношение. И только после получения вашего согласия, проведу к вам в лес друга.

Их беседа становилась всё более обычной, за исключением того, что проходила в запретном для людей лесу с тёмным духом кладбища. Крысо-волк оценил проявленную уважительность подхода, согласившись: — Ладно, согласен посмотреть ученика. Приходите сегодня вечером. Буду думать.

Закончив на этом, он повернулся к ней спиной, растворившись в пространстве. Астрея осталась одна, окружённая пограничным лесом, и некого было спросить, как ей покинуть эти места. И ей помогли. Подул ветер, и зашуршали кусты. Повернувшись на шум, девочка увидела ту самую тропинку, по которой сюда пришла. Склонив голову в знак признательности, тому, кто ей помог, она зашла в открытый проход.

Путь обратно был уже расчищен: ветки убраны, поваленные деревья и кусты сдвинуты к границам пройденной ею тропинки. Уходя из тёмной части леса, она ещё раз поблагодарила: — Спасибо за гостеприимство, зайду к вам вечером.

Последнее их вряд ли обрадовало, но Астрея уже уходила, не оглядываясь.

Девочка спокойно прошла озеро и полянку с пнём, без приключений выйдя из леса.

На ступенях в замок она обернулась. Лес уже не казался таким тёмным и страшным. Кусты, как и раньше, стояли неприступной границей к его таинствам, но для неё уже не представлялись непреодолимым барьером. Подумав о том, как сильно обрадует Бронмира новостью, что его учителем станет большая чёрная крыса, она зашла в двери замка.

Пропажа доверия

После того как вечером того же дня, Астрея провела Бронмира через лес, и познакомила своего друга с духом кладбища, остаться на их первое занятие ей не разрешили. В отличие от неё, сам Бронмир не испытывал дикого страха при общении с духом. Напротив, они быстро нашли общий язык, будто бы давно зная друг друга. Сны, что казались кошмарами были зовом на неуловимой частоте, что определилась уровнем дара. У Бронмира дар был потомственный, взращённый мыслями изнутри, а потому очень стабильный.

Решив, что некроманты друг о друге позаботятся, она ушла, не сильно печалясь, что на самом деле её просто выгнали. И, оставила ученика и учителя, пожелав им плодотворно провести время.

На обратном пути Астрея заглянула в кусты у озера. Луна отражалась в воде. И осматривая гладь воды, она вспомнила, что где-то это уже видела. Это проявлялось в воспоминаниях духа. Жители леса собирались на полянке у озера и танцевали под странные песни. Она взглядом отыскала полянку, на которой сейчас было тихо. Ночной лес как будто бы следил за гостями, пряча от них своих обитателей.

Приняв за молчание, что к общению с ней они не были пока готовы, Астрея пошла к опушке, что была у выхода из леса. На пеньке лежала деревянная тарелка, радуя Астрею своей пустотой. Значит, кто-то из леса, несмотря на неприязнь к людям, отведал её еды, это был прогресс. Забрав посуду, она направилась в замок.

Уже в его стенах, сделав все уроки за себя и Бронмира, она пошла искать сказку на сегодня. Лучшее, что она смогла найти была история про красную утку.

Перед сном, она, как обычно сидя в коридоре, читала с выражением отобранные книжные фрагменты. На этот раз, по сюжету истории, дух, играющий красную утку, убегал от волков, уводя их в леса, подальше от деревни. Краем глаза, Астрея заметила, что подошёл новый слушатель. Это Был Тимир. Оперевшись плечом на стену, он явственно ждал конца истории.

Быстро дочитав, Астрея вместе с двумя другими старшими стала укладывать детей спать. Уложив всех в кровати, она выключила свет, и закрыла двери. Выйдя в коридор к одногруппнику, она поинтересовалась, что он хотел ей сказать.

Тимир был задумчив и хмур, как туча. Стоя у стены, он долго обдумывал, стоило ли говорить о том, что он узнал сегодня днём. Прежде чем Астрея успела спросить, парень поделился тревожной вестью:

— Из замка пропадают вещи.

Это было началом того, чего они опасались. Замок перестал быть безопасным. Кто-то из персонала перестал верить, что замок продержится, и стал его обворовывать. Это были взрослые, что отпустили руки, предавая демонов, ими не могли быть дети.

Астрея дала шанс истории свернуть на пару шагов назад, когда у четверых ребят ещё было время что-то исправить: — Может быть, лорд-директор что-то переставил?

— Нет, он сам ищет эти часы. Сказал, что это ручная работа в основе золото. Подарок от какого-то посла и… — Он покачал головой. — Надо действовать сейчас, Астри, потом будет уже поздно. Смотри, что твориться. — Парень кивком головы указал себе за спину: судя по его жесту, позади его спины осыпалась жизнь их общего дома, вставая на опасное перепутье.

Тимир сказал то, над чем думал весь вечер:

— Пойдём в город завтра.

Она шмыгнула носом, пытаясь в разговоре скрыть непрошенные слёзы от предательства взрослых: — Завтра воскресенье. Думаю, утром будет обход комнат. Я кажется знаю, о каких часах идёт речь. Их могут начать искать в замке. Понимаешь, поисковое заклятие их не найдёт. Мастер при создании наложил на них необычное заклинание. Если нас завтра днём не будет в школе, подумают на нас. Вечером у Брома тренировка, без него в город мы не пойдём. Давай в понедельник.

Ему ответ не понравился, тряхнув головой в знак несогласия, он ушёл вперёд, оставив её в коридоре.

Воскресенье утром все встали с горном, как обычно сделав зарядку. За этим делом детей застали преподаватели, вышедшие из замка. На ступеньки сошёл сам директор школы. Откашлявшись, он обратился к учащимся:

— Дети, мне надо с вами поговорить.

Все прекратили свои тренировки, собираясь у северных лестниц. Когда все выстроились в шеренги, демон начал непростой разговор:

— Вчера из замка пропали старинные часы. — Пожилой директор подбирал слова, долго думая над каждым сказанным: — Скажите, кто-нибудь из вас... Случайно... не мог заметить, куда они могли деться? Они обладают крайне необычным свойством, не хотелось бы, чтобы они попали в чужие руки.

Все дети хором сказали, что не брали, младшие наперебой выкрикивали, что даже не знают, о каких часах шла речь. Покивав и опечалившись услышанным ответом, он и другие преподаватели неспешно ушли в замок.

Человеческий город

Перед завтраком к Астрее подошёл Бронмир. Она набирала себе в тарелку каши, посыпая блюдо сахаром. Подойдя ближе, парень сообщил:

— Идём сегодня. Учитель Нубисарий меня отпустил.

— Нубисарий? — Она повернула к нему свою голову, не припоминая такого имени. Довольный жизнью Бром стоял рядом, обнимая себя за плечи. Он словно выспался и теперь изнутри светился от счастья. Стоило посоветовать ему снизить яркость, иначе это его отличное настроение привлекало лишнее внимание. После ночи, что он провёл на кладбище в компании тёмного духа, он выглядел бодрым — просто невероятно.

— Да, тот дух крысы с границы леса и деревни, - подтвердил её догадки парень. — Потрясающий, если честно. Я только утром вернулся. Мы всю ночь обходили кладбища и склепы, смотрели захоронения, слушали и раскапывали. — Астрея на долю секунды передумала есть свою кашу, а парень всё продолжал: - Кстати, захоронений в этой округе их много.

На её окончательно скривившееся лицо, он лишь усмехнулся. Взяв тарелку, тоже положил себе каши, продолжая говорить о своём учителе:

— Он сказал, что даёт день отдыха. Но после, я должен буду приходить каждый вечер.

— Ты не будешь спать? — удивилась Астрея. Закончив осматривать свою кашу, она направлялась к выбранному столу в центре зала.

— Подумаем об этом позже, — плавно ушёл от темы некромант, вновь озаботившись о городской прогулке. — Оденься потеплее, в городе сейчас зима. Мы уходим после завтрака. Камилла нас прикроет.

Когда он говорил, что прогулка будет сегодня, Астрея, опасаясь провала их миссии, мысленно откладывала её на вечер. Но парни решили по-другому и были правы: долгий год тренировок вёл их и к этому дню и отступать было некуда. Они были готовы ко всему, но тревога оставалась…

Завтракала она, сильно волнуясь. Им предстояло открыть портал в правильном месте, не привлекая внимания, переместить всех четверых без вреда для их здоровья, по пути не попасться патрульным, бандитам или просто любителям выпить. По словам Бронмира, в городе такие было много.

Доев кашу, которая последние пару месяцев утратила вкус, и была невыносима без сахара, Астрея отнесла свой поднос на кухню, и пошла собираться.

Собираясь в город, она надела очень тоненькое осеннее пальто. На территории Предгорья не было зимы, поэтому не было необходимости закупать для учащихся в нём детей зимнюю форму. Погода была необычная, дело было либо в магии замка, либо в магии лесных существ, не любивших сильный холод. Так или иначе, у Предгорья был всегда один сезон, что-то между ранней осенью и вступающим в свои права летом.

Ребят она встретила в кладовой. Тимир сверял карты, Бронмир застёгивал пальто, надевал перчатки без пальцев, а Роккон, сидя на табуретке, просто смотрел в стену. Ему, не владеющим магией, было труднее всех принять тот факт, что они будут перемещаться самостоятельно... Без страховки со стороны.

— Ну, — она покачала руками, обращаясь ко всем, кто был в комнате: — Давайте попробуем.

Все словно ждали команды. Тимир, хлопнув в ладоши, растёр руки. Поставив одну перед собой, парень напряг всё тело, произнося укрепляющее заклинание.

Комнату озарил синеватый свет с границ открывшегося портала. Переход упирался в стену, и Тимир напряжено подал указание:

—Вперёд. Я всё рассчитал верно. Держу стабильно, вы можете переходить.

От этих слов стоящие рядом только сильнее занервничали, на своих тренировках переходить через грань ещё не пробовали, оттого всем и было немного страшно. Но тут Тимир стал торопить:

— Только поживее, тяжело держать.

Первым храбрым оказался Бронмир, он спешно вошёл, скрывшись в свете перехода. Затем, зажмурившись, в него перепрыгнула Астрея, уже после шагнул Роккон и замыкающим стал Тимир.

Королевство Каршевалд,

Австрикс.

Они были в городе. В самом настоящем городе. Их план удался, они переместились целыми и невредимыми. Трое из них с самого детства никогда не покидали стен замка. Переместились ребята в подворотню обычного дома, оставаясь пока незамеченными. В Австриксе стояла зима, так что все с непривычки поёжились от холода.

— Так, вот карта. — Тимир достал из пазухи бумагу, указывая на отмеченные на ней точки: — Наш маршрут будет идти по главной улице. За час может быть мы чего-нибудь найдём. Дольше этого часа оставаться не будем. — Он ещё раз оглядел ребят, поясняя: — Хотя бы потому, что просто околеем в нашей одежде.

Они, шагая на носочках, вышли из-за стены дома на главную улицу самого крупного города Каршевалдского королевства — Австрикс. Он прилегал к порту, оттого и разбогател на своей постоянной торговле и связях. Именно тут школьники из Предгорья решили поискать лёгких денег.

Вокруг было шумно. Вдоль улицы шли трёхэтажные дома, первые этажи которых были заняты под лавки с красивыми вывесками. Все люди были одеты тепло: пальто в пол, в перчатки и шапки. На их фоне, четверо легко одетых ребят выделялись, бросаясь в глаза.

Держась вместе, они подошли к первой вывеске. Это был книжный. Астрея напомнила ребятам, что в замке она прочитала всю школьную программу. Войдя в лавку, как она считала, ей удастся определить, что ищут покупатели. На полученной информации они составят базу для поиска. План был хорош, его решили опробовать.

Четверо ребят с улицы, одетых в пальто не по сезону, зашли в лавку, уже у двери разогревая свои руки. Их появление ознаменовал звон колокольчика у входа. Клиентов пришёл встречать молодой мужчина с необычно маленьким пенсне на своём носу. Он оглядел ребят и не остался ими доволен. Примерно сразу же за колокольчиком, из дальней части комнаты послышался голос хозяина, обращённый к своему помощнику:

— Кто изволил прийти?

Вежливо употребляя «изволил», он оставил место для непроизнесённого намёка. Через дежурную фразу, работник уточнял желанные ли к ним пришли гости или порог его заведения отбивали те, что «пришли без приглашения с собственного позволения».

Оглядев пришедших ещё раз, мужчина ответил, не стесняясь их обидеть:

— Попрошайки с улицы зашли.

Все четверо были шокированы его грубостью до глубины души. Тем временем диалог работников продолжался:

— Попрошайки? — уточнил кто-то скрытой за стеллажами: — Гони их! Кто их вообще на главную улицу города пустил, сообщи страже.

На этих словах Астрея возмущённо обратилась к продавцу:

— Мы не попрошайки, мы пришли посмотреть книги. — Она направила указательный палец на стеллажи, не все полки которых были заставленные книгами. Их лавка пустовала в отсутствии и товаров, и клиентов. Не извлекая из этого никаких уроков, они несправедливо гнали в шею случайно пришедших посетителей.

— Книги? А деньги у вас есть, чтобы смотреть книги? — Мужчина обходил прилавок, грозно приближаясь к ним. Уже издали нависая над детьми своим ростом, он демонстрировал энергетику взрослого человека, что хочет проявить силу.

— А что, чтобы их посмотреть вы требуете деньги? — Парни начали закипать от проявления такой неприкрытой грубости со стороны продавца. Все трое отодвинули Астрею себе за спины, чтобы уберечь её от дальнейшей агрессии торговца, боясь стихийного нанесения удара. Они ждали, что мужчина ответит, но продавец не был настроен на долгий разговор, потому что клиентов перед собой он не видел.

— А зачем тебе их смотреть без денег? Вот отсюда. — Их толкнули к выходу, и как только четверо ребят оказались на пороге, перед ними со звоном колокольчика закрыли дверь.

Сойдя на улицу, выложенную из камня, воспитанники школы Предгорья, о которой в этих местах могли и не слышать, молча продолжили свой путь вдоль лавок и магазинов.

Во всех других местах реакция была та же. Их появление вызывало у всех покупателей и продавцов неприязнь и недовольство. Так прошёл час. Они в своих скитаниях дошли до края города к реке. До назначенной точки отправки домой. Школьники, долго тренировавшиеся в стенах закрытого замка, попали в город и не нашли в нём то, что искали, ничего не нашли. Вложенные усилия не оправдались, и у всех на душе было пасмурно.

В Австриксе погода была суровее из-за близости к морю. Небо темнело небыстро, но холод заметно усиливался. Они как раз подходили к окраине улицы, упираясь в порт. Все приостановились, чтобы как-то обмозговать прожитые ими события и даже придумать что-то новое, какой-то спасительный план. Но идей пока не было.

Пока все стояли, глубоко погруженные в свои мысли, Тимир сумел заметить, что к ним кто-то подходил. Фигура шла от небольшого амбара с противоположной стороны улицы, здания на которой были либо недостроенными, либо старыми. Испугавшись, что это мог быть пьяница или бандит, они скучковались вокруг Роккона, готовя вызубренные заклинания.

Из темноты показался худой старик с очками и тоненьком пальто.

— Дети, на улице мороз. Идите домой. Или… — Он не закончил, делая паузу. Было понятно, что и он принял их за бездомных попрошаек. Но несмотря на это, старик оказался добрее австрийских горожан, что они повстречали ранее, он предложил им погреться. —Идёмте ко мне в аптеку, я сделаю чай, хоть согреетесь. Идёмте.

Все посмотрели на Тимира, ожидая, что он ответит на предложение со стороны незнакомого человека.

— Почему бы и нет, давайте попробуем. — Он кивнул, соглашаясь. Когда старик, запахнув своё пальто, направился к амбару, парень почти шутя обратился к своей команде: — Если что, шарахнем по нему огнём, его мёртвым котом или пластилином.

Смеясь, все четверо последовали за стариком. Они шли следом, уже заметно дрожа от холода. Ко всему прочему, с холодным ветром последовал дождь, а потом и снег. Они дошли до дома на отшибе города. На стене старого здания висела табличка: городская аптека.

Из безопасности, прежде чем войти, Астрея стала поблизости искать магию духов. На зов отозвалась только река, что замерзала под низкими температурами, как и любое другое существо, заставшее непогоду этих мест. Решив, что в случае чего, она сможет затопить подозрительный дом, девочка зашла внутрь.

Они прошли в отворенную стариком дверь. Внутри было сухо. На полках у входа в аптеку стояло много банок из стекла. В комнате обнаружился деревянный прилавок и один стол с четырьмя стульями для посетителей.

Ребята, не снимая пальто, топтались на пороге, ожидая хозяина, что скрылся в глубине лавки. Он появился в комнате уже с горячим чаем, позвал к единственному, стоящему в комнате, столу.

— Не снимайте обувь, я потом полы вытру, — бросил он гостям. И обернувшись к скрытой двери, крикнул: — Марра! У нас гости!

Расставил кружки с чаем на столе, хозяин аптекарской лавки предложил гостям сесть, а сем из-за недостатка стульев, отошёл к прилавку.

Из глубины дома вышла такая же худенькая пожилая женщина. У неё была строгая причёска: седые волосы собраны деревянной заколкой. Часть своих локонов она оставляла виться, либо просто упустила из вида, затягивая волосы в тугую тюрьму. Вытерев руки о передник, с карманов которого осыпалась трава, она подошла к ненакрытому столу.

— Дети, в такое время и не в школе. Откуда же вы пришли? — Она села за стол, разглядывая почему-то Астрею. Возможно дело было в том, что она была единственной девочкой среди их четвёрки, тогда это было не слишком удивительно.

Тимир и Роккон, оставив свои кружки, пошли что-то спрашивать хозяина лавки, их разговора, оставшиеся за столом, не слышали. Бром вертел в руках кружку, от которой шёл пар, но не мог сделать и глотка, такой горячий был чай. Но, замерший на улицах города, некромант не унывал, обжигаясь, он упорно старался глотнуть хоть немного. Со стороны казалось, что он грел нос в кружке.

— Меня зовут Астрея…— Девочка решила, что после проявленной к ним доброты хозяев лавки, ответная вежливость с их стороны была просто необходима. Она подбирала слова, пожимая плечами: — Простите, что без приглашения.

— Да ничего страшного. Я рада гостям, тем более таким вежливым. Вы где учитесь? В Санерале или в Бетексе? — Она участливо ждала продолжения беседы. И Астрея, и Бронмир уделили заданному вопросу всё своё внимание. Некромант даже отложил кружку с чаем в сторону. Видимо, это были названия магических школ города. И ни он, ни она о них ничего не знали, а госпожа хозяйка лавки уточняла причину их нахождения в городе. Это незапланированное чаепитие могло обратиться для них проблемой.

— Простите. Мы не обговорили, что можем рассказать…— Очень хотелось пооткровенничать с такой доброй женщиной, но Астрея уже догадывалась, чем сказанная правда могла для них кончиться, поэтому спешно думала как бы соврать.

Её плохо составленное враньё успел перебить Бром. Он, вновь вернувшись к попыткам отпить чай, бубнил: — Мы тут с родителями, они живут в двух кварталах отсюда. Приехали из других школ на каникулы, название заведения сказать не можем.

Вот и вскрылась причина, по которой в Предгорье наказания получала только Астрея. Так виртуозно врать умели все, кроме неё. Для этого нужно было иметь талант.

Хозяйка дома ничего не заподозрила и, покивав, стала расспрашивать Бронмира о том, кем были его родители и чем они занимались, прибыв в город. Их беседа походила на разговор бабушки с внуком, вернувшегося после школы домой.

Минут через десять Тимир и Роккон пожали руку хозяину лавки, и жестом позвали пьющих чай на выход. Встав из-за стола, Астрея ещё раз поблагодарила хозяйку, до дверей они вышли вместе.

Уходя из гостеприимной аптеки Австрикса, дети оставили пустые чашки и кучу грязных следов на полу. Несмотря на это, прощаясь с ним, аптекарь хлопнул Тимира по плечу. На прощанье ребята крепко закрыли двери лавки, чтобы через них не дул холодный ветер, своеобразная благодарность от тех, кто пока ничего не мог им предложить.

Непогода разгулялась. Снег превратился в метель, а затем и в пургу. В темноте ночного города не было видно ничего на расстоянии вытянутой руки.

Пройдя значительное расстояние от принявшей их погреться лавки, Тимир открыл портал. В этот раз прыгнув в него намного бодрее, ребята оказались дома.

Мешки луговых трав

В кладовой было тихо, прибывшие сняли свои, подобранные не по сезону, пальто, приводя себя в порядок.

— Так рада, что у нас получилось побывать в городе, — Астрея покашляла, голос немного осип от холодного ветра, — Жаль только, что ничего не нашли. — Она как-то должна была подытожить их состоявшееся путешествие. Кажется, ей было неловко от осознания того, что план не удался.

— Вообще-то, мы нашли нам заработок, — ответил Роккон и хитро переглянулся с Тимиром, на лицах обоих красовались хулиганские улыбки.

— Аптекарь дал список трав, за которые заплатит большие деньги, если мы их, конечно, достанем. — Он встряхнул свою верхнюю одежду, отчего на пол кладовой попадали брызги капель и случайно принесённого снега. — Его партию продали какому-то богачу, он же хочет купить их аптеку, пользуясь их плачевным положением. Продавец так нуждается в этих травах, что готов заплатить цену вдвое больше обычной.

Он подошёл к Астрее, вручая ей список, что всё время берёг от влаги за своей пазухой.

— Ты посмотри, тут в списке есть ромашка. Два серебряника за мешок обычного лугового растения, да это же удача.

Астрея с Бронмиром сначала не поверили, но удостоверившись в написанном, стали прыгать от счастья. К ним присоединились Тимир с Рокконом. Они вчетвером это сделали! У них был заказ! Напрыгавшись вдоволь, и оставив вокруг себя лужи, ребята стали убирать комнату. Тимир сушил всем вещи, а Астрея же обратилась к духам. У первого появившегося в комнате спросила, что произошло в замке в момент их отсутствие. Выяснив, что ничего необычного, она дала отмашку по готовности выходить в коридор.

Оттуда Роккон повёл всех к окну, что выходило на вечереющее Предгорье. Здесь в тени деревьев пели птицы, и неярко светило медленно садившееся солнце.

— Где будем брать травы? — Он оглядел парки, что были видны из окна, спрашивая у своих друзей: — В смысле когда и, да, хороший вопрос где?

— Можно поручить духам, — предложила Астрея, и задумалась над тем, где сможет раздобыть им мешки. — Когда вы обещали партию?

— По мере поступления. — Роккон мысленно считал деньги, которые они с этой партией заработают. — Загружаем всё найденное по списку в мешки, сортируя, и переправляем порталом в аптеку Томаса.

Томасом звали аптекаря, который пустил ребят погреться, получив с нежданными гостями и клиентов и поставщиков. Теперь он был их первым партнёром, чем они сильно гордились.

— Пока есть время, соберу ромашки, что там ещё в списке? — Астрее по её просьбе вновь передали список. Она перечитала написанное витиеватым почерком, удивляясь. Напротив каждых наименований были указаны объёмы и расценка. Даже ей, далёкой от торговли, было понятно, что цены на простые травы были сильно завышены. – Мы озолотимся! — Она вернула список довольным ребятам.

Решив действовать в том же духе, в смысле удачливо и организованно, они разошлись. Она забрала список, чтобы по нему собирать травы с духами, ребята ушли в школу — переписывать домашку Бронмира.

В Предгорье было четыре часа дня, все дети играли на улице. Поэтому зайдя на кухню незамеченной, она принялась искать мешки. В углу нашлись пустые из-под муки. Размеры изделий были разные, какие-то были даже дырявыми. Отряхнув находки, Астрея позвала духов, и вместе они вышли через заднюю дверь. Девочка шла к опушке, предупредив своих помощников, что им, идя по списку, можно было собирать только то, чем не пользовались обитатели леса.

Силясь отыскать для неё растений по списку, что нужно было собрать, духи повели её к окраине леса. Оттуда, стоило ей приблизиться, уже вылетали партии ромашек и клевера.

Следующими в списке были редкие и очень дорогие цветы веггет, корни растения марин, и листья онрил. Эти травы измерялись в граммах, и ей их принесли небольшими букетиками, что она выложила на одном из мешков, откладывая в сторону. Фиолетовый онрил ложился в основу сохранения полезных свойств растений в спиртовых настойках, бледно-жёлтый марин и синий веггет были многофункциональными от лечения кожных заболеваний до профилактики простуды.

Оставалось собрать ещё десять наименований, но для них уже не было мешков, так что на этом в этот раз решили закончить. Поблагодарив помощников, она понесла букеты в замок, мешки летели за ней следом.

Не став нести все осыпающиеся растения в комнату, она обосновалась на пустующих столах кухни. Через духов туда же позвала ребят, став их ждать. Первым спустился Тимир, его в дверях оттолкнул Роккон, с головой зарывшийся в один из мешков.

— Отлично, так мы заказ за пару дней выполним. Деньги зарабатывать не так уж и трудно. — Роккон улыбался, считая себя самым успешным торговцем во всём Предгорье.

—Кстати, об этом, на что мы их потратим? — Астрея обратила на себя внимание, этот её вопрос вмиг остудил их пыл. Пока ребята думали, что нужно купить в первую очередь, она обвела взглядом кухню. — Мы можем начать с еды. Было бы правильнее купить мясо к столу. Демоны это оценят, поверьте мне, я знаю, что они сокращают свой рацион ради нас.

— Да, хорошая идея, только как мы объясним появившееся мясо? — подал голос Тимир, что завязывая мешки, ставил их рядом с собой на пол. — Может как подарок от бывших выпускников? По-моему, отличная идея.

Голос подал Бронмир:

— Сегодня у избушки стояли преподаватели. Мне Таймыр сказал, его родители навещали. Так вот, вещи все проверяли, искали часы. Не получиться с выпускником. — Он сел на табуретку рядом с Астреей, вяло смотря как Тимир и Роккон сортировали растения в порванных мешках. — Давайте подождём и накопим денег. Потом начнём закупать всё, что нужно.

Всем показалось, что так и стоило поступить, поэтому с закупками решили подождать. Закончив свою сортировку, Тимир с Рокконом в компании мешков скрылись в портале, а оставшимся двум друзьям пришлось остаться их ждать на кухне.

Ушедшие с порталом, воспитанники Предгорья вернулись быстро. Тимир, держа в руках мешочек с монетами, Роккон новые, и пока пустые для следующих партий, мешки. Они вчетвером постояли, немного улыбаясь друг другу, а затем стали прыгать от осознания того, что всё получилось. План удался. Они нашли заработок, имея возможность маленькими шажками исправлять положение вещей.

Собрание жителей опушки

После того как Астрея, ища склеп, беспрепятственно прошла лес, его обитатели стали встревожены.

Вечером, после дня с лесной прогулки, ей приснилось собрание под Луной. На полянке сидели дриады, русалки, два леших и ещё кто-то незаметно маленький. Она просто наблюдала общую картинку происходящего, дремая в то же время за стенами замка. А дух, с которым девочка пообщалась во время прогулки витал в воздухе, передавая ей его наблюдения с лесного собрания. Эти картинки становились доступными ей после того, как она делилась с разноцветными огневичками своей энергией. Своеобразный связывающий обоих откат, не вредил ни ей, ни ему. Так она провела не одну ночь, слушая голоса лесных созданий.

В один из понедельников, утром они всё так же бегали. Неплотно позавтракав, и направились на занятия. В расписание первым уроком поставили занятие по лингвириду, общепринятому международному языку, которое вёл Исан Вахтович. Втором была документация и право, которые вела у них пожилая Миффитта Энуановна. Полненькая и в меру строгая, она призывала к тишине, стуча указкой по своему столу. Приходя в аудиторию, она открывала урок, садясь за свой стол и вставала только когда занятие заканчивалось.

После обеда, получая помощь от старых знакомых, Астрея отработала наказание раньше срока, и в оставшееся свободное время, пошла на кухню готовить салат. Набросав в глубокую деревянную тарелку свежие овощи, никем не замеченная, она направилась к опушке леса. Так же, как и обычно, беспрепятственно прошла южные ворота, собрав духов для компании, зашла на территорию леса.

На пустующей при её первом визите полянке с пеньком, сегодня встретила лешего. Он спал на срубленном дереве, раскинув свои руки и ноги, копировал выброшенную на берег морскую звезду. Порадовавшись, что леший имел набедренную повязку, прикрывающую всё то, что должна была прикрывать, она, зная, что разбудит, стала вызывать спящего на разговор:

— Добрый день, меня зовут Астрея. Я приходила пару дней назад, и сегодня принесла вам гостинцев. — Не испытывая страха, она легонько потрясла ногу спящего создания, не сдаваясь: — Доброе утро!

Леший приоткрыл глаза и, издав какой-то странный звук, снова притворился спящим.

— Я вижу, что вы проснулись, давайте знакомиться. Я Астрея. — Держа в одной руке тарелку, другую она протянула для рукопожатия. На него ей протянули ногу. Не побрезговав, девочка её пожала, чем удивила жителя леса.

— Как я уже сказала, — продолжила навязывать своё знакомство девочка, — Я принесла гостинцев. Будьте так добры, сядьте. — Подвинув ногу зеленокожего существа, она присела на пенёк рядом. Его это подтолкнуло тоже принять сидячее положение.

— Вомх, — поднятый ото сна леший протянул ей руку. Как и полагается при знакомстве, она её пожала.

— Приятно познакомиться, — она протянула ему овощи, давая ему на выбор: — Вы будете пробовать?

Вомх недолго рассматривал содержимое, остановив свой выбор на брокколи.

— Благодарствую, — отозвавшись на старый манер, он стал есть принесённый девочкой растенеподобный овощ. У самой Астреи, сидящей рядом, зачесался язык. В детстве никто не любит брокколи.

— Так вам нравиться брокколи, — она заметила, что залезая в принесённую ей тарелку, он выбрал именно этот овощ, — Буду знать.

Отведя взгляд, чтобы по возможности скрыть неприязнь к его выбору, она заметила, что среди деревьев стояли другие существа. Стояли, наблюдая, как леший аппетитно пережёвывал овощи. Им же она и предложила:

— У меня ещё морковь и свёкла есть.

Следующим самым храбрым или самым голодным оказалось существо в виде большого мухомора. Оно, смешно маршируя, подошло к девочке и, требовательно выставил руку, стало ожидать подношения. Девочке, что не ела овощи, было не жалко, так что на протянутую им руку она водрузила небольшую свёклу. Не ожидав, что ему отдадут овощ просто так, он поначалу немного стушевался, но на кивок Астреи, улыбнулся и принялся есть. Кожа у существа была как у настоящего грибочка: шершавая и мягкая.

После проявления храбрости грибочка, из леса стали выходить и другие его жители. Но не все стали брать еду. Кто-то садился на пенёк рядом, кто-то оставался вдали у окраин деревьев, ели только самые бесстрашные.

Доев своё последнее брокколи, голос подав леший, сидевший рядом: — Тебе нужна была помощь, Астрея?

Она задумалась.

— Вомх, мы уже решили проблемы, — честно ответила девочка, поблагодарив, — Но мне очень приятно, что ты помнишь. Вчера я искала одного духа, но побродив по лесу, я его нашла.

— Не успели, — с улыбкой сожаления протянул леший, сетуя, что помочь ей не удалось.

Решив, что это существо слишком серьёзно восприняло просьбу, Астрея на всякий случай добавила:

— Но ты мне помог. Я хотела с вами пообщаться, так что всё получилось. Как, кстати, у вас дела?

С лешим и небольшой группой жителей леса они пообщались всё оставшееся свободное время. Но как только с северного парка стали слышны голоса преподавателей, зазывавших играющих детей в школу, она попрощалась и, забрав тарелку, ушла обратно в замок.

Существо из леса

Бронмир спал на уроках. Он просто отключился, да так сильно, что не мог даже проснуться на тряску учителя. За него вступился Тимир, сказал, что ночью у его друга были кошмары и он смог заснуть только под утро. Со скепсисом во взгляде преподаватель продолжил лекцию, как и Бронмир продолжил спать.

Пришёл он в норму только под ужин. Тогда, когда нужно было уходить на тренировку. Некромант был так рад, что ребята не стали допытываться, как он будет жить в таком режиме дальше.

После ужина все четверо разошлись по своим делам, и Астрея вновь направилась в лес.

Пройдя ограду в виде кустов, она перешла ранее всем живущим в замке недозволительную грань. На опушке, открывающегося взору, леса сидели дриады и два леших. Познакомившись с интересующих их Астреей, они решили показать ей оставшуюся часть леса. Разговаривали дриады легко и непринуждённо, было трудно представить, что именно их все опасались, считая злыми. Общаясь с ними, девочка уже стала думать, что все эти «угрозы из леса» были выдумками. Думала она так, до того как повстречала русалок. Тут на неё снизошло озарение.

На полянку у воды они спускались большой, разросшейся по пути, компанией, танцуя и напевая какие-то мелодии.

У воды процессию остановили русалки, разозлившись, что в лес вошёл человек. Эти красивые девушки в количестве четырёх штук с прекрасными золотыми волосами бранились и били хвостами о воду.

Знакомый леший по имени Вахтум склонился к гостье леса, На ушко, но достаточно громко для окружавших её сказал, что это девы рек и озёр так завидовали чужой красоте. Но было видно, что это были слова поддержки с его стороны, уж больно обидные фразы неслись в её адрес от воды.

Оставшись на утёсе вдали от озера и его жительниц, они ещё немного поговорили. Её посадили на траву, рассказывая о жизни векового леса. Дриады пересказывали смешные истории, мастерски копируя чужие голоса. Но как только солнце начало садиться, Астрея оставила разгорающуюся вечеринку, и ушла в замок.

На следующий учебный день они повторяли утреннее расписание. Тренировка, завтрак, занятия. В перерыв между уроками она поручила выполнение наказания духам, а сама села читать книгу лорда-директора, тренируясь повторять указанные в них заклинания. Заклинания заучивала для Тимира. Для своей магии ей было достаточно описания ощущений от её использования, а для расширения своего кругозора, она искала в написанных строчках передаваемый смысл каждого произносимого слова.

В свободное время уходила в лес.

Ей удалось разговориться с одной из русалок. Они повстречались, когда Астрея застала её выборочно принимающей солнечные ванны у берега, в тени, отбрасываемой высокими кронами деревьев. Заметив девчонку, русалка поначалу хотела закричать, но Астрея успела прочитать про их вид достаточно, чтобы понять, чем можно было её завлечь. Она стала рассыпать комплиментами, втягивая хвостатую прелестницу в свой разговор, обсуждая укладку её шелковистых волос. Уже спустя минуты та рассказывала про свои ежедневные процедуры, свободно лёжа на выложенном гладкими камешками, берегу в воды. Устраивающая русалку девочка лежала напротив на камнях, слушая её голос и думая о своём.

Разговорчивая русалка перечислила ей все имена своих сестер-подруг, указав, сколько их обитает в этом озере и в его северной части. Как оказалось, все озёра были связаны и русалки могли из одного водоёма почти беспрепятственно перебраться в другой, по наличествовавшим между ними них переходам. Конечно же, могло всплыть условие, если на нём не было поставлено магической защиты. Но такого уровня магии не было почти ни у кого, поэтому русалки были вольны путешествовать по всем доступным им территориям. Но всё равно, имея возможность куда-то уплыть, речные и озёрные девы оставались в родном и безопасном Предгорье, наслаждаясь его тишиной и красотами. На этом их информативную беседу прервали. Разболтавшуюся русалку утянули в озеро сородичи, напоследок щедро плеснув слишком умную Астрею водой в лицо.

Мокрая, но заинтригованная услышанным, она подошла к лешему, спрашивать про возможные переходы в замке. Он не сразу, но рассказал, что русалки используют свою магию при водных переходах. Но были в Предгорье ещё и те, что располагались под землёй.

Отведя её в сторонку, от собирающейся в лесу шумной компании, он выставил вперёд ногу, повелевая девочку повторять за ним. Так и сделав, она ждала, что он скажет дальше.

— Чувствуешь туннель, уходящий в замок? — спросил леший.

С непониманием она посмотрела на стоящего рядом. Видя её изумление, он подтвердил, качая головой: — И не почувствуешь. Это особая магия. Видим переходы только я, да Вомх.

Приняв это к сведению, она пошла в школу, минуя начинающиеся гуляния, так как мокрая одежда неприятно холодила кожу.

В замке, переодевшись, направилась к лорду-директору. Он всё ещё был у себя в кабинете, но уже готовился уходить домой к ужину. Увидев воспитанницу, удивился:

— Астрея, что-то случилось, ты какая-то уставшая.

Даже не думая об этом раньше, она растёрла лицо ладонью. Действительно устала. Но ещё столько всего нужно было сделать: догрузить партию растений, потренироваться, и доделать уроки на завтра. Подняв взгляд на директора школы, она призналась:

— Я не помню зачем зашла.

Добродушно похлопав по спине, директор повёл её к выходу из кабинета.

— Ложись сегодня спать пораньше. Доверь чтение сказок кому-нибудь другому.

Она на это кивнула, соглашаясь, что сегодняшнее чтение можно было кому-нибудь перепоручить. Потом с подозрением посмотрела на демона, он подмигнул и пошёл в сторону южного выхода.

— Вы знали? — бросила она восклицание в спину директора.

— Я знаю всё, что происходит в этой школе, — отозвался пожилой демон, не поворачивая головы. Со спины помахав, ей на прощание, стал спускаться по лестнице.

Оставшись в коридоре, она какое-то время думала, касалась ли сказанная директором фраза их перемещения в город или нет. Ни к чему не придя, она ушла в комнату, следуя полученному совету. Там, попросив Тимину подменить её в чтении сказки, легла спать пораньше.

На следующее утро бегать не пошла. Сил не было даже для того, чтобы подняться на завтрак.

Еду принёс Роккон. Приложив ладонь к её голове, заключил, что температуры не было. Поставив свой диагноз: переутомление от сбора ромашек, он прописал пить сладкий чай, уверяя, что ей нужно просто отлежаться. Она так и поступила. Обняла принесённую им сладкую булочку и заснула ещё на пару часов.

Пришла в себя, когда в комнате во всю светило солнце. Умывшись, она запланировала направиться в парк для небольшой прогулки. В замке всё ещё учились. Не желая идти на занятия, Астрея на цыпочках вышла через северные ворота, всеми силами пытаясь не издавая шума.

В парке, уже не боясь, что её найдут, она нарезала круги своим неспешным прогулочным шагом. Дойдя до края леса, вспомнила о чём ей вчера говорил леший. Оглядывая природу этих мест, она стояла и думала, что сказанное им могло значить. В голове родились какие-то мысли, и Астрея, сняв обувь, зашла за кусты, отделявшие парк от северного леса. Крайне странное поведение для человека, который ещё утром плохо себя чувствовал, но она целенаправленно бежала в лес, шипя от боли, когда наступала на какую-нибудь ветку.

Проходя мимо странно поваленного дерева, наступила ногой на колючку. Решила, что с практикой в непонятно какой магии можно заканчивать, стала надевать носки. Свободной рукой для опоры, решила опереться о ствол дерева. Потянувшись к его коре, утёрлась во что-то мягкое. Не понимая, как это произошло, прекратила попытки натянуть на ногу носок и уставилась на руку.

Непонятно как она этого не заметила, но её рука упиралась прямо в плечо какой-то странно-зеленой женщины. Неестественно для человека вывернув голову, она показала свои клыки.

— Здравствуйте, — Её плохое самочувствие было всему виной, и она продолжила натягивать носок, всё ещё держав как опору непонятное существо леса.

Страха не было, а бояться именно это существо ей, как раз-таки, стоило. Девочка, не зная в кого упёрла руку, тем временем продолжала:

— Прошу прощения за беспокойство, мне Вахтум порекомендовал единения с природой. Он как-то выставил вперёд ногу, — она показала повторённую ею позу лешего, попыталась. — Я не понимаю, как он это делает. — Астрея в попытках достичь оригинала, стала выворачивать ногу, показывая, как тогда встал леший. — Но он видит землю, а у меня как-то, видимо, не получается. Ну вы понимаете?

Она с надеждой посмотрела на женщину, надеясь, что её не съедят, уж слишком страшно выглядели большие раскосые жёлтые глаза и массивные клыки. Оскала ненависти она не убрала, и Астрее пришлось начинать всё знакомство заново.

— Меня зовут Астрея.

— Мне что с того? — гаркнула ужасающая представительница северных территорий предгорья. — Ты. Зачем. Пошла. В лес? — Её жёлтые глаза прожигали в посетительнице дыру, но напрасно, на девочке был хоть и не толстый, но очень тёплый пиджак, в карманах которого она держала припасённую про запас храбрость. Ей она и пользовалась по полной, не оставляя себе неприкосновенных запасов на крайний случай.

— Я пришла искать учителя. И, кажется, я его нашла. — Её искренняя улыбка, напротив, очень расстроила это существо. Глаза женщины сощурились, но опасные клыки спрятались под тонкие жёлтые губы. Ответом был отказ: — Я. Не. Буду. Учить. Человека. Из школы Ваерра!

— Кто такой Ваерр? — не поняла Астрея, силясь в новых поворотах диалога найти путь к получению от неё согласия. — Демон в доме, — объяснила женщина и указала на замок. Ставни окон были привычно закрыты, шторы занавешены — всё как обычно. Вот только новые подробности были несколько шокирующими.

— Лорда-директора зовут Ваерр? — девочка удивилась, чем вновь разозлила женщину. — Я не знала

— Уходи. Я. Не. Учу. Детей. Ваерра. — Существо повернулось к ней спиной, заканчивая на этом разговор.

— Прости за беспокойство, я ухожу. — Астрея отошла от дерева, быстро надев носок на ногу. В руках держа обувь, она двинулась по направлению к замку. Что-то во взгляде и позе страшной женщины говорило о том, что общаться она никак не хотела, потому заставлять её девочка не стала.

Поклонившись, даже если она этого не видела, воспитанница Ваерра вышла обратно в парк. Сделав ещё один круг, ушла в свою комнату, и легла спать, не вставая даже на ужин.

Железные клетки и русалки

Предгорье,

Северный лес.

Глубокой ночью, Астрею разбудил крик. Он шёл от ведения, что, как в калейдоскопе, проецировали духи Предгорья. В лесу были чужаки, они мучили пойманное ими живое существо.

С видениями передались и страхи леса, эмоции его жителей и духов, у которых не было сил вмешаться. Вскочив с кровати в одной ночной рубашке и с пиджаком в руках, напуганная девочка побежала к северным воротам. Кубарем скатившись по лестнице, буквально ворвалась в ночной парк, на бегу надевая взятый ею из комнаты пиджак. Единственная из проснувшихся жителей замка, она неслась в тишину леса, не зная, чем сможет им помочь.

— Поднимайте директора! — На бегу она выкрикнула приказ в пространство пустого парка, обращаясь к духам, что следили за ней от самой школы. В него она вложила весь свой страх, что буквально сотрясал её той тёплой ночью. Энергии было предостаточно, чтобы духи могли ею подпитаться:-Кто-то пробрался в северный лес.

Огоньки, получив указания, ринулись врассыпную, исчезая потухшими фонариками. Астрея тем временем бросилась в тень запретного леса. Забегая всё глубже за деревья, она стала искать место, которое видела. Она пробиралась сквозь заросли и на бегу ей казалось, что лес расчищает ей тропинки. Какое-то чутьё вело по неведомой тропе к ещё одному озеру. Над ним висело три клетки. В железных ловушках были маленькие русалки. Они тянули руки к воде, пищав от испуга.

Астрее стало очень страшно. Дело было в неприятных ощущениях, что она испытала, стоило ей показаться у края воды. Она чувствовала чужой взгляд, скрытый в тени зарослей. В лесу близ озера никого не было, все кусты и деревья были окутаны ночным туманом, может именно он и скрывал пробравшихся в Предгорье чужаков. Так никого и не увидев, она стала думать, как освободить пойманных в клетки бедняжек.

Впитав энергию из пространства, она точным движением сбила цепь на одной из клеток, бережно опустив её в воду. Тоже самое повторила и со второй. На третьей, всё так же впитывая энергию, она увидела в проекции духа как из леса позади неё бесшумно выходило несколько мужчин. Один из них направлял ей в спину какое-то оружие. Воспитанница Предгорья всё ещё держала третью и последнюю клетку, медленно опуская её в воду, не успевая отреагировать на атаку со спины. Всё произошло быстро. Из арбалета вылетела стрела, но её отбило заклинанием на подлёте.

Плавно отпустив последнюю клетку в воду, Астрея развернулась к тому, кто её спас. Это был лорд-директор. При его появлении в чащи леса, пробравшиеся на территорию мужчины, бросились в бегство. Вступать в бой с демоном было безумством.

Их бегство сопровождалось заклинаниями, выпущенными директором им вдогонку. Девочка следила за его действием со стороны, через видения духов, в это время пытаясь открыть клетки. Цепь не была единственной оковой, клетки были из металла, и замков не имели, в основе был какой-то механизм, но его работы Астрея не понимала. Русалочки били хвостами по воде, но, как и спасшая их воспитанница демона, не могли раздвинуть прутья.

Со спины приблизился демон подвинув уже плачущую от бессилия девочку в сторону. Магией потянув к берегу клетки, он заметного без труда оторвал крышки каждой, отпуская детей в озеро. Астрее было трудно двигаться, у неё тряслись руки и слезились глаза. Сам демон не находил себе места от одолеваемого им гнева.

— Салмея! — прогрохотало над лесом. Астрея бы никогда не поверила, что их директор мог так кричать. Он повторил зов, что разнёсся над лесом раскатом грома: — САЛМЕЯ!

Та, которую звали, предстала перед хозяином Предгорья. В воде перед ним появилась русалка, её обнимали двое спасённых детей. Представительница водного народа была зла и злость её была направлена на демона.

— Как так получилось, — Обманчиво тихо начал демон, закончив своё обращение к ней рыком: — Что когда твои дети оказались в беде, зов бедствия я получил не от тебя, а от своей ученицы? Гордость взыграла? — зарокотал истинный демон, перевоплощаясь от избытка эмоций. Одежда на нём затрещала, рискую порваться. Он становился выше в росте, глаза горели красным, движения становились быстрее и опаснее. — Чтобы ты делала, если бы она не прибежала? Потеряла бы детей и дальше злилась, обвиняя в своих бедах весь мир?!

— Ты пустил к нам людей, Ваерр, — злобно выплюнула красивая русалка, она крепко прижимала к себе спасённых малышей. Если и боялась хозяина Предгорья, то этого не показывала, демонстрирую ему только свою злость: — Ты нас предал. Всегда вставал на сторону этих монстров. Запрещая нам их трогать. Или ты не заметил, что один из этих мужчин был твоим воспитанником. Это он провёл сюда других. Мне нечего тебе сказать, ты недостоин нашего прощения.

На этих словах в разговор на повышенных тонах вмешалась Астрея. После пережитого тело трясло так, что не получалось встать на ноги, но она была свидетелем ситуации в целом.

— Да как вы можете. Он же вас спас. Заботиться о вас так же, как и о других обитателях школы. — Астрея указала на замок. — Взять хотя бы тот же барьер, что нас окружает, он не позволяет вам замёрзнуть холодной стеной. Он оберегает всех жителей Предгорья в равной степени. С вашей стороны это проявление неблагодарности! — Она с осуждением качнула головой. — Вы неправы!

— Барьер, который впускает и выпускает всех. Кроме нас! — русалка вскинула лицо, сверху вниз смотря на говорящую без спроса девочку. В благодарность за спасение открывая ей глаза на справедливость, в которой жили все существа Предгорья: — Покинуть его мы можем только мёртвыми. Так эти браконьеры на нас и охотятся.

От этих слов, не удержавшись на ногах, Демон сел рядом с Астреей на холодную и мокрую траву леса. — Почему же вы мне ничего не сказали?

— Потому что ты принял их сторону, — бездушно отозвалась речная дева, обвиняя его во взгляде своих ярких перламутровых глаз.— Мы уже не ждём твоей защиты. Поэтому жаловаться перестали давно.

Видя какой урон наносят слова русалки близкому ей демону, Астрея вновь её перебила, жёстко осадив: — Либо ты прекращаешь себя так вести, либо за твоё перевоспитание берусь я. Мне абсолютно фиолетово твоё отношение к окружающим, но к лорду-директору, относись с должным уважением. Мы только что спасли твоих детей и не услышали даже намёка на благодарность. Что касается барьера: твои проблемы мы услышали, будем решать по мере поступления.

На грубость со стороны девочки русалка опешила, она даже не смогла придумать едкого ответа. Ей пришлось промолчать.

Астрея, больше не обращая на неё внимания, уже обращалась к демону: — Лорд Воронир, вы идти можете?

Демон, кивнув, вставая с лесной опушки у кромки воды. Оперившись о плечо своей воспитанницы, и направился вместе с ней к замку, по дороге шатаясь и кряхтя. Из него уже ушла сила, то пару минут назад выпрямила ему спину, даруя свирепость и скорость. Теперь он снова был их привычным стариком, жившим в замке на краю леса.

На лестницах выходящих из леса встретил Павлечовски. На нём была ночная рубаха. В руках он держал свечу, магически усиливая её пламя. Увидев состояние обоих, он помог лорду директору подняться по ступеням, сиплым голосом у него спросив: — Что произошло?

За них двоих ответила Астрея:

— В лесу были люди. Они напали на русалок.

На большее количество подробностей ей не хватило исчерпанных душевных сил. Не сдержавшись, она уткнулась в плечо директора, и позорно разревелась.

Поревев пару минут, стоя на лестницах школы, получила платок как утешение от Павлечовски. Пожелав ему доброй ночи, она ушла спать, а Лорд Воронир и преподаватель оставались внизу, что-то обсуждая.

Нормально заснуть ей удалось только под утро. Всю ночь, она не могла отделаться от неупускающего чувства встревоженности, его транслировали все духи на территории школы и за её пределами. Утром она просто лежала без сил, понимая, что пропускает ещё один учебный день.

Благодарность

Когда девочка проснулась, одеяло при движении подозрительно зашуршало. В комнате было светло, так что ей пришлось открыть глаза. Щурясь, она села на кровати, растирая лицо.

Самая короткая эмоция — это удивление, она испытала её недолго, но она прочно засела в её воспоминаниях. На кровати лежали свёртки. Много свёртков, штук десять. В том, что был ближе всего, обнаружились ягоды: голубика, облепиха и смородина. У края кровати были сложены камушки. Ради таких необычных подарков она даже села поудобнее.

В презентах были веточки, ягоды, камушки и даже два жука. Последних она выпустила, не желая перебивать аппетит перед завтраком. Увидя на настенных часах время, поняла, что этот приём пищи ей не грозил, так как она его благополучно проспала. Не став сильно переживать, что не будет питаться уже улетевшими жуками, стала одеваться.

С частью принесённых ей подарков она спустилась на первый этаж замка. Во всех классах шли уроки. Как и вчера, она на цыпочках пошла к южным воротам. В руках несла уменьшающуюся горсть ягод, веточки и камушки она оставила в комнате, для сохранности. Пройдя южный сад, прогуливающая школу девочка зашла на знакомую опушку с пеньком. Пройдя на середину пустеющей поляны, залезла на него с ногами, и стала выборочно есть ягоды.

Ела спокойно, пока ей на плечо не легла большая рука. Подняв голову, она встретилась глазами с Вомхом.

— Спасибо,— медленно растягивая слова, промолвил житель леса, сегодня он был один. Непонятно за что благодарил, но было приятно. Обернувшись к деревьям, девочка заметила, что ощущает, что за ними стоял кто-то из знакомых. Она видела сквозь деревья, что в нескольких шагах от них прятались маленькие дриады. На полянке были только они с лешим, а больше, в ближайшей части леса, никого видно не было.

— А где все? — Она покрутила головой, проверяя свои новые способности на всём периметре просматриваемой природы.

— Ушли куда-то. Что-то думать, — отозвался леший, поделившись главным: — Меня не взяли.

— Зато ты со мной, — напомнила о существующих неоспоримых плюсах собеседница.— У меня, кстати, ягоды есть, ты будешь? Мне столько не съесть.

Леший подставил ладошку, и она высыпала на неё гроздь подаренной облепихи. - Кушай на здоровье.

Посидев ещё немного, они решили прогуляться. Леший обещал показать самые красивые места, отказываться смысла не было. Дойдя до озера, они его обогнули, идя по тёмной части леса. Леший высоко перепрыгивал беспорядочно валяющиеся стволы деревьев, обходил препятствия, гибко выгибая своё тело. Ему приходилось ждать свою менее гибкую и проворную спутницу.

В своей прогулке они пришли к поваленному дереву. Ничем не отличавшегося от других. Скрестив руки на груди, Астрея стала ждать, что произойдёт. Леший подошёл к коре и открыл её, показывая, что пряталось у ствола дерева. Это были цветы. Ярко-жёлтого цвета с зелёными крапинками в центре. Они покачивались в свой такт, сгоняя росу с лепестков.

Леший Ворх, стал задумчив и, переложив кору на корни дерева, заговорил:

— Знаешь…Русалки выбирают понравившиеся озёра и реки, охраняя в них воду, мы свой лес не выбираем, рождаемся вместе с ним его хранителями, ими же и умираем. У них свои задачи, у нас свои. Так заведено, что коль уходят лешие, умирает весь лес. Твой поступок вчера… Мы все видели, должны были вмешаться, а не могли. Люди убили бы нас, и тогда наш уход принёс смерть во всё Предгорье. Русалок было жалко, но они не единственные, кто нуждался в защите.

Он присел рядом с цветами.

— Мать-природа никого не оставляет без защиты. Даже эти цветы. — Он вздохнул их аромат и продолжил: — Но леших становится всё меньше, нас так мало. На весь лес только трое, да десяток кикимор.

Сидя, он стал одного роста с девочкой. Это позволило заглянуть ей в глаза.

— Ты заметила, что на поляне никого, кроме нас, не было. Мне кажется, природа хочет сделать тебя хранителем. Она видит, что мы не справляемся. Было время, когда я мог выйти из барьера, сейчас сил хватает только на поддержание своей части леса. Видя, какую угрозу представляют люди, мать преподносит нам тебя. Она дала разрешение на твоё обучение.

Он тонким указательным пальцем коснулся её плеча, — От нас ничего не зависит. Разрешение не означает дара. Если не получиться, то такова будет твоя и наша судьба, — леший развёл руками, словно отдаваясь на волю случая.

Астрее его откровенная, да и сложная для старого лешего речь, удивила больше, чем крытый в ней смысл. Как оказалось, он умел красиво говорить. Всё это время скрывая это за односложными ответами на любые вопросы. Но на его слова нужно было как-то ответить:

— Слишком большая ответственность…

Хранитель леса махнул рукой. — Мы же не кандалы на тебя надеваем. Не получиться, так не получиться. Мы и так держимся, авось и доживаем свой век.

Ворх закрыл цветы корой дерева, и они пошли в обратный путь. Астрее всё было интересно и она со смехом поинтересовалась: — Раз ты такой умный, отчего притворяешься…?

— Я устал быть умным, — пробасил постаревший житель леса, — Хочу быть просто лешим. — Он надел на голову венок и с блаженной улыбкой пошёл провожать девочку до замка.

Не дойдя до сада, они остались на полянке.

— Приходи вечерком, начну тебя учить всему. — Её провожатый одел новой хранительнице леса венок на голову и, попрощавшись, завалился на пенёк, спать.

Как проводили свободное время

После ужина, попросив Тимину её прикрыть, Астрея тепло оделась и вновь ушла в южный лес, умело проскочив мимо преподавателей.

На полянке были все его жители. Они что-то ели и разговаривали. Увидев девочку, стали её приветствовать, предлагая отведать свою еду.

Она опять воздержалась от предложенных ей жучков и червячков. Решив, что если из всего предложенного, примет только ягоды, то обидит этим тех, у которых еду не возьмёт. Потому вежливо отказавшись от всего, она села рядом с лешим по имени Вахтум. Сидя на земле у пенька, она долго слушала рассказ кикиморы о том, как она не может достать из воды свои бусы. Кто-то жаловался на то, что они не могут поделить дерево, другие на то, что их соседи громко храпят. Повернувшись к лешему, она хотела предложить им всем свою помощь, но он, незаметно для других, покачал головой. Лезть в эти разборки не было смысла. Они появлялись из неоткуда и служили поводом собираться обсуждать общие проблемы и казусы их общего леса.

Настало время начала их тренировки. На неделе после ужина она приходила к лешим и они учили чувствовать землю. Учили правильно дышат и слушать. В её понимании они скорее учили не дышать и слушать.

Они часами стояли, чувствовали природу, и не дышали. У Астреи это получалось не так долго, как у леших, но со временем она поняла, что именно они имели в виду. Они слушали природу.

Ей, как человеку, разрешили ходить по лесу, не снимая обуви. На таких тренировках они ощущали корни деревьев. Два занятия прошли как обычная, с первого взгляда, прогулка. На третьем она стала видеть те самые корни деревьев, что были скрыты под землёй. На следующих они спускались уже ниже, уходя глубже под корневую систему леса. И там, глубоко под замком были туннели. Они вели в разные направления, лабиринтом уходя глубоко-глубоко под землю.

Ушло много времени, прежде чем она стала в них разбираться. Карта была спутана и необычна для восприятия. Она стояла на земле и под собой видела лабиринт, в котором должна была разобраться. Только после того, как её проверили на понимание того, где начинается, идёт и заканчивается каждый туннель, лешие показали как можно было открыть к ним проходы.

Туннели, открываясь, менялись, движения одного из них к поверхности, приводило к изменениям других. На открытие проходов Астрея потратила не одну бессонную ночь. И уже вчетвером: она, Ворх, Вахтум и Ломб избродили весь лес от края до края, открывая и закрывая туннели. После успешно пройденной учёбы, лешие поздравили новую хранительницу леса с завершением обучения, почему-то напомнив, что у совершенства нет предела.

Так прошёл месяц.

Ребята продолжали тренироваться каждый в своей области. Они отправляли партии трав и получали за это деньги. Иногда их приходилось собирать после школы, но потом вставала проблема отсутствия у них времени и места их незаметно прятать. На кухне их могли перепутать с мешками на выброс, засыпанными для виду ненужной травой. В кладовой было слишком влажно. В тот же момент встал вопрос о том, где они будут хранить заработанные деньги. Их стало так много, что они доверху заполнили три кувшина. Имея такие деньги, они верно стали опасаться, что кто-то может их заметить и незаконно присвоить.

Их постоянные поползновения в кладовую стали замечать. Это вынудило всех четверых озадачиться поиском других тайников. Новые умения, полученные Астреей от леших, были как нельзя кстати.

Под территорией школы были туннели, некоторые из которых заканчивались комнатами. В них не было окон, но всегда было сухо. В свободное время Астрея провела по ним ребят, показывая им ячейки большого хранилища. Часть из тех, что они посетили была выполнена из камня. Часть была такая же, как переходы, то есть со свисающими корнями деревьев и землянистых стен. В итоге общего голосования выбрали каменные их и стали использовать, пометив на стене «хранилище» синим мелом Роккона.

Шли дни, а механизм их работы отлаживался. Духи собирали растения из списка. Когда работа была готова, сообщали об этом Астрее. Она, сидя в столовой или библиотеке, мысленно искала текущее местоположение их хранилища. Найдя, сообщала через огневиков Тимиру. Он мастерски освоил искусство перемещения, открывая переходы под любым уклоном и в точно назначенное место. Мог сидя за партой и, общаясь с тем же огневиком, который корректировал его действия, открыть портал с кухни, прямо под мешком, переместив его в лес. Открыть туннель, идущий под школой, он не мог, но это было и не нужно. Ощущая мешки у входа в хранилище, его открывала Астрея, скрывая под землёй от любопытных глаз их содержимое.

Так они стали прятать деньги, что шли от заказов в мешки, скрывая их глубоко под замком Предгорья. Со временем они подключили к этому делу леших. Лесные хранители без труда выращивали растения всех мастей, в обмен на овощи из кухни.

Пока Астрея и Тимир закаляли мастерство в магии. Роккон покорял искусство подражания. Через Астрею он познакомился с дриадами, с ними же и продолжил обучение. После долгих и упорных тренировок, в содержание которых они никого не посвящали, парень мог творить чудеса. В арсенал изученных превращений входило изменение голоса, лица, ногтей, ушей и цвета кожи. Дриады работали над тем, чтобы объяснить, как менять форму тела и скелет. Не торопясь в обучении, он проходил костное строение всех рас, их походки и жесты. Роккон впервые в жизни засел за книги. Дриады не знали всего, в их возможности тоже были ограничены и на каком-то этапе, они могли помочь только советом.

Искать других учителей для Роккона не стали, опасались лишнего внимания. Магия изменения каралась тюрьмой, иногда и чем похуже, но ребята старались об этом не думать, продолжая тренировки.

Воспитанники демонов

В один из таких, наполненных работой дней, случилось неприятное событие. В замок-школу не пришла провизия. Детей об этом не известили, разговоры шли исключительно между оставшимися преподавателями и работниками школы. Их количество продолжало резко сокращаться.

Хорошей новостью было то, что из замка перестали пропадать вещи. Причиной стала просьба детей, обращённая к духам: не выпускать предметы из стен замка. Лёжа в кровати Астрея, через образы, наблюдала как несколько работников под покровом ночи, объединив усилия, пытаются вынести сопротивляющиеся атрибуты из дверей замка. Но всё было безуспешно. Духам по нраву пришлась игра в перетягивании вещей. Всё ещё не показываясь под вечер, они выкладывали ценный антиквариат перед главными дверьми школы, подпитывая и раззадоривая жадность людей, что давала старт новым перетягиваниям. Работники обвиняли во всём магию демона, удивляясь его жадности.

У расы демонов всегда было особое отношение к имуществу. Всё, что наживалось за всю жизнь — оставалось детям. Они, наследуя, все приумножали. Так заведовали традиции этой рогатой расы. Своё отношение у них было и в адрес чужой собственности. Её не крали, только завоёвывали, честным для них путём, через бой. Жили, придерживаясь фразы: «Чужого мне не нужно, но своё я заберу, чьё бы оно не было».

ХХХ

Ребята сидели в классе без преподавателя, выполняя самостоятельную работу. Судя по тому, что передали духи Астрее, на них завершившийся утром завтрак ушла последняя скомбинированная провизия, что оставалась в замке.

Отдав выполненную работу соседям, Астрея подошла к Тимиру. Он и ребята наловчились списывать, используя подсказки огневика и других знатоков преподаваемых дисциплин, так что в её тетрадках более не нуждались. Когда она подошла, он уже закончил. Улыбаясь, складывал тетради в стопку.

— Тимир, — девочка наклонилась так, чтобы их никто не слышал, — Внизу собрание, нам не привезли еду. Нужно что-то делать. Думаю время для приезда выпускника.

Тимир вмиг посерьёзнел. Взглядом нашёл Бронмира и Роккона. Они сразу же поняли, что им нужно собраться. Отложив свои тетради в сторону, стали ждать команды. Тимир направил указательный палец на Астрею, командуя:

— Мы разберёмся. Открой проход, мы купим что нужно. Роккон в городе сойдёт за старика, а мы ему поможем нести вещи.

— Напишу список продуктов, — Астрея решила помочь им чем только могла и, кивнув, вернулась за стол.

Она быстро записала всё, что вспомнила. Перечислила овощи, зёрна для каши и хлеба, молоко, мясо. Не забыв для ребят написать количество каждых наименований. Они, в отличие от самой девочки никогда не готовили. Спасибо леди Воронир, её наставления помогли составить список продуктов первой необходимости. Вспомнив, что они собираются представиться выпускником с подарками, Астрея дописала ещё два мешка печенья, чтобы без него не вызывать подозрение удачно принесённым перечнем остро необходимых продуктов.

Когда в группе все закончили работу, школьники оставили листы на преподавательском столе. Переговорив, они решили, что пока учителей нет, часть из них может посидеть с младшеклассниками. Так они договорились и разошлись в разные стороны. Под общий шум четверо ребят зашли за угол, и переместились на выбранный Астреей участок леса.

Там, скрывшись в проходе под землёй, они отсыпали несколько больших монет в три карманных мешка, спрятав их за пазухи уходящим в город ребятам. Роккон пока не мог менять своего роста, так что притворился стариком, осевшим с возрастом. Перед выходом с чертогов туннелей он миг изменился, состарившись лет на шестьдесят. Отрастил бороду движением руки, он вытянул её книзу.

— Ну что дети мои, — стал входить в роль парень, — Стало быть, путь неблизкий, пора и честь знать, как говорится.

Кряхтя, он забрал список, и они втроём переместились в город Австрикс.

Свой подход к делу

Занятий в тот день так и не было. Преподаватели ушли в деревню, искать еды хотя бы на два дня вперёд. Но, как показали духи с первых этажей кухни, ничего найти не удалось. Стоящая рядом деревня была бедна, её жители едой делиться не могли.

Чтобы не пугать оставшихся школьников, старшая группа перевела всех детей наверх. Сидя рядом всеми классами в коридоре третьего этажа, мальчики и девочки всех возрастов слушали сказку, что читала Тимина. Астрея, управляя светом духов, устроила всём её слушателям самый настоящий театр.

Если раньше духи играли в пьесах и историях по своему настроению, то сейчас она взяла эту роль на себя. Сидела, оперевшись спиной о стену, скрестив руки на выставленных коленях. Мысленно направляла героев, создавая новую действительность. Луг и небо, всё появлялось в цветной дымке, подсвечиваясь изнутри. Их третью по счёту сказку нарушило появление Таймыра. Он взбежал по лестнице, и запыхавшись на верхних ступеньках, пытался что-то сказать. У него вышло не сразу. Пока восстанавливал дыхание, у него было время подумать, и он огласил главную мысль: — Приехал выпускник директора, подарки... Хух… подарки нам принёс какие-то... Ой, не могу…

— Подарки! — заветные слова для каждого ребёнка. Сказка была забыта, и все дети побежали вниз.

На лестнице несущуюся ораву встретили преподаватели во главе со стариком. Роккон распахнул руки, ожидая объятий. Бронмир и Тимир, случайно оказавшиеся рядом, оказались умнее, отойдя с направления движения обрадованных детей. Роккона снесли. Он чудом остался на ногах, зацепившись рукой за перила.

— Я ж помру так! — Он висел, качаясь, как осенний лист на ветру. Дети пробегали мимо, смеясь его реплике, но не останавливаясь в гонке за право увидеть нежданные подарки.

Преподаватели скрылись на улице, туда же через северные ворота убежали дети, курируемые старшей группой. Старшеклассники тоже заинтересовалась возможными подарками, так что на лестнице остались только четверо, Роккон в отсутствии свидетелей, принял свой первоначальный облик.

Тимир сел с ним рядом, ближе к Астрее. Бронмир, пождав ноги, устроился на ковре. Роккон до лестниц не дошёл, подойдя к ним как можно ближе повалился на ковёр лицом вниз. Его наигранное сопение в пол сопровождалось громким смехом друзей. Как оказалось, купив всё необходимое, парни долго думали как бы передать еду в замок.

Принести в еду школу они не могли, ведь у «бывшего ученика» мог появиться высокий шанс встретить своего лорда директора. Демон как раз был на крыльце со всем оставшимся преподавательским составом. Учитывая, что представленный всем «выпускник» и учеником-то никогда не был, этот вариант не подходил.

Гениальная идея пришла в голову Бронмиру. Он вспомнил, что их соседа по комнате — Таймыра, будет навещать бабушка. Переместив еду и деда, то есть Роккона, к дверям избушки на отшибе, они разыграли задуманное представление. Дедушка представился бабушке и её внуку как один из выпускников школы, желающий по прошествии лет принести подарки в знак благодарности. Роккон — в роли деда, подарил своему одногруппнику печенье, попросив позвать преподавателей. Проконтролировав со стороны, что еду найдут и заберут, ребята переместились в школу.

Сейчас они сидели в коридоре, просто отдыхая. Каждый устало улыбался, продолжая посмеиваться над произошедшим.

За ними вернулась Карина, одна из соседок Астреи: — Ребята, там печенье, идёмте пока всё не съели, — улыбнулась девочка и вышла к северным дверям, спускаясь в парк.

На её реплики вскинулся Роккон. Резко подняв лицо с ковра, он в изумлении уставился на сидящих:

— Съели? Уже?! Да как они успели, мы же столько их…— На него зашипели с трёх сторон. Не хватало, чтобы по их глупости они спалились в самый неподходящий момент.

Его недовольную речь громким шёпотом четверо ребят с улыбками слушали весь путь с лестницы до северного парка. Там была раздача печенья. Чтобы не привлекать внимания, они тоже бросились получить свою порцию.

Пока дети напихивали в рот мучную сладость, другие продукты преподаватели в мешках и корзинах переносили из избушки на кухню. Они закончили быстро, присоединившись к поеданию пряного подарка. Взяв в руку печенье, слово взяла леди Воронир. Надломив кусок, она показала его всем:

— Ребята, этот приятный сюрприз устроил нам один из наших воспитанников. Поблагодарить мы его, правда, не успели. Сделав нам подарок, он быстро убежал. — Все засмеялись, а леди продолжила: — Но всё равно, я хочу, чтобы вы запомнили это печенье. Пусть его вкус напоминает вам, что делая добрые поступки, нужно их делать просто так, не ожидая ничего взамен.

Когда она закончила обращение к своим воспитанникам, в дверях северного выхода появился лорд Варонир. Незаметно подойдя за спину жены, он откусил у неё остаток печенья и, смешно переваливаясь, побежал по направлению к южным воротам, словно убегая от погони. Всё это сопровождалось детским смехом и возмущёнными репликами его супруги.

Как только печенье было доедено, всех отпустили спать. Астрея, переодевшись после душа, шла к себе в комнату. В коридоре общего этажа встретила свою команду из трёх парней, они о чём-то говорили. Когда она подошла ближе и её заметили, новостью поделился один из них.

— Аптекарь сказал, что погода располагает…— Роккон стал пересказывать услышанное в городе.

Но его успел перебить Тимир: — Короче, не будет тех же цен на наши растения. Сейчас лето, они могут запастись травами забесплатно. — Парень сжимал свои влажные после душа волосы на затылке, хмурясь и думая.

— Тогда пришло время обдумать что-то ещё…— предложила подошедшая к ним девочка. К этому выводу они пришли и без самой Астреи. Нужно было думать о новом заработке, что страдал бы от внесезонного спроса.

Ещё немного постояв в коридоре, они разошлись по комнатам. Четверо ребят из Предгорья отметили свою первую победу, но им предстояло обдумать, что же они будут делать дальше.

План, как традиция

На следующее утро продукты снова не пришли. Катастрофой это не обернулось, так как выпускник одарил всю школу таковой на всю неделю вперёд. Денег в хранилище хватило бы ещё на три таких партий, то есть на три недели. Вынуждало задуматься, они и задумались.

На ум ничего не приходило. Деньги нужно было брать в городе, где их оборот был многочислен и менее заметен при изъятии. Но в Австриксе было всё: торговый порт не страдал от отсутствия продуктов или товаров, которые воспитанники Предгорья могли бы ему предложить. С первых попыток заработать, они только собрали травы, да луговые цветы, на большее идей не хватало.

Осенило одного из них на лекции по бытовым зельям. Преподаватель, мешая своё варево, которое по программе значилось как порошок для чистки вещей, обмолвился, что готовить такие порошки могут не всё. Из-за боязни неправильно рассчитать концентрацию при стирке и повредить тем самым кожу рук, его использовали только в специализированных прачечных. Он говорил что-то ещё, но именно за эту идею ухватился Роккон. У Астреи, сомневающейся в безопасности произведённого, она вызвала вопрос, который девочка так и не озвучила, не успела. Урок закончился быстро, потому что преподаватель вновь упустил своё варево, а оно сбежало на пол.

После лекции, непонятно почему счастливый светловолосый парень собрал всех вместе. Подпрыгивая, он увёл своих будущих партнёров в кладовую, где рассказал, что знает как можно было решить проблему.

Внимательно слушав преподавателя, он пришёл к выводу, что пока ещё никто не додумался продавать правильно рассчитанный порошок для стирки вещей. Пока его слушали, на лицах Бронмира и Тимира, медленно, но верно, появлялось такое же счастливое выражение, как и у Роккона.

Оставалась одна загвоздка. Астрея заверила, что никто не купит произведённый детьми порошок, исходя только из их слов о том, что он был правильно рассчитан по концентрации опасных для кожи реагентов. Не став сдаваться, парни это обмозговали и принялись обмениваться идеями.

Энергию, появившуюся от отличной идеи, ребята пустили в оборот, ища выход из ситуации. В кладовой они нашли всё ту же старую тетрадь со своим первым планом. Открыв чистые страницы, стали составлять новый.

После получаса обсуждений Астрея ушла за водой, оставив ребят одних. Когда она вернулась, план был уже готов. Его зачитал Бронмир.

Итак, они представлялись фирмой, продающей порошки. Самыми честолюбивыми существами в историях трёх королевств всегда слыли эльфы. Поэтому именно их представитель должен был быть на обложке порошка с говорящим названием «Чистил». Наготовив партию с этикетками фирмы, они планировали её раскрутить благодаря Роккону, то есть эльфу. Согласно красивой истории, над которой ребята долго ломали голову, он ушёл из эльфийской семьи, поселившись в небольшом городе. Увидев, как в нём неопрятно, решил поделиться с людьми своими знаниями в таком тонком искусстве поддержания гармонии, как уборке.

По словам трёх, убедительно сочиняющих ребят, если бы их план, имеющий шансы на успех, выгорел, то через ту же фирму можно было продавать все виды чистящих средств, зарабатывая на этом баснословные деньги.

Как они считали, план был гениален, и имел все шансы на успех. Астрея была с ними согласна. Вопрос оставался только за исполнением. Но, вошедшие в азарт, парни уже разобрали и его.

Для начала, Астрея, как самая прилежная ученица среди них, должна была рассчитать безопасную концентрацию порошка. Записав рецепт, передать его исполнение духам. Дальше использовать его же формулу для всех партий товара, что будут готовиться постоянно. Выполняя работу, они бы переносили порошок в здание фирмы, что должно было находится в городе. Постоянно готовя — постоянно бы продавали.

Она и с этим согласилась, беря на себя ответственность намешать безопасного порошка. Слабым местом была только раскрутка порошка с участием эльфа. Решение этой загвоздки нашлось также быстро, Роккон сумел всех поразить.

Попросив минуточку внимания, он встал в центр комнаты. В тот же момент себя явил огневичок. Астрея знала, что он за нами наблюдает, загадкой для неё оставался лишь вопрос: почему он появился только сейчас? Но тут всё встало на свои места.

Роккон, закрыв глаза ещё как их одноклассник, открыл их уже эльфом. Высоким мужчиной эльфом с тоской во взгляде, прекрасной белой кожей и прямыми локонами. Пустив воздушный поцелуй, он по-эльфийски мелодично он пропел: — Покупайте «Чистил»!

От смеха все повалились на пол. Долго не могли встать, поглощённые истерикой от переизбытка чувств. Сам эльф икал от смеха, стоя на четвереньках, без возможности подняться. Именно эта картина стимулировала продолжение приступа дикого хохота.

Отсмеявшись, все четверо взялись за выполнение плана.

Порошок «Чистил»

Первую партию порошка они приготовили в замке. Нужно было удостовериться в правильности расчёта основной формулы.

Представив порошок как дополнительное задание, Астрея отнесла его на проверку Имару Нивовичу, преподавателю по бытовым зельям. После осмотра он сказал, что её работа была выполнена средненько: действующего реагента на рассчитанную горсть было добавлено слишком мало, что сказывалось на качестве отмывания некоторых видов пятен. Но замечание самого странного преподавателя замка, было принято как раз как подтверждение качества товара ведущим специалистом в этой области. На текущий момент, главным для юных предпринимателей было то, что их товар, болтаясь в подвешенном состоянии между понятиями безопасный и действенный, качнулся в пользу безопасности.

Если на занятиях они применяли порошок только для вывода пятен, то в фирме решили раскручивать их применение и для общей стирки, вместо общепринятого мыла и прочих средств снятия пятен. Роккон запланировал в будущем выпускать порошки с цветочным и хвойным запахами, привлекая этим новых клиентов.

Продавать порошок решили в стеклянных банках. Их легче было достать, они были дешевле, на них легче клеился рисунок.

На обратной стороне первой банки Астрея переписала состав и способы применение товара. Выполненную работу забрали на проверку. Сначала его прочитал Бронмир. Вычеркнув несколько реагентов, он предал её Роккону. Тот, в свою очередь, тоже что-то вычеркнул, передавая банку на последнюю проверку Тимиру. Свои черкания рецепта они объяснили тем, что на готовый рецепт могли появиться конкуренты. Ей пришлось с этим согласиться, конкуренты им были не нужны. Применение товара решили демонстрировать на прилавке в день открытия, а рецепт видоизменить.

По итогу работы, на второй пробной банке была наклейка, магический рисунок-слепок от Тимира. На обороте был исковерканный состав и применение, которое включало отсчёт ложек средства на определённое количество воды. Тимир применил магию из книжек-детективов, которые читал в свободное время. Маги-детективы при отлавливании преступников делали слепки и аур, снимки отправляя в архив. Работа детективов всегда сопровождается поиском людей, фотографии для этой работы не подходили. Только кто-то в статусе архимага мог отследить чьё-то перемещение по фотографиям и личным вещам. Поэтому в специализированных академиях учили другому методу, освоить которое было проще. Используя слепки, можно было быстро сделать множество копий, размещая их на любом типе бумаг. Именно этот метод описывался в книжках, и именно его применил Тимир для их порошка.

Поначалу все переживали, была вероятность передать всем получившим банки, слепок ауры Роккона. План уже хотели менять, но Бронмир успел всем напомнить, что магия изменения оттого и была в статусе запрещённой, что слепок ауры с превращениями в другого человека менялся. Роккона отследить бы не смогли.

В замке, в свободном доступе, точнее не в свободном, а в лаборатории, реагентов нашлось только на двадцать банок. Роккон и Тимир, впервые за много лет обратившись к преподавателю, спросили у Имара Нивовича — где он покупал составы для своих варев, наличие которых в замке было стабильнее наличия в нём еды. Скрыв вопрос о поставщиках его запасов за весёлой шуткой, о том как долго будет длиться их предмет, они ждали его ответа. На той же лекции преподаватель открыто назвал своих поставщиков, сообщив, что будет вести предмет до тех пор, пока не совершит какой-нибудь прорыв в области своей дисциплины. Для себя ребята уяснили две вещи: их преподаватель был слишком наивен, и что он будет вести у них свой предмет очень долго.

Закупкой средств по приготовленному Астреей списку занялись ребята. Использовав того же старика, они направились искать перекупщиков опасных реагентов. Взять вместо старика эльфа не решались, боясь, что продавцы со временем завысят цены, а то и гляди, сами будут мешать из своих же средств их порошок. Потратив немалую сумму, ребята забили свои хранилища купленными средствами и реагентами.

Когда ребята переносили химикаты к одному из туннелей, к Астрее рискнули подойти дриады, сообщив, что от таскаемых ими мешков слишком плохо пахло. Понятное дело, речь шла о надуманной жалобе, туннель уходил в километры под землёй, но Астрея, как хранительница не хотела им отказывать. Пришлось, совершенствуясь на бегу, перемещать их хранилище ближе к склону, недалеко от того места, где тренировался Бронмир. Там был удобный спуск к полю, из жителей только духи. Так они и переехали.

Пока в закрытом хранилище духи готовили партии порошков, они учились в стенах замка. Когда количество готовых банок ушло за две сотни, ребята стали обсуждать, где будет располагаться их фирма. Обсуждение прошло без Астреи, глубокой ночью, в комнате парней. Наутро её уже поставили перед фактом: эльф вчера ночью арендовал лавку на главной улице Австрикса, и сегодня утром получил заказанную вывеску для своего предпринимательского дела. Провернув это дело втроём, они решили, что четвёртая участница: Астрея должна была выспаться, и что это был истинно мужской поступок.

Запоздало до всех ребят дошло, что в магазине всегда кто-то должен был быть. Если аптекарю они передавали партии тогда, когда им было это удобней, то с постоянным наплывом клиентов всё должно было быть наоборот. Поначалу планировали меняться, подменяя друг друга на занятиях. Потом появилось предложение о найме сотрудников, но его отклонили.

Решением стал появившийся при разговоре дух, и Астрея предложила использовать магию его сородичей. Они сообщали бы им об отгруженных партиях и контролировали лавку. Парни поняли не сразу, но выслушав до конца, решили, что это идея была выходом из ситуации. Астрея должна была договориться с духами в купленном ими магазине. Бронмир сомневался, что за территорией замка фокус с применением магии духов сработает, но она в себя верила, и они решили попробовать.

За день до открытия ребята не спали всю ночь. Внаглую ушли с занятий в школе. Их не заметили, только потому, что снова ребром встал вопрос отсутствия провизии. Ребята не могли повторить появление щедрого выпускника, так как все оставшиеся деньги вложили в «Чистил». Оставив младшеклассников своей группе, они вчетвером метались в порталах из стороны в сторону, готовясь открыть своё дело.

Для начала они закрыли окна и двери тёмной тканью. Так привлекали внимание со стороны улицы, вызывая любопытство и интерес к недавно арендованной лавке, тем же способом скрывая своё незаконное использование магии. Только с её применением они успевали быстро привести здание в порядок, делая его таким, каким его видел Роккон.

Следующим действием после разбора мусора стало мытьё полов всей лавки, с использованием их же порошка. По завершении уборки, в которой помогли найденные Астреей духи, они с Бронмиром стали расставлять товар. Выставив всё, что было решили похвастаться Роккону. Тимира в лавке не было, он был занят с газетами. Но эльф работу не оценил, сказав, что на виду товара должно быть мало, чтобы показать его покупателям какой он уникальный и неповторимый.

-Он должен думать, что ему несказанно повезло получить именно эту банку, именно сегодня. Понимаете?-Ради этого объяснения он даже оторвался от вырисовывания ценников, посвятив свои две минуты друзьям.

В ответ некромант и его подруга слабо покивали. Решив, что Роккон мог знать лучше, они сделали всё, как он сказал. Духи отнесли банки в подвал магазина, а двое друзей выставили двадцать банок на полках, поставив каждую на стопку белых полотенец. Так, по словам эльфа, хозяина лавки, они показывали на что способен был порошок при стирке. У прилавка, который шёл от края до края, делив комнату на территорию посетителей большей частью и территорию продавцов в меньшей, планировалось расплачиваться и показывать мастерское применение порошка.

Подготовкой речи занимался Роккон, он же её и репетировал. После трудного дня парень был рассержен и зол, так что занятые своими делами ребята, решили по возможности его не трогать.

Прекрасным дополнением к эльфу-чистюле стала задумка оставить в магазине фей, играть которых должны были духи. Пока ребята обсуждали с пришедшим в лавку Тимиром какие-то вопросы, Астрея разговаривала с духами. Вместе, а их было чуть больше десятка, они обговаривали все детали оплаты товара и особенности поведения фей как живых существ.

Приближалось утро. За четыре часа до открытия Роккон ушёл спать. Трое оставшихся из команды заканчивали последние приготовления. За чашкой чая Астрея продолжала общаться с духами, передавая им в разговоре магию для дальнейшей работы. Тимир весь день договаривался с какими-то людьми о встречах, и под утро просто спал за стойкой. Бронмир, удобно устроившись у окна с закрытыми глазами, пил чай. В пустой лавке с задёрнутыми шторами болтала только Астрея, уже не понимая о чём она рассказывает.

Ровно в семь ребята пошли будить Роккона. Торговая улица вставала рано, ей нужно было соответствовать.

Причесав и культурно одев эльфа в сшитый для него прекрасный лётный костюм, они пожелали друг другу удачи. Постояли вчетвером в центре своей лавки, обнимаясь и настраиваясь. Их ждало открытие. План, к которому они усердно готовились, либо срабатывал, либо проваливался, всё решал наступающий для них день.

Закончив с объятиями, трое скрылись за прилавком, проследили как эльф, окружённый разноцветными крохотными созданиями, феями, идёт опускать тёмные ровные ткани, застилающие стёкла.

Это был фурор!

Всё это время, за стёклами лавки стояли люди, много людей. Увидев в окнах открываемой лавки эльфа, кто-то из толпы зааплодировал его появлению, аплодисменты поддержали все собравшиеся.

Вставшие в этот день пораньше, жители Австрикса ждали слов приветствия от самого настоящего эльфа, что сегодня открывал свою лавку в их городе.

Роккон начал свой концерт, а ребята в это время уже перемещались в школу.

Открытие фирмы

Весь день они прикрывали Роккона. Сидели как на иголках. Тимир нервно постукивал либо ногой, либо рукой. Бронмир безостановочно читал. Астрея же занималась тем, что делала крайне редко — общалась с одноклассниками. При общении они обычно поднимали две темы: расписания или домашнего задания. Но энергию от переживаний нужно было куда-то девать, так что в этот день она сидела и болтала со своими ровесниками обо всём, что приходило в голову.

Девочка изредка отслеживала ситуацию в магазине, нервничая оттого, что её друг был там один. Так они провели день. Отсутствие Роккона не заметили, так что даже не пришлось врать про его болезнь. Преподавателей в классах не было, они были заняты поиском провизии для школы.

В шесть часов вечера, она, увидев через духов, что лавку закрывают, маякнула Тимиру, что пора было готовить портал. По сигналу, они переместились в свою лавку в Австриксе, спрятавшись за её прилавком.

Роккон с помощью духов закрывал теми же тёмными тканями окна. Закончив, повернулся к тем, кто прятался у него за столом. Уставший, он тихо сообщил, всё ещё играя эльфа:

— Вот и закончился первый день моего пребывания в Австриксе, спасибо вам дорогие жители за гостеприимство и радушие, ценю и восхваляю. — Он вышел на середину комнаты, и изменился в своём эльфийском лице.

Высунутый язык и улыбка до ушей на лице высокого и серьёзного эльфа вызвали повальный смех. Этот же эльф стал танцевать, отбивая чечётку. Из-за прилавка выбежал Тимир, повторяя танец. Бронмир и Астрея воздержались. Хохоча и опирались о стены и столы, они сползали на пол.

— Двести пятьдесят девять из двухсот шестидесяти банок. Мы продали всё, что было! Вот это успех! Мы разбогатеем. Дом стоил меньше, Тим, мы сможем купить дом! Шесть сотен золотых, — распевал Роккон, обнимая своего друга в танце удавшегося предпринимательского счастья.

К ним присоединился Бронмир, и уже втроём они стали отплясывать деревенскую чечётку. Устав через пару минут, они уже еле волочили ноги, и немного отдохнув, продолжали готовиться к закрытью. Проверив все двери и окна, даже подвал магазина, они были готовы к возвращению домой. Под прилавком оставалась одна, наполовину наполненная банка, её забрал Роккон. По его словам, она была открыта и использована для мастер-классов, поэтому продавать не стал. Оставив абсолютно пустую лавку под присмотром духов, ребята переместились в школу.

Первым делом отнесли деньги в хранилище. У них было несколько мешков, доверху заполненных монетами, рассортировывать их они не стали, для этого все были слишком уставшими. Мешки оставили под землёй, ласково погладив каждый напоследок.

Зайдя в замок, они уже хотели лечь спать, но как оказалось из-за нехватки еды, в их отсутствие всем детям на ужин раздали салат с хлебом и водой. Собрав оставшиеся силы, Роккон, обняв за плечи своих ноющих друзей, увёл их обратно в лес. Они втроём оперативно провернули ту же схему со щедрым выпускником. На этот раз это был высокий мужчина, с красивым лицом и фигурой. Роккон решил быть героем во всей своей красе. Спллагиатив лицо у персонажа одной из сказок о прекрасных принцах, он творил историю.

Был уже вечер. Очень хотелось спать, но Астрея ждала ребят, сидя на крыльце северного входа. К ней неслышно подошёл директор школы. Сев рядом, демон по происхождению, лорд Воронир или как называли его русалки Ваерр, начал свой разговор с девочкой, которую он хотел похвалить за все её труды.

— Астрея, я понимаю, сейчас всё кажется тяжело. — Он скрестил руки, сжал их, ища прорези меж своих пальцев, — Поверь мне, я вижу, как ты стараешься привнести стабильность и покой в наш дом. Это трудно: быть внимательной к другим, долго не питаясь благодарностями.

Демон имел в виду её отношение к сверстникам и младшим, которым она помогала в школе. Астрея помогала замку, потому что его любила и защищала всех его жителей как своих близких. История с русалками, духами леса, сказками на ночь или играми, Астрея находила время и силы на поддержания того воспитания, что не мог дать детям приют. Она учила всех взаимоподдержке, находчивости и доброте. Именно за эти качества демон хотел похвалить.

Девочке на миг показалось, что он прознал про их лавку, и намеренно стал говорить издалека, чтобы в воспитательном процессе помучить совесть своих воспитанников, но демон имел в виду что-то другое:

— Школа, — он сомкнул пальцы рук в подобии шара, — Это маленький мир, дом. Если каждый будет укреплять её по чуть-чуть, по мере своих сил, стены у дома будут толстые и нерушимые.

Демон положил свою широкую, когтистую руку ей на плечо, и по-доброму улыбаясь, проговорил:

— Сейчас, вспоминая услышанный мною когда-то разговор маленькой девочки и воспитательницы, я поражаюсь, как сильно может один человек, даже такой маленький, изменить сознание стольких людей вокруг себя. В школе стало светлей и теплее, спасибо тебе. Теперь я просто обязан сделать что-нибудь столь же существенное. Обещаю, что скоро будут перемены. Нужно только немного подождать.

Ей хотелось сказать, что сегодня всё и так было хорошо, что она с друзьями позаботилась о том, чтобы у его школы больше не было проблем. Но рассказывать про имевшиеся в наличии деньги и извороты, которым сама ни разу прибегла, реализуя план, Астрея всё же не стала. Сидя с ним рядом на лестнице, она просто улыбалась, легко, и слегка устало. При этом на его теплоту в общении должны были найтись слова поддержки.

— Не переживайте об этом, у школы есть те, кто о ней всегда позаботиться…Кстати…Мне тут передали кое-что…— Она смешно помотала головой, словно подбирая слова, — У избушки какой-то человек принёс и оставил что-то… — заканчивать ей не пришлось.

Она знала, что лорд демон знал о её тесном общении с духами. Не одобрял его, но услышав про гостинцы, не стал скрывать радости: — Как? Опять? Сейчас!.. — И уже обращаясь не к девочке, стал подзывать преподавателей замка: — Манул! Имир! Там кто-то нам что-то принёс, проверьте. Если не фонит, заносите на кухню.

Все пришли в движение. Демон встал на ноги, и ушёл куда-то в замок за своей женой, что обычно распределяла покупаемые в замок продукты. Преподаватели, что целый день провели на ногах, направились через северный парк к избушке на отшибе. Манул Кавриц шёл неспешно, на этом фоне, его коллега — Павлечовски, бежал к заветному домику в лесу.

Астрея осталась сидеть одна на крыльце замка. Через несколько минут из дверей школы вышли, и подсели к девочке Тимир, Бронмир и Роккон.

Они с улыбкой наблюдали за тем, как преподаватели проверяют леветируемую ими еду, на наличие вредоносной магии, по пути занося все продукты в кухню замка.

Голос подал Тимир: — Все лавки были закрыты, нашли не всё, что было в списке, но пойдёт…

На него зашипел Бронмир, но шипел он недолго, положив голову Астрее на плечо, он заснул в сидячем положении. Также поступил и Роккон, сидящий с другой стороны. Тимир клевал носом, но не засыпал, смотря как продукты попадают за стены замка Предгорья. Погружение в мир снов шло спешно, в прохладе глубокой ночи, быстро закрывались глаза, и девочка склонила голову, устроив её поудобнее на своих, уже спящих, друзьях.

Так отдыхали после тяжёлого дня четырнадцатилетние школьники закрытого учебного заведения в замке «Предгорье».