Predatory (заморожено)

Пролог

Неестественно огромная луна сияет над небоскрёбами. По переулку гуляет ветер, подметая бумажки. В сумраке светятся несколько сигарет.

Где я?

— О!

Одна из сигарет потухает, брошенная на тротуар.

— Друзья, у нас тут красавчик!

Под тусклый свет фонарей ко мне приближаются несколько женщин. Они в кожаных куртках, с разноцветными ирокезами на голове. Взгляд отметил сбитые костяшки кулаков.

— Мальчик, не хочешь поразвлечься? — спросила одна из них; пирсингованный язык прошёлся по губам.

Моргнув, я кинул взгляд на неоновую вывеску. Мне показалось или на миг буквы на ней сложились в «Убей их всех»?

— Иди сюда, — подошедшая женщина берёт меня за руку и тянет к себе.

Следующие события отложились в памяти слайдами. Вот я нащупываю у себя в кармане что-то и этим чем-то оказывается пистолет. Вот ствол упирается в чужой подбородок. Я снимаю его с предохранителя, взвожу курок и нажимаю на спусковой крючок. Вот нос женщины взрывается в тёмно-красных брызгах, и она с воплем отшатывается… Последний слайд — я стою посреди переулка. Меня трясёт, лёгкие горят от недостатка воздуха. Лицо в чём-то влажном. Проведя по лицу ладонью, я взглянул на неё. Кровь, причём не моя, я в этом уверен. Оглянувшись, вижу лежащие вповалку тела. Лица всех без исключений застыли в гримасе ужаса.

…Дульные вспышки, удары от отдачи по ладони. Кто-то умоляет о жизни…

Чёрт. Я убил их всех. Чёрт-чёрт-чёрт… Надо сваливать. За убийство пяти людей, причём женского пола я сяду на пожизненное. И плевать, что меня явно хотели изнасиловать. Я же мужик.

Оттираю рукавом куртки рукоятку пистолета и почти отбрасываю его в мусорный бак, как замечаю камеру под неоновой вывеской. Её выдала красное мигание.

Я издаю невесёлый смех:

— Это фиаско.

Пистолет обратно на предохранитель. Засунув его в карман, я побежал, не оглядываясь.

***

— Лорейн, что у нас сегодня?

— Опять убийства, капитан Стейси.

— Я же просила, Джейн, — она слегка опустилась и поцеловала свою секретаршу в макушку, — а не капитан Стейси.

Лорейн улыбнулась, порозовев щеками.

— Ну, если капитан Стейси посвятит полчаса мне… то так и быть, Джейн, — сидя на коленях, она поменяла своё положение, повернувшись лицом к своей начальнице и принявшись осыпать её лицо, а затем и шею поцелуями.

— Лорейн, мы на работе. Лорейн!

— Ох, ладно…

— Так что там по убийствам?

— Пять пострадавших, агрессором был мужчина. Двое скончались на месте от полученных огнестрельных ран, ещё двое скончались в скорой. Выжила одна, хоть и потеряла нос, но она в коме.

— М-м-м… Что-то тут не чисто.

— Мы тоже. Подозреваем, что мужчина просто забрёл не туда и погибшие едва не воспользовались им — в их крови нашлись характерные гормоны. Очевидная самооборона. Но без фактов это просто теория… Которой к тому же не помогает та запись с камеры.

Капитан Нью-Йоркской полиции Джейн Стейси поморщилась, обнимая свою любовницу. Было неприятно видеть на мониторе, как юноша калечит и убивает женщин. Стереотипы о слабом мужском поле тоже не особо помогали…

— Его уже опознали?

— Нет, — Лорейн уткнулась ей в шею, слегка покусывая то. — Пока что нет. Джейн… давай займёмся чем-нибудь поинтереснее? А?

Ответом ей были поцелуи.

***

Кто бы знал, что сон на скамейке в преддверии осени — это не самая лучшая идея? Точно не я. По крайней мере, учитывая моё состояние ума прошлой ночью.

Пробуждение выдалось не из мягких. Холодно, голодно, кости ломят, мышцы болят… Думаю, примерно так себя чувствовали мученики Освенцима. Кое-как придя в себя, я опустил ноги, сев на скамейку. Мимо меня пролетели жёлто-красные листья, медленно опадая на тротуар. Парк был пуст. Над куцыми деревьями возвышалась даже на фоне небоскрёбов огромная башня увенчанная сияющим неоном словом Stark. Узнать данную картину было несложно.

В мире богов, чудовищ и легенд обычный человек мало чего стоит, да?

Захотелось закурить. Инспекция карманов куртки и штанов не выявили моей любимой отравы, зато я нашёл кое-что интересное.

Доброго времени суток. Пишет тебе Случайная Всемогущая Сущность. Значит так, твоя задача номер один: пережить щелчок. Задача номер два: сделать так, чтобы они пережили щелчок. Желаю тебе успехов.

На обратном листке бумаги был адрес и приклеена фотография. На последней увековечены несколько женщин и девушек. Беловолосая смуглая женщина средних лет в блузке с юбкой, веснушчатая рыжая в огромных очках с трогательно прижатым к себе учебником по физике, платиновая блондинка с видом Ледяной королевы, брюнетка с седой прядью в обтягивающем комбинезоне, ещё брюнетка, некто с тёмно-синей кожей, хвостиком и женскими чертами, рыжеволосая в красном пальто с руками окутанными багровой энергией, вторая платиновая блондинка и ещё куча девушек. Как они все поместились в объективе камеры? Хотя нет, есть другая проблема, я и половины персон не узнаю. Во-вторых, какого чёрта? А в-третьих, куда ведёт этот адрес?

Ориентируясь с помощью гугла и карт на остановках, я пришёл в заданное место. Им оказался старый завод. Перелез через забор, отодвинув колючую проволоку, проник в здание через приоткрытые двустворчатые вороты в гаражной зоне и присвистнул.

Большой, опутанный толстыми проводами постамент с чем-то вроде глайдера, что подключен к нему. Стойки с гранатами в виде тыквы, ракетами и несколькими тёмно-зелёными доспехами. Контейнеры с патронами, судя по маркировке. И маленькая жилая зона в углу с кроватью, допотопным ламповым телевизором на журнальном столике, радио на телике и с холодильником.

Кажется, я узнаю стиль снаряжения.

Predator Training 1.1

В другом помещении обнаружились стройные ряды серверов с алой подсветкой. Шагая среди них, я достиг лакированного офисного стола, на котором был монитор с клавиатурой. Едва я притронулся к пробелу, как монитор включился. К счастью, компьютер не был запоролен. Из календаря в углу экрана я узнал дату.

17.09.2007.

Из меня вырвалась усмешка. Говорили, что две тысячи седьмой никогда не вернуть? Ну, мне удалось.

На рабочем столе компьютера помимо пустой корзины и «Мой компьютер» были две папки, озаглавленные как «На всякий случай» и «Партнёр». Навёл курсор на первую папку, щёлкнул. Тут же передо оказались файлы с документацией, фотографии и презентации. Пробежавшись взглядом, я понял, что тут в основном документы о компании Озборн: все проекты, все сметы, вся контактная информация. На пробу вбил в поисковик слово глайдер. Выскочило несколько фотографий и один файл, в котором описывались возможности глайдера и его строение. Любопытно…

Я заинтересованно ухмыльнулся, подавшись вперёд.

Особенно любопытно то, что он использует для полёта. Какое-то топливо с зубодробительной формулой. Для его синтеза требуется полноценный завод, специализированное оборудование и хорошее охлаждение. Думаю, я смогу на коленке с имеющимися ресурсами синтезировать некоторое количество топлива, но оборудование точно придёт в негодность…

Стоп. Я понимаю этот кларктех? Закрыв документ о глайдере, открыл ещё пару проектов. Лётный бронированный костюм из сплава титана с внешним нейро-шунтом и электролазеры малой дальности поражения… Охренеть. Я понимаю, как это устроено. Нет, я никогда не жаловался на ум, но, беспристрастно судя, я могу сказать, что весь этот кларктех невозможен в моём мире! Уж точно не в две тысячи седьмой. Только… Это же не моя вселенная, не так ли?

Со своим уставом в чужой храм не ходят…

Помассировав виски, закрыл к чертям «На всякий случай» и перешёл к «Партнёру». Уж лучше бы я этого не делал… Меня ждали сотни фотографий и видео. В роли жертвы сталкера выступила уже знакомая мне рыжеволосая девушка с веснушками. Заснято, как она идёт из дома в школу, из школы домой, как она переодевается, как моется, как делает домашние задачи, как проводит досуг за чтением книг университетского уровня, как гуляет, как вздыхает на рыжеволосую красотку по соседству, как работает корреспондентом… Как она одевает красно-синий костюм и рассекает Нью-Йорк на паутине.

Уже примерно догадываясь, что увижу, открываю досьё на неё.

Пенни Джеймс Паркер.

17 лет.

172 см.

Родственники: Джеймс Паркер (отец, мёртв), Мэри Паркер (мать, мертва), Мария Паркер (мачеха, мертва), Бен Паркер (дядя, мёртв), Мэй Паркер (тётя, жива), Розалинда Паркер (тётя, жива), Мелиса Паркер (тётя, жива).

Место жительства…

Как неловко. Такое чувство, будто я вломился в женскую душевую. Перечитав досье пару раз, я закрыл его, перевёл компьютер в спящий режим и пошёл обратно. Надеюсь, в холодильнике есть что-нибудь съестное.

***

Я устал быть таким, как ты,

Утратил я веру и потерялся в себе,

Я не знал, что нашла во мне ты,

Но ты моё всё, но ты подавляешь меня.

Я лежу на кровати, подбрасывая и ловя гранату. Холодильник чуток опустошён, телик что-то бубнит, по радио идёт Линкин парк. Что ни говори, а Линкин Парк даже в другой вселенной не меняется.

В сети я вдруг попал, захлопнулся вдруг капкан…

Каждый шаг мой являлся ошибкою для тебя…

Выбраться я не могу, я скоро от мук умру…

Загуглил инфу о Линкин Парк этого мира. Если выражаться культурно, то прихуел от открывшихся знаний. Тут всё пошло наперекосяк, отчего большую часть человечества составляет женское население, а главное-главное… Тут не было Bioware.

Press f моим любимым играм.

Стал таким пустым, будто без души,

Я так устал, не могу так жить!

Понял наконец, что хочу уйти.

Хочу быть собой и не быть как ты!

Посёрфил по интернету в поисках инфы о чете Озборн. Их тоже затронули изменения, в результате чего я имел честь видеть на фотках Нору Озборн, которая ещё женщина в годах не поделившая свою компанию с советом директоров. Умерла неделю назад в результате пожара в своём фамильном особняке. Издательство The Deily Bugle обвиняет в этом Девушку-Паук, которую видели поблизости, судя по слухам. Дочь выжила, так как в то время она была в гостях у семьи своей подруги.

Дружелюбная соседка, я не ожидал от тебя такого уровня планирования.

Ты не видишь, что душишь меня,

Держа слишком крепко, боясь меня потерять?

Но, переделав меня под себя,

Ты не замечаешь, что это уже не я.

Активировал, бросил, поймал, дезактивировал. Активировал, бросил, поймал, дезактивировал. И так по кругу.

В сети я вдруг попал, захлопнулся вдруг капкан…

Каждый шаг мой являлся ошибкою для тебя…

Выбраться я не могу, я скоро от мук умру…

И ни секунды любви, всё больше лжи и зла!

Итак… Марвел, а? Мир, где боги существуют, где демоны и вампиры бродят среди людей, где гении с помощью одних своих знаний вертят на детородном органе законы физики и логики, где из-за лишнего гена обретают могущество, которое не снилось и их предкам.

Стал таким пустым, будто без души,

Я так устал, не могу так жить!

Понял наконец, что хочу уйти.

Хочу быть собой и не быть как ты!

Чего я должен достигнуть кристально ясно. А как? И чего я хочу? Ну, если обратиться к пирамиде Маслоу… Еда в холодильнике не вечная, а физически я простой чел посреди Нью-Йорка. Это в краткой перспективе, а в дальней я хочу выжить, не провалить задание (не хочется мне узнавать, что будет, если нарушить правила) и хорошо зажить. Не просто ютиться в резервном логове дохлой бизнесвумен, без документов и денег, а в приличном жилье без бед.

Да, я знал,

Что могу я проиграть.

Понимал,

Что таким, как ты, никогда мне

Просто не стать!

Итак, деньги. Если быть точнее, то еда. А если быть ещё точнее, то как мне это добыть? Не нравится мне вариант схватить волыну и гоп-стопать прохожих. Во-первых, мелко, во-вторых, опасно, в-третьих, тут не девяностые, в-четвёртых, общественно, а главное лично мною не одобряемо. А если напялить доспех Гоблин и ограбить магазин какой-нибудь… Просто нет. У меня есть стандарты.

Значит, банк. Ага, с целью я определился.

Стал таким пустым, будто без души,

Я так устал, не могу так жить!

Понял наконец, что хочу уйти.

Хочу быть собой и не быть как ты!

У меня есть цель, но нет плана. Зашибись. Немного подумав, я поймал гранату, дезактивировав её, сунул в карман и пошёл к стойке с доспехами, встав напротив них. В принципе, идеи у меня есть. Осталось только понять, как всё это одевать, как рулить глайдером и как пользоваться вооружением.

Такой пустой, будто без души…

Я устал быть таким же, как ты…

Такой пустой, будто без души…

Я устал быть таким же, как ты…

***

Очевидно, броня не подходила ко мне целиком. Всё же она была рассчитана на человека иного пола, роста и телосложения. На обтягивающий термокостюм я надел наручи и поножи, кое-как их отрегулировав. Броня на туловище не налезала и-за конструкторских решений связанных с талией и грудью. Пришлось долго возиться, регулируя размер. Но и так вместе всё это весило немало — килограмм десяток, судя по ощущениям. На первый взгляд мало, но стоит всё это поносить на себе час-другой… Тут только улучшенная физиология и справится.

Впрочем, я не собираюсь долго выполнять операцию. Залог моего успеха крайняя агрессия и неожиданность.

Шлем на первый взгляд показался тесным. Но стоило электронике, считывающей мои нервные сигналы, пройти калибровку, как забрало посветлело, становясь прозрачным. В визоре мелькнуло и ушло на край поля зрения окошко с видом из камеры глайдера на постаменте.

Синхронизация с глайдером 29%… 51%… 78%… 99%…

Синхронизация с глайдером завершена.

Внимание, боекомплект не полон.

Заряд батарей электролазеров 100%.

Ракеты «воздух-земля» 3/10, «воздух-воздух» 0/5.

БК пулемёта 0/700.

Внимание, топливный бак пуст.

Заправив его из канистр за полками с гранатами и пополнив запасы ракет и патронов, я приступил к практике с глайдером. На моё разочарование она оказалась проста из-за мысленного управления. Впрочем, это логично, как никак военное оборудование, которым не получится водить как вертолётом. Свалиться с него не получится из-за магнитных зажимов, но для большей устойчивости можно ухватиться рукой за передний край в центре; там даже магнитная ручка есть. Повыделывавшись мёртвыми бочками, я сошёл с глайдера на дрожащих от восторга и усталости ногах.

Всё же сложно пилотировать глайдер. Нейро-шунт ведь реагирует на каждую мысль связанную с полётом на нём. Приходится заниматься тем, чем я не занимался продолжительное время — самодисциплиной. Как говорится, не думай о белой обезьяне. Даже если ты стоишь на ней.

В качестве цели я выбрал банк в получасе езды на метро. Надвинув на голову капюшон, стараясь не поднимать голову, я пошатался по окрестностям и по самому банку. В уме уже сложились несколько путей отхода и план, как ограбить всё это. Причём мне надо будет уложиться точно в срок, так как инкассаторская машина не банк, может уехать.

Ладно, поехали.

Из завода я полетел по подземному лазу, чью схему я нашёл в компьютере. Если верить ей, а не верить причин нет, то она выведет меня в нужный тоннель. Оттуда выскочу из заброшенной станции и долечу до нужного места.

Что может пойти не так?

***

Зависнув над зданиями, присев одним коленом на глайдер, ухватившись обеими руками, я ждал. Вот нужный транспорт едет. Поворачивает… Время. Мысленное усилие и из глайдера тихо вылетает с инверсионным следом миниатюрная ракета «воздух-земля». Прогремел взрыв, вспыхнув огненным шаром. Задняя часть инкассаторской машины приподнялась, её повело. Не справившись с управлением, машина перевернулась на бок и заскользила по тротуару, заставляя людей бросаться с её пути со вскриками. Горя задними колёсами, она остановилась, влетев в опустевшее кафе.

Легче, чем конфету отобрать.

Опустив глайдер, я спрыгнул с него. По моей команде электролазеры отделили задние двери от корпуса и пачки банкнот высыпали на горячий тротуар. Некоторые затлели. Присев на колено, я принялся спешно сгребать деньги в наплечную сумку.

Офигеть. Я такие суммы только в кино видел.

— Я пришла сюда на свидание и набить морду злодейке, — раздался приглушённый девичий голос.

Я приостановился. Глайдер развернулся, наведя камеру на стоящую на фонарном столбе девушку в обтягивающем красно-синем трико.

— Но свидание ты мне испортила, — она хрустнула пальцами в кулаках. — Смекаешь, что будет дальше?

Гранаты плазменные? Чек. Гранаты перцовые? Чек. Гранаты светошумовые? Чек.

Вместо ответа я швырнул гранату за спину.

Начался бой.

Predator Training 1.2

Пенни Паркер в последнее время сильно не везёт. Мать её самой лучшей и единственной подруги мертва, гибель дяди по сути заменившего отца, та самая подруга в апатиии… На фоне всего этого приглашение Эм-Джей на свидание казалось чем-то утопичным. Несбыточным. Но ей всё же удалось и всё было бы ничего… Если бы не подражательница Зелёной Гоблин!

Убедившись, что с Эм-Джей всё в порядке, она скрылась в суматохе, расстёгивая одежду, вбежала в переулок и вылетела оттуда уже в своём костюме.

— Я пришла сюда на свидание и набить морду злодейке, — качнувшись на паутине, она приземлилась точно на фонарный столб.

Подражательница замерла, её глайдер повернулся к Пенни. Одетая в тёмный плащ, струящийся по тёмно-зелёной броне, фигура, казалось, застыла в ужасе.

— Но свидание ты мне испортила, — она хрустнула пальцами. — Смекаешь, что будут дальше?

Высоко взвилась тыква-граната. Выстрелив из веб-шутера, она откинула её обратно и вокруг подражательницы вспухнуло тёмно-красное облочко, судя по запаху, перцовой взвеси.

— Ха! Как тебе такое?..

Лазерный луч перечеркнул фонарный столб, отчего она едва не свалилась. Выстрелив паутиной, она притянулась к стене здания, в котором располагалось кафе, и прилипла к стене всеми четырьмя конечностями, повиснув вниз головой.

— Ни-ни, лазеры опасные игрушки! — покачала она пальцем. — Давай не будем всё усложнять и ты сдашься?

В рассеивающемся перцовом тумане Девушка-Паук видела, как подражательница встала, застегнув сумку с награбленным, и подняла голову, давая увидеть лик шлема в виде скалящегося клыкастого существа. По идее, лик должен был изображать гоблина, но художник из мисс Озборн был такой же плохой, как из самой Пенни.

— Паучок, предлагаю два варианта, — внезапно раздался мужской голос. — Или ты меня отпускаешь.

А?..

— Или я ухожу с жертвами среди гражданских и большим побочным ущербом.

А?..

— Эй, а как же… — проигнорировав речь, оказывается, подражателя, она приподняла руки к своей груди, приложив к ней ладони. — Эти подушки безопасности?

Подражатель опустил голову к нагрудной броне и издал утомлённый вздох. И вправду — эта броня обладала двумя впечатляющими выпуклостями.

— Не обращай внимание.

Паучье чутьё взвыло и она оттолкнулась от стены. Летя в сальто, она наблюдала как в стену врезалась ракета, мгновением спустя обратившись в огненную вспышку. От грохота взрыва слегка заложило уши, стена исчезла в огне, разметав раскалённые осколки.

— Это было опасно, — промолвила она, приземлившись на асфальт в идеальной трёхточечной позиции.

И тут же отпрыгнула, уклоняясь от взвизгнувшего автомобиля. И ещё раз, но сейчас от очереди из пулемёта; пули вгрызались в асфальт в считанных дюймах от её тела. Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, подражатель взошёл на глайдер и полетел прочь, со старта развив неплохую скорость. Не медля ни секунды, она отправилась следом. От парочки снарядов из паутины подражатель уклонился, заложив головокружительные виражи, а затем резко развернулся, всё ещё двигаясь задом наперёд. Ствол пулемёта завертелся, извергая из себя смерть. Бежа по стене, едва касаясь её одной рукой, она обгоняла град пуль, выбивавших из стен пыль, попутно пытаясь опутать противника. Это никак не удавалось, такое чувство, что новичок управляется с глайдером даже лучше чем сама его создательница!

— Что, решил сбежать? — ничуть не запыхавшись, спросила она. — Какая жалость! Твоя предшественница была посмелее!

— И где теперь она? — он прильнул к глайдеру, удерживаясь за него одной рукой. — О, точно, в могиле. В могиле, выкопанной тобой.

Она стиснула зубы. В душе полыхнули ярость, горечь и вина.

— Это был несчастный случай!

— Продолжай говорить это себе, — свободной рукой он потянулся к подсумку на поясе у себя. — Может, однажды поверишь.

Навстречу ей ковром полетели тыквы-гранаты, следом затих пулемёт. Время замедлилось. Она могла самолично увидеть, как гранаты мигают, услышать, как они всё чаще пищат.

Чёрт подери.

Прогрохотал взрыв, выбивая окна и заставляя машины засигнализировать. Брошенная ею защитным полотном паутина сгорела в адско горячем огне, она сама влетела в пламя, не успев замедлиться или изменить направление движения.

Больно, светло и горячо.

Она вылетела из огня и покатилась по покатой крыше, сбивая антены. Движение остановил кондиционер, с металлическим стоном принявший на себя удар. Тряхнув головой, она привстала, опираясь ладонями. Её волосы, спадавшие вдоль лица…

Её волосы! Сволочь! Чудовище! Злодей хуже Зелёной Гоблин! Её волосы обгорели!

— Теперь ты меня разозлил, — гневно процедила она и, выпустив паутину из обоих веб-шутеров, образовала что-то вроде рогатки с собой в качестве снаряда.

Подражатель уже удалился. Чисто на вскидку до него метров пятьдесят. Ничего, далеко не уйдёт.

Вжух!

Она стремительно помчалась со свистом ветра в ушах, сближаясь с подражателем. Почти пролетела мимо, но успела зацепиться паутиной за плащ и завлечь за собой в падение. Гравий на крыше громко зашумел, отбрасываясь в стороны; они покатились по нему едва ли не в обнимку. К тому моменту, когда инерция не была над ними властна, Пенни уже заняла позицию сверху, присев на подражателя, заломив тому руку.

Она заворковала, прилепив паутиной руку к вздёрнутому плащу:

— Вот и всё, не двигайся и…

Он сжал в другой руке гранату. Вспыхнуло, оглушило. Пенни отшатнулась, заморгав от забегавших перед глазами пятен, в ушах невыносимо мерзко зазвенело. Чутьё взвыло.

Удар.

Её голова мотнулась, затем в солнечное сплетение уткнулся острый локоть. Дыхание перехватило, всё потонуло во тьме…

Очнулась она всё там же. Оторвав своё лицо от гравия (вот стопроцентно у неё на лице теперь узор от него), она огляделась. Подражатель Гоблин как раз уже улетел.

— Дерьмо, — она ударила по гравию, рассыпав его.

Такого провала она не испытывала ещё со времён первого проигрыша Гоблин. Похоже, наследник у неё попался толковый.

— В следующий раз ему так не повезёт.

***

В следующий раз мне так не повезёт. Это же надо было на своём первом деле взять и вот так напороться на героиню всея Нью-Йорка. Почти закантовала меня, хорошо хоть хватило дури подорвать светошумовую рядом с собой. Система защиты от вспышек и шума в шлеме заработала исправно, затемнив визор и включив звуконепроницаемость, так что оглушённую и ослеплённую Паучиху я отделал, как бог черепаху.

Броня с металлическим звоном сваливалась с меня, пока я шёл к уборной. Отстегнув последний наруч, я перешагнул его и, толкнув дверь, с характерным шумом ступил по кафелю. Щелчок переключателя и в ростовом зеркале я вижу себя. Светлые, растрёпанные и мокрые от пота волосы. Неестественно голубые глаза. Вылитый Альберт Вескер в молодости, лет так двадцати. Растегнув термокомбинезон, снимаю его, открывая взгляду синяки, что усеивают моё тело, словно пятна от ветрянки.

А ведь болит так, словно не одно ребро сломал…

Ладно, нормально. Живём. Мне прям сильно повезло выйти из сражения с Пауком с одними только синяками. Гордиться же можно?

В шкафчике на стене рядом с зеркалом есть медикаменты. Порывшись в нём, достаю балончик с лечебным спреем и опрыскиваю его на синяки. Холодно, щиплет. Боль не уменьшает. С сомнением посмотрел на щприц с морфином.

В целом, а чё мне терять-то?

Присоединяю иглу и, вонзив её в вену, нажимаю на спуск. Всё, действие начнётся через несколько минут. Сполоснувшись, я вышел из уборной и завалился на кровать, что скрипнула сеткой.

Интересно, что сейчас говорят о моём перформансе?

Пульта нет, пришлось вставать и идти к телевизору. Нажав на кнопки, вернулся на кровать, притянув к себе сумку с нечестно нажитым.

— …О Романа, мы не можем быть вместе!

— Как же так, Джульетта!..

Быстро переключаю на новости.

— …С места происшествия репортёр Эдита Брок. Как видите, эта улица послужила ареной для двух фриков — печально известной Девушки-Паук и ещё больше дурно прославленной Зелёной Гоблин…

Выдернул вилку телевизора из розетки. Грёбаное предвзятое телевидение, вот как меня можно было спутать с Гоблин?.. Ах да. Тот же самый доспех, а мой голос слышала только Паучок. Похоже, пришло время разнообразить дизайн снаряжения. А для этого нужны ресурсы… Кажется, у меня есть схемы предприятий Озкорпа. С целью определился, заодно за реагентами к формуле сверхчеловека сбегаю. В схватке с Паучком я остро осознал свою несостоятельность, как бойца против металюдей. Если бы не вооружение она превосходила бы меня во всём, даром, что не азиатка. Проблем с психикой надеюсь избежать, так как это наследственное у Озборнов. А я, насколько мне известно, ничем подобным не обладаю. Я совершенно психологически здоров, не так ли?..

В боку кольнуло. Ладно, как отлежусь, так сразу во все тяжкие.

Predator Training 1.3

Шаги легки, мысли невесомы, словно перо. Осталось открыть дверь и быстрее проскочить к себе в комнату. Поскорее бы…

— Пенни!

Из кухни её заметила пожилая седая женщина в переднике.

— Я дома, тётя Мэй! — пришлось остановиться.

— Как в школе? Никто не обижал? — спросила тётя Мэй, возясь с едой на плите.

Обижал? Ну, есть один…

— Нет, — Пенни пожала плечами. — Всё хорошо, — как можно легкомысленнее сказала она.

Один удар в солнечное сплетение…

— Вижу, ты причёску решила изменить.

Пенни провела ладонью по коротким волосам в стиле карэ. Перед глазами мелькнули летящие ковром тыквенные бомбы и тот огненный филиал ада, который они устроили.

— Да, подумала, что коса не подходит, — она приобняла тётю Мэй и вприпрыжку побежала из кухни.

— Ужин будет через пять минут! Мой руки и спускайся!

— Хорошо, тётя Мэй!

Плотно закрыв за собой дверь, Пенни скинула сумку на стол, отчего ручки, фломастеры и карандаши в органайзере затряслись, и со стоном рухнула на кровать лицом в подушку.

Сегодняшний день был остойным. Единственное, что его красит — это свидание с Эм-Джей. Мало было издевательств от Томпсон, к этой дылде она привыкла также, как и к нужде носить очки. Она ещё и ударила парня-злодея! А ещё не смогла задержать его… Очень жаль. А ведь по голосу можно понять, что он молод. Вот так юноши и катятся по наклонной…

При последней мысли она фыркнула, перекатившись на спину, раскинув руки. Рассуждает так, словно сама убелённая сединой мудрец. Что, в принципе, не так уж далеко от правды. Столько произошло за последний месяц… Порой она жалеет, что вообще пошла на ту экскурсию. Тогда дядя Бен был бы жив. Но… С великой силой приходит великая ответвенность, не так ли?

Зазвонил телефон. Протянув руку по направлению стола, она выстрелила паутиной и притянула к себе сумку. Не долгий обыск и телефон теперь у неё в руке. На экране фотография рыжеволосой девушки в платье на театральной сцене, снизу надпись.

Эм-Джей.

Лихорадочно трясущимися пальцами она нажала на принять вызов.

— Привет, Эм-Джей! Я как раз думала о тебе! Как ты? Ты хорошо добралась до дома?..

— Пенни, — серьёзный голос Эм-Джей мгновенно похоронил её радость. — Извини.

Она моргнула в недоумении. Извини?

— Эм-Джей?

— После свидания я поняла, что у нас не сложится. Пойми, это не ты, это я. Так что… Извини, Пенни.

Гудки.

Взглянув на телефон, она увидела в его потемневшем экране своё обескураженное веснушчатое лицо. Эм-Джей бросила её?

Захотелось бросить телефон, словно тот был виновником всех бед. Швырнуть так, чтобы он разлетелся от удара по стене. Но она сдержалась.

По щекам потекла влага. Она завернулась в одеяло, сжимая в руках телефон.

Теперь уж точно сегодняшний день просто не может стать хуже.

***

Этот день просто не может быть лучше.

— Ну что, приступим. Раз, два, три, четыре…

По мысленной команде синхронизировавшийся со шлемом компьютер издал на программе-синтезаторе постукивание барабанных палочек и неспешно заиграл на гитаре.

Я отмечал свой триумф и готовился к следующему делу. Сбегал с помощью глайдера на противоположную сторону Нью-Йорка, прикупил в магазине еды и алкоголя и в поездке домой в голове окончательно сформировал план.

— Хочу испить бокал любви до дна, хотя так жажду сердца не унять, — я хлебнул коньяка прямо из горлышка. — Мне бочка, полная любви, нужна, пускай так жажду сердца не унять…

Да, часть добычи я решил пустить на бухло. Не, а что? Во-первых, на всякий случай, можно же рану продезинфицировать, а во-вторых, я злодей. Мне положено грабить банки, избивать героев, переходить на красный свет. Хотя, наверное, мешать алкоголь и обезболивающие в одном организме не самая лучшая затея.

Ну ладно, умные идеи догоняют меня, но я быстрее.

— И даже целая река любви в груди не залатает ран, — пропел я, стараясь не фальшивить. Получалось неожиданно хорошо. Видать, моя внезапная компетентность в технических областях распространялось и на пение. — И даже целый океан любви в груди не залатает ран!

Новый глоток, оканчивающийся усилением тепла в груди.

С этого компьютера я имею полную власть над всем цифровым пространством Озкорпа и его устройствами подключёнными к сети. Создать правдивые на первый взгляд документы на никогда не существовавшего человека удалось разочаровывающе легко. Почему-то доступ Норы Озборн ко всему в Озкорпе ещё не аннулировали. Может, мисс Озборн так замыслила, собираясь в один момент устроить фиктивную смерть. Может, она никому не доверяла. Правды никто не узнает.

— Сердце как решето, пусть любовь исцелит его, дорожки слёз сотрёт и боль пропадёт!

Итак, теперь я официально работаю в Озкорпе. Документы с задним числом получу в кадровом отделе послезавтра, проблему с фоткой для удостоверения работника решил банально — одел солнцезащитные очки и загладил волосы назад. Современные системы опознания лиц на таком спотыкаются, так что о преследовании со стороны закона можно временно не переживать. Временно.

— О чудесах молю, не о снисхождении! — мои пальцы стучат по клавиатуре, создавая нехитрые алгоритмы. — Капля её любви — и я в исступлении, чем выше поднимет она, тем падать ещё больнее…

Итак, программами я нужную технику заразил, пути к отходу подготовил, прогнозы погоды посмотрел, дату назначил. Осталось только ждать нужного дня. Всё пройдёт без сучка, без задоринки. В конце концов, что может пойти не так в идеальном плане? Я имею в виду, что плохого может случиться при таком простом деле?

— О чудесах молю, не о снисхождении…

***

Капитан Джейн Стейси стояла на улице, отгороженной лентами. Асфальт всюду был изрешечён пулями, везде валялись гильзы. Скорая и пожарные уже уехали, так что сгоревшее здание, в котором было кафе, щерилось тёмными провалами окон.

— Чёртова Гоблин. Чёртова Паук…

Она закурила, смотря на последствия их потасовки. Одно здание сгорело, другое изрешечено насквозь пулями, машина инкассаторов сгорела. Раненых около сотни, погибших одинадцать, включая восемь женщин, двух детей и одного мужчины.

— Капитан Стейси, мы можем уезжать, — обратилась к Джейн её подчинённая. — Все улики собраны.

Кивком дав понять, что услышала, она снова взглянула на пожарище. И ради чего это всё? Ради каких-то бумажек с мёртвым президентом с одной стороны и жажды драки с другой. Проклятая Гоблин, проклятая Паук…

— Поехали.

Уже садясь в свой автомобиль, положив руку на ручник, она поняла, что не оставит их двоих без ответа. Они поплатятся за всё.

Она, капитан Департамента полиции Нью-Йорка Джейн Стейси, ветеран войны в Афганистане, не оставит их в покое пока одна из сторон не умрёт.

Predator Training 1.4

Нью-Йорк… Умопомрачительно красивый город высоких стеклянных шпилей, никогда не спящий, всегда горящий сотнями и тысячами огней. Здесь нашли свой дом десять миллионов людей, среди которых скрываются тысячи нелюдей, о чём они не подозревают. Вампиры, мутанты, демоны…

Вечер. Лил ливень. Людей в этот час закономерно было мало, но их всё же было достаточно много, чтобы дороги были заполнены. Пересекая толпу с раскрытым тёмным зонтом в руке, я неспешно шёл, огибая лужи. На мне каноничный прикид Вескера: распахнутое пальто, рубашка, перчатки, штаны с ремнём, туфли. Всё из крокодильей кожи. Пришлось раскошелиться, но, как говорится, легко пришло, легко ушло.

Башня Озкорп впечатляла не так, как башня Старк. Она просто была иной, соответственно, впечатления были иными. OSCORP — вот что сияло во тьме под проливным дождём далеко на небоскрёбе.

Я распахнул стеклянные двустворчатые двери, складывая зонт.

— Добро пожаловать в штаб-квартиру Озкорп, инженер Альберт Хайзенберг, — приветствовал меня виртуальный интеллект в холле, создав голопроектором образ юной девушки.

Я кивнул ВИ, проходя к лифтам. Пока что всё идёт как по маслу.

***

Бокал наполовину полон? Или он наполовину пуст?

Она сидела в комнате отдыха, опёршись на барную стойку и наблюдая как по огромному, во весь рост окну стекают капли дождя. У неё в руке бокал с ромом, под рукой тарелка с ломтиками апельсина. Сейчас её терзает один вопрос. Бокал наполовину полон? Или он наполовину пуст?

Она сделала глоток. Чуть скривилась, закинула в рот пару апельсиновых долек.

— Думаю, он всё-таки пуст, — вынесла она вердикт. — Полностью.

Пустая полностью… Так можно охарактеризовать её жизнь. С тех пор, как мать умерла, оставив в наследство компанию, кучу денег и ещё больше проблем. Грёбаная Старк, всё подбивает к ней клинья. Заливается соловьём о том, как Озкорп жизненно важно требуется дружественное поглощение, ведь она маленькая девочка с корпорацией терпящей не самые лучшие времена. И что, что она хорошо образована, эмансипирована и имеет полутора годовалый опыт работы в Озкорпе? Тётя Старк знает лучше, тётя Старк всё равно добьётся своего. Хорошо хоть Старк пропала, уехав на демонстрацию своей продукции на Ближнем Востоке. Туда ей и дорога…

— Мама… Как ты могла покинуть меня?

Нора Озборн была особенным человеком. Она в юношестве выковала свою корпорацию, когда иные прочие выстраивались в очереди в гаремы парней. Она отстояла её в смутные времена, когда денежный курс колебался, словно волны, когда преступность безраздельно правила улицами. Даже время, казалось, над ней не властно, ибо в свои почти пятьдесят она выглядела едва ли на тридцать.

Генриетта не питала особой любви к матери, но всё же уважала её. За то, что родила в неспокойное время, за то, что вырастила, за то, что обучила силами репетиторов, за то, что нашла время наставлять её, когда эмансипировала и устроила на работу в свою же корпорацию. Уважала даже когда сравнивала её успехи с успехами других детей, когда она упрекала в недостаточном трудолюбии, даже когда ставила в пример её лучшую подругу… Хотя нет. Последнее было ножом под ребро. Но это не отменяло того, что всё, что есть в её жизни — это благодаря усилиям матери. Нора Озборн многому научила её, но увы, не обучила самому главному. Уж слишком она хотела всё контролировать.

Как же жить дочери без матери? Как ей жить без направляющей руки, без пристального взора из-за плеча?

Бутылка пуста. Бокал также пуст. Тоскливо поглядев на полные алкоголя шкафы за стойкой, она легла на последнюю, уперев взгляд в окно. За стеклом, по которому дорожками стекали капли, была настоящая буря. Дождь хлещет, ветер бушует.

Дрянная погода. Дрянное настроение. Они словно созданы друг для друга.

В тишине раздался стук, рядом поставили бокал. Полный. Она развернулась, окидывая взглядом новоприбывшего, что стоит за барной стойкой. Светлые волосы, солнцезащитные очки, привлекательные черты лица. Одет в кожаное пальто нараспашку, под которым видна рубашка из того же материала.

— Плохой день?

Искривив губы, она усмехнулась и опрокинула бокал. Вытерев губы запястьем, она положила бокал и поставила локти на стойку.

— Ты и половины не знаешь.

Она пригляделась к бейджику, что свисает с шеи парня. Альберт Хайзенберг, инженер.

— Не видела тебя тут.

Альберт слегка улыбнулся, приподняв уголки губ.

— Новенький. Меня прямо с выпуска приняла на работу твоя мать, — он усмехнулся. — Не смог ей отказать. Пробивная была женщина.

Она тускло улыбнулась в ответ. Очень похоже на неё…

— Да. Была…

Мелькнула молния, на миг озарив всё. Всё погрузилось обратно в сумрак. Обрушился гром.

— Так где ты учился?

— В Корнеллском университете. Закончил его экстерном. Как видишь, это привлекло внимание Озборн.

— В этом вся мама. Она всегда охотилась за талантами… Ром закончился. Нальёшь?

— Держи.

Небеса в грязно-серых тучах перечеркнула ослепительно-белая молния. Следом пришёл гром, будто вдавливая всё своим грохотом.

— Инженер… Над чем работаешь?

— Создаю то, что изменит мир. Я ведь своего рода учёный, — он усмехнулся.

— Мир… Как ты думаешь, что такое мир?

— Это сложный, философский вопрос, мисс Озборн…

— Не надо. Зови Гретой. Мисс Озборн была моя мать.

Дождь усиленно забарабанил по стеклу окна. Глаза начали слипаться.

— Хорошо. Так вот, Грета, лично я считаю, что мир — это другое слово для обозначения того, что ты ценишь, и он начинается и заканчивается тобой.

— …Вау. Какая глубокая мысль.

— Ну, всё-таки не зря учился. Я знаю кунг-фу, квантовую физику и ещё много непонятных странных слов.

Она издала усмешку, что превратилась в заливистый смех.

— Да, только такой индивидуум, как ты смог бы выжить в Корнеллском университете с их-то негласным правилом не пускать обучаться мужчин. Дай угадаю, любишь ломать стереотипы?

— Обожаю.

— Мама бы в тебе души не чаяла…

Блеснула молния, рухнул гром. Дождь чуть затих.

— Грета? Ты спишь?

Она уже не слышала ничего, лёжа на барной стойке и тихо посапывая. Но даже во сне она почувствовала, как её взяли на руки и перенесли на диван. Что-то пробормотав, она свернулась клубком. На её тело легло тяжёлое пальто, по волосам провели рукой.

Вскоре Генриетта осталась одна в комнате.

***

Коридоры и комнаты были пусты. На всякий случай заперев за собой дверь, я мягко пошёл по ковру, проводя пальцем по лакированному красному дереву стола Т-образной формы. Во главе лежит табличка с золотистым тиснением.

Нора Озборн.

За картиной «Смерть и маски» Джейн Энсор обнаружился сейф. Введя код и преподнеся к сканеру волосок, я открыл его; внутри лежат груды денег в пачках, ценные бумаги, пистолет и небольшой кейс. Именно за последним я сюда пришёл. Положив его на стол, сев в его главе, я отстегнул защёлки и откинул крышку, открывая взгляду лежащие в тёмном бархатном нутре несколько флаконов с ядовито-зелёной жидкостью.

Джекпот.

Я закрыл кейс, положил его в спортивную сумку с собой, свалив туда же деньги и документы, и направился на выход. Хорошо, что не пришлось синтезировать мутаген с самого начала. Дело частично уже сделано.

Коридор утопал во мраке, что сильно контрастировало с хорошим освещением в лифте. Под ненавязчивую музыку я прокатился до цокольного первого этажа, что был совмещён с парковкой. Там как раз уже закончили погрузку оборудования и материалов грузчики, получив сфальсифицированный приказ. Процессия из крепко сбитых широкоплечих женщин проходила мимо меня, провожая свистом, грубыми комплиментами и предложением поразвлечься.

Люди… Люди всегда остаются людьми.

На сей раз моим транспортом выступил магистральный тягач, а не глайдер. Freightliner Argosy с триста тридцатью лощадиными силами и мощной дизельной установкой под капотом, с максимальным разгоном 125 километров в час. Бросив сумку на соседнее кресло, я ввёл ключ зажигания, дёрнул ручник и нажал на газ. Огромная машина с колоссальным трейлером позади двинулась с места медленно, словно пробуждаясь ото сна. Когда я выехал с парковки меня встретил непрекращающийся дождь. Включил дворники, остановившись перед светофором.

— Красная Корона-13, это Цитадель, — внезапно ожила рация лежащая на панели. — Объясните с какой целью был совершён выезд?

Чёрт. Я совершенно забыл про диспетчеров.

— Цитадель, это Красная Корона-13. Произвожу перевозку оборудования по заказу.

— Минуточку… Красная Корона-13, тут ошибка. Нет никаких заказов. Возвращайтесь на базу.

Что же. Переходим к плану Б.

— Цитадель, понял.

Уже практически зелёный свет. Напялив шлем, вытащенный из спортивной сумки, я запустил вирусы в устройствах Озкорпа, вывел глайдеры из спящего режима и включил детонаторы.

Поехали.

Predator Training 1.5

Диспетчерская Озкорп.

— Борт Красная Корона-13 совершает несанкционированный выезд!

— Красная Корона-13, это Цитадель. Объясните с какой целью был совершён выезд?

Диспетчеру ответил мужской голос, чем немало удивил её:

— Цитадель, это Красная Корона-13. Произвожу перевозку оборудования по заказу.

— Минуточку… — диспетчер вызвала расписание. — Красная Корона-13, тут ошибка. Нет никаких заказов. Возвращайтесь на базу.

На миг повисло молчание.

— Цитадель, понял.

Все приложения на экране компьютера закрылись, изображение стало крашиться, краснея. Через пару секунд на красном фоне проступили чёрные слова.

Assuming direct control.

В диспетчерской стало шумно, некоторые работницы от неожиданности вскрикнули, скидывая наушники. Заскрипели колёса стульев.

— У меня красный экран!

— Тоже!

Как оказалось, все компьютеры пришли в негодность.

— Звоните службе безопасности! Личные телефоны всё ещё работают!

***

— Ава, вставай, у нас вызов.

Отвлёкшись от онлайн-дрочильни, Ава Айала положила мобильник и, потягиваясь, встала с дивана. Оценивающие взгляды сослуживицы, что скользнули по фигуре, туго обтянувшейся одеждой, она не упустила.

— Что случилось?

— У нас решили угнать технику и груз, общая стоимость тридцать семь миллионов долларов.

— Кто-то крупно ошибся.

Они тихо засмеялись. Кто бы ни была та, кто всё это затеяла, она замахнулась на что-то большее, чем она сама.

Они сделают свою работу безупречно.

***

С небес лился сплошной водный поток. Дороги были заполнены автомобилями, что тревожно сигнализировали стоило им промчаться мимо, скользя по мокрому асфальту между машин. Желтоватый свет фонарей мигал на их влажной поверхности лёгких бронекостюмов, когда они догоняли и окружали свою цель на мотоциклах. Увы, автомобили Озкорп не завелись, на экранах их бортовых компьютеров выскочило уже опостылевшее «Assuming direct control». Отдельные члены СБ Озкорп решили присоединиться к преследованию на личных авто.

— Вижу объект, — произнесла одна из мотоциклисток. — Он на пересечении улицы, по которой я еду.

HUD в шлеме отобразил карту и прочертила линию туда, куда нужно. Когда она ушла в контролируемый занос, брызжа лужами на прохожих на тротуаре (позади остались недовольные крики), окошко с объектом отдалилось, уйдя на край поля зрения. Вместо этого появился вид из камеры в шлеме преследовательницы. Благодаря ей был хорошо виден мчащийся магистральный тягач с длинным высоким трейлером, на корпусе которого была написано крупными буквами OSCORP.

— Цитадель, это Диадема-1. Вы смогли получить доступ к системам угнанного грузовоза?

Дождь хлестал по стройной фигуре облачённой в гибкую композитную броню бежевого оттенка. Мотоцикл с рёвом нёсся по улицам, огибая автомобили, переезжая на красный цвет в дюймах от пешеходов и ещё дюжину раз нарушая правила дорожного движения.

— Диадема-1, никак нет. Сеть Озкорп рухнула…

— В̴͕̞̙̐̐̚а̵̙͆͛͜ш̴͓̫̈́͌̓ӥ̴͖͙͚́̽ п̸̫̘̻͒̓̔о̵͇͇͔̽̀̚т̸͔͙̾͘͠ӱ̸͉̠̦́̀͝г̸͖͍͎͋́̕и̵͎̠͍̓͊̓ б̸͓̼͔̒̕е̵̢̙̠̓͛̽с̸̡̞̈́̈́͑с̵̼̻̓͛̒м̸͕͓͌̿͒ы̴̡̟͓̀̀͑с̴͎͔͐͜͠л̵̦̞͒͘͜е̵̫̟̺̾͐͠н̵̡̫͚̈́͘̕н̸̡͕̻̒̐̾ы̵̢͇͍̾̐͝.̴̻̼̙͌̿͝ Н̵̢͍̘̓̈́̓и̵̦͕̔͐̓ч̴̡̦̼̿͆͝т̸̢̠͆͛о̸̡̪̻̓̒̚ н̵͙͓̘͑͌е̵͉͓̞͆͐͛ о̸̪̻͕͊͛͝с̸̠͚͘͠т̵̫͇͖͊͛͐а̴͙͇͍̀͐н̴̝̙̦̈́̐͒о̸̞̘͇͌͊в̸̻͙̙̽̕͘и̴̞͕̠̾̚͠т̵̢̡͉͋͑͊ ж̴̙̦͛̿͊а̴̟̝͚͛͆̚т̴͍̠͖̓̾́в̴̼͇͆͊̽͜у̴̢̝͙͆̓́.̴̼͓͔̈́͠

— …мы нич… не мож… ать… связь… слышно?..

В наушниках белый шум. Выругавшись и мысленным посылом отключив соединение со штабом, она переключилась на связь с членами СБ.

— У всех связь с Цитаделью накрылась от непонятного голоса?

Ответ её не удивил. Да, у всех.

— Разрешаю открыть огонь на предупреждение. Если это не возымеет эффекта стреляйте на поражение.

— В̵̗̄̈ы̷͍̿͋ ̶̘̑в̶͉̆̌ы̶͎̓с̶̖̗͗о̸̱̱̓к̴̖͒̾о̷̱̓м̸͚̿̚е̴̰̅͂р̴͉̇͝н̴͖̞̎ы̶̰̳̑, ̸̬͠ ̸̡͚͋н̵̄ͅо̵͉͑ ̸̢̻̀э̷̙̤̃т̴̭̊̽о̴͕̭̋̅ ̶͕̣̉̈́с̸͇̑̃͜к̴͖̀о̶̛͍̘̏р̴̨̟̐о̴̟̞͋ ̶̲̿п̵̤̾р̶̨͑о̸̛̳й̵̲̓̏д̵̧́ё̷̦͖̔͘т̵̤͓̽͠ ̴̘̦̐̃.

— Ах да, соблюдайте радиомолчание. Слышишь, уродина?! Облегчи работу, застрелись!

В следующий миг произошло несколько событий. Из хмари в догоняющих фургон мотоциклисток что-то прилетело, взорвавшись. Полыхнув, мотоциклы и обугленные тела полетели по трассе, влетая в соседние машины и сбивая людей идущих на тротуаре.

— Ракеты! — заорала кто-то. — Уклоняемся!

Ава увидела его практически сразу же. Летя во тьме, овеянный аурой дождевых капель, сигарообразный снаряд мчался к ней.

Прогремел взрыв.

***

Штаб-квартира Озкорп.

— Мне плевать! Мне похуй какие тут проблемы! Восстановите сеть срочно! — гневно прокричала Генриетта Озборн.

Одна из работниц медленно отложила трубку стационарного телефона и оглядела своих коллег.

— Слышали начальницу?

— Ага.

— Да.

— Было трудно не услышать.

— Тогда какого чёрта стоите, сиськи мнёте?! За работу!

Системники гудят вентиляторами, системы охлаждения на последнем издыхании. Свет мигает, чем неоднократно нервирует. Многие чувствуют, что на взводе и вот-вот готовы бросить, но кто-то успел вскрикнуть:

— Готово!

Чёрные слова на экранах пропадают, красный фон сменяется стандартными обоями Windows.

Пожалуйста, подождите…

Через полминуты кто-то, глядя на экран уже прогрузившегося компьютера, спросила:

— Наш автопарк же не завёлся?

— Не завёлся.

— Тогда какого дьявола наши машины едут за членами СБ?!

На экране было несколько окошек. На одном карта с индикаторами мотоциклов, на другой с индикаторами машин. В третьем окне был вид из камер одной из машин, что догнала мотоциклистку и, несмотря на манёвры, сбила её.

— Вертолёты с бортовыми номерами N-999, N-1705 и N-1293 вылетели! На их борту никого, управляются дистанцинно!

— Твоего отца! Перехватите управление!

Свет погас. Экраны компьютеров потемнели, розетки заискрили и вспыхнули.

— В̸̛̮̀̀ы̶̛̫̲̲̃ ̶̭̊н̸̜̜̔̋̆е̶̫̠͖̽͐̍ ̷͚̠͝ѝ̵̍̕͜з̴̲̻͂б̷̬̒̇е̷͓̑̈́ж̷̠͒͌и̷̰͒т̶͇̙̲̿̈͗е̶̢͚̇ ̸̛͕͛̈́с̵̳̳͆͘в̶̛̭͂о̷̠̽̅ͅе̸͎̿й̸̭̳̾̀ͅ ̸̢̫̺́̈́с̸̳͚̍у̶̡̝͕̇͛̓д̶͚̭̓͂ь̶̜́б̷̝͗̂ы̴̜̒͊͂.̵̡̦͊͋͝ ̴̢̣̲̆З̸͕̑ӑ̷̛̰̼ч̵̟̺̐͝ͅе̷̱̊̒̕м̴͖͓̖̾͐̔ ̸͎̮̈́͠с̸̛̹̇о̴̖̝͛п̴̜͛̎̐р̶͔͚̳̈̐о̶̭̐̀̿т̸̗̞̊и̸̫̥̼̏͌в̴̩̌̏̈́ͅл̷̝̥̾̿͜я̸̙̲̮͌т̸̭̘͂́͗ͅь̶̮̰͕̆̈͋с̷̟̪͘͜я̴͕͆͛͒? ̴͙̊̕͘

Начался пожар. Крича, все ломанулись на выход.

***

Скрытое грязно-серыми тучами небо, что извергает на землю ливень. Бьющие с небес молнии, освещающие весь небосклон. Раскатистый гром.

Среди сияющих небоскрёбов летело звено вертолётов. Когда-то давно они были UH-60, прозванными Чёрными ястребами, но их время утекло, и они оказались во владении Озкорп. Корпорация модернизировала их, установив больше вооружения, улучшив силовые установки и повысив манёвренность. Теперь они были жемчужиной неофициальной армии Озкорпа, состоя в рядах техники СБ. Иронично, что вертолёты, пересозданные для службы безопасности, сегодня прольют их кровь.

На HUD его шлема возникло окошко с трансляцией из камер Чёрных ястребов, загораживая половину обзора. Стволы пулемётов тихо завертелись, ИК-визоры зафиксировались на преследователях.

Первая ракета отделилась от вертолёта и обрушилась, словно кулак яростного бога.

Predator Training 1.6

Chevrolet Camaro стремительно мчался по шассе, обгоняя другие машины, и асфальт позади него горел от взрывов ракет. Как раз одна из них обрушилась на соседний седан, отчего тот взорвался, разбросав осколки, и, перевернувшись, покатился на встречную полосу.

— Рули-рули! ЖМИ НА ГАЗ!

— Заткнись НА ХЕР!

Надо признать, что водительница Camaro была мастером своего дела. Лавируя среди прочих автомобилей и близких взрывов, она постепенно догоняла объект; в каких-то паре десятков метров впереди белел трейлер с надписью OSCORP на задних дверцах.

— Чёрные ястребы скоро убьют нас всех! — крикнули по связи. — Сбейте! СБЕЙТЕ ИХ!

— Дана, что у тебя в багажнике?!

— А я откуда знаю?! — огрызнулась водительница, уходя в занос, тем самым уклонившись от рухнувшей впереди ракеты. — Это вы загрузили его!

— Нашла!

Из окна Chevrolet Camaro высунулся грозный ствол гранатомёта револьверного типа. Нажатие на спуск и снаряды вылетели навстречу рою ракет, что посбивали их при приближении.

— Кто помнит сколько бэка у ПВО наших птичек?!

— Много! Мы же, сука, Озкорп! — твёрдо, до судорог сжав руль, водительница нажала на газ, обгоняя пулемётные очереди. — У нас всё должно быть большим и длинным!..

Всё потонуло в мимолётном пламени. Кувыркнувшись, дымящий и горящий Chevrolet Camaro было врезался в толпу людей на автобусной остановке, что взирали на всё с телефонами в руках, включив камеры. Однако два троса из паутины зацепились за окутанную пламенем груду металлолома и отбросили её.

— Не бойтесь, жители Нью-Йорка. Ведь я здесь!

***

— …Мы прерываемся на срочные новости. Сегодня в девятнадцать часов в Нью-Йорке на улицах Манхэттена разразилось ранее небывалое по катастрофичности происшествие. Кортёж службы безопасности Озкорп преследует свой же грузовоз под шквальным огнём ракет и пуль. По неподтверждённым данным этот грузовоз угнали, и в нём находится груз на колоссальные суммы. С места инцидента прямой эфир ведёт репортёр Элизабет Лавендер.

Новостная студия сменилась изображением девушки в жилете с надписью PRESS. Фиолетовые волосы метались от ветра создаваемого лопастями вертолёта, в котором она находилась, в руках был фирменный микрофон.

— Погоня набирает обороты, — стараясь перекричать вертолётный рокот, сообщила Элизабет. — Злоумышленница взломала транспортные средства Озкорп, включая переоборудованные UH-60 Чёрные ястребы! Сейчас она избавляется от своих преследователей!

Камера оторвалась от репортёра и приблизила фокус к происходящему на трассе. Там, объезжая машины, мотоциклистки и два Феррари 308 лавировали под массированным обстрелом трёх UH-60, чьи влажные от дождя, чуть поблёскивающие тёмные корпусы были едва видны в ночи.

— Счёт жертв исчисляется десятками и это не конец! Ракетам всё равно кого!..

Мелькнула ракета, раздался грохот. Камера затряслась, репортёр едва не выпала, повиснув на двери, вертолёт начал стремительно снижаться.

Прямой эфир оборвался.

— Э-э-э… Передача прерывается по техническим причинам. Всем, кто нас смотрит или слушает — не покидайте дом без веских причин, при малейших признаков опасности эвакуируйтесь. Д̴̖̥͖̱̳͌̆͌́͠о̵͉̟͇̙̮̾ ̸̠̻̰̙̮̄в̸̡͖̫̥̅̓͆̇с̴͈̋т̵̣͔̗̈͜р̸͕̬̇̋̈́͋͠е̶̦̩̊͒̔̏ч̴̧̻̘̤̅̿̇̿̾и̴͓̉̓͛, ̸̡̡̨̣̋͂́̿͜ ̶̻̭̓͂̔̊Н̵̺̲͍̩͌͜ь̶̢̗̟̔̒̑̄ю̷̡̜̥̗́͊̓͒͘-̶̥̈́Й̴͚͛̏о̵̠͎̩͖̋́͗̚р̶͚̃̍̑̈́ͅк̸̛̝̊̇͋.̵̩̞̮͂̅

***

Чадящие автомобильные останки, валяющиеся на асфальте обугленные тела, блестящие гильзы в лужах. Всё это больше походило на сцену к апокалиптическому фильму.

Увы, это реальность.

Среди обломков медленно ехала Lamborghini Gallardo, за её рулем сидела одна из выживших членов СБ Озкорп. Своим выживанием она была обязана пробке, в которую встряла.

— Прямо как тогда…

Тот крайний раз, что она была в Афганистане, её сильно впечатлил. Впечатлил и покалечил. Только благодаря прорывным технологиям в медицине от Озкорп она встала на ноги. И благодаря корпорации у неё было всё, о чём можно только мечтать. Хороший коллектив, достойная зарплата, не пыльная работа… До этого дня, на исходе которого всё рассыпалось прахом. Дружный коллектив? Большая его часть валяется на улицах Манхэттена двухсотым грузом. Зарплата? Такой провал им не простят, а козлы отпущения нужны; с работой можно прощаться. Размеренная спокойная жизнь?

Она издала истеричный смешок. И едва не наехала на кого-то.

— Эй! Дура, ты что вообще!..

Она замолкла. Перед остановившимся авто выскочила женщина в опалённом бежевом бронекостюме, раскинув обе руки. Напоминающий кошачью морду шлем со светящимися окулярами и ушками на затылке исчез, её изуродованное лицо открыто миру. Вся его левая сторона обгорела, обнажив зубы, мимические мышцы и белоснежную кость черепа. Глаз в обожжённой по краям глазнице покрыт лопнувшими алыми венами.

— Командир?!

Женщина кивнула и подошла к машине, после чего открыла дверь и села на кресло.

— Поехали, — невнятно сказала Ава Айала. — Пора закончить это фарс.

***

Это была обычная дежурная смена для Максим Диллон, работницы электростанции в Нью-Йорке. Сидя за столом, закинув на него ноги, она попивала какао (то, что нужно в такой промозглый день, как сегодняшний) и смотрела в ютубе трансляцию о угоне магистрального тягача Озкорп. Если судить непредвзято, опустив информацию о жертвах и то, что люди вообще-то умирают, когда их убивают — это было во много раз лучше даже самых дорогих голливудских блокбастеров. Возможно, потому что это реально.

Со вздохом Максим встала и засеменила на выход из комнаты. Всё же пять стаканов за последние десять минут — это много, надо сходить в туалет. Проходя мимо приоткрытой двери, она нахмурилась. Максим всегда закрывала все двери. Здесь был посторонний? Постояв пару секунд, она схватила ручку двери и отворила её, потянувшись к выключателю.

Щелчок.

Свет озарил комнату с жизненно важными системами, напротив которых на полу лежала спортивная сумка. Кто-то из коллег забыла? Подняв её, она крякнула — тяжёлая! Любопытство победило и она расстегнула молнию…

Тёмный пакет, красно-синие провода, телефон с таймером, цифра на котором сменилась с 00:02 на 00:01.

— Блядь, — только и успела выругаться Максим Диллон.

Прогремел взрыв.

***

В одно мгновение по всему Нью-Йорку произошли взрывы, уничтожив электросеть города. Фонари, лампы в помещениях, светофоры — всё это перестало работать.

За одно мгновение весь Нью-Йорк канул в хаос.

***

— На жизнь у нас есть ли-ли-лишь шанс, — тихо пропел, кидая взгляд то на дорогу, то на HUD. — Справедливо жизнь нам за всё-всё воздаст.

На город опустился мрак, всюду что-то взрываются, воцарилась всеобщая анархия. Фары я выключил, осталось разобраться с остатком преследователей слишком упрямых, чтобы умереть. Или слишком везучих. Смотря как смотреть.

Арена присмотрена, до неё осталось буквально минута езды. Поле битвы за мной, никто не сможет мне помешать. Что может пойти не так?

— Обожаю свою работу, — искривив губы в ухмылке, произношу, сворачивая.

***

Высокий, мрачный скелет небоскрёба возвышался, окружённый сетчатым забором. Когда-то здесь планировали очередное офисное здание, но то ли недостаток денежных средств, то ли проблемы с документацией на землю, то ли всё вместе похоронили этот проект. Теперь оно сиротливо стоит среди своих высокоэтажных собратьев, никому не нужное. Доводить стройку до конца не имеет смысла из-за нарушения неких правил во время строительства, а снос требует слишком много времени и денег.

Они остановились в его дворе, припарковав Феррари 308 в окружении мотоциклов на подставках. Трейлер Озкорп виднелся в глубине первого этажа. Неспешно идя под дождём, подняв автоматы и дробовики, они вошли в здание. Серые стены с цветными граффити, скрипящий песок под ногами, завывающий в помещениях ветер. Они разделились на две группы, первая пошла к кабине тягача, а вторая решила открыть трейлер.

— Субъекта нет.

— Субъекта нет.

Никого нет. Как будто и не было ничего.

— …Восьмая, садись в тягач и выезжай. Остальные, прикрывайте её.

Убрав оружие за спину на магнитный зажим, она распахнула дверь и прыжком взошла в кабину. Устроившись на кресле поудобнее, повернула ключ зажигания. Двигатель зарычал и утих. Ещё раз и сейчас Freightliner Argosy завёлся. Убрав ручник, Восьмая медленно поехала назад и кинула взгляд на салонное зеркало, в отражение которого на неё смотрел некто.

— Привет.

Нож вонзился в шею, пронзив гибкий пуленепробиваемый горжет, и перерубил позвоночник. Чьи-то руки легли на её руки, чья-то нога нажала на её ногу. Захлёбываясь в своей крови, она попыталась предупредить своих сослуживиц. Но было поздно и через мгновение Восьмой не стало.

Predator Training 1.7

— Они не отвечают.

Ава вставила последний патрон в Pfeifer Zeliska и положила его на бедренный магнитный зажим. Изначально он был разработан для охоты на слонов и обладает уникальными бронебойными патронами. Стрельба велась с расстояния в сто метров и для него нужна была подставка, так как отдача могла контузить стрелка. Однако она могла стрелять хоть с авиационной пушки с бедра, лишь бы была защита слуха.

— Значит, все мертвы, — хладнокровно ответила Ава, крутя в руках поцарапанный чёрный шлем. Чуть скривившись, она одела его; внутренняя поверхность шлема прижалась к регенерирующей коже, мгновенно срастаясь в одно целое.

Чёртова ублюдина испортила ей лицо. Оно будет восстанавливаться ещё несколько минут… Перед тем как убить Ава обязательно совершит с ней в отместку что-нибудь, что не одобрила бы даже средневековая инквизиция.

— Скорее всего. Какое же чудовище… Столько убитых. Ради чего?!

Ава зажмурилась, сцепив зубы. Голова раскалывалась неимоверно из-за последствий контузии.

— Тише, — попросила она и шлем включил звуконепроницаемость.

Водительница яростно бушевала в молчаливом мире, наверняка ругаясь похлеще докеров. HUD вывел окошко с картой этой местности, прочертив линию до места последнего пеленга её подчинённых. Они приближались и через минуту-другую приедут… чтобы что? Найти трупы и покарать их убийцу?

Да. Наверное… Как же болит голова.

Ярская вспышка. Огненный взрыв. Толчок.

Ава судорожно вздохнула, дёрнув пальцами. Горячий воздух обжигал горло, на всё тело давил раскалённый пресс, всюду было пламя. Опёршись на локти, она приподнялась и поползла под стон металла и рёв огня. Вскоре она вышла из ловушки и, сорвав шлем, перевернулась, садясь на асфальт.

Перевёрнутый Lamborghini Gallardo горел. В охваченном огнём салоне темнело пристёгнутое ремнями безопасности тело.

Ава осталась одна.

— Прости…

Она снова выжила там, где остальные умерли.

— Обещаю, я отомщу.

Прям как тогда, когда она была с Щ.И.Т. Но сейчас она могла отомстить.

Проверив работоспособность револьвера прощальным залпом, она встала и заковыляла к высотке.

***

Волосы промокли от пота, прилипнув к лицу. Тело болит, экстренно исцеляясь от урона. HUD шлема сбоит, идя помехами. Перед глазами всё норовит выскочить диаграмма с ранениями, где красным цветым выделяются смертельные, жёлтым опасные для жизни и серым некритичные. Жёлтых и серых цветов там мало.

Черепно-мозговая травма, внутреннее кровотечение, ожог ротовой полости, трабекулярные переломы…

Чудо, что Ава жива. После стольких-то близких знакомств с ракетами.

Ворота сбиты и валяются на земле. Ограждённая забором из сетки строительная площадка пуста. Она вздрогнула, когда сверху рухнуло изломанное тело в фирменном бронекостюме Озкорп, и кинула взгляд наверх.

Никого.

— Ава Айала, — произнёс мужской голос по связи. — Ты опоздала.

Лицо погибшей не было скрыто шлемом. Оно застыло в гримасе ужаса.

Что могло вселить страх в ветерана войны?

— Значит, я была права.

Она присела на одно колено, перевернула тело и, подав команду нейро-машинным интерфейсом, отцепила от магнитного зажима дробовик. Старый славный Remington Model 870, образец оружия на века, выполненный с помощью современных бронематериалов. Такой и потасовку с какой-нибудь супером переживёт.

— Все мертвы, — пристегнув подсумки с патронами к своему поясу, она встала и пошла в здание, держа дробовик в руках наготове. — Знаешь, у меня есть вопросы.

— О?

— Какого хрена тебе дома не сиделось?! Зачем ты всё устроил?! Кто ты, блядь, вообще такой?!

Секунда молчания. Вторая секунда… На третьей по связи послышалась усмешка.

— Как много вопросов. Зови меня Армстронгом. Не сенатор, конечно, но какие мои годы…

Пусть говорит, расслабится, ощутит свою власть над жертвой. Она уже встала на его след.

— Что касается твоих первых вопросов, то вся эта влажная фантазия Микаэлы Бей произошла из-за моего недосмотра. Как прискорбно…

Вертолётный рокот огласил пространство. Она прижалась спиной к стенке, внимательно прислушиваясь.

— Однако речь ведь о тебе, не так ли? Итак, полное имя Ава Нестор Айала, двадцать два года, родители мертвы, сёстры и брат скончались. Вау… Какое ужасное тёмное прошлое, а?

— Можно бы подумать, что поверхностное знание моей биографии имеет надо мной какую-либо силу. Не впечатлил.

— Ха. Окончила академию под протекторатом Щ.И.Т в шестнадцать лет, в семнадцать вступила в сам Щ.И.Т.

Она замерла изваянием, сжав в руках цевьё и рукоять дробовика. Об этой части её прошлого мало кто знал.

— Да кто ты такой на самом деле?! — резко вырвалось из неё.

— В двадцать лет ушла из организации, из которой обычно уходят вперёд ногами, — буднично продолжил неизвестный, не отреагировав на её вспышку гнева. — По слухам причиной тому послужило суицидальное в прямом смысле задание, которое ты успешно выполнила. Как не красиво со стороны Николь… или это Гидра?

Какая к чёрту Гидра?! Она уничтожена уже как полвека! Впрочем, тот факт, что он знает так много ужасает сильнее.

— Разумеется, ты ушла и продержалась на гражданке всего неделю, — мелькнул лестничный пролёт. — Вскоре ты уже состояла в рядах оперативников службы безопасности Озкорп, где быстро продвинулась по служебной лестнице. И всё благодаря своим силам, но если быть точнее…

Она бежала по лестницам, идя по запаху мужчины. Её животные обострённые чувства были доведены до предела.

Он не должен уйти живым отсюда.

— Амулет, — интимно прошептал он бархатным тоном. — Артефакт, связанный с Богом-Тигром. Как… любопытно.

Она зарычала, забросив дробовик за спину, и сорвалась вперёд, выдвинув когти. Цепляясь за перила, а затем отпрыгивая от них, она стала стремительно подниматься вверх.

— Ты слишком много знаешь, — с яростью прорычала Ава. — Я зверь, который охотится в темноте. Я монстр, которого боятся даже другие монстры. Я Белая Тигрица!

Она вонзила когти в стену и бросилась вверх, пробив своим телом потолок. Летя в гипсокартонных обломках, она перекатилась по крыше, схватив приклад за плечом, и вскочила. Палец лёг на спуск, залп дробью пролетел мимо отскочившей фигуры.

— И я убью тебя!

***

— Спасибо, мисс Паук!

— Всегда рада помочь!

Помахав на прощание девочке, чью мать она спасла, оказав первую помощь, Пенни побежала по стене здания и, достигнув 29 футовой отметки, выстрелила паутиной и, качнувшись, полетела. После чего вновь выпустила паутину и снова качнулась, запуская себя высоко вверх над Манхэттеном.

С тех пор как эти взрывы прогремели прошло максимум пять минут, а ситуация в городе кардинально изменилась. Электричества нет, освещение пропало, на дорогах пробки и всё больше ДТП, уносящие десятки жизней. Скорая больше не развозит пострадавших в больницы, а прямо на месте разводит медпункты. Полиция тем временем старается поддерживать порядок даже в такое время, прилагая колоссальные усилия. Найти и задержать ту, кто всё это устроила времени нет ни у кого.

Кроме Пенни. Вычислив где с наивысочайшей вероятностью будет злоумышленница, она помчалась туда, по пути помогая всем кто в этом нуждается.

С великой силой приходит великая ответственность.

Через пару минут её догадки подтвердились. На пересечении районов Манхэттен и Бронкс около недостроенного небоскрёба курсируют два вертолёта.

Разбежавшись, Пенни прыгнула на соседнюю крыша, где забежала на водонапорную башню. Оттолкнувшись от неё, она взвилась высоко в воздух и активировала веб-шутеры. Крепчайшие канаты из огнестойкой паутины зацепились за днище вертолёта. Приземлившись, присев на одно колено, она с рёвом дёрнула канаты на себя, заставив один вертолёт завилять. Другой степенно развернулся, открывая огонь из пулемётов. Бросившись в сторону, не опуская паутину, Пенни вынудила зацепленный Чёрный ястреб следовать за ней. Прямо в ловушку, где между двумя высотками натянута острая, практически невидимая паутинная сеть.

В этот раз она одержит победу и остановит виновницу беспорядков.

Predator Training 1.8

Где-то шумели вертолёты. Дождь лил сплошной пеленой, скапливаясь в лужах под ногами. Застелённое тучами небо вспышками осветили молнии.

Ава прыгнула в сторону, уйдя от ракеты, что вылетела будто из ниоткуда. Взрыв, осколки ударили в спину. Воздушной волной её подбросило и приложило о груду строительного мусора. HUD пошёл помехами, заполонив ими всё поле зрения. Выбравшись из мусора, она с рыком сорвала шлем и бросилась в прыжок, избегая очереди из пуль позади.

— Думаешь, ты меня так просто возьмёшь? — зловещий, потусторонний голос вырвался из её рта.

Враг наклонил голову в таком же чёрном безликом шлеме, какой носят оперативники СБ Озкорп. Облачённое в стандартный бронекостюм с цифрой восемь на груди тело своим языком выдавало лишь самодовольство и уверенность.

— Думаю, я уже сделал это.

Позади него поднялся вертолёт; ветер, идущий от него, устремился ей в лицо. Вспыхнул болезненно яркий луч прожектора, заставив её прищуриться, а зрачки сузиться.

— Огонь.

На крышу обрушился кинжальный поток пуль. Её глаза резко расширились, пульс подскочил, цвета стали ярче, всё стало ясным и чётким. Время замедлилось до такой степени, что она могла различить каждую из пуль, летящих к ней.

Она метнулась вперёд, изгибая своё тело, ловя пули и отклоняя их.

— А-А-АРСМТРО-ОНГ!

Ава бежала, танцуя под ливнем пуль. Те, что прошли её оборону, те, от которых она не смогла уклониться, — они пробивали её тело насквозь, посылая иглы боли по нервам. Лужи, по которым она шла, приобрели багровый оттенок от крови, текущей из ран.

— НИЧТО НЕ СМОЖЕТ ЗАЩИТИТЬ ТЕБЯ ОТ МЕНЯ! НИ ВЕРТОЛЁТЫ! НИ ОРУЖИЕ! НИ БРОНЯ!

Оглушительный рокот пулемёта и звон гильз стихли, но к тому времени она представляла собой жалкое зрелище. Тело в лохмотьях бронекостюма изрешечено пулями настолько, что ни одного целого места не осталось. Из обильно сочащейся кровью плоти торчат осколки костей, внутренности гирляндой выпали из живота, на месте рук месиво. На фоне этого нетронутое ничем, лишь забрызганное кровью лицо выглядело чужеродным.

— Ты… не победишь…

Из последних сил она шла, шатаясь из стороны в сторону. Кровь жгла глаза, тело оцепенело от боли настолько, что она перестало что-либо чувствовать. Культи безвольно свисали по бокам.

— Увы, но это так.

Армстронг достал пистолет с магнитного зажима на бедре. Снял его с предохранителя и поднял, а она обессиленно рухнула на колени, глядя в дуло.

Сил больше не осталось.

— Прощай, Ава Айала, Белая Тигрица. Пусть следующая жизнь будет к тебе благосклонна.

Перед глазами промелькнула вся жизнь. Сколько же она не успела…

Выстрел.

***

Прихрамывая, она бежала по вертикальной поверхности небоскрёба. Где-то там высоко грохотал пулемёт. Кому-то нужна помощь, ведь если злоумышленница применила последний Чёрный ястреб, то значит есть против кого. Через несколько секунд она достигла вершины и перемахнула через небольшой бортик, покатившись по лужам на крыше.

— …Пусть следующая жизнь будет благосклонна к тебе.

Террористка с пистолетом направленным на кого-то, кто выглядела как зомби. Ничего необычного, просто вторник в Нью-Йорке.

Метким броском паутинного снаряда она отклонила траекторию выстрела, заодно закутав руку с пистолетом, сделав её бесполезной.

— Эй, грозная девушка!

Голова в шлеме повернулась к ней.

— Спайди, — сухо прозвучало искажённым голосом из динамиков шлема. — У тебя просто талант появляться невовремя.

— Мы знакомы? — Девушка-Паук зацепила паутиной кондиционер и метнула его, словно снаряд из пращи.

Террористка сделала пару шагов, уклонившись от со свистом пролетевшего мимо предмета.

— Может, да, а может быть и нет. А может пошла бы ты!

— …Эй, я узнала отсылку!

— Молодец, можешь свалить.

— А не то что?

Паучье чутьё взвыло. Она ушла задним фляком от ракеты, что взорвалась под ней, и, перекатившись, мотнула головой. Лёгкая заложенность в ушах исчезать не хотела.

Иногда иметь обострённые чувства чистое зло. Особенно когда сидишь дома, а в это время соседи наслаждаются общением друг с другом.

— А не то я сыграю с тобой в одну игру, — террористка тем временем схватила жертву за шею и подняла её над пропастью за бортиком крыши. — Она называется «Дилемма вагонетки». Смекаешь?

— Спокойно, не делай глупостей, — Девушка-Паук подняла руки, успокаивающе заговорив. — Давай договоримся, — произнесла она и шагнула вперёд.

— Назад! Ещё один шаг, и я отпущу её!

Вопреки предупреждению Паук продолжила медленно идти вперёд.

— Ты только не нервничай, мы всё решим…

Пальцы разжались и жертва полетела вниз. Пенни бросилась вперёд мимо террористки и спрыгнула с крыши, налету стреляя паутиной. Оплетя падающую коконом, она притянулась к ней и, схватив кокон, затормозила, пытаясь зацепиться за стену. Но пальцы лишь заскользили по вертикальной поверхности, оставляя борозды. Слишком большую скорость она набрала.

Остался последний вариант.

Паутина вылетела из веб-шутера. Руку прострелило болью, едва не оторвав, судя по ощущениям, когда она повисла на паутине и ударилось спиной о стену, прижав кокон с телом к животу.

«К чёрту такую жизнь», — внезапно подумалось, в то время как боль в плече и в спине всё сильнее запульсировала. «Бегаешь за этими злодейками, ловишь, а они через неделю почивают на свободе. К чёрту бы такую жизнь».

Но вот миг слабости прошёл и Девушка-Паук спустилась по стене, аккуратно положив кокон на капот Феррари. С кряхтением присев туда же, она закатала рукав костюма, открывая взгляду серый браслет, охватывающий всё запястье. Сейчас он был слегка не в форме — дозатор сломался от последнего выкрутаса.

— Молодец, Спайди, — заработало радио всё ещё заведённой машины. — Ты смогла спасти девицу в беде, что была сброшена с высоты. Какое… редкостное везение.

— Ты там не расслабляйся, — спокойно сказала Девушка-Паук, меняя сломанный веб-шутер на целый, что она достала из подсумка на поясе. — Следующая — это ты.

Из радио послышался смех.

— Не хочу огорчать, но у тебя есть два выбора. Оставить свою принцессу помирать и погнаться за мной, либо взять её и помчаться изо всех сил к медикам. Выбирай, Спайди.

Пенни застыла. А ведь и правда…

— Ведь большая сила налагает большую ответственность, не так ли?

Белоснежные пятна на маске, изображающие глаза, комично расширились.

— Откуда?..

— Помни, воля сделает любой выбор правильным.

***

Ворота с лязгом закрылись, засов задвинулся. Проходя мимо включателя, я нажал на него и лампы с тихим шумом включились, озаряя светом стоящий посреди гаража трейлер с чёрной надписью OSCORP на боку.

Сняв солнцезащитные очки и положив их на раковину, я набрал воды в руки, омыл лицо и взглянул в зеркало. В отражении всё тот же моложавый Альберт Вескер.

Начало потряхивать. И от боли ран, и от уходящего куража.

За исключением тарахтения генератора была тишина, которую нарушила усмешка. Уборную заполнил тихий мягкий звук.

Скрючившись возле раковины, схватившись за неё обеими руками, я хохотал, как сумасшедший, не замечая текущей по щекам влаги.

Этот день был слишком долгим.

***

— …сообщает о тысячах пострадавших только за этот час. Тем не менее, мэр подчеркнул, что ситуация взята под контроль. Восстановление подачи электричества прогнозируется к завтрашнему дню…

Не то. Выключаю телевизор и нажимаю на тумблер радио.

— …это теракт, понимаете? Это сообщение всему американскому народу!..

Переключаюсь на другую радиостанцию.

— Сегодня на улицах Нью-Йорка разразился настоящий ад. Погоня за грузовиком Озкорп превратилась в череду событий, унёсших жизни сотен людей. В битвах на дорогах погибло множество мирного населения, что ехали с работы домой. Дети больше не дождутся своих родителей…

Я сидел на диване, следя за своим отражением в большом выпуклом экране и слушая радио, и до меня медленно доходило, что что-то не так. Что-то было очень не так, и я даже знал что.

Я не испытывал ни малейшего сочувствия.

Predator Training 1.9

— Добрый вечер, Нью-Йорк, — прошептал из радио женский голос. — Сегодня на повестке дня тоже самое, что и вчера: последствия терракта всё ещё отражаются на повседневной жизни. Починку электростанций и линий электропередачи по всему городу завершат через два дня, так сообщили официальные власти. При этом энергопитание в Статен-Айленде и Манхэттене уже восстановлено. Работы в прочих боро застопорились… Преступность также не стоит на месте, вспыхнувшие беспорядки послужили катализатором для синдиката Маджия и уличной преступности. Посещение Бронкса и Бруклина опасно для жизни. Судя по слухам, Вашингтон планирует ввести силы Национальной гвардии в город для борьбы с преступностью…

***

Бронкс, четвёртый по размерам район Нью-Йорка, отделенный от острова Манхеттена с севера рекой Гарлем… Он может похвастаться всякими достопримечательностями вроде ботанического сада, зоопарка и бейсбольного стадиона Янки Стадиум. Но то, чем он знаменит гораздо больше…

Убийства прямо на улицах и в переулках. Воровство, грабежи, перестрелки банд. Всё это и даже больше сейчас происходит на улицах Бронкса. Неся потери, полиция ушла отсюда, отдав район на откуп бандитам, убийцам и ворам.

Магазины разграблены, итальянский район на Артур Авеню горит, всюду идут бои. Грохот выстрелов стал привычным шумом.

Горел автомобиль, валялись тела. По аллее, сложив руки за спиной, неспешно прогуливался светловолосый молодой мужчина.

— Совсем немного анархии, — он взглянул на Бронкс через солнцезащитные очки. — Нарушение установленного порядка… И всё вокруг повергается в хаос.

Он шёл навстречу толпе тёмнокожих женщин, что копошились вокруг разбитой витрины с электротехникой. Телевизоры, компьютеры, телефоны — они погружали всё в небольшой грузовик.

— Девчат! На ловца и зверь бежит!

Погрузив последний системник и закрыв двери грузовика, они пошли к нему.

— Белоснежка, ты не тот район для прогулок выбрал.

— Ага, совсем не тот. Не бойся, мы тебя проводим куда нужно…

Выстрел. Одна из бандиток покачнулась от попадания в голову и упала на колени.

Он мгновенно вытащил пистолет из внутреннего кармана пальто и нажал ещё несколько раз на спуск. Зазвучали панические крики, бандитки рассыпались, вытаскивая ножи и биты. От удара битой он уклонился, перехватил её и ткнул в солнечное сплетение. Выдернув биту из ослабевших рук, он нанёс ею удар по голове нападавшей, повалив на тротуар, и швырнул её в бежавшую с ножом бандитку. Выронив пустой пистолет, он потянулся за новым и открыл огонь, застрелив практически всех. Выжили лишь те, кто получили битой по лицу.

— Один мудрый человек сказал: «Подкиньте человеку мысль, что он поступает благородно», — он пнул с размаху одну, отправив в нокаут, а затем схватил другую за волосы и поволок к разбитой витрине, — «и вы удивитесь, сколько грязи он выльет на других, причём с удовольствием».

Приподняв, её с силой опустили на витрину. Она закричала, когда острые осколки исцарапали лицо, и забилась, пытаясь освободиться.

— И, знаешь, он был прав.

— Пожалуйста, стой-стой, давай договоримся… А-а-а!

Волосы едва не выдирались, когда он поднял её и снова ударил о разбитое стекло.

— Я был прав насчёт себя, — спокойно сказал он, откинув её пинком.

Она заползла назад, спасаясь от демона; всё лицо залито кровью.

— Ни грамма сочувствия.

Взведя курок, он направил пистолет на бандитку. Та встала и попыталась сбежать, но два выстрела в затылок поставили точку. Труп свалился на асфальт.

Связав стежками бессознательную женщину, он забросил её в фургон с прочей добычей и сел на сиденье грузовика. Поискав ключ зажигания, он нашёл его на соседнем кресле.

Пора уезжать пока не подтянулись шакалы.

***

Ты в лабиринте вечных истин,

Где тускло факелы горят.

Здесь можно дать свободу мыслям,

Толкуя знаки на свой лад,

Но ты игрушка в хитрой схеме

Со дня рожденья на земле.

Музыка заполняет мой гараж пока я тружусь над химической лабораторией. Со всем сырьём и аппаратурой, что я взял у Озкорп — это легко и просто. Ещё бы и проводку здесь полный идиот не проводил…

Матричный Бог решает всё —

Быть или нет,

Не спешит давать ответ…

Кипелов в этом мире умер год назад в несчастном случае, оставив после гарем из десяти безутешных вдов и полсотню отпрысков. Очень жаль, что так случилось. Такое чувство, что этот мир ненавидит всё, что я люблю.

Он всё сильнее с каждым днем,

Матричный Бог,

Подчиняя мир себе.

Великий Матричный Бог!

Сыворотка сверхчеловека от Озборн и в данный момент готова к использованию. Но зачем, если можно улучшить? Создать то, что возвысит на уровень сильнейший существ мира сего? Собственноручно сотворить право быть богом?

Невидим всем, но всемогущий,

Сменивший тысячи имен,

Он заполняет наши души,

Шлифуя память о былом,

Даёт иллюзию свободы

И веру в то, что выбор есть.

Однако всегда есть подводные камни. В отличии от сыворотки Озборн моя формула никем не проверена и никак не изучена. Хорошо, что у меня есть добровольно- принудительная первоиспытательница.

Теперь ты прост и одномерен,

Не в силах что-то изменить.

Звёзд жестяных гремит конвейер,

Чтоб ложью небо заслонить.

И ты не видишь тонких пальцев,

Что бьют по клавишам судьбы…

***

Это был невероятно дерьмовый день.

— Имя, фамилия? — задали вопрос клиническим тоном.

— Ария Донован, — тяжело дыша, ответила она.

В памяти были живы моменты того, что он назвал электрошоковой терапией. Как она билась в судорогах, прикованная к кушетке…

— Прозвище в твоей естественной среде?

— Чё?

— Кликуха.

— Так бы сразу и… А-А-А-А!

— Кличка. Быстро.

— Ле-левша, твоего отца!

— Это прозвище?

— Да!

— Твоё самое раннее воспоминание о детстве?

— Иди на хуй! Я ничего не буду-а-а-а-а!

— Говори. Дальше. Не беси меня.

— Мы, то есть я, мамы и папа гуляли по зоопарку. Помню, что моя родная мама купила мне мороженое.

— Хорошо. Дальше…

***

— Запись первая. Ввод мутагена прошёл успешно и, судя по крикам, процесс мутации очень болезненен. Результаты сканирования таковы — плотность мышц, гибкость, производительность синаптической связи и потенциал заживления подскочили на тысячу процентов. Физическая сила, острота зрения и органов чувств, а также рефлексы не столь впечатляют. Продолжаю опыты.

***

— Запись вторая. Натурные эксперименты показали, что колото-рубящая рана в области груди заживает за несколько минут, на исходе первой из которых кровь постепенно сворачивается. Электротерапия также больше не эффективна.

Слабый, жалкий голос взмолился на заднем фоне:

— Помогите…

— Ах да. Чуть не забыл — социопатия подтверждена. Всё, этот гештальт я закрыл, и возвращаться к нему не намерен.

***

— Запись третья. Она очнулась и находится в ясном уме. Намерен проверить её память. Итак, как тебя зовут?

— Меня зовут Ария Донован, и я сверну тебе шею! Давай, вводи свои наркотики, я лишь стану сильнее!

Послышался вздох.

— Рано об этом ещё говорить, но я ставлю её адекватность после ввода сыворотки под сомнение. Встаёт вопрос — это спровоцировано мутациями или это часть личности подопытной? Опыты продолжаются.

***

— Запись четвёртая. Слетал за информацией о ней по данному ей самой адресу. Поспрашивал соседей, влез в квартиру, нашёл школу, в которой училась. Вывод таков: мутация не затронула её личность. Она осталась такой, как и прежде, включая память. Улучшенная мной сыворотка признаётся безопасной.

***

— Запись пятая. Утилизировать подопытную было трудно, создание получилось на диво живучим и сильным. Тело выкинул в реку Гарлем.

Послышался шорох ткани, дребезжание металла. Надолго установилась тишина.

— Аппаратура готова, доза мутагена рассчитана. Но… я боюсь. Иррационально, знаю. Простой человек в этом мире долго и счастливо не живёт, мои действия и жертвы тому пример. Но я боюсь, что тем, кто очнётся буду не я. Было наивно полагать, что я здоров психологически. Как я мог забыть, что Альберт Вескер мегаломаньяк и социопат от науки?

***

Обнажившись до пояса, я лёг на кушетку. Металлическая поверхность неприятно холодила спину, на руках и ногах с лязгом защёлкнулись оковы. Операционный роботизированный комплекс навис надо мной, раскинув манипуляторы с иглами.

Я вдохнул и выдохнул.

- Ввести сыворотку.

Иглы вонзились.

Я закричал.

Predator Training 1.10

— Доброе утро, Нью-Йорк! Вчерашний подсчёт трупов закончился на крепкой соточке! Спонсор полсотки — нестихающие уличные войны в Бронксе! Минус пара-тройка копов, так что все готовьтесь! Полиция по этому поводу не сделает ни хрена! А вот в Куинсе и Бруклине до сих пор нет света. Очевидно, городские власти более озабочены Манхэттоном, в котором дворники отскребают от асфальта очередных жертв Мисс Негатив. А Статен-Айленд… Ну… Статен-Айленд и есть Статен-Айленд. С вами, как всегда, была я. Впереди новый день в городе, который никогда не спит!

***

— Не достоин…

Дрогнув, я упал с кушетки, стукнувшись коленями и локтями о пол. Сердце билось словно барабан, разгоняя кровь по венам — я чётко это ощутил, стоило сосредоточиться. Свет слепил, вынуждая щуриться.

Образы кошмара про нефритового колоссального тигра, схватку которому я проиграл, не исчезали.

Кошмар. Это просто кошмар. Так ведь?

Струя воды ударилась о раковину. Умыв лицо, я отключил воду и поднял голову, сталкиваясь взглядом с отражением. Первое, что поразило меня — это глаза. Радужная оболочка заполнила весь обьём, вытеснив белки и окрасившись в огненно-красный цвет. Зрачки тоже расширились.

Включил свет.

Зрачки сузились до вертикальной линии. Ага, кошачье зрение. Не то, что я ожидал, планировал и хотел, но по крайней мере я могу видеть в темноте. И плевать, что для конспирации придётся носить солнцезащитные очки или линзы. Хотя насчёт линз… Через одну проверку с фонарём я доказал свою гипотезу. Мои глаза теперь крайне светочувствительны. То есть при ясной погоде я буду практически слепым.

Только чёрные очки. Только Вескер стайл.

Второе — это отросшие волосы. Копна пшеничных волос свисала по лицу, по бокам, по шее… В этой, так сказать, причёске я был похож на того персонажа из седьмой Последней фантазии. Как там его звали? Карл? Клайд? Впрочем, не важно.

Ножницы нашлись всё в том же шкафе рядом с бинтами. Поднеся их к волосам, я помедлил. Насколько я понимаю, мои таланты не распространяются на стрижку. Ладно, схожу в парикмахерскую, только надо будет не забыть прикупить линз. Отложив ножницы, я перевязал волосы жгутиком из бинтов, а немногие спадавшие на лицо загладил.

В остальном внешних изменений не заметил. На ощупь можно отметить лишь то, что мышцы при напряжении кажутся каменно-твёрдыми. Похоже, именно в этом проявляется их возросшая плотность.

***

— Запись шестая. Только что закончил настройку камеры и установку специфических программ на компьютере. Тема этой записи испытание моей скорости. Для этого я перебегу из одного конца гаража в другой. Поехали.

Послышался шорох.

— …Это было быстро. Замечание: я могу игнорировать инерцию. Ну-ка, каков результат?

Раздался стук клавиш.

— Впечатляет. Тридцать пять метров в секунду это чуть больше средней скорости гепарда. Беря во внимание их скорость сто двадцать километров в час по прямой или шестьдесят километров в час по пересечённой местности впечатляет вдвойне, учитывая более совершенную людскую систему охлаждения.

Что-то тихо пробурчало.

— Тест прерывается по голодным причинам.

***

— Итак, запись седьмая. Так как собрать при наличии нынешних материалов можно хоть экзоскелет, но не силометр, проверку физической силы буду проводить самым грубым способом. В одном углу ринга стена из кирпичной кладки в два слоя, а в другом углу прямоходящее биооружие. Кто кого? Наношу удар через три… два…

Всё потонуло в грохоте.

— …Идиотское замечение: я сильнее, но стена прочнее. Пробил её насквозь, сломав кости пальцев и запястья. Пойду править их, чтобы срослись правильно.

***

— Запись восьмая. Переломы зажили за одиннадцать минут, при этом я чувствую, что могу подтолкнуть процесс регенерации. С этой целью я… не могу поверить, что собираюсь сделать это снова… Так вот, с целью выяснения скорости форсированной регенерации, как я её назвал, я повторю предыдущий опыт. То есть ударю со всей силы по кирпичной стене.

Зашумело.

— Ускорил регенерацию. Удивительно, кости сростаются прямо на глазах, причём правильно. Замечание: очень сильно на то похоже, что болевой порог сильно повысился. Любопытно, это последствие агонии мутации или её прямое влияние? Надо бы собрать больше статистической информации. Но…

Послышался угрюмый вздох.

— Во-первых, сыворотка далеко не дешёвая. Некоторые препараты, используемые в ней, производит только корпорация Рэнд. Во-вторых, я не могу содержать тут стольких людей, сколько мне понадобится для выяснения подноготной моей формулы. Конец записи.

***

Не открою Америки, если скажу, что Нью-Йорк завораживающий город. Толпы людей, что проносятся по улицам, высящиеся над всеми небоскрёбы, разные достропримечательности… На мой не искушённый взгляд это самый красивый город, в котором мне довелось быть. Мой прошлый — задымленный, маленький, тесный, утопающий в круговой поруке — проигрывает Нью-Йорку с разгромом.

Я бежал по крышам, без труда сохраняя ровное дыхание. Проносился по ним, перепрыгивал с одной на другой, пересекал пропасть дорожной части одним мощным прыжком.

Вот оно, могущество буквально на кончиках пальцев. Я уже могу бежать наравне с автотранспортом, пробивать стены, восстанавливаться от любых ранений, были бы время и ресурсы. И это не конец, ведь с каждым днём я становлюсь всё лучше. Показатели физической силы, ловкости, производительности синаптической связи и потенциала заживления изо дня в день растут на несколько процентов. Не удивлюсь, если через пару лет смогу противостоять Халку в формате один на один только на кулаках.

Возникает соблазн ввести мою формулу каждому из людей в виде прививок, таблеток, ингаляторов, пищевых добавок. Ведь если всё обновлённое человечество поднимется для борьбы с врагом, то у щербатого титана не останется никаких шансов. Все в мире станут сверхлюдьми, что с годами будут лишь становиться сильнее. Соблазнительно, не так ли?

И несбыточно.

Я твёрдо знаю или хорошо представляю, что будет при таком исходе. Даже обладая таким даром люди всё равно останутся людьми. Глупыми, недальновидными, жадными, завистливыми… Я просто поменяю одну проблему на другую. Могут пройти эпохи и развернуться ядерные войны, что загонят людей под землю, но из них никогда не вытравить то, что делает их людьми.

Человечность.

Без зла не может быть добра, жестокость всегда будет соседствовать с милосердием. Утопия невозможна. Счастье для всех? Даром и пусть никто не уйдёт обиженным? Это просто красивые слова. Как было написано в русской классике: «Ты произнёс свои слова так, как будто ты не признаешь теней, а также и зла. Не будешь ли ты так добр подумать над вопросом: что бы делало твоё добро, если бы не существовало зла, и как бы выглядела земля, если бы с неё исчезли тени? Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и всё живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом?».

Мечтам лучше оставаться только мечтами. Иначе они будут растоптаны теми, кто превозносили их.

***

— Не хочу терять контроль над собою, на пределе сил своих, я не скрою…

Я сидел на одной из крыш Таймс сквера, свесив ноги. Вид отсюда открывается просто умопрачительный.

— Оставлять всё так не мог, был к себе я слишком строг, — тихо пел, перебирая струны гитары и время от времени настраивая её. — Малой спичкой я разжёг небывалый огонёк. Пламя словно ураган, я таким быть не хочу…

Я остановился, глядя на людской поток снизу. Душе хотелось чего-то, что я не мог назвать.

Раньше я был другим.

Тихо зазвучала гитара.

— О объясни мне, объясни же, какой нас ждёт финал?

***

И кто живёт внутри,

Увы, не знаю я.

И пусть мне больно, пусть мне больно

Смешно всё для тебя.

Закрыв свои глаза,

Твой мир сгубил меня.

Я навсегда потерял себя

И не могу дышать.

Всё то, что знал —

Ложь,

Всё то, что знал я,

Правду не узнать.

Что ж, разрушена моя душа,

Разрушена моя судьба

И с каждым днём схожу с ума!

Я в проклятом теле

На части распадаюсь,

В прогнившем мире

Я задыхаюсь.

Спасти пытаюсь

Тебя я от себя.

Меня послушай,

Опасно со мною тебе быть рядом,

Искать меня всюду,

Прошу, не надо.

Прощай навсегда,

Не забывай меня!

Для мира я теперь изгой

И только я тому виной,

Жить прошлое мешает.

Боль тело терзает!

И не сбежать,

И не сбежать,

И не сбежать,

И не сбежать мне,

Пусть всё горит в огне!

Не тот я, что раньше,

И как жить мне дальше?

В миг две судьбы переплелись,

То верх лечу, то снова вниз.

Разрушена моя душа,

Разрушена моя судьба.

Ведь так давно тебя нет рядом!

Я в проклятом теле

На части распадаюсь,

В прогнившем мире

Я задыхаюсь.

***

Она похлопала ладоням.

— Прекрасно спето, — и окинула всю композицию взглядом. — Но, может, всё же передумаешь?

Парень в кожаной куртке сидел на парапете спиной к ней, свесив ноги и положив гитару на колени в джинсах. Рядом стояли пара бутылок от бренди. Пустые.

Картина была ясной. Жаль только, что она так преступно мало знает о помощи самоубийцам.

— Знаешь, жизнь на одной девушке не заканчивается. Пусть у вас и не сошлось, но всегда можно…

Её прервал мягкий шум. Закрыв лицо ладонями, он тихо смеялся.

— Ты ошиблась, — он покачал головой. — Я пел не о расставании. Я пел о том, что изменился.

— Изменился? — она тихо шагнула вперёд.

Он усмехнулся.

— Да. Раньше я был другим… Был добропорядочным. Но меня изменили и новый мир открыли. Мне больше не узнать себя, внутри меня другое «я».

Он отложил гитару на крышу и натянул капюшон на голову, прикрывая длинные светлые волосы.

— Кстати, только у тебя есть талант появляться так невовремя, Паучок.

Мгновение на осознание. Пенни Паркер мигом сложила весь пазл. Перчатки скрипнули, когда она сжала кулаки.

— Это ты. Ты был и лжегоблин, и террористкой…

— Да, — она услышала в его голосе усталое веселье. — Есть претензии?

Её ответом был пинок, что скинул его с крыши 47 этажного здания. Секундой позже она устремилась следом, соткав из паутины парашют.

Интерлюдия. Подвязывая концы

Она шла по Таймс скверу, засунув руки в карманы куртки. Рекламные щиты и дисплеи пестрили и сверкали. Безличная суетливая толпа окружала её.

Забавно. Даже в присутствии стольких людей она ощущала себя в одиночестве. Если подумать, то вполне ожидаемо…

У Эдиты Брок сегодня выдался на редкость скверный день. Чуть не ограбили по пути на работу, на самой работе завал. А после работы с Эдитой решила поговорить её девушка на серьёзную тему. Разговор прошёл так плохо, как и ожидалось с первых услышанных слов: «Нам надо поговорить». Не обошлось без небольшой перестановки в квартире по причине совершенно не связанной со сломанным шкафом.

Её девушка нашла себе парня.

Эта мысль не укладывалась в голове. Почему? Разве им было плохо только вдвоём? Когда она задала этот вопрос, Эдиту принялись убеждать, что нет. «Но нам же под тридцать, а у нас до сих пор нет полноценной семьи». Полноценной? С чего это должно её заботить? Чуть больше пятидесяти процентов населения Америки живёт без мужчины в семье, используя для рождения лишь сперму из банков! Но нет, Эдиту нужно убедить в другом, ещё и приведя бойфренда…

Достаточно сказать, что всё закончилось погромом в квартире и фингалом под глазом новоиспечённого гаремодержца. Эдита не зря ходила в бойцовский клуб…

Что-то ударилось о тротуар. Прохожие отшатнулись от места приземления. Сделав вместе со всеми пару шагов назад, Эдита опознала человека в бессформенном комке из одежды, торчащих костей и мяса, вокруг которого расплывалась тёмно-красная лужа.

Твою мать. После такого не выживают.

Взвились испуганные крики.

— Скорая! Звоните!..

— Поздно! Она уже умерла!..

— Глядите! Это Девушка-Паук?!

Рука сама потянулась к телефону в кармане, включая камеру и вынимая его. На экране своего телефона Эдита увидела летящую к ним на белом парашюте знакомую персону в красно-синем костюме. Отпустив своё средство спасения от гравитации на высоте нескольких этажей, Паук приземлилась на вытянутые ноги, смотря на труп.

— Нет-нет-нет-нет-нет…

Паук отшатнулась, споткнувшись и упав на тротуар. Закрыла рукой маску в месте рта.

Все всё поняли. На глазах у всех Девушка-Паук только что скинула человека с высоты и убила его.

Слегка опустив телефон, Эдита ошеломлённо взглянула на линчевательницу, ставшую злодейкой. Учащённое дыхание, заметное по часто приподнимающейся груди. Тошнота, которую она решила выплеснуть, приподняв маску.

Толпа стремительно поредела, людям было страшно находиться рядом с Девушкой-Пауком. Поблизости остались лишь стоящая в оцепении Эдита Брок, снимающая всё на камеру телефона, и подходящая к месту происшествия офицер, вытаскивающая из кобуры пистолет.

— Девушка-Паук! Остановись, ложись на землю! — голос полицейской дрожал от ярости. — Иначе я стреляю насмерть!..

В одно мгновение все рядом умолкли. Труп дёрнулся, его рука заскребла по асфальту. Кости тошновторно и громко хрустели и щёлкали, когда мертвец опёрся на обе руки и сел на колени, издавая леденящий душу хрип.

Эдита застыла в ужасе, наблюдая как смятый внутрь череп обретает привычную форму. Как в пустых глазницах формируются огненно-красные глаза с вертикальными зрачками. Как труп хватает висящую на мышечных ниточках нижнюю челюсть и возвращает её под особенно омерзительный хруст.

— Это было больно, — нарушил благоговейную тишину мужской голос. — Паучок, разве тебя не учили, что люди обычно умирают, когда их убивают?

— …Жив… Ты жив. Жив! — Девушка-Паук едва не кинулась в приступе радости на ожившего мертвеца, когда тот отшагнул. Линчевательница неловко замерла на месте.

Прогремел выстрел. Полицейская опустила пистолет, выстрелив в воздух, а теперь нацелив его на парня.

— Ни с места оба! Вы задержаны! Только посмейте и!..

— И что? — едко прервал её парень. — Вы убьёте меня, что ли?

На залитом кровью лице появилась улыбка, обнажившая окровавленные зубы.

— Сюрприз — это невозможно. Ну, вдруг ты слабоумная и ещё не поняла…

Выстрел. Парень пошатнулся и упал, поймав пулю в голову. Дальнейшие события Эдита Брок не запомнила, получив по голове автомобильной дверью. В следующие дни, опираясь на видео сделанное ею и некоторыми смельчаками, она кое-как восстановила хронологию.

Когда парня умертвили во второй раз Девушка-Паук запустила в полицейскую шаровую паутину, залепив оружие и ведущую руку. Но к месту происшествия уже спешили её коллеги и нападение на одну из них они восприняли не очень позитивно. Короче, офицеры открыли огонь на поражение по линчевательнице. Та, почему-то решив не убегать, вступила в бой с ними и к прибытию подкрепления на Таймс сквере бушевала настоящая война одиночки против армии, где в качестве одиночки выступила Девушка-Паук, а за армию были полицейские отряды. Кончилось всё это тем, что Паук в какой-то момент решила уйти. По официальным данным жертвы этого буйства почти отсутствуют, лишь несколько людей переломали кости в суматохе. Погибла всего одна — офицер Дженнифер Дэвис. Та, что стреляла в парня и та, которую убили, вырвав сердце из груди. Судя по одному нечёткому, трясущемуся видео в последнем виновен тот самый парень. Который в очередной раз воскрес.

«А Дейли Бьюгл сильно этому обрадовались», — подумала Эдита, отложив телефон в карман, и оглядела палату. Сил читать полную яда и оскорблений газету больше не было. Хотя обычно Брок любила почитать, как самопровосглашённую героиню Нью-Йорка костерят.

В отвратительно белой двухместной палате пахло стерильностью, то есть хлоркой. Хорошо хоть начальство оказалось понимающим и позволило взять отпуск на весь срок выздоровления. Однако одну проблему это не решало.

Скука.

Сил рыться в интернете, ища среди дерьма алмазы, не было. Значит, осталось только одно дело.

***

Элизабет Лавендер выглядела не очень. Вся загипсованная, с дополнительно фиксированными конечностями, девушка лежала на постели. Её визиту Лиза обрадовалась просто неимоверно. Обсудив последние события («Ну и угораздило же тебя, подруга, попасть под ракету»), Эдита поплелась обратно. Мимо неё спешили врачи, медсёстры и каталки с новыми пациентками.

Нью-Йорк в эти дни стал небезопасным.

Двери лифта распахнулись. Она вошла в него, потеснившись с каталкой и высоким парнем. Прислонившись к стенке сдвинувшегося лифта, она присмотрелась к своим попутчикам. На каталке лежала безногая женщина в полнейшем отрубе, которую сопровождает медсестра. А вот парень был в кожаной куртке с рисунком птицы на спине, на лице медицинская маска и солнцезащитные очки, а на руках прозрачная коробочка с букетом. Из-под его бейсболки торчали светлые волосы.

Кажется, Эдита где-то его видела. Только вот где?..

Прозвенел сигнал лифта. Эдита Брок вышла из него, а парень продолжил свой путь, приехав на самый высокий этаж, где расположились палаты наилучшего уровня. В таких обычно лежат корпораты. Нужную палату охраняли две рослые женщины.

— Кто такой? — одна из них перегородила дорогу.

— Доставщик, — парень пожал плечами и кивнул на коробку у себя на руках. — Вот, надо доставить.

Охранницы переглянулись.

— Оставь тут.

Доставщик издал усталый вздох.

— Что ж. План Б…

Через несколько интенсивных секунд он толкнул дверь.

Окно во всю стену из бронированного стекла. На стене огромный телевизор. Большая удобная кровать, на которой маленькая фигура целиком забинтованной женщины смотрелась слегка чужеродно.

Он поставил коробку на тумбочку рядом с постелью и извлёк оттуда букет роз. Их он положил на грудь пациентке.

Сладковатый запах заполнил палату.

Веки женщины дрогнули и приподнялись, открывая жёлтые глаза с вертикальными зрачкам. Звериный взгляд просканировал окружение и замер на нём.

— Т-ты-ы-ы…

Вместо грозного рычания вышел жалкий хрип.

— Армстронг…

Он подтащил стул к ней, переставив его спинкой вбок, и сел на него, положив подбородок на ладонь, уперев локоть о спинку стула.

— Может, толкнуть тебе речь о том, что во всех бедах виноваты планировщики? И что я не более чем бешеный пёс?

Он покачал головой.

— Нет. Это будет моветоном.

Сняв очки, Армстронг подался вперёд, сцепив руки на коленях.

— Ну же, спрашивай. Я же знаю, тебе хочется.

— Пошёл к чёрту… Бесчестная тварь. Какой яд ты распылил на букет?

Он улыбнулся уголками кроваво-красных глаз.

— Ты не поверишь, что можно сделать из бытовой химии. Кстати, почему это я бесчестный?

— Отрава… Оружие трусов.

Он хмыкнул, кинув взгляд на часы на запястье.

— Какие громкие слова от оперативницы Щита, которая не чуралась никаких методов, — он весело взглянул на неё. — Лицемерно, а?

В ответ раздался тихий кашель.

— Знаешь, Ава, я хотел бы услышать от тебя кое-что напоследок… Убийства по приказу — работа. Убийства ради себя — грех. Если результат один и тот же… Труп, у которого были друзья, мечты, семья… То где разница?

— Ты не поймёшь… Ты тварь, убивающая ради развлечения.

— Не говори как все, ты не такая. Мы же одной крови.

— Пошёл на хуй… Кха-кха… Я другая. Я…

— Ты убивала по приказам Щ.И.Т, по приказам Озкорп. Чем ты лучше меня?

— Идея. Присяга… Тебе известны такие слова?

— О. Вот как… Значит, ты утверждаешь, что можно убивать ради каких-то непонятных идеалов? Которые выдумали господа сидящие в высоких кабинетах?

— Софистика… А ведь раньше у злодеев были хоть какие-то принципы. Честь, неписаные правила… А ты, блядь? Во что веришь ты? Да ни хрена у тебя нет!

Он усмехнулся.

— Ты не права в одном, Ава. У меня есть мечта… что однажды настанет день, когда каждый человек в этой стране будет сам управлять своей судьбой. В стране истинной свободы, чёрт возьми! В стране действий, а не пустых слов! Управляемой силой, а не комитетом! Где закон меняется индивидуально, а не наоборот! Где власть и справедливость находятся там, где надо — в руках народа! Где каждый человек свободен думать и действовать! К чёрту всех этих юристов-импотентов и ёбаных бюрократов! К чёрту эти круглосуточные интернет-срачи о знаменитостях и их трусиках! К чёрту СМИ и «Американскую гордость»! К чёрту войны за нефть и бабло! К чёрту всё это! Америка больна — она прогнила насквозь. И нет иного средства спасти её, кроме как вырвать всё с корнем! Чтобы начать с чистого листа, надо сжечь всё дотла!

— …Безумие. Ты сошёл с ума.

— Может, да, а может и нет. Всё рассудит только щелчок… Спасибо за амулет. Прощай.

***

— Стоимость акций упала на…

— Достаточно. Спасибо, Эвелина.

Её секретарша, фигуристая блондинка, замерла перед ней.

— Ну? Проваливай!

Крика хватило, секретарша ушла.

Генриетта Озборн уставилась на лакированную поверхность стола. Из нечёткого отражения на неё в ответ глядела бледнокожая девушка, чьи иссиня-чёрные волосы были растрёпаны, а под зелёными глазами пролегли круги.

— Хреново выглядишь, Грета.

Шагов она не слышала. А это значит, что пришла или Фелиция, или…

— Пенни?

— Угадала!

Её лучшая подруга присела на стол, отодвинув бумажную кипу. Заправила рыжие волосы за ухо и заглянула в планшет.

— Эта диаграмма то, о чём я думаю?..

— Да, — Грета закрыла лицо руками и откинулась на спинку кресла. — Дела хуже, чем я думала. Даже хуже, чем я боялась.

— Грета…

— Пенни, они хотят приватизировать Озкорп! Национализировать дело всей жизни мамы!

— Но ведь законы…

— Законы диктуют они. Вся армия юристов и адвокатов… Вся репутация, вся власть Озкорп… Всё это сломалось из-за паранойи моей матери! — она вскочила, взмахнув руками. — Из-за её грёбаного расстройства контролировать всё во всю технику установили автопилоты! — сильные руки обвили Грету, прижав к Пенни.

Рыдания сотрясали её. Куртка, в которую она уткнулась, вскоре промокла из-за слёз.

— Тише, Грета, тише… Значит, ничего поделать нельзя?

— Нет. Да… Не знаю… Я наняла Мэй Мёрдок, но и она не чудотворец. Заседание состоится в пятницу, слишком мало времени.

— А если кто-то, например, Сорвиголова или Девушка-Паук поймают ту террористку?

— Было бы полегче, имея козла отпущения. Но Озкорп всё равно потерпит крах… Эй, Пенни.

— А? — рыжая гладила подругу по волосам не переставая.

Брюнетка приподняла голову, глядя на неё твёрдо и решительно.

— Я хотела сказать…

Слишком лично.

Он отключил трансляцию видеокамер, оставшись наедине со своим отражением в экране компьютера. На душе скреблись кошки, что было шокирующим открытием, идущим вразрез с прошлыми выводами. Кажется, сыворотка Зелёной Гоблин должна была культивировать самое худшее в человеке. С каких пор неспособность испытывать сочувствие считается позитивной чертой?

Он отключил свет в серверной и вышел в гараж. Поглядел на висящий на стойке тёмно-зелёный доспех под женскую фигуру, который он кое-как подогнал под себя.

Пришло время выйти в свет, не так ли?

Взяв планшет, он начал планировать будущее одеяние. Под основу пойдёт стандартный бронекостюм СБ Озкорп, он достаточно лёгок, стойкий против пуль и хорошо хранит температуру. Далее надо решить проблему с охлаждением, навесить броню, перекрасить и-и-и… Готово. Он посмотрел на результат своих трудов. В принципе, выглядит весьма прилично и не похоже на униформу. Хотя вес в двадцать килограмм ещё недавно мог вогнать его в небольшой шок.

Его мысли вернулись к тому, что он видел. Итак, чудотворец, а? Он может явить чудо. Чудо, за которое заплатят другие.

— О чудесах молю, не о снисхождении. Капля её любви — и я в исступлении…

***

Где-то из морга сбежала жертва одного из взрывов на электростанции. На карьере патологоанатома это был первый оживший труп.

Где-то на берег из реки Гарлем выползла женщина. Откашлявшись от воды, она побрела по набережной, покачиваясь и что-то тихо бормоча.

Где-то один криминальный авторитет сидел перед фотографией в рамке и молча плакал. На фотографии были изображены женщина и маленькая девочка. Их звали Ванесса и Ширли Фиск. Они погибли под ракетным огнём.

Где-то мрачная фигура в кожаном плаще шла по улице, держа в руках по М1911. Одетая в футболку с принтом черепа, она направлялась к одному из наркопритонов.

А один Альберт Хайзенберг ничего не подозревал и создавал себе костюм. А зря. Стоило бы приготовиться страдать…