Право выжить. Прорыв.

Пролог

Солнце медленно клонилось к закату. Багровый диск стоял над горизонтом, освещая долину ласковыми лучами. Деревья равномерно колыхались на ветру, покачиваясь то в одну, то в другую сторону.

Все, кроме одного.

Огромный ствол могучего дерева возвышался над океаном леса, теряясь в облаках. Словно великан в городе людей, дерево величественно возвышалось над своими более мелкими собратьями.

И вдруг, неподвижный как скала ствол сотрясла мелкая дрожь. От корней и до самых верхушек прошла едва уловимая волна белого света. Под действием этой волны колыхнулись могучие ветви, а листья, до того вялые и пассивные, вдруг распрямились. Они стали хаотично метаться из стороны в сторону, будто повинуясь сумасшедшему небесному течению.

Так продолжалось какое-то время. А затем все листья, словно по команде, устремили свои заостренные как у пики вершины в одну сторону. На несколько секунд листья застыли в этом положении, но вот невидимая сила отпустила их, и они вновь вяло заколыхались под напором ветра.

Несколькими минутами раньше, за сотни километров от дерева в хижине, что стояла посреди леса, на грубо сколоченной кровати лежал человек. Его одежда была в беспорядке, тело иссечено так, будто его долго и с упоением хлестали плетью. Лицо и оголенная кожа на руках носили следы свежих ожогов. Красная воспаленная кожа местами вздулась, а местами обуглилась до черноты. Левая нога несчастного отсутствовала почти до колена. Культя представляла собой обгоревшее до черноты месиво с торчащим обломком кости.

И хотя человек находился без сознания, лицо его искажала гримаса боли. Капельки пота струились по его сухому, обожженному лицу, оставляя на своем пути темные бороздки из смеси грязи и крови. Глаза метались под плотно сомкнутыми веками, зубы тихо скрежетали друг о друга.

Казалось, будто человек видит очень страшный сон.

Раздались торопливые шаги. К кровати подошел невысокий, пожилой азиат. Он низко нагнулся над раненым и замер так, будто вслушиваясь в стук его сердца. Так он простоял целую минуту, потом распрямился, нахмурил седые брови.

– Так не пойдет, ты не можешь умереть сейчас! – пробормотал он.

Он отошел в другой конец комнаты, где стоял видавший виды комод. Покопавшись в содержимом, старик вернулся к кровати, сжимая в руке черный как смоль браслет, выполненный то ли из камня, то ли из гладко полированного дерева.

Браслет казался литым, но стоило старику поднести его к руке пребывающего в беспамятстве человека, как он со щелчком раскрылся. Едва браслет оказался на запястье раненого, как по его полированной поверхности пробежала волна, на миг окрасившая его в ослепительно белый цвет.

Раненый дернулся, спина его выгнулась дугой, будто от электрического разряда, а затем его тело расслабилось. Лицо разгладилось, дыхание успокоилось.

– Так-то лучше! – кивнул сам себе старик, кончики его губ изогнулись в едва заметной улыбке. – Ты достоин, и ты будешь жить!

А в это время за сотни километров от хижины по коре исполинского дерева пробежала волна белого света, точь-в-точь такая же, как секундой раньше по гладкой поверхности браслета. Пробежав по всему стволу, волна всколыхнула листья, и те, после некоторой заминки, указали точно в сторону хижины.

Глава 1: Подарок в день рождения

День возле бывшего пионерского лагеря, а ныне города «Красная Заря» начинался с непогоды. Завывающий ветер гнал темные, словно налитые свинцом тучи, которые быстро затягивали небо, погружая мир во мрак. Резкие порывы ветра гнули толстые стволы деревьев, будто тонкие прутики.

Надвигался ураган.

– Кажется, дождь собирается, – протянул я, поглядывая на небо.

Словно в подтверждение моих слов раскатисто прогремел гром. Небеса явно готовились обрушить на город океан воды.

– Зонтык захватыл? – с усмешкой спросил Татарин, после чего сделал глубокую затяжку, укоротив сигарету почти на сантиметр.

– Угу, металлический, две тонны весом, – я кивнул на припаркованный недалеко от входа внедорожник.

Мы стояли на крыльце ресторана «Жар-птица». Вокруг нас суетился персонал, часть работников спешно закрывали большие окна деревянными щитами, другая часть не менее спешно укрывала летнюю веранду.

Сам я не курю и этого не одобряю, но другим свои принципы не навязываю, поэтому вышел вместе с Татарином, чтобы отдохнуть от царившей в помещении суеты. И мы такие были не одни. Недалеко толкались еще несколько человек, которые спешили выкурить по сигаретке до того, как разразится водный апокалипсис.

– Хороший машина! – одобрительно кивнул Татарин. – Свой?

Я покачал головой.

– Рабочая. С утра воздух уже тяжелый был, ясно, что к дождю идет, вот и подстраховался.

– Вэрно, вэрно… – покивал Татарин и вновь затянулся, да так, что почти скурил фильтр. Блаженно крякнув, он кинул окурок в стоящую рядом урну. – Ну что, дарагой, пайдом назад?

– Пойдем, – согласился я.

Переступив порог, я будто в другом мире очутился. Яркий свет от множества ламп заливал просторный банкетный зал. Громко играла музыка, несколько пар активно отплясывали на танцполе. С разных сторон доносились смех и тосты, недалеко от двери кто-то жарко спорил.

То и дело этот гомон перебивали пробочные выстрелы шампанского, мерно гудел кондиционер. Все эти звуки сливались в единый монотонный гул. Казалось, будто я оказался в центре гигантского пчелиного улья.

Между столами сновали официанты с подносами на вытянутых руках, подносили напитки, меняли блюда. Их фигуры в белых рубашках с короткими рукавами примелькались настолько, что вскоре я перестал их замечать.

Все эта суета была в честь одного единственного человека – Брюса. Сегодня ему исполнилось сорок лет. Юбилейный возраст в любой части мира! Правда, дать ему сорок не получалось даже с большой натяжкой. Крепкий, стройный, загорелый, с ослепительной голливудской улыбкой, он чем-то неуловимо напоминал Тома Круза.

Когда мы только познакомились, Брюс был лыс как яйцо, но пару лет назад решил кардинально сменить образ и отрастил густую шевелюру. Это не только помогло ему омолодиться, но и добавило сходства с именитым актером.

– Вай, дарагой, скарэй пайдом выпьем! – хлопнул меня по плечу Татарин.

Я кивнул, и мы направились к столику, за которым нас уже заждались наши женщины. Спутница Татарина – Тамара, крупная, но не толстая дама тридцати семи лет. С ней мой упитанный друг познакомился в «Заре» пару месяцев назад.

Познакомился и пропал, угодив в любовный капкан. Эта очаровательная женщина оказалась не только красива, но и на редкость умна. Во всяком случае она сумела найти ключик от сердца горца, так что рядом с ней он терял свой грозный вид, превращаясь из свирепого гризли в очаровательного плюшевого мишку.

На фоне пышных форм Тамары Саша выглядела тоненькой балериной. В своем вечернем платье она была настолько прекрасна, что я, залюбовавшись ею, чуть не влетел в спешащего по своим делам официанта. Благо, тот оказался проворен и сумел вовремя сманеврировать, избегая, казалось бы, неминуемого столкновения.

Рядом с Сашей сидела Яна – наша приемная дочь, по возрасту годившаяся нам скорей в младшие сестры. Черное открытое платье почти не скрывало ее уже активно формирующейся фигуры, туфли на высоком каблуке, колготки в сеточку. Образ распутной женщины дополнял вызывающий макияж.

Когда перед выходом я увидел, во что она вырядилась, то решительно собрался оставить ее дома, однако Саша встала на сторону девушки, попросив не запрещать ей самовыражаться.

И вот теперь это чудо сидело, лениво разглядывая окружающих, и потягивало свой сок из высокого бокала. Шампанское пить ей еще рано, в этом со мной согласились все, даже Саша.

Увы, к девочке так и не вернулись воспоминания, но зато она очень быстро наверстала утраченные знания. Попрыгав с полгода по разным классам, она осталась в пятом, где учились дети лишь на год-два младшее ее самой.

Я плюхнулся между Сашей и Яной, а Татарин, вмиг растерявший свою уверенность, робко присел подле Тамары.

Саша при виде меня улыбнулась, а Яна лишь скучающе приподняла бокал, как бы салютуя в мою честь. Выражение ее лица слегка изменилось, когда она переместила взгляд на танцпол, где вовсю отжигал Брюс. Именинник так лихо отплясывал в паре с длинноногой блондинкой, что я невольно задержал на них взгляд.

– Красиво танцует, – сказала Саша, тоже наблюдавшая за этой сценой.

– Настоящий мастер! – одобрила Тамара.

При этих словах я заметил, как грустно вздохнул Татарин. При всех своих достоинствах, танцевать он мог лишь с грацией Винни-Пуха. Слова Тамары меня тоже задели, но лишь слегка. В отличие от грузного горца танцевать я умел, пусть и не так как Брюс, но вполне неплохо. Во всяком случае стыдно за себя не было. Отплясал уже и с Сашей, и с Яной, причем не по одному разу, а судя по призывным взглядам, скоро придется кружить еще и Тамару.

Брюс тем временем подцепил еще одну девушку, лихо закрутив ее в активном танце. Талантище! А вообще наш Брюс человек многогранный. И стрелок, и плотник, и технарь. А еще он пилот, причем единственный как в «Орешкино», так и в «Заре», что безоговорочно определило его профессию.

Летает он почти каждый день, как на разведку, так и просто курьером. Заработок, даже официальный, у него такой, что большинству обывателей остается лишь завистливо облизываться. Про контрабанду можно вообще не говорить, там цифры просто космос. Сегодняшнюю гулянку он в легкую оплатил из своего кармана, а цифра счета там такая, что меня чуть инфаркт не хватил, когда я ее увидел.

Так что Брюс наш известен, богат, красив лицом, да еще и сложен как Апполон! Разумеется, этого не могли не заметить представительницы прекрасного пола. Глазками в него стреляют все, вон даже Яна игриво посматривает на бравого именинника. Хотя что с нее взять? Девке скоро шестнадцать стукнет, в голове вместо мозгов любовный роман с примесью прочих жанров от триллера до ужасов.

Типичный подросток.

– Антон, давай выпьем, друг! – отвлек меня от дум печальный голос Татарина, который иногда, особенно в периоды волнения, забывал про свой акцент.

– Выпьем! – согласился я, поднимая бокал. – За именинника и наших прекрасных дам!

Мы выпили, потом еще пару раз, потом плавно перешли с шампанского на коньяк, а затем был провал в памяти, который закончился, когда я осознал себя танцующим в крепких объятиях Тамары.

Рядом я заметил Брюса, аккуратно ведущего в танце буквально пожиравшую его глазами Яну. Наши взгляды встретились, и по серьезному кивку Брюса я понял, что никаких вольностей он себе не позволит.

Когда музыка смолкла, дамы направились к своим местам, а мы с Брюсом отошли к бару.

– Воды! – попросил я бармена, и тот понимающе кивнул.

– А мне пива, только холодный! – попросил Брюс.

– Холодного, – машинально поправил я его.

За прошедшие годы Брюс неплохо освоил язык, но склонения давались ему тяжело. Он то и дело допускал досадные ошибки, поэтому просил друзей и знакомых его поправлять.

– Хо-лод-но-го, – по слогам произнес Брюс, кивая в такт слогам. – Я запомню!

– С днем рождения, дружище! – поздравил я Брюса. Второй раз поздравил, но одно дело от семьи речь толкнуть, а совсем другое вот так, лично, с глазу на глаз.

– Спасибо, брат! – расплылся в улыбке тот.

Мы чокнулись подоспевшими напитками. Холодная вода неплохо отрезвляла. Я сложил ладонь лодочкой, налил в нее немного этой живительной влаги и протер разгоряченное лицо.

– Хороший вечер, да? – улыбнулся Брюс.

– Отличный! – кивнул я. – Не ожидал, что у тебя так много друзей.

– Друзей мало, – покачал головой Брюс. – Много знакомых, коллег, партнеры.

– Партнеров.

– Партнеров, я запомню.

– С такими связами ты легко сможешь свое дело открыть, когда с полетами завяжешь.

– Мэй би, мэй би… – туманно протянул Брюс. Затем он оглянулся по сторонам, не слушает ли нас кто и, понизив голос, добавил: – Кстати о деле, есть информация для твой начальник.

Я так удивился, что даже не стал поправлять речь Брюса.

– Что за информация?

– Место видел, новое. Большое здание, возможно, склад, – последнее слово он сказал шепотом, покосившись на мирно полирующего стаканы бармена.

От услышанного у меня перехватило дыхание, я вмиг протрезвел. Куда там холодной воде! Если Брюс ничего не напутал, то это такой куш, что голова кругом идет. Подумать только, склад! Нетронутый!

– Далеко?

– Рядом, меньше сто километров.

– Место точно новое? – усомнился я.

– Точно! – с жаром заверил меня Брюс. – Сверял потом с картой, рядом никаких отметок.

– Кроме тебя никто не видел?

Брюс покачал головой.

– Вчера было, ураган к земле прижал, над самыми деревьями лететь пришлось. В кабине я один, видел крыша. Много зелени сверху, трава, кусты, но это точно крыша. А здание ого-го!

– Сколько? – перешел я на деловой тон и не забыл потереть друг о друга подушечки указательного и большого пальца.

Брюс озвучил цену, от которой я аж присвистнул, чем привлек внимание бармена. Тот было направился к нам, посчитав мой свист призывом, но я жестом показал ему, что его услуги не требуются.

– Это… дорого.

– Нормально, ценная информация!

– Тут не поспоришь, – кивнул я.

– И процент хочу с находки.

– Сколько?

– Три, мне хватит.

– Это справедливо. Поговорю с начальством, но ничего не обещаю. Придержишь информацию?

– Для тебя брат, до конца недели!

– Договорились!

Мы чокнулись и выпили. Этот жест как бы завершил деловой разговор, и мы вновь вернулись на дружескую ноту.

– А куда тебя направляют? – полюбопытствовал я. – Если не секрет, конечно.

– Какие секреты между друзьями! Разведка дальняя, баки много ставят, дальность увеличена, вчера вылет был, но погода, сам видишь.

Я кивнул. Да, погода штука непредсказуемая, вчерашний вылет накрылся медным тазом, так что юбилей Брюс решил отмечать в «Заре», а не в «Орешкино». Но именно благодаря баловству стихий я получил сегодня столь ценный подарок! Прямо будто и не у Брюса день рождения, а у меня.

– К дереву лететь хотите? – прямо спросил я.

Речь шла, разумеется, не о простом дереве, а о дереве гиганте. Вообще больших деревьев в округе хватало, некоторые вымахали с многоэтажный дом, другие и вовсе могли посоревноваться с небольшим небоскребом. Один такой гигант рос всего в паре десятков километров от «Зари». Огромное, необъятное дерево при приближении внушало благоговейный трепет, но в целом… дерево как дерево!

Однако даже не о нем шла речь, а о настоящем дереве-исполине. Дерево столь огромное, что его крона раскинулась вширь на много километров, а верхушка терялась в облаках. Люди прозвали его «Мировое дерево».

Находилось дерево так далеко, что разглядеть его можно было лишь с самолета. По этой же причине о истинных размерах мирового дерева можно было лишь догадываться. Брюс уверял, что оно выше Эвереста и уходит аж в стратосферу.

Именно к этому колоссу и стремились добраться наши исследователи. Зачем? Им одним известно, но Брюс тоже загорелся этой идеей.

– Хотим, но объем баков мал. До дерева больше тысячи километров. В одну сторону хватит, назад уже нет.

– А если дополнительные баки навесить?

– Генерал запретил, – развел руками Брюс. – Боится повредить самолет.

Я одобрительно кивнул.

– И правильно сделал, что запретил! Делать вам нечего, зря только топливо палите.

– Почему зря? – возмутился Брюс. – Места искать, поселения искать, тайны изучать! Это не зря! Мы узнаем новое!

Я лишь покачал головой, но спорить не стал. Уверен, у всех жителей Тейи есть вопросы. Как мы здесь оказались? Почему произошла катастрофа? Что случилось с Землей? Есть ли способ вернуться назад? Жажда знаний всегда вынуждала людей совершать отчаянные поступки, невзирая на страх. С первых дней катастрофы люди отправлялись исследовать новый мир, блуждать в неизведанном, открывать неоткрытое.

Большинство из этих смельчаков назад не вернулось, сгинув без следа. Но те, кто возвращались, приносили с собой столь ценные крупицы знаний! Из этих осколков информации мы старательно собирали картину окружающего нас мира.

За прошедшие годы люди многое узнали о Тейе и об обитающих на ней существах. Научились выживать и даже расширили границы своих владений. Но главные вопросы так и остались без ответа.

Столько попыток узнать истину и все тщетно! Но люди существа упрямые и, несмотря на опасность, мы продолжаем выходить в рейды, исследовать мир за стенами, пытаться понять причину того, что забросило нас сюда, искать хоть какие-то зацепки, хоть что-нибудь…

Несмотря на сплошные неудачи, многие продолжали верить, что еще не все потеряно, что есть способ вернуться домой, на Землю. Лично я твердо убежден, что путь назад отрезан. Теперь Тейя – наш мир, наш дом. Нам остается лишь смириться с этим и жить, защищая себя и близких.

Разумеется, я не стал озвучивать Брюсу свои мысли. Он как раз из тех, кто верит и ждет. В нем не угас дух приключений, дух исследователей. Кто я такой, чтобы гасить в нем эту жажду познания, это пламя надежды?

– А ты, брат? Когда домой едешь?

Вопрос Брюса на секунду сбил меня с толку, потом я сообразил, что он имеет ввиду «Орешкино».

– Пока об этом не думал, – соврал я, не моргнув и глазом. – Работы невпроворот, даже ты вот, подкидываешь!

На самом деле все обстояло несколько иначе. Год, проведенный мной в «Заре», пролетел как один день. Уговор был выполнен, так что мы с Сашей вольны были вернуться домой хоть завтра.

Могли, но не хотели.

Прижились тут, обзавелись друзьями, обросли вещами, да и в целом жизнь в городе, пусть и небольшом, оказалась куда веселее деревенских будней! Признаться, когда Маша описывала мне «Красную Зарю», я представлял себе убогие ветхие постройки брежневских времен, кое-как залатанные от дыр. Многого не ждал, готовился жить чуть ли не в сарае.

Поначалу прогноз сбывался. Первым, что я увидел на подъезде к городу, был высокой бетонный забор, коими раньше обносили все что не лень, от школ до воинских частей.

Серость унылая!

Но стоило только миновать «КПП», как пейзаж разительно изменился. За забором раскинулся вполне современный город с промзоной, жилым кварталом в десяток многоэтажных и несколько небольших домов, поликлиникой, школой, детским садом, а также магазинами, кафетериями и прочими радостями современной жизни.

Откуда взялось все это в заброшенном детском лагере? Ответ довольно прост: ресурсы. Да, скромные залежи нефти, торфа, угля и металлов, на которые советские власти в свое время пренебрежительно махнули рукой, вдруг заинтересовали частного инвестора.

Выкупив лагерь и все примыкающие к нему земли, он занялся подготовкой инфраструктуры для будущих работников его предприятий. К делу подошел с размахом, намереваясь возвести целый город, вмещающий в себя как сами предприятия, так и жилые пристройки к нему.

К моменту исхода работы были далеки от завершения, но большая часть той самой жилой инфраструктуры все же оказалась завершена и готова к приему семей работников. Увы, но электростанция, добывающие предприятия, как и заводы по обработке сырья еще находились в процессе строительства. Именно поэтому представители «Красной Зари» просили у «Орешкино» отсрочку в поставке обещанного горючего. Нечего было поставлять!

К счастью, большую часть необходимого для добычи и перегонки нефти оборудования завезли на стройку накануне катастрофы. Как и рабочих для его установки. Так что старт добычи был лишь вопросом времени, в чем я лично убедился, побывав на быстро отстраивающихся предприятиях.

Поселили нас в уютной двушке на пятом этаже двенадцатиэтажного дома, намекнув, что пока мы живем городе – квартира наша. И, о боги, как же тут было хорошо! Все блага цивилизации в наличии, даже электричество, правда пока только по часу в день. Но все же!

Признаться честно, мысль о том, чтобы остаться тут навсегда, посетила меня с первого дня моего пребывания в «Заре» и с каждым днем это желание только крепло. Наверное, именно так ощущали себя укутанные в шкуры варвары, взявшие штурмом Рим и вкусившие плодов его вольготной жизни.

Как мы тянулись к «Заре», так и она тянулась к нам. Сашу с распростертыми объятиями приняли в местной поликлинике, переоборудованной в больницу. Тут не хватало не то, что врачей, даже медсестры оказались в остром дефиците! Саша, с ее многолетней практикой под руководством Доктора, сходу получила должность главного хирурга.

Со мной дела обстояли несколько хуже. Таланты охотника, увы, оказались не особо востребованы в местной реальности. Зверь не тот. Опыт, какой был, я передал за несколько месяцев, подготовив отличных охотников, после чего местные власти быстро потеряли ко мне интерес.

Уже тогда можно было смело возвращаться назад, но просто взять и отправить меня обратно ребята из руководства «Зари» никак не могли. Иначе зачем тогда звали? Да и Саша, естественно, уехала бы со мной, а уж ее-то отпускать ой как не хотели! Так что пришлось мне искать варианты, дабы не становиться мужем-дармоедом.

Поначалу меня перевели в группу чистильщиков – истребителей опасных тварей, которые иногда подбираются близко к городу. Занятие оказалось рискованным и весьма непростым. Отбатрачив четыре месяца почти без выходных, я так и не проникся этим ремеслом. Да и Саша оказалась решительно против сего опасного вида спорта, особенного после того, как меня уложили к ней на операционный стол с десятком глубоких ран, оставленных когтями молодого живоглота или вурдалака, как его местные величают.

Попробовав свои силы еще в нескольких ведомостях, я наконец открыл в себе новый талант – талант управляющего! Оказывается, я как никто другой умею распределять ресурсы, изыскивать средства и вообще прекрасно лажу с людьми. Так что с тех пор я завис на должности распорядителя у «Скаутов» ­­– одном из отрядов местных рейдеров.

Работа, по сути, канцелярская: бегай по кабинетам, бумажки переворачивай. Но я и не против! Свое отвоевал уже, ран на шкуре больше, чем здоровой кожи. А тут и зарплата хорошая, и офис в десяти минутах ходьбы от дома, и в двадцати от больницы, где работает Саша. Каждый день с семьей, а главное – никакого риска.

Красота!

– О чем задумался? – голос Саши вывел меня из задумчивости.

Пока я размышлял о великом, моя супруга незаметно подкралась сзади и нежно обхватила меня за талию. Я обернулся и машинально чмокнул ее в нос, совсем позабыв, что мы тут не одни.

– О тебе, любимая, о нас и о том, что уже больше года прошло, контракт с «Зарей» исполнен, – честно ответил я, с улыбкой разглядывая Сашу.

Ух, какая же красавица! И ведь с каждым годом только хорошеет! Едва мы перебрались в «Зарю», за ней такая толпа мужиков ухлестывать начала, что я даже растерялся поначалу, не представляя, где буду столько трупов закапывать. Но Саша быстро дала всем понять, что место занято и ловить тут нечего.

– Да, время летит, – вздохнула Саша, присаживаясь рядом, Брюс тактично удалился, оставляя нас наедине. Перед уходом он подмигнул мне и показал большой палец.

– Не пора ли домой? – спросил я.

– Нашел, о чем спрашивать! Тебя ведь хорошо приняли у «Скаутов»?

– Отлично приняли, начальник на руках готов носить! Да и самому грех жаловаться, хорошая работа.

– Ну так в чем проблема? В «Орешкино» потянуло?

– Да не то, чтобы прям потянуло, – со вздохом признался я. – Просто как-то совестно перед Дедом.

– Мало он на тебе ездил что ли? Даже сюда нас сослал без твоего, кстати, согласия! – вполне резонно возмутилась Саша. – По-моему, ты достаточно сделал для деревни и заслуживаешь спокойной жизни. А Дед пускай себе другого главного охотника ищет, раз сам тебя в ссылку отправил.

Ну да, в целом Саша права. Повоевать за «Орешкино» мне довелось как никому другому. Свидетельством того служат многочисленные шрамы, один так прямо на лбу, оставленный мне на память Бесом.

– Меня в больнице заменить некому, сам знаешь, – продолжала тем временем Саша. – Так что хватит об этом, вышли с Татарином весточку, он как раз на днях обратно поедет.

– Да я как бы уже, – признался я. – Отдал письмо, когда выходили воздухом подышать.

– Вот и нечего эту тему больше поднимать! – одобрительно кивнула Саша. – Яна тоже назад не хочет. Тут у нее школа, друзья.

От этих слов мои губы непроизвольно растянулись в улыбке. Яна, как и положено подростку, почти не бывала дома, предпочитая «зависать» с друзьями и одноклассниками. Один лишь намек о возращении в деревню вызвал у нее такую бурю возмущения, что я предпочел этот вопрос при ней больше не поднимать.

Внезапно я ощутил, что в животе у меня неприлично много свободного места, которое не грех бы чем-нибудь заполнить. Если подумать, то на этом празднике живота я только пью да танцую. Непростительная ошибка, которую нужно немедленно исправить!

– Сашуль, пойдем пожрем, а? – попросил я, вспоминая, чем можно подхарчиться за нашим столиком.

– А танцевать? – обиженно спросила Саша. – Ты обещал, что после Тамары со мной станцуешь!

Что-то не помню такого! Но, с другой стороны, не помню и того, что такого не обещал. А рисковать, затевая спор, определенно не стоит. Опасно для жизни! Так что я галантно взял Сашу под руку и повел ее к танцполу, где Брюс опять отжигал под восхищенными взглядами женщин, на зависть остальным мужчинам.

– Антон сказал – Антон сделал! – клятвенно заверил я ее. – Вначале потанцуем, а потом жрать!

Снаружи гремел гром, неистово сверкали молнии. Крупные капли дождя барабанили о землю, грозясь затопить все вокруг. Но для гостей «Жар-птицы» мира снаружи не существовало, сегодня мы жили в мире улыбок, смеха, музыки и веселья.

Глава 2: Новости

Уже на следующий день, я в строгой секретности поведал своему непосредственному начальнику о предложении предприимчивого американца. Тот подумал, поломался немного, да и согласился. В тот же день я получил координаты, а на счет Брюса в местном банке капнула круглая сумму.

Да, банк тут тоже имеется и многие пользуются его услугами. Брюс вот копит потихоньку, чтобы на пенсии перебраться в город и жить себе припеваючи.

С того дня прошло чуть меньше месяца, а сведений как не было, так и нет. А поскольку дел было невпроворот, я временно выкинул из своей головы все мысли о складе и тех богатствах, которые в случае успеха положены мне за добытые сведения.

Сегодня мы с Сашей как обычно неспешно брели на работу. Хоть идти нам не совсем по пути, но я все равно каждый день провожал ее до дверей больницы. Из-за работы мы стали проводить вместе куда меньше времени, чем хотелось бы, так что я не стал лишать себя удовольствия утренних прогулок. Пусть даже из-за них я регулярно опаздываю.

Вот перед нами замаячил небольшой сквер, раскинутый перед больницей. Все, прогулка подошла к концу.

– Сколько времени? – спросила Саша.

– Девять с копейками, – ответил я, мельком глянув на часы.

– Уже так поздно? У меня операция в десять, я побегу!

Чмокнув меня на прощание, девушка быстро засеменила к больнице. Проводив ее взглядом, я печально вздохнул. Вновь разлука до самого вечера. А вообще Саша права, пора идти на работу. Но, до чего же лень! А может ну ее? Вернусь домой, в кроватке поваляюсь, чаек погоняю под фильмец…

– Эх, не поймут-с! – со вздохом пробормотал я и зашагал на работу.

У проходной меня встречал Марат, он же Март, как он сам себя величает. Мой непосредственный начальник и по совместительству глава «Скаутов». Суровый мужик тридцати двух лет, всегда причесанный и гладко выбритый. Кроме шуток, всегда, даже в полевых условиях. Кожа – бронза, глаза голубые, как два озера, фигура такая, что хоть сейчас на подиум.

– Ну наконец-то! – всплеснул руками Март, едва я миновал пункт охраны. – Я уже домой к тебе собирался идти!

Я демонстративно глянул на часы.

– Всего на десять минут опоздал!

– Всего? Да за эти десять минут тебя премии лишить надо! А то и наказать, выговор сделать, может даже строгий! Забыл, где работаешь?

Я лишь усмехнулся на его слова. Собака лает, да не кусается. Именно так можно описать все эти угрозы. Зарплаты он меня лишит, выговор сделает. Угу, как же! А не ты ли дорогой друг еще на днях чуть не со слезами отговаривал меня от возвращения в «Орешкино»?

– Прости, был неправ, – виновато потупил я взор. – Провожал Сашу, заболтались, обсуждали возвращение в «Орешкино».

– Как это возвращение?! – опешил Март.

– Да, да! Саша спросила, как мне тут работается, не обижает ли начальник? Может зарплаты лишает за опоздания, а то и выговоры делает, строгие…

– Ой, все! – махнул на меня рукой Март, сообразив, наконец, что я над ним потешаюсь. – Пошутили и хватит! Пошли скорее, у нас там важное дело горит!

– Так у нас все дела важные и всегда горят, на то мы и первые! – сказал я, демонстративно неторопливо двигаясь вслед за начальником.

«Скауты» действительно первые, хоть и далеко не единственные рейдеры «Зари».

– Это особой важности и особой срочности, – не оборачиваясь сказал Март. – Целый месяца ждали!

Тут я остановился.

– Так это… то самое?!

– Тише ты! – шикнул Март, кошкой подскочив ко мне. – Чего орешь на весь город? Хочешь внимание «Волков» привлечь?

Я непроизвольно прикрыл рот ладонью. «Волки» – наши заклятые друзья и главные конкуренты. На словах-то они союзники, но вот на деле так и ждут, чтобы из-под носа увести лакомый кусочек. Застолбить-то ничего нельзя, кто успел – тот и съел! А ведь с каждого успешного дела команда не просто зарплату, а процент имеет, притом немалый! Вот «Волки» и вынюхивают постоянно, чего бы такого у нас перехватить.

– Да, оно самое! – шепотом подтвердил мои догадки Март. – Час назад вернулась разведка. Все подтвердилось.

– Склад? – тихо, чтобы не спугнуть удачу, спросил я.

– Лучше, гипермаркет!

– Гипермаркет! – с придыханием вырвалось у меня.

– Тише ты, – опасливо оглядываясь подтвердил Март. – Даром что своя территория, а уши повсюду! Лучше у меня в кабинете поговорим. Разведчики нас, между прочим, до сих пор там ждут! Под охраной держу, чтобы ни словечка за стены не просочилось!

– Так чего же мы ждем? – возмутился я и сходу взял такой темп, что Март быстро отстал и был вынужден пристроиться ко мне в кильватер.

Он что-то говорил, но я его не слушал. Уже прикидывал численность и состав рейда, какие взять машины. Прокладчика естественно берем, куда ж без него? Один, нет, лучше два джипа с пулеметами! А вот броню брать не стоит, засветимся с ней, потом жди гостей от «Волков» или других ушлых рейдеров, это как пить дать! Ведь пока дорогу не проложим, да на место не доедем, право на объект предъявить не сможем.

Так что да, выехать лучше малой группой: прокладчик с парой легких джипов. Стандартный расклад малой разведки, комар носа не подточит! А грузовики под товары и автобус с людьми уже потом подгоним, перед самой погрузкой. Тогда же и «БТР» гнать можно, прямо в просеку его всунуть, чтобы незваных гостей отваживал!

Размышляя об этом, я уже мысленно потирал руки. Оставим «Волков» с носом! А уж какой барыш поимеем...

А ведь Март поначалу нос кривил! Неоправданный мол риск, а вдруг Брюсу почудилось… С трудом тогда убедил его рискнуть. Ведь если дело выгорит, то прибыль покроет затраты во много-много раз! Тянуть не стали, сразу же снарядили экспедицию, и вот разведчики наконец-то вернулись.

От проходной к зданию базы вела дорожка. Она пролегала в обход тренировочного полигона, так что я решил срезать и пошел напрямую. Массивное трехэтажное здание, к которому я направлялся, до катастрофы должно было стать то ли цехом, то ли ремонтной мастерской. Завершить работы не успели, а новое руководство решило выделить его под нужды отряда внешней разведки, на базе которой затем образовался отряд «Скаутов».

Первый и на тот момент единственный.

Кстати, хоть формально «Скауты» находятся в подчинении у «Красной Зари», фактически это самостоятельная структура со своим руководством и бюджетом. Правда, семьдесят пять процентов добычи все равно приходится отстегивать «наверх», но зато у всех «скаутов» есть гарантированная зарплата из казны поселения, а также обеспечена пенсия по возрасту или инвалидности. К этому надо добавить еще и процент от добычи с каждой вылазки, что делает «скаутов» весьма обеспеченными людьми.

Успехи в добыче и быстрый рост доходов «Скаутов» привел к тому, что другие отряды рейдеров стали появляться как грибы после дождя. Сформированные в основном авантюристами и мечтателями без надлежащей подготовки и снаряжения, большая часть таких отрядов перестала существовать уже в первый год исхода. На сегодняшний день оставалось только пять отрядов: три мелких и два крупных.

«Скауты» – самый крупный и самый успешный, а все остальные отряды нам завидуют! У нас и техника лучше и зарплаты выше, чем у конкурентов. Неудивительно, что на каждую вакансию в отряд сразу по двадцать соискателей находится! Но берут только лучших и только по рекомендациям.

Сам я попал в отряд по чистой случайности. Один из бойцов, сильно пострадавших во время рейда, оказался на операционном столе Саши. Парень выжил, но служить дальше уже не мог, а его командир был так благодарен Саше за спасение подчиненного, что согласился рассмотреть мою кандидатуру на освободившееся место. Первое время я катался на вылазки, затем стал отвечать за их организацию. Так помаленьку до начальника и дорос.

Занятый воспоминаниями, я и не заметил, как миновал полигон. Стоило переступить порог здания, как в нос мне ударил запах разогретого металла, машинного масла и выхлопов бензина и дизеля. А какой тут стоял шум! Гудели станки, ревели моторы. Мастера доводили до ума технику и проводили тестовый прогон всех узлов и агрегатов.

Эх, дом, милый дом!

Проходя мимо большого пассажирского автобуса, которому наваривали очередной слой брони, я ненадолго задержался. Отметил толстые решетки на окнах, новую защиту для колес и тут же записал этого монстра в состав предстоящего рейда.

Миновав мастерскую, мы поднялись по металлической лестнице на второй этаж, где располагались офисы. Кабинет Марта, как и положено начальнику, находился в конце широкого коридора. Приемной, увы, не было, так что стол секретаря размещался прямо в коридоре, рядом с дверью.

Секретарь – невысокий, пухлый парень чуть старше меня. Имени его не помню, зато помню, как настырно он ухлестывал за Сашей, за что я сразу же произвел его в засранцы. При нашем появлении его глаза блеснули, в них читался интерес, но от вопросов он благоразумно воздержался.

Помимо секретаря у двери кабинета дежурили двое вооруженных часовых. Март жестом отпустил бойцов, после чего мы вошли внутрь, где нас ждали четверо грязных, заросших и чертовски злых мужиков.

Еще бы им не злиться! Целый месяц они с риском для жизни бродили по джунглям, спали на деревьях, жрали сухпаек. Спешно принесли нам добрую весть, а что мы? Не покормили, помыться не дали, к семьям не пустили. Вместо этого заперли под замок, как преступников. С виду все были целы, здоровы, во всяком случае ни ран, ни повязок ни на ком из них не наблюдалось.

– Парни, без обид, дело серьезное! – сходу прочитал настроение в комнате Март.

– Знаем, – буркнул Артем – глава разведгруппы, одноглазый жилистый мужик лет сорока-сорока пяти.

– Повтори Антону еще раз то, что рассказал мне.

– Здорово, Старшой! – добродушно кивнул мне Артем, я кивнул в ответ, а затем обменялся кивками с каждым из его команды. Все лица знакомые, пересекались уже как в кабинетах, так и в рейде.

– Добрались без приключений, – начал Артем. – Считай, как по проспекту прогулялись, что туда, что обратно. Само здание большое, в два этажа. Площадь около двух тысяч квадратов. Лес подступает впритык, один угол здания срезан границей островка.

Тут я поморщился, срез – это плохо! Значит здание открыто как для стихий, так и для всякой животины, которая ой как любит в людских постройках селиться! Ну и влага имеет свойство накапливаться в бетонных коробках, так что если рядом со срезом было что-то ценное, то теперь это, скорее всего, мусор.

В общем, плохая новость. Однако следующие слова Артема заставили меня облегченно выдохнуть:

– Мы проверили срез, там какой-то офис, ничего серьезного. В остальном двери заперты, стекла целы.

– Каверны?

– Не видели, но все возможно, – пожал плечами Артем.

Ну да, это не по их части, это уже у прокладчиков голова болеть будет.

– Склад? – спросил я о самом важном и по довольной ухмылке Артема понял все еще до того, как он ответил.

– Цел и забит под завязку! Как и торговый зал. Консервы, одежда, химия, стройматериалы, – с горящими глазами стал перечислять Артем. – Я даже переносные генераторы видел! Да там только спиртного столько, что за год всем городом не выпьем!

Раздались дружные смешки разведчиков, похоже ребята уже готовились к скорой встрече с алкоголем. Наивные, сейчас Март их очень и очень сильно разочарует!

– Значит так, сейчас вас в спецкомнату проводят, там до отбытия группы поживете. Отправитесь с прокладчиками дозором. Семьи я предупрежу, что живы-здоровы, но за территорию ни-ни! Болтать о деле строго запрещено! – заявил Март и, не дав котлу возмущения взорваться, торопливо продолжил: – Куш солидный, кому как ни вам знать. Свой процент просчитайте и подумайте, стоит ли им рисковать ради пары стопок водки в баре. Тем более, что водку вам и в комнату занесут.

Мужики переглянулись, повздыхали, но бузить не стали. Ясно дело уже процент свой прикинули, да так им получившаяся цифра понравилась, что готовы еще месяц лишений терпеть. А то и больше.

– Мы поняли, Марат. На этом все? Нам бы пожрать да поспать, мы читай сутки на ногах, сюда почти бежали.

– Конечно, сейчас вас проводят! – Март отпер дверь и приглашающим жестом указал людям наружу.

Те поднялись и устало побрели на выходы. Причем один из разведчиков заметно прихрамывал на правую ногу. Все же не обошлось без травм! Перехватив мой взгляд, Артем пренебрежительно махнул рукой.

– Вывих, торопились слишком, полежит пару дней, оклемается!

Я кивнул и отошел, уступая дорогу. Март вышел из кабинета первым и обратился к секретарю, имени которого я так и не вспомнил:

– Проводи в спецкомнату – режим полной секретности.

– Будет исполнено! – вскочил тот и ринулся исполнять поручение.

Перед тем, как он удалился, я заметил, как хищно блеснули его глаза. Показалось? Перевел взгляд на Марта, нет, не показалось, тот тоже заметил.

– Ты думаешь о том же, о чем и я? – спросил я его.

– Я не умею читать мысли! – неожиданно резко огрызнулся тот, но, тут же смягчив тон, добавил: – Не понравился мне его взгляд.

– Угу, и мне, – кивнул я. – Как думаешь, он…

Тут я изобразил характерный жест игры на барабане.

– Стучит? Витька-то? Не думаю! Он у меня уже полтора года работает, парень умный, ответственный, нареканий на него нет.

Точно, Витя, вот как его зовут! А Март ведь явно недоговаривает, вон как глаза отводит, вздыхает! Я продолжал гипнотизировать его взглядом, намекая, что жду продолжения.

– Понимаешь, иногда он как бы слишком дотошный что ли? Лезет куда не просят, каждую мелочь вызнает. Вот сегодня едва разведчики нагрянули, все расспрашивал: откуда они да что нашли. Понимаю, у нас положено учет вести, но больно уж он усердствовал. Пришлось сослаться на секретность, только тогда отстал.

Я понимающе покивал. Ясно все с этим Витьком. Стукач он, как пить дать! На роже ведь написано – подлец! Скользкий тип, мерзкий, как змея. Хотя, может, это ревность заставляет меня видеть в нем плохого человека? Вон, даже Март его только сейчас заподозрил, а ведь Март человек до жути осторожный, кого попало в секретари уж точно не возьмет.

– Знаешь, может у меня паранойя, но береженого Бог бережет, – пожал я плечами. – Давай лучше перестрахуемся.

– Ты что, предлагаешь Витька тоже в спецкомнате закрыть? – вскинул брови Март.

Спецкомната, кстати, вовсе и не комната на самом деле, а целый жилой комплекс, где может сразу до десяти человек проживать. Размещается он в самом центре базы. Без окон, а выход только один. Вообще изначально комплекс предназначался для проживания группы перед рейдами, но пользовались им так редко, что решили переоборудовать в своего рода изолятор как раз для таких вот случаев.

– Ни в коем случае! – я увел Марта в кабинет и запер за нами дверь. – Мы поступим немного хитрее, пустим предполагаемого врага по ложному следу!

– Это как? – не понял Март.

– Все просто. Если бы «Волки» снарядили большую группу: прокладчик, грузовик с бойцами, автобус с работягами, пару «БТР» в охрану. Что бы ты подумал?

– Что они сорвали куш, – ответил Март, усаживаясь за стол.

– Правильно! Именно так мы и поступим, только группа пойдет не к гипермаркету, а в вот сюда! – ткнул я пальцем в точку на карте, что была развернута на столе.

– Так ведь тут ничего нет!

– Может нет, а может и есть! – развел я руками. – Это никому неведомо.

Март принялся устало массировать лоб.

– Сути пока не улавливаю.

– Предположим, что Витя стукач, – принялся объяснять я. – В этом случае, он вероятно уже успел доложить о возвращении разведчиков и той секретности, которую ты развел. Время у него было.

Март угрюмо кивнул, верить в предательство помощника ему явно не хотелось.

– Другие отряды будут следить за нашими шагами и попытаются опередить нашу группу, выслав своих людей к объекту, чтобы затем предъявить права на долю от добычи по праву присутствия.

– Все так, – буркнул Март.

– Вот на этом мы и сыграем! Вышлем большую группу с броней по ложному следу, выждем немного, а затем малыми силами отправимся уже по настоящему маршруту! Теперь понял?

Лицо Марка погрустнело.

– Старшой, я тебя, конечно, уважаю, и идея твоя в целом неплохая, но кое-что ты все же забыл – у нас нет второго прокладчика!

Я хмыкнул.

– А это вишенка на торте моего плана! Мы используем не свой прокладчик, мы его позаимствуем!

Брови Марка взлетели вверх.

– Позаимствуем? У кого?

Я не удержался от хищного оскала.

– Само собой, у «Волков»!

Глава 3: Собрание

Март сидел, вытаращив на меня глаза. Он молчал, видимо ожидая, что вот сейчас я возьму да признаюсь, что пошутил. Но, поскольку признаваться я не торопился, спустя пару минут он все же нарушил молчание.

– Водярой от тебя вроде не пахнет. Признавайся, чем накидался? Я тоже хочу!

– Зря шутишь, я вполне серьезен, – ответил я, продолжая разглядывать отметки на карте. – А Витя мог видеть эту карту?

– У него есть доступ в кабинет, – пожал плечами Март. – Ты от темы-то не отходи! Что значит позаимствуем у второго отряда? Хочешь его угнать?

– Зачем угонять? Просто арендуем.

Март хмыкнул.

– А они, значит, вот так просто возьмут и отдадут свой единственный прокладчик главному конкуренту!

– Так он у них не единственный, – ошарашил я Марта. – Не так давно они прикупили у вояк «МТЛБ» модифицированный: с отвалом, увеличенным баком и жилым отсеком. Угадай зачем?

Март понимающе хмыкнул. Большинство скаутов, в том числе и мы, в качестве прокладчиков используют тяжелые бульдозеры. У этой неуклюжей машины есть целый ряд недостатков, начиная от медлительности и заканчивая нулевой автономностью. Про надежность и защиту лучше грустно промолчать.

А еще их мало. За все время удалось найти лишь пять штук. Три из них задействованы на стройках, оставшиеся два достались нам и «Волкам». Остальные отряды добычу в рюкзаках носят. Нам повезло больше, почти новехонькая машина, которую наши умельцы перебрали так, что теперь ее родной инженер-конструктор не узнает!

«Волкам» повезло куда меньше. Их старый, еще советский гусеничный трактор чадил как паровоз, требовал уйму топлива и масла, при этом еще и ломался через каждые двести метров.

В целом «МТЛБ» как прокладчик годился. Правда весу в нем все же недоставало, не для таких нужд создавался. Требовались сложные, дорогостоящие модификации, которые не всем по карману. Да и сами машины вояки продавать не спешат, понимают ведь, что именно за такой техникой будущее. Сторговаться можно, но цены такие, что соглашаться на покупку никто в здравом уме не станет.

– В общем, одна птичка мне напела, что сторговали они «МТЛБ» уже модифицированный, для роли прокладчика годный. А значит старичок их остался не у дел. Списывать его они не станут – жалко технику, да и покупателя на этот хлам поди еще найди.

– А если не дадут?

– Дадут, как миленькие дадут! После покупки тягача у них небось финансовая дыра размером с поле для гольфа. Цену заломят, конечно, но дадут.

Март хмыкнул.

– А ты наглый! Решил, значит, волка за хвост дернуть?

Кстати, волками они не сами себя прозвали, первоначально отряд назывался «Пионеры», как бы в противовес нашему «Скауту», но затем кто-то намалевал морду волка на дверях техники. С того и началось.

На слова Марта я лишь пожал плечами.

– Да, проучить их стоит, уже два рейда нам сорвали, – продолжил Март. – Один совсем перехватили, а в другом пришлось долю отстегивать.

– Даже так? – удивился я. Март мне про это не рассказал, хотя что-то такое я от бойцов слышал, когда пересекался.

– Больно наглые стали и информацию им точно кто-то из наших сливает, – печально вздохнул Март. – Точки еще даже на общую карту не внесли, а они уже тут как тут! Либо следят за нами, либо кто-то им регулярно информацию заносит.

Правила, установленные руководством «Зари», обязывали рейдеров вносить на общую карту города все обнаруженные островки. Отрядам давалось лишь три дня на то, чтобы вывести ресурсы, а потом – приходи, кто хочешь, бери, что хочешь! Если силенок хватит, конечно, ведь за пределами городских стен закона нет.

Поначалу появилась масса «пиявок», мелких отрядов, что цеплялись за крупными рейдами, а затем претендовали на часть добычи. Но дело не пошло, наглецов просто отстреливали да закапывали в ближайших кустах.

Другой разговор, когда «пиявкой» становится большой отряд. Десять рыл в полном обмундировании да на броне так просто не прикопаешь. Воевать можно, но откупиться обычно дешевле выходит. Сухопутное пиратство в чистом виде! Печально, что подобным бизнесом стал промышлять весьма уважаемый отряд рейдеров.

Тем временем Март хмурил лоб, усиленно размышляя над моей идеей. Наконец он кивнул, приняв для себя решение.

– Добро! Соберем круглый стол, обсудим твой план.

Март открыл ящик стола и достал из него рацию. Завидев, что я намереваюсь уйти, он жестом усадил меня обратно.

– Обожди, сейчас людей вызову, вместе потолкуем.

Я, конечно, удивился, но возражать не стал. Плюхнулся на стул, а полчаса спустя мы сидели уже за другим столом, большим, для совещаний. Помимо меня с Мартом присутствовали еще трое. Лев – наш главный техник, невысокий и щуплый для столь грозного имени мужчина лет пятидесяти. Игорь заведует бойцами. Вечно улыбчивый тридцатилетий парень с добрыми глазами. Третьим был пухлый розовощекий Владислав, дядечка неопределенного возраста, которого все звали просто Вадик.

Величают его так неспроста. Дело в том, что за ним прочно закрепилась репутация «розового», то бишь любителя мальчиков. Поговаривают, что он под разными предлогами заманивает к себе на кофе молодых скаутов, которых затем всячески охмуряет ради своих развратных целей. Правда это или нет, я знать не мог, но на собственной шкуре проверять не хочется, поэтому я всегда старался держаться от этого субъекта подальше.

При этом Вадик занимает такую должность, которая одних заставляет смеяться, а других почтенно трепетать. Вадик – наш завхоз. Да, название профессии сходу не впечатляет, но стоит лишь задуматься о том, что без мановения его великого пальца Лев не получит ни одного литра топлива для своих машин, а Игорь не увидит ни одного патрона, то хи-хи и ха-ха моментально превращаются в тот самый почтенный трепет.

Эта троица во главе с Мартом, собственно, и является верхушкой «Скаутов». Надо ли говорить, что сидеть за одним столом со столь значительными фигурами, как равный, уже само по себе достижение? Свалившееся на меня осознание того, что я невольно вошел в большую игру серьезных дядей изрядно будоражило разум.

– Предупреждаю сразу, дело повышенной секретности! – заявил Март, едва мы расселись.

– И срочности, – чуть нервно добавил я.

– И срочности, – подтвердил Март, стрельнув в меня недовольным взглядом.

Затем он сжато, но довольно подробно рассказал о находке, опасениях слива информации, подозрения по поводу Вити и про мой «хитрый» план. Когда Март закончил рассказ, ненадолго повисла тишина.

– Так вот зачем ты у меня группу Артема забрал! – нарушил молчание Игорь. – Где они сейчас, кстати?

– В спецкомнате пока поживут, – ответил Март. – Во избежание утечки.

– Если твой Витька стукач, то это не поможет, – заметил Лев.

– Он может знать о находке, но не о том, где она, – возразил я. – Это только поможет нашему плану. С его помощью мы организуем ограниченный слив информации, чтобы внимание всех и каждого было приковано к большой операции, в то время как реальный путь мы проложим малыми силами.

Лев откашлялся.

– По поводу этого, у меня нет информации о новой технике у «Волков».

– Информация точная, не стоит беспокоиться! – постарался я развеять его опасения, но тот лишь недоверчиво покачал головой.

– Откуда сведения? Ты что, глаза и уши у них в штабе держишь?

– Птичка одна напела, – уклончиво ответил я, упрямо не желая раскрывать источник информации.

– Птичка, значит? – хмыкнул Лев. – Ворона в клювике принесла?

– Скорей уж горный орел, – криво ухмыльнулся я.

Лев вздохнул, явно устав от словесных игр.

– Пойми меня правильно, Антон, я тебе верю, но не доверяю. Без обид, положение обязывает быть осторожным, а ты предлагаешь просто верить тебе на слово.

Тут настал мой черед вздыхать. Не хочется, но карты на стол придется выложить.

– Про сделку мне Татарин рассказал, – выдал я свои связи. – Он посредником выступал между «Волками» и вояками. Сколько они заплатили он не говорил, профессиональная тайна торговца, а вот товар расписал во всех красках! Про испытания он тоже в курсе, техника-то на гарантии.

Лев понимающе кивнул.

– Вот как, признаю, источник надежный.

С этими словами он откинулся на спинку стула, демонстрируя тем самым, что вопросов и возражений больше не имеет. Что ж, один рубеж пройден! Осталось еще два.

– Марат, почему нас вводят в курс дела так поздно? – голос у Вадика был слегка обиженный. – Я понимаю, что безопасность превыше всего, но уж руководящий состав стоило посвятить в эту тайну.

– А какой смысл? – довольно резко ответил Март. – Разведка целый месяц болталась по лесу и могла вернуться ни с чем. На кой тебе, Влад, та информация была? А ведь месяц – срок долгий, всякое могло произойти. Словечко, неосторожно оброненное не в том обществе, например, могло поставить крест на всей операции!

Вадик вначале побледнел, затем покраснел, стыдливо опустил глаза и возражать на эти слова не стал. Видимо есть в его репутации черная полоса, о которой он вспоминать не любит.

– Насчет ложного рейда все же сомневаюсь, – подал он голос. – Не жирно будет столько техники гнать? Два «БТРа» – это же какие расходы! Топливо сожжем прорву.

– Доходы покроют, – вставил я свои пять копеек.

Март согласно кивнул.

– Ну это да, – сдал позицию Вадик. – Если дело выгорит – все в шоколаде будем!

Он мечтательно зажмурился и стал мурлыкать себе что-то под нос. Его настроение можно понять, ведь как главный распределитель благ все это богатство потечет через его ведомство. Да, большую часть придется отдать в общак «Зари», но и оставшихся двадцати пяти процентов с лихвой хватит, чтобы забить наш немалый склад под завязку.

Пока Вадик ловил профессиональный оргазм, слово взял Игорь.

– Прикинул я тут, бойцов в поддержку придется шибко много отправить. Не меньше тридцати стволов. Это если две брони и два джипа гнать. Разведка вокруг зоны прокладки еще, ну и охрана периметра тоже, в три смены.

Цифра напрягала. В нашем отряде всего сорок бойцов, это если учесть вообще всех с боевым опытом. То есть включая меня и Марта. Значит, на обманку уйдет почти весь основной состав отряда! Даже базу охранять некому будет.

– А еще прикрытие для основной группы нужно обеспечить, – решил подлить масла в огонь Игорь. – Если на один джип и прокладчик, без периметра и разведки, где-то шесть-восемь бойцов надо.

– Весь состав отправлять нельзя, кто-то должен на базе дежурить, – покачал головой Март. – Человек десять хотя бы.

– Если снимем одну броню и уменьшим число охраны… – начал Игорь.

– Нельзя, – перебил я его. – Ослабление обманки в пользу основного отряда будет выглядеть подозрительно.

– Что тогда делать? Не из воздуха же людей брать!

– Наймем! – предложил я.

– Где? – почесал затылок Игорь.

– Там же, где и прокладчик, у «Волков».

Офигели все. Признаться, даже я от своих слов немножко в шоке пребывал, но мысль свою развил дальше.

– Они нам прокладчик просто так все равно не дадут. Либо залог потребуют огромный, либо своих людей приставят. Но соглядатаи нам не нужны, такие права на склад предъявить могут по праву присутствия, а вот наемники другое дело. Для «Волков» же разницы нет, техника их и их же люди рядом с ней.

– А что помешает наемникам предъявить права по праву присутствия? – не понял Игорь.

– Контракт помешает, – ответил за меня Вадик. – По контракту они будут нашими людьми на весь срок службы, а значит ни о каком праве присутствия речи уже не идет.

– А ты, Старшой, наглец! – хохотнул Игорь. – Хочешь руками конкурента и на их же технике нам склад добыть! Вот они локти кусать потом будут! Прямо представляю их рожи в тот момент, когда они обо всем узнают.

Март расплылся в улыбке, явно тоже представив себе эту картину.

– Да, уже ради одного этого стоит рискнуть! – согласился он. – Общий план мы, считай, наметили. Осталось детали уточнить, – он развернул карту, на которой уже была отмечена точка с разведанным складом. – Лев, ну-ка просчитай маршрут!

Тот придвинул к себе карту, извлек из кармана карандаш и линейку, после чего стал прикидывать маршрут, бубня себе что-то под нос.

– Так, – спустя пару минут подал он голос. – По прямой от «Зари» тут шестьдесят пять кэмэ получается. Но нам по прямой не надо! Мы вот так зайдем.

Лев быстро начертил кривую линию, начинающуюся с ворот «Зари», затем идущую по дороге в сторону «Орешкино», после чего резко уходящую в джунгли.

– Вот так мы под пятнадцать кэмэ сэкономим.

– Сколько по времени займет?

– На своем по пять кэмэ в день делаем, а с той рухлядью, что у «Волков»? Ну, даже не знаю, по два-три в день, наверное.

– Значит, дней двадцать, – прикинул Март. – Долго!

Он задумчиво посмотрел на карту.

– Старшой, ты куда предлагал обманку направить?

Я ткнул пальцем в карту, указывая точку противоположную той, где находится найденный гипермаркет.

– Нет, нет, нет! – покачал головой Вадик и плюхнул свой палец совсем в другое место.

Рядом с выбранной им точкой бледнели три вопросительных знака. Я знал, что так отмечают потенциально прибыльные места, прокладывать дорогу к которым слишком затратно в соотношении к ожидаемой прибыли.

– Заодно эти три точки проверим, – пояснил он свой выбор. – Если повезет, то хотя бы в ноль выйдем с этой вашей обманкой.

Все радостно согласились с тем, что ехать с потенциальной прибылью лучше, чем держать путь в никуда. Все, кроме Льва, который, шурша линейкой по бумаге, прикидывал второй маршрут.

– Расстояние почти одинаковое, – поморщился он. – Наши парни туда дней за десять дойдут.

– Слишком рано, – покачал головой Март. – Придется дальше уводить.

– Не обязательно, – возразил я. – Достаточно замедлить группу.

– Как?

– Например, дозоры будут поднимать тревогу и даже стрелять для убедительности, – предложил я.

– Сделаем! – с улыбкой кивнул Игорь.

Вадик же тяжело вздохнул от идеи о бесцельной трате драгоценных боеприпасов.

– Пару дней мы таким образом выиграем, но этого все равно мало, – сказал Март. – Еще идеи?

– Поломки, – пожал я плечами. – Техника имеет свойство ломаться. Если встанет прокладчик…

– Какое встанет! – возмутился Лев. – Да мой «носорог» как часы работает!

– Сломаем, – пренебрежительно махнул я рукой.

Лев аж побагровел от моих слов.

– Я сейчас тебя сломаю! Ишь, мастер-ломастер нашелся! Никого к бульдозеру не подпущу, так и знайте!

– Тогда сам пойдешь, – просто сказал Март.

– Что? – Лев выпучил на Марта глаза.

– То самое! Кто у тебя лучший техник?

– Ну Слава, допустим, – опасливо ответил тот.

– Значит Славу отправим с основным отрядом, за арендованным бульдозером присматривать будет, сам ведь говорил, что там рухлядь. Ну а мы с тобой в обманке поучаствуем. Прокладчик будешь сам ломать и сам чинить, раз никому другому не доверяешь.

Кровь отхлынула от лица Льва, из багрового сделав его мертвецки бледным. Ну да, в тепличных условиях мужик живет. За периметр и не выходил ни разу с момента исхода. Ну ничего, все когда-то бывает в первый раз.

– С этим решили, осталось о легенде позаботиться, – устало вздохнул Март. – Лев? Антон? Какие идеи?

Лев еще не отошел от шока, молча открывал и закрывал рот, будто выброшенная на берег рыба. Пришлось брать инициативу в свои руки.

– Обучение новичков, – предложил я.

Помимо найма уже состоявшихся бойцов, «Скауты» еще и своих выращивали. Старшие пестовали молодняк, а те, поднабравшись опыта, занимали места выбывших. Так дешевле выходило, да и от засланных казачков худо-бедно защищало.

– Этого мало, чтобы обосновать аренду дорогой техники, да еще с бойцами прикрытия, не пойдет, – сходу отверг мою идею Март.

– А по-моему идея не так уж и плоха! – неожиданно для всех заявил Вадик.

– Поясни, – попросил Март.

– Извольте! – Вадик притянул к себе карту. – Местность с нашей целью почти не исследована. Воздушная разведка показала лишь пару мелких островков тут и тут. – Вадик по очереди ткнул пальцем в две точки, которые никак не были отмечены на карте, а затем продолжил: – Это не совсем по пути, но если начать вырубку чуть дальше предложенной Львом точки, то создадим видимость, что совмещаем обучение с прорывом к этим островкам! Ну а там прокладчик скорректирует маршрут и уведет группу уже туда, куда нам нужно.

– Это увеличит расстояние, – буркнул Лев.

– Всего на пару километров, – пренебрежительно махнул рукой Вадик. – Зато ни у кого не останется сомнений в цели экспедиции!

Возражений не последовало. Обдумав предложение, Март пару раз кивнул то ли всем, то ли самому себе.

– Годится! На этом и остановимся. Тогда приступим к распределению задач, – все навострили уши, а Март продолжил: – Лев, собери и подготовь технику, поковыряйся в «носороге», чтобы в пути почаще ломался и сам готовься. На все про все у тебя сутки, отчаливаем завтра с утра.

Лев обреченно кивнул.

– Игорь, отбери бойцов. Десять человек остаются на базе, четверых новичков зарезервируй для основной группы. И сформируй пятак из особо доверенных, чтобы шороху наводили.

Игорь кивнул. Он пребывал в столь взбудораженном состоянии, что с трудом мог усидеть на месте. Хотя свою должность он занимает уже четыре года, но столь крупных рейдов до сих пор не проводил. Вот и предвкушает, облизывается как кот на сметану, да ручонки свои потные под столом потирает.

– Вадик, Льву и Игорю полный карт-бланш! Что ни попросят – давай все без ограничений, как будто в последний бой идем. Понял?

Тот кисло улыбнулся, кивнул, понял мол, начальник, но радости не испытываю.

– Антон, твоя идея с арендой, тебе и карты в руки. Завтра после отбытия обманки пойдешь добывать технику. Как хочешь там торгуйся, хоть задницу свою им предлагай, но чтобы добыл нам бульдозер! Ясно?

– Предельно! – кивнул я.

Ситуация мне была понятна как никому. Март ставил на кон свою репутацию и такие ресурсы, что в случае провала его ждет как минимум позорная отставка, а как максимум – расстрел. Ровно, как и всех присутствующих, кстати, включая меня.

– Связь держим через базу, никаких прямых радиопередач между двумя группами. Если перехватят – все по одному месту пойдет, – продолжал внушать Март. – Если до вечера не добудешь нам прокладчика, сворачиваем обманку и идем на прорыв к гипермаркету. Вопросы есть?

Игорь поднял руку.

– Чего руку тянешь? Чай не в школе, говори.

– Разведчики, добывшие информацию, с какой группой идут?

Март скривился, явно упустил их из уравнения.

– Тьфу ты, я про них и забыл уже… – он ненадолго задумался, его пальцы отбивали по столу нервную дробь. – С основной их пускать нельзя, оставлять на базе тоже. Пойдут в обманку черти, так надежнее будет и правдоподобнее. Только на передовую их не пускай, пусть в броне дежурят, всегда под наблюдением, от греха.

– Понял-принял! – по-военному козырнул Игорь. – Разрешите идти выполнять?

– Топай, – хмыкнул Март. – Остальные тоже свободны.

Все стали подниматься, я тоже встал.

– Кроме тебя, Антон! – усадил меня обратно Март. – С тобой еще потолкуем.

Когда все вышли, в кабинет шагнул Витька, явно намереваясь что-то спросить, однако Март вежливо, но резко гаркнул на секретаря, заставив того скрыться за дверью.

– Вынюхивает, – констатировал я. – Скользкий тип.

– Не сыпь соль на рану, – поморщился Март, а затем спросил: – Антон, ты ведь понимаешь, что на кону?

Я кивнул.

– Понимаю, Марат, понимаю!

– Тогда должен понять и то, что кому попало миссию доверить нельзя, слишком важное дело!

– Правильно, – вновь кивнул я. – Нам нужен надежный, толковый человек с опытом, который поведет основную группу.

Март облегченно вздохнул.

– Отлично! Я уже боялся, что ты начнешь отпираться. Принимай назначение!

– Назначение? Куда? – спросил я, пребывая в полнейшем недоумении.

– Конечно же назначение о возглавлении основной группы!

Глава 4: Подготовка к рейду

Дааа… инициатива поимела инициатора. Жестко так поимела, по полной программе и без стоп слова. Но, как говорится, назвался груздем – полезай в кузов! Назначение я принял стойко. Правда честь, как Игорь, перед уходом отдавать не стал. Просто вышел за дверь тихо матерясь себе под нос. Любопытный взгляд стукача-Витьки жег спину всю дорогу до моего кабинета.

Тем же вечером состоялся разговор с Сашей. Увы, рассказывать обо всем я не имел права, пришлось придерживаться обговоренной легенды о неожиданно срочном крупном рейде и необходимости вести курсантов на мелкую добычу в виду острого дефицита кадров.

Саша, конечно, повозмущалась, посокрушалась, грозила Марту всеми карами, что земными, что небесными, и даже предложила немедленно отбыть в «Орешикино». Кое-как удалось ее успокоить, заверив, что опасности для меня никакой нет, а также напомнив о долге врача перед пациентами. Кроме того, я как бы невзначай намекнул ей о возможности в скором будущем получить свободный доступ к крупной партии одежды и косметики.

Уж не знаю, какой именно из доводов подействовал, но моя ненаглядная сменила гнев на милость, так что следующим утром я покидал дом с чистой совестью и приятными воспоминаниями о проведенной ночи.

Родная база встретила меня активной подготовкой к рейду. У ворот замерла уже сформированная колонна, состоявшая из двух бронетранспортеров шестидесятой модели, пары «Тигров», грузовика с пехотой, автобуса с гражданским персоналом и заправщика. В хвосте колонны, перед замыкающим ее «БТРом», замер «носорог».

Огромная, тридцатитонная туша бульдозера возвышалась над остальной колонной на добрых полметра. Корпус «носорога» мерно вибрировал от работы двух мощных двигателей.

Собственно, от изначального бульдозера осталось не так уж и много. Наши умельцы, под надзором Льва, разобрали машину, что называется, до винтика. А затем собрали обратно, разбавив ее содержимое агрегатами от другой техники и собственными поделками.

Вышло мощно!

Машина получила дополнительную пару гусениц, второй мотор, огромный топливный бак и небольшой жилой отсек со всеми удобствами. Хоть живи в нем! Мощь машины поражала воображение, «носорог» с легкостью валил как тонкие пальмы, так и могучие баобабы. Автономность машины составила до трех суток непрерывной работы, что весьма неплохо с учетом прожорливости ее двигателей.

– Скоро отбываем, – ко мне незаметно подошел Март. Одет и экипирован он был по-походному: камуфляж, высокие берцы, разгрузка. Из поясной кобуры торчала рукоять «Пустынного орла». Мощный пистолет с патронами пятидесятого калибра хорошо зарекомендовал себя для защиты от волков. Правда, выстрел даже в упор не мог убить зверя, но отбросить и причинить боль только так. Обычно волкам хватало пары попаданий, чтобы потерять к жертве интерес.

– Все же едешь? – спросил я его.

– А куда деваться? Людей катастрофически не хватает! Базу без присмотра оставлять нельзя, даром что мы почти в центре «Зари» квартируем, желающих залезть на склад всегда хватало.

– Как Лев?

– А ты как думаешь? Это его первый выход за пределы «Зари». Перетрусил знатно, вчера его коньяком отпаивал до глубокой ночи. Сегодня вроде отпустило, но еще малость потряхивает. Вон он, кстати, у прокладчика возится.

Март кивком указал на бледного как полотно главного техника, дрожащими руками прикуривающего сигарету. Одет он был как обычно, из походного снаряжения я заметил разве что небольшой вещевой мешок за плечами. Никакого оружия при нем не было.

– В броню его засунь, может успокоится.

– Это само собой, – усмехнулся Март. – На других условиях он ехать ни в какую не соглашался.

Внезапно над колонной раздался пронзительный рев – сигнал к отправлению. Лев вздрогнул, выронив так и не зажженную сигарету. Мы с Мартом переглянулись.

– Пора, – сказал Март. – Запомни, за бульдозером едешь не раньше, чем через три часа!

– Помню, удачи!

Мы пожали друг другу руки и Март заспешил к головному джипу. Один за другим взревели моторы, присоединяясь к мерному бормотанию двигателей «носорога». Я поискал взглядом Льва и обнаружил его задницу и ноги, торчащие из люка бронетранспортера. То ли с непривычки, то ли от нервов, но главный технарь полез в машину головой вперед.

Спустя минуту колонна тронулась. Когда головной джип проехал мимо, я заметил, как Март кивнул мне на прощание, а затем постучал пальцем по циферблату часов. Напоминал про время.

– Помню, я помню, – кивнул я ему.

За первым джипом тянулась могучая туша бронетранспортера. Верхом на нем у самой башни сидел Игорь. В разгрузке цвета хаки на голое тело и больших солнцезащитных очках. Проезжая мимо, он махнул мне рукой. Я тоже ему помахал.

Машины проезжали одна за другой. Когда мимо неторопливо пыхтя полз «носорог», я не мог не залюбоваться его простыми, но в то же время хищными формами. Вспомнились былые времена, когда мы с Дедом и Семой прокладывали дорогу к лагерю вояк. Старый бульдозер, используемый нами как прокладчик, в сравнении с громадной тушей «носорога» смотрелся бы как жигуль рядом с танком.

Наконец колонна покинула базу. Пара часовых быстро закрыли металлические ворота. Я не стал стоять «до конца», размахивая платочком на прощание. Едва последняя машина покинула территорию, я сразу же направился к себе в кабинет. На полдороге я передумал и свернул в другой коридор, где находилось логово развра… то есть кабинет нашего завхоза.

– Утречка! Не помешаю? – спросил я, без стука входя в кабинет.

Вадик сам никогда не стучится и терпеть не может, когда к нему стучатся другие.

– О, Антон! Заходи-заходи! Я как раз о тебе думал!

В устах Вадика это прозвучало столь мягко и слащаво, что я подумал было дернуть назад, но все же переборол инстинкт самосохранения и шагнул в кабинет.

– Я вот подумал зайти, обязательство на оплату бульдозера и найма людей попросить. Заранее, так сказать.

– Все уже готово! Собирался как раз тебе занести, а тут ты сам пришел. Вот так совпадение!

Он встал и протянул мне папку с бумагами, так по-доброму и открыто при этом улыбаясь, что моя вера в слухи и сплетни о нем заметно пошатнулась.

Я взял бумаги, мельком изучил их. Все было в порядке, стандартный текст обязательства, заверенный подписью Вадика и штампом нашего отряда. Единственное, поле с ценой пустовало. Но это как раз нормально, на какую цену мы сторгуемся ведь неизвестно.

– Благодарю! – сказал я, аккуратно складывая бумаги обратно в папку, и стал медленно сдавать назад к двери.

– Погоди! Может кофейку выпьем? – предложил Вадик и окинул меня таким оценивающим взглядом, что мой внутренний гей-радар взвыл сигналом красной тревоги. Я едва подавил в себе желание развернуться, да рвануть отсюда подальше с максимальным ускорением.

– Пожалуй, откажусь! – через силу улыбнулся я в ответ, продолжая пятиться к двери. – Дела не ждут!

– Торопишься? Понимаю, в другой раз тогда, – с легким сожалением кивнул Вадик.

«Фиг тебе на воротник, держи карман шире!» – подумал я

– Всенепременно! – сказал я вслух, выскальзывая за дверь.

Фух! Ушел живой и даже невредимый…

Несмотря на то, что Март велел выждать перед поездкой к «Волкам», мои слова о делах были не просто отмазкой, дабы сбежать от жарких объятий Вадика. Полчаса уже прошло, осталось два с половиной. А ведь еще надо машину оформить, техника найти, бойцов в команду собрать, снарягу добыть. В общем, дел невпроворот, рассиживаться некогда.

Засунув папку подмышку, я заспешил на улицу. Обогнув здание, я направился на стрельбище, где меня уже должны ожидать выделенные для операции люди. Разумеется, никто меня не ждал. У самого стрельбища под натянутым между столбов тентом, на табуретке восседал одинокий старик. Он сидел, закинув ногу на ногу, и с блаженной миной пыхтел самокруткой.

– Здорово, отец! А где все?

– И тебе не хворать, – благосклонно наклонил голову старик. – Уехали все, в рейд.

– Что, вот прямо все? – не поверил я.

Неужто Игорь подвел?

– Все, – снова кивнул старик. – Только новобранцы остались в количестве четырех единиц.

Тьфу ты! Сразу не могу сказать? Их-то мне и надо. Срываться на старика я не стал, вместо этого вежливо осведомился:

– Эти новобранцы мне вверены. Не подскажешь, где я могу их найти?

Старик не спешил с ответом. Глубоко затянувшись, он выдал кольцо дыма, которое неспешно стало подниматься к небу. Старики, они вообще такие, неторопливые!

– Один на склад утопал, двое в сторону столовой, – выдал он наконец. – Где еще один делся не знаю.

Вот же! Смылись гады. Стоило, значит, начальству отбыть, как они тут все расслабились. Ну ничего, я им такую службу устрою, что учебка Игоря им пионер-лагерем покажется!

Злой как черт я направился в столовую. К ней ближе всего будет. Обоих бездельников я нашел хлебающими кашу с хлебом. Ели они неторопливо, но с видимым удовольствием, видать вкусная каша! Глядя на них, мне и самому вдруг захотелось этой каши зажевать, хотя завтракал я всегда плотно.

И от этого я почему-то разозлился еще больше.

– Вкусно? – спросил я, не скрывая злости.

Ложки замерли у тарелок, вверх поднялись две пары глаз. Меня быстро просканировали оценивающее взгляды. Я тоже их оглядел. Оба бойца были молоды, не старше двадцати пяти. То есть мои ровесники почти, может чуть младше. Видимо поэтому мой грозный вид не сильно их впечатлил.

– Чего надо? – раздраженно спросил тот, что на вид казался старше.

– Шоколада! – грубо ответил я, решив не щадить их детскую психику. – Вам где велено было находиться?

– Ну, на стрельбище, – ответил парень, явно недовольный тем, что ему продолжают мешать есть.

– Если это, – я обвел руками столовую, – похоже на стрельбище, то я Мэрилин Монро!

– Доедим и придем, командира еще часа два не будет.

Сказав это, мой собеседник вернулся к трапезе, начав демонстративно чавкать, а вот второй боец, даром что моложе, явно поумнее будет. Он сообразил, что это «жжж» неспроста! На его лице отразился испуг. Нерешительно поднявшись, он представился:

– Василий, позывной Черт, первый месяц стажировки.

Честь не отдал. Ну да, тут не казарма, да и я не полковник.

– Антон, позывной Старшой, – в ответ представился я.

Чавканье сменилось кашлем, второй парень бросил на меня испуганный взгляд. Ну да, красавец, это залет! Все собачьи вахты теперь твои.

– Петр, позывной Маня, третий месяц стажировки.

Подняться Маня не сообразил.

– Значит так, голуби, корм свой быстро доклевали и бегом остальных двоих искать! Как найдете – тащите к технарям, ждать буду там. Все ясно?

– Так точно! – ответили хором.

– Выполнять!

Когда я шел к двери, за моей спиной раздавался ритмичный стук ложек.

Дальше я направился в мастерскую. Людей и техники тут сильно поубавилось, все уехали в рейд. У дальней стены сиротливо стояла пара джипов, причем джипы были не военные, а обычные гражданские «козлы», с наваренной броней и установленными пулеметными турелями на крыше.

Ставлю годовую зарплату против пустой гильзы, что именно эти красавцы повезут нас в сверхсекретный рейд.

Недалеко от того места, где замерли джипы, располагался небольшой бокс, довольно грубо сколоченный из досок, обшитых гипсокартонном. Внутри располагалась комната отдыха, где мастера могли выпить чашечку кофе и на пару минут предаться безделью, будучи надежно скрытыми от глаз начальства.

– Есть кто живой? – спросил я, заглядывая внутрь.

– Ну, это как посмотреть, – раздался уставший голос откуда-то слева. Там, на диване, лежал молодой парень. Молодой настолько, что, глядя на него, я ощутил себя старым дедом.

– Мне Слава нужен, Лев его под мое руководство передал.

– Ты Антон? – спросил парень, приподнимаясь на локтях. Получив утвердительный ответ, он сказал: – Слава – это я.

Мда! Не такого я ожидал… ох уж этот Лев, вот же жук! Подсунул мне сопливого салагу под видом лучшего техника. Пусть только вернется, я ему такое устрою! И не посмотрю на субординацию.

Видимо моя кислая рожа была достаточно красноречива, поскольку Слава поспешил меня заверить:

– Да ты не думай, я свое дело знаю! Что надо посмотреть?

– Бульдозер, – не удержав тяжелого вздоха, ответил я.

Парень удивленно вскинул брови.

– Так «носорог» в рейд отбыл.

– Другой, – досадливо махнул я рукой. – Собирайся, по дороге все тебе расскажу.

Раздался стон умирающего.

– Давай через пару часов, а? Нас всю ночь гоняли, только вздремнуть прилег!

– На том свете отоспишься! – довольно резко ответил я, выплескивая накопившееся раздражение, после чего уже спокойнее спросил: – «Козлы» за нами?

– Да.

– Готовы?

– Нет…

– Чтобы через час были готовы! Понял?

– Понял.

– Вот и прекрасно. Я пока на склад, выпишу нам добро для рейда. Если придут бойцы, скажи им ждать меня тут.

– Ладно.

В голосе парня слышалась усталость, да и выглядел он неважно. Помятый какой-то, под глазами темные круги. Мне стало немного совестно, но время действительно поджимает.

Оставив Славу колдовать с джипами, я отправился на склад, где долго воевал с дежурными, пытаясь выбить необходимое снаряжение. Напрасно я грозился карами, напрасно тряс перед его носом бумагой, подписанной Вадиком и Мартом. Все было тщетно!

Ссылаясь на нормативы, они слали меня в управление за ордером на выдачу имущества. Там меня направляли за санкцией к руководителю рейдгрупп, а секретарь Игоря лишь руками разводил, без подписи шефа санкция недействительна. Он уверял, что поскольку у меня на руках есть разрешение, заверенное подписью Марта и Вадика, то никакие санкции с ордерами мне не нужны и можно обращаться напрямую на склад.

Битый час я бегал по этому замкнутому кругу, но так ничего и не добился. Чертовы бюрократы! Вконец озверев, я пригрозил дежурным по складу, что в следующий раз вернусь вместе с Вадиком, да кофейник его прихвачу, чтобы он им тут групповое кофепитие устроил.

И, о чудо, это сработало!

Снаряжение я выбрал еще накануне, так что задерживаться на складе не стал. Просто передал список требуемого и распорядился доставить все в мастерскую, которая уже превратилась для меня в штаб нашей маленькой миссии. Дежурные хором заверили меня, что, край, через час все будет отгружено.

Когда я вернулся в мастерскую, Слава вовсю возился с машинами. На мой немой вопрос он лишь махнул рукой, в которой сжимал гаечный ключ, на дверь в бокс и тут же вернулся к работе.

Все четверо бойцов ждали меня в комнате отдыха. Маня растянулся на диване, остальные сидели на стульях. При моем появлении двое моих знакомых быстро вскочили на ноги, двое других поднялись после секундной заминки.

– Ну что, орлы, готовы к труду и обороне? – спросил я, окидывая взглядом свое воинство.

Окинул и содрогнулся. Салаги! Март с Игорем явно перестарались с конспирацией, раз направили на столь ответственное дело совсем зеленых новичков. Бойцы из них, как из говна пуля, это даже на первый взгляд видно. И ладно б еще жрули, как я мысленно прозвал Черта с Маней, но чтобы все четверо?!

– Эээ… к чему? – подал голос салага, которого я раньше не видел.

Этих двоих я решил звать курсантами.

– К рейду, спрашиваю, готовы? – пояснил я.

– К рейду? – ужаснулся все тот же курсант. – Но я только первый день!

Рука-лицо. Ну, Игорь! Только вернись, не посмотрю на статус, набью морду! И Льву заодно. Хотя нет, Льву не буду. Слава на вид парень толковый, к нему сперва присмотреться стоит.

– Нам сказали, будет обучение на полигоне под руководством опытного рейдера, – подал голос второй курсант.

Оба жруля благоразумно помалкивали.

– Почти не обманули, – хмыкнул я. – Опытный рейдер перед вами. Зовут меня Антон, позывной Старшой. Только обучать вас буду не на полигоне, а в полевых условиях. Кто тут на прокладчика учиться будет?

Откликнулись оба курсанта.

– Я.

– И я!

Я почему-то так и думал.

– Зовут вас как?

– Саша, – представился один.

– Сергей, – назвался другой.

– Позывные?

Оба почти синхронно помотали головами. Ясно, не заслужили пока.

– Тогда временно будете Конь один и Конь два, – тыкнул я по очереди в Сашу и Сергея. – Как заслужите другой позывной, переименую.

Что ж, знакомство состоялось. Я задал им еще пару вопросов и выяснил, что курсанты, как и оба жруля, являются стажерами. Сергей стажируется чуть больше недели, Саша вообще сегодня первый раз на базу пришел.

Мне оставалось лишь гадать, почему Игорь решил на боевое задание совсем еще сопляков отправить. Неужели совсем никого поопытнее не нашлось? Обязательно задам ему этот вопрос.

Но сначала морду набью!

– Стрелять все умеют?

Трое кивнули, только Саша мотнул головой. И, словно устыдившись этого, потупил взгляд.

– Скоро со склада доставят снаряжение, разберете его, проверите, чтобы все по списку было.

Оставив бойцов, я вышел к Славе. На часах уже было одиннадцать с хвостиком, а значит почти минуло те самые три часа, которые велел выждать Март. Часов в двенадцать можно будет двигать на базу «Волков».

– Как машины? – спросил я нашего техника.

Тот вылез из-под капота «УАЗа» и принялся вытирать черные от масла руки о не менее черную тряпку. Зачем он это делал – неясно: руки его чище точно не стали. Ну да ладно, видимо, такой ритуал!

– Машины исправны, я все проверил. Хоть и простояли изрядно, но к рейду готовы.

– Прекрасно, – обрадовался я. – Выгони одну наружу, на ней сейчас к «Волкам» двинем.

Вообще изначально я собирался взять машину в управлении, но затем подумал, на кой черт мне лишняя возня с бумагами ради пары поездок, когда нам и так выдали две машины? Заодно и тест драйв проведем!

– К «Волкам»? – удивился Слава. – Зачем это?

– Бульдозер добывать! – пояснил я.

Слава явно ничего не понял и лишь головой покачал, но от дальнейших расспросов воздержался, за что заработал мое молчаливое одобрение.

Дежурные не обманули. Не прошло и часа, как в мастерскую заехала бортовая «Газель», груженная заказанным мной снаряжением. Мои бойцы быстро разгрузили машину, не забыв сверять все со списком. Командовал ими Маня, а остальные без возражений приняли его руководителем и покорно исполняли приказы.

Когда с разгрузкой было покончено, я подошел к куче снаряжения, над которым стояли мои подчиненные, явно размышляя над тем, что им делать дальше.

– Добро в подсобку оттащите, – кивнул я на комнату отдыха. – Потом возьмите автомат и дробовик. Пойдете на полигон и отстреляете по два рожка каждый. Кони, вам в добавок еще по дюжине патронов из дробовика.

– Эээ, Антон, – неуверенно подал голос Черт, явно не понимая, как ко мне правильно обращаться. – А не утащат?

Он кивнул на гору барахла.

– С базы? Не утащат! Тут же повсюду охрана.

Сказав это, я тут же сам усомнился в своих словах. Охрана-то вся уехала, сейчас на базе дай бог человек двадцать осталось, включая техников и полотеров. Прав Черт, нельзя просто так снарягу оставлять.

– Черт, ты останешься добро стеречь, – изменил я свой приказ. – Маня – ты за главного, обучи новеньких стрельбе и общим принципам командной работы. Потом доложишь о результатах.

Маня аж раздулся от гордости, важно кивнул мне и, подхватив ящик с патронами, погнал остальных таскать груз. Возможно стоило назначить главным более сообразительного Черта, но авторитет Мани определенно выше, что он уже доказал. А раз механизм работает, зачем его ломать?

Покинув мастерскую, я запрыгнул за руль «УАЗа», бодро молотящего двигателем перед воротами. Дождавшись, пока Слава сядет на пассажирское сиденье, я погнал машину к воротам.

База «Волков» находилась за пределами «Красной Зари», так что нам пришлось миновать сразу два пропускных пункта, прежде чем мы оказались за стенами города.

Я поддал газу, позволяя машине разогнаться до сорока километров в час. Большая скорость по нынешним меркам! Редко кто решается ездить быстрее, слишком легко убить подвеску на таких-то дорогах. Нагрузка на амортизаторы возрастает.

Но и медленно ехать нельзя – от чрезмерной вибрации страдают не только пассажиры, но и вся машина. Приходится искать золотую середину. Когда дорога относительно ровная – лучше поддать газу, а вот по ухабам только ползком.

До базы «Волков» мы добрались минут за пятнадцать. Проехав по дороге, свернули налево и почти сразу уперлись в массивные стальные ворота, на которых кто-то грубо нарисовал морду волка.

База представляла собой несколько старых зданий, переоборудованных под штаб и казарму, а также плац и гараж. Вся территория была обнесена сеточным забором, по наружной стороне которого тянулась полоса мин и растяжек. Не сказать чтобы надежная защита, но лучше, чем совсем ничего.

Перед воротами дежурили двое постовых с «волкобоями» – крупнокалиберными винтовками, недавней разработкой мастеров «Зари». Штука убойная! Не «африканский штуцер», конечно, но шкуру волка пробить может, откуда и название. Когда впервые их увидел, твердо решил прикупить себе такой, но копнув чуть поглубже, охладел к этому творению местных оружейников.

Кустарное производство оставляло желать лучшего: процесс снаряжения магазина сложный, а механизм самой винтовки настолько грубый, что при перезарядке патроны часто клинят. Про качество металла вообще лучше промолчать – ржавеет так, что не успеваешь чистить, да и ствол после каждого сотого выстрела деформируется и его приходится менять.

Вишенка на торте – патроны. Они тоже местные, причем капсюль фиг пойми из чего сделан. За частые случаи самоподрыва боекомплекта в народе это оружие прозвали «Русской рулеткой», а тех, кто ими пользуется – смертниками.

Один из «смертников» вышел вперед и поднял руку, приказывая нам остановиться. Второй, как бы невзначай, навел на нас свою погремушку. Я послушно заглушил двигатель и опустил боковое стекло. Выходить из машины не стал. Примут, чего доброго, за акт агрессии.

– Кто такие, зачем пожаловали? – спросил остановивший постовой.

– Здравствуйте, коллега, мы из «Скаутов», – нарочито вежливо поздоровался я. – Есть дело к вашему начальству, доложите о нашем прибытии, будьте любезны.

При слове «коллега» постовой хмыкнул. Взялся за рацию и в двух словах описал своему командиру ситуацию. Из рации послышалось «ждите», и мы стали ждать.

Мариновали нас недолго, всего минут двадцать. Видимо невидимый командир ходил к своему начальнику, а тот к своему начальнику. Наконец таможня дала добро. Ворота распахнулись, и мы заехали на территорию базы.

Глава 5: Рейд

– Итак, вы хотите арендовать нашего прокладчика? – спросил невысокий крепкий мужчина лет эдак сорока пяти.

Михаил, как представился мне мужчина, занимал пост казначея, что примерно соответствовало должности Вадика. То бишь Михаил являлся завхозом всея «Волков». После недолго расспроса на внутреннем блокпосте меня под охраной сопроводили к большому двухэтажному зданию, в котором заседало начальство. Слава остался в джипе, стеречь казенное имущество.

И вот мы с Михаилом расположились в его кабинете, где за чашечкой кофе я поведал ему о своей беде. Легенда получилась складной, комар носа не подточит! И Михаил не подточил, по глазам вижу, что поверил каждому моему слову. Их разведка уже явно нашептала ему об ушедшей утром колонне. Оставалось лишь надеяться, что сведения Татарина верны и старый бульдозер действительно отправился на стоянку, а не пыхтит сейчас где-нибудь в чаще, прокладывая путь к очередному сараю.

– Совершенно верно! – подтвердил я, прихлебывая из чашки

Какой тут вкусный кофе! С молочком и сахаром. И печеньки нечего так…

– Почему к нам?

– А к кому еще? – развел я руками. Вся техника «Зари» на стройках задействована, они не дадут. У малых отрядов и своей нет. Только вы и остаетесь!

– А с чего вы взяли, что наша техника не задействована? – хмыкнул Михаил.

– Так по всей «Заре» молва ходит, что вы у вояк из «Орешкино» мотолыгу взяли. Несложно догадаться для чего.

Михаил поморщился. Известие о том, что о сверхсекретных сведениях молва по всему городу ходит, настроения ему не прибавило. Он, как ответственный за ресурсную базу, явно воспринял этот камень в свой огород.

– Предположим, что молва не врет, – сказал он наконец. – Но вы ведь понимаете, Антон, что за такую услугу придется немало заплатить?

Я кивком подтвердил, что понимаю. Естественно, что под «услугой» он подразумевал не саму оплату за аренду бульдозера, а тот факт, что он вообще на нее согласится. Иными словами, он просил взятку, а я согласился ее дать.

Лицо Михаила моментально просветлело, губы его растянулись в довольной улыбке. Он вырвал из блокнота страницу, что-то чиркнул на ней, после чего протянул мне.

Я посмотрел и мысленно вздохнул. Что сказать? Моя трехмесячная зарплата за мелкую услугу. Обидно, но ничего не попишешь, такова реальность. Что новый мир, что старый – оба погрязли в коррупции.

Внутри меня все клокотало, хотелось выплеснуть горячий кофе в лицо этого жадного бюрократа, но это желание не отразилось на моем лице. Я неторопливо отпил глоток и очередным кивком дал понять Михаилу, что его условия принимаются.

Вообще цифра была не так чтобы велика. Вадик меня заранее предупреждал, что могут и больше заломить. Видать по себе судил.

Далее мы перешли к обсуждению деталей сделки. Согласовали сроки, поторговались с оплатой. Изначально Михаил настаивал, чтобы прокладчиком управлял их человек, но отмазку с обучением молодняка схарчил и от требования отступил. Все же в его интересах, чтобы сделка состоялась, ведь иначе свою мзду он тоже не получит.

– А вот бойцов в прикрытие мы бы взяли! – обронил я первое семечко нового найма. – Человека три-четыре.

– Вам что, своих людей не хватает? – вскинул брови Михаил.

– Да, сегодня отряд почти в полном составе в рейд ушел, – со вздохом посетовал я. – Даже начальство с ними отбыло!

Михаил навострил уши.

– Вот как? – деланно скучающим тоном протянул он, а уши-то развернулись, как антенны у локатора! – И куда же такими силами собрались?

– Да пес его знает! Режим секретности такой, что не пукнуть без спроса! А главное, что учебный рейд никто отменить и не подумал! Техники нет, курсанты вместо бойцов и крутись, говорят, как хочешь. А как я этих салаг в джунгли поведу? Их же сожрут на первом привале, а с меня потом спросят!

Все это я выпалил Михаилу в сердцах, прямо душу перед ним излил! И главное, ни грамма ложных чувств, я натурально распалил в себе злость, чтобы выглядеть более правдоподобно. В который раз себе поражаюсь, это ж какой талантливый актер во мне погибает!

А Михаил явно проникся. Обошел стол, ободряюще похлопал меня по плечу.

– Чем сможем – поможем! – заверил он меня. – Четверку бойцов в прикрытие выделим, даже легкий броневик дадим.

Мы продолжили торг, на сей раз о цене найма. Торговались долго и яростно, но в конечном итоге пришли к соглашению. Составили контракт о найме четверых бойцов с бронированным вездеходом, заверили его с обеих сторон.

– Теперь надо утвердить у завхоза, – печально вздохнул я и тут же пожаловался: – Он у нас тот еще жадюга и копейки лишней без боя не выдаст!

На самом деле озвученная сумма пусть и по самому краю, но проходила по отведенным мне границам. Тем не менее признаваться в этом нельзя – мигом заподозрит неладное.

Выслушивая мои жалобы, Михаил понимающе кивал, а у самого в глазах блестели искорки. Радуется, что к соглашению пришли! Ну а чего ему не радоваться? И для отряда прибыль и себе барыш!

Распрощались мы тепло, почти как лучшие друзья. Он выдал мне бумагу, разрешающую смотр техники, а я обещал до вечера привезти ему векселя на оплату аренды и найма. И конечно же его скромную мзду.

– Уже покидаете нас?

Я вздрогнул от неожиданности, резко обернулся. За спиной стоял Максим – боец, которого приставили ко мне в сопровождение. Тьфу-ты, черт полосатый, напугал-то как! Выдали же образину на мою голову! И ведь совсем про него забыл, пока с Михаилом кофеек гоняли.

Естественно, вслух я этих слов повторять не стал. Себе дороже! Максим мужик здоровый, о таких еще говорят – поперек себя шире, а в армии кличут контрабасами. В общем, местные силовые органы.

– Поеду в штаб, договор утверждать, – повторил я свою ложь. – Только сначала технику глянем, надо ведь понимать, с чем дело иметь придется.

– Не положено! – покачал головой Максим.

– Так положите! – пошутил я, но по хмурому взгляду собеседника понял, что шутка понимания не встретила.

Пришлось показывать бумагу, выданную мне Михаилом. Это помогло и дальше все прошло без сучка и задоринки! В сопровождении Максима мы направились к стоянке техники, где и стоял бульдозер.

Машина немалая, тонн пятнадцать весу в ней будет, это точно, но до «носорога» габаритами все же не дотягивает. Уступает и в защите. Нет тут ни дополнительной брони, ни жилого отсека. Самый обыкновенный бульдозер, разве что вокруг кабины сварена своего рода клетка, защищающая водителя от зубов и когтей хищных обитателей Тейи.

Без лишних слов Слава направился к прокладчику, облазил его что называется сверху донизу, разве что в бак не нырнул. Вернулся минут через двадцать, весь в масле с головы до пят.

– Простенько-убогонько, – прокомментировал увиденное Слава, вытирая руки не пойми откуда извлеченной тряпкой. – Подкрутить кое-что придется, но машина на ходу, обслуживали ее отлично.

Последнее он явно для Максима сказал, видно, что побаивается этого громилу. Впрочем, я тоже побаиваюсь, врать не стану. Ручища у Максима такие, что щелбаном кабана прибить сможет.

К «УАЗу» я вернулся в хорошем расположении духа. Договоренность достигнута, осталось дело за малым – проложить семидесятикилометровую просеку через опасные джунгли в компании пятерых салаг и отряда потенциальных врагов.

Делов-то!

На базу возвращаться не стал. Смысла нет. Просто отъехал на пару километров, свернул в лес, где и простоял два часа, всхрапнув на заднем сидении, после чего вернулся обратно.

На сей раз меня пропустили за ворота без вопросов. Видимо, Миахил спустил соответствующее распоряжение. К нему-то я сразу и направился, держа подмышкой папку с документами, куда собственноручно вписал оговоренную сумму. Не забыл прихватить и мешочек с дюжиной золотых монет.

И то, и другое я передал Михаилу. Мешочек с золотом исчез в его руках, будто монета в руках умелого фокусника. С документами он внимательно ознакомился, после чего поставил свою размашистую подпись и шлепнул штампом, окончательно скрепляя договор.

– Паренек ваш прокладчик уже подлатал, наши техники ему всячески содействовали! – заверил меня Михаил. – Людей в сопровождение уже отобрали, сейчас они проходит инструктаж. Завтра с утра можете подъезжать, все будет готово!

Михаил протянул мне руку, и я ее крепко пожал.

– Отлично!

На базу мы вернулись ближе к вечеру. Всю дорогу Слава зевал и даже пытался вздремнуть, но на ухабах особо не поспишь. Я и сам подустал, хотя скорей морально, чем физически.

Но отдых пришлось отложить. Стоило мне загнать машину в мастерскую, как я вспомнил про молодых бойцов, которых вначале бессовестно бросил, а затем благополучно про них забыл.

Я был уверен, что не привыкшие к дисциплине ребята уже разбежались по домам, поэтому несколько удивился, застав всех четверых в комнате отдыха, сторожащих наше снаряжение. Более того, они и сейчас не филонили. Черт занимался сортировкой снаряжения, а Кони, под надзором Мани, чистили оружие.

– Ребята, Антон вернулся! – первым заметил меня Черт.

– Бдите? Молодцы! – похвалил я бойцов, стараясь скрыть в своем голосе вину перед ними. – Маня, как успехи у новичков?

– Стрельбы и занятия по тактике провели, – отрапортовал тот.

– И как они? Справились?

– Справились, хотя и не без проблем, – ответил он, недобро покосившись на полирующих автоматы бойцов.

Те, казалось, ничего не услышали, будучи полностью погруженными в работу, но по покрасневшим кончикам ушей я понял, что слышали они все прекрасно. Что именно произошло на полигоне я докапываться не стал. Не командирское это дело в дрязги солдатни лезть.

– На сегодня заканчиваем, – милостиво распорядился я. – Завтра в восемь сбор на этом же месте. В девять выдвигаемся.

Стоявший подле меня Слава, раскачивался, будто березка на ветру. Мои слова он встретил вздохом облегчения. Помахав ребятам, он намылился было на выход, но я остановил его словами:

– Тебя это тоже касается.

– Меня? – удивлено перепросил Слава, для верности даже указав на себя пальцем.

– Угу, ты едешь с нами.

Весь сон слетел с парня, будто его водой холодной окатили.

– Но… я же простой техник…

– Вот как техник и поедешь. За бульдозером присматривать будешь. Вдруг чего отвалится по дороге, кто чинить станет?

Слава явно хотел возразить, но слов не находил. Постояв молча с пару минут, он ушел, так и не проронив ни слова.

– Вы тоже идите, выспаться надо, с семьями попрощаться.

– Гм, Антон, – нерешительно начал Черт. – А как со снарягой быть? Прямо тут бросим что ли?

Вот черт, а ведь Черт чертовски прав! Ночью и утащить могут. Надо дежурных оставлять. Печально осмотрев ребят, я озвучил им свою мысль.

– Добровольцы есть? – спросил я, не особо надеясь на положительный ответ.

– Я могу, – неожиданно вызвался Маня.

– Уверен? Семью предупредить не хочешь? Не на день едем ведь.

– Так я один, – пожал плечами Маня. – Некого предупреждать.

Больше никто не вызвался, так что Маня остался стеречь наше добро, остальные разошлись по домам.

Вечер и ночь прошли приятно. Саша долго обнимала меня перед уходом и даже Яна задержалась, чтобы со мной проститься.

– Вот вернусь из рейда, возьму отпуск да поедем в деревню, отдохнем! – предложил я.

Саша улыбнулась, но промолчала, зато Яна сердито засопела.

– Деревня то, деревня се! Сам ты деревня, вот что!

Показав мне язык, она попыталась проскочить мимо, но я ловко поймал ее и чмокнул в макушку, чем заработал прямо-таки уничтожающий взгляд. Яна убежала в школу, а я умиленно смотрел ей вслед. Ее слова всколыхнули во мне воспоминания, от которых невольно сжалось сердце.

Как известно, начальство никогда не опаздывает, оно задерживается! Вот и я, как хороший начальник, явился на сборы последним. Все уже ждали меня, даже Слава пришел, хоть и стоял в сторонке, да еще с таким видом, будто его сюда насильно притащили.

Надолго задерживаться не стал. Провел бойцам краткий ликбез по взаимодействию друг с другом и по поведению в лесу. Раздал оружие, проверил экипировку. После этого мы расселись по машинам и двинулись в путь.

Ехали медленно. Каждый джип тащил за собой на прицепе бочку с соляркой, которой нам предстояло «кормить» прожорливого до дизеля прокладчика на протяжении всего пути.

Михаил не обманул, у базы «Волков», перед самыми воротами, нас уже ждала маленькая колонна, состоявшая из бульдозера и какой-то странной бронемашины, которую я не смог опознать. Лишь подъехав вплотную я понял, что это обычный «УАЗ-патриот», только обвешанный со всех сторон броней и с пулеметом на крыше. Капот машины украшал рисунок в виде оскалившегося волка.

Четверо наемников ждали нас в салоне джипа, но при нашем появлении вышли наружу. Все как на подбор рослые, крепкие, а один так прямо вообще гигант! Ростом и шириной плеч не уступает Максиму.

Ах да, это он и есть…

– Здравья желаю, начальник! – хмыкнул Максим, протягивая мне руку, а после обмена рукопожатиями представил своих бойцов: – Это Пуля, Кот и Винни-Пух. Позывные такие. Имена вам, думаю, ни к чему.

Я кивнул. Верно, надо будет – на привале познакомимся, а связь лучше через позывные держать. Так короче. Причем у самого Максима позывной был странный, Дед Максим. Даже не знаю, за какие заслуги ему такое прозвище досталось, но для себя я решил, что буду звать его просто Максимом.

В свою очередь я представил своих ребят, после чего мы обменялись частотами для связи и стали готовиться к выезду. Мы с Максимом согласовывали маршрут и порядок следования, Кони, под присмотром Славы, осваивали бульдозер.

Тут распахнулись ворота и из них один за другим стали выезжать машины. Всего я насчитал четыре джипа и два грузовика. Поехали куда-то в сторону «Зари».

– Смотрю у вас тоже рейд? – как бы невзначай спросил я у Максима, провожая колонну взглядом.

– Да так, наметилось одно дельце, – уклончиво ответил тот.

Выяснять подробности я не стал, и так догадываясь, что за дельце там у них наметилось.

От базы мы отъехали полчаса спустя. Я сидел за рулем головного «УАЗа», за мной, на небольшом отдалении, следовал броневик Максима, прикрывающий ползущий следом бульдозер, а замыкал колонну второй «УАЗ» под управлением Мани.

Со мной в машине ехал Черт, разместившийся за пулеметной вышкой. Он весело что-то насвистывал, явно получая от поездки удовольствие. Ничего, соловей, вот въедем в лес – посмотрим, как ты запоешь!

До нужного места добрались за пару часов. Устроили перерыв, а затем приступили к работе. Кони по очереди «седлали» бульдозер, который, вгрызаясь в почву, медленно, но верно продвигал нас к цели. Я постоянно сверялся с картой и даже пару раз советовался с Максимом, чем окончательно усыпил его бдительность.

Наемники несли службу исправно. Пара человек всегда оставалась в джипе, тогда как другая пара уходила вперед, на разведку. Пару раз впереди слышалась стрельба, но каждый раз спокойный голос по рации уверял, что опасности нет.

В первый день мы успели углубиться лишь на километр. Сказывалась неопытность Коней. Но, хотя мы и торопились, подгонять ребят я не стал. Криком опыта не прибавишь, да и по легенде у нас учебный рейд, а не срочная вылазка.

Перед сном я связался с базой и доложил о наших успехах. Человек на той стороне задал мне лишь один вопрос:

– Как волки? Не докучают?

Это была кодовая фраза, истинный смысл которой читался как «Как ведет себя отряд «Волков»?»

– С утра немного беспокоили, наверно логово рядом. Вроде видели шестерых, но не очень крупных, при нашем приближении сбежали.

Тут мне пришлось сымпровизировать, вплетая ключевые слова в невинную на первый взгляд постановку предложения. Логово – база «Волков». Шесть волков – количество видимой мной техники. Не очень крупных – значит легкобронированные, без тяжелого вооружения. Жаль, направление колонны сказать нельзя, если нас слушают, то вмиг просекут шифровку. Остается надеяться, что радист с той стороны человек умный и сообразит, о чем я ему сейчас рассказал.

– Понял тебя, Старшой! Удачной ночевки, не забывай выходить на связь!

– Спасибо, база, конец связи.

Ночевали прямо в джунглях, хотя Максим и предлагал первую ночь провести у них на базе. Но я решил, что раз уж нам все равно предстоит ночевать в лесу, то ради одной ночи в уюте туда-сюда технику гонять – это лишние расходы. Максим спорить не стал, только пожал плечами и пробурчал что-то вроде «хозяин – барин».

Так потянулись дни, Кони постепенно осваивались с техникой. Уже на второй день они выдали больше двух километров, затем три и с тех пор эта цифра не снижалась, а иногда и увеличивалась.

Маня с Чертом тоже потихоньку учились. На третий день, помимо ночных дежурств я стал брать их по очереди в разведку, и вскоре они стали показывать вполне приемлемый результат.

Дважды в день я выходил на связь с базой. Продолжая пользоваться шифрованными фразами, я докладывал о состоянии нашей группы, а также узнавал дела у группы обманки.

На третий день пришли не очень радостные новости. Благодаря моей наводке, группу «Волков» вовремя обнаружили и перекрыли им путь в просеку бронетранспортером. Завязалась даже небольшая перестрелка, но, к счастью, обошлось без жертв.

Эта новость меня встревожила. Раз «Волки» в открытую пошли на конфликт со «Скаутами», то как бы Максиму не приказали по-тихому нас перебить. Тут я впервые пожалел, что предложил нанять охрану. Кто бы нас от этой охраны теперь защитил!

С того дня я решил ввести ночной караул. Коней и Славу этим не напрягал, у них свои обязанности, а вот Черта с Маней эксплуатировал по полной программе. Отыгрался за кашицу! Но и сам тоже не отлынивал, разделял с новичками дежурства.

Дни шли, но все было тихо. Наемники исправно несли службу, оберегая нас от опасности. Если и были у них какие-то тайные замыслы, то они ничем их не выдавали. Общались с нами открыто и доброжелательно, шутили у вечернего костра, а один раз даже спасли Черта, который сдуру полез один в кустарник и нарвался там на лежку кабаньего семейства. Еле отбили, благо Максим тогда прихватил с собой «волкобой», которым и успокоил главного секача. Остальные разбежались.

А вообще рейд выдался на редкость спокойным. Волки лишь издали наблюдали за нами, но подходить опасались. Знали уже, что двуногие могут бить далеко и больно, а кабанов мы больше не встречали.

Один раз позади нашей колонны пристроился носорог. Это довольно редкое создание походило на земного буйвола, только с одним большим рогом, за что и получило свое прозвище. Носорог не беспокоил нас, мерно шел за колонной весь день, а ночью пропал так же внезапно, как и появился. Абсолютно мирное животное с очень вкусным мясом и молоком. Его пытались одомашнивать, но пока безуспешно.

Дни проходили нудно, зато вечера мы проводили весело! Прямо не опасный рейд, а загородная прогулка какая-то, только песен под гитару да плясок у костра для полного сходства не хватало.

На пятый день нашего пути неожиданно зарядил ливень. Неожиданно, потому что никто из нас не почуял скопившейся в воздухе влаги. И хотя дождь лил довольно сильно, работу мы не прекратили. Бульдозер продолжал реветь, вгрызаясь в землю своим стальным отвалом, а остальные, попрятавшись в машинах, следовали за ним.

Дождь шел весь день и всю ночь, затихнув лишь под утро шестого дня пути. Сергей, управлявший бульдозером весь прошедший день, провел в нем и ночь, а наутро изъявил желание продолжить работу. Саша был не против, напросившись со мной в разведку.

Я подумал, да и согласился. Почему бы не выгулять парня? Живность еще не скоро из своих нор вылезет, из опасности только сырая почва, да скользкие корни, на которых легко ногу подвернуть.

– Максим, мы в разведку, – сообщил я наемнику.

Тот отдал какие-то распоряжения Пуле и Коту, а сам в компании Винни-Пуха направился к нам.

– С вами сходим, – объявил он.

– Зачем? – удивился я.

– Предчувствие нехорошее, – вздохнул Максим.

Я лишь плечами на это пожал. Чудачество! Ни в какое предчувствие я не поверил, видать тоже задницей потрясти захотелось, что неудивительно после целых суток, проведенных в машине.

Далеко вперед уходить не стали, метров триста по прямой. Затем я собрался уже командовать возвращение, но Максим внезапно вырвался вперед и повел группу вправо. Шел он уверенно, будто у него была какая-то цель. Мне стало интересно, так что я последовал за ним.

Минут пять мы продирались сквозь заросли, утопая в сырой земле, а затем лес внезапно кончился, и мы вышли на поляну. Почва под ногами вдруг стала плотной, из-под слоя земли то тут, то там выглядывала плитка и асфальт.

Опаньки… Островок!

Причем не отмеченный на общей карте, иначе я бы точно про него знал. Я внимательно осмотрелся. Что тут вообще было? У дальней от нас части островка располагались руины какого-то здания. Вернее, его части, поскольку основа строения осталась на Земле. Ну а то, что перешло сюда вместе с нами развалилось, образуя груду кирпичей.

Судя по кислой физиономии Максима, он ожидал узреть нечто куда более интересное, нежели гору битого стройматериала.

– Предчувствие, значит? – хмыкнул я.

Максим молча посмотрел на меня и взгляд его был виноватым.

– Тут ловить нечего, возвращаемся, – распорядился я.

Максим не стал оспаривать приказ, он развернулся, чтобы уйти, но внезапно поляну сотряс рев, от которого у меня душа ушла в пятки.

– Это еще что такое? – обернулся на звук Максим.

Долго ждать ответа ему не пришлось. Затрещали ветки, колыхнулись деревья и из зарослей на поляну вышел монстр.

Глава 6: Лесной царь

Нечто, вышедшее на нас из леса, больше всего походило на помесь живоглота с тираннозавром. Здоровенная трехметровая туша на мощных задних лапах с чудовищно длинными верхними конечностями и пастью полной острых треугольных зубов, каждый из которых не уступал размером моей ладони.

Загнутые в обратную сторону колени выдавали в твари отменного прыгуна, а каждая ладонь оканчивалась пятерней такого размера, что запросто могла охватить человека целиком. Когда тварь вышла из леса, мы смогли увидеть мощный хвост, что волочился за тушей, будто гигантская змея.

– Огонь! – раздался зычный голос Максима.

Загрохотали автоматы, заухал «волкобой» Винни-Пуха. Пули забарабанили по шкуре монстра, не причиняя ей особого вреда. Даже «волкобой», хоть и оставлял приличные вмятины, но шкуру пробить не смог.

Я сам не заметил, как дробовик, до этого висевший за спиной, оказался у меня в руках. Ствол был нацелен в грудь твари, но стрелять я не стал. Уж если «волкобой» тут бессилен, то от заряда картечи тварь даже не почешется. Не было надежды и на верный «ТТ», его пуля этому ходячему танку, что слону дробинка.

В ответ на канонаду тварь распрямилась, раскинула в стороны свои длинные руки да взревела так, что я словил небольшую контузию. Только сейчас, глядя на растопыренные в разные стороны пальцы я понял, что это вовсе и не пальцы, а длиннющие когти!

– Отступаем к технике! – прозвучал новый приказ.

Максим тоже сообразил, что наша яростная пальба не произвела на монстра особого впечатления, и пришел к здравому решению выманить тварь под огонь пулеметов. Уж что-что, а три пулемета уж точно завалят тварь. Ну или как минимум заставят ее сбежать.

Приказ Максима был выполнен быстрее, чем прозвучало последнее слово. Никто не горел желанием сойтись с монстром один на один, прикрывая отступление остальных. Я не исключение.

– Бежим! – гаркнул я на ухо замершему рядом Саше.

Парень не шелохнулся. Он застыл, крепко сжимая в руках автомат, его указательный палец продолжал давить на спуск, хотя магазин давно уже опустел. Сообразив, что парень не в себе от страха, я схватил его за ворот куртки и с силой тряхнул несколько раз.

Это помогло. Саша, что называется, отвис. Его глаза приобрели осмысленность, не дожидаясь повторного приглашения, он рванул прочь.

Я не отставал от него ни на шаг. К слову сказать, несмотря на заминку, мы с Сашей браво драпали первыми, Максим с Винни-Пухом отставали от нас на пару метров. Я не трус, но я боюсь! Кажется, так говорил один известный персонаж? Пожалуй, я лишь сейчас до конца осознал всю мудрость этого изречения.

Ветки больно хлестали меня по лицу, а корни деревьев так и норовили поставить подножку. Ноги вязли во влажной почве, иногда по самую щиколотку. Бежать было тяжело, но я старался как мог.

Трудности были не у меня одного. Со всех сторон я слышал тяжелое пыхтение людей, сопровождающееся испуганным матом. Мы убегали от ожившего кошмара, а позади, буквально в нескольких метрах, треск раздираемых в клочья деревьев и утробное рычание, от которого и матерый тигр описался бы, будто маленький котенок.

– Быстрее, он нагоняет! – послышался где-то за спиной голос Максима.

Неужели в его голосе я слышу испуг? Вот уж не думал, что этого великана хоть что-то может напугать. Впрочем, на фоне того ужаса леса, что сейчас нас преследует, Максим выглядел всего лишь безобидным ребенком.

Совету бежать быстрее я внял, как и все окружающие. Общее пыхтение заметно усилилось. Внезапно я понял, что лес не так уж труднопроходим, а земля под ногами совсем не мешает. Я скакал по сочной жиже аки Леголас по снегу, лавируя между деревьями с грацией водяного потока, огибающего камни.

Вот что страх животворящий делает!

А еще я понял, что в данном случае лес – наш союзник. Какой бы силой и ловкостью не обладала тварь, быстро продираться сквозь заросли она не могла. Влажная, податливая почва также играла нам на руку, ведь из-за большого веса тварь вязла в ней намного глубже.

Полкилометра, что отделяли нас от просеки, мы преодолели минут за семь. Я понял, что мы близко, когда вновь услышал рев. Вот только ревела не тварь, а мощный мотор бульдозера где-то впереди.

Спустя секунду деревья расступились, впереди показалась спасительная просека!

Видимо Максим умудрился на бегу по рации описать ситуацию, поскольку дежурившие в лагере бойцы действовали быстро и без колебаний. Бульдозер уже сдал назад и теперь смещался в сторону, пропуская вперед джипы, которые с трудом занимали позиции в узкой просеке.

Стоило машинам остановиться, как водители принялись спешно перебираться за пулеметы. Еще один подчиненный Максима, кажется Пуля, занял позицию на крыше бульдозера, откуда прикрывал наше отступление, целясь из «волкобоя» в сторону леса.

Едва мы успели протиснуться между тесно стоявшими джипами, как загрохотал первый пулемет. За ним, с небольшой задержкой, ударили остальные два. Горячие гильзы окатили меня и, хотя некоторые из них оставили ожоги на руках и щеке, я был неимоверно рад этому дождю!

Только оказавшись в спасительном тылу, я позволил себе обернуться. Тварь переиграла сама себя. Не подозревая о засаде, она вылетела из леса и тут же оказалась под ураганным огнем сразу десятка стволов. Набранная скорость не позволила твари быстро остановиться, инерция увлекла ее вперед, прямо под пули.

Попав под концентрированный пулеметный огонь тварь резко переосмыслила погоню за сочной добычей и теперь пятилась назад к зарослям, руками прикрывая голову. На такой дистанции плотная шкура уже не спасала тварь, крупнокалиберные пули рвали ее, вгрызаясь в плоть и ломая кости. На моих глазах удачная очередь из пулемета буквально отсекла твари правую кисть, превращая ее в кровавое месиво.

Однако первая радость быстро сменилась тревогой. Пулеметы вот-вот перегреются, да и боезапас у них не бесконечный. «Волкобои» уже смолкли, их в процессе боя не перезарядишь, там целое приключение с этой перезарядкой. Сколько еще смогут бить пулеметы? Секунд десять? А что потом? Перейдем на автоматы и пистолеты? Закидаем тварь ножами?

Конечно, тварь покромсало знатно, однако на ногах она стоит уверенно и помирать в ближайшее время определенно не собирается, а значит до победы нам еще ой как далеко!

Но победа над монстром нам сейчас и не нужна, а нужно нам остаться в живых, так что, если эта тварь вдруг передумает нас кушать и сбежит зализывать раны – то это тоже станет для нас победой.

Словно прочитав мои мысли, монстр резко развернулся и прыгнул да так, что разом преодолел расстояние до леса, ну а там только его и видели!

Это случилось настолько быстро и неожиданно, что пулеметы еще какое-то время продолжали бесцельно лупить в пустоту, кромсая джунгли. Лишь несколько секунд спустя наступила блаженная тишина.

Люди замерли, будто восковые фигуры, продолжая целиться в сторону изрядно поредевшего леса. Никто как будто не верил, что тварь действительно ушла и не бросится сейчас в контратаку.

А я с удивлением понял, что держу в руке пистолет, дымящийся ствол которого наведен на заросли. Вот вообще не помню, как достал его из кобуры, как стрелял. Однако, судя по всему, я успел отстрелять весь магазин.

Пальцы стискивали рукоять с такой силой, будто пытались выдавить из оружия еще хоть один выстрел. Силой воли я заставил себя опустить руку.

«Надо перезарядить!» – мелькнула в голове мысль.

Я потянулся к поясу, где у меня висели запасные магазины, но рука нащупала лишь пустые ячейки. Растерянно глянув вниз, я обнаружил, что все сменные магазины лежат у моих ног. Пустые.

Мозг наотрез отказывался вспоминать, как я умудрился расстрелять весь боезапас. Просто пробел в памяти, черная дыра…

Оглядев окружавших меня бойцов, я понял, что не один такой. Вид у всех был ошарашенный, будто не они только что храбро оборонялись от ужасного монстра.

– Что это за тварь такая? – раздался рядом хриплый голос Максима. – Ты же вроде охотник, видел такую раньше?

Только сейчас я понял, что все это время он стоял рядом со мной. Вид у него был растерянный, как и у всех остальных. В ответ на его вопрос я лишь отрицательно покачал головой.

– Первый раз встречаю такую сволочь, – признался я и уже тише, для самого себя, добавил: – И надеюсь, что в последний.

Да уж, столько лет живу на Тейе, думал – все узнал, все повидал. Ан нет, каждый раз этот мир умудряется подкинуть мне что-нибудь этакое, продолжая пугать своей непредсказуемостью.

– Все целы? – спросил я, оглядывая стоявших рядом бойцов.

В ответ раздался нестройный хор, уверявший меня, что раненых нет. Что ж, повезло, похоже, в этой битве пострадала только наша гордость.

К нам подоспели Слава и Сергей, которые до этого сидели в кабине бульдозера и в бою участия не принимали.

– А где Сашка? – Сергей вертел головой, в поисках приятеля.

И тут меня как обухом по голове ударило. Саша! Его действительно нет! Я вновь огляделся, в поисках парня, но не обнаружил его. Если подумать, а когда я вообще видел его в последний раз? Кажется, на полпути он начал отставать, но я точно помню, что слышал его шаги и дыхание позади себя!

– Я видел, как он упал, – сказал подошедший к нам Винни-Пух.

– Где? Когда? – набросился я него с вопросами.

Тот аж отшатнулся от такого напора.

– Да уже в самом конце, когда мы почти выбрались из леса. Запнулся о корягу и упал. Я хотел его поднять, но… тварь была слишком близко.

На этих словах Винни-Пух стыдливо отвел глаза. Я сжал челюсть от злости и досады. Но злился я вовсе не на наемника, он все сделал правильно. В лесу приходят на помощь товарищам только тогда, когда тебе самому не угрожает опасность. По-другому нельзя, ведь иначе и друга не спасешь и сам погибнешь.

Таков суровый закон джунглей.

– Твоей вины тут нет, ему просто не повезло, – выдавил я из себя, положив руку на плечо Винни-Пуха.

Тот посмотрел на меня глазами полными благодарности. Смерть парня явно задела его за живое.

Стоп! А кто сказал, что он умер?! Винни-Пух видел лишь то, как Сашка упал на землю. Но ведь в пылу погони тварь могла попросту не заметить распластавшегося на земле парня!

– Надо его искать! – приободрился я. – Слушайте все! У нас пропал человек, нужно осмотреть местность поблизости, он может быть ранен и без сознания!

Спорить никто не стал, но и бросаться в лес сломя голову тоже не побежали. Вначале перезарядили оружие, заново снарядили запасные магазины. Лишь после этого, оставив несколько человек возиться с пулеметами, остальные отправились на поиски.

Винни-Пух шел впереди. Он довольно уверенно указал на место, где, по его словам, упал Саша. Рядом мы обнаружили несколько крупных пятен крови. Но его ли это кровь? Если подумать, тут все залито кровью. Тварь была ранена серьезно и убегала тем же маршрутом, что ломилась за нами. Так чья же это кровь, человека или твари? Вряд ли кто-то сможет ответить на этот вопрос.

Полдня мы потратили на поиски, но нам не удалось найти ни следа пропавшего товарища. Напрасно мы надрывали глотки, выкрикивая его имя, напрасно бродили по лесу. Ни самого парня, ни его тела или хотя бы снаряжения мы так и не обнаружили.

Все было тщетно.

В лагерь мы вернулись подавленными. Несмотря на поджимающие сроки я решил отложить прокладку маршрута до завтра. Все устали как физически, так и морально. Наскоро перекусив, люди принялись разбивать лагерь и готовиться к ночевке.

Распределив дежурства, я засел за рацию и принялся докладывать о произошедшем на базу. Как можно более подробно описал внешний вид и повадки монстра, место, где мы его встретили. С болью в груди рассказал о потере товарища.

Радист заверил меня, что передаст информацию наверх и на этом мы завершили сеанс связи. Я знал, что прямо сейчас он уже связывается с центром «Зари». Он повторит мой рассказ, и в ближайшем будущем сюда наведается отряд охотников или чистильщиков. Тварь такого уровня нужно непременно отыскать и добить, иначе она может подобраться ближе к городу и наворотить дел.

Когда я вышел из джипа, то заметил, как Максим в своей машине занимается тем же, чем только что занимался я. Докладывает на свою базу. Что ж, если информация о монстре придет сразу из двух источников, это может заставить руководство «Зари» шевелиться активнее.

– Доложил? – спросил я, когда Максим вылез из джипа.

– Да, – буркнул тот.

Судя по тону, ему сообщили что-то неприятное.

– Какие-то проблемы?

Максим лишь отмахнулся.

– Не бери в голову.

– Ладно, – не стал настаивать я. – Я вот что хочу тебе сказать, Максим. Я понимаю, что у тебя есть начальство и приказы, но если ты еще хоть раз выкинешь что-то такое, как сегодня, то на этом наше сотрудничество закончится. Мне не нужна охрана, которая втравливает нас в неприятности. Это понятно?

Говорил я спокойно, но иногда голос предательски дрожал. Нет, я не считаю, что своей выходкой Максим поставил нас под угрозу, тварь напала бы в любом случае. Может даже лучше, что все случилось так, как случилось, ведь напади она ночью, потерь могло оказаться куда больше. Но тем не менее, поведение Максима было недопустимо, и я обязан был дать ему понять, что терпеть подобного впредь не стану.

Он понял, кивнул. На этом мы разошлись, а на следующий день продолжили путь, будто ничего и не случилось. Хотя это не совсем так. Люди стали более хмурыми и собранными. Никто больше не травил баек на привале, не было больше и посиделок у вечернего костра. Смерть товарища отрезвила всех, наглядно показала, что мы не на пикник выбрались, а забрели в смертельно опасное место.

Так прошла следующая неделя. Хоть я и опасался, что лесной царь, как его прозвали ребята, вернется, чтобы отомстить, но монстр так и не явился. Видимо забился в глубокую нору, где зализывает свои раны.

Зато нам стали чаще попадаться волки. Несколько раз нас окружала стая и приходилось отстреливаться из всех стволов. Запас патронов таял на глазах, хотя мне казалось, что загрузились мы с избытком. К пулеметам осталось лишь чуть больше тысячи выстрелов и по два рожка на каждый автомат.

Не обошлось без новых потерь. Во время одного из нападений волков у Пули взорвался «волкобой». Мужику начисто оторвало руку, а подоспевший волк добил его одним ударом лапы, после чего утащил тело в лес.

После второй потери между «Скаутами» и «Волками» словно черная кошка пробежала. Люди Максима почему-то винили нас в смерти Пули, а наши винили «Волков» в смерти Сани.

Хотя я и не рассказывал своим о выходке Максима, но они откуда-то прознали. И хотя в открытую никто никого не обвинял, но взгляды, которыми обменивались бойцы, были весьма характерны. Даже не верится, что не так давно эти люди открыто улыбались друг другу, сейчас они были готовы перегрызть друг другу глотки.

Это было опасно. В любой момент кто-то мог сорваться и не дай бог прольется кровь. Тут уже не успех операции, тут наши жизни стоят на кону. Максим тоже это понимал. Побеседовав с ним как-то, мы пришли к обоюдному согласию в том, что группы надо разделить.

С того дня «Скауты» всегда ходили в разведку сами, а «Волки» обеспечивали прикрытие бульдозера. Ночные дежурства делили так, чтобы Максим будил меня или я Максима. В остальном наши отряды не пересекались.

Несмотря на эти меры предосторожности, напряжение так и витало в воздухе. Благо наша операция подходила к концу. По моим подсчетам, к гипермаркету мы выйдем завтра к вечеру или послезавтра днем.

С этой минуты разведка стала выходить чаще и охватывала в патрулировании куда больший радиус, чем раньше. Слишком велик был риск промахнуться, ведь маршрут строился на глазок, а гипермаркет, хоть и большой, но в океане леса лишь малая песчинка. Проедем мимо и не заметим.

Но путь был выстроен верно, об этом свидетельствовал тот факт, что мы успешно обнаружили две промежуточные точки нашего маршрута. Как и предполагалось, ничего интересного там не нашлось.

На первом островке нас ожидал заросший кусок дороги с несколькими брошенными автомобилями. Тщательно обыскав машины, мы не нашли в них ничего, что могло бы представлять собой хоть какую-то ценность, даже бензин сливать не стали, все равно октановое число уже не то.

Возможно, в будущем какой-нибудь мелкий отряд рейдеров разберет их на запчасти, но нам этого добра и даром не нужно.

Второй островок оказался и вовсе не островком. Поляна с холмом, который аэроразведка ошибочно приняла за постройку. Там мы задержались лишь для того, чтобы перекусить и заправить машины.

И вот наступил день «X»! Маня с Чертом, уже посвященные в тайну нашей операции и отправленные мной на разведку, вернулись назад с горящими глазами.

– Нашли! – шепотом поведали они мне.

Я жестом пригласил их в джип. Как любит повторять Март – уши повсюду!

– Как обстановка вокруг цели? – спросил я, едва хлопнули дверцы, отсекая нас от мира снаружи.

– Все чисто, тварей не обнаружили, – четко отрапортовал Маня.

Я кивнул ему и мысленно хмыкнул. А парень вырос! Не буквально, конечно, а в профессиональном плане. Это уже не тот наглый жруль, которого я отчитывал в первый день нашего знакомства. До профи ему еще далеко, но в разведку с ним я бы уже пошел.

– За сколько доберемся до цели? – задал я новый вопрос.

– Часа за три-четыре, – прикинул Маня. – Тут с километр будет.

Нехорошо, до заката еще часов пять, а выйти к цели нужно не раньше завтрашнего утра, чтобы у отряда обманки было время добраться к нам до того, как о находке станет известно Максиму.

– Насколько мы отклонились от маршрута?

– Метров на двадцать, – ответил уже Черт, жестом показывая направление.

Всего двадцать метров? Вот это точность! Я был уверен, что будет метров сто. А тут и маршрут корректировать почти не надо!

– Значит так, – сказал я бойцам. – Черт – прыгай за руль, Маня – ты сидишь на заднем сидении, готовься за пулемет лезть. С этого момента наша охрана нам больше не друзья. Смекаешь?

Маня сглотнул, но кивнул уверенно. Парню явно не нравилась мысль о том, что придется схватиться с «Волками», но, если все же до этого дойдет, рука его не дрогнет.

Я вышел из машины и не торопясь направился ко второму джипу, где дремал Слава. При моем появлении, парень что-то почувствовал или прочитал на моем лице.

– Что-то случилось?

– Угу, – кивнул я. – Сейчас я тебе кое-что расскажу, а ты будешь держать язык за зубами. Понял?

Слава кивнул, и я сжато, без подробностей, поведал ему о истинной цели нашего похода.

– Мы на финишной прямой. Но нам нужно во чтобы то не стало потянуть время. Понимаешь? Раньше завтрашнего утра выходить на точку нельзя.

– Сколько у нас времени?

– Максимум четыре часа.

– Тогда часа два пусть все идет как идет, маршрут менять не надо. Там сделаем привал, во время которого я организую поломку.

– Годится!

Что ж, кроме Сергея вся наша группа уже в курсе. Последнего стажера я решил пока не посвящать в тайну. Не из-за недоверия, просто рацией пользоваться рискованно, а лезть в кабину – подозрительно.

Был соблазн немедленно вызвать базу, но я сдержался. Время плановой связи наступит только через шесть часов, перед самым сном. Если эфир слушают, а я уверен, что слушают, то досрочный радиоконтакт гарантированно вызовет подозрение.

Что ж, сейчас оставалось самое сложное в подобной ситуации – ожидание. И я принялся ждать.

Глава 7: Цена доверия

– Старшой взывает базу. База – ответьте, прием!

– База на связи, жду доклад, прием! – ответил мне безразличный голос с той стороны рации.

Вдалеке бухнул гром, с самого утра воздух пах озоном, но небо оставалось чистым, видимо гроза шла куда-то мимо.

– Докладываю, за день проложено четыре километра маршрута, ничего интересно не обнаружено. Во второй половине дня произошла небольшая поломка техники, пришлось остановиться на ремонт. Стажеры показали себя хорошо, навыков набрали достаточно. Считаю цель рейда достигнутой и предлагаю завершить его завтра. Жду подтверждения, прием!

Предпоследняя фраза была шифровкой, означавшей, что цель найдена и можно переходить на следующий этап операции, то бишь ложный отряд должен оставить прокладчик с минимальным прикрытием на месте и рвануть к нам на всех парах. Если бы цель обнаружить не удалось или цель оказалась не тем, на что мы надеялись, то фраза была бы немного иной.

Повисло недолгое молчание. Сонный радист явно соображал, что он сейчас услышал. Сообразил, затем ответил все также безразлично:

– Сообщение принял, передам руководству. Ожидаю связи завтра в обычное время. Конец связи.

– Конец связи, – ответил я и отключил рацию.

Ну, вот и все! Наше дело сделано, дальнейшая судьба операции зависит от Марта. С этими мыслями я спокойно отправился спать, а на следующий день вновь вышел на связь с базой и получил не самые приятные известия.

Район, в котором работала группа Марта, вчера накрыл ураган такой силы, что связи с ним не было аж до самого утра. Что еще хуже, ураган повалил множество деревьев, которые перегородили просеку. А значит, группа будет двигаться медленно, ждать их раньше вечера не стоит.

Скверно!

Из задумчивости меня выел вопрос:

– Чай? Кофе?

– Что? – я непонимающе посмотрел на стоящего рядом Черта, потом сообразил, о чем он спрашивает. – Чай, черный и покрепче.

Черт удалился, а я вернулся к размышлениям. Нужно как-то потянуть время, но как это сделать? Якобы поломку бульдозера Слава устранил еще вчера вечером. Создать новую? Слишком подозрительно. Сменить направление движения? Придется резко менять маршрут, тоже не пойдет.

Эх, вот зачем я вчера корректировал маршрут? Шли бы прежним курсом мимо до появления Марта, а уже потом взяли бы верное направление. Ну да, знал бы, где дерьмо лежит, галоши бы нацепил!

Оставался вариант с завершением рейда. Тогда наемников можно будет просто отослать. Вот только прокладчика придется отправить вместе с ними, а ведь до цели еще добрый километр дремучего леса! И деревья там такие, что «БТР» может не справиться, а пока Март перебросит сюда «Носорога» не то, что «Волки», все отряды уже прознают о находке!

Не вариант в общем...

Черт! Как же быть?!

Черт оказался легок на помине, на сей раз он пришел ко мне с большой кружкой, полной дымящегося напитка, аромат которого будоражил мои ноздри. Парень пафосно протянул мне чашку со словами:

– Ваш чай! Как заказывали, крепкий и черный, как душа Мани!

Со стороны костра раздался обиженный голос Мани:

– Я все слышал!

– Завтрак будет через полчаса, – сообщил Черт, не обращая внимание на слова товарища.

Я принял кружку, хлебнул и благодарно кивнул бойцу. Все же хорошо быть начальником! Хотя должность мне досталась не просто так. Пять лет брюхом по грязи ползал, поминутно жизнью рисковал, чтобы теперь мне вот так вот чай подносили.

Чай оказался отличным! Несколько глотков сего крепкого напитка и шестеренки в моей голове зашевелились. План, пусть пока еще не очень четкий, начал медленно формироваться в моей голове.

Собственно, решить проблему можно двумя путями: задержать рейд до подхода группы Марта или удержать информацию о находке до вывоза всего добра. Первый вариант невозможен ввиду отсутствия идей. Ну не приходит мне в голову, как можно логически объяснить необходимость сидеть на попе аж до вечера! Оставался второй вариант.

Собственно, к его реализации я и приступил сразу после завтрака. Едва бульдозер вгрызся в деревья, я подозвал к себе Черта, Маню и Славу.

– Вам особое задание будет. Идете в хвосте колонны, когда я подам знак – перегородите просеку. Слава, ты за руль первого джипа, Черт с ним на пулемет. Маня – ты как более опытный будешь в машине один. Как займешь позицию – пересаживайся за пулемет.

– Будем драться? – опасливо спросил Слава.

– Надеюсь, что до этого не дойдет. В любом случае, ты в бою участия не принимаешь. Как остановишь машину – уходи в лес и по дуге двигайся к бульдозеру.

Слава облегченно вздохнул, Маня и Черт, напротив, напряглись. Ну да, им вдвоем предстоит держать оборону против троих матерых бойцов с броневиком и пулеметом. При этом сами они будут в ничем не защищенных джипах сидеть, еще и безо всякого прикрытия. Задача опасная, но другого пути нет. Тем более, я не верю, что Максим пойдет на прямое столкновение, такого в «Заре» уже не простят.

Что ж, тылы мы прикрыли, но остается еще одна проблема – связь. Максиму вовсе не обязательно никуда ехать, он может просто вызвать с базы подкрепление. Этого допустить никак нельзя. Но тут я вполне себе спокоен, поскольку предвидел эту ситуацию заранее и прихватил один интересный приборчик – глушилку связи.

Прибор немаленький, весом килограмм под сорок, он располагался в спортивной сумке, что покоилась в багажнике одного из джипов. Прибор самодельный, но добротный и работал прекрасно! Собственно, это не глушилка, а генератор шума, который забивал частоты помехами, не давая вести прием и передачу.

Просто, но эффективно.

Но есть у аппарата серьезные недостатки. В их числе малый радиус действия. Станция работает всего в районе полукилометра. Энергии при этом жрет столько, что двух мощных батарей хватало лишь часов на пять непрерывной работы.

Тем не менее, если все пойдет как надо, этого времени нам хватит за глаза. Зажмем машину Максима между бульдозером и «УАЗами» и дождемся подхода группы Марта.

День шел как обычно. Ни о чем не подозревавший Сергей валил лес стахановскими темпами, за что я мысленно материл его почем зря. И себя заодно, ведь что мешало еще вчера посвятить парня в наш план? Сам себя переиграл, конспиратор хренов! Но плакать было поздно, оставалось следовать плану, каким бы кривым он не был.

Раздав указания и распределив роли предстоящего спектакля, сам я отправился в разведку. Идти одному было страшновато, но не звать же с собой Максима! Из снаряжения взял только дробовик, мачете, рацию да флягу с водой. Остальное – лишний вес.

Вылазки стал делать ближе ко второй половине дня. До полудня все ждал, не появится ли группа Марта? Но никто так и не приехал. Был искус вызвать начальника по рации, но я благоразумно отказался от этой идеи.

Лес встретил меня прохладной тенью. Маска впивалась в щеки, доставляя дискомфорт. Надо же, всего несколько месяцев кабинетной жизни, а уже совсем от нее отвык, будто пару лет не надевал.

К хорошей жизни быстро привыкаешь!

К гипермаркету я вышел неожиданно быстро, минут за двадцать. Он просто вдруг вырос передо мной, громадина, тесно окруженная со всех сторон деревьями. Я не поленился обойти его по кругу.

Разведка не соврала, здание оказалось целехонько, если не считать вскрытой двери. Но это уже они сами постарались. Внутрь я заглядывать не стал. Смысла нет, да и рев бульдозера уже совсем близко. Через час-полтора уже тут будет.

Серегу, кстати, следует предупредить, а то растеряется еще да въедет в стену на всех парусах. Тут ведь от края зарослей до здания всего пара метров, причем деревья такие тонкие, что их газонокосилкой срезать можно.

В общем, предупредить надо, но раньше срока этого делать не стоит. Выжду, когда он поближе подъедет. Чем дольше все идет как обычно, тем лучше для нас.

В гипермаркет я все-таки залез, но не ради наживы и не из праздного любопытства. Дело в том, что ждать я решил прямо тут, а раз так, то почему бы не разместиться с комфортом?

Из здания я вытащил массивный кожаный стул, на котором с удобством расселся недалеко от двери. Освободив лицо от маски, я с удовольствием присосался к банке колы, которую стащил из бокса у кассы. Прихватил я и сырные чипсы, по которым тосковал не первый год.

– Эх, хорошо-то как! – не удержался я от возгласа.

Пережаренный в масле картофель с кучей химозных добавок и жидкий сахар с газом! Что может быть лучше?

Ждать пришлось чуть больше часа. От вредной пищи меня резко потянуло в сон, бороться с которым сидя в удобном кресле оказалось слишком сложно. Пришлось встать. Хоть и неохота было, но угодить под гусеницы бульдозера мне было еще больше неохота.

О появлении бульдозера меня оповестил сизый дымок, медленно вздымающийся над деревьями. Сами деревья нервно подрагивали на ветру, будто понимали, какая участь их вскоре ожидает.

Ногой отпихнув кресло к дверям, я направился в сторону деревьев, по пути застегивая маску. Бульдозер рвал почву в каких-то двадцати метрах от границы островка. На мое появление из зарослей Сергей отреагировал кивком. Он немного удивился, когда я забрался к нему в кабину.

– Старшой, случилось чего? – спросил он, останавливая машину.

– Угу, приехали, – не стал я вдаваться в детали. – Ты метров десять еще проложи, а потом глуши мотор.

– Приехали? Куда?

– На точку рандеву, – отмахнулся я. – Потом расскажу. Ты, главное, как мотор заглушишь, из кабины не выходи и оружие держи под рукой. Приказ понял?

– Так точно! – четко ответил Сергей, хотя в его голосе ощущалась обида.

Ну да ничего, стерпит, не подавится.

Спрыгнув на землю, я направился в хвост колонны. Максим ехал почти впритык к бульдозеру, так что мое появление и разговор с Сергеем не ускользнуло от его глаз. Когда я проходил мимо, он высунулся из приоткрытой двери и что-то спросил. Его слов я не расслышал, они потонули в реве бульдозера, который очень кстати рыкнул особенно громко.

Я сделал вид, что не заметил попытки заговорить и прошел мимо. «УАЗы» стояли метрах в ста. Я взмахом руки подозвал их, но машины не тронулись.

«Спят они что ли? Вот же гады! Всем рожи начищу!» – думал я, повторяя жест.

После второго взмаха машины все же тронулись с места и покатили в мою сторону. Когда до них оставалось метров тридцать я подал условленный сигнал. Первая машина, за рулем которой сидел Маня, резко вильнула влево и встала боком, перегораживая большую часть просеки. Второй джип повторил этот маневр, только в правую сторону. Таким образом проезд оказался полностью перекрыт.

Мои инструкции никто не забыл. Едва машины замерли, Слава выскочил из-за руля и направился к багажнику, чтобы включить глушилку. Маня в это время уже пристраивался за пулеметом.

Молодцы, четко работают!

Тут мне на плечо легла тяжелая ладонь. Я вздрогнул от неожиданности. Обернувшись, встретился взглядом с Максимом. Он открыл рот, чтобы заговорить, и в этот момент двигатель бульдозера стих. В наступившей тишине голос Максима прозвучал громко и четко.

– Антон, что случилось?

– Внеплановые учения, – ответил я еще вчера заготовленным текстом. – Займите позицию в центре колонны и приготовьтесь к обороне.

– От кого? Ты что-то видел?

– Выполняй приказ! – потребовал я и быстрым шагом направился к бульдозеру, намереваясь укрыться в его тени от солнца.

На часах было без двадцати минут три. Я очень надеялся, что Март доберется к нам не позднее двух, но похоже последствия урагана оказались хуже, чем я предполагал. Скорее всего, их не будет еще часа два-три. Вряд ли больше. И связаться с ними, увы, нельзя, глушилка работает и против нас тоже. Остается только ждать. Ждать и надеяться, что они явятся раньше, чем Максим начнет что-то подозревать.

Долго ждать не пришлось. Увы, не колонну Марта. Минут через десять из броневика вылез Винни-Пух. Он забрался на капот и стал поправлять антенну. Он гнул ее так и этак, сворачивал и распрямлял, попутно обмениваясь фразами с Максимом.

Все, глушилка засветилась. Маневр с перекрытой дорогой Максим тоже заметил, поэтому и попытался выйти на связь с базой, чтобы доложить о странном поведении клиента. Но это у него не получилось, а значит, сейчас начнутся вопросы.

Я не ошибся. Когда стало ясно, что причина помех не в антенне, Максим покинул кабину броневика и решительно направился в мою строну. Выражение его лица добрым назвать было нельзя, напротив, на нем читалась ярость.

– Что все это значит?! – с криком набросился он на меня.

Максим подошел почти вплотную, его массивная фигура угрожающе нависла надо мной. От него исходил такой поток негативной энергии, что моя рука невольно легла на рукоять пистолета.

Что ж, лучшая защита – это нападение! Поэтому я не стал оправдываться, а ринулся в контратаку.

– Почему ты здесь?! – грозно рыкнул я. Надеюсь, что грозно, потому что на самом деле у меня коленки дрожали от… напряжения. – У тебя есть приказ держать оборону, иди и выполняй!

Мой тон явно сбил его с толку. Всегда спокойный Антон вдруг превратился в сержанта-тирана.

– У нас рация не работает! – уже более спокойно, даже с нотками оправдания в голосе, сказал Максим.

– Это не повод бросать пост!

– Весь эфир забит помехами! – не сдавался Максим.

– И что? Я тебе не радист и не техник! Вернешься на базу – на зампотеха своего орать будешь, а сейчас живо на позицию!

Максим пристально посмотрел мне в глаза.

– Ты что-то нашел, – это был не вопрос, он сказал это уверенно. – Ты вернулся из разведки и сразу начались эти странности. Перекрыли нам дорогу, заглушили бульдозер, а теперь еще и связь пропала.

Я молчал, не отрицая и не подтверждая его слов. Врать я не люблю даже в таких случаях. Но и сознаваться не обязан. Пусть сам себе догадки строит. Секунду мы пристально смотрели друг другу в глаза, а затем лицо Максима озарилось догадкой.

– Нет, все по-другому! – заявил он. – Ты с самого начала знал, что здесь что-то есть! Учебный рейд – это просто прикрытие, а на самом деле вы изначально прокладывали дорогу именно сюда!

Я аж скривился от досады. Это же надо, как легко он раскусил мой хитрый план! Отпираться дальше смысла нет, по лицу вижу, что для себя он уже все решил.

– А если так, то что? – хмыкнул я, внезапно успокоившись, рухнувшая баррикада лжи погребла под собой бурлившее во мне напряжение.

Мой вопрос застал Максима врасплох. Видимо, я сдался слишком быстро. Он явно готовился к затяжной перепалке и о том, что делать, когда выведает правду, подумать не успел.

– Я должен связаться с базой и обо всем доложить, – ответил он наконец.

– Я напомню, что согласно договору найма, технически ты и твои люди являются моими подчиненными. Докладывать ты должен мне, а не на базу «Волков».

– У меня приказ, – упрямо стоял на своем Максим.

– По праву твоего начальника я его отменяю, – пожал я плечами. – Тем более, выполнить ты свой приказ не можешь. Связи-то нет.

– Тогда мы возвращаемся на базу, – неуверенно сказал Максим. При этом он посмотрел на перекрытую дорогу.

– У них приказ стрелять на поражение, – ответил я на его незаданный вопрос. – Так что никто никуда не поедет.

Что ж, карты на столе. Чем будешь крыть мои козыри? Разорвешь контракт? Пойдешь в атаку? Попытаешься взять меня в заложники? Или же смиришься и покорно продолжишь выполнять свою работу? Максим сжимал и разжимал кулаки, как человек, который ведет тяжелую внутреннюю борьбу.

– Повторяю свой приказ – вернись на позицию и займи оборону! – потребовал я, пытаясь подтолкнуть его к верному решению.

Максим тяжело вздохнул, кулаки разжались, руки безвольно повисли. Глянув на меня с тоской, он поплелся к своей машине. Что ж, этот раунд за мной! С чувством выполненного долга, я вновь присел на гусеницу бульдозера и подмигнул высунувшемуся на крики Сергею. Мол, не ссы, все путем!

Максим скрылся в броневике. Сквозь стекла мне было видно, что он о чем-то оживленно переговаривается с товарищами. Они явно ругались, хотя отсюда их голосов слышно не было.

Время текло медленно, как мед по стенке стакана. Казалось, что прошел час, а на деле меньше десяти минут. По небу ползла черная точка. Я подумал, что должно быть это какая-то летающая бестия меняет среду своего обитания. Ну и пусть меняет, главное, чтобы не к нам меняла.

Рык мотора застал меня врасплох. Я обрадованно вскочил, ожидая появления колонны Марта, но это был не он. Рычал броневик Максима. Пока я размышлял, они закончили спор и явно затеяли что-то нехорошее. Бронещитки на стеклах были опущены, оставляя только щель для водителя. Винни-Пух сидел за пулеметом и грозно водил стволом в разные стороны.

Они что, решили атаковать?!

Я выдернул пистолет, но целиться в машину не стал. Все равно не пробью броню, да и агрессии они пока не проявляют. Вместо этого я укрылся за бортом бульдозера и принялся наблюдать.

Броневик же, выпустив облако сизого дыма, рванул с места. Описав опасную дугу, едва не зацепив бульдозер, он развернулся носом к просеке. Вновь взревел двигатель, и машина понеслась к импровизированной баррикаде.

– Стой! – крикнул я, бросаясь вдогонку.

Конечно, я прекрасно понимал, что за шумом мотора мой голос никто не услышит, а если и услышат, то слушать не станет. Но попытаться я был должен. Просто обязан!

Тем временем рявкнул пулемет с первого «УАЗа». Секунду спустя к нему присоединился второй. У ребят действительно был приказ стрелять, вот только не на поражения, а по колесам. Но колеса броневика надежно прикрывали толстые стальные пластины, от которых пули отскакивали, выбивая искры.

Пулемет броневика молчал, хотя тонкий кузов «УАЗа» не выдержал бы и одной очереди. Затем Винни-Пух оставил пулемет и нырнул в люк. Броневик разгонялся все сильнее, Максим гнал на пределе оборотов, чтобы…. И тут я сообразил, что он делает – идет на таран!

Безумец!

И себя угробит и ребят моих заодно! Но безумцем Максим не был, он все просчитал. Тяжелая туша броневика вклинилась между перегородившими дорогу джипами. Раздался удар, заскрежетал рвущийся металл. Броневик резко потерял скорость, а оба «УАЗа» отлетели в стороны, как пушинки. При этом сидящих за пулеметами Маню и Черта тряхнуло так, что я всерьез испугался за жизнь ребят.

Опасный маневр удался. Броневик, со смятым от удара капотом, из-под которого начал валить пар, удалялся, пока не скрылся за поворотом. Оба «УАЗа» с искореженными бортами замерли по разные стороны просеки.

Я рванул к машинам, что есть мочи, но прибежал к ним не первым. Прятавшийся в лесу Слава опередил меня. Он распахнул дверцу и вытащил из машины Черта. Я пробежал мимо них, отметив, что Черт жив, но держится за ребра.

Второй джип пострадал сильнее, видимо удар пришелся в основном на него. Борт смяло так, что я даже не стал пытаться открыть дверцу, забежал по капоту на крышу и принялся вытаскивать Маню из-за пулемета.

Сильно мешали защитные щитки, но я кое-как справился. Поднапрягся, спуская тяжелую тушу парня на землю. Главное, не уронить! Не уронил, наоборот, уложил мягко, как младенца на перину.

Парень был без сознания, но дышал. Его лицо заливала кровь, обильно сочившаяся из глубокого разреза на лбу. Беглый осмотр не выявил у него других повреждений, так что я облегченно выдохнул. Похоже, только головой и приложился. Ничего, у солдат голова обязана быть крепкой как раз на такие случаи.

– Как он?

Это подоспел Сергей, своевольно оставивший пост.

– Жить будет, – ответил я, решив пока не бранить парня. Приказ он нарушил, но помыслы у него были добрые.

Оставив Маню заботам Сергея, я подошел к Черту. Тот сидел, потирая ушибленный бок и тихо матерился.

– Жив?

– Жив, – прохрипел тот. – Ушли, гады.

– Ушли, – согласился я.

– Машине каюк, – вынырнул из-за кузова джипа Слава. – Ось прогнулась так, что без ремонта только на эвакуаторе тащить. Вторую сейчас посмотрю, но с виду там все еще хуже.

Я чертыхнулся. Будь машина на ходу, можно было бы отправиться в погоню. Достаточно просто нагнать беглецов и держать их в радиусе действия глушилки. Хоть сколько-то времени бы да выгадали.

Шум мотора удалялся. Полкилометра – это не расстояние. Пусть броневик и поврежден, но из зоны глушения сигнала Максим выберется минут за пять. А там вызовет подмогу, и вся наша операция полетит коту под хвост!

И все из-за меня!

Идея привлечь наемников моя, командовал отрядом я, идея с баррикадой тоже моя. Везде я виноват! Март с меня три шкуры спустит и будет прав. Из города не прогонят, наверное, но из «Скаутов» точно выпрут.

Вернулся Слава.

– Вторую машину только на запчасти, – печально поведал он мне. – Кузов в нескольких местах лопнул так, что уже не приваришь.

Я механически кивнул, особо не вслушиваясь в его речь.

– Этим гандонам тоже досталось! – злорадно сказал Слава. – Видел, как пар из-под капота валил? Двигун точно поврежден, до базы доедет и все. До замены двигателя на прикол встанет.

– Им дальше базы и не нужно, – вяло ответил я. – А вернутся на грузовиках с подмогой, еще и руки нам жать станут, за то, что дорогу им проложили.

– Слышишь? – спросил Черт.

– Чего тебе?

– Двигатель слышишь?

– Ну, слышу и что?

– Он возвращается!

Я прислушался к гулу мотора и с удивлением понял, что Черт прав. Звук не затихал, а наоборот, нарастал! Причем нарастал стремительно. А еще к нему прибавились другие звуки, в которых я также опознал гул моторов. Слава тоже услышал и все понял, побледнев, парень с испугом посмотрел на меня.

– Антон, он не один едет, он с подмогой!

Глава 8: Итоги рейда

– Как-то рановато для подмоги, – удивился Черт, морщась от боли.

– Это не их подмога, а наша! – обрадовал я товарищей и тут же скомандовал: – Все отходим к бульдозеру, нужно освободить проход!

Черт поковылял сам, Маню потащили мы с Сергеем. Слава же прыгнул в поврежденный джип. Я хотел было окликнуть его, но прикусил язык, сообразив, что он собирается сделать.

А Слава тем временем завел машину и кое-как отогнал ее на несколько метров дальше, чтобы между двумя покореженными джипами оказалось достаточно расстояния для маневра крупной техники. Прижав джип вплотную к деревьям, Слава заспешил к нам.

Первым в поле зрения показался броневик Максима. Пар из-под капота валил уже куда сильнее, а еще к нему примешался черный дым, что говорило о серьезной перегрузке двигателя, либо о его критическом повреждении. Видимо, прав был Слава: жить машине оставалось недолго.

Не имея возможности маневрировать, броневик был вынужден сдавать задом, а за ним по пятам, словно загонщик, следовал шестидесятый «БТР». Ствол «КПВТ», нацеленный на лобовое стекло машины, придавал поврежденному броневику ускорение.

На небольшой дистанции за бронетранспортером следовали остальные машины колонны. С крыши бульдозера мне был хорошо виден бронированный автобус и три грузовика. А вот джипов прикрытия я не заметил, как и второй брони.

Ну, с броней понятно, ее на защиту «носорога» оставили, а джипы-то где? Непорядок! Не по плану! Оба броневика должны были обеспечивать защиту колонны, которая будет вывозить ценности.

Что-то явно пошло не так. Но что?

Тем временем, броневик Максима продолжал сдавать назад. Нервы у водителя, видать, совсем сдали со страху, поскольку при приближении к бульдозеру он и не подумал тормозить. Задний бампер броневика врезался в бульдозер с такой силой, что я обязательно полетел бы на землю, не схватись заранее за выхлопную трубу. Выпачкался как трубочист, но хоть кости целы.

После удара двигатель джипа как-то жалобно хрюкнул и заглох.

Бронетранспортер замедлил ход и остановился, не доезжая до машины около метра. Распахнулся десантный люк, откуда резво выбрался Игорь, а за ним, по очереди, еще трое скаутов. Они быстро взяли парящий броневик в полукольцо. Все были при оружии, но целиться из него не спешили, лишь держали его так, чтобы в любой момент можно было открыть огонь.

– Здорово, Антон! – окликнул меня Игорь.

– И тебе не хворать, – устало улыбнулся я, слезая с бульдозера на землю. – А где Марат?

– Март-то? Должно быть кофеек у себя в кабинете хлещет, где ж ему еще быть.

– Так он не с вами? – не стал я скрывать удивления.

– Не, он мне все полномочия передал, а сам на базу укатил.

Ну да, обманный маневр удался, дальнейшую работу можно спихнуть на подчиненных, а маршал волен удалиться в свой уютный кабинет. Завидно! Хотя… если подумать, меня это тоже касается, ведь моя тяжкая миссия подошла к концу! Чего мне тут еще делать?

– Вижу, у вас тут небольшая заварушка вышла? – спросил Игорь, разглядывая вмятины на броневике.

– Да вот, слегка разошлись во мнениях о правах на найденное богатство, – ответил я.

«А я ведь предупреждал!» – говорил взгляд Игоря, но вслух он сказал другое, и в голосе его звучал металл.

– В расход?

По сути, мы вполне могли так поступить. Нарушение контракта, что называется, налицо. Нападение с пострадавшими, потеря дорогого имущества. При других обстоятельствах я бы даже колебаться не стал, но один момент не давал мне ответить на вопрос Игоря согласием.

Пулемет броневика не сделал ни одного выстрела. Винни-Пух вполне мог изрешетить оба джипа, а затем и остальных перестрелять. Мог, но не стал. Вместо этого Максим рискнул пойти на таран, и лишь благодаря этому обошлось без смертей.

– Не надо, – покачал я головой. – Повода на это они не давали.

Игорь удивленно вскинул бровь и как бы невзначай покосился на окровавленного Маню. Пришлось объяснять ситуацию, приводить доводы. Игорь молча выслушал, покивал головой и в конечном итоге признал мою правоту.

– Крысы, конечно, но не совсем подлецы, – выдал он свой вердикт, после чего подошел к машине и трижды постучал кулаком по бронещитку. – Эй, там, внутри! Выходите, никто вас не тронет. Даю слово.

Дверца водителя распахнулась, наружу, держа руки над головой, вылез Кот. Так вот, кто сидел за рулем! Я почему-то думал, что сам Максим. Кот был напряжен, он явно ждал пулю, ни один ствол не повернулся в его сторону. Вслед за Котом из машины показались Максим и Винни-Пух. Все трое предусмотрительно оставили оружие в машине, даже ножи отстегнули.

– Руки можно опустить, – разрешил Игорь. – Вот он, – тут Игорь ткнул в меня пальцем, – сердечно попросил вас не убивать.

Три головы повернулись в мою сторону. Максим смерил меня усталым взглядом, затем едва заметно кивнул. Благодарит так? Я сделал несколько шагов вперед и без замаха, но с силой, прописал правый хук ему в челюсть. Рука будто в бетонную стену угодила. Занемела вся, аж до локтя, но виду я не подал. От моего удара Максим даже не шелохнулся, но из краешка губ заструилась кровь.

– Это тебе за Маню, гад!

Максим снова кивнул, принимая наказание.

– Что с нами теперь будет? – спросил он, потирая подбородок.

– Работа с вами будет, – пожал я плечами. – Таскать нужно много, лишняя пара рук пригодится.

– В рабы, значит? – подал голос Кот. – А потом к стенке, так?

Я покосился на него, но обратился к Максиму:

– Напомни, сколько вы по контракту должны нам помогать?

– Двадцать дней, – угрюмо ответил тот.

– А сколько прошло?

– Семнадцать.

– Вот оставшиеся три дня отработаете и на все четыре стороны. Только машину чинить мы вам не станем, вы ее сами угробили. Добирайтесь, как хотите, хоть верхом на волках. Все ясно?

– Да, – ответил Максим.

– Ну раз ясно, то вперед, разгребайте, – Игорь кивнул на завал перед бульдозером. – Сейчас еще работников вам в помощь пришлю, а за машинку свою не боись, мы покараулим!

Максим с тоской посмотрел на броневик, и этот взгляд наполнил меня ликованием. Не успели! Не успели они выехать за пределы действия глушилки! А теперь, когда ему фактически запретили приближаться к машине, он окончательно потерял возможность предупредить штаб.

Повернувшись к замершей колонне, Игорь несколько раз взмахнул рукой. Это был сигнал. Распахнулись двери автобуса, откинулись борта грузовиков. Из транспорта валом повалил народ, и вскоре на пяточке пространства возле бульдозера стало тесно.

Но люди не толпились бесцельно, а сразу взялись за дело. Бойцы разошлись в разные стороны, беря периметр под охрану. Послышались звуки бензопил и топоров – работяги стали расчищать завал из деревьев, который мешал двигаться дальше.

Из кабины бульдозера буквально вытащили Сергея, который забился туда с перепугу, едва увидев «БТР». Новый водитель завел двигатель, лихо развернул тяжелую машину на место и принялся быстро и умело расширять пространство под стоянку и будущий лагерь.

Как говорится, хочешь помочь мастеру – отойди и не мешай. Вот мы с Игорем и отошли, чтобы не мешать профессионалам заниматься своим делом. Устроились в автобусе, где вовсю работал кондиционер, изгонявший дневной зной и дарующий разгоряченному телу желанную прохладу.

– Блаженство! – растекся на сидении Игорь. – Знал бы ты, какое пекло в десантном отсеке «БТР». Буду Льва пилить, как хочет пусть крутится, но надо в броню кондей впихнуть!

Я присел рядом с Игорем.

– Ну давай, рассказывай, – велел я, разумеется, имея в виду не банные проблемы бронетранспортеров.

Игорь понял меня правильно.

– Да что там рассказывать? – почесал он затылок. – Все прошло как по маслу! Выехали на место, вошли в заросли. Через день начались поломки, потом волки напали, вурдалаки побезобразничали немного. – Игорь подмигнул мне, давая понять, кто автор всех этих нападений и безобразий. – В общем, стояли больше, чем работали.

– А что «Волки»? Я слышал, была перестрелка.

Игорь поморщился, будто лимонада без сахара выпил.

– Было дело. Эти уроды нам на хвост сели. Еще хорошо, что мы твою депешу вовремя получили, пустили «БТР» назад, закупорили им просеку и парой очередей отогнали этих наглецов. Так они, представь, свой новый прокладчик пригнали и давай параллельно путь прокладывать! Так и шли ноздря в ноздрю, пока ты нас не дернул. Ну а там – мы по коням и назад. Представляю, как они сейчас репы чешут. Проснулись, а нас и след простыл!

Мы посмеялись, причем я смеялся аж до слез, хотя шутку смешной не назовешь. Просто из меня выходило скопившееся напряжение. Из Игоря, скорее всего, тоже.

– Да что все про нас, мне с базы доложили, что у вас тут дела почище творились! Тварюгу какую-то новую встретили?

При воспоминании о стычке с лесным царем смех комом застрял у меня в глотке. Потеря Сани обожгла душу, будто ее окунули в чан с раскаленным маслом. Я рассказал о тех событиях, заново переживая каждый эпизод. Чувство вины за гибель подчиненного накатила на меня с новой силой. И главное, ради чего он погиб? За тряпки и просроченные консервы?

Игорь слушал молча, понимающе кивая головой. Когда я закончил, он потрепал меня по плечу.

– Не казни себя, твоей вины тут нет. Всем известно, что после дождя твари прячутся по норам, ну а об этом лесном царе никто знать не мог.

Он, конечно, прав, но чувства – не лампочка, щелчком тумблера не отключишь. Тем не менее, от его слов мне немного полегчало.

– Кстати, а почему джипы не с вами? – вспомнил я.

– Один Март взял, другой в прикрытие «носорога» оставили. Зато вторая броня с нами пошла. Просеку закупорили ей, теперь шиш проедешь!

Интересно девки пляшут, по четыре штуки в ряд! Бросать ценный прокладчик под охраной одного лишь джипа это нонсенс! Да и чего это вдруг такое резкое изменение планов? Ну да ладно, Игоря мучать не буду, потом сам у Марта спрошу.

– Стукача-то поймали? – спросил я.

Игорь печально кивнул.

– Поймали и казнили уже.

– И поделом! – злорадно ухмыльнулся я.

Гада Витьку мне было ничуть не жаль. Крысе – крысиная смерть!

– Подробности будут? – намекнул я, что ожидаю продолжения.

– Подробности у Марта узнаешь, – отмахнулся Игорь.

Не хочет говорить? Ну и ладно, не очень-то и хотелось знать! Вру, конечно, жутко любопытно послушать, как Витеньку за жабры брали, как кололи и где в итоге прикопали. Но ладно уж, подожду.

– Что ж, моя работа подошла к концу, пожалуй, я на базу двину. Выделишь транспорт? А то нашим лошадкам полный кирдык пришел.

– А нету транспорта! – развел руками Игорь. – Автобус у нас за штаб, грузовики под товар. А броня, брат, это тебе не такси!

Да уж, джипам каюк и с базы не вызовешь – режим радиомолчания никто не отменял. Эх, кажется, я тут застрял на неопределенный срок! От моей кислой мины, наверное, и пластик бы расплавился. Игорь явно сжалился надо мной, потому что поспешно добавил:

– С первой колонной в город поедешь. И стажеров своих заберешь, они нам тут ни к чему. Только подождать придется, пока загрузимся.

Ждать пришлось долго, почти до заката. Пока путь расчистили, пока на склад пробились. Лес вокруг уже начал погружаться в сумерки, когда люди дорвались, наконец, до богатств гипермаркета.

Успели загрузить только два грузовика, а потом стало уже слишком темно. Погрузку решили возобновить утром, в ожидании возвращения первых двух машин. Кстати, Слава решил остаться тут. Объяснил он это желанием повозиться с джипами, да и техник с группой всего один прибыл, остальные на базу вернулись.

Так что в город двинули вчетвером: я, Черт, Маня и Сергей. Ехать пришлось в кузове. Трясло нещадно! Куча добра, которым наспех завалили под самый потолок, угрожала похоронить нас под завалами во время встречи с каждой кочкой. К счастью, обошлось, доехали в целости и сохранности!

Группу я распустил, едва мы пересекли «КПП». Маня хотел было идти домой, но я в приказном порядке отправил его в больницу. Рану мы ему, конечно, обработали, но шов накладывать не стали. Это уже пусть специалисты делают. Заодно на сотрясение его там проверят, а то он на головную боль всю дорогу жаловался. Бумагу для больнички мне еще Игорь написал, причем на всю группу, но мне туда не надо, а Черт отбрехался.

Так что Маня почапал в цитадель здравия, а остальные отправились по домам с наказом держать язык за зубами, а завтра ни свет, ни заря явиться в штаб. Сам я незамедлительно последовал своему приказу, направив стопы к ставшей уже родной высотке.

В город мы прибыли с последними лучами солнца, так что домой я почти бежал, ведь уличного освещения как не было, так и нет. Быстро холодало, так что пробежка еще и согреться помогла. К слову, я такой был вовсе не один, прочие засидевшиеся, кто без транспорта, тоже резко заинтересовались спортом.

Чем ниже солнце – тем больше физкультурников!

Хотя на улице еще было достаточно светло, подъезд встретил меня кромешной тьмой. Наугад переставляя ноги, я почти взбежал на пятый этаж, умудрившись ни разу не запнуться о ступени. Наощупь вставил ключ в замочную скважину. Два оборота, мягкий хруст хорошо смазанного замка, и вот я дома!

Меня обдало потоком теплого воздуха и запахом чего-то вкусного! Ах, свежая домашняя пища, как же я по тебе скучал!

Мои еще не спали. Во всяком случае, с кухни доносился шум, а в коридор из-за прикрытой двери проникал слабый свет. Звук захлопнувшейся двери оповестил всех о моем прибытии.

Шум на кухне на мгновенье стих, а затем дверь распахнулась и в коридор вышла Яна с зажженной свечой в руках. При виде меня она вскрикнула и бросилась мне на шею, совсем забыв про свечу, которая такого издевательства не перенесла. Погасла и упала на пол, укатившись куда-то к стене.

– Антон! Живой! Саша, беги сюда! Антон вернулся!

Мне чудится или я слышу всхлипы Яны? Не то, чтобы она была ко мне совсем холодна, но вот таких теплых чувств раньше не проявляла.

Призыв Яны был услышан, в коридор вышла Саша. В слабом свете свечи, которую она крепко стискивала обеими руками, ее лицо показалось мне бледным, а сама она двигалась как-то нерешительно, будто в трансе.

Саша оказалась куда сдержаннее Яны и свою свечу сберегла, но даже одной рукой она умудрилась стиснуть меня так, что на несколько долгих секунд я оказался лишен возможности дышать.

– Я тоже очень по вам соскучился, – отдышавшись, сообщил я им. – Но почему вы меня будто с того света встречаете?

– Нам сказали, что на твою группу напали и кто-то погиб, – ответила Саша, смахивая с глаз слезы.

– Курсант наш, Александр, – рассказал я, поглаживая по голове то Сашу, то Яну. – Какой-то новый монстр на нас выскочил, убил его и утащил тело в лес. Разве вам не рассказали?

Саша покачала головой.

– Никто ничего не рассказывал, я через знакомых узнала о нападении и о том, что кто-то из группы погиб. Но кто именно узнать не смогла.

Я на мгновенье дара речи лишился. Вот же… гады! Ввели режим секретности, чтобы панику предотвратить пока нового монстра не ликвидируют? Идиоты! Да разве же такое утаишь? Информация, она как вода в гнилом корыте, как рукой дыры не закрывай, все равно где-то да протечет.

Даже думать не хочу, через какой ад они прошли, как жили тут все это время, гадая жив я или мертв. Ведь с нападения больше недели прошло! Неделя вынужденного бездействия в ожидании, вернется близкий человек или товарищи со скорбными лицами принесут его вещмешок.

– Я жив и даже не ранен! – заверил я девочек, крепко прижимая их к себе. – Сами-то как?

– Живем потихоньку, – впервые улыбнулась Саша.

Яна лишь всхлипнула, пряча лицо у меня на груди.

– А чем это так вкусно пахнет? – задал я давно волнующий меня вопрос, под аккомпанемент вдруг заурчавшего живота. – А то мне сухари с консервированной кабанятиной уже поперек глотки…

Дальше меня слушать не стали. Утащили на кухню, усадили за стол. Передо мной как по волшебству появилась глубокая миска, полная наваристых щей и ломоть свежего хлеба, щедро намазанного маслом.

Все как я люблю!

Наворачивал молча, как говорится, только за ушами трещало! После сытной трапезы потянуло на сон, но я превозмог. Подробно рассказал девочкам об экспедиции, о стычке с монстром, о разногласиях с наемниками.

Не стал утаивать и о богатой добыче, взяв с обеих слово о молчании. Долго молчать они, конечно, не смогут, врожденный инстинкт к распространению информации не позволит, но на пару-тройку дней их хватит, а там уже и неважно будет.

Ночь прошла спокойно и даже без физкультуры. Как ни соскучился я по женской ласке, как ни манила меня близость сочного молодого тела, усталость взяла свое. Едва моя туша перешла в горизонтальное положение, как в голове образовался приятный туман, затянувший разум в мир грез.

Проснулся я от солнечных лучей, пробивающихся сквозь плохо сдвинутые шторы. Голова была тяжелой, как после попойки с Татарином, но хоть не болела. Взял с тумбочки часы и резко сел. Почти половина первого! Мамочки! Это же сколько я дрых?!

Остатки сна моментально слетели. Я быстро оделся, заскочил на кухню, чтобы схватить горбушку хлеба, но увидел накрытый стол с запиской: «Решила не будить, очень уж сладко ты спал! Перед уходом обязательно поешь, целую!»

Пришлось задержаться…

На базу я влетел уже почти к обеду. Сразу идти к Марту не стал, вначале заскочил в гараж. Отметил привычную суету, от которой потеплело на душе. Без людей это место выглядело совсем иначе – мертвым и холодным.

Большая часть транспорта все еще не вернулась. Посреди зала величественно замер «носорог», недалеко от него стоял грузовичок со здоровенной вмятиной в боку. Вокруг него как раз и суетились техники.

А еще я заметил оба наших «УАЗа». Видимо, эвакуатором с утра притащили. В свете ламп искореженные корпуса выглядели совсем печально. Ни Славы, ни своих курсантов я не обнаружил. Покрутившись немного по гаражу, я заработал пару недружелюбных взглядов от мастеров и предпочел за лучшее ретироваться.

Ноги сами привели меня на второй этаж, к кабинету Марта. Стол секретаря пустовал, видимо, нового помощника пока не назначили. Трижды постучав в дверь, я вошел, не дожидаясь разрешения.

Как вошел, так и замер, пораженный увиденным. Даже моргнул пару раз, желая отогнать наваждение, но оно никуда не делось. Прямо передо мной стоял живой мертвец!

– О, Антон, тебя-то мне и нужно! – обрадовался моему появлению Март, затем рукой махнул в сторону двери. – Витя, выйди, у нас приватный разговор будет.

Витя понимающе кивнул, собрал со стола какие-то бумаги и очень шустро для мертвеца покинул кабинет, гаденько улыбнувшись мне на прощанье.

– Чего застыл? Садись! – Март кивком указал мне на стул.

Я послушно сел. Обернулся на дверь, затем внимательно посмотрел на Марта.

– Игорь сказал, что его – того! – я медленно провел пальцем по шее.

– Кого? Витьку? С чего бы? – удивился Март.

– Ну так крыса же…

Март вскинул брови.

– Э? Нет, крысой оказался не Витя, а Артем.

Пару минут я пытался сообразить, о ком говорит Март, потом до меня дошло.

– Стоп! Артем? Разведчик?

– Угу, – кивнул Март. – Я и сам в шоке был, когда мне доложили. Но тут ошибки нет, его с поличным повязали, когда он пытался по рации с «Волками» связаться. Свидетелей хватало, да и он отпираться не стал.

Глупость какая-то, прямо в голове не укладывается!

– Но зачем ему это? Разведгруппа целый процент от нашей выручки имеет! Это же бешеные деньги!

– Все просто: один процент на четверых меньше, чем пять на одного, – пожал плечами Март.

– Вот же гнида! – выругался я. – Как его взяли?

– Когда их группа только вернулась, он успел пересечься с кем-то из «Волков», на главных воротах это видели. Но сбросил он только общую информацию, чтобы заинтересовать. Видимо, не ожидал, что мы его в спецкомнате запрем. Ну, или как-то по-другому собирался информацию передать. Теперь уже не узнаем.

Март ненадолго замолчал, побарабанил пальцами по столу, затем продолжил:

– В общем, «Волки» наживку заглотили и бросились в погоню. Все силы за нами отправили. Артема я велел под присмотром держать не потому, что не доверял, а потому что боялся, как бы на него не вышли. На третий день пути он и попался. Споил радиста и попытался передать сообщение. Ребята Игоря его считай за руку поймали. Выведали все, что знал, да на месте и решили. Игорь сам все сделал.

Мы помолчали. История меня шокировала. Артема я подозревать даже не подумал! Солидный мужик с большим стажем, семейный. Зарабатывал не просто хорошо, а отлично! На последнем задании вообще мог озолотиться так, чтобы и себе и детям хорошую жизнь обеспечить. Так зачем рисковал? Почему пошел на предательство? Сколько денег ему было нужно для счастья? Нет, не могу я жадность человеческую постичь, как ни пытаюсь, не выходит.

– Он не первый раз этим промышлял, – продолжил Март. – Он сливал информацию о наших рейдах уже больше года, все наши провалы на его счету!

– Он что, сам сознался? – с сомнением спросил я.

– Ну как сам, Игорь из него выудил.

– Так может набрехал? Прикрывал подельников? Знал ведь, что его не отпустят.

Март невесело усмехнулся.

– С тебя когда-нибудь кожу заживо сдирали? Лоскутками, сантиметров по двадцать?

Я сглотнул, представив себе эту картину, и отрицательно покачал головой.

– Игорю не врут, информация верная, можешь не сомневаться.

А наш Игорь, оказывается, совсем не прост! Раз уж пыточные навыки имеются, то либо он до исхода в спецвойсках служил, либо маньячил потихонечку. И я даже не знаю, какой из вариантов мне нравится меньше.

– Вот такие дела! – хлопнул себя по коленям Март.

Дальше наш разговор перешел в деловое русло. Я отчитался обо всем произошедшем с нами во время пути. Подробно рассказал о стычке с монстром, описал взаимоотношения с отрядом Максима и его предательстве.

– Монстром уже занимаются, – обрадовал меня Март. – Кстати, рядом с местом боя его лежку не нашли, так что отдали это дело охотникам. Твоя знакомая, Маша, по следу с группой ушла.

Если уж Маша взялась за дело – значит, можно спать спокойно! От нее ни одна тварь не уйдет. На этом встреча подошла к концу, о чем Март недвусмысленно намекнул, поднимаясь со стула.

Но у меня оставался еще один важный вопрос.

– У погибшего курсанта, Саши, есть родственники?

– Мать и сестра, – кивнул Март.

– О них позаботятся?

– По правилам, пенсия им не положена, ведь он еще не стал скаутом, – ответил Март. Завидев мое негодующее выражение лица, он поднял руку, останавливая брань, уже готовую сорваться с моего языка. – Но мы посоветовались и решили, что будет правильно передать его семье долю Артема.

Гнев во мне слегка поутих.

– Они уже знают? – спросил я.

Март понял, что я говорю не о компенсации.

– До сегодняшнего дня это оставалось секретной информацией. Я собираюсь зайти к ним вечером.

Я решительно покачал головой.

– Нет, я был его командиром и наставником, я не сумел его уберечь. Сам пойду.

Глава 9: Счастливые деньки

Операция по вывозу добра из гипермаркета растянулась аж на четыре дня. Как и положено, к концу третьего дня Март доложил в штаб «Зари» о находке, и отметили ее на общей карте.

К тому времени вывезли уже почти все. Во всяком случае, самое ценное, так что поспешившим нам на «помощь» другим отрядам рейдеров оставались лишь жалкие крохи.

Особенно кусало свои локти руководство «Волков». Они настолько уверовали в обманку, что все три дня искали «клад» не в том месте. Даже спешный отход группы вместе с «носорогом» не заставили их отступить. Так что в борьбу за объедки они вступили последними.

С Максимом и его людьми поступили так, как я и обещал. Отработав на погрузке три дня им было позволено уйти, что они и сделали. Правда топать пришлось на своих двоих, ведь броневик превратился в «тыкву».

Рация тоже каким-то магическим образом вышла из строя, так что ни вызвать машину, ни доложить о находке они не смогли. Кажется, я даже знаю имя того «волшебника», который так им удружил. На «С» начинается, на «а» заканчивается.

Добычи оказалось так много, что на наш склад все банально не влезло. Вадику пришлось отжать под хранилище часть мастерской. Лев, конечно, в восторг от этого не пришел, но особо возмущаться не стал, понимая, что того требует ситуация.

Сортировка, подсчет и перевод в денежный эквивалент всего нажитого непосильным трудом заняло больше месяца. Так что о причитающейся мне доле я узнал далеко не сразу, а когда узнал, чуть в обморок не грохнулся, от свалившегося на мою голову богатства! По итогу моя доля составила почти три тысячи золотых монет.

На эту сумму мы втроем можем жить припеваючи несколько лет, абсолютно ни в чем себе не отказывая. А если не превышать текущих расходов, то вообще лет тридцать.

Деньги легли на наш с Сашей банковский счет. Куда их девать, если честно, ума не приложу. Саша тоже лишь плечами пожимала. Так что до поры до времени мы решили о них не вспоминать. Лежат – есть не просят! Даже процент с них какой-то капает.

Кстати, своих девчат я не обманул! Едва сняли режим секретности, провел их на склад, где они вдоволь нашопились. Даже машину пришлось брать, чтобы увезти все нахапанное ими добро.

После этого Март отпустил меня в долгожданный отпуск, и мы-таки съездили, наконец, в «Орешкино», где провели целую неделю предаваясь ленивому безделью. Даже к морю сгоняли, хоть искупаться не довелось, уж больно оно было неспокойным.

Дед долго уговаривал меня остаться. Я даже почти согласился, но тут Саша взяла быка за рога, заявив свой решительный протест. Доктор, кстати, полностью поддержал свою бывшую ученицу, а ныне коллегу, в ее нежелании оставлять людей «Зари» без хирурга. Под напором этой парочки Дед отступил, признав свою безоговорочную капитуляцию.

Вернулись мы уставшие от отдыха настолько, что Саша прямо в день возращения отправилась в больницу. Яна даже домой заходить не стала, сразу к подружкам убежала, едва мы через «КПП» проехали.

Пришлось в одиночку заняться разбором вещей. Управился быстро, а потом стало скучно. Пересмотр старого фильма не принес радости, так что я тоже решил на работу сбегать. Но далеко не убежал – у подъезда столкнулся с Машей, которая жила в соседнем доме.

– Привет, а я как раз к вам шла! – поприветствовала она меня с неизменной улыбкой. – Смотри, что добыла!

С этими словами Маша сунула мне в руки два картонных прямоугольника с грубо напечатанным текстом. Я повертел их в руках, сразу догадавшись, что это. Но на всякий случай уточнил:

– Билеты в кино?

– Угу! Да ты название смотри!

– Дракула, – вслух прочел я.

Вначале не понял, что так заинтересовало Машу, но потом до меня дошло.

– Это же тот самый фильм, на который я хотел тебя пригласить! Но откуда? Ведь тогда премьера была!

– Пока вас не было кто-то из рейдеров привез целую коробку фильмов. Нашли какой-то склад, откуда это добро по кинотеатрам развозят. Завтра в центральном зале начинают крутить!

Вздохнув, я протянул билеты Маше.

– Извини, но я не могу с тобой пойти, сама ведь понимаешь…

– Ты совсем дурак? – удивилась Маша. – Это для вас с Сашей, подарок! Ты вообще, когда жену последний раз на свидание приглашал?

Я стыдливо потупил взор.

– Сходи, развейся. Ей понравится! А за Яну не волнуйся, я с ней договорюсь. Посидим, ужастики посмотрим, заночует тоже у нас.

Подмигнув, Маша упорхнула, а я остался один, но зато с билетами в кино!

На работу я все же не пошел. Побродил по округе, посидел в баре, а как стемнело – пошел встречать Сашу. Маша оказалась права, идея со свиданием пришлась девушке по вкусу. Более того, она пришла в восторг!

С Яной тоже проблем не возникло. Быстро смекнув, что к чему, в нужный час она свинтила в гости к Маше, ну а мы пошли смотреть на очередные приключения древнего вампира, каким его видел известный голливудский режиссер.

Вечер удался на славу! Как и последующая за ним ночь. Я мысленно пообещал, что обязательно отблагодарю Машу за прекрасную идею. Может, новую модель «волкобоя» ей подарить? Дорогая игрушка, но говорят, там наконец-то решили вопрос с детонацией боекомплекта.

Отпуск подошел к концу, вновь потянулись привычные будни. Ну как привычные, должность у меня слегка поменялась, теперь я не просто распорядитель, а главный распорядитель!

На самом деле ничего особо не изменилось, даже зарплата прежней осталась. Ну, из бонусов разве что личный помощник появился. А еще благодаря должности я стал членом совета «Скаутов», так что теперь мы с Вадиком виделись чаще, чем мне бы того хотелось.

Но, как ни странно, именно Вадик помог мне решить, как распорядиться деньгами. Как-то после очередного собрания он вновь пригласил меня кофейку попить, а я взял, да и согласился! Как-то само собой вышло, даже подумать не успел, а потом уже неудобно отказываться стало.

– Проходи, садись, – пригласил он меня в свой кабинет. – Чай, кофе?

– Кофе, – попросил я.

– Тебе покрепче? С молоком? С сахаром?

– Покрепче, без молока и без сахара, – попросил я, располагаясь на стуле.

Вадик ушел варить кофе. Несмотря на наличие помощника он всегда делал это сам. Вернулся он минут через десять с двумя дымящимися чашками.

– Я знаю, какие про меня слухи ходят, только это все неправда! – улыбнулся Вадик, усаживаясь рядом со мной. – Пей смело!

– Да я и не верю всяким слухам, – смущенно соврал я, прихлебывая из чашки.

Вкусно! Хоть и без сахара, но без привычной горечи и с приятным послевкусием. А какой аромат! Хороший кофе, правильно заварен и температура воды что надо – горячий, но не обжигающий.

– Нравится? – улыбнулся Вадик. – Сам выращиваю, сам обжариваю!

– Правда? – удивился я. – У вас выходит свой дом?

– Давай на ты! Чего уж там, мы оба в руководстве теперь, субординация осталась в прошлом.

– Как скажешь, – согласился я.

– Живу я прямо тут, на базе, так удобнее. Но дом у меня есть, с участком, там и выращиваю всякое разное. Началось все с кофе, нашел мешок зерен, посадил, а они возьми да вырасти! На том и поднялся.

Так вот благодаря кому в этом мире появился кофе! Не знал, а ведь получается, что почти с легендой вместе работаю. В будущем этот товарищ обязательно войдет в учебники истории.

– Денег тогда, правда, еще не было, но в обмен на мою плантацию руководство предложило построить мне дом, – продолжил тем временем Вадик. – Участок большой, земля хорошая, плодородная. Вот я и посадил всего понемножку. Чай, кофе, табачок. Не на продажу, чисто для себя.

– В поселке за периметром?

– Нет, прямо в «Заре».

Я аж присвистнул – жирно! Дома у нас строят, но только за забором. Начали это энтузиасты, не желающие ютиться в бетонных коробках, но затем инициативу поддержало руководство города, так что десяток домов превратился в обширный поселок, окруженный двухметровым деревянным частоколом.

Попасть в программу на переселение несложно, но желающих не так чтобы много. Все же удобства там не городские, да и защита налажена хуже. Тут и каменные стены, и посты через каждые пятьсот метров.

Слышал я и про небольшой пятачок земли в пределах стен, отданный под застройку частных домов. Правда, самому в этом аналоге Рублевки побывать пока не доводилось. По слухам, там живут сливки местного общества, включая все руководство «Зари». Улицу, кстати, так и назвали «Рублевая».

– Место недалеко отсюда, минут двадцать пешком, а на машине за пять добраться можно, – продолжал тем временем Вадик. – Там, кстати, еще пара участков незанятых остались.

– Так чего не застроят? – спросил я, мысленно представляя себе этот райончик из золоченых дворцов. – Неужели желающих нет?

– Желающих даже слишком много, – улыбнулся Вадик. – Да только тысяча золотых не у всех найдется. Вот ты, например, человек теперь состоятельный, можешь себе позволить. Не хочешь приобрести? Соседями будем!

Тысяча золотых?! Я аж дара речи лишился. Да мне на мою зарплаты такую сумму лет двадцать копить! И это при условии, что я кушать почти не буду. Стало понятно, отчего такие лакомые участки до сих пор пустуют. Ведь у нас тут почти как при Сталине, зарплаты начальников не сильно отличаются от зарплат работяг. Кто изначально подсуетился, тот место захапал, а теперь изволь денежку занести!

Если бы не авантюра с гипермаркетом, о таком приобретении мне оставалось бы только мечтать. Но Вадик прав, я теперь богатый человек и вполне могу себе позволить. Причем, если еще час назад я о таком даже не задумывался, то теперь во мне что-то щелкнуло. Свой дом, родовое гнездо! Место, где будут жить мои потомки в этом новом мире.

Идея заразила меня настолько, что уже на следующий день вместе с Сашей и Яной мы поехали смотреть те самые участки. Место понравилось всем. Тихая улочка с двумя десятками небольших, без помпы, но уютных домов самого разного дизайна. Хорошая дорога, ухоженные участки с обилием зелени.

Дом Вадика я узнал сразу и не только потому, что он описал мне его в мельчайших деталях. Просто это был единственный дом с теплицами, разбросанными по всему участку. Внутрь заглядывать не стал и без того понятно, что у него там растет.

Ни забора вокруг этого элитного уголка, ни поста охраны. Правда был сторож – пожилой мужичок с залысиной и желтыми зубами, который представился Егором. Поначалу он отнесся с подозрением к новым людям, но, узнав о цели нашего визита, даже взялся провести экскурсию.

По презрительной ухмылке и озорному блеску в глаза я догадался, что Егор принял нас за молодых дурачков, не имеющих представления о здешних ценах. Он явно решил над нами поглумиться, причем не сразу, а лишь когда мы дойдем до нужной кондиции.

Разубеждать его или доказывать серьезность своих намерений я не торопился. Пусть себе что хочет думает, если при этом покажет то, зачем мы приехали.

– А где же ваш транспорт, господа покупатели? – иронично осведомился он, оглядываясь по сторонам. – На машинке оно быстрее будет!

– А мы пешком! – ответила Яна, явно не ощутив издевки в вопросе сторожа.

– Ну, тогда прошу за мной!

Тихонечко посмеиваясь себе под нос, он повел нас вдоль домов, рассказывая о том, какие важные шишки тут проживают. Мы с Сашей переглянулись и улыбнулись друг другу. Она тоже прекрасно поняла намерение нашего экскурсовода.

Вадик слегка приврал, когда говорил, что мы будем соседями. Назвать нас так можно будет лишь номинально, поскольку его дом находится ближе к началу улицы, а оба пустующих участка располагались в самом ее конце.

Закончилась экскурсия в конце улицы, где вплотную к ряду многолетних сосен примыкали два пустыря, явно подготовленные под строительство, но заброшенные и заросшие густой травой.

Оба участка оказались куда меньше остальных, но зато находились рядом, так что если купить сразу оба, то получится один большой. Об этом я и спросил сторожа, чем почти довел его до истерики. Глаза Егора практически вылезали из орбит, он едва сдерживался, чтобы не заржать в голос, но получалось у него это плохо.

– Это вам в управе узнать надо! – со всхлипами ответил он мне, явно предвкушая скорую развязку своей издевки. – Позвольте вас сопроводить, тут недалече!

Мы позволили. Недалече оказалось не так уж и недалече. Топали минут тридцать, Яна даже начала ворчать что-то про глупого сторожа, но мы все же дошли. Управа размещалась в трехэтажном кирпичном здании. Над входной дверью прямо так и было написано «Управление жилищными фондами». Собственно, тут мы уже бывали, когда Саша получала служебную квартиру.

– Здравствуй, Егор, чем могу помочь? – спросил уставший от всего на свете человек с темными кругами под глазами, что восседал за столом в приемной.

– Вот, граждане желают земельный надел приобрести! На «Рублевой» улице!

Безразличные глаза человека слегка расширились. Он посмотрел на Егора с упреком, а на нас извиняюще.

– Там крайне дорогая земля, – предупредил он нас. – Может вас интересует дом в «Новой Заре»?

Это он про поселок, что за стенами.

– Спасибо, но мы все же хотим эти.

– Эти? – вскинул брови человек.

– Они хотят купить оба! – хрюкнул в кулак Егор.

– Даже так? – покачал головой человек. – Ладно, я предупредил. Вам на третий этаж, триста седьмой кабинет. Там вам все расскажут.

Я благодарно кивнул этому человеку. Я действительно был ему благодарен, в первую очередь за наличие такого дефицитного нынче чувства, как совесть. Вот у Егора напрочь отсутствовал орган за нее отвечавший. Старик аж пританцовывал, шагая перед нами по лестнице, уже с откровенной издевкой распахнул перед нами дверь.

– Прошу! – склонился он в приглашающем жесте.

Кабинет, где мы оказались, не поражал ни размерами, ни убранством. Типичная конторка секретаря третьего пошиба. Из роскоши тут был разве что компьютер, причем не с привычным мне дутым «ЭЛТ», а плоским «ЖК» монитором.

– Чем могу помочь? – спросила полная немолодая женщина в очках.

В отличии от усталого человека в приемной, она выглядела энергичной и свежей, будто только что из отпуска вернулась.

– Мариночка, здравствуй! – расплылся в улыбке Егор. – Вот, привел тебе молодых людей, желают участки на «Рублевой» в собственность приобрести!

Он указал на нас жестом, каким шпрехшталмейстер представляет вышедших на арену клоунов.

Но «Мариночка» юмора не оценила. Смерив меня взглядом, она спросила:

– Вы, должно быть, Антон?

Я кивнул.

– Вадим Анатольевич вчера звонил, предупреждал, что вы, вероятно, зайдете. Решили брать? Какой участок?

– Оба, – ответил я. – Больно уж мелкие.

– Есть такое, – согласилась Марина. – Но скидки за опт не будет. Цену знаете?

– Приблизительно, – ответил я.

Марина укоризненно посмотрела на Егора, как бы вопрошая, почему не просветил людей. А тот еще не понял, что шутка сорвалась, и с жадностью голодного человека ждал, когда принесут главное блюдо его хохмы.

– Восемнадцатый идет за девятьсот пятьдесят, девятнадцатый за семьсот двадцать. Второй дешевле, потому что меньше. За оба выходит тысяча шестьсот семьдесят золотых монет.

Мы с Сашей переглянулись. Я вопросительно вскинул брови, она лишь кивнула мне в ответ. Таможня дает добро! Я уже открыл было рот, чтобы ответить Марине, но тут Егора наконец прорвало. Неверно оценив наше молчаливое перемигивание, он заржал так, что стены содрогнулись! Марина поморщилась, но стойко стерпела этот необузданный порыв веселья.

– Берем, – ответил я, когда конское ржание Егора перешло в стадию поросячьего хрюканья.

– Бронирую за вами, – кивнула Марина. – Напишу сейчас счет и сумму, с ней в банк сходите, оформите перевод, а затем с квитанцией к нам.

– Хорошо, – согласился я и, посмотрев в глаза застывшего с недоумевающей миной Егора, добавил: – Благодарю вас за экскурсию, Егор. Скоро мы с вами будем видеться чаще.

Вот тут Егорка понял, что оплошал. Дошло, наконец, что перед ним не сопливый дурачок, что дверью ошибся, а кто-то достаточно солидный, чтобы без заминки уплатить столько, сколько он за всю свою жизнь не заработает.

По моему взгляду и тону он понял, что я не спущу ему с рук этой гадкой выходки ради минутного веселья. Он побледнел, сжался и как-то резко постарел. Он начал мямлить нечто извиняющееся, но я даже слушать это пугало лохматое не стал. Просто взял из рук Марины листок и вышел, держа Сашу под руку. Яна последовала за нами, задержавшись лишь для того, чтобы показать Егору язык.

– Мерзкий старикан! – буркнула она, едва мы оказались на улице. – А ведь поначалу казался таким добрым.

Мы с Сашей переглянулись и, не сговариваясь, прыснули. Яна растерянно посмотрела на каждого из нас, но сообразила, что смеемся мы не над ней, и тоже улыбнулась.

– Его лицо было просто бесподобно! – сказала Саша, утирая слезу с краешка глаз.

– Хитрец сам себе перехитрил, – довольно хмыкнул я.

– Постойте, я что одна до самого конца не поняла, что он над нами просто глумился? – удивленно и в то же время с легкой обидой в голосе спросила Яна.

Саша приобняла ее за плечо, прижала к себе.

– Не волнуйся, со временем ты тоже научишься отделять хороших людей от подлецов и мерзавцев. Это умение приходит с опытом.

Глава 10: Решение

Недели следовали одна за другой. Голова моя была забита столькими думами, что по вечерам мне хотелось лишь одного – тюленем растянуться на кровати, и чтобы никто меня не трогал.

Проблем было много!

В верхних кругах «Зари» вдруг вспомнили, что я – охотник, который к тому же, пусть и недолго, но работал чистильщиком. Ввиду этого, как свидетеля нападения лесного царя, меня официально назначили консультантом в группу, которая занимается поиском и изучением этой твари. Тот еще геморрой! Вечные заседания да расспросы.

Ну хоть в лес на вылазки не гонят, и на том спасибо.

У «Скаутов» наступило затишье, хотя мне от этого легче не было. Огромное количество денег, вдруг хлынувшее на отряд, позволило закупить много того, о чем раньше только мечтали. У вояк взяли новенький «МТЛБ», который теперь модифицируют под прокладчика, а также «БТР-80» и несколько бронеавтомобилей. Разумеется, все эти сделки легли на мои плечи.

А еще я строю дом! Не сам, конечно, пришлось искать умельцев. Строительных бригад в «Заре» оказалось на удивление много, вот только какой из них доверить столь важную работу? С этой проблемой вновь помог Вадик. Он посоветовал мне людей, которых нанимал в свое время сам.

Встретились, обсудили детали и почти сразу же заключили договор. Ребята оказались честными, толковыми и на редкость сноровистыми. Едва мы ударили по рукам, как они без заминки взялись за дело и уже на следующий день вовсю рыли траншеи под фундамент.

Впрочем, такая прыть вызвана вовсе не желанием угодить клиенту, просто оплата их труда не привязана к сроку, а значит, чем быстрее они закончат, тем быстрее получат свои кровные денежки.

Вот меня попеременно и дергали то по одной проблеме, то по другой. Но чаще проблемы наваливались на меня скопом, так что приходилось решать их параллельно. Это изрядно выматывало.

– Антон!

Голос вывел меня из транса. Я поднял глаза от листа бумаги, в который пялился, уже минут двадцать и посмотрел на говорившего. Перед моим столом стоял парень лет двадцати с очень знакомым лицом.

– Ты что, спишь? Я тебя уже третий раз зову!

Все, вспомнил. Парень с недовольной миной – мой секретарь, Боря. Назначили его пару дней назад, чтобы из бумажных завалов меня вытащил. Человеком он оказался нормальным, так что мы с ним сразу условились друг другу не «выкать», а затем и вовсе перешли на неформальный стиль общения.

– Не сплю я! Чего надо? – огрызнулся я, раздраженный скорей тем, что меня подловили на безделье, чем тем, что меня от него отвлекают.

– Тебя Марат к двенадцати на совещание вызывал, ты сам просил напомнить.

Я глянул на часы. Ох, уже почти двенадцать? Так я на эту писульку не двадцать минут, а больше часа пялился!

– Спасибо, Боря, побегу!

– Угу, давай! А я пока бумаги рассортирую, – он кивком указал на заваленный папками стол.

– Буду благодарен!

Это я сказал уже из дверей, ибо опаздывал безбожно, а Март этого ой как не любит! И если раньше подобное сходило мне с рук потому, что, ну какая у меня там должность, то теперь я главный! Член совета! Не положено!

По коридору я почти бежал, мысленно выдумывая оправдания своему опозданию, одно другого глупее. Не пригодились. В кабинет Марта я ворвался аккурат к полудню.

– Антон? А ты пунктуален, хвалю! – добродушно улыбнулся Март, хотя в его голосе ощущались нотки сарказма.

Он жестом пригласил за стол для совещаний, где уже собрались все, кроме меня. Я ничего не ответил Марту на эту шпильку, поскольку от быстрого шага малость запыхался. Присел, налил себе воды из графина, залпом осушил стакан. Полегчало.

Вообще, в последнее время я стал замечать, что сильно сдал. Просыпаться утром стало сложнее, как и засыпать по вечерам. Усталость накатывала от любой нагрузки, а на животе магическим образом появилась жировая прослойка, которой там отродясь не было. Все чаще хотелось подремать после обеда.

Вот до чего офисная жизнь человека доводит!

– Итак, все в сборе, объявляю заседание открытым! – пафосно объявил Март и тут же продолжил: – На повестке дня у нас три важные темы, начнем по порядку. Первая тема – помощь «Орешкино» с работами по строительству железной дороги. Высказываемся по очереди.

Сидевший по левую руку от Марта Лев мотнул головой, показывая, что пропускает свою очередь. Следующим шел Игорь, который лишь плечами пожал и высказал готовность выделить с десяток бойцов при технике в охранение места проведения работ.

– Нет уж, – сходу отмел это предложение Март. – Далеко их туда гнать, да и своих людей там хватает.

На отказ начальника Игорь лишь плечами пожал, дескать, мое дело предложить – твое отказаться. Вадик, чья очередь была следующей, ерзал на стуле от нетерпенья. Он весь прям извелся от ожидания, так что прямо вскочил со стула, едва Март перевел на него взгляд.

– Давайте инвестировать! – с горящими глазами предложил он. – Денег с последней операции у нас еще много, все нужное уже закупили. Остатки средств сейчас просто зависли на счету в банке. Предлагаю вложить их в строительство в обмен на акции, по которым мы впоследствии будем получать дивиденды от дохода с перевозок!

– Отличная идея! – одобрительно кивнул Март. – Обязательно подниму этот вопрос на встрече с руководством «Зари». Антон?

Все головы повернулись ко мне. А я сижу да глазами хлопаю, ведь про эту самую стройку первый раз слышу! Пришлось сознаваться в невежестве.

– Тебе что, доклад не занесли? – аж расстроился Март.

– Скорее всего, не успел прочитать.

– Так его три дня назад всем на стол положили! – возмутился Март.

– А сверху еще пятнадцать штук накинули! – огрызнулся я. – Совесть имей!

Март понял, что перегнул палку и сейчас со мной лучше не спорить. Кашлянув в кулак, он тактично сменил тему.

– Если вкратце, то «Орешикино» решило тянуть к «Заре» железнодорожную ветку. Работы уже начались. Сверху спустили указ помогать, чем сможем. Есть у тебя идеи на этот счет?

– А поезда откуда возьмут? – недоумевал я.

– А сам не догадаешься?

Я призадумался.

– Метро?

– Верно! Так что, есть идеи, чем мы можем помочь?

Про то, чтобы все добро из метро выгрести, пока оно там не сгнило, Дед как-то упоминал, вот только я и помыслить не мог, что он мыслит настолько глобально. Ай да Дед, ай да хомяк! Ни один гвоздь мимо его цепких лап не пройдет.

А вообще масштаб работ потрясал воображение. Нужно оживить поезда и переоборудовать их под питание от дизельного генератора. Нужно раздобыть рельсы. А где их взять? Литейный цех еще не скоро запустят, значит нужно снимать рельсы прямо с веток метро. И это при том, что одна ветка затоплена, а другая кишит всевозможной поганью, знатно расплодившейся за эти годы. А ведь еще нужно построить новое депо, уложить к нему рельсы и перегнать туда составы.

И это только начало!

От «Орешкино» до «Зари» почти три сотни километров, отсюда вытекает главный вопрос, откуда взять сколько рельс?! Допустим, километров пятьдесят-шестьдесят покроют снятые из метро, но ведь это даже не четверть! Остальные двести сорок придется отлить самим, а для этого, помимо рабочего цеха, потребуется очень много металла!

– Можно направить часть наших техников для помощи в реанимации и переоборудованию поездов, – сказал я, хорошенько все обдумав.

– Уже сделано, – поморщился Лев. – Со всей «Зари» техники поехали, в том числе и от нас. Если бы кто-то удосужился прочитать доклад…

Я недобро стрельнул глазами, и Лев благоразумно заткнулся.

– Также мы можем помочь со сбором металла. Добыча на руднике невелика, а металла нужно будет много. Можем задействовать наших людей для поиска и доставки лома к нашему литейному цеху. Кстати, дорогу ведь с обеих сторон укладывать будут?

Март удивленно вскинул брови.

– Да нет, из «Орешкино» к нам. Это ведь их проект, мы только помогаем. А что?

Рука-лицо!

– То есть мы добываем металл, льем рельсы и тащим их за сотни верст, чтобы их оттуда в нашу сторону укладывали?

Март растерянно кивнул, явно не понимая суть моего вопроса. Ндаа… То, что на руководящих должностях частенько сидят идиоты, я знаю, но не думал, что все настолько печально! Судя по выражению лиц, Лев и Игорь разделяли недоумение Марта. Идиотами их назвать язык не повернется, но узколобыми – это точно!

А вот Вадик сразу просек, что именно меня смутило.

– Антон дело говорит! Почему не работать в обе стороны? Так ведь куда эффективнее и быстрее выйдет. Пусть в «Орешкино» работают с поездами и укладывают тот рельс, что у них есть в наличии, а мы будем тянуть рельс уже от себя к ним. Экономия на транспортировке в чистом виде. И охрану тогда от себя поставить сможем, как Игорь предложил.

– А ведь верно! – смущенно почесал затылок Март. – И как это никто не сообразил?

– Кроме того, – не унимался Вадик, – в этом случае проект уже совместный получится, а значит управление и прибыль можно будет разделить.

– Отличная идея, завтра на большом совете его предложу! – радостно закивал Март.

Совет «Красной Зари» – это отдельная тема, которой стоит коснуться. Собственно, их два: большой и малый. Большой совет включает в себя представителей всех главных структур, таких как рейдеры, разведчики, охотники, торговцы. Совет внушительный, человек на сто. Собирается еженедельно, вопросы решают в основном общего характера.

После того, как большой совет примет какие-то решения – их передают на рассмотрение малому совету. Туда входит узкий круг людей, включая троицу основателей и глав спецслужб.

Численность малого совета не знает никто, даже Март, но точно не больше десяти человек. Собрания проходят нерегулярно, их никогда не афишируют. Именно малый совет утверждает или отклоняет решения большого.

Второй вопрос нашей повестки касался новых рейдов. Тут я уже был более-менее в теме, как раз отчет дочитывал, когда меня Боря дернул. Несколько перспективных мест, запечатленных с самолета и еще пара точек добыта нашими разведчиками.

Долго спорили куда и сколько людей слать. Я в этом диспуте почти не участвовал, лишь с важным видом кивал да дул щеки, а сам почти не вслушивался, обдумывая, стоит обносить свой участок забором или не стоит? Забор весь вид испортит, да и ворья вроде как нет.

Хотя, это только пока нет. Охраны, кроме идиота Егора, тоже нет, и однажды кто-то этот момент просечет. Тот же Егор вполне может войти в долю к домушникам, будет за ручку их водить к нужному дому. С него станется, совершенно безнравственный человек! Правда, трус страшный, так что не уверен, что он на подобное решится.

– Значит, на этом и остановимся. Все согласны? Антон?

– Согласен! – без запинки ответил я, не имея ни малейшего представления, на что я только что согласился.

– Тогда последняя тема на сегодня – туманное поселение. Все в теме вопроса?

Посмотрел он почему-то на меня. Как и все остальные.

– В теме, – буркнул я.

Туманное поселение – тема, что будоражила умы всей «Зари» вот уже две недели. Так назвали деревню в паре сотен километров от нас, которую полностью скрывала туманная дымка.

Про саму туманную область мы знали давно, но интересовались ей мало. Просто обширная территория, всегда скрытая туманом. Под ней могло быть как что-то интересное, так и ничего стоящего.

Что за туман и почему он никогда не исчезает – нас волновало мало. Может, там газ какой из недр выходит да в низине копится или другая очередная аномалия Тейи. Не тратить же время и ресурсы ради такой ерунды? И тут – сенсация! Часть тумана внезапно рассеялась, обнажив скрытое поселение!

Поселение, кстати, немаленькое. Домов эдак на сто, если не больше, причем дома эти отнюдь не пустовали. Брюс утверждал, что видел целую толпу, человек в пятьсот. Другие члены экипажа называли цифру поменьше, но все сходились в одном – там живут люди и немало.

Увы, связь установить не удалось. Либо местные не желают отвечать на наши запросы, либо, что более вероятно, просто не могут этого сделать. Поскольку посадить самолет там негде, выход напрашивался только один – отправить экспедицию.

– Будем прокладывать к ним путь! – объявил Март. – Решение принято окончательно, на днях начнется сбор группы. Сразу говорю, группа будет большая, задействуют все ресурсы. С нас требуют «носорог».

Послышалось возмущенное сопение Льва, который считал машину если не своей собственностью, то уж точно своим детищем.

– Требуют? Не просят? – переспросил Вадик.

– Требуют, – вздохнул Март. – Это самый мощный прокладчик в «Заре». Тем более, кто-то настучал, что мы почти закончили подготовку второго.

– У «Волков» тоже две машины! – громко возмутился Лев.

– И у них одну реквизировали уже, – пожал плечами Март. – Ты, Лев, не бузи, дело серьезное и срочное. Вдруг тем людям нужна помощь? Да и доят не одних нас. Все отряды участвуют, даже охотников с чистильщиками задействовали. Охотники, между прочим, отдали «волкодава», его сейчас под походный госпиталь переделывают.

От этой новости даже Лев притих. «Волкодав» – гордость охотников, почти как наш «носорог». Мощная машина на базе военного «Урала» с кунгом, переделанным под жилой отсек. Броня там нормальная навешана, два тяжелых пулемета на крыше.

Свое название машина получил неспроста. Если наедет на волка, мало тому не покажется. Маша рассказывала, как однажды они целую стаю передавили. Мясо и кости в кашу, а звук стоял такой, будто пупырку лопают.

– Дам согласие, только если мои люди будут на обслуживании и в кабине! – уже спокойно заявил Лев.

– Это само собой, – кивнул Март. – Наша машина – наши люди. В охранение тоже наши пойдут. Игорь, обдумай сколько и кого можем выставить. Одну броню сразу резервируй. Остальное на твое усмотрение.

– Понял!

– Лев, готовь «носорога» и экипаж. Вадим, ты как обычно, обеспечь всех необходимым. Антон, у тебя и так дел выше крыши, тут мы без тебя порешаем.

Я облегченно выдохнул и благодарно кивнул. Если честно, боялся очень, что на меня подготовку спецгруппы повесят.

На этом собрание подошло к концу. Все разошлись по кабинетам, я тоже вернулся к себе. Боря не обманул, разобрал-таки бумажки, рассортировал все по важности. Образовались три аккуратные стопочки.

– Слева направо по важности и актуальности. Справа то, что уже просрочено и потеряло смысл, – пояснил он мне.

Я глянул на правую стопку. Так и есть, доклад по железной дороге прямо сверху лежит, как бы в насмешку надо мной. Взял его, пробежался глазами. Собственно, ничего нового не узнал, поэтому он сразу же отправился в мусор.

Следующие несколько дней ушли на войну с горой макулатуры, которую спихнул на меня Март. Устал, как собака, но таки одержал верх в этой битве! Еще и к охотникам успевал забегать, советы по поиску лесного царя раздавать. Впрочем, им там не до царя сейчас и не до меня с моими советами тоже. Все ведомство на ушах стоит почище нашего, припахали их к вылазке к туманному поселению серьезно.

Как-то раз забежал Март, обрадовал меня тем, что оба моих предложения приняты. Уже сформирована группа по поиску и доставке металлов, а также уложены первые рельсы. Поведал мне он и о том, что назначена дата начала работ по прорыву к туманному поселению.

Операцию так и решили назвать «Прорыв». Группы уже сформировали, оставалось решить вопрос с логистикой. Приступать к работе планируется через неделю. А вот связаться с поселением так и не вышло, да к тому же его вновь затянула туманная дымка.

В пятницу я решил побаловать себя и сбежал домой пораньше. Взял по дороге свежих булочек, прихватил бутылку вина для нас с Сашей, а Яне сладкой воды. Устрою своим девочкам сюрприз!

Но сюрприз ожидал меня. Едва переступил порог, как чуть не споткнулся о чьи-то ботинки, небрежно брошенные в проходе. Мой чуткий нос уловил запах чужого пота, из гостиной до меня доносились звуки жарких поцелуев.

Сердце защемило. Саша, неужели… Пакет с едой упал на пол, сжигаемый ревностью, я ворвался в гостиную. Рука сама шарила по бедру в поисках пистолета, который я уже давно не ношу.

– Ой!

Писк Яны вывел меня из режима берсерка. Девушка сидела на диване, а рядом с ней, почти вплотную, замер тощий паренек, едва достающий ей до плеча. Парочка была одета, но разгоряченные лица выдавали их с головой.

– Это еще кто? – смерил я взглядом гостя.

Сопляк сидел ни жив, ни мертв. Его слегка потряхивало, будто я его без штанов застукал. На самом-то деле я испытывал такое облегчение, что простил бы ему и отсутствие оных.

Моя семейная жизнь спасена!

– Гришка это, парень мой!

Щеки Яны пылали, но глаз она не опустила.

– Тебе сколько лет-то? – спросил я у тощего кавалера.

– Пя.. пятнадцать! – выдавил из себя тот.

Голос у него был высокий, не сломался еще.

– Правда, что ли? А я думал лет двенадцать. Дохлый ты какой-то, каши кушай побольше и займись физкультурой что ли.

Гриша залился краской, хотя, казалось бы, куда еще! Но он превозмог, из малинового стал бардовым.

– Я пойду! – парень подскочил, будто на мине подорвался и юркнул в коридор. Спустя минуту до нас донесся звук захлопнувшейся двери.

– Антон! Ты чего? – возмутилась Яна.

– А что я такого сказал? – хмыкнул я.

Ощущение было такое, будто я опьянел и теперь потихоньку трезвею. Ярость прошла бесследно, уступив место глупому веселью.

– Ты зачем Гришку обидел? Он ведь ничего такого не делал!

– Угу, слышал я это ваше «ничего»! – проворчал я, ощутив себя строгим папашей.

Это чувство мне неожиданно понравилось.

– Мы всего-то целовались!

– Угу, сегодня поцелуйчики, завтра танцы-шманцы-обжиманцы, а потом что?

Яна вспыхнула и на этот раз отвела глаза.

– Да ладно, я все понимаю, – сменил я гнев на милость. – Дело молодое, но он же тебе не пара!

– Это почему?!

– Так ведь ты его на голову выше и на год старше. Пусть подрастет сначала, подкачается что ли, а то выглядит так, будто его ветром сдуть можно. А на свадьбе как? Будешь его на руках нести?

– Антон! – возмутилась Яна, но уже так, для вида. Сама понимала, как они вместе смотрятся. Она ведь девушка хоть и стройная, но далеко не тощая и вполне себе сформировавшаяся. Рядом с ней этот Гриша выглядел совсем еще ребенком.

Следующий час я посвятил себя лекции о мальчиках и девочках и к чему могут привести отношения между ними. Яна слушала не перебивая, кивала, хотя видно было, что больше всего на свете ей хочется встать и уйти. А затем пришла Саша и этот разговор повторился, но уже втроем. Вконец измотанная Яна явно уже десять раз пожалела о том, что вообще завела отношения и была готова уйти в монастырь, лишь бы мы наконец-то заткнулись.

– А у меня ведь новость! – заявила вдруг Саша. – Нас направляют в «Прорыв».

Я на секунду завис, а потом переспросил:

– Что?

– В «Прорыв» говорю нас зачислили, – повторила Саша.

– Кого это «нас»? – нахмурился я.

В душе зазвенел звоночек тревоги.

– Меня и Яну, – ответила Саша.

Звоночек тревоги перерос в гонг. Яна же моих чувств не разделяла, она радостно захлопала в ладоши и бросилась Саше на шею.

– Они там офонарели вообще?

Я аж на ноги вскочил, так внутри меня все заклокотало.

– Ну не тебе же одному в экспедиции ездить! – ухмыльнулась Саша.

– Не понимаю, ты ведь лучший хирург «Зари»! Зачем тобой рисковать? Вдруг что-то случится?

– Поэтому и еду, – пожала плечами Саша. – Кто кроме меня сможет прямо на месте операцию провести? С серьезной раной до больницы ведь могут и не довезти.

Ну да, тут она меня уела. Специалисты есть и другие, но таких умелых, как Саша, больше нет.

– С тобой, допустим, понятно, – скрепя сердцем выдавил я из себя. – А Яна тут каким боком? Она же еще школьница!

– Эй, мне всего два месяца до выпускного осталось! – возмутилась девушка, почувствовав, что ее членство в экспедиции под угрозой.

– Яна – медсестра! – встала на защиту девушки Саша. – Она уже полгода стажируется, после школы пойдет к нам работать. Ее даже в штат уже зачислили, потому и взяли в экспедицию.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но не нашел аргументов и закрыл его, так ничего и не сказав. А что тут скажешь? Саша права. Мир сейчас такой, что рискуют в нем все. Хотелось бы оградить девочек от всех опасностей, укрыть за надежными стенами города, но увы, это невозможно.

Саша поняла все правильно, она успокаивающе погладила меня по руке:

– Ты не бойся, мы же не на все время едем, просто одна из смен наша. С месяц там будем, для нас даже передвижной госпиталь приготовили!

Слова Саши меня ничуть не успокоили. Для себя я решил: раз они едут, то и я еду! Завтра же пойду к Марту и поставлю вопрос ребром. Пусть как хочет вертится, но меня в группу зачисляет!

Глава 11: Прорыв

Не сказать, чтобы Март очень обрадовался моему требованию, напротив, был крайне раздосадован. Я не стал скрывать истинного мотива своего желания участвовать, но особого понимания не встретил.

Ну да, сам он не семейный, где ему понять?

Но сдаваться я не собирался! Пришлось где-то надавить, где-то упросить, но в группу он меня таки зачислил. Главным аргументом, пожалуй, послужила моя угроза купить броневик и уйти в самоволку, раз он не желает отправить меня в составе основной группы.

– До командиров не дорос, шантажист хренов! – пробурчал Март, подписывая мое назначение замкомандиром группы.

– Большое тебе, человеческое, спасибо! – искренне поблагодарил я Марта, убирая бумагу в карман.

– Госпиталь отправят не сразу, – предупредил Март. – Поэтому пока остаешься тут. Мне на твое место поставить некого! Делай что хочешь, но чтобы всю работу до отбытия закончил.

– Слушаюсь, мой капитан!

Шутливо отдав честь, я развернулся на каблуках и строевым шагом покинул кабинет, под сдавленный смех Марта. Когда закрывалась дверь я расслышал его тихое «вот же шут гороховый».

Хоть отпускал меня Март через нехочу, но я все равно был ему безмерно благодарен. Мог ведь и на принцип пойти, создав мне этим массу проблем, но не стал, вошел в положение. Я мысленно сделал себе зарубку обязательно отплатить ему за добро, когда подвернется случай.

В отличии от Марта, Саша и Яна страшно обрадовались, узнав, что в экспедиции мы будем вместе. По этому поводу мы даже заглянули в «Жар-птицу», где устроили праздничный семейный ужин.

Месяц пролетел как один день. Март перегрузил меня работой настолько, что о первых днях начала экспедиции я мало что помню. Царил всеобщий ажиотаж, когда люди собирались группами и прямо на улице обсуждали события с «фронта». Местная газетенка вовсю строчила выпуск за выпуском и каждый начинался с громкого заголовка о последних событиях «Прорыва».

Впрочем, я эти писульки особо не читал, так просматривал для приличия. И не только из-за занятости, просто правды там было мало, одна вермишель для ушей праздной публики. Писали о трудностях с техникой, о стахановских темпах прокладки, о схватках с невиданными доселе монстрами, очень напоминавшими описанием лесного царя, и героических подвигах бравых защитников, что раз за разом спасали всех от натиска мерзких тварей. И прочее бла-бла-бла.

Интерес людей к экспедиции понятен, а действия властей, освещающих это событие, вполне объяснимы. Хлеб у народа есть, а вот зрелищ маловато. Событий-то с гулькин нос, из развлечений лишь кино да танцы-пьянцы. Причем за последнее может серьезно влететь, вплоть до принудительных работ на стройке «Новой Зари». Так что с алкоголем тут особо никто не перебарщивал.

Но вот, наконец, пробил мой час! Шел уже пятый день с начала экспедиции, но задействовать передвижной госпиталь решили лишь сейчас, до этого проще было раненых в «Зарю» везти.

Со слов Саши травм и ранений оказалась не так уж много, пара человек неудачно поздоровались с волком, еще одному не повезло нарваться на живоглота. Но главной причиной травм становились сами люди. То срубленное дерево кого-то придавит, то взмах пилы в запале работы оставит шрам на пятой точке соседа.

Благо, хоть никто не самоубился.

В день «X» вся наша семья пребывала в возбуждении! Саша с Яной с самого утра отбыли в больницу и сейчас как раз должны грузиться в «волкодава». Что до нашей группы, то она в полном составе вовсю трудилась на передовой еще с первого дня. Ротацию состава проводить было рано, так что в путь мне предстояло отправиться лишь в компании еще пары человек.

Спихнув последние дела на Борю, я заспешил в гараж при мастерской, где меня уже ждала машина. Я ожидал увидеть броневик, поэтому удивился, когда проходивший мимо техник указал мне на одиноко стоявшего «Козла». Неровный борт, грубая сварка – я без труда опознал в тот самый «УАЗ», на котором не так давно ездил «грабить» гипермаркет.

Но еще больше я удивился, узрев своих попутчиков. За рулем машины вольготно восседал Сергей, который Конь, а рядом с ним топтался Маня.

При виде меня, мои бывшие подчиненные заулыбались и одновременно поприветствовали меня:

– Старшой!

– Антон!

– Здорово, ребята! – пожал я руки обоим. – Вот уж не ожидал! А что Черт?

– Так он уже вовсю трудится, – ответил Маня. – Через два дня смена, а пока вместе будем, полным составом!

– Только Максима с его колодой не надо! – засмеялся Сергей.

Мы расселись, хлопнули дверцы. Сергей повернул ключ зажигания, машина мерно затарахтела двигателем. С легким скрипом включилась первая передача и джип резво тронулся с места.

– Сначала на заправку зарулим, а там уже в колонну вклинимся! – просветил меня Сергей.

Ехать пришлось недалеко, но оказалось, что не одни мы такие умные. У колонки собралась очередь из пары броневиков и одного «БТР». При виде брони лицо Сергея сделалось кислым.

– Ух, это надолго!

– А в баке сколько? Нам тут ехать всего ничего, может ну его? – предложил Маня, выглядывая к нам с заднего сидения.

– На донышке! Машина ведь с ремонта, считай на парах едем.

– Ждем, не суетимся, – сказал я. – Это группа прикрытия колонны, без них все-равно не уедут.

К счастью, Сергей оказался неправ, ждать нам пришлось недолго. Как оказалось, «БТР» уже заканчивал заправку и вскоре отъехал, так что перед нами оставалась лишь пара броневиков, которые заправились минут за двадцать.

Залив бак под пробку, мы пристроились в хвост колонны, уже вовсю гремящей разогретыми двигателями. Машин было не так чтобы много. Помимо прикрытия еще «волкодав», два грузовика и мы. Своих я не увидел, как и других людей, впрочем.

Похоже, ждали только нас. Едва мы пристроились в хвост колонны, как рация зашуршала чьим-то безликим голосом, скомандовавшим начало движения. Головная машина тронулась с места, а за ней потянулись все остальные. Пропустив всю колонну, «БТР» пристроился в хвосте, прямо за нами.

Ехали медленно и скучно. Если вначале дорога была еще куда ни шло, то стоило въехать в просеку, как начался сущий ад! Под колеса лезли стволы мелких деревьев, мешали торчащие из земли корни, да и землю еще никто не трамбовал – свежая просека, она такая!

Маня было забрался за пулемет, но как пошла тряска сполз обратно, справедливо рассудив, что прикрытие – это дело прикрытия, а ему страдать незачем. Дальше стали коротать время за разговорами. Ребята рассказывали о своей жизни, я о своей. Не забыл похвастаться домом, где уже залили фундамент, рассказал про жену с дочерью, которые едут сейчас в «волкодаве».

– Слушай, а правда, что ты недавно в «Жар-птице» прогулял столько денег, что владелец самолично дверь открывал, когда вы уходили? – неожиданно с жаром спросил Маня.

– Поклеп! – возмутился я, пытаясь припомнить, как мы покидали заведение. Выпил я тогда изрядно, но вроде и вправду был какой-то мужик весьма солидного вида, который провожал нас аж до крыльца. – Откуда ты вообще этого набрался?

– Да так, мужики рассказали, – махнул рукой Маня. – Якобы ты кутеж в «Птице» устроил и уходил под руку аж с двумя чиками!

– Как-как ты там моих жену и дочь назвал? – повернулся я к Мане.

Он аж рот рукой прикрыл, а другой протестующе замахал, отрицая мои обвинения.

– Не-не-не! Это не я, это мне так рассказали, а я прям вот слово в слово повторил! Клянусь!

– Смотри мне! – погрозил я ему кулаком.

– И ты смотри! – сунул я кулак под нос Сергея.

– Так я ж молчал вообще! – возмутился тот, отмахиваясь от моего кулака.

– Это на будущее, чтоб на девочек моих не засматривался!

К обеду добрались до перевалочного пункта, как принято называть широкую площадку, вырубленную рядом с просекой. Такие площадки вырубают под лагерь каждые десять километров. Тут и под технику места хватает, и под палаточный городок.

Сделали привал, чтобы размяться и перекусить. Саша с Яной выбрались из грузовика лишь после того, как в эфире было объявлено об установлении периметра безопасности. Умницы, не забыли моих наставлений! Пошушукались, перекусили захваченными из дома котлетами.

Почти пикник на природе!

После обеда все спешно расселись по машинам, чтобы продолжить движение. Я решил сменить Сергея и сам забрался за руль.

– Эммм, Старшой! – позвал меня Маня. – А тебе сколько лет-то?

– Двадцать шесть, – удивился я такому вопросу.

– А дочери?

– Шестнадцать, а что?

Маня уважительно хмыкнул.

– Силен…

Я заметил, как мои попутчики обменялись многозначительными взглядами. Сообразил, что происходит в их глупых головах.

– Она приемная, а вовсе не то, что вы там себе навыдумывали! – поспешил я прерывать полет их фантазии.

– Тем более силен! – кивнул Маня.

– Такими красавицами окружен! – печально вздохнул с заднего сидения Сергей.

– Все бы вам опошлить, – упрекнул я их.

– Ты не подумай, мы не осуждаем! – с улыбкой заверил меня Маня.

– Мы завидуем! – поддакнул Сергей и тихонько затянул: – Если б я был султан…

– Да ну вас! – хмуро буркнул я, хотя хмурился лишь для виду, в душе же ощущал гордость за своих девочек.

К фронту работ добрались часа за три. Гул тут стоял такой, что хоть уши затыкай! Рычал «носорог», ревели пилы, сквозь этот шум то и дело доносились голоса рабочих, которые перекрикивались друг с другом – вовсю шла подготовка нового лагеря.

Машину мы оставили в стороне от проведения работ, припарковав среди других автомобилей, не задействованных в строительстве и обороне. Поскольку палаточный лагерь еще не разбили, штаб, вероятно, размещался в бронированном автобусе «Зари». К нему-то мы втроем и направились, дабы предстать пред светлые очи начальства.

Когда проходили вдоль ряда припаркованных машин, Маня локтем пихнул меня в бок и кивком указал на один из джипов. Посмотрев в указанном направлении, я увидел знакомый броневик с нарисованной мордой волка на капоте. Недалеко от машины топтался Винни-Пух.

– А эти что тут забыли? – громко, перекрикивая шум, спросил меня Маня.

– То же, что и мы! – ответил я ему.

Винни-Пух нас услышал, посмотрел внимательно, узнал. Лицо его скривилось, как после стакана паленой водки, выпитой залпом. Сплюнув под ноги, он заспешил в противоположную от нас сторону.

– Раз он здесь, то и остальные тоже, – проводил его взглядом Сергей. – Не будет ли проблем?

– Не думаю, конфликт им не нужен, – покачал я головой. – Тем более что «Скаутов» и «Волков» тут не так чтобы много собралось. Охрана сплошь от «Зари», особо не забалуешь – вмиг к стенке поставят.

Все двери в автобусе оказались распахнутыми, а кондиционер выключен, так что внутри было так же жарко, как снаружи, разве что солнце не пекло. Оказавшись внутри, мы, как и хотели, предстали пред светлые очи.

– Здорово, бойцы! Привет, Антон!

– Игорь? – удивился я. – Так это ты тут за главного?

Парень широко улыбнулся.

– И да, и нет, – покачал он головой. – Я главный в нашей группе, но общее командование за Ратушином из службы обороны «Зари». Он с обходом ушел, можете тут его подождать.

Я плюхнулся на сиденье рядом с Игорем, кивнул замершим в нерешительности Мане и Сергею, чтобы тоже садились.

– Это Петр и Сергей, позывные Маня и Конь, – представил я своих спутников. – Из моих подопечных, с которыми на гипермаркет ходили. Их для ротации прислали.

– Помню, как же! – тепло улыбнулся подчиненным Игорь и повторил мой жест, приглашая эту парочку сесть.

– Мне казалось, тебя на какое-то важное задание отправили, не ожидал тебя тут увидеть.

– А это разве не важное? – развел руками Игорь. – Событие, знаешь ли, незаурядное! Лучших задействовали.

Это он так типа и себя похвалил и мне польстил.

– Мы с ребятами тут одного из людей Максима видели, – сказал я и спросил: – Много здесь «Волков»?

– Не так чтобы очень. Поменьше, чем нас, но завтра-послезавтра ротация, могут еще людей прислать. Да ты не боись! Они смирные, на рожон не лезут. Проучили мы их знатно, второй раз не полезут.

– Твои бы слова да Богу в уши! – ухмыльнулся я и перешел к делу: – Какие у нас с ребятами будут обязанности?

– Отличный вопрос! – Игорь хлопнул себя по коленям и обратился к навострившим уши Мане и Сергею: – Вас, ребята, я сам к делу пристрою, прошу за мной! – резко поднявшись, он направился к выходу, напоследок бросив мне через плечо: – А ты, Антон, обожди Ратушина. Скотину эту ни с кем не спутаешь: низенький, злобный, надменный. Он тебя сам к делу пристроит.

Вот так, в трех словах описав наше светлое начальство, Игорь увел Маню и Сергея, оставив меня в ожидании. Ожидать пришлось не очень долго, минут двадцать от силы. Я даже заскучать не успел, когда в автобус ввалился потный от жары Ратушин.

Узнал я его сразу. Коренастый, приземистый, с короткими ногами, но чрезмерно длинными руками, он чем-то напоминал мне мартышку, только ростом не вышел. Лицо тоже приятным не назовешь: обвислые щеки, нос картошкой и маленькие злые глазки под низким, испещренным морщинами лбом. Он был облачен в камуфляжный костюм, который ему совершенно не шел к лицу, а сидел так, будто его с чужого плеча сняли.

– Ты еще кто? По какому вопросу? – раздраженно спросил Ратушин, утирая лицо куском ткани.

– Антон Королев, позывной Старшой. Я из «Скаутов», зачислен замкомандиром к Игорю, – коротко, но емко представился я.

– Офицер, значит? Это хорошо! – обрадовался Ратушин. – Будешь у меня в прямом подчинении, мне как раз не хватает толковых руководителей.

Я собрался было возразить, что вовсе я никакой не офицер, но почел за лучшее этого не делать. Знавал я таких людей, их поправлять не стоит, ну а возражать тем более. Лучше молча выполнять приказы.

– А ты мне нравишься, думаю, сработаемся! – вполне искренне улыбнулся Ратушин. Он протянул мне руку и представился: – Константин, начальник всего этого балагана.

– Очень приятно, – пожал я его руку.

Рукопожатие мужчины оказалось крепким, а ладонь на удивление сухой, несмотря на то, что он обильно потел.

– Что ж, надеюсь, ты не сильно устал и готов начинать немедленно, – ухмыльнулся Ратушин.

Ну разумеется я не устал! Всего-то полдня ехал в жуткой тряске, причем половину этого времени провел за рулем. Свеж, как огурчик!

– Какой будет приказ?

– Определенно сработаемся! – хлопнул он меня по плечу. – А приказ такой…

Когда Ратушин сообщил, что я перехожу в его прямое подчинение, он забыл добавить, что на должность раба. Приказы сыпались из него, как из рога изобилия, только успевай выполнять.

Задачи оказались самыми разнообразными, но всегда сводились к одному: контролю над выполнением работ. Тут лес не там валят, там драку затеяли, а на кухне вообще мясо закончилось.

И тут всегда на сцену выходит Антон. Он разберется, где рубить деревья, он накажет виновных в подрыве дисциплины, он снарядит команду охотников за дичью и сам ее возглавит.

За последующие три недели я набегался больше, чем за прошедшие полгода. Спал урывками, ел, когда придется и что найдется. Похудел знатно, можно даже сказать отощал! Не удивлюсь, если Март специально все это подстроил, дабы показать преимущества спокойной кабинетной жизни.

Сашу с Яной удавалось навещать лишь изредка, в основном перед сном, и то лишь в те дни, когда Ратушину не взбредет в голову нагрузить меня ночным поручением. Возможно, поэтому я проморгал момент, когда вокруг Яны стал крутиться Сергей. Тот самый, который Конь.

Парень все чаще подсаживался к девушке за обедом, провожал до палатки вечером, дарил найденные где-то в лесу цветы. В общем, полный комплект влюбленного юноши. И Яна, кажется, отвечала ему взаимностью.

Когда я услышал об этом от Саши, первым порывом было устроить наглецу взбучку, благо моя половинка сумела меня отговорить. Уже позднее, на свежую голову я подумал, что Яна вполне взрослая и раз ей нужен парень, то пусть уж лучше это будет крепкий подтянутый Сергей, чем тот тощий трусливый шкет, с которым она обжималась у нас в гостиной.

Глава 12: Нападение

Темп прокладки не просто впечатлял, он внушал трепет! Расстояние от «Зари» до туманной долины составляло примерно двести тридцать километров. Изначально этот путь рассчитывалось пройти за два с половиной месяца, но, судя по ударным темпам работы нам удалось сократить этот срок как минимум на две недели.

Это стало возможным благородя тому, что техника работала круглые сутки в любую погоду. Два бульдозера посменно рыли землю, сминая деревья, будто карточные домики. Двигатели глушили лишь для необходимого перерыва на проведение технического обслуживания.

По ночам темп работ сильно замедлялся, поскольку люди пряталась в палаточном лагере. Мера вынужденная, ведь хищники по ночам особенно активны, и если стальному, хорошо бронированному прокладчику они не страшны, то людей не защитит даже отряд опытных охотников. Выскочивший из зарослей волк успеет натворить много бед, пока его не пристрелят.

Кстати, о «Волках»! Команда Максима так и не проявила никакой враждебности. Мы периодично пересекались с ними в разведывательных вылазках, задачах по обороне или просто у котла во время обеда.

«Волки» банально нас игнорировали, если это не противоречило боевой задаче. Сам Максим при этом держался более раскованно, отвечал на мои приветствия, кивая в ответ, а как-то раз мы даже перебросились парой слов.

В общем, все было нормально.

На тридцатый день со старта миссии «Прорыв» случилась очередная ротация. Часть людей ушла, другие прибыли им на замену. Маня и Сергей отбыли еще неделю назад, при этом Сергей просил его не отсылать, с тоской поглядывал на санитарную палатку, но кто бы ему позволил? Уж точно не я!

Моя служба тоже подходила к концу. В ближайшие дни должна прибыть новая санитарная бригада, а прежняя в полном составе отправится в город. Вместе с ними поеду и я, прямиком в теплые объятия Марта! Правда, случится это не сразу, только когда Саша передаст новеньким все свои дела.

Изначально Сашу планировали оставить в экспедиции до конца, но чем дальше мы продвигались, тем меньше становилось раненых. А вот в «Заре», напротив, росло число тех, кому могла помочь только Саша, ведь некоторые операции проводила только она, да Доктор.

Лагерь как раз сворачивали, чтобы перенести на десять километров дальше, когда подъехала колонна с людьми. Я не обратил на это особого внимания, поскольку выдалась та самая редкая минутка, которую я мог провести с семьей.

Мы болтали с Сашей и Яной, сидя недалеко от «волкодава», когда на лице Саши отразилось удивление. В следующую секунду мои глаза закрыли чьи-то небольшие, теплые ладони.

– Угадай, кто? – раздался задорный женский голос за моей спиной.

– Аслан, ты ли это? – шутливо удивился я.

– Эй! – ладошки исчезли, а предо мной появилось надутое лицо Маши.

– Ой, прости, просто вы с Асланом так похожи, что я иногда вас путаю!

Аслан тоже был тут, стоял подле Маши с широченной улыбкой на лице. Высокий, подтянутый, с копной черных волос он походил на Машу не больше, чем ворон на лисицу.

Показав мне язык, Маша стала обниматься с Сашей и Яной. Обе были рады видеть подругу настолько, что про меня забыли мгновенно.

– Здравствуй, брат, давно не виделись! – протянул Аслан мне руку, которую я с удовольствием пожал.

Прекрасный человек, отличный друг!

– Привет, дружище, рад тебя видеть! – искреннее обрадовался я ему. – Какими судьбами вас занесло?

Вопрос, конечно, глупый, ведь очевидно, что приехали они не в гости.

– Направили, вот, в сопровождение. А вы никак лагерь собрались переносить?

– Через часок примерно двинем, передохните пока.

– Не! – покачал он головой. – Нам доложить о себе надо, а то ведь даже непонятно на чем ехать дальше!

– Нашел проблему! – встряла Саша и похлопала по борту «волкодава». – С нами поедете, а назначение уже в новом лагере получите.

– Можно! – обрадовалась Маша и гордо заявила: – Тем более, что я не кто-нибудь, а официальный представитель охотников в составе предстоящей делегации!

– Дежавю! – подмигнул я Маше.

Та слегка смутилась, явно припомнив не самый лучший эпизод нашей первой встречи, о котором Аслан, кстати, так и не узнал. Зато Саша знала и посмотрела на меня с укоризной.

– Раз вы тут, значит лесного царя удалось добить?

– Если бы! – вмиг помрачнел Аслан. – Хитрая тварь! Днем не показывается, зато ночью лютует почище волков. Двоих наших недавно порвала так, что могут и не выжить, а сам удрал не пойми куда. Пока «волкодава» не вернут, поиски свернули – слишком опасно. Ну а нас сюда отправили, вместо «Волков».

– А с ними что? – навострил я уши.

– А ты не знаешь? Отозвали они своих, что-то у них там случилось вроде, подробностей не знаю. Думаю, большой рейд затеяли, а людей не хватает.

Вот это новость! А Игорь-то, гад этакий, утаил. Или сам не знал? Ратушин тот еще молчун, мог и не поставить в известность. Ладно уж, чего гадать, потом разберемся.

– Теперь знаю, своим расскажу – обрадуются! «Волков» у нас недолюбливают.

– Их везде недолюбливают, – улыбнулся Аслан. – Больно уж наглые стали.

Тут мои глаза опять закрыли чьи-то ладони. Хотя, какие тут ладони? Лапища! Над самым ухом раздался насмешливый голос:

– Вай, дарагой, угадай, кто?

– Татарин! Тебя-то каким лешим к нам занесло? – пожал я руку горцу.

– Как за каким? Таргавать едым!

– Торговать? – опешил я. – До цели еще недели три добираться!

Грузин погрустнел.

– Сказали, хочэш таргават – памагай! – развел он руками.

Как оказалось, место в первой волне он банально купил. Но деньги, это лишь половина дела. Руководство «Зари» позволило ему ехать только в обмен на помощь с прокладкой дороги. Так что ему и приехавшим с ним людям предстояло вспомнить былые деньки и вместо торговли хорошенько поработать физически.

Зато он будет первым независимым торговцем, наладившим контакт с новым поселением. За такую возможность многие бы руку отдали, так что несколько недель физического труда ничуть не смутили могучего горца.

За дружеской беседой и обменом новостями пролетел час. Об этом нас оповестил гудок автобуса, оповещавший о начале движения. Договорившись еще посидеть вечером, я обнял Сашу и Яну, пожал руку Аслану и Татарину, шутливо отсалютовал Маше и отбыл к броневику, где меня уже ждал Игорь.

– Прыгай назад, – велел он мне, а сам уселся рядом с водителем.

Колонна уже формировалась, и нам предстояло прикрывать тыл. Когда мы выезжали со стоянки, там оставались лишь две машины, обе с эмблемами волка на капоте. Вокруг машин суетились люди, среди которых я разглядел Максима. Тот провожал нас взглядом, пока мы не скрылись в просеке.

От этого взгляда меня кольнуло нехорошее предчувствие. Замыслили какую-то подлянку? Атаковать нас у них точно не выйдет. Колонну прикрывают сразу два «БТР», четыре броневика и сорок отлично вооруженных бойцов. Столько силы у «Волков» и близко нет. Замыслили что-то дома? Там тоже сил хватает. Нет, Аслан прав, явно готовят большой рейд, вот и стягивают людей.

Успокоив себя таким образом, я расслабился и вскоре задремал. Проснулся от того, что машина резко замедлила ход, а затем и вовсе остановилась. Сквозь мерное урчание двигателя я услышал знакомый рев «носорога».

– Приехали, – оповестил меня Игорь.

Перед нами замер «волкодав», дым из выхлопной трубы мерно вздымался над машиной. Сзади почти вплотную к нам встал грузовик Татарина.

– Почему стоим? – спросил я.

– Хотелось бы знать…

Игорь взялся за рацию и вызвал Ратушина. Подождал немного, но ответа не получил. Вновь повторил запрос и снова безрезультатно. Сменив частоту, он запросил ответ от лагеря, но в ответ ему была лишь тишина.

– Странно это, – пробормотал он себе под нос, задумчиво глядя на рацию. – Попробую-ка передовой дозор вызвать.

Но сделать этого он не успел. Где-то вдалеке прогремел мощный взрыв, от которого мы инстинктивно пригнулись. Спустя несколько секунд нас накрыло ударной волной, от которой тяжелый броневик ощутимо качнуло.

– Какого черта? – спросил Игорь, пытаясь разглядеть, что делается впереди, однако «волкодав» полностью перекрывал нам обзор. – Петь, ну-ка дуй наверх!

Сидевший рядом со мной боец откинул верхний люк и с ловкостью обезьяны забрался к пулемету.

Сзади раздалось грозное рычание мощного мотора. Державший дистанцию «БТР» быстро нагонял колонну. Его тяжелый пулемет поворачивался то вправо, то влево, в поисках цели.

Где-то вдалеке загрохотал «КПВТ».

– Прикрытие! Это Игорь! Что за взрыв? Кто стреляет? Где враги?

Рация зашуршала, в эфире послышался чей-то голос, однако он потонул в новом взрыве, настолько оглушительном, что казалось, будто фугасная авиабомба рванула прямо у меня над ухом.

Это предположение оказалось недалеким от истины. Взрыв произошел сзади и был столь чудовищно мощным, что наш броневик развернуло поперек просеки. В боковое окно я увидел невероятное – десятитонный «БТР» парил в воздухе!

Медленно, словно нехотя, бронетранспортер поднимался над землей, изогнувшись полумесяцем, а под ним разливалось море огня. Оказавшись на расстоянии примерно метра над землей, машина на мгновение замерла, а затем резко рухнула на бок, будто поверженный титан.

Грохота от падения я не слышал, но вибрацию ощутил всем телом. А в следующий момент сверху свалился изуродованный труп Пети, полностью перекрыв мне обзор.

Уши заложило, голова была ватной и перед глазами все плыло. Контузило знатно! Однако мыслил я предельно ясно, поэтому не тормозил ни секунды. Не успело тело Пети замереть, а я уже карабкался к пулемету.

Снаружи было жарко, пахло горелым маслом и раскаленным металлом. Грузовик Татарина, который должен был находиться между нами и «БТРом», я увидел в кювете, куда его отбросило ударной волной. Машина горела, выживших я не заметил.

Несмотря на близость взрыва, пулемет броневика не пострадал. Дернув затвор, я стал поворачивать его в сторону джунглей, ожидая нападения оттуда.

И не ошибся! Несколько человек, одетых как бомжи и вооруженных автоматами «Калашникова», вывалились из леса и рванули к «волкодаву». На броневик они не обратили внимания, явно полагая, что покалеченная машина уже не несет угрозы.

И очень зря! Длинная очередь срезала нападавших, будто хорошо наточенный серп сноп пшеницы. Едва последний из них упал, я прекратил стрелять, сместил ствол чуть влево, примерно туда, где прятались эти партизаны и вновь зажал гашетку.

Пулемет обрушил на заросли свинцовый шквал. Я водил стволом из стороны в сторону, в надежде пальбой наугад зацепить еще хоть одного нападавшего. О том, кто они такие и почему нас атаковали, я не думал. Сейчас важно отбить атаку, а уж размышлять да гадать станем после.

Стрелял я до тех пор, пока не увидел на стволе расцветающие алые пятна. Перегрев! Еще немного и ствол деформируется, превратив оружие в бесполезный кусок металлолома. Во всяком случае, до замены ствола. В багажнике точно лежит запасной, но кто и когда его будет менять?

Пока пулемет остывал, я вертел головой, пытаясь понять хотя бы общую картину боя. «БТР» из боя выбыл точно. Он лежал на боку, словно туша выброшенного на берег кита и чадил черным дымом.

Экипаж, вероятно, погиб, слишком уж страшен был взрыв, да и самой машине досталось неслабо. Днище тонкое, всего около пяти миллиметров, таким взрывом его точно разворотило. Вся трансмиссия в хлам, колеса, скорее всего, тоже. Судя по интенсивному пожару, пробит бак.

Где-то впереди тоже горела техника. Едкий черный дым вздымался над лесом, заслоняя солнце. Я все еще очень плохо слышал, но различал короткие, прерывистые очереди из «КПВТ». Бум-бум-бум, перерыв, а через секунду снова бум-бум-бум. Значит, второй «БТР» пока жив и ведет бой.

Из леса больше никто не лез, и это обнадеживало. Вероятно, основные силы врага ударили колонну спереди, а группа, атаковавшая арьергард, лишь подорвала заранее заложенный заряд, выводя из строя «БТР» и одновременно отсекая колонне путь к отступлению.

Но они просчитались. Бронетранспортер упал набок, перекрыв лишь часть дороги, грузовик Татарина вообще в кювет сдуло. Что джип, что грузовик его объедут. Проблему создавал наш броневик, вот он как раз служил затычкой, мешавшей «волкодаву» сдать назад.

– Игорь, надо убрать машину! – закричал я вниз, в надежде, что он меня услышит.

Но броневик остался на месте, поэтому я нырнул вниз, намереваясь выяснить состояние своих напарников.

Игорь пребывал без сознания. Правая сторона его лица была залита кровью. Не пристегнутым ехал, дурак, вот и приложился обо что-то, когда машину резко дернуло. Зато водитель не отключился. Он тяжело дышал, крепко вцепившись в рулевое колесо, будто кто-то силился его отобрать.

Я тронул его за плечо и хорошенько встряхнул.

– Эй! Приди в себя! – крикнул я ему, с трудом различая свои слова.

Туман в голове стал сильнее, вместо звуков уши наполнил звон, начинало ощутимо подташнивать: все признаки сотрясения налицо.

Водитель посмотрел на меня, в глазах его промелькнула искра разума. Кажется, пришел в себя! Я указал ему на ключ зажигания и прокричал, что было сил.

– Заводи! Отходим! Назад!

Три простых слова, для затуманенного разума оглушенного бойца их хватило. Он понял, что я от него хочу и повиновался беспрекословно. Провернул ключ, и машина ожила.

Врубив заднюю передачу, он стал потихоньку сдавать назад, с трудом ворочая руль. Видимо что-то повредило механизм, поскольку на баранку ему пришлось налегать всем весом, чтобы развернуть машину.

Я вновь полез наверх. То, что враги нас пока не атакуют, вовсе не означает, что их нет. Ствол достаточно остыл, чтобы использовать пулемет снова. Глянул ленту – она утопала в коробе, а сколько там внутри неизвестно. Может двадцать патронов, может двести. В любом случае надо экономить.

Наш маневр не остался незамеченным. Водитель «волкодава» стал сдавать назад вслед за нами. К несчастью, пулеметов на нем не оказалось, их сняли на время переоборудования машины под госпиталь, а после решили не возвращать. Машина-то медицинская, так зачем ей пулеметы, верно?

Дебилы…

Все, что нам оставалось – это бежать. Отступление поможет уберечь гражданских, даст нам возможность перегруппироваться и прийти в себя, чтобы затем ударить по врагу с тыла.

Так я размышлял, оглядывая столь тихий на первый взгляд лес. Видимо, враг думал так же, а отпускать нас в его планы не входило. Когда мы поравнялись с тушей бронетранспортера, я краем глаза уловил движение слева. Кинул быстрый взгляд и обомлел. Из леса на дорогу выскочил человек с «РПГ».

Я не успевал развернуть пулемет, поэтому просто нырнул в люк, мысленно читая молитвы всем святым, чтобы броня машины выдержала удар. Водитель тоже заметил гранатометчика и поступил очень мудро – ударил по тормозам. Благодаря этому пущенная ракета прошла мимо нас, ударив в днище «БТРа».

Проникнув сквозь остатки брони, граната взорвалась внутри. От ударной волны брызнули бронированные стекла, «Тигр» ощутимо качнуло, но он устоял. Двигатель заглох.

Осколками мне посекло руки, один из них чиркнул по лбу, отчего глаза залило кровью. Теперь я не только не слышал, но и почти ничего не видел. Нащупал пистолет, вытащил его из кобуры и с трудом передернул затвор.

В люк лезть не стал, сил не хватит. Просто открыл дверь и вывалился наружу, стараясь взять в прицел урода с «РПГ». Но того уже и след простыл. Отстрелявшись, засранец нырнул под защиту деревьев, где сейчас явно перезаряжает оружие.

Хитрый гаденыш!

«Волкодав» бессильно замер, не в силах протиснутся между «БТР» и «Тигром». Я махнул рукой водителю, призывая его ехать вперед. Да, там идет бой, но попасть под автоматный огонь лучше, чем получить кумулятивную гранату из «РПГ» в бок. Как бы много брони не наварили на борта, «волкодав» прямого попадания не выдержит точно.

Либо водитель внял моим жестам, либо видел, что стало с нами, но оставаться тут большой и манящей мишенью для гранатометчика не захотел. Грузовик резко рванул вперед, быстро разрывая дистанцию.

Внезапно задняя дверь распахнулась, и наружу выпрыгнула Саша. С перекошенным от ужаса лицом она рванула в мою сторону. От этого зрелища меня словно водой холодной окатили. Дура! Куда? Тут опасно! Вслед за ней наружу выпрыгнули Аслан и Маша. Да что они все творят?! Назад! Назад!

– Назад! – заорал я, махая им рукой.

Саша замедлилась в нерешительности.

– Назад! – снова крикнул я Саше, затем посмотрел в глаза нагнавшему ее Аслану и взмолился: – Уведи ее!

Он понял. Обхватил Сашу за талию и потащил к остановившемуся «волкодаву». Саша брыкалась, пытаясь вырваться, что-то кричала, кажется, плакала. Но Аслан был сильнее, он дотащил девушку к грузовику, а затем они с Машей затащили ее внутрь. Последнее, что я увидел – это полные страха и мольбы глаза Саши, которая тянула ко мне руку.

А затем «волкодав» рванул вперед, хлопая незапертой задней дверью. Глядя на это, у меня словно камень с души упал. Успели! Теперь они в безопасности. А я? Ну а я как-нибудь выкручусь, мне не впервой!

Тихий свист над ухом, волна жара откуда-то сверху. Надо мной пронеслась ракета и устремилась прямо за удаляющимся грузовиком. Миг, и она проскочила в кунг через распахнутую дверь, исчезнув внутри.

А затем раздался взрыв.

Кунг «волкодава» раздуло, покорежило, все запертые люки распахнулись, где-то лопнул металл. В следующую минуту изо всех щелей полыхнуло огнем. Машина дернулась в сторону и на полном ходу влетела в деревья.

Я смотрел на это и не мог поверить в происходящее. Они мертвы. Все мертвы. После такого взрыва просто невозможно выжить. Но, несмотря на понимание этого, я продолжал смотреть в черный зев кунга, в надежде, что вот-вот, сейчас из него станут выбираться пусть раненые, но живые люди – мои друзья, моя семья.

Но никто не показался, лишь черный дым продолжал валить из всех отверстий, а к запаху горелого масла добавился смрад жженной плоти.

Меня вырвало. Кое-как, держась за борт джипа я поднялся на ноги. Отвернулся от грузовика, не в силах больше наблюдать эту картину. Взглядом сразу же наткнулся на фигуру гранатометчика. Тот стоял на одном колене, выискивая для себя новую цель, а из леса за его спиной выскочили двое бармалеев с автоматами.

Сквозь контузию до меня донесся рокот пулеметного огня. Я оглянулся, ожидая увидеть очередных врагов, но вместо этого узрел на фоне пылающего «волкодава» великанскую фигура Татарина.

Могучими руками тот крепко сжимал станковый пулемет, стреляя из него по наступающим из джунглей бандитам. Двоих срезал сразу, еще одного сумел выбить второй очередью.

Татарин был весь изранен, но, несмотря на это, продолжал стрелять, пока пулеметная лента не закончилась. Только тогда он выпустил раскаленный ствол и упал, исчезнув из моего поля зрения.

Все бандиты были мертвы. Все, кроме гранатометчика. Едва Татарин начал стрелять, тот сразу упал на землю, но уже поднимался и наводил в мою сторону свое оружие.

– Ненавижу… – пробормотал я, вскидывая пистолет, который продолжал крепко сжимать в руке.

Несмотря на контузию и пережитый стресс, рука у меня не дрожала. Я стал выпускать пулю за пулей и в какой-то момент попал. Силуэт гранатометчика зашатался, стал заваливаться на бок. На краткий миг я испытал злорадное удовлетворение – достал ублюдка!

А затем в меня полетела ракета. Медленно так, с ленцой, но по траектории становилось ясно, что угодит она как надо. Мозг стал лихорадочно искать варианты спасения, но в какой-то момент остановился. Зачем? Все, кто был мне дорог – мертвы. Может, пора и мне отправиться вслед за ними?

Но тело было против. Мозг еще обдумывал эту заманчивую мысль, а ноги уже делали первый шаг прочь от броневика. Но медленно, слишком медленно. В последний момент я оттолкнулся обеими ногами, стараясь отпрыгнуть как можно дальше.

Взрыв застал меня в полете, обволок огнем, придал ускорение, и я на полной скорости влетел в заросли, проламывая своей черепушкой тонкие деревья. Удивительно, но было совсем не больно, даже немного приятно. Все тело будто укутало теплым одеялом, а ветки деревьев, через которые я пролетал, ласково гладили мою кожу, как струи теплого дождя.

Полет мой был недолог, закончился он встречей с особо толстым стволом баобаба, за которым наступило блаженное небытие.

Глава 13: Хижина в лесу

Мне снился дивный сон о последнем вечере в «Заре» перед отъездом. Мы с Сашей были взбудоражены предстоящей поездкой, сон никак не шел к нам, поэтому мы просто лежали и болтали обо всем на свете. Вспоминали жизнь до исхода, первые дни после него. Мои странные сны, которые прекратились, стоило мне лишиться способностей.

Затем разговор плавно перешел на дни текущие. Мы обсудили стройку дома, будущий переезд.

– Напомни, сколько у нас спален будет, три или четыре? – внезапно спросила Саша.

– Три, – уже засыпая ответил я, удивляясь ее забывчивости, ведь она можно сказать сама проектировала дом. – Одна нам, одна Яне и гостевая. Ее еще можно будет как кабинет использовать.

– Или как детскую, – загадочно улыбнулась Саша, поглаживая себя по животу.

Тогда я не придал значения ее словам, заснул, а наутро этот разговор вылетел у меня из головы, зато сейчас это воспоминание всплыло в виде сна и обожгло меня пониманием. Она беременна! У нас будет ребенок! Вот, что она пыталась мне сказать! Радость от этого открытия взбудоражила меня настолько, что я проснулся.

Проснулся и не сразу понял, где нахожусь. Подо мной влажная земля, голова моя упиралась во что-то твердое влажное и шершавое. Дерево? Почему я лежу на земле в обнимку с деревом? Последнее воспоминание – это короткий полет. А до этого… был взрыв, был бой. Точно, на нас кто-то напал! А значит, не время лежать. Нужно подниматься и идти на помощь своим, на помощь Саше.

Саша…

И тут воспоминания хлынули на меня, будто вода сквозь рухнувшую платину. Я вспомнил все: бой, искореженный кунг «волкодава», гибель всех, кто был внутри, последний бой Татарина, взрыв ракеты за спиной и свой последний полет.

Мертвы…

Это слово жгло меня изнутри, переполняло душу горечью и отчаянием. Очень хотелось заснуть и больше никогда не просыпаться. А затем во мне колыхнулось новое чувство, которое аккуратно, но решительно отодвинуло в сторону все остальные эмоции.

Ненависть.

Твари, что напали на нас, убили мою жену, дочь, нерожденного ребенка, друзей. Они должны умереть, все до единого.

– Ненавижу, – прошипел я. – Найду и убью!

Монстр зародился где-то в глубине моей искореженной души. Темный злой зверь, готовый убивать всех, кто встанет на моем пути.

А перед глазами стояло лицо Максима. Он знал. Они все знали. Поэтому и уехали в такой спешке. Бросили нас на смерть. Предатели, трусы!

– Твари! Ненавижу! – повторил я и закашлял кровью, в груди что-то заклокотало, ребра заныли тупой пульсирующей болью.

Да я ранен! Причем, похоже, что весьма серьезно. Если ребро сломалось и его осколок проткнул легкое, то мне конец.

Нет, нельзя умирать! Не сейчас… Сначала нужно отомстить, а уже потом и помирать можно. Надо выжить, найти всех подонков и заставить их горько пожалеть о содеянном. Иначе никак, иначе я не буду знать покоя даже на том свете.

«Встань!» – приказал я себе.

Вцепившись в дерево, я стал подтягиваться по нему, помогая себе правой ногой. Руки заскользили по влажному стволу, и я скатился на землю. Ребра тут же заныли сильнее, а вместе с ними разболелась голова. Чертыхнувшись, я попробовал снова. Крепко обхватив ствол, я рывком подтянулся, одновременно вставая на колени.

Да! Смог!

Это усилие стоило мне остатка сил. Я замер в этом положении не в силах пошевелить и пальцем. Легкие горели огнем, мне не хватало воздуха, но дышать приходилось короткими осторожными вдохами. Ребра болели так, что казалось, если вдохну чуть глубже, то просто умру от боли.

Чудовищно хотелось пить. Губы пересохли, горло молило хоть о капле воды. Вода. Дерево мокрое!

«Дождь» – сообразил я. – «Недавно был дождь, вот, почему все вокруг такое мокрое».

Значит, что пока я валялся в отключке, прошел дождь. Дождь – это вода, а вода – это жизнь! А еще, это отсутствие хищников! Значит, у меня есть фора, чтобы прийти в себя и добраться до своих.

Не в силах удержаться, я припал губами к влажной коре и попытался высосать из нее хоть чуточку воды. Что-то попало мне в рот, что-то мелкое, но явно живое. Я сплюнул это нечто на землю. Жук? Ну и черт с ним! Ему еще повезло, что я не голоден.

Будь у меня больше сил, я бы, наверное, вылизал все дерево целиком. Но пришлось довольствоваться тем, куда удавалось дотянуться. Воды было мало, но даже эти крохи заставили меня чувствовать себя лучше.

Собравшись с силами, я попытался встать, но резкая боль в левой ноге заставила меня упасть на землю.

Есть такое понятие «безмолвный крик». Когда боль настолько сильная, что горло будто тисками сдавливает, не позволяя вырваться наружу ни звуку. Сейчас я лежал на спине, двумя руками обхватив колено левой ноги и кричал, кричал молча.

Когда больше поутихла, я смог, наконец, взглянуть на ногу. И одного взгляда хватило, чтобы поставить крест на мести, на выживании, да вообще на всем! Дело в том, что левой ноги у меня больше не было. Вместо нее, чуть ниже колена, торчал острый обломок кости.

Почему я вообще еще жив с такой-то раной? Черная корка вокруг культи давала на это ответ. Взрыв не только оторвал ногу, но и прижег все крупные артерии и сосуды, не позволяя мне истечь кровью.

Как иронично! То, что должно было убить меня, в результате меня же и спасло.

Зверь в моей душе жалобно заскулил, в голове промелькнула мысль о суициде. Близкие мертвы, а я теперь калека, не способный даже отомстить за них. Так к чему цепляться за жизнь? Один выстрел, и боль уйдет. Один выстрел, и я воссоединюсь с любимыми!

Рука потянулась к кобуре, но та оказалась пуста. Я огляделся по сторонам, надеясь отыскать оружие, но не увидел его. Обронил на дороге, видимо, взрывом из рук выбило. Ну вот, теперь я даже умереть не могу!

Эта мысль заставила меня криво ухмыльнуться. Кажется, кто-то там наверху очень не хочет меня отпускать! А раз так, то может не все еще потеряно? Может рано я на себе крест ставлю? Черт с ней, с ногой! Мне бы только до своих добраться, а уж там мы что-нибудь придумаем! Найдем негодяев и их заставим дорого заплатить за содеянное.

Эта мысль согревала меня изнутри не хуже стопки водки! Мысли о смерти прошли, их вновь сменила жажда мщения. Но, чтобы отомстить, нужно сначала выжить, а если я останусь здесь, то непременно умру. От голода, жажды, потери крови или, что вероятнее, рано или поздно до меня доберутся хищники.

Становиться обедом волку или еще хуже, живоглоту, мне совершенно не хотелось! Мысли об этом придали мне сил, но я не стал повторять попытку встать. Раз идти я не могу, значит буду ползти! И я пополз, вначале медленно, затем все быстрее и быстрее.

Приноровился.

Я полз и полз, не разбирая дроги. Просто знал, что надо ползти именно туда. Куда? Зачем? Этого я не знал, однако чувствовал, что должен двигаться именно в этом направлении. Будто что-то направляло меня туда. Или же звало оттуда?

Полз я долго, наверное, не один день. Полз в темноте, полз под дождем. Пару раз я засыпал и видел странные сны. В одном из них, я ехал верхом на одноглазом волке, вцепившись в его грубую шерсть.

Потом я просыпался, слизывал росу с листьев или пил из лужи, жевал листья, кору, коренья, а затем снова полз. В какой-то момент мои ладони превратились в одну сплошную кровоточащую ссадину. Ногти остались где-то позади, кажется, на коре поваленного дерева, через которое я с трудом сумел перелезть.

Следующим серьезным препятствием на моем пути стал джип, в котором я с трудом опознал старенькую «Тойоту». Некогда белая или бежевая, теперь машина имела скорей землистый оттенок, так много на ней скопилось въевшейся грязи. Кузов был основательно помят и изъеден ржавчиной, почти все стекла выбиты. Машина явно вышла из серьезной передряги! Могу поклясться, что даже видел десятки пулевых отверстий в районе багажника, хотя это могло мне просто померещиться.

А затем мой путь подошел к концу. С трудом обогнув автомобиль, я вдруг оказался на поляне, да так и замер, наблюдая перед собой невероятное зрелище! Передо мной, в каком-то десятке метров, стояла хижина! Простая деревянная изба, чуть покосившаяся от времени, но вполне годная для проживания. Хижина! Настоящая, которую люди построили! Люди!

Сердце забилось часто-часто! Меня непреодолимо потянуло к этой хижине, но сил ползти уже не осталось. Из последних сил я протянул вперед руку, в тщетной попытке дотянуться до стен, но рука схватила лишь воздух, после чего я безвольно рухнул на землю. На этом силы покинули меня, я потерял сознание.

Очнулся я от жуткой жажды и, что удивительно, голода! Я не испытывал это чувство с моего первого пробуждения в лесу, а тут вдруг так захотелось есть, что, казалось, слона мог в одну харю умять, вместе с хвостом и бивнями!

С трудом разлепив слипшиеся веки я понял, что больше не на улице. Я лежал на грубом подобии кровати, или скорее топчане, вокруг были стены, сверху – потолок. Я внутри хижины. Но как я сюда попал? Неужели хватило сил доползти? Но почему я этого не помню?

Как же все-таки хочется пить! Я провел языком по сухим, горячим губам, в надежде увлажнить их, но язык мой был суше, чем пустыня Сахара знойным днем. Зато лоб покрывала испарина, спина тоже оказалась мокрой от липкого пота.

Лихорадка? Должно быть так. Мысли путались. Возможно, тому причиной служила пульсирующая боль в правом виске. Хотя болела не только голова, все тело ломило, будто пара добрых молодцев основательно обработали меня палками. Особенно правый бок, его будто тисками сдавило, отчего каждый вдох давался тяжело. Беспокоила и левая нога. Ниже колена ее жгло огнем, пальцы и пятка пульсировали адской болью при каждом ударе сердца.

Я огляделся. Изнутри хижина оказалась куда меньше, чем казалась снаружи. Где-то пять на пять метров, с двумя окнами и дверью. Одно из окон было грубо заколочено досками, в другом сохранились стекла, но за ним виднелась лишь тьма. Свет поступал из камина, в котором весело плясал огонь.

Выходит, уже ночь? Когда я впервые увидел хижину, солнце стояло почти в зените. Это сколько же я провалялся?

Внутреннее убранство хижины не поражало богатством. Из мебели только топчан, на котором я лежал, стол, пара стульев, тяжелый комод в углу. Вот, собственно, и все. Хотя нет, не все. Один из стульев оказался не пуст, на нем восседал старик с очень знакомым лицом.

Я напряг память и вскоре вспомнил его – мастер Ли! Тот самый азиат из моих видений, что некогда учил меня пользоваться внутренней силой. Только раньше он выглядел несколько… моложе что ли? Или, лучше сказать, живее? Я помню его бодрым крепким мужчиной, какими еще изображали великих мастеров в старых китайских фильмах, когда седая борода до пола, а на лице ни морщинки. А сейчас передо мной сидел древний старик, которого, казалось, пальцем ткнешь – и он рассыплется.

Но все же, это точно мастер Ли! Выходит, раз я его вижу, значит сплю? Или это наваждение наяву? Я ущипнул себя за руку. Больно! Выходит, все наяву.

– Ты призрак? – спросил я и не узнал свой голос. Хриплый и как будто сломанный.

Старик молчал, лишь наблюдал за мной немигающим взглядом.

– Все ясно, ты – очередное видение! – усмехнулся я.

Но, если ко мне вернулись видения, значит и способности тоже? Я попытался заглянуть вглубь себя, найти источник энергии, зачерпнуть из него. Но ничего не вышло. Ну да, на что я рассчитывал?

– Это ведь я ее убил, да? – обратился я к мастеру Ли. – Всех их.

Тот ожидаемо не ответил. Ну да, он ведь ненастоящий, как он может ответить? Да и ответ его мне, по сути, не требовался. Если бы я тогда не остановил Сашу, если бы не велел Аслану ее увести, она могла добежать до меня, а там вместе мы могли бы…

Могли бы что? А, не знаю что! За броневиком укрыться, в лес уйти…

И бросили бы Яну, Машу, Аслана? Так, да? Я сжал челюсть до скрежета зубов, до крови из десен. Они все мертвы, все, кого я любил, кого считал друзьями. Я в этом виноват. Потому что не уберег, оказался слишком слабым, слишком беспечным.

Желудок напомнил о себе громким урчанием.

– Голоден?

– Что?

Я не сразу понял, что это старик обращается ко мне.

– Есть, спрашиваю, хочешь?

Я машинально кивнул.

– Хорошо. Значит идешь на поправку. Сейчас принесу еды.

Старик поднялся с видимым трудом, пошаркал к стоявшему у стены столу, откуда вернулся с глубокой деревянной миской, из которой приятно пахло тушеным мясом с овощами. Миска оказалась у меня на коленях, дурманя соблазнительным запахом. Я попытался сесть, но сил не хватило, и я со стоном рухнул обратно.

Покачав головой, мастер Ли сунул свою сухую старческую ладонь между моей спиной и матрасом и неожиданно легко усадил. Даже не знаю, что меня удивило больше, его сила или то, что он оказался осязаем?

Наверное, второе все же больше, поскольку я, не удержавшись, ткнул его пальцем в плечо.

– Ты живой! – ахнул я, ошарашенный этим открытием.

– Пока еще да, – слегка наклонил седую голову старик, а затем указал мне на миску, о которой я напрочь забыл. – Ешь, тебе нужно набраться сил. Все же ты трое суток провел без сознания.

– Сколько?! – переспросил я, не донеся ложку до рта.

– Трое суток минуло, как я нашел тебя у своего порога, – невозмутимо повторил старец.

Трое суток, надо же! Понятно, отчего меня мучает столь зверский голод! С учетом ран и объема потерянной мной крови даже странно, что я продержался так долго.

– Я давал тебе воду и бульон, пока ты был без сознания, но мясо это не заменит.

– Спасибо, – смущенно поблагодарил я, представляя, как он кормил меня с ложечки, будто дитятко малое.

Еда закончилась на удивление быстро. Вроде только первую ложку в рот сунул, а миска уже пуста!

– Спасибо, было очень вкусно! – вновь поблагодарил я старика, возвращая ему посуду.

Тут я нисколько не лукавил. Несмотря на почти полное отсутствие специй и скудность ингредиентов, блюдо было приготовлено замечательно! Мясо просто таяло во рту, а овощи, напротив, не разварились, сохранив плотную текстуру. Из какого зверя мясо я, к своему стыду, опознать не смог. Притом вкус знакомый, пробовал раньше точно.

Эх, а ведь элитный охотник!

– Теперь поспи, – велел мне мастер Ли. – Сейчас для выздоровления тебе нужны лишь две вещи – это сытная трапеза и крепкий сон.

С этими словами он придержал меня за спину, помогая лечь.

– Я уже достаточно спал! – вяло возразил я ему. – Что мне сейчас нужно, так это вернуться к моим товарищам!

– Вот как? – вскинул одну бровь старик.

Этот жест был первым проявлением эмоций, которое я у него наблюдал.

– Да! Я должен рассказать им о случившемся, должен предупредить! – с нахлынувшим жаром поведал я ему, пытаясь сесть.

Старик положил мне руку на грудь, не позволяя подняться с той же легкостью, с которой не так давно помог сесть. Я напряг все силы, пытаясь преодолеть сопротивление его ладони, но не смог сдвинуть ее ни на сантиметр.

Да чего он такой сильный-то?! Или это я настолько ослаб?

– Уйдешь, когда встанешь на ноги, – заявил он мне тоном, не терпящим возражений. – А пока – спи!

С этими словами он прикоснулся к моей правой руке, а точнее к странному браслету, что был на ней надет. Он прошептал что-то, после чего браслет на мгновенье вспыхнул белым светом, а я провалился в беспамятство.

На сей раз мое пробуждение не было столь тяжелым. Голова была ясной, лоб сухим, а губы, наоборот, влажными. Камин давно потух, но темно в комнате не было. Свет, что лился из уцелевшего окна, оповещал меня о том, что наступил день.

Я сел и это действие далось мне на удивление легко. Провел руками по ребрам, ощущая под пальцами тугую повязку. Сделал осторожный вдох. Не ощутив уже привычной боли, осмелел, стал вдыхать все глубже и глубже, постепенно наполняя легкие воздухом. Когда повязка угрожающе заскрипела, бок все же кольнуло, но так, слегка.

После я перенес взгляд на руки, которые саднило от обилия мелких царапин, большая часть их них уже заживала, покрывшись корками. Осторожно размял пальцы, ожидая почувствовать ноющую боль в суставах, как это обычно бывает во время болезни, но ее не возникло.

Взгляд зацепился за черный как смоль браслет шириной примерно в два пальца, что плотно облегал мою правую руку. Я провел по нему ладонью, дивясь гладкости материала. На ощупь он был теплым и как будто мягким. Хотя последнее явно обман сознания, в чем я легко убедился, пошкрябав по поверхности единственным уцелевшим ногтем. Браслет оказался тверже камня!

Я провел пальцем по всей поверхности, пытаясь отыскать запорный механизм, но не нашел его. Потянул за край, вдруг откроется? Не открылся. Дернул посильнее, но с тем же результатом. Нахмурившись, попробовал стянуть его через сустав, но этого сделать тоже не удалось.

– Да что ты за сволочь такая? – в сердцах бросил я, раздраженный неудачей.

Браслет мне не нравился, наверное, слишком напоминал оковы.

– Успокойся! – велел я себе.

Закрыл ладонями лицо, отмечая знатно отросшую растительность. Помассировал веки, осторожно дотронулся до правого виска, опасаясь найти дыру в черепе. Небольшая шишка и пара ссадин, не более того. Легко отделался!

И тут я вспомнил про ногу.

Сглотнул слюну, чтобы пробить неожиданно образовавшийся в горле ком, но этим только сделал его еще больше. Вдохнул, выдохнул, потом резко скинул одеяло, что укрывало меня до пояса.

Во рту пересохло – ноги не было. Но вместо ужасающей рваной раны, обугленной по краям и с торчащей костью я увидел аккуратную повязку, сквозь которую проступала какая-то маслянистая субстанция с сильным мускусным запахом.

Значит, кто-то срезал обгоревшую штанину, вымыл рану, спилил торчащую кость и, подозреваю, срезал обгорелую плоть с ноги, после чего обмазал ее этой странной мазью и аккуратно забинтовал кусками ткани.

Кажется, я знаю, кто это был. Вот только где его черти носят?! В хижине старик не наблюдался, значит вышел наружу. Бросаться на его поиски я, понятное дело, не стал. Да и как это сделать? Костылей нет, инвалидной коляски тоже не видно. Не на одной же ноге скакать, в самом деле!

А вообще вопрос передвижения встал для меня остро. Хоть боль утраты и жажда мщения слега поутихли, но никуда не делись. Стоило лишь вспомнить горящий «волкодав», как кулаки сами собой сжимались, а зверь в моей душе глухо рычал, объятый желанием кого-нибудь убить. Вот только, чтобы убить виновника, его надо сначала найти. А для этого придется научиться ходить.

С этой мыслью я лег, заложив руки за голову. Подожду. Когда старик вернется, попрошу его принести мне пару толстых веток, из которых вырежу костыли. А еще у нас с ним состоится серьезный разговор на тему странных видений с его персоной в главной роли и этого идиотского браслета, который никак не желал слезать с руки.

Ждать пришлось совсем недолго. Я даже задремать не успел, как дверь распахнулась, и в хижину вошел мастер Ли. В свете дня он показался мне куда бодрее, чем вчера вечером. А вчера ли?

– Доброе утро! Сколько я на этот раз спал?

– Всего двое суток, – ответил старик, забыв поздороваться.

Вот же! Да я так все на свете просплю… А ведь мне сейчас нужно быть совсем в другом месте! Нападение на колонну произошло неспроста, враг хорошо изучил нас, нашел союзников в лице «Волков». Если у них есть сила, хоть немного сопоставимая с той, которой обладали авроровцы, то у «Зари» назревают большие неприятности! Месть-местью, а ребят нужно предупредить.

– Голоден? – спросил старик, явно не замечая моих внутренних терзаний.

Я прислушался к своему организму и был вынужден признать, что голоден.

– Это хорошо, я как раз нашел для нас немного мяса!

Только сейчас я заметил, что старик держит в руке освежеванную ногу какого-то животного. На мартышку не похоже, на кабана тем более. Неужели…

– Волк? – неуверенно спросил я.

– Волк, – подтвердил мою догадку мастер Ли.

Вот тебе и старик! Вот тебе и развалина! А сам взял, да одолел волка! Хотя, скорее всего, не одолел, просто нашел мертвым. Он ведь так и сказал «я нашел». Жаль разочаровывать старика, но даже если мясо свежее, то его придется выбросить.

– Волки несъедобны, – с сожалением покачал я головой.

– Позавчера ты был иного мнения, – невозмутимо ответил старик, направляясь к столу.

– В каком смысле? – не понял я.

– В таком, что ты довольно шустро слопал рагу из волка и дикой капусты.

Точно! Волк! Вот почему вкус мяса показался мне таким знакомым. Никогда не забуду того единственного раза, когда попробовал это создание на зуб. Собственно, зубов я тогда чуть не лишился, уж больно жесткое мясо.

Правда в «Заре» нашли способ готовки этого зверя. Мясо долго маринуют в специальном растворе, отбивают, варят, потом опять маринуют уже в другом растворе. Процесс длительный, трудоемкий, а итог не особо впечатляет. Блюдо из волка подают лишь в ресторанах за немалые деньги. Но чтобы прилично приготовить это жесткое как резина мясо в домашних условиях? Ни за что не поверю!

– Это невозможно! – воскликнул я, наблюдая за процессом разделки, и с каждой секундой глаза мои забирались все выше на лоб.

Мастер Ли, словно шеф-повар, парой взмахов ножа снял мясо с костей, затем нарезал его на ровные куски, размером с мою ладонь. Дальше он стал разминать каждый кусок руками, будто пластилин перед лепкой. После этого он вновь взялся за нож, порезал мясо на небольшие кубики, которые побросал в котел. Туда же полетел мелко нарезанный овощ странного вида, после чего котелок занял свое законное место в камине.

За этим процессом я наблюдал с долей скепсиса. В «Заре» мясо кувалдой отбивают, а старик его руками размял, будто это филе молочного поросенка, а не волчатина. Хотя, уже та легкость с которой он резал неподатливое мясо повергла меня в шок. Либо это не волк, либо мастер Ли просто чудовищно силен.

– Схожу за дровами, – сказал старик, направляясь к двери.

– Мастер Ли! – окликнул я его, намереваясь попросить веток под костыли.

Старик остановился, повернулся ко мне. На его лице открыто читалась обескураженность. Однако он быстро совладал с чувствами, спрятав удивление за маску равнодушного спокойствия.

– Откуда ты знаешь мое имя? – спросил он, приподнимая одну бровь.

– Вы ведь сами мне его называли! – напомнил я ему.

– Это невозможно, я совершенно точно не назывался тебе, – решительно покачал он головой. – Вспомни, ты был в беспамятстве, мы почти не разговаривали.

– Не сейчас, это было раньше, – объяснил ему я.

– Раньше? Возможно, ты имеешь ввиду Землю? Да, ты мог встретить меня там, ведь я владел популярным антикварным магазином в самом центре «Кузнецова».

– Да нет, не так давно, около года назад, вы приходили ко мне…

Тут я запнулся, сообразив, какую, по сути, чушь собираюсь озвучить. Я почти сказал человеку, что он являлся ко мне во снах, чтобы научить меня пользоваться, извините, магией!

– Продолжай! – потребовал мастер Ли, заметив мою нерешительность.

И я продолжил. Рассказал ему все, и об утерянных способностях, и о наших встречах во снах, и о его уроках. Примет за психа? Да плевать, в дурку не сдаст! В крайнем случае всегда все можно спихнуть на бред больного человека.

Старик слушал молча, ни один мускул на его лице ни дрогнул. Лишь, когда я закончил рассказ, он удивленно покачал головой.

– Как интересно! Не ожидал, что предки используют мой образ. Такая честь!

– Предки? – навострил я уши. – О каких предках речь?

– Разумеется, о предках всех людей! – ответил старик.

– Гм… – я слегка замялся, но все же продолжил: – Прошу прощения, если задену чувства верующего, но вы сейчас о тех предках, которых выгнали из рая за любовь к фруктам или о тех, что слезли с дерева?

Старика развеселил мой вопрос. Он улыбнулся, причем не скупо, а от души, показывая прекрасно сохранившиеся для своего почтенного возраста зубы.

– А разве между ними есть разница?

Глава 14: Мастер Ли

Два часа спустя старик снимал бурлящий котел с огня. Все это время я рассказывал ему о себе, а он слушал не перебивая. Хорошая новость – он не счел меня сумасшедшим! Более того, он сам обладал способностями, которые называл техниками духовной силы.

Естественно, я потребовал демонстрации и тут же ее получил. Мастер Ли без каких-либо видимых усилий разломал кость волка. Я не поверил своим глазам, потому потребовал себе вторую кость, которую долго и упорно гнул, но так и не смог разломать. А затем мастер Ли сломал и ее, причем одной рукой, просто сжав в кулаке, отчего кость раскрошилась, будто песочное тесто.

Мгновенно отпал мучавший меня вопрос, как древний старец все эти годы в одиночку выживал в убогой хижине посреди леса. А очень даже просто. Твари не просто не лезут к нему, они его за километр обходят! Чуют силу. Так что мясо само в руки не идет, за ним приходится бегать. И да, волка, мясо которого сейчас варится в котле, он убил сам. Просто догнал и свернул ему шею.

– Увы, предки использовали лишь образ, сам я не вел с тобой бесед, – огорчил меня мастер Ли, снимая пробу с котла. Нахмурился, покачал головой, а затем вернул котел на огонь.

Выходит, мы с ним незнакомы. Вернее, я его знаю, а он меня нет. Пришлось представиться. При этом старик не протянул мне руку для рукопожатия, а церемонно поклонился. Не низко, а с достоинством, лишь слегка склонив голову и едва заметно наклонив корпус. Поддавшись атмосфере, я поклонился в ответ.

– Что ж, Антон, это все очень занятно. Признаться, я не ожидал, что ты уже знаком с духовной силой и даже владел ею, пусть и на примитивном уровне. Я собирался вводить тебя в курс дела постепенно, но теперь все стало проще.

– Вводить в курс чего?

– Предки направили тебя ко мне не просто так, а во имя великой миссии!

– Какой еще миссии?

Мастер Ли развел руками.

– Об этом мне неведомо! Но раз ты здесь, то миссия ждет тебя. Видения, о которых ты рассказал мне, – ни что иное, как подготовка к ней.

Нда уж! Понятно, что ничего не понятно…

Вероятно, это чувство отразилось на моем лице очень явственно, поскольку мастер Ли печально вздохнул.

– Пожалуй, начнем с истории. Знакома ли тебе восточная организация с названием «Янтарные тигры»?

– Никогда о такой не слышал, – покачал я головой.

– Немудрено, эта тайная организация, к тому же почившая много веков назад. Но, возможно, тебе знакомы такие названия как: ассасины, синоби или ниндзя?

Я кивнул. Спасибо, Наруто!

– В свое время «Янтарные тигры» стояли с ними наравне. Каждая подобная организация преследовала свои цели: обогащение, жажда власти, служение богам или императору. Самым жадным, пожалуй, был орден «Тамплиеров». Эти хотели всего и сразу.

– А чего хотели «Янтарные тигры»? – спросил я.

– Баланса и мира во всем мире. Они выступали в роли судей, что карали тех, кто слишком злоупотреблял духовной силой.

– Звучит благородно, – кивнул я.

– Увы, ничего благородного в том пути не было, – печально качнул головой старик. – Они не гнушались никаких методов и средств для достижения цели: убийства, вымогательства, запугивания, подкупы. Все это привело организацию к закономерному концу. Поверь, я не горжусь их делами и не печалюсь о постигшей участи. Однако «Янтарные тигры» создали свою школу с одноименным названием, которая сохранилась по сей день.

– И вы…

– Являюсь ее верховным мастером, духовным наставником, учителем и единственным членом, – не дал он мне договорить.

– И вы… – снова начал я, но вновь был перебит.

– Да, собираюсь передать тебе знания, которые могут помочь в успешном завершении великой миссии!

– Гмм… мастер Ли, а вам не кажется, что я немножко не гожусь в великие герои? – спросил я, демонстративно указав на культю.

– О ноге не беспокойся, – пренебрежительно махнул рукой старик. – Она отрастет!

– Угу…

Стоп, что?! Я ослышался, или он сейчас сказал, что я могу вернуть ногу?

– Как это, отрастет? – осторожно спросил я. – Ведь я выгорел, нет у меня больше способности к регенерации.

– Духовная сила не может выгореть, но может быть отдана другому, – спокойно возразил мастер Ли. – Сколько ее отдать решает даритель, как с ней поступить – дело нового хозяина.

Отдана другому? Стоп! Выходит, я вовсе не перегорел? Спасая Яну, я просто передал ей свою силу целиком, а сам остался с голым задом? Но если это так, то она должна была получить хоть часть моих способностей!

Я попытался вспомнить хоть случай, когда Яна болела или ранилась, но не смог. Либо у меня с памятью плохо, либо ей таки передалась моя способность к регенерации. Но почему она не рассказала?

С другой стороны, а я спрашивал? К тому же Яна потеряла все свои воспоминания о прошлом. Жизнь для нее началась с того момента, как я оживил ее мертвое тело. Вполне вероятно, что она могла банально не знать, что с ней что-то не так, что ее особенности не норма для остальных людей. Я озвучил свои мысли вслух, на что мастер Ли задумчиво покачал головой.

– Передать можно духовную силу, но не технику. Регенерация – базовая техника, поэтому чаще всего зарождается первой. Особенно при травмах или болезни. Вот почему я рассчитываю, что твоя нога отрастет.

Ценная информация! Раны Яны затянулись на моих глазах, как никогда на мне не затягивались. Возможно, раз она была мертва, то техника регенерации у нее сразу была выше моей? Эта идея заставила мое сердце биться чаще, душа наполнилась пока робкой, но постепенно крепнущей надеждой.

А вдруг… а вдруг она жива? Что, если взрыв только ранил ее? Да, возможно, ранил сильно или даже критично, но техника регенерации могла ее спасти! А значит, сейчас она может находиться в «Заре», живая, в безопасности.

Но другая мысль не давала мне покоя. Что, если моя сила не осталась с ней? Вдруг она, не знаю, отработала однократно, а затем пропала?

– Могло быть и так, – ответил на мой вопрос старик. – Возвращение к жизни требует большого количества духовной силы, если же ее остатка не хватит на формирование ядра, то она просто испаряется.

Я коротко кивнул. Зародившаяся было надежда быстро гасла. Нет, где-то в глубине души я еще надеялся, что Яна жива, но запрещал себе тешиться этой мыслью. Увижу – поверю.

– В любом случае, какой от меня прок? – спросил я, меняя тему разговора. – Калека что снаружи, что изнутри!

– Духовная энергия – дело наживное, – вновь пренебрежительно отмахнулся от моих слов старик. – Тем более, у тебя есть это.

Его палец указал на браслет, о котором я благополучно успел забыть.

– Кстати да, что это за хрень такая?

Мастер Ли поморщился от моих слов.

– Это ученический браслет школы «Янтарных тигров». Древний, между прочим, артефакт и, увы, единственный сохранившийся до наших дней. Потрогай его. Чувствуешь, какой гладкий? Это не простой материал, по легендам, браслет был вырезан из корня великого Древа Предков!

– Того самого? – я пальцем ткнул в сторону окна, подразумевая мировое дерево, к которому столь безуспешно пытается добраться Брюс.

– Того самого, – подтвердил мастер Ли.

Занятно! Выходит, наши миры соприкасались и раньше? Иначе откуда кусочку мирового дерева вдруг объявиться на Земле? Теория о столкновении Земли с Тейей приобретала новый смысл.

– Браслет поможет тебе накопить силу для возрождения духовного ядра. Когда это случится, я обучу тебя техникам «Янтарного тигра». Не всем, естественно, чему успею.

– Сколько времени на это уйдет? – спросил я.

– Год или два, зависит от многого.

Два года?! Я не могу торчать в этой гребанной хижине целых два года! Мне нужно добраться до «Зари», узнать о судьбе Яны, предупредить Марта о «Волках». В конце концов, я должен найти и покарать убийц моей семьи и друзей! А он предлагает мне забыть об этом и сидеть тут в позе лотоса, питаясь энергией солнышка?!

Дудки!

– Это слишком долго, – решительно покачал я головой. – У меня нет столько времени.

Мастер Ли вскинул одну бровь, но от вопросов воздержался. Немного поколебавшись, я все же рассказал ему о причинах моего появления в лесу. О нападении, о смерти близких, об опасности, что нависла над моими товарищами. Мастер Ли выслушал этот рассказ молча, иногда кивал.

– Месть – дело благородное, – медленно кивнул он, задумчиво поглаживая подбородок. – Но что ты можешь сделать в таком состоянии?

– Плевать! Мне главное добраться до города, расспросить о Яне, предупредить своих, а уж там мы как-нибудь прищучим гадов!

Бровь старика снова взметнулась вверх.

– Твои друзья настолько слабы, что им нужна помощь одноногого калеки?

Я открыл было рот, чтобы возразить, но, так ничего и не сказав, закрыл его обратно. Задумался. Черт, а ведь он прав! Если нападавшие первым делом не уничтожили рацию в штабе, то о случившемся в городе узнали почти сразу. Цепочку ретрансляторов по всему пути не зря оставляли, я и сам устанавливал пару раз по приказу Ратушина.

В «Заре» нападение тоже никого врасплох не застанет. Протоколы на подобные события разработаны давно, так что суматохи не будет. Подкрепление вышлют быстро, раненых доставят в город, убитых похоронят на месте, а затем спецгруппа проведет расследование инцидента.

Если же рация пострадала, то подкрепление отправят на несколько часов позже, когда в «Заре» убедятся в обрыве связи. Выждут час или два, а затем вышлют разведку. Вернее, выслали. Ведь с момента атаки прошла не пара часов, а почти неделя!

Пока я доберусь до города, пройдет еще столько же, если не больше. И чем я смогу им тогда помочь? Рассказать о своих подозрениях по поводу «Волков». Но, опять же, об этом и без меня прекрасно догадаются, ведь неспроста же они всех своих людей аккурат перед атакой отозвали.

Я размышлял довольно долго, и все это время старик молчал, а затем как-то совсем по-старчески вздохнул и заговорил:

– Ты волен уйти в любой момент, никто тебя не держит. Но многого ли ты добьешься, поддавшись этому порыву? Я предлагаю тебе знания, предлагаю силу. Примешь ее – сможешь отомстить. Уйдешь сейчас – умрешь.

Я выслушал его молча, обдумывая эти слова. Фактически он ставит мне ультиматум: либо я остаюсь тут на его условиях, либо резко сваливаю на все четыре стороны.

Пока я размышлял, мастер Ли вернулся к котлу, чтобы вновь снять пробу. Удовлетворенно хмыкнув, он поставил котел на стол, а сам направился в сторону двери. Уже на пороге он повернулся и посмотрел мне прямо в глаза.

– Я сделаю тебе костыли, пригодятся в любом случае. Подумай о том, что услышал и прими решение. Только думай головой, а не сердцем.

С этими словами он вышел, оставив меня один на один с моими сомнениями. Нет, как ни крути, а старик все же прав. Сейчас я ничем не могу помочь «Заре», а о мести в таком плачевном состоянии вообще лучше забыть. Без способностей, без оружия, прыгая на одной ноге, много ли я навоюю? Прибьют меня, как муху навозную. Прибьют, и не заметят даже.

Прав старик, ой, как прав!

Приняв решение, я отбросил все прочие мысли. Жаждущий крови зверь, что бился в моей душе, забился в дальний угол. Нет, он не пропал совсем, просто впал в спячку, ожидая удобного случая, чтобы разорвать врагов на части.

Сейчас же передо мной стояли две задачи: встать на ноги и вернуть утраченную силу. Именно на ноги, а не на ногу. Мне обязательно нужны обе, на одну я категорически не согласен!

Откинув одеяло, я внимательно осмотрел культю, ощупал ногу в области колена, проверил тугость повязки. Прикосновения не отдавались болью, а повязка облегала ногу вполне свободно. Я наклонился и принюхался, опасаясь уловить запах гниющей плоти, но ощутил лишь знакомый уже мускусный аромат. Облегченно выдохнул – обошлось без заражения!

Эта маленькая победа над смертью вдохновила меня! Я осторожно коснулся повязки в области раны. Боль была не то, чтобы адская, но охнуть заставила. От колена до затылка пробежала волна мурашек, тело наказывало меня за то, что я слишком распустил руки.

«Рано еще, балбес! – обругал я сам себя. – Не нужно торопиться».

Скинув одеяло, я поставил ногу на пол. Осторожно, стараясь не делать резких движений, поднялся в полный рост. Голова закружилась, перед глазами поплыли темные пятна, а уши наполнил звон. Я качнулся, но не упал, лишь закрыл глаза и принялся считать.

Досчитав до ста, открыл глаза. Зрение нормализовалось, шум в ушах постепенно сходил на нет. Победа! Я могу стоять! Но ликование продлилось недолго. Ну встал, да, а дальше-то что? До стола метра три, до двери все пять. Прыгать? А смогу?

Я осторожно подпрыгнул на одной ноге и чуть не грохнулся на пол от накатившей слабости. В следующую секунду мой зад совершил успешную посадку на край топчана, отчего тот негодующе скрипнул.

– Все, на сегодня хватит подвигов! – решительно заявил я себе, укладываясь.

«Мастер Ли обещал костыли, подождем!» – добавил я про себя.

Пока ждал – задремал. Очнулся от звука захлопываемой двери. На пороге стоял мастер Ли, сжимая в руках два грубо сделанных костыля.

– Спишь? Правильно, сон – лучшее лекарство, – похвалил он меня.

Ну да, помню-помню! Сон и еда – всему голова. При мысли о еде живот предательски заурчал, требуя основательно его наполнить. Я аж усмехнулся, ощутив себя толстой жабой. Поели – можно и поспать, поспали – можно и поесть!

– Пробуй, надо будет – укорочу.

Вручив мне костыли, мастер Ли направился к столу. Помешав содержимое котла, он стал разливать его содержимое по мискам. В воздухе распространился ароматный запах, от которого у меня потекли слюни.

Костыли оказались впору, ничего подрезать не пришлось. Ходить было непривычно, но наловчился я довольно быстро. От ходьбы опять закружилась голова, так что я закончил свой путь у стола, плюхнувшись на вовремя придвинутый стариком стул.

Костыли я прислонил к стене, в руке как по волшебству появилась ложка, которой я зачерпнул густого наваристого супа. Дальше случился небольшой провал в памяти, по окончанию которого я поймал себя на том, что жадно вылизываю ложку. Миска передо мной оказалась девственно чиста.

– Добавки? – спросил мастер Ли, едва начавший свою порцию.

Я покачал головой, но желудок взбунтовался от такого решения и грозно заурчал. Что ж, против нутра не попрешь!

– Не откажусь!

Если первую миску я буквально проглотил, то вторую ел уже спокойно, смакуя каждую ложку. Надо было отдать должное повару, несмотря на отсутствие соли, вкусно было до безумия, о чем я и заявил вслух.

– Голод – лучшая приправа, – прокомментировал мой восторг мастер Ли, затем со вздохом добавил: – Но от соли и перца я бы все равно не отказался.

– Может расскажете о себе? – предложил я, когда старик закончил есть, а дно в моей миске еще не показалось.

– О себе? – переспросил мастер Ли, уже привычно вскидывая одну бровь. – Что именно ты хочешь узнать?

Я пожал плечами.

– Да что угодно! Где родились, чем занимались. Я-то о себе все рассказал, а о вас ничего не знаю. Так нечестно!

– Справедливое замечание, – с серьезным видом кивнул мастер Ли. – Что ж, родился я в Китайской провинции Гуйчжоу, примерно в тысяча восемьсот двенадцатом году…

Я закашлялся от внезапно попавшей не в то горло пищи. Мастер Ли спокойно ждал, пока я откашляюсь.

– Вы немножко ошиблись столетием, – поправил я его, слегка осипшим от кашля голосом.

– Ни в чем я не ошибся! – невозмутимо заявил тот. – В тысяча восемьсот двенадцатом году. Плюс минус пара лет.

– Вам что, двести лет?!

– По моим подсчетам немного больше, – склонил голову старик. – Но я не знаю, какой сейчас точно год, давно потерял чувство времени.

Вот это поворот! Хотя Доктор в свое время излагал мне теорию о том, что моя способность к регенерации заметно увеличит продолжительность жизни. Выходит, тут он оказался прав.

– Пожалуйста, продолжайте! – поспешно попросил я старика, который терпеливо ожидал, пока я осознаю сказанное.

Вдруг еще передумает рассказывать? А интригу-то навел уже с первых слов! Талант рассказчика налицо.

– Родился я в простой крестьянской семье, что занималась выращиванием риса. Было у меня трое братьев и две сестры. Это не считая тех, кого во младенчестве похоронили.

Я кивнул, показывая, что внимательно слушаю.

– С едой всегда было туго, но мы не голодали. Чашка риса в день каждому взрослом, ребенку полчашки. И так почти каждый день! А дважды в год, по праздникам, родители резали курицу. И скажу я тебе, куры те, хоть были старыми и жесткими, не чета нынешним магазинным!

Мастер Ли явно погрузился в воспоминания, на губах его играла немного грустная, но добрая ностальгическая улыбка.

– Во время опиумной войны я впервые познакомился с «Янтарными тиграми». Тогда я был еще совсем ребенком, жаждал силы и славы. Выращивать рис, как мои отец и дед, я не желал категорически, так что я сбежал из дому, присоединившись к отряду «Янтарных тигров», что проходили через нашу деревню. Наемники, одни из многих, кого император нанял в помощь своей хилой армии. Англичане быстро разбили отряд. Выжившие вернулись в школу, я отправился вместе с ними. В те годы школа находилась в упадке, мало кто из учеников обладал талантом. Лишь горстка учеников сформировала у себя духовное ядро, единицам покорились техники. По большему счету, школа обучала боевым искусствам. Я присоединился на правах ученика, спустя год сформировал ядро, а затем освоил свою первую технику.

– Регенерацию? – предположил я.

Мастер Ли посмотрел на меня с упреком, отчего я тут же прикрыл рот ладонью.

– Первой техникой, что открылась мне, стало усиление. Едва сформировалось ядро, я без чьей-либо подсказки начал направлять потоки духовной силы в руки и ноги, что делало их сильнее.

Я кивнул. Знакомая тема! Я тоже так делал и прекрасно помню, к чему может привести злоупотребление этой техникой.

– Окрыленный успехом, я не ощущал меры, – продолжил мастер Ли. – Я вливал все больше и больше силы, пока однажды мои кости не сломались от непомерной нагрузки.

Мастер Ли сделал паузу в рассказе, он вытянул вперед левую руку, закатал рукав до локтя и показал мне небольшое искривление предплечья.

– Кость срослась быстро, но неправильно. Это увечье по сей день служит мне напоминанием о необходимости соблюдать умеренность и осторожность во всем.

– Значит, второй освоенной вами техникой стала регенерация? – вновь попытался угадать я.

– Верно, перелом оказался столь тяжелым, что мой наставник даже подумывал отнять мою руку. Я умолял его не делать этого и он согласился. Ему удалось сложить кости воедино, он сделал это как сумел, после чего велел непрерывно направлять к ним часть духовной силы. Так я овладел усиленной регенерацией или, как тогда называлась эта техника, дыханием тигра.

– Почему дыханием? – не удержался я от вопроса.

– Самому интересно, – пожал плечами старик. – Мне продолжать?

Я кивнул и жестом показал, как зашиваю себе рот.

– Таланта мне было не занимать! Я познавал техники одну за другой, совершенствовал их и даже изобретал новые! Очень скоро я обогнал своего наставника, а затем и верховного мастера. Мы сразились с ним за право называться сильнейшим, и он проиграл мне, уступив свой титул. Эх, молодость… я был таким юнцом, едва шагнул за рубеж пятидесятилетия!

Ничего себе, какие раньше подростки были! Видимо, стоит перейти на рис…

– Успех затуманил мой разум, – продолжал мастер Ли. – Все знания школы стали мне доступны в один миг, даже запретные. Но что есть запрет, как не попытка скрыть нечто важное? Запретов для меня не существовало! Вскоре я изучил и отшлифовал оставшиеся техники «Янтарных тигров». Но даже этого не хватило, чтобы удовлетворить мою жажду силы. Оставив учеников, я отправился в Европу на поиски тайной библиотеки «Тамплиеров», где они собирали свитки о техниках, добытых по всему свету. Не могу сказать, что преуспел, но кое-что мне все же удалось добыть. Великая война помешала моим планам. Пришлось бежать, но тут я вновь выбрал неудачное направление. Российская Империя трещала по швам, иностранцу были не рады. Годы скитаний и борьбы, но в конечном итоге я осел, остепенился. Подумать только! Я, бежавший от рисовой фермы, нашел свое счастье в сталинском колхозе!

Мастер печально вздохнул.

– Но юность проходит, за ней начинается зрелость. Новая война в один миг лишила меня всего, что я любил. Рота вермахта, что сожгла мою деревню, пробудила во мне спящего тигра и горько об этом пожалела. По окончании войны я вернулся в Китай. Но это был уже совсем не тот Китай, который я оставил. Другие законы, другие порядки. Боевые искусства полностью вытеснили духовные техники. Школа «Янтарного тигра» не стала исключением. Несколько десятилетий потратил я в попытках вернуть школе былое величие. Увы, но талантливой молодежи я так и не встретил. Несколько подающих надежды ребят в конечном счете либо все бросили, либо выбрали темную дорожку. Однажды я понял, что старею. Тогда я решил, что раз достойный ученик не нашел меня, я сам отправлюсь на его поиски. Передал дела помощнику и отправился в странствие. Я объездил весь мир, но в конечном итоге осел в «Кузнецове», где открыл антикварную лавку. Жил тихо и мирно, но не терял надежду, что однажды встречу достойного. Того, кто сможет стать моим преемником.

– И вы его встретили, – уверенно заявил я.

– И я его встретил, – подтвердил старик.

Печальная история, если подумать. Старик прожил три жизни, встретил два столетия, объездил весь мир, вступил в новое тысячелетие, видел две мировые войны. Но был ли он по-настоящему счастлив хоть день? Вся его жизнь прошла в погоне за силой, но для чего он ее копил?

– Я достаточно рассказал о себе? – спросил мастер Ли.

Я поспешно кивнул.

– Спасибо за откровенность! Теперь, когда мы узнали друг друга получше, нам будет проще жить вместе.

Мастер Ли внимательно посмотрел мне в глаза.

– Это значит, ты принял решение? – скорей сказал, чем спросил он.

– Да, я все обдумал и пришел к выводу, что вы правы. В таком состоянии я ничем не помогу ребятам и за семью отомстить не смогу.

С этими словами я поднялся из-за стола и, переборов головокружение, низко склонился перед стариком.

– Поэтому, мастер, прошу вас, возьмите меня в ученики!

Глава 15: Ядро

Быть учеником мастера Ли оказалось весьма непростым занятием. Едва рана на ноге более-менее затянулась, как начались суровые будни: подъем с рассветом, до обеда упражнения на концентрацию и медитация, а после – силовые упражнения.

Мастер Ли оказался учителем строгим и требовательным, но справедливым и на похвалу не скупился: «Не выдохся? Молодец! Сделай-ка еще десять отжиманий» или «Не будем портить такую хорошую концентрацию, отложим обед на два часа». И так далее в том же духе.

Ну, хоть бегать не заставляет и на том спасибочки!

С таким графиком свободного времени у меня оставалось не больше двух часов в день. Их я традиционно посвящал сну, ибо выматывался так, что ни на что другое сил просто не оставалось. Иногда я засыпал прямо за столом, не успевая добраться до кровати.

Но был один ритуал, который я проводил каждый вечер, несмотря ни на какую усталость. После ужина я прикладывал к колену ложку, замеряя длину обрубка. Когда я чиркнул свою первую отметку, до чашечки оставалось сантиметра три, а уже три месяца спустя это расстояние сократилось до одного сантиметра.

Мастер Ли не обманул, нога росла, это точно! И это несмотря на то, что духовное ядро пока еще не сформировалось. Ученический браслет брал на себя всю нагрузку, вовсю стараясь привести мое тело в порядок.

Да, пока результат особо не впечатлял. Сделав нехитрый подсчет, я прикинул, что с такой скоростью мне потребуется лет десять, чтобы нога отросла окончательно. Вся надежда оставалась на регенерацию, но без ядра применить эту технику невозможно. Поэтому…

– Оммм… – затянул я, сидя в позе лотоса.

Ну, близко к позе лотоса настолько, насколько это позволяло мое увечье. Мастер Ли стоял позади, наблюдая за моими потугами. Хоть он оставался вне поля зрения, я прямо всем нутром ощущал его пристальный взгляд. Или это уже паранойя? Я открыл глаза, бросил быстрый взгляд через плечо.

– Не отвлекайся!

Нет, не паранойя.

– Оммм…

Признаться, когда я иронизировал о том, что мне предстоит целый год медитаций, я и помыслить не мог, насколько близок окажусь к истине. Со слов мастера Ли, медитация – это единственный для не имеющих ядра способ накопления в теле духовной энергии или как он ее называл – духовной силы.

Суть в том, чтобы постепенно, капля за каплей, изымать циркулирующую по телу энергию и запасать ее в одном месте, то в конечном итоге ее скопится достаточно для формирования ядра.

Вот только когда это произойдет?

– Оммм…

– Ты ведь в курсе, что так делать необязательно? – с раздражением в голосе спросил мастер Ли.

– Это помогает мне сосредоточиться! – возразил я, еще громче затягивая: – Оммм…

Возражений не последовало. Более того, хотя я не услышал звука шагов, давление за спиной внезапно исчезло. Отлично, ушел! Я открыл глаза и облегченно выдохнул. Лег на спину, подставляя лицо ласковому солнцу.

Эх, как же хорошо сегодня, не жарко!

И все же эта медитация меня доконает. Сидеть без движения целых пять часов кряду в попытках ощутить неощутимую энергию. Дичь! Свихнуться можно! Собственно, я как раз на грани.

А еще я в отчаянии. Три месяца и никаких подвижек! Да, я стал куда сильнее и даже настолько преуспел в боевых искусствах, что на одной ноге умудряюсь целую минуту отражать выпады мастера Ли!

Вот только не этого я ждал. А ждал я настоящей силы, ждал прорыва, что вознесет меня на такие высоты, с которых я буду смотреть на своих врагов, как на скопище никчемных букашек, по которым я вот-вот пройдусь адским сапогом мщения.

Я не просто ждал, я жаждал этого, как усталый путник жаждет глотка свежей прохладной воды из родника на привале. Но с каждым днем моя цель казалась все более недостижимой на фоне столь скудных результатов.

Стоп, отставить панику! Прочь, глупая мысль, прочь из моей головы! Вдох-выдох, вдох-выдох. Прислушавшись к своему организму, я отметил ускоренный ритм сердца. Продолжая дышать, велел ему успокоиться. Не сразу, но сердце подчинились моей воле, его удары замедлились.

А еще у меня кольнуло в груди, чуть выше солнечного сплетения. Не сильно, но ощутимо. Будто кишку свело и тут же отпустило, но осадок остался. Изжога? Да вроде не похоже. Может голод? Ел я действительно давно.

Но нет, тоже не то. А что, если… я потянулся к источнику необычных ощущений, как некогда кто-то в образе мастера Ли учил меня тянуться к силе. И сила, неожиданно, откликнулась мне! Я ощутил ее в себе как маленький, едва заметный ручеек, стекавший в… нет, даже не в озеро, скорей мелкую в лужицу. Но все же – это источник духовной силы, ядро!

– Есть!

От восторга я резко вскочил, напрочь позабыв о том, что у меня лишь одна нога. Вспомнил об этом только приземлившись на пятую точку. Но даже болезненный удар не испортил моего настроения.

Да! Сила, я вернул ее!

Как же сложно удержаться от того, чтобы не зачерпнуть энергии! Пустить ее по телу, накачивая силой мышцы. Ну его, еще осушу! Пусть копится пока. Тем более мастер Ли упоминал, что вновь сформированное ядро всегда нестабильно. Ему нужно дать время окрепнуть, впитать побольше силы.

Поэтому я вновь велел себе успокоиться, уселся в позу лотоса и до самого обеда усердно медитировал. С обретением ядра я стал, наконец, ощущать циркуляцию энергии по телу, так что уже не просто выл обожравшейся коровой, а выл вполне осознавая, как это влияет на процесс накопления энергии в ядре.

А никак оно не влияет! Эх, прав был мастер Ли, зря только глотку три месяца надрывал… За ужином я сообщил наставнику радостную весть, чем заслужил одобрительный кивок.

– Хорошая новость! Завтра начну учить тебя первой технике «Тигров»! – обрадовал он меня.

– А почему не сегодня? – спросил я, прекрасно зная ответ.

– Не стоит торопиться, – покачал головой мастер Ли. – Это никогда не доводило до добра. Только что сформировавшееся ядро очень нестабильно. Я рассказывал тебе о своем ученике по имени Шан, который так торопился освоить технику раньше прочих, что лишился ядра меньше, чем через час, после его обретения? Вместе с куском живота, кстати, отчего и умер спустя три дня в страшных муках, ведь антибиотиков в ту пору еще не существовало.

Я сглотнул. Ну его нафиг! Антибиотиков и сейчас нет, в «Орешкино» раньше были, но последние во время войны с «Авророй» использовали. Теперь выживает сильнейший! Или осторожный…

– Мастер! Я буду терпелив, – клятвенно заверил я наставника.

Тот одобрительно кивнул, с улыбкой, в которой читалась гордость за непутевого ученика, успешно наставленного на путь истинный.

До самого вечера я отрабатывал удары и защиту, отжимался и приседал. Да, на одной ноге, в этом плане мастер Ли был безжалостен. Нога есть? Изволь приседать!

Пожалуй, последний раз я так сильно ожидал утра только в детстве, когда еще верил в Деда Мороза. Но деда Ли с Морозом роднил только характер. Утром он ни словом не обмолвился о вчерашнем обещании. Как обычно, велел мне медитировать, а сам ушел на охоту.

– Оммм! – грустно взывал я, но этим мой протест и ограничился. Я помнил данное мастеру слово быть терпеливым и намеревался его сдержать.

После обеда ничего не изменилось. Мастер отправил меня на очередной круг силовых тренировок, новым из которых стало лишь отжимание на руках от стенки. Головой вниз.

Это было не просто трудно, это было больно! Молодая кожа на обрубке трещала по швам от частого соприкосновения со стеной.

Уже перед самым сном, когда я вымотался до предела и потерял всякую надежду, мастер Ли вдруг заговорил со мной.

– Как думаешь, Антон, какую духовную технику ученики большинства школ в мире изучают первой?

– Хм! Регенерация? – предположил я.

– Неверно, попробуй снова, – предложил старик.

Я задумался. Перечислил в уме все техники, которыми владел сам, затем вспомнил о тех, про которые рассказывал мастер Ли.

– Усиление! – догадался я.

Старик улыбнулся краешками губ.

– Почти, духовный транс.

– Эмм? – вопросительно протянул я, вскидывая одну бровь, чем невольно скопировал своего сэнсэя.

– Ты знаешь эту технику как ускоренную реакцию и усиление, – пояснил мастер.

– Да ладно! – не поверил я. – Это же чертовски сложно! Я с большим трудом ее освоил!

– Это потому, что у тебя не было наставника. Но теперь он есть, так что освоишься быстрее.

– Так ведь я уже умею, – намекнул я на свой прошлый опыт.

– Правда? – приподнял бровь мастер Ли. – Ну попробуй!

Проще пареной репы! Пусть сам я активировал ускорение лишь единожды, причем довольно давно, все равно прекрасно помню, что для этого требуется сделать. Сконцентрировался, зачерпнул из источника энергию, не всю, но довольно много! А затем стал распределять ее по телу ровным слоем.

Время замедлило свой бег, мышцы налились силой, глаза обрели такую четкость, что я мог разглядеть каждую трещинку на стене за спиной учителя. Я собрался протянуть руку к старику, чтобы неожиданно похлопать его по плечу, но, к своему удивлению, не сумел этого сделать.

Время вернулось в нормальную плоскость, тело заныло будто сегодня учитель меня не пять часов гонял, а все двадцать пять! От неожиданности я охнул и чуть не упал на пол, но вовремя успел опереться на стол.

Мастер Ли невозмутимо наблюдал за моими потугами. Едва я более-менее оклемался, он молниеносным, неуловимым для глаз движением поднял со стола ложку и треснул меня ею по лбу.

– Эй! – возмутился я, хватаясь за лоб. – За что?!

Несмотря на обиду, меня восхитила проделка старика! Это только на первый взгляд кажется, что врезать кому-то под ускорением легко и просто! Ну, на самом деле, это действительно довольно просто, если твоя цель – пробить противнику череп. А вот нанести удар аккуратно, без членовредительства, куда сложнее!

Так что мастер Ли показал мне не только технику ускорения за счет духовной энергии, но и умение грамотно дозировать силу.

– За то, что дурак! – пояснил старик, кидая ложку обратно на стол. – Понял хоть, в чем твоя ошибка?

– Мало энергии скопил, – буркнул я, потирая ушибленное место.

– Дважды дурак! – вновь обругал меня старец. – Я сейчас использовал в разы меньше, а получил куда больше!

– Я неправильно распорядился энергией? – дошло до меня.

– Вот теперь, верно, – кивнул мастер Ли. – Бездумно распространять духовную силу по телу любой дурак сможет. Вот только надолго ли ее хватит?

– Ну, это смотря сколько накопить, – в задумчивости погладил я подбородок.

Укоризненный взгляд старика ясно показал мне, что вопрос был риторическим.

– То, что ты попытался сделать – это не техника, а грубая сила. Сутки ты копил духовную энергию, чтобы потратить ее за секунду! Обладай ты даже огромным объемом ядра, накопленное за год истратил бы за несколько минут.

Сделав паузу, мастер Ли вновь ускорился, неожиданно щелкнув пальцами у меня прямо перед носом.

– Поэтому, важнейшее правило любой техники – это контроль! – завершил он свою поучительную речь.

Я призадумался. В принципе, старик дело говорит. Жизненной силы, выпитой мной некогда из тела авроровца, хватило минут на пять максимального усиления и еще где-то на полчаса усиления одних только мышц. А ведь я осушил его досуха, фактически превратив в мумию!

– Значит, сегодня мы будем учиться контролю? – спросил я, предварительно убедившись, что продолжения лекции не последует.

– Нет, – покачал головой старик. – Сегодня ты будешь учится технике боевого транса!

– А…

– А к контролю приступишь завтра, во время медитации.

– Но у меня почти не осталось энергии! – возразил я. – Хотя…

Я потянулся сгустком энергии к ближайшему дереву, почти дотянулся. Эх, далековато! Чтобы присосаться, придется выйти наружу.

Болезненный удар вывел меня из задумчивости. Мастер Ли вновь использовал ускорение, чтобы приголубить мне ложкой по лбу, причем в этот раз заметно сильнее.

– Эй, больно же! – возмутился я, потирая лоб.

– И думать не смей! – пригрозил мне старик ложкой, которая аж согнулась от подобного издевательства над собой.

Или надо мной?

– Да что я такого сделал? – недоуменно спросил я, ощупывая место ушиба. Кажется, там уже начала расти шишка.

– Любая жизнь священна! Использовать чужую жизненную силу для наполнения духовного ядра – это варварство!

– Да ладно! Это ведь просто дерево! – отмахнулся я. – Мы такие сотнями в день валим во время прокладки дорог.

– Вот я и говорю – варвары! – презрительно фыркнул старик.

Ого! А мне похоже удалось вывести его из себя!

– А как же… – я кивком указал на камин, в котором бодро горело солидных размеров полено.

– Валежник или сухостой, – пояснил мастер Ли. – Где я, по-твоему, так долго пропадаю? Лес крепок, мертвых деревьев не так уж много. Приходится искать все дальше от хижины.

В его голосе еще ощущалась возмущение, но, похоже, вспышка уже шла на убыль.

– А я-то думал на охоте!

– Охоте? Да какая там охота! Приглушить силу, пустить немного крови, и волки сами придут. Остается только выбрать слабое звено стаи и убить его быстрее, чем он успеет сбежать.

– Ага! Все же убить, а не найти мертвого! – воскликнул я, радуясь, что сумел подловить учителя на противоречии. – Ну и где тут ваше «каждая жизнь священна»?

– Убийство ради еды допустимо, – невозмутимо ответил он на мой выпад. – Я никогда не беру сверх того, в чем нуждаюсь для выживания.

Ну вот как тут с ним спорить? Я мысленно махнул рукой на причуды старика, даже не пытаясь понять его логику. Даже лжемастер Ли из моих сновидений допускал вытягивание жизненной силы из деревьев.

Что ж, пока мастер Ли мой наставник, придется подчиняться его требованиям, ну а потом никто не запретит мне делать то, что я посчитаю нужным. С этой мыслью я склонил голову перед мастером Ли.

– Как скажете, учитель!

Не услышав в моем голосе смирения, он раздраженно фыркнул, но упорствовать не стал. Явно решил, что жизнь сама научит глупого юнца, раз тот не желает слышать мудрых слов наставника.

Что ж, может и научит…

До глубокой ночи мастер Ли объяснял мне принцип духовного транса. По сути, это и не техника вовсе, а набор правил по распределению энергии. Оказывается, ее вообще не следует размазывать по телу, как делал это я. Вместо этого нужно дозированно подавать энергию к тем конкретным участкам тела, которые задействованы в выполняемом движении.

На постоянной основе стимулируется лишь часть мозга, отвечающая за реакцию и восприятие. Можно еще глаза со слухом запитать, чтобы улучшить восприятие. В остальном же суть техники сводится к строгой экономии энергии. Хочешь нанести удар? Напитай плечо и трицепс, усиль связки и кисть. Причем необходимо правильно выбирать дозировку энергии, чтобы усиление работало не больше необходимого времени.

Верхом контроля считается умение подавать энергию в строго отведенное время, чтобы ни крупицы впустую не потратить! Само собой, до такого мне как до мирового дерева предков раком.

Далеко, в общем…

В первую очередь мне предстояло заучить десятки комбинаций распределения энергии, а затем довести их применение до полного автоматизма. Только после этого можно переходить к боевой практике!

А все же мастер Ли – очень талантливый учитель! Без спешки, проявляя терпение, он день за днем учил меня технике, наглядно показывая в какие мышцы и кости следует вливать энергию для определенных движений, а в какие не нужно. Он повторял одно и то же по десять, двадцать, сорок раз. Столько, сколько требовалось, чтобы знания успешно отложились в голове непутевого ученика.

На себя, как на ученика, мне тоже грех жаловаться! Я всегда выкладывался на полную, отдавая учебе все время, даже за столом во время еды, даже лежа в кровати перед сном.

И мои старания окупились. Не прошло и пары месяцев, как я научился контролю энергии настолько, что довел ее до полного автоматизма. Разбуженный посреди ночи, я мог сразу же вступить в бой, отражая атаки на автопилоте.

И это не образно, мастер Ли неоднократно такое проделывал.

Техника действительно была похоже на транс. Я как бы переключал сознание в боевой режим, переставая отвлекаться на окружающее. Удары, защита, уклонение. При этом энергии тратилось минимум.

Пока я тренировался, регенерация исправно трудилась, отращивая мою конечность. Процесс был долог и чувствителен. Кости болели, кожа чесалась, но я терпел это с радостью, ведь она росла!

За два месяца я вернул уже половину утраченной конечности, а значит, на вторую половину уйдет примерно столько же. Удручало лишь то, что за полгода пребывания в гостях у мастера Ли я почти ничему не научился. Обрел ядро, научился контролю, это да. Но где боевые техники, о которых вещал мастер?!

Неужели, даже двух лет упорных тренировок окажется недостаточно? Это пугало настолько, что я высказал свои опасения мастеру Ли, но тот поспешил меня успокоить.

– Два года более чем достаточно! С твоим темпом учебы может хватить даже одного. На освоение духовного транса я в свое время потратил втрое больше времени. У тебя определенно талант!

От этой простой, но такой искренней похвалы, у меня на душе вдруг стало тепло и хорошо. Холод, что ледяной коркой сковывал мою душу после потери семьи, впервые дал трещину. Маска уверенности, за которой я прятал истинные чувства, на мгновение спала, и если бы сторонний человек сейчас взглянул на мое лицо, то прочел бы на нем много печали, но в то же время и робкую радость.

Длилась эта вспышка недолго. Быстро взяв себя в руки, я вернул маску уверенности. Мысленно обругал себя за чрезмерную эмоциональность и постарался незаметно смахнуть с глаза неожиданно накатившую слезу. Надеюсь, учитель не заметил моей слабости, еще не хватало, чтобы он начал испытывать ко мне жалость!

И хоть мне было приятно узнать, что мои старания замечены, я все же умудрился не возгордиться. Напротив, слова наставника замотивировали меня трудиться еще усерднее! А затем я услышал слова, которые с нетерпением так долго ждал!

– Ложись спать и постарайся хорошо отдохнуть. Завтра тебе понадобится много сил, я начну учить тебя боевым техникам «Янтарных тигров»!

Глава 16: Школа Янтарных тигров

– Янтарный щит! – громко объявил я, активируя технику.

Проговаривать название вовсе не обязательно, но так почему-то легче. Хотя в этот раз не помогло. Над моей рукой появилась желтая дрожащая клякса, которую щитом нельзя было назвать даже с очень большой натяжкой.

– Уже лучше, – кивнул наблюдавший за моими потугами мастер Ли, явно пытаясь меня приободрить.

Я ответил на это печальным вздохом. Сложно… Простейшая из техник школы «Янтарных тигров» никак мне не давалась. Позорище! Хотя, быть может, я слишком требователен к себе? Ведь это лишь пятая попытка.

– Покажите еще раз! – попросил я, силясь понять, что делаю не так.

Мастер Ли кивнул, подошел поближе. Он молча вытянул перед собой руку, над которой тут же появился круг янтарного цвета, примерно одного метра в диаметре. Я тоже выпустил свою энергию, но не пытался вызвать технику, а потянулся ей к щиту наставника. Действуя осторожно, как учил меня мастер Ли, я обволок энергией щит, стараясь понять его структуру.

Духовная рука, так называл мастер технику, которую я изучил первой. Хотя, по сути, тут и не рука вовсе, а натуральный энергетический тентакль! Тонкий невидимый щуп из энергии, которым можно осязать объекты на расстоянии, заглянуть с его помощью за угол, а также «подключаться» к чужим техникам, анализируя их. Нечто похожее, только в более упрощенном виде, я использовал для выкачивания энергии.

Кстати, при необходимости этот энергетический щуп мог становиться вполне себе материальным, превращаясь, например, в удавку или дубинку. Но в этом случае энергии уходит много, а эффективность его весьма посредственна.

Второй изученной мною техникой стал злополучный янтарный щит, с которым я воюю уже второй день. Ну не дается мне эта сволочь и все тут! Вроде в точности повторяю все за мастером Ли, а результат не тот. Вот уже второй раз я изучаю его щит своим щупом, в попытке понять ошибку.

Моя энергия без труда проникла в структуру щита наставника, хотя при желании мастер Ли мог легко ее заблокировать. В мой мозг хлынул поток информации о технике: плотность, состав, размер, количество энергии и еще многое другое, как, например, положение в пространстве.

Эта информация пришла ко мне не в виде цифр, а просто появилась в голове уже обработанная, готовая к осознанию. Я будто вспомнил, как трогал щит, как активировал технику, как наполнял ее силой.

– Кажется, понял! – воскликнул я, заметив, наконец, отличие.

Быстро развеял щуп, чтобы тут же активировать щит. Вначале мне показалось, что я снова ошибся, но затем над моей рукой появился уверенный круг, в точности такой, как у мастера Ли. Разве что цвет был не янтарным, а бледновато-желтым.

– Мало силы влил, – объяснил различие цвета мастер Ли. – Чем больше духовной силы, тем насыщеннее станет цвет. Янтарным цвет становится при достижении золотой середины между прочностью и затратностью. Баланс – вот главный постулат школы «Янтарного тигра».

Хех! Постоянно что-то новое узнаю! Хоть мастер и рассказал мне свою историю, но многое оставил за кадром, чтобы потом по крупицам выдать эту информацию. То о школе расскажет, то поучительную историю из своей жизни выдаст, то про непутевого ученика вспомнит.

Делал он это всегда неожиданно, как будто в награду за успех или в качестве нравоучения. Иногда за неделю ничего нового не выдаст, а затем за вечерней трапезой зальется соловьем. Почти год живу с ним под одной крышей, а этот человек все равно остается для меня загадкой.

– Теперь потренируемся в боевых условиях!

С этими словами мастер Ли стал озираться по сторонам, будто разыскивая что-то. Нашел. В нескольких шагах от него лежала россыпь небольших камней, к которым он и направился. Взял штук десять, не самых крупных, но и не мелкую гальку. Подбросив один камень в руке, он без предупреждения метнул его в меня.

Я был настороже, поэтому успел выставить щит, на сей раз насыщенного янтарного цвета. Камень угодил в самую середину шита, беззвучно отскочил от гладкой поверхности и полетел на землю.

– Похвальная реакция! – уважительно наклонил голову учитель.

А затем обрушил на меня настоящий ураган из камней! Он метал их, находясь под ускорением, причем целился не только в корпус, но и в другие части моего несчастного тела.

Я не сразу догадался тоже войти в режим ускорения, потому первая пара камней больно ударили меня в плечо и бедро. Но стоило ускорить восприятие и реакцию, как я стал успешно блокировать большинство снарядов, вовремя выставляя на их пути щит. Ключевое слово «большинство». Некоторые камни все же миновали щит, больно ударяя мое нежное, ничем не защищенное тело.

Самое обидное, что от большинства таких камней я вполне мог просто уклониться, но сделать это, имея лишь одну здоровую ногу, можно только растянувшись пузом на земле, что в учебном поединке равносильно поражению.

– Пять на семь в твою пользу, – подвел итоги мастер Ли. – Неплохо, но можно лучше.

– Угу, как же! – ответил я на это, растирая места ушибов. – И как прикажете блокировать камни, которые вы одновременно в голову и в ногу бросаете?!

– Щитом, – лаконично ответил наставник.

– А вот не успевается! – развел я руками.

– А что мешало сделать так? – приподнял одну бровь мастер.

Одновременно с этими словами он создал щит на руке, затем развеял его, чтобы тут же создать еще один, но уже на другой. Я стоял с открытым ртом, пораженный столь простым, но при этом эффективным способом.

– Или так, – сказал мастер Ли и добил меня окончательно, создав одновременно два щита, причем один был на руке, а второй на ноге.

– А что, так можно было?! – скорее проблеял, чем проговорил я.

– Духовные техники ограничены исключительно твоим воображением, – пожал плечами мастер, явно наслаждаясь произведенным эффектом.

Я же крепко задумался. Раз можно сотворить несколько щитов разом, то что мешает покрыть тело броней?! Эта мысль увлекла меня настолько, что я стал лихорадочно, не замечая ничего вокруг, создавать щиты разных форм и размеров, окружая ими тело наподобие латного доспеха.

Мастер Ли молча наблюдал за моими потугами. Когда я закончил, то с гордостью предстал перед ним облепленный желтыми, неравномерными пластинами, которые походили на доспех весьма отдаленно, но все же неплохо прикрывали мое тело.

Для полного счастья только шлема не хватало, но соорудить его вот так, на коленке, у меня не вышло. Потом на досуге об этом поразмышляю.

– Ну как я, а? – спросил я, чувствуя гордость за собственную сообразительность.

– Янтарный доспех! – в полголоса проговорил мастер.

Внезапно его окутал теплый свет, а когда он померк передо мной стоял воин, облаченный в прекрасную броню! Изящные наручи, расписная узорами кираса, элегантные перчатки, брутальный рогатый шлем. От воина исходило слабое свечение, но я не сразу сообразил, что это броня фонит энергией.

Глядя на эту хищную, грациозную фигуру, нельзя было не залюбоваться. Само совершенство! Затем я сообразил, насколько нелепо выгляжу рядом с этим могучим воином в своей кустарной пародии на броню, и мне стало стыдно. Я поспешил развеять технику.

– Духовная броня – одна из сложнейших техник любой школы, – проговорил воин голосом мастера Ли. – Я изучил ее годы назад, но она до сих пор дается мне с большим трудом.

Он зашагал в мою сторону, а за ним потянулся янтарный шлейф. При каждом шаге броня медленно осыпалась, рассыпаясь в прах, который таял в воздухе. Когда воин дошел до меня, его броня совсем развеялась.

Последним растворился шлем, обнажая бледное, осунувшееся лицо мастера Ли. Старик выглядел скверно! Из него будто все соки высосали, он разом постарел лет на двадцать. Собственно, сейчас он выглядел примерно так же, как и при моем первом пробуждении в хижине.

– Слишком много сил уходит на поддержание доспеха, – проговорил мастер, и голос его, обычно мелодичный, прозвучал по-стариковски хрипло.

Он покачнулся, но устоял на ногах.

– Что с вами, мастер? – спросил я, порываясь подставить ему плечо, но вовремя вспомнил о своем увечье и остался на месте.

– Старость, что же еще? – невесело улыбнулся тот.

– Но ведь еще минуту назад вы были полны сил!

– Доспех отнял их все, я немного просчитался, – прокряхтел старик, ковыляя в сторону хижины. – Сейчас мне нужно прилечь.

И тут я сообразил, что он вообще еще жив, лишь благодаря энергии своего ядра! Ну не живут люди по два столетия, оставаясь свежими, как огурчик! Сила питала его все эти годы, позволяя оставаться столь же сильным, как в молодости. Но стоило энергии показать дно, как годы настигли его со скоростью несущегося на всех парах локомотива, на глазах превращая могучего воина в древнюю развалину.

Я постоял немного, глядя ему вслед, а затем поднял с земли костыли и заспешил к хижине. Когда я зашел внутрь, старик лежал на топчане без движений. Лишь мерно вздымающаяся грудная клетка свидетельствовала о том, что жизнь все еще теплится в этом дряхлом теле.

– Ты молодец! – сказал наставник, когда я приблизился к нему. – Быстро сообразил, как можно улучшить щит.

– Вышло убого! – криво улыбнулся я.

Мне было больно и страшно смотреть на старика в минуту его немощи. Но я не отвел глаза, напротив, придвинул стул и сел рядом с ним.

– Остальное – дело техники! – нравоучительно поведал он мне. – Имея желание и время, ты сможешь создать что угодно!

Старик внезапно закашлялся. Хоть он и прикрыл рот рукой, я успел увидеть кровь в уголке его губ. Это насколько же он ослаб, что тело травмирует само себя?!

Подчиняясь неожиданному порыву, я крепко сжал его плечо, а затем пустил по руке энергию, направляя ее из своего ядра прямиком в ядро учителя. Тот вздрогнул, посмотрел на меня глазами по пять копеек.

– Ведь это не нарушает порядка вещей, если я отдаю ее добровольно, не так ли? – усмехнулся я.

– Она пригодится тебе завтра, во время тренировок, – вяло попытался возразить мастер Ли.

– Ничего, я так много тренировался, что один день отдыха мне не повредит!

– Но…

Не желая слушать возражения старика, я одним махом влил в него всю энергию, оставляя себе лишь необходимый минимум. Старик охнул, резко сел, будто его пружина распрямила. Морщины на его лице разгладились, мышцы под моей рукой резко окрепли, тело налилось силой. Он очень внимательно посмотрел на меня своими мудрыми глазами, а затем склонил голову.

– Благодарю за щедрый дар.

– Да ладно, – смущено отмахнулся я. – Вы дали мне в разы больше!

– Увы, лишь крохи, – сокрушенно вздохнул старик.

– Янтарный доспех, – напомнил я ему. – Когда начнем учиться?

Мастер Ли лишь отрицательно покачал головой.

– Вы что, не собирались учить меня ему? – сообразил я, к чему этот жест.

– Нет, не собирался.

– Но… почему?

– Видишь ли, ты явно не успел заметить, но доспех имеет массу прорех. Сочленения на руках и ногах, стопы, подмышки, прорези в шлеме. Умелый стрелок без труда сразит облаченного в доспех воина, стоит тому замереть хоть на секунду. Хороший мечник тоже без труда найдет, куда вогнать клинок. Громоздкий, затратный, крайне уязвимый. В бою я применял доспех лишь дважды и оба раза оказался серьезно ранен. Увы, эта техника имеет слишком много изъянов, нет смысла тратить на нее время. Тем более, когда есть куда более интересные решения!

– Неужели, есть что-то лучше янтарного доспеха? – не поверил я.

– В школе «Тигров», нет, – признался старик. – Но однажды в странствии, мне в руки попали свитки давно почившей школы, название которой я успел забыть. Да и не скажет оно тебе ни о чем. Но в этих свитках я прочел о древних техниках. Одна из них называлась теневой покров. Увы, свиток был поврежден, текст с описанием самой техники неполон. Однако на его основе я сумел создать нечто похожее, назвав янтарным покровом. Техника, увы, несовершенна, но для защиты подходит намного лучше доспеха. Однажды я накоплю достаточно сил, чтобы показать его тебе. Возможно, твой юный ум сумеет ее усовершенствовать.

Следующий день я целиком потратил на медитацию. Копил энергию, восстанавливал силы. Мастер Ли не упрекал меня за безделье, более того, он его возглавил! Целый день этот обычно гиперактивный старец валялся на топчане, вставая с него лишь для того, чтобы набить живот или опорожнить мочевой пузырь.

Но следующий день воздался мне сторицей! Наставник беспощадно гонял меня и в хвост, и в гриву, будто пытался впихнуть в один день все, что я упустил за пропущенную накануне тренировку.

Помимо силовых упражнений он обучил меня еще одной технике «Тигров» – укрепленной коже. Техника позволяла напитать кожу духовной энергией, что делало ее прочной, словно камень. Увы, гибкость страдала прямо пропорционально прочности, так что для себя я решил ограничиться упругостью резины. Ножом такую не проткнешь, а двигаться можно сносно.

Про янтарный доспех мы больше не вспоминали. Я даже не пытался сотворить нечто похожее на то, что демонстрировал мастер Ли. Даже под руководством наставника у меня уйдут месяцы, а то и годы, чтобы сотворить нечто хотя бы отдаленно напоминающее доспех. А без поддержки мастера вообще лучше не браться – только время зря потрачу!

Тренировки продолжались. Объем ядра нарастал, а вместе с ним росла и скорость накопления энергии. Очень скоро я мог без труда одновременно применять ускорение, усиление, укрепление, щуп и еще два щита в придачу. При этом затраты энергии, которую я использовал на техники, лишь сокращались, благодаря значительно улучшенному контролю.

Энергии стало так много, что я тайком от наставника начал напитывать ей свою увеченную конечность, в надежде ускорить процесс регенерации. И не прогадал! Проснувшись однажды утром, я увидел полностью отросшую ногу! Только пальцев не хватало, но кого волнуют такие мелочи?

Не веря своим глазам, я впервые за много месяцев попытался встать на обе ноги. Атрофированная конечность ожидаемо не выдержала веса тела, но пару шагов я все-таки сделал!

Ах, какое это было замечательное чувство! Я лежал на полу, куда грохнулся от неосторожного шага, и широко улыбался, совершенно не чувствуя боли от ушибов, полученных при падении.

На шум с улицы явился мастер Ли. Он приподнял одну бровь, задавая таким образом безмолвный вопрос. Я гордо поднял ногу, так же безмолвно на него отвечая.

– Что ж, видимо, ты готов! – сказал на это мастер Ли.

– Готов к чему? – не понял я.

Вместо ответа он направился к двери, жестом приглашая следовать за ним. Я повиновался, гадая, о чем идет речь.

– Сейчас я покажу тебе технику, о которой говорил ранее – янтарный покров!

Признаться, за суровыми ежедневными тренировками я напрочь забыл про обещание мастера обучить меня диковинной технике.

– Направь ко мне свою духовную руку, я смогу показать тебе лишь раз, на большее мне не хватит силы.

Я кивнул. Развернул щуп, которым «обвил» мастера с головы до пят, попутно пуская энергию вокруг его тела. Когда это было сделано, я кивнул ему, оповещая о том, что готов.

В следующую минуту мастера Ли окутала дымка чистой энергии, которая уплотнилась, обволакивая его тело, будто водолазный костюм. В отличии от доспеха, покров не имел ни красивых форм, ни узоров.

Но, как не имел он красоты доспеха, также был лишен и его изъянов. Покров оправдывал свое название, он плотно облегал все тело, защищая его целиком. Ни сочленений, ни швов, ни единого отверстия не смог разглядеть я ни глазом, ни щупом. Абсолютная защита!

Мастер Ли держал покров не больше пары секунд, но этого времени мне хватило, чтобы понять технику от и до. Я мог бы сразу повторить покров за мастером, но решил не спешить. Подождал, пока старик развеет технику, затем выслушал длинную наставительную речь и лишь после этого воссоздал на себе покров.

Ощущения были странными, как будто в воду нырнул. Я даже зажмурился и задержал дыхание, когда уплотнившаяся энергия обволокла мою голову. Несмотря на то, что создаваемый энергией щит имел реальный вес, покров казался невесомым. Мне даже не пришлось включать усиление, чтобы нести его на себе.

«Какая ужасная видимость!», – такова была моя первая мысль, когда я открыл глаза.

Мир вокруг стал мутным, но при этом ярким, будто на глаза мне надели водолазные очки, стекла которых перед этим обильно смазали медом. Мастер Ли выглядел невнятной темной кляксой, лес за его спиной превратился в сплошную яркую массу неопределенного цвета.

«Такое себе», – удрученно подумал я.

Я пошевелил рукой, и это движение далось мне на удивление легко! Броня действительно оказалась невесомой, при этом она покрывала тело, как вторая кожа, позволяя двигаться, не испытывая никакого дискомфорта!

Со слов мастера Ли, покров способен выдержать пулеметный огонь в упор. Вряд ли он имел ввиду «КПВТ», но даже если речь шла про обычный «РПК» – это внушало уважения!

– Надо бы проверить! – сказал я и не услышал собственного голоса.

Тут я сообразил, что вообще ничего не слышу! Ни голоса мастера Ли, ни шелеста листьев, ни скрипа деревьев на ветру. Похоже, покров полностью отрезал меня от внешнего мира.

Всю глубину этого «полностью», я осознал лишь через пару секунд, когда потяжелевшие легкие затребовали порцию кислорода. Я попытался сделать вдох, но у меня ничего не вышло.

Меня захлестнула паника! Руки непроизвольно потянулись к лицу, я попытался разорвать мешающую дышать оболочку, но пальцы безвольно скользили по покрову, не в состоянии проникнуть сквозь него.

В глазах начало темнеть, ноги стали ватными, а посреди груди с каждой секундой разрастался ледяной ком. Я узнал это чувство – чувство смерти! Если ничего не придумаю, то совсем скоро потеряю сознание, а потом задохнусь, будучи заключенным в этот проклятый непроницаемый кокон!

Глава 17: Охота

Состояние паники длилось недолго, всего несколько секунд. Потом я заметил, что размытая фигура мастера Ли отчаянно делает какие-то жесты рукой, будто отмахиваясь от меня. Плывущее сознание никак не желало соображать, что пытается донести до меня наставник.

«Кажется, он велит мне отменить технику!» – подумал я.

И вправду, чего это я? Паника напрочь отключила мозг, ведь моя проблема решалась так просто! Секунда – и покров спал, а я смог, наконец, вдохнуть полной грудью, наслаждаясь свежестью воздуха, который никогда еще не казался мне настолько сладким!

– Антон, как ты? – спросил мастер Ли, придерживая меня за плечи. Его голос был напряжен, в глазах читалась тревога.

– Полный порядок! – вяло улыбнулся я в ответ. – Просто запаниковал малость.

– Это моя вина, – сокрушенно покачал головой старик. – Совсем забыл предупредить тебя о том, что покров не пропускает через себя абсолютно ничего, даже воздух.

Что ж, любой опыт можно назвать ценным, даже столь неприятный. Несмотря на слова, сказанные мастеру Ли, в порядке я не был. Меня трясло, и потребовалось около получаса, чтобы окончательно успокоиться, а затем еще столько же, чтобы заставить себя продолжить тренировку.

Мои первые впечатления от новой техники были двоякими. С одной стороны, поразила легкость и гибкость покрова, но с другой – сколько же у него недостатков! Звука нет, видимость близка к нулю, про невозможность дышать вообще лучше не вспоминать. До сих пор в дрожь бросает!

– Со зрением может помочь щуп… то есть духовная рука, – предположил я, и по кивку мастера Ли понял, что на верном пути. – Но вот как быть с дыханием? Сделать отверстие для носа?

– Попробуй, – предложил мастер.

Что за тон? Что за ехидная улыбочка? Кажется, меня ожидает подлянка! Ну, сказать-то он явно не скажет, придется пробовать. Но прежде чем активировать технику, я надышался всласть, аж до звона в ушах, да еще набрал полные легкие воздуха. На пару минут должно хватить, ну а больше мне пока не надо!

Янтарный покров!

Будучи морально готовым, облачение в покров я перенес куда лучше, чем в первый раз. Даже глаза закрывать не стал. Энергия нежно обволокла меня, затем стремительно сгустилась. Все, можно проводить тесты.

В первую очередь я создал щуп. Не полноценный, лишь небольшой отросток на уровне глаз, который напрямую передавал мне изображение снаружи. Эдакая энергетическая видеокамера! Закрыл глаза, переключился на щуп.

Ну вот, совсем другое дело!

Как-то раз, еще в школьные годы, мой сосед по парте забыл на столе очки, и я шутки ради напялил их. Так вот, зрение через щуп чем-то напоминало мне тот опыт. Вроде и видишь все четко, но как-то мутновато по краям, неестественно. Поля зрения сужены, объекты слишком приближены. В общем, неприятно, но некритично, привыкнуть можно.

А теперь перейдем к дыханию!

Покров обволакивает тело так плотно, что даже моргать было трудно. Значит, дыра где-нибудь на затылке не вариант, нужны дырочки для носа. Нащупал место, велел покрову расступиться в этом месте и… покров лопнул. Не треснул, не порвался, а именно лопнул, как воздушный шарик.

Раз, и все! Был покров и нет покрова.

– Эээ… – в растерянности протянул я, глядя на наставника.

А он знай себе хихикает! Типа показывает этим, что я ни на что не годный дурачок? Что без подсказок не выкручусь? А вот выкуси, старикан! Буду пробовать, пока не получится.

Я попробовал снова. На сей раз не стал возиться с дыханием, вдохнул побольше воздуха, да активировал покров. Уже на этапе создания я поставил ограничение на область вокруг лица, как в водолазных костюмах.

Вначале все шло хорошо, энергия растеклась по телу, начала сгущаться. Но едва дело дошло до головы, как покров взял да развеялся.

Чертыхнувшись, я попробовал опять. Довел технику до конца, создал щуп на месте рта и попробовал растянуть им покров. Тот послушно раздвинулся, но тут же лопнул, как и в первый раз.

– Гадство! – не сдержал я ругательства.

Я попробовал еще раз, затем еще раз и еще раз… примерно на десятой попытке вмешался мастер Ли.

– Достаточно! – потребовал он тоном, не терпящим возражений.

Я безропотно подчинился. В любом случае это была бы моя последняя попытка, поскольку ядро уже совсем опустело. Я без сожалений развеял так и не сформировавшийся покров, а затем уставился на наставника, ожидая великой мудрости.

– Эта проблема не имеет решения, – разочаровал он меня. – В свое время я приложил множество усилий, пытаясь создать отверстие для дыхания. К каким ухищрениям я только ни прибегал, но все оказалось тщетно.

Ну вот, приехали! Заинтересовал, обучил, а теперь оказалось, что этот самый покров даже хуже доспеха! В том хоть драться можно, а тут? Совершить изощренный суицид?

– Так что же делать? – спросил я, отказываясь верить, что все это было лишь большой злой шуткой.

– Тренировать дыхание, – ответил мастер. – В свое время я мог задерживать дыхание почти на семь минут.

– Но семи минут мало! – вырвалось у меня.

– Для полноценного боя – да, – согласился учитель. – Но, чтобы преодолеть напор врага? Совершить стремительный бросок под огнем противника? Отступить? Спастись от взрыва или падения с высоты? Да, как я уже говорил, покров отражает абсолютно все! Более того, в отличие от щита или доспеха, через покров на твое тело не действуют ни отдача, ни вибрация, ни жар, ни холод. Ты можешь упасть со скалы, броситься под поезд, плыть на любой глубине, зажечь спичку сидя, в бочке с порохом. И при этом на тебе даже синяка не останется. Понятия не имею, как это работает, но покров много раз спасал мою жизнь.

Да уж, перспективы огромные! Но, судя по всему, мастер прав – проделать отверстие в покрове попросту нельзя. Если я не ошибаюсь, то его особенность строится как раз на целостности. Именно поэтому любая, пусть даже самая крохотная, дырочка мгновенно разрушает технику.

– Неужели, совсем ничего нельзя сделать?

– Лет десять назад я сказал бы, что ничего. Однако ученик, что был у меня до тебя, предложил интересную хитрость! – тут мастер Ли сделал паузу и даже поднял вверх указательный палец, как бы указывая этим жестом на важность своих следующих слов.

Ну что за театр! Нагнал интригу…

– Так что же он предложил? – не выдержал я, когда пауза затянулась.

Мастер Ли довольно ухмыльнулся, неторопливо погладил подбородок.

– А ты заметил, что вся твоя одежда оказалась под покровом?

– Ну да, такое сложно не заметить, – ответил я, недоумевая к чему этот вопрос.

– Покров окутает все, с чем ты плотно соприкасаешься, если предмет не слишком велик. А это значит, что ты можешь разместить запас воздуха под него! Мой ученик носил на поясе небольшой кислородный баллон, с которым мог находиться под покровом до получаса.

Ну конечно! Как же я сам не догадался? Водолазных или медицинских баллонов мне, конечно, не достать, но небольшую емкость или кожаный мешок – запросто! Это не сильно продлит время использование покрова, но лишних пару минут выиграю точно.

Вот только оставался один вопрос.

– А как спускать выдыхаемый воздух? Покров ведь не пропускает ничего!

– Ничего извне, а вот изнутри пожалуйста.

Как интересно! Во мне взыграл исследовательский дух. Захотелось немедленно поэкспериментировать с выталкиванием предметов из покрова наружу. К сожалению, или к счастью, но энергии для этого оказалось слишком мало. Потребуется несколько суток отдыха, чтобы вновь заполнить ядро.

Какое-то время мы с учителем обсуждали покров и его совместимость с остальными техниками. Затем мастер Ли признался, что учить меня ему больше нечему, так что с завтрашнего дня мы перейдем к закреплению материала.

Что именно он подразумевал под закреплением, я догадался сразу. Охота. Ведь только в схватке с равным по силе противником выкладываешься на полную, как никогда ни в каких учебных боях не будешь.

Так и случилось.

Мастер Ли разбудил меня еще до рассвета, чего никогда не случалось прежде. Наскоро позавтракав остатками ужина, мы отправились в лес. Это был мой первый поход за пределы островка, так что я слегка волновался, опасаясь, что старые навыки выветрились из головы.

Но беспокоился я напрасно. Едва над головой показались кроны деревьев, как включились инстинкты охотника. На полном автомате я перешел на бесшумный шаг, уши, как два локатора, старались уловить мельчайший шум, глаза стреляли по сторонам в поисках притаившегося зверя, но вместо этого я уловил знакомый сладковатый аромат.

– Мастер! Нам нужны маски или хотя бы обмотки, – вспомнил я о важном правиле пребывания в лесу.

– Не беспокойся, эти жуки нам неопасны.

– Это как? – не понял я.

– Они не переносят близость духовной силы, поэтому достаточно лишь немного распылить ее вокруг себя, и жуки не побеспокоят тебя.

Надо же, как удобно! Жаль, я раньше об этом не знал, много сил и нервов бы сэкономил. Ну да ничего не попишешь, ведь прошлого не воротишь.

Перед тем, как углубиться в лес, мастер предупредил меня, что сегодня мы охотимся не ради еды. Цель – не убить волка, а проверить мои способности применять техники в боевых условиях.

– Волк должен выжить! – поставил условие мастер. – Иначе экзамен засчитан не будет.

Так это экзамен? Забавно! Не так давно я сам принимал экзамены у молодых охотников, а теперь вдруг оказался на их месте. Пока я обдумывал это, мастер Ли как-то неожиданно пропал. Вроде только что был перед глазами, а в следующую минуту исчез, словно растворился в лесу.

Причем растворился не просто из поля зрения, но и с духовного плана. Была одна интересная техника, которой мастер обучил меня совсем недавно. Духовное чувство. Хотя, как по мне, так это скорей эдакий духовный сонар.

Техника простая. Нужно пустить вокруг себя волну энергии, которая расходится примерно на километр. Если в этом радиусе есть что-то живое, обладающее хоть каплей энергии, то вернувшаяся волна отпечатает эту информацию прямо в мозг.

Единственная проблема, деревья тоже как бы живые и как бы тоже напитаны энергией. Фон невообразимый! Я потерял много дней, чтобы научиться игнорировать лишнюю информацию, но труд мой был вознагражден! Используя сонар, я мог легко ощущать присутствие поблизости живых существ.

Так вот, мастеру Ли каким-то образом удалось исчезнуть не только с моих глаз, но и из поля действия сонара. Причем я не ощущал его даже как фон. Выводы? Он либо сумел слиться с деревом, либо телепортировался за пределы действия техники.

Старик полон сюрпризов!

Тем не менее, я был совершенно уверен, что мастер где-то поблизости, наблюдает за мной. Видимо, он твердо решил не вмешиваться. Пришлось смириться с тем, что с миссией по избиению волка я остался один на один.

Честно говоря, было страшно! Волк – одно из сильнейших созданий местного леса. Встреча с ним даже до зубов вооруженной группе не сулит ничего хорошего, а уж одному босоногому голодранцу – и вовсе смертный приговор.

Голодранцем я и вправду был босоногим, ведь к одной ноге прилагался лишь один ботинок. Пока я пользовался костылями, мне вполне его хватало, но стоило встать на обе ноги, как проблема дала о себе знать.

Увы, у мастера Ли не оказалось для меня лишней пары обуви, ведь сам он тоже свою единственную пару донашивал. Зато наставник дал дельный совет – укрепить кожу стоп. Так я и поступил, обезопасив себя от заноз и порезов. Правда, от ушибов пальцев камнями и ветками это не спасало, но уж лучше так, чем совсем никак.

Найти стаю волков не составило труда. С часок порыскав по зарослям, я наткнулся на звериную тропу. Пары капель крови оказалось достаточно, чтобы привлечь внимание пробегавшей мимо стаи.

Ждать этого события пришлось почти до вечера. Но к длительным засадам мне было не привыкать! Еще даже не начало смеркаться, когда вдалеке послышался топот десятков лап, а вскоре альфа уже стоял недалеко от места засады, припав носом к земле.

Почуял добычу! Что ж, не буду его разочаровывать – пора накрывать на стол!

Как оказалось, местные волки на редкость трусливые создания. Стоило мне явить себя пред их зубастыми мордами, как они, вместо того, чтобы броситься на лакомое блюдо, дружно рванули наутек! Причем быстрее всех улепетывал именно вожак, жалобно при этом поскуливая.

Неужели, я выгляжу настолько грозным? Хотя, скорее всего, дело в том, что выскочил я к ним будучи обвешанным техниками с ног до головы, как новогодняя елка гирляндами.

Что ни говори, а бегать за волком босиком мне еще не доводилось! Альфа исчез из виду так быстро, что я даже разглядеть его толком не успел. Ну и черт с ним, не он сегодня моя цель. Вообще, мастер Ли не ставил никаких ограничений, так что я решил не лезть на рожон и ограничиться слабаком.

Омега – больной, старый или же наоборот, самый молодой член стаи. Разрыв сил между ним и альфой настолько велик, что последний даже не считает его сородичем и никогда не станет защищать. Отщепенец, которого не жалко. Вот он-то и станет моей добычей!

Мог ли я раньше подумать, что самым сложным в охоте на волка станет не одолеть, а догнать его? Даже под усилением я знатно хромал, что скорости мне, естественно, не прибавляло. А вот омега оказался на редкость прыток! Он несся вперед, будто боролся со мной за олимпийское золото! Впрочем, сейчас он видел во мне угрозу своей жизни, а жизнь куда дороже золота!

Пришлось попотеть, но волка я все-таки догнал. Оказавшись рядом с ним, я пинком изменил его траекторию, отправив на свидание с ближайшим деревом. Не имея возможности ни уклониться, ни остановиться, зверь влетел в него на полной скорости.

Удар оказался столь силен, что ствол треснул и сильно накренился. Поначалу я даже испугался, что волк умер, но обошлось. Пролежав меньше минуты, волк поднялся, тряхнул головой, после чего упер в меня взгляд полный ненависти и страха.

Он явно устал, а возможно, просто понял, что убегать бесполезно. Как бы там ни было, он решил принять свой последний бой, дабы умереть смертью достойной грозного хищника, а не дворовой шавки.

– Давай, нападай! – позвал я, призывно помахивая рукой.

Возможно, со стороны я казался уверенным в себе повелителем джунглей, но на самом деле у меня тряслись поджилки. Волк! Передо мной стоит волк! А ведь у меня не то что «волкобоя», даже ножа нет! Да и чем бы помог в такой ситуации нож? Шкуру волка только из крупного калибра пробить можно.

«Спокойно! – приказал я себе. – Вспоминай, чему учил тебя мастер Ли!»

Но погрузиться в воспоминания не вышло – волк стремительно напал. Одним прыжком сократил дистанцию, еще в полете разинул пасть, полную острых зубов. Когти его нацелились на мой живот с неприкрытой целью выпустить из меня всю требуху.

Нет уж, дудки!

Ускорение работало как надо, время текло медленно, а реакция ускорилась. Я видел каждое движение волка, а потому мне не составило труда уйти от его атаки в сторону, чтобы прервать его грациозный полет совсем не грациозным пинком в бок.

Должно быть от страха я влил в этот удар слишком много силы. Волк улетел прочь, будто его поезд сбил! Короткий полет – и он впечатался в ближайшее дерево, оказавшееся достаточно крепким, чтобы не сломаться от страшного удара.

– Похоже, это становится традицией! – нервно хохотнул я, наблюдая за попыткой волка подняться.

В ответ на мои слова волк зарычал. С трудом встав на лапы, он вновь стремительно бросился в атаку. Правда, стремительным его движения мог называть лишь обычный человек, мне же его движения казались неторопливыми, плавными.

Я вполне мог опять провернуть трюк с пинком, но страх уже прошел, его сменил азарт! Появилось желание опробовать другие техники, узнать предел своих возможностей. Поэтому я подождал, пока зверь не приблизится вплотную, а затем активировал щит прямо у него на пути.

От удара меня отбросило назад, и я как-то неожиданно оказался на земле, больно приложившись о нее спиной. Удар выбил из легких весь воздух. Концентрация сбилась, щит мгновенно пропал. В течение нескольких секунд я лежал, открывая и закрывая рот, силясь вдохнуть хоть немного кислорода.

Тем временем волк перенял инициативу. Он не стал терять времени даром. Как и полагается хищнику, он решил немедленно добить поверженную жертву! Я еще не пришел в себя, а он уже нависал надо мной, его разинутая пасть сулила мне боль и смерть.

Было ли мне страшно? Да, пожалуй. Однако страх не сковал мой разум, я инстинктивно укрепил кожу, не скупясь вливая в технику энергию. Волк укусил меня за шею, намереваясь закончить все сразу. Я ощутил, как его челюсть смыкается на коже, как растет давление. Но боли не было, лишь легкий зуд в месте укуса.

Волк давил все сильнее, его зубы с противным скрежетом скользили по коже. Я знал, что легко могу сбросить его или даже убить, но мне стало любопытно, сумеет ли он преодолеть укрепление?

Не сумел. Отпрянул, в недоумении глядя на, казалось бы, поверженную жертву, что неожиданно оказалась крепким орешком. Снизив плотность кожи, чтобы иметь возможность двигаться, я усиленной рукой нанес удар зверю в корпус.

На этот раз я дозировал силу правильно, волка не отбросило, но сбило с ног, так что вскоре мы с ним поменялись ролями. Теперь он лежал на спине, а я возвышался над ним, скаля зубы в хищной улыбке. Осознание собственной силы пьянило не хуже шампанского.

– Ну что, сдаешься? – спросил я волка.

Естественно, сдаваться он и не подумал! Зверь замахнулся передней лапой, явно не в состоянии расстаться с мыслью о моей теплой требухе. Я отскочил в сторону, выходя из зоны удара, но волк, казалось, только этого и ждал! Он ловко лягнул меня задней лапой и на этот раз когти настигли свою цель.

Укрепления оказалось недостаточно, когти волка вспороли мою многострадальческую левую ногу от колена до бедра. Брызнула кровь, я зашипел от боли, но отступать не стал. Вместо этого немедленно контратаковал, прописав хук в челюсть, не забыв усилить и укрепить кулак.

Снова брызнула кровь, на сей раз уже не моя. Волк жалобно взвыл, мотнул головой в мою сторону как-то нелепо щелкнув челюстью. Это он что, укусить меня пытался? Волк попробовал подняться на лапы, но не смог устоять и грохнулся на землю.

– Как тебе такое, а? Сволочь хитрожопая!

Я стоял над волком, стараясь унять дыхание. Несмотря на боль в ноге, в душе моей царило ликование. Есть! Победа! Я смотрел на поверженного монстра и не мог поверить в случившееся. Волк, гроза лесов, опаснейший хищник, годами нагонявший страх на людей, барахтался сейчас передо мной, до полусмерти забитый кулаками! Это было настолько немыслимо, что просто не укладывалось у меня в голове.

Отдышавшись, я первым делом направил побольше энергии в раны, чтобы как можно быстрее остановить кровь. А ее натекло немало! Рану щипало, кожа вокруг нее зудела, будто у чесоточного, но энергия исправно делала свое дело, так что поток крови резко замедлился, а вскоре и вовсе иссяк.

Занимаясь раной, я не на секунду не забывал о волке, понимая, что он вот-вот придет в себя и вновь атакует. При этом в моей голове вертелся один единственный вопрос. А что, собственно, мне с ним теперь делать? Мастер Ли велел одолеть волка не убивая его, но не сказал, как поступать дальше. Посадить на поводок и привести к хижине?

– Ну что, Тузик, пойдешь к нам жить, а? Будку тебе сколотим, станешь дом охранять!

Я даже улыбнулся, представив себе эту картину: здоровенный волчара, пожевывая косточку, сидит на цепи у полуразвалившейся хижины и брешет на случайно забредших путников.

Волк скромно промолчал в ответ на мое щедрое предложение, так что в итоге я не придумал ничего лучше, чем связать его щупом, а затем под усилением закинуть себе на плечо. Как ни крути, а предъявить волка наставнику надо, без этого он мне экзамен не зачтет.

Безошибочно сориентировавшись, я направился к хижине. Но не успел сделать и пары шагов, как сзади раздался знакомый голос.

– Более нелепого сражения я не наблюдал за всю свою жизнь!

За моей спиной, в какой-то паре шагов стоял мастер Ли. И как он только умудрился подойти незамеченным?! Я ведь ни на секунду не ослаблял бдительности!

– Может и нелепо, но задание ваше я выполнил! – ответил я на этот выпад, скидывая волка обратно на землю. – Что с ним теперь делать-то?

– Отпустить, конечно.

– Так он же нападет!

– Не нападет, – заверил меня старик, а в следующий миг мой щуп пропал, будто и не было его.

Эх, а ведь развоплощению чужих техник он меня так и не научил!

– Такому нельзя научить, тебе придется самому разобраться, – сказал мастер Ли, будто прочитав мои мысли. – Верь в себя, у тебя все еще впереди, когда-нибудь тоже так сможешь.

Оставалось только верить ему на слово. Волк, кстати, действительно не стал нападать. Оказавшись на свободе, он посмотрел на нас как-то растерянно, будто не понимая, что ему теперь делать.

– Уходи, мы не пойдем за тобой, – сказал ему мастер Ли.

И волк, казалось, понял его слова. Он стал медленно, с недоверием, пятиться от нас к зарослям. Зверь не выпускал нас из виду, пока не достиг деревьев, а затем повернулся и исчез в зарослях.

Глава 18: Старый знакомый

Следующие несколько дней прошли однообразно. Я много медитировал, стараясь восполнить бездарно, со слов наставника, истраченную энергию. Прерывался я лишь для того, чтобы перекусить или устроить с учителем спарринг, который не выходил за рамки обычной драки.

Почти санаторий!

За это время рана на бедре затянулась, а нога отросла до конца, радуя меня тонкими и розовыми, как сосиски, пальцами. И хотя я все еще хромал, зато хромал без костылей.

Подумать только, без малого год я был одноногим калекой, а теперь снова хожу на двух ногах! Привыкнуть к этому оказалось куда проще, чем к увечью. Вероятно, это потому, что я никогда до конца не верил, что останусь одноногим.

Однажды утром случилось то, чего я так долго ждал и к чему стремился. Мастер Ли устроил мне серьезное испытание, заставив драться на пределе своих возможностей. Он победил в десяти схватках из десяти, но один разок я таки сумел повалить его на землю.

Наверное, странно гордиться тем, что опрокинул старика, но я гордился! Себе в оправдание могу сказать лишь то, что стариком мастер Ли был вовсе не простым.

– На сегодня хватит, – решил наставник, когда я в очередной раз оказался бит. – Ты истощил запас силы, отправляйся медитировать. Завтра у тебя свободный день, а потом ты уйдешь.

Не скажу, что эти слова застали меня врасплох. О том, что моя учеба подходит к концу, он объявил еще месяц назад. Ждали мы лишь полного восстановления ноги, но поскольку ходить я теперь могу, а учить меня больше нечему, уйти – это вполне логичный и закономерный итог.

И все же, мне было грустно! Больше десяти месяцев прошло с тех пор, как я познакомился со стариком. За это время я успел с ним не просто сдружиться, а скорее сродниться. Я был столь многим ему обязан! Он не просто спас мне жизнь, он подарил мне смысл и силы жить дальше, а это куда ценнее.

Нет, я ни на йоту не верил в сказку о великой миссии предков, зато верил в месть! Жажда крови никуда не делась за прошедшие месяцы. Кровожадный монстр лишь затаился в глубине души, будто в глубокой пещере.

Да и мастер Ли, даром что буддист, никогда не пытался привить мне мысли о второй щеке. Напротив, он даже поощрял мой гнев, поскольку видел в нем источник силы, что заставлял меня учиться усерднее.

И вот, первый звоночек дан. Спящий монстр заворочался на своем ложе, готовый пробудиться в любой момент. Насколько бы мне не было жаль оставлять старика, огонь, что разожгли во мне его слова, гнал вперед.

Два дня пролетели как один час. Я много медитировал, много спал, много ел, стараясь отложить на бока побольше жира. Ведь кто знает, когда вновь удастся полноценно набить брюхо!

Все это время мы с мастером Ли почти не разговаривали. Он вел себя так, будто я уже ушел, почти не замечая моего присутствия, ну а я просто не знал, что ему сказать.

И вот настал час расставания. Мы как обычно завтракали, а в конце трапезы старик неожиданно сказал:

– Дай свою руку, – он пальцем указал на мою правую конечность, в которой я по-прежнему сжимал ложку.

Я подчинился, гадая, что он собрался делать. На всякий случай даже укрепил кожу, что не ускользнуло от внимательных глаз старика. Он улыбнулся краешком губ и одобрительно кивнул, хваля за бдительность.

Но ничего страшного не произошло. Он лишь двумя пальцами прикоснулся к браслету, к которому я привык настолько, что перестал замечать. Я ощутил короткий импульс силы, которую он направил в браслет, и тот внезапно раскрылся.

– Он больше тебе не нужен, – пояснил свои действия мастер Ли. – Отныне ты не ученик.

– Кто же я тогда?

– На этот вопрос тебе придется ответить самому.

Мастер Ли одним движением защелкнул замок браслета, а затем протянул его мне.

– Возьми, однажды ты встретишь достойного ученика, которому захочешь передать свой опыт, свои техники. Этот браслет поможет ему на первых этапах обучения, как помог тебе, а до тебя помогал тысячам других.

– А как же вы? – изумился я, не решаясь прикоснуться к подарку.

– Я уже стар, жизнь моя подходит к концу. Плохо будет, если после моей смерти браслет не обретет нового хозяина.

Его слова не убедили меня, он понял это по моему упрямому взгляду. Тяжело вздохнув, старик продолжил:

– Обычно перед смертью мастер встречает того, кого назначает своим преемником. Мне очень повезло, поскольку я умудрился встретить сразу двух таких людей. А значит, мой долг перед будущим уплачен сполна.

Если один – это я, то кто второй? Это он про прошлого ученика вспоминает? Того самого, кто выдумал прятать под покровом кислородный баллон? Меня неожиданно кольнула ревность. Я ощутил себя ребенком, которому напомнили о талантливом старшем брате.

– Мастер, да вы еще о-го-го! – улыбнулся я старику. – Вам не то, что о смерти, о пенсии рано думать! Да и не гожусь я в преемники, сколько я там выучил? Вы куда сильнее меня!

– В твоем возрасте я не знал и десятой доли того, чему обучен ты! – твердо сказал старик. – Что до смерти, то она идет за мной по пятам уже много лет, просто сейчас я ощущаю смрад ее дыхания куда сильнее, чем прежде.

– Дыхание смерти? О чем вы, мастер?

– Ты лишь у истока своего пути, поэтому тебе сейчас трудно принять мои слова, но однажды ты поймешь.

Тут мастер ошибся, я уже понимал, о чем он говорит. Понял это в тот момент, когда увидел его ослабевшего, почти полностью лишенного духовной энергии. Ядро. Оно не только дарует нам силу, но и позволяет растянуть жизнь, отсрочив старость. Вот только однажды ядро начнет сжиматься, медленно, но неотвратимо. Это может продлиться годы, даже десятилетия, но конец всегда один. Настанет момент, когда ядро зачахнет совсем, и в этот день настанет час расплаты.

От этой мысли стало жутко, аж мурашки по спине пробежали! Старик заметил мое состояние, он тепло улыбнулся и вновь подтолкнул ко мне браслет.

– Бери! У тебя вся жизнь впереди, пусть не сейчас, но однажды ты превзойдешь меня. Бери уже, и не посрами имени своего наставника, последнего мастера школы «Янтарного тигра»!

Я понял, что если откажусь от прощального дара, то нанесу мастеру смертельную обиду. Осторожно, двумя пальцами я взял браслет. Тот откликнулся мне, послав слабую волну энергии. Я инстинктивно сделал в ответ тоже самое. Впитав мою энергию, браслет потеплел, и так я понял, что он признал меня своим новым хозяином.

– Мастер, вы… – начал было я, но старик довольно резко перебил меня.

– Хватит обо мне! Если поел, то собирайся, я уложу тебе немного еды в дорогу.

Собираться? Нищему собраться – подпоясаться! Ну а мне даже подпоясываться нечем. Пояс со всем полезным барахлом, что на нем было, остался где-то между местом гибели колонны и хижиной мастера Ли.

Собирался я недолго. Снял с вешалки куртку, взял ботинок, сиротливо стоявший в углу. Понятия не имею, зачем он мне нужен, но решил не оставлять. Браслет я сунул в карман куртки, которую решил надеть, несмотря на зарождающуюся жару.

Собственно, на этом сборы подошли к концу.

К этому времени в хижине я был один. Учитель уже ждал меня снаружи с небольшой котомкой в руках. Он протянул ее мне, а затем пальцем указал направление.

– Деревня, что сокрыта туманом, в той стороне, – поведал мне старик. – Ведь ты туда держал свой путь?

Я кивнул. Вообще-то я еще не решил, куда стоит направиться сначала, но посетить загадочную область, из-за которой заварилась вся эта каша, в любом случае стоит.

– Далеко?

– Примерно в дне пути.

День пути?! Так ведь это максимум километров десять по прямой, если, конечно, не гнать по верхушкам деревьев в стиле ниндзя-комиксов. Но как такое возможно? От места гибели колонны до туманного поселения оставалось около сотни километров! Это что же, я умудрился проползти с одной ногой порядка девяносто километров?!

Бред!

Мне почему-то вспомнился сон, в котором я ехал верхом на одноглазом волке. А вдруг это был не сон? Да ну, точно бред! Я даже тряхнул головой, чтобы изгнать из головы эти глупые мысли. Мастер Ли просто ошибся, другого объяснения быть не может.

– Вы там бывали? – спросил я, в надежде прояснить ситуацию.

– Лишь раз, набрел случайно, когда искал плоды дикой капусты. Больше я туда не возвращался.

– Почему?

– Поймешь, когда сам там побываешь, – уклончиво ответил старик.

На этом мы распрощались. Он не протянул мне руку для рукопожатия, зато церемонно поклонился, сложив руки на груди. Я повторил за ним этот жест, после чего старик направился обратно в хижину, ни разу не оглянувшись.

Хлопнула дверь, и вот я снова остался один, лишь котомка в моих руках напоминала, что мастер Ли – не плод моего воображения.

Перед тем, как покинуть поляну, ставшую мне домом почти на год, я решил оставить возле хижины маячок – еще одна хитрость из уроков мастера Ли, позволяющая ощущать направление отмеченных мест. Продержится он, правда, всего несколько месяцев, да и ощутить его можно лишь с расстояния в десять километров, но это лучше, чем совсем ничего.

Сформированный энергетический сгусток, после минутного колебания, я поместил в салон разбитой «Тойоты». Теперь при желании я смогу засечь направление хижины.

Зачем? Я и сам толком не понял, но лишим не будет. Вдруг на обратном пути я захочу навестить старика? Если, конечно, до этого он сам не разрушит маячок. Ощутить его может только владелец, для всех остальных его энергия неотличима от фона, навроде кустарника или молодого деревца. Но тем не менее, я был уверен, что если мастер захочет, то быстро его обнаружит.

Что ж, дело сделано, пора в путь! Я не стал жевать сопли. Аки добрый молодец, повернулся к лесу передом, а к избе задом и, по примеру мастера Ли, не оглядываясь зашагал прочь.

Сходу взял бодрый темп, но далеко не ушел. Нога разболелась уже после километра такого марша. Да и устала она знатно, утраченная мышечная масса еще не вернулась.

Немного отдохнув, я вновь отправился в путь, но на этот раз куда медленнее.

По совету мастера Ли я выпустил немного энергии, чтобы отпугнуть тварей и зомби-жуков. Она распылилась вокруг меня, создавая эдакую невидимую ауру. Что ж, если старик не обманул, то в пути меня никто не побеспокоит.

Звериную тропу искать не стал, пошел напрямую, петляя между деревьями. Укрепление стоп позволяло не задумываться о неровной почве, усиленное зрение и реакция помогали быстро находить самые короткие пути.

Вскоре мне надоело плестись как черепаха. Укрепив и усилив ноги, я смог перейти на бег, не опасаясь сломать хрупкую кость или порвать нежную связку еще неокрепшей ноги. Правда, иногда встречались такие заросли, что приходилось замедляться, и даже делать остановки для поиска лаза.

Тем не менее путь мой проходил достаточно легко. Твари не беспокоили меня, а я не беспокоил их. Один раз на пути мне встретился волк. На глаза он не показывался, но я ощутил его присутствие благодаря сонару.

Зверь дернулся было в мою сторону, и я напрягся, готовясь отражать его атаку. Однако этого не потребовалось, поскольку слова мастера Ли оказались чистой правдой. В каком-то десятке метров от меня волк остановился так резко, будто налетел на бетонную стену, а затем круто развернулся и рванул прочь.

Несмотря на усиление, ноги начали уставать примерно к обеду. Как ни хотелось продолжить путь, но пришлось сделать перерыв. Я решил совместить приятное с полезным, то бишь набить во время отдыха брюхо! В котомке оказались ломтики копченого мяса и бутылка воды.

На пару дней хватит, если не сильно налегать.

Мастер Ли, похоже, все-таки ошибся. Близился конец дня, а я даже в зону тумана еще не вошел. Пользуясь последними лучами солнца, я забрался на верхушку дерева, но деревни не увидел.

Правда далеко впереди, не меньше чем в пяти километрах от меня, над деревьями нависала плотная туманная дымка. Что ж, с направлением мастер не ошибся, видимо он просто переоценил мои силы. Оставаясь лишь догадываться, на каких скоростях гнал он сам, раз успел добраться до поселения всего за день.

Ночь я провел под деревом, ставшим мне наблюдательным пунктом, а наутро продолжил путь, решив для себя, что уж сегодня-то обязательно дойду до деревни! Иначе совсем уважать себя перестану…

К середине дня я был уже совсем близок к цели, о чем свидетельствовал легкий туман, обволакивающий все вокруг. Я остановился и опасливо принюхался к нему, но не ощутил постороннего запаха.

Самочувствие тоже было нормальным – во всяком случае, пока. Поэтому я решил продолжить путь, но на всякий случай снизил скорость. Я шел, продолжая принюхиваться, но никакого постороннего запаха так и не появилось.

Успокоившись, я вновь разогнался, но ненадолго. В какой-то момент я ощутил сонаром чье-то близкое присутствие. Сбился с темпа, перешел на шаг. Кто это? Некто большой и довольно сильный находился примерно в полукилометре справа от моего текущего маршрута.

– Просто иди мимо! – шепотом посоветовал я себе.

«А если деревенские окажутся враждебны? Тогда мне придется отступать и вполне вероятно этим же путем. Стоит ли оставлять за спиной неизвестную тварь?» – думал я.

Эти мысли заставили меня изменить маршрут, круто свернув вправо. Я стал осторожно пробираться вперед, стараясь не наделать шума. Но несмотря на все старания, тварь меня заметила. Уж не знаю услышала или почуяла как-то, но она вдруг резко пошла со мной на сближение.

«Совсем не боится, – с удивлением отметил я поведение твари, – наверное, очень сильная!»

Кто бы это мог быть? Волки отпадают сразу, эти бежали, едва ощутив мою ауру. Живоглот? Возможно, с этим пока не пересекался.

Гадать пришлось недолго: не прошло и минуты, как из-за деревьев показалась вытянутая морда с двумя желтыми глазами, которые с любопытством наблюдали за мной с высоты примерно трех метров.

Вслед за мордой чудище предстало передо мной целиком. Мощные задние лапы, непропорционально длинные передние и, конечно же, длинный массивный хвост. Да это же лесной царь!

При виде монстра неприятно засосало под ложечкой. Мой бой с волком прошел тяжело, а ведь волк в сравнении с этой махиной, что окунь рядом с акулой! Тут я не отделаюсь так легко, тем более что рядом нет мастера Ли, который вселял в меня уверенность одним своим присутствием.

И ведь опять я совсем без оружия! Почему-то вспомнился старенький «ТТ», верой и правдой прослуживший мне больше пяти лет и оставленный ржаветь где-то близ места разгрома колонны. Хотя тут он бы мне не помог, тут пулемет нужен и желательно не один. С другой сторон, сейчас я сам себе оружие, молниеносное и смертоносное!

Лесной царь радостно заурчал, явно предвкушая неожиданную пирушку. Ну еще бы! Кожаный мешок, один одинешенек, совсем без оружия. Что может пойти не так? Моя аура его не сильно впечатлила, но оно и понятно, от него самого фонило такой силой, что поневоле подмывало бежать без оглядки!

Это что же выходит, у него тоже есть ядро? Если так, то пользоваться регенерацией он явно не научился. Все туловище твари было испещрено шрамами, а правая конечность оказалась лишена ладони, вместо нее там было какое-то месиво из плоти, костей и кое-как наросшей поверх них кожи.

А ведь знакомые раны! Не этого ли голубчика мы встретили на пути к гипермаркету?

Спящий во мне монстр заворочался. Ненависти к этому лесному ублюдку я испытывал не меньше, чем к убийцам моей семьи. Мне дико захотелось увидеть, как эти желтые глаза тухнут в предсмертной агонии.

– Ты куда Саню дел, сволочь? – зло спросил я, активируя техники.

Скупиться на энергию не стал! Транс на полную, укрепление и усиление тоже. Мастера Ли рядом нет, упрекнуть в расточительстве меня сейчас некому, а рисковать, ввязываясь в экономный бой с этой тушей, я точно не стану. Видел я, на что эта паскудина способна.

Видимо, моя аура резко изменилась, поскольку лесной царь вдруг заколебался. Рычание из грозного сменилось нерешительным. Он замер, глядя на меня с подозрением.

– Чего телишься? Нападай! – крикнул я и не узнал собственного голоса, столько ярости в нем было.

Дремавший во мне монстр проснулся. Нет, не до конца, можно сказать, он пока лишь только пробудился, но этого хватило, чтобы я не стал дожидаться действий со стороны твари, а сам рванул в атаку.

– Ты мне ответишь за Саню, гад! На куски разорву! Ррррр…

Ярость подстегивала меня, но мозг не затуманила. Я четко просчитывал каждый шаг, каждую порцию силы. Все, как учил мастер Ли. Когда мы с тварью сошлись, я сразу же нырнул под несущуюся мне навстречу когтистую пятерню, а затем со всей дури врезал кулаком под коленную чашечку столь удачно подставившейся ноги твари.

Раздался смачный хруст, руку затопил океан боли.

«Сломал!» – в ужасе подумал я.

Тем не менее я не стал прерывать движения. Оказавшись сзади твари, ладонью уже другой руки рубанул по хвосту. В момент удара я по максимуму укрепил всю руку, одновременно сгустив энергию на конце ладони, превращая ее в топор.

Мастер Ли на моих глазах такими ударами камни располовинивал! Причем не мелкие, а солидные валуны. У меня так лихо еще ни разу не получилось, но надежды я не терял, а потому не задумываясь применил прием.

Удар оказался страшен! Хвост твари практически оторвало, правда и руку мне отняло так, что она повисла плетью. Боли не было, но я не сильно обнадеживался на этот счет. Спадет онемение – мало не покажется!

Тварь ничего не смогла сделать в ответ на столь неожиданную атаку. Она еще только начала оборачиваться, а я уже разорвал дистанцию.

Правая рука ныла, но, к счастью, обошлось без перелома. Просто костяшки сбил и вывих локтевого сустава заработал. Ерунда! Быстро вправив вывих, я направил к поврежденным областям поток энергии. Боль уменьшилась, но совсем не ушла.

Да уж, ближайшие пару дней на эту руку лучше особо не рассчитывать. Вторая рука тоже пока небоеспособна, остаются только ноги. И зубы. Хотя кусать эту мерзость я точно не решусь…

Закончив с осмотром себя любимого, я переключился на лесного царя. А ему досталось сильно! Выбитый сустав перестал гнуться, так что монстр заметно прихрамывал на поврежденную ногу. Хвост не отвалился, но повис плетью, из грозного оружия превратившись в помеху. Похоже основательно я там все перерубил!

Тварь это тоже поняла и пришла в неописуемую ярость! Она ринулась ко мне со всей доступной скоростью, а я стоял и ждал, наблюдая за тем, как она медленно ковыляет в мою сторону.

– Гляди-ка, мы теперь на равных! – усмехнулся я и тоже похромал навстречу твари, правда, куда быстрее и увереннее.

Битва двух калек состоялась лишь через несколько секунд. Тварь вновь ударила пятерней, а я, вместо того чтобы увернуться, выставил щит и одновременно запустил в тварь щуп. Щит принял на себя удар, но меня не отбросило, поскольку материализовавшийся щуп обвил твари шею. Фактически, ударив меня, тварь нанесла урон и себе.

А что если…

Я потянулся через щуп к жизненной энергии твари. Да простит меня мастер Ли, но гадину эту мне не жало! Жизнь бурлила внутри твари, однако испить из этого колодца у меня не вышло. Я будто на невидимую стену налетел! Чую силу, а прикоснуться к ней не могу.

Я так растерялся, что пропустил пинок твари. Благо укрепленное тело выдержало, но все равно было больно! На пару мгновений я даже потерял сознание, очнулся лежа на земле, метрах в пяти от бредущей ко мне твари.

Живот болел, спина тоже. Похоже, влетел в дерево. Что ж, теперь я понимаю, какого было тому волку, на которого я не так давно охотился. Бедняга! Это я про себя, конечно же, волка-то мне жалко не было, а вот себя очень даже!

С трудом поднялся, грудь сдавило болью. Опять ребра сломал! Причем явно не парочку. Хорошо хоть кровью не кашляю.

Тварь напала, когда я уже более-менее оклемался. На сей раз я не стал ставить щит – собьет с ног. Вместо этого врубил покров, мгновенно лишившись зрения и слуха. Еще секунда и зрение вернулось. Щуп показывал, как тварь остервенело лупит меня всеми дееспособными конечностями. Меня мотало из стороны в сторону, но ударов я совсем не ощущал.

Устав от избиений, тварь решила, что пора перекусить. Могучая пасть сомкнулась на моей голове, а мне только этого было и надо! Ухватившись одной рукой за верхнюю челюсть, а другой за нижнюю, я без труда разомкнул их, но не остановился на этом, продолжил разводить руки в разные стороны с твердым намерением порвать твари пасть аки Кинг-Конг!

Увы, длины рук не хватило. Пасть твари оказалась куда более гибкой, чем казалась на первый взгляд. В любом случае, порвать ее у меня не вышло, а воздух начал предательски подходить к концу.

Нужно было что-то срочно придумать, как-то одолеть тварь, иначе мне конец. Я не питал иллюзий насчет своей скорости. Едва спадет покров, тварь разорвет меня на куски в считанные мгновения. Даже сейчас ее здоровая лапа полосует меня когтями, тут никак увернуться не получится.

Ума мне хватило лишь на то, чтобы схватить тварь за язык да со всей дури дернуть его на себя, одновременно упираясь ногами твари в шею. Тот на удивление легко поддался, выскакивая наружу вместе с кусками плоти и добрым ведром крови.

Твари это ой как не понравилось! Она одним ударом отшвырнула меня прочь, сделала пару шагов назад, а затем упала навзничь и задрожала всем телом, будто в эпилептическом припадке.

Покров я снял, не дожидаясь, пока тварь оклемается. Вдохнул полной грудью воздух, буквально пропитанный запахом крови. Сморщился от резкой боли в сломанных ребрах. Ну да, сидя под покровом я совсем про них позабыл, а вот они про меня прекрасно помнили и поспешили дать о себе знать.

– Измотала, сволочь! – с трудом выдавил я из себя.

Тварь все еще лежала, так что я тоже не торопился вставать. Кое-как отдышался, медленно поднялся и осторожно похромал к мелко вздрагивающей туше, готовясь в любой момент накинуть на себя покров.

Энергии, кстати, оставалось не так уж и много. Мастер Ли учил меня, что если «бак» ядра опустеет наполовину, то нужно бежать. Моя энергия просела даже ниже половины, причем в пылу сражения я даже не понял, что именно сожрало столько сил.

Тварь умирала. Это я понял, едва подошел к ней поближе. Она лежала на боку, из разинутой пасти натекло целое озеро крови, и поток этот даже не думал останавливаться.

– Это что же такое важное я оторвал тебе вместе с языком?

Тварь, естественно, на мой вопрос ответить не могла. Вздрогнув еще пару раз, она замерла. Я смотрел в ее желтые глаза до тех пор, пока они не потухли. Монстр внутри меня одобрительно заурчал, испытывая удовлетворение.

Что ж, во всяком случае за Саню я отомстил!

Глава 19: В тумане

Два дня я провел рядом с трупом поверженной твари. Именно столько времени потребовалось на восстановление избитого, в прямом смысле слова, организма. Хуже всего пришлось левой ноге. Перегрузил я ее маленько: вначале стремительным марш-броском, а затем эпичной битвой, при виде которой мастер Ли наверняка открестился бы от меня как от ученика.

Нежная плоть ноги воспалилась сразу в нескольких местах, суставы отекли, мышцы и жилы болели от любой нагрузки. Так что ходить я не решался, просто лежал на земле бесцельно пялясь в небо.

Ел, пил, медитировал.

Меня очень беспокоил тот факт, что против боли в ноге не помогали ни сон, ни поток вливаемой в нее энергии. Видимо дело совсем труба, раз даже регенерация не справлялась. Подозреваю, без нее мне настал бы полный и безоговорочный кирдык!

Но, к моему счастью, регенерация работала пусть и медленно, но верно! На второй день боль стала терпимой, а отеки совсем прошли. Я решил, что этого достаточно и можно продолжить путь.

Подтолкнуло меня к этому решению еще и то, что еда подошла к концу. Последний кусок мяса я съел вчера за ужином, а сегодня утром проснулся от недовольного бурчания пустого желудка.

Несмотря на голод, на труп лесного царя я не позарился. Нафиг эту мерзость жрать! Мало ли, чем он там питался? Людьми так точно не брезговал. Кстати, монстры тоже обходили тело твари стороной. Хотя, возможно, тут сыграл факт моего присутствия: вчера я засек пробегавшую мимо стаю волков, которая резко свернула в сторону, не добегая до поляны добрый километр.

Труп монстра уже начал ощутимо пованивать и это стало причиной номер два, почему я хотел поскорее отсюда свалить. Морщась от едкого запаха и дискомфорта в ноге, я поднялся. Сделал пару шагов, а затем остановился, ощутив, как дискомфорт переходит в боль. Тревожную, пульсирующую боль, нарастающую с каждым шагом. И хотя боль не шла в сравнение с той, что я ощущал вчера, но ситуация мне очень не понравилась.

Укреплять и усиливать ногу я не решился. Я сделал это, когда бежал сюда, сделал во время боя с лесным царем, и сейчас, похоже, расплачиваюсь за свой опрометчивый поступок. Ноге явно нужны покой, время и энергия.

Рисковать, отправляясь в путь с такой ногой не хотелось, но и оставаться тут тоже не вариант. Еще день-два и от трупа начнет так смердеть, что я банально задохнусь! Пораскинув мозгами, я решил не изобретать велосипед, а пойти проверенным путем.

Усилил руки, оторвал от дерева ветку потолще, и после пары минут кропотливого труда у меня в руках оказался вполне сносный костыль! Еще несколько минут я потратил на то, чтобы подогнать под себя обновку, и был готов хромать дальше.

Но, прежде чем отправляться в путь, я решил заглянуть туда, где лесной царь отсиживался, пока не заметил меня. Сонар ничего не показывал в том направлении, но чуйка требовала осмотреть все своими глазами. В прошлый раз мы наткнулись на тварь, когда она хозяйничала на островке, вдруг и здесь так же?

А там глядишь, чего полезного найду. Может консервы или одежду. А еще лучше обувь! Укрепленная стопа справлялась отлично, но с нормальными ботинками все же лучше.

Штаны тоже необходимо сменить, а то они напоминают «элегантные шорты» из знаменитого кинофильма про приключения мужика с бриллиантами в гипсе. Как бомж я выгляжу, в общем. А мне, между прочим, в обществе надо показаться! Вот дойду до той самой деревни, а как на глаза местным жителям показываться?

Стыд и срам!

Так что, несмотря на боль и откровенную лень я похромал в сторону предполагаемого островка. С направлением проблем не возникло. Тварь так торопилась познакомиться со мной поближе, что оставила за собой довольно широкую просеку.

Вот по ней-то я и двинулся, активно отбивая такт костылем. Идти пришлось недалеко, метров триста. Увы, никакого островка не оказалось и в помине. Я сразу понял это, оказавшись на месте, а в том, что я на месте, сомнений не возникло. И не только потому, что просека вдруг закончилась…

Запах!

На небольшой поляне, куда завела меня просека, воняло дерьмом. И воняло настолько сильно, что нос пришлось прикрыть рукавом! В самом центре поляны была свалена здоровенная куча веток, будто кто-то собирался разжечь гигантский костер.

Все пространство вокруг этой кучи оказалось истоптано великанскими лапами лесного царя, будто он днями напролет вальсировал тут в гордом одиночестве. Хотя, кто сказал, что в одиночестве? То, что сейчас я никого не наблюдаю поблизости, еще ни о чем не говорит! Сородичи монстра могли просто разойтись по делам.

Поляна располагалась под небольшим уклоном, причем ее верхний край упирался в склон, а нижний заканчивался глубоким оврагом. Или провалом? В моем положении один черт – непроходимая местность!

Я остановился и прислушался – где-то вдалеке журчал ручеек.

«Надо будет обязательно его найти и наполнить бутылку водой!» – сделал я себе мысленную пометку.

Оглядываясь по сторонам, я медленно двинулся по краю поляны, намереваясь обойти ее по кругу. К оврагу решил близко не подходить. Мало ли какая там почва по краям? Свалюсь, потом назад не выберусь! Да и ногу жаль, такого полета она точно не перенесет. Чего доброго, еще придется ее оттяпать да отращивать по новой.

В общем, мимо оврага я проковылял быстро, а вот у склона задержался. Ого, да ведь тут пещера! Малозаметная, поскольку проход в нее шел не напрямую, а под углом в сторону и с небольшим уклоном вниз. Проход при этом оказался достаточно широк, чтобы по нему спокойно мог пройти некто крупный.

Логово, вот что это!

Торопясь заглянуть внутрь, я неосторожно подошел слишком близко к проему, о чем немедленно пожалел! Из пещеры разило так, что на глаза навернулись слезы. Желудок решительно потребовал свободы для своего содержимого, благо освобождать было практически нечего.

Отблевавшись и отплевавшись, я отполз подальше от этой зловонной норы, гадая: логово это или общественный сортир местного лесного братства? От мысли, что мне придется туда лезть, вновь потянуло тошнить.

Нафиг-нафиг!

С мыслью об одежде и обуви я в любом случае уже распрощался. Будь там хоть целый гардероб, не взял бы даже носка! Там по-любому так все провоняло, что даже самый распоследний бомж не позарится.

Находиться рядом с пещерой было просто совершенно невозможно, хоть нос отрежь да выкинь! На всякий случай просканировав местность сонаром и не обнаружив ничего интересного, я заспешил к центру поляны.

Еще издали понял, что куча там вовсе не из веток сложена, а из костей. Видимо, наверху тварь жрала, а внизу спала и гадила. Ну, хоть не все в одном месте, хотя мне от этого не сильно легче.

От кучи костей тоже ощутимо попахивало, но по сравнению с запахом логова это был «Шанель номер пять»! Орудуя костылем, я осторожно поворошил кучу, не особо на что-то надеясь, но неожиданно заметил металлический блеск. Пересилив отвращение, протянул руку, обхватил холодный металл и потянул его на себя.

Находка порадовала! В руках у меня оказался автомат «Калашникова» сорок седьмой модели!

Весь в грязи, покрытый запекшейся кровью, но вполне рабочий, в чем я легко убедился, щелкнув затвором. Вылетевший цилиндрик патрона упал на землю в полуметре от моих ног. Я не поленился его поднять. Затем извлек магазин. Семь патронов в рожке, один в стволе и один у меня в руках. Почти треть магазина!

Странное дело, хотя автомат в моих руках был куда слабее этих самых рук, с ним я ощутил себя намного увереннее!

Закинув оружие за спину, я принялся дальше рыться в куче гнили, обходя ее то с одной, то с другой стороны. Увы, автомат оказался единственной находкой, так что полчаса спустя я уже покидал поляну, двигаясь в сторону ручья.

Ручей оказался мелким, а вода в нем ледяной до боли в зубах! Вдоволь напившись и умывшись, я доверху наполнил бутылку. Что ж, о себе позаботился, надо и об оружии подумать!

Взмахом ножа превратив «элегантные шорты» в обычные, я принялся старательно оттирать автомат от крови. Нелегкая задача! Кровь въелась в металл настолько, что смоченный в ручье кусок ткани едва с ней справлялся.

Но, как говорится, терпение и труд – все ототрут! Так что я терпеливо тер, пока не привел оружие в относительно приемлемый вид, а когда закончил, продолжил путь, прерванный два дня назад.

Чем дальше я шел, тем сильнее сгущался туман, хотя прямо непроглядным назвать его было нельзя. Метров на двадцать-тридцать видимость вполне неплохая. А вот небо было практически не видно, солнце же представляло собой тусклую желтоватую кляксу. Однако солнечные лучи кое-как пробивали себе путь сквозь мглу, так что света хватало.

Путь до деревни занял у меня весь день, так что с учетом вынужденного привала я добирался почти пять суток! Я представил себе мастера Ли, как он с жалостью смотрит на меня, будто на ушибленного в детстве дурочка, способного ходить только себе в штаны.

Стало стыдно.

О том, что поселение уже совсем рядом, оповестил запах. К счастью, на этот раз нормальный! Пахло костром, сдобой и еще чем-то настолько аппетитным, что слюни непроизвольно наполнили рот.

Сплюнув этот влажный ком, я сделал большой глоток воды, чем немного унял голод. А затем сделал глупость – активировал сонар. От резкой боли в голове я упал на четвереньки, закрыл глаза и постарался ни о чем не думать хотя бы пару минут.

Отпустило.

– Кретин безмозглый! – со стоном обругал я себя и зарекся в будущем использовать сонар рядом с населенными пунктами.

Собственно, сонар отработал как положено, отсканировав свой километр, и вернул назад информацию обо всем, что нашел. А нашел он людей. Причем не десяток, а несколько сотен!

И вся эта информация разом хлынула в мою глупую голову, перегрузив мозг до предела. Хвала всевышнему, что я отделался лишь головной болью, а ведь вполне мог отдать концы. Глупо и бесславно!

– Трижды идиот, четырежды дурак! – вновь обругал я себя.

От этого словесного самобичевания мне стало чуточку легче. Я снова присосался к бутылке, прикончив ее одним большим глотком. До деревни я уже добрался, так что нет смысла экономить.

Хотя, какая там к лесному царю деревня? До края с полкилометра, а значит сонаром я только краешек зацепил. И если все население не решило вдруг устроить собрание аккурат в зоне действия сонара, то тут не несколько сотен, а несколько тысячи человек живет! По нынешним меркам это уже не деревня, а полноценный город.

На ночь глядя в город я решил не соваться. Нашел себе местечко в кустарнике между двумя здоровенными баобабами, где благополучно задремал.

Проснулся наутро от собачьего лая. Даже не поверил вначале. Ну какие к лешему собаки? После исхода все «четвероногие друзья человека» сбились в стаи и стали вести себя совсем не по-дружески! А именно, принялись терроризировать своих бывших хозяев, нападая на них исподтишка. Расправились с ними быстро и без пощады. Лично я слова «пес» или «собака» года три уже не слышал, а если слышал, то исключительно в бранном смысле.

Однако мне не послышалось. Неподалеку действительно лаяла собака! Причем не одна, а как минимум две. Судя по звуку, порода не мелкая! На овчарку тянет или дога. Спустя секунду к лаю прибавились голоса. Сонный мозг еще не успел осознать происходящее, как кусты, в которых я так сладко почивал, зашуршали и передо мной появилась оскаленная морда немецкой овчарки.

От неожиданности я подался назад, прильнув спиной к влажному стволу дерева. Автомат при этом я прижал к груди, будто это кукла, а не оружие.

– Эээ… привет? – произнес я первое, что пришло на ум.

– Рада, млять, назад! Кому сказал? Назад, псина тупая! Куда тебя понесло?!

Вновь зашуршали кусты, рядом с мордой собаки показалось недовольное лицо совсем молодого паренька с пушком вместо бороды и слегка косившего на левый глаз.

– Привет, – повторил я парню.

– Здорова! – растерянно ответил тот.

Затем его глаза расширились, он резко подался назад, исчезая за плотной стеной кустов. В следующую секунда раздался звук, с каким мешок брюквы на землю роняют.

– Епт! – послышался голос парня, в котором читались одновременно удивление, досада и злость.

Видимо, собака приняла это за команду атаковать, поскольку ринулась ко мне, грозно рыча и скаля зубы. Но я уже пришел в себя, так что совсем не испугался. После того, как схлестнулся на кулаках с лесным царем, это было как-то… жалко. Будто десятилетка против опытного боксера на ринг вышла.

Без промедления я резким движением обхватил пасть собаки рукой, заставляя ее сомкнуть челюсть. Стиснул достаточно сильно, чтобы та не смогла вырваться, но при этом стараясь ничего не повредить.

Рычание сделалось глухим, собака начала яростно брыкаться, пытаясь вырваться из моей хватки, но этим только причиняла себе ненужную боль, поскольку под усилением хватка у меня стала, что называется, стальной.

Убивать или калечить животное не хотелось. Жалко животину. Да и первый контакт с местными плохо будет начинать с пролитой крови. Пусть даже крови собаки. Так что, продолжая удерживать пасть, я одновременно с этим выпустил ауру, о которой спросонья подзабыл.

Едва аура окутала меня, как грозное рычание сменил трусливый скулеж. Собака больше не пыталась вырываться, теперь ее тело содрогалось мелкой дрожью. Мне в нос ударил запах свежей мочи. Животное в страхе обоссалось.

Упс! Перестарался маленько...

– Не будешь кусаться? – тихо спросил я, глядя собаке в глаза.

Та ответила расширенными от ужаса зрачками и новой порцией скулежа. Кажется, еще немного и ее со страху кондратий хватит!

– Будем считать, что не будешь, – решил я, разжимая руку.

Собаку как ветром сдуло, а из-за кустов послышался удивленный голос Косого, как я мысленно окрестил парня:

– Рада! Рада, куда? Ко мне, млять! Ко мне, скотина тупая!

– Что там у тебя?

Это уже другой голос, незнакомый. Да сколько же их там?! И снова лай, но какой-то неуверенный. Второй человек и вновь с собакой! Эх, запустить бы сонар, а то как слепой тут сижу!

Но я вовремя сдержал этот порыв. Слишком свежими были воспоминания о той боли, накрывшей меня от его предыдущего использования. Второй раз я такого не переживу! Ну а если не повезет и все же переживу, то наверняка превращусь в пускающего слюни идиота.

– Рада слиняла… хрен знает почему…

– А я тебе говорил, держи свою псину на поводке, как я Аду! – снова раздался голос.

Рада и Ада? Хех, фантазия у заводчика скудновата!

На всякий случай приглушил ауру, оставив лишь самый минимум. Волка таким не проймешь, но Аде должно хватить за глаза. Не отпугнет, но заставит десять раз подумать, прежде чем на меня бросаться.

Повесив автомат на плечо, я поднял руки в жесте мира и таким образом медленно явил себя людям. Их оказалось только двое. Косой и еще один парень, постарше, немного смуглый, с черными как смоль волосами. Что ж, раз первый у нас Косой, то второго нареку Чернявым!

Собак тоже было две. Вернее, уже одна, поскольку Рада в это время неслась куда-то на пределе видимости и вскоре совсем растворилась в тумане. Ада же замерла у ног Чернявого с поджатым хвостом и растерянным выражением морды. Я ее прекрасно понимаю, пару секунд назад из кусов буквально разило зловещей аурой, а вылез оттуда невзрачный бомжик, ауры почти лишенный.

При моем появлении Чернявый оперативно скинул с плеча автомат, точно такой же как у меня, кстати, тут же взяв меня на мушку. Я отметил, что движения у него хоть и не профессиональные, но четкие, правильные.

«Этот парень точно знает, с какой стороны за автомат браться!» – мелькнуло у меня в голове.

– Косой, кто это? – спросил Чернявый, скосив глаза на продолжавшего сидеть на пятой точке парня.

Надо же, угадал с кличкой!

– Не знаю, Хан! – растерянно ответил тот, затем перевел взгляд на меня: – Ты че с Радой сделал?!

Хан, значит? Ну, не каждый же раз угадывать.

– Попросил не кусаться, – честно ответил я Косому, глядя при этом на Хана.

Мне одного взгляда хватило, чтобы понять, кто в этом дуэте за главного.

– А че она тогда… – растерянно проговорил Косой, мотнув головой в ту сторону, где исчезла собака.

– Обещала, что не будет и убежала домой, – пожал я плечами.

– Хорош трепаться! Ты кто такой? – тон Чернявого, вернее Хана, мне не понравился совершенно. Говорил он хоть и сдержанно, но требовательно. Причем в его голосе ощущались властные нотки человека, который не привык повторять вопросы дважды.

«А ведь он выстрелит! – пронеслось у меня в голове. – Выстрелит и ничего у него в душе не йокнет».

На всякий случай я уплотнил кожу груди, живота и головы почти до предела, при этом продолжая держать руки над головой.

– Антоном звать, охотник я, не местный. Бродил, заблудился, уснул под деревом, – коротко, но максимально емко поведал я о себе. Злить человека с автоматом определенно не стоило, особенно, когда он палец на спуске держит.

Хану мой ответ явно понравился. Он довольно хмыкнул, опустил оружие.

– Охотник, значит? И на кого охотишься?

– На кабана, в основном, – ответил я, вспоминая местный ареал обитания. – Но иногда и на волка.

– В одиночку что ли? – не поверил тот.

– В одиночку, на приманку ловил, в яму с кольями.

– Хм! – одобрительно хмыкнул Хан. – Откуда же ты такой умелый будешь?

– Жил в хижине, что километрах в десяти вон в том направлении, – махнул я рукой в сторону, откуда пришел.

– Что, совсем один жил? – деланно удивился Хан, явно стараясь как бы невзначай разузнать обо мне побольше.

Я отрицательно покачал головой.

– Со стариком одним жили, вдвоем.

Ну вот, вроде и не соврал, но при этом ничего стоящего о себе не рассказал. Хан мою словоохотливость явно воспринял как признак страха. Он убрал автомат за спину, улыбнулся.

– Я Хан, а это Косой, – представил он себя и спутника. – Да ты не боись, Антон, четким пацанам у нас в «Баевке» только рады!

Этой открытой улыбкой он меня не обманул. Знавал я людей, что вот так улыбаются, а в нужный момент легко продают со всеми потрохами. Тем не менее, руки я все же опустил. Сейчас меня убивать точно не будут, заинтересовал я их. А вот потом…

«Что будет потом – то будет потом! – мысленно оборвал я себя. – Сейчас нужно получить как можно больше информации».

– «Баевка» – это ваша деревня? – спросил я, разминая затекшие руки.

– Город! – с гордостью поправил меня Хан. – Ну, раньше деревня была в три дома, но мы пришли и все так отстроили, что теперь настоящий город у нас!

– А мы типа в дозоре, – вставил свою лепту Косой. – Обход делаем вокруг города, погань всякую шугаем!

– А мне к вам можно? – спросил я, стараясь выглядеть неуверенно. – Устал совсем, замерз и жрать хочу.

Как бы в подтверждение этих слов мой желудок призывно заурчал. Хан рассмеялся, вновь хлопнул меня по плечу. Причем на этот раз он приложил куда больше сил, чем требовалось. Типа пытается так на меня морально давить? Показывает, кто тут сильный и главный? Ну-ну!

– Пойдем-пойдем! Есть еда, есть ночлег! – заверил он меня, после чего дернул за поводок, собаку. – Ада, вперед!

И мы пошли. Хан шел впереди, весело насвистывая себе что-то под нос. Мы с Косым следовали за ним.

– А почему у собак имена почти одинаковые?

– Ну типа сестры, с одного помета, – ответил Косой. – Только Ада спокойнее, а Рада, падла такая, вечно удирает.

– На поводке надо держать! – через плечо бросил Хан, демонстративно наматывая на руку поводок.

Косой показался мне парнем простым, словоохотливым, при этом особым умом он явно не отличался. Разговаривал он на странной помести блатного, молодежного и деревенского сленгов.

Я не стал упускать такую шикарную возможность разжиться информацией и весь путь буквально бомбардировал парня вопросами о городе. На большую часть вопросов Косой отвечал свободно, но пару раз, словив предостерегающий взгляд Хана, врал, что не знает и при этом стыдливо отводил глаза.

Что до Хана, он вдруг стал серьезным, немногословным. На мои вопросы отвечал скупо или вообще отмалчивался, делая вид, что не расслышал.

Узнал я немного, но хватило для общего понимания вещей. Город «Баевка» вырос на месте одноименной деревни, в которой на момент исхода проживало около четырехсот человек. Сам Косой был местным, а вот Хан уже из пришлых. Причем пришел он не абы откуда, а из колонии строгого режима, которая располагалась в паре десятков километров от деревни.

По какой причине зэки решили покинуть надежные бетонные бараки, к тому же обнесенные высоким забором, и отправиться в путь почти наугад? В ответ на этот вопрос Косой неуверенно промямлил что-то про болота, населяемые страшными упырями. Хан же мой вопрос просто проигнорировал.

Узнал я, что пришли зэки под надзором тюремной охраны, но очень быстро взяли власть в свои руки. Что стало с бывшими надзирателями Косому было неведомо, но никого из них он давно уже не видел. Сейчас во главе города стоит солидный авторитет со звучным именем Князь.

Законы в городе пацанские, все по понятиям! Батрачь на себя или пахана, но долю в общак отстегивать не забывай! В свободное время можно бухать в баре или девок в борделе щупать.

В общем, самое обычное мини-государство, ничего примечательного.

– А рынок-то у вас есть? – спросил я.

– Ясен красен! Всякой всячиной торгуют. И шмот есть, и снаряга! А еще там пожрать можно! Дед Пихто знатную шавуху крутит! Из куры или кабанчика, да под пивко холодное, ммм…

– А платить чем?

– Как чем? Бананчиками!

– Бананами?! – изумился я. – Где же тут бананов добыть можно?

– Во ты олень, Антон! – хохотнул Косой. – Не бананами, а бананчиками! Патронами, то есть. Ты из какой пещеры вылез?

Я промолчал.

– В общем, слуш, самая мелочь зовется свистулькой! – принялся объяснять Косой, явно сжалившись над тупой деревенщиной в моем лице. – Это патроны от пистоля, в смысле, любого калибра. Дальше значится идет пулька! От ружьишка там, или от «Калаша», все едино. Ну а дороже всего – дылда! Это, ять его, пулеметный патрон будет. В одной дылде десять пулек, в одной пульке двадцать свистулек. Усек?

Я ответил, что усек, все путем и вообще без базара!

– Во, уже по-нашенски заговорил! – расплылся в улыбке Косой. – Добро пожаловать, нафиг!

Глава 20: Баевка

До города оказалось несколько ближе, чем я предполагал изначально. Метрах в трехстах от места моего ночлега начинался ров, за которым возвышался двухметровый частокол из толстых бревен. Через ров мы перебрались по подъемному мосту, который одновременно служил городскими воротами.

От рва ощутимо попахивало гнилью и нечистотами. Когда мы переходили мост, я глянул вниз и увидел, как в массе земляного цвета, которая заполняла ров, копошатся отвратительные создания, больше всего напоминающие личинок мух, только размером с мою руку.

По другую сторону рва проход охраняли двое сонных мужиков, скорее бандитского, чем военного вида. Запах им явно не досаждал, хотя, возможно, это потому, что оба они вовсю дымили вонючими папиросами.

За спинами обоих стражей ворот висели древние «Мосинки», которые, несмотря на почтенный возраст, в умелых руках превращались в страшное оружие. Патрон калибра «7.62» прекрасно справлялся с теми же кабанами или мартышками. Даже волку, схватившему пулю в упор, мало не покажется.

Правда, назвать этих вояк умелыми язык не поворачивался. При нашем появлении они даже и не подумали взять оружие в руки, продолжая беспечно курить свои самокрутки.

– О, живые! – удивленно сказал один из них, смачно сплевывая на землю. – Тут недавно ваша псина пробежала, вся в мыле, мы уже думали хана Хану!

Он заржал собственной хохме, но тут приметил меня, и лицо его сразу стало удивленным.

– А это кто с вами?

– Да так, залетный гастролер, – неопределенно ответил Хан. – Подобрали неподалеку.

– Оформить не забудь, – сказал мужик, смерив меня таким взглядом, будто я скотина какая-то, а не человек, и это натолкнуло меня на определенные мысли.

– Обижаешь! – расплылся в улыбке Хан.

Миновав пост охраны, мы оказались в городе. От ворот во все стороны тянулись невысокие, грубо сложенные срубы с крохотными дверями и начисто лишенные окон. Несколько домов объединялись в кварталы, разделяемые узкой дорогой, по обе стороны которой шла глубокая канава.

Сама дорога представляла собой месиво из грязи, отходов и нечистот. Пахло соответствующе! Видимо, при спешной стройке сортирами никто не озаботился. Гадят в ведро, туда же кидают мусор, а затем все это сливается прямо на дорогу. Дождь смывает все это в канавы, по которой отходы попадают в ров.

Добро пожаловать в средневековье!

Людей на улицах видно не было, но оно и понятно, время-то раннее, даже петухи не пели. Интересно, а есть тут петухи? Если верить словам Косого о куриной шаурме, то должны быть.

– Сейчас к пахану пойдем, – важно объявил Хан, двигаясь по одной из улочек. – Надо доложить о тебе!

Я с отвращением ступил на дорогу. Ноги сразу же погрузились по щиколотку в ту липкую вонючую мерзость, что ее покрывала. Укрепленная кожа от чувствительности совсем не избавляла, так что ощутил я все в полном объеме.

– Почему к пахану? Вы разве не на город работаете?

– Не! Мы в бригаде Лысого, – весело ответил Косой. – Делаем, что велит – пульки зашибаем! За тебя нам неплохо отвалят!

На лице стремительно обернувшегося Хана промелькнуло такое выражение, что Косому я не позавидовал. Промелькнуло и пропало, он вновь натянул на себя маску доброжелательного рубахи-парня. Косой и сам понял, что сболтнул лишнего, заткнулся, даже прикрыл рот ладонью.

– Объяснишь? – попросил я Хана.

– За новеньких платят, – нехотя ответил тот. – Есть у нас центр распределения, приводишь туда новичка, оформляешь, там его пристроят к делу, ну а тем, кто привел – премия.

– И много дают?

– За кого как. Ты охотник – ценный кадр! Пулек сорок точно отсыплют.

– А если без регистрации? – спросил я, догадавшись о хитрости Хана.

– Так нельзя, – буркнул тот, скривившись как от зубной боли. – Ты пришлый, тебя не знают, могут и вальнуть!

– А я рискну, – пожал я плечами. – Спасибо вам, ребята, что проводили, дальше я сам!

Рожи Хана и Косого вытянулось.

– Ну чего вы так удивляетесь? – усмехнулся я, наслаждаясь моментом. – Пульки ж не просто так дают, за них мне отработать придется. Верно? А схрена ли мне ради вас спину гнуть?

– Без регистрации в городе нельзя, – промямлил Хан, обескураженный тем, что прибыль вот так неожиданно ускользнула из его рук.

– И типа по-другому ее не получить? Да? Схожу-ка я лучше на базар да все там разузнаю.

В глазах Хана блеснул огонек жадности. Нехорошо так блеснул! И рука потянулась к оружию. Плохое он задумал, возможно, даже смертоубийство. Но я его опередил. Раздул ауру так, что сам лесной царь поджал бы в ужасе хвост! Что тут говорить об Аде? Собака просто обезумела от страха и с диким воплем рванула прочь.

Намотанный на руку поводок сыграл с Ханом злую шутку. Парень упал пузом в грязь и, барахтаясь в ней, заскользил вслед за удирающей собакой, собирая разинутым в крике ртом щедро разбросанные на дороге отходы.

Но Ада оказалась не единственной, кто ощутил мою ауру. Спящий город вдруг взорвался десятками звуков, раздающихся со всех сторон. Жалобно скулили псы, испуганно визжали свиньи и другая домашняя скотина, а над всем этим гвалтом безумной сиреной взвыл петушиный вопль, мало напоминавший кукареканье.

Косой стоял, удивленно хлопая глазами. Он испуганно озирался вокруг, не понимая, что происходит.

– Лучше помоги Хану, а то он обидится! – посоветовал я ему, убирая ауру.

Косой посмотрел на меня, затем перевел взгляд на удаляющегося Хана. На лице его отразился ужас от понимания случившегося, он припустил вслед за начальником, да так резко, что сам чуть не растянулся в дорожном месиве.

– Тут будь! Мы скоро вернемся! – бросил он через плечо.

– Как штык буду! – заверил я его.

Хоть мне и было любопытно, чем завершится эта грязевая гонка, дожидаться ее итога я естественно не стал. Тихонечко свернул на соседнюю улицу, затем еще на одну. Попетляв немного, чтобы запутать следы, я взял курс к центру города. Рынок, он всегда в центре! Так всегда было, так всегда будет.

Рынки обычно открываются рано, но, видимо, сейчас было прямо совсем рано, поскольку огромный палаточный городок почти пустовал. Но ключевое слово тут «почти». Возле некоторых палаток все же крутились торговцы, суетливо раскладывающие на прилавках товар.

Пользуясь отсутствием толкучки, я не торопясь обошел весь рынок, запоминая расположение интересующих меня палаток. Пусть торговцы еще не заняли свои места у прилавков, но зазывающие надписи с яркими картинками, что красовались над их точками круглые сутки, говорили сами за себя.

Как обычно центральные ряды занимали самые богатые торговцы. Тут даже не палатки стояли, а полноценные магазины, причем под охраной. Два бритоголовых бугая с автоматами с подозрением наблюдали за одиноким босяком в изорванной одежде, что прогуливался мимо вверенных им лавок, оскорбляя сие богатое место одним своим присутствием.

Задерживаться там я не стал, понимая, что не по Сеньке шапка. Да, тут были и оружейные, и ателье, и лавки со снарягой, и даже какая-то забегаловка с кричащей вывеской «Рестаран поцанский». Вот только цены в таких местах обычно космические, а предметы торговли скорей на коллекционера-любителя, чем профессионала. Поэтому я скрылся с глаз охраны и больше к центру не подходил.

Дальше ноги занесли меня в самую дальнюю часть рынка, где отчего-то пустовал немалый участок. Ни людей, ни палаток. Парковка что ли? Но чуйка тут же услужливо подсказала мне, что это блошиный рынок.

В истинности сей догадки я убедился, приметив с десяток бомжеватого вида мужичков, которые торопливо занимали участки поближе к рыночным рядам. Конкуренция за обладание лучшими местами шла полным ходом! В основном вопрос решали бранью, но, если слов не хватало, в дело шли кулаки.

Несмотря на это, тут явно соблюдались какие-то законы либо негласные правила. Никто не шумел, ругались почти шепотом, а драки в основном сводились к тому, чтобы всячески мешать конкуренту разложить товар. Оружия я ни у кого не видел, так что до стрельбы или поножовщины дело вряд ли дойдет, а вот по мордасам отхватить вполне можно.

Местная охрана наслаждалась этим зрелищем, даже не пытаясь вмешиваться. Напротив, они подзуживали особо разошедшихся торговцев едкими комментариями. Особый ажиотаж вызывала пара толстяков, не поделивших пятачок земли. С молчаливым усердием эти двое воевали за приглянувшийся пяточек, отпихивая друг друга массивными задницами.

На их великую борьбу, кажется, даже ставки принимали.

Понаблюдав немного за этой пародией на драку, я двинулся дальше. Тут мне точно делать нечего, ведь покупают всегда задешево, а продают, как правило, один лишь бесполезный хлам.

Примерно через час блужданий я определился со списком лавок, которые собираюсь посетить. У одной из них, скромной оружейной палатке, как раз началось шевеление. Грузный мужик с нечесаной бородой и носом-картошкой, подтащил тележку с товарами и принялся натягивать на каркас палатки снятую на ночь ткань.

– Закрыты еще! – буркнул он, заметив мой интерес.

– Так я подожду, – спокойно ответил я и принялся ждать.

Мужик не торопился. Закончив с палаткой, он скинул тент с тележки и принялся неторопливо раскладывать свои товары на деревянном стеллаже. Я с интересом наблюдал за его действиями, попутно отмечая, что оружие у него хоть и не новое, но ухоженное.

Наконец товар был разложен. Мужик смерил меня хмурым взглядом.

– Покупаешь или продаешь?

– Сегодня, продаю.

С этими словами я снял с плеча автомат, отстегнул рожок, после чего передал оружие торговцу. Тот повертел автомат со знанием дела, щелкнул затвором, заглянул в ствол.

Поцокав языком, он ловко разобрал оружие, осмотрел открытые взору механизмы. Я молча наблюдал за ним, ожидая вердикта.

– Ты как его обслуживал? В чане с дерьмом топил? – спросил он наконец.

– Нечем было обслуживать, но механизм в порядке. Ствол от нагара почистить, маслом смазать и будет как новенький.

– Как новенький, как же! – буркнул старик. – Да после тебя им только гвозди забивать, неумеха криворукий!

– Не бухти, отец, это же «Калаш»! Его в том чане с дерьмом хоть год держи, ничего ему не сделается! Вытащи, веткой ствол почисти и будет стрелять. А износа тут никакого, почистить только надо, это да. Если маслица дашь, могу прямо тут при тебе сам его обслужить.

– Все-то он может, – пробурчал тот, но уже куда тише. Понял, что на лохе цену не собьет. Затем смерил меня оценивающим взглядом, ухмыльнулся, развел руками над разобранным оружием и предложил: – А ну-ка собери обратно!

Ну а что я? Взял да собрал. Не за минуту, или какой там норматив? Но довольно шустро и вполне уверенно, при том, что вот конкретно «АК-47» я первый раз в жизни собираю.

– Ладно-ладно, вижу, что умеешь, – уже вполне добродушно сказал торговец. – Оружие не новое, но видно, что с хранения недавно снято. Сталь хорошая, сборка не китайская. Дам тебе за него сотку пулек. Идет?

– А сам потом за двести продашь? – усмехнулся я. – Отдам за сто шестьдесят.

– Может и за двести продам, а может и нет. Это уже как повезет! Но дороже чем за сто десять не куплю его, не торгуйся!

Разумеется, как прилежный ученик Деда я торговался до последнего довода! Вокруг уже открылись другие лавки, стали сновать первые покупатели, а я все напирал, пытаясь продавить цену торговца.

Мы оба покраснели, сорвали голоса, но продолжали воевать за каждую свистульку. В итоге автомат ушел за сто тридцать пулек и десять свистулек. Торговец выглядел уставшим, но довольным. Причем по глазам вижу, что доволен он не столь выгодой сделки, сколь самим процессом торговли.

– Ух, разогрелся! Прямо как будто сам у себя покупал! – хохотнул мужик, пряча автомат под прилавок. – Сам небось приторговываешь чем?

– Приходилось, – скромно признался я. – А вообще просто учитель был хороший!

– Хороший! – уважительно кивнул торговец. – Но по секрету скажу, ты мог бы еще пять пулек выторговать! Я бы уступил.

Я развел руками.

– Куда уж мне до вашего мастерства, уважаемый!

Это были верные слова, сказанные правильному человеку. Торговец прямо расцвел от похвалы, протянул мне руку.

– Анатолий, но все зовут просто Толиком.

Я пожал его крепкую ладонь.

– Антон! Можно Старшой.

Тут глаза торговца сузились, он не торопился отпускать мою руку.

– Старшой, это погонялово твое?

– Скорей позывной, я не местный.

Толик отпустил мою руку, опасливо огляделся по сторонам, после чего приложил палец к губам.

– Ты про то всем подряд не болтай, у нас тут пришлых не жалуют!

– Это я уже заметил! Познакомился с местной братвой, хотели меня продать в какой-то центр распределения.

– Это кто же такие были? – полюбопытствовал Толик.

– Косой и Хан, сказали под Лысым ходят.

Толик сморщился, покачал головой.

– Знаю их, Косой еще ничего, заблудшая душа, а вот Хан – та еще змеюка! Ходят и вправду под Лысым, тот урка известный! Если дорогу им перешел – лучше тикай из города побыстрее!

– Да вроде миром разошлись, – соврал я. – А можно спросить?

– Спрашивай, – пожал плечами Толик.

– Без регистрации в городе правда нельзя?

– Можно, но только сутки. Потом или регистрируйся, или проваливай. Такие порядки.

– В центре распределения?

– Туда даже не суйся! – Толик аж рукой махнул от переизбытка чувств. – Там же натуральное рабство! Будешь за баланду и обноски несколько лет на город батрачить, пока сумму выкупа не соберешь.

Так я и думал! Ну, Хан, ну мразь ты улыбчивая, только попадись мне!

– Где же тогда регистрацию сделать?

– Да в ратуше, это недалеко от рынка, в здании бывшей церкви. Там за пять пулек тебя внесут в списки и выдадут табличку, они у нас за паспорта. Сможешь по нему в городе жить и работать. Главное – налоги вовремя плати, и никто тебя не тронет.

– Спасибо тебе, отец! – искреннее поблагодарил я торговца. – Пойду, пожалуй, получу документы, пока патруль не сцапал!

– В таком виде? – изумился Толик. – Да тебя и на порог не пустят! Сходи вон туда, – Толик пальцем указал на палатку, которую я и сам собирался навестить. – Там Зинаида тебя оденет, только с ней торговаться бесполезно. Просто скажи, что Толик прислал, она сильно цены задирать и не станет.

Я снова поблагодарил торговца, и стал распихивать по карманам полученные от него патроны. Правда, вскоре понял, что карманов не хватает и задумчиво оглядел чехлы от ружей, что висели позади торговца.

– А почем чехлы продаешь? – спросил я. – Мне бы какой пульки носить.

Тот посмотрел на меня удивленно.

– Зачем чехол? Я тебе подсумок из-под противогаза подберу, хороший, под курткой его носить будешь, чтобы не стянули.

Я подумал, да и согласился. Подсумок обошелся мне всего в пять пулек, причем Толик не обманул, подобрал самый лучший. Старый, советский, но в идеальном состоянии! Я ссыпал в него свои сбережения, которые, с учетом покупки подсумка, составляли теперь сто тридцать четыре пульки и десять свистулек.

Лямки подогнал так, чтобы подсумок находился на уровне живота, после чего надел его под куртку, как и советовал Толик. Со стороны я, наверное, выглядел как упитанный бомжара: пузат, вонюч и бородат!

– Может, еще чего купишь? – улыбнулся Толик, ощутив надежду отыграть назад часть потраченных пулек.

Я пробежался глазами по прилавку. Взгляд зацепился за вороненый ствол «ТТ». Не мой, конечно, но такой до боли знакомый, такой привычный!

– Возможно, в другой раз, – ответил я, отводя взгляд.

Зинаида встретила меня радушной улыбкой, которая быстро померкла, стоило ей разглядеть меня получше. Узнав, что я от Толика, она слегка приободрилась, но подозрение из ее взгляда не исчезло.

– Платить-то чем будешь?

– Бананчиками, чем же еще? – ответил я и для убедительности похлопал себя по животу, а тот ответил мне веселым звоном ударяющихся друг о друга патронов.

Это окончательно успокоило торговку. Она показала мне весь ассортимент товаров, даже тот, что хранила под прилавком для «особых» клиентов. К особым клиентам я, впрочем, не относился. После тщательного осмотра решил взять пару ношеных, но удобных кроссовок и неплохие джинсы какого-то американского бренда. Правда, пошиты они были в Китае, но что сейчас не из Китая?

Куртку решил оставить свою. Постирать, заштопать в паре мест, и она еще долго мне послужит. С тоской взглянул на новенькие берцы, которые Зинаида бережно убрала под прилавок. Хорошая вещь, но уж больно дорого стоят! Только за эту пару мне пришлось бы выложить все, что я получил в обмен на автомат, да еще и сверху добавить.

Вообще, как я заметил, в «Баевке» наблюдается острый дефицит одежды. Люди по большей части ходят в обносках, штопанных в дюжине мест. Видел я и поделки местных портных, но их надевают лишь самые бедные. Даже потертые тюремные робы выглядят приличнее этого убожества.

Перед тем как покинуть лавку Зинаиды, я взял еще три комплекта нижнего белья и столько же пар носков. Уплатил за все это космические девяносто пулек, но с деньгами расстался без сожаления. Впервые почти за год я ощутил себя человеком, а не Джорджем из джунглей.

Эх, вот бы еще помыться!

– А баньки тут поблизости нет? – безо всякой надежды спросил я.

– Как нет? За блошиным рынком же! – удивилась торговка. – Ты что ж, пришлый?

Упс, спалился!

А Толик ведь предупреждал, чтобы не болтал лишнего! Надо было у него спросить, тут ведь недалеко совсем. А теперь эта Зинаида, чего доброго, еще накапает кому не надо о подозрительном пришлом…

– Уже не пришлый, просто недавно в городе, – нагло соврал я. – В бригаду к Лысому пригласили, надо вот привести себя в надлежащий вид, чтобы четкие пацаны не засмеяли!

– Ааа… ну да, – как-то сдулась Зинаида. Видать побаиваются тут этого Лысого!

На этом я откланялся и быстро направился в сторону блошиного рынка, который невероятно преобразился за те два часа, которые я потратил на покупки. Куда делось пустое поле с парой сонных мужиков, вяло бодающих друг друга жопами? Да тут теперь яблоку негде упасть!

– Подходи! Покупай! Лучшая посуда в городе, на любой вкус и кошелек! Свое производство! – орала полная тетка, торгующая глиняными поделками, весьма отдаленно напоминающими посуду.

– Есть все! А чего нет, то найдем! – визжал с другой стороны щуплый мужичок, от ассортимента товаров которого действительно разбегались глаза.

– Целебные травы, лечебные порошки! – надрывался где-то вдалеке монотонный голос неопределенного пола.

И так далее, в том же духе. Голоса зазывал с трудом пробивались сквозь монотонный гул, царивший на блошином рынке. Людей было столько, что я с огромным трудом прокладывал себе путь, вовсю работая локтями. Попутно я отдавил бесчисленное количество ног, заработал несколько болезненных тычков в ребра, а также узнал о себе массу нового и крайне интересного.

У самого выхода с рынка я задержался возле прилавка дедка, торгующего всяким хламом. Глаз зацепился за подсумок от противогаза, который со слов деда я мог бы купить всего за одну пульку. Правда, он штопанный-перештопанный, да еще со следами крови, так что особо горевать не стал.

Зато продал деду свой одинокий ботинок, который так и таскал зачем-то с собой. Отдал без торга, всего за пять свистулек, но мне только в радость от этого мусора избавиться.

Зачем старику ботинок без пары, оставалось лишь гадать, но судя по его горящим глазам, сделкой он был доволен не меньше моего.

– Мыться? Стирать? – спросила меня грустная тетенька на входе в баню.

– Мыться! И куртку бы постирать, – ответил я.

– Три пульки. Стричься и бриться будете?

– А можно? – удивился я такому сервису. – Буду!

– Тогда пять пулек.

Заплатил, сдал куртку на стирку, взамен получил огрызок хозяйственного мыла и старое полотенце. В бане я просидел не меньше часа, смывая с себя почти годовой слой грязи. У мастера Ли баньки не было, мылись и стирались под дождем, причем без мыла.

Семь потов с меня сошло, мыло почти в ноль стер, из умывальни вышел розовый, как новорожденный младенец. А какое же это блаженство, одеться во все свежее! Старое белье даже стирать не стал, закинул в мусорный бак, что стоял у самого выхода. Там ему самое место!

Затем меня подстригли и побрили. Вышло довольно криво, так что из лохматого бомжары я превратился в кривостриженного забулдыгу. Изменения незначительные, но хотя бы положительные.

Из треснутого по краям зеркала на меня взирал хмурый мужчина средних лет со впалыми, безжизненными глазами. В коротко остриженных волосах серебром играла проседь, на лбу и вокруг глаз собралась четкая сетка морщин. Сходство с хроническим алкоголиком добавляла плохо выбритая щетина и мешки под глазами.

Неужели это я?! Где же тот упитанный, пышущий здоровьем парень, что меньше года назад покидал «Зарю»? За этот неполный год я не только похудел, но и постарел лет на двадцать. Что это? Стресс? Нехватка витаминов? Как сказал бы один медведь: и то, и другое, и можно без хлеба!

На выходе меня встречала все та же грустная тетенька.

– Ваша куртка, – она протянула мне чуть влажную, но зато почти совсем чистую и даже аккуратно подштопанную куртку.

Поблагодарил ее от души, в нахлынувшем порыве щедрости оставил на столе несколько свистулек, за что заработал чуть оттаявший благодарный взгляд и пару плюсиков к карме.

Куртку одевать не стал, просто закинул на плечо. Хоть из-за тумана солнце не баловало привычной жарой, но холодно тоже не было. Градусов двадцать – двадцать пять, причем что днем, что ночью.

Что ж, теперь регистрация!

Ратуша находилась по другую страну базара, но срезать путь через блошиный рынок я не стал. Не хотелось вновь выслушивать о себе нехорошее, а хорошего там точно не скажут.

Пришлось сделать солидный крюк, но по дороге я все же заскочил на один ряд, ощутив почти забытый запах шаурмы! Крутил ее, правда, не Дед Пихто, а потный толстяк по имени Джамшед, но шаурма все равно оказалась вкусной, а стоила всего лишь пять свистулек!

Чистый и сытый я заявился в ратушу, где оставил еще пять пулек в обмен на небольшую деревянную дощечку, на которой прямо при мне выжгли мое имя, а также отпечатали клеймо с чем-то отдаленно напоминающим волчью голову.

Зарегистрировался я как охотник, видать потому и клеймо такое. Вспомнился логотип «Волков», а вместе с этим воспоминанием нахлынули и другие, неприятные.

Настроение испортилась, так что, когда на выходе из Ратуши я нос к носу столкнулся с Ханом, то чуть сходу ему не вмазал. Сдержался, прошел мимо. А Хан лишь мельком скользнул по мне безразличным взглядом и тут же потерял интерес. Не узнал. Ну да, сейчас я и сам себя не узнал бы! Без бороды, с короткой стрижкой и в чистой одежде я совершенно не напоминал того побитого жизнью бродягу, который еще недавно ночевал под кустом и пил утреннюю росу.

Оказавшись на улице, я призадумался. Собственно, а куда мне теперь идти? Где искать информацию о нападении на колонну, я не имел ни малейшего понятия. Вернуться что ли к Толику? Или навестить этого самого Лысого, да поговорить с ним по душам?

– Комнату надо найти! – хлопнул я себя по голове.

В Ратуше мне любезно посоветовали парочку гостиниц. Та, что подороже располагалась прямо тут неподалеку, к ней-то я и направился. Уж одну ночь на чистом белье я себе оплатить смогу. А там видно будет! Переть через ведь город в поисках дешевого клоповника не хотелось от слова совсем.

Яркая табличка «Гостиница» на двухэтажном бревенчатом срубе смотрелась как насмешка. Весь первый этаж занимал кабак. Тут было темно, душно, пахло дешевым табаком, жаренным луком и еще чем-то кислым. Скисшим пивом? Если это хорошая гостинца, страшно представить, как выглядит плохая!

– Здорово! – поприветствовал я кабатчика – тощего старика с желтыми белками глаз и стойким запахом перегара. – Есть свободная комната?

– Пять пулек в сутки! – проскрипел тот в ответ. – Завтрак входит в стоимость.

Фига себе цены! Это ж как побриться, постричься, помыться и постираться сразу!

– А если без завтрака? – с надеждой спросил я.

– Пять пулек в сутки! – был мне ответ.

– Черт с тобой! – я оставил на стойке требуемую сумму.

Старик невозмутимо забрал патроны, а взамен выдал мне ключ с биркой «4».

– Второй этаж, направо!

Комната оказалась на удивление чистой, а белье пахло свежестью. Все же не зря платил! Кровать простая, деревянная, с пружинным матрасом, но все равно это куда как лучше, чем голая земля или жесткий топчан в хижине мастера Ли.

Оказавшись в номере, я первым делом подбил свои финансы. После всех трат у меня оставалось двадцать четыре пульки и шесть свистулек. Сущие копейки! На два-три дня хватит, но потом придется искать решение финансового вопроса.

После бани и еды меня потянуло в сон. Не стал отказывать себе в этом удовольствии, тем более что кровать так и манила меня мягкой периной. Вздремнув часок, я проснулся от топота и громкого смеха за стеной.

Лень-матушка требовала продолжать предаваться безделью, но я превозмог. Решительно встал, решив сходить на разведку, пока еще не стемнело.

Но этим планам не суждено было сбыться. Стоило оказаться на улице, как меня аккуратно, но решительно взяли под руки, в бок мне уперлось острие ножа. Над ухом раздался едкий голос Хана:

– Не ожидал, сука?