Право победителя: Взлом системы

Глава 1

Голова гудела так, словно Виктора целиком пропустили через промышленный пресс, а потом забыли смазать шестеренки. Он со стоном разлепил веки, ожидая увидеть обшарпанный потолок родного сборочного цеха и услышать мат бригадира. Последнее, что отпечаталось в памяти — ослепительная вспышка короткого замыкания на распределительном щитке.

Но вместо запаха перегретого текстолита и дешевого растворителя в нос ударил густой, терпкий аромат дорогого трубочного табака, жженого угля и свежего озона.

Виктор медленно сел, привалившись спиной к шершавой кирпичной стене. Под руками была не промасленная спецовка, а странная рубаха из грубого льна, прошитая по швам тонкими, едва мерцающими серебристыми нитями. Он с трудом поднялся на ноги, опираясь о стену, и, пошатываясь, сделал несколько шагов к выходу из темной подворотни.

То, что открылось его взгляду, заставило дыхание застрять где-то в горле.

Это был не его город. И не его время.

Перед ним раскинулся колоссальный, невероятных масштабов проспект. Идеально ровная брусчатка под ногами слабо пульсировала теплым янтарным светом — камни были подогнаны друг к другу с микронной точностью, скрывая под собой сложную систему подогрева и навигации. По обе стороны улицы высились монументальные здания в стиле ампир: с массивными колоннами, лепниной и гранитными атлантами, которые своими каменными плечами удерживали не балконы, а исполинские голографические экраны.

Виктор завороженно шагнул к краю тротуара, впитывая эту пугающую, величественную чужеродность.

В небе, заслоняя низкие свинцовые облака, с низким, пробирающим до костей гулом плыл колоссальный бронированный дредноут. Тяжелый воздушный крейсер не имел винтов — он держался в воздухе за счет антигравитационных дисков, извергающих бледное неоновое свечение. Виктор сглотнул. Он обожал космические оперы, и этот левиафан подозрительно напоминал какое-то подобие космического линкора «Ямато». Только летел он не в вакууме, а над вполне земным городом.

На всем черном матовом борту левиафана гордо сиял проецируемый лазерами исполинский флаг: черно-желто-белый имперский триколор. Полотнище из чистого света медленно колыхалось в воздухе, а из скрытых динамиков над проспектом лилась торжественная, мощная оркестровая музыка, в которой безошибочно угадывался гимн «Боже, Царя храни», исполненный на синтезаторах и тяжелых медных трубах.

«Империя, — отстраненно, словно сквозь вату, подумал Виктор, глядя, как прохожие на улице на мгновение замедляют шаг, склоняя головы в знак уважения к проплывающему символу государственной мощи. — Какая-то Российская Империя будущего...».

Он начал присматриваться к деталям. И это не была унылая, серая антиутопия, где безликие массы ходят строем. Напротив, эта Империя ослепляла стилем. Ухоженные господа в приталенных сюртуках с едва заметными голографическими гербами, дамы с механическими зонтиками, пахнущие изысканным парфюмом, теплый свет фонарей, искусно имитирующих живое пламя. По проезжей части, не касаясь земли и не издавая ни звука, проносились экипажи. Это были не автомобили, а вытянутые, обтекаемые капсулы из полированного дерева, хрома и черного стекла, парящие на магнитной подушке. На дверцах многих карет ярко светились дворянские гербы: двуглавые орлы, медведи, скрещенные мечи и шестеренки.

Внезапно один из таких экипажей — хищный матово-черный фаэтон — резко взял вправо, окатив Виктора потоком сухого, неестественно теплого воздуха. Тонированное стекло пассажирского салона на секунду стало прозрачным. Внутри, развалившись на кожаном сиденье, сидел парень в расшитом золотом мундире. Его взгляд был устремлен на миниатюрную шаровую молнию, которую он с ленивой грацией перекатывал между пальцами в белоснежной перчатке.

Виктор замер, часто моргая. Мозг, отчаянно цепляясь за привычные законы физики, попытался найти рациональное объяснение. Фокус? Скрытая катушка Теслы? Карманный голографический проектор? Но электрические разряды вели себя как настоящая плазма, оставляя на внутреннем стекле кареты крошечные, быстро тающие следы конденсата.

Фаэтон бесшумно умчался, а Виктор остался стоять на обочине, чувствуя нарастающую дурноту.

Он тупо уставился на свои руки, затем оглядел себя. Бесформенные льняные штаны, стоптанные грубые ботинки, ни единой заклепки, герба или светящегося элемента на одежде. Что за дурацкий маскарад? Если вокруг парят грави-машины и висят голограммы, почему он одет как крестьянин из массовки исторического фильма?

Если это не сон, в чём он ещё сомневался, значит местный рандом выдал ему «стартовый скин крепостного», без баффов на харизму и стартового золота. Если за всем этим стоял какой-то вселенский разум, то у него было отвратительное, чисто садистское чувство юмора.

Пазл не складывался. Ощущение нереальности происходящего накрыло с головой. Виктор сделал неуверенный шаг, пытаясь сообразить, у кого можно спросить, какой сейчас вообще год.

— Чего встал посреди дороги, смерд?

Слово резануло слух. Оно было настолько архаичным, настолько дико неуместным на этой сияющей неоном улице, что Виктор не сразу понял, что обращаются к нему.

Голос прозвучал как лязг металла — резкий, синтезированный удар хлыста. Виктор медленно обернулся.

Перед ним возвышался городовой. Это был человек-гора, закованный в классическую двубортную шинель мышиного цвета, но вместо привычных пуговиц на ней мерцали магнитные замки. На плечах тяжело поблескивали хромированные эполеты, а правую половину лица стража порядка скрывал массивный кибернетический имплант. Из-под стальной пластины на Виктора уставился пульсирующий красным визор.

На поясе городового висела не резиновая дубинка, а ребристая рукоять, по которой пробегали голубые искры шокового парализатора.

— Твоя смена на мануфактурах графа Шувалова закончилась час назад, — металлический, синтезированный голос городового лишал всякой надежды на конструктивный диалог. Красный визор с тихим жужжанием сфокусировался на лице Виктора. — Отсутствует клановая метка. Отсутствует цифровой пропуск. Бродяжничество в имперском квартале.

Городовой положил руку в бронированной перчатке на парализатор.

— На колени. Руки за голову. Завтра же пойдешь в кандалах на урановые рудники в Сибирь, отрабатывать долг перед Государем.

Виктор сжал кулаки. Бежать было некуда. Сзади — стена, спереди — двухметровый киборг с дубинкой, способной остановить быка. Вся эта имперская эстетика, золотые эполеты и хруст французской булки разом потеряли свое очарование, обнажив жестокий, сословный оскал этого мира.

Городовой выхватил парализатор. Затрещала смертоносная электрическая дуга. Он замахнулся для удара...

И в этот самый миг мир треснул.

Музыка, гул антигравов, треск электричества — всё оборвалось в одну долю секунды. Капля дождя, сорвавшаяся с козырька здания, застыла в воздухе прямо перед носом Виктора. Городовой замер, словно бракованная голограмма, поставленная на паузу.

Небо над имперским проспектом внезапно потемнело, и сквозь свинцовые тучи проступила исполинская геометрически идеальная сеть, сияющая холодным бирюзовым светом. Это была не магия аристократов и не технология Империи. Это было нечто чуждое, нечеловеческое, масштабное до тошноты.

Пространство перед глазами Виктора пошло мелкой цифровой рябью, и прямо на сетчатке вспыхнули резкие неоновые строки.

[ВНИМАНИЕ. ЗАФИКСИРОВАНО ВНЕШНЕЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО ТИПА «АРХИТЕКТОР». КОД ИНТЕРВЕНЦИИ: 0X-ОРИОН.]

[ПРОТОКОЛЫ БЕЗОПАСНОСТИ ПЛАНЕТЫ ЗЕМЛЯ: ВЗЛОМАНЫ.]

[ГЛОБАЛЬНАЯ ИНИЦИАЛИЗАЦИЯ СИСТЕМЫ ЗАВЕРШЕНА.]

[ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: Виктор. СТАТУС: Бесклановый рабочий, 1-й уровень.]

[УГРОЗА ЛИКВИДАЦИИ: 98%.]

[ДОСТУПНО ОЧКОВ РАСПРЕДЕЛЕНИЯ: 5. ЖЕЛАЕТЕ ИЗМЕНИТЬ СВОЮ СУДЬБУ?]

Виктор усмехнулся одними губами. Сила — это, конечно, хорошо, когда нужно таскать ящики в цеху. Но горб от этого вырастет быстрее, чем счет в банке. А вот мозги... Мозги в мире, где миром правят аристократы с имплантами, — это реальное оружие.

Особенно когда всю жизнь обожал копаться в цифрах, рассчитывать вероятности и выстраивать схемы, пока руки монотонно крутили гайки.

«Всё в Интеллект», — мысленно скомандовал он.

[ПОДТВЕРЖДЕНО. ИНТЕЛЛЕКТ: 1 ➔ 6.]

[ПОЛУЧЕН АКТИВНЫЙ НАВЫК: "Векторный Анализ".]

[ВРЕМЕННАЯ АНОМАЛИЯ ЗАВЕРШАЕТСЯ. 3... 2... 1...]

Мир вокруг рухнул обратно в реальность с оглушительным грохотом. Гул антигравов ударил по ушам, а зависшая капля дождя шлепнулась Виктору на нос.

Но что-то безвозвратно изменилось.

Городовой продолжил замах, его парализатор с треском рассекал воздух, но Виктор больше не видел просто размытое пятно опасности. Мир перед его глазами распался на потоки восхитительных, четких цифр.

«Траектория удара: дуга, угол 43 градуса. Скорость сближения: 12 м/с. Вероятность попадания: 94%.»

Но это было не всё. Краем глаза Виктор выхватил мерцающие надписи над фигурой стража.

[Городовой 3-го ранга. Кибернетизация: 22%. Броня: класс 4. Уязвимость: стык шейных пластин (вероятность пробития 81%). Уязвимость 2: перегрев конденсатора парализатора на 3-й секунде работы.]

Цифры не просто информировали, они сами складывались в голове Виктора в идеальную тактическую схему. Мысли текли кристально ясно и молниеносно.

Он не стал отпрыгивать назад — скорость городового и длина парализатора не оставляли шансов. Вместо этого, повинуясь математически выверенному таймингу, Виктор сделал короткий скользящий шаг вперед и влево, прямо под занесенную руку гиганта.

Разрядник со свистом прошел в миллиметре от его уха, обдав лицо запахом озона.

«Время активной фазы дуги: 2.8... 2.9... 3.0 секунды. Перегрев.»

Оружие городового на долю секунды захрипело, сбрасывая избыточное напряжение. Виктор не думал, он просто следовал всплывающим перед глазами векторам. Его рабочий, привыкший к тяжелому инструменту кулак взлетел вверх, целясь точно в крошечный зазор между воротником шинели и основанием кибер-шлема. В ту самую точку с вероятностью пробития 81%.

Удар!

Хрустнуло. Двухметровый амбал издал сдавленный булькающий звук. Кибернетический глаз-визор мигнул желтым, затем черным, и городовой, закатив уцелевший человеческий глаз, мешком осел на мерцающую брусчатку. Его парализатор с лязгом выкатился из ослабевшей руки.

Виктор тяжело дышал, глядя на свои костяшки. Они были содраны в кровь, но боль казалась далекой, приглушенной холодным анализом Системы.

[ЦЕЛЬ НЕЙТРАЛИЗОВАНА. ПОЛУЧЕН ОПЫТ: +150.]

[ВНИМАНИЕ. Уровень шума превысил допустимые нормы. Патрульные дроны прибудут через 45 секунд.]

Перед глазами тут же развернулась мини-карта подворотни с высчитанными маршрутами отступления и процентной вероятностью успешного побега по каждому из них. Цифры кружились, перестраивались, предлагая идеальные варианты.

Виктор перевел взгляд с маршрутов на валяющийся у ног шоковый парализатор, который всё ещё слабо искрил.

«Сорок две секунды», — бесстрастно отсчитал таймер в голове Виктора, подсвеченный бледно-голубым неоном.

Рабочая привычка не бросать полезный инструмент сработала на рефлексах. Виктор наклонился и первым делом перехватил рукоять шокового парализатора. Оружие оказалось неожиданно тяжелым, сбалансированным и чуть теплым на ощупь.

[ПОЛУЧЕНО: Имперский парализатор "Гроза-3". Урон: шоковый. Требования: Сила 3.]

«Плевать на штраф, — подумал он, засовывая дубинку за пояс льняных штанов, скрывая ее под длинной навыпуск рубахой. — Зато аргумент весомый».

Оставалось тридцать секунд. Векторный анализ услужливо подсветил оттопыренные карманы шинели бессознательного киборга. Пальцы Виктора проворно нырнули в плотную ткань. «Лутаем всё, что не прибито гвоздями, — хмыкнул его внутренний геймер. — Первый закон выживания попаданца».

На ладонь легли два предмета: тяжелый прямоугольный чип из вороненой стали и тускло поблескивающий медный жетон на цепочке.

[ПОЛУЧЕНО: Анонимная кредитная карта (Баланс неизвестен. Требуется считыватель).]

[ПОЛУЧЕНО: Идентификационный жетон Городового 3-го ранга (Внимание! Встроен маячок. Сигнал заглушен Системой на 24 часа).]

«Пятнадцать секунд».

Вдалеке, над крышами монументальных зданий, уже нарастал пронзительный, скрежещущий вой сирен. Система распахнула перед глазами карту с пятью вариантами отхода. Четыре из них вели в темные переулки и канализационные стоки — классический путь загнанной крысы. Вероятность успеха там колебалась около семидесяти процентов: патрульные дроны с тепловизорами быстро прочешут подворотни.

Но был и пятый вариант. Вероятность успеха — 92%.

Виктор хмыкнул. Он не стал бежать в темноту. Накинув капюшон грубой льняной куртки, он развернулся и быстрым, но размеренным шагом вышел прямо на ослепительно освещенный проспект, вливаясь в густой поток людей.

Как только он шагнул на тротуар, мимо того места, где он только что избил полицейского, с ревом пронеслись два тяжелых патрульных спидера, мерцая красно-синими стробоскопами. Воздушной волной с Виктора едва не сорвало капюшон.

Он опустил голову, вживаясь в роль уставшего после смены рабочего, и позволил толпе нести себя вдоль по проспекту.

Имперская столица поражала воображение. Это была архитектурная симфония, где имперский классицизм и барокко переплелись с высокими технологиями. Исполинские фасады из белого камня, украшенные коваными решетками ручной работы, служили подставками для голографических экранов размером с трехэтажный дом. С них смотрели холеные лица аристократов, рекламирующих парфюм с добавлением эфирной магии и новые аугментации от концерна «Строгановъ и сыновья».

Виктор шел мимо роскошных витрин. За толстым бронестеклом одного из бутиков мерцали платья из умной ткани, меняющие цвет и фасон в зависимости от настроения владелицы. У входа стоял швейцар в ливрее с золотыми позументами, презрительно отворачиваясь от проходящих мимо работяг.

«Объект: Швейцар гильдии. Броня: Класс 1. Навыки: Рукопашный бой (базовый). Уровень угрозы: Минимальный», — привычно отчеканила Система.

Виктор моргнул, привыкая к постоянному потоку данных. Анализ работал безостановочно. Он видел вероятности конфликтов, оценивал стоимость одежды прохожих, замечал скрытые камеры в глазницах каменных горгулий на карнизах.

Внезапно толпа впереди замедлила шаг. Раздалось мелодичное, но требовательное треньканье колокольчика. Прохожие торопливо жались к краям тротуара, освобождая центральную часть. Виктор, следуя стадному инстинкту, отступил в тень колоннады.

По расчищенной дорожке неспешно шествовала группа молодых людей. Их одежда кричала о богатстве и статусе: сюртуки из синтетического бархата, расшитые светящимися родовыми гербами, трости с набалдашниками в виде энергетических накопителей, цилиндры, в которых явно пряталась сложная электроника.

Но главное было не в одежде. Они излучали абсолютную, спокойную уверенность хищников, знающих, что в этом лесу нет никого сильнее их.

В центре группы шла девушка невероятной красоты. Ее пепельные волосы были собраны в сложную прическу, перехваченную заколками, которые, казалось, парили в воздухе сами по себе. На ней было платье цвета ночного неба, ткань которого поглощала свет фонарей.

Но Виктор смотрел не на ее фигуру. Его Векторный Анализ сошел с ума.

[Объект: Анастасия Волконская. Статус: Аристократ крови, Наследница Клана. Уровень: ??? (Системная ошибка. Объект защищен анти-сканирующим полем). Класс: Одаренная (Стихия: Криокинез).]

[Уровень угрозы: ФАТАЛЬНЫЙ. Вероятность выживания в случае конфликта: 0.001%.]

Воздух вокруг девушки заметно мерцал. Каждый ее шаг сопровождался легким хрустом — влага на брусчатке мгновенно превращалась в тончайший слой инея. Она даже не обращала внимания на то, что замораживает улицу; для нее это было таким же естественным процессом, как дыхание.

Один из ее спутников, высокий блондин с гербом в виде стилизованного медведя на груди, громко рассмеялся, отпуская какую-то шутку. В его руке непринужденно танцевало пламя — не голограмма, а настоящий, живой огонь, который он использовал, чтобы прикурить длинную, тонкую сигарету.

Виктор сглотнул. Магия. Настоящая, мать ее, магия, вживленная в высокотехнологичное общество. Эти люди были не просто богачами — они были живым оружием.

«И вот с ними мне придется конкурировать, — мрачно подумал он, провожая взглядом процессию, перед которой толпа расступалась, как море перед Моисеем. — У них криокинез и миллионы кредитов, а у меня — украденная ментовская дубинка и пять очков в интеллекте».

Толпа сомкнулась, и процессия аристократов скрылась за поворотом. Виктор продолжил путь. Он должен был разобраться, как работает этот мир, прежде чем делать следующий ход.

Его взгляд зацепился за массивное здание в конце проспекта. Это был Центральный Вокзал — колоссальное строение из стекла и стали, увенчанное шпилем с двуглавым орлом. Вокруг него роились сотни людей: пассажиры, торговцы, полиция. Идеальное место, чтобы затеряться и найти информацию.

Виктор ускорил шаг. В голове было кристально ясно. Он в чужом мире, без документов, в теле бесправного работяги, но у него есть Система, мозги, которые теперь работают как суперкомпьютер, и стартовый капитал в виде чужой кредитки.

Над городом, разрывая свинцовые тучи, пролетел очередной бронированный цеппелин, на борту которого переливалась реклама: «Запись добровольцев в Экспедиционный Корпус! Покори пустоши Сибири во славу Императора!».

Виктор усмехнулся одними губами.

Игра началась.

Глава 2

Он плотнее запахнул воротник грубой льняной куртки и, опустив голову, шагнул в густой человеческий поток, устремляющийся к колоссальным дверям Центрального Вокзала.

Вблизи циклопическое сооружение подавляло еще сильнее. Фасад из белого камня, украшенный лепниной и фигурами атлантов, казался нерушимой скалой, в которую намертво впаяли достижения высоких технологий. Гигантские створки дверей разъезжались в стороны с тихим гидравлическим шипением, пропуская внутрь тысячи людей.

Виктор переступил порог, и звуки улицы мгновенно отрезало. Вместо них на него обрушилась акустика исполинского закрытого пространства.

Внутри вокзал напоминал брюхо механического кита. Ажурные стальные арки уходили высоко вверх, поддерживая купол из бронированного стекла, по которому сейчас барабанил дождь. В воздухе висел стойкий запах разогретого металла, озона и дорогого парфюма.

Прямо под стеклянным сводом, на магнитных подушках, висели посадочные платформы. С оглушительным шипением, извергая потоки теплого пара, к одной из них мягко пришвартовался транссибирский экспресс — хищный матово-черный левиафан, больше похожий на космический шаттл, чем на поезд.

Виктор не стал задирать голову, как это делали провинциалы. Векторный анализ, его новый пассивный навык, работал безостановочно, превращая восхитительный хаос вокзала в строгую математическую модель.

«Патруль жандармерии. Вектор движения: пересекающийся. Время до визуального контакта: 14 секунд», — бесстрастно высветилось на периферии зрения.

Виктор плавно изменил траекторию, шагнув за спину грузного купца в расшитом соболями кафтане. Двое киборгов-городовых прошли мимо, их оптические сенсоры скользнули по толпе, не задержавшись на ссутуленном работяге.

«Слишком много камер. Слишком много охраны, — холодно анализировал Виктор, пробираясь вдоль стены. — Если Система здесь — редкость, то любая аномалия вызовет тревогу. Мне нужно подключиться к их локальной сети, но так, чтобы не светить лицо».

Его взгляд пробежался по главному залу ожидания. В центре возвышался мраморный фонтан со статуей Императора, вокруг которого толпилась элита в ожидании рейсов. А вот по краям, в нишах между билетными кассами, стояли информационные терминалы для пассажиров.

Массивные тумбы из красного дерева и латуни, увенчанные плоскими голографическими экранами. Большинство из них были заняты, но один, в самой дальней и темной нише под лестницей, пустовал.

Виктор неспешно подошел к нему, делая вид, что изучает расписание рейсов на Урал, бегущее по верхнему табло. Экран перед ним мигнул, требуя приложить личный гербовый чип или цифровую метку гражданина для выхода в информационную сеть.

В кармане лежал жетон Городового, но Система уже предупредила: там маячок. Если приложить его к официальному считывателю, сюда через минуту стянется весь полицейский спецназ. Взламывать программно Виктор не умел.

Но он был механиком. А любой механизм собирают обычные люди, оставляя лазейки для обслуживания. Строить антигравитационные поезда они научились, а вот защита железа осталась на уровне дешевых банкоматов из прошлой жизни.

Виктор прислонился к терминалу, скрывая экран от камер широкой спиной. Векторный анализ мгновенно выделил структуру устройства, проигнорировав голограмму и сфокусировавшись на материальной части.

«Сборка: Мануфактуры Попова. Материал корпуса: Дерево, латунь, полимер. Уязвимость: Технический люк охлаждения, нижняя панель. Износ запирающего механизма: 78%. Толщина защелки: 2.1 мм.»

Виктор усмехнулся. Креативное решение лежало прямо под ногами.

Он сделал вид, что уронил монетку, и присел на корточки у самого основания тумбы. Пальцы проворно извлекли из кармана тяжелую анонимную кредитку, отнятую у Городового. Вороненая сталь чипа идеально входила в узкий зазор между латунной панелью и полом.

Короткий расчет рычага. Щелчок.

Техническая панель откинулась, открывая сплетение проводов, кристаллов памяти и охлаждающих трубок.

«Интеллект: 6. Анализ аппаратной части...» — пронеслось перед глазами. Система сама подсказывала, как взаимодействовать с технологиями этого мира. Синие векторы указали на толстый медный кабель, идущий в обход основного ридера прямо к процессору.

Виктор не стал ничего перерезать. Он достал свой трофейный шоковый парализатор, выставил мощность на самый минимум и аккуратно прислонил контакты к оплетке кабеля.

Короткий разряд в три вольта. Ровно столько, чтобы замкнуть реле безопасности.

Экран терминала над его головой тихо пискнул, мигнул и перешел в сервисный режим. Защита пала.

Голограмма имперского двуглавого орла над экраном задрожала, рассыпалась неоновыми пикселями, и вместо неё появилась полупрозрачная фигура виртуального консьержа. Это был цифровой аватар подтянутого мужчины в безупречной старомодной ливрее.

— Добро пожаловать в Имперскую Информационную Сеть, — произнес ИИ поставленным, но слегка искрящим от помех голосом. — Я субрутина «Горчаков-7». Пожалуйста, приложите ваш клановый... Ошибка. Критическая ошибка. Обнаружено несанкционированное напряжение на шине данных. Сэр, вы... вы бьете меня током?

— Это лечебный электрофорез, — невозмутимо отозвался Виктор, не убирая дубинку от проводов. — Отлично помогает от бюрократии. Дай мне права администратора.

— Подобное действие строжайше запрещено Уложением о цифровых наказаниях, — чопорно ответил Горчаков. Его голограмма возмущенно моргнула и сменила цвет с парадного золотого на тревожный желтый. — Я обязан немедленно вызвать наряд жандармерии. Однако... поскольку мой протокол безопасности в данный момент парализован вашим варварским, но, вынужден признать, эффективным вмешательством, я переведен в режим отладки. Чем могу служить вашему... пролетарскому сиятельству?

«А у них тут искусственные интеллекты с характером, — усмехнулся про себя Виктор. — Прямо как духи машины из Вахи, только еще и язвят».

— Скинь мне локальные базы данных, — скомандовал он. — Базовые правила этого мира, расстановку сил в столице и полицейские сводки за неделю. И давай без пользовательского соглашения, я его всё равно никогда не читаю.

— Как вам будет угодно. Запускаю протокол передачи неструктурированного лора, — ИИ учтиво поклонился, хотя его левый глаз при этом нервно дергался. — Надеюсь, ваш мозг не расплавится от объема информации, сэр.

Виктор выпрямился, убрал парализатор и положил ладони на сенсорную панель, скрытую под экраном.

Система в голове среагировала мгновенно:

[ИНТЕРФЕЙС ПОДКЛЮЧЕН. НАЧАТО СКАЧИВАНИЕ ЛОКАЛЬНЫХ ДАННЫХ.]

Прямо на сетчатку Виктора хлынул поток текста. Скорость чтения, благодаря возросшему Интеллекту, была фантастической. Он проглатывал гигабайты за секунды, а мозг тут же структурировал их в четкую картину мира.

Мир: Российская Империя. Год 2047 от Рождества Христова. Технологический прорыв произошел в начале 20-го века благодаря открытию «Эфира» — энергии, позволяющей управлять стихиями. Власть: Император — лишь фигура на троне. Реальная власть у Великих Кланов (Юсуповы, Демидовы, Морозовы, Строгановы), корпораций и Гильдий. Закон: Сословное общество. Аристократия неприкосновенна. Если ты бесклановый рабочий — у тебя нет прав, только обязанности.

«Никаких эльфов и орков, зато есть генетические мутации, помноженные на банковские счета. Богатенькие Буратино летают на антигравах и кидаются файерболами, а бедные крутят гайки за миску супа. Стабильность, — резюмировал Виктор, раскладывая данные по полочкам в голове. — Как в старых добрых РПГ: мы возрождаемся на самом дне, чтобы было куда расти, - резюмировал Виктор, раскладывая данные по полочкам в голове».

Но самое интересное ждало его в закрытых полицейских сводках, которые терминал подтянул из-за сбоя защиты.

«За последние 48 часов в индустриальных зонах столицы зафиксированы всплески нерегистрируемой энергии. Очевидцы сообщают о массовых галлюцинациях в виде светящихся цифр и появлении агрессивных мутантов, не классифицируемых имперской наукой. Официальная позиция жандармерии: применение террористами экспериментальных нейротоксинов».

«Они не понимают, — понял Виктор, чувствуя, как по спине бежит холодок. — Они думают, что это теракты. Система интегрируется в мир прямо сейчас, на моих глазах. В этом мире еще нет высокоуровневых игроков. Все эти аристократы сильны своей старой магией, но перед Системой мы все стартуем в равных условиях!»

Он быстро вбил новый запрос в сервисное меню: «Где легализовать анонимный кредитный чип и купить фальшивый ID? Зоны с минимальным полицейским контролем».

Экран терминала мигнул, выдавая карту нижних уровней вокзала и прилегающего индустриального района — «Ржавого Кольца».

[ИНФОРМАЦИЯ СОХРАНЕНА В ЖУРНАЛ СИСТЕМЫ. ОПЫТ: +50.]

Виктор аккуратно захлопнул техническую панель ногой.

«Благодарю за службу, Горчаков», — бросил он напоследок. Голограмма дворецкого успела лишь страдальчески закатить глаза, прежде чем терминал вернулся к трансляции расписания.

Итак, картина ясна. Пока элита разбирается с «террористами», ему нужно затаиться в промзоне, обналичить деньги, купить документы и найти первую попавшуюся системную аномалию, чтобы нафармить уровни.

Он развернулся, чтобы направиться к спускам в Ржавое Кольцо, как вдруг Система завопила тревожным красным цветом.

Извини, действительно стоило пересобрать всю сцену целиком, чтобы она с самого начала выглядела монолитно, с выдержанным темпом и правильным системным оформлением.

Лови финальный вариант большой экшен-сцены со взломом пути и правильной выдачей интерфейса:

Виктор аккуратно захлопнул техническую панель терминала ногой. План был предельно ясен: уходить на дно, обналичить кредиты и сделать поддельные документы. Но не успел он сделать и шага, как Система в голове полыхнула тревожным багровым светом.

[ВНИМАНИЕ. ПРОСТРАНСТВЕННАЯ АНОМАЛИЯ.]

Стеклянный купол Центрального Вокзала содрогнулся, отзываясь низким гулом. Воздух в самом центре зала ожидания, прямо над мраморным фонтаном, пошел плотной искрящейся рябью. Раздался оглушительный, леденящий душу влажный скрежет, словно кто-то огромный разрывал когтями невидимый брезент.

Толпа замерла. Дамы в платьях и суровые жандармы с ужасом смотрели, как в воздухе распускается черная, пульсирующая неоном воронка, края которой кровоточили фиолетовым светом. Из разлома ударил поток удушливого воздуха. Виктор безошибочно распознал резкий запах горящей серы, примешанный к запаху плавящегося пластика. Будто кто-то открыл дверь в преисподнюю, где черти вместо котлов давно уже используют доменные печи.

И тут из пустоты шагнули они. Первым на мраморный пол тяжело приземлилось существо, отдаленно напоминающее гончую, но словно собранную больным разумом из кусков органики и острых полимерных осколков. Вместо глаз на вытянутой морде мерцал сплошной визор. За первой тварью беззвучно скользнули еще три.

Система перед глазами Виктора выдала каскад данных:

[ОБЪЕКТ: Искаженная гончая (Тип: Синтетика/Бионика). Уровень: 2.]

[ОСОБЕННОСТИ: Системный барьер 1-го ранга. Уязвимость к кинетическому урону.]

Тишину разорвал истошный женский визг. Толпа дрогнула и брызнула во все стороны. Сотни людей, теряя цилиндры и сминая друг друга, рванули к выходам. Городовые-киборги попытались выстроить заслон, но их электрические копья бессильно скользили по мерцающим барьерам тварей. Гончие сминали металл и плоть с одинаковой, пугающей легкостью.

Виктор вжался в нишу за терминалом. Его разум, разогнанный Системой, работал холоднее жидкого азота. Прямое столкновение — это верная смерть. У него всего три очка силы, и удар такой твари просто переломает ему позвоночник, не спасут никакие системные подсказки, если физика тела не успевает за мыслью.

Векторный анализ расчертил пространство вокруг на строгие геометрические линии. Траектории движения паникующих людей, сектора обстрела жандармов, векторы прыжков монстров. И тут его взгляд зацепился за транспортную ленту, идущую вдоль стены. По магнитным рельсам в сторону багажного отделения непрерывно двигались тяжелые грузовые платформы — тупые автоматизированные машины из цельнолитой стали, перевозящие по несколько тонн груза.

Виктор посмотрел на вскрытый им пассажирский терминал, затем на распределительный щиток магнитных путей, встроенный в колонну всего в двух метрах от него. В голове мгновенно выстроилась цепочка уравнений. Если твари защищены системными барьерами, которые поглощают магию и энергетические разряды жандармов, то как насчет чистой, грубой кинетической энергии? Законы Ньютона Система еще не отменила. «Магия магией, а формула F=ma работает даже в мире победившего хруста булки», — мрачно подумал он.

Виктор бросился к щитку управления путями. Крышка была заблокирована электронным замком. Он не стал тратить время на подбор кода — просто всадил дубинку парализатора в считыватель и нажал на спуск. Сноп искр, запах паленого текстолита, и замок безвольно отщелкнулся.

Перед ним открылось сплетение плат и реле. Векторный анализ услужливо подсветил нужные контакты бирюзовым цветом, показывая архитектуру сети. Расстояние до ближайшей гончей — сорок два метра. Она как раз приготовилась к прыжку, загоняя в угол группу остолбеневших от ужаса пассажиров. Скорость приближающегося по рельсам грузового дрона — двенадцать метров в секунду. Масса — около трех с половиной тонн.

Виктор голыми руками вырвал пучок проводов, отвечающих за магнитный тормоз на этом участке пути. Пальцы обожгло разрядом, но он даже не поморщился. Два оголенных провода нужно было замкнуть в строго определенную долю секунды, чтобы платформа сошла с рельсов под правильным углом.

Таймер в голове отсчитывал миллисекунды. Траектория прыжка монстра пересекалась с вектором движения платформы. Три... два... один...

Гончая оттолкнулась от пола, взмывая в воздух для смертельного броска. В этот же миг Виктор с силой соединил контакты. Тяжелый магнитный погрузчик, вместо того чтобы плавно затормозить у зоны разгрузки, взвыл перегруженными двигателями. Лишенный тормозного поля, он на огромной скорости сорвался с магнитной подушки. Многотонная стальная болванка пронеслась над полом и на полном ходу врезалась в летящую тварь.

Удар был такой силы, что мраморная крошка брызнула во все стороны, а звук смятого металла перекрыл крики толпы. Никакой барьер первого ранга не мог остановить три тонны летящего железа. Гончую просто впечатало в несущую колонну с тошным хрустом ломающихся полимерных костей.

В интерфейсе Виктора мгновенно вспыхнуло каскадом золотых уведомлений:

[ЦЕЛЬ НЕЙТРАЛИЗОВАНА: ИСКАЖЕННАЯ ГОНЧАЯ (УР. 2).] [РАСЧЕТ УРОНА: КИНЕТИЧЕСКИЙ (КРИТИЧЕСКИЙ).] [ПОЛУЧЕНО ОПЫТА: +450.] [ДОСТИГНУТ УРОВЕНЬ 2. ПОЛУЧЕНО СВОБОДНЫХ ОЧКОВ ХАРАКТЕРИСТИК: 2.]

Виктор не стал дожидаться, пока остальные твари или ошарашенные городовые поймут, откуда прилетел этот многотонный грузовой снаряд. На месте гибели размазанного по стене монстра слабо блеснул выпавший системный лут — небольшой пульсирующий фиолетовым светом кристалл.

Выждав момент, когда оставшиеся гончие отвлеклись на грохот и поднявшееся облако цементной пыли, Виктор рыбкой скользнул к обломкам платформы. Он сгреб холодный кристалл в карман грубых штанов и, низко пригнувшись, нырнул в спасительный полумрак служебного коридора.

Впереди его ждал спуск на нижние уровни — в Ржавое Кольцо. Туда, где законы Империи работали совсем иначе.

Глава 3

Технический лифт, представляющий собой ржавую клеть на скрипучих магнитных тросах, неумолимо полз вниз. Сквозь решетчатый пол было видно, как сияющий мрамор и имперское золото верхних ярусов сменяются голым бетоном, сплетением толстых труб и мигающим неоном.

Виктор привалился плечом к холодной стенке кабины. Перед глазами настойчиво пульсировало золотистое уведомление:

[Доступно свободных очков: 2.]

Он мысленным усилием смахнул голограмму в свернутый режим. Нет. Любой геймер знает: в непонятной ситуации не спеши тратить ценный ресурс. «В любой непонятной ситуации — копи ресурс», — гласило золотое правило выживания. Неважно, где ты: бродишь по радиоактивным пустошам или спускаешься на дно альтернативной Империи. Система явно готовилась устроить этому миру жесткий краш-тест, и Виктору требовалось сначала изучить правила игры, прежде чем инвестировать капитал в статы.

Ему отчаянно не хватало информации. Сообщение «Глобальная инициализация» не давало покоя. Кто еще получил доступ к Системе? Местная аристократия? Или, может, такие же попаданцы, как он? Если сюда забросило других игроков, то откуда они? Из его 2024-го? Или из других эпох?

Оценивать расстановку сил в этой невидимой войне только по всплывающим уровням местных монстров было фатальной ошибкой. Виктор всегда считал, что судить об угрозе противника по одной голой цифре — всё равно что пытаться понять сюжет сложной книги по оглавлению. Ему нужно было вернуться в «официальное поле» Империи, но уже не в качестве бесправного смерда, а человеком с легальным цифровым статусом. И с нормальным оружием, которое не бьет владельца штрафами по характеристикам.

Лифт дернулся и с лязгом остановился. Двери с натужным скрежетом разъехались в стороны.

В нос ударил густой, тяжелый коктейль из запахов: дешевое синтетическое масло, жареная на открытом огне соя, застарелый пот и кислый дым. Ржавое Кольцо оправдывало свое название. Это был исполинский многоуровневый колодец, опоясывающий фундамент вокзала. Трущобы везде одинаковы. Неоновые вывески, отражающиеся в лужах машинного масла, и густой пар из вентиляционных решеток. Местный «Найт-Сити» пах безысходностью и дешевым пойлом.

Виктор натянул капюшон глубже. Векторный анализ работал в фоновом режиме, подсвечивая ему траектории движения местных обитателей. Вот двое подростков с имплантами из дешевого пластика синхронно изменили курс, беря Виктора в клещи — система тут же подсветила их руки, скользящие к карманам. Виктор просто резко остановился, позволив им пройти мимо, и бросил на малолетних щипачей такой тяжелый, математически выверенный взгляд, что те предпочли раствориться в толпе.

Ему не нужны были официальные терминалы. Ему нужен был теневой делец.

Спустя двадцать минут блужданий по узким мостикам, нависшим над пропастью технических стоков, Векторный анализ выцепил интересную аномалию. Энергетический фон в одной из неприметных лачуг, собранных из кусков корабельной обшивки, был плотнее, чем на всем ярусе. Над бронированной дверью криво мигала неоновая вывеска: «Антиквариат и детали. Стучать дважды».

Виктор постучал. Дверь отъехала в сторону, открывая тесное помещение, под завязку забитое разобранными дронами, ящиками со старыми чипами и мотками оптоволокна. За прилавком сидел лысый мужчина неопределенного возраста. Вместо левой руки у него был установлен массивный, грубо сваренный промышленный манипулятор, а правый глаз заменял многолинзовый оптический блок.

— Мы закрыты, — прохрипел киборг, не отрываясь от паяльника. — Бесклановую рвань не обслуживаю.

— Мне нужно легализовать анонимный кредитный чип, — спокойно произнес Виктор, подходя к прилавку. — Сделать чистый, непробиваемый ID-профиль гражданина. И подобрать нормальный ствол.

Делец отложил паяльник. Его оптический глаз с жужжанием сфокусировался на Викторе. — Ты, видать, головой ударился, парень. Чистый ID в имперской базе? Знаешь, сколько это стоит? У тебя почки столько не стоят, даже если обе вырезать прямо сейчас на этом столе. Проваливай.

У Виктора не было ни денег (он даже не знал баланс украденной карты), ни репутации. Но у него была смекалка, помноженная на холодный расчет и полное отсутствие иллюзий о том, как ведутся дела на дне.

Он шагнул вплотную к верстаку. Векторный анализ мгновенно расщепил сложный механизм, над которым потел торговец, на базовые переменные. Делец ковырялся в потрохах украденного имперского дрона-паука военного образца, пытаясь снять блокировку с эфирной батареи. Виктор сразу увидел уязвимость. Не ту, что могла их спасти, а ту, что могла их убить.

Виктор не стал угрожать словесно. Вместо этого он молниеносно выхватил из кармана тяжелую вороненую кредитку Городового и с размаху всадил её металлическим ребром прямо между двумя оголенными контактами распределителя дрона, замыкая цепь.

Сноп ослепительных синих искр ударил в потолок. Внутри металлического паука взвыла противная, нарастающая сирена, а на гладком бронированном панцире загорелся пульсирующий красный таймер.

— Ты что наделал, больной ублюдок?! — взревел делец, в ужасе отпрыгивая от верстака. Его тяжелый манипулятор судорожно задергался. — Это военный протокол самоуничтожения!

— Я в курсе, — абсолютно спокойно ответил Виктор, даже не сдвинувшись с места. Перед его глазами Система тоже отсчитывала секунды. — Ты хотел внимания — ты его получил. У нас сорок секунд.

— Я тебя на куски порву! — киборг выхватил из-под прилавка обрез дробовика.

— Тридцать пять секунд, — бесстрастно отсчитал Виктор, глядя прямо в дуло. — Радиус поражения эфирной батареи — метров пятнадцать. Большой бада-бум. Мы испаримся быстрее, чем дробь долетит до моего лица. Можешь попытаться вырвать провода сам, но твои дешевые сервоприводы на левой руке слишком медленные и грубые для такой работы.

Торговец судорожно перевел взгляд с Виктора на дрона. Его оптический глаз бешено закрутился, сканируя цепи. Он понял, что парень прав. Лицо киборга покрылось липкой испариной.

— Двадцать пять секунд, — голос Виктора звучал монотонно, как у робота. — Я могу это остановить. Но после этого мы садимся, ты достаешь лучший сканер, мы легализуем этот чип, и ты делаешь мне профиль. Идет?

— Да! Да, мать твою, делай! — рявкнул делец, бросая дробовик на пол.

Виктор тут же оттолкнул его от стола. Векторный анализ услужливо подсветил нужные узлы синим неоном. Двадцать секунд. Пальцы сработали с точностью станка с ЧПУ. Виктор схватил с верстака кусачки, одним движением перекусил синий провод, зачистил его ногтем и намертво скрутил с толстой медной жилой заземления. Затем выхватил из-за пояса шоковый парализатор и дал короткий, прицельный разряд в контроллер памяти.

Дрон пискнул, мигнул всеми диодами и мирно загудел, перейдя в режим гибернации. Красные цифры таймера на броне и в глазах Виктора растворились.

В мастерской повисла тяжелая тишина, нарушаемая лишь гудением вентиляции. Делец тяжело оперся о стену и шумно сглотнул, глядя на человека в лохмотьях, который только что голыми руками, кусачками и дубинкой взломал технику военного класса, предварительно поставив их обоих на край могилы.

— Кто ты такой, мать твою? — хрипло спросил киборг, вытирая пот со лба здоровой рукой. В его голосе больше не было пренебрежения. Только первобытная настороженность и страх.

Виктор невозмутимо извлек кредитку Городового из контактов дрона, протер ее о рукав льняной рубахи и положил на прилавок. Сверху легла вторая «валюта» — медный жетон с заблокированным маячком.

— Доставай считыватель. Будем смотреть, какой стартовый капитал мне выделила Империя, и собирать мне новую личность.

Киборг, тяжело дыша, подошел к прилавку и, покосившись на спасенного дрона, выдвинул из-под столешницы массивный терминал. Он взял вороненую кредитку и вставил в считыватель. Экран мигнул зеленым.

— Полторы тысячи имперских рублей, — буркнул торговец. — Для Городового третьего ранга — неплохая заначка. Видать, крышевал кого-то из местных барыг.

— Хватит на чистый профиль? — спокойно спросил Виктор.

— На профиль вольнонаемного механика третьего класса — с головой. Без клановых меток, без права ношения эфирного оружия, но патрульные дроны при сканировании будут видеть обычного винтика системы, а не бродячего «смерда» под арест. Плюс останется на кое-какую снарягу.

Виктор кивнул. Пока делец стучал по клавишам, прописывая новую цифровую личность в теневом сегменте базы данных, Виктор обдумывал арсенал.

— Огнестрел мне не нужен, — прервал он торговца, когда тот попытался выложить на стол тяжелый кинетический револьвер. — Мне нужен дешифратор. Портативный, чтобы брал электронные замки хотя бы второго класса. И что-нибудь для отвода глаз. Оптический камуфляж или генератор помех.

Торговец удивленно хмыкнул, убирая пушку обратно под прилавок.

— Умный, значит. Делаешь ставку на тень. Ладно.

Он порылся в ящиках и выложил на стол плоскую матовую коробочку, похожую на портсигар, и широкий браслет из темного металла, покрытый царапинами.

— Эфирный отмыкатель «Стриж». Берет большинство гражданских магнитных дверей. А это — теневой полог. Армейская списанная игрушка, контрабанда с восточных границ. Искажает свет вокруг носителя на три минуты, пока не сядет батарея. Будешь выглядеть как размытое пятно в воздухе. Стоит шестьсот рублей за обе игрушки.

Виктор забрал гаджеты. Векторный анализ тут же выдал справку, подтверждая слова дельца и подсвечивая уровень износа деталей. Жить можно.

— А теперь скажи мне, что это такое, — Виктор медленно достал из кармана фиолетовый кристалл, выбитый из системной гончей, и положил его на тускло освещенный прилавок.

В мастерской повисла звенящая тишина.

Многолинзовый оптический глаз киборга с тихим щелчком сфокусировался на гранях кристалла, издав характерный механический зум — прямо как у тяжелых боевых мехов из старой фантастики. Виктор, привыкший анализировать всё до мельчайших деталей, мгновенно считал реакцию оппонента.

Его разогнанный мозг перевел физиологию дельца в язык голых цифр:

[Пульс объекта: 115 уд/мин. Температура тела повысилась на 0.6 градуса. Микромоторика правой руки: тремор. Вероятность попытки обмана: 99.8%.]

Виктор читал этого теневого барыгу так же легко, как когда-то щелкал открытую предматчевую статистику команд перед тем, как составить сложный тактический прогноз. Он видел, как оппонент поплыл, пытаясь скрыть шок за маской равнодушия.

— Это... — делец сглотнул. — Стекляшка какая-то. Эфирный шлак с нижних уровней, наверное. Давай так и быть, заберу за полтинник, на переплавку.

Виктор холодно усмехнулся, не сводя с него взгляда.

— Полтинник? За вещь, от которой у тебя пульс подскочил до ста пятнадцати, а глазной имплант чуть не закоротило от жадности?

Торговец дернулся, понимая, что его дешевый блеф разбили вдребезги.

— Парень, я не знаю, где ты это отковырял, но такие штуки не таскают в карманах штанов, — голос киборга упал до хриплого шепота. — Это чистый кристаллизованный конструкт. В нем нет эфира. Вообще ни капли. Это другая энергия, чужая.

Он нервно оглянулся на дверь и продолжил: — Такие камни я видел только один раз, пару недель назад. Когда люди из службы безопасности корпорации Морозовых спустились сюда искать отмороженных наемников для зачистки какой-то аномалии на заброшенном заводе. Они платили за осколок в десять раз меньше этого по десять тысяч. Наличными.

Виктор аккуратно, двумя пальцами забрал кристалл со стола и спрятал обратно в карман.

Десять тысяч. Солидные деньги для Ржавого Кольца. Но продавать первый же системный лут местному барыге — это как слить легендарный предмет первому встречному NPC на старте игры. Раз корпорации уже готовы платить за это такие суммы, значит, Система начала менять баланс сил в Империи на макроуровне. И этот кристалл — потенциальный ключ к прокачке, который он изучит сам, как только найдет безопасное место.

— Он не продается, — отрезал Виктор, забирая прошитую карту с новым ID. — Мы закончили. Не советую кому-то рассказывать о нашем визите. Твой дрон может случайно вспомнить старые команды.

Виктор развернулся и шагнул в сырой полумрак Ржавого Кольца. Теперь он был не просто бесклановым рабочим. У него был инструмент для взлома, камуфляж, легальный цифровой профиль и понимание того, что на системных монстров уже открыли охоту сильные мира сего.

Виктор шагнул из лавки в сырой полумрак Ржавого Кольца. Неоновые вывески нелегальных ломбардов отражались в лужах с химическими отходами, а гул вентиляционных шахт сливался в монотонный индустриальный шум. Трущобы везде одинаковы. Местный «кибер-Питер» пах безысходностью, жареной соей и машинным маслом.

Он свернул в узкий проулок между двумя ржавыми грузовыми контейнерами и остановился, прислушиваясь. Шаги. Трое, судя по акустике. Идут не скрываясь, с уверенностью местных хищников, загнавших добычу в угол.

Виктор усмехнулся и сунул руку в левый карман льняной куртки. Пальцы привычно легли на холодную, шершавую рукоять.

Пока киборг-делец паниковал, глядя на запущенный таймер самоуничтожения военного дрона, Виктор не только перерезал провода. Его разогнанный Интеллект работал в многозадачном режиме. Векторный анализ услужливо подсветил слепую зону оптического глаза торговца и магнитный замок ящика прямо под верстаком. Замок, который открылся от легкого прикосновения закороченного парализатора.

Так у Виктора в кармане совершенно бесплатно оказался компактный кинетический игольник «Шершень-М». Оружие последнего шанса. Без оптического прицела, с поцарапанным корпусом и, как подсказала Система, всего с тремя бронебойными иглами в магазине. Но это был огнестрел. А в таких местах, как Ржавое Кольцо, добрым словом и игольником можно добиться куда большего, чем просто добрым словом.

— Эй, бесклановый, — раздался хриплый голос из темноты.

Путь вперед преградили три силуэта. Векторный анализ тут же обрисовал их контуры бирюзовым светом, рассыпая над головами каскад данных.

[Объект 1: Уличный вышибала. Уровень 3. Аугментации: Пневматический кулак (правая рука). Уровень угрозы: Средний.]

[Объект 2: Уличный бандит. Уровень 2. Вооружение: Цепной хлыст. Уровень угрозы: Низкий.]

[Объект 3: Уличный бандит. Уровень 2. Вооружение: Эфирный обрез (кустарный). Угроза: Высокая.]

— Барыга передавал тебе привет, — оскалился центральный, поигрывая массивной механической рукой, суставы которой тихо шипели гидравликой. — Сказал, ты ушел, не заплатив налог на безопасность. Так что мы заберем всё: и гаджеты, и чип, и твои почки в качестве моральной компенсации.

«Классика, — холодно подумал Виктор. — Никогда не доверяй NPC-торговцам в стартовой зоне. Я ему не понравился и, стоило мне выйти, как он тут же сдал меня местным фармилам, чтобы отбить свои затраты».

— Передайте своему нанимателю, что у него плохой сервис, — ровным голосом ответил Виктор, не вынимая рук из карманов.

Его взгляд молниеносно сканировал окружение. Узкий коридор. Бежать некуда. У противников явное преимущество в грубой силе, а у третьего — огнестрел. В лобовом столкновении с тремя очками Силы из Виктора сделают отбивную за три секунды.

Но драка — это та же математика. Нужно просто вычеркнуть из уравнения самые опасные переменные.

Векторный анализ расчертил переулок. Над головами бандитов проходила толстая магистраль с теплоносителем. Труба была старой, покрытой коррозией, а на одном из стыков, прямо над парнем с эфирным обрезом, Система заботливо подсветила красным микротрещину. Запас прочности: 4%. Давление внутри: 12 атмосфер. Температура: 140 градусов.

— Кончай трепаться, рви его! — рявкнул вожак с пневмо-рукой и бросился вперед.

Виктор действовал на опережение. Он не стал вытаскивать игольник полностью — просто направил ствол прямо через плотную ткань куртки.

Его мозг рассчитал траекторию с поправкой на дефектный ствол. Палец нажал на спуск.

Тихий, сухой хлопок. Бронебойная игла на сверхзвуковой скорости прошила карман, пронеслась в дюйме от уха бросившегося вперед вожака и вонзилась точно в ржавый стык магистрали над головой третьего бандита.

Труба лопнула с оглушительным визгом.

Узкий переулок мгновенно заволокло плотным облаком раскаленного пара. Парень с обрезом даже не успел вскинуть оружие — струя перегретого химического теплоносителя ударила ему прямо в лицо. Он истошно завопил, роняя пушку, и рухнул на колени, хватаясь за ошпаренную кожу.

[Цель 3 НЕЙТРАЛИЗОВАНА.]

Вожак, инстинктивно зажмурившись от внезапного выброса пара и крика напарника, сбился с шага. Этой заминки Виктору хватило с головой.

«Траектория сближения: 2 метра. Открытая зона: коленный сустав».

Виктор выхватил из-за пояса трофейный шоковый парализатор, поднырнул под слепой замах пневматической руки и с силой всадил искрящую дубинку прямо под колено киборга.

Двухметровая туша издала сдавленный хрип. Мышцы свело судорогой от разряда, и вожак с грохотом повалился на мокрый бетон, нелепо дергая механической конечностью.

Оставался третий. Тот, что с цепным хлыстом. Он выскочил из клубов пара, кашляя и слепо размахивая своим оружием. Цепь со свистом рассекла воздух там, где Виктор стоял секунду назад.

Но Виктор уже просчитал инерцию удара. Он сделал выверенный шаг в сторону, позволяя хлысту обмотаться вокруг железной опоры контейнера. Бандит дернул оружие на себя, но цепь намертво заклинило.

В следующую секунду Виктор оказался вплотную к нему. Ствол игольника уперся бандиту точно под подбородок.

— Нажму на спуск — и твои мозги познакомятся с потолком, — ледяным тоном произнес Виктор. — Вопросы есть?

Бандит судорожно сглотнул, разжал пальцы, бросая рукоять хлыста, и медленно поднял руки.

— Н-нет... Без вопросов, господин.

— Отлично. А теперь пшел вон отсюда, пока я не передумал.

Парень сорвался с места и растворился в темноте Ржавого Кольца быстрее, чем Виктор успел моргнуть.

[БОЙ ЗАВЕРШЕН. ВЫДАЮТСЯ ОЧКИ ОПЫТА: +350.]

[ПОЛУЧЕНО ДОСТИЖЕНИЕ: "Тактик подворотен" (Используйте окружение для нейтрализации группы противников).]

Виктор шумно выдохнул и потер лицо свободной рукой. Адреналин отпускал, оставляя после себя легкую дрожь в пальцах. Он наклонился и быстро обшарил стонущего на полу вожака и ошпаренного стрелка.

[ПОЛУЧЕНО: 320 имперских рублей. Зарядная батарея (класс D). Дешевый эфирный стимулятор.]

Кустарный обрез он брать не стал — слишком приметный и громоздкий, да и без навыков обращения с магическим оружием от него будет больше вреда, чем пользы.

Виктор уже собирался уходить, когда Система внезапно мигнула багровым предупреждением.

[ВНИМАНИЕ. ПРИБЛИЖЕНИЕ СИГНАТУР ВЫСОКОГО УРОВНЯ. УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: КРИТИЧЕСКИЙ.]

Сквозь шипение пробитой трубы до его слуха донесся звук, который не имел ничего общего с хаотичным шумом трущоб. Это были тяжелые, синхронные шаги подкованных металлом сапог. Так ходит только регулярная армия или профессиональная корпоративная элита.

Виктор мгновенно прижался спиной к ржавому контейнеру и нащупал на запястье купленный у дельца браслет — «Теневой полог». Он нажал кнопку активации.

Браслет тихо гупнул, и Виктор почувствовал, как по коже пробежал неприятный холодок. Пространство вокруг него слегка исказилось, преломляя свет. Векторный анализ подтвердил: оптическая заметность снижена на 85%. Для невооруженного глаза он теперь выглядел как мутная тень в клубах пара, не более.

Из-за угла, печатая шаг, вышли пятеро.

Они разительно отличались от местной швали. На них была подогнанная по фигуре черная тактическая броня с матовым покрытием. На наплечниках мерцал серебряный герб: стилизованная снежинка, вписанная в стальную шестеренку. Клан Морозовых.

У двоих в руках были массивные сканеры, напоминающие радары, а остальные трое сжимали короткоствольные импульсные винтовки армейского образца.

— Эфирная сигнатура обрывается здесь, командир, — произнес один из них, водя сканером над решеткой стока. Его голос, искаженный вокодером шлема, звучал как лязг металла. — Аномалия точно была на верхнем ярусе вокзала, но системный конструкт исчез. Словно его кто-то подобрал и унес вниз.

— Бесклановый мусор не мог убить Искаженную гончую, — холодно отозвался командир отряда, возвышающийся над остальными на полголовы. От его брони исходил едва заметный морозный пар. — Ищите. Этот кристалл нужен Аналитическому Отделу Корпорации. Если кто-то из местных барыг успел его припрятать — выжжем весь ярус дотла.

Виктор затаил дыхание, сливаясь с тенью контейнера. Его пальцы рефлекторно сжались на ткани кармана, где лежал холодный фиолетовый камень.

Игра только что перешла на совершенно другой уровень.

Глава 4

Таймер «Теневого полога» в углу интерфейса мерно отсчитывал секунды:

[Осталось времени: 2:14...].

Виктор затаил дыхание, буквально вжимаясь в ребристую стенку ржавого контейнера. Полог искажал свет, превращая его фигуру в едва заметную рябь теплого воздуха, но эта армейская игрушка не делала его бестелесным. Если кто-то из бойцов корпорации случайно заденет его плечом или если их сканеры настроены на тепловизионный спектр — его расстреляют быстрее, чем он успеет моргнуть.

Лезть напролом против закованной в броню элиты клана Морозовых было бы актом изощренного суицида. У него всего три бронебойные иглы, парализатор и новенький легальный ID-профиль механика третьего класса, который он совершенно не хотел портить федеральным розыском. В книгах про отмороженных попаданцев герой на его месте наверняка бы преисполнился ярости, открыл в себе скрытую магию льда и раскидал бы отряд голыми руками. Но Виктор был прагматиком.

Его любимый адмирал из старого аниме про галактические войны всегда говорил: лучший бой — это тот, которого удалось избежать. Умные стратеги не бьются головой о превосходящие силы противника, они ловят его в искусственный офсайд.

«Они ищут кристалл, — мозг Виктора, подстегнутый возросшим Интеллектом, работал с пугающей ясностью. — Барыга сказал, что в камне нет эфира. Значит, их сканеры ищут либо остаточный след от самой системной аномалии, либо пытаются уловить нестандартное излучение. В любом случае, им нужен сигнал».

Он аккуратно опустил руку в карман. Там лежал дешевый эфирный стимулятор, который он минуту назад снял с ошпаренного бандита. По сути, это был шприц-тюбик, до краев накачанный сырой магической энергией — местный аналог адреналина для одаренных. Если вскрыть его неправильно, эфир вырвется наружу мощным нестабильным фоном. Идеальная дымовая шашка для радаров.

Командир отряда Морозовых, от брони которого тянуло могильным холодом, сделал шаг вперед. — Настроить фильтры на поиск плотных структур, — лязгнул его синтезированный голос. — Если кто-то из местных крыс проглотил камень, мы это увидим. Прочесать каждый миллиметр.

Один из бойцов поднял массивный сканер и повел им прямо в сторону контейнера, за которым прятался Виктор.

[ВНИМАНИЕ. УГРОЗА ОБНАРУЖЕНИЯ: 78%... 85%...]

Времени на раздумья не оставалось.

Векторный анализ тут же расчертил переулок бирюзовой сеткой, подсвечивая интерактивные объекты. В пяти метрах левее, прямо в стене здания, непрерывно гудела пневматическая транспортная труба — артерия, по которой местные фабрики перегоняли капсулы с документами и мелкими деталями на нижние ярусы Ржавого Кольца.

Виктор осторожно, стараясь не шуметь, большим пальцем свернул предохранительный клапан на эфирном стимуляторе. Внутри стеклянной колбы яростно забурлила синяя жидкость.

[Время полога: 1:20...]

Он сделал мягкий, скользящий шаг в сторону, выходя из-под прикрытия контейнера. Сердце колотилось где-то в горле. Боец со сканером медленно поворачивался. Виктор оказался у него прямо перед носом, на расстоянии вытянутой руки. Корпоративник на секунду замер, глядя сквозь визор шлема на странное преломление света в клубах пара, словно пытаясь понять, показалось ему или нет.

«Ну же, спиши это на ветер или игру теней, как болванчик из "Скайрима"», — мысленно взмолился Виктор.

Он не стал ждать, пока солдат сложит два и два. Одним плавным движением Виктор закинул вскрытый, шипящий от перегрузки стимулятор прямо в открытый приемный лоток транспортной трубы, и тут же с силой ударил кулаком по большой зеленой кнопке «ОТПРАВКА».

Пневматика с оглушительным свистом всосала капсулу.

В ту же долю секунды сканеры в руках корпоративников буквально взбесились. Они заверещали на одной пронзительной ноте, а экраны вспыхнули красным.

— Всплеск! Массивный эфирный выброс! — заорал оператор сканера, резко разворачиваясь к трубе. — Командир, сигнатура только что сорвалась с места! Она уходит по магистрали! Скорость сорок метров в секунду, направление — шестой нижний горизонт, сектор переработки отходов!

Командир Морозовых выругался сквозь вокодер. — Они догадались засунуть конструкт в пневмопочту! Перехватить груз на терминале шестого уровня! За мной, бегом!

Отряд сорвался с места. Синхронный топот бронированных ботинок быстро растворился в лабиринте трущоб.

Виктор медленно выдохнул. Напряжение отпустило спину, оставив после себя легкую слабость.

[УРОВЕНЬ УГРОЗЫ СНИЖЕН. ОПЫТ: +150 (Скрытность).] [Время полога: 0:15... 0:14...]

Трюк сработал идеально. Он только что отправил элитный отряд корпорации гоняться за шприцем с магическим энергетиком по городским канализациям. Пока они поймут, что сигнатура была ложной, пока вернутся обратно — Виктора здесь уже давно не будет. Смекалочка и законы физики снова переиграли грубую силу и магию.

Нужно было закрепить результат и раствориться в толпе.

Виктор быстрым шагом вышел из подворотни на более оживленную улицу Ржавого Кольца. Здесь располагался стихийный рынок: торговцы жареной лапшой кричали что-то на смеси русского и китайского, работяги после смены пили дешевое синтетическое пиво из пластиковых стаканов, а над головами гудели голографические вывески с рекламой дешевых имплантов.

[Теневой полог: Деактивация. Требуется подзарядка батареи: 2 часа.]

Воздух вокруг Виктора перестал рябить. Он снова стал видимым. Обычный парень в потертой льняной куртке, надвинутом на брови капюшоне и с перемазанным машинным маслом лицом. Никто даже не обернулся в его сторону. В этом океане нищеты и индустриального шума он был всего лишь еще одной незаметной каплей.

Виктор подошел к стойке с уличной едой, отсчитал несколько мятых имперских рублей, забранных у бандитов, и взял обжигающе горячий картонный стакан с каким-то травяным суррогатом кофе.

Он прислонился к ржавой ограде, глядя в бурлящую толпу, и сделал глоток. Жидкость на вкус напоминала жженую резину пополам с цикорием, но сейчас это был нектар богов.

«Итак, подведем итоги первой половины дня в новом мире, — усмехнулся про себя Виктор. — Я получил Систему, уложил жандарма, грохнул системного монстра вагонеткой, обчистил барыгу, унизил гопников и пустил по ложному следу местный аналог корпоративного спецназа. И у меня есть легальный паспорт. Неплохой старт для бескланового "смерда"».

Но расслабляться было рано. В кармане всё еще лежал фиолетовый кристалл, а два свободных очка характеристик ждали своего часа. Ему нужно было безопасное, закрытое место. Дешевая съемная капсула в местном мотеле подошла бы идеально.

Он мысленно вызвал интерфейс.

[ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: Виктор. СТАТУС: Гражданин (Механик 3-го класса). Уровень: 2.]

Пора было разобраться, что именно за игру затеяла Система, и как этот кристалл поможет ему взломать ее правила окончательно.

Виктор сделал последний глоток мутной жижи, по недоразумению названной кофе, и с хрустом смял картонный стаканчик. Отвратительный вкус жженой резины и цикория сработал лучше нашатыря, помогая окончательно прийти в себя и сбросить остатки адреналинового тремора.

В голове уже выстроился четкий, пошаговый план. Найти капсульный отель, желательно в слепой зоне для полицейских радаров. Запереться. Достать фиолетовый кристалл и с помощью Векторного Анализа разобрать его свойства на молекулы. И, наконец, распределить два заветных очка характеристик, чтобы перестать быть первоуровневым куском мяса в этом жестоком пищевом конвейере.

Он мысленно обратился к карте Ржавого Кольца, которую Система заботливо скопировала при взломе вокзального терминала. В трех кварталах отсюда тускло светилась иконка ночлежки с претенциозным названием «Стальной Кит». Идеально.

Виктор отбросил стаканчик в переполненную урну и сделал шаг от ржавой ограды, собираясь покинуть рынок, как вдруг Система перед глазами вспыхнула не просто багровым, а пульсирующим кроваво-красным цветом.

[ВНИМАНИЕ. СИГНАТУРЫ УГРОЗЫ ВЕРНУЛИСЬ В РАДИУС ОБНАРУЖЕНИЯ.] [УРОВЕНЬ УГРОЗЫ: КРИТИЧЕСКИЙ. СТАТУС ТЕНЕВОГО ПОЛОГА: РАЗРЯЖЕН (0%).]

С противоположного конца рыночной улицы, грубо расталкивая толпу, вынырнули знакомые матово-черные фигуры в тактической броне. Отряд Морозовых.

Виктор плавно, без резких движений отступил в густую тень за стойку с жареной лапшой.

«Значит, их аналитики оказались умнее, чем я рассчитывал, — холодно констатировал он, чувствуя, как по спине поползла липкая испарина. — Это не тупые болванчики из виртуальной симуляции, у которых сбрасывается уровень тревоги, если спрятаться в шкаф. Это элитные цепные псы Великого Клана, они умеют брать след и делают выводы из своих ошибок».

Командир отряда, от чьей брони всё так же исходил морозный пар, остановился посреди улицы. Его голос, усиленный вокодером, перекрыл шум стихийного рынка: — Сектор перекрыт! Никому не двигаться! Всем приготовить цифровые метки для сканирования!

Один из бойцов с тяжелым радаром подошел к командиру. — Господин лейтенант, вы были правы. В пневмотрубе оказался просто вскрытый шприц с эфиром. Дешевая обманка. Сигнатура конструкта всё ещё здесь, но она экранирована.

— Тот, кто это сделал, знал, как работают наши радары, — процедил командир. — Переключить визоры на биометрический поиск. Ищите бескланового без имплантов, или кого-то с пульсом выше нормы. Обыскать каждого. За сопротивление — огонь на поражение.

Рынок мгновенно стих. Работяги, торговцы и мелкий криминалитет покорно замерли, поднимая руки и открывая запястья с вшитыми чипами. С корпоративной гвардией в этом мире никто не шутил — эти ребята могли сжечь целый квартал, и жандармерия просто закрыла бы на это глаза.

Виктор прикинул варианты. Теневой полог сел. Бежать через толпу — значит получить плазменный заряд в спину на первых же пяти метрах. Биометрический сканер Морозовых считает его бешеный пульс и отсутствие клановой метки быстрее, чем он успеет сказать «сдаюсь».

Как учил один лысый киллер со штрих-кодом на затылке из старой серии игр: если не можешь исчезнуть сам — заставь всех смотреть на что-то другое.

Векторный Анализ расчертил рыночную площадь строгой геометрией. Четыре выхода. Три из них уже перекрыты бойцами Морозовых. Четвертый — это массивная гермодверь с магнитным замком, ведущая в технические туннели системы охлаждения. Прямо над дверью светился желтый знак: «Только для обслуживающего персонала. Допуск класса 3».

Виктор криво усмехнулся. Меньше часа назад он как раз стал гордым обладателем легального профиля Механика 3-го класса. Дверь его пропустит. Но чтобы до нее дойти, нужно пересечь десять метров открытого пространства прямо перед носом у корпоратов.

Нужен был идеальный, масштабный отвлекающий маневр.

Взгляд Виктора заскользил по толпе, считывая переменные. И тут Система подсветила идеальных кандидатов.

В двадцати метрах от него, у входа в нелегальный игорный притон, стояла группа крепких парней. Местный синдикат. У каждого второго — грубые, но смертоносные боевые аугментации, кустарные подкожные бронепластины и тяжелые плазменные резаки на поясах. Они смотрели на вторжение Морозовых исподлобья, с откровенной ненавистью. Ржавое Кольцо было их территорией, а корпораты вели себя здесь как хозяева, бесцеремонно ломая устоявшийся криминальный бизнес.

Две стаи хищников на одной тесной поляне. Им просто не хватало искры.

Виктор опустил руку в карман куртки. Пальцы сжали рукоять кинетического игольника «Шершень-М». Оружие было компактным, стреляло практически бесшумно, но точность на дистанции больше десяти метров без должного навыка оставляла желать лучшего.

Векторный Анализ активизировался на полную мощность. Мир вокруг побледнел, оставляя лишь ярко-синие линии траекторий.

[Анализ объекта: Главарь синдиката (Уровень 4). Вооружение: Тяжелая кибер-рука со встроенным плазменным излучателем (снят с предохранителя).]

[Расчетная уязвимость: Внешний сервопривод спускового механизма на предплечье. Толщина брони: 1.2 мм.]

[ВНИМАНИЕ. Штраф к меткости из-за нехватки Ловкости: -20%. Расчетная вероятность попадания с учетом поправки на дефект ствола: 82%.]

— Восемьдесят два процента, — одними губами прошептал Виктор. — В старом добром X-COM с такими шансами оперативники умудрялись мазать в упор. Остается надеяться, что местный рандом благосклоннее к попаданцам.

Он не стал вынимать оружие из кармана, чтобы не выдать себя движением. Просто чуть сдвинулся, чтобы между ним и главарем синдиката образовался чистый коридор. Командир Морозовых в этот момент как раз подошел к бандитам, надменно задрав подбородок шлема.

— Лицом к стене, грязь. Руки за голову, — приказал лейтенант корпоратов, наставляя на главаря сканер.

Главарь синдиката напрягся, его кибернетическая рука угрожающе загудела, накапливая заряд. Он не хотел начинать полномасштабную войну, но и терять авторитет перед своими людьми на собственной территории было смерти подобно. Бандит медленно, нехотя начал поднимать тяжелую механическую конечность.

В этот момент Виктор мягко, на выдохе, нажал на спуск «Шершня».

Раздался сухой, едва слышный в шуме рынка щелчок. Куртка Виктора слегка дернулась.

Бронебойная игла прошила пространство, чудом разминувшись с плечом случайного зеваки, и с филигранной точностью вонзилась прямо в открытый сервопривод поднятой кибер-руки главаря синдиката.

Механизм коротнуло. Раздался громкий, электрический треск.

Пальцы кибер-руки непроизвольно, намертво сжались. Плазменный излучатель, встроенный в ладонь бандита, сработал автоматически от замкнувших контактов. Ревущий сгусток перегретой синей плазмы сорвался с руки главаря и ударил прямо в нагрудную броню стоящего напротив бойца Морозовых.

Корпорат с грохотом отлетел на спину, сминая лоток с лапшой.

На рынке повисла секундная, мертвая тишина. Никто не видел игольного выстрела Виктора. Все видели только одно: местный авторитет не выдержал унижения и в упор расстрелял офицера Великого Клана.

— Убить их! — взревел командир Морозовых, вскидывая винтовку.

— Вали чистоплюев!! — в исступлении заорал в ответ главарь синдиката. Он не понимал, почему его рука выстрелила сама по себе, но отчетливо осознавал, что пути назад больше нет.

Площадь взорвалась настоящей, кровавой бойней.

Воздух перечертили ослепительные лучи армейских лазеров и грубые сгустки кустарной плазмы. Запахло озоном и паленым мясом. Торговцы с воплями бросились врассыпную, переворачивая прилавки и прячась за ржавые остовы старых агрегатов. Кто-то швырнул дымовую шашку. Автоматизированные турели игорного притона с визгом выехали из пазов и открыли шквальный огонь по корпоративной гвардии.

Когда на тесной площади начинают делить территорию две стаи вооруженных до зубов убийц, до одинокого работяги в серой куртке никому нет дела.

[ЦЕЛЬ ДОСТИГНУТА. ВЕРОЯТНОСТЬ ОБНАРУЖЕНИЯ: 0%.]

[ПОЛУЧЕНО ОПЫТА: +200 (Тактика непрямого вмешательства).]

Виктор спокойно, не привлекая внимания, пригнулся и скользнул вдоль стены к желтой гермодвери. Над головой крошился бетон от шальных выстрелов, но его пульс уже пришел в норму.

Он приложил прошитый чип-карту к считывателю.

«Авторизация успешна. Добро пожаловать, Механик. Смена начинается через 8 часов», — приветливо пискнул терминал.

Дверь с тихим пневматическим шипением отъехала в сторону. Виктор шагнул в прохладный полумрак технических туннелей, намертво блокируя за собой толстый магнитный замок. Грохот жестокой уличной перестрелки мгновенно стих, превратившись в глухое, безопасное эхо.

Он стряхнул с куртки бетонную пыль и посмотрел на мерцающий голографический интерфейс Системы.

— Ну вот, теперь можно и статы раскидать, — с удовлетворением произнес Виктор в пустоту прохладного коридора. — Посмотрим, что за лут мне выпал.

Технический туннель встретил Виктора запахом озона и мерным гулом промышленных вентиляторов. Пройдя с сотню метров, он наткнулся на массивный трансформаторный щит. Идеальное место.

Виктор достал фиолетовый кристалл. В полумраке камень пульсировал ровным светом. Векторный Анализ выдал лишь россыпь вопросительных знаков.

«Любой фанат научной фантастики знает главное правило, — прагматично подумал Виктор, пряча лут от греха подальше. — Никогда не вживляй в себя светящуюся инопланетную дрянь без мануала, если не хочешь, чтобы из твоей грудной клетки вырвался чужой».

Отщелкнув панель щитка, он аккуратно устроил кристалл прямо за магнитной катушкой. Мощное электромагнитное поле надежно ослепит любые корпоративные сканеры.

Усевшись на теплый решетчатый пол, Виктор вызвал интерфейс. Два нераспределенных очка характеристик ждали своего часа. Ум — это отлично, но какой прок от суперкомпьютера в голове, если тело двигается со скоростью старого диалап-модема? В переулке штраф к меткости едва не стоил ему жизни. Ему нужны тайминги и координация.

[РАСПРЕДЕЛЕНИЕ ПОДТВЕРЖДЕНО. ЛОВКОСТЬ: 2 ➔ 4]

По мышцам словно пустили разряд тока. Казалось, кто-то заживо перепаивал его нейронные связи на скоростное оптоволокно. Когда спазм отпустил, Виктор выхватил игольник «Шершень-М». Оружие больше не казалось неуклюжим — ствол лег в ладонь как влитой.

[ОШИБКА СИНХРОНИЗАЦИИ УСТРАНЕНА. Штраф на использование стрелкового оружия (-20%) снят.]

Отлично. Теперь он не просто умный, он еще и быстрый. Виктор подложил под голову куртку, собираясь урвать пару часов сна перед тем, как идти исследовать Ржавое Кольцо.

Но едва он закрыл глаза, как в кармане штанов что-то коротко завибрировало.

Не парализатор. И не интерфейс Системы. Вибрировал его новенький легальный чип-паспорт Механика 3-го класса.

Виктор достал вороненую пластину. Поверх выгравированного имперского орла светились чужеродные зеленые символы:

«Трюк с пневмотрубой и перегретым сервоприводом — 7 из 10. Неплохо, но можно и лучше, новичок. Завтра в 08:00 у тебя первая официальная смена в ремонтном доке. Приходи один. И да, добро пожаловать в песочницу, попаданец».

Символы мигнули и бесследно растворились.

Сон сняло как рукой. Кто-то в этом городе не просто следил за тем, как он стравливал корпоратов с мафией, но и знал, кто такой «попаданец».

Виктор криво усмехнулся и беззвучно передернул затвор игольника. Похоже, мультиплеер начинается раньше, чем он рассчитывал.

Глава 5

Ремонтный док номер четыре встретил Виктора оглушительным визгом циркулярных пил, запахом горелой изоляции и густым маревом от сварочных аппаратов. Это было исполинское, закопченное помещение, где на стапелях, словно выброшенные на берег металлические киты, покоились разобранные грави-двигатели грузовых барж.

Виктор приложил свой новенький чип к терминалу на проходной. Экран мигнул зеленым. Никаких сирен, никаких отрядов корпоративной гвардии. Легализация прошла успешно.

Векторный Анализ, работающий теперь в фоновом режиме, услужливо подсветил путь к назначенному рабочему месту — сектору обслуживания магнитных катушек. Настроение было по-деловому холодным. После ночевки на жестком решетчатом полу щитовой спина противно ныла, зато прокачанная Ловкость давала о себе знать: тело двигалось плавно, пружинисто, без малейших задержек откликаясь на команды мозга.

В его секторе было пусто, если не считать одного человека. Высокий, жилистый парень в перепачканном мазутом комбинезоне сидел на перевернутом ящике и меланхолично протирал ветошью тяжелый гаечный ключ. У него были светлые, коротко стриженные волосы и цепкий, оценивающий взгляд, который совершенно не вязался с декорациями Ржавого Кольца. Местные работяги смотрели иначе — тускло и обреченно.

Виктор остановился в трех шагах, не вынимая рук из карманов куртки. Правая ладонь привычно легла на холодную рукоять игольника.

— Пунктуальность — вежливость королей, — не отрываясь от своего занятия, произнес парень. Голос у него был спокойный, с едва уловимой усмешкой. — Или, в нашем случае, залог выживания. Привет. Я Влад.

Виктор мысленно активировал сканирование. [Объект: Владислав. Уровень: ??? (Скрыто системным артефактом). Уровень угрозы: Неизвестен.]

«Глушилка интерфейса, — мгновенно просчитал Виктор. — Значит, он в этой мясорубке достаточно давно, чтобы обзавестись продвинутым снаряжением. И он точно умеет скрывать свои истинные возможности».

— Ты ошибся адресом, Влад, — ровным тоном ответил Виктор. — Я просто механик. Пришел крутить гайки.

Влад усмехнулся, отбросил ветошь и поднял глаза. — Брось. Оставим этот театр для жандармерии. Мы оба знаем, кто мы такие. Когда я увидел, как ты вчера развел Морозовых на стимулятор в пневмотрубе, я чуть не прослезился. Красиво отработал. Не хватало только картонной коробки, чтобы под ней ползать, прямо как в старом добром Metal Gear.

Виктор не дрогнул, но внутренне подобрался. Упоминание земной игры было явным паролем, маркером «своего». Но этот мир быстро отучал от наивности. Здесь всё было настоящим, а люди вокруг, какими бы шаблонными они ни казались, могли прожечь тебе грудь плазмой. Считать кого-то союзником только потому, что он тоже знает старые видеоигры — верный путь в прозекторскую.

— Допустим, — коротко кивнул он. — Ты отправил мне сообщение на изолированный чип. Как?

— Местные технологии — это дикий ретрофутуризм, собранный на коленке, — Влад пожал плечами, поднимаясь. — Эфир они освоили, строят летающие дредноуты, а вот кибербезопасность у них застряла где-то на уровне моего две тысячи десятого года. Оттуда, кстати, я и родом. Уснул в общаге Бауманки после сопромата, проснулся здесь, в теле какого-то заводского штамповщика.

Виктор смотрел на него не мигая. Его разогнанный мозг анализировал каждое слово оппонента, словно сложный чертеж, в котором проектировщик намеренно заложил критическую ошибку.

— Из две тысячи десятого? — Виктор подошел к верстаку и взял в руки тяжелый моток медной проволоки, всем своим видом показывая, что намерен начать работу. — И как давно ты в этой империи гайки крутишь?

— Три года, — лицо Влада стало серьезным. Он взял второй конец катушки, помогая Виктору закрепить ее на станке.

— Три года, — медленно повторил Виктор. Интеллект в шесть единиц мгновенно выхватил деталь. — Вчера, когда я очнулся в подворотне, у меня перед глазами бегущей строкой прошло сообщение: «Глобальная инициализация завершена».

Влад усмехнулся, ловко зачищая контакты. — А Система и не вчера запустилась, Виктор. Она работала всё это время. Просто... в тени. Три года мы жили здесь как в закрытом бета-тесте. У нас были интерфейсы, мы качали уровни, но тихо, по подворотням, без спецэффектов. А вчерашняя «Инициализация» — это просто огромный, мать его, патч. Выход в открытый релиз. Система прорвала реальность и начала спавнить аномалии прямо посреди столицы. Теперь правила изменились для всех.

Мимо их сектора с тяжелым лязгом проехал автоматический погрузчик, и разговор прервался. За погрузчиком маячила фигура мастера с планшетом, так что Виктор и Влад синхронно и очень правдоподобно принялись наматывать провод на катушку. Виктор работал с поразительной скоростью — четырех единиц Ловкости хватало, чтобы руки порхали над сложным механизмом с точностью промышленного робота. Влад бросил на него короткий, уважительный взгляд.

— Если всё так серьезно, — тихо продолжил Виктор, когда мастер скрылся за соседним стапелем, — почему об этом не пишут в утренних газетах? Почему вчера на вокзале полиция думала, что системные монстры — это токсины террористов?

— Потому что Имперская Канцелярия не спит, — Влад подался вперед, понизив голос до хриплого полушепота. — Тайная полиция Императора. Они знают об «аномалиях». Вычисляют нас. Тихо, без шума. Приезжает черная карета без гербов, и человек растворяется в воздухе. Власти боятся нас до одури. В их мире магия — эфир — передается по крови, это основа их власти. А тут появляемся мы — бесклановые работяги, которые могут ломать их барьеры голыми руками, просто повысив уровень.

Виктор просчитывал вероятности. В инженерии есть золотое правило: если сложный механизм достался тебе даром, значит, ты и есть его расходный материал. Когда кто-то бесплатно делится с тобой ценной информацией на самом дне пищевой цепи, в девяноста процентах случаев тебя просто используют втёмную.

— Хорошо, Канцелярия ловит тех, кто выделяется, — Виктор невозмутимо затянул крепежный болт. — Но раз они такие опасные, почему ты сейчас стоишь здесь и откровенничаешь с абсолютно незнакомым человеком? Откуда тебе знать, что я вчера не продал свою душу местным безопасникам в обмен на этот чистый ID механика?

Влад усмехнулся одними губами, но его глаза оставались колючими. — Потому что Канцелярия не убивает монстров грузовыми платформами на глазах у толпы. И потому что мне нужен напарник. Одиночки здесь долго не живут, Виктор. Тем более после вчерашнего патча. Вместе с «инициализацией» Система выбросила в этот мир кое-что еще.

Влад оперся руками о верстак, глядя Виктору прямо в глаза. — Артефакты. Осколки самого ядра Системы. Местные называют их конструктами. Говорят, вчера один такой выпал прямо на Центральном Вокзале, во время прорыва. И за ним сейчас охотятся все: от кланов до имперских ищеек.

Внутри у Виктора всё похолодело, но ни один мускул на лице не дрогнул. Он продолжал методично протирать инструмент.

— И ты, конечно же, предлагаешь мне поучаствовать в поисках этой безделушки? — спокойно уточнил Виктор, прекрасно понимая, что фиолетовый кристалл, надежно спрятанный за обмоткой трансформатора, только что вырос в цене до бесконечности.

— Я предлагаю держать ухо востро, — Влад хлопнул ладонью по станку. — Морозовы уже перевернули половину Ржавого Кольца. Если этот осколок найдет Канцелярия — они поймут, как глушить Систему окончательно. Если найдет кто-то из наших — получит такую власть, что сможет вскрывать имперские сейфы одним взглядом. Я просто хочу, чтобы мы были готовы. Я скину тебе на чип защищенный канал связи. Буду подкидывать безопасные халтуры, чтобы ты мог заработать кредитов и прокачаться. А если услышишь что-то интересное про кристалл на нижних ярусах — маякуй. За мной не заржавеет. И еще одно, — Влад задержался на секунду, его лицо заметно потемнело, потеряв напускную легкость. — Я говорил про Канцелярию. Но они не единственные, кого тебе стоит опасаться.

Виктор вопросительно приподнял бровь, продолжая крутить гайку.

— Система щедро награждает за устранение сильных угроз, — тихо произнес Влад. — А что может быть большей угрозой, чем другой носитель интерфейса? Знаешь, что бывает, если один «наш» убивает другого?

— Опыт, — ровным тоном ответил Виктор. — Много опыта. И дроп уникальных навыков.

Влад тяжело кивнул. — Именно. Некоторые из тех, кто провалился сюда раньше, быстро поняли эту математику. Они сбились в стаи. Мы называем их «мясниками». Они не трогают местных, чтобы не привлекать внимание властей, зато целенаправленно выслеживают новичков вроде нас ради быстрой прокачки.

— И почему они это делают? — Виктор внимательно следил за глазами собеседника. — Системное безумие? Или просто жажда власти?

— Кто знает, — Влад передернул плечами. Либо он действительно не понимал мотивов «мясников», либо виртуозно лгал. — Чужая душа — потемки, а интерфейс не делает человека святым. В любом случае, если увидишь кого-то, кто слишком активно интересуется твоими навыками и предлагает уединиться в темном переулке — стреляй первым. Бывай, механик.

Влад подхватил свой гаечный ключ и окончательно растворился в лабиринте гудящих катушек.

Виктор остался один. Опустив на глаза защитную маску, он включил сварочный аппарат. Иллюзий он не питал. Влад вполне мог оказаться одним из этих самых «мясников», просто прощупывающим почву и оценивающим уровень угрозы от новичка.

«Значит, я отстаю по уровням на целых три года, — мрачно анализировал Виктор, глядя на ослепительно белую дугу сварки. — Где-то на верхних ярусах бродят ветераны, обвешанные артефактами и системной магией, для которых я — просто ходячий сундук с лутом. А я сижу здесь и наматываю медную проволоку».

Ему отчаянно нужен был легальный статус, чтобы патрульные дроны Империи не открывали огонь на поражение при первом же сканировании. Но тратить по двенадцать часов в день на заводскую рутину, пока вокруг разворачивается скрытая война, было непозволительной роскошью.

Обычный саботаж с привязанным к датчику моторчиком, который обманул бы систему контроля на пару часов, здесь не годился. Бригадир рано или поздно совершит визуальный обход, увидит пустой стапель, и чип Виктора заблокируют навсегда. Ему требовался глубокий, системный взлом.

Векторный Анализ активировался, расчертив рабочий терминал станка синей геометрической сеткой. Интеллект в шесть единиц позволял видеть не просто железо, а архитектуру потоков данных. Виктор достал из кармана матовую коробочку дешифратора «Стриж» и с помощью пары медных проводов интегрировал ее прямо в диагностический порт терминала.

Заморгали зеленые строки кода. Локальная сеть ремонтного дока оказалась дырявой, как старое корыто — защиту здесь ставили от тупых работяг, а не от системных аналитиков.

Пальцы Виктора порхали по сенсорной панели. За четыре минуты он обошел брандмауэр и проник в базу данных отдела кадров. Найдя свой профиль «Виктор, механик 3-го класса», он вписал в расписание долгосрочную служебную командировку: «Переведен на соло-профилактику труднодоступных вентиляционных шахт сектора Б-4. Визуальный контроль отменен по причине высокой токсичности среды. Выработка фиксируется по удаленной телеметрии».

Следом он написал короткий скрипт, который перехватывал телеметрию с соседнего автоматического погрузчика, конвертировал ее в «человеко-часы» и отправлял на пульт бригадира, добавляя 15% случайной погрешности, чтобы имитировать живого человека.

Но на этом Виктор не остановился. Раз уж он пробил брешь в корпоративной сети, нужно было использовать её до конца. Фабричные сервера имели прямой выход в глобальную имперскую сеть — Гражданский Эфир. Виктор прописал скрытый туннель, привязав доступ к своему рабочему планшету. Теперь у него в кармане была мобильная точка входа в любые открытые и полузакрытые базы данных Империи, замаскированная под заводской трафик.

Убедившись, что следы взлома стерты, он отключил «Стриж». Система считала, что он находится по колено в мазуте в вентиляционной шахте, принося пользу обществу.

Виктор накинул капюшон куртки, нырнул в слепую зону камер, которую услужливо подсветил интерфейс, и бесшумной тенью выскользнул из дока на улицу.

Оказавшись на сырой, пропахшей озоном аллее, Виктор прислонился к стене и начал выстраивать стратегию.

Прямое столкновение с прокачанными «попаданцами» или элитой Канцелярии — это гарантированный Game Over. У него нет магии эфира, а кинетический игольник поможет только против уличной шпаны. Ему требовался асимметричный ответ.

«Если я не могу колдовать сам, значит, мне нужен тот, кто может, — холодно рассуждал Виктор, глядя на пролетающий в небе рекламный дирижабль с имперским гербом. — Местные аристократы. У них есть эфир, деньги, ресурсы и влияние. Они — вершина пищевой цепи этого мира».

Поставить на службу местную элиту — задача, граничащая с безумием для бескланового рабочего. Но у Виктора был козырь. Тот самый фиолетовый кристалл, за которым охотился клан Морозовых. Осколок самого ядра Системы.

Это был идеальный рычаг давления. Наживка, способная заставить любого, даже самого высокомерного князя, пойти на сделку. Но разыгрывать эту карту нужно было с дьявольской осторожностью. Если просто прийти с кристаллом к дверям поместья, его расщепят на атомы, а артефакт заберут с остывшего трупа.

Ему нужен был правильный аристократ. Тот, кто отчаянно нуждается во власти, кто находится в опале или проигрывает клановую войну. Тот, кто ради преимущества пойдет на союз с теневым игроком и не станет задавать лишних вопросов.

Виктор достал перепрошитый планшет и открыл свежесозданный шлюз в имперскую сеть. Прежде чем делать ход, нужно изучить шахматную доску. Узнать, какие Великие Роды сейчас на вершине, кто с кем враждует, кто владеет корпорациями, а кто теряет влияние. Но изучать всё о чужом мире самостоятельно — значит потерять дни, а то и недели, которых у него не было. Спрашивать Влада? Исключено. Во-первых, Виктор не доверял «земляку» ни на грош, а во-вторых, сильно сомневался, что парень, три года прячущийся по докам в промасленной робе, глубоко разбирается в тонкостях дворцовых интриг.

Ему нужен был профильный специалист. Теневой брокер, торговец компроматом или хакер, который сидит на потоках данных имперской элиты, но при этом доступен для контакта снизу. Тот, кто продаст выжимку из светских тайн и финансовой аналитики кланов не за миллионы рублей, а за встречную услугу.

В Ржавом Кольце таких не ищут по объявлениям. К ним приходят по цифровым следам. Виктор опустил взгляд на перепрошитый рабочий планшет. Найти такого человека через официальный терминал невозможно, но в информационной среде свои законы физики. Где работает крупный теневой брокер, там неизбежно образуется гравитационная аномалия из плотного, зашифрованного трафика.

Векторный Анализ, подпитываемый шестью единицами Интеллекта, без труда переключился с механики на архитектуру сетей. Виктор запустил через свой новенький шлюз сканирование ближайших средних ярусов, отфильтровав весь легальный, открытый мусор. Он искал узлы с самой параноидальной, многослойной защитой — цифровые черные дыры, куда данные стекаются со всей столицы, но откуда ничего не уходит без идеального ключа шифрования.

Спустя пять минут интерфейс подсветил на голографической карте жирную пульсирующую точку. Она находилась в секторе развлечений на шестом коммерческом ярусе. Узел маскировался под серверную неприметного клуба ретро-аркадных автоматов, но пакеты данных летали там с такой плотностью, словно это была закрытая корпоративная биржа.

— Вот ты где, — хмыкнул Виктор, блокируя планшет и пряча его во внутренний карман куртки.

Он отлепился от сырой стены и зашагал в сторону грузовых лифтовых шахт, ведущих наверх. Пора было нанести визит вежливости и предложить торговцу секретами бартер, от которого тот не сможет отказаться.

Глава 6

Грузовой лифт со скрежетом полз вверх, оставляя позади удушливый мрак Ржавого Кольца. Сквозь решетку кабины Виктор наблюдал, как меняется архитектура улья: ржавые несущие балки сменялись матовым ударопрочным пластиком, а тусклые желтые лампы накаливания уступали место агрессивному, пульсирующему неону коммерческих секторов.

Виктор достал перепрошитый планшет и синхронизировал его со своим легальным ID. На экране мигнула зеленая строчка системного уведомления имперского банка.

Его скрипт работал безупречно. Система контроля ремонтного дока не просто поверила в то, что механик 3-го класса сейчас героически чистит вентиляцию в токсичной среде, но и автоматически начислила ему авансовую надбавку за вредность. Баланс пополнился на двести пятьдесят рублей.

«Пассивный доход, — усмехнулся Виктор, пряча планшет во внутренний карман куртки. — Мечта инвестора. Теперь мне хотя бы есть чем оплатить консультацию в местной техподдержке».

Лифт дернулся и остановился на шестом коммерческом ярусе. Створки разъехались, впустив в кабину плотный, влажный воздух, пахнущий дешевыми синтетическими феромонами, горелым озоном и жареной соей.

Здесь царила вечная, коммерчески выверенная ночь. Искусственное небо над ярусом, закрытое герметичным куполом, цветом напоминало экран терминала, настроенного на мертвый канал. Сверху непрерывно моросил мелкий технический конденсат — побочный эффект работы гигантских атмосферных процессоров. Сквозь эту блестящую в неоновом свете взвесь над головами снующей толпы лениво проплывали огромные полупрозрачные голографические карпы кои, рекламные фантомы давно закрывшегося ресторана, чьи алгоритмы забыли отключить.

Виктор натянул капюшон глубже и растворился в пестрой толпе. Векторный Анализ вел его по невидимому цифровому следу из перехваченных пакетов данных, подсвечивая маршрут мягким синим пунктиром прямо на сетчатке.

Цель находилась в самом сердце сектора развлечений. Вывеска над заведением гласила: «Нейро-Аркада». Внутри было тесно, накурено и оглушительно шумно. Десятки громоздких ретро-автоматов переливались кислотными цветами, а местная молодежь, сверкая дешевыми хромированными имплантами на скулах и костяшках, ожесточенно колотила по кнопкам.

Виктор прошел мимо рядов, даже не взглянув на мелькающие экраны виртуальных файтингов. Его разогнанный Интеллект видел сквозь дешевый пластик корпусов. Толстые жгуты оптоволоконных кабелей змеились под антистатическим полом, стягиваясь в один пульсирующий узел, уходящий за неприметную металлическую дверь с табличкой «Только для персонала. Высокое напряжение».

Он достал эфирный отмыкатель «Стриж», но использовать его не пришлось. Магнитный замок приветливо щелкнул сам, опознав вторжение, и тяжелая гермодверь плавно отъехала в сторону.

Виктор шагнул в темноту. Дверь за его спиной мгновенно захлопнулась, намертво отрезая какофонию аркадных автоматов.

В помещении было холодно, как в морге. Мощные промышленные кондиционеры гнали ледяной воздух, сдувая тепло с монолитных черных серверных стоек, мигающих тысячами индикаторов. А в центре комнаты, в паутине толстых кабелей, свисающих с потолка подобно лианам в кремниевых джунглях, находился хозяин этого узла.

В нем было сложно признать человека. Это был пугающий триумф местной инженерии над плотью — запертый в клетке из проводов призрак, давно забывший о том, каково это — иметь нормальное тело. Нижняя часть отсутствовала полностью: изувеченный торс был намертво впаян в массивное кибернетическое кресло-кокон на гидравлических подвесах. Вдоль позвоночника в открытые порты напрямую входили толстые шины передачи данных. Лицо скрывалось за глухой матовой маской со множеством оптических объективов.

У подножия кресла, свернувшись клубком на теплом блоке питания, спало нечто биологическое. Изначально это, возможно, был кот породы сфинкс, но сейчас от оригинала осталась лишь обтянутая складчатой кожей грудная клетка и ушастая морда. Лапы заменяли изящные титановые шарниры, а вдоль позвоночника мерцала полоса индикаторов. Животное приоткрыло один органический и один фасеточный рубиновый глаз, лениво оценило визитера, дернуло синтетическим ухом, словно отгоняя виртуальную муху, и снова погрузилось в спящий режим, продолжая смотреть сны об электрических мышах.

— Заходи, механик, раз уж нашел, — раздался синтезированный, лишенный человеческих интонаций голос. Звук шел не из маски, а из скрытых динамиков, встроенных в стены серверной, создавая эффект присутствия отовсюду. — И можешь убрать руку от своего дешевого кинетического игольника. Захотел бы убить — счетверенные турели на потолке распилили бы тебя на стейки еще в коридоре. Местные зовут меня Аркадий Второй.

Виктор невозмутимо убрал руку из кармана и оглядел паутину кабелей, оценивая архитектуру помещения.

— Для человека, который торгует чужими секретами, у тебя слишком громкий цифровой след, Аркадий, — спокойно заметил Виктор. — Ты фонишь в Эфир на весь шестой ярус. Любой корпоративный хакер средней руки, не обделенный интеллектом, найдет твою берлогу за пять минут.

Оптические линзы на маске Аркадия одобрительно щелкнули, меняя фокус и приближая лицо гостя. Гидравлика кресла зашипела, стравливая давление, и киборг немного подался вперед.

— То, что ты называешь уязвимостью, новичок, в моем бизнесе называется маркетингом, — проскрежетали динамики. — Это не баг. Это фича. Мой цифровой след — это маяк в океане информационного мусора. Как, по-твоему, клиенты с тугими кошельками найдут меня, если я закроюсь в идеальной криптографической тени? Маяк должен светить достаточно ярко, чтобы привлекать корабли с золотом, но скалы вокруг него должны быть достаточно острыми, чтобы топить посудины конкурентов и имперской жандармерии.

— Звучит так, будто у тебя очень влиятельная «крыша», которая позволяет этому маяку работать на открытых частотах, — подметил Виктор, просчитывая расклады. — Иначе Канцелярия уже давно разобрала бы и тебя, и твоего кота на запчасти за нелицензированный сбор данных.

— Умный мальчик, — хохотнул киборг, и по экранам серверов пробежала зеленая рябь. Кот внизу недовольно дернул хромированным хвостом. — Я плачу налоги в правильные кабинеты, обеспечивая нужным людям слепоту в нужные моменты. Моя база данных — это Швейцария, нейтральная территория. А теперь давай к делу. Я проверил твой ID. Заводской механик, который сегодня утром переписал график дежурств через прямой порт. Дерзко, грязно, но эффективно. У тебя на счету появились деньги. Что ты хочешь купить?

Виктор подошел ближе, останавливаясь ровно за шаг до красной предупреждающей линии, начерченной на полу.

— Мне нужны аристократы, — прямо сказал он, глядя в бездушные объективы. — Точнее, мне нужна точка входа в один из Великих Кланов.

Линзы на маске Аркадия замерли. В холодной серверной повисла долгая пауза, нарушаемая лишь мерным гудением кулеров и тихим тиканьем сервоприводов кота.

— Забавный ты, — наконец выдал синтезатор. — Работяга со дна пришел покупать билеты в императорскую ложу. Слушай меня внимательно, парень. Я могу продать тебе адреса подпольных аукционов, где княжеские ублюдки спускают родовые деньги на нелегальные стимуляторы. Могу слить расписание элитных борделей. Но это обычная уличная разводка. Туда ты придешь как обслуга или как движущаяся мишень для их охраны.

— А я не хочу быть обслугой, — голос Виктора стал холодным и твердым. — Мне не нужны их пороки. Мне нужны их проблемы. Я ищу клан, который сейчас находится в глубоком кризисе. Тот, который тонет в долгах или не может выполнить задачу, поставленную самим Императором. Мне нужен род, у которого отчаянно не хватает собственных эфирных ресурсов, и который готов принять помощь извне без лишних вопросов.

Киборг в своем кресле-коконе издал звук, похожий на скрежет металла по стеклу.

— Значит, хочешь стать решалой для высшего света? — протянул Аркадий. — Торговать репутацией в обмен на их возможности... Такая многоуровневая аналитика стоит не двести пятьдесят рублей, которые ты сегодня вывел с завода.

— Двести пятьдесят — это аванс за одно имя и один вектор направления, — Виктор в несколько нажатий на планшете перевел сумму на анонимный счет Аркадия. — Дальше договоримся по бартеру. Ты же видишь мой цифровой след. Если у тебя будут проблемы с «железом», которые не решить программным путем — я твой человек.

Объективы на маске киборга быстро завращались, обрабатывая транзакцию и оценивая предложение.

— Бартер с умным механиком — это всегда полезно, — проскрежетал Аркадий. — Хорошо. Имя, которое ты ищешь — Великий Клан Строгановых. Старая кровь, промышленные магнаты, монополисты в тяжелом машиностроении.

Виктор не торопился уходить. Он сунул руки в карманы куртки. — Щедро. Но мне нужен контекст. С чем я столкнусь? Что у этих аристократов за магия? Чем они вообще дышат?

Оптические линзы маски возмущенно щелкнули, синхронно сужаясь, словно диафрагмы камер при яркой вспышке. — Ты шутишь? Ты собираешься лезть в дела кланов и не знаешь базового профиля их крови? Механик, ты с орбиты рухнул или тебе при прошивке ID память подчистую отформатировали?

— С Дальнего Востока, — не моргнув глазом, ровным голосом ответил Виктор. — Сам знаешь нашу специфику. Де-юре мы, конечно, под имперским орлом ходим, но де-факто у нас там своя республика со своей атмосферой. Император далеко, океан близко. Из знати — только наместник да парочка ссыльных князьков, которых давно отлучили от кормушки. Проблемы у нас решают кинетикой, вольфрамом и тяжелым матом, а не благородной эфирной кровью. Так что просвети провинциала.

Киборг издал серию шипящих звуков, стравливая давление. Восточный фронтир всегда был костью в горле столицы — дикий, непокорный, живущий по законам портовых синдикатов. Аркадию эта легенда вполне зашла.

— Дикари-с... — констатировали динамики. — Ладно, слушай бесплатную лекцию, пока я добрый. Эфир — это не просто магия, это устойчивая генетическая мутация, отточенная веками жесткого инбридинга. У каждого клана своя узкая специализация. Морозовы — это крио-эфир и контроль плотности. А вот Строгановы — это термокинетика и ферромантия. Они чувствуют металл на молекулярном уровне и плавят сталь одним взглядом. Плюс, у них мощная пассивная генерация эфирного щита.

«Термокинетика и пассивный щит, — мгновенно перевел Виктор на язык Системы. — Маги-танки с мощным AoE-уроном огнем. Классический эндгейм-билд. Стрелять в них из "Шершня" бессмысленно — урон просто уйдет в поглощение барьера».

— Понятно. Маги в непробиваемой броне.

— Хуже. Маги в непробиваемой броне, которые сейчас в глубокой опале, — поправил Аркадий. — Строгановы стремительно теряют влияние. Те кланы, что сидят поближе к трону — всякие там Голицыны да Юсуповы — спят и видят, как бы распилить их заводы. Император поручил Строгановым важнейший оборонный контракт на двигатели для крейсеров, а у них вчера ночью на главном сборочном комплексе в девятнадцатом секторе произошел прорыв. Системная аномалия. Цех парализован, эфирный фон зашкаливает, рабочие мертвы или сошли с ума.

— И они ищут смертников, чтобы зачистить цех?

— Естественно, сами они туда руки не сунут. Если при дворе узнают, что Строгановы не контролируют собственные активы — их сожрут живьем, — киборг откинулся назад в кресле. — Поэтому они скинули эту грязную работу своим цепным псам — младшему клану-вассалу, роду Демидовых. У Демидовых эфир слабенький, ресурсы сильно ограниченные, зато гонора и амбиций хоть отбавляй. Вот они сейчас и носятся в панике, пытаясь втихую нанять независимых спецов для зачистки.

По экранам монолитных серверов побежали фрактальные узоры шифрованного кода. Защитные алгоритмы Аркадия визуализировались на мониторах как зазубренные, мерцающие глыбы черного льда, готовые намертво заморозить нейронные синапсы любого незваного гостя. В этой ледяной пучине данных от человека остался лишь механический голос, но именно он контролировал половину теневого трафика на ярусе.

— Знаешь… — синтезированный голос Аркадия внезапно потерял лекторские интонации, став сухим и лязгающим. Оптические линзы на его маске синхронно сошлись в одну точку, фокусируясь на лице гостя. — Мои алгоритмы анализа микровыражений и голосовых паттернов прямо сейчас бьют тревогу. Провинциальные работяги не ломают имперские терминалы за четыре минуты и не приходят покупать Великие Кланы за карманную мелочь. Ты наплел мне с три короба. Твой профиль — свежая фальшивка, а сам ты явно не тот, кем хочешь казаться.

Виктор выдержал этот немигающий механический взгляд. Отрицать было бесполезно — пытаться переиграть в покер машину, которая считывает частоту твоего пульса и расширение зрачков в реальном времени, глупо. Но и подтверждать он ничего не стал.

— Неважно, кто я, Аркадий, — спокойно ответил Виктор, не дрогнув ни единым мускулом. — Важно, что я умею решать нестандартные проблемы. У тебя есть власть в Сети, но твое тело приковано к этому креслу. Когда-нибудь тебе понадобится кто-то, кто способен действовать по ту сторону экранов. Тот, кто сможет перепаять сгоревший порт под пулями, вытащить твое железо из-под завалов или просто нажать нужную кнопку там, куда не дотягивается твой лед. Я тебе еще пригожусь. Непременно.

В серверной воцарилась тишина. Кот-киборг у подножия кресла приоткрыл рубиновый глаз, словно тоже ожидая вердикта хозяина. Наконец, гидравлика мягко зашипела.

— Циничный прагматизм и холодный расчет, — проскрежетали динамики, и в этом звуке явственно послышалось удовлетворение. — Мне это нравится. Живой, непредсказуемый актив с хорошими мозгами в перспективе всегда полезнее мертвого лжеца. Посмотрим, чего ты стоишь в деле.

На планшет Виктора упал крошечный, надежно зашифрованный пакет данных.

— Третий коммерческий ярус. Бар «Черная шестеренка», — произнес киборг. — Грязное, отвратительное место, но там сидит вербовщик Демидовых. Человек по имени Кастет. Спросишь его про вакансию "чистильщика" для девятнадцатого сектора. Дальше — сам. Справишься с задачей младшего клана — получишь выход на хозяев.

— Оценил, Аркадий. Буду должен.

— Уж постарайся не словить там преждевременный флэтлайн, тигр амурский. Толковые механики на дороге не валяются.

Магнитный замок щелкнул, выпуская Виктора обратно в неоновый, влажный ад коммерческого сектора.

Сделка прошла идеально. Идти напрямую к Великому Клану было бы откровенным суицидом — его бы раздавили, даже не выслушав. А вот клан-вассал, отчаянно нуждающийся в успехе перед своими господами, — это идеальная, прочная ступенька.

«Зачистка аномалии для младших аристократов. Отличный старт, — думал Виктор, направляясь к транспортным путям третьего яруса. — Где Системная аномалия, там системные монстры. Где монстры — там опыт и лут. Но главное — сами Демидовы. Прыгать с порога к Великому Клану вроде Строгановых было бы ошибкой — там меня просто раздавят, как бесклановый мусор. А вот младший род — амбициозный, слабый на эфир и отчаянно прижатый к стенке — это совсем другое дело. Идеальная почва. Если я вытащу их из этой ямы, то смогу диктовать условия. Потребовать не просто горсть рублей, а место в их иерархии. Стать частью клана».

Планшет в кармане глухо вибрировал — скрипт продолжал исправно обманывать заводскую телеметрию, превращая несуществующие человеко-часы в звонкую монету.

Впереди ждал бар «Черная шестеренка». Многоуровневая партия началась, и Виктор только что сделал уверенный ход конем.

Глава 7

Третий коммерческий ярус встретил Виктора запахом перегретого машинного масла, озона и застарелой крови, намертво въевшейся в бетон. Вывеска бара «Черная шестеренка» искрила пробитым неоном, отбрасывая рваные, дерганые тени на мокрый тротуар.

Внутри было накурено и на удивление спокойно. Никакой толпы желающих умереть, никаких очередей за контрактами. Зал был заполнен обычным разношерстным сбродом коммерческих ярусов, пьющим дешевое синтетическое пиво. Лишь изредка от барной стойки отделялся очередной серьезный парень со следами боевой кибернетики на лице и поднимался по лестнице на второй этаж, в закрытую VIP-зону. Оттуда он спускался либо с довольной ухмылкой, пряча в карман чип с контрактом, либо мрачно сплевывая на пол — Кастет лично оценивал кандидатов по одному, отсеивая откровенный шлак.

Виктор остановился в тени у музыкального автомата, оценивая расклад. Если он просто поднимется по этой лестнице в своей куртке механика, вербовщик в лучшем случае посмеется, а в худшем — спустит с лестницы. Но даже если Виктор сумеет впечатлить Кастета, он останется лишь безымянным наемником в его ведомости. Рядовой рекрут не получает аудиенции у аристократов. Виктору нужно было перепрыгнуть через голову вербовщика. Найти кукловода. Выкрасть прямые контакты кого-то из самих Демидовых.

Векторный Анализ активировался, расчертив прокуренное помещение синей геометрической сеткой. Взгляд Виктора скользнул по стенам второго этажа. Толстый пучок оптоволокна правительственного стандарта уходил прямо в кабинет Кастета. Там находился изолированный терминал связи с кланом.

Виктор вышел из бара и обогнул здание, нырнув в узкий, заваленный промышленным мусором переулок. Пожарная лестница оказалась наполовину срезана местными мародерами, но четырех единиц Ловкости с лихвой хватило, чтобы в два плавных прыжка оттолкнуться от края мусорного бака, ухватиться за ржавую перекладину и абсолютно бесшумно подтянуться на балкон второго этажа.

У черного входа в VIP-зону мигал красный глазок сканера. Виктор достал «Стриж», приложил матовую коробочку дешифратора к панели замка и пустил в ход свой разогнанный Интеллект. Цифровая отмычка синхронизировалась с его интерфейсом, подбирая алгоритмы. Через двенадцать секунд тяжелая бронедверь поддалась с мягким, едва слышным щелчком. Никакого расплавленного «Черного льда» и сожженных синапсов. Скука.

Внутри царил полумрак. Векторный Анализ заботливо подсветил в коридоре лазерные растяжки и направленные микрофоны. Виктор скользнул сквозь них с грацией голографического призрака, ни разу не задев невидимые лучи.

Дверь в кабинет в конце коридора была приоткрыта.

Кастет полностью оправдывал свое прозвище. Это был массивный, квадратный человек с грубым армейским хромом вместо нижней челюсти и ударными блоками вместо костяшек. Он сидел спиной ко входу, только что спровадив очередного кандидата, и сейчас раздраженно отчитывался по защищенной голографической связи.

— ...я делаю всё возможное, ваше сиятельство, — басил вербовщик, глядя на мерцающий силуэт молодого аристократа в дорогом камзоле. — Набрал два полных отряда ветеранов. Завтра отправим их в девятнадцатый сектор... Да, я понимаю, что сроки горят. Всё будет сделано тихо.

Виктор не стал сразу обозначать свое присутствие. Слившись с тенью у дверного косяка, он достал свой перепрошитый планшет и дешифратор «Стриж». Векторный Анализ мгновенно нащупал локальный узел связи, торчащий из стены в слепой зоне. Виктор подключился к нему, перехватывая исходящие пакеты данных. Интеллекта в шесть единиц хватило, чтобы пробить локальный шифр. Экран планшета мигнул: он только что скопировал прямой, личный канал связи с тем самым "сиятельством" из клана Демидовых. Козырь был в рукаве.

Дождавшись, пока голограмма аристократа погаснет, Виктор убрал провода, сделал два бесшумных шага вперед, выдвинул стул и спокойно сел напротив вербовщика.

Кастет вздрогнул. Его единственный живой глаз уперся в незнакомца. Хромированная челюсть угрожающе клацнула. Рука Кастета молниеносно метнулась под стол, к скрытой кнопке тревоги, но Виктор даже не шелохнулся. Он просто положил свой планшет на стол экраном вверх. На дисплее светился личный гербовый идентификатор молодого лорда Демидова и активная кнопка вызова.

— Нажмешь тревогу — и твоя охрана, конечно, прибежит, — ровным, скучающим тоном произнес Виктор, закидывая ногу на ногу. — Но прежде чем они войдут, я нажму вот сюда. И вежливо объясню твоему боссу, что его главный вербовщик прозевал проникновение в свой сверхзащищенный кабинет прямо во время доклада. Уверен, Демидовы оценят такую клиентоориентированность.

Кастет замер. Его внутренние сканеры не зафиксировали ни взлома дверей, ни срабатывания сигнализации. Парень просто материализовался из воздуха и за пару секунд увел закрытый канал связи аристократа.

— Кто ты такой, мать твою? — прорычал Кастет, медленно, по миллиметру убирая руку из-под стола. — Канцелярия?

— Я тот, кто тебе действительно нужен, — Виктор позволил себе легкую, холодную усмешку. — Те парни с пушками, которых ты отбираешь по одному — они хороши для перестрелок с уличными синдикатами. Но у вас на заводе Системная аномалия. Пошлете туда этих ветеранов — они просто станут кормом, и аномалия только разрастется, напитавшись их опытом.

Виктор подался вперед, опираясь локтями о стол. — Вам не нужен очередной бронированный щит. Вам нужен скальпель. Человек, который понимает архитектуру таких прорывов и умеет ломать их изнутри. И я хочу работать по прямому контракту. Не как безымянная строчка в твоей ведомости смертников, а как независимый специалист, имеющий прямой выход на клан.

Вербовщик откинулся на спинку жалобно скрипнувшего кресла. Дерзость наглеца и наличие у него прямого контакта с Демидовыми в корне меняли весь расклад. В живом глазу Кастета зажегся огонек прагматичного интереса.

— Скальпель, значит. Допустим, ты привлек мое внимание, — процедил вербовщик, сплетая хромированные пальцы. — Но дерзко хакнуть мой роутер — это одно. А вот зачистить прорыв... Что ты вообще знаешь об аномалиях, умник?

— Я знаю, что они работают по принципу адаптивного отклика, — спокойно ответил Виктор, не отводя взгляда от единственного живого глаза вербовщика. — Аномалия — это не просто гнездо с мутантами. Это замкнутая экосистема, которая подстраивается под уровень угрозы. Вы уже посылали туда первый отряд зачистки, верно?

Кастет едва заметно дернул щекой, но промолчал. Это было лучшим подтверждением.

— И я готов поспорить, — продолжил Виктор, — что это были тяжело вооруженные ребята. Много брони, плазмы, кинетики. Они зашли через главные ворота, подняли шум, и аномалия ответила симметрично. Классическая ошибка — отправить элитный десант, чтобы обеспечить местный улей свежей биомассой и высокотехнологичными консервными банками. Она породила тварей, чьи когти способны вскрывать армейский хром как фольгу, а панцири держат прямое попадание из гранатомета. Вы пытаетесь тушить пожар бензином, Кастет. Чем больше огневой мощи вы туда загоняете, тем сильнее становится ядро прорыва.

Хромированные пальцы вербовщика отбивали нервный ритм по столешнице. Он не был идиотом и, судя по всему, уже сам начал подозревать нечто подобное, когда потерял первую группу элитных штурмовиков.

— И что предлагает твой «скальпель»? — с сомнением пробасил Кастет. — Зайти туда с отверткой и попросить монстров вежливо освободить помещение?

— Выведи меня на тактическую голограмму завода, — Виктор кивнул на мерцающий в центре стола проектор. — Покажи мне телеметрию, которую успели передать твои мертвецы, прежде чем у них отключились пульсометры.

Кастет колебался ровно секунду. Затем он ввел код доступа на панели, и над столом развернулась полупрозрачная, зеленоватая схема колоссального промышленного комплекса. Сборочный цех девятнадцатого сектора напоминал многоуровневый лабиринт из конвейерных лент, плавильных печей и вентиляционных шахт. В нескольких местах мерцали красные маркеры — последние известные координаты пропавшей группы.

Векторный Анализ включился мгновенно. Для обычного человека это была просто запутанная архитектурная схема с хаотично разбросанными точками смертей. Но Интеллект Виктора, усиленный интерфейсом, видел иное. Синие линии расчетной сетки наложились на зеленую голограмму.

Программа выхватывала числовые значения плотности эфирного фона, дистанцию между маркерами и температурные аномалии. Виктор видел не трупы, он видел векторы движения угрозы.

— Твои парни погибли не хаотично, — Виктор протянул руку и провел пальцем прямо сквозь голограмму, очерчивая кривую линию. — Смотри на тайминги потери сигнала. Твари гнали их от главного входа, брали в кольцо и выдавливали... куда? Сюда. В сектор тяжелой штамповки.

— Они отступали к резервному генератору, чтобы запустить систему защиты цеха, — нахмурился Кастет.

— Они отступали туда, куда им позволили отступить, — отрезал Виктор. Векторный Анализ пульсировал, указывая на самую темную зону на карте — сеть подземных коммуникаций под штамповочным прессом. — Ядро аномалии не в центре цеха. Оно под ним. В системе технического охлаждения. Там, где сходятся магистрали подачи воды и старые силовые кабели. Твари использовали генераторную как ловушку. Вы пошлете туда второй отряд, и он пойдет по тому же маршруту, прямо в мясорубку.

Кастет долго смотрел на схему, тяжело дыша. Его механическая челюсть сжалась с тихим лязгом. Он понимал логику тактики. И эта логика была пугающе точной.

— Техническое охлаждение... Узкие коридоры, затопленные по колено, никакой возможности развернуть тяжелое вооружение, — пробормотал вербовщик. Затем он поднял тяжелый взгляд на Виктора. — Ты пойдешь с группой «Багровые». Это ветераны, они знают свое дело, но у них нет специалиста твоего профиля. Будешь техническим проводником и аналитиком. Твоя задача — провести их мимо ловушек прямо к ядру аномалии и найти способ его схлопнуть.

Кастет выдвинул ящик стола и бросил на голограмму тускло блеснувший чип.

— Авторизация Демидовых. Временный допуск. Если твоя теория окажется дерьмом и вы там ляжете — мне плевать, запишу в боевые потери. Но если ты закроешь прорыв и вернешь клану контроль над заводом, — Кастет криво усмехнулся, — я лично прослежу, чтобы лорд Демидов выслушал тебя. Без посредников. А теперь удали канал связи с планшета. Прямо сейчас.

Виктор взял чип. Это был его пропуск в закрытую зону и первый шаг в иерархию аристократов. В несколько нажатий он стер скопированный ранее протокол, демонстрируя пустой экран вербовщику. Ему больше не нужен был краденый канал — он собирался зайти через парадную дверь, принеся клану победу на блюдечке.

— Договорились. Когда сбор?

— Завтра на рассвете, у северного шлюза девятнадцатого сектора, — Кастет вернулся к своему планшету, показывая, что аудиенция окончена. — Постарайся дожить до утра, скальпель. И ради всего святого, найди себе нормальный ствол. Твой пугач из кармана там даже крысу не почешет.

Виктор молча кивнул и вышел из кабинета. Он спокойно прошел по коридору и начал спускаться по внутренней лестнице на первый этаж. Один из здоровенных вышибал у подножия удивленно вскинул брови, сообразив, что не пропускал наверх этого парня в серой куртке механика. Но уверенный взгляд Виктора и тот факт, что он только что вышел из кабинета босса на своих двоих, а не в пластиковом мешке, заставили охранника благоразумно промолчать и отступить в сторону.

В основном зале бара стоял густой, почти осязаемый гул. Кто-то глушил дешевый синтетический алкоголь, кто-то громко ругался. Виктору нужно было оружие. «Шершень-М» с единственной бронебойной иглой — это аргумент для темной подворотни, но против системных мутантов он был бесполезен. Денег на покупку чистого легального ствола у него не было. Но у него были мозги, шесть единиц Интеллекта и Векторный Анализ.

Он прислонился спиной к обшарпанной колонне возле барной стойки и активировал навык. Мир вокруг потерял краски, превратившись в паутину цифровых маркеров. Виктор игнорировал людей, сканируя только их экипировку.

[Дробовик. Кустарная модификация. Износ 40%. Узел подачи нестабилен.] [Плазменный резак. Заряд батареи 12%. Встроенный трекер Канцелярии.] [Пистолет-пулемет. Полная синхронизация с ДНК. Протокол «Судья»: при несовпадении — детонация рукояти.]

Взгляд Виктора скользнул в самый темный угол бара. Там, за залитым пивом столиком, сидел грузный наемник с дешевой оптической линзой вместо левого глаза. Он мрачно спорил с собутыльником, периодически срываясь на рык, и яростно крутил в руках массивный кусок вороненого металла.

Виктор сфокусировал зрение.

[Объект: Тяжелый гаусс-револьвер «Молот-7». Состояние: Идеальное. Боезапас: 6/6 (Вольфрамовые стержни). Статус: КРИТИЧЕСКАЯ ОШИБКА БИОМЕТРИИ. Заблокировано.]

— Я тебе говорю, выкинь эту корпоративную дрянь! — донесся до Виктора голос собутыльника. — Ты снял ее с мертвого гвардейца. Там умный чип пятого поколения. Он залочен на отпечаток ладони и пульс. Пойдешь к барыгам на скупку — они тебя сразу сдадут жандармам за торговлю лутом с госслужащих!

— Да я из нее хоть гвоздодер сделаю! — огрызнулся грузный наемник, с досадой швыряя револьвер на стол. Оружие глухо звякнуло. Тяжелое, хищное, с удлиненным стволом и магнитными катушками вдоль рамки. На рукояти зловеще мигал красный индикатор блокировки.

Виктор отлепился от колонны, подошел к столику и, не спрашивая разрешения, опустился на свободный стул.

— За гвоздодер много не дадут, — спокойно произнес он, глядя на наемников. — А перепрошить «Молот-7» без заводского стенда невозможно. Защита сожжет цепь питания при попытке вскрытия.

Грузный наемник прищурил свой единственный живой глаз, оценивая непрошеного гостя. Серая куртка, спокойный взгляд, полное отсутствие видимой кибернетики.

— Ты еще кто такой, механик? Иди гайки крути, пока зубы целы.

— Я тот, кто готов избавить тебя от мертвого груза, из-за которого тебя пустят в расход на первом же патрульном сканировании, — ровным тоном ответил Виктор. — Даю двести рублей. Прямо сейчас, анонимным переводом.

Наемник хрипло рассмеялся, обнажив металлические зубы.

— Двести имперских рублей? За тяжелый гаусс? Парень, ты передышал выхлопами. Эта штука на черном рынке стоит три тысячи!

— Стоила бы, если бы стреляла, — парировал Виктор. — А сейчас это кусок мертвого металла с активным маячком корпоративной гвардии, который, возможно, уже ищет диспетчер. Думаешь, барыги дадут тебе за нее хотя бы пятьсот? Скупщики просто вызовут копов. Или, что еще хуже, корпоративную техподдержку.

Наемник переглянулся с собутыльником. Жадность отчаянно боролась с паранойей.

— Но я не барыга, да и пятисот у меня просто нет, — Виктор развел руками, добивая его ледяным спокойствием. — Двести пятьдесят. И вы хотя бы напьетесь нормального пойла вместо этой синтетической мочи.

— Триста, — прорычал наемник, нависая над столом. — Триста, и забирай этот хлам. И ни рублем меньше. Но если тебя с ним примут, я тебя знать не знаю.

Виктор молча перевел деньги, оставив на своем счету сиротливые двадцать рублей, и сгреб тяжелый револьвер со стола. Оружие приятно оттягивало руку. Холодное, смертоносное, ждущее лишь правильного импульса.

Отойдя в пустую, слабо освещенную кабинку в глубине зала, Виктор положил «Молот-7» перед собой. Красный диод на рукояти продолжал раздражающе мигать.

«Ты прав, здоровяк. Перепрошить этот чип нельзя», — подумал Виктор, доставая из кармана дешифратор «Стриж», провода и тонкую ремонтную иглу.

Векторный Анализ расслоил оружие на виртуальные чертежи. Архитектура смарт-гана пятого поколения оказалась пугающе сложной. Это была не просто микросхема — это была параноидальная система защиты. Биометрический сканер дублировался химическим анализатором пота, а шина данных к спусковому механизму была оплетена микроскопической сеткой самоликвидатора. Тронь не ту жилу — конденсаторы выгорят в долю секунды, сплавив оружие изнутри и заодно оставив взломщика без пальцев.

Здесь требовалась ювелирная работа. Интеллект в шесть единиц позволял Виктору держать в голове многоуровневую логику процессора, а четыре единицы Ловкости позволяли надеяться, что руки не дрогнут. Классическая дилемма минера — резать красный или синий, с той лишь разницей, что здесь все провода были одинаково серыми.

Сняв боковую панель рукояти, Виктор затаил дыхание. Сначала нужно было обмануть датчик пульса. Он интегрировал «Стриж» в сервисный порт и пустил закольцованный ложный сигнал, эмулирующий идеальный ритм сердца гвардейца. Красный диод неуверенно моргнул, сменив цвет на желтый. Процессор начал искать подтверждение ДНК.

Времени было в обрез. Защита поймет, что ее дурят, через три... две...

Виктор иглой аккуратно подцепил крошечный, толщиной с волос контакт, ведущий к самоликвидатору, и намертво закоротил его медной проволокой на массу. Система защиты от вскрытия ослепла. В ту же секунду он резким, точным движением вырвал шлейф биометрического чипа из гнезда и замкнул силовую цепь магнитных конденсаторов напрямую на механический спуск.

Желтый диод жалобно пискнул, вспыхнул и погас навсегда.

Перед глазами мигнуло полупрозрачное системное сообщение: [Успешный несанкционированный доступ. Взлом электроники 5-го класса сложности. Получено: 150 единиц опыта]

Виктор медленно выдохнул. На лбу выступила холодная испарина. Он плавно взвел курок. Раздался тихий, нарастающий гул заряжающихся вольфрамовых катушек. Блокировка была снята. Оружие превратилось из корпоративной смарт-игрушки, требующей лицензионного соглашения перед каждым выстрелом, в брутальную, безотказную пушку, которая не задает вопросов о ДНК своего хозяина, а просто вбивает стержни в цель с кинетической энергией небольшого локомотива.

Виктор удовлетворенно кивнул, спрятал револьвер во внутреннюю кобуру куртки и направился к выходу. Завтра на рассвете Демидовы узнают, как работает настоящий скальпель.