Право на счастье

Глава 1 - Нам нужно поговорить

Крыша главного здания универа, где мы учились, всегда была для студентов особенным местом. И мы с Алиной не были исключениями. Сюда никогда не поднимались преподаватели. Студенты же любили отдыхать в перерывах между парами, обедать, кто-то даже прогуливал. Мы частенько сидели здесь, чтобы немного расслабиться, поболтать или просто насладиться теплым ветром.

Но сегодня ветер был особенно холодным, а атмосфера давила. Я стоял у парапета, смотрел на девушку, стоящую в метре от меня, и не мог понять, кто передо мной.

«Давай расстанемся»

Эти слова ударили в самое сердце. Ее голос даже не дрогнул, в нем не было ни слез, ни тяжести. Скорее, какая-то легкость человека, который хочет побыстрее сбросить с себя неприятную обязанность и пойти дальше по своим делам. Я продолжал смотреть на Алину круглыми от шока глазами. Мой мозг пытался обработать услышанное. Этого просто не могло быть. Это какая-то дурацкая шутка, глупый розыгрыш. Сейчас она рассмеется, шагнет ко мне, уткнется носом в шею, как делала тысячу раз до этого, и скажет, что просто проверяла мою реакцию.

Но Алина не смеялась. На ее губах застыла та самая виноватая улыбка, которая появлялась у нее, когда она забывала учебник или случайно разбивала чашку.

— Так уж вышло, — добавила она, переступая с ноги на ногу, словно ей не терпелось уйти. — Я влюбилась в другого, понимаешь? Так… так бывает. Ничего не поделать.

Эти четыре слова ударили меня с новой силой. Я не мог поверить, что Алина, моя Алина, прямо сейчас говорит мне это, глядя в глаза.

Как влюбилась? В кого? Когда? Почему?

Вопросы метались в голове, сбивая друг друга, но ни один из них так и не сорвался с языка. Вместо того чтобы потребовать объяснений или хотя бы спросить «почему?», мое сознание просто отключилось. Перед глазами поплыли сцены прошлого. Все то, что связывало нас.

Почти год назад, начало второго курса. Тогда стоял теплый сентябрь. Я сидел в университетской библиотеке, обложившись учебниками по макроэкономике, безуспешно пытаясь вникнуть в тему, которая казалась мне невыносимой. Потянулся за своим конспектом и неловким движением смахнул со стола чужую ручку. Она покатилась по наклонной поверхности и упала прямо под ноги девушке, сидевшей напротив. Она училась на параллели, мы несколько раз виделись, но ни разу не говорили. Просто не было повода.

Она наклонилась, подняла ручку и посмотрела на меня. У нее были выразительные глаза, непослушные темные волосы, милая улыбка.

— Если ты пытался привлечь мое внимание, то это самый банальный способ из всех возможных, — прошептала она, чтобы не нарушать библиотечную тишину. Но уже через секунду не сдержалась и посмеялась, прикрыв глаза.

— Это простая случайность, — ответил я также тихо. — Но, если сработало, готов признаться в обратном.

Мы заболтались. Сначала шепотом в читальном зале, потом громче, в коридоре. Два часа просидели на ступеньках перед главным входом в универ, напрочь забыв про следующие пары. Оказалось, что у нас пугающе много общего. Мы оба ненавидели оливки, обожали старые фильмы Гая Ричи и считали, что лучшая еда в мире — сырная пицца в два часа ночи.

Все закрутилось с головокружительной скоростью. Мне казалось, что я не просто встретил красивую девчонку, а нашел недостающую деталь своего собственного механизма. С Алиной было легко, невероятно легко. Я, по своей природе человек спокойный и не склонный к бурным эмоциям, рядом с ней чувствовал себя живым.

За почти год отношений мы ни разу не поссорились по-крупному. В наших отношениях не было тех драматичных качелей, на которые так часто жаловались мои знакомые. Мы не бросали трубки, не устраивали сцен ревности на пустом месте, не играли в молчанку. Максимум, что у нас случалось — это шуточные перепалки из-за того, какой сериал смотреть вечером, или кто идет в магазин под дождем.

Мы стали единым целым. Я помнил, как во время зимней сессии Алина слегла с тяжелой ангиной. Я тогда неделю ночевал у нее, спал на жестком стуле рядом с кроватью, отпаивал ее чаем с малиной и читал вслух любимые романы, пока она не засыпала. А потом наши отношения перешли на новый уровень. Я помню тот вечер в мельчайших деталях. Мы купили дешевого вина, заказали пиццу, долго сидели на полу в гостиной, слушая какую-то инди-группу. Разговоры постепенно стихли. Остались только взгляды, сбитое дыхание и случайные касания. До кровати в ту ночь мы так и не дошли. Все случилось прямо там, на расстеленном пледе.

После той ночи мы стали еще ближе. Знали тела друг друга наизусть. Знали, как прикоснуться, чтобы успокоить, как поцеловать, чтобы снять стресс после тяжелого дня. Мы через многое прошли. Взаимная поддержка стала фундаментом, на котором мы строили наши планы. Мы вместе планировали это лето, вместе выбирали, куда поедем на стажировку. Все было идеально, даже слишком идеально. И вот теперь она стоит напротив меня, переминается с ноги на ногу и говорит, что влюбилась в другого.

— Макс? — голос Алины вырвал меня из воспоминаний, швырнув обратно в реальность. Я с трудом сфокусировал на ней взгляд. Она смотрела на меня с легким нетерпением, словно я задерживал ее.

— Ты… что? — только и смог выдавить из себя я. Мой голос прозвучал слишком тихо, отчаянно.

— Я говорю, так бывает, — Алина вздохнула, поправляя ремешок сумки на плече. В ее движениях сквозила уверенность человека, который давно принял решение и теперь просто озвучивал его, как свершившийся факт. — Понимаешь, мне кажется, мы стали слишком привычными друг для друга. А тут… просто искра. Я не планировала это, честно. Но я не хочу тебе врать.

Что я должен сказать? Закатить истерику? Умолять ее остаться? Спросить имя этого «другого» и пойти на разборки? Ничего из этого не казалось правильным. Ничего не могло отменить того факта, что она уже сделала свой выбор. В этот момент я понял самую страшную вещь — я не могу бороться за нее, потому что она уже сдалась.

— Но знаешь… — Алина сделала полшага ко мне, и я инстинктивно напрягся. — Мы ведь через столько прошли вместе. Ты для меня очень дорогой человек. Я бы не хотела разрушать все окончательно. Давай останемся друзьями?

Друзьями… Осколок былой роскоши, брошенный, подобно кости. «Я больше не хочу делить с тобой свою жизнь, свое тело и свои мечты, но ты можешь постоять в сторонке и посмотреть, как я делаю это с другим. Ведь ты хороший парень, Макс. Удобный».

Внутри на секунду вспыхнула злость, но тут же начала угасать. У меня не было сил даже на то, чтобы возмутиться. Я чувствовал себя выпотрошенным.

Я медленно кивнул. Согласился не потому, что действительно хотел дружить с девушкой, которая только что разбила мне сердце. Я согласился просто потому, что в этот момент моя способность нормально мыслить атрофировалась. Кивнуть было проще, чем открыть рот и пытаться сложить слова в предложение, рискуя сорваться.

— Спасибо, — лицо Алины прояснилось. Виноватая улыбка сменилась на искреннюю, облегченную. Словно она только что успешно сдала сложный экзамен и теперь свободна. — Я знала, что ты поймешь. Ты всегда меня понимаешь.

Она потянулась ко мне, словно собираясь обнять, но вовремя остановилась, заметив мою окаменевшую позу. Неловко опустив руки, она попятилась к двери.

— Ну… увидимся. Пока, Макс, — добавила она, развернувшись и побежав к выходу.

Я остался один. Ветер продолжал трепать мою куртку, но я его больше не чувствовал. Я сделал неуверенный шаг назад, потом еще один. Мои ноги вдруг стали ватными, спина уткнулась в шершавую кирпичную кладку надстройки вентиляционной шахты. Я прижался к ней и медленно сполз вниз, пока не оказался сидящим на полу крыши. Обхватил голову руками и уставился в одну точку перед собой, на брошенный кем-то старый пластиковый стаканчик из-под кофе, который ветер с легким шорохом гонял по серому покрытию.

Правда медленно, но верно начала просачиваться сквозь шок, отравляя кровь. Это не шутка, не дурной сон. Это произошло на самом деле. Год моей жизни только что был уничтожен двумя короткими фразами. Как это могло случиться? Я пытался найти в памяти хоть какие-то зацепки. Может, пропустил тревожные звоночки? Может, она давно намекала, что ей чего-то не хватает, а я, ослепленный своим счастьем, просто не замечал? Когда в последний раз она смотрела на меня так, как раньше? Вчера? Неделю назад? Месяц? Я не находил ответов. В моей памяти все было безупречно вплоть до сегодняшнего утра, когда она написала мне сообщение: «Нам нужно поговорить. Жду тебя на нашем месте».

Привычная реальность рассыпалась на мелкие осколки. Сколько я так просидел — неизвестно. Может, двадцать минут, а может, пару часов. Серое небо начало темнеть, наливаясь сумерками. Холод окончательно пробрал до костей, заставив меня вздрогнуть и очнуться. Нужно было уходить. Сидеть здесь больше не имело никакого смысла. Крыша, которая еще утром была нашим «тайным местом», теперь превратилась в ненавистную площадь.

Я поднялся, опираясь заледеневшими руками о стену. Тело затекло и двигалось с неохотой. Подошел к двери, с силой толкнул ее и шагнул на лестничную клетку. Каждый пролет казался бесконечным. Университетские коридоры, по которым я проходил тысячи раз, сейчас выглядели чужими. Студенты, спешащие на вечерние пары или домой, смеялись, обсуждали какие-то свои проблемы, пили кофе на ходу. У каждого из них была своя жизнь.

Я вышел из главного корпуса на улицу. Морозный вечерний воздух ударил в лицо. Засунул руки в карманы куртки и направился к кованым воротам университетского двора.

«Наверное, так должно было быть, — внезапно возникла мысль в голове. — Люди не уходят просто так. Может, проблема действительно во мне. Может, я был слишком скучным, слишком правильным и предсказуемым. Или, может, у нас уже давно все было плохо, и она просто терпела, молчала из вежливости, пока не нашла удобный повод сбежать?»

Эти мысли с каждой секундой все сильнее выводили из себя. Они подтачивали мою самоуверенность, заставляли сомневаться в каждом сказанном слове, в каждом счастливом моменте, который у нас был. Если она смогла так легко, с улыбкой перечеркнуть все это, значит ли это, что все с самого начала было ложью?

Я тяжело вздохнул, мотнул головой, пытаясь отсечь подобные мысли.

— Хватит, — прошептал самому себе.

Поправив съехавший рюкзак на плече, я развернулся и пошел в сторону дома. Шел по улице, не замечая ни шума машин, ни спешащих прохожих, ни начинающегося мелкого дождя. Внутри меня разливалось опустошение. И пока что я не понимал, как с ним бороться.

Глава 2 - Его первая неделя

Говорят, время лечит. Я никогда так не считал. Время не лечит, оно лишь помогает забыться, притупляет боль. И то этого самого времени должно быть много.

Неделя после того разговора на крыше показалась мне адом. Время словно остановилось, начало неумолимо тянуться, заставляя меня каждый раз останавливаться и думать. Я просыпался, чистил зубы, автоматически закидывал в себя завтрак, вкус которого совершенно не чувствовал, шел на пары, возвращался домой, ложился в кровать и смотрел в потолок. Словно включил режим автопилота.

Я честно пытался сосредоточиться на учебе. В конце концов, я всегда был из тех парней, кто привык держать все под контролем, и успеваемость была моим островком стабильности. Но теперь лекции превратились в белый шум. Профессор монотонно расписывал на доске формулы, а я смотрел на мел, крошащийся в его пальцах, и видел только улыбку Алины на той крыше. Смотрел в свой конспект, но вместо графиков строчки сливались в одно сплошное «Я влюбилась в другого».

Ребята из группы, конечно, заметили, что со мной что-то не так. Пару раз меня спрашивали, не заболел ли я, почему такой бледный и почему зависаю, глядя в одну точку. Я отшучивался, говорил, что просто не высыпаюсь, что перебрал с кофеином, что готовлюсь к сложному тесту. Я натягивал на лицо улыбку, но это требовало столько усилий, что к концу дня мышцы лица сводило судорогой.

Дома было еще хуже. Моя квартира, которая раньше казалась мне уютной крепостью, теперь превратилась в музей имени Алины. Куда бы я ни посмотрел, везде были мины-растяжки из воспоминаний. На третий день я понял, что если не уберу ее вещи, то просто сойду с ума. Я взял большую картонную коробку и сложил туда все, что связывало нас с ней.

Ее любимая желтая кружка, из которой она пила чай, сидя на моем диване. В коробку.

Заколки-невидимки, разбросанные в ванной. Туда же.

Пара билетов на концерт, которые мы прикрепили магнитом к холодильнику. Вниз, на самое дно.

Ее синяя толстовка, которую она забыла у меня месяц назад, потому что «в ней так уютно спать»… Когда я взял эту толстовку в руки, мой автопилот дал сбой. Я стоял посреди комнаты, сжимая в руках кусок ткани, и чувствовал, как к горлу подкатывает ком.

Я засунул толстовку в коробку, замотал ее скотчем в три слоя, словно боялся, что воспоминания смогут выбраться наружу, и задвинул на самую верхнюю полку в шкафу.

«Все, — сказал сам себе. — Конец. С глаз долой, из сердца вон».

Но кого я пытался обмануть? За эту неделю я трижды доставал эту чертову коробку обратно. Это происходило по ночам, когда тишина в квартире становилась настолько тяжелой, что давила на голову. Я просыпался в три часа ночи, покрытый потом, понимая, что в моей постели пусто, и больше никто не закидывает на меня ноги во сне. Вставал, шел к шкафу, доставал коробку, срывал скотч и просто сидел на полу.

Я рассматривал снимки, где мы дурачимся в фотобудке торгового центра. Мы выглядели такими счастливыми. Разве можно подделать такое счастье? Разве можно было так искусно лгать мне — и самой себе — целый год?

В эти моменты собственной слабости я ненавидел себя. Меня раздражало, каким жалким я стал. Я злился на нее за то, что она сделала. Но еще больше злился на себя за то, что позволял ей продолжать делать мне больно, даже когда ее не было рядом. К пятнице я окончательно вымотался. Эта неделя выпила из меня все соки, оставив только пустую оболочку, функционирующую на остатках кофеина.

***

Последняя пара, социология, тянулась бесконечно. Когда долгожданный звонок наконец прошелся по аудитории, я был первым, кто закинул тетрадь в рюкзак. Хотел только одного — добраться до дома, закрыть дверь на все замки, задернуть шторы и провалиться в сон.

Я вышел из аудитории в просторный главный холл университета. Здесь всегда было шумно. Студенты толпились у расписания, смеялись, сбивались в кучки, обсуждая планы на вечер пятницы. Шум голосов обычно действовал на меня успокаивающе, но сегодня он бесил. Я натянул капюшон толстовки поглубже, опустил голову и быстрым шагом направился к стеклянным дверям выхода, лавируя в потоке людей. И вдруг замер.

Метрах в пятнадцати от меня, возле автоматов с кофе, стояла Алина. Мое сердце сразу забилось быстрее. Она была в той самой светло-бежевой куртке, которую мы вместе покупали ей весной. Волосы были распущены. Она запрокинула голову, смеясь над чем-то. Я хотел сделать шаг назад, раствориться в толпе, сделать вид, что не заметил ее, но мой взгляд зацепился за вторую фигуру в этой композиции. Рядом с ней стоял какой-то парень.

Я почти сразу узнал его. Илья, один из местной команды по баскетболу. Он стоял к ней вполоборота, опираясь одной рукой о кофейный автомат, и смотрел на нее с той уверенной ухмылкой, которая бывает только у парней, привыкших получать все, что они захотят.

Пока я смотрел на них, Илья что-то сказал, наклонившись к ее уху. Алина снова рассмеялась, слегка ударила его кулачком в плечо и тут мой мир окончательно дал трещину. Он поймал ее руку, притянул к себе, обнял за талию. Она не отстранилась, прижалась к нему, опустив голову на грудь.

Слова, сказанные ею на крыше неделю назад, снова ударили по сознанию. «Я влюбилась в другого». Вот он, этот «другой». Идеальный образец альфа-самца. Душа любой компании, человек, вокруг которого всегда шумит толпа, который умеет зажечь вечеринку одним своим появлением. Илья был полной моей противоположностью.

Я стоял посреди холла, чувствуя себя так, словно меня с размаху ударили бейсбольной битой под дых. Люди проходили мимо, задевали меня рюкзаками, кто-то недовольно цокнул языком из-за того, что я перегородил дорогу, но я не мог сдвинуться с места.

Я смотрел на них, таких ярких, красивых, живых, и пазл в моем мозгу начал складываться в уродливую картину. Ну конечно, как я мог быть таким слепым. Наверное, проблема была именно в том, что я был для нее слишком скучным. Я вспомнил наши вечера. Мы гуляли по паркам, сидели дома с пиццей, обсуждали книги и фильмы. Мне всегда казалось, что это устраивало нас обоих. Но, может быть, для нее это было просто болотом? Я ведь далек от того, чтобы быть «веселым парнем». Не умею травить анекдоты в толпе из двадцати человек так, чтобы все надрывали животы. Не играю в сборной, не собираю стадионы, мое имя не скандируют с трибун. Я предпочитаю наблюдать, а не быть в центре внимания.

А Алина… Алина молодая, красивая, энергичная. Ей нужны эмоции, нужен фейерверк, адреналин. Ей нужен парень, с которым не стыдно появиться на самой крутой тусовке, который легко найдет язык со всеми. Илья мог дать ей все это. Я смотрел, как он что-то шепчет ей, как Алина краснеет и прячет лицо на его плече, и чувствовал, как комплекс неполноценности сжимает мое горло. Пытался найти в нем хоть какой-то изъян, чтобы оправдать свою боль, но не мог. Он был объективно хорош, был победителем. А я — проигравшим, который даже не знал, что участвует в соревновании.

Внезапно Илья поднял голову и посмотрел в мою сторону. Я не знаю, заметил ли или просто скользнул взглядом по толпе, но инстинкт сработал быстрее сознания. Я резко шагнул в сторону, спрятавшись за колонну. Прижавшись спиной к холодному камню, начал тяжело дышать, будто только что пробежал кросс. Пальцы на руках сжались в кулаки.

Алина же предлагала остаться друзьями. Если она увидит меня, то, по своей наивной привычке считать, что все всегда хорошо, может потащить меня знакомиться с ним. От одной мысли об этой сцене к горлу подступила тошнота. Я не выдержу этого. Просто сломаюсь прямо там, на глазах у всех. Не смогу пожать его руку, не смогу лживо улыбаться им двоим. Моя внутренняя боль оказалась сильнее гордости. Я струсил. Признался себе в этом прямо здесь, за колонной. Ну и пусть.

Вскоре Илья допил свой кофе, метким броском отправил стаканчик в урну и взял Алину за руку. Они развернулись и направились к выходу. Илья на ходу что-то рассказывал, активно жестикулируя свободной рукой, а она смотрела на него с нескрываемым обожанием. С тем самым обожанием, которое, как я думал, было адресовано только мне.

Я стоял за колонной и ждал. Ждал, пока они не выйдут за стеклянные двери. Ждал, пока их силуэты не растворятся в толпе. Только убедившись, что они ушли достаточно далеко, отлепился от стены и позволил себе расслабиться. Толпа вокруг все так же шумела, но я не слышал ничего. Чувствовал себя призраком, который бродит среди живых людей.

Я поправил съехавший рюкзак, накинул капюшон так, чтобы он полностью скрывал мое лицо, и направился к выходу. В голове билась только одна мысль — домой. Захлопнуть дверь и остаться в спасительной темноте.

Глава 3 - Ее первая неделя

Алина

Голос преподавателя по истории искусств напоминал монотонное гудение. Он рассказывал что-то о перспективе в живописи эпохи Возрождения, но слова пролетали мимо моих ушей, не задерживаясь в голове. Я сидела на заднем ряду, подперев щеку рукой, и бессмысленно водила шариковой ручкой по полям тетради. Вырисовывала какие-то квадраты, переплетающиеся треугольники, заштриховывала их, превращая в объемные фигуры. Пыталась сделать серьезное, сосредоточенное лицо, как и положено примерной студентке, но раз за разом терпела поражение. Губы сами собой растягивались в глупой, мечтательной улыбке, которую приходилось прятать, прикрывая рот ладонью.

Я просто не могла перестать думать о том, что происходит в моей жизни. Все вокруг казалось ярким, легким, почти невесомым. Я чувствовала себя, как главная героиня романтического фильма, у которой только-только начался счастливый хронометраж.

Мои мысли снова и снова возвращались к Илье. Я помню, как впервые посмотрела на него по-настоящему. Не просто как на парня из спортивной сборной, а как на мужчину. Это случилось почти месяц назад. У нас отменили последнюю пару, на улице шел мерзкий осенний дождь, и я решила скоротать время в спортивном корпусе, ожидая, пока дождь стихнет. Зашла на балкон спортзала, где как раз шла тренировка баскетболистов. Присела на скамейку, достала телефон, собираясь полистать ленту, но тут раздался свисток тренера, и я подняла глаза.

Илья как раз вел мяч. В каждом его движении сквозила такая уверенность, что невозможно было оторвать взгляд. Он забросил трехочковый, развернулся и засмеялся, вытирая пот со лба краем майки. И в этот самый момент, когда он смеялся, обнимая товарищей по команде, что-то внутри меня щелкнуло. Тогда я зажмурилась и потрясла головой, пытаясь вытряхнуть это наваждение. Думала, что просто впечатлилась красивой картинкой. Эстетика спорта, гормоны, все дела. Я честно пыталась забыть этот момент. Ведь у меня был Макс.

С Максом все было хорошо. Действительно хорошо. Заботливый, надежный парень, который всегда знал, как меня успокоить, и чего мне хочется. Нам было комфортно вместе, мы понимали друг друга с полуслова. Но проблема в том, что это самое спокойствие иногда приедалось. Порой хотелось устроить скандал ради скандала. Но я боялась все испортить.

Весь месяц мысли об Илье жгла меня изнутри. Я начала невольно искать его взглядом в столовой, в коридорах. Когда он проходил мимо, у меня по спине пробегали мурашки. Я чувствовала себя ужасно виноватой перед Максом, но ничего не могла с собой поделать. Это было сильнее меня. Какое-то наваждение.

Я наконец поняла, что больше не могу врать ни Максу, ни себе. Держать его рядом, думая при этом о другом — это было подлостью. Я до сих пор не до конца верю в то, что произошло в тот день после нашего разговора на крыше. Я спустилась вниз, чувствуя невероятное облегчение от того, что сказала Максу правду, и пошла прямо к спорткомплексу. У меня не было никакого плана. Я просто знала, что должна сделать это сейчас, пока смелость не испарилась.

Илья выходил с тренировки, с влажными после душа волосами, с закинутой на плечо спортивной сумкой. Увидев меня, он притормозил. Мы до этого пересекались всего пару раз, обменивались приветствиями, но не более того. Я подошла к нему, чувствуя, как горят щеки, и, запинаясь, начала нести какую-то нелепицу о том, что давно хотела с ним пообщаться. Он не стал смущаться, не стал задавать лишних вопросов. Просто посмотрел на меня и спокойно произнес:

— Ты как раз вовремя. Я умираю от голода. Идем, угощу чем-нибудь.

С этого все и началось. Тем же вечером мы гуляли по набережной, болтали обо всем на свете. С ним было так легко. Никаких неловких пауз, никаких сложных философских разговоров — только смех, флирт, искры в воздухе. А когда мы прощались, он вдруг притянул меня к себе за талию и, глядя в глаза, предложил встречаться. Я даже не помню, как именно согласилась. Помню только, что кивнула, и в следующее мгновение его губы коснулись моих. Дерзкий, спонтанный поцелуй, затуманивший рассудок.

Всю эту неделю я жила в состоянии эйфории. Просыпалась с улыбкой, засыпала с ней же. Илья был веселым, открытым, знал, что сказать, чтобы вогнать меня в краску. В отличие от Макса, который всегда был сдержан на публике, Илья не стеснялся проявлять чувства. Он мог обнять меня посреди шумного коридора, мог подхватить на руки, мог прижать к себе.

Когда он смотрел на меня, у меня буквально подгибались колени. Каждое его случайное прикосновение — когда он поправлял мне волосы или скользил рукой по моей спине — сводило с ума. Настоящий вулкан эмоций, которого мне так не хватало.

Я закрасила очередной треугольник в тетради и вздохнула, прикрыв глаза. И тут всплыла непрошеная мысль. Встречаясь с Максом, я ведь долгое время чувствовала то же самое. Воспоминание резануло по сознанию так сильно, что я снова открыла глаза. Вспомнила те самые первые недели с Максом. Как я ждала его сообщений, гипнотизируя экран телефона. Как у меня дрожали руки перед нашим первым настоящим свиданием. Как от его первого, робкого поцелуя у меня так же подкашивались ноги и кружилась голова. Тогда мне казалось, что это навсегда. Что эти бабочки в животе бессмертны.

Я нахмурилась и яростно зачеркала рисунок в тетради, превращая аккуратные фигуры в уродливое чернильное пятно.

«Нет, — пронеслось в голове. — С Максом все было иначе. Я действительно любила его, но не чувствовала страсти. Не чувствовала же? Точно нет! А с Ильей… Это совсем другой уровень».

Я поспешила успокоить себя этой удобной логикой. В конце концов, я имею право на счастье. Я поступила честно, ничего не скрывала.

Пронзительный звонок, возвещающий об окончании пары, вырвал меня из размышлений. Аудитория мгновенно ожила. Послышался скрип отодвигаемых стульев, шелест тетрадей, множественные голоса. Я подскочила, моментально забыв о неприятных мыслях. Илья! Мы договорились встретиться у его корпуса после этой пары. Быстро сгребла учебник и тетрадь в сумку, накинула куртку и пулей вылетела из аудитории, обгоняя одногруппников. Я уже представляла, как он улыбнется, увидев меня, как обнимет.

Я влилась в плотный поток студентов, текущий по главному коридору. Лавировала между людьми, улыбаясь, как вдруг мой взгляд выловил одного конкретного человека. Метрах в десяти от меня, у стены, стоял Макс. Прислонившись плечом к колонне, он смотрел куда-то в пол. Моя первая реакция была рефлекторной, как у человека, который увидел старого друга. Я улыбнулась шире, сделала полшага в его сторону и даже вытянула руку, чтобы помахать ему, позвать. Мы ведь договорились остаться друзьями. Но слова застряли в горле. Рука, так и не поднявшись до конца, сама собой прижалась к груди.

Я присмотрелась к нему, и внезапно моя эйфория начала таять. Макс выглядел… пугающе. Казался сломленным. Он сгорбился, натянул капюшон поглубже. Выглядел так, будто не спал всю эту неделю. И тут что-то внутри кольнуло меня. Я замерла посреди коридора, позволяя толпе обходить меня с двух сторон, и смотрела на человека, с которым делила свою жизнь почти год.

Воспоминания о той сцене на крыше обрушились на голову. Только теперь я увидела ситуацию иначе. Я вспомнила, как легко и буднично произнесла эти слова: «Я влюбилась в другого». Вспомнила, как раздражалась его молчанию, вспомнила его глаза. Он ведь тогда вообще ничего не сказал. Просто кивнул.

О чем я тогда вообще думала? Остаться друзьями? После года отношений? Мозг был затуманен. Я хотела поскорее увидеться с Ильей и поговорить с ним. Совершенно не придала значения тому, что разрываю долгие отношения. Мне искренне хотелось сохранить с Максом дружеские отношения. Он был для меня слишком дорогим человеком. Но почему мне в голову только сейчас пришла мысль, как это выглядело и звучало со стороны…

Глядя на то, как Макс медленно оторвался от стены и, не поднимая головы, направился к выходу, я поджала губы, сглотнув. Сердце болезненно сжалось. Я ведь не стерва. Не какая-то дрянь, сменившая одного парня на другого. Я просто… влюбилась. Но мне стоило хотя бы с серьезностью отнестись к разрыву.

Я сделала вдох, собираясь окликнуть его, но тут мой телефон в кармане завибрировал. Я вздрогнула, достала его. На экране светилось сообщение от Ильи:

«Малыш, я уже вышел. Жду тебя у лестницы. С меня кофе, с тебя поцелуй».

Я перевела взгляд с экрана на удаляющуюся фигуру Макса. Если сейчас подойду к нему, то что скажу? Совесть окончательно разорвет меня на куски. Я не смогу смотреть ему глаза. Чувство вины боролось во мне с эгоистичным инстинктом самосохранения. И, к моему собственному стыду, инстинкт победил. Я сглотнула подступивший к горлу ком и поспешно заблокировала телефон.

«Не стоит тревожить его сейчас, — быстро нашла оправдание для своей трусости. — Ему и так плохо. Мое появление только расковыряет рану. Вот пройдет время, он немного остынет, придет в себя, и тогда мы нормально поговорим. Да, точно. Так будет лучше для всех».

Я отмахнулась от остатков вины. В конце концов, мы живые люди. Чувства уходят, так бывает, никто в этом не виноват. Следом развернулась, заставляя себя не оглядываться, натянула на лицо привычную улыбку и быстрым шагом направилась в противоположную сторону.

Глава 4 - Случайное столкновение

Когда-то давно в одной книге по психологии я читал о стадиях горя. Отрицание, гнев, торг, депрессия и наконец принятие. Мне казалось, что к сегодняшнему дню я прошелся по этому маршруту и застрял между депрессией и принятием. После того, как увидел Алину и Илью, во мне что-то надломилось. В хорошем смысле. Словно реальность дала пощечину и заставила двигаться дальше.

Проснувшись этим утром, я посмотрел в потолок и понял одну простую вещь — я устал. Чертовски устал страдать, жалеть себя, искать причины. Устал быть призраком в собственной жизни. Поле того, как переименовал контакт Алины, с плеч словно камень свалился. Второй посыпался вслед за ним, когда я в последний раз взглянул на коробку в шкафу и с улыбкой закрыл дверцу. Решил, что с этого дня больше к ней не притронусь. Если нужно, выброшу на помойку.

Мне нужно было срочно вернуть контроль над своей жизнью, и лучшее, что я мог сделать — с головой уйти в учебу. На носу был важный промежуточный тест по профильному предмету. От него зависел мой итоговый балл за семестр. С этой мыслью я собрал рюкзак и направился на учебу. А как пары подошли к концу, стремительно зашагал в сторону библиотеки.

***

Библиотека нашего универа всегда казалась мне чем-то сверхъестественным. Огромные стеллажи из темного дерева, теряющиеся где-то под высокими потолками, ряды длинных читальных столов с зелеными лампами. Здесь всегда было тихо, можно было найти абсолютно любую книгу. Самое главное — самому не потеряться.

Пройдя мимо стойки сонной библиотекарши, я углубился в лабиринт стеллажей в поисках нужной секции с экономической литературой. Шел неспешно, скользя взглядом по корешкам книг, глубоко погруженный в свои мысли. В голове уже составлял план подготовки: сегодня повторяю материал, завтра сижу над графиками, послезавтра прорешиваю старые тесты…

Я дошел до угла очередного стеллажа, не сбавляя шага. И тут же, словно из ниоткуда, прямо на меня вылетела девушка. Все произошло так быстро, что я не успел выставить руки перед собой. Она выскользнула из-за угла, уткнувшись носом в раскрытую книгу, лежащую поверх целой стопки других книг в ее руках. Читала прямо на ходу, совершенно не глядя под ноги.

Мы слишком поздно осознали ситуацию и влетели друг в друга. От неожиданного столкновения я потерял равновесие, попытался ухватиться за стеллаж, но рука соскользнула. В итоге рухнул на паркет, больно приложившись копчиком. Девушка полетела следом. Стопка книг вырвалась из ее рук и с грохотом рассыпалась по полу вокруг нас.

— Ой-ой, — донеслось до моего слуха. Я потряс головой, прогоняя легкое головокружение, и открыл глаза. Девушка сидела на полу в полуметре от меня, растерянно моргая и потирая ушибленное плечо. Вскоре она так же подняла взгляд, и мы уставились друг на друга.

Моей первой мыслью было — какая же она красивая. Причем красота эта была не чем-то глянцевым, поверхностным. Девушка показалась мне невероятно эстетичной, какой-то правильной, уютной. На ней была строгая, но стильная темная юбка и белая блузка, рукава которой закатали до локтей. Длинные каштановые волосы, перехваченные простой резинкой, легли на плечи, когда она упала. На носу виднелась россыпь веснушек. Но больше всего меня поразили ее глаза. Глубокие, темные, карие глаза. В них читался легкий испуг, который тут же сменился осознанием ситуации.

Я продолжал смотреть на нее, и вдруг в моей памяти что-то щелкнуло. Я знал ее. Точнее, слышал о ней, и не раз. Ника Орлова. В прошлом году, когда мы были на втором курсе, ее имя гремело на весь поток. Она прославилась тем, что с невероятным отрывом заняла второе место по оценкам во всем университете. Но статус «зубрилы» к ней не прилип, потому что буквально через месяц на студенческом фестивале она вышла на сцену и разнесла всех в пух и прах на шуточных баталиях, где нужно было импровизировать на тему поп-культуры. Она шутила так остро и невозмутимо, что зал просто лежал от хохота. Многогранная личность. Умная, острая на язык и, как выяснилось сейчас, обладающая нулевой координацией при чтении на ходу.

Я уже открыл рот, чтобы извиниться, но тут Ника вдруг улыбнулась. Тихий смешок буквально осветил ее лицо.

— Прости, — произнесла она, прикрыв рот ладонью, чтобы не шуметь. — Я просто ходячая катастрофа. Совершенно не смотрела, куда иду. Снова зачиталась. Ты цел?

Ее голос показался мне мягким, успокаивающим.

— Я-то цел, — так же тихо ответил я, чувствуя, как на моем лице расплывается ответная улыбка. — Сам виноват, задумался.

Я быстро поднялся на ноги, отряхнул джинсы и протянул ей руку. Ника без колебаний ухватилась за нее, приняв помощь. Мы снова опустились на корточки, чтобы собрать книги. Я начал складывать тяжелые тома в аккуратную стопку. Ника делала то же самое со своей стороны. В какой-то момент наши руки потянулись к одной и той же книге. Мои пальцы легли поверх ее. Мы оба замерли, подняли глаза друга на друга, одновременно улыбнулись. Между нами повисла секундная пауза. Чтобы сгладить момент, я плавно убрал руку, уступая ей книгу, и скользнул взглядом по обложке.

— «Повседневная жизнь Рима в эпоху упадка», — прочитал название. — Серьезный выбор. Увлекаешься историей?

Ника взяла книгу, отряхнула ее и пожала плечами, смешно сморщив нос.

— Если честно, нет, — призналась она. — Я больше гуманитарий, привыкший заучивать. А это… Помогает убить время. Знаешь, когда свои конспекты уже поперек горла стоят, читать про то, как древние римляне решали проблемы с водопроводом, оказывается удивительно успокаивающим занятием.

Усмехнувшись такому невероятному объяснению, я собрал оставшиеся книги и поднялся вместе с ними.

— Давай помогу донести. У тебя тут килограммов десять, не меньше.

— Спасибо, — Ника благодарно кивнула. — Тогда нам туда, к окну.

Я пошел за ней, лавируя между рядами. Мы подошли к большому столу, залитому мягким осенним светом. Поставив книги на угол, я вздохнул.

— А ты за чем пришел? — шепотом спросила Ника, усевшись на стул и поправив растрепавшийся хвост.

— Готовлюсь к тесту. Решил, что дома слишком много… отвлекающих факторов.

— Раз так, садись сюда, если хочешь, — Ника похлопала по столу, указав взглядом на место напротив. — Вдвоем как-то веселее делать вид, что мы очень прилежные студенты.

— Ну…

— Я не кусаюсь, расслабься, — посмеялась девушка. Она сказала это так просто и дружелюбно, что я не смог отказаться.

— Ну раз не кусаешься, — ответил с таким же смешком. Сейчас возьму что-нибудь.

Я сбегал к стеллажу по экономике, взял нужные пособия и вернулся к столу Ники. Разложил перед собой конспекты, открыл учебник на нужной странице, достал текстовыделитель… и понял, что совершенно не могу сосредоточиться. Ника сидела напротив. Она тоже открыла свою книгу, но ее взгляд блуждал где-то поверх страниц. Она подпирала щеку кулаком и задумчиво крутила в пальцах карандаш. В какой-то момент она перевела взгляд на меня и поймала мой на себе. Мы снова улыбнулись друг другу.

— Ну и как успехи с экономикой? — поинтересовалась девушка, кивнув на мою нетронутую тетрадь.

— Инфляция растет, ВВП падает, — отозвался я. — А как там Рим?

— Все еще в упадке, — вздохнула она.

И на этом попытки учиться закончились. Мы закрыли книги, сдвинули их в сторону и начали разговаривать. Сначала шепотом, перекидываясь ничего не значащими фразами, а потом, когда поняли, что в этом крыле библиотеки кроме нас никого нет, заговорили нормальными голосами. Я не знаю, как это произошло, но барьер между нами рухнул буквально на десятой минуте. Возможно, повлияло признание Ники о том, что она уже давно меня знает.

— Серьезно, — сказала она, оперевшись локтями на стол и чуть подавшись вперед. — Я же учусь буквально над тобой. У нас расписание пересекается по вторникам и четвергам. Я тебя постоянно в коридорах вижу.

Мне вдруг стало ужасно неловко.

— Блин, извини, — я виновато потер шею. — Я какой-то слепой, не замечал. У меня весь прошлый год был… В общем, фокус был смещен.

— Да брось, — она снова рассмеялась, отмахнувшись от моих извинений. — Просто забавно вышло.

Чем дольше мы разговаривали, тем больше я удивлялся. Ника казалась легкой, веселой, местами даже дурашливой, но под этой оболочкой скрывалась какая-то поразительная, взрослая собранность. Мы перескакивали с темы на тему, обсуждали преподов, новые фильмы, дурацкие студенческие привычки. И каждую, даже самую абсурдную тему, она рассматривала с интересом, находя в ней что-то важное. В ней не было ни капли высокомерия или той поверхностной суеты, которая так часто встречается у девчонок нашего возраста.

В какой-то момент разговор вырулил на планы после учебы.

— А я уже все решила, — Ника заправила за ухо выбившуюся прядь, ее лицо стало серьезным. — Хочу стать учителем. Буду преподавать литературу.

— Учителем? В школе? — я удивленно вскинул брови.

— Знаю, звучит как добровольный приговор. Я прекрасно понимаю, что там платят копейки, а нервов уходит вагон. Родственники мне уже всю плешь проели, мол, с моими мозгами надо идти в корпоративный сектор. Но… — она пожала плечами. — Мне нравится объяснять сложные вещи. Нравится видеть этот момент, знаешь, когда в глазах человека загорается лампочка, и он такой: «А-а-а, так вот оно что!». Я хочу быть тем человеком, который не отобьет у детей желание читать.

Я слушал ее, завороженный тем, с какой страстью она об этом говорит. И тут память подкинула мне картинку из прошлого. Мы с Алиной сидели в кафе, и я спросил ее, кем она видит себя через пять лет. Она тогда засмеялась, допила свой чай и сказала: «Да какая разница? Пойду куда-нибудь в офис, где не надо напрягаться. Зачем об этом сейчас думать?».

Ника, в отличие от нее, думала. Она строила свою жизнь, понимала все риски, но выбирала путь, который был ей по душе.

— А ты? — голос Ники вырвал меня из воспоминаний. Она смотрела на меня с неподдельным интересом. — К чему стремишься в будущем?

Я замялся. У меня была мечта, о которой я почти никому не рассказывал. Однажды, примерно полгода назад, я набрался смелости и рассказал о ней Алине. Тогда она лишь похлопала меня по плечу и сказала, что надо бы думать масштабней и поменьше фантазировать в наше-то время. Ее слова стали для меня ударом. Я быстро свернул разговор, сделал вид, что это была просто шутка, и запихал свою мечту в самый дальний угол сознания. Но сейчас, глядя во внимательные глаза Ники, я почему-то решил рискнуть.

— Я… всегда хотел открыть свой бизнес, — медленно начал, следя за ее реакцией. — Кофейню. Не просто ларек с кофе навынос, а настоящее место. С особенной атмосферой, где пахнет свежей выпечкой, играют старые пластинки. Куда люди будут приходить не просто за дозой кофеина, а чтобы посидеть с книгой, пообщаться, отдохнуть.

Я замолчал, ожидая, что сейчас она улыбнется и скажет, что это глупость или что-то вроде того. Но Ника отреагировала иначе. Ее глаза вдруг расширились, а лицо озарилось искренним восторгом.

— Вау, Макс, это же здорово! — она снова подалась вперед, навалившись на стол. — Я и сама обожаю кофейни. Это же целое искусство! Отличная мечта.

— Правда? — я замер, на мгновение выпав из реальности. — Тебе не кажется это… несерьезным?

— Несерьезным? — она искренне возмутилась. — Несерьезно протирать штаны в офисе с девяти до восьми, постоянно жалуясь на работу и ничего не меняя в жизни. А создать место, куда люди будут приходить за уютом, это круто! У тебя уже есть какие-то задумки? Как она будет называться? Каким будет зал? Меню уже продумывал?

Вопросы посыпались на меня один за другим, но зацепило не это. В ее голосе не было ни капли фальши. Ей действительно было интересно. Она забыла про свой Рим, забыла про время. С горящими глазами расспрашивала меня о мечте. И я начал рассказывать. Говорил, и не мог остановиться. Делился с ней идеями дизайна, рассказывал, как хочу видеть огромные окна и подоконники, на которых можно сидеть. Ника слушала, кивала, вставляла свои идеи, спорила со мной о том, нужны ли в меню растительные альтернативы молоку и как хорошо сделать разделенный зал.

Слушая ее смех и отвечая на вопросы, я вдруг кое-что осознал. Глядя на эту девушку с веснушками, я напрочь забыл об Алине. Забыл о нашем расставании, о ее новом парне. Впервые за долгое время я ни разу за несколько часов не вспомнил ничего, что бы доставляло боль. Все это отступило, оставив место легкости, пониманию.

Мы болтали и болтали, совершенно потеряв счет времени. В какой-то момент Ника замолчала на полуслове и посмотрела в огромное окно библиотеки.

— Ого, — тихо сказала она. Я проследил за ее взглядом. За окном уже начало темнеть. Мы просидели здесь до самого вечера.

— Хорошо позанимались, — усмехнулся я, вернувшись взглядом к женским глазам.

— Порой нужно и отдыхать. Тем более, в такой приятной компании, — сказав это, она поднялась. — Прости, мне уже нужно бежать. Подработка вечером.

— Хорошо. Был рад поболтать.

— Знаешь, — обойдя стол, она встала прямо передо мной, уткнула руки в бока и слегка наклонилась, продолжая улыбаться, — нам с тобой надо как-нибудь еще встретиться. Поболтаем. Может, даже поучимся.

Услышав эти слова, я неспециально застыл на ее глазах. Эта девушка, ворвавшаяся в мой день, сделала то, что я не мог сделать уже давно — заставила меня снова почувствовать себя живым. Подруга, вот что мне сейчас нужно. Человек, который поможет вернуться к нормальной жизни.

— Как насчет завтра? — ответил я уверенным голосом, не став отстраняться. — Можем встретиться здесь же.

— Отлично, — девушка выпрямилась, поправив лямку сумки на плече. — Тогда завтра после пар за этим же столом.

Она помахала мне рукой и побежала к выходу из библиотеки. Я проводил ее взглядом до самой двери и, к собственному удивлению, довольно вздохнул. Приятный выдался вечер.

Просидев в тишине еще пару минут, я собрал свои нетронутые конспекты в рюкзак, закинул его на плечо и направился к выходу.

Глава 5 - Планы на выходной

На следующий день я пришел в библиотеку за полчаса до условленного времени. Разложил на столе учебники, вытащил маркеры, открыл тетрадь с конспектами и приготовился стать самым прилежным студентом в истории нашего университета. План был безупречен: мы с Никой садимся, обмениваемся парой фраз и с головой уходим в учебу. Никаких отвлечений, суровая академическая дисциплина.

Этот гениальный план провалился ровно в ту секунду, когда Ника появилась в дверях. Она шла между рядами стеллажей, и я поймал себя на том, что просто пялюсь на нее. Сегодня ее волосы были распущены и волнами спадали на плечи. На ней был объемный вязаный свитер, который делал карие глаза еще ярче, и потертые джинсы. Она заметила меня, просияла и заняла стул напротив.

— Готов грызть гранит науки? — шепотом спросила девушка, выкладывая на стол внушительную стопку распечаток. — У меня завтра семинар по зарубежке, и если я не выучу разницу между романтизмом и реализмом, препод сделает из меня наглядное пособие по материалу.

— Готов как никогда, — так же шепотом, но очень уверенно соврал я.

Минут десять мы честно пытались изображать бурную деятельность. Я сверлил взглядом графики, Ника водила карандашом по строчкам распечатки, иногда тихо шепча что-то. Но атмосфера почему-то совершенно не располагала к учебе. Сначала я спросил у нее про какую-то мелочь. Она ответила. Потом она поинтересовалась, почему в моем конспекте на полях нарисован кривой кот. Я объяснил. И все, дамбу прорвало. Мы забыли про тесты, про романтизм, про экономику. Заговорили обо всем подряд. Перескакивали с обсуждения дурацких привычек преподавателей на любимую еду, потом на музыку, а потом разговор плавно свернул на то, как мы обычно снимаем стресс после тяжелого дня.

— Знаешь, — Ника отодвинула от себя распечатки, словно признавая поражение перед учебой, и подперла подбородок рукой, — моя мама считает, что я снимаю стресс, читая Толстого или слушая классику. Но правда в том, что, когда мой мозг окончательно закипает, я прихожу домой, завариваю огромную кружку чая, падаю на диван и врубаю свою приставку.

Я удивленно уставился на нее. Образ отличницы, которая вечерами рубится в видеоигры, как-то не вязался с ее внешностью, но от этого становился только круче.

— Серьезно? И во что играешь?

— Во все подряд, — ее глаза загорелись азартом. — В основном в RPG и сюжетные бродилки. Люблю, когда есть хорошая история. Правда, моя «старушка» уже еле тянет новые релизы.

— Дай угадаю, четвертая «сонька»? — я не смог сдержать смешка, глядя на девушку.

— Она самая, — вздохнула Ника с шутливой трагичностью в голосе.

— А я пару месяцев назад раскошелился, — как бы невзначай, с легкой долей хвастовства сказал я, откинувшись на спинку стула. — Взял себе последнюю модель. Решил, раз уж учусь на износ, еще и подрабатываю иногда, то имею право на нормальный отдых.

— Ты сейчас серьезно? — Ника уставилась на меня, сузив глаза. — У тебя есть «пятерка»? И ты так спокойно об этом говоришь? Макс, ты понимаешь, что сейчас плюнул мне прямо в душу. Это же предательство!

Слушая ее, я уже в открытую рассмеялся.

— Могу как-нибудь дать поиграть.

Ника вдруг перестала отыгрывать трагедию, ее лицо изменилось. Она оглянулась по сторонам, словно проверяя, нет ли поблизости библиотекарши, а затем внезапно навалилась грудью на стол, сократив расстояние между нами. Оказалась так близко, что мы чуть не столкнулись лбами. До меня долетел легкий аромат ее парфюма — что-то свежее, с нотками цитруса и ванили. Сердце сразу же забилось быстрее от подступившего смущения.

— Макс, — прошептала она коварно. — У меня сегодня в планах было сходить в магазин видеоигр в торговом центре. Я недавно прошла третью часть одной шикарной бродилки, и теперь хочу купить последнюю, четвертую. Составишь мне компанию?

Предложение прозвучало так спонтанно и легко, что я даже не стал раздумывать. Учеба? Да какая учеба, когда на тебя так смотрят.

— С радостью.

Ника улыбнулась и вернулась на место, тут же принявшись собираться. Я поступил так же. Тетради, учебники и распечатки полетели в наши рюкзаки. Выскользнув из библиотеки под неодобрительный взгляд сонной библиотекарши, мы вышли на улицу. Ветер шуршал желтыми листьями под ногами, солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая фасады зданий в золотистый цвет. Мы шли по аллее в сторону торгового центра, и никак не могли замолчать.

В какой-то момент, идя рядом и слушаю Нику, я поймал себя на ощущении того, как же мне сейчас спокойно. В последний год, когда гулял с Алиной, я всегда чувствовал какую-то подсознательную необходимость соответствовать. Мне нужно было придумывать темы для разговоров, чтобы она не заскучала. Нужно было планировать маршруты, следить за обстановкой.

С Никой все было иначе. Разговор лился сам собой. Мы шутили, перебивали друг друга, обсуждали какие-то абсурдные теории. Я не пытался казаться умнее или веселее, чем есть. Ника не изображала отличницу и не скрывала свой истинный характер. И нам этого было достаточно.

***

Когда мы зашли в специализированный магазин видеоигр на третьем этаже торгового центра, Ника мгновенно преобразилась. Это было небольшое, но плотно заставленное помещение. Стены были увешаны постерами с героями игр, с потолка свисали пластиковые мечи и макеты оружия, а неоновые ленты на полках подсвечивали ряды разноцветных коробок с дисками.

Ника сбросила рюкзак мне в руки со словами: «Подержи, а то я сейчас что-нибудь смахну», и нырнула в ряды стеллажей. Я пошел за ней на полшага позади и просто наблюдал. Это было похоже на какое-то театральное представление одного актера, и я был единственным зрителем. Вот она со смехом начала рассказывать мне про какую-то нелепую инди-игру, где нужно играть за камень. При этом активно жестикулируя и заставляя меня смеяться в голос.

Уже через секунду она подошла к полке с хардкорными ролевыми играми. Ее лицо вдруг стало серьезным, почти суровым. Она взяла в руки коробку, изучая описание на задней стороне с таким видом, словно читает древние манускрипты.

— Ты не представляешь, сколько нервных клеток я здесь оставила, — взглянула она на меня и произнесла это так, словно отчитывается перед деканом. — Босс на болотной локации… это было ужасно. Я три дня не могла его пройти. Но когда завалила, радовалась, как ребенок.

Она все говорила и говорила. Я невольно залюбовался. Смотрел на то, как неоновый синий свет от витрины падает на ее лицо, очерчивая линию подбородка. На то, как она машинально заправляет за ухо непослушную прядь волос. На ее тонкие пальцы, бережно перебирающие диски. И внезапно осознал, что, атмосфера уже давно изменилась. Приобрела какие-то теплые, даже слегка романтичные нотки. Ника ведет себя так, будто мы знакомы полжизни.

— О! Нашла! — ее радостный возглас вырвал меня из состояния гипноза.

Она стояла у стеллажа с приключенческими играми. Я подошел поближе и проследил за ее взглядом. На уровне наших глаз, на узкой полке, расположился диск с той самой игрой, которую она искала. Продолжение знаменитой приключенческой серии с потрясающей графикой и закрученным сюжетом.

Коробка стояла в единственном экземпляре, плотно зажатая между двумя другими играми. Мы потянулись к диску одновременно. Моя рука легла на пластиковый торец коробки. И в ту же секунду рука Ники опустилась сверху, накрыв мои пальцы своими. Мы замерли. Время вокруг нас словно ненадолго остановилось. Я почувствовал, как по моему телу пробежались мурашки. Это случайное касание было схоже с тем, в библиотеке. Но, в то же время, отличалось. Было глубже, что ли.

Мы переглянулись и одновременно вздрогнули. Ника стояла совсем близко. Она слегка приоткрыла рот, словно собиралась что-то сказать, но слова так и не сорвались с языка. Она не убирала руку, я свою тоже не убирал. Казалось, мы стояли так целую вечность, гипнотизируя друг друга взглядом.

Первым очнулся я. Поняв, что если мы простоим так еще немного, мой мозг просто отключится, я плавно высвободил свои пальцы из-под ее ладони и аккуратно потянул диск на себя.

— Держи, — произнес тише, чем планировал. Протянул ей диск, улыбнувшись.

Ника взяла его, еще немного поглядев на меня. На ее щеках проступил очаровательный румянец.

— С-спасибо, — она ответила на улыбку тем же, прижав диск к груди. — Я просто обожаю эту серию. Ты играл?

— Только в первую часть, — признался я. — Если честно, не зацепило.

Ника раскрыла глаза, снова уставившись на меня. Смущение слетело с ее лица, уступив место искреннему возмущению.

— Ну еще бы не зацепило. Там все самое интересное начинается только со второй части!

— А… ну… — не успел я закончить, как она снова меня осадила.

— Первая часть — это же просто разогрев! Самая драма и невероятный геймплей начинаются как раз со второй. Там такой сюжетный поворот… Ты обязан поиграть в другие части!

— Ладно-ладно, сдаюсь, — я рассмеялся, отступив на шаг под ее напором. — Обещаю, что как-нибудь потом куплю и пройду.

Ника прищурилась, глядя на меня оценивающим взглядом. А затем ее улыбка изменилась, стала хитрой.

— Знаешь, мы могли бы устроить марафон на выходных. Засядем с пиццей и пройдем, — она на секунду задумалась, прикусив нижнюю губу. Выглядело это даже слишком мило и очаровательно. — Может, у тебя?

— У меня? — я опешил, уставившись на нее.

— Сам сказал, что у тебя новая модель, — довольно хмыкнула девушка. — Эта игра на максималках раскрывается так, что словами не описать! Сам не заметишь, как втянешься. А я тебе все объясню.

Говоря все это, Ника смотрела на меня с горящими глазами. Будто и не задумывалась, что мы только-только познакомились, а уже собираемся провести вместе выходные. Или, может, я придаю этому слишком много значения. В голове сразу вспыхнули воспоминания о немытой посуде и о том, что полы не мылись уже давно. Пусть поход и дружеский, но я обязан привести квартиру в порядок.

— Хорошо, — улыбнулся я. — Тогда в эти выходные собираемся у меня.

— Отлично! — Ника просияла и, развернувшись, почти вприпрыжку направилась к кассе с новой игрой в руках.

Глядя ей вслед, я никак не мог понять, что вообще происходит. Мы так быстро и легко поладили, что даже страшно. А затем подумал и пробежался взглядом по полкам. Нашел диски со второй и третьей частями этой же серии и, не раздумывая, вытащил их.

Мы подошли к кассе. Ника расплатилась за свою новинку, бережно убрав ее в сумку. А когда настала моя очередь, я выложил на прилавок свои покупки. Ника тихо посмеялась.

— Решил сразу взять.

— Почему бы и нет.

— Тогда я возьму свою, четвертую. Будем играть до победного!

Из магазина мы вышли в прекрасном настроении. На улице уже окончательно стемнело, зажглись фонари, а воздух стал по-настоящему холодным. Я вызвался проводить Нику до остановки. Мы шли по вечерним улицам, периодически случайно касаясь друг друга рукавами курток. И каждый раз от этого случайного касания по моему телу пробегали мурашки. На остановке мы простояли минут пятнадцать. Дурачились, обсуждая, какую пиццу будем заказывать в субботу и споря о том, чья очередь будет играть за главного героя, когда начнутся сложные боссы.

Наконец, к остановке подъехал ее автобус.

— Ну, мне пора, — Ника повернулась ко мне. Я взглянул на ее растрепанные от ветра волосы, на милую улыбку, сверкающие глаза. — Спасибо за компанию, Максим.

— Тебе спасибо, — я засунул руки в карманы, потому что в голове проскочила мысль, что мне захотелось ее обнять на прощание. Как подругу, разумеется. — Тогда до субботы?

— До субботы, — кивнула она и, внезапно для меня, сама подошла ближе, обняв за плечи.

Не успел я отреагировать, как она заскочила в автобус. Двери закрылись, и он медленно отъехал от тротуара. Я стоял на остановке и смотрел ему вслед, пока красные габаритные огни не растворились в потоке машин. Затем развернулся и пошел домой. Меня снова начали одолевать мысли. Ника… Мы договорились встретиться в субботу и, скорее всего, просидим до самого вечера, если и вовсе не до утра. Правильно ли это? Я совсем недавно расстался с Алиной и…

Внезапно осознав, насколько глупой была эта мысль, я остановился. Какая еще Алина? Она начала новые отношения сразу после расставания. Почему я вообще думаю о ней? Хватит этого бреда. Снова вспомнив о Нике, я улыбнулся и пошел дальше. Теперь думал только о том, что нужно будет прибраться к субботе, составить список покупок, подготовить все заранее, чтобы не отвлекаться.

«Я познакомился с отличной девушкой», — пронеслось у меня в голове.

Глава 6 - Свидание-сюрприз

Алина

Пятница. Для любого студента это слово звучит как заклинание, снимающее накопившуюся за неделю усталость. Но для меня она была особенной. С самого утра я не могла успокоиться и найти себе места. Все потому, что еще вчера Илья сказал, что хочет пригласить меня куда-то. Куда именно, так и не сказал, отчего предвкушение только росло.

Едва профессор успел произнести: «Лекция окончена, всем хороших выходных», как я пулей вылетела из аудитории. Сюрприз. Свидание-сюрприз! Весь день я не могла думать ни о чем другом. Из-за учебы одеться соответствующе не получилось, но на макияж я не поскупилась. Волосы укладывала больше часа. Я чувствовала себя красивой, желанной, главной героиней своего собственного романа.

Пока я шла к лестнице, в моей голове крутились десятки вариантов того, что он мог придумать. Может быть, забронировал столик в ресторане? Или мы погуляем по вечернему городу под светом фонарей? Или сходим в кино?

Внезапно в моей голове всплыло воспоминание. Три месяца назад, мой день рождения. Макс тогда тоже сказал мне ничего не планировать. Он завязал мне глаза прямо у подъезда, посадил в такси, а когда снял повязку, мы оказались на крыше высотки, где был накрыт ужин на двоих, играла тихая музыка из портативной колонки, а весь город лежал как на ладони. Я прекрасно знала, что весь тот месяц он провел на разных подработках, отчего сюрприз казался поистине волшебным. Он продумал все до мелочей, вплоть до моего любимого пирожного из маленькой пекарни на другом конце города.

Резко замедлившись и поправив лямку сумки, я нахмурилась. Быстро тряхнула головой, отгоняя эту мысль.

«Причем тут Макс? — мысленно одернула саму себя. — Ну да, он был романтичным, но предсказуемым. А Илья… Илья — это спонтанность».

Я постаралась развеять эти неуместные сравнения и, натянув на лицо улыбку, спустилась на первый этаж. Илья ждал меня у гардероба. Он опирался спиной о стену, скрестив руки на груди, и смотрел что-то в телефоне. На нем была черная кожаная куртка поверх белой футболки. Выглядел он так, словно только что сошел с обложки журнала. Несколько первокурсниц, проходя мимо, откровенно пялились на него, шепчась и хихикая. Мое сердце екнуло от гордости. Он мой.

— Привет! — я подбежала к нему, обхватила за шею и чмокнула в щеку.

— О, какие люди, — Илья убрал телефон в карман, ответив на улыбку тем же.

Он обнял меня в ответ, но вместо нежного объятия его рука вдруг скользнула ниже талии. Илья крепко сжал мой зад и ухмыльнулся. Я вздрогнула от неожиданности. Вокруг была толпа студентов, отчего щеки предательски вспыхнули от смущения. Его жест показался мне слишком наглым, властным.

Я ничего не сказала. Только нервно улыбнулась и сделала полшага назад, высвободившись из его рук.

— Ну что, куда мы едем? — спросила, стараясь, чтобы голос звучал игриво и в нем не звучала неловкость.

— Увидишь. Погнали, такси уже ждет, — он подмигнул мне и направился к выходу, даже не взяв меня за руку. Мне пришлось почти бежать за ним, чтобы не отстать.

Мы сели на заднее сиденье. Я откинулась на спинку, чувствуя приятное предвкушение. До последнего не спрашивала о маршруте, желая сохранить интригу. Просто смотрела в окно на мелькающие огни пятничного города, периодически поглядывая на Илью.

Он всю дорогу не выпускал телефон из рук. Кому-то записывал голосовые, быстро набирал текст, иногда посмеиваясь. Я положила ладонь на его колено, ожидая, что он переплетет свои пальцы с моими, но он только рассеянно похлопал меня по руке и продолжил свои дела.

«Ничего, — успокоила я себя мысленно. — Наверное, просто решает какие-то вопросы по команде. Сейчас мы приедем на место, и он будет принадлежать только мне».

Но когда такси свернуло с широкого, ярко освещенного проспекта и начало петлять по узким, темным дворам спального района, мое предвкушение начало стремительно таять. Машина остановилась у старой, обшарпанной панельной многоэтажки. Никаким рестораном или хотя бы уютным кафе здесь и не пахло.

— Приехали, — Илья расплатился с водителем и выскочил из машины.

Я вышла следом, кутаясь в свое пальто, совершенно не подходящее для прогулок по чужим дворам.

— Илья… а мы где? — осторожно спросила я, стараясь скрыть нотки разочарования в голосе.

— Да тут Пашка живет, мой друган из старой школы, — ответил Илья, набирая код на домофоне. Дверь противно запищала. — Мы не виделись сто лет. Он сегодня вечеринку устраивает. Завалим к нему.

Идеальные планы на романтический вечер, на разговоры по душам, на красивые взгляды при свечах — все это с треском рухнуло.

— Вечеринка? — переспросила я, чувствуя, как внутри все сжимается. — Ты же говорил, что у нас свидание.

Илья обернулся, уже стоя в тамбуре подъезда, и посмотрел на меня с искренним непониманием.

— Ну так мы же вместе проводим время. Какая разница где? Будет весело, Алин. Выпьем, потанцуем. Расслабься, чего ты напряглась? Идем.

Я поджала губы. Обида подступила к горлу, но я заставила себя проглотить ее. Не хотела быть той самой скучной, вечно недовольной девчонкой, которая портит парню настроение. Я же сама хотела драйва. Сама убежала от спокойного Макса. Ну вот.

— Ладно, — вздохнула я, натянув на лицо улыбку. — Идем.

Мы поднялись на седьмой этаж. Еще в лифте я услышала глухие удары басов, сотрясающие бетонные стены. А когда Илья толкнул незапертую дверь квартиры, на меня обрушилась волна спертого воздуха. В коридоре горой были навалены куртки и кроссовки. Из гостиной доносился оглушительный рев какой-то модной рэп-композиции и гогот голосов. Людей было столько, что яблоку негде было упасть.

— О-о-о! Илюха приперся! — заорал какой-то бритый парень, вынырнув из дымки коридора с пластиковым стаканчиком в руке.

Они с Ильей столкнулись грудью, начали жать друг другу руки, хлопать по спинам, сыпать шутками, смысл которых я совершенно не понимала. Вскоре Илья, казалось, вообще забыл о моем существовании. Он уже протискивался на кухню, здороваясь с каждым встречным. Я поспешила за ним, как хвостик, чувствуя себя чужой. Старалась перестроиться, честно старалась. Говорила себе, что вечеринка — это тоже круто. Новые знакомства, тусовка, молодость. Но проблема была в том, что я здесь никого не знала. Ни одного знакомого лица с универа.

Сначала Илья держал меня рядом. Он налил мне в пластиковый стаканчик какой-то термоядерный коктейль, представил паре ребят. Но уже через пятнадцать минут ему стало скучно стоять на одном месте. Кто-то позвал его курить на балкон, и он, бросив короткое «я щас вернусь», исчез.

Разумеется, он не вернулся ни через десять минут, ни через двадцать. Я нашла свободный уголок на продавленном диване в гостиной и села, сжимая в руках свой стаканчик. Мимо меня мелькали незнакомые лица. Пару раз подсаживались какие-то парни, пытались завести разговор, но их шутки были плоскими, а взгляды слишком сальными. Я отвечала короткими фразами, и они быстро теряли интерес, уходя к более сговорчивым девушкам.

Музыка била по ушам, голова начала тихонько побаливать. Я смотрела на шумную толпу, на собственные пальцы с зажатым в них стаканчиком, и чувствовала себя такой жалкой, что хотелось расплакаться. Это не свидание. Я просто аксессуар, который Илья привел с собой, посадил на диван и забыл.

Прошло почти сорок минут. Мое терпение окончательно лопнуло. Я поставила недопитый коктейль на журнальный столик, залитый пивом, и пошла искать своего парня. Обошла гостиную, заглянула на балкон, но его там не было. Наконец, протиснулась по узкому коридору к кухне. Дверь была приоткрыта.

Я остановилась на пороге, и то, что увидела, заставило мгновенно насторожиться. Илья сидел на широком подоконнике, расставив ноги. А прямо перед ним, почти вплотную, стояли две девицы. Яркий макияж, короткие топы, откровенные взгляды. Одна из них, брюнетка с длинными нарощенными ресницами, что-то щебетала ему, активно жестикулируя, а вторая, блондинка, смеялась так громко, что перекрывала музыку.

Илья не выглядел скучающим, наоборот, на его лице играла довольная улыбка. Он откровенно наслаждался женским вниманием. Пока я смотрела на них, пригвожденная к месту, блондинка вдруг подалась вперед и, смеясь над какой-то его шуткой, положила руку ему на бедро. Он не сбросил ее руку, не отодвинулся. Просто продолжил улыбаться. Внутри меня вспыхнул пожар ярости и обиды. Я не истеричка, но видеть, как твой парень, бросивший тебя на чужой тусовке, откровенно кокетничает с другими… это было слишком.

Я толкнула дверь и шагнула на кухню. Мое лицо, наверное, выражало все, что я чувствовала, потому что девицы мгновенно замолчали и уставились на меня. Я подошла прямо к Илье, скрестив руки на груди.

— Илья, можно тебя на пару слов? — мой голос чуть не сорвался на визг.

— О, Алин, ты где пропадала? — как ни в чем не бывало спросил он, усмехнувшись. — Знакомься, это Вика и Даша, мы раньше в одной компании зависали.

Девицы смерили меня оценивающими, чуть насмешливыми взглядами с ног до головы. Блондинка медленно убрала руку с его ноги.

— В чем дело? — я проигнорировала их присутствие, глядя только на Илью. — Ты ушел «на пять минут» почти час назад. И я вижу, что тебе тут очень весело.

Илья тяжело вздохнул, закатив глаза. Улыбка сползла с его лица, уступив место раздражению. Он спрыгнул с подоконника и сделал шаг ко мне, слегка понизив голос.

— Алин, ну ты чего начинаешь? Это мои старые подруги, мы сто лет не виделись, вот и решили пообщаться. Хватит накручивать себя.

Последние слова показались уколом ножа. Он выставлял меня истеричкой, которая придумывает проблемы из ничего. Я стояла перед ним, чувствуя себя униженной в присутствии этих двух ухмыляющихся девиц. Гордость не позволила мне устроить скандал. Я не буду опускаться до того, чтобы кричать на него при чужих людях.

— У меня болит голова, — процедила я сквозь зубы. — Музыка слишком громкая, и здесь нечем дышать. Я хочу уйти. Пойдем отсюда, прогуляемся?

Я искренне ждала, что он спохватится. Скажет: «Блин, прости, конечно, погнали». Войдет в положение, как всегда делал Макс. Но Илья лишь раздраженно почесал затылок.

— Блин, Алин, ну ты серьезно? — протянул он. — Еще даже девяти нет, тусовка только разгоняется. Я сюда месяц собирался выбраться к пацанам.

Услышав его, я раскрыла глаза, растерявшись.

— То есть… ты останешься? — мой голос дрогнул.

Он пожал плечами, словно это была самая очевидная вещь на свете.

— Ну да. Слушай, если тебе прям так плохо, давай я вызову тебе такси. Поедешь домой, выспишься, отдохнешь. А мы завтра пересечемся. Идет?

Он не спрашивал моего разрешения. Сразу достал телефон из кармана, чтобы заказать машину. Мой мозг отказывался обрабатывать информацию. Мой парень, который обещал мне идеальное свидание-сюрприз, привез меня в какую-то халупу, бросил на диване, флиртовал с другими, а теперь просто отправляет домой на такси, чтобы я не мешала ему развлекаться.

Я ничего не ответила, поддавшись растерянности и обиде. Через пять минут пришло уведомление, что машина подъехала. Илья пошел провожать меня в коридор. Он не стал надевать куртку или обувь. Просто открыл входную дверь, придерживая ее рукой.

Я накинула пальто, застегнув пуговицы дрожащими пальцами. Ждала, что он хотя бы извинится, поцелует меня на прощание, скажет что-то теплое. Я переступила порог, вышла в прохладный подъезд и обернулась.

— Ну… я поехала, — прошептала, все еще надеясь на перемены.

Илья стоял в дверях, уже прислушиваясь к тому, что происходит за его спиной в квартире.

— Давай, малыш, напиши, как доедешь. Пока, — сказал и захлопнул дверь.

Я осталась стоять одна на лестничной клетке чужого подъезда. За дверью снова загрохотала музыка и раздался взрыв хохота. Такого со мной еще не происходило. Никогда в жизни никто не закрывал передо мной дверь вот так, словно я была курьером по доставке еды, который выполнил свою функцию. Меня словно вышвырнули за ненадобностью.

Я спустилась по лестнице, потому что не хотела ждать лифт. С каждым шагом меня трясло все сильнее. Сев в такси, назвала свой адрес и отвернулась к окну. В салоне играло какое-то унылое радио, пахло ванильной «елочкой». Я смотрела на смазанные полосы уличных фонарей, и по моим щекам, размазывая идеальный макияж, на который я потратила столько времени, покатились слезы. Мне было не просто обидно. Я чувствовала себя униженной.

Вскоре я достала телефон. Мне нужно было срочно кому-то выговориться. Рассказать, какой Илья мудак, чтобы услышать в ответ слова поддержки. Я набрала номер своей лучшей подруги, Риты. Гудки шли один за другим.

«Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети»

Я сбросила вызов, всхлипнув. Мой палец по привычке потянулся к списку частых контактов, и остановился на одном из них. На экране светилось имя: «Максим». Я смотрела на его имя, и перед глазами внезапно замелькали картинки, как мы сидим на подоконнике, едим пиццу, как он кутает меня в свой плед, как смотрит на меня, словно я самое дорогое, что есть в его жизни. Ни разу, ни одного раза за весь год наших отношений Макс не заставил меня чувствовать себя ненужной.

Меня накрыло такой волной тоски по тому спокойствию и безопасности, что палец сам дернулся в сторону кнопки вызова. Я хотела услышать его голос. Хотела, чтобы он, как раньше, сказал: «Алин, не плачь, все будет хорошо, я рядом».

Но тут же в памяти всплыла другая сцена, как он стоял у стены в университете. Сломленный, с потухшими глазами. Человек, которому я сама разбила сердце, променяв его на вот этого «короля вечеринок». А ведь я так и не поговорила с ним с того раза. Так какое имею право звонить ему сейчас? Жаловаться на парня, ради которого бросила его? Это было бы верхом лицемерия.

Слеза капнула на экран телефона, исказив букву «М». Забывшись и не ожидая этого, я снова всхлипнула. Следом нажала на боковую кнопку и заблокировала телефон. Экран погас, погружая меня в темноту салона. Я прижалась лбом к стеклу и закрыла глаза, впервые за долгое время чувствуя себя одинокой.

Глава 7 - Непреодолимое желание

Дни пролетели незаметно. Наступила суббота, о которой мы с Никой договаривались. В этот день я не стал валяться в кровати до полудня, бездумно глядя в потолок. Наоборот, подорвался с постели еще до звонка будильника, чувствуя внутри странную, давно забытую энергию — смесь легкого мандража и радостного предвкушения. План на день был прост — сделать так, чтобы Нике было у меня комфортно.

Я начал с генеральной уборки. Вымыл полы, протер пыль со всех поверхностей, проветрил комнату, впустив внутрь свежий воздух. Затем подошел к телевизору и осмотрел свою приставку. Она простояла без дела так долго, что на белом пластике скопился приличный слой пыли. Я поспешно смахнул его влажной салфеткой, протер геймпады и даже запустил консоль на пару минут, чтобы она обновила систему. Создал видимость, что ей пользовались недавно.

Ближе к двенадцати все было готово. Я еще раз оглядел квартиру. Еще на первом курсе мне удалось урвать отличный съемный вариант. Места здесь достаточно, да и смотрится жилье неплохо.

И почему я так парюсь вообще…

Усевшись на кровать и достав мобильник, я разблокировал его. Мы с Никой обменялись номерами еще позавчера, стоя на остановке. Вчера вечером я скинул ей свой адрес. Зная, что она живет на другом конце города, предложил вызвать такси за свой счет, на что получил сообщение со смеющимся смайликом: «Успокойся, джентльмен. Я не маленькая, доберусь сама. Лучше позаботься о запасах еды!»

Снова открыв нашу короткую переписку, я поймал себя на мысли, что Ника — разносторонняя личность. И подтверждение этому попалось мне на глаза вчера. Когда пары кончились я случайно увидел ее в коридоре. Ника разговаривала с каким-то строгим, пожилым профессором. Никак не получалось запомнить его имя. Я остановился, чтобы не мешать, и просто наблюдал за ней. Ника была совершенно другой. От воздушной, яркой девчонки не осталось и следа. Она стояла с прямой спиной, собранная, хладнокровная. Ее лицо выражало уверенность в себе. Она что-то аргументированно объясняла профессору, а тот слушал ее, моментами кивая. Он смотрел на нее не как на студентку, а как на равную себе. Словно перед ним находился другой преподаватель. В ней чувствовался невероятный внутренний стержень. Она точно знала, чего хочет от жизни, и шла к этому. В тот момент я осознал, насколько мы на самом деле похожи. Под слоем студенческой беззаботности в нас обоих жило стремление к чему-то большему. Но стоило мне тогда сделать шаг вперед и окликнуть ее, как вся эта строгая академичность мгновенно испарилась. Она обернулась, увидела меня и заулыбалась, махнув рукой. Снова стала той, с кем я познакомился в библиотеке.

Громкий треск дверного звонка вырвал меня из размышлений. Я подскочил, открыл дверь и столкнулся с курьером, который протянул мне две огромные коробки с пиццей и пакет с напитками. Расплатившись и оставив еду на кухне, я снова поймал себя на мысли, что нервничаю. Надо бы попытаться расслабиться.

Примерно через десять минут звонок раздался снова. Я сделал глубокий вдох, подошел к двери и провернул замок. Дверь распахнулась. На лестничной клетке стояла Ника. Она выглядела совершенно иначе, чем в университете. Сегодня на ней была короткая, свободная юбка в клетку, черные колготки и объемная кофточка светло-бирюзового цвета, частично скрытая под пальто. Яркий наряд отлично подчеркивал глаза, делая их выразительнее. Распущенные волосы опускались на спину и плечи, в ушах поблескивали серьги. Я и не знал, что она их носит. Напоследок я ощутил едва уловимый, приятный цветочный аромат. Она была настолько красивой, что на секунду я просто завис. Ника, заметив это, склонила голову набок и хитро ухмыльнулась.

— Что, засмотрелся? — произнесла она, сдержав смешок.

Я почувствовал, как начал краснеть, но решил не отшучиваться, а сказать правду.

— Ты чудесно выглядишь.

Такого прямолинейного комплимента Ника явно не ожидала. Настала ее очередь краснеть. Легкий румянец проступил на щеках, отчего она опустила взгляд, поправляя ремешок сумочки.

— Спасибо, — тихо ответила, проходя в прихожую. — У тебя тут уютно, пахнет пиццей. Одобряю.

Она разулась, сняла пальто, которое я тут же забрал и повесил в шкаф. Как только мы прошли в гостиную, вся неловкость мгновенно испарилась. Ника, как и обещала, торжественно извлекла из сумочки диск с четвертой частью игры и положила его на стол.

— Это на десерт, — заявила она. — А пока доставай вторую. Я докажу тебе, насколько эта серия чудесна.

Мы сразу забили на приличия. Кинули на пол перед телевизором плед и декоративные подушки, соорудив импровизированное гнездо. Уселись, опираясь спинами о нижний край кровати. Я вручил ей второй геймпад, запустил игру, и наш марафон начался.

***

Первые полчаса, пока мы играли, я никак не мог расслабиться. Однако вскоре это напряжение прошло, стоило присмотреться к девушке. Ника не пыталась строить из себя милую скромняшку, которая боится сказать лишнее слово. Она играла с азартом, вальяжно откинувшись на подушки, и иногда довольно эмоционально комментировала происходящее на экране. Если ее персонаж погибал из-за моей ошибки, она могла в шутку ткнуть меня локтем в бок.

Благодаря всему этому я перестал следил за тем, как сижу, что говорю и достаточно ли я «интересный». Я просто был собой. Мы ели пиццу прямо в процессе игры, расположив коробки на ногах. В какой-то момент, после очередной кат-сцены, я нажал на паузу, чтобы перевести дух, и повернулся к Нике. Она как раз дожевывала кусок «маргариты», довольно улыбаясь. К уголку ее губ прилип крошечный кусочек расплавленного сыра. Любая другая девушка, наверное, умерла бы от стыда, если бы парень увидел ее в таком виде, но Ника даже не подозревала об этом. Она была поглощена моментом.

— Ника, — позвал я, едва сдерживая улыбку. — У тебя тут…

— Чего? — она непонимающе моргнула.

— Сыр. Рядом с губой.

Она ойкнула и быстро провела тыльной стороной ладони по подбородку, но промахнулась на пару сантиметров, только размазав крошку.

— Убрала? — спросила она, забавно сморщив нос.

— Нет, — я не сдержался, посмеявшись.

Ника вздохнула, а затем, вместо того чтобы бежать к зеркалу, внезапно подалась вперед. Она придвинулась ко мне так близко, что наши колени соприкоснулись, подставила лицо и спокойным тоном попросила:

— Уберешь?

Мое сердце моментально забилось быстрее. Я посмотрел в ее глаза, затем опустил взгляд на губы. Медленно, стараясь не дрожать, поднял руку. Большой палец аккуратно коснулся уголка ее рта. Кожа показалась невероятно нежной. Я смахнул крошку сыра, но моя рука неосознанно задержалась на ее щеке. Ника, заметив это, не отстранилась. Она еще немного посмотрела на меня, будто пыталась что-то отыскать, а затем улыбнулась.

— Спасибо, — шепнула она, облизнув губы.

Я молча кивнул, поспешно убрав руку и вернувшись к геймпаду. Мы продолжили играть, время снова ускорилось. Когда за окном уже начало смеркаться, по экрану поползли финальные титры второй части. Мы отложили джойстики, размяли затекшие спины и сразу запустили третью часть. Пока шла долгая установка и предзагрузка, решили сделать перерыв. Я принес из кухни две кружки горячего чая, Ника сбегала в ванную. Мы отложили коробки пиццы в стороны и вернулись на прежние места.

— Ну как? — Ника сдула пар со своей кружки и посмотрела на меня. — Признавайся, я была права? Сюжет во второй части зацепил?

— Признаю, — я отставил свою кружку и с улыбкой поднял руки в сдающемся жесте. — Это было мощно. Особенно финал. Не ожидал такого поворота.

— А я тебе говорила! — задрала девушка нос, гордясь собой. — Поверь мне, дальше будет только лучше. Третья часть вдвое… нет, втрое лучше!

Мы начали обсуждать логику главных героев, спорить о том, кто был прав в финальном конфликте игры. Так увлеклись разговором, что в какой-то момент, желая доказать свою мысль, подались навстречу друг другу и начали говорить одновременно:

— А помнишь момент, когда он… — начал я.

— Слушай, но если бы она тогда… — в ту же секунду сказала Ника.

Мы осеклись на полуслове, рассмеявшись из-за того, что перебили друг друга. Но смех быстро стих. Мы вдруг осознали, в каком положении находимся. В порыве спора мы придвинулись друг к другу так близко, что наши лица разделяли жалкие пять сантиметров. Я чувствовал тепло ее дыхания, видел, как блестят глаза. Мы зависли. По логике вещей, кто-то из нас должен был смутиться и отодвинуться, но ни я, ни она не сделали этого.

Ника смотрела мне в глаза. Улыбка медленно сошла с ее лица, уступив место какому-то спокойному, изучающему выражению. Затем она все-таки чуть отстранилась — буквально на пару сантиметров — но вместо того, чтобы отодвинуться на свою половину пледа, подсела еще ближе ко мне, едва не коснувшись моего плеча своим. Обхватила кружку двумя руками и устремила взгляд на темный экран телевизора.

— Знаешь, Макс… — ее голос зазвучал тише. — Мне ведь на самом деле очень редко бывает вот так… хорошо.

— Редко? — уточнил я, боясь нарушить момент.

— В универе все думают, что я открытая, со всеми общаюсь, — продолжила она, слегка пожав плечами. — Но, если честно, у меня почти нет друзей. В моей группе меня считают либо пафосной заучкой, либо выскочкой, которая дружит с преподавателями.

— Ник… — только начал я, но она повернулась ко мне и продолжила.

— Прозвучит глупо, но я рада, что мы тогда врезались друг в друга в библиотеке. Мне повезло встретить интересного парня, с которым у меня столько общего. С тобой не нужно притворяться. Можно вот так сидеть на полу, есть пиццу и ни о чем не волноваться. Не пытаться казаться лучше, чем ты есть.

От ее слов у меня мурашки пробежались по спине. Ника буквально озвучила то, что волновало меня. Я понял, что не могу ответить ей простой фразочкой. Она открыла мне свою душу, и я должен был ответить тем же.

— Я могу сказать то же самое, — произнес я так же спокойно, но, в то же время, серьезно, стараясь унять легкую дрожь рук. — До того, как мы столкнулись… у меня был паршивый период.

— Ты не рассказывал, — Ника снова взглянула на меня, явно давая понять, что хочет услышать все.

— Я недавно расстался с девушкой. Хреново расстался, — нервно усмехнулся я, опустив взгляд. — Никак не мог прийти в себя. Но потом появилась ты. Мы столкнулись в библиотеке, быстро нашли общий язык. Ты заставила меня забыться. Заставила вспомнить о том, чего я хочу на самом деле. С тобой все как-то… правильно, что ли. Таких, как ты, я еще не встречал.

Стоило мне закончить, как в комнате повисла тишина. Мы с Никой снова переглянулись. Я подумал, что слегка перегнул и хотел сменить тему. Мне банально не хотелось сейчас вспоминать об Алине и наших прошлых отношениях. Но Ника меня опередила.

Внезапно послышался смешок. Девушка оперлась рукой о пол между нами и, чуть подавшись вперед, склонила голову набок.

— Уточнишь, каких таких?

В этом вопросе, в ее пристальном взгляде, в крохотном расстоянии между нами было столько невысказанного напряжения, что я не сдержался. Сам не понял, как это произошло. Я подался к ней навстречу и, сократив остатки расстояния, коснулся женских губ своими. Внезапный поцелуй застал врасплох нас обоих. Я почувствовал, как Ника дрогнула, а как открыл глаза, заметил ее удивленный взгляд. Осознание того, что я поступил слишком нагло, обрушилось на меня. Я резко отстранился, чувствуя, как горят щеки от смущения.

— Ника… Прости! — выпалил, чувствуя себя полным идиотом. — Я не хотел… точнее, хотел, но… Вот же черт!

Я продолжал оправдываться, путаясь в словах, заминаясь, готовый провалиться сквозь землю. Все это время Ника сидела неподвижно, глядя на меня. А затем не выдержала. Отставила свою кружку в сторону и искренне рассмеялась. Я ожидал чего угодно, но точно не такой реакции.

— Макс, ты, оказывается, можешь так забавно паниковать, — сквозь смех произнесла она. А затем, придвинувшись ко мне вплотную и прижавшись к плечу, протянула руку. Коснулась моих пальцев своими. — Слушай, а вдруг наша встреча в библиотеке была судьбоносной? Что думаешь?

Глядя на нее с неподдельным удивлением, я вдруг почувствовал, что начал расслабляться. Даже сейчас, после неловкого поцелуя, продолжая сидеть вплотную друг к другу, я ощущал себя на своем месте.

— Может быть, — произнес я с улыбкой.

Вскоре, из-за нарастающего смущения, мы решили вернуться к игре. Третья часть как раз установилась. Но атмосфера в комнате уже не была прежней. Мы по-прежнему следили за сюжетом, но теперь сидели, прижавшись друг к другу плечами. Каждое случайное касание рук вызывало приятную дрожь. Я все чаще ловил себя на том, что смотрю не на телевизор, а на нее. На то, как она кусает губу в напряженные моменты, как хмурится, улыбается. В моменты, когда она поворачивалась, мы обязательно встречались взглядом, задерживаясь друг на друге.

Какая-то часть моего мозга отчаянно вопила о том, что я совсем недавно вышел из отношений. О том, что невозможно так быстро переключиться. Но довольно скоро я смирился с реальностью и вдруг осознал — Ника мне нравится. Безумно нравится.

***

Мы проиграли до позднего вечера. Когда я бросил взгляд на часы, было уже начало одиннадцатого. За окном окончательно стемнело.

— Ого, — я поставил игру на паузу. — Уже так поздно.

— Да ладно? — Ника и сама зевнула, потерев глаза. — Время так быстро пролетело.

— Я могу вызвать тебе такси. Но… — я замялся, сомневаясь, стоит ли озвучивать вторую мысль, и все-таки решился. — Если хочешь, можешь остаться у меня.

— У тебя, говоришь, — усмехнулась девушка.

— Не подумай, — тут же добавил я. — Поспишь на кровати, ну а я займу диван.

Ника чуть отсела, впервые за долгое время разорвав контакт наших плеч. Посмотрела на меня с улыбкой.

— Если так подумать, — она потянулась, и я совершенно точно услышал, как хрустнули ее позвонки, — мы ведь так и не перешли к четвертой части игры. А завтра воскресенье, и дел особо нет.

— Значит, ты не против?

— Соглашусь, если с утра сделаешь мне кофе, — показала девушка кончик языка, хихикнув.

— Договорились.

К этому моменту мы окончательно перестали смущаться. Казалось, этот долгий день, наши разговоры и тот неловкий поцелуй стерли между нами все границы. Мы просто наслаждались компанией друг друга.

Впервые за долго время я точно знал, что все идет именно так, как и должно.

Глава 8 - Его прошлое и настоящее

Проснувшись от тихой вибрации телефона под подушкой, я нехотя приоткрыл глаза и, вытащив смартфон, отключил раздражающий будильник. Ладно хоть додумался вчера выключить звук. Когда сознание начало возвращаться, я уставился в потолок. В голове начали всплывать картинки вчерашнего вечера: наши посиделки на полу, пицца, смех, откровенный разговор и тот самый поцелуй. Я невольно улыбнулся, чувствуя, как внутри разливается тепло.

Стараясь не шуметь, я откинул плед, поднялся с дивана и на цыпочках прошел по коридору. Дверь в мою спальню была приоткрыта. Я осторожно заглянул внутрь и тут же поджал губы, чтобы не рассмеяться. Ника все еще спала. Невероятно очаровательно спала. Она скомкала одеяло, высунула наружу одну ногу в забавном носке, а лицом уткнулась в подушку. Снаружи виднелась только копна растрепанных волос.

Я смотрел на нее и не мог нарадоваться. Ника казалась такой живот, искренней. Мне захотелось просто подойти и укрыть ее получше, но я сдержался, чтобы не разбудить. Тихо прикрыв дверь, я направился на кухню. Достал турку, поставил ее на огонь. Начал методично помешивать темную жидкость, следя за тем, как поднимается пенка. Запах жареных зерен и пряностей быстро заполнил всю квартиру.

В момент, когда я снял турку с огня, позади послышался шорох. Обернувшись, я заметил ее. Ника замерла в дверном проеме, все еще потирая глаза от сонливости. Волосы растрепались и теперь торчали в разные стороны. Никакого имиджа. Помнится, в начале отношений с Алиной, стоило мне проснуться, она уже сидела рядом накрашенная, подготовленная к дню.

— Доброе утро, — зевнула девушка, а затем внезапно повела носом, принюхавшись. — Пахнет чудесно.

— Доброе, — я улыбнулся, разливая кофе по чашкам. — Присаживайся. Как спалось?

— Как в сказке, — Ника заняла место за столом, подтянула колени к подбородку и с улыбкой ухватилась за горячую кружку двумя руками. Сменной одежды у нее не было, а потому вчера после душа она натянула мою футболку.

Я сел напротив, снова взглянул на нее и взялся за свой кофе. Этот день пролетел так же незаметно, как и предыдущий. Мы просидели у меня добрую половину дня. Играли в приставку, периодически прерываясь, чтобы обсудить что-нибудь. Ника даже заставила меня достать конспекты, и мы около часа честно пытались учиться.

К шести часам вечера мы начали собираться. Я вызвался проводить ее до остановки. Снова предложил вызвать такси, но Ника только закатила глаза и легонько ударила меня кулаком в плечо.

— Макс, прекращай швыряться деньгами, — шутливо отчитала она меня. — Тебе еще кофейню открывать, забыл? Да и я привыкла к метро и автобусам.

Посмеявшись, я смирился. Спорить с ней было бесполезно. Мы покинули квартиру и направились к ближайшей остановке. Когда показался нужный автобус, Ника подхватила сумку со скамьи и встала у края тротуара. В этот момент я поймал себя на мысли, что безумно хочу обнять ее. Нет, хочу повторить вчерашний поцелуй. На этот раз сделать все правильно, без паники и извинений. Но решил, что это будет не к месту. Не сейчас.

Решив ограничиться объятиями, я подошел к ней и прижал к себе. Ника удивилась, но тут же ответила взаимностью, на секунду опустив голову мне на плечо.

— Спасибо за выходные, — прошептала девушка.

— Тебе спасибо. Увидимся завтра?

— Обязательно.

Проводив ее взглядом и дождавшись, когда автобус отъедет, я направился обратно к дому.

***

На следующий день, в понедельник, университет встретил меня привычной суетой. Но теперь шум не раздражал. Я шел по коридорам, чувствуя себя прекрасно. Первые две пары пролетели незаметно. Мне удалось сосредоточиться и запомнить новый материал. А как прозвенел звонок, знаменующий о долгом перерыве, я достал телефон и открыл переписку с Никой.

«Сходим в столовую? Найти тебя?»

Ответ пришел быстро:

«Я застряла у Сергеева, нужно обсудить практику. Иди один. Как освобожусь, сама тебя найду))».

Я улыбнулся экрану, сунул телефон в карман и направился в студенческую столовую на первом этаже. Здесь, как и всегда в большой перерыв, было не протолкнуться. Я отстоял небольшую очередь, взял поднос с самым простым набором и нашел свободный столик у окна, подальше от основного прохода. Заняв место, поставил поднос и достал телефон, собираясь полистать ленту, пока жду Нику. Но внезапно на глаза попалась знакомая фигура. Алина. Она стояла метрах в пятнадцати, у кассы. Ничуть не изменилась. Светлая блузка, короткая, свободная юбка, кофта, повязанная на талии. Я смотрел на нее и ждал. Ждал того самого болезненного укола в груди, той тоски. Но внутри было… пусто. Словно нас никогда и не связывали отношения.

В этот момент она повернула голову и наши взгляды пересеклись. Я увидел, как ее глаза расширились. На долю секунды на женском лице мелькнуло какое-то странное, потерянное выражение. А затем она вдруг натянула беспечную улыбку, быстро расплатилась за свой салат и, ловко лавируя между столиками, направилась прямо ко мне.

Я мысленно вздохнул, поймав себя на мысли, что сейчас не хочу с ней пересекаться. Настроение слегка подпортилось. Но было уже поздно. Алина подошла к столику, грациозно опустила свой поднос напротив меня и, не спрашивая разрешения, присела на стул.

— Привет, Максим, — произнесла она с улыбкой.

— Привет, — Ответил я спокойно, без эмоций, продолжая держать телефон в руках.

— Как у тебя дела? — она поправила волосы, следом воротник, отчего-то нервничая. Я знал каждый ее жест и его значение. — Мы давно не пересекались. Ты… ты хорошо выглядишь.

Это было сказано с такой теплотой и искренностью, что мне стало почти смешно. Я прекрасно помнил, как она смотрела на меня на крыше. Тогда на ее лице было совершенно другое выражение. И вот теперь она сидит здесь и делает вид, что мы старые друзья.

— Все отлично, — я пожал плечами, убрав телефон и взявшись за вилку. Опустил взгляд на свой поднос, отрезав кусочек от котлеты. — готовлюсь к скорым тестам.

Моя сухость явно сбила ее с толку. Алина опустила взгляд на свои руки, помолчала несколько секунд, собираясь с мыслями. И тут вся ее напускная легкость испарилась. Лицо вдруг стало серьезным, даже немного напряженным.

— Макс, послушай, — она глубоко вздохнула, подняв на меня глаза. — Ты, наверное, злишься на меня. Я повела себя… нет, не так. Я хотела бы поговорить с тобой по поводу…

Но закончить она не успела. Позади послышался громкий, развязный голос.

— Алина, вот ты где!

К столику подошел Илья. Не обратив внимание на то, что мы разговаривали, он сел рядом с девушкой и приобнял ее за талию, довольно ухмыльнувшись. Алина съежилась. Я заметил, как краска отлила от ее лица. Она смотрела на него с нескрываемой растерянностью. Ей не оставалось ничего другого, кроме как попытаться сохранить лицо.

— Эм… Илья, — она нервно сглотнула и перевела взгляд на меня. — Это Максим. Максим, это Илья.

— Да я в курсе, — Илья усмехнулся, откинувшись на спинку стула и скрестив руки на груди. Он смотрел на меня с откровенным превосходством, словно оценивая противника перед боем.

Я продолжил спокойно жевать свои макароны. Удивительно, но появление этого парня не вызвало во мне ни ревности, ни гнева. Только легкое раздражение от того, что эти двое мешают мне обедать.

— Так вот с кем ты, значит, тусовалась целый год, — добавил Илья, кивнув в мою сторону. — Наслышан.

Он снова усмехнулся, не сводя с меня взгляда. Я прекрасно понимал, чего он добивается. Классическая попытка пометить территорию, определить границы. Он показывал мне, что Алина теперь его трофей, и самоутверждался за счет этого, ожидая, что я вспылю, покраснею или вскочу из-за стола. Но я не дал ему этой радости. Спокойно проглотил еду, коснулся губ салфеткой и взглянул на него без всякого интереса.

— Приятно познакомиться, — произнес, сдержав вздох. — Надеюсь, у вас все отлично.

Моя реакция выбила его из колеи. Он явно ждал конфликта. Его брови слегка приподнялись, ухмылка стала более натянутой.

— У нас-то все просто космос, братан, — он притянул Алину к себе за талию. Она сидела, опустив глаза в тарелку, и просто молчала. — Слушай, мне вот интересно. Смотрю я на тебя… ты парень вроде тихий, спокойный. Книжки, наверное, любишь. Как вы с Алинкой-то умудрились так долго провстречаться? От скуки не померли?

Алина резко подняла голову, чему я даже удивился.

— Илья, прекрати, — прошипела она, дернув его за рукав. — Что ты несешь? Пойдем отсюда…

Она хотела встать, но Илья удержал ее на месте.

— Да ладно, мы же просто общаемся. Мужской разговор.

Я смотрел на Алину, на ее смущение, на стыд, и вдруг осознал кое-что. Понял, почему она подошла ко мне, к чему была эта фраза о разговоре. Она всегда выражалась прямо. Так с чего бы, после ее предложения остаться друзьями, ей захотелось обсудить все еще раз? Может, яркие эмоции, которые она так искала, оказались не тем, чего хотелось?

Я положил вилку на поднос. Не собирался ее спасать, но и молчать тоже.

— Мы провстречались так долго, потому что Алина была чудесной девушкой, — произнес я спокойным тоном. — Нам было хорошо вместе. По крайней мере, я так считаю. Но люди меняются. Видимо, к этому все и шло.

Алина замерла. Она уставилась на меня, хлопая глазками. Явно не ожидала услышать что-то подобное.

— Макс… — прошептала она как-то отрешенно.

Илья лишь цыкнул. Мой спокойный тон раздражал его куда больше, чем если бы я начал злиться. Он открыл рот, чтобы выдать очередную колкость, но внезапно…

— Прошу прощения, я не помешала?

Женский голос, прозвучавший за моей спиной, застал нас всех врасплох. Ника появилась слишком неожиданно. Не обращая ни малейшего внимания на Илью с Алиной, она опустилась на стул рядом со мной. Села так близко, что наши плечи соприкоснулись. От нее повеяло уже знакомым парфюмом. Алина моргнула, первой выйдя из оцепенения. Она уставилась на Нику, сузив глаза.

— А ты еще кто такая? — тон Алины был откровенно грубым, почти вызывающим. Она явно хотела добавить что-то еще, но я опередил ее. Повернулся к Нике, чувствуя, как на моем лице сама собой расплывается улыбка.

— Знакомьтесь, — спокойно произнес. — Это Ника.

— Приятно, — бросила Ника, даже не взглянув на них. Ее глаза были устремлены на меня. Девушка облегченно вздохнула и ответила на мою улыбку тем же. — Удалось освободиться пораньше. Думала, Сергеев до конца перерыва мучить будет. Слушай, хотела предупредить, что у меня сегодня после пар подработка будет.

— Могу проводить, — так же спокойно, игнорируя чужие взгляды, ответил я.

— Ловлю на слове, — хихикнула Ника.

У нас завязался обычный разговор. Мы обсуждали преподов, смеялись, совершенно забыв о том, что за столом сидим не одни. Присутствие Ники помогло мне расслабиться. Но эта идиллия длилась недолго. Илья, не привыкший к тому, что его игнорируют, хмыкнул и наклонился над столом.

— Надо же, — он усмехнулся, переведя взгляд с меня на Нику. — Прямо как парочка. Вы встречаетесь, что ли?

В его голосе звучала откровенная насмешка и неверие в то, что у такого «скучного» парня, как я, мог появиться кто-то вроде Ники. Единственное, с чем я с ним был согласен — мне и правда повезло встретиться с ней.

Я уже взглянул на него и приготовился ответить, чтобы наконец поставить на место, но не успел. Ника медленно повернула голову, ее легкость мгновенно испарилась. Рядом со мной теперь сидела та самая уверенная в себе девушка.

— А что, если так? — произнесла она холодным тоном, окинув Илью взглядом. — Тебе-то какое до этого дело?

Илья опешил. Он приоткрыл рот, не ожидая такого отпора от хрупкой девчонки.

— Да я просто спросил… — попытался он сдать назад, но Ника его перебила.

— Свою территорию ты уже пометил, — она покосилась на его руку, лежащую на талии Алины. — Вот и не лезь в чужие отношения.

Услышав ее, Алина и сама вздрогнула. Илья же покраснел от злости, но так и не нашел, что ответить. Ника заткнула его одной фразой. Но на этом она не остановилась. Поднявшись, взглянула на свое пустое запястье, словно там находились часы, и театрально охнула.

— Ой, сколько времени! — она повернулась ко мне, улыбнувшись. — Макс, я планировала забежать в студенческий магазинчик до начала пары. Составишь компанию?

— Конечно, — я поднялся со стула, забрав свой поднос. В последний раз взглянул на сидящих напротив. Илья сверлил стол тяжелым взглядом, Алина смотрела куда-то сквозь меня. — Удачи вам.

Развернувшись, я мы с Никой направились к выходу. Вскоре вышли во внутренний двор университета. Осенний ветер ударил в лицо, выдувая из головы остатки напряжения. Мы пошли по дорожке в сторону небольшого студенческого магазинчика, стоящего в тени деревьев рядом с аппаратами для кофе. Несколько минут шли молча. Затем Ника, идущая в полушаге от меня, поправила сумку на плече и тихо сказала:

— Извини.

— За что? — я удивленно посмотрел на нее.

— За то, что так резко ответила, — она виновато улыбнулась, глядя под ноги на опавшие листья. — Когда увидела тебя за столом, вспомнила о нашем… разговоре. Это ведь она, да? Ну, бывшая твоя.

— Она самая, — произнес я с облегченным вздохом.

— Я подумала, что тебе некомфортно, и решила спасти, — Ника посмеялась, кокетливо задев меня плечо. Надеюсь, не переборщила.

После ее слов я остановился. Ника по инерции сделала еще шаг и тоже замерла, обернувшись на меня. Глядя на эту девушку, которая с легкостью прочитала мое состояние, даже встала на защиту, я почувствовал, как сердце начало биться быстрее.

— Не извиняйся. Ты действительно спасла меня. Спасибо, что вытащила. Ты… невероятная.

— Да ладно, — ответила она, смутившись.

Я сделал шаг навстречу к ней, сунул руки в карманы, чтобы не выдать своего волнения, и посмотрел в глаза.

— Слушай, — мой голос прозвучал тихо, но уверенно. — Мы только вчера вместе провели выходные, но… может, сходим куда-нибудь, как будем свободны?

Глаза Ники слегка расширились от неожиданности. Она уже хотела ответить, как вдруг подувший ветер растрепал ее волосы. Девушка на автомате закрылась рукой. Мы не сдержались, одновременно посмеявшись. В следующую секунду, сместившись в сторону, я закрыл ее от ветра. Сам не заметил, как протянул руку и аккуратно коснулся женской талии, будто хотел защитить. И Ника ответила. Она шагнула мне навстречу, встав вплотную.

— Как насчет среды? — произнесла она, глядя на меня с румянцем на щеках. — После пар я свободна.

— Отлично.

Глава 9 - Ее прошлое и настоящее

Алина

В то же время

Наш первый с момента разрыва разговор с Максом так и не состоялся. Сидя за столом в столовой, я сама не заметила, как вцепилась пальцами за края подноса, все еще оглушенная произошедшим. В ушах продолжал звенеть режущий голосок этой девицы, Ники, и равнодушный тон Макса.

Они ушли. Просто встали, повернулись и растворились в толпе студентов, оставив нас с Ильей. Я медленно повернула голову. Илья сидел рядом, его лицо, обычно выражающее самоуверенность и легкое презрение ко всему миру, сейчас скривилось. Он нервно дергал ногой под столом, глядя им вслед. Его унизила какая-то девчонка, и он не нашел, что ответить.

— Вот же стерва, — процедил Илья сквозь зубы, пытаясь выдавить из себя усмешку, чтобы сохранить лицо. Он резко откинулся на спинку стула, хлопнув ладонью по столу. — Нашла себе ботаника и строит из себя королеву. Да пошли они. Больные какие-то.

Он посмотрел на меня, ожидая поддержки. Ожидая, что я поддакну, что мы вместе посмеемся над ними. Но у меня внутри все сжалось, я не смогла выдавить ни звука. Глядя на Илью, я чувствовала лишь раздражение. Из-за него все пошло крахом. Я ведь шла к этому столику с такой надеждой. Прокручивала в голове наш с Максом разговор. После той ужасной вечеринки, где Илья бросил меня ради друзей, я только и хотела, что увидеть Максима. Хотела извиниться за то, как все резко оборвала. Хотела увидеть в его глазах хоть каплю той теплоты. Но Илья вмешался, начал хамить, провоцировать, и в итоге все превратилось в какой-то позорный фарс.

— Ладно, забей, — Илья, так и не дождавшись от меня ответа, резко поднялся со стула. Вся эта ситуация была ему откровенно неприятна, и он спешил сбежать, чтобы не чувствовать себя проигравшим. — У меня через десять минут тренировка в зале. Я погнал.

Он не извинился за свое поведение, не спросил, как я себя чувствую после того, как он чуть не устроил скандал с моим бывшим. Даже не попытался поцеловать меня на прощание.

— Давай, Алин, спишемся вечером, — добавил он, поправив рюкзак на плече, и, не оглядываясь, направился к выходу из столовой.

Я осталась сидеть одна. Вокруг шумели студенты, звенела посуда, кто-то смеялся за соседним столом, а я чувствовала себя так, словно меня только что пропустили через мясорубку. Оставив нетронутый поднос с едой на столе, я схватила свою сумку и почти бегом выскочила в коридор. Мне нужно было спрятаться. Скрыться от чужих глаз, пока эмоции, бурлящие внутри, не вырвались наружу.

Я толкнула дверь женского туалета на первом этаже. К счастью, внутри никого не было. Бросила сумку на подоконник, подбежала к раковинам и дрожащими руками открыла кран. Сложила ладони лодочкой, набрала воды и плеснула себе в лицо, совершенно не заботясь о том, что могу испортить макияж. Холод немного отрезвил, сбил панику.

Я оперлась руками о край раковины, тяжело дыша, и медленно подняла взгляд. Из огромного зеркала на меня смотрела девушка с растрепанными волосами, побледневшим лицом и блестящими от воды щеками. Но больше всего меня поразило выражение моих собственных глаз. В них плескалась злость, обида. Я злилась на Илью, на его бестактность и эгоизм. Но, если быть до конца честной с самой собой, гораздо сильнее я злилась на Макса.

Мой мозг снова и снова прокручивал сцену в столовой, его голос, его взгляд. Я так отчаянно хотела увидеть то самое выражение лица Максима. То, как он смотрел на меня весь год наших отношений. Даже в тот день на крыше, когда я разбила ему сердце, в его глазах была боль, было отчаяние, была любовь. Я хотела увидеть, что я все еще нужна ему, что он страдает. Что моя потеря стала для него катастрофой, от которой он еще не оправился.

Пускай я чувствовала бы себя последней сволочью, но это потешило бы самолюбие, успокоило. Дало бы мне уверенность в том, что если с Ильей все пойдет не так, Максим примет меня обратно с распростертыми объятиями. Но что я увидела сегодня? Он смотрел на меня так, словно я была просто знакомой. В его глазах не было ни капли ревности, когда Илья обнял меня. Не было злости, не было боли. Я видела только равнодушие. А еще эти его слова…

«Нам было хорошо вместе. По крайней мере, я так считаю. Но люди меняются. Видимо, к этому все и шло».

Он говорил обо мне в прошедшем времени, не винил меня. Он просто… смирился. Продолжил жить дальше. И от этого осознания мне почему-то стало больно. Я больше не была центром его вселенной. Мы стали чужими людьми.

Внезапно мысли снова вернулись к той… Нике. Я прикрыла глаза, вспоминая ее лицо. Девушка с каштановыми волосами. Где я ее видела? Мозг начал прочесывать архивы памяти. И вдруг вспомнила. В прошлом году на весеннем студенческом фестивале именно она стояла на сцене с микрофоном. Веселая, яркая, искрящаяся. Шутила так, что весь зал взрывался смехом. О ней тогда говорили все девчонки на потоке. Она была из тех людей, которые не пытаются казаться крутыми, к которым всех так и тянет. Умная, уверенная в себе личность. И именно эта девушка сегодня сидела рядом с моим Максом.

Одно только ее появление вызвало во мне вспышку ярости. Почему она была так открыта с ним? Почему села так близко? Как она на него смотрела… В этом взгляде было столько теплоты, столько скрытого смысла. Уверена, общаются они недолго. Тогда как могли так сдружиться за короткий срок? Максим — интроверт. Новые знакомства всегда давались ему с трудом. Я сама потратила месяцы, чтобы он начал мне полностью доверять. А эта Ника… Он смотрел на нее так же, как когда-то смотрел на меня. Только на меня.

Но больше всего бесил ее ответ Илье…

Я вцепилась пальцами в раковину. Она не сказала прямо: «Да, мы встречаемся», но ее тон, то, как она смотрела на Илью… Она дала ясный намек на то, что место рядом с Максом теперь принадлежит ей. Она защищала его, осадила Илью так изящно и жестко, что тот затих.

Меня затрясло. Эйфория от новых отношений с Ильей, которая кружила голову еще неделю назад, испарилась, оставив после себя лишь горечь. Илья вел себя совершенно не так, как я себе представляла. Я думала, что с ним моя жизнь превратится в непрерывный, яркий праздник, полный страсти и внимания. А вместо этого я получила одиночество, пренебрежение и унижение.

В голове непроизвольно возникли картинки из прошлого. Я вспомнила, как однажды сильно заболела. Температура под сорок, не получалось даже встать с кровати. Макс, у которого в тот день был важный экзамен, просто пропустил его. Он приехал ко мне с пакетом лекарств, апельсинами и домашним куриным бульоном. Сидел у моей кровати до самой ночи, менял холодные компрессы на лбу и читал вслух, пока я не заснула. Он всегда заботился обо мне. Всегда ставил меня на первое место. А сегодня…

Я снова посмотрела в зеркало. Зрение вдруг затуманилось, все вокруг поплыло. Я несколько раз моргнула, почувствовав, как по щеке покатилась слеза. Я отчаянно хотела стереть ее. Хотела сказать себе, что не плачу из-за парня, которого сама же бросила, что это просто нервы, но не успела. В тишине туалета скрипнула входная дверь. Послышались звонкие девичьи голоса и стук каблуков по плитке. Меня охватила паника. Я резко отскочила от раковины, схватила свою сумку с подоконника и, стараясь не шуметь, юркнула в крайнюю кабинку.

Опустив крышку унитаза, я села на нее, подтянула колени к груди и зажала рот ладонью, чтобы не издать ни звука. За тонкой дверцей кабинки кипела обычная жизнь. Девушки включили воду, обсуждали какого-то строгого преподавателя, смеялись. А я сидела в этой тесной коробке и терпела стекающие по щекам слезы. Мысли крутились вокруг одной темы.

«Зачем она появилась? — думала я о Нике. — Какое она имеет право лезть в наши дела? Мы с Максом расстались совсем недавно! Он не мог забыть меня так быстро. Это просто невозможно! Она просто им пользуется. А он… он делает это назло мне. Да, точно! Он просто хочет показать, что ему все равно, чтобы задеть меня».

Но даже в собственных мыслях эти оправдания звучали жалко. Тот взгляд, которым он смотрел на нее… Так не смотрят, когда хотят кому-то что-то доказать. Обида и разочарование давили все сильнее, не давая нормально вдохнуть. Я чувствовала себя преданной. Да, я сама расторгла отношения и почти сразу начала новые. Но Макс… Разве он такой? Разве он мог так быстро заменить меня?

«Я обязана с ним поговорить, — пронеслось в голове. — Должна все выяснить. Я хочу узнать об этой Нике, хочу понять, насколько далеко все зашло. И… я хочу нормально обсудить наше расставание».

Что-то внутри меня отчаянно требовало завершенности. Но как подойти к нему после сегодняшнего? После того, как он дал понять, что все действительно кончено? И тут мой мозг, отчаянно цепляясь за соломинку, выдал идеальное оправдание. Дружба. Я сама предложила ему остаться друзьями в тот день на крыше. И он согласился! Друзья ведь общаются? Друзья обсуждают новые отношения, делятся переживаниями. Друзья имеют право задавать вопросы.

Я не брошенная бывшая, которая ревнует, нет. Я — подруга, которая заботится о нем, которая хочет убедиться, что новая девушка не разобьет ему сердце. Я имею полное право подойти к нему и потребовать нормального разговора.

Эта мысль внезапно придала мне сил. Я вытерла мокрое лицо тыльной стороной ладони, стараясь успокоить сбившееся дыхание. Просидела в тесной кабинке минут двадцать, совершенно потеряв счет времени. И тут тишину разорвал пронзительный звонок, возвещающий о начале следующей пары. Я вздрогнула, медленно поднялась, поправила юбку и отодвинула щеколду замка. Выйдя из кабинки, снова подошла к зеркалу. Глаза все еще были красными, а тушь немного потекла, но я больше не выглядела жалкой.

Я открыла сумочку, достала салфетки, быстро стерла черные разводы под глазами, припудрила лицо и достала блеск для губ. В глазах в отражении снова начала появляться уверенность. Пусть и искусственная, выстроенная на самообмане, но уверенность. Я ясно для себя решила — найду Максима. Сегодня или завтра, неважно. Поймаю его одного, без этой его Ники, и поговорю с ним по душам. Мы же остались друзьями, а друзья не бросают друг друга вот так просто.

Я забросила сумку на плечо, гордо вскинула подбородок, словно собираясь на войну, и вышла из туалета в коридор университета.

Глава 10 - То, чего я хочу

Учебный день, начавшийся с эмоциональной встряски в столовой, тянулся на удивление медленно. Последние две пары я отсидел на автомате, записывая лекции и то и дело поглядывая на часы. Когда прозвенел спасительный звонок, я одним из первых вышел из аудитории, накинул куртку и спустился на первый этаж. Встал у главного входа в университет, прислонившись плечом к стене. На улице снова завывал ветер, сгущались тучи. Студенты кутались в теплую одежду и спешили на выход.

Я достал телефон, листая ленту новостей, чтобы скоротать время, но почти сразу снова отвлекся. По коридору разнесся громкий смех. Подняв глаза, я заметил группу парней. Баскетбольная команда университета. Они всегда привлекали к себе внимание, но мой взгляд зацепился за конкретного человека в группе. Илья. Он шел в центре компании, смеясь громче всех. И он был не один. Рядом, вровень шла какая-то миниатюрная студентка-первокурсница. Илья наклонился к девушке, что-то весело ей рассказывая. А затем опустил руку ей на плечо, притягивая ближе к себе. Девушка ничуть не смутилась. Наоборот, она кокетливо стрельнула в него глазками и звонко рассмеялась, прижимаясь к мужскому боку.

Глядя на эту картину, я чувствовал странное раздражение внутри. Дело было совсем не в ревности, мне стало обидно за Алину. По-человечески обидно. Она ради этого парня перечеркнула год наших отношений. И вот он, как ни в чем не бывало, флиртует с другой девчонкой, распуская руки у всех на виду.

«Какой же ты все-таки мудак», — мысленно произнес я, провожая Илью взглядом. Алина, со всеми ее недостатками и эгоизмом, явно не заслуживала такого потребительского отношения. Никто не заслуживает быть просто «удобным вариантом» для чьего-то раздутого эго.

— Макс! — раздался за спиной женский голос. Я мгновенно отвлекся, забыв об Илье, об Алине, о чужих проблемах. Ко мне подошла Ника. Она уже накинула свою курту, застегнула ее, поправила волосы. Взглянула на меня с улыбкой.

— Привет, — моя хмурость исчезла без следа, губы сами собой растянулись в улыбке. Я отлепился от стены и шагнул ей навстречу. — Как прошла последняя пара?

— Профессор почти убедил меня, что Достоевский — это весело, — она закатила глаза, забавно сморщив нос. — Ну что, идем?

— Идем, — кивнул я, и мы вместе спустились по ступенькам, вливаясь в поток студентов.

Ветер на открытом пространстве усилился, пробираясь под куртку. Мы шли рядом, просто болтая. А как подошли к станции, Ника вдруг остановилась. Она повернулась ко мне, заглянув в глаза.

— Слушай, — начала она как-то неуверенно, — точно хочешь проводить до магазина? Он далековато отсюда. Я могу сама добраться.

Также остановившись, я встретился с ней взглядом, задумавшись. Но не о том, провожать или нет. В голове снова всплыл образ Алины. Она всегда воспринимала мои поводы, как нечто само собой разумеющееся. Для Ники же это было поступком, который она ценила.

— Я сам хочу тебя проводить. Если ты, конечно, не против моей компании, — начал серьезно, а закончил уже с улыбкой.

Девушка уже собиралась ответить, как вдруг резкий порыв ветра ударил нам в спины. Ника поежилась и, внезапно для меня, сократила расстояние между нами. Она вытащила одну руку из кармана и уверенно взяла меня под руку, прижавшись к плечу.

— Ветер сегодня просто жуткий, — невинным тоном заявила девушка, посмеявшись. Я заметил, как на ее щеках проступило смущение. — Раз решил проводить, пойдем так. Чтобы… ну, не сдуло.

— Хорошо, — я покрепче прижал ее руку. Прекрасно понял, что она просто нашла причину так поступить. Но это только порадовало.

Это была потрясающая прогулка. Мы шли по широким тротуарам, под светом зажигающихся фонарей, и не замолкали ни на минуту. Обсуждали универ, спорили о том, какая пицца лучше, на тонком или на толстом тесте, жаловались на цены в кафешках. В какой-то момент разговор плавно свернул в другую сторону. У нас обоих в среду выпадал свободный от подработок день. Хотя в последнее время я в принципе не брал смены. Девушка как бы невзначай поделилась тем, что ей нравится, намекая на подходящие для прогулки варианты. Я внимательно слушал и запоминал.

Когда мы прошли половину пути и свернули в парк, чтобы сократить дорогу, я снова взглянул на нее.

— Не замерзла? — спросил, замедлив шаг. — можем остаток пути проехать.

— Нет, — она покачала головой и улыбнулась, сильнее прижавшись ко мне плечом. — Мне нравится вот так гулять.

Я не стал спорить. Мне тоже безумно нравилось идти рядом, чувствуя ее руку на своем сгибе локтя. Спустя еще минут пятнадцать мы наконец вышли к ярко освещенному зданию. Типичный магазин, где можно было найти практически все, что угодно по выгодной цене. Правда, качество оставляло желать лучшего.

Мы зашли внутрь, поежившись от волны горячего воздуха. Зал был огромным, заставленным высокими стеллажами, между которыми сновали редкие вечерние покупатели. Ника так и не отпустила мою руку. Мы прошли мимо рядов с какими-то пластиковыми контейнерами и вышли к кассовой зоне. За одной из свободных касс сидел высокий парень в фирменной зеленой жилетке магазина. Ника потянула меня в его сторону.

— Привет, Ден! — поздоровалась она, помахав свободной рукой.

Парень вздрогнул, убрал телефон и поднял глаза. Сначала он улыбнулся Нике, но его взгляд быстро скользнул ниже, остановившись на наших сцепленных руках. В глазах мелькнуло явное удивление, так же быстро сменившееся хитрой ухмылкой.

— О, Ника. Ты сегодня рано, — он перевел взгляд на меня, кивнув. — Здоров.

— Здоров, — повторил я за ним.

— Я сейчас переоденусь и сменю тебя, — бросила ему Ника и потащила меня к дальнему углу. Уже здесь она наконец отпустила мою руку, подняв взгляд. — Вот здесь я и работаю время от времени. Оклад очень хороший, плюс можно график подстраивать под универ.

— Нормальное место, — искренне ответил я. — Главное, что платят. До скольки ты сегодня?

— Сегодня меня попросили сменить Дена, поэтому я до закрытия. Освобожусь к двенадцати.

Услышав ее, я, сам того не поняв, ощутил какое-то волнение. Двенадцать ночи, темнота, холод. В таков время ведь и транспорт не ходит.

— Ничего себе. А до дома как добираться будешь?

Она посмотрела на мое изменившееся лицо и тут же заулыбалась. Ей явно было приятно видеть волнение.

— Расслабься, — посмеялась девушка. — Здесь, если на смене девочка, можно такси за счет компании вызвать. Так что по темным переулкам шастать не буду.

— Точно? Может мне вызвать, когда освободишься?

— Точно, — она сделала полшага мне на встречу, не отводя взгляда. Щеки снова покраснели. Хотя, и мои тоже. — Я здесь частенько смены беру. Меня никто не украдет.

— Да, прости.

— Если хочешь, — добавила Ника тише, — напишу, как освобожусь и доберусь до дома.

— Хочу, — тут же ответил я. Между нами повисла тяжелая пауза, из-за которой мы окончательно засмущались, продолжая глядеть друг на друга.

Я понимаю, что не должен так волноваться, но поделать с собой ничего не могу. Мне просто хочется знать, что у нее все хорошо, что ничего не произойдет.

— Мне пора идти переодеваться, — Ника первая нарушила молчание, продолжая улыбаться.

— А… да. Хорошей смены.

— Спасибо.

Она развернулась и направилась вглубь зала, к неприметной двери с табличкой «Служебное помещение». Я остался на месте, провожая ее взглядом. Ощутил какую-то неприятную тоску, как вдруг Ника остановилась. Она развернулась и взглянула на меня. Я не успел отреагировать. Девушка подбежала, снова оказавшись вплотную ко мне, а затем, поднявшись на носочки, потянулась и коснулась своими губами моей щеки. Легкий чмок длился долю секунды, после чего Ника сразу отстранилась.

— До завтра, — произнесла она, продолжая краснеть.

— До… завтра.

Мое сердце забилось быстрее, словно намеревалось вырваться из груди. Ника бросила на меня последний, искрящийся взгляд, резко развернулась и, уже не оглядываясь, скрылась за служебной дверью. Я простоял на месте еще секунд десять, пытаясь осознать, что произошло. Машинально поднял руку и коснулся пальцами собственной щеки. Этот невинный поцелуй в щеку значил больше, чем любые слова. Ника сделала свой ход, показала, какое значение имеет для нее происходящее между нами. И в этот самый момент я понял одну простую вещь — я по уши влюбился.

В эту среду мы не просто пойдем на прогулку. Я устрою настоящее свидание, после которого прямо скажу ей о том, что думаю и чувствую. Ни за что не упущу ее.

Глава 11 - План идеального свидания

Весь следующий день прошел для меня как в тумане. Я сидел на лекциях, смотрел на доску, где преподаватель усердно что-то писал, но вместо цифр и графиков видел лишь карие глаза. Я пытался конспектировать, но ручка то и дело замирала над тетрадью. Мои мысли витали где-то далеко за пределами университетских стен. Я думал о завтрашнем дне, о нашем свидании. Больше не собирался ждать и волноваться о прошлом. Алина осталась позади. Да, мы через многое прошли, но та полоса моей жизни оборвалась, и я не жалею об этом. Сейчас передо мной разворачивалась совершенно новая история, и я хотел быть ее главным героем. Я решил, что завтра признаюсь Нике.

Когда пары наконец закончились, мы с Никой как обычно встретились в коридоре и вместе пошли в сторону остановки. В этот раз все было иначе. Между нами исчезла та легкая скованность, которая присутствовала раньше. Мы шли плечом к плечу, болтая о какой-то ерунде. Когда подошел ее автобус, я привычно шагнул к ней, чтобы обнять на прощание. Но Ника сама обхватила меня за шею, прижалась и чмокнула в щеку.

— Жду завтрашнего дня, — прошептала она, глядя мне в глаза с нежной улыбкой.

— Я тоже, — ответил ей, с трудом заставив себя выпустить девушку из объятий.

Я не стал говорить о том, что у нас будет официальное свидание, не упомянул о своих намерениях. В этом просто не было нужды. Судя по тому, как горели ее глаза, мы оба прекрасно все понимали.

***

На следующий день я проснулся с мыслями о том, что готов идти до конца. Все было спланировано еще с вечера. Я купил билеты на вечерний сеанс в кино, выбрав фантастический блокбастер. Ника увлекалась играми с глубоким лором, обожала сюжеты про космос. Я был уверен, что сопливая мелодрама ее только утомит, а вот фантастика зайдет на ура.

В университет я приехал в приподнятом настроении. Но, как назло, на перерывах нам так и не удалось пересечься. Ника тонула в делах. В какой-то момент она написала мне:

«Снова застряла на кафедре, помогаю профессору. Выйду только после последней пары. Прости!»

Я ответил, чтобы она не переживала, и пообещал ждать ее у главного входа. Когда прозвенел последний звонок, вышел на крыльцо универа. Погода снова не особо радовала. Серое небо, прохладный ветер, но дождя, к счастью, не предвиделось. Я встал у стены, засунув руки в карманы, и смотрел на стеклянные двери. Студенты выходили один за другим, и вдруг поток словно расступился.

Ника сегодня была не в своей привычной одежде, она явно готовилась. На ней была короткая, элегантная юбка, черные чулки, подчеркивающие стройные ноги. Сверху — милая, облегающая кофточка. Поверх всего этого накинуто светлое пальто, оставленное нараспашку. Волосы были стянуты в хвост, на губах блестела помада. Даже веснушки сегодня казались более яркими. Она выглядела настолько прекрасно, что у меня вылетело из головы вообще все.

Когда она подошла ко мне, я не мог оторвать взгляда. Заметив это, Ника улыбнулась. На щеках проступило смущение. Мы молчали несколько секунд, просто наслаждаясь атмосферой.

— Ну? — наконец, не выдержав моего пристального взгляда, прошептала Ника. — Долго еще будешь взглядом меня сверлить?

— Прости, что-то я… Ты чудесно выглядишь.

— С-спасибо, — улыбка стала искренней. — Я тоже впервые вижу тебя в шарфе.

— Подумал, пригодится.

Достав телефон, я открыл приложение кинотеатра и повернул экран к ней. Пусть и был уверен, что выбранный фильм ей понравится, но все же немного нервничал. Но мои опасения были напрасны, глаза Ники сразу округлились от восторга.

— Да ладно?! — она радостно охнула, снова переведя взгляд на меня. — Я все хотела посмотреть этот фильм. Говорят, там визуал такой, что просто…

— Значит, угадал, — с облегчением вздохнул я. Следом вызвал такси и сунул телефон в карман.

Кинотеатр находился довольно далеко. Я знал, что Ника не любит лишние траты, но сегодня она не сказала ни слова против, просто позволила мне вести. Желтая машина подъехала почти сразу, мы сели на заднее сиденье. В салоне было тепло, играло тихое радио. Водитель тронулся с места, и нас слегка качнуло друг к другу. Наши колени соприкоснулись.

Всю дорогу мы болтали, обсуждая учебу, преподавателей, ожидания от фильма, но я все чаще ловил себя на том, что больше концентрируюсь на физических ощущениях. Каждое случайное касание наших плеч, каждое соприкосновение бедер сводило с ума.

Уже в кинотеатре мы взяли классический набор: большое ведро сырного попкорна и два напитка. Я специально выбрал места на последнем ряду, в самом центре зала — там, где обычно сидят парочки, чтобы никто не дышал в затылок. Ника отшутилась по этому поводу, и сама потянула меня в зал. Вскоре свет погас, погружая огромный зал в темноту. Экран вспыхнул, и на нас обрушились звуки рекламы перед сеансом.

Ника гордо поставила ведро попкорна к себе на колени. Я откинулся на спинку кресла, но почти сразу перевел взгляд на женскую руку, опустившуюся на подлокотник между нами. Сделав глубокий вдох и прогоняя остатки неуверенности, медленно накрыл ее ладонь своей рукой. Ника вздрогнула от неожиданности, но руку не убрала. Вместо этого она взглянула на меня. В полумраке зала ее глаза казались особенно притягательными. А затем плавно развернула свою кисть ладонью вверх и переплела наши пальцы.

Начался фильм, но, честно говоря, в первые полчаса я вообще не понимал, что происходит на экране. Мы пытались сосредоточиться на сюжете, но постоянно отвлекались. Фильм оказался действительно зрелищным, но местами пафосным. В какие-то моменты мы наклонялись друг к другу и шепотом комментировали нелогичные действия главных героев, тихонько посмеиваясь. В один из таких моментов, когда Ника особенно едко прошлась по наряду главной героини, мы не сдержались и рассмеялись чуть громче положенного. С переднего ряда обернулся какой-то мужчина и недовольно зашипел. Мы мгновенно замолчали, прижав свободные руки ко ртам, но, посмотрев друг на друга, только сильнее начали давиться смехом. Это было так по-детски, но, в то же время, так здорово.

Когда по экрану поползли финальные титры и в зале зажегся свет, мы неохотно расцепили руки. Ника довольно потянулась, поправляя кофточку, и с улыбкой повернулась ко мне.

— В принципе, мне понравилось, — выдала она, поведя носом, словно настоящий кинокритик.

— Могу сказать то же самое, — посмеялся я в ответ.

— Ну, чем теперь зай…

Не успела она закончить, как я протянул руку и снова коснулся ее пальцев. Поднялся и потянул девушку за собой. Ника покраснела, глядя на меня, но говорить ничего не стала, решив насладиться предвкушением. Мы забрали вещи и побрели к выходу. По дороге я замечал, как Ника смотрит на наши сцепленные руки, краснеет, улыбается. Все это безумно радовало.

Улица встретила нас легким ветерком. Погода немного улучшилась, что было мне на руку. Мы простояли на месте минуты три. Ника уже была на грани спросить, что я задумал, как вдруг подъехала наша машина. Улыбнувшись, я открыл дверь, пропустил девушку, забрался следом. Мы поехали дальше. По пути Ника то и дело смотрела в окно, пытаясь угадать маршрут. Ну а как сдалась, вернулась ко мне, опустив голову на плечо. Мы болтали о всякой ерунде. В моменты, когда Ника смеялась, она начинала водить пальцем по моей руке, сама, кажется, того не замечая.

Минут через двадцать машина снова остановилась. Я вылез наружу и протянул девушке руку. Ника встала рядом и, осмотревшись, застыла. Мы стояли у подножия высокого холма, на вершине которого находилась старая, недавно отреставрированная городская смотровая площадка. К ней вела длинная, освещенная фонарями, каменная лестница.

— Ого… — произнесла Ника, запрокинув голову. — Я ни разу здесь не была. Все хотела, да как-то времени не находила.

— Я тоже здесь впервые. Будет нашим особенным место.

Услышав меня, она снова смутилась и, хмыкнув, нагло взяла меня под руку.

— Ты и правда подготовился, — посмеялась девушка, прижавшись к моему плечу.

Стоило начать подниматься по ступеням, как атмосфера вокруг нас изменилась. Мы больше не шутили про кино. Говорили тише, откровеннее. Обсуждали детство, мечты, страхи. С каждой ступенью мы будто становились ближе друг к другу. Когда поднялись, ветер сразу накрыл нас. Здесь дуло сильнее, чем внизу, но я был готов к этому. Ничего не говоря, размотал тот самый шарф, который еще с утра взял «на всякий случай», встал напротив Ники и аккуратно обернул его вокруг ее шеи, заботливо заправив концы под воротник. Ника подняла на меня глаза, уткнувшись подбородком в теплую шерсть, и тихо посмеялась.

— Признайся, ты ведь ради этого момента его и взял?

— Признаюсь, — я улыбнулся в ответ, глядя на нее.

Она снова рассмеялась. В глазах читалось нечто глубокое, притягательное. Мы подошли к каменному парапету. Отсюда открывался прекрасный вид. Весь город лежал перед нами как на ладони, мерцая миллионами золотых, красных и белых огней. Машины на эстакадах казались крошечными. Людей здесь не было, только мы, городские огни и прохладный ветер.

Атмосфера окончательно пропиталась романтикой. Мы стояли рядом, опираясь на парапет, и смотрели вдаль. Ника указала пальцем на примерное местоположение своего дома, радуясь, как ребенок. Я поступил так же, тыкнул в парочку мест, где в будущем хотел бы открыть кофейню. Мы сошлись во мнениях, что в следующий раз можно будет прокатиться на колесе обозрения, откуда открывается еще более захватывающий вид. Все шло просто чудесно, но внезапно в эту атмосферу ворвалась вибрация. Мой телефон в кармане начал разрываться.

Я нахмурился, быстро достал мобильник и взглянул на экран. Прямо по центру висело имя — «Алина». Удивившись, я задумался, что ей может понадобиться в такое время… Нет, почему она вообще звонит мне спустя столько времени. Но уже через секунду вспомнил о своих намерениях. Тут же нажал на кнопку блокировки. Благо, Ника наслаждалась видом и совсем не обратила внимание на экран.

— Что-то срочное? — тихо спросила она, когда я уже убрал телефон.

— Нет, — я покачал головой и, повернувшись к ней, подошел чуть ближе. — Совершенно ничего.

Я понял, что момент настал, тянуть больше нельзя. Сделав еще один шаг, встал прямо перед девушкой. Ника развернулась и прижалась спиной к парапету, зарывшись носом в шарф. Ее глаза засверкали от предвкушения. Глядя на нее и чувствуя невыносимый жар в груди, я протянул руку и коснулся ее холодных пальцев. Тут же сжал их в своих, согревая.

— Ника, — произнес я. Получилось чуть тише, чем планировал, но уверенно.

— Да? — ответила она так же тихо.

— Помнишь, как ты сказала, что наша встреча могла быть судьбоносной?

— Угу.

— Я убедился в этом, — подтянув ее руку, я поцеловал тыльную сторону ладони, заставив девушку вздрогнуть. — Каждый раз, когда мы видимся, когда говорим обо всем на свете, строим планы, я ловлю себя на мысли, что мне невероятно повезло.

— Максим… — прошептала она завороженно.

— Ты мне нравишься, — добавил я серьезным тоном. — Очень сильно нравишься. Я хочу проводить с тобой больше времени, чаще видеть эту милую улыбку, быть рядом, когда это необходимо. Скажи, ты согласишься стать моей девушкой?

Ника замерла, затаив дыхание, ее глаза округлились. Она смотрела на меня, хлопая ресницами. Повисла пауза. Всего на пару секунд, но для меня они показались вечностью. А затем Ника улыбнулась, сделала крохотный шажок вперед и опустила руки мне на грудь.

— Дурак ты, Максим, — произнесла она с нежностью и легкой дрожью в голосе. — Устроил такое потрясающее свидание, заставил весь вечер краснеть, а теперь заявляешь о своих чувствах с серьезным лицом.

Ее руки поднялись выше, обвились вокруг моей шеи. Наши глаза снова нашли друг друга, после чего Ника тихо добавила:

— Конечно же, я согласна.

Стоило услышать ее ответ, как эмоции захлестнули меня с головой. Не сдержавшись, я крепко обхватил ее за талию, прижал к себе и оторвал ее от земли, закружив на месте. Ника звонко рассмеялась, крепко держась за мою шею. Вскоре я снова опустил ее, но объятий не разжал. Мы коснулись друг друга носами.

Глядя на меня, Ника освободила одну руку и медленно опустила шарф ниже, открывая лицо. Она встала на носочки, потянувшись ко мне. Я ответил тем же, поцеловав ее. Этот поцелуй отличался от первого, спонтанного, неловкого. Он был переполнен искренними эмоциями и нашими с Никой желаниями. Я вложил в него все то, что чувствовал к этой чудесной девушке. Ника ответила мне тем же. Запустив пальцы в мои волосы, она прижалась ко мне сильнее. Мы простояли так довольно долго, не в силах оторваться друг от друга. Весь мир вокруг просто перестал существовать.

Когда воздуха уже начало не хватать, мы нехотя оторвались друг от друга, продолжая обниматься. Снова коснулись носами, одновременно тихо посмеялись.

— Будь готов к трудностям, романтик, — произнесла она, ухмыльнувшись. — Характер у меня тот еще.

— Знаю, и мне он безумно нравится.

— Блин, вот опять ты меня смущаешь. Ну, пойдем отсюда?

— Да.

Направившись вниз по лестнице обратно на улицу, мы продолжали держаться за руки. Шли уже не просто как парень и девушка, а как настоящая пара. То и дело переглядывались, не в силах перестать смущаться. Вскоре приехало наше такси. Мы доехали до квартала, где жила Ника. Я вышел, открыл ей дверь и отпустил машину. Хотел проводить прямо до двери.

Зайдя в подъезд и поднявшись на четвертый этаж, мы остановились у одной из железных дверей. Ника достала ключи, провернула один из них в замке, а как открыла, внезапно повернулась и взглянула на меня.

— Ты обязан зайти ко мне хотя бы на полчасика, — произнесла она серьезным тоном, но не выдержала и снова улыбнулась.

— Уверена?

— Если не выпьешь у меня горячего кофе и не отогреешься, я буду чувствовать себя виноватой. Не хочу, чтобы мой парень заболел.

Слово «парень» из ее уст прозвучало так естественно, что я не смог сдержать улыбки.

— От такого предложения невозможно отказаться.

Одобрительно кивнув, Ника зашла в квартиру и потянула меня за собой. Дверь за нами закрылась.

Глава 12 - Осознание

Алина

В тот же день

Все последние дни превратились для меня в одну монотонную кашу. Я никак не могла сосредоточиться, потому что была полностью погружена в собственные мысли. Моя жизнь в один миг изменилась. Я понимала, что что-то может пойти не так гладко, как хочется, но в итоге из-под контроля вышло вообще все.

С Максом поговорить мне так и не удалось. Вчера я видела его после пар, но он уже был со своей Никой. Илья снова сделал мне «подарочек». После тренировки шел и болтал с какой-то девчонкой. А как увидел меня, махнул рукой, будто так и должно быть, и пошел дальше. Даже оценки начали падать. А ведь раньше Максим заставлял меня учиться, помогал с предметами.

Сидя на лекции и обдумывая все это, я продолжала водить ручкой по полям тетради, не слыша ни единого слова преподавателя. Пыталась расставить все по пунктикам, пыталась скоординироваться. Плевать на Илью, потом разберусь. Сначала нужно выловить Максима. Это ведь не так сложно. Мы учимся буквально в двух кабинетах друг от друга. Раз договорились остаться друзьями, я имею право подойти к нему. Имею же…

Когда прозвенел звонок, возвещающий об окончании второй пары, я первой выскочила из аудитории. Целенаправленно направилась в сторону лестницы, предположив, что Максим пойдет в столовую. План был прост: перехватить его в коридоре, отвести в сторону, подальше от чужих глаз, и просто поговорить. Нормально, по душам, как мы всегда делали раньше. Даже если с ним будет Ника, разве есть что-то плохое в разговоре?

Я быстро шла по заполненному студентами коридору, высматривая в толпе знакомую фигуру, как вдруг кто-то мягко, но настойчиво перехватил меня за локоть.

— Эй, красотка, куда так спешим?

Я вздрогнула и обернулась. Передо мной стоял Илья. Совсем не заметила его. На мгновение мои страхи и сомнения отступили, он улыбался мне. Не как обычно, а… по-доброму, что ли. Выглядел отдохнувшим, в голосе звучали галантные нотки. Он приобнял меня за талию, притянув к себе. Но эта романтичная иллюзия рассыпалась так же быстро, как и возникла.

Не обращая внимания на то, что мы стоим посреди шумного коридора, Илья вдруг шагнул ко мне, прижав к стене. Я вздрогнула, инстинктивно уперевшись ладонями ему в грудь. Но Илья опустил мои руки, уперевшись собственной в стену. Зажал меня и явно не планировал отпускать. Не успела я что-либо сказать, как вторая его рука легла мне на талию и тут же опустилась чуть ниже. Пальцы сжались на юбке, комкая ткань.

— Соскучилась? — спросил он с ухмылкой, приблизившись к моему лицу.

Я машинально сжалась, краснея. Мне было не до его приставаний. Да и, если честно, они уже давно раздражали.

— Илья, пусти, — я снова надавила рукой ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но сил не хватило. — Мы… в коридоре. Вокруг полно людей.

— Да и плевать, — нагло опустив мою руку, он прильнул и впился в мои губы. Вторая рука опустилась еще ниже, коснулась бедра. От этого меня пробрало. Я ощущала уже не раздражение, а самое настоящее отвращение. Хотелось закричать, попросить помощи, позвать Макса.

Когда поцелуй закончился, Илья сам слегка отстранился, разглядывая меня. Он сжал пальцы на моем бедре сильнее и поднял руку повыше, забравшись уже под юбку.

— Слушай, я тут подумал, может, сегодня ко мне залетим? Вечер свободный.

В его словах, в прикосновениях, во всем, что касалось меня не было ни капли любви или хотя бы романтики. Лишь грязная, отвратительная похоть. Когда рука Ильи поднялась еще выше и уже почти коснулась моих трусов, я не сдержалась. По телу прокатилась волна мурашек. Я зажмурилась, с силой оттолкнула его от себя и, поддавшись инстинктам, замахнулась и отвесила пощечину.

Моя ладонь загорелась огнем. В коридоре вокруг нас мгновенно повисла тишина. Несколько проходящих мимо студентов остановились, с любопытством уставившись на происходящее. Илья тоже замер, уставившись на меня с круглыми глазами. Он медленно поднял руку и коснулся собственной щеки. Вся его напускная крутость и игривость исчезли без следа. Лицо исказила злобная гримаса. Его публично ударила девчонка, что не могло не сказаться на раздутом эго.

— Совсем уже крыша поехала?! — рявкнул он.

Мне стало страшно. Я уже сама вжалась в стену, тяжело сглотнув.

— Не трогай меня! — выпалила дрожащим голосом. — Ты ведешь себя как животное!

Илья злобно оскалился. Он больше не пытался казаться хорошим парнем.

— Да пошла ты! — бросил он с нескрываемым презрением. Его голос разнесся по коридору, так что слышали все вокруг. — задрала уже. Строишь из себя невинную овечку, ломаешься, а сама от парня к парню бегаешь.

— Что… что ты несешь?!

— А я не прав? — усмехнулся Илья, глядя мне в глаза. — Бросила своего ботаника, прибилась ко мне, а теперь снова к нему руки тянешь. Думаешь, я слепой? Что, не понравилось здесь, решила на прошлого запрыгнуть?

Его слова ударили меня прямо в сердце. И все потому, что в них была доля правды, от которой я так отчаянно отмахивалась.

— Заткнись! — крикнула я, не сдержавшись.

— Да кому ты нужна с такими закидонами, — Илья взглянул на меня с презрением, наконец отступив окончательно. — Я с тобой возиться не собираюсь. Другим на мозги своими истериками и шлюшьими повадками капай.

Он развернулся и пошел прочь, грубо расталкивая плечами зевак. Я осталась стоять у стены, тяжело дыша. На меня смотрели десятки пар глаз. Кто-то шептался, кто-то откровенно ухмылялся. Мои щеки горели от стыда и унижения. Не в силах вынести этот позор, я опустила голову, прорвалась сквозь толпу и побежала в сторону женского туалета. Отношения, ради которых я разрушила свою спокойную, счастливую жизнь с Максом, продлились около месяца и закончились грязным, публичным скандалом.

Я влетела в туалет, заперлась в кабинке и разрыдалась. Слезы текли непрерывным потоком, размазывая тушь и оставляя черные дорожки на щеках. Илья оказался козлом. Сказать такое при всех… Хотя, и я не лучше. Он ведь прав. Действительно прав.

Когда прозвенел звонок, я заставила себя встать. Вышла к раковине, умылась ледяной водой, пытаясь снять красноту с глаз. Кое-как подправила макияж и с каменным лицом отправилась на оставшиеся пары. Но стоило выйти в коридор, как до меня снова добралось чужое шептание. Поздравляю, Алина, прославилась так прославилась.

И все же это меня не волновало. В голове билась только одна мысль — после пар я найду Макса и поговорю с ним. Он добрый, он поймет. Всегда меня понимал. Я просто поплачусь ему, извинюсь за все, и мы сможем…

А что сможем?

Я и сама не знала ответа на этот вопрос. Мне просто хотелось увидеть его.

***

Как только закончилась последняя пара, я бросилась к главному входу. Стояла на крыльце, вглядываясь в толпу выходящих студентов. Прождала почти сорок минут, продрогнув на осеннем ветру. Но Макса нигде не было.

«Наверное, он ушел раньше», — с тоской подумала я, кутаясь в куртку.

Осознание того, что я осталась совсем одна, окончательно добило меня. Я побрела к станции метро, машинально приложила карту, спустилась на эскалаторе и зашла в вагон. Людей было много, но я умудрилась втиснуться в угол у дверей. Поезд тронулся, мерно стуча колесами. Я закрыла глаза и вдруг вспомнила, как мы с Максом ездили так же по утрам от его дома. Он всегда вставал так, чтобы загородить меня от толпы, создавая безопасное пространство. Вспомнила, как мы возвращались вечерами тем же маршрутом, уставшие, но счастливые. Как я опускала голову ему на плечо, а он тихонько перебирал мои волосы или мы слушали одну музыку на двоих через его наушники.

Я прокручивала в голове весь этот год. Где я ошиблась? В какой момент мне показалось, что спокойствие и надежность — это синонимы скуки? Почему решила, что мне нужны американские горки эмоций, которые в итоге разбили меня? Я все никак не могла поверить, что Илья оказался таким уродом. Насколько нужно быть слепой, чтобы не разглядеть за его внешностью обычного бабника.

Мои мысли, полные яда и сожалений, плавно перетекли на нее. Ника… Она бесила меня одним своим существованием. Бесило то, как она появилась из ниоткуда и заняла мое место. Бесило, что она, судя по всему, оказалась умнее меня, раз сумела разглядеть в Максе то, что я воспринимала как должное. Я ненавидела ее за то, как она смотрела на него в столовой. За то, как защищала его от Ильи. За то, что сейчас, возможно, они проводят время вместе, пока я еду в душном вагоне метро, глотая слезы.

Вернувшись в свою пустую квартиру, я даже не стала включать свет в прихожей. Сбросила куртку на пол, скинула обувь и прошла прямо в ванную. Включила воду, разделась и забралась. Просидела в горячей воде больше часа, смотря в одну точку на кафельной стене. А как вода окончательно остыла, вылезла, завернулась в халат и перебралась на кровать. Здесь было совсем не легче, все напоминало о прошлом. Я ведь даже нашу с Максом фотографию из рамки не вытащила. Так и стоит на полке, глядя на меня с жалостью.

Я не знала, как стоит поступить. Одна половина меня внутри кричала о желании написать ему. Вторая же, подкрепленная гордостью, намертво сковывала пальцы. Я не хотела выглядеть жалкой. К тому же, где-то глубоко внутри я прекрасно понимала — Макс не дурак. Тогда, в столовой, он смотрел на меня не так, как смотрят на близкого человека.

Но я должна была попытаться сделать хоть что-то. Хоть как-то зацепиться за него. Я все-таки потянулась за телефоном, открыла социальные сети, вбила в поиск имя. Страницу Ники найти труда не составило. Я принялась изучать ее профиль.

Какой-то заумный статус, множество фотографий с приписками. Вот она с друзьями в каком-то походе без грамма макияжа. Сидит у костра, смеется. Вот стоит на фоне университета с каким-то сертификатом. Вот сидит в кафе с чашкой в руках, над которой возвышается горка пены. Ее посты были наполнены легкой иронией и искренностью. У нее почти не было комментариев с лайками, в профиле всего парочка друзей. Но ей, похоже, было плевать на это. Она не выставляла напоказ тело, не делала губы уточкой. Она была… настоящей. От этого мне стало еще хуже. Я искала изъяны, чтобы успокоить себя, но не могла найти.

Время близилось к десяти часам. Нервное напряжение, копившееся во мне весь день, достигло своего пика. Тишина в квартире стала невыносимой. Я больше не могла бороться с собой. Я открыла контакты, нашла его номер, мой палец завис над кнопкой вызова. Сердце бешено колотилось.

«Я просто хочу поговорить. Просто услышать его голос, узнать, как прошел его день. Я имею на это право, как подруга», — в сотый раз пронеслось у меня в голове.

Я нажала на зеленую трубку и поднесла телефон к уху. Пошли гудки. Один, долгий, протяжный, второй, третий. Я задержала дыхание, представляя, как он сейчас сидит у себя в комнате, берет телефон, видит мое имя…

И тут звук резко оборвался. В динамике раздались короткие, равнодушные гудки. Я отняла телефон от уха и посмотрела на экран. Вызов завершен. Он не просто не взял трубку, он сбросил меня. Осознанно нажал на красную кнопку. Этот звук стал последней каплей. Он ударил по мне больнее, чем пощечина, больнее, чем слова Ильи. Максим, который раньше срывался по первому моему звонку в любое время дня и ночи, теперь просто не желал меня слышать.

Я с силой швырнула телефон на кровать и уткнулась лицом в подушку, стиснув зубы, чтобы не закричать. Меня захлестнула паника, смешанная с яростью. Я теряла контроль. Моя жизнь, еще недавно выстроенная по четкому сценарию, теперь трещала по швам. И Максим был единственным человеком, который всегда был готов поймать меня.

«Нет, так не пойдет», — я резко поднялась, села на кровати, вытирая слезы, выступившие на глазах.

Моя гордость была растоптана, но на ее место пришло упрямство. Я решила, что завтра же, чего бы мне это ни стоило, поговорю с ним. Не буду бегать по универу, просто подожду после пар. А если не получится поймать его там, поеду к нему домой. Ему придется открыть, придется выслушать меня.

Я продолжала твердить себе, что делаю это как подруга. Что просто хочу закрыть гештальт, извиниться за все и убедиться, что у него все хорошо. Но в глубине души, в той темной части себя, куда я боялась заглядывать, я понимала правду. Мне не нужна была дружба. Я хочу вернуть то, чего лишилась по собственной глупости.

Я не привыкла отступать, не отступлю и сейчас. Я верну Макса, даже если придется разрушить жизнь этой Ники.

Глава 13 - Начало отношений

Проснувшись раньше обычного и потянувшись, я перевернулся на спину, уставившись в потолок. Зрение потихоньку начало фокусироваться, выхватывая из полумрака знакомые трещинки. Зевнув и протянув руку, я нащупал телефон под подушкой. В первую очередь взглянул на часы — до будильника еще семь минут — а затем заметил висящее уведомление. Ника. Приподнявшись, я разблокировал телефон.

«Доброе утро! Буду ждать тебя на станции у выхода к универу. Не проспи, соня :)»

Сонливость сняло как рукой, губы сами собой растянулись в улыбке. Я быстро набрал ответ, отбросил телефон на кровать и вскочил на ноги. Не ожидал, что Ника сама предложит встретиться до занятий, но это меня порадовало. Сборы, которые обычно занимали у меня кучу времени и сопровождались ленивым шатанием по квартире, сегодня прошли в рекордные сроки. Я принял душ, наскоро выпил кофе, оделся и выскочил за дверь. Поездка в метро, обычно раздражающая своей толкучкой и шумом, сегодня казалась мне вполне терпимой. Я стоял, прислонившись к дверям вагона, слушал стук колес и прокручивал в голове вчерашний вечер. Ее согласие, наш поцелуй на смотровой площадке, то, как мы пили кофе у нее на кухне. Все это казалось каким-то нереальным, слишком хорошим, чтобы быть правдой.

Когда поезд, наконец, затормозил на нужной станции, я вышел на перрон и сразу же начал сканировать толпу. Заметил ее почти мгновенно. Ника стояла у колонны, немного в стороне от основного потока спешащих людей. Она была в своем привычном, очаровательном образе: темная юбка в клетку, светлая блуза, поверх которой было накинуто пальто, и кожаная сумка на плече. Она сосредоточенно смотрела в экран телефона, слегка хмуря брови. Стоило мне сделать пару шагов в ее сторону, как она словно почувствовала мой взгляд.

Ника подняла голову, ее глаза пробежались по толпе и безошибочно выцепили меня. Лицо мгновенно озарилось улыбкой. Она спрятала телефон в карман и сделала шаг мне навстречу. Я подошел к ней вплотную. Никаких неловких пауз, никаких сомнений в том, как правильно поздороваться. Просто опустил руки на талию, притянув девушку к себе. Ника не отстранилась, коснулась моих плеч. В ее глазах — как и в моих — читалась искренняя радость от встречи.

— Доброе утро, — тихо сказала она.

— Доброе, — ответил я, и мы одновременно потянулись друг к другу.

Поцелуй был коротким, но невероятно теплым. Я почувствовал вкус ее помады, знакомый аромат духов. Люди проходили мимо, кто-то спешил на работу, кто-то на пары, но нам было все равно. Когда мы поднялись на улицу, я, совершенно не задумываясь, взял девушку за руку, переплетя наши пальцы. Ника сжала мою руку в ответ.

— Ты не поверишь, что я вчера увидела перед сном, — оживленно начала она, когда мы свернули на аллею, ведущую к универу. — Листала ленту и наткнулась на ролик по игре, в которую мы у тебя играли.

— Продолжай, — посмеялся я.

— Так вот, студия выпускает ремейк, представляешь? На новом движке! Там переработали графику, и, судя по трейлеру, они немного отошли от оригинального сюжета, добавили новые локации и альтернативные концовки.

Взглянув на девушку, я заметил в ее глазах неподдельный азарт. В голове пронеслась мысль — как же здорово вот так идти и просто обсуждать все на свете. Сразу вспомнилось, как мы ходили вместе с Алиной. Она не интересовалась новинками в сфере кино или игр. Всегда закатывала глаза и меняла тему, стоило мне начать. Раньше я этого не замечал.

— Слушай, — я чуть сжал ее ладонь. — Раз такое дело, давай, как состоится релиз, купим и пройдем ее. Закажем пиццу, устроим день игр.

— Договорились!

Этот разговор был таким простым, таким обыденным. Мы не пытались впечатлить друг друга, мы просто были собой. Когда дошли до универа и зашли в главное здание, коридор уже был забит. Студенты толпились у расписания, кто-то пил кофе из автоматов. Мы шли прямо сквозь толпу, все так же держась за руки. Я ловил на себе удивленные взгляды некоторых знакомых с потока, но не обращал на это особого внимания.

Мы дошли до центральной лестницы, где наши пути расходились. Ника сразу поднялась на одну ступень, оказавшись со мной на одном уровне.

— Мне на третий этаж. Первой парой лингвистка, — девушка вздохнула, поправив лямку сумки на плече.

— Спишемся после второй пары.

Она кивнула, подалась вперед и чмокнула меня в щеку. А затем поднялась выше и, помахав, растворилась в толпе студентов. Я проводил ее взглядом, чувствуя, как на лице снова застывает улыбка, развернулся и направился к своей аудитории. Шел, погруженный в мысли о Нике, как вдруг из-за угла вырулила шумная компания.

Парни из университетской сборной по баскетболу. Как и всегда, они громко ржали, обсуждая какую-то предстоящую вечеринку, толкали друг друга, вели себя так, словно весь коридор принадлежал им. В центре этой компании шел Илья. Я машинально замедлил шаг, но мое внимание привлек не его вид. Он шел не один, обнимал за талию какую-то высокую блондинку с ярким макияжем. Она смеялась над каждой его шуткой, прижимаясь к нему.

Наши взгляды с Ильей пересеклись. Он на долю секунды перестал ухмыляться. В его глазах мелькнуло узнавание, а затем какое-то странное, враждебное напряжение, словно он ждал, что я что-то скажу или сделаю. Я не почувствовал вообще ничего. Ни злости, ни раздражения. Для меня Илья был пустым местом, который не имеет к моей жизни никакого отношения. Я спокойно перевел взгляд и прошел мимо их компании, не сбавляя шага.

По закону подлости, прошлое иногда пытается напомнить о себе, но сейчас я понял главное: оно больше не имеет надо мной власти. Я встретил Нику, и больше не хотел возвращаться к тому, что было.

***

Первые две пары пролетели удивительно быстро. Графики, экономические теории и скучные лекции преподавателя проходили мимо моего сознания. Я просто ждал перерыва. Как только прозвенел звонок, я вышел в коридор. Ника уже ждала меня у лестницы.

— Ну что, в столовую? — спросил, подойдя к ней. — Или заглянем в магазинчик?

Но Ника отрицательно покачала головой. В ее глазах плясали странные, хитрые искорки. Она похлопала по своей сумке, задрав нос.

— А вот и нет. Сегодня у нас нормальная еда, — она расстегнула молнию и немного приоткрыла ее, демонстрируя мне два больших пластиковых контейнера и термос. — Вчера не спалось, вот и решила приготовить побольше. Пошли на крышу? Там сейчас должно быть тихо.

Услышав о крыше, я неосознанно вспомнил все, что меня с ней связывало. Но, взглянув на Нику, тут же избавился от этих мыслей. Она стояла передо мной, обнимая свою сумку с домашней едой, и смотрела на меня с заботой.

— На крышу так на крышу, — я улыбнулся, почувствовав, как напряжение отпускает. — Если так подумать, я ведь еще не пробовал твоей еды.

— Вот и оценишь, — девушка взяла меня за руку и потащила за собой. Мы поднялись на самый верхний этаж, толкнули железную дверь и вышли на открытый воздух. На крыше действительно никого не было. Осеннее солнце, пробившееся сквозь облака, немного прогрело каменный пол.

Мы прошли к стене, которая защищала от сквозняков, и уселись на сумки. Ника открыла контейнеры. В одном из них было картофельное пюре, в другом мясные тефтели в томатном соусе и свежий овощной салат. Она налила горячий чай в крышку термоса и протянула мне пластиковую вилку.

— Пробуй, — скомандовала она, ожидая реакции.

Я наколол тефтелю, отправил ее в рот и закрыл глаза. Но уже в следующую секунду снова уставился на девушку. Это было не просто вкусно, а невероятно вкусно. Нежное мясо, пряный соус с кислинкой.

— Ника, — я прожевал и посмотрел на нее с серьезным видом. — Если ты будешь так кормить меня каждый день, я потащу тебя в загс.

Она покраснела, и сразу же рассмеялась, стерев подступившую слезинку.

— Ешь давай, Ромео, — пробормотала она, взявшись за второй контейнер.

Мы сидели на крыше, ели домашнюю еду, пили горячий чай из одной кружки и болтали. В какой-то момент я замолчал, наслаждаясь вкусом еды, и поймал на себе взгляд Ники. Она отложила контейнер и, подтянув колени к груди, просто смотрела на меня. В ее глазах читалось такое удовлетворение. Ей было приятно видеть, как я с аппетитом уплетаю то, что она приготовила.

Когда прозвенел звонок на следующие пары, мы собрали пустые контейнеры и снова разошлись по аудиториям, договорившись встретиться после занятий. Правда, я так и не смог сосредоточиться. Но теперь из-за набитого живота.

***

Как пары кончились, мы пересеклись в холле. План на вечер был продуктивным: пойти в библиотеку и наконец добить курсовые работы, которые мы оба немного забросили в последние дни. Мы уже направились к выходу, как вдруг Ника резко остановилась. Она нахмурилась, быстро скинула сумку с плеча и начала лихорадочно рыться в ней, перебирая тетради.

— Вот же… блин, — цыкнула девушка, закусив губу.

— Что случилось? — я подошел ближе, заглядывая в недра ее бездонной сумки.

— Методичка, — она вздохнула, подняв на меня глаза. — Я оставила дома методичку по зарубежке. Без нее толку от моей подготовки.

Она расстроенно закрыла сумку, вернув ее на плечо.

— Какая именно методичка? Автор Никифоров? Зеленая такая обложка, выпуск прошлого года? — уточнил я.

— Да, она самая, — Ника удивленно моргнула. — Откуда ты знаешь?

— Потому что я в прошлом году помогал парню с филфака оформлять по ней реферат. У меня дома такая есть.

Ника замерла, расстройство на ее лице мгновенно испарилось. Вместо него появилась хитрая, почти коварная ухмылка. Она чуть склонила голову набок, глядя на меня.

— То есть… — протянула девушка бархатным голосом, шагнув ко мне. — Единственный способ сегодня поучиться вместе — поехать к тебе? Приглашаешь в гости?

— Буду рад, если согласишься.

— Раз так, я в твоем распоряжении, — Ника взяла меня под руку, посмеявшись.

Выйдя из главного здания, я по привычке потянулся к телефону, но стоило встретиться с Никой взглядом, как сразу отдернул руку. Снова ведь отчитает за то, что деньги впустую трачу, да и торопиться нам некуда. Мы направились к станции. Поездка заняла около получаса, но это время пролетело незаметно. Мы заняли место в углу вагона. Из-за толкучки я встал перед девушкой и уперся рукой в стену, создавая небольшой островок безопасной зоны. Правда, стоило взглянуть на Нику, как заметил ее смущение. Для меня же это было привычным жестом.

Добравшись до нужной станции и дойдя до квартиры, я открыл дверь, пропустив Нику вперед.

— Располагайся. Чувствуй себя, как дома, — сказал, снимая куртку.

Ника разулась, аккуратно поставила свои ботинки рядом с моими кроссовками и прошла в мою комнату. Я отправился на кухню, чтобы поставить чайник, а когда вернулся с двумя кружками, застал интересную картину. Ника не стала садиться на кровать или в кресло. Она бесшумно шагала по моей комнате, убрав руки за спину. Разглядывала все вокруг с каким-то невероятным любопытством.

Вот она остановилась у моего стеллажа с книгами, пробежалась взглядом по корешкам. Затем подошла к рабочему столу, посмотрела на мои чертежи и графики, приколотые к доске. Задержала взгляд на приоткрытом шкафу. Я прислонился плечом к дверному косяку, держа в руках кружки, и с легкой улыбкой наблюдал за ней.

— Ты ведь здесь уже была, — произнес почти через минуту.

Она вздрогнула от неожиданности, повернулась ко мне и смущенно улыбнулась. Не стала опускать руки, так и оставив их за спиной, и немного покачалась на пятках.

— Была, — согласилась Ника, подойдя ближе. — Но в прошлый раз я не обращала внимания на детали. Комната друга не манит так, как комната моего парня.

Ее слова тронули меня. Она так спокойно говорила, что хочет узнать меня, интересуется моей жизнью. Улыбнувшись, я подошел к столу, поставил кружки, а затем повернулся к ней, притянул к себе и поцеловал. Ника раскрыла глаза, но тут же расслабилась, ответив взаимностью.

— Добро пожаловать, — прошептал я после поцелуя.

Пока Ника устраивалась за столом и раскладывала учебники, я залез в интернет и заказал суши. Девушка, конечно, согласилась, но добавила, что в следующий раз сама что-нибудь приготовит. На этом и договорились. Устроившись рядом с Никой, я протянул ей методичку. Сначала мы взялись за общий материал, чтобы влиться в работу. В какой-то момент я опустил руку вниз, под стол, просто чтобы дать ей отдохнуть. И вдруг почувствовал тепло. Ника, не отрывая взгляда от текста методички и продолжая писать правой рукой, также опустила левую под стол. Ее пальцы скользнули по моей ладони, мягко раздвинули мои пальцы и переплелись с ними.

Я замер, перевел взгляд на нее. Заметив это, Ника тихо ухмыльнулась, продолжая делать вид, что усердно учится, но смущение на щеках выдавало ее. Улыбнувшись, я тоже вернулся к материалу. Мы работали, читали тексты, обсуждали разные примеры, и все это время продолжали касаться друг друга. В этом простом жесте было столько любви, что голова шла кругом. Я в очередной раз убедился, как же мне повезло.

Глава 14 - Соперница

Алина

В тот же день

Пары сегодня тянулись мучительно долго. Я сидела на лекциях, исписывая лист за листом. Заставляла себя смотреть на доску, записывать за преподавателем каждое слово, ни с кем не разговаривала на перерывах. Мне нужно было постараться, набраться смелости. Я выстроила в голове идеальный план. Все, что мне было нужно — выловить Макса после последней пары в коридоре или на крыльце университета. Я подойду к нему с виноватой улыбкой, извинюсь за тот звонок, скажу, что мне было очень плохо, попрошу о разговоре. Но у судьбы, видимо, были свои планы на этот день.

Когда прозвенел последний звонок и я уже забросила тетради в сумку, готовая сорваться с места, раздался голос нашего куратора, Виктора Павловича.

— Алина, задержитесь, пожалуйста. Нам нужно обсудить вашу курсовую работу, у вас там серьезные проблемы с оформлением.

Я замерла, чувствуя, как внутри все скручивается.

— Виктор Павлович, я очень спешу. Может, завтра? — попыталась я выдавить из себя умоляющую улыбку.

— Завтра я уезжаю на конференцию. Садитесь, Алина. Это займет десять минут.

Конечно же, десять минут растянулись на целый час. Я сидела перед его столом, кивала, делала какие-то пометки в черновике, а сама чувствовала, как нарастает раздражение. Стрелки настенных часов двигались с безжалостной медлительностью. Я знала, что Макс не будет ждать меня. Знала, что с каждой минутой он все дальше.

Когда я наконец вырвалась из аудитории, коридоры университета были уже пусты. Я пробежалась по этажам, заглянула в столовую, выскочила на улицу. Никого.

— Ушел, — произнесла со вздохом, спустившись с крыльца.

Здравый смысл шептал: иди домой, Алина, попробуешь завтра. Ты и так выглядишь измученной. Но он проиграл эту битву еще в момент, когда Макс сбросил мой вызов. Во мне кипело упрямство, я не могла ждать до завтра. Мне казалось, что если не увижу его сегодня, если не поговорю с ним прямо сейчас, невидимая нить, все еще связывающая нас, порвется окончательно.

Я достала телефон и открыла приложение такси. Мои пальцы, слегка подрагивая, вбили до боли знакомый адрес. Машина приехала быстро. Я забралась на заднее сиденье и отвернулась к окну. Всю дорогу прокручивала в голове предстоящий разговор. Репетировала его, как актриса перед выходом на сцену.

«Привет, Макс. Прости, что без предупреждения. Я просто оказалась в твоем районе…» — нет, звучит фальшиво. Он знает, что я живу на другом конце города.

«Макс, нам нужно поговорить. Меня пугает то, что между нами происходит…» — слишком драматично и открыто.

В итоге я решила занять непробиваемую дружескую позицию. Приду к нему как старая знакомая, спрошу, как у него дела, поинтересуюсь учебой. А затем, как бы невзначай, расспрошу о Нике. Скажу, что видела их вместе, что просто волнуюсь за него, потому что он слишком доверчивый и быстро привязывается к людям.

Но сквозь этот рациональный расчет то и дело прорывались совершенно другие мысли. Я представляла, как он откроет дверь, как я посмотрю в его глаза, и как вся эта шелуха слетит с меня. Я хочу броситься ему на шею, хочу вдохнуть родной запах, хочу прижаться к нему и закричать, что я совершила самую чудовищную ошибку в своей жизни.

Я мотнула головой, отгоняя эти мысли. Нет, нельзя показывать слабину. Только холодный рассудок и маска заботливой подруги.

***

Минут через двадцать такси остановилось у знакомого подъезда. Я расплатилась, вылезла из машины и поежилась от вечернего холода. А затем подняла голову, отыскав взглядом нужные окна. Свет горит, он дома. Сердце забилось быстрее. Я подошла к подъезду, ввела заученный код от домофона и заскочила внутрь. Была на таком адреналине, что даже не стала ждать лифта, просто пробежалась по ступеням, сбивая дыхание. Каждый пролет напоминал мне о прошлом. Я знала в этом подъезде каждую трещинку. Это была моя территория.

Добравшись до нужного этажа и остановившись у двери, я тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Спокойно, Алина. Я — подруга. Пришла с миром, и не важно, что на часах уже седьмой час.

Протянув руку, я нажала на звонок. За дверью раздалась знакомая мелодия. А затем послышались шаги, заставившие меня замереть. Моя улыбка стала чуть шире. Сейчас он откроет дверь, удивится, но впустит меня. Не оставит же стоять здесь. А если и не впустит, мы сможем поговорить на лестничной клетке.

Когда замок щелкнул, и дверь начала открываться, я приготовилась произнести заготовленное: «Сюрприз!», но слова так и не сорвались с языка. На пороге стоял не Макс. Передо мной возникла Ника. Моя отрепетированная улыбка мгновенно сползла с лица. На ней не было куртки или уличной обуви. Она стояла передо мной в своей обычной блузе с юбкой. Но больше поражало не это. Ее волосы растрепались, на ногах красовались знакомые мне тапочки, а на лице застыла небрежная улыбка. Она выглядела такой расслабленной, словно жила здесь уже много лет.

Ника тоже не ожидала такой встречи. Узнав меня, она расширила глаза, вскинула бровь. Мы обе замерли, глядя друг на друга в полном молчании. И в эту секунду из глубины квартиры раздался мужской голос:

— Ника, это доставка? — крикнул Максим.

В его голосе совершенно не было напряжения. Он обращался к ней так, как раньше обращался ко мне, и это ранило больнее всего.

— Нет. Подожди минутку, я сейчас вернусь, — Ника ответила ему, но так и не отвела от меня взгляда. А затем перешагнула через порог и, прикрыв дверь, скрестила руки на груди. Ее лицо приобрело спокойное, непроницаемое выражение.

Ступор, сковавший меня, наконец начал отступать, уступая место ярости. Какое право эта девица имеет закрывать передо мной дверь в квартиру Макса?! Я попыталась взять себя в руки, вспомнила свой изначальный план.

— Привет, — выдавила из себя снисходительную улыбку, стараясь звучать максимально спокойно, хотя мой голос слегка дрожал от напряжения. — Я… я пришла к Максу, хочу поговорить с ним. Позови его, пожалуйста.

Ника даже не шелохнулась. Она смотрела на меня так, словно видела насквозь. Видела всю ту ложь и отчаяние, которые я пыталась скрыть за этой кривой улыбкой.

— Привет, Алина, — произнесла она спокойно, без единой нотки истерики или злости. — Не позову. И внутрь тебя не пущу.

Ее прямой отказ ощутился, как хлесткая пощечина. Моя маска дружелюбия затрещала по швам.

— Как тебя понимать? — сдерживала я злость из последних сил. — Макс… он мой друг. Я имею полное право…

— Имеешь, но не сейчас, — перебила она меня, не сводя пронзительного, такого бесячего взгляда.

Вздохнув, я снова постаралась успокоиться и найти в себе силы не сорваться на крик.

— Скажи, — решила спросить прямо, — вы… встречаетесь?

— Да, встречаемся, — ответила она мгновенно.

Где-то в глубине души я уже и сама знала ответ, но боялась услышать его. Однако и сдаваться не собиралась. Обида внутри требовала крови. Я решила ударить по самому больному — по женской гордости.

— Надо же, как быстро, — усмехнулась я, глядя на Нику. — Но неужели ты настолько в себе не уверена, что боишься пустить меня на порог? Не доверяешь ему? Повторюсь, я пришла, как подруга, можешь расслабиться.

Я ожидала, что мои слова заденут ее, что она начнет злиться, психанет. Истерика была бы сейчас кстати. Если Макс услышит перепалку, он обязательно выйдет. Но, к моему удивлению, Ника вообще никак не отреагировала. Она не разозлилась, не покраснела. Ее лицо осталось таким же спокойным.

— Все сказала? — произнесла она со вздохом, будто устала от моего присутствия. — Дело не в ревности, Алина, а в личных границах.

— В личных… да о чем ты вообще?! — цыкнула я, чувствуя, как руки начинают дрожать все сильнее.

— Не понимаешь? Я объясню. Ты пришла вечером, без звонка, без предупреждения, домой к моему парню. Уверена, у тебя не случилось ничего, что потребовало бы личной встречи. А вот у нас запланированы свои дела.

— Но…

— Как его девушка, — продолжила Ника, — я имею полное право не впускать тебя, чтобы не портить наш вечер.

Слушая ее и стараясь унять дикое сердцебиение, я вдруг поняла, что у меня закончились аргументы. Больше всего раздражало, что Ника была права. Будь я на ее месте, тоже не обрадовалась бы такому визиту. И все же…

— И что, вот так прогонишь? Я ведь могу ему просто написать или позвонить.

— Стоило изначально так поступить.

— Чего…

— Послушай, — она снова вздохнула и взглянула на меня, как на какую-то дурочку, — я доверяю Максиму и, если ты позвонишь ему или выловишь в универе, сгорать от ревности не стану. Это просто глупо.

— Глупо? — повторила я за ней, сглотнув. — Ты ведь знаешь, что мы встречались?

— И что с того? Я теперь должна ненавидеть тебя? Или, может, бояться? Если человек влюблен, он не предаст доверия партнера так просто.

Последние ее слова оказались самыми болезненными. Не знаю, в курсе ли она, как я разорвала наши отношения, но попала в самую точку.

Не успела я придумать ответ, как Ника добавила:

— Я сообщу Максу о том, что ты приходила, можешь не волноваться. Захочешь поговорить — напиши ему, позвони или найди встречи завтра. Уверена, если ему будет что сказать, он не откажет. А сейчас Макс только мой. Уходи.

— Я… поняла тебя.

Она кивнула, развернулась и уже открыла дверь, как вдруг снова взглянула на меня.

— И еще, Алина, простой совет. Хорошенько подумай, что ты делаешь.

После этих слов она зашла в квартиру, закрыв за собой дверь. Замок провернулся, я осталась стоять на лестничной клетке, полностью раздавленная. На глаза сразу начали наворачиваться слезы. В этот момент я была уверена лишь в одном — я ненавижу ее. Ненавижу так, как никогда и никого не ненавидела. Она говорила со мной, как с ребенком, которому пытаются объяснить, что хорошо, а что плохо. Совершенно ни во что не ставила.

Простояв на месте с минуту, я все же развернулась и направилась вниз. А как вышла на улицу, подняла голову, прикрыв глаза. Несколько обжигающих слезинок скатились по щекам. Я проиграла эту битву. Ника защитила свою территорию, выставив меня, как какую-то помеху. Она четко обозначила свой статус и дала понять, что Макс теперь ее. И самое обидное — она имела полное право на каждое сказанное слово.

Но, эта встреча принесла мне не только горечь. Глядя на серое небо, я чувствовала, как на смену отчаянию приходит уверенность, подкрепленная злостью. Ника сама сказала, что не будет против, если мы с Максом встретимся и поговорим. А это значит, что у меня есть шанс.

«Думаешь, что победила, — пронеслось в моей голове. — Я докажу, что не стоит меня недооценивать».

Сегодня я проиграла, но сдаваться не планирую. Завтра найду Макса в универе, и тогда между нами уже не будет ни закрытой двери, ни этой Ники.

Глава 15 - Короткий разговор

Вчерашний вечер оставил после себя согревающее послевкусие. Мы с Никой отлично провели время. Сидели за моим столом, грызли гранит науки, периодически сражались на палочках за самый вкусный ролл, смеялись. Но был в этом вечере один момент, который меня искренне удивил.

Еще до того, как привезли еду, по квартире разнесся звон. Я был уверен, что это курьер. Ника вызвалась открыть. Она вышла в прихожую и, сказав, что это не еда, вышла на лестничную клетку. Я хотел выйти и убедиться, что все хорошо, но, услышав женские голоса, не стал вмешиваться. Когда она вернулась в комнату, на лице была улыбка, а в глазах читалась какая-то твердая решимость. Она села рядом со мной, открыла книгу и как бы невзначай произнесла:

— Алина приходила.

Я тогда замер с ручкой в руке. Мой мозг попытался обработать эту информацию. Алина? Пришла ко мне домой вечером? Зачем?

— Уже ушла? — спросил я, взглянув на девушку.

— Ага, — Ника пожала плечами. — Я ее не впустила. Сказала, что мы заняты. Надеюсь, ты не злишься, что я хозяйничаю на твоей территории?

Я смотрел на свою девушку, на ее спокойствие, милую улыбку, легкую беспечность. Она совершенно не напряглась из-за таких гостей. Мало того, еще и развернула Алину. В голове пронеслась мысль, что я искренне рад, как она поступила. Рад, что взяла на себя инициативу и избавила меня от необходимости портить этот вечер ненужным общением.

— Ты хотела сказать на нашей территории? — произнес я с улыбкой.

Ника взглянула на меня и, ответив такой же теплой улыбкой, подсела ближе. Позже, глубоким вечером, я посадил Нику в такси у своего подъезда. Мы долго стояли у машины, не желая расставаться. Напоследок поцеловались, а как ее такси скрылось за поворотом, я вернулся в квартиру. Лег на кровать, закинув руки за голову.

В какой-то момент я проверил телефон, но никаких уведомлений не было. Мне было интересно. Не больно, не тоскливо, а именно интересно. Зачем приходила Алина? Что такого срочного могло случиться? Забив на это, я пожелал Нике спокойно ночи, получил милый ответ и быстро заснул.

***

Утро началось так же, как и прошлое. Я быстренько собрался и покинул квартиру. Мы с Никой встретились на станции метро, обнялись, словно не виделись целую вечность, и вместе пошли в универ. По пути девушка рассказала о том, что нашла классную песню. Мы сунули в уши по одному наушнику и просто наслаждались треком, держась за руки. А как добрались до универа, пришлось расстаться.

Первые две пары пролетели для меня незаметно. Я был в приподнятом настроении, усердно учился и даже заработал пару плюсов. Когда прозвенел звонок на большой перерыв, мы с Никой снова встретились у лестницы. Девушка приготовила обед на двоих, и мы отправились на нашу крышу. Погода сегодня была чуть более пасмурной, но нам было все равно. Мы сидели у стены, ели горячую, домашнюю пасту из контейнеров, смеялись над каким-то видео и обсуждали планы на выходные. Я смотрел на то, как ветер треплет ее волосы, как она жмурится от редких лучей солнца, и понимал, что мне невероятно спокойно. Впервые за долгое время я не ждал подвоха от жизни.

После перерыва мы снова разошлись на последние пары, договорившись встретиться у выхода. А как и они подошли к концу, я сразу направился к главным дверям. Встал у стены, сунул руки в карманы и начал высматривать знакомую фигуру. Но вскоре мой взгляд выцепил другого человека. Алина. Она стояла неподалеку и явно занималась тем же, что и я. Когда наши взгляды пересеклись, девушка тут же улыбнулась и быстрым шагом направилась ко мне. Я мысленно вздохнул. Избежать этого разговора, видимо, было невозможно. Ей точно было что-то нужно.

Алина подошла ближе. Она была при полном параде: яркий макияж, уложенные волосы, стильное пальто. Но взгляд казался мне каким-то уставшим, потерянным.

— Максим! Привет, — она остановилась в полуметре от меня, убрав за ухо прядь волос. — Наконец нашла тебя. Давно хочу поговорить, но все никак не получалось…

Не успела она закончить, как мой телефон выдал тихий звук уведомления.

— Погоди секунду, — произнес я и достал мобильнику, не обращая внимания на повисшую паузу. Пришло сообщение от Ники.

«Прости, я застряла у препода. Придрался к оформлению. Буду минут через десять».

Я быстро пробежался пальцами по клавиатуре. У меня и в мыслях не было что-то от нее скрывать.

«Подожду у главного выхода. Кстати, я тут с Алиной случайно пересекся. Сказала, что хочет поговорить.»

Честно, я думал, что Ника начнет волноваться или разозлится. Но в ее мгновенном ответе не было и намека на подобное.

«Хорошо. Поболтайте пока. Я постараюсь не задерживаться ;)»

Я непроизвольно улыбнулся. Она не просто осталась спокойна, она показала мне свое полное доверие, и для меня это значило многое. Сунув телефон обратно в карман, я поднял взгляд на Алину. Она так и стояла передо мной, сжимая пальцы на лямке сумки. В глазах читалось явное раздражение, но она изо всех сил старалась скрыть его.

— Ника задерживается, так что минут десять у нас есть. Давай только отойдем куда-нибудь, чтобы не мешаться другим.

Алина опустила взгляд, продолжая придерживаться улыбки. Ей явно не понравился мой деловой тон и ограничение по времени, но она быстро взяла себя в руки и послушно кивнула. Мы отошли к стене, подальше от основного потока студентов. Повисла неловкая пауза. Алина смотрела на меня, теребя ремешок своей сумки, словно не зная, с чего начать. Вся ее былая уверенность куда-то испарилась. Раньше она всегда вела в наших разговорах, а я подстраивался. Теперь же я просто стоял, смотрел на нее и ждал.

— Как ты? — наконец, выдавила она из себя, слегка засмущавшись. — Как учеба?

— Все хорошо, — тут же ответил я. — Готовлюсь к сессии потихоньку. У тебя как?

Я смотрел на нее и ловил себя на странном ощущении. Я знал каждую черточку ее лица, помнил ее привычки, запах ее духов. Но сейчас казалось, что передо мной стоит чужой человек. А ведь еще недавно этот разговор стал бы поводом попытаться все изменить. Прошлое действительно осталось в прошлом.

Пропустив мой вопрос, Алина глубоко вздохнула, словно собираясь с мыслями, и подняла на меня глаза.

— Макс… я рассталась с Ильей, — произнесла она, внимательно следя за моей реакцией. — Все закончилось очень… некрасиво. Он оказался совсем не тем человеком, каким я себе… представляла.

Она сделала паузу, явно ожидая, что я начну расспрашивать. Что проявлю сочувствие, скажу, что Илья придурок, или, может, даже злорадно ухмыльнусь. Я слишком хорошо ее знал.

— Понятно, — равнодушно кивнул я.

Алина растерянно моргнула, снова уставившись на меня. А затем внезапно сделала ко мне еще полшага, сократив дистанцию до минимума. Я не ожидал такого, удивившись.

— Слушай… я вчера приходила к тебе, но…

— Я знаю, — закончил за нее. — Ника сказала, что решила тебя не впускать. — У тебя было что-то срочное?

— Ты… ты так спокойно отреагировал на то, что она не впустила меня? — нервно усмехнулась девушка.

— У нас были свои планы, да и поздно уже было.

— Вот как, — произнесла Алина эти слова как-то отрешенно. А затем вдруг подняла глаза, сосредоточившись. — Слушай, я… я просто за тебя волнуюсь. Мы с тобой недавно расстались, а тут Ника. Вы… так быстро сблизились. Ты уверен, что все хорошо?

— Алин, ты прости, конечно, — усмехнулся я, не сдержавшись. От ее слов о волнении внутри ощутилось нарастающее раздражение, — но не тебе говорить о подобном. Вы ведь с Ильей начали встречаться сразу, как мы расстались? Или все началось еще до…

— Нет! — перебила она меня, зажмурившись! — Я… я не изменяла тебе, ясно? Я просто…

Стоя и глядя на нее, я задумался. Алина решила расстаться, перечеркнув год отношений, потому что «внезапно влюбилась» в первого встречного баскетболиста. А теперь она стоит здесь и говорит мне о спешке. До глупого забавная ситуация. Мне хотелось сказать ей все то, что сидело внутри до появления Ники. Я мог бы разнести ее лицемерную заботу, но не стал этого делать.

Вздохнув, я взглянул на нее с улыбкой.

— Спасибо за заботу, Алина. Но моя личная жизнь тебя больше не касается. Не лезь в нее, хорошо?

Она опешила, рот слегка приоткрылся от удивления. Наверное, она ожидала, что я начну оправдываться, доказывать ей свои чувства к Нике, вступлю в дискуссию. Но все пошло не по ее выверенному плану.

— Макс, ну послушай… — она протянула руку, словно хотела коснуться меня, но в последний момент отдернула ее. — Мы ведь решили остаться друзьями. Может… может мы могли бы как-нибудь прогуляться? Как раньше, еще до… до отношений. Сходить поесть где-нибудь, выпить кофе. Просто поболтать.

Она говорила так неуверенно, что я не мог понять — та ли Алина передо мной, какую я знаю. В глазах плескалось отчаяние, голос подрагивал. Она разрушила все своими собственными руками, а как новые отношения дали трещину, тут же нашла меня, словно я какой-то запасной вариант. Я одновременно испытывал и злость, и жалость.

— Может быть, не знаю, — честно ответил я, глядя ей в глаза. У меня не было ни времени, ни желания пить с ней кофе «как друзья». У меня была своя жизнь, в которой для нее просто не осталось места.

Она открыла рот, собираясь сказать что-то еще. Но в этот момент из-за поворота появилась Ника. Я увидел ее первым. Она уже накинула на плечи свое пальто, шла расслабленным шагом, высматривая что-то в телефоне и улыбаясь. А как подняла взгляд и заметила меня, тут же сунула телефон в карман, слегка ускорившись.

Ника подошла вплотную ко мне, взяла под руку, продолжая улыбаться. А затем взглянула на Алину. Взглянула не как на врага, а как на самую обычную девушку-студентку, которая не имеет ни к ней, ни к ее личной жизни никакого отношения.

— Привет, Алина, — произнесла она расслабленным голосом.

— П-привет, — Алина опустила взгляд, на автомате сделав полшага назад.

Ника взглянула на меня, продолжая улыбаться. В ее глазах плескалась легкая усталость и радость от встречи.

— Титульник приняли, так что можем идти. Вы закончили болтать?

— Да, — кивнул я, взглянув на Алину. — Нам пора.

Я не стал дожидаться ее ответа. Просто взял Нику за руку, переплетя наши пальцы, и направился к выходу из университета. На душе остался небольшой осадок от общения с Алиной, но я постарался подавить его. Единственное — мне было интересно, чего она вообще добивалась этим разговором? Решила наладить дружбу, чтобы ее утешили после разговора? Или же хотела снова сблизиться? Ну, в любом случае, это все неважно.

Выйдя на улицу и поежившись от ветра, мы направились в сторону станции. Ника начала рассказывать, что препод задержал ее из-за нескольких недостающих миллиметров, посмеиваясь. Спросила, как прошел день у меня. Завязался наш обычный разговор. В момент, когда мы прошли с половину пути, продолжая обсуждать то и это, Ника внезапно сменила тему. Она сжала мою ладонь чуть сильнее, чем привлекла внимание. Подняла на меня взгляд.

— Как прошел ваш разговор?

Я знал, что рано или поздно она спросит об этом. Не став придавать значения, просто пожал плечами, не сбавляя шаг.

— Да никак, в общем-то. Если честно, я не до конца понял, чего она хотела. Рассказала, что рассталась со своим баскетболистом, спросила о тебе, а под конец предложила как-нибудь сходить в кафе, как друзья.

Слушая меня, Ника тихонько фыркнула, прижавшись к моему плечу сильнее.

— Вот оно что.

— Можешь не волноваться. Я не…

— Я и не волнуюсь, — ответила она прежде, чем я закончил. — Слушай, заскочим в ту булочную по пути? Безумно хочется сладкого.

— Обязательно, — посмеялся я, взглянув на девушку с улыбкой. Ника продолжала идти вровень со мной, излучая невероятное тепло. Ее действительно не волновала Алина, и меня это безумно радовало.

Глава 16 - Доверие и забота (часть 1)

После той встречи с Алиной в универе прошло несколько дней. Мы с ней больше не пересекались, чему я, если честно, даже удивился. Наступила суббота. Погода в кои-то веки решила сжалиться над нашим городом. С самого утра светило яркое солнце, на небе не было ни единого облачка. Мы с Никой построили грандиозные планы. Прогуляемся по центру, купим ту самую игру — вышла как раз вчера — затем завалимся ко мне и проведем остаток дня вдвоем.

Сидя на лекции, я то и дело поглядывал на часы, сгорая от предвкушения. Мы не запланировали ничего необычного, но я ощущал невероятный кайф от самых простых встреч и посиделок. Романтика между нами прогрессировала, неловкие взгляды и прикосновения согревали, каждая минута сближала. Еще ни разу я не ловил себя на мысли, что мы бы хоть немного устали друг от друга.

Наконец, прозвенел звонок. Я быстро скидал вещи в рюкзак и вышел на улицу. Ника уже ждала меня на крыльце, подставив лицо солнечным лучам. Сегодня на ней был не излюбленный плащ, а легкая, короткая куртка. Юбка с блузой также сменились на джинсы с кофточкой. Еще с утра я оценил, как ей идет подобный образ.

Подойдя к девушке, я заметил, что она решила что-то сказать, но опередил ее. Приобнял за талию и резко прижал к себе. Ника вздрогнула, расплывшись в улыбке.

— Ну что, готова к прогулке по набережной и марафону? — спросил, коснувшись ее носа своим.

Она довольно фыркнула и уже потянулась ко мне для поцелуя, но в этот момент из недр ее сумочки раздалась настойчивая мелодия звонка.

— Ой, подожди секунду, — Ника виновато улыбнулась, отстранилась и достала мобильный. Нахмурившись, посмотрела на экран. — Это Сашка, мой знакомый с подработки. Странно, он обычно по выходным не звонит.

Она приняла вызов и приложила телефон к уху. Я стоял рядом, наблюдая за тем, как меняется выражение ее лица. Улыбка медленно сползла, брови нахмурились, а в глазах появилось выражение искреннего сочувствия, смешанного с досадой.

— Ох, блин… Сильно температура подскочила? Понятно… А подменить вообще некому? Да, я понимаю. Ладно, не паникуй, согласна.

Она сбросила вызов, тяжело вздохнула и убрала телефон обратно в сумку. Затем подняла на меня виноватый, расстроенный взгляд.

— Макс… — начала она, но я уже все понял.

— Вызвали на подработку? — спокойно уточнил я.

— Да, — она нервно поправила сумку. — Сказал, администратор на двойную ставку согласился, если замена будет. Да и Сашу я давно знаю, он меня выручал уже. Прости пожалуйста. Я так хотела погулять с тобой сегодня…

В ее голосе было столько сожаления, что мне захотелось немедленно ее успокоить. Я на секунду вспомнил, как реагировала Алина, если наши планы срывались по моей вине — это всегда были надутые губы, упреки и демонстративная обида на весь вечер. Но сейчас все было иначе. Я, конечно, расстроился, мне хотелось провести с ней этот день. Но злиться за то, что она выручает друга? Это было бы просто глупо.

— Эй, — я снова приобнял ее, улыбнувшись. — Все нормально, слышишь? Работа есть работа. Тем более, человек заболел.

Услышав меня, она заулыбалась и, резко подавшись вперед, впилась в мои губы, начав страстный поцелуй. Ее руки обвили мою шею, одна нога приподнялась, согнувшись.

— Спасибо, — прошептала девушка после поцелуй. — Я рада, что ты меня понимаешь.

Взявшись за руки, мы вышли на улицу и направились в сторону метро.

— Во сколько начинается смена? — вновь начал я разговор.

— Через два часа. Нужно будет забежать домой, чтобы переодеться. Там строгий дресс-код. Белый верх, черный низ, все такое.

— Понял. Значит, поеду с тобой, провожу до дома, подожду, пока переоденешься, а потом провожу до работы.

Ника удивленно моргнула, повернув ко мне голову.

— Макс, да не нужно. Работа находится в моем же районе, буквально в десяти минутах ходьбы от дома. Зачем тебе мотаться туда-сюда? Я сама добегу.

— Даже не обсуждается, — заявил я, переплетая наши пальцы. — Я обещал провести с тобой этот день. И если обстоятельства немного изменились, это не значит, что оставлю тебя прямо здесь.

Ника попыталась скрыть улыбку, уткнувшись носом в куртку, но я видел, что ей приятно мое упрямство. Пока мы ехали в метро, обсуждали всякую ерунду, стараясь не зацикливаться на сорванных планах. Однако мысли о внезапной работе снова закрутились в голове.

— Слушай, раз уже вечер, у тебя снова короткая смена, или… — спросил я.

— Это ночная смена, — вздохнула Ника. — Заступлю сейчас и буду там до пяти утра где-то. Радует только, что ночью там тихо. Особо напрягаться не придется.

Слово «ночная» неприятно резануло слух. Мой внутренний параноик мгновенно проснулся, но я не стал ничего говорить. Мы проехали остаток пути, вышли на станции, быстро дошли до квартиры Ники. Я остался в прихожей, прислонившись спиной к стене, а девушка умчалась в свою комнату переодеваться. Минут через пять она вышла. Теперь на ней была строгая белая блуза, свободные черные штаны. Волосы Ника собрала в хвост. Она казалась более серьезной, строгой.

— Ну как? — она покрутилась перед зеркалом в прихожей, накидывая поверх рубашки куртку. — Похожа на важную персону?

— Выглядишь потрясающе, — честно ответил я, поправив ее воротник.

Мы вышли на улицу. Уже начало темнеть, включились фонари, окрашивая асфальт в желтые тона. Мы пошли неспеша, наслаждаясь оставшимся временем наедине. И тут я не сдержался.

— Ника, слушай, — серьезно начал я, когда мы свернули на аллею, ведущую к месту работы. — ты ведь рано освободишься. Темно еще будет. Может, вызовешь такси? Могу сам оплатить и…

— Опять решил деньги впустую тратить? — посмеялась она, взглянув на меня.

— Нет, просто…

— Смотрю, тебя совсем не волнует, что до дома мне десять минут пешком.

— Я понимаю, что, наверное, чересчур волнуюсь. Еще не надоел тебе этим?

— Не неси ерунду, — фыркнула она, сильнее обхватив мою руку и прижавшись к плечу. — Мне приятно, что ты переживаешь.

— Раз так, соглашайся, — произнес я серьезным тоном.

И тут Ника внезапно остановилась посреди тротуара. Из-за сцепленных рук я также замер, мы встретились взглядом. В ее глазах больше не было шутливости. Они показались мне такими серьезными. Девушка высвободила руку из моей. На секунду мне показалось, что она обиделась на мою гиперопеку. Но вместо этого Ника расстегнула свою сумку, порылась в ней пару секунд и достала связку ключей. Я удивленно посмотрел на связку и снова перевел взгляд на женские глаза.

— Если так сильно волнуешься, — произнесла Ника, улыбнувшись, — можешь встретить меня после смены.

— Погоди, это же…

— Ключи от моей квартиры. Если у тебя нет планов, можешь переночевать у меня. А под утро, когда смена закончится, просто встретишь меня. Приятно будет увидеть дорогого человека после изнурительной работы.

Говоря все это, она оставалась такой спокойной а вот внутри меня бушевал ураган. Я никак не мог поверить, что она настроена серьезно. Оставить парня в своей квартире одного…

— Ты… уверена? Я ведь буду один. В твоей квартире.

— А чего мне бояться? — хихикнула Ника. — Надеюсь только, что не полезешь из любопытства в ящик с нижним бельем.

— Конечно не полезу!

Она уже в открытую рассмеялась и, подойдя ко мне ближе, опустила руку на грудь.

— Послушай, мне правда приятно, что ты беспокоишься обо мне, и если останешься, чтобы утром встретить, я буду рада. К тому же, завтра воскресенье. Раз сегодняшние планы сорвались, мы сможем провести весь завтрашний день вместе. Как отосплюсь, я вся твоя.

Сказав это, Ника вложила ключи в мою ладонь. Я посмотрел на связку, сжал пальцы и уверенно сунул ключи в карман. Все внутри меня кричало о диком желании отблагодарить ее за такой поступок. И я не сдержался. Протянув руку и медленно коснувшись женской щеки, я приблизился. Ника прикрыла глаза, ответив тем же. Мы обнялись, слились в поцелуе и окончательно расслабились. Я постарался вложить в этот поцелуй все свои чувства. Хотел, чтобы она почувствовала, насколько ценным для меня был ее жест.

— Спасибо, — прошептал я, когда мы нехотя оторвались друг от друга. — Я обязательно тебя встречу. Могу даже до кровати донести, если сильно устанешь.

— Не стоит меня так баловать, — рассмеялась Ника, слегка ударив меня кулачком в плечо. — А то ведь еще привыкну. Ну все, идем. Опаздывать нельзя.

Мы дошли до небольшого, уютного ресторанчика. Я дождался, пока Ника помашет мне рукой через стеклянные двери и скроется за стойкой ресепшена, а затем развернулся и пошел обратно. Путь к ее дому занял действительно не больше десяти минут.

Я подошел к знакомому подъезду, достал из кармана магнитный ключ и взглянул на связку, как на какой-то артефакт. Вздохнув, открыл дверь и поднялся на этаж. А как вошел в квартиру, показалось, что попал на еще неизведанную территорию. Разувшись, аккуратно составил обувь, медленно прошел в дальнюю комнату и замер на пороге. Когда был здесь впервые, ощущения казались иными. В левом углу стоит рабочий стол с аккуратными стопочками учебников и тетрадей, между которыми устроился ноутбук. Чуть ближе — шкаф полный вещей с зеркальной дверцей. У другой стены застеленная кровать и высокий комод.

Прямо сейчас я находился в квартире своей девушки. Совершенно один. Мы встречаемся всего-ничего, а она уже доверила мне свое главное убежище, в котором хранятся все ее секреты, вся ее жизнь. Если я сейчас сделаю что-то, что ее разочарует, то уже никогда не смогу себя простить.

Простояв еще немного на месте, я развернулся и прошел на кухню, заглянул в холодильник. На верхней полочке ютились несколько контейнеров. Чуть ниже колбаса, сыр, яйца, какая-то нарезка. В дверце бутылки с молоком и другими напитками. И тут в голову пришла одна идея. Ника сейчас на работе, она проведет там всю ночь. Под утро будет вымотанная, сонная, наверняка голодная. Раз уж мне так повезло, хочется порадовать ее.

Снова проверив холодильник и прикинув состав продуктов, я вернулся в коридор, накинул куртку и вышел из квартиры. По пути до работы видел круглосуточный магазинчик. Двигаясь по темной улице быстрым шагом, я составил в голове целое меню. Представил, как она перешагнет порог квартиры, почувствует аромат свежеприготовленных блюд и просто улыбнется. Этого будет вполне достаточно.

Зайдя в ярко освещенный супермаркет, я взял корзинку и направился в отдел молочки. Выбирая творог нужной жирности, поймал себя на том, что улыбаюсь, как сумасшедший. Впервые в жизни мне хотелось позаботиться о ком-то так сильно. Я набрал полную корзину продуктов: творог, свежую клубнику, рыбу, мясо, сливки, хороший зерновой кофе, плитку темного шоколада с орехами. Оплатив покупки, вышел из магазина с тяжелым пакетом. До утра оставалось еще много времени. Я планировал вернуться, посмотреть какой-нибудь фильм на диване, а часам к трем утра встать к плите, чтобы, когда встречу ее и мы вернемся домой, все было свежим и горячим.

Раздумывая об этом и продолжая идти, я снова улыбнулся. Мне невероятно повезло встретить такую чудесную девушку, и я ни за что ее не потеряю.

Глава 17 - Доверие и забота (часть 2)

За всю свою жизнь я, наверное, еще никогда не находился на улице ранним утром. Город в это время — это место, лишенное красок и звуков. Улицы пустынны, редкие машины проносятся мимо, как призраки, а холодный ветер пробирает сквозь любую одежду.

Я стоял на тротуаре, в нескольких десятках метров от ярко освещенных стеклянных дверей ресторана, зарывшись в куртку. В какой-то момент поднял руку и в очередной раз посмотрел на светящийся циферблат смартфона. Без десяти пять. Ника написала мне час назад, что задерживаться не придется. Ветер дунул с новой силой, заставив меня поежиться. И в этот самый момент автоматические стеклянные двери плавно разъехались в стороны. Я сразу поднял взгляд.

На улицу вышла Ника. Даже издалека было видно, насколько она вымотана. На моих глазах девушка остановилась на крыльце вздохнула, выпуская изо рта облачко пара, и устало потерла глаза тыльной стороной ладони. Затем подняла голову и начала осматриваться по сторонам, явно выискивая меня в утренних сумерках. Я не стал ждать и быстрым шагом направился к ней.

— Ника, — негромко позвал, подходя ближе.

Она резко обернулась на мой голос. В тусклом свете уличного фонаря я увидел, как на уставшем лице появилась слабая, но искренняя улыбка. Я только открыл рот, собираясь спросить, как прошла смена, но не успел произнести ни слова. Ника шагнула ко мне навстречу и просто бессильно прижалась головой к груди.

— Это был какой-то кошмар, — пробормотала она тихим голосом. — У них, оказывается, проходил какой-то затянувшийся корпоратив. Куча народу. Пьяные, шумные, всем постоянно что-то было нужно. Я думала, что сойду с ума. Ног вообще не чувствую.

У меня сжалось сердце от того, сколько изнеможения было в ее голосе. Я поднял руку и погладил ее по затылку, зарываясь пальцами в волосы.

— Все уже закончилось. Ты умница, выдержала, — прошептал я, поцеловав ее в макушку. — Пойдем домой, тебе нужно отдохнуть.

Я осторожно взял ее под руку, прижимая к себе, чтобы согреть, и мы медленно побрели по темной улице в сторону дома. Всю дорогу мы почти не разговаривали. Ника просто шла, опираясь на меня, прикрывая глаза на ходу и зевая. Когда мы подошли к подъезду, я сам открыл дверь магнитным ключом. Мы поднялись на лифте в полном молчании. Я вставил ключ в замок ее квартиры, дважды повернул его и толкнул дверь.

Стоило нам пересечь порог и оказаться в прихожей, как я заметил перемену. Ника, которая секунду назад едва волочила ноги, вдруг замерла. Она медленно подняла голову, ее нос слегка дернулся. Она принюхалась. Воздух в квартире был пропитан смесью ароматов: запахом запеченного мяса, чеснока, жареного масла, свежесваренного кофе и сладкой, обволакивающей ванили. Этот запах просто не мог оставить равнодушным голодного человека.

Сонливость моментально слетела с Ники. Она широко распахнула глаза, выпрямилась и уставилась на меня.

— Макс… — она сглотнула. — Ты что-то делал? Чем так пахнет?

Я повесил свою куртку на крючок, стараясь сдержать самодовольную улыбку, и небрежно пожал плечами.

— Да так, приготовил скромный завтрак, пока ждал тебя. Подумал, что ты придешь голодная.

Глаза Ники заблестели так, словно ей только что сообщили, что она выиграла в лотерею. Она скинула свои ботинки, небрежно бросила куртку на пуфик — это было на нее совершенно не похоже — и рванула на кухню. Я, не торопясь, последовал за ней, предвкушая реакцию.

Когда зашел на кухню, Ника стояла у обеденного стола, замерев. Смотреть было на что. Мой ночной кулинарный приступ вылился в настоящий пир. На столе расположилось несколько тарелок. Я решил, что раз не знаю, чего именно ей захочется после ночной смены, то приготовлю все, на что хватит продуктов. Ника наклонилась и начала вслух, почти шепотом, перечислять то, что видела перед собой.

— Жареная рыба с лимоном… — она сглотнула и перевела взгляд на следующее блюдо, — Запеченная курочка с сыром и… картошкой. Тосты, свежие овощи… Максим, ты издеваешься? Это ты называешь «скромным завтраком»? Как ты вообще все это успел? И откуда продукты?

— Сбегал в круглосуточный, — усмехнулся я, подойдя ближе. — Но ты еще не все посмотрела.

Я кивнул на небольшую глубокую тарелку, которая стояла в самом центре стола и была аккуратно накрыта другой тарелочкой, чтобы сохранить тепло. Ника потянулась дрожащими руками, осторожно приподняла верхнюю тарелку и заглянула внутрь. Там, источая невероятный ванильный аромат, лежала горка золотистых, пышных сырников. Сверху, на слое сливок, расположилась нарезанная клубника.

Ника смотрела на это великолепие секунд десять, не отрываясь. Я даже испугался, что переборщил. Подошел к ней сзади и опустил руки на талию.

— Я просто хотел тебя порадовать, — прошептал ей на ухо. — А еще поблагодарить за доверие.

Ника резко обернулась. Она обхватила меня за шею обеими руками и прижалась так крепко, что я чуть не упал, на мгновение потеряв равновесие. Довольно пискнув, она встала на носочки и начала долгий, обжигающий поцелуй.

— Макс, ты… ты невероятен, — произнесла она, оторвавшись от меня. Ее глазах плясали искорки счастья. — Плевать на сон. Хочу съесть все это прямо сейчас!

Мы устроились за столом. Я налил ей горячего, крепкого чая, себе сделал кофе, и следующие полчаса просто сидел, подперев щеку рукой. Наслаждался зрелищем. Ника с аппетитом уплетала все подряд, моментами жмурясь от удовольствия. Чередовала рыбу с курицей, запивала мясо чаем, тянулась к овощам. Было в этой атмосфере что-то свое. Что-то домашнее, интимное.

Закончив с «основными блюдами», Ника придвинула к себе сырники.

— Боже, они идеальные, — пробормотала она, облизнувшись и тут же отправив в рот первый кусочек. Белая капля сливок осталась на ее губе. Ника ловко слизала ее кончиком языка, запила сырник чаем и посмотрела на меня с довольным видом. Когда же с едой было покончено, она со вздохом откинулась на спинку стула.

— Это был самый лучший завтрак в моей жизни, — заявила девушка, поглаживая себя по животу. — Максим, если я растолстею, ты же меня не разлюбишь?

— Ни за что, — посмеялся я, складывая тарелки одну в другую.

— Теперь можно и в душ, — девушка поднялась, довольно потянулась и, чмокнув меня в щеку, направилась в коридор.

Я быстро закинул посуду в раковину, протер стол и погасил свет. Усталость, которую успешно игнорировал последние пару часов на адреналине, теперь начала догонять и меня. Я прошел в ее комнату, включил маленький ночник у кровати и сел на край матраса, ожидая хозяйку квартиры. Минут через десять дверь ванной щелкнула, и в комнату вошла Ника.

Я замер, не в силах отвести от нее взгляд. От строгой, измученной работницы ресторана не осталось и следа. Передо мной стояла невероятно красивая девушка. Она надела короткие шорты, свободную майку. Все еще влажные после душа волосы лежали на спине и плечах, поблескивая. Ника казалась такой домашней, что мне захотелось немедленно притянуть ее к себе. Она подошла к кровати, зевнула, прикрыв рот ладонью, и привычным движением откинула в сторону одеяло. Следом забралась в кровать, устроившись у стенки.

Улыбнувшись этому милому зрелищу, я поднялся. Не хотел мешать ей отдыхать после работы.

— Поспи, — прошептал я, начав поправлять ее одеяло.

В это же мгновение Ника подняла на меня взгляд. Ее пальцы сомкнулись на моем запястье, остановив меня.

— Ну и куда это ты собрался? — голос был сонным, но в нем слышались упертые нотки. — Ты ведь тоже не спал всю ночь, я права?

— Все хорошо. Подремлю на диване и…

— Максим, — она чуть придвинулась ко мне, щеки начали краснеть от смущения, — не уходи. Давай поспим… вместе.

Мое сердцебиение ускорилось. Я почувствовал, как и сам начал краснеть. Понимаю, нет ничего такого, чтобы поспать в одной кровати, но…

— У меня нет сменной одежды, — сказал я первое, что пришло в голову.

— В шкафу, на второй полке, шорты есть мужские. Мой младший брат оставил еще пару лет назад. А рубашку можешь снять.

Нет, она точно решила меня добить. Ай, ну и ладно!

Найдя в шкафу шорты, я быстро отстегнул ремень, снял штаны. Правда, из-за спешки еще и чуть не навернулся. Ника, устроившаяся на боку и с довольным видом наблюдая за мной, тут же посмеялась. Сняв рубаху и аккуратно все сложив, я подошел ближе, откинул одеяло и забрался в кровать. Мне не в первой оказываться в такой ситуации, но смущаться перестать не могу.

Понаблюдав за мной несколько секунд, Ника уже сама накрыла нас одеялом. Она придвинулась вплотную, опустила голову мне на плечо, перекинула руку через торс. Почувствовав, как ко мне прижалась упругая грудь, я мгновенно смутился сильнее.

— Ника…

— Неприятно? — произнесла она шепотом, прикрыв глаза.

— Нет… очень приятно.

Хихикнув, девушка чуть подняла голову, встретившись с моим взглядом.

— Знаешь, Максим, я счастлива, что мы тогда столкнулись в библиотеке.

Услышав ее, я наконец смог прийти в себя. Смущение отступило. И правда, чего это я так взволновался.

— И я счастлив. Мне очень повезло… — почувствовав горячее дыхание на своей шее, я опустил взгляд, улыбнувшись. Ника заснула. Она вымоталась на подработке и заслужила отдых.

Медленно приподняв руку и обняв девушку, я чмокнул ее в макушку, также закрыв глаза. Вскоре усталость начала преобладать. Я провалился в сон, думая о том, что когда мы проснемся, этот день будет принадлежать лишь нам двоим.

Глава 18 - Шаг вперед

Сон, глубокий и такой приятный, начал отступать. Заворочавшись, я медленно приоткрыл глаза, пытаясь сфокусировать зрение. Первым делом почувствовал едва уловимый аромат ванили, которым пропахла подушка. Затем, довольно потянувшись, перевернулся набок. Инстинктивно протянул руку, но коснулся лишь пустого матраса.

Снова проморгавшись и приподнявшись, я взглянул на место рядом с собой. Ники уже не было. Видимо, встала раньше. Задумавшись об этом, я осмотрелся по сторонам и заметил часы на стене. Без пятнадцати двенадцать. Ничего себе я в сон провалился. Видимо, бессонная ночь, готовка и накопившаяся за неделю усталость взяли свое. Мой организм просто отключился.

Откинув одеяло и спустив ноги с кровати, я первым делом подошел к столу, куда вчера сложил свою одежду. Быстренько накинул штаны с рубашкой, постарался придать себе достойный вид, и вышел из спальни. В коридоре было также тихо. Точнее, так мне показалось. Стоило прислушаться, как понял, что из ванной доносится приглушенный шум льющейся воды. Я на цыпочках, стараясь не шуметь, подошел ближе к двери, и тут же невольно улыбнулся.

Сквозь шум воды я услышал голос. Ника принимала душ и… пела. Она исполняла какую-то ритмичную мелодию, немного фальшивя на высоких нотах, но делала это с таким удовольствием, что я заслушался. Прислонился плечом к дверному косяку, скрестил руки на груди и просто стоял так пару минут, наслаждаясь моментом. Моя девушка поет в душе. Разве может быть что-то милее этого?

Решив не смущать ее своим подслушиванием, я все же тихо отлепился от стены и направился на кухню. Следы моего ночного кулинарного марафона уже были частично устранены. Ника убрала остатки еды в холодильник, помыла несколько тарелок. Я нашел чайник, набрал свежей воды и щелкнул кнопкой. Затем достал из шкафчика банку с кофе, нашел две чистые кружки и принялся заваривать нам утренний — а точнее, уже почти обеденный — напиток. В момент, когда я уже почти закончил, за моей спиной раздались тихие шаги.

— Эй, — раздался бодрый голос.

Я обернулся. Ника стояла в дверном проеме кухни. Ее влажные волосы были замотаны в полотенце, наряд не отличался от вчерашнего, но сейчас, на свежую голову, казался мне еще привлекательнее. Короткие шорты подчеркивали бедра. Майка, местами намокшая от воды, прилегала к телу. Ника выглядела невероятно свежей, отдохнувшей, а еще такой манящей.

Я уже хотел ответить, как вдруг выражение ее лица изменилось. Ника изобразила шуточное возмущение, уперев руки в бока.

— Вообще-то, — заявила она, сделав шаг ко мне, — я сама хотела сделать тебе кофе и разбудить. Ты нагло испортил мой коварный план.

Ее возмущение продлилось ровно две секунды, после чего она не выдержала и улыбнулась. Подошла ко мне вплотную, встала на носочки и чмокнула в нос.

— Доброе утро, — посмеялся я.

— Доброе, соня. Как спалось? — она хотела отстраниться, но я не позволил.

Моя рука скользнула на ее талию, крепко прижимая к себе. Ника тихо охнула от неожиданности и расплылась в улыбке. Я наклонился и поцеловал ее. Девушка ответила взаимностью, расслабившись в объятиях.

— Спалось просто чудесно, — прошептал я после поцелуя. — Я и не знал, что ты любишь петь.

Ника раскрыла глаза, начав краснеть. Она легонько ударила меня ладонью в грудь.

— Подслушивал, значит, — нахмурилась и тут же посмеялась.

Мы позавтракали разогретыми остатками вчерашней роскоши, запивая все это крепким кофе. А как отставили тарелки и чашки, обсудили планы на день.

— Если честно, — вздохнула Ника, задумчиво глядя на меня, — я вообще ничего не хочу делать. Давай весь день халтурить.

— Звучит как отличный план, — согласился я. — Но разок все же предлагаю выйти на улицу. Прокатимся до торгового центра. Мы ведь хотели поиграть, помнишь?

Глаза Ники загорелись, но так же внезапно и потухли.

— Помню, — фыркнула она. — Да только моя приставка старовата для ремейка. Может, раз такое дело, найдем какую-нибудь другую игру?

— Без проблем. Найдем что-нибудь для двоих. Например, какой-нибудь файтинг. Буду весь день тебе поддаваться и проигрывать.

— Да ты и без поддавков будешь проигрывать! — рассмеялась она. — Все, собираемся. Теперь мы обязаны выяснить, кто лучше играет!

Мы встали из-за стола и направились в другую комнату. Ника быстренько высушила волосы, накинула джинсы с кофтой, пока я ждал ее в коридоре. Следом помог ей с курткой. Мы вышли на залитую солнцем улицу и направились в сторону метро.

***

Дорога до торгового центра заняла от силы полчаса. Стоило зайти в здание, как на нас обрушился шум прочих посетителей и яркий свет вывесок. Взявшись за руки, мы направились к эскалатору, но вскоре снова остановились.

— Ника, — я слегка притормозил, сделав виноватое лицо. — Мне нужно в туалет отойти. Подождешь меня тут пару минут?

Я указал на деревянную скамейку, стоящую у большого фонтана.

— Конечно, без проблем, — она кивнула, достав из кармана телефон.

Улыбнувшись ей, я развернулся и быстрым шагом направился в сторону указателей санузла. Но, как только свернул за угол и пропал из ее поля зрения, резко изменил маршрут. Взбежал по эскалатору на второй этаж с другой стороны первого и целенаправленно пошел к огромному магазину электроники и видеоигр. На ходу достал телефон и открыл приложение банка. На моем счете лежала весьма приличная сумма. Брать подработки я начал еще до начала первого курса в универе, да и копить всегда умел. К тому же, за учебу платит семья. Раньше часть денег уходила на Алину, но сейчас тратиться особо не приходится.

Этот план пришел мне в голову еще в момент разговора за столом. Мой поступок может показаться Нике слишком наглым. В конце концов, мы встречаемся не так давно, и дорогие подарки могут смутить. Но почему-то я чувствовал, что не могу отступить. Я просто хотел это сделать. Хотел увидеть, как округлятся ее глаза. Хотел отблагодарить за то, что она спасла меня из того болота, в котором я тонул.

Я зашел в магазин и сразу направился к стенду с консолями.

— Добрый день, — обратился к консультанту. — Мне нужна приставка. Пятая версия. И второй геймпад к ней. Желательно красный, если есть.

— Отличный выбор, — оживился парень в форме. — Геймпады есть, сейчас все принесу. Игры какие-нибудь подберем?

— Да, — я уверенно кивнул и описал любимую игру Ники, как мог. Снова забыл название. Благо, меня поняли.

Через десять минут я вышел из магазина с огромным фирменным пакетом, в котором лежала новенькая консоль, дополнительный джойстик красивого бордового цвета и диск с игрой. Моя банковская карта стала значительно легче, но я никогда в жизни не тратил деньги с таким удовольствием.

Я спустился на первый этаж на другом эскалаторе, чтобы подойти к Нике сбоку. Она сидела на скамейке, все так же уткнувшись в телефон, и забавно болтала ногами в кроссовках. Воспользовавшись тем, что она меня не заметила, я подобрался к ней почти вплотную.

— Ну все, я здесь. Можем идти искать файтинг, в котором я смогу тебя обыграть.

Ника подняла взгляд, улыбнулась и хотела что-то сказать, но в то же мгновение застыла. Я заметил, как ее взгляд сфокусировался на мне, а затем опустился ниже, остановившись на пакете, из которого торчала большая коробка. Карие глазки распахнулись. Ника чуть не выронила телефон и резко подскочила, прикрыв рот рукой.

— Макс… — прошептала она, глядя то на пакет, то мне в глаза. — Ты… ты что…

Я поставил тяжелый пакет на скамейку рядом с ней и улыбнулся, наслаждаясь реакцией.

— Ника, послушай, — выставил руки перед собой, сдерживая смешок. — Ты можешь ворчать на меня за траты, если хочешь. Но я твердо решил так поступить. Так что ты обязана принять подарок.

Продолжая стоять на месте в полной растерянности, Ника медленно опустила руку от лица. Ее глаза заблестели. Она сделала первый шаг, второй, а затем резко прижалась ко мне, обвив руки вокруг шеи. Уткнулась носом в грудь, скрывая бурлящие эмоции.

— Ника… — прошептал я, но не успел закончить.

Девушка подняла взгляд и впилась в мои губы, начав страстный поцелуй. А как прекратила, не стала отдаляться. Мы оба тяжело задышали.

— Ты сумасшедший, — прошептала девушка, продолжая улыбаться. — Я не заслужила такого подарка.

— Не говори ерунды, — нахмурился я. — Это самое малое из того, что я могу сделать.

— Нет, — Ника покачала головой, шмыгнув носом. — Важен даже не сам подарок, а твое желание.

Мы снова поцеловались. Простояли так несколько минут, игнорируя взгляды других покупателей. Нам было все равно на их мнение. А как немного успокоились, направились за покупками. Первым делом все-таки купили еще один диск с файтингом. Следом зашли в продуктовый и накупили всякой вкусной и вредной ерунды.

Остаток дня пролетел, как миг. Вернувшись домой, я принялся подключать консоль, а Ника — готовить закуски, моментами напевая какую-то мелодию под нос. Мы расположились на полу в ее комнате перед телевизором. Девушка не могла нарадоваться подарку. А как увидела специально выбранный джойстик, снова бросилась на меня.

***

Следующие часы мы сидели плечом к плечу, закинув ноги на подушки, и просто играли. Вокруг нас были разбросаны пачки от снеков и каких-то сладостей. Графика в ремейке действительно была на высоте. За окном постепенно стемнело, город погрузился в вечерние сумерки, и единственным источником света в комнате остался экран телевизора. Часам к десяти вечера по нему наконец поползли финальные титры. Мы умудрились пройти всю игру за один присест.

Ника с удовлетворенным вздохом отложила свой геймпад на пол. Она потянулась, разминая затекшую спину, а затем, пересев и оказавшись передо мной, повалилась назад. Прижалась спиной к моей груди, опустив затылок на плечо. Я тут же обвил ее талию руками и уткнулся подбородком в макушку.

— Знаешь, — тихо произнесла Ника, глядя на темный экран телевизора. — Я тут подумала… Нам осталось всего полгода до диплома. А что потом?

Этот вопрос, заданный вот так, в полутьме, заставил меня задуматься. Будущее больше не казалось мне пугающей неопределенностью.

— Потом? — я мягко потерся щекой о ее волосы. — Будем думать о работе. Ты станешь прекрасным учителем. Я открою свою кофейню.

— Мы откроем, — ухмыльнулась девушка, прижавшись ко мне сильнее.

— Мы откроем, верно. А еще… начнем жить вместе. Заберу тебя к себе.

Я произнес это с легкой улыбкой, проверяя почву. Но Ника отреагировала совершенно неожиданно. Она не стала отшучиваться или менять тему. Вместо этого повернула голову, встретившись с моим взглядом.

— Макс, ты же в съемной квартире живешь?

— Ну да. Это пока.

— Мне эта квартира досталась от родителей, так что, — она коснулась моих рук на своей талии, — если решим съезжаться, то ты переедешь ко мне.

Меня снова поразило то, с какой обыденностью она говорила о совместной жизни. Будто уже давно все спланировала и просто ждала, когда тот или этот момент наступит. Для нас обоих эти отношения не были простым студенческим романом.

— Знаешь, — я крепче сжал ее в объятиях, — я совершенно не против.

Мы продолжали сидеть в этой позе еще долго, болтая в полутьме обо всем на свете. О планах, о мечтах, о том, как смешно мы комментировали персонажей во время игры. Нам не нужно было никуда спешить, не нужно было притворяться. Однако время неумолимо шло вперед. В какой-то момент я перевел взгляд на настенные часы. Стрелки приближались к полуночи. Понимая, что завтра нам на учебу, я тяжело вздохнул.

— Поздновато уже, — неохотно произнес, слегка разжав пальцы. — Пора подниматься.

Но Ника, вместо того чтобы встать и пойти провожать меня, вдруг сменила позу. Ловко развернувшись лицом ко мне, она подтянула ноги, прижав их к моим с внешней стороны. Мы оказались слишком близко друг к другу.

— Не уходи.

— Я и так провел у тебя почти сутки. Не надоел еще? — я посмеялся, но быстро сосредоточился, заметив, что Ника осталась такой же серьезной.

— Не хочу, чтобы ты уходил, — повторила она тише, придвинувшись еще немного. Мы коснулись носами, наши губы зависли в жалких миллиметрах друг от друга.

И в этот момент все изменилось. Игривость, шутки, детские интонации — все это испарилось. Наши зрачки расширились, дыхание стало глубже. Мы смотрели друг на друга и оба чувствовали нарастающее напряжение.

— Максим, — женский голос стал совсем тихим, таким притягательным. Ника коснулась моей шеи, продолжая смотреть мне в глаза. — Останься сегодня у меня.

Я сам не понял, как подался вперед. Аккуратно опустил девушку на пол, навис сверху.

— Хорошо, — прошептал, коснувшись ее губ своими.

Этот поцелуй, полный нежности, страсти, наших чувств, стал началом долгой, незабываемой ночи только для нас двоих.