Правильный попаданец в Игру Престолов

Пролог

— Эй, профессор, думаешь, самый умный? — окликнул меня в безлюдном проулке один из студентов имеющих быдловатую внешность.

Впрочем, учитывая, где я в первый год своей преподавательской деятельности читал лекции по высшей математике, то тут больше половины студентов были такими, и я, не любя подобный контингент, пытался либо вбить в их головы хоть немного разума… либо выслушивал в свои стороны постоянные шутки, если эти головы не желали становиться умней.

Почему так было? Всё просто. В силу моего возраста — всего двадцать три года, студенты не испытывали передо мной какого-нибудь пиетета, поэтому, зачастую позволяли себе такое обращение.

Конкретно этот… «одаренный», не мог решить простейших задач девятого класса, не говоря уже о чём-то другом, а ведь я преподавал в техникуме. Пусть тут и училось одно отребье, но на третьем курсе не знать элементарных вещей…

— Что вы, молодой человек. Это лишь базовые знания, которые преподают ещё в девятом классе, — спокойным голосом отвечаю я этому бездарю, сохраняя слегка заинтересованное выражение лица, но именно мой тон и взбесил парня.

— Слышь, ты тут истуканом не прикидывайся. Я закончу эту шарагу без особых проблем, и ты мне не помешаешь, а то узнаешь… — глаза «недоросля» подозрительно блестели. Впрочем, это было не в первый раз, когда студентов можно было застать возле учебного заведения в неадекватном состоянии. Так что данный факт меня совсем не удивил.

— Что? — изогнул я бровь. — Боюсь, от вас я ничего узнать не смогу, ведь ваши знания…

Движение я заметить не успел, словив в живот кулак с зажатым в нём лезвием.

— Ну чё, сука? Теперь ты кое-что узнал? Например, что не стоит дерзить не тем людям? — склонился надо мной лысый студент, как только я припал на одно колено. Два повторных удара последовали вслед за словами, и вот я падаю на землю, стараясь удержать текущую из раны кровь.

Как-то глупо…

Только закончил институт. Начал преподавать в техникуме, где меня взяли без всякого опыта преподавания, да и деньги платили неплохие. Видимо, за опасность. Через несколько лет я намеревался устроиться работать в какое-нибудь высшее заведение. С квартирой бы мне помогли родители, да и Юля начала намекать на свадьбу.

«Как же глупо…» — вновь подумал я, наблюдая за тем, как моя кровь стекает в лужу и медленно смешивается в ней с дождевой водой.

— Посмотрим, как они теперь найдут нового препода, — послышался самоуверенный голос надо мной.

Шлёп, шлёп, шлёп.

Перед глазами промелькнули обутые, в грязные кроссовки ноги, и всё, что я сумел сделать перед тем как потерять сознание — это плюнуть ему вслед. На большее моих сил не хватило…

Часть 1. Глава 1

— Милорд! Придите в себя, милорд! - я с неудовольствием почувствовал как кто-то трясет меня за грудки, и мне это совсем не нравилось, поскольку каждую встряску сопровождал болезненный спазм.

— Прекрати, - губы шевелились с трудом, а голос и вовсе казался другим. Глаза не хотели раскрываться, словно их придавили здоровенными мешками, а мысли шевелились медленнее улиток.

— Слава Семерым, вы живы! Я так испугался!

Пусть и с трудом, но мне всё же удалось открыть глаза. Передо мной склонился рыжий парень лет семнадцати, который, судя по его бледному лицу, был очень напуган, можно даже сказать, был в глубоком ужасе.

Я сильно удивился. Прежде я нигде не встречал этого юношу, но не это было самым странным.

Судя по всему, я лежал на зеленой траве, а в небе светило яркое летнее солнце, хотя, когда я покинул техникум, на улице царила осенняя прохлада. Ещё меньше ясности в происходящее вносила какая-то мешковатая, серая и... совсем не современная одежда. Да что тут говорить, даже у бомжей одежда выглядела лучше качеством, пусть они не содержали её в чистоте, как этот парень.

— Пожалуйста, милорд, ничего не говорите, у вас идёт кровь, и вы никак не можете перенапрягаться - это может плохо сказаться на вашем здоровье, - быстро затараторил парень, - Обождите немного, я приведу вашу лошадь.

Лошадь? О чём он вообще?

Стараясь не делать резких движений, я аккуратно приподнял верхнюю часть тела и присел, с удивлением уставившись на свои ноги. На этот раз меня смутила вовсе не одежда, которая как и у моего недавнего собеседника, была далека от современности, пусть и более качественного покроя, с содержанием ярких красок. Меня смутили ноги. Они не были моими!

Короткие, в кожаных сапогах века эдак, шестнадцатого (тут я не был уверен, всё же я математик, а не историк), они определенно не принадлежали мне!

Придерживая одной рукой голову, я поднял вторую руку и с удивлением понял, что она принадлежала ребёнку.

Что происходит? Что случилось?

Не веря в происходящее, я с силой зажмурил глаза, и в моем сознании начали мелькать картины последних секунд жизни.

Шаги.

Медленно стекающая ручейком кровь, что смешивалась с грязной водой под ногами, резко сменилась совсем другой картиной.

— Ну надо же, какой красавец! - статная леди лет пятидесяти в серо-синем платье нежно потрепала меня за щеку, и я улыбнулся, громко пофыркивая, мне (мне ли?) нравилось такое отношение тети. - Вы только посмотрите, какое у него хитрое лицо, и как он фыркает! Поздравляю, Райам, твой сын унаследовал все черты своего давнего предка, полностью оправдывая герб вашего дома.

— Благодарю Оленна, - довольно ухмыльнулся пышноусый мужчина в теле, что попивал вино немного в стороне, обнимая красивую женщину со светлыми волосами...

Раздираемый сразу двумя видениями, я дрожащими руками ухватился за разрывающуюся от боли голову.

— Юль, у тебя есть чем обрадовать обладателя красного диплома в преподавании? - зашел я в нашу скромную квартирку, которую мы снимали вот уже полгода.

Не успел я стянуть с себя длиннополый плащ защищавший от дождя, как мне на шею бросилась миниатюрная брюнетка.

— Уии! Ты самый лучший! - запищала она от радости.

— Конечно! - я аккуратно крутанул свою невесту на месте, после чего наши губы слились в коротком поцелуе...

— Мама! - кинулся я к кровати с радостным криком, но твердая рука меня удержала.

Бросив взгляд вверх, я с недоумением посмотрел на того самого мужчину, что был в предыдущем видении. На этот раз он выглядел заметно старше, убавил в весе, на его лице лежала тень печали, но глаза по-прежнему пылали решительным огнем.

Я без труда определил его возраст - теперь он был ровесником той женщины, что с теплотой трепала меня по щеке в прошлом видении.

— Виола... - тяжело произнес мужчина, стоя у кровати явно больной женщины.

— Райан... ты знаешь, что ты должен сделать... но, прошу тебя, не при ребенке... - слова женщине давались с трудом. Её лицо было покрыто какой-то плотной коркой, больше похожей на каменную чешую и, судя по ее дыханию, эта зараза была уже не только на коже.

— Я знаю, что этого не стоит делать при нём... но он должен это увидеть и запомнить.

— Глупости...

— Я так решил! Он будущий рыцарь и должен понимать цену своих решений.

Некоторое время супруги сверлили друг друга взглядом, а я же, ничего не понимая, смотрел то на одного, то на другого родителя. Пару раз я порывался к матери, но рука мужчины крепко удерживала меня на месте

— Хорошо, - отвела женщина свой взгляд в сторону. - И еще, скажи Оленне, что я ее прощаю за Лютора. Благодаря ей, я встретила тебя...

— Смотри сын, - кивнув страдающей женщине, отец посмотрел на меня, не скрывая дорожку слез, что скатывались по его лицу. - Это решение которое пришлось принять мне, что бы моя любовь не превратилась в чудовище, и не заразила никого из вас четверых.

Легонько оттолкнув меня назад, он быстрым движением достал меч, и в два шага преодолел расстояние отделяющее его от супруги.

Я даже не сумел заметить движения, как меч вошел женщине в шею, прерывая жизнь, той, что являлась матерью "этого" меня.

— Нееет! - я закричал и было бросился к кровати, но меня снова кто-то удержал.

Воздух оросили ярко-красные капли крови, что маленьким фонтанчиком брызнули из артерии.

— Смотри, и учись. Отец не всегда будет рядом, чтобы давать тебе такие уроки, - ровно проговорил мужчина, чьи руки сдерживали меня.

— Да помогут нам Семеро, - раздался в стороне несколько фанатичный голос, который я совсем скоро запомню на всю свою новую жизнь...

— Милорд, держитесь! - вывел меня из транса голос всё того же парня, который как-то сумел усадить меня на лошадь, но из-за своего состояния я с трудом удерживался, благо, тело не испытывало никакого дискомфорта во время езды. - Я поведу вас на поводьях, а вы постарайтесь не упасть, до крепости не так далеко!

Глава 2

Моё новое пробуждение прошло заметно легче. Голова не болела, в глазах ничего не двоилось, а тело не испытывало сильного дискомфорта.

Подняв веки, я уставился на каменный потолок, о котором единственное что можно было сказать — он был КАМЕННЫМ. Именно так. Не гипсокартон, не дерево, не бетон. Камень.

Весь потолок, как и стены помещения, в котором я очнулся, были выложены, отлично вытесанными из камня, булыжниками, очень сильно приближенными по внешнему виду к кирпичам.

Приподнявшись на крайне мягкой кровати, в окружении кучи подушек, я осмотрелся более внимательно.

Моя комната была не такой уж и большой. Для средневекового замка. А вот для меня «прошлого» очень даже, достигая по площади размеров двушки, в которой жили мои родители.

На большом окне висели шторы цвета летней зелени, что пропускали редкие лучи света — ровно столько, чтобы в комнате создавался уютный полумрак.

На полу не было больших ковров, дело ограничилось только одной ярко-зеленой дорожкой, ведущей от кровати к деревянной двери.

На стенах свисали непонятные мне гобелены с различными изображениями: виноградная лоза на голубом фоне, золотая роза на зеленом поле, лиса на горностаевом мехе и охотник на зеленом поле. Но больше всего выделялся другой гобелен. Он находился в центре и был гораздо больше других — зеленая рука на белом фоне.

Все эти гербы ничего мне не дали, поэтому я продолжил осмотр, переведя внимание от камина, расположенного под одним из гобеленов, на свою кровать.

Как ни странно, не смотря на мой возраст, она была двуспальная, но почти всё свободное место занимали крупные подушки салатового цвета, что создавали довольно уютную берлогу, если так можно высказаться об огромной комнате, где проживал один мальчик десяти лет, в теле которого я оказался.

Кстати, об этом…

Вновь поднеся руки к лицу, я лишний раз убедился, что мне ничего не привиделось и всё, что происходит сейчас — реальность.

Потрогав голову, я понял, что с момента как я пребывал в не совсем адекватном состоянии, обо мне позаботились — голова была плотно перевязана, и кровь натекшая на лицо была смыта.

Осторожно придерживая бинты, я чуть размотал их и осмотрел. Это определенно не ткани современного времени — никаких ниток или белоснежности. Это был плотный, немного пожелтевший от времени лоскут. Я мог бы даже предположить, что его не раз использовали до меня, но поспешно гнал эти мысли прочь. Что-то мне подсказывало, правда мне не особо понравится.

Стараясь не потревожить рану, я аккуратно замотал голову, после чего приступил к дальнейшему осмотру.

Первым делом я осмотрел руки, которые далеко не были похожи на руки неженки, как я думал первое время (ну а что, если меня называли господином, а бывшее «я» этого тела, любило спать в кучи мягких подушек). Нет, вы не подумайте, они не были мускулистыми или ещё что (ага, в десять-то лет), просто мозоли на ладонях говорили о том, что не всё так просто было в жизни юноши. Так же я отметил светлые, даже немного платиновые, еле видные на коже, волосинки.

Значит, я из типичного брюнета, превратился в платинового блондина? Ну, не так уж и плохо. Непонятно только как, и почему, я оказался в теле этого мальчика, а не погиб в той луже, канув в небытие.

Дальнейшее обследование только подтвердило мои изначальные выводы — тело мальчика было лишено рыхлости, являясь довольно подтянутым.

Оттянув верёвку на штанах и стянув их с себя, я увидел тонкие, но вполне подвижные ноги. Вероятно, парень довольно неплохо бегал. Подняв взгляд чуть выше, я всё же убедился в своём поле и в том, что не был евреем. Хотя... я всё равно не знаю во сколько лет они совершают обрезание.

Все мои наблюдения только подтверждали то, что с ребёнком определенно занимались, знать бы только кто…

— Хм, а почему бы не вспомнить? — озарила меня интересная мысль, когда я натянул штаны назад. Всё же после удара головой, в моём сознании мелькали обрывки не только прошлой жизни, но и этой.

Подняв руку на уровень глаз, я сконцентрировался, глядя на сухие мозоли, покрывающие мою ладонь.

В голове тут же появились нужные обрывки.

…рука без труда ухватывается за очередной уступ, и я поднимаюсь выше, ища взглядом очередной зазор между камнями над моей головы. Найдя такой, я задираю голову, рассматривая край стены, из-за которого выглядывает человек в кольчуге, что держал веревку обвивающую мой пояс — страховку…

…— Натягивай, сильнее! — сложив руки на груди, приговаривал всё тот же мужчина, глядя на то как я, вцепившись двумя руками в широкую веревку, оттягиваю её дальше.

Веревка оказалась тетивой от большого, и явно древнего, арбалета, который я помимо прочего, удерживал ногой, поставленной в стальное «стремя» на конце агрегата.

— Это сложно! — возмутился «я», едва доведя тетиву до середины и отпустив — на большее моих сил попросту не хватило.

— Ничего страшного. Ты уже добрался до середины, значит и до конца рано или поздно дойдешь, — ухмыльнулся мужчина, подбирая с земли эту махину.

— Но зачем?! Есть же и нормальные арбалеты?!

— А что ты будешь делать, если спусковой механизм выйдет из строя? Или ещё хуже, под рукой у тебя ничего кроме них не окажется? — установив болт и без труда взведя упомянутый ранее арбалет, мужчина вскинул его на уровень плеча и выстрелил, угодив ровно в центр мишени. — Ты в идеале должен знать строение арбалета и быть готовым собрать его хоть из говна, если выбрал именно его, а не более простой лук, или меч. Нельзя использовать полумер, так же как и учиться не до конца…

— Гарт? — выдернул меня из воспоминаний знакомый голос. — Ты в порядке?

— Прошу прощения, задумался, — вырвалось у меня непроизвольно. Я тут же отметил, что мой слух цепляло звучание языка на котором мы общались, хотя понимал я всё отлично. Вероятно, выверт моего разума, после слияния с воспоминаниями этого тела.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил меня ещё молодой мужчина, лет двадцати пяти. Он так же как и я был блондином, но волосы отдавали более темными оттенками. За его спиной показался еще один человек, облаченный в робу.

— Хорошо, — ответил я, не испытывая каких-либо неудобств.

— Тем не менее, пусть мейстер Хайп осмотрит тебя, — мой брат, а воспоминания подсказывали, что это был именно он, почти не выражал никаких эмоций, словно на самом деле ему не так уж и интересно было моё состояние.

— Позвольте, милорд, — подошел ко мне обладатель робы, названный «мейстером Хайпом».

Улыбнувшись, мужчина сел на одну из моих подушек, отчего я против воли нахмурился, и мейстер поспешно убрал её, устроившись на кровати.

— Простите, милорд.

«Что это было?» — задался я вопросом, пока местный врач медленно разворачивал ткань на моей голове.

Почему я так отреагировал, ведь обычно я никогда не был против небольшого панибратства со стороны старших.

Рефлексы этого тела? Нет. Вернее, не только они. Мне не понравилось то, что он так нагло зашел на «мою» территорию.

Интересно. Получается, от предыдущего "себя" я получил не только тело, но и некоторые черты характера, ведь раньше я бы просто проигнорировал подобное.

— Хм, всё и в самом деле в порядке, только я не советовал бы снимать повязку в ближайшие три дня, и это же время, как можно больше лежать в кровати, — позвякивая длинной цепью украшенной золотыми и серебряными звеньями, мужчина поклонился и покинул помещение оставив меня с братом, чье имя я как не старался, так и не мог вспомнить.

— Я рад, что ты остался жив, — всё с таким же беспристрастным лицом сказал мой посетитель, раздвинув на окне шторы и уставившись куда-то вниз. — Подойди сюда.

Разрушив баррикаду из подушек, я выбрался наружу и, шлёпая босыми ногами, подошел к окну.

— Внизу. Смотри внимательно.

Из окна простирался воистину чудесный вид: с одной стороны просматривалась длинная река, с другой — зелёные луга, поражавшие наличествующей там зеленью. Внешние стены крепости так же могли удивить стороннего наблюдателя, поскольку были выложены из камней исключительно светлых оттенков. Вот только происходящее во внутреннем дворе крепости было вовсе не так чудесно, как пейзажи за её стенами.

— Ах! — едва услышал я первый вскрик человека, удерживаемого в деревянных колодках. Его спина была обнажена, а сам он связан так, что не имел даже малейшего шанса на побег.

Над ним возвышался человек в котором я без труда узнал отца этого тела. Он держал в руках кнут с тремя веревками на концах, что оставляли на спине несчастного кровавые борозды.

Свист.

Редкие капли крови в свете солнца были заметны даже отсюда. Человек от боли приподнял голову и я без труда рассмотрел его рыжую макушку.

— Это?.. - мелькнуло у меня узнавание.

— Ранли. Он не досмотрел за тобой, и выдал тебе не обученную лошадь, отчего ты пострадал во время прогулки. - всё так же равнодушно, отметил молодой мужчина.

Свист.

Кровь на земле стала гораздо заметнее.

Всё мое естество взбунтовалось против подобного, поэтому я сорвался с места, намереваясь прекратить это.

— Я пошел!

Как только я рванул в сторону двери, то ощутил знакомое чувство — меня снова удерживали за плечо, хорошо знакомой по воспоминаниям, рукой.

Свист.

Я вновь вздрогнул, и перевёл взгляд на место экзекуции.

Если присмотреться, то среди ран и крови стало вполне реально рассмотреть кусочки отодранной плоти.

— Ты ни чем не сможешь ему помочь. Тем более, это заслуженное наказание, — спокойно пояснил "мой" старший брат, словно разговаривал о погоде, а не о том, что человека сейчас наказывали, превращая его спину в крошево.

— Но нельзя же так просто избивать человека! — возмутился я.

— Почему? — впервые на его лице проявилась хоть какая-то эмоция — удивление.

Свист.

В одном месте обнажилась кость, а парень уже охрип от криков.

— Это бесчеловечно! — я попытался успокоиться, волнуясь о том, что это могло быть не совсем естественное поведение для бывшего обладателя этого тела.

— А подвергать твою жизнь опасности было человечно? Не смотря на то, что у него есть мы, самым дорогим подарком нашей матери для него стал именно ты, — рассказывая это, мужчина подошел к противоположной стене с гобеленами и медленно провел рукой по центральному из них — по тому, на котором была изображена зеленая длань на белом фоне. — Ведь ты так похож… — сказав эту фразу, брат резко осекся. — Смотри. Смотри внимательно. Ты должен понять, что ТВОЯ жизнь — бесценна, и отец будет защищать тебя до конца, а когда его не станет, это будем делать мы, если же не останется никого из нас — это должен будешь делать ты сам. — Вернувшись назад, он схватил меня за подбородок и повернул в сторону окна так, чтобы я не мог оторвать взгляд от экзекуции.

Я до крови закусив губу, с тяжелым взглядом смотрел на то, как мой отец сворачивает орудие наказания и покидает двор, оставляя за собой не подающего признаков жизни человека.

— Он всего лишь конюх, а ты Флорент. Гарт Флорент. — почему-то сделав ударение на моем имени, мужчина покинул меня.

Куда я попал?

Глава 3

После ухода брата, я ещё долгое время стоял у окна и смотрел на пострадавшего.

Стоило моему отцу скрыться за дверью, как к наказанному парню подбежала заплаканная женщина и пара похожих друг на друга мужиков. Подхватив конюха с двух сторон, они под причитания женщины потащили того в небольшую пристройку для слуг. Пока они затаскивали пострадавшего, женщина скрылась в крепости, и вернулась лишь спустя пять минут, ведя под руку мейстера Хайпа. Тот не выглядел особо довольным, но судя во всему, не мог отказать отчаявшейся матери.

Убедившись, что всё в порядке, я направился к своей кровати, но едва не споткнулся на месте.

Что это?

Я недоумевающе провел по глазам, и стер с них влагу.

Слезы? Я ревел?

Нет, не поймите меня неправильно, я вовсе не был бесчувственным человеком, даже наоборот, я очень многое принимал близко к сердцу, стараясь помочь даже откровенным тупицам, но вот так? Я даже не помню, когда я последний раз пускал слезу.

Тщательно протерев глаза, я решил разобраться со всеми этими непонятками. Не знаю, что тут виновато, юное тело или его характер, но это - проблема, которую надо решать.

Забравшись на кровать, и действуя по непонятному наитию, я обложил себя подушками так, что осталось только пара щелей через которые я мог наблюдать за комнатой.

Выполнив это простое действие, я почувствовал себя в безопасности. Словно не меня совсем недавно убили, будто бы теперь не было этих пугающих воспоминаний, и не на моих глазах истязали бедного парня. Откинувшись на одну из многочисленных подушек, я закрыл глаза.

Уютно...

... — Так, а теперь сюда, и сюда, - на той же самой кровати сидела красивая светловолосая женщина, что складывала передо мной гору подушек. - Теперь немного раздвинем... готово!

Я словно ждал этого момента и ужом скользнул внутрь этой импровизированной норы. Поскольку в этом воспоминании я был заметно младше, то без труда развернулся на сто восемьдесят градусов и аккуратно высунулся из подушек, довольно улыбаясь при этом.

— Ахаха, ты как настоящий лисенок! - засмеялась женщина и щелкнула меня по носу.

— Ну ма-а-ам!..

***

На первую самостоятельную прогулку я решился только спустя три дня, отведенных мне мейстером. Почему только сейчас? Время. Всё это время я старался восстановить как можно больше воспоминаний, и мне это, как ни странно, удалось.

После своей смерти я оказался на континенте называемом Вестерос. В королевстве называемом... Семь Королевств, которым правил всё же один Король, хотя у власти каждого "королевства" стоял один из Великих Домов - по сути, дворянский род, переводя на доступный мне язык.

Я попал в тело третьего сына главы дома Флорент и меня теперь зовут Гарт Флорент. Сын Райама Флорента и Виолы Флорент, бывшей в девичестве Редвин. Так же у меня было два брата - Эррен и Имри, как раз последний, время от времени, и посещал меня, Эррена же я не видел с момента моего попадания. Так же у меня была сестра по имени Селиса, но она за пару дней до моего падения с лошади, была отправлена на "Драконий Камень", которым владел младший брат короля Семи Королевств - Станнис Баратеон, её будущий супруг, с которым ей ещё предстояло познакомиться.

Насколько я смог понять из воспоминаний, то совсем недавно произошло восстание, во время которого был убит законный король и его наследники. Трон же занял Роберт Баратеон.

Мой отец, как и войска нашего дома, тоже участвовали в этой войне, но на стороне короля. Под предводительством Великого Дома Тиреллов, было одержано несколько побед, но после смерти Эйриса Таргариена, известного так же под прозвищем "Безумный Король", наше "Королевство" называемое Простором, поддержало нового правителя.

Впрочем, обычное средневековье, и удивляться здесь было нечему.

Я, помимо того, что был младшим ребенком в семье, так же был ещё и очень поздним. На момент зачатия, моим родителям было уже сорок с небольшим лет, поэтому между мной и братьями была такая большая разница в возрасте.

Кроме Имри и прислуги носящей еду, меня так же посещал мейстер, который по совместительству был не только моим врачом, но и учителем. Правда, приходил он вовсе не для уроков, а рассказывать старые легенды.

Наш дом вёл свои корни от Великого Дома Гарднеров, что некогда единолично правил Простором. Его основал Гарт Гарднер Зеленорукий, прозванный так за то, что где бы он не прошёл, и чего бы не коснулся, там вырастали цветы и трава.

От этого дома произошло ещё несколько домов, а с другими они тесно породнились, поэтому можно было смело утверждать, что каждый боле-менее старый род Простора имел в своих венах его кровь.

Но история этого дома, как и многих других Домов, закончилась с приходом Эйгона Таргариена Завоевателя, у которого было несколько драконов (на этом моменте истории я неверяще фыркнул, за что удостоился от мейстера Хайпа недовольного взгляда). Тогда правящая династия была уничтожена, а во главе Простора встали Тиреллы, сдавшие столицу врагу.

Но даже сейчас, всем домам Простора было ясно одно - прямых наследников Великого дома осталось немного, и как ни странно, самыми именитыми домами среди них были те, кто вели свой род от Гарта Зеленорукого, а если точнее, от его не менее известных детей, обладающих удивительными способностями.

Так, по легендам, одна из его дочерей могла превращаться в журавля, тогда как другая управляла пчёлами. Сыновья же владели не менее выдающимися способностями как суперсила, управление винными лозами или имели в своих жилах кровь гигантов.

По мужской линии наследовали четыре дома: Флоренты, Окхарты, Бульверы, Редвины. Тогда как по женской всего три дома: Тиреллы, Крейны, Бисбери.

На момент этого рассказа, в моей голове всплыло воспоминание, что я слышал эту историю множество раз, и не только от мейстера, и далеко не по одному разу. Словно это была грубая пропаганда, а мне же совсем не улыбалось поучаствовать хоть в одной из местных разборок - я был наслышан о смертности людей во время очередной серии интриг между домами (как оказалось, правдивую историю мне тоже преподавали, и эти уроки довольно удачно всплывали в памяти во время пересказа сказок древности).

Покинув свою комнату, я спустился вниз по лестнице, и прошел в ту часть замка, где предположительно находилась кухня (а замок был огромным, и носил гордое название "Ясноводная Крепость"). Впрочем, далеко я зайти не успел, поскольку почти сразу же мне на глаза попалась пышненькая девушка в простецкой одежде.

— Чего желает милорд? - поклонилась она мне.

— Мне необходимо зеркало в моей комнате и бадья с горячей водой, чтобы умыться, - из воспоминаний я почерпнул правильную манеру обращения с прислугой - никаких "прошу вас", "пожалуйста", "простите" и подобного. К ним необходимо было обращаться, как к должному, не более.

Пусть мне и противила такая манера общения хоть с кем-то, но приходилось с этим мириться. Я должен соответствовать, ведь я Фло... тьфу, проклятые воспоминания мальчишки!

— Хорошо милорд, всё будет готово как можно скорее. - девушка уважительно поклонилась и поспешила убраться куда-то вглубь коридора.

Хм, чем же заняться оставшееся время?

Внезапно мой живот скрутило, и больше таких вопросов у меня не возникало, поскольку я поспешил именно туда - в святую всех святых моего мира, и проклятое место этого.

Запах там стоял на удивление приятный. Сразу было видно, что за отхожим местом посещаемым членами семьи, следят очень внимательно, и даже периодически жгут ароматизированные масла. "Белого друга", заменяла вполне обычная для сельских туалетов деревянная конструкция, на которой можно было с удобством разместиться.

Некоторую интимную обстановку создавала одинокая свеча, которую приходилось самостоятельно зажигать с помощью кресала. Это действо получилось у меня далеко не с первого раза, но спустя пару попыток, я всё же смог её разжечь.

Огонь осветил лежавшие под ней грубые губки, добытые у моря, но пользоваться ими разрешалось только членам Дома, слуги же обходились чем попало, и поверьте мне, я был очень рад, что у моей семьи хватало средств на покупку такой жизненно необходимой вещи, пусть и её "ополаскивание" в одном из рядом стоявших ковшей было несколько противным.

Покинул я это место лишь спустя минут десять, и должен сказать... запахи там стали менее приятными.

— Гарт? Ты выздоровел? - встретил меня улыбкой немного полноватый мужчина. Наверное, именно так бы выглядел мой нынешний отец, если бы не занимался с мечом и не участвовал в охотах.

— Да, дядя, - кивнул я мужчине, который не переставал улыбаться. Не знаю почему, но мне стало неуютно от его улыбки, веяло от неё какой-то неискренностью, что ли?

— Тогда не забудь посетить отца, он сейчас с мейстером Хайпом и Коленом, изучает сборы налогов, - не прекращая улыбаться, он прошёл мимо меня, в то самое место, где я был минуту назад.

— Дядя Аксель? - окликнул я его в последний момент, когда он уже взялся за ручку двери.

— Да?

— Туда лучше не заходить... - мой рот непроизвольно растянулся в коварной улыбке, - минут десять. - Не удержался я от замечания.

— Э?

Но это точно того стоило, особенно вид того, как его вечная улыбка сменяется удивлением.

А я же поспешил прочь, коря себя за такой поступок. Похоже, я прав в своих выводах, и мне передалась часть характера ребенка, а это очень плохо, придется контролировать себя, чтобы однажды не попасть с этим впросак. Особенно со взрослыми, ведь Аксель был третьим ребенком из пяти в семье отца.

Вернулся я заметно раньше обозначенного времени, поэтому, устроившись на кровати, смог наблюдать как в мою комнату внесли огромное зеркало и деревянную бадью, от которой шёл небольшой пар.

Зеркало я приказал повесить справа от кровати, на стене перпендикулярной гобеленам. После этого в комнате осталась только одна служанка, молча стоявшая у бадьи. Память ребенка тут же услужливо подсказала мне, что в детстве его купала мать, и только после её смерти, эта обязанность перешла к пожилой даме, ставшей мне кем-то вроде няни, присматривающей за моим бытом.

— Нанья, сегодня я помоюсь самостоятельно.

— Хорошо, милорд, - в глазах женщины мелькнуло удивление, тут же сменившееся чем-то вроде гордости, и она тепло улыбнулась мне.

Как ни странно, но, несмотря на свой ментальный возраст, я... стеснялся. Да, именно так. В моей прошлой жизни была только одна девушка, поэтому раздеваться перед другими мне было не комфортно, и то, что это тело совсем недавно было чужим, вовсе не отменяло моих стеснений, а наоборот, усиливало.

— Я вернусь через десять минут, милорд, - поспешила скрыться за дверью женщина.

— Пятнадцать! И не забудь постучать! - крикнул я ей вдогонку.

Стянув легкую простецкую рубашку, в которой я ходил последнее время (ну, не в камзоле же мне соблюдать постельный режим?), я развязал тесемки легких штанов, больше напоминавших смесь бриджей и панталон, исполнявших роль нижнего белья. Что примечательно, они имелись не только на поясе, но и в районе икр.

Забравшись в горячую воду, я тут же потянулся к непонятной смеси, что заменяла мыло и пахла... цветами. Видимо, это местная традиция, чтобы благородные сэры пахли так, как пахла далеко не каждая женщина в моем мире.

Взяв в руки губку(именно так, все же Простор был не так уж и далек от моря, и такой товар здесь был в широком обиходе, по крайней мере среди знати), я вылил на руки местный шампунь и начал тщательно отмываться. Слава богам, у местных жителей, не смотря на некоторую близость к средним векам, не было никаких предубеждений против мытья. В отличии от католичества, Семеро этого не запрещали, хотя на самом деле люди мылись не так уж и часто, особенно это касалось простолюдинов.

Управившись за десять минут, я сразу не стал одеваться, а подошел к зеркалу.

Всё как я и говорил. Моё новое тело и в самом деле было довольно подтянутым. Не было присущей детям рыхлости, но и чётких контуров мускулов пока не имелось. Для своего возраста я имел вполне обычный рост и вес, ничего сверхъестественного. Правда, это до тех пор, пока человек не увидит мое лицо, а вот оно было как раз запоминающимся.

Довольно узкий разрез глаз, по сравнению с моими остальными родственниками, светло-платиновые короткие волосы и очень широкий рот вкупе с немного вытянутым острым носом. Можно было бы даже заподозрить мою мать в измене, если бы не этот светло-голубой оттенок глаз, отдающий стужей, что я унаследовал от своего отца.

Испытывая свою новую внешность, я повторил ту самую улыбку, которую продемонстрировал своему брату. И, скажу честно, она пугала... благодаря тонким губам и широкому рту, она прекрасно смотрелась с моим несколько необычным носом, делая меня несколько похожим на хитро ухмыляющуюся лису. А если поднять уголки губ на максимальную высоту, то я становился похож на змею, что нашла свою жертву и попросту собиралась её сожрать.

М-да, с такой внешностью я буду привлекать девушек первой улыбкой и пугать недругов - второй. В прошлой жизни я не мог похвастаться чем-то подобным, и поэтому был даже рад такой "изюминке".

Я не был красив в классическом понимании этого слова, скорее... имел довольно необычную, я бы даже сказал, экзотическую, внешность.

Удовлетворившись осмотром, я по-быстрому оделся, после чего в мою комнату постучали.

— Войдите.

— Милорд? - в комнату вошла Нанья, сопровождаемая ещё одной служанкой, которая оперативно подхватила бадью и вынесла из комнаты. - Ваш брат просил напомнить, что вы должны посетить отца.

— Я помню об этом, - кивнул я женщине и поспешил покинуть комнату.

— Милорд, - окликнула меня женщина.

— М?

— Вы же не собираетесь идти к лорду в ЭТОМ?

Я тяжело вздохнул.

У этой женщины была ещё одна обязанность, о которой я вспомнил только сейчас. Она выбирала все мои наряды и помогала в них облачаться...

Глава 4

Для похода к отцу меня одели в кожаный камзол без рукавов, что был выкрашен в ярко-зелёный цвет, тогда как рубашка под ним имела светло-салатовый оттенок. Сапоги на мне были выполнены из парусины и не выделялись какими-то особыми цветовыми гаммами, имея свои естественные оттенки. Они были довольно широкими в ноге, но подвязывались снаружи особыми тесемками так, чтобы ткань на обувь не спадала и довольно плотно соприкасалась с телом.

Именно в таком виде я и отправился к отцу, чей кабинет находился на самом верхнем этаже замка под строгой охраной, поскольку оттуда вела единственная дверь в архив, где хранились все документы по нашим землям, что когда-либо проходили через его руки.

Заняло это путешествие у меня… порядка пяти минут, поскольку добираться до туда была далеко не самая простая задача, особенно, когда тебе десять, и эти огромные ступеньки выглядят реально угрожающе.

Проигнорировав двух солдат, охраняющих вход в кабинет, я постучался и стал ждать ответа.

— Войдите, — раздался зычный голос, в котором я без труда узнал отца моего нового тела.

Немного напрягшись, дубовая дверь была ОЧЕНЬ толстой и с трудом держалась на огромных петлях, я отворил её.

Кабинет оказался довольно просторным. В нем находились два широких стола, за одним из которых сидело два человека, разбирая хаотичный ворох бумаг, а за вторым сидел лорд Райан Флорент.

После видения со смертью матери, он сдал ещё сильнее, и теперь в нем не было даже грамма лишнего веса. Лорд Флорент выглядел как крупный мужчина, всё с теми же пышными усами. Его светлые волосы с годами стали заметно отсвечивать сединой, тогда как голубые глаза совсем не по-старчески блестели уверенностью, которая сквозила в каждом его движении и действии.

В отличии от соседей, у него на столе был порядок и все записи он вел в большой книге, куда вносил что-то из передаваемых ему мейстером листов.

— Гарт? — оторвался отец от книги. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, отец. - коротко поклонился в ответ.

— Отлично. В таком случае у меня есть для тебя пара новостей, но прежде чем я сообщу их, у меня будет один вопрос.

— Да?

— Имри сказал, что ты усвоил урок. ТЫ, действительно его усвоил? — внимательно посмотрел мне в глаза мужчина.

— Д-да, отец. Остальное ничто, семья — всё, — процитировал я вспомненный мною девиз Флорентов, пусть и вне круга семьи он произносился иначе, меняя слово семья на «Флоренты». Немного эгоистично, не правда ли?

За это напоминание, мой отец удостоился от нашего кастеляна упрекающего взгляда.

Именно им и был третий взрослый в этом кабинете.

Кастелян Ясноводной крепости — Колин Флорент. Четвертый сын предыдущего лорда, а вместе с тем, едва ли не самый умный, в плане наук, член дома. Он прошёл обучение в Цитадели — некоем аналоге Академии наук. Но при этом не проживал свою жизнь как мейстер, так и оставшись рыцарем. Зато там он познакомился с Николасом Хайпом, и пригласил к нам в крепость, где вот уже несколько лет пустовало место мейстера, а Цитадель отвечала отказом на каждый запрос.

В отличии от своих более старших братьев и их сыновей, он имел каштановые волосы унаследованные от бабушки, бывшей в девичестве Окхарт, одного из домов, ведущих свои корни от Гарта Зеленорукого, первого короля Простора. Так же он имел черту, довольно часто встречающуюся в нашем доме — несколько оттопыренные уши.

Слава богам, у меня семейная черта отразилась не так сильно, и они лишь немного тянулись вверх, вызывая ассоциацию с эльфами, что наоборот только прибавляло мне привлекательности.

— Мейстер сообщил, что ты уже хорошо владеешь счётом, верно? — я кивнул, поскольку считать за «счёт» те знания Гарта, что преподавали в первых двух классах моего мира, было бы лично для меня стыдно, как для математика. — В таком случае через пару дней ты будешь практиковаться и вести подсчёт тех сумм, которыми занимается сейчас мейстер Хайп. Разумеется, всё это под его присмотром.

Мужчина в робе тепло мне улыбнулся, поскольку отношения у меня были с ним теплые, как и почти со всем замком. Бывший "Я" был всеобщим любимчиком.

— Второе. Завтра ты отправляешься на охоту.

— Охоту? — я порядком удивился. Не смотря на любовь моего отца к подобным развлечением, «меня» он раньше туда не брал. Насколько я понял, то я бы просто мешался там. Что же изменилось сейчас?

— Да. Ты уже достаточно взрослый и в полной мере владеешь арбалетом, так что время для твоей первой охоты настало.

— Хорошо, отец, — согласился я, опустив голову. Это было несколько неожиданно для меня нынешнего, чего уж говорить о ребенке, чье тело я занимал. В прошлой жизни я ничем подобным не увлекался, да и считал я такое занятие… грязным, наверное? Что уж говорить об охоте, если я даже в рыбалке-то прелести не находил!

— Господин? — в дверь постучали и, после разрешения, туда заглянул один из солдат охраняющих кабинет. — Ужин подан.

Лорд молча поднялся и вышел из кабинета. За ним последовали и остальные.

Когда я уже подошел к двери, то почувствовал на своем плече руку дяди, который дружески потрепал меня. Когда я повернулся к нему, то он с улыбкой кивнул мне, оказывая молчаливую поддержку. Вероятно, он был против решения моего отца, но противиться решению старшего брата не стал.

В обеденном зале стоял один длинный стол, за которым разместились почти все члены Дома.

Во главе стола устроился мой отец, как Лорд. По правую руку пустовало место предназначающееся второму по-старшинству Флоренту — Алестеру. По левую, к моему удивлению, был я, хотя я должен был сидеть заметно дальше. Ребенок из воспоминаний воспринимал это как должное, а вот меня это очень насторожило.

Дальше, напротив друг друга сидели два дяди уже виденные сегодня. Аксель и Колин. Далее шли мои родные братья, Имри и Эррен. Они были очень похожи друг на друга внешне, но совершенно разные по характеру. Первый предпочитал молчать и говорить строго по делу. Его нередко можно было застать за чтением книг по военным наукам, скопированных мейстером Хайпом из Цитадели, а ещё он почти никогда не снимал кольчугу, и довольно упорно изучал мастерство боя на мечах, используя полуторник.

Эррен был его полной противоположностью. Шумный, говорливый, постоянно ухлестывающий за женщинами, впрочем, все они были простолюдинки, и потому с удовольствием принимали ухаживания второго сына. Предпочитал он яркие камзолы, но те носили не зеленые цвета, как у меня, а родовые — белый, с редким вкраплением красного и синего.

Фехтования он, не смотря на свой ветреный характер, не избегал, и довольно уверенно мог одолеть многих противников, беря ловкостью, хитростью и навыками, полностью оправдывая герб своего дома. Вот только всё это ему давалось достаточно легко, чего не сказать о старшем брате, поэтому было не удивительно, что у них часто бывали разногласия. Впрочем, не только по этому поводу. Имри попросту не мог спокойно терпеть легкомысленное отношение брата к своим обязанностям.

Дальше сидел единственный сын дяди Алестера — Алекин. Он был очень тихим и выглядел несколько неуверенным в себе человеком, но в отличии от остальных его кузенов я кое-что знал о нем по памяти доставшейся мне. Стоило этому парню только взять в руки кисть — как он преображался. Его движения становились уверенными, глядя на холст, он не смел опустить глаза и даже более того, в таком состоянии он мог отвечать без единой запинки, поскольку в простом общении с людьми у него такое часто бывало. Вот только его отец далеко не так благосклонно смотрел на этот талант, пусть и позволял ему этим заниматься.

Обе сестры Алекина, уже опередили Сесилу Флорент, и были отданы замуж, поэтому следующими шли сыновья Колина. У Акселя, в отличии от братьев, детей не было. После того, как погибла его супруга из рода Хайтауэров, которая и привила своему мужу такую фанатичную преданность Семерым, он не решился на повторный брак.

Братья Омер и Меррел, как и их отец, унаследовали каштановую шевелюру Окхартов, и если один их отращивал с гордостью, словно говоря: «Я не такой как все остальные Флоренты!», то второй стриг их под едва видимый ёжик. Младший — Меррел, со дня на день отправится на службу оруженосцем к одному из Редвинов, тогда как старший, уже некоторое время обучался в Цитадели, пусть ему пока и было далеко до первого звена.

Их сестра сидела потупив голову и пребывала в глубокой задумчивости. Недавно ей было названо имя будущего супруга, поэтому обычно веселая девушка пребывала в некоторой прострации.

Блюда на столе уже были расставлены, и я, вместе с остальными членами семьи, дождавшись отмашки лорда, приступил к приёму пищи.

Отдав должное жирной утке, обратил внимание, что по мере насыщения за столом начали появляться вялотекущие разговоры. Мои братья разговорились о чем-то с Меррелом. Имри в основном помалкивал, но иногда кидал пару фраз, от которой остальные начинали только активнее жестикулировать. Омер, мягким тоном пытался растормошить свою сестру, а Алекин вяло копался в своей тарелке.

Находясь близко к отцу, я застал интересный разговор, прикинувшись, что занят своей едой.

— Как долго Алестер пробудет у Норкроссов? — задался вопросом Колин.

— Не думаю, что долго. Норкроссы — немногочисленный род, пусть среди них и появляются очень умелые воины, — рассуждал лорд, обгладывая тонкую кость.

— Не лучше ли было выбрать Рованов? — вмешался Аксель.

— Нет. Ты же знаешь, они слишком привязаны к Тиррелам, и могут не поддержать наших притязаний. — Заметил кастелян. — А Норкроссы хороший вариант, лучше будут только Хайтауэры, но девушек подходящего для наших сыновей возраста у них ПОКА нет.

После этого они обсудили ещё несколько домов, во время которых я всё больше и больше удивлялся. Похоже, что мои родственники задумали что-то крупное, раз так уверенно рассуждают о том, с кем бы им породниться в течении ближайших семи лет.

Мне же больше половины имён ни о чём не говорили, поэтому я спросил об одном из них.

— Хм, пожалуй, тебе пора начинать изучать геральдику, — задумчиво ответил мой отец. — Сегодня же сообщу об этом мейстеру Хайпу.

Лучше бы я промолчал…

К себе в комнату я шёл в некоторой растерянности. Я не понимал, почему взрослые меня так приближают к себе, дают слушать свои разговоры, обучают так, словно я являюсь наследником, а не Имри или Алестер.

— Гарт? — обогнал меня улыбающийся светловолосый парень в белоснежном камзоле. — Ну как? Ты готов к своей первой охоте? — улыбнулся юноша во весь рот, отчего я начал сомневаться в том, что это средневековье, уж больно ухоженными были его зубы по сравнению с остальными взрослыми. Да чёрт побери, они и в наше время далеко не у каждого так хорошо выглядели!

— Не особо, — отозвался я.

— Не бойся! Это совсем не страшно! Хотя, мне тогда уже было четырнадцать. — Парень на секунду задумался, а потом, словно снова ожил, прикладывая руки к плечу, словно что-то держал. — Смотри, это просто! Берешь арбалет, держишь вот так, а потом бац! Стреляешь прямо в голову! Тут главное не испугаться и не промазать, а то у вепрей, знаешь ли, бивни чертовски убойные.

— Н-наверное, — мой глаз нервно дернулся. Я не имел представления как выглядят местные вепри, зато прекрасно знал размеры свиней, и потому мне совсем не улыбалось в один момент понять, что одной стрелы недостаточно.

— Хотя, какие тут могут быть промахи! Если ты промажешь, то есть шанс, что Кирли сам тебя прикончит, опередив в этом любого вепря! — хохотнул братец. Он хотел ещё что-то добавить, но тут его взгляд зацепился за промелькнувшую юбку одной из молодых служанок крепости. — Прости, что не провожу тебя до комнаты, но, думаю, дальше ты сам справишься.

Парень оставил меня в несколько расстроенных чувствах, скрывшись в том же коридоре, где исчезла служанка.

Придется провести очередной вечер в своих воспоминаниях, поскольку с утра меня ждала встреча с этим самым Кирли, мастером над оружием Ясноводной крепости, и мне совсем не улыбалось опростоволоситься в том, что я даже не помню обыкновенную разминку.

Глава 5

Я медленно брёл по пустошам, глядя только себе под ноги. На земле не было ни единой травинки или лужи, только засохшие бурые пятна, больше похожие на высохшую кровь, что пролилась здесь в огромном количестве.

Подняв взгляд немного выше, я обнаружил ещё несколько багровых пятен. Помимо прочего, создавалось впечатление, что совсем недавно это место стало настоящим полем боя, с которого успели утащить все трупы, медленно волоча их по земле и оставляя большие борозды.

Промелькнула огромная тень, что на секунду закрыла всю землю, словно в небесах пролетело что-то невероятно огромное. Я сначала подумал, что это был самолет, но нет. Яростный рев на ходу разрушил все мои предположения.

Медленно передвигая ноги, я так и не решился посмотреть в небеса, боясь привлечь внимание неведомого хищника, поэтому я только внимательнее всматривался под ноги и обнаружил одну странность.

С появлением этого зверя, под моими ногами стали появляться слабые, едва заметные, зеленые ростки. Обернувшись назад, я увидел за собой медленно произрастающую поляну, превращающуюся в благоухающую рощу.

Я был настолько сильно очарован этим зрелищем, что на несколько минут замер на месте, не в силах оторвать взгляд от чуда, происходящего на моих глазах.

Из оцепенения меня вырвал холодный ветер, что заставил передернуть плечами и отвести взгляд от рощи, выросшей в этих неприветливых пустошах.

Прямо за появившейся поляной бушевала настоящая вьюга, отголоски которой доставали и до меня, забрасывая мне в глаза редкие снежинки.

Поморщившись, я более внимательно всмотрелся в метель, где показался человеческий силуэт, глаза которого светились необычной синевой. Немного прищурившись, я взглянул прямо в них, и в следующую секунду все моё естество буквально заледенело от этого равнодушного взгляда, который не видел во мне не то что человека, даже живого существа…

Я резко поднялся обливаясь потом и раскидав половину подушек.

— Что за… — дрожащей рукой я ухватился за грудь, где бешеной птицей билось сердце, едва не выпрыгивая наружу.

Стараясь унять дрожь, я сильнее закутался в одеяло, игнорируя первые лучи восходящего солнца. Никогда прежде мне не снились столь реалистичные сны, как сегодня, и это… пугало, вкупе с тем, что я оказался в чужом мире, погибнув в своем.

Тут я был совсем один, без родителей, немногочисленных друзей и Юли… всё ещё бьющееся в истерике сердце, болезненно сжалось от горечи утраты, но я сумел пересилить это чувство и, отбросив одеяло, подняться с кровати.

Сожаления о прошлом мне ничего не дадут, тем более, что ТАМ, я погиб и у меня нет возможности как-то отмотать это назад, нужно идти вперед, по новой жизни, которую мне дал неизвестный покровитель.

Одевшись в довольно простую одежду, я вышел из комнаты и начал спускаться вниз.

Вчера я сумел восстановить в памяти всё то, чему меня учил мастер над оружием Ясноводной крепости и… мужик внушал.

Всего после пары уроков он понял, что обычным мечом ребенок владеть не хочет, но желание уметь общаться с оружием у него все же присутствовало, мастер отложил эти занятия до того, как мне исполнится четырнадцать.

Зато ребенок, чье тело я занял, с первого взгляда полюбил арбалеты. Ему понравилось конструкция, изгиб и сила выстрела, способная пробить доспехи. Вдобавок ко всему, у него оказался отличный глазомер, и стрелял он довольно метко, что только убедило мастера Кирли решении отложить обучение фехтованию на некоторый срок.

Вспомогательным оружие ближнего боя для меня стали… кинжалы. Поскольку наш мастер над оружием и в самом деле был мастером, владея не только мечом, то и проблем с освоением двух кинжалов и приемов нечестного для меня не было.

Меня учили любым способам победы: земля в глаза, использование посторонних предметов, изготовление горящих болтов, смазывание кинжалов ядами особым способом, чтобы ни одна из капель не попала на кожу. При этом, уроки были поставлены так, что ребенку это было интересно. Лазанье по стенам, занятия брусьями, соревнование в карабканье по деревьям — всё это, благодаря живому уму мастеру Кирли, было представлено в виде игр, состязаний, приключений и других вещей, способных заинтересовать ребенка.

Это сейчас я, просматривая воспоминания с высоты своего возраста, понимал истинное значение всех занятий, хотя, признаться честно, я "настоящий", в таком возрасте тоже не понял бы истинную подоплеку всего этого.

Выйдя во внутренний двор крепости, я прошёл через центральный проулок к тренировочной площадке, выложенной из камней, тогда как остальная часть двора являла собой далеко не ровную землю. Наверняка, во время дождей здесь приходится ходить с осторожностью, чтобы не забрызгать случайных прохожих грязью из-под сапог.

Тем временем на площадке царило оживление — мастер над оружием тренировал солдат, которые сегодня не были на страже, или должны были заступить в ночной караул. На данный момент, они в полном обмундировании наматывали круги вокруг площадки. Всё это время их «подбадривали» крики мастера Кирли.

— Быстрей, тля! А не то я вам… — лысый мужчина в кольчуге на секунду прервался, заметив меня, после чего махнул сержанту, отчего бегуны заметно выдохнули. На моей памяти, каждое моё появление, они воспринимали как благословение Семерых, не иначе.

Упомянув Семерых, я тут же нахмурился. Может быть я бы и упомянул их всуе, но точно не в мыслях. Инерция мышления этого тела? Или всё же я как-то поглотил, или слился с этим сознанием? Ничего до конца так и не ясно…

— Рад, что вы здоровы, — улыбнулся мужчина, поглаживая ножны своего меча. Сэр Кирли когда-то был простым наемником, а потом его посвятили в рыцари. После этого он несколько лет странствовал как Межевый рыцарь, присоединяясь то к одному лорду, то к другому, пока мой отец не отметил его таланты во владении оружием и не пригласил в Ясноводную мастером над оружием. — Но я не думаю, что сегодня вы готовы к занятиям. Я бы советовал и охоту отменить, подождав пару дней до вашего полного выздоровления, но кто я, и кто лорд? — философски рассудил мастер, — поэтому, к вашей первой охоте я подготовил вам особый подарок. Пройдемте.

Мужчина поманил меня за собой в сторону кузни, располагающейся немного в стороне от основных строений — всё же сооружение, где почти постоянно горит огонь может быть опасно при сильном ветре.

— Этот образец не так давно дошел до нас из Лхазара, хотя он использовался в тех землях ещё со времен Валирийского Фригольда. — Кирли подошел к кузнецу, который незамедлительно отправился в соседнюю комнату, где хранился товар на продажу или его недавние творения.

— Валирийского Фригольда? — зацепился я за незнакомое название.

— Хм, — мастер на секунду задумывался, словно решаясь рассказывать ли мне об этом или нет. — Один странствующий мейстер за кружкой вина рассказал мне красивую историю. По легендам, на втором материке под названием Эссос, существовала великая империя, которая называлась Валирийским Фригольдом. Там правили канувшие ныне в лету Таргариены и их драконы, пока в один день она не была уничтожена масштабным извержением вулканов. — Воин принял из рук вернувшегося кузнеца необычный арбалет, после чего продолжил свою историю. — Сейчас там только руины из которых невозможно вернуться, но легенды о былом величии этой страны до сих пор будоражит умы некоторых авантюристов, которые и по сей день находят там свою погибель.

Закончив рассказ, он положил арбалет на свободный верстак, давая мне осмотреть его. Тот был среднего размера (ну, по крайней мере с тем, что я увидел в своем первом воспоминании о мастере над оружием), но имел одну отличительную черту — над тетивой имелось некоторое подобие прямоугольного короба, уходящего ввысь.

— Этот короб можно открыть и вложить туда один за одним несколько болтов. Конкретно этот, может вместить до десяти зарядов. Но у этого агрегата имеется несколько минусов: расстояние и пробивная сила существенно уступают своим братьям, что изготавливают в Вестеросе. Кожаную броню он пробьет, но вот с кольчугой дела обстоят хуже — справится он только с очень плохими образцами, не говоря уже о латах. Зато скорострельность на высоте, что позволяет простым крестьянам хоть как-то отбиваться от набегов дотракийцев. Попробуй.

Открыв крышку на коробе, я начал скидывать туда болты один за другим. Ложились они друг на друга, поэтому вошло туда ровно то количество, о котором говорил воин — десять снарядов.

— К стрельбищу, — кивнул мастер в сторону пустующего полигона с мишенями.

Кивнув, я отошел туда и выстрелил на пробу. Вылетел заряд заметно медленней чем из обычных арбалетов, после чего достигнув цели, застрял в доске. Я был уверен, что достать снаряд оттуда не будет большой проблемой. Лучшие же образцы коллекции мастера могли пробить довольно толстую доску навылет.

Гораздо интереснее был механизм арбалета, благодаря которому он получил такую скорострельность.

Нижний болт в коробе, как бы ложился на тетиву, и во время движения ручки двигалась вся верхняя часть вместе с подложкой для снаряда. Недвижным оставалось только основание, к которому крепилась ручка.

При движении ручки оттягивалась тетива и при максимальном нажатии болт ложился в паз, почти сразу же выстреливая. Всего за тридцать секунд я расстрелял все десять болтов.

— Неплохо, не так ли? Правда, вряд ли они конечно войдут у нас в широкое пользование. Не при такой мощности, когда он даже добротную кольчугу не пройдет, а крестьяне… откуда у них деньги на такое оружие? Да и кто им позволит его держать у себя? — мастер довольно хохотнул и похлопал меня по плечу. — Зато с любым зверем оно справится без труда, будь уверен!

Распрощавшись с мастером, который вернулся к своим обязанностям, я, высунув кончик языка, взял прицел и без проблем попал в центр мишени. Это тело словно интуитивно знало как правильно подогнать угол и без проблем определяло расстояние, что не могло меня не радовать. Сам я в прошлой жизни даже ножи нормально метать не научился.

Попрактиковавшись с новым оружием около часа, я ополоснулся водой из бочки притащенной слугами, после чего направился на завтрак, который промелькнул так же быстро, как и моя давешняя тренировка. Там же я заметил кое-что странное, дяди Акселя не было за завтраке.

— А где дядя Аксель? - спросил я семью.

— Он позавтракает немного позже. Сейчас он готовится к разговору с ним, — хмуро ответил Райан. Насколько я успел понять, мой отец не одобрял любовь своего брата к Семерым, разгоревшуюся с новой силой после смерти его супруги.

Им называли одного из семи богов или одно из его лиц, отвечающее за смерть. Неведомого. Его имя предпочитали не произносить вслух и не читать ему молитвы, но, не смотря на всё, дядя Аксель, время от времени, возносил ему молитвы, прося о том, чтобы он позаботился о посмертии его жены, которая при жизни так же не боялась обратиться к этому лику.

— Не беспокой его сегодня, лучше осмотри лошадь, которую тебе приготовят. Не хватало ещё, чтобы тебе снова подсунули не того жеребца.

— Хорошо, отец.

Закончив с завтраком, я решил заодно извиниться перед конюхом, который, возможно, спас мою жизнь, но был за это наказан. Нет, я не отрицаю, возможно в том падении виноват вовсе не я, а он, но к сожалению, я абсолютно ничего не помнил о той прогулке.

Дойдя до конюшни, я разочарованно выдохнул — сегодня прислуживал совсем другой конюх, что было вполне ожидаемо — после таких ранений, парень явно не был готов к тому, чтобы вернуться к своей работе спустя несколько дней.

Новый слуга выгуливал крупного жеребца черной масти. Я помнил его как Хаоса — тот принадлежал моему отцу.

Закончив прогулку, парень протянул огромное, сочно-красное яблоко коню, что несколько меня удивило. Этот плод был редок даже на нашем столе, поскольку такой сорт рос только в личных садах Мерривезеров, и они передавали их только в дар за оказанные роду услуги.

Во рту невольно появились слюнки. Даже сейчас это тело помнило их невероятный вкус — с таким не сравнится ни один фрукт моего родного мира.

Впрочем, мне было без разницы чем балует отец своего боевого товарища (а иначе назвать такого матерого зверя, пережившего Восстание Баратеона, было нельзя), поэтому я вернулся к своим делам и быстро убедился, что приготовленный конь всё же мой, и он ни в коем случае не взбрыкнет в ответственный момент.

Остальные желающие поучаствовать в охоте, стали выходить на улицу только спустя час, и времени это заняло у них… ещё час, и это с учетом того, что женщин с нами не было. Все жёны моих дядь отправились сопровождать Селису Флорент в замок Станниса Баратеона, поэтому леди, оставшиеся без сопровождения старших женщин, были оставлены в Ясноводной.

Так что, пока мы добрались до леса, время начало близиться к обеду, и мой отец начал раздавать приказы. Вот наша группа разделилась на три отряда, куда входили не только члены нашего Дома, но так же некоторые союзные дома. Помимо прочего, на охоте присутствовали несколько межевых рыцарей, егерей, и других сопровождающих, что устанавливали множество палаток прямо в поле — перед лесом.

— Волнуешься? — подъехал ко мне довольно улыбающийся брат на белоснежном скакуне, отлично гармонирующем с его не менее белоснежной одеждой.

— Немного.

— Ты справишься. Всё, что тебе надо делать на первой охоте — это стоять на месте, и ждать пока дичь выгонят на тебя. Я, кстати, единственный, кто будет сопровождать тебя. Смотри, — парень указал на отряд отца, который оставив лошадей у палаток, тоже выдвинулся после звука горна. Он направился в западную часть леса, ещё не занятую другими отрядами. — Как только он достигнет места, то протрубит в рог, после чего они с помощью собак начнут искать дичь. Найдя что-то достойное, они с помощью гончих направят добычу в твою сторону. Вот на моей первой… — всё так же довольно улыбаясь, Эррен рассказывал о подготовке к моему первому убийству. Пусть я и смирился с этим, но всё же сам факт предстоящего действа заставлял нервничать.

Стоило только его брату закончить с рассказом, как вдалеке прозвучал звук горна. Ещё через десять минут, он прозвучал повторно, и в глубине леса стало отчетливо слышно приближающийся лай гончих.

— Готовься, — немного посерьезневшим тоном сказал брат, дав приказ лошади сдать назад.

Я молча достал арбалет, и взведя рычаг, приготовился к стрельбе. Передо мной находилась небольшая полянка, медленно переходящая в лес, поэтому вряд ли зверь сумеет проскочить мимо меня, если его гонят в верную сторону.

Прождал я так около пяти минут и даже успел расслабиться…

Шуршание. Громкое дыхание.

Услышав шум справа от себя, я быстро развернулся в сторону, одновременно с этим дожимая рычаг.

Треньк.

— Бх! — звук зверя вторил моего арбалету, а руки без лишних мыслей заново поднимали рычаг пока я, несколько ошарашено смотрел на свою жертву.

— Олень? — наведя арбалет, я обескуражено замер, наблюдая за красивым животным, которое с болтом в боку промчалось мимо меня.

— Стреляй! — раздался у меня за спиной голос, и я вздрогнул, случайно дожав рычаг.

— Уууу! — пораженный в шею зверь тут же завалился на бок, не переставая издавать предсмертные звуки.

Несколько секунд я так и сидел, не в силах слезть с коня, наблюдая за агонией красивого зверя. Моей ноги коснулась рука Эррена и я перевел на него свой ошарашенный взгляд.

— Слезай. Закончи дело — не продлевай её муки понапрасну. Ты охотник, а не палач. - сам парень уже стоял рядом с моей лошадью, посматривая на меня с непривычной для него серьёзностью.

Не помня себя, я на деревянных ногах кое-как сумел спуститься с лошади и даже достал из ножен один из своих кинжалов, но так и застыл перед все еще живой добычей.

— Уже поздно жалеть! — раздался зычный голос отца, что первым добрался до меня, — Ты - будущий рыцарь, мой сын. Ты - сын лорда. Ты должен уметь принимать тяжелые решения и поступать так, как тебе не нравится. Но главное, этот поступок должен быть верным. Не сомневайся в таких решениях. Прервать ее мучения — это и есть верный поступок.

Судорожно кивнув, я медленно опустился на колени рядом с головой оленихи и поднёс нож к её горлу.

— Иди до конца! Закончи начатое! — приказал мне отец.

Словно завороженный, я одной рукой взялся чуть выше раны, не давая зверю дернуться, а второй рукой крепче схватился за нож, с силой проведя по шее несчастного зверя.

Густая кровь начала медленно вытекать из раны, касаясь моих рук и орошая землю.

— Вставай, — сказал отец спустя несколько секунд, после того, как кровь дошла до колен и успела пропитать ткань штанов.

Бледный, как смерть, я поднялся на ноги и вытер вспотевшее лицо… ладонью в крови.

— Блуэ, — меня сразу же стошнило несколько раз. Возможно, это бы продлилось гораздо дольше, если бы не подошедший вслед за отцом Имри, который быстро подошел и вытер моё лицо, отведя в сторону от истекающего кровью трупа животного.

— Ничего, ты хорошо справился, — напутствовал мне вслед Эррен, после чего молчаливо кивнул Имри. Это был один из тех редких моментов, когда братья были согласны друг с другом.

— Пойдем в лагерь, — подхватил меня за локоть Имри.

Судорожно кивнув, я пошёл вслед за ним, мельком отметив, что остальные лорды несколько отстали и только начали подходить, так и не увидев моего позора, а это именно, что был позор, особенно, для сына действующего лорда.

***

Дав умыться в холодном ручье, Имри провёл меня назад в лагерь. Никого из дворян там не было, поскольку после первой охоты одного из сыновей, они продолжали веселиться, гоняя дичь по лесу.

В лагере брат приказал развести костёр в дальней палатке, чтобы дым не дул в сторону леса, после чего усадил меня к нему.

Я несколько продрог после холодной воды, да и кое-как отмытые от крови штаны, были насквозь промокшими, что не добавляло мне веселья. Пододвинувшись ещё ближе к огню я предался грустным мыслям о том, что этот мир был создан совсем не для таких людей, как я. Я здесь лишний, пусть меня сюда и закинуло. Я никогда не смогу тут прижиться, как бы не старался.

— Не переживай. Отец понимает, что ты ещё мал для такого, поэтому он скорее горд за тебя, чем злится. — Имри решил, что я в таком состоянии немного по другой причине, но я не стал ему об этом говорить, сухо кивнув в ответ.

Он тут же пододвинулся ко мне, и пристально посмотрел мне в глаза, пододвинув свое невыразительное лицо как можно ближе ко мне, после чего так же кивнул мне в ответ, исчезнув среди палаток.

Я просидел в таком состоянии ещё пару часов и ничто не нарушало моего покоя, даже вернувшийся Имри, который пристроился неподалёку от огня, и листая книгу, время от времени бросал на меня внимательные взгляды. Но вот из леса выбежали увлекшиеся охотники и выгнали в поле лису, преследуемую спущенными гончими. Дворяне поспешно вскочили на лошадей и сорвались в галоп, спеша догнать эту лающую кучу.

Посматривал на это действо я с явной неприязнью. Особенно меня раздражал вырвавшийся вперед мужчина на черном скакуне.

Я невольно прикусил губу, сравнивая его «сегодняшнего», и его «прошлого». Когда мать была жива, он пусть и был требователен, но никогда не перегибал палку. Часто улыбался мне, обнимал, даже демонстрировал меня едва ли не каждому знатному лорду на землях Простора. Сейчас же… он словно скрывал меня, требуя с каждым годом всё больше и больше. А ведь я даже не первенец, и не второй сын. Для чего всё это? Я не понимал мотивов своего отца и это бесило ещё больше.

Всадник тем временем обогнал собак. Приподнявшись в стременах, он поднял над собой копье-дротик, целясь в беззащитного зверя и… в следующее мгновение всё изменилось.

Конь внезапно завалился вперед, а всадник, стоявший в стремени, перевалился в одну сторону и выпал из стремени ещё до того, как лошадь закончила падение.

Но это был не конец. Завалившуюся вперед лошадь повело в сторону, и она завалилась прямо на своего владельца.

Казалось, я воочию услышал раздавшийся хруст.

— Оставайся здесь!

Имри в одно мгновение оказался на ногах и поспешил к месту падения. Впрочем, я не отставал от него, проигнорировав указание.

Всего за пару минут мы оказались в поле, возле дворян окруживших место трагедии.

— Разойдитесь, — в голосе брата прорезались тревожные нотки, и он поспешил растолкать дворян, вместе с тем, расчищая путь и мне.

Как и ожидалось, мой отец лежал бездыханным под телом своего коня, изо рта которого шла черная пена…

Я не знал точно, какие эмоции преобладали во мне в это мгновение: печаль, удовлетворение, торжество или растерянность. Но одно я понимал точно — теперь всё будет совсем по-другому.

Часть 2. Глава 6

Три с половиной года — именно столько времени прошло с момента моей смерти и перерождения. Три с половиной года учёбы, попыток познать этот мир, разобраться в себе.

И знаете что? Удача меня постигла только с учёбой и то, лишь по той причине, что в большей части предметов, я и сам мог бы научить мейстера разным трюкам, которые порой демонстрировал, приводя того в полный восторг. А что касается остального…

Этот мир — просто воплощение хаоса. Феодальная система вкупе с рабовладельческой. Банки рядом с простыми крестьянами и разбойниками. И всё это сверху полито «истинными» верами в разных богов: Семерых, Старых богов, Рглора, Утонувшего бога и других, менее известных благодетелей.

Уже сейчас все знали как минимум о трёх огромных континентах и… вы думаете, хоть один из них был полностью изучен?

Вестерос оставался самым обжитым из них. По факту, большую его часть занимали Семь Королевств. Остальную — земли за Стеной на севере. Там жили какие-то дикари, каждую долгую зиму оттуда приходило зло. Смешно? Возможно. Если не знать, что подобные суеверия здесь сплошь и рядом, и это еще вопрос — что из них есть суеверия, а что основано на реальности, ведь как говорят, скелеты вымерших сто с лишним лет назад драконов, всё ещё лежат в Красном Замке - крепости расположенной в столице Семи Королевств.

Не стоило забывать и о Старых Богах, благодаря которым на Вестеросе возникли таинственные чар-древа. Ходят легенды, что до людей здесь жили совсем другие создания, но теперь они либо прячутся, либо погибли.

Эссос вообще представлял из себя едва ли не одну сплошную загадку.

Стоит начать с того, что там как таковых государств или королевств нет. Треть материка занимают территории вольных государств или городов-государств, что раньше были колониями Валирийского Фригольда. Вторую треть занимало Дотракийское море — огромные степи заселенные кочевниками, дотракийцами.

Но гораздо больший интерес представляла оставшаяся треть материка — мистический город Асшай, земли Теней, о которых ходит легенд больше, чем о драконах, которыми якобы управляли Таргариены и руины Валирии, из которых никто не возвращался.

О третьем же континенте — Соторосе, было известно и того меньше. Я лишь узнал, что он являлся местным аналогом Африки, и жители Вестероса знают о северной части материка, которая собственно и контактировала с кораблями, идущими из Эссоса.

Все это вызывало у меня интерес, и мне даже пришлось задавить в себе Колумба, поскольку смертность таких «исследователей» была слишком высока.

Потянувшись, я разбросал подушки в стороны, после чего отложил одну из мейстеровских книг, в которой как раз и описывались нравы народов Эссоса.

После смерти отца, место главы дома должен был занять Имри, но он, аргументировав тем, что еще не готов занять это место, передал всю власть нашему дяде Алестеру. Тот, впрочем, не возражал, поскольку и так держал на себе треть обязанностей главы дома, увеличивая наше денежное состояние.

В самой Ясноводной со сменой власти почти ничего не изменилось. Разве что слуги теперь были более расслабленные, ведь порядки при Алестере стали заметно проще, чем при моем отце, который мог жестоко наказать за некоторые провинности.

На следующий день после смерти моего отца, пока мы ждали прибытия дяди Флорента из поездки, у меня со старшим братом состоялся один интересный разговор.

— Имри?

— М? — брат только вопросительно изогнул бровь, поскольку я задал этот вопрос во время ужина, где были только мы. Дяди были заняты подготовкой к похоронам, тети все еще не вернулись, а кузены довольно быстро поели и разошлись по своим комнатам, не решаясь мозолить нам глаза. Впрочем, Эррен вообще не появился на ужине, наверняка пропадая в объятиях служанки или шлюхи.

— Отец кормил Хаоса яблоками Мерривезеров?

— Что? — мужчина отвлекся от еды, посмотрев на меня крайне внимательно. — Что за чушь ты городишь? Кто будет ими кормить скакуна, пусть даже и Хаоса. Тем более, мы давно не получали эти плоды от Мерривизеров.

— Странно, — я нахмурился, пытаясь сложить картину. — Я видел, как конюх кормил ими Хаоса.

— Ты уверен? — отодвинул он от себя тарелку, не сводя с меня взгляда.

— Конечно. Их яблоки я никогда не забуду. Это определенно были они…

— Сюда! — Имри тут же махнул одному из стражников стоящих на входе в обеденную залу. — Приведи ко мне конюха, который вчера готовил лошадей.

— Так точно, милорд.

Дождавшись пока стражник скроется за дверьми, Имри вновь обратился ко мне.

— Запомни, этот разговор должен быть только между нами и больше НИКТО об этом не должен знать, даже наш брат. Ты понял? — отчеканил еще больше похолодевшим тоном брат.

— Да, — мне оставалось только кивнуть в ответ на его слова.

Впрочем, конюха мы нашли только спустя пару дней. Мертвого. Его прирезали в ближайшей к Ясноводной деревушке, где он якобы не поделил девку с чужаками. Разумеется, этих чужаков мы не смогли найти.

Отбросив подозрения, которым так и не нашлось подтверждения, я привел кровать в порядок, после чего переоделся стоя перед зеркалом.

Сегодня мне исполнялось четырнадцать лет и оставалось всего два года до местного совершеннолетия, поэтому я старался выглядеть на «все сто».

Тёмно-зелёный камзол, украшенный узорами сорняков, тянущихся ввысь, к солнцу. Такого же оттенка штаны. Роскошные чёрные сапоги, привезённые из Эссоса и кожаные перчатки, которые я повесил за пояс, поскольку идти в них на приём пищи считалось неприличным.

Моё лицо с годами ещё больше заострилось, приобретя ещё большую необычность. Наверняка, любительницы японской анимации из моей прошлой жизни, теряли бы головы при моем виде, что было вдвойне очевидней вкупе с моей подтянутой фигурой.

В нём всё больше прочерчивались звериные черты, особенно это было заметно, когда я улыбался во всю ширину рта, не открывая его. Должен сказать — эта лисья ухмылка, теперь вгоняла в дрожь даже меня самого.

Волосы я чуть отрастил, и теперь они едва касались плеч, делая меня похожим в этом на других отпрысков благородных домов, где нынче ходила мода на эту стрижку.

— Милорд? — в дверь постучали. — Вся семья собралась и ожидают только вас.

— Хорошо, Нанья. Передай, что я сейчас спущусь.

Был уже обед, поэтому не было ничего удивительного, что все члены не только проснулись, но и сумели собраться.

Во главе стола сидел худой, успевший поседеть мужчина, обладающий красивой клиновидной бородкой. Его лицо было немного вытянуто и заостренно, слегка напоминая меня. Его взгляд был остёр и холоден, что не мешало ему довольно тепло и учтиво общаться с каждым, кто к нему обратится.

Вся его одежда и украшения отлично дополняли образ состоятельного, уверенного в себе, властного мужчины.

Рядом с ним восседала его жена Мелара Крейн, довольно миловидная леди, с утончёнными чертами лица.

Так же за столом находились остальные женщины дома, которые ранее были в поездке, сопровождая Селису Флорент, полтора года назад вышедшую замуж за Станниса Баратеона. Впрочем, я был даже рад, поскольку считал свою родную сестру крайне неприятной личностью, к тому же еще и ужасно суеверной, что еще больше оттолкнуло меня от нее. Да и внешностью она не удалась, ничего не переняв от матери, но унаследовав от Флорентов оттопыренные в стороны уши (да, в нашем роду, как минимум у половины человек имелись какие-либо дефекты ушей), не говоря уже о том, что роскошные усы отца стремились прорезаться и у нее, не смотря на принадлежность к женскому полу.

Так же не было и одной из кузин. Бедняжку изнасиловали прямо на свадьбе Селисы. И… мы стерпели, даже не отомстив обидчикам, поскольку насильником оказался сам король.

Я не был на свадьбе, поэтому с некоторым удивлением встретил своих братьев, кузенов и дядь, что были разгневаны. Имри постоянно двигал желваками, Эррен что-то непрестанно рычал сквозь зубы, Меррелл судорожно хватался за меч, и попросту не покидал тренировочную площадку, выплескивая гнев в фехтовании. Сам же дядя Колин о чем-то долго спорил с Алестером в тот день, но судя по всему, к устраивавшему всех решению они так и не пришли. Только Акселл выглядел не таким обозленным как остальные.

Но это было не все. Оказалось, Делена понесла от короля Роберта и тот вынужден был признать своего бастарда, которого назвали Эдриком Штормом. К счастью Норкроссы не отказались от помолвки, и она все-таки вышла за Хосмана, которого Колин принял в свою домашнюю гвардию, таким образом отблагодарив того за сохраненную честь дочери.

Теперь Делена почти не покидала своих покоев, уделяя всё внимание юному Эдрику. Впрочем, за это время я уже научился иногда читать между строк, поэтому зная о постоянных письмах приходящих дяде из Королевской Гавани, можно сделать вывод, что ребенок не пробудет в нашей семье очень долго.

— Брат, — кивнул мне Имри, как я только занял место по правую руку от него.

— Поздравляю! — тут же занял соседний со мной стул Эррен. — После пира зайди ко мне. Я приготовил особенный подарок для тебя, ведь ты уже почти мужчина! — заговорщически подмигнул он мне, отчего я чуть деланно приободрился, подражая поведению ребенка, которое у меня и так проскакивало, стоило мне только чуть потерять над собой контроль.

— Гарт, — дядя Алистер степенно поднялся со своего места и приподнял кубок вверх. Я тут же повторил за ним, немного замявшись с кубком, в котором ничего не было. — Ничего, сегодня можно. — Добродушно улыбнулся мужчина, и слуга прислуживающий нам за столом, тут же поспешил исправить оплошность, наполнив мой бокал до краев. — Ты стал достойным преемником своих родителей и братьев. В некоторых областях ты удивляешь даже мейстера, да и мастер над оружием рад твоей старательности, что не может не вселять надежду на лучшее будущее нашего дома.

Я тут же нахмурился.

Опять эти неясные оговорки, словно весь дом зависит от меня, а ведь я всего лишь третий в наследовании, сразу после своих старших братьев!

— Уже сегодня я начну искать подходящую партию для тебя, — эти слова вновь заставили меня поморщиться. Дядя уже не раз, и не два порывался сделать это, но сегодня похоже он принял окончательное решение, без моего на то согласия. — Ведь ты уже стал достаточно взрослым не только для того, чтобы пить вино, — тут дядя позволил себе ухмыльнуться под одобрительные улыбки других мужчин дома. — Но и для того, чтобы оставить достаточно наследников, что приведут наш дом к славе. Мой племянник, я поздравляю тебя с четырнадцатилетием!

Дядя выпил из кубка, а вслед за ним отпили и другие члены рода. Впрочем, я тоже не отказал себе в этом и с удивлением понял, что вино из моей прошлой жизни даже в подметки не годится этому — изготовленному в винодельнях Редвинов.

Умостившись на свой стул, я уверенным движением отодвинул от себя поднос с яблоками под неодобрительное покачивание головой Имри. Я ничего не мог с собой поделать, но с того дня, больше желания отведать яблок у меня не возникало.

***

— Брат, подожди! — окликнул я спешащего впереди Эррена немного заплетающимся языком.

Вино оказалось чертовски коварным. Оно было сладким и совсем не отдавало алкоголем, что ввело меня в заблуждение, поскольку к концу пира меня заметно развезло. И никакой опыт прошлой жизни мне не мог помочь, поскольку я никогда не злоупотреблял спиртным, и путающиеся ноги со скачущим окружением были мне несколько в новинку.

— Секунду. — Эррен ненадолго застыл на месте, и как только я его догнал, он подхватил меня за руку, ведя в сторону своей комнаты. — Пошли, пока никто не заметил, что я тебя веду с собой.

— А что в этом такого? — недоуменно спросил я его.

— Тс, это секрет! — парень в заговорщическом жесте приложил палец к губам, открывая дверь своей комнаты, которой мы наконец-то достигли. — Заходи!

Стоило мне только попасть в комнату к брату, как дверь у меня за спиной захлопнулась и в замочной скважине несколько раз провернулся ключ. Оглянувшись, я увидел как Эррен спрятал ключ в одном из кармашков, после чего приглашающим жестом махнул в глубину полумрачной комнаты.

В отличии от моей спальни, здесь не было никаких гобеленов или чрезмерного количества зеленого цвета. Словно в нем и не пытались привить гордость за историю своего дома (по крайней мере, я считаю, что именно это и пытались привить мне).

Поскольку архитектура комнаты едва ли не один в один повторяла мою, то мне не составило труда провести сравнение. На месте гобеленов висело несколько разных мечей. Возле кровати стоял второй шкаф, вероятно мой брат любил разную одежду больше чем я, а окно выходило немного западнее моего, и несколько выше, открывая обзор всё на ту же тренировочную площадку.

Цвет мебели имел преимущественно красный, хотя пара стульев, стоящих у стены, были белыми. Но за просмотром мебели я заметил еще кое-что — широкая двуспальная кровать моего брата была совсем неровной, словно под одеялом кто-то укрылся…

— Лизи, Эллен, хватит прятаться! — посмеиваясь, пригрозил в воздух мой брат.

Одеяло тут же было откинуто в сторону, и в кровати обнаружились две довольно красивые девушки. Одна обладала вьющимися рыжими волосами, а вторая была из тех, кого называли «жгучими брюнетками».

Но вовсе не это было в них красивым, а то… что они были абсолютно голыми.

Обеим было не больше двадцати, хорошее телосложение, мягкие формы во всех местах, где это необходимо, и милые треугольнички волос ниже пояса, которые они довольно искусно прикрывали ножкой.

Пройдясь по ним взглядом, я тут же отвел взгляд в сторону, почувствовав, как в штанах стало заметно теснее. Всё же возраст у меня был уже тот, что позволял мне с интересом засматриваться на женский пол.

Развернуться мне не дал мой брат, который, как оказалось, уже стоял у меня за спиной.

— Не правда ли, они прекрасны? Ты только посмотри на них. — Эррен взял мою голову в руки, и развернул в сторону кровати. Девушки довольно заулыбались и, словно играя с моим воображением, медленно встали на колени, и на четвереньках, нарочито медленными движениями сползли с кровати, встав перед нами в полный в рост.

Я же во время всего действа, только все больше и больше краснел, и виновато в этом было не только мое тело, но и разум.

В той жизни у меня была только одна женщина. С ней я познакомился в школе, с ней же начал встречаться во времена студенчества, и с ней я хотел связать остаток своей жизни. Я никогда даже не рассматривал варианта переспать с другой женщиной, прекрасно осознавая, что у меня уже есть сокровище, с которым никакая побрякушка, пусть даже красивая, не сможет сравниться.

— Разве тебе не нравится? — миг, и я с удивлением чувствую как чужие руки одним рывком стягивают с меня штаны. — Да нет, ты даже более чем готов к такому… — отметил Эррен стоящий у меня за спиной. — Дамы, помогите моему брату набраться немного уверенности в себе.

Я попытался было вырваться, но брат крепко ухватил меня за руки, не давая сбежать.

— Не бойся, тебе понравится, — прошептал он.

Девушки, мило захихикав, подбежали ко мне и уселись на коленки. Рыженькая веселым взглядом оценила моё достоинство с еще короткими лобковыми волосами, после чего показала язык, и медленным движением прошлась по всей его длине, вызвав у меня давно забытое чувство восторга и возбуждения от первого секса.

Пара секунд таких издевательств, и вот я уже сам хватаю ее за голову, прижимая ее к своему органу.

Девушка не колеблясь и секунды, следует моим желаниям, и начинает делать мне минет.

Я тут же в восторге закрываю глаза, чтобы испытать истинное наслаждение и… практически сразу кончить прямо ей в рот.

— Быстро ты, Гарт, — Эррен наконец-то прекращает меня держать, но на этот раз я вовсе не спешу покинуть комнату, смотря на него несколько замутненным взглядом. — Кого себе выберешь? Лиззи, — он показывает на брюнетку, — или Элен? — на этот раз раз палец указал на рыженькую, что сглотнула прямо на моих глазах.

Я не раздумывая указал на девушку, только что доставившую мне удовольствие.

— Как пожелаешь! — брат на ходу стягивает с себя рубашку, после чего махает рукой в сторону кровати. — Устраивайся как дома, только нам место оставьте…

Глава 7

Темнота.

В кромешной тьме неуверенно начинает ползти золотоволосый ребенок. С каждой секундой его движения становятся все уверенней и уверенней, а тьма медленно расползается, открывая вид на землю, устланную такими же младенцами. Только лишь за тем исключением, что каждый из них был черноволос.

Но не смотря на преграды в виде неподвижных тел, ребенок полз по ним как ни в чем не бывало. Наоборот, он только ускорился, начав расти на глазах.

Вот младенец встал на ноги и сделал несколько неуверенных шагов вперёд. Вот на нем появилось подобие белоснежной рубашки. Еще спустя пару секунд он уже стал пятилетним мальчишкой, в глазах которого появились капризные нотки, а через миг, когда ему враз исполнилось восемь, его губы изогнулись в презрительной усмешке, и среди тел черноволосых младенцев стали появляться отрубленные конечности взрослых.

С каждым мгновением мальчик рос и менялся. При этом менялся он не только внешне, но и его выражение на лице все более портилось, из капризного переходя в озлобленное, иногда садистское, а иногда — испуганное настолько, что такого человека можно было бы назвать жалким. Когда по возрасту он стал ровесником моего нынешнего тела, то под его ногами появились головы и даже тела людей, а он, вероятно, достиг своей цели, сев на странный трон, выполненный из множества мечей.

На его лице расползалась торжествующая улыбка, а из тени трона медленно выплыла еще чья-то рука и легла на спинку трона…

Что это было?!

Я в панике проснулся, не в силах понять, что это был за реалистичный сон. Ощущения после него были в точности такими же, как от того сна, что приснился мне три с половиной года назад!

Возможно, эти видения и что-то значили, но их смысл ускользал от меня. Цветы под ногами, вьюга идущая за мной, ребенок ползущий по трупам и странная тень за его спиной… я не имел даже малейшего понятия, что все это значит.

Выбравшись из завала подушек, я быстро умылся и сделал небольшую зарядку, которая стала сопровождать каждое моё утро.

Нет, ну, а как еще с утра прийти в себя, если в этом мире не было кофе? А если даже и был, то вывезти его из местной «Африки» не представало возможным.

День проходил привычным чередом: с самого утра тренировка с мастером над оружием, где я учился управляться с кинжалами и мечом, после чего умывался (это было вовсе не обязательно, но я давил в себе даже намеки на лень в этом вопросе, стараясь не подражать местным) и завтракал. Потом шли занятия с мейстером, который исполнял своеобразную роль тьютора и дрессировщика воронов — местной почты. Так же мейстер Хайп оказывал всестороннюю помощь кастеляну и Лорду с финансовыми вопросами. При этом он оставался единственным человеком сведущим в лекарских делах. Особо удивляло, что он каким-то образом находил время и на собственные опыты, исследования и запись исторических хроник дома Флорентов.

После занятий по счёту, шла прогулка на лошади, затем начинался обед, вот только на этот раз по его окончанию Лорд остановил меня.

— Гарт, помнишь, мы разговаривали с тобой о том, что ты не можешь ходить без свиты? — начал мужчина, с удобством устроившись на резном кресле.

— Да, лорд Флорент, — поклонился я, в мыслях будучи недовольным от такого начала разговора. Предполагалось, будто дети лорда должны находится в окружении своих сверстников из менее знатных домов, что будут исполнять своеобразную роль свиты. Вот только отец считал бывшего «хозяина» этого тела мягким, и поэтому считал, что я должен стать самостоятельным, но вот мой дядя, заняв место главы дома, имел совсем иное мнение.

— Так вот, через несколько дней к нам прибудут два твоих новых спутника. Марк Меллендор — старший сын младшего брата лорда Меллендора. Второго юношу зовут Виктор Окхарт, так же старший сын брата лорда Окхарта, — лорд протянул мне два маленьких свитка — ответы, присланные воронами.

В письмах были положительные ответы лордов, которые согласились отправить нам своих не пристроенных в оруженосцы племянников.

Я без проблем вспомнил оба дома. Меллендоры — вассалы Хайтауэров, которые в свою очередь являются вассалами Тиррелов. Им принадлежали земли находящиеся на востоке от Староместа, а так же замок называющийся Нагорье. На их гербе были изображены черно-желтые бабочки на белом фоне.

Окхарты — ныне вассалы Тирреллов, ведущие свой род от одного из сыновей Гарта Зеленой Руки, Джона Высокого Дуба. Именно он, по преданиям, принес, в тогда еще разрозненные Семь Королевств, рыцарские обычаи.

Они владели замком Старый Дуб и прилегающим к нему землям на северо-западе Простора. В их владения входил город, что имел порт, от которого регулярно ходили корабли до Щитовых островов, Староместа и Арбора.

На их гербе были изображены три дубовых листа на желтом поле. С уроков геральдики, я даже запомнил их девиз — «Наши корни глубоки».

— Я надеюсь, ты наладишь с ними хорошие отношения. Пусть они и не наследники семьи, и даже не сыновья лорда — но каждый верный Флорентам человек — это человек, потенциально способный помочь нам на пути к величию.

— Да, лорд Флорент, — поклонившись, я покинул зал. Дневные занятия по стрельбе нельзя откладывать.

***

Как и обещалось, через несколько дней я в сопровождении молчаливого Имри стоял у пристани, и ждал пока небольшое речное суденышко доберется до нас.

Как оказалось, брат лорда Окхарта вместе со своими двумя сыновьями находился в Староместе, договариваясь о том, чтобы отдать младшего в Цитадель.

Закончили они в аккурат к прибытию в город кортежа Маллендоров. Оба рода находились в довольно теплых отношениях из-за недавних браков меж их домами, поэтому не было ничего странного, что обоих парней отправили на одном судне вверх по Медовичке, к Ясноводной крепости.

Как только судно причалило к пристани, на него был сброшен широкий трап, по которому в сопровождении слуг сошли два парня примерно моего возраста. Один был заметно выше и обладал приятным лицом, вкупе со светло-каштановым ёжиком волос. Так же он был заметно шире меня в плечах. Одет он был в подобие походного костюма, больше похожего на охотничий.

Второй юноша имел длинные, вьющиеся черные волосы. Темные глаза смотрели на мир с некоторой насмешкой. Что самое необычное — на плече парня сидела… мартышка. Самая настоящая мартышка, которая устроилась ко мне вполоборота, и судя по всему, что-то показывала одному из людей, оставшихся на лодке.

У каждого из них было по два сопровождающих слуги, которые спустились с корабля вслед за своими господами, таща здоровые сундуки, вероятно наполненные самыми ценными вещами, поскольку остальное стаскивали грузчики.

— Виктор Окхарт, — представился высокий юноша с некоторым достоинством в голосе, при этом он с неким пренебрежением косился в сторону второго парня.

— Марк Маллендор, к вашим услугам, — насмешливо поклонился брюнет, отчего пошатнувшийся питомец был вынужден ухватиться за один из его локонов, совершенно забыв о корабле. Впрочем, примат не остался в долгу за этот маневр, и стоило только парню выпрямиться, как он получил от макаки тычок в ухо. — Ауч.

Парень болезненно поморщился, после чего махнул рукой в сторону своего питомца.

— А это чудовище зовут Марк Второй. С воспитанием у него пока не очень, но я над этим работаю.

— Имри Флорент, наследник дома, — представился мой брат, который хоть и отказался от титула в пользу дяди, но все еще должен был занять место лорда в случае его кончины или отречения. — А это мой брат — Гарт Флорент. На ближайшие годы вы будете его свитой. Учиться вместе с ним, тренироваться вместе с ним, посещать приемы и просто сопровождать.

— Приятно познакомиться, — кивнул я своим сверстникам. Несмотря на то, что у меня имелся опыт общения с кузенами моего возраста, раньше я никогда не уезжал дальше своего замка и этого города, поэтому был мало знаком с хозяевами других земель Простора. Ну, за исключением, когда нас посещал кто-то из взрослых, но это не особо то и считалось, учитывая, что видел я их в таком случае только на приемах пищи.

— Пройдемте. Для начала я представлю вас лорду, после чего Гарт покажет вам ваши новые комнаты.

Представление заняло на удивление мало времени. Сухо кивнув представленным парням, дядя вернулся к своим делам, а Имри удалился передав парней на мое попечение.

— Может, сразу на площадку или в город? Я бы не отказался осмотреть его, — довольно резво начал лыбящийся Марк.

— А вещи куда слуги денут? Так и будут ждать в холле? — иронично изогнул бровь Виктор.

— Они слуги, это их обязанность, — довольно равнодушно отметил этот факт брюнет.

Я же, слушая их перепалку, только мысленно закатил глаза.

Без всяких психоанализов было понятно, что дети родом из состоятельных семей и воспитывались в тепличных условиях. Знаю по себе, поскольку сам с детскими инстинктами ребенка, чье тело и память с эмоциями я получил, боролся очень долго.

Вот только разница между этими двумя была. Марк при разговоре все внимание уделял собеседнику, когда как Виктор время от времени бросал на меня внимательные взгляды, вероятно ожидая моей реакции на такое поведение.

— Пойдем покажу комнаты. Они соседние со мной, так что в случае каких-либо вопросов можете обратиться ко мне, — ровно сказал я, повернув в сторону своей комнаты. — Марк, прежде чем куда-то идти, сначала убедись, что тебе есть куда вернуться. Разве не логично сделать так, чтобы твои слуги сначала привели комнату в удобный для тебя вид пока я буду показывать вам остальной замок? — начал я вспоминать свою обычную манеру общения из прошлой жизни, поскольку ранее мне особо не было на ком ее использовать. Мои кузены были старше меня, пусть некоторые и всего на пару месяцев, но это позволяло им игнорировать мои менторские нотки. Взрослые же и подавно могли не стерпеть такого к себе отношения, поэтому я особо и не рисковал.

— М-м-м, в этом определенно есть смысл, — расстроенно отозвался Марк. Похоже, этот парень просто обожает «приключения» и идущие вместе с ними проблемы.

Виктор же с достоинством кивнул, следуя за моим правым плечом.

Похоже, я еще успею намучиться с этим детсадом…

***

— Я ни черта не понимаю, что объясняет ваш мейстер! Все эти цифры, подсчет… зачем нам вообще это знать?! — взвыл после нескольких занятий Марк, а вслед за ним и мартышка. Она положила ладони себе на щеки и негромко завизжала. — Ну хоть кто-то меня понимает!

Виктор на эту тираду только громко фыркнул, вторя своей лошади, которую ему пригнали из самого Старого Дуба. В отличии от Маллендора, он как и я, занимался счётом со своим мейстером, поэтому таких проблем не испытывал.

— Тогда обучайся дополнительно, пока есть шанс. Я могу тебе дать пару уроков, — я обернулся, внимательно рассматривая лицо Марка.

— И что, а когда у нас тогда останется время на прогулки? Я же хотел вас отвести в одно классное место! — на лице брюнета отчетливо читалось отчаяние. Похоже, увеличение времени занятий его абсолютно не прельщало.

— Ты находишься в моей свите, а значит должен соответствовать, — отчеканил я. За первые две недели знакомства, я понял, что Марк, в отличии от своего товарища, не всегда знает когда остановиться, поэтому иногда приходилось прибегать к приказным ноткам.

— Хорошо. - понурил голову парень, вместе с восседающей на его плече мартышкой, которая предметом подражания зачастую выбирала именно своего хозяина.

***

— Это что, бордель? — определил я статус заведения в которое попал, с одного взгляда.

— Ага! — с гордостью ответил этот… подросток, с жадностью пожирающий взглядом девушек снующих туда-сюда по залу.

— То есть, ты хочешь сказать, что целый месяц заманивал нас в одно «отличное место», которое на самом деле было борделем? — вкрадчиво произнес я.

Меня и в самом деле начала напрягать легкомысленность этого парня. Пусть мне и удалось научить его хотя бы основам счёта, и приспустить его розовые очки, которые спускал с меня отец в первые дни пребывания в этом теле, но дури в нем было по-прежнему много.

— Ну… да, — ответил парень несколько нервно, поскольку без проблем услышал в моем голосе недовольство. Я воспитывал его не так, как родной отец, нет. Никакого рукоприкладства. Только продолжительные лекции на тему его ошибок, от которых он попросту был готов лезть на стену.

— Знаешь… — глядя на Виктора я прервался. Оказалось, что даже он осматривался вокруг с большим интересом, не смотря на свое отличное воспитание. — Вам это… действительно интересно?

Марк тут же кивнул, а Виктор промолчал, хотя и так все ясно было по его взгляду. Наверняка парень впервые видел полуобнаженных девушек, вот и «потёк».

— Хорошо, идите, только без меня, — пусть я и лишился в этом мире девственности подобным образом, с девушкой легкого поведения, но повторять этот опыт мне пока не хотелось. Пусть и искушение было… велико.

— Спасибо!

Спустя полгода. Кабинет лорда.

Закончив перечитывать донесение от одного из своих людей, Алестер откинулся на спинку кресла. Он успешно продолжал дело так глупо погибшего брата.

Количество союзников росло с каждым днем. Недовольство других домов так же увеличивалось с каждым годом, и пусть лорд Флорент отчетливо понимал, что всё, что он делает — принесет плоды только спустя много лет, но оно того стоит.

Окхарты, Крейны, Бисбери, Варнеры, Норкроссы, Маллендоры, Медоузы — эти дома были готовы поддержать их начинания, но все это лишь на словах. Алестер как никто другой понимал, что каждый из них преследуют свой интерес, и какую цену они за это запросят — большой вопрос.

Но даже так, это не треть домов Простора, и если с Хайтауэрами он уже вел активные переговоры, то вот с другими крупными и сильными домами все было не так радужно.

Рованы никогда не признают кого-то над собой кроме Тиррелов, да и живут они при них неплохо, как и Редвины. Тарли не смотря на близкое родство, не могли принять мысли о какой-либо измене. Честеры и подавно воспримут его предложение как пощечину. Мерривезеры недалеко ушли от Тиррелов в умении плести интриги, а учитывая потерянные земли во время восстания Роберта, они воспользуются любой возможностью усилить себя, и ослабить других.

Дальнейшие размышления прервал вошедший в кабинет мейстер, держащий в руках послание.

— Лорд, прибыл ворон из дома Тиреллов!

— Давай сюда, — приняв письмо, лорд нахмурился. Он не имел ни малейшего понятия, что ему мог написать «сюзерен», но игнорировать послание самого богатого дома Простора он не был намерен.

Подождав пока мейстер удалится, Алестер приступил к чтению, и чем дальше он читал, тем выше поднимались его брови.

— Значит, — мужчина отложил послание в сторону, — старая змея захотела повидаться со своим племянником…

Алестер не был доволен этой новостью. Неужели она что-то узнала? Вряд ли. Как-то конкретно они еще себя не успели проявить, да и парня пока никто не воспринимает всерьез. Может, она начала что-то подозревать? Возможно. Значит, стоить пока приостановить любые действия.

— Будет тебе племянник, будет.

Глава 8

— Трень! — Мой клинок встретил атакующее острие меча Марка.

На глаза стекал пот, но черноволосый парень все никак не хотел отступать, усиливая напор с каждой секундой.

— Ааа! Аааа! Ааааа! — болел за своего хозяина Марк Второй, едва не подпрыгивая на зрительских трибунах из деревянных коробов сложенных друг на друга.

— Заткните его уже, — устало вздохнул Виктор, только что закончивший короткий спарринг с мастером над оружием.

— А! — возмутился примат на слова Окхарта.

Никто не знал как, но мелкий обезьян прекрасно понимал когда речь заходила о нем, поэтому никто не удивился, когда в голову будущего рыцаря прилетел небольшой камень, брошенный обиженной мартышкой.

— Ах ты… проклятая тварь! — кинулся Окхарт за обидчиком, довольно оперативно скрывшемся на крыше одного из навесов. — Только попадись мне!

— Аа! — прилетел ему в ответ кусок черепицы.

— Трень! — меч выпадает из обессиленной руки, и я отчетливо вижу торжество в глазах Марка.

— Попался! — клинок промелькнул у самого горла, но я уже начал делать широкий оборот в сторону своего противника, одновременно с этим доставая из-за пояса короткий кинжал.

Марк не успевает вовремя прервать выпад, поэтому я без труда оказываюсь у него за спиной, прислоняя кинжал к его шее.

— Черт, это нечестно! Почему ты используешь кинжалы в битве на мечах?! — возмутился Маллендор.

— А кто-то объявлял правила дуэли? — кратко поинтересовался я у своего противника, на что мастер над оружием громко похлопал.

— Хорошая работа, господин Гарт, — похвалил тот меня. — Марк, ты должен запомнить, в бою — любой способ хорош, лишь бы он принес победу. Если это не дуэль, разумеется.

Черноволосый парень недовольно насупился, но был вынужден признать своё поражение. Насчёт его обиды я не беспокоился: человек он довольно отходчивый и не может обижаться дольше пары минут.

— Виктор, отвали от Второго! — Закинув тренировочный меч в стойку, юный Меллендор поспешил на помощь своему питомцу, который уже с трудом отстреливался от подбирающегося к нему Окхарта.

— Господин, лорд велел сообщить: ваша тетя, Оленна Тирелл, пригласила вас в Хайгарден на Цветочную Неделю, — сообщил учитель.

— Когда? — почему я не стал даже думать о том, хочу ли я ехать туда или нет. Все просто. Я успел научиться читать между строк. Если бы дядя не хотел, чтобы я туда отправлялся, тогда я просто не узнал бы об этом. А раз меня поставили в известность о желании моей тетушки, то мне стоило начать сборы. По слухам тётушка Оленна была очень властолюбивой женщиной и лишь немногие в Просторе могли бы противиться её воле. Хоть лордом Простора и считался её сын, но на этот счёт никто не обманывался, прекрасно зная, кто на самом деле держит в своих руках бразды правления.

— Кони будут готовы завтра с утра. С вами отправляются ваши друзья и слуги. Также я отправлю с вами два десятка воинов, которые будут сопровождать вас по дороге в Хайгарден.

— Спасибо, — кивнул я учителю и направился к своим… друзьям? Наверное, все же да, чем нет. За полгода я стал с ними довольно близок, пусть я пока и не мог доверять им так, как доверял некоторым людям в своей прошлой жизни. — Марк! Усмири своего питомца и приступай к сборам! Завтра мы отправляемся в Хайгарден, — окликнул я Меллендора, который чуть ли не сцепился с Виктором на крыше пока мартышка подбадривающие орала, периодически кидая в Окхарта всё, что попадёт под лапу.

Покачав головой на это безобразие, я покинул двор.

***

В путь мы выдвинулись уже на следующий день.

Я привычно восседал на Заре, кобыле рыжей масти, что не так давно сменила мою сдавшую с возрастом Звезду. По правую и левую руку ехали мои товарищи, которые на протяжении всех трёх дней неспешного пути вели себя довольно спокойно. Даже неугомонный Марк Второй большую часть времени уделял своей шерсти и шевелюре хозяина, разыскивая скачущих "диверсантов".

Почему неспешного пути? Потому что, как и сказал мастер Ясноводной, нас сопровождали два десятка облачённых в кольчуги солдат, и ещё с десяток слуг на повозках со скарбом. Именно последние и тормозили наше движение.

— Господин, как только мы выедем из этого подлеска, то перед нами откроется вид на Хайгарден, — из-за моей спины выехал десятник, назначенный командиром охраны на время путешествия.

— Хорошо, — я коротко кивнул десятнику, подняв голову чуть выше, чтобы попробовать что-нибудь рассмотреть за кронами деревьев, но само собой мне это не удалось. Мы находились в одной из тех самых рощ Простора, что словно грибы были растыканы по всем землям, в очередной раз показывая, как плодородны почвы этой части Семи Королевств.

Эти рощи старались особо не трогать, считая неприкосновенными. По легендам их вырастил сам Гарт Зеленорукий, что только добавляло трепета перед старыми деревьями.

Главная дорога, ведущая к Хайгардену, не являлась исключением из этих правил, даже будучи столь популярной.

Оглядевшись по сторонам, я отметил идущую за нами повозку землепашцев, а впереди на сотню метров гарцевал одинокий спутник. Хайгарден и примыкающие к нему поселения были довольно популярны в Просторе.

Охранник уже было развернул свою лошадь, чтобы пристроиться в конец колонны, как раздался громкий хруст, сопровождаемый чьей-то руганью, идущей со стороны деревьев.

— К оружию!!! — внезапный окрик командира оглушил меня, поэтому я пропустил тот момент, когда он оказался рядом и выставил перед моим лицом треугольный щит.

Бум!

Из деревянного щита показался прекрасно знакомый мне наконечник болта, который угрожающе блестел под канонаду ржания раненых лошадей.

От осознания близкой смерти, не дотянувшейся до меня буквально несколько сантиметров, в висках тревожно забухало, и я перевёл паникующий взгляд в сторону Виктора.

Юный Окхарт, в отличии от меня, быстро сориентировался в боевой обстановке и, соскочив с лошади, уже доставал клинок из ножен. В ту же секунду его лошадь вонзилась шальная стрела, и та взвилась на дыбы, заставляя своего хозяина отскочить, лишившись последнего прикрытия.

Впрочем, юноша уже встал в стойку, вперив уверенный взгляд в одного из нападающих, что начали вываливаться из кустов.

«Что за нахрен?! Соберись!» — проскочила яркая мысль среди сумбура в моей голове, и я с силой прокусил нижнюю губу, почувствовав металлический привкус.

Сознание прояснилось, а паника наконец-то отступила на задний план.

Отточенным движением я вынул свои ноги из стремени и соскочил с лошади, не желая быть уязвимой мишенью для стрелков.

Из сидельной сумки был тут же извлечён тот самый арбалет, которым я совершил первое убийство. Благодаря своей конструкции, он мог храниться заряженным и полностью готовым к бою, поэтому выбор был очевиден, учитывая, что с мечом я занимался всего полгода, а знакомые с детства ножи висели у меня на поясе, за спиной.

Десятника тем временем связали боем, а ко мне ринулась компания из трёх человек. Больше не раздумывая ни секунды, я навёл оружие на первого и, быстро прицелившись, выстрелил.

С тихим звуком арбалетный болт вошёл разбойнику прямо в глазницу, заставив того завалиться на спину. Оставшаяся двойка была уже в двадцати метрах от меня. Несколько секунд — и второй снаряд летит в вырвавшегося вперёд бандита.

Тот успевает отклониться назад, и болт лишь бессильно отскакивает от его плеча, защищённого кольчугой. Нападающий коротко выругался из-за боли и ухватился за пострадавшее плечо, тем не менее он продолжил движение, только уже позади своего товарища.

С досадой бросив арбалет на землю, я подныриваю под замах подоспевшего мечника, в движении вынимая кинжал из ножен, держа его обратным хватом.

Бандит ещё какое-то время следует инерции своего замаха, а я распрямляюсь словно пружина, одновременно с этим делая полуоборот с клинком, зажатым в вытянутой руке.

В следующую секунду я оказываюсь перед лицом третьего противника, а кинжал впивается во что-то твёрдое. Я тут же вынимаю оружие из врага, оказавшегося за спиной, на грани периферийного зрения отмечая алые брызги, но последний противник не даёт мне убедиться в смерти бандита.

Горизонтальный выпад заставляет отпрыгнуть назад, но даже так, вражеский клинок распарывает камзол, и холодная сталь оставляет на теле кровоточащую рану.

Бандит презрительно ухмыляется и демонстративно перехватывает меч в воздухе, что и становится его ошибкой.

Мои кинжалы были прекрасно сбалансированы, поэтому отлично подходили для метания, чем я и воспользовался.

Зажатый в руке нож отправился в ухмыляющуюся рожу бандита, в глазах которого на доли секунды промелькнула паника, но всё же он успел отбить снаряд, спасая свою жизнь, вот только он совсем упустил из поля зрения мою фигуру.

Вместе с брошенным в воздух клинком, я низко пригибаюсь доставая второй кинжал, и совершаю рывок к врагу, оказываясь у его ног.

Мечник только успевает перевести взгляд вниз и начать движение мечом, как мой кинжал распарывает сухожилие на правой ноге.

Слитным движением перейдя за спину упавшего на одно колено противника, я словно палач завис над ним. Задребезжавшая на грани сознания мысль о том, что я сейчас собираюсь осознанно убить человека, была в ту же секунду отброшена вбитыми в моё тело рефлексами. Перехватываю кинжал обратным хватом — и тот резко распарывает пространство, с громким хрустом пробивая шейные позвонки, не защищённые кольчужной сеткой.

Слышу за спиной шум шагов и резко разворачиваюсь, видя перед собой ещё одного противника с занесённым над моей головой клинком.

Рефлекторно пытаюсь отскочить, но с ужасом осознаю, что ничего не успеваю сделать. Меч словно в замедленной съёмке начинает опускаться…

Внезапно движение клинка останавливается, а его хозяин содрогается, переводя не верящий взгляд себе на грудь, где от высунувшегося из плоти острия, начинает расползаться кровавое пятно.

— Полегче с такой игрушкой, — раздаётся запыхавшийся голос за спиной бандита, и тот резко заваливается вперёд, открывая вид на довольно ухмыляющегося Марка.

Его лицо было красным, а тёмные волосы блестели от свежей крови. Левый рукав был распорот, а сидящий на плече примат лишь агрессивно хрипел, вцепившись двумя лапами в волосы своего хозяина.

— Спасибо, — кивнул я Меллендору, на что тот только кивнул и перевёл взгляд на происходящую вокруг неразбериху боя.

Виктор перехватил свой полуторник двумя руками и отбивался от последнего противника. Командир стражи на наших глазах едва не срубил голову одного из бандитов, отчего та повисла на небольшом клочке плоти, вызывая у меня рвотные позывы.

«Вот так и появляются в сказках призраки на вроде Почти Безголового Ника», — промелькнула в голове идиотская мысль, как только я отвернулся в сторону, борясь с позывами своего желудка.

Спустя десять секунд я вернулся к обозреванию поля боя и сделал вывод, что мы бы наверняка проиграли это сражение, если бы не подоспевшие всадники с гербом дома Тиреллов — золотой розой на зелёном поле.

Тем временем Окхарт, при посильной помощи подоспевшего Меллендора, одолел своего последнего противника, а всадники перебили оставшихся нападающих. Спустя несколько десятков секунд от них отделился юноша, всё это время сидящий немного стороне, удерживая своего дорнийкого скакуна за поводья.

— Приветствую, меня зовут Уиллас Тирелл. От имени своего дома прошу прощения за то, что столь подлое нападение было совершено на наших землях, буквально в предместьях замка, — представился юноша лет семнадцати с каштановыми волосами, на чьём подбородке и губах уже начал пробиваться пушок, грозящий перерасти со временем в клиновидную бороду и роскошные усы.

Парень с некоторой грустью осмотрел поле боя, усеянное трупами наших слуг, охранников и неизвестных нападающих.

— Я принимаю ваши извинения, — сжав от боли зубы, я учтиво поклонился наследнику дома Тиреллов, внешность которого я запомнил из рассказов дяди. — Меня зовут Гарт Флорент, а это мои спутники — Виктор Окахрт и Марк Меллендор. Мы направлялись в Хайгарден, когда на нас напали, — описал я вкратце ситуацию, зажимая правой рукой кровоточащий бок, что после поклона дал о себе знать ноющей болью. Сам же я старался смотреть только на собеседника, поскольку адреналин начал отпускать и лишний взгляд на лежащие вокруг тела мог спровоцировать тошноту.

Мне вовсе не хотелось так опозориться перед наследником дома, правящего Простором.

— Вы ранены! — оживился Уиллас Тирелл, окликая нескольких солдат, которые начали шевеления возле своих сумок. — Давайте поскорее отправимся в замок, чтобы привести вас в порядок, — не дело расхаживать с такими ранениями. Кто знает, к какому результаты могут привести травмы, — обеспокоенно заметил Уиллас, невольно бросив взгляд на левую ногу, что была выпрямлена и засунута в какой-то хитрый корсет.

Ногу тот повредил во время своего первого турнира, будучи оруженосцем. Его выбили из седла, а конь повалился прямо на него, повредив ногу. Саму конечность удалось спасти, но несмотря на усилия мейстеров, колено полностью восстановить так и не удалось.

— Из нападавших кто-нибудь выжил? — задал я интересующий меня вопрос, пока подоспевшие солдаты занимались нашими ранениями, а оставшийся в живых десятник, отдавал приказы слугам, что успели спрятаться от обстрела под повозками.

Мне абсолютно не нравилось это нападение. Уж больно слаженно действовали нападающие. Отвлекли наших охранников, целенаправленно выбрали нас троих главными целями, а уж об их вооружении и говорить нечего. Где вы видели дорожных бандитов облачённых в кольчуги и вооружённых мечами, которые простым крестьянам не так то просто раздобыть? Да и качество этого снаряжения было на высоте, одно только то, что арбалетный болт не смог пробить кольчугу, говорит о многом.

— К сожалению, нет, — покачал головой юноша. — Мои воины попросту не успели сориентироваться и схватить кого-нибудь.

«Жаль», — отметил я с грустью смотря на свою лошадь, что погибла от пары шальных выстрелов, предназначавшихся мне.

— Это ваша лошадь? — учтиво поинтересовался наследник, проследив за моим взглядом, на что я подтверждающие кивнул. — Тогда я просто обязан подарить вам одного из своих красавцев, хотя бы частично загладив нашу вину, — улыбнувшись, парень похлопал по шее своего дорнийца, ответившего хозяину громким ржанием.

Отстранёно кивнув, я думал о своём, зацепившись взглядом за трупы поверженных мною воинов.

«Семеро меня дери! Только подумать, прошло всего несколько лет в этом мире, а я уже успел стать убийцей», — подобрав первый нож, я тяжело сглотнул подкативший к горлу ком и слишком резко выдернул второй кинжал из шеи последнего противника, отчего мне в лицо брызнули капли крови.

Меня резко замутило и я пошатнулся. Сознание начало мутнеть, на грани слышимости распознавая слова.

— Он потерял слишком много крови! Быстрее, ведите сюда лошадь! Необходимо доставить его к мейстеру.

«Что же будет дальше?» — было моей последней мыслью, с которой моё сознание окончательно потухло.

Глава 9

Я словно повис во тьме, не в силах пошевелиться. Был лишь я, и… всё. Словно моё сознание повисло в вакууме, без участия самого тела. Но что странно, паники не было, словно… меня окружал покой… покой, способный прийти только во время длительного сна…

Спустя какое-то время, когда я досконально изучил своё состояние, то просто… поддался ему… поддался своему окружению, и… окунулся в этот покой словно в одеяло.

Так хорошо…

Разве не это я должен был испытывать, погибнув в прошлой жизни? Разве не это меня ждало? А может, я уже умер? Снова. Только на этот раз никто не захотел мне давать второй шанс. Хорошо. Так даже лучше, чем ломать себя, подстраиваясь под новые реалии…

Не знаю сколько прошло времени, но в какой-то момент на грани сознания начала ощущаться неясная тревога. Словно кто-то тарабанил в дверь кулаком, желая вырвать меня из сладкой дрёмы.

Я проигнорировал этот зов. Мне было хорошо, так спокойно…

Спустя ещё вечность, стук стал невыносимым. Я был вынужден потянуться своими мыслями к этому стуку, желая как можно быстрее с этим разобраться и вернуться назад…

Стоило мне только принять это решение, как из тьмы соткалась тонкая нить, едва заметно светящаяся зелёным светом.

Покрутившись вокруг неё словно птица, я представил словно у меня есть руки, и потянул эту линию на себя, как канат.

За доли секунды моё окружение резко сменилось. Тьма словно свернулась, прячась от ярких красок изменившегося мира…

Открыв глаза, я вновь зажмурился, пряча взор от бьющих в лицо солнечных лучей.

Продержав веки закрытыми и обождя пока красные круги пропадут, я повторил попытку. На этот раз всё прошло более удачно.

Я лежал на просторной кровати, стоящей в центре комнаты, оббитой светлым деревом. Солнечные лучи, падающие на меня, шли от большого окна, открывающего вид на терновый лабиринт.

Осторожно приподнявшись на подушке, я первым делом изучил свежую повязку на ране. Тут всё было в порядке. Судя по всему, рана начала срастаться без особых проблем, напоминая о себе лишь лёгким зудом.

Убедившись, что она мне не мешает двигаться, я поставил ноги на пол и сел. На мне были только штаны, тогда как торс и ступни оставались голыми.

Поднявшись, первым делом я отыскал сапоги, стоявшие под кроватью, после чего непонимающе застыл на месте, поскольку мой взгляд зацепился за… едва светящуюся зеленью нить, висящую прямо в воздухе.

«Что за?..» — только начала формироваться мысль, как моя рука сама ухватила нить, тут же засветившуюся ярче прежнего и указывая путь ведущий куда-то за дверь.

Я отметил, что пусть нить и не ощущалась физически, но от её контура словно исходило тепло, приятно греющее руку.

Заинтересовавшись странным феноменом как нить из сна ставшая реальностью, я решил последовать за ней, предварительно ущипнув себя.

— Ай, — я невольно поморщился, когда кожа стрельнула привычной болью.

«Не сплю», — невольно морщусь, ибо меня не прельщала мысль стать сумасшедшим, пусть я возможно и так сошёл с ума попав в кому, а не умер в прошлой жизни.

Как только я открыл дверь ведущую из моего временного пристанища, то оказался в небольшом коридоре, освещённым такими же окнами, как и то, что было в моей комнате.

Судя по всему, меня поселили в гостевом крыле, поскольку двери идущие вдоль стен находились на одном расстоянии и выглядели абсолютно одинаково, чего явно не могло быть в главной части. В той части замка, где обычно жили хозяева замка, комнаты значительно разнились, в зависимости от статуса владельца.

Отсутствие камзола на мне несколько смутило, и я попробовал развернуться, чтобы добыть себе оставшуюся часть одежды, как что-то неведомое потянуло меня дальше.

Не сумев устоять перед этим странным ощущением, я медленно побрёл вдоль нити, спустившись с третьего этажа на первый. Плутая по многочисленным коридорам, я к своему удивлению никого не встретил вплоть до того момента, как оказался перед высокой калиткой, закрытой на засов.

Зелёная нить вела дальше.

Судя по пути, и по тому, что я так и не вышел во внешний двор, то нить привела меня к какому-то закрытому саду, спрятанному посреди замка, что только ещё больше интриговало.

Немного посомневавшись, я всё же убрал затвор и толкнул дверь, проходя вперёд.

— Ого… — прошептал я, будучи очарованным открывшимся видом.

Передо мной оказался необычный сад, что выглядел не просто заброшенным, а диким. Словно это живой клочок природы… первобытный лес, во всей его красоте, не тронутой человеческими руками, что расположился во внутреннем дворе крепости.

— Богороща, — понял я, увидев вдалеке пруд, над которым распушилась красная крона чардрева.

Вдыхая запах влажной земли и гниения опавших листьев, я медленным шагом двинулся вперёд, следуя за иллюзорной нитью, ставшей гореть ярче прежнего. По мере приближения к белым стволам трёх чардрев, сросшихся между собой воедино, ко мне начало приходить понимание того, что я должен сделать.

Обойдя воду по широкой дуге, я припал на одно колено — прямо напротив человеческого лица, вырезанного на белом дереве. Его веки были низко опущены, а усталый взгляд всё ещё не утратил интерес к происходящему, наблюдая за тем местом, где люди раньше преклоняли колени.

— Мы помним об обещании данном давно. Мы помним о долге взятом давно, поэтому… — достав кинжал, я сделал надрез на каждой ладони и приложил их к глазам сердца-древа, омывая их по очереди своей кровью. -… смотрите, смотрите внимательно… как этот мир, зацветёт с новой силой!

Я провёл окровавленными ладонями по векам вырезанных лиц и… они медленно затрепетали, во всю ширь открывая глаза, засветившиеся тусклым светом.

«Мы наблюдаем… всегда наблюдаем… за своими детьми…» — устало прошелестело у меня в голове.

Сильный порыв ветра ударил в землю, подняв в воздух ворох листьев, на долю секунду закрыв лицо чардрева и сбросив с меня состояние транса.

«Что за чёрт?»

Передёрнув плечами от озноба, я заметил, что веки на вырезанном лице снова опустились, а раны на моих руках зажили, словно их не было. Только окровавленная кромка кинжала доказывала реальность произошедшего.

— Удивительно, — за спиной раздался вкрадчивый женский голос, заставивший меня вздрогнуть и обернуться. — За столько лет, я лишь второй раз вижу, как кто-то выказывает уважение Старым Богам.

С другой стороны пруда стояла пожилая женщина. Она была облачена в длинное зелёное платье, а голова была укрыта шёлковым платком цвета золотой розы. Не смотря на свой возраст, Королева Шипов сохраняла прямую осанку и ясный взор.

— Тётушка Оленна, — я растерянно поклонился женщине, не зная как вести себя в этой ситуации и что делать.

— Но они всё так же игнорируют, как игнорировали Гвейна Четвёртого, когда он искал защиты от андалов. Не желают защищать своих детей, как не защитили их от разбоя дорнийскими варварами при Гарте Десятом. Молчат, не отвечая на молитвы, как не отвечали на них, когда Мерн Девятый со своими сыновьями вышел на Пламенное Поле, — женщина перевела взгляд себе под ноги, маленькими шагами подходя ко мне ближе. — Нет, молодой человек, — покачала головой женщина. — Боги нам не помогут. Мы сами себе боги, только мы можем помочь себе и своим близким.

Старушка подошла ко мне в упор, внимательно осматривая меня с ног до головы. После чего снова заговорила, вот только тоска и загадочность пропали из её голоса, оставив место лёгкой заинтересованности.

— Как я и говорила: ты вырос привлекательным молодым человеком, унаследовавшим лучшие черты своих предков. Красоту от своей матери, притягательно-ледяные глаза лорда Флорента и лисий оскал Гарта Залёнорукого, — при упоминании первого короля Простора, взгляд Оленны блеснул сталью, но быстро смягчился, с лёгкой улыбкой появившейся на её губах. — О да, твоя мать была настоящей красавицей, гораздо красивее чем я. Но красота — это ещё не всё, — голос женщины окреп, а взгляд буквально вцепился в меня. — Нужно уметь идти до конца, чтобы добиться своей цели.

Женщина махнула мне рукой и присела на один из корней, вылезших из-под земли на добрых полметра. Я молча присел напротив не стесняясь подгнившей листвы, ставшей для меня сидушкой.

— За моего покойного мужа, Лютора, должна была выйти вовсе не я, а Виола. Меня же готовили к браку с Дейнором Таргариеном, но я не хотела этого брака. Поэтому, в ночь перед браком Виолы и Лютора, я тайно пробралась в спальню Наследника дома Тиреллов и провела с ним ночь, — моё лицо против воли покрылось румянцем, на что женщина лишь хмыкнула, потрепав меня по щеке, на что я недовольно фыркнул, вызвав ещё одну волну умиления. — О да, ночь, после которой этот юнец не мог даже мысли допустить о другой женщине! Вот что значит решимость идти до конца, — женщина говорила неспешно, своим вкрадчивым голосом, словно заползая в душу, поэтому когда она замолчала, я невольно вскинулся, встретив её заинтересованный взгляд. — А как далеко ради своих целей готов зайти ты, Гарт Флорент?

В эту секунду меня словно пыльным мешком по голове ударили.

Мозайка сложилась.

Моё имя. Герб Гарднеров, висящий во главе домов Простора, на стене моей комнаты. Топорная пропаганда легенд времён героев Живого Престола. Чрезмерное приближение к управлению домом, не смотря на право наследия. Договорённости с другими домами Простора. Намёки братьев. Слова чардрева. Улыбка доставшаяся мне от Зелёнорукого…

Меня готовят не как возможного наследника, меня готовят как знамя восстания, давно исчезнувшей династии королей!

— Прошу прощения молодой человек, мне ещё нужно распорядиться насчет обеда, поэтому я пойду. У тебя есть ещё час до этого момента, после чего Уиллас хотел бы показать тебе свою «коллекцию».

Поджав губы, Королева Шипов поднялась со своего места, игнорируя моё состояние. Лишь у самого выхода я вспомнил вопрос, который хотел задать ей.

— А кто был первым человеком, высказавший уважение Старым Богам?

Леди Оленна остановилась, развернувшись ко мне вполоборота. Её взгляд слегка затуманился от воспоминаний, а губы превратились в тонкую полоску.

— Мой муж. Лютор Тирелл, — произнеся это, женщина отвернулась. — Как видишь, Старые Боги его не спасли. — Королева Шипов решительно толкнула калитку, покидая богорощу.

«Что же это тогда было? И что мне теперь делать?» — висело в моей голове всего два вопроса, когда хозяйка Хайгардена оставила меня наедине с моими мыслями.

***

Терзаемый роем вопросов, на обед я явился аккурат к подаче блюд. Для начала мне пришлось поплутать, чтобы найти свою комнату, где я переоделся, и только потом спустился в обеденный зал.

Когда я наконец занял своё место, Марк и Виктор вперили в меня обеспокоенные взгляды, но я только молча кивнул им, наблюдая за вошедшим в комнату лордом Простора.

Мейс Тирелл оказался не самым высоким человеком. По меркам Семи Королевств, даже несколько ниже среднего. Зато он был широкоплеч, а руки по толщине могли сравниться с приличными поленьями.

Вместе с тем было видно, что глава дома Тиреллов несколько запустил воинскую науку, поскольку шириной отличались не только плечи, но и живот. Да и в каштановых волосах появилась ранняя седина.

— Добро пожаловать в Хайгарден, юный Флорент, — поприветствовал меня мужчина кивком головы, на что я незамедлительно ответил поклоном младшего старшему. — С твоими спутниками мы уже познакомились раньше, к счастью, от встречи с разбойниками они пострадали не так сильно.

«Ага, разбойниками», — я с трудом удержался от того, чтобы не бросить взгляд в сторону матери действующего лорда, поскольку после её слов последние сомнения насчёт случайности засады у меня точно отпали.

— К сожалению, я ещё не столь умел, чтобы справиться с тремя взрослыми противниками без единого ранения, — отметил я, мысленно поморщившись от слов лорда Тирелла.

«Не думаю, что он сам бы с ними справился», — отдал я должное его животу.

— Ох, не преуменьшай своих заслуг. Даже так — три противника, это замечательный результат! Вот я в твои годы… — Мужчина на некоторое время ударился в пустую болтовню, пока леди Оленна не была вынуждена прервать его словоизлияния.

— Мейс, все мы знаем о твоих рыцарских навыках, но, может, ты представишь семью? - с ироничной улыбкой, произнесла Королева Шипов.

— Кхм, — лорд несколько стушевался, но всё же перечислил сидящих за столом.

Статной женщиной с серебряными волосами заплетёнными в косу, оказалась его жена, Алерия Хайтауэр. С учтиво улыбающимся Уилласом я был уже знаком, а вот его младшая сестра с братьями были не менее интересны чем сам наследник.

Средний сын Гарлан был немногим старше меня, может, на год, или на два. Но уже сейчас он выделялся своим ростом, обгоняя даже Окхарта, которые славились своей долговязостью. Но при этом он не был худощавым, помимо прочего, унаследовав ширину плеч отца, что уже сейчас, делало его опасным противником в ближнем бою. Внешностью он особо не выделялся, разве что его можно было назвать «по-мужски» красивым.

Лорас, третий ребёнок, выделялся красотой даже в свои одиннадцать лет. От него словно веяло харизмой, которая со временем будет валить женщин штабелями, а карие глаза, отливающие золотом герба Тиреллов, лишат их остатков разума.

Последним ребёнком оказалась девочка. Маргери была всего на год младше Лораса, но то, что она не будет уступать в красоте своему брату, было очевидно.

Так же как у всех Тиреллов, её волосы имели каштановый цвет, а улыбка могла пленять без всяких цепей. Голубые глаза Маргери унаследовала от матери, тогда как контур лица делал её похожей на леди Оленну.

— Матушка говорит, вы здесь на время Цветочной Недели? — уточнил Мейс, подхватывая кубок с вином из рук оруженосца.

— Да, но дядя решил отправить меня несколько раньше, чтобы я успел освоиться в новой обстановке и со всеми познакомиться.

— Мудрое решение, — важно кивнул Мейс и перевёл всё свое внимание на пышущего жаром кабанчика, только что поднесённого слугами.

Собственно, на этом разговоры закончились, а трапеза спустя полчаса, подошла к закономерному концу.

Как только я поднялся из-за стола, ко мне подошли друзья. Виктор удерживал на мне задумчивый взгляд, тогда как Марк, в кой-то веки прибывающий без своего питомца, поинтересовался сходу.

— Как ты себя чувствуешь? Мы знатно испугались, когда ты потерял сознание.

— Вполне сносно, просто… есть вещи, которые я должен обдумать, — ответил я Меллендору, слегка нахмурившись. Не думаю, что стоит делиться своими домыслами с кем-то. Слишком большой риск.

— Поделишься? — учтиво поинтересовался Виктор, коротким жестом показывая Марку чтобы тот молчал.

— Не сейчас, — помотал я головой, наблюдая за тем, как к нам приближался Уиллас Тирелл, что при ходьбе опирался на изящную трость.

Проследив за моим взглядом, Меллендор и Окхарт тоже развернулись в сторону подошедшего наследника.

— Виктор, Марк, — кивнул он обоим парням. — Гарт, если вы помните, при первой нашей встречи я обещал вам восполнить вашу потерю, — интригующе начал Уиллас.

— Вы о лошади? — припомнил я слова наследника. — Не думаю, что…

— Позвольте вас прервать, вы просто не знаете, от чего хотите отказаться!

Тирелл несколько панибратски ухватил меня за плечо свободной рукой и повёл в сторону дверей, ведущих во двор замка.

«Похоже, это надолго», — подумал я устало, не понаслышке зная о любви наследника к разведению лошадей.

Глава 10

— Ну что, как себя чувствуешь? - я с ухмылкой поинтересовался у одного из членов моей свиты.

— Добейте меня... - простонал Марк, которого едва ли не укачивало прямо в седле. - Буээ...

"А нет, укачало всё же." - мелькнула весёлая мысль, когда Меллендор повалился вперёд, опорожняя свой завтрак.

— Убогий. - скривился Виктор, на всякий случай уводя коня в сторону от страдающего похмельем подростка.

Вчерашний вечер определённо удался у Марка, вот только теперь он пожинает его результаты.

— Ха-ха-ха! - я довольно засмеялся, глядя на бледного друга, который мутным взглядом прошёлся по моей фигуре, и найдя то, что искал, заговорил:

— Марк, вернись!

Мартышка, гордо восседающая у меня на плече, повернулась к своему хозяину и указала на него пальцем.

— А! - обвиняюще выдал Марк Второй, и перелез на другое плечо, подальше от хозяина.

— Вернись, я всё прощу! - хрипло крикнул Меллендор.

— А? - раздалось неверяще в ответ. - А?! А-а-а?! - возмущённо ответил тот, выглядывая у меня из-за головы, и чуть не оглушая своими криками.

— Прости-прости, я был неправ! Я не должен был оставлять тебя одного! - взмолился юноша, на что обезьяна демонстративно отвернула голову.

"Ну да, посмотрел бы я как ты взял макаку в постель к шлюхе." - стоило мне только представить такую картину, как моё тело против воли начало сотрясаться от тихого смеха.

— А! - мгновенно отреагировал Марк Второй, ударив меня раскрытой ладонью по голове.

"И как он только понимает когда не то что речь, даже мысли касаются его?" - я досадливо почесал подбородок, продолжая слушать "арию" двух разбитых сердец.

— А! А! А! - выкрикнул недовольно примат, и включил полный игнор своего хозяина, который сложился пополам из-за очередного рвотного позыва.

— Не надо было брать у трактирщика ту сивуху. - отчитал Окхарт страдающего товарища, и вновь замолчал, с превосходством поглядывая в сторону Меллендора.

— Кто же его знал... - полумёртвым шёпотом раздалось в ответ.

Вчерашним утром, перед решающими поединками конной схватки, состоялся финальный бой турнира оруженосцев в котором участвовали подростки от четырнадцати, до двадцати лет, не имеющих рыцарских шпор.

Не смотря на то, что никто из нас не состоял на службе у рыцаря, лорд Тирелл, как хозяин турнира, разрешил выступить нам "свободными" оруженосцами. Обычно ими становились воины потерявшие своего господина, но было и такое, что под этим званием на турнирах выступали те, кто хотели попасть в услужение к состоявшемуся рыцарю. Вообще, сия традиция была распространена только в Просторе, из-за большого количества безземельных рыцарей не имеющих господина, или, как их тут называли, межевых рыцарей.

Я от этих поединков отказался, а вот Окхарт и Меллендор согласились, смерив друг друга внимательными взглядами. Впрочем, результат не заставил себя ждать, и всего через несколько дней победитель определился. Марк проиграл полуфинал против Окхарта, который показал прекрасное владение бастардом, тогда как Меллендору, в который раз не хватило гибкости мышления и умения строить нестандартные атаки. Виктор же проиграл в решающей схватке, выйдя против Гарлана Тирелла, просто виртуозно владеющего клинком.

За второе место Виктор получил пять драконов - золотых монет наивысшей стоимости, одна из которых соответствовала двухстам десяти серебряным оленям. На эти деньги можно было купить неплохое обмундирование, а если ты простолюдин, то и несколько лет прожить не касаясь плуга. Вот только, зная местные нравы, я не ошибусь если скажу, что видя такое безделье, тебя ограбят собственные соседи.

Марку, и второму полуфиналисту, досталось всего два дракона, тогда как победителю турнира вручили пятнадцать.

Именно после вручения награды Марк и потащил нас в трактир, умудрившись во время попойки найти шлюх, что с удовольствием согласились обслужить "молодых господ" за звонкую монету. Признаться честно, в этот раз Меллендор даже меня сумел подбить на это дело, после того как я проспорил ему несколько кружек вина. Собственно по этой причине я и потерял критичность своего мышления, согласившись на такое сомнительное предложение.

Слава богам, в этот раз всё прошло под контролем, и мой первый раз в этом мире не повторился. Воспоминания о нём, до сих пор вызывает чувство жгучего стыда.

— Кстати говоря, о женском поле... - Виктор сделал вид что задумался. - Видел, у тебя появилась поклонница? - нанёс предательский удар Окхарт, вызвав ухмылку на лице отошедшего от очередного приступа тошноты, Марка.

— И ничего не поклонница... - отмахнулся я, невольно вспоминая об этом инциденте.

***

На следующий день, после того как я очнулся, Гарлан пригласил нас на конную прогулку по ближайшим окрестностям Хайгардена, которые славились обилием ярко-цветущей зелени даже по меркам Простора.

Как ни странно, но это и в самом деле было так, даже на мой не самый притязательный взгляд. Словно, что-то питало это земли. Что-то давало им силы, давать больше урожая, чем другим. Что-то древнее, о чём я пока даже и не подозревал...

В какой-то момент на одном из привалов я забрался на вершину холма, и не боясь замараться, уселся на зелёную траву. Некоторое время я осматривал цветущую долину и мной овладела ностальгия. По оставленной в той жизни любви, по мечтам и стремлениям, которые я так и не мог отпустить до конца, и по... зиме.

Да, как ни странно, именно по ней. За все эти годы, я не видел ни одной снежинки, и не только в связи с тем, что за восемь лет, зимы в этом странном мире ещё попросту не было, но и по той причине, что до Простора они никогда и не доходят. Снег здесь не выпадал даже в самые длинные и суровые заморозки.

Поддавшись секундной слабости, мне внезапно вспомнились слова одной из песен, слышанных мной в том мире. Она отлично описывала одолевающее меня одиночество.

Ты ды-шал Ветрами Арктики, По-ка лёд Сжимал галактики.

Снег ше-птал: «Чтоб выжить в холоде, Рас-ко-ли Все чувства молотом…»

Мой голос не мог повторить в точности вокал оригинала, да и адаптация на язык Вестероса несколько хромала, но вышло всё равно неплохо. Даже ощущалась некоторая чуждость этих слов, разливающихся над зелёным Простором.

Помни, Зима близко!.. Пей чужую боль, Чтоб согреться.

Нет спасенных В твоих списках, Абсолютный ноль В твоем сердце.

Голос второго певца подходил мне больше, поэтому припев получился гораздо лучше, едва отличимым от оригинала.

Эта жизнь Покончит с лучшими, За стеной Из равнодушия.

Кровь врагов Пьянее солода, Ты готов К любому холоду.*

В какой-то момент я настолько увлёкся, что начал постукивать ладонями по коленям, изображая барабанную дробь, которая с окончанием куплета сменилась громкими хлопками.

— У тебя... необычные таланты, Гарт. - раздалось за спиной.

Обернувшись, я застал весь наш кортеж, замерший рядом в восхищении. Говорящим был Гарлан, который посматривал на меня с удивлением, от которого не отставали и мои спутники, что до этого момента не слышали моего пения.

Хлопающей в ладоши же оказалась улыбающаяся Маргери, что смотрела на меня в немом восхищении.

— Эм... - я вновь смутился, под такими внимательными взглядами. Как оказалось, одно дело когда наблюдают за тобой во время боя, и совсем другое, когда тебя застали за чем-то... несколько личным. Я бы даже сказал, интимным. - Прошу прощения, я и сам не подозревал, что так хорошо получится.

— А... можно ты споёшь нам с бабушкой ещё раз? - неуверенно спросила Маргери, потупив взор, что было нетипично для бойкой девочки.

— Х-хорошо. - не сумел я отказать девочке, что тут же расплылась в яркой улыбке.

***

— Ну да. И то что единственная дочь лорда Простора сама подошла к тебе чтобы поздравить с победой на турнире среди стрелков совсем ни о чём не говорит? - подключился Марк.

— Пф, вы просто завидуете что я хоть где-то победил, в отличии от вас. - фыркнул я, на неумелые подколки подростков.

Впрочем, ради справедливости стоит отметить, что несмотря на гораздо большее количество соперников среди стрелков, достойных конкурентов у меня не было. Среди рыцарей Простора попросту считалось зазорным использовать стрелковое оружие, а на Неделю Цветов редко когда прибывали рыцари из других "королевств". А ведь будь тут северяне или те же дорнийцы уверенно владеющие луком или арбалетом, я бы вряд ли вошёл даже в десятку.

Так же за это время мне пришлось многое переосмыслить в своей жизни. Можно даже сказать, Оленна Тирелл открыла мне глаза на творящиеся вокруг меня движения.

Изначально, я даже не планировал вникать в суть интриг, которые ведут между собой дома Простора, но как оказалось - это было ошибкой, и теперь мне в бешеном темпе приходится навёрстывать упущенное, изучая всю доступную информацию.

Информации пришлось запоминать огромное количество, но упустить такой прекрасный шанс как Неделя Цветов я не намеревался. Ведь по сути, что такое Неделя Цветов? Это ряд празднеств, тянущихся целую неделю, за время которых, в Хайгардене проводятся различные турниры, выступления бардов, дегустация вин свежих урожаев, и другие, не менее увлекательные мероприятия.

Сюда съезжается вся знать Простора, а учитывая любезность Уилласа, который не мог просто взять, и послать меня с вопросами о других домах, эта неделя оказалась чрезвычайно продуктивной.

К концу этих праздников, я даже определил для себя дальнейшую линию поведения со своими ближайшими родственниками, а так же тем, как мне относиться к приближённым ко мне людям.

Мой взгляд невольно упал на моих спутников.

Окахарты и Меллендоры довольно известные дома в Просторе. Отношения с ними нужно только укреплять, как и говорил дядя. С Уилласом, как и со всем младшим поколением Тиреллов я попробовал установить наиболее дружественные отношения. Пусть они и являлись нашими главными конкурентами за власть в Просторе, но кто знает, как дальше может повернуться жизнь?

— Кстати, говоря о том случае. Может, споёшь что-нибудь? - как бы невзначай поинтересовался Марк, прополоскав рот водой из своего бурдюка.

— Прости, нет настроения. - покачал я головой.

Мой новый талант оказался неожиданным даже для меня самого. В прошлой жизни я любил послушать музыку, а многие песни помнил до сих пор.

Не знаю почему, но на понравившуюся мне музыку, мой разум реагировал словно на наркотик, запоминая слова раз на пятый. Как у какого-то заядлого геймера, который после пары смертей, мог увернуться от каждого удара противника.

Такой же неожиданной способностью оказалась моя странная связь с деревьями, или Старыми Богами. Точнее сказать я и сам не мог, но было во мне что-то странное, даже помимо того транса в богороще. Не так давно, это лишь подтвердилось в очередной раз.

На третий день пребывания в Хайгардене, я решил погулять по замку, и в один момент набрёл на большую дверь, которая судя по планировке вела в просторное помещение, задней стеной примыкающее к богороще.

К моему удивлению, засова или замка на дверях не было, поэтому я решительно толкнул створы. Зайдя внутрь, я оказался в просторном зале, оббитый не просто деревом, а белоснежной древесиной из чардрева, цена на которую была просто заоблачной.

Ровно по центру, шли два ряда колонн, идущих от дверей, к противоположному концу зала, у которого выпирали куски трухлявой древесины, выходящей прямо из стены. С самого края, она была обгоревшей, не иначе, последствия пожара.

Заинтересовавшись, я подошёл ближе и коснулся обгоревших краёв, чтобы тут же закрыть глаза, от нахлынувших образов.

Сначала, предо мной предстала картина богорощи из чардрев, и только огромный дуб выделялся на их фоне коричневым пятном. Секунда, и перед дубом спиной ко мне стоит человек с цветом волос до боли похожим на мой. На его голове виднелась корона, фантастическим образом составленная из листьев и цветов. Рука этого человека лежала на коре дуба, в котором начал прорастать высокий трон, под стать человеку стоящему перед ним.

Дальше кадры начали меняться один за одним. Человек расположился на троне, а его волосы позеленели. Смена, и вот это место занимает другой человек, а его окружает зал оббитый чардревом.

Короли сменяли друг друга, пока в какой-то момент, один из поседевших королей не оказался пронзённым мечом на своём же престоле. Перед ним замер смуглый человек с факелом в руках.

Спустя секунду, факел летит к погибшему, и тот загорается вместе с троном, растущим из величественного дуба.

Роскошный зал сменился разрухой и запустением, чтобы в следующую секунду снова выглядеть богато, но... трона больше не было, как и короля на нём. Двери в этот зал захлопнулись, словно вместе с троном ушло и всё доверие к королям Простора.

Это было последним видением после которого меня несильно откинуло от почти мертвого дуба, и я услышал в своей голове уже знакомый шёпот:

"Всё ещё не достоин."

Придя в себя, я понял куда меня завела дорога. Это был тронный зал Гарднеров, из которого правили короли Простора. Трон же был ничем иным как Живым Престолом, знаком власти, гораздо более древним, чем Железный Трон.

Теперь значения видений были понятны. По легендам, Живой Трон рос прямо в дубе, созданном Гартом Зеленоруким. При Гарте Седобородым, Простор, как и Хайгарден, был разграблен дорнийцами, которые и уничтожили главный символ власти королей Простора. Несмотря на потуги Мерна Шестого, трон восстановить не удалось и тронный зал сменили. Спустя десять поколений, последние из Гарднеров сгорели в пламени драконов Эйгона.

Придя в себя от произошедшего, я поспешил покинуть тронный зал, пообещав себе вернуться сюда когда стану "достоин".

*Песня группы Ink.Visitor "Зима Близко"

Глава 11

Ясноводная крепость встречала меня солнечным светом, отражающимся от белого камня, из которого были выложены её стены. Возле высоких ворот стояла пара скучающих стражников с белыми плащами - главным атрибутом их принадлежности к дому Флорентов, которому они служат.

— Наконец-то мы на месте. - выдохнул Марк, с облегчением погладив своего питомца.

— А-а-а... - не менее тяжело вздохнул примат, всё же примирившийся в пути со своим хозяином, на плече которого гордо восседал.

— Прикажите слугам чтобы они разложили наши вещи по местам. Я пока узнаю где дядя, надо его поприветствовать. - бросил я своим товарищам, соскакивая с рыжего дорнийского скакуна, доставшегося мне от наследника дома Тирелл.

На самом деле мной руководило не только желание сообщить о своём прибытии, но и необходимость важного разговора, который у меня созрел за время пребывания у Тиреллов.

Дядю долго искать не пришлось, не смотря на размеры фамильного замка. Тот нашёлся на тренировочной площадке, где сошелся в тренировочном сражении с мастером над оружием Ясноводной крепости.

Не смотря на свой рыцарский титул, Алестер Флорент не уделял должного внимания тренировкам с оружием, но сам факт его активного участия во время Восстания Баратеона, уже говорил о его немалом опыте за спиной.

Расположившись под настилом, я с удовольствием вытянул ноги, уставшие от долгой езды, после чего принялся внимательно наблюдать за сражением.

Не смотря на то, что дядя был лет на десять старше мастера, он довольно уверенно держал оборону, не давая бывалому наёмнику добраться до себя. Высокий и худой лорд Флорент, скорее походил бы на какого-нибудь Окхарта, если бы не его уши с "изюминкой", как и у всех "лисов".

Спустя минуту, мастер над оружием сделал хитрый финт уводя клинок лорда в сторону, и резко сблизившись, выбил плечом воздух из его груди, вместе с тем, левой рукой подставляя к его горлу кинжал.

— Хороший бой, господин. - отметил воин навыки дяди Алестера, на что тот степенно кивнул, пальцем отведя острие кинжала в сторону.

"Мастер Кирли умело воспользовался превосходством своего противника в росте, и превратил его в недостаток. Именно из-за разницы в росте, он успел сделать всё так быстро, заполучив победу. У него всё ещё есть чему учиться, даже сейчас." - отметил я навыки бывшего наёмника.

— Вернулись? - дядя зашёл ко мне под навес, беря в руки ковш, лежавший рядом с бочкой наполненной водой. Его торс был обнажён, открывая вид на жилистые мышцы, присущие людям его телосложения.

— Да, дядюшка. Прибыли около пятнадцати минут назад. Виктор и Марк отправились разбираться с багажом, я же поспешил к вам с важным разговором. - откликнулся я на слова главы дома.

— Хорошо. - произнёс дядя, выплёскивая на себя первый ковш. - Поговорим здесь, или у меня?

— Разговор предстоит серьёзный, лучше обсудить наедине. - наблюдая за Алестером, я отметил как его спина немного напряглась, но он всё же опрокинул на себя второй ковш. Дядя не привык слышать от меня подобных слов. Да что говорить, обычно я обходился с ним короткими фразами, избегая длинных предложений. Но как показала реальность, я не поспеваю за событиями, что раскручиваются вокруг меня. Да что там не успеваю, до недавних пор, я только догадывался о них!

— Тогда иди переоденься с дороги. Через полчаса жду у себя. - бросил на меня внимательный взгляд мужчина, и я кивнув, поспешил к себе.

По пути в комнату, я невольно сравнивал Хайгарден и Ясноводную.

Не смотря на красоту и величие каждого из замков, они разнились словно противоположные друг другу стихии. Первый, словно и в самом деле был красивым садом усаженным множеством кустов с красивыми розами, с которыми я невольно сравнивал придворных Простора, что не смотря на свою красоту, могли больно ужалить. За красотой красных бутонов, словно не было видно опасных шипов, порой смазанных не самым простым ядом.

Тогда как Ясноводная, словно олицетворяла собой тихий, спокойный пруд, без единой ряби, на его ровной поверхности. Все кто здесь жил - принадлежали лишь к Флорентам, либо были младшими детьми молодых домов, которые входили в свиту более благородных господ, а то и подавно, являлись оруженосцами, перенимая дух хозяев этого места.

И это сравнение ясно указывало на ощутимую разницу в положении наших домов. Именно Тиреллы правили Простором, а Флоренты были лишь одними из множества вассалов. И не сказать, что сей факт хоть как-то меня волновал. Но вот проблема, это волновало других, и они не особо-то интересовались моим мнением.

С этими мыслями, я успел ополоснуться с дороги, выпить бокал яблочного сока, и переодеться, после чего направился в кабинет дяди. Постучав в дверь, я принялся ждать ответа.

— Войдите. - раздался звонкий голос лорда Флорента.

— Дядя. - поклонился я тому.

— Садись. - дождавшись, пока я займу место напротив, рыцарь внимательно всмотрелся в моё лицо. - Ну, о чём ты хотел поговорить?

Я против воли нахмурился.

"Ну чтож, раз ты сразу с места в карьер, то я отвечу тебе на это тем же." - мелькнули в моей голове более жёсткие чем обычно, мысли. Не смотря на мою природную покладистость, такое использование моей персоны в тёмную, заметно раздражало даже такого инертного к интригам человека как я.

— Королева Шипов знает о маленькой интриге нашего дома. - произнёс я, с трудом удерживая голос ровным, и наблюдая за резко помрачневшим лицом дяди.

Лорд Флорент на минуту прикрыл глаза, что-то обдумывая про себя, и теребя свою клиновидную бородку.

— Как она узнала? И как давно знаешь ты сам?

— Понятия не имею. - пожал я плечами, будучи довольным, что мне удалось вывести из себя вечно спокойного лорда, пусть и на жалкую минуту. - В первую же встречу со мной, она мне сказала, что я очень похож на своих родителей и... Гарта Зеленорукого. Я же... именно благодаря её намёку, мозаика в моей голове окончательно сложилась. - договорив, я вперил внимательный взгляд в своего дядю.

"Интересно, как много он мне расскажет?" - ждал я реакции главы дома.

— Хорошо. Я подумаю, что с этим можно делать. - прекратив гладить бороду, дядя решительно кивнул, и перевёл взгляд на бумаги лежавшие перед ним, ясно давая понять, что разговор окончен.

От такого ответа, моя голова невольно дёрнулась, наклонившись на левый бок, а правая часть рта, расплылась в оскале.

— Что? И это всё, что вы можете мне сказать? - спросил я, с невольным раздражением. Пусть я сейчас и ребёнок, но это вовсе не повод умалчивать о происходящем.

— А что ещё ты хочешь услышать? - с удивлением откликнулся дядя, выгнув брови треугольником.

— Я не хочу чтобы меня использовали вслепую, как знамя восстания. Я хочу понимать то, чем я рискую. Хочу знать о договорённостях между домами, о возможных противниках. По какому праву кроме моей внешности и корней, которые помимо нас имеют ещё с десяток домов, я могу занять место лорда правителя Простора? Разве восстание Грейджоев не показало, что Баратеоны крепко удерживают власть в своих руках? - вывалил я на дядю град вопросов, едва ли не скороговоркой, после чего замолчал, требовательно смотря тому в глаза.

Лорд некоторое время задумчиво молчал, наблюдая за тем, как моё раскрасневшееся от негодования лицо, возвращает нормальный цвет.

— Ты ещё слишком молод, чтобы принимать в этом прямое участие, достаточно и того, что они видят твоё сходство с Первым Королём. - резко прозвучал холодный ответ, от которого я только поморщился. - У тебя ещё остались вопросы?

— Нет. - произнёс я, сквозь сжатые зубы. - Я могу идти?

— Конечно. - кивнул дядя, словно не замечая моего состояния.

— Спасибо за уделённое мне внимание, лорд Флорент. - я не удержался от колкости, несколько выделив титул дяди, после чего покинул кабинет.

"Значит, меня никто и не планирует посвящать в свои планы, оставляя мне роль ширмы, прячущей лица настоящих заговорщиков. Ну, по крайней мере из слов дяди одно ясно точно - этот план рассчитан на долгие годы, и никто не планирует меня использовать завтра же. Это хорошо, а потом... потом мы посмотрим, сможет ли ширма отодвинуться в сторону сама, без чужой помощи." - эти мысли несколько успокоили меня, и мой шаг замедлился, перестав звучать набатом по длинным коридорам крепости.

— Гарт, ты уже вернулся домой? - окликнул меня Имри, как обычно, облачённый в лёгкую кольчугу, едва ли не заменявшую тому камзол, даже не смотря на то, что тот находился в родной крепости.

— Да, только что от дяди. - откликнулся я.

— О чём вы разговаривали? - за годы новой жизни, у меня сложились хорошие отношения с Имри, поэтому я без труда определил, что тому и в самом деле был интересен наш разговор, несмотря на его равнодушное выражение лица.

— Дядя не желает меня посвящать в те дела, что скоро станут моими. - я пренебрежительно фыркнул, показывая своё отношение к такому подходу, но брат отреагировал на это довольно серьёзно.

Он подошёл ко мне, и немного наклонившись, растрепал мои волосы.

— Оставь это лорду Флоренту. Поверь, если бы не он, и не наш отец, дом Флорентов не был бы и вполовину столь богат и почитаем в Просторе как сейчас. Ты не успеешь заметить, как придёт и твоё время принимать важные решения, и поверь мне, Лисёнок, ты будешь проклинать тот миг. - серьёзно произнёс Имри, смотря мне в глаза.

— Я справлюсь. - вскинул я голову, сжав губы в тонкую полоску.

— Очень на это надеюсь. - на секунду, уголки рта Имри изогнулись в едва заметной улыбке, что тут же пропала, словно мираж. - У меня к тебе есть важный разговор. Зайди ко мне после ужина, и никому о нём не говори. - последнюю фразу наследник дома Флорентов произнёс направляясь в противоположную от меня сторону.

— Хорошо. - кивнул я ему в спину, гадая зачем же я ему мог понадобиться.

Прошедшая до ужина часть дня пролетела стрелой из рутинных дел. Рассказал конюху о том, как ухаживать за моим новым скакуном. Прогулялся со своими кузенами, рассказав им о своём пребывании в Хайгардене. Устроил короткий спарринг с Окхартом, где бездарно продул, попавшись на простой финт.

За ужином же мне пришлось вновь пересказать о времени проведённом у Тиреллов, только теперь уже для кузин и старших членов семьи. Впрочем, мои двоюродные братья слушали меня с таким же вниманием, как и в первый раз. Дядя Алестер, пусть и делал вид, что внимает моим словам, но на самом деле мыслями был где-то далеко, явно обдумывая новый фактор в лице Королевы Шипов.

Покинув столовую, я передал своим товарищам чтобы они меня не ждали, а сам же отправился в комнату брата, которая располагалось в противоположном крыле крепости.

— Войдите. - мгновенно раздался ответ, стоило мне только постучать в дубовую дверь.

— Имри. - кивнул я тому, вместе с тем осматриваясь в комнате.

За последнюю пару месяцев, что я тут не был, брат совсем не изменил своим вкусам. У окна стояла односпальная кровать, застеленная белым постельным. Напротив был установлен крупный стеллаж, где Имри хранил самые интересные труды военных гениев, превратившихся со временем в маленькую библиотеку тактических трактатов.

Так же, рядом с кроватью был установлен небольшой столик, на котором стояла небольшая миска с яблоками, и полный графин вина, к которому брат прикасался только перед самым сном, поскольку алкоголь действовал на него крайне усыпляюще.

Устроившись на стуле рядом с этим столиком, я вопросительно взглянул на брата, что уже отложил книгу в сторону, закрыв дверь на изнутри.

— Помнишь, наш разговор, после смерти отца? - сел он напротив меня, наливая нам обоим вина, и требовательно подталкивая один в мою сторону.

— Конечно. - я настороженно кивнул, принимая бокал в руки. Этот разговор мне уже не нравился.

— Я не оставил это на самотёк, и продолжил расследование. - начал Имри, сделав маленький глоток вина. - Как ты знаешь, сорт яблок которым был отравлен Хаос достать не так уж и просто. "Щедрые дары", как их называют в Просторе, выдаются только с личного указа лорда Мерривезера, и не смотря на их девиз, эти яблоки очень редко уходят за пределы его дома.

— Узрите нашу щедрость. - задумчиво процитировал я, вспомнив девиз некогда богатого дома, лишившегося большей части своих богатств, во время правления Безумного короля.

— Как я тебе и говорил, никаких даров от этого дома на тот момент мы не получали, но вот в чём дело... пусть и редко, но иногда эти плоды покидали стены "Длинного стола". Угадай, как это могло произойти? - сегодня Имри был на удивление разговорчив, что несколько выбивалось из его типичного поведения, но мои мысли уже были заняты другим, игнорируя сей необычный факт.

— За садом где могут плодоносить эти деревья, ухаживают простые слуги? - пришёл мне на ум самый очевидный вариант.

— Верно. - кивнул Имри, подливая вино. Я даже не заметил как опустошил половину бокала. - И им тоже хочется заработать, особенно, если скупщики предлагают деньги своих господ, готовых потратить состояние на то, чтобы помолодеть на пару лет. Их даже не волнует, что Мерривезеры не смотря на свой молодой вид, не особо то и переживают нас. Максимум, лет десять, и Неведомый так же приходит за ними, не смотря на молодое для этого возраста, лицо.

— Значит, кто-то пытался их подставить?

— Возможно. Или просто подстраховывался. Но именно в последние месяцы, наш дом начал налаживать с ними отношения, благодаря чему эти яблоки стали появляться на нашем столе, пусть и спустя пару лет. - брат подхватил одно из яблок стоящих рядом с вином, и бросил мне.

— "Щедрые дары". - я без труда опознал плод оказавшийся в моей руке. С интересом повертев ярко-красное яблоко в руке, я без всякого сожаления положил его назад, на что Имри только покачал головой.

— Не стоило тебе так демонстративно переставать их есть. Мы не знаем, виноват ли в смерти отца кто-то из нашей семьи.

— Ничего не могу с собой поделать, да и... поздно уже, что-то отматывать назад. - покачал головой, понимая что брат прав, но... после произошедшего, я просто не мог заставить себя съесть этот фрукт, опасаясь того, что убийца может быть рядом. Глупо. Но есть вещи, которые не так-то просто выгнать из головы. - И что дальше?

— Через пару недель, я захочу посетить Королевскую Гавань, и по пути, посещу Длинный Стол, проведя там пару дней. За это время я постараюсь узнать, кто в те года следил за садом, посаженным одним из сыновей Гарта Заленорукого. Найдя слугу, я смогу найти и скупщика.

— Не лучше ли отправить... - я замолчал на полуслове, прерванный стуком в дверь.

— Сир, позволите? - раздался из-за двери робкий голос.

— Заходи. - в комнату вошёл подросток пятнадцати лет, на голове которого красовалась золотая копна волос, способная посоперничать в этом с Ланистарами. - Познакомься, брат, это мой оруженосец - Хью Бисбери. Хью, это мой младший брат Гарт Флорент.

— Приветствую. - коротко поклонился мне парень, на что я ответил кивком. Пусть мы и были в равном положении, но всё же Ясноводная была домом моего рода.

— Чтож, Гарт, наш разговор закончен, да и мне нужно кое-что обсудить с моим оруженосцем. Ты не против?

— Конечно. - кивнул я Имри, поднимаясь со стула, и прощаясь с каждым.

"Легко я сегодня точно не усну." - пронеслось в голове, когда я направлялся к себе.

***

Следующую неделю я занимался делами, ставшими для меня привычными, за время проведённое в этом мире. Занимался фехтованием, стрельбой. Учил геральдику, этикет, историю Простора и домов Гарднеров, Флорентов. Делал "успехи" в математике, время от времени "придумывая" новые способы счёта мейстеру Хайпу. Конечно, до высшей математики не дошло, но... скажем так, уровень счёта в Вестеросе не поражал, поэтому учитель считал меня гением. По его совету, я даже начал вести личную книгу, куда записывал всё то, что можно было считать открытием для Семи Королевств.

Мейстер даже пару раз намеревался отправиться со мной в Цитадель, дабы показать мои достижения, но лорд его всё время останавливал.

Но даже так, все эти занятия шли фоном. Большую часть времени я старался прислушиваться к тому, что происходит в нашем доме, поскольку созданный вокруг меня информационный вакуум напрягал. Дядя всё время ходил задумчивым, явно раздумая над тем, как избежать угрозы со стороны Королевы Шипов. Имри постоянно слал куда-то воронов, время от времени занимаясь со своим оруженосцем, или отправляя его на наши тренировки.

— Сир, не отвлекайтесь! - оторвал меня от размышлений звонкий голос Бисбери, что в тот же момент меня атаковал. Легко отведя его клинок в сторону кончиком своего меча, я сделал резкий шаг, с силой наступая на ногу своего противника, что по неопытности, слишком сильно выдвинул её вперёд.

Парень громко вскрикнул. Бросив взгляд на ногу, он отступил назад, потеряв мой меч из виду, чем я и воспользовался. Стоило только юному Бисбери поднять глаза, как он осознал свой проигрыш. Острие моего клинка зависло прямо напротив его лица.

— Бой окончен. - бросил я, на секунду заметив в глазах непосредственного юноши пламя гнева.

— Спасибо, за бой, сир! - улыбнулся тот в тридцать два зубы и поклонился. В его взоре даже не было и следа той ярости, что мелькнула в них пару мгновений назад.

"Даже мои ровесники в этом мире лицемерят так, что не каждый психолог из прошлой жизни мог бы это заметить." - с неудовольствием отметил я тот факт, что даже этот, казалось бы бойкий и весёлый парень, совсем не тот, кем хочет себя показать посторонним. "Настоящий Бисбери. Пчёлы тоже красивые и яркие. Пока не ужалят."

— Я не рыцарь. - оставил я последнее слово за собой, уходя в сторону, чтобы освободить место Виктору и Марку.

Под настилом, я к своему удивлению встретил дядю, который сосредоточенно наблюдал за мной, стоя в одиночестве.

— Лорд Флорент. - поклонился я Алестеру. После того разговора, я предпочёл обращаться к нему только так, но тому казалось было абсолютно безразлично моё отношение.

— Гарт. - ответил тот. - Через три дня ты отправляешься в Цитадель, учиться различным наукам, как твой дядя Колин. Пробыв там два года, ты должен будешь выковать как минимум пять звеньев в различных науках, прежде чем вернуться домой.

— Ты хочешь чтобы я стал мейстером? - не понял я.

— Для всех кто тебя спросит - да. Сам же знай, эти два года необходимы для того, чтобы мы набрали себе больше союзников, и усыпить внимание Королевы Шипов. Опять же, как показала практика, знания мейстеров и в самом деле полезны для управления делами дома. - посвятил меня Алестер. - С Конклавом архимейстеров я договорился, так что с доступом к знаниям проблем не будет, что касается жилья, учителя боя, денег и остального, тебя посветит мейстер Хайп, что будет сопровождать тебя вплоть до того момента, пока ты не начнёшь своё обучение.

Выслушав дядю, я молча кивнул.

Обучение в Цитадели - и в самом деле хороший выбор. Зачастую, знатные люди поступающие туда и заканчивающие обучение, добровольно отрекаются от участия в жизни высшего света, становясь персоной нон-грата для любых интриг. Конечно, это далеко не всегда так, но отправить одного из своих сыновей на обучение в Цитадель, значит, что от него уже ничего не ждут.

Опять же, академия мейстеров - ничто иное как огромная библиотека, где хранятся все знания Семи Королевств, что даст мне неоспоримое преимущество в изучении этого мира.

— А моя свита? - задал я вопрос. - Наш дом взял на себя определённые обязательства, когда мы их приняли к себе.

— Конечно, о Викторе и Марке мы позаботимся. - кивнул Алестер на мои слова. - Твой брат, Эррен, слишком безответственный, поэтому юного Меллендора он возьмёт к себе в оруженосцы. Я же лично обучу юного Окхарта. Возможно, к тому времени как ты вернёшься из Цитадели, твою друзья могут получить титул рыцаря.

— Спасибо, и... я согласен.

— Иного я от тебя и не ожидал. - важно кивнул лорд Флорент, удаляясь в сторону замка.