Правила волшебной кухни - 13

Глава 1

Второй мой визит к Дожу вышел гораздо информативней. Старичок выпил таблетки, усмирил своё давление и теперь мог общаться членораздельно.

Оцепление с Дворца к этому времени уже сняли, и меня сразу же провели в кабинет градоначальника — в обычный, человеческий рабочий кабинет, а не в очередное подземелье. Сам синьор Дож расположился за столом, обложился какими-то бумагами, и всем своим видом показывал, что находится в каком-то необъяснимом трауре.

— Присаживайся, Артуро, — указал он мне на кресло напротив. — Ты ведь уже примерно понял, что происходит, не так ли?

— Ключевое слово «примерно», — ответил я. — Насколько я догадываюсь, род Маринари застолбил за собой некоторые… э-э-э… объекты.

— Да не застолбил ты ничего, — отмахнулся Дож. — Ты вызвался быть их хранителем. Причём, обрати внимание, совершенно добровольно.

— Ага…

Итого: теперь у меня было двадцать четыре разбросанные по городу точки, каждая из которых подразумевала под собой аномалию с чёткой географической привязкой. И каждую из таких точек мне теперь нужно было обуздать и взять под контроль.

Однако перспектива, на самом деле, радовала. Потому что со слов Дожа получалось следующее: взяв под контроль все эти точки, я мог стать самым сильным человеком в Венеции. И даже сильнее Дожа. «Даже сильнее меня», — да-да, эта фраза прозвучала из уст самого синьора градоначальника.

Произносил он её с явным удовольствием, хоть и грустью в глазах. Тут-то я и почувствовал, скажем так, «неладное». Ассоциативный ряд выстроился сам собой и мне срочно потребовалось уточнить:

— А последствия, синьор Дож? Произойдёт именно то, о чём я думаю?

Дож тяжко вздохнул, встал с места и подошёл к окошку. Оглядел площадь Сан-Марко тоскливым взглядом, а потом ещё раз тяжко вздохнул. Тяжко вздыхать стало эдаким модус операнди Дожа на всё время нашей с ним встречи.

— А чёрт его знает, о чём ты там думаешь, — сказал он наконец. — Но да. Мне потребовалось пятьдесят лет на то, чтобы взять под контроль двенадцать точек, и больше меня никто пока что не смог. Так что если ты по какой-то неведомой причине вдруг возьмёшь и справишься с двадцатью четырьмя…

Дож очень многозначительно замолчал, на что мне осталось лишь зачем-то прошептать:

— Пу-пу-пу…

— Если ты справишься, Маринари, то тебе придётся возглавить город вместо меня, — наконец сказал Дож. — Таковы законы Венеции.

— А может не надо? — предложил я.

— Надо, Маринари, надо.

И тут я понял, что я совсем не жалко. Похоже, старый хитрый Дож… задолбался. И сейчас боится спугнуть свою удачу. Ведь у него появился шанс сбросить свою тяжкую ношу на мои мужественные плечи!

— Может, есть какая-то возможность откатить всё это, пока не поздно?

— А сам как думаешь? — Дож устало улыбнулся и перевёл взгляд на меня.

— Понятия не имею, — ответил я и тут же у меня оформилось явное впечатление, что синьор градоначальник надо мной издевается. Впрочем, я его об этом сразу же и спросил: — Вы издеваетесь сейчас?

— Что? — нахмурился Дож, но после вдруг резко расплылся в улыбке. Тёплой. Я бы даже сказал «отеческой». — Не-е-ет, Маринари, что ты? Просто… вот.

Честно говоря, последняя его фраза могла означать вообще всё, что угодно.

— Всё нормально? — уточнил я.

На что Дож как-то уж слишком нервно хихикнул и ответил:

— Да нормально-нормально. Просто… пойми: на моём веку такого ещё не было.

— Какого «такого»?

— Ты, Маринари, взялся буквально из ниоткуда и вытворяешь такое, что даже мне самому не по силам. И по-хорошему, у меня уже было время к этому привыкнуть. Вот только хоть убей — не могу. Каждый раз, когда ты появляешься во Дворце после того, как влип в очередную историю, я чувствую себя… стариком.

— Так вы и есть старик.

— Спасибо, — Дож поднял бровь. — Это мне сейчас очень сильно помогло.

Дальше разговор пошёл чуть полегче. Синьор градоначальник отбросил свой сплин и вкратце объяснил мне механику происходящего. Простую, на самом-то деле, как бездрожжевой хлебушек: идёшь на точку, побеждаешь аномалию, берёшь точку под контроль. Всё.

Однако помощи мне предложено не было. И постепенно пришло осознание, что разбираться со всем этим мне придётся самому, ни на кого особенно не рассчитывая. Распрощавшись с Дожем после полутора часов беседы и двух чашек чая, я направился в «Марину».

По пути отругал самого себя за фразу про то, что «рассчитывать некого», и решил срочно устроить совет племени. Причём «срочно» — означало «прямо сейчас». Нужно было собрать всех своих людей — всех те, кто мог помочь словом или делом, или хотя бы покивать с умным видом и чисто в утешение сказать, мол, Маринари, всё под контролем.

Так я, собственно говоря, и поступил. Вот только на сей раз учёл опыт былых ошибок. Серьёзно! На одни и те же грабли по моим скромным подсчётам я прыгал уже раз, не соврать, сорок. Ведь стоит мне обосноваться в «Марине» и начать что-то с кем-то обсуждать, как «вдруг открылась дверь и на пороге стоял»… подставить нужное. Африканский принц с волшебным копьём, глава какого-нибудь невменяемого общества, курьер с плохими новостями, курьер с хорошими новостями или продавец волшебных бобов.

Поэтому сходка была назначена в Джентельменском Клубе. Адрес этой нашего потайного… гхм… заведения не знал никто лишний, — его и большинство своих узнало-то только сегодня.

Итак! Под руководством Шона, синьоры лепреконы составили по центру зала парочку покерных столов, так чтобы места хватило всем. Увы и ах, из двух прямоугольников круг собрать было невозможно, — даже в Венеции, — и потому получился у нас Квадратный Стол Повара Артуро.

Итого в нашем сборище участвовали:

Непосредственно я, Джулия, Артём Эдуардович и Анна Эдуардовна. Эти кандидатуры вообще не обсуждались, потому что потому. Основа, так сказать, основ. Далее, учитывая родственные отношения, которые должны были возникнуть буквально вот-вот, к столу были приглашены синьор Рафаэле и синьорина Каролайн. Почти родня как никак.

— Что за цирк? — паниковал сперва Артём и мне даже показалось, что брат счёл себя главным виновником торжества. Небось, ожидал что сейчас начнётся очередная интервенция и ему опять предложат измениться в лучшую сторону. — Что происходит-то вообще?

— Происходит что-то серьёзное, — Аня оказалась чуть более проницательной. — А раз так, предлагаю пригласить Хулио и Эммануэля.

— Принято, — кивнул я.

Ниндзя с гитарой и вампир-культурист присоединились к нам уже через пять минут. Причём Эммануэль, — суровый и настороженный, — уловил настрой Анны Эдуардовны и предложил позвать до кучи ещё и Хренотень.

— Оставим пока что этот козырь в рукаве, — ответил я, памятуя о том, что медведь-оборотень не приемлет одежду как таковую, а среди нас, всё же, дамы.

Далее! Петрович припёрся сам, без приглашения. Причём сразу же с супругой и другом — по страдальческому выражению лица домового Василия можно было понять, что он сейчас немного с бодунца, однако такую массовую сходку пропустить не в силах.

Конечно же, следующим делом был приглашён дон Базилио. Самый главный домовой явился вместе с сыном и охраной, но охрану по моей просьбе отпустил погулять. Шон, Конан и Лабдан и так уже были здесь, — приглашать их никакой нужды не было. После делегации домовых прибыл главный Нисс, ну и самой последней, чуть-чуть запоздавшей участницей совета стала синьорина Дейдра.

Андрюха тоже хотел поприсутствовать, однако в Джентельменском клубе не нашлось такой ёмкости, чтобы вместить его водоворотные телеса. Так что сегодня Ужас Глубин остался внизу, ждать и подъедать заветрившиеся канноли.

— Так, — я подождал, пока все соберутся, и хотел уже было вывалить на ребят повестку дня, «как вдруг дверь отворилась», да-да-да. Алгоритм всё-таки не сумел дать сбой даже здесь; как бы я от него ни прятался.

Правда, всё оказалось не так уж плохо. Просто Матео откуда-то прознал о происходящем и решил заявиться без спроса, — хотя сам я, признаться, не пригласил его лишь потому, что не хотел беспокоить рыбака после наших скитаний по морям, и дать ему нормально отдохнуть. Вместе с собой Матео, конечно же, припёр аквариум. В аквариуме булькал Жанлука.

— Здрасьте…

Всё? Не совсем. Ведь о неодушевлённых участниках собрания я ещё не рассказал. Хотя… как сказать «неодушевлённых»? Ладно! Помимо прочего, в Джентльменский Клуб я временно перенёс обе картины Венецианок, и кукол — Принцессу и Оборванчика. Каждую из кукол при этом усадил на своё собственный стул, как бы подчёркивая их важность.

А что в итоге? В итоге я сидел, осматривал всю эту толпу и поймал себя на том, что пребываю в эдаком перманентном шоке. Ведь если сейчас человек несведущий посмотрит на это паранормальное сборище, состоящее из людей, домовых, лепреконов, вампира, феечки, тунца и ниндзи, то… странно это всё, короче говоря. Странно и очень далеко от обычной, нормальной человеческой жизни.

Но как-то оно уж само собой получается, что каждый в этом зале — мой друг. И мнение каждого для меня действительно важно. Ну… может быть, кроме разве что Васиного мнения. Его бы продуть по-хорошему, а потом выгнать и заставить бегать вокруг «Марины», пока промилле в норму не придут.

— Синьоры! — крикнул я, когда уж точно ВСЕ собрались. — Синьорины! Спасибо, что пришли…

Тут мне пришлось чуточку подождать, пока все рассядутся и умолкнут, и лишь потом продолжать:

— Вокруг да около ходить не буду, у меня внезапно появились проблемы. Большие проблемы, с которыми мне никак не справиться в одиночку. Буквально ночью Дож сообщил мне…

Ну а дальше я поведал собравшимся о потайных залах Дворца, гербе, волшебной карте с кучей огоньков и тем, что, собственного говоря, произошло. А именно: род Маринари, к которому каждый из собравшихся так или иначе причастен, застолбил за собой двадцать четыре аномальных объекта по всей Венеции.

— …и поэтому всех собрал сегодня…

— Я-ЯЯЯ!!! — заорал Вася, который, по всей видимости, дорвался до заначки лепреконов.

Дальше потребовалась небольшая техническая пауза на то, чтобы увести его в офис к Шону и уложить спать. Помогал мне в этом непосредственно сам Шон и синьор Лабдан. Ну а когда мы вернулись, я увидел кучу встревоженных людей, которые о чём-то живо друг с дружкой перешёптывались. Ну… в целом, картинка была ожидаемая. Но вот чего уж я никак не предполагал, так это то, что первой слово возьмёт Джулия.

— Похоже, свадьбы придётся перенести, — сказала кареглазка.

Причём спокойно так, вообще без эмоций. По-деловому, будто бы объявляла свои официантам, что завтра нас ждёт очередной банкет. Но что ещё более удивительно — никто не стал возражать. Что Аня, что Артём, что Раф с Каролайн просто понимающе кивали.

— Что значит «отложить»? — уточнил я. — Я, кажется, к этому не подводил.

— Ой, брось, — улыбнулась Аня. — Всё очевидно, братик. Синьорина Бачокки не хочет выходить замуж за покойника, и я её прекрасно понимаю.

— Кхм-кхм, — прокашлялся в кулак Матео, встал с места и обратился к моей сестре. — Не знаю кто вы, синьорина, нас не представили. Но вашу точку зрения разделяю от и до. Маринари, — рыбак перевёл взгляд на меня. — Ты скорее всего помрёшь в процессе освоения точек. Это же невозможно, понимаешь?

— Я очень рад, что вы настолько верите в меня, друзья! — я вернулся на своё место между Джулией и Оборванцем. — Поддержка просто невероятная, и прямо крылья вырастают за спиной. Однако лично я ничего невозможного не вижу…

Тут я услышал глухой стук. Это синьор Великий Нищий свалился со стула. А я, признаться, все его повадки уже достаточно изучил, чтобы сделать вывод: это он меня так поддерживает. И это радостно, потому что хотя бы Оборванец в меня верит.

— Спасибо, дружище, — сказал я, поднял его с пола и усадил обратно на стул.

«И раз уж куклы сказали своё слово, неплохо было бы взглянуть на картины», — подумал я и посмотрел на Венецианок.

Тёмная сегодня обошлась вообще без намёков: смотрела на меня с дружелюбной улыбкой и пальцы в знак «ОК» сложила. А вот светлая Венецианка хмурилась, но хмурилась именно так, как это делают в моменты околопредельной мозговой активности. То бишь, пыталась разобраться и понять, как мне помочь. Ну… наверное.

В любом случае, такая реакция картин меня успокаивала и вместе с тем вдохновляла. Жаль только, что пока что лишь меня одного. Народ за Квадратным Столом всё так же продолжал шептаться. И тут вдруг:

— Хорош! — рявкнула Дейдра. — Что толку от разговоров?! — и выпустила плотненькое кольцо дыма.

Кстати, меня всегда интересовало, как она вообще умудряется курить сигару, которая размерами её саму превосходит. Нет, то есть… ничего такого в этом нет, но как она её умудряется в рот засунуть, чтобы затянуться? Чудеса, да и только. Венеция, блин.

— Надо разработать план, — сказала феечка, а Матео вдруг невпопад выпалил:

— Что нужно сделать для того, чтобы съесть слона?

— Есть его по кусочку, — на автомате выпалил я.

А следующее слово взял Жанлука. Ну то есть как сказать «слово»? Синьор тунец начал интенсивно булькать, а Матео наклонился к нему, прислушался и кивал. А потом посмотрел на меня с таким снисходительным видом, что мне ему аж леща выписать захотелось.

— Жанлука смеётся над тобой, Маринари, — сообщил он. — Говорит, мол, такой большой уже и такой взрослый, а элементарных вещей не понимаешь.

— Это каких-таких простых вещей?

— Ох, Маринари-Маринари, — покачал головой рыбак. — Всё зависит от точки зрения и…

— Так, стоп! — тут я понял, что Матео сейчас опять понесёт в бредни. — Давай минуем этот этап, ладно? Сразу говори нормально, уж будь добр.

— А допустим. Чтобы съесть слона, — тут Матео выдержал торжественную паузу. Дождался, пока все взгляды станут на него, и только лишь тогда добил свою мудрость: — Нужно быть слоноедом.

— Ну звиздец…

— Нет! — заорал синьор главный Нисс. — Чтобы съесть слона, нужно позвать ниссов и дать задачу! Если надо, мы разберём слона по кусочкам, помоем их, сложим в аккуратные стопки и подпишем, где какая часть была. А вам останется только есть, синьор Маринари.

— Кхм-кхм, — прокашлялся дон Базилио. — Всё не так. Сперва, Маринари, надо бы узнать чей именно это слон. Это ведь не так просто! Слоны в Венеции не живут в режиме самовыпаса, а значит у каждого есть свой покровитель. Съешь чужого, и завтра проснёшься на дне канала с перерезанным горлом и алой гвоздикой в зубах. Так что не забываем про уважение! Уважение нужно проявлять!

— Отец?

— Что-то хотел добавить?

— Если ты не против.

— Конечно, Аугуриели, говори.

Сын дона тоже поднялся с места и тоже начал задвигать умные мысли:

— В Венеции лучше вообще воздержаться от поедания слонов. Потому что…, а вдруг это курьер Дожа? Вы об этом подумали? Смоделируем ситуацию: костюм голубя в химчистке, костюм динозавра порвался, и кто знает, в каком амплуа он заявится в следующий раз?

— Соглашусь! — крикнул Шон. — На кой-чёрт есть слона, если сперва можно на него сыграть? Поставить на кон, выиграть кучу золота, а потом вместо всей этой мороки просто заплатить специально-обученным людям, которые его и съедят.

— Слоноедам! — щёлкнул пальцами Матео. — Правильно! Я именно об этом и говорил!

— Так, стоп!!! — рявкнул я, закругляя этот театр абсурда. — Мы отклоняемся от темы! Нам нужен план! Простой, а главное вменяемый!

Ну а дальше произошло уж совсем неожиданное, потому что вся эта сказочная-и-не-очень братия реально взялась разрабатывать план. План чего? Захвата точек, разумеется. Причём сразу же было принято решение начать с самой близкой и самой понятной. С подвала Бачокки, имеется в виду.

Артём Эдуардович отчитался о том, что у него уже есть новые артефакты и снадобья, созданные затем, чтобы разгонять хтонь из самых глубин подвала. Как это всё работает можно было проверить только эмпирическим путём, но брат оценил вероятность успеха в девяносто процент. Что, как бы, ничего себе.

— Значит, первым делом организуем экспедицию в подвал Бачокки, — сказал я. — Завтра! Ну а теперь давайте-ка определимся с группой захвата…