Правила игры

1.

…Любимому внуку, Ванечке. Ивану, посвящается.

***

Мы чем-то похожи… Наверно, похожи… Мы так безнадёжно, увы, далеки… Я Вас ощущаю до боли… подкожно,

Ладонью касаясь осенней строки…

© Лара Мишанова

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

…Вечерело. Под шинами внедорожника зашуршала неровная поверхность Минского шоссе.

Разговор с другом Лёшкой, разбередил и без того болезненную душевную рану Марка. Он понимал, и соглашался с другом, пора ставить в отношениях с Анжи точку. Именно сейчас, на пике разногласий, когда судьба, словно сжалилась, подкинула усталый подарок.

Задумавшись, он запоздало заметил женский силуэт у обочины.

Точеная фигурка в белом замшевом пальто, выпущенные за ворот длинные, иссиня-черные как вороново крыло волнистые пряди волос. Красные кожаные сапожки на высоком каблуке-шпильке. Незнакомка просто очаровывала всем своим видом.

Уже из зеркала заднего вида мужчина дорабатывал в голове создавшийся коллаж из картинок с милой барышней в главной роли.

В голове щелкнуло, нога машинально надавила на тормозную педаль. Дальше события развивались как в хорошем кино. Машина двинулась назад. Поравнявшись с красоткой, иначе представшее перед ним очарование не назвать, Марк опустил стекло. На фоне иссиня-черных волос, небесно-бирюзовые глаза казались чем-то необычным, неземным, неподдающимся логике. Незнакомка смотрела на него так же изучающе.

Нарушил молчание первым Марк. Включив все имеющееся в нем обаяние, во всяком случае, так он считал, хотя до конца не был уверен, умеет ли по-настоящему обаять.

— Добрый вечер! Вы, совсем продрогли. Разрешите вас, подвезти! — пролепетал он, сам не поняв до конца что сказал.

Незнакомка, недолго мешкая, запрыгнула на соседнее сиденье. Нежнейший прекрасный аромат духов тут же обволок, распял его, словно восковую болванку. Остаток дней своих он готов был провести у ног, лишь бы не пропало видение.

На автомате, он убрал ногу с педали тормоза и «Лэнд Ровер» продолжил путь.

***

Потянув за шнур, Ульяна опустила жалюзи на окне. Номер во «Флигеле», что сняла она на ночь, вполне соответствовал вкусу. Одноместный: с тумбой у кровати, лампой, и вместительным, шкафом.

Достав из дорожной сумки минимальный набор предметов гигиены, девушка отправилась в душ. Полностью отдавшись на волю врезавшимся в тело, обжигающим струям воды, прикрыв глаза, она представляла сцену, как завтра войдет в будущий дом сестры.

По словам Анжи, семья Марка, так звали ее жениха, не бедствует, проживает в доме за городом.

«Придется нанимать такси», — подумала девушка, намазывая на волосы шампунь.

Образ любезно подбросившего ее до отеля мужчины, предстал перед мысленным взором, едва она закрыла глаза, смывая с волос шампунь. Что-то было влекущее, в этом красавце, зовущее на карнавал трепетных чувств.

«Хватит!» — приказала себе Ульяна, прикусив до боли губу.

Ближе к обеду следующего дня, такси шурша гравием, остановилось у железных ворот. Протянув грузному таксисту купюру, Ульяна выбралась из салона, придерживая правой рукой дорожную сумку на длинном наплечном ремне.

Долго звонить не пришлось. Ворота быстро открылись, широкоплечий воинственного вида парнишка жестом пригласил пройти в дом. Едва переступив порог, Ульяна залюбовалась убранством простой деревенской гостиной. Услышав шаги, обернулась, ухоженная миловидная женщина старше средних лет подошла к ней.

— Здравствуйте, дорогая моя! Рада приветствовать в нашем доме сестру Анжелики!

— Уля! — послышался сверху окрик, и обожаемая сестричка Анжи, со всех ног понеслась вниз по лестнице. Едва сжав сестренку в объятиях, Ульяна поняла, как соскучилась. Четыре долгих, кажущихся целой вечностью года, разлучили ее с сестрой. Кидали по свету после развода родителей. Ульяну отец увез в Благовещенск. Анжи с матерью остались в Москве. Мать, как всегда пропадала среди старинных фолиантов в музее, пока Анжи заканчивала ВУЗ.

— Прошу, проходите! Располагайтесь! — хозяйка дома пригласила девушку, едва та скинула с плеч пальто и сняла с ног сапожки, к стоявшим полукругом посреди гостиной дивану и двум креслам. Сама гостеприимность, и будущая свекровь Анжелики, выглядела восхитительно, хотя темные, уложенные в стильную прическу волосы, чуточку тронула на висках седина, глаза искрились живым изумрудным блеском. Насыщенно-алое вязаное платье сидело на статной фигуре идеально, придавая хозяйке изысканный шарм.

Подойдя к креслу, Ульяна пробежалась взглядом по убранству гостиной. С потолка свисали две абсолютно идентичные друг другу люстры-фонари. Дощатый пол покрывал светло-серый мохнатый ковер, а на стенах, пара тройка картин.

— Чувствуйте себя как дома, Ульяна! — улыбнулась искренне Нина Андреевна, — Анжелочка, покажи комнату сестре, — обратилась она уже к Анжи, — а я пока приготовлю чай!

Комната ничем не отличалась от гостиной. Те же бревенчатые стены, с широкой кроватью в дальнем углу, комод у окна. Громоздкий бельевой шкаф у двери.

— Мило! — выдохнула девушка, анализируя убранство комнаты.

— Ты не видела еще весь дом! — проворковала недовольно сестра.

Возвращаться в гостиную, сестры не спешили, беседовали, пока Ульяна приводила себя в порядок с дороги, попутно выкладывая вещи из сумки в шкаф.

Между делом, разговор зашел о ближайшем будущем Анжи. Для Ульяны, сестра без сомнений должна была быть счастливой. Будущий муж, трудящийся на вольных хлебах детектив, способен прокормить семью.

— Чем вы занимаетесь по жизни, Ульяна? — поинтересовалась, разливая по чашкам чай, Нина Андреевна, когда сестры, чуть позже, присоединились к хозяйке, в гостиной.

— Преподаю историю в школе, — ответила девушка, слегка смутившись, — не столь важный предмет, но мне очень нравится.

Поначалу, Ульяна не собиралась откровенничать с почти незнакомой ей женщиной, но обаяние хозяйки дома было так велико, что она ощутила приязнь к ней и бесконечное доверие.

Ей всегда не хватало материнского тепла, иногда даже хотелось выплакаться на твердой мускулистой груди, и чтобы сильные руки при этом гладили ее по спине, а чуткий слух ловил утешительный ободряющий шепот. Но это лишь были мечты. Ульяна ни разу в жизни еще не влюблялась, и нет никакой гарантии, что когда-нибудь подобное с ней случиться. Изредка появлявшиеся в ее жизни мужчины ни разу не вызывали у нее желания расстаться со свободой. Она неизбежно обнаруживала в них массу изъянов, и нисколько не страдала из-за этого, да и не те уже времена…

Вот и сейчас, Ульяне хотелось рассказать о себе больше, но сработал защитный рефлекс, и она быстро сменила тему.

— Ну и как же получается у Анжелы помогать вам на кухне? Надеюсь, справляется?

Вопрос оказался не слишком удачным. Нина Андреевна вскинула голову и на секунду поджала губы.

— Она у нас непоседа, дорогая. Редко бывает, чтобы просыпалась до обеда.

Ульяне показалось, с уст Нины Андреевны готовы были сорваться жалобы на поведение сестры. Вряд ли это было бы разумно в данный момент. Будущая свекровь не должна была знать об отрицательных чертах характера будущей невестки, тем более до свадьбы. Они непременно проявятся позже сами собой, и у свекрови еще будет время расстроиться из-за них. Со стороны Анжи было ошибкой их торопить. Ульяну захватил интерес, показалось ли ей, что Нина Андреевна не одобряет поведения Анжи, или так оно и есть?

Разумеется, как воспитанная женщина, хозяйка дома не позволила себе прямо выказывать свое недовольство легкомысленным поведением будущей невестки, но по интонации, с которой она говорила о частых затягивающихся допоздна прогулках Анжи по городу, Ульяна почувствовала неладное. Значит ли это, что Нине Андреевне не нравится выбор сына? Если так, Анжи срочно нужна поддержка родного человека.

Ощутив тревогу за будущее сестры, Ульяна мгновенно собралась и стала следить за каждым своим словом, готовая любой ценой защитить ее интересы. Анжи конечно не следовало вести так безответственно себя, зная, как пристально станут за ней наблюдать. Но об этом, Ульяна еще поговорит с ней. А пока….

— Может налить вам еще чая, Ульяна? — любезно спросила девушку Нина Андреевна, — возможно, проголодались с дороги?

Хозяйка дома показалась Ульяне слегка утомленной недолгой беседой, и девушка поняла, ее нужно пощадить. Воспитанная, по словам Анжи, в строгих традициях, будущая свекровь готова была приносить себя в жертву, стараясь дольше развлекать гостей.

— Спасибо, но я лучше немного освежусь, если не возражаете, в вечернем саду.

Нина Андреевна согласна кивнула, провожая взглядом Ульяну до самой двери, о чем-то задумавшись, что лицо ее приобрело мечтательное выражение, а на губах появилась улыбка.

Ульяна с интересом поглядывала на безупречно ухоженные деревья по обе стороны выложенной каменной плиткой дорожки, вскоре оказавшись у большой деревянной беседки, с округлым входом и столом посередине. При виде такой красоты, она почувствовала себя героиней старинного романа, и ее охватил восторг. Девушка потянулась рукой к резным деревянным узорам на ставнях, провела кончиками пальцев по каждому из них.

Спустя недолго, двадцать минут, к ней присоединилась Анжи. Заметив неодобрительный взгляд, залилась громким смехом.

— Ты ведешь себя, как ребенок, — буркнула Ульяна, тщетно пытаясь скрыть обуреваемые ею беспокойные мысли. — И похорошела, малышка за то время, пока мы не виделись, — поправила рыжеватые кудри Анжи, — но в голове у тебя по-прежнему ветер. Рановато я думаю тебе замуж, сестренка.

— Такие женихи, как Марк, на дороге не валяются, милая моя сестричка, вот я и решила не упускать свой шанс. Стоило бы сначала тебе увидеть его, а потом уже делать вывод.

Анжела в шутку надула губы, но тут же рассмеялась:

— Ну, не хмурься. Ты сейчас походишь на умудренную жизнью взрослую тетку. Тебе это не идет.

— А ты совершенно не умеешь находить общий язык со своей будущей свекровью, — вздохнула Ульяна, — как же ты собираешься дальше жить, зная, что она недовольна тобой?

— Не будь занудой, — отмахнулась от справедливых упреков сестры Анжелика. — Жить мне с Марком, а не с ней. Ему тридцать два. Он взрослый мужчина, и к тому же не беден, вполне сможет свить для нас уютное гнездышко. Сама увидишь, мой будущий муж — само совершенство!

Ульяна расстроено прикрыла рукой лицо, удивляясь, о какой же ерунде может думать сестра. С ее слов она знала, Марк пришел с другом в ресторан, где Анжи работала. Сестра потом восторгалась, рассказывая Ульяне по телефону, как он был очарован ею, как пригласил на следующий день, на ужин, в другой ресторан. Потом они встречались еще несколько раз, гуляли по городу.

— Правда, я молодец? — гордо подняв подбородок, отчеканила тут же сестра, — с первого раза разглядела в нем благородного принца.

— Дурочка ты, вот кто! — в сердцах бросила Ульяна.

— Хочешь связать по рукам и ногам мужчину, сначала привяжи к себе его мать. Единственное, что меня несколько успокаивает, это то, что Нина Андреевна воспитанная умная женщина, ну и еще, что твой ненаглядный Марк не так стар, как я опасалась. Однако это еще не значит, что я смирюсь с твоими замашками.

— Для того я и пригласила тебя сюда, чтобы ты беспристрастно оценила Марка и вынесла окончательный вердикт, — искренне глядя на сестру искрящимися кошачьими глазами, заявила Анжи, — если ты скажешь, что он меня недостоин, то я, клянусь, послушаюсь тебя, и откажусь связать себя с ним узами брака.

— Выходит, ты еще окончательно, не решила вступать ли с ним в брак? — ухватилась за слова сестры Ульяна. — Ты поддела меня на крючок, чтобы я приехала, верно?

— Да. Иначе тебя пришлось бы долго упрашивать. Уж я-то знаю, как ты любишь подолгу засиживаться за книгами, не замечая ничего вокруг, пока жизнь плавно протекает мимо тебя.

— Моралистка тоже мне, нашлась, — проворчала на замечание сестры Ульяна.

— А что касается матери Марка, она сама настаивала на том, чтобы он поскорее женился и обеспечил их род долгожданными внуками. Чувствую, я ей не очень нравлюсь, но меня этот факт ничуть не волнует.

Ульяна нахмурилась, услышав столь легкомысленное заявление, но постаралась успокоиться. Анжи не переделаешь. Если свадьба и состоится, в чем Ульяна сейчас была не особо уверена, самым счастливым гостем на ней будет она.

— Хорошо, так и быть, сделаю все, что в моих силах, чтобы посодействовать твоему замужеству. Но ты, моя дорогая, будь внимательней к Нине Андреевне. От нее действительно многое зависит. Тебе нужно уделять ей больше времени и постараться быть при этом приятной интересной собеседницей.

— Почему-то всегда это ускользает от моего внимания. Я всегда забываю об этом, но завтра же постараюсь исправить упущение, — пообещала себе Анжи, так как Ульяна уже не слушала ее, с восторгом любовалась красотой предзакатного неба.

— Мы с тобой заболтались. Который час? — спросила, придя в себя Ульяна. Ее желудок начинал подавать тревожные сигналы. Их нельзя было игнорировать. Девушка старалась вовремя и правильно питаться, дабы не вредить своему организму.

***

Марк нервно закуривал одну сигарету за другой, не в силах изгнать из головы кружащие роем мысли. Конечно, он понимал, мать права, нужно вести себя жестче с Анжелой. И на встречу с ее сестрой он не стал торопиться.

Как нельзя, кстати, подвернулся запоздалый звонок клиентки. Почти каждый вечер, он так же засиживался допоздна в своей конторке на улице Садовой, и Анжела терпеливо ждала его на скамейке у входа, с того дня как бросила ресторан.

Вспомнив про Анжелу, он грустно вздохнул, ну не клеилось у них…. Но слово свое, он не мог нарушить, оставить хрупкую девочку, а слова свои он привык держать. И клиентку он дождется, хотя и опаздывала та на добрых пятнадцать минут…

Потушив очередную, недокуренную, ставшую ненавистной, сигарету, он неспешно поднялся с кресла, и направился было к окну, когда в проеме двери мелькнула тень, и эффектная дама возникла перед ним.

Светлые кудри обволакивали подчеркнутое умело наложенным макияжем лицо. Бежевый, со вставками из коричневой ткани плащ, удачно сидел на плотной фигуре. Синие леггинсы обтягивали длинные ноги.

— Простите, за опоздание! — тоненьким голоском протянула запоздалая посетительница, едва Марк жестом указал на стоящее в углу кабинета кресло.

— Проходите, присаживайтесь! Я слушаю вас! — произнес он, в голове попутно дорабатывая мысль, даже голос, и тот соответствовал полному образу….

Устроившись в кресле, посетительница, водрузила на колени красную сумочку из кож зама, с интересом воззрилась на Марка. В его голове тут же всплыл образ недавно восседавшей с ним рядом, в его автомобиле, незнакомки. Небесно-бирюзовые глаза, казалось, не выветрятся из его памяти никогда.

— Кхм! — меж тем кашлянула посетительница, — подруга посоветовала мне обратиться именно к вам, — заговорила, шаря глазами, по лицу сидевшего напротив нее мужчины, от чего тот слегка оторопел.

— И чем же могу вам быть полезным? — произнес он, быстро взяв себя в руки.

— У меня роман. Мой любимый… человек, такой… душка… американец. И с ним очень интересно…, — посетительница на минуту прервала свою речь.

— Давайте, ближе к делу, — пробубнил Марк, — у вас роман с американцем…, и….

— Его имя, Дэниел, — вставила женщина.

— Говорите, он… душка? — переспросил, невольно представляя себе инфантильного мужчину, которыми богато забугорное общество, Марк.

— И что же? Вы хотите мне предложить насильно женить его на вас?

— Нет же! — резко отреагировав, вставила дама.

— Дэниел хорош собой, и до сих пор ходит в холостяках, вот что меня заботит. Мне кажется, хорошего мужа из него не получится. Авантюрист по натуре, обожает различные приключения. С ним нелегко поладить, — тараторила без умолка дама, не особенно думая над словами.

— И что вы предлагаете?

— Слышала, вы неплохо разбираетесь в людях, и в штатах довелось вам пожить. У меня просьба к вам, — разузнайте как можно больше о Дэниеле. У вас же имеются в штатах друзья?

— Уф! Ну что с вами делать! — выдохнул, полной грудью Марк.

— Хорошо. Попробую разузнать. Оставьте его фото и данные, любые, какие у вас имеются….

Следующие несколько минут, едва за дамой закрылась дверь, Марк посвятил изучению фото. Худощавый высокий мужчина, в светло-сером костюме, смотрел на него снятый почти во весь рост. Волнистые светлые волосы отливали серебром. На вид около сорока пяти. Придавала некую привлекательность смуглость загорелого лица. Исходя из шести бальной шкалы оценок, принятой в некоторых видах спорта, он присудил ему пять. Для шести, не было в нем ничего такого, экстраординарного. Отсутствие сильной ауры значительно снижало впечатление от первого брошенного взгляда. Возможно, он прекрасен душой и умен, но толпы за ним не пойдут. Лидером, трибуном ему не бывать.

В окнах горел свет, когда Марк притормозил у ворот, и прошел не спеша по тропинке, ведущей к дому. Непривычно подходить к крыльцу одному, не поддерживая под руку Анжелу, как обычно бывало уже пару месяцев.

— Ужинать будешь? — встретила у лестницы его мать.

— Перекусил недавно, — солгал он, стараясь не тревожить, и без того беспокойную родительницу. Анжела своим поведением добилась того, что с каждым днем чувствовала она себя неважно. Однако не укрылось от взгляда, несмотря на болезнь и слабость, оделась она, как подобает для встречи гостьи хозяйке. Бордового цвета вязаное платье, и в дополнение ниточка жемчуга.

— Ну, как тебе гостья?

— Совершенно не похожа на Анжелу, просто, день и ночь.

— Хм, — коротко произнес Марк, приняв к сведению мнение матери, направился быстро в душ.

— А вот и наш Марк! — возвестила звонким голосом мать, едва спустя полчаса он появился в гостиной. Быстрый взгляд пробежался по присутствующим, остановился на новоявленной гостье. Зацепил высоко вздымающуюся, весьма откровенно обтянутую черным платьем грудь. Выглядела гостья в вечернем наряде на редкость привлекательно. Платье выгодно обрисовывало ее неплохую фигуру, подчеркивая тонкую таллию, притягивая внимание к безукоризненной формы груди, и к плавным изгибам бедер. Волосы лежали пышной волной на спине и плечах. С боков приподнятые при помощи двух изящных заколок, открывали точеную шею и аккуратные раковинки ушей.

Ее внешность, бесспорно, не оставила мужчину равнодушным, что ясно прочиталось в его одобрительном взгляде, брошенном как бы исподтишка. Церемония представления прошла быстро и без прикрас.

— Марк, — представился он, ловя глазами ее завораживающий взгляд.

— Ульяна, — ответила она настолько скромно, смутилась и опустила глаза.

«Вчера, ее точеная фигурка в белом замшевом пальто, выглядела не столь соблазнительно», — признал, оценивающе скользя по фигуре гостьи жадным взглядом мужчина. И выпущенные, вчера, за ворот пальто волнистые пряди, выглядели сейчас намного соблазнительней.

Нина Андреевна наблюдала за реакцией сына на гостью с нескрываемым удовольствием. От нее не укрылись ни повышенный интерес сына к Ульяне, ни ее пугливая попытка спрятать от его внимания взгляд.

— Не перейти ли нам к беседе, за столом? — предложила она, жестом приглашая присутствующих в столовую. По-хозяйски, не спрашивая, просто ставила в известность о том, что всем надлежало делать. Спорить с ней никто не собирался.

Анжела устроилась рядом с Марком. По правую руку от него, расположилась Нина Андреевна. Ульяне ничего не осталось, как выдвинуть стул и присесть напротив бросавшего на нее короткие взгляды хозяина дома.

***

Солнечный свет проникал сквозь неплотно задернутые тонкие шторы и узкой дорожкой лег на причудливые завитки ковра на полу. Ульяна медленно перевернулась с бока на спину и проснулась. Ею изнутри овладело хорошее предчувствие.

Не вдаваясь в подробности причины своего хорошего настроения, она встала с постели, накинула халат и отправилась в ванную комнату. В доме царила тишина. На цыпочках подошла она к двери комнаты Анжелы, приоткрыв, заглянула, застав на кровати спавшую праведным сном сестру. Присев на краешек кровати, погладила ее по лицу. Та, не открывая глаз, потерлась щекой о теплую ладонь и едва разборчиво пробормотала:

— Уже утро? Надо же, как некстати!

Перевернулась на другой бок и блаженно улыбнулась в полусне.

— Вставай, Анжи! — потребовала Ульяна и безжалостно откинула одеяло на край широкой кровати.

Анжела оказалась полностью обнаженной, и невольно поежившись, принялась нащупывать рукой откинутое сестрой одеяло. Когда ей этого не удалось, она соизволила, наконец, открыть затуманенные сном глаза.

— Зачем ты меня будишь в такую рань?

Протяжный стон, который она затем издала, увидев, что одеяло находится вне пределов ее досягаемости, мог бы исторгнуть слезу из камня.

— Вставай, вставай! Разве ты не обещала себе вчера помочь Нине Андреевне на кухне? Не заставляй ее ждать, и еще проявлять недовольство по отношению к тебе, — уже менее жестко сказала Ульяна, в сердце которой зашевелилась жалость при виде дрожащей от холода сестры. Но она не позволила себе пойти на поводу у своих чувств.

— Ну, вставай же! — толкнула сестру.

Приподняв на секунду голову, Анжела снова рухнула головой в подушку, точно попав в оставленную в ней вмятину. — Как хочется спать….

Сестры спустились в столовую одновременно. Вопреки ожиданиям Ульяны, Анжела оделась в легкое домашнее платье.

Заметив, как у сестры поползли брови вверх, Анжела охотно пояснила:

— Я вспомнила наш разговор, и решила весь день провести, помогая Нине Андреевне по дому.

Едва Анжела закончила фразу, в столовой появился Марк. Выглядел он отдохнувшим и полным сил. Судя по одежде, собирался отправиться на работу. Ульяна поймала себя на мысли, что вдруг все расцвело вокруг нее, и весь мир окрасился в радужный тон. Вот причина, по которой с самого утра ей было хорошо: она ждала встречи с ним. Осознав недопустимость подобных эмоций, тут же опомнилась.

— Зая, ты разве не едешь со мной, как говорила вчера? — проговорил он, удивленно воззрившись на Анжелу.

— Мы тут решили с сестрой, что сегодня я останусь дома, помогу Нине Андреевне с делами.

На лице Марка не появилось и следа разочарования, словно ему было все равно поедет ли невеста в город вместе с ним. Он и не догадывался, какие чувства бушевали сейчас в груди застывшей перед ним Ульяны. Он внимательно посмотрел на нее. Легкие бежевые брючки и хлопчатобумажный розовый свитер с ажурной полоской у ворота необычайно шли ей.

Пауза затянулась. Все с интересом ждали развязки. Первой нашлась, что сказать Нина Андреевна, — Ну и правильно. Что делать каждый день в городе, если не нужно на работу? Вот с грядками кто бы мне помог?.. и то полезное дело….

— Ульяна очень любит копаться на грядках. Это для нее самое большое удовольствие, — весело, как бы, между прочим, заметила Анжела, не очень довольная тем, как протекает беседа. Начиная уже беспокоиться, что сестра постепенно вытесняет ее из центра внимания, решила немедля вернуть внимание к себе.

— В таком случае мы с мамой, Ульяна просим, помоги, пожалуйста, с грядками, — произнес, заглянув девушке прямо в глаза, Марк. — Ты, согласна со мной, мама? — перевел тут же взгляд на мать.

— Удобно ли заставлять гостью трудиться? Еще и такую милую и хрупкую, как Ульяна? — улыбнулась, окинув взглядом гостью, Нина Андреевна, — если только, присоединюсь к работе я сама.

— Не стоит, уверяю вас. На грядках я отдыхаю душой, — ответила Ульяна, отодвинув от себя опустевшую тарелку.

— Я с удовольствием поработаю на грядках одна.

— Ульяна, вы, девушка довольно редкой породы. Большинство молодых особ вашего возраста, — Нина Андреевна бросила короткий взгляд на Анжелу, интересуются исключительно нарядными тряпками и деньгами.

— Увы, я такая, какая есть, — развела руками, вздохнув Ульяна. — У меня куча других недостатков.

— А мне кажется, в тебе вовсе нет недостатков, — серьезно глядя в ее глаза возразил Марк. — Серьезная, трудолюбивая, ответственная и очень красивая девушка. Анжела говорила мне, ты подрабатывала еще во времена учебы в школе, умела содержать сама себя и учась потом в универе.

— Думаю, мои увлечения на досуге не заслуживают подобного комплимента, но все равно, спасибо, — зардевшись от взгляда Марка, опустила Ульяна глаза, чувствуя себя неловко, оттого что внимание всех присутствующих за столом вновь обратилось к ней.

Анжела обиженно поджала губы, сочтя себя незаслуженно забытой, откинулась на спинку стула и забарабанила ухоженными ноготками по столу. В ее хорошенькой головке родилась мысль заставить невозмутимого Марка немного поревновать, нащупав в кармане смартфон, слегка наклонившись, застучала по нему ноготками.

«Не скучаешь?» — быстро набрала текст.

«Скучаю!» — получила тут же ответ.

«Что думаешь, насчет, поразвлечься?»

«Ты мое совершенство! Мечтаю!» — просияв, прочитала она на дисплее смартфона приведшее в восторг сообщение.

Нина Андреевна с нескрываемым удовольствием наблюдала за происходящим за столом. От ее внимания не ускользнули ни взгляды бросаемые сыном на гостью, ни равнодушие к беседе Анжелы.

После завтрака все быстро разбрелись по своим местам. Марк незамедлительно отправился на работу. Нина Андреевна и Анжела стали убирать со стола, а Ульяна отправилась в сад.

Умело подобранное для грядок место, позволяло растениям получать весь день солнечный свет. Аккуратные ряды огурцов и томатов. Перцев, патиссонов и баклажан. Рядом, грядки редиса и зелени. Как и у всякого увлеченного человека, у Ульяны захватило дух от преставшей взору красоты.

Почувствовав чье-то присутствие за спиной, она полуобернулась и увидела Марка. Он стоял рядом, внимательно смотря на нее, не говоря ни при этом, ни слова.

Ульяна заметно смутилась. Новое близкое соседство с взволновавшим ее мужчиной заставило быстрее бежать кровь по венам. Но отодвинуться от него, девушке показалось неудобным. Он мог подумать, что она боится его.

Ульяна храбро вздернула нос, не подозревая, как мило и беззащитно выглядела в этот момент.

— Значит, ты поможешь маме? — спросил Марк, любуясь ее округлым подбородком. — Я волнуюсь за нее. За этот год у нее сильно пошатнулось здоровье, — пояснил в ответ на удивление девушки. — Я очень благодарен тебе, за предложение помочь.

Сердце Ульяны на мгновение сжалось, больно заныло. Как же она не подумала раньше, прежде чем предложить свою помощь, сил ее может не хватить, чтобы ежедневно находиться рядом с Марком. Видеть его, разговаривать и при этом вытравить из сердца взволновавшее ее с первого мгновения встречи чувство, которое зародилось в душе при первом взгляде, едва остановился рядом с ней его автомобиль.

С ней такое случилось впервые, и она не знала, как справится в подобной ситуации с собой. Потеря самоконтроля была для нее страшнее всего на свете. Она подозревала, что поддавшись серьезному чувству, способна на непредсказуемые поступки. И, к сожалению, не с кем поделиться сомнением и с глупым девичьим страхом. Не доверить же нескромные мысли глупышке сестре, нацелившейся выйти замуж за человека, овладевшего сейчас всеми помыслами ее старшей сестры!

На ум никак не приходили слова, способные объяснить причину, по которой Ульяна сейчас могла бы отказаться от предложенной помощи и бежать из этого дома без оглядки. А Марк, заметив ее колебания, искусно расставил ловушку, в которую она немедля попалась.

— У тебя же в Москве нет никого, к кому бы ты торопилась вернуться? И не запланировано никаких супер важных дел?

Ульяна собралась было солгать, что срочно нужно быть ей сейчас в другом месте, но вовремя вспомнила, что Анжела за завтраком упомянула, — у сестры сейчас отпуск. Таким образом, ввести в заблуждение его не удастся. И не остается ничего другого, как остаться и помочь Нине Андреевне с грядками.

— Вот и отлично! — облегченно выдохнул Марк.

Он, наконец, отошел от нее, дав ей спасительную передышку. Без нее она бы непременно рухнула на землю, прямо на грядки — так много сил отнял у нее непродолжительный разговор.

В устроенный Ниной Андреевной перерыв, под кофе и вкусное домашнее печенье, повелась беседа о живописных приозерских местах. Ульяна слушала с интересом, хозяйку дома, стараясь больше узнать о семье Лапшиных. За домом простирались луга. За ними зеленел лес.

Искоса взглянув на сестру, девушка заметила, что Анжи скучно и только ее присутствие, не позволяет той встать и уйти. В сущности, в свои двадцать три, Анжела оставалась ребенком, только выглядела как взрослая женщина. Ей было крайне полезно сейчас послушать Нину Андреевну, поскольку будущая жизнь, в случае вступления в брак, будет всецело посвящена здешним местам.

Ульяне показалось, Нина Андреевна специально сгустила краски, рассказывая о трудностях, которые лягут на плечи супруги Марка. На мгновение в глазах Анжелы возник неподдельный ужас. Она явно не представляла, во что решила ввязаться, задумав перебраться в село. Возможно, после такого, она даже откажется от авантюрной затеи. А если и не откажется, хотя бы уяснит, какой должна будет она стать, чтобы не уронить честь уважаемой в селе семьи Лапшиных.

Ульяна поймала себя на мысли, что не совсем честна по отношению к сестре. Не следует ли из этого, что нужно признаться, в силу некоторых причин, она не может быть объективной, когда речь заходит о Марке? Признаться и откланяться, пока не запуталась окончательно. Или все же положиться на собственную твердость и развитое чувство долга? Ульяна не знала, что предпочесть, и отложила принятие решения на следующий день.

Вечером, Нина Андреевна раньше всех покинула засидевшихся в гостиной домочадцев. За ней постепенно потянулись все остальные. Анжела собиралась, едва проснувшись, отправиться в город за новым стильным костюмом. А кто-то устал и хотел перед сном осмыслить полученные за день впечатления. Особенно этого жаждала Ульяна.

Со своего, доставшегося ей, позади всех места, она рассматривала следующим утром, расстилавшиеся по обеим сторонам дороги зеленеющие луга. Анжела таки уломала ее, уговорила отправиться по магазинам. В свою очередь, Ульяна смогла уговорить Нину Андреевну, отправиться в город всем вместе.

Марк случившимся обстоятельством остался доволен.

Дамы, прибыв в Звенигород, неспешно побродили по магазинам. Кое-кто изнывал от скуки, пока Анжела примеряла кучу бесполезных тряпок, а мать Марка, вздыхала, покачивая головой.

Не торопливо, обсуждая всякие мелочи, шагали они позже по центру Звенигорода. Анжела вскоре отстала, плелась позади, не выпуская из рук смартфон.

Отдохнуть и перекусить заглянули в кафешку со сладким названием «Изюм». Домой вернулись на такси.

***

Следующим утром Марк, решив отблагодарить Ульяну за помощь на грядках, пригласил на прогулку в конное подворье Дютьково.

Сначала девушка испугалась, сопротивлялась, как могла, объясняя, она настолько далека от мира лошадей. Но в итоге Марк сумел все-таки ее уговорить.

Подобранная им для Ульяны вороная лошадь выглядела довольно смирной, что девушка решила рискнуть, и с помощью Марка села в седло.

Двигаться по узкой аллее невозможно было бок о бок, и потому Марк пришпорил статного жеребца и вырвался вперед. Ульяна попробовала сделать тоже самое, и поначалу даже неплохо у нее получилось. Но все же, она безнадежно отстала. Лошадь ее перешла на шаг.

Девушка разочарованно приуныла. Марк, как только заметил, что она осталась далеко позади, вернулся и присоединился к ней.

— Я совершенно не умею справляться с лошадью, — сказала она, ожидая дальнейших насмешек.

Сам Марк был отличным наездником. Верховая прогулка, признался он, самый лучший для него отдых. Ульяна корила себя, что так неблагодарно его отдых испортила. Однако мужчина мягко улыбнулся и не выказал ни капли раздражения.

— Пустяки. Тебе просто нужно немного потренироваться, поработать с мастером, и ты почувствуешь себя единым целым с животным. Тогда оно доверится тебе и станет послушным.

— Я слышала об этом, но думаю, в моем случае, не стоит рассчитывать на чудо.

Марк улыбнулся ее словам. От проявленной им доброты сердце девушки учащенно забилось. Она окинула его теплым взглядом. «Как он хорош!»

И одернула себя тут же: «Не за тем она сюда приехала, чтобы млеть от восторга при виде мужчины». Особенно не стоило таять от синих-синих глаз, напоминающих о бархатном ночном небе. Ульяна постаралась выровнять сбившееся дыхание и вежливо улыбнулась спутнику.

Он показал ей, как нужно держаться в седле, и совместная прогулка продолжилась. Только теперь Марк сменил галоп на легкую рысь, а затем вовсе перешел на шаг. Ульяна проклинала миг, когда согласилась сесть на лошадь, которая больше напоминала ей подпрыгивающую бочку. Будь ее воля, она бы на километр к ней не подошла.

Однако казалось, Марк нисколько не возражает против того, чтобы лошади тихо брели по песчаной дорожке в сторону рощицы, а не мчались во весь опор. Он с легкостью сделал вид, что эта теперешняя скорость является пределом его мечтаний. Ульяна была ему за это признательна, и стала рассказывать ему о самых счастливых детских годах. Поведала о множестве проделок устраиваемых вместе с Анжелой в прошлом. Не всегда безобидные шалости могли охарактеризовать с лучшей стороны сестер. Предусмотрительно она умолчала о печальных последствиях учиненных ими проказ. Еще она скрыла, за содеянное вместе с сестрой, часто расплачивалась одна. Анжи часто удавалось выйти сухой из воды, благодаря тому обстоятельству, что Ульяна мужественно брала всю вину на себя.

Марк был достаточно умен и понял, все, что осталось недосказанным. Но Ульяна этого не заметила. Ей казалось, она блестяще выполнила поставленную задачу: Анжи предстала перед ним милой проказницей. Созданный стараниями Ульяны образ живой и непосредственной невесты должен был пленить воображение ее жениха.

Тем временем рощица осталась далеко позади. Всадники миновали луг, заросли размашистых кустов и вновь оказались на открытом месте. Солнце поднималось выше. Жаркие лучи напекли голову девушки, не надевшей защитный шлем. Она почувствовала легкое головокружение и попросила Марка остановиться возле ручья, неторопливо текущего по серым камням.

Он спешился, взял лошадей под уздцы и помог Ульяне слезть с лошади. Привязанные к дереву лошади, недовольно зафыркали, затем принялись пощипывать траву.

Ульяна села на землю и вытянула уставшие ноги. В висках стучало, хотелось пить. Марк опустился рядом и с усмешкой спросил:

— Все тело ноет, правда?

Девушке показалось, он посмеивается над ней, и ответила немного резче, чем собиралась:

— На моем лице, вероятно, читаются все перенесенные мною страдания. И нечего надо мной смеяться!

Она замолчала, стыдясь внезапного порыва гнева. Но что было делать? Слово, не воробей!

— Что ты, Ульяна, — искренне удивился мужчина, слегка озадаченный ее вспыльчивостью. — Я и не думал подшучивать над тобой. Но ты так забавно вздохнула, почувствовав твердь под ногами, вместо постоянно подпрыгивающей конской спины.

Ульяна растеряно моргнула.

— Прости, я всегда нервно реагирую на насмешки. Вот и сейчас не сдержалась…. Счастливица Анжи, ей такие подвиги даются легко. И вообще, моя младшая сестра очень талантлива.

— В самом деле? — задумчиво отозвался Марк, глядя как Ульяна поворачивается к нему, готовая привести сколько угодно доводов в пользу сестры, — и какие же у нее есть таланты? Я полагаю, все они мне уже известны.

— Ты слишком мало знаешь ее, чтобы делать подобные заявления, — возразила, горевшая желанием представить сестру в лучшем свете Ульяна. — Она красива, умна, прекрасно поет и танцует. Да что я тебе рассказываю, ты же сам видел, как она умеет справляться с грубиянами, она сама мне рассказывала.

— Честно говоря, ее манера общения с персоналом мне не понравилась, — признался Марк. — Дело вовсе не в том, что я пытаюсь кого-то защитить. Просто у Анжелы высокомерный характер, не подобающий для администратора ресторана. Она прелестна: рыжие волосы, большие зеленые глаза. Я полагал, более живого переменчивого женского облика больше никогда не встречу, но ошибался.

Ульяна пропустила его последние слова мимо ушей, не пожелав задуматься над тем, что именно он имел в виду. Гораздо важнее для нее было услышать, что Марк не видит в Анжи прекрасного специалиста.

«Крайне прискорбно! Тогда что же он ценит в женщинах, кроме привлекательной внешности?»

Судя по разговору Нины Андреевны, вечером в гостиной, ее сыну важно, чтобы его будущая жена умела ладить с соседями. Имела ровный спокойный характер, и самое главное, любила землю и заботливо ухаживала за садом.

По мнению Ульяны, Анжи такими качествами не обладала. «Но ведь Марку не обязательно узнавать сию минуту об этом? И потом, с чего семейство Лапшиных взяло, что сможет с легкостью найти требующееся им совершенство в юбке? Хорошие хозяйки таковыми не рождаются, они ими становятся. Вот пусть Анжи и перевоспитывается под руководством свекрови. Научиться всему, что нужно и станет именно такой, о какой мечтает семья».

Пока Ульяна размышляла, Марк придвинулся ближе и осторожно снял с ее румяной щеки соринку. Нежное и внезапное прикосновение застало девушку врасплох. Вместо того чтобы поблагодарить и отстраниться, она прикрыла веками глаза и неосознанно потянулась к нему. Но в последний момент перед соприкосновением горячих нетерпеливых губ, резко отпрянула, и, смутившись, вскочила на ноги.

— Нам пора ехать.

Старательно пряча взгляд, она не увидела, с каким разочарованием поднимался на ноги Марк.

— Да, наверное, нам пора.

Мысленно он обозвал себя ослом за то, что так легко сдался. Повернувшись к Ульяне, он протянул девушке руку. После недолгого колебания она приняла предложенную помощь… и очутилась у него в плену. Он крепко обнял ее таллию и медленно притянул к себе. Ульяна ощутила, что пульс ее участился, а руки беспомощно повисли.

Невыразимая чувственность, источаемая каждой клеточкой мощного тела Марка, проникала сквозь любую преграду. Любая нормальная женщина откликнулась бы на нее без промедления и сочла бы за счастье дать ему то, чего он добивался. Та, которую он обнимал в данный момент, тоже не смогла остаться безучастной. У Ульяны не было сил сопротивляться, но она попыталась достучаться к его рассудку:

— Не надо, Марк, пожалуйста. Мы оба потом не простим себе подобного поведения.

Отчаяние, прозвучавшее в голосе, заставило мужчину изменить первоначальное намерение и отпустить прелестную пленницу. Он сам себя не узнавал. Подобная мягкость была не в его характере. Обычно он всеми возможными способами добивался, чего хотел. А сейчас он отчаянно стремился поцеловать эту неприступную девушку. В случае недостаточно горячего ответа с ее стороны, собирался зайти даже дальше. Не услышь он в ее голосе горячую мольбу, вряд ли разжал бы руки.

— Извини, — глухо произнес он, избегая смотреть Ульяне в глаза.

Попробуй она сейчас облизнуть розовым языком губы или прикусить одну из них зубами, видит Бог, он бы не сдержался.

Ульяна глубоко вздохнула и опустила глаза. Он вел себя неразумно. Но ей ли его упрекать?

Настроение у девушки было хуже некуда. Царила мирная атмосфера летнего утра. Природа радовалась солнечному свету, весело пели птицы. Воздух наполняли дразнящие ароматы зеленых лугов. А Ульяна мучилась, не находя оправдания своему безрассудству. Больше всего ей сейчас захотелось утопиться в протекающем рядом ручье. Жаль, он для этого был слишком мелковат.

— Мне не за что тебя прощать. Я виновата не меньше тебя. Впредь буду осторожнее, только и всего.

Марк резко вскинул голову и нахмурился.

— Это означает, я буду лишен вот таких вот мирных прогулок с тобой, по вечерам?

— Да…. Не знаю! — в полном отчаянии воскликнула Ульяна и зашагала прочь, совершенно забыв, что находится далеко от дома и ни за что не дойдет пешком. Но до этого ли ей было сейчас?

— Постой, куда ты?

Марк опешил, но быстро опомнился и рванул за ней. Нагнав, схватил за руку и настойчиво потянул к себе. Ульяна испуганно отпрянула, ожидая новой атаки, но он успокаивающе погладил тыльную сторону ее ладони. Потом нагнулся и прикоснулся губами к холодным пальцам, согрев их своим дыханием. Настолько изысканный маневр успокоил беглянку. Она даже не стала вырывать руку из его сильных пальцев.

— Не пугайся, я только хотел подсадить тебя на лошадь, раз уж мы решили возвращаться домой. Пешая прогулка отнимет все силы, а ты ведь и так устала.

— Спасибо за заботу, — слабым голосом поблагодарила его Ульяна. — По неведомой причине сегодня моя голова идет кругом. Я чувствую себя странно, потому и делаю, и говорю всякую ерунду. Как думаешь, это солнце во всем виновато?

— Не стоит сваливать на солнце нашу общую вину. И вообще, разрази меня гром, если я ощущаю ее! Ну что такого мы сделали? Я всего лишь собирался тебя поцеловать.

Марк и в самом деле не понимал, отчего Ульяна так бурно прореагировала на первый шаг к их сближению. Ему не пришлось долго гадать о причинах ее странного поведения.

— Я не имела права посягать на то, что принадлежит, или почти уже принадлежит моей сестре, — объяснила она.

— Я ничего ей не обещал, — металлическим голосом заявил Марк, насупившись, и сунув руки в карманы обтягивающих брюк. — Между Анжелой и мной не происходит ничего такого, что дало бы ей право считать меня своей собственностью.

«Типичный мужской взгляд на проблему! Какое ему дело до планов и мечтаний сестры?» — Ульяна с тоской взглянула на его впечатляющий торс и с трудом отвела глаза. Ни к чему любоваться тем, что не будет ей никогда принадлежать. Упрямо сдвинув брови, она заявила:

— Но ты привез ее в дом. Познакомил, наконец, со своей матерью. Всякая девушка на ее месте сделала бы вывод, что у тебя серьезные намерения. Анжи мечтает стать твоей женой, и я не встану на ее пути. Тем более, когда речь идет о вечной любви, а не мимолетной интрижке.

— Ты так думаешь о взаимоотношениях, которые могли бы связать нас? — возмутился Марк. Синие глаза его загорелись гневом. Он совершенно забыл, чего хотел от нее только что.

— Интрижка? Неужели мы с тобой не заслуживаем большего?

Ульяна испугалась, что повела себя с ним слишком резко, но отступать было некуда, да и незачем. Чем оправдываться, лучше перейти в наступление и расставить все по местам.

— Подумай сам, разве я могу думать иначе? — возмутилась она. — Ты слишком быстро забыл о существовании Анжи. Что это было? Каприз? Со мной ты можешь поступить точно так же. А этого мне не нужно.

— Все не так, — досадливо поморщился Марк, не желая признавать ее правоту, — вернее, может быть не так, если ты дашь нам обоим возможность лучше узнать друг друга.

«Да он явно не отдает себе отчета, насколько переменчив его вкус! Вчера ему нравилась одна женщина, сегодня — другая. А завтра — понравится третья?…»

— Нет, Марк. Мы знакомы считанные часы и совершенно чужие друг другу. Речи не может идти ни о чем серьезном.

— По-твоему, для того чтобы выбрать жену, мне понадобиться не один месяц, а может быть даже не один год? — надменно спросил он. Ему захотелось ее уколоть, и он безжалостно добавил:

— К тому же, не всякие отношения заканчиваются браком. Иногда бывает достаточно легкой влюбленности и непродолжительной, но пылкой связи. Разве тебе об этом не известно?

— Я не вчера родилась, и кое-что повидала в жизни. Поэтому не считаю такие отношения приемлемыми для себя, — отрезала Ульяна. Ее раскрасневшееся от гнева лицо стало строже.

— У тебя на этот счет может быть другое мнение. Это дело твое. Только прошу поступить благородно по отношению к Анжи, иначе я тебя попросту растерзаю или убью, так и знай!

Она подбоченилась и выглядела уже не тихоней, а рассерженной наседкой, у которой кто-то вздумал выкрасть цыплят.

— Перестань морочить ей голову! Моя сестра твердо намерена выйти за тебя замуж. Ты сам дал ей повод об этом задуматься. Вот и решай! Если не планируешь, вести под венец, немедленно скажи ей об этом. А меня оставь в покое!

Марк не на шутку удивился. Еще при первой их встрече, по нескольким признакам, он догадался, что не осталась Ульяна к нему равнодушной. Как и он сам, не остался к ней равнодушным. К чему греха таить, их первая встреча была судьбоносной. Видимо кто-то, там, наверху, решил так за них…

Но фанатическая преданность сестре, которой горели прекраснейшие бирюзовые глаза, навела его на очень печальные мысли.

— Скажи, отчего ты еще готова отказаться ради любви к сестре? Если что-то такое, чего ты не в силах будешь сделать для Анжелы?

— Нет. Такого в природе не существует. Понадобиться, я отдам ей сердце, почку, глаз или что там еще научились пересаживать врачи, если ты об этом, — Ульяна вызывающе вздернула подбородок, — а уж мужчина, никогда не встанет между мною и Анжи! Запомни это твердо, повторять я не намерена.

Решительность, с которой девушка дала Марку отпор, произвела на него впечатление. «Пожалуй, она искренне верит в то, что говорит, и поступает именно так, как заявляет. Сущее наказание эти девушки, с твердыми моральными устоями!»

Марк крепко задумался. Не отступить ли ему, пока еще не слишком поздно? «Да и что такого особенного в этой заносчивой штучке? Подумаешь, соблазнительный чувственный рот и пара самых притягательных в мире глаз. Все это ерунда. Правда, способная лишить душевного равновесия любого, даже самого невозмутимого мужчину. К чему ему все эти проблемы? Проще получать от жизни более доступные удовольствия, чем продолжать мучится самому». Он решил оставить Ульяну в покое, искренне полагая, что сможет это сделать.

Обратный путь прошел в полном молчании. Время от времени мужчина бросал взгляды на грустное лицо спутницы, тайно любуясь ее безукоризненным профилем и нежной округлостью щек. Она же не обращала на него никакого внимания. Создавалась впечатление, что между ними выросла неприступная стеклянная стена. Он даже не рисковал обратиться к Ульяне с каким-либо вопросом.

— Надеюсь, случившееся недоразумение останется между нами? — выдавил из себя вопрос он лишь у дома, глядя мимо девушки, куда-то вдаль.

Исчез гордый самодовольный эгоист, со льдом в синих глазах. Вместо него появился немного растерянный, совершивший ошибку и раскаивающийся мужчина. Он и глаза отводил лишь для того, чтобы Ульяна в них не прочла неуверенность и тревогу. На его просьбу она не могла ответить отказом. Ульяна растерялась на миг, но тут же согласно кивнула, поскольку не собиралась ни с кем откровенничать на подобную тему. Даже Анжи не обязательно знать о поступке. Секундное помешательство без серьезных последствий, вот что это было. Хвала небесам, она вовремя одумалась!

— У меня к тебе будет еще одна просьба, — Марк промолчал немного, и произнес тихо, но твердо: — не уезжай из моего дома.

Ульяна вопросительно изогнула левую бровь и недоверчиво посмотрела на него. Такая мысль приходила ей в голову, но она ее отбросила сразу же. Ее миссия в этом доме еще не выполнена. Она найдет приемлемый выход из неловкого положения, в которое попала по собственной глупости.

Девушка задумавшись, продолжала хранить молчание, и Марк неожиданно понял, что не может допустить, чтобы она уехала. Вдруг это стало важно для него, что он сам затруднился бы объяснить.

— Не заставляй меня униженно молить о прощении. Мама расстроиться, если ты покинешь наш дом. Она уже успела привязаться к тебе. С ее слабым здоровьем лучше избегать излишних волнений. Да и за Анжелой нужно постоянно присматривать…. Это в наших общих интересах, — добавил на всякий случай он.

Он прав, понимала Ульяна. Но раз уж из его уст прозвучала подобная просьба, будет разумным выставить свои условия, показать, с ней опасно шутить. Вот только проявить твердость девушке мешало то досадное обстоятельство, что она до сих пор помнила отчаянное желание испробовать вкус его поцелуя.

— Я останусь, если ты пообещаешь вести себя со мной по-джентельменски. Никаких повторений того, что случилось сегодня. Еще что-либо в этом роде, и я тут же уеду.

Щеки Ульяны невольно вспыхнули, вызвав в Марке острейшее чувство сожаления о том, что прошли средние века. Иначе он, не задумываясь, воспользовался бы беззащитностью девушки, оказавшейся на его земле, и плевать ему было бы на любой скандал. Полетели бы в разные стороны остатки одежды, скрывавшие румяные прелести. Манящий рот был бы надежно запечатан его горячими губами. Ульяна оказалась бы распростертой на зеленой траве и вскоре бы уже извивалась под ним в непреодолимом желании. Что-что, а вызывать в женщине такие чувства он умеет.

Марк чуть было не застонал от представившейся его мысленному взору соблазнительной картины, но вовремя опомнился. Не стоило пугать бедную девушку, которая даже не подозревала, какой клубок страстей разбередила она в нем.

— Обещаю не повторять утренней ошибки.

Сказав это, он открыл дверцу автомобиля, и, ступив ногами на землю, подождал, пока его спутница покинет автомобиль.

У Ульяны осталось, однако, от разговора странное ощущение. Она, несомненно, выиграла в поединке с Марком очко, и имела основание радоваться. Но почему-то ей показалось, он не считает себя проигравшим.

Дома оба с неудовольствием обнаружили, что обед прошел без них. Занятые собственными проблемами, они не успели ко времени. Остальные обитатели дома разбрелись кто куда.

Нина Андреевна стоило даже не сомневаться, отдыхала у себя.

А вот с Анжи, похоже, дело обстояло сложнее, невеста Марка исчезла из дома, словно по весне талый снег…

Ульяна недовольно нахмурилась, решив позже подробно расспросить Нину Андреевну. А пока… последовала на кухню, в надежде утолить жажду и голод.

***

Марк, успокоившись тем, что принес гостье свои извинения, покинул ее, едва оказавшись в доме. Отправился к себе, принял душ, переоделся. Затем пообедал тем, что осталось на кухне, сделав, между глотками кофе несколько телефонных звонков и уехал из дома во вполне благодушном настроении.

Трудности рабочих моментов не волновали его со времен ухода из полиции. Суровые будни профессии стали чем-то вроде образа жизни. К тому же обязанности частного детектива, ничем не отличаются от обязанностей обычного рядового работника сыска, плюс, получение от своей деятельности одного удовольствия. Первое: никаких тебе утренних совещаний в кабинете начальства, с выслушиванием словесных оплеух, между которыми ты еще пытаешься найти оправдание. И второе: никакой изнурительной писанины. Умение анализировать полученную информацию, и всего.…

Американца Дэниела Кинли, благодаря налаженным «связям», он разыскал на следующий же день, после визита к нему, так называемой «воздыхательницы». Американец попросту зависал на различных сайтах знакомств, в поиске очередной подружки. Клиентку ожидал весьма приятный, в кавычках, сюрприз. Но Марк решил не спешить с завершением дела. Что-то в американце ему определенно не нравилось. Интуиция никогда не подводила его, и сейчас, он был однозначно уверен, продлись его расследование еще немного, и сюрпризы, связанные с американцем посыпаются как из рога изобилия.

За окном сгущались сиреневые сумерки, когда он, закончив дела, подъехал к дому. В окнах горел свет.

За ужином, Марк был рассеян и часто отвечал невпопад.

— Что с тобой, дорогой? — спросила удивленная Нина Андреевна. — У тебя совершенно отсутствующий вид. Я бы хотела, чтобы ты скрасил нам вечер, вместо того, чтобы сидеть с безразличным лицом. Не забывай, у нас гостья.

— Уля, уже спит, — сказала, услышав, как будущая свекровь упомянула сестру, Анжела, — конная прогулка вымотала ее.

Нина Андреевна взглянула на сына с укором, — надо же так поиздеваться над девочкой! Ты бы для нее выбрал еще парашют!…

— Мама, если бы она отказалась от прогулки с самого начала, я бы немедленно вернулся домой.

Анжела захихикала.

— Уля? Она бы никогда не отказалась. Для нее лучше смерть, чем позорный отказ. Я уверена, завтра утром, сестричка будет выглядеть свеженькой, как огурчик.

Дальнейший разговор повелся о погоде, и парочке местных незначительных новостей, к которым Марк оставался равнодушным.

Он незаметно ускользнул из гостиной, и, поднявшись наверх, простоял в глубокой задумчивости у двери в комнату Ульяны. Если бы не голос позвавшей его внизу Нины Андреевны, он, возможно, провел бы тут весь оставшийся вечер.

Он представлял порозовевшее во сне лицо. Ладонь, которую она, возможно, подложила под щеку. Видение тянуло его к двери как магнит, отчаянно требуя прижаться к щеке губами, ощущая тепло. Неожиданность такого желания смутила Марка и навела на определенные, не столь приятные мысли.

В гостиной, Анжела смотрела телевизор. Мать уже отправилась к себе. Он немного посидел за компанию у телевизора, и неохотно отправился спать.

Именно в это мгновение проснулась в своей комнате Ульяна. Чувствовала она себя гораздо лучше, начиная испытывать муку голода. Девушка включила ночник и взглянула на тикающие, на стене часы. Будь она сейчас дома, непременно отправилась бы на кухню, заглянула бы в любимую кастрюлю. А в гостях так не поступишь, не пойдешь под покровом ночи штурмовать холодильник. Нина Андреевна придет в ужас, если узнает, что гостья ночью шатается по дому.

Она повернулась на живот и обеими руками обняла подушку. Полежала в таком положении немного, в надежде, что скоро заснет. К сожалению, глаза не желали закрываться. Она все же закрыла веки, и тут же увидела, как обнимается утром с Марком у ручья.

Конечно, пусть другие женщины грезят о темноволосых мужчинах, с синими глазами! Ей такое пустое занятие не подходит. Достаточно с нее глупостей на сегодня.

Фыркнув от досады, Ульяна села на кровати. Нужно чем-то заняться, раз уж никак не удается уснуть.

«Не сходить ли за книгой? Может чтение поможет скорее заснуть?» — подумала девушка, и встала с кровати. У двери, оглянула себя в короткой ночной рубашке, хотела накинуть халат, но тут же решила, все в доме давно уже спят и никто не увидит ее в столь легкомысленном одеянии.

Пройдя мимо комнаты Анжи, Ульяна мысленно пожелала ей приятных сновидений, подавив желание заглянуть к сестре. Осторожно держась за перила, она спустилась по ступенькам лестницы и направилась к старому книжному шкафу за дверью гостиной. Она помнила, где стояла та книга, которую днем приметила, и хотела до отъезда прочесть. Из окна на нее падал свет бледной луны, что даже не пришлось включать свет. Оказавшись у шкафа, она протянула руку.

Вдруг Ульяна почувствовала, сжимавшую книгу другую руку, тяжело дыша, попыталась обернуться, сжимая в руке переплет. Ее спина вплотную прижалась к чьей-то твердой груди. Она глубоко вздохнула, стараясь успокоиться, и почувствовала знакомый запах мужского лосьона.

Положение хуже некуда: глубокая ночь, а она одна, наедине с мужчиной, от которого можно ожидать одни неприятности. Он переступил очередную черту, хотя обещал вести себя с ней прилично. Дальше может быть еще хуже.

Следовало вырваться. Громко возмутиться. Включить свет, наконец. Сделать что-нибудь…. Но она продолжала стоять неподвижно, слушая его глубокое дыхание, не в силах расцепить сильные руки, которые сомкнулись на ее талии. Легкое прикосновение губ к ее шее заставило Ульяну откинуть голову назад и замереть в немом восторге. Ощущение оказалось пронзительнее, чем она могла ожидать.

Она зажмурилась, словно собралась нырнуть с высокого обрыва в океан. Щеки горели, а где-то внутри образовался большой комок льда. От которого сводило дыхание.

Марк немного сдвинул ночную рубашку с плеча и погладил нежную кожу. Затем то местечко, между плечом и шеей, коснулись его губы. В ответ он услышал протяжный стон — свидетельство борьбы между страстью и долгом. Поразившись внезапно всколыхнувшейся в нем нотке душевной боли, он разжал руки и отступил на шаг.

Ульяна опустила голову, сгорая от желания и стыда. Не сразу нашлись в ней силы повернуться к тому, кто нарушил в очередной раз ее покой. А когда она все же сделала это, рядом никого не оказалось. Не веря собственным глазам, она стала искать выключатель. Вскоре гостиную залил яркий свет, но Марк уже бесследно исчез.

Девушка в полной растерянности прислонилась спиной к книжному шкафу и закрыла глаза. «Что за игры он с ней затеял? Чего добивается?»

На этот раз, из них двоих, первым одумался Марк. Еще немного, и Ульяна бросилась бы в его объятия, по которым уже тосковала, несмотря на запрет, который сама создала для себя.

Ласки Марка совсем выбили ее из колеи. Кожа в том месте, к которому он прикасался, горела. Она поднесла туда пальцы и погладила себя так же, как это делал он.

«Сумасшествие какое-то!» — простонала она, понимая, иначе подобное поведение не назовешь. Ей стало стыдно перед Анжи, она снова чуть ее не предала. «Но больше, такого не повториться!», — подумала девушка в отчаянии, заверяя насчет этого себя.

«И он-то хорош!» — теперь Ульяна знала, верить Марку нельзя. Его обещание вести себя с ней прилично, как выяснилось, не стоит и ломаного гроша. Она возмущалась его поведением, но в то же время знала, что ничего не может с этим поделать. И уехать нельзя, оставить здесь одну, без поддержки, Анжи. Значит, придется делать вид, что ничего не происходит. И все же, стоит поговорить с Марком.

За завтраком он отсутствовал. Нина Андреевна жаловалась, сын снова умчался ни свет, ни заря и неизвестно, когда вернется домой. Сидящие за столом девушки, испытали одинаковое чувство радости. Анжела, что, наконец, появился предлог незаметно улизнуть из дома. А Ульяна, приветствовала отсрочку тяжелого разговора с Марком.

Прошлая ночь стала серьезным испытанием для нее. Долго ворочаясь в постели, она пыталась читать, но мысли вновь и вновь уносили ее от смысла текста книги далеко. Страница так и оставалась не перевернутой в течение целого часа, и только тогда девушка оставила затею отвлечься, перестать думать о Марке. Дремля, она спорила с ним во сне, затем и наяву воображала споры, и наутро почувствовала себя несчастной и разбитой.

Положение, которое сложилось, пугало. На ее месте, полагалось бы серьезно поговорить с Анжи о поведении Марка. Немедленно нужно было открыть глаза сестре о легкомысленности жениха, но как это сделать, не открывая полной правды? А говорить обо всем откровенно с сестрой Ульяна стыдилась.

После завтрака Анжела незаметно исчезла из дома. Ульяна осталась помочь Нине Андреевне на кухне. Потом они вместе отправились ухаживать за цветами в саду. Собрали букет из свежесрезанных роз. Оттенки красного, розового и оранжевого цветов совершенно изменили облик гостиной, едва ваза с букетом возникла в центре кофейного столика.

Закончив возится с цветами, обе женщины занялись другими делами. Нина Андреевна собралась посмотреть телевизор, а ее гостья засела за книгой.

Коснувшись пальцами книги, Ульяна вновь испытала ощущение, не дававшее ей уснуть всю ночь. У девушки перехватило дыхание, едва она осознала тот простой факт, окажись перед ней сейчас властелин ее дум, она вновь не устояла бы перед ним.

Открытие стало печальным. Выходило, она не справилась с ответственной ролью старшей сестры. Стыд и разочарование тут же поселились в душе. Она много размышляла над тем, как отнестись к поступку Марка. На мгновение ей даже показалось, что она выдумала ту нежность, с которой он прикасался к ней.

«Да нет же! Все это было!» — взволнованно сказала девушка себе.

«Как же возможно сочетание в нем, циничных слов о женщинах и проникновенная ласка, с которой его руки касались ее? Затем, прошлись по распущенным на ночь волосам? А это его отступление, когда победа была уже у него в руках?»

Голова Ульяны шла кругом. Было во всем этом некое странное…

В итоге, девушка решила этим же вечером серьезно поговорить с Анжи. Она не любила находиться в двусмысленном положении. И сколько можно гостить здесь? Одно из двух: либо сегодня же она, наконец, поставит точку во всей этой истории со свадьбой, либо они обе, с Анжи уезжают.

Судя по легкомысленному поведению Марка, решительного шага дожидаться от него можно вечно. А Ульяна не располагала таким количеством времени. Обещание, данное семье Лапшиных ею выполнено, грядки находились в полном порядке.

Нависшие над девушкой грустные мысли, заставили ее покинуть гостиную. Беседку, кольцом, овивали разноцветные петунии. Невысокие, с пышными соцветиями растения, боролись друг с другом за место под солнцем. «Совсем, как и люди», — подумала Ульяна, поправляя соцветия. Некоторые, изначально ослабленные «борьбой», девушке пришлось убирать. То, что получилось в итоге, пришлось ей по нраву, тем более, как и ожидалось, помогло отвлечься от любовных переживаний. Воспоминания о невероятно сексуальном, но запретном для нее мужчине отошли на второй план. Вместо угрызений совести спустя какое-то время она начала испытывать трепет и восторг от своего увлечения миром растений и красивых сказочных птиц.

В брючном костюме, в котором удобно было тянуться за каждым растением, она вскоре обошла в саду почти каждый куст. Лишь опомнившись, нахмурилась, костюм местами испачкался и для выхода к ужину теперь не подходил. Конечно, можно было и не переодеваться, никто бы из домашних не возразил. К тому же, кто в доме потенциальная невеста? Чем хуже будет выглядеть она, тем отчетливей на ее фоне выделится сестра. Уж она-то точно, не упустит случая, покажется в лучшем виде перед Марком и его матерью.

— Отряхнусь от пыли, и достаточно…, — сказала себе Ульяна. Достала из кармана зеркальце и сокрушенно вздохнула. Ну почему ее волосы постоянно норовят выбиться из аккуратно собранного на затылке узла?

В доме ее встретила тишина. Нина Андреевна хлопотала на кухне, пригласила поужинать едва Ульяна вошла. Анжи, несмотря на позднее время еще не вернулась. Марк, похоже, тоже решил припоздниться.

А Марк в это время, переговорив по телефону с клиенткой, вышел из конторы и быстрым шагом направился к припаркованному за углом автомобилю.

Ночной клуб «Город Z» по Ратехинскому шоссе, который назвала клиентка, являлся одним из злачных мест ночной жизни города. Предположительно, сейчас там находился американец Дэниел Кинли.

Затемненный уголок зала, который выбрал он для себя, идеально подходил под точку обзора. Все что нужно было увидеть мужчине, лежало, словно на ладони. Неизменная сигарета во рту, нагловатый вызывающий взгляд, и одежка как нельзя, кстати, подходящая для посещения клуба… Марк, одним словом, был доволен собой, и об этом же самом, говорил сейчас весь его внешний вид…

Американец не заставил себя долго ждать, появился в компании двух разукрашенных девиц. Одна, блондинка, в короткой вишневого цвета юбчонке и маечке оттенка заката, колготки сеточка на стройных красивых ногах, обутых в черные туфельки. Вторая, рыжая, в ярко-зеленом коротеньком платьице, и белых босоножках на ногах.

Американец, самодовольно улыбался обеим девицам, ожидая у барной стойки заказ. Одна из девиц, та, что рыжая, особо приятно ворковала с ним, без особых усилий было понятно, довольно хорошо с ним знакома.

Затем появилась еще одна дама, и все что последовало далее, Марк охарактеризовал, как переполох в деревенском курятнике.

Мужчина подоспел, увел от барной стойки вовремя Анжелу. Блондинке в итоге, досталось от озверевшей визитерши больше всего. Когда охрана клуба, усмирив дебоширку, вывела компанию на улицу, Марк, подхватив Анжелу под руку, проследовал к выходу из клуба следом за ними.

Дэниел Кинли с вновь прибывшей дамой, продолжали выяснять отношения. Блондинка исчезла. Анжела, не произнеся ни единого слова послушно села в машину.

Ужинали Нина Андреевна и Ульяна только вдвоем. На лице хозяйки дома, девушка не заметила, ни грамма недовольства. Видимо, будущая свекровь привыкла к поведению невесты сына, и, приняв, не высказывала по сему поводу упреков. Так думала Ульяна, перебирая вилкой в тарелке куски мраморной говядины, тушеной с овощами.

Нина Андреевна меж тем, предложила ей положить пару ложек греческого салата. Ульяна не стала отказываться, потянувшись к салатнику, положила в тарелку немного салата.

— Как жаль, мы одни с тобой ужинаем, — вздохнула Нина Андреевна. — У меня хорошая новость.

Услышав о хорошей новости, девушка растеряно подняла на хозяйку дома глаза.

— Сестра моего покойного мужа, Степана Алексеевича приезжает. И я очень рада, что смогу познакомить тебя с ней, и ее сыном, — Нина Андреевна ласково улыбнулась.

— Очень рада буду познакомиться с ними! — ответила она.

После ужина, совершенно сбитая с толку, не зная, чем заняться, девушка дочитала книгу, и, спустившись при свете луны в гостиную, чтобы вернуть ту на полку, еще долго сидела в кресле, раздумывая, как же следует поступить ей дальше….

2.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

— Позволь нарушить твое уединение, — сказал, появившись утром в саду, Марк. — Кстати, доброе утро!

— Доброе! — ответила Ульяна, так и не повернувшись к нему, продолжала ухаживать за цветами.

Невежливость с ее стороны задела его.

— Ты сердишься из-за того, что я опоздал на ужин? — спросил он напрямую.

Ульяна поняла, ей придется дать хоть какое-то объяснение. Марк из упрямства мог простоять рядом до самого вечера, выбивая из нее, нужный ему ответ.

— Не только из-за этого, — наконец, произнесла она.

— Нина Андреевна сказала за ужином, приезжает сестра твоего отца.

— Ну и что? Ты боишься такого пустяка?

— Нет. Чего мне бояться?

— Ну, тогда, думаю, не стоит тебе беспокоиться об этом, — промурлыкал он настолько загадочно, что Ульяна удивилась услышанному.

— Моя тетка Катерина, удивительнейшая женщина, сама увидишь, — ворковал дальше Марк. — А ее сын, мой двоюродный братец, Тони, еще удивительней.

— Тони? — переспросила Ульяна.

— Да. Тони. Тони Келебринг, — ответил он.

Ульяна промолчала, наблюдая, как Марк приближается к ней. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Его лицо приблизилось к ее лицу вплотную, — и ты не хочешь спросить, откуда у моего двоюродного брата такая фамилия? — поинтересовался ехидно он.

— Не хочу, — ответила она так же ехидно. — Скоро я уеду отсюда, и мне будет все равно, откуда и какая фамилия у твоего родственника…

— Ты не сможешь уехать, пока не познакомишься с теткой Катериной и Тони, они уже едут из штатов, чтобы увидеть именно тебя! — пресек продолжение вызывающей речи Ульяны Марк.

— Меня? — еле слышно проговорила она, — но чем я могла заслужить такую честь?

Марк откровенно наслаждался сложившейся ситуацией. И это окончательно вывело девушку из себя.

«С какой это, кстати, он вздумал говорить такое про меня?» — возмутилась в душе она, «Подумаешь, родственники из штатов приезжают!…»

— Жаль, — уже вслух произнесла.

— Почему тебе жаль? — спросил Марк.

— К тому времени, когда они приедут, меня здесь не будет. Я намерена сегодня же серьезно поговорить с Анжи, и завтра уехать домой.

— Кто тут говорит обо мне? — прозвучал совсем рядом звонкий голосок Анжелы, и тут же рыжеволосая красавица возникла у клумбы с цветами.

В испуге Ульяна отпрянула от слишком близко стоявшего к ней Марка. В глаза сестры она заглянуть не осмелилась.

— Ты появилась очень кстати, — спокойно заметил Марк, — твоя сестра хочет с тобой серьезно поговорить. Не буду вам мешать, — с самодовольным видом он окинул взглядом Ульяну, и зашагал по каменной дорожке к дому.

Ульяна осталась стоять в недоумении. Стянула с ладоней перчатки, и с видом полной покорности судьбе посмотрела на сестру.

— О чем пойдет речь? — спросила Анжела, — надеюсь, ты не начнешь снова воспитывать меня, после того как Марк выказал тебе недовольство мной.

— Недовольство тобой?

— Да. О моих ночных проделках.

— О каких же?

— Я думала, ты знаешь, о моих ночных посиделках в клубе с американцем.

— Что? С каким еще американцем?

Анжи, растерянно взглянула на сестру, — я думала, ты уже знаешь, Марк успел рассказать тебе.

— Твои планы выйти замуж за Марка изменились? Ты больше не стремишься заполучить его?

Надутые губки Анжи свидетельствовали о том, что вопрос ей не понравился.

— С чего ты взяла, что я изменила решение? Я выйду замуж за Марка, — ответила, как-то странно отводя глаза в сторону сестра.

— Тогда прекрати таскаться ночами по клубам! — жестко заявила Ульяна. — И вот еще что, я решила завтра уехать отсюда. Из-за тебя, и твоих выходок, я чувствую себя здесь ненормально. Понятно?

— Не делай из мухи слона. Ничего такого не происходит. И Марк, как только приедут его родственники, намерен сделать предложение, — Анжела тараторила, быстро стараясь убедить в том, что говорила сестру и в придачу себя.

— Ты не можешь поступить так со мной! — запротестовала тут же она. — Мне одной здесь будет скучно.

— Можешь не сомневаться, я завтра уеду, — голос Ульяны прозвучал устало. Слишком многое выпало на нее за последние дни. Удивительно, что у нее еще оставались силы. Но разговор с сестрой был необходим. И даже лучше, что он состоялся сегодня, потому что завтра к вечеру она уже будет далеко. Довольно с нее двусмысленных ситуаций, пустых, не нужных переживаний.

— Нет. Не уедешь. Тебя потом замучает совесть, когда ты узнаешь…, — хихикнула Анжела. — Не сердись, Уля. Обещаю, я буду послушной девочкой, и буду делать все, что ты скажешь. Давай прогуляемся по саду.

— Ну что с тобой поделаешь? — вздохнула Ульяна и подхватила под руку сестру.

— Скажи, ты еще ничего не сообщала родителям о возможных переменах в моей судьбе?

Вопрос сестры застал Ульяну врасплох. Она не звонила отцу уже довольно давно. У него своя жизнь, семья. Молодая жена и ребенок. А мать, всегда интересовали больше чем собственные дети, музейные фолианты.

— Не звонила. А что, нужно было?

— Нет. Ты правильно поступила. Ни к чему их тревожить раньше времени. Мало ли что? Вдруг ничего не выйдет, — уклончиво ответила сестра. Ульяна с ней согласилась. «Нечего пока тревожить родителей. Анжи права, вдруг у них с Марком ничего не выйдет».

Еще немного пройдясь по дорожкам ухоженного сада, в котором одуряюще пахло розами, Ульяна постепенно успокоилась, перестала ломать себе голову, раздумывая над странностями хозяина дома. Ее собственное поведение тоже не назовешь безупречным. Но ничего, завтра, как только она покинет дом, все в ее жизни будет по-другому.

Когда сестры после прогулки вернулись в дом, Нина Андреевна предложила им помочь ей на кухне.

Как оказалось, гости находились почти на пороге, заехали по делам в Москву. После обеда Нина Андреевна ожидала их к столу.

— Мне очень интересно, как выглядит твоя тетка, — спросила Анжела, слегка удивленного ее внезапным энтузиазмом Марка.

— Дождись, и сама все увидишь, — ответил немедля он.

Едва стрелки настенных часов показали час дня, автомобиль гостей остановился у дома. Золовка Нины Андреевны, Катерина Алексеевна, невысокая, с виду хрупкая, с пронзительными серыми глазами женщина, возникла на пороге. Ее сын, Тони, коротко стриженный под ежика с веснушчатым лицом блондин, вошел в дом следом за матерью.

Ульяна, почувствовав себя неловко, попыталась укрыться на кухне, но хозяйка дома, заметив ее намерение, схватила девушку за руку,

— Милая, я сегодня как никогда нуждаюсь в твоем обществе, — и вывела Ульяну в гостиную. Последние слова, как девушке показалось, она произнесла с заметным нажимом.

— Кэтрин! — представилась гостья. — Рада познакомиться с тобой, Ульяна!

— И мне очень приятно, — ответила, немного смутившись, девушка.

— А это мой сын Энтони! — представила Катерина Алексеевна Ульяне сына.

— Здравствуйте, — с заметным акцентом поприветствовал девушку тот.

За столом, словно намерено Нина, Андреевна их посадила рядом, и Тони как бы невзначай, начал беседу с Ульяной.

— А вы совершенно не похожи с сестрой, — первое, с чего начал он разговор.

— Мы и характерами довольно с ней разные.

— Это заметно.

После застолья, все плавно разошлись кто куда. Ульяна продолжая беседу с Тони уговорила его сходить прогуляться в сад.

— А ты уверена, что Анжела любит моего брата? — с интересом в голосе спросил Тони, вышагивая рядом с Ульяной по саду.

Она заметила, он не так уж и молод. Вероятнее всего, старше Марка.

— Позволь, я не стану обсуждать с тобой чувства моей сестры, — ответила немного строго Ульяна, затем спохватилась.

— Может я была чуточку груба. Ты прости, если так. Не обижайся на меня.

— И не думал обижаться, — мотнул головой Тони. — Я даже могу спросить об этом ее, в присутствии всех остальных.

Ульяна разозлилась на него, за упрямство. Но потом поняла, возможно, его поведению способствуют причины.

— Ты, женат, Тони?

— Нет, — мотнул он головой, — woman is hell,(1) — резко выругался затем.

В голове девушки мелькнула догадка, возможно, Тони пострадал в свое время от женщины, как часто случается в жизни. Ей стало жаль беднягу.

— Сочувствую, что у тебя сложилось негативное мнение о женщинах, — попыталась подбодрить его она, как собственного брата, попавшего в сложную переделку. — Расскажи, чем ты занимаешься в штатах? И как вообще ваша семья там оказалась?

— История стара как мир, — начал Тони, немного повеселев.

— Мама после ин яза работала переводчицей, встретила во время экскурсии моего отца, Олафа Келебринга. Поженившись, родители, по инициативе отца, перебрались из Швеции в штаты. Мой дед, всегда считал, его внуки непременно должны родиться, и получить образование в штатах.

— Вот как? — удивилась Ульяна, — и, конечно же, ты его получил? Имею в виду образование.

— Именно так. В университете Остина изучал право.

— Похвально. И чем же сейчас занимается в штатах юрист?

— У меня ранчо в Техасе, — невозмутимо ответил Тони удивленной Ульяне. — Правда, возникла небольшая проблема, что помешала отцу быть сейчас с нами здесь. Он прикупает земли. На одном из пастбищ рекой потекла нефть. Скот естественно пришлось оттуда перегонять.

— Ранчо! Скот! И еще нефть! Тони. Ты баснословно богат! — воскликнула удивленная девушка.

— Damn rich,(2) — произнес он просто, — мне за всю жизнь не потратить.

— Ну и что! Разве тебе помогло это в любви?

Голова Ульяны шла кругом от услышанного. «Почему же мир так несправедлив?» — подумала она. Девушек естественно сначала привлекают деньги Тони, а потом уже он сам. И все же хорошо, что у Марка нет ни земли, ни ранчо, Анжи не справилась бы, упади на ее голову столько богатства. Стряхнув с себя тяжелые мысли, девушка философски заметила:

— Никому неизвестно, что именно помогает в любви. Рецептов на этот случай нет.

Вряд ли подобное заявление способно было утешить Тони. Он оставался задумчивым. Ульяна промолчала, не желая продолжать грузить его бессмысленным разговором. Она тронула по-свойски его за плечо и повела дальше по саду.

Они долго гуляли. Ей удалось немного расшевелить Тони. К концу прогулки он немного повеселел.

К ним присоединились Марк и Анжела. Ульяна заметила, что сестра сердита на Марка. Непроницаемое лицо того не позволяло судить о его настроении, но девушке показалось, он доволен собой.

— Чем вы тут, пока нас не было занимались? — спросила напрямую Анжела, кокетливо взбивая волосы надо лбом, следя с явным интересом за выражением лица Тони. Тот в это время держал Ульяну за руку. Увиденное явно заинтриговало Анжелу. Ее глаза сузились.

— Да, мои дорогие, — раздался позади нее звучный и чуть насмешливый голос Марка, — я тоже хотел бы знать, чем вы тут занимались, в отсутствие за вами бдительного присмотра.

Ульяна и Тони выразительно посмотрели друг на друга, затем, словно договорились, в один голос ответили:

— Тебя это не касается!

— Ну почему же? — ничуть не смутился тот, — очень даже касается. Вы у меня в гостях. Я должен быть в курсе всего, что тут происходит.

— Разумеется, — поддержала его Анжела, затем взяла Марка за руку и прижалась к нему.

Ульяне не хотелось, чтобы по поводу нее и Тони строились нелепые домыслы. Она не собиралась рассматривать его персону, как возможного кандидата себе в мужья.

— Ладно, не воображайте того, чего нет и быть не может, — снизошла до объяснений она. — Мы славно поболтали, успели даже подружиться, так ведь Тони?

Он по-братски коснулся губами ее щеки, обдав на мгновение приятным ароматом туалетной воды.

— До сегодняшнего дня я и не подозревал, что с женщиной можно дружить. Ты открыла для меня целый мир…

— Хватит любезничать, — довольно невежливо прервал излияния Тони Марк, — пойдемте пить чай. Я проголодался. А ты, дорогая?

Анжела приободрилась и кивнула. Рука Марка по-хозяйски легла на ее плечо. Ульяна глядя на них почувствовала, что ей не хватает воздуха. Невероятно тяжело было наблюдать подобное взаимоотношение между сестрой и ее женихом. Все шло, как изначально планировалось, и она обязана этому радоваться.

И радуется. Тогда отчего же душа болит невыносимо? И чья немилосердная рука сжала горло, не давая дышать всей грудью? Это пугало Ульяну до боли в коленях, но девушка бодро сказала:

— Мы с Тони тоже не откажемся от чашечки ароматного чая и кусочка аппетитного пирога. И даже улыбнулась, через силу, очень широко.

***

Нина Андреевна и Катерина Алексеевна присоединились к молодежи, едва услышали их голоса в гостиной.

— Так приятно вас видеть всех вместе! — проникновенным голосом сказала хозяйка дома.

— Этому дому не хватает жизни. Ему бы парочка маленьких сорванцов, чтобы бегали по саду и таскали кучами игрушки.

Все присутствующие в гостиной рассмеялись. А Марк лениво заметил:

— Мама, боюсь, у тебя слишком большие планы. Не забывай, я еще даже не женат. Всему свое время.

— Мне кажется, оно уже наступило, — заметила Катерина Алексеевна, — такие милые девушки гостят в вашем доме.

— Брак без любви и полного взаимопонимания, пустая трата времени и жизни, — заметил ее племянник.

— Откуда вдруг такая горячность? — издевательским тоном обратился к Марку Тони. — Не ты ли говорил, брак по расчету самый разумный поступок для взрослого ответственного мужчины?

— Я не собираюсь отказываться от собственных слов, — возразил Марк. — Но ведь бывают ситуации, когда людей объединяет страсть. Конечно, разумнее обратить внимание не на переменчивые чувства и привлекательную внешность, а на более долговечные и надежные вещи. Но каждый выбирает сам, что ему лучше.

— Звучит ужасно, — капризным тоном произнесла Анжела.

Ей не понравилось безразличное упоминание Марка о привлекательной внешности, которое она отнесла на свой счет. Она всегда мечтала об обожании, поклонении.

— Ты бы лучше не философствовал, — посоветовала Марку Ульяна, — а прислушался к словам матери. Она волнуется за тебя и за будущее семьи. Я прекрасно ее понимаю.

— Спасибо за поддержку, Ульяна.

— Я бы не переживала, если бы ты, Марк, смог устроить свою судьбу самостоятельно. Ты уже не так молод, чтобы относиться к семейной жизни легкомысленно, — обратилась Нина Андреевна уже к сыну, подливая из чайника еще чая, и положила в чашку кусочек сахара.

— Но и не так стар, чтобы предаваться печали из-за того, что пока не обзавелся женой и детьми, — обиделся Марк.

— Не расстраивайся, мама, тебе это вредно. Я обязательно женюсь. Даю слово, что сделаю это еще до зимы.

Ульяна, державшая ушки на макушке на протяжении всего разговора, судорожно комкала в ладони салфетку, отложив недоеденный бутерброд и внимательно оглядела всех.

Марк явно не шутил. И Нина Андреевна прямо расцвела от услышанной новости. Анжела слегка испугалась, и покосилась на Ульяну. Тони же застыл на месте с удивленным лицом. Никто кроме Ульяны этого не заметил, так как на него никто не смотрел.

— Марк, более ободряющих слов я от тебя в жизни не слышала! — вмешалась в разговор Катерина Алексеевна.

— Кто же та счастливица, которая вскоре станет моей новой родственницей? — сгорая от любопытства, она даже подалась вперед.

— Тетя Катя, ты узнаешь об этом в свое время. А пока, я не хочу продолжать эту тему. От нее у меня совсем пропал аппетит, — Марк скорчил гримасу, но никто из присутствующих за столом, не нашел ее забавной. Он ничуть не смутился.

— Мама, ты не будешь возражать, если я соберусь кое-что изменить на выходящей в сад веранде?

— Ты хозяин дома, и тебе виднее, — ответила Нина Андреевна, — Анжелочка, деточка, как ты смотришь на желание Марка заняться переделкой веранды?

— Я? Не.… Но, я ничего не понимаю в переделке…, — заикаясь, с ноткой испуга в голосе произнесла Анжела.

— Нет никакой спешки, мама, — возразил Марк. — Я только задумался о переделке. Когда придет время, сам всех извещу.

— Ульяночка, милая ты не устала? — перевела внимание на Ульяну Нина Андреевна.

— Нет.

— У тебя выдалось утомительное утро. Лучше немного отдохни, — поддержал мать Марк.

Ульяна не собиралась позволять никому командовать собой. Не удостоив не прошеного советчика взглядом, девушка упрямо выставила вперед подбородок.

— Я не устала.

— Ну как тебе будет угодно, — парировал Марк, как будто обиделся.

Ульяна с трудом дождалась момента, когда Нина Андреевна встала из-за стола, давая понять, чаепитие закончено. После этого сестры отправились в комнату Ульяны, и Анжела едва закрыла за собой дверь, защелкнула запорный механизм…

Мужчины сели за шахматы. Катерина Алексеевна предложила хозяйке дома отправиться на прогулку в сад.

— Послушай, Нинуль, я тут узнала такую новость, — вкрадчиво прошептала она, оглянувшись, будто опасаясь, что ее могут подслушать, едва оказалась вместе с Ниной Андреевной в саду.

— Очередная сплетня? — ворчливо заметила Нина Андреевна.

— Я тут по дороге заехала к крестнице в Дюдьково, и Лена напрямую у меня поинтересовалась, не собирается ли жениться наш Марк.

— Продолжай, — заинтригованно ухватилась за слова родственницы хозяйка дома.

— Все Дюдьково, по ее словам судачит, мол, Марк во время конной прогулки пылко обнимался с очень красивой девицей.

— Неужели? — от подобной новости Нина Андреевна заметно оживилась. — И получилось рассмотреть, как выглядела эта девица?

— Подробностей я не знаю. Лена ничего ясного не сказала.

— Жалко! — разочаровано бросила Нина Андреевна, поправляя несколько склоненных к земле бутонов роз.

— Дело, по словам Лены, было в тот день, когда Марк приезжал в Дюдьково на конную прогулку.

Широко раскрытые глаза Нины Андреевны и ее торжествующая улыбка ясно показывали, услышанное пришлось ей по вкусу.

— Это вселяет некоторую надежду, что мой сын не так и глуп, и моей невесткой все же станет она, кого я в этой роли вижу, а не ее вульгарная сестрица. Но еще ничего не известно.… Скажи, а ты ничего между ними не заметила?

— Нет, — ответила Катерина Алексеевна.

— Жаль, — вздохнула Нина Андреевна, и повела гостью дальше по саду.

А в это время в комнате Ульяны, велась не менее интересная беседа.

— Куда вы с Марком подевались, когда мы с Тони гуляли в саду? Небось, заперлись в комнате! — требовательно расспрашивала Ульяна сестру. — Вас не было довольно долго. И мне показалось, ты вернулась не в лучшем настроении.

— Тебя бы на мое место. Я жалею, что связалась вообще с ним, — плаксиво ответила Анжела, и театрально вздохнула.

— У Марка всего две темы разговора: здоровье матери и как обновить веранду. Думаешь, они меня волнуют?

— Если попытаться предположить, нисколько.

— Вот именно. Марк — совершенный сухарь. — Анжела обиженно надула губы. — Не понимаю, что с ним случилось? Здесь он совершенно изменился, совсем стал другим, не таким, каким был во время нашего знакомства в Москве.

— Ты забываешь, там он чувствовал себя далеким от здешних проблем. Находился в Москве по работе, выматывался, и, приходя ближе к вечеру в ресторан, отдыхал душой. Отсюда и легкость в общении. Он тебя избаловал поначалу. И ты решила, он всегда будет уделять тебе одной много времени и внимания. В жизни все не так, моя дорогая, — кивая головой, заметила Ульяна, — привыкай. Возможно, после свадьбы, он вообще будет вспоминать, что женат в редких случаях.

— Знаешь, мне тоже так кажется, — Анжела досадливо поморщилась. — Но я видела его с лучшей стороны, и не теряю надежды, что он изменится. Я приложу для этого все усилия, на какие только способна!

— Кто знает? Во всяком случае, попробуй, — Ульяна задумалась, машинально листая лежавшую на столе книгу.

— Сегодня за чаем прозвучала обнадеживающая новость. Раз Марк собирается в скором времени жениться и закрывается в комнате при этом с тобой, значит, его избранницей можешь быть только ты.

Лицо Анжелы посветлело.

— Я тоже так считаю.

— Тогда перестань расслабляться. Будь рядом с Марком постоянно, вникай в его заботы.

— Уф! Это ужасно скучно! — запричитала Анжела, тяжело вздыхая, и снова надула губы. — Завтра снова придется выслушивать тоскливые подробности сельского быта и метеорологические прогнозы. Я уже не говорю про идею переделки веранды.

— Не забудь, тебе нужно научиться интересоваться всеми сельскими проблемами.

— Это жестоко! Господи, есть же на свете многое другое, чем можно поинтересоваться, правда? — вздохнув, Анжела заискивающе заглянула сестре в глаза.

— Уля, можно я позвоню Дэниелу? Э… В качестве приза за сегодняшнее хорошее поведение. Мне это просто необходимо, как глоток свежего воздуха.

Старшая сестра недовольно махнула рукой, — я думала, образумить тебя возможно…, — но Ульяна так и недоговорила, Анжела вскочила с места и заторопилась к двери.

— Куда ты? — догнал ее недовольный голос сестры.

— Если Марк узнает, ему это точно не понравится.

Анжеле было на это наплевать, но не могла же сказать она этого вслух.

Ульяна с любовью смотрела вслед сестре, думая, что такой красавице и впрямь место не в деревне, а в городе, в красивых апартаментах, или во дворце. Она вздохнула, выглянула в окно. Сад уже скрылся под темнеющими крыльями ночи. Внезапно появился порыв, пойти за сестрой, подслушать, о чем она собирается поговорить с американцем, но тут же одернула себя, «Подслушивать чужие разговоры, некрасиво».

Но Ульяна должна была исполнить сестринский долг, даже если придется ради этого нарушить правила приличия. Однако она решила заняться этим чуть позже, а пока открыла книгу и стала внимательно вникать в написанное на каждой странице, найдя текст вполне интересным. Сколько прошло времени до того момента, когда в саду, под ее окнами послышались голоса девушка не знала. Она осторожно приоткрыла окно, прячась за шторой, и увидела, сидевшую на скамейке с телефоном в руке Анжелу. Она улыбалась, чуть лукаво, чуть снисходительно. Было видно, разговор изрядно щекотал ей нервы, даже расстраивал.

Подслушиваемый Ульяной разговор протекал не так, как Анжела его ожидала. Мужчины на редкость неординарны, когда подыскивают слова для выражения волнующих чувств.

Ульяна кашлянула за шторой, чтобы не рассмеяться во весь голос.

— Дэни, я не могу сейчас ускользнуть из дома, — продолжала Анжела разговор после паузы, — это будет некрасиво по отношению к гостям и хозяевам дома.

Затем она встала и не спеша направилась вглубь сада. Таким образом, разговор прекратился.

Ульяна захлопнула окно, сочтя, она немедленно должна вмешаться, уберечь сестру от неожиданных глупостей. Быстро спустившись по лестнице, она обнаружила Анжелу мирно беседующую в гостиной с Тони.

— Ульяна, ты не будешь против, если попрошу твоего совета, — услышала она голос появившегося в гостиной Марка.

— С удовольствием дам его тебе, если это в моих силах.

Марк извлек из кармана сложенный вчетверо лист бумаги, с изображенным на нем карандашным рисунком.

— Смотри, вот такой я представляю нашу новую веранду. Если убрать разбитую под окном клумбу, ее можно расширить, и построить перед ней детский городок. Как думаешь, нашим малышам понравится идея?

«Как он жесток!» — подумала Ульяна. Хотя откуда он знает о чувствах, что терзают ее. Ему они вовсе не знакомы. Она успешно справилась с собой и холодно ответила, не глядя ему в глаза:

— Вашим с Анжи ребятишкам, несомненно, понравится такая замечательная идея. Так и вижу, как они карабкаются по стенам крепости, издавая воинственные кличи. Не забудьте только, родители, приглядывать за ними, во избежание возможных травм.

Она постояла немного, разглядывая рисунок будущей крепости, затем отстранилась от Марка.

— Пойду, пожалуй. Пора уже собираться ко сну.

Марк не стал удерживать ее. Лишь смотрел вслед со странной усмешкой на четко очерченных губах. Его не обмануло напускное спокойствие Ульяны. Он явно разглядел за ним душевную боль и окончательно уверился в том, что избрал верный путь к достижению цели. Все будет именно так, как он задумал.

Ночь пролетела удивительно быстро. Ульяна видимо настолько устала за день, что уснула, едва голова коснулась подушки.

Проснувшись, она выглянула в окно. Солнце, взойдя, уже вовсю припекало землю. Девушке казалось, она во всех подробностях изучила каждый уголок дома. На втором этаже, за шкафом, сохранился удивительной красоты кусочек обоев. Нина Андреевна знакомя ее с домом, поведала историю: ленивые рабочие не захотели передвигать тяжелый шкаф при ремонте. Она словно сроднилась с домом, воспринимая живым ранимым существом.

Нина Андреевна, будто чувствуя, о чем думает девушка, во время завтрака коснулась ее запястья и сказала:

— Мне бы очень хотелось, чтобы хозяйкой этого дома стала именно такая тонко чувствующая натура как ты. Не знаю, могу ли я надеяться на это.

— Полагаю, можете, — ответила Ульяна, имея в виду Анжелу, и покраснела, прекрасно сознавая, что лжет.

Сестра никогда не сможет с такой любовью относиться к дому, как она. От собственной двуличности Ульяну передернуло. И она поклялась себе побеседовать серьезно с сестрой, и постараться внушить Анжеле самое трепетное отношение к предмету разговора, хотя надежды на благоприятный исход дела было мало. Но попробовать стоило.

После завтрака Ульяна исполнила клятву, увела Анжелу к себе и поговорила об истории дома. Сестра выслушала ее внимательно. Но что сумело удержаться в ее памяти, Ульяна не знала и сильно подозревала, у хорошенькой малышки в голове совсем другое. Анжела сетовала, что перебрала все свои наряды и не нашла ни одного, ни разу не одетого здесь платья. Кроме того, в ее маленькой головке поселилась забота о сестре. У той, никогда не было ничего подходящего для подобных случаев при себе.

Анжела поплакалась Нине Андреевне, и та посоветовала немедля отправиться за новым нарядом в город. После полудня, Анжела вместе с Тони отправилась по магазинам. Вернулись они поздно, но с ворохом пакетов. Сногсшибательно красивые наряды выбрала для Ульяны и себе сестра. На замечание ответила, помогал ей в выборе Тони, и оплатил покупки, как оказалось он. Анжела его ни о чем не просила, он вызвался оплатить сам. Она не стала возражать, так как скоро станет членом семьи, и какая разница кто из родственников заплатит за тряпки? И вообще, стоит ли беспокоиться о подобных пустяках?

Хлопоты к ужину, на кухне, легли на плечи Нины Андреевны. Хозяйка дома забыла о слабости и развила бурную деятельность. Ульяна предложила свою помощь и получила вежливый отказ.

***

К началу ужина, в доме появились еще гости. Крестница Катерины Алексеевны, Лена, ее муж, Геннадий и еще одна пожилая пара, оказавшаяся родителями Геннадия. Оба мужчины, Геннадий и его отец, элегантно смотрелись в костюмах. Лена со свекровью, выглядели сравнительно проще.

Анжела выбрала себе, необычайно шедшее ей платье цвета ночного неба. На шее красовался фамильный медальон. Волосы уложила в замысловатую высокую прическу, из-за которой выглядела старше. Казалась довольной жизнью и буквально искрилась весельем.

Ульяна держалась скованно. Она не слишком любила торжественные застолья, и будь ее воля, вовсе не появлялась бы перед гостями. Накануне, Анжела долго уговаривала ее не портить всем настроение и не притворяться больной. Намекая, подобным эгоистичным поступком навлечет гнев Нины Андреевны не только на себя, но и на нее. Разумеется, Ульяна не могла испортить сестре праздник. Потому сейчас стояла перед всеми, не получая никого удовольствия от вечера. Даже изумительное платье нежного фиалкового оттенка с открытой спиной не подняло ей настроения. К счастью, некоторая задумчивость и отрешенность во взгляде делали ее только интереснее. Лишь иногда Ульяна поглядывала по сторонам, поворачивая прелестную головку с пышной волной уложенных на одну сторону волос. Иногда она прикасалась рукой к золотой цепи редкостной красоты, висящей на шее. Это изящное украшение подарил ей отец на совершеннолетие.

— Ты выглядишь изумительно, Ульяна, — подошел к ней Тони, — и платье тебе очень идет.

Марк шагнул в их сторону, но его отвлекла Анжела.

— Милый, не мешай голубкам поворковать на славу.

Ульяна с облегчением вздохнула, заметив, что сестра увела Марка от них в сторону. Но глаза ее не сходили со счастливой пары. Марк нашептывал о чем-то на ушко невесте. Она, смущенно потупив взор, доверчиво льнула к нему. На них было так больно смотреть, что Ульяна зажмурилась.

— Сильное средство. Безотказно действует, — прошептала она, и, повинуясь порыву, приблизилась вплотную к Тони.

— Я так понимаю, должен обнять тебя, — улыбнулся он.

— Если уж изображать воркующую пару, то делать это нужно как-то по-настоящему.

И тут Ульяна наткнулась на острый взгляд Марка. Предпочтя его не замечать, позже гадала, что же это могло значить.

Нина Андреевна пригласила всех к столу. За столом Ульяна устроилась рядом с Тони.

Все сдержанно зашумели приборами. Девушка почти не притронулась к еде, беседовала на протяжении всего ужина с Тони, время от времени отвечая на вопросы соседа слева, отца Геннадия, успевая меж тем оглядывать остальных присутствующих за столом. Ее взгляд часто останавливался на Анжеле, и на том, как с необычайным вниманием ухаживал за ней Марк.

— Они выглядят прекрасной парой, — не замедлил сообщить Ульяне престарелый сосед. Он-то полагал, что говорит приятное сестре симпатичной рыжеволосой девушки, привлекшей к себе внимание присутствующих за столом гостей. Ульяна почувствовала, как босые ноги ее души прошлись по битому стеклу. Она с трудом выдавила из себя любезную улыбку и повернулась к Тони, которому не приходило в голову говорить ничего подобного.

Он выглядел грустным и, слишком злоупотреблял красным вином. Ульяна попыталась отвлечь его анекдотами. Не вышло. Тони продолжал смотреть на нее с тоской. Не зная, что еще предпринять, девушка предложила ему пойти прогуляться в сад. Тони воспринял ее предложение с позитивом, улыбнулся. Ульяна искренне радуясь, что у нее получилось, улыбнулась в ответ и неожиданно попала на мушку жесткого взгляда Марка.

Он так неодобрительно смотрел на нее, что по спине бедной девушки пробежал озноб. Она выпрямилась, попыталась отвести глаза, но не сумела, не хватило сил. Постепенно лицо Марка немного смягчилось. Ульяна не осознавая, что делает, облизнула нижнюю губу и вспыхнула, заметив его мгновенную реакцию. Синие глаза мужчины потемнели, сделавшись почти черными, и сузились. Они неодолимо притягивали девушку.

На секунду шум разговоров, звяканье столовых приборов куда-то исчезло, потеряло всякое значение. Ульяна чувствовала себя единым целым с Марком и знала, он испытывает то же самое. Ей захотелось приблизиться к нему, оказаться в его объятиях и закрыть глаза…

Упавший со стола бокал вывел девушку из полузабытья. Исчезла волшебная дымка, окутавшая все вокруг. Марк перестал быть счастьем всей жизни, светом очей, а стал тем, кем и должен был оставаться впредь — женихом сестры. Этого оказалось достаточно, чтобы Ульяна пришла в себя и больше ни разу не взглянула на него.

После ужина гости рассредоточились по гостиной. Кто сел за карты, а кто занялся беседой.

Ульяна попросила Тони принести ей, что-нибудь выпить, и вышла на веранду. К ней подошла Лена.

— Почему ты одна?

— Я не одна, — ответила девушка, — Тони пошел за лимонадом.

— Хорошо. Как только он придет, я уйду, не буду вам мешать, — ответила Лена, облокотившись о подоконник выходящего в сад окна, окинула взглядом сад, и загадочно произнесла:

— Ммм, смотри-ка, не твоя ли это там сестра обнимается со светловолосым мужчиной?

— Где? — Ульяна потянулась к подоконнику и стала искать взглядом в глубине сада Анжелу.

К своему неудовольствию, она обнаружила под ближайшей яблоней тающую в объятиях неизвестного блондина сестру, что привело девушку в бешенство.

— Черт! Черт! Черт! — вырвалось у нее.

— Никогда не подумала бы, что ты ругаешься, — изумилась Лена. — Хотя, я тебя понимаю, сама бы неизвестно что делала, в подобной ситуации.

— Пожалуйста, извини, но мне нужно побыть в одиночестве.

Ульяна не хотела выглядеть невежливо, но чрезмерное любопытство Лены начало ей надоедать. К сожалению, та этого не поняла, окинула девушку недовольным взглядом, и собралась что-то сказать, пока Ульяна раздумывала, что происходит с Анжи, в нескольких шагах от нее возник Марк.

Он сухо кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание, как поступил бы на его месте любой воспитанный человек, и нейтральным голосом произнес:

— Лена, тебя ищет муж. Он в саду. Я бы на твоем месте поторопился. Он не в духе.

— Иду! — кивнула женщина. — Потом поговорим, Ульяна, — и она удалилась.

Ульяна отвернулась, принялась высматривать в саду сестру, однако ее усилия были тщетны. Пока она отвлеклась на Лену, Анжи и блондин исчезли из вида.

— Что это значит? — ледяным тоном поинтересовался Марк, — совсем недавно ты корчила из себя высокоморальную девицу, и что же я вижу теперь? Он нагло обнимает тебя за плечи, а ты и не возражаешь!

— Ну и что, — сказала Ульяна, сразу же отказавшись от мысли начать объяснять сложившуюся ситуацию. С какой стати она должна ему что-то объяснять? К тому же, сейчас ее беспокоило совсем другое.

— Прекрасный пример для младшей сестры, — ядовито заметил Марк и решительно развернул девушку к себе лицом. — Я следил, как ты весь вечер любезничала с моим братцем. Решила поймать в сети удачно подвернувшегося богатого кавалера?

Ульяна промолчала.

— К тому же, он изрядно пьян, — не унимался Марк.

— От человека в таком состоянии всего можно ожидать.

— Неправда! — горячо возразила Ульяна, — Тони вовсе не пьян. Только чуточку перебрал. Как и все остальные гости. Это не преступление. К тому же мы с ним не прячемся по углам твоего дома. И что может случиться со мной в присутствии гостей?

Для Марка это был не аргумент.

— Тони выпил вполне достаточно, чтобы потерять голову при виде рядом с собой красивой девушки. Тебе, что, не терпится ощутить его руки на своем теле?

Он обнял Ульяну, демонстрируя то, о чем сказал.

— Да отстань от меня, наконец! — не выдержала Ульяна. Она резко оттолкнула его и повысила голос. Марку досталась вся злость, которую испытывала она в этот момент.

— Кто ты такой, чтобы читать мне нравоучения? Знать тебя не хочу. Можно подумать, что ты являешься образцом для подражания, — еще минута, и ее голос сорвался бы на визг, но Ульяна сумела овладеть собой. — Если бы не Анжи, меня здесь вообще бы не было. Жила бы себе припеваючи, и знать не знала, что на свете существует такой напыщенный, такой несносный тип, как ты!

От подобной отповеди Марк опешил.

— Да что с тобой! — спросил он растерянно, когда Ульяна замолчала. — Я и не думал лезть в твои дела, просто очень беспокоюсь. Репутация Тони как бабника хорошо известна. Он тебе не подходит.

Ульяна не смягчилась. Упрямо вздернув подбородок, отвернулась от него и уставилась на ночное небо.

— Мне кажется, — вкрадчиво начал Марк. — Ты сама не осознаешь, насколько беззащитна и уязвима. Кто-то же должен о тебе позаботиться. Так пусть это буду я, раз никого другого нет поблизости.

— Спасибо за заботу, но я уж как-нибудь сама решу, кого мне нужно опасаться, а кого — нет. Лучше бы ты занимался своими делами.

— А я именно этим и занимаюсь… Ульяна, — тут он вновь обхватил ее таллию одной рукой, а другой поймал запястье девушки, — выслушай меня спокойно. Так не может больше продолжаться. Прекрати мучать нас обоих. Ты должна переступить через свои принципы и выбрать любовь и счастье. Стань моей, — его дыхание обожгло щеку. Губы были недопустимо близко, и Ульяна поспешила отклонить голову в сторону.

— Нам будет хорошо вместе, можешь мне поверить. Никакого самопожертвования во имя младшей сестры! Ей это не нужно. Слышишь?

Ульяна молча вырывалась из его рук, тяжело дыша и пылая от гнева: «Стать его любовницей и предать счастье сестры?! Как он смеет предлагать мне такое?! Бедная Анжи, слышала бы она разглагольствования своего избранника!».

Но девушка была абсолютно уверена, она не передаст сестре ни единого слова из состоявшегося только что разговора, не огорчит Анжи. Но зато выскажет все остальное, что накипело.

— Не смей мне указывать, что делать. Я лучше знаю, что нужно моей сестре. К несчастью ей нужен ты. И если завтра же утром, не будет назначена дата свадьбы, мы с Анжи уедем вечером. Хватит нам обеим унижаться!

— Это твое последнее слово? — спросил Марк отчужденно. От него повеяло холодом. Но по огонькам, мерцающим в глубине глаз, Ульяна догадалась, внутри него сейчас бушует пожар.

Она не колеблясь ни секунды ответила: — Да.

— В таком случае подари мне поцелуй на прощание.

Не ожидая ответа, он привлек Ульяну к себе и запечатлел на ее полуоткрытых для возражения губах властный поцелуй. Из горла девушки вырвался тихий невнятный звук. Марк предпочел истолковать его в выгодном для себя смысле. Он сильнее прижался к ее рту и добился желаемого ответа. Она сдалась, ее язык отвечал на его ласки.

Марк ничего не слышал из-за стука крови в висках. Рука скользнула наверх и коснулась груди. Вздрогнув, Ульяна отпрянула, и Марк опомнился. Он убрал руку и стиснул зубы. После чего удалился, оставив Ульяну в странном оцепенении.

Отдышавшись, она подняла благодарно глаза к небу. Останься Марк еще ненадолго, он бы понял, она полностью находится в его власти. В его объятиях она теряла волю, становилась податливой, таяла, словно свеча от огня.

Зато теперь, когда он ушел, девушка отчетливо осознала, какой опасности ей удалось избежать. Но Марк ведь мог и вернуться, несмотря на обиженный вид, который напустил на себя. Чуда спасения от греховного падения во второй раз могло не произойти, и потому девушке следовало найти место безопаснее.

Ульяна не хотела никого видеть, поэтому решила подняться к себе. Повезло: никто не заметил этого. Заперев дверь, она рухнула на постель прямо в вечернем платье и залилась слезами.

Не имело значения, что она чувствует по отношению к Марку. Позволить себе она может только дружеское общение, и не более. И то, в случае, если сможет забыть его унизительное предложение. Она очень постарается сделать это ради любимой сестры. Если Анжи станет женой Марка, ничто не должно омрачить ее счастья. Она никогда не узнает, какие между ее женихом и сестрой кипят страсти.

Сегодня она выдержала бой с Марком, и с любовью к нему, без колебаний отвергла унизительную честь стать тайной дамой его сердца. Ей не в чем себя винить. Она достаточно убедительно потребовала от него решительных действий касающихся свадьбы. Если завтра не будет решен вопрос, придется выполнить угрозу и увезти Анжи отсюда, хочется ей того или нет.

Сны Ульяны в эту ночь были полны тревожных и туманных образов. Утром она не смогла вспомнить, что именно ей снилось. Но чувствовала она себя подавленной и грустной.

Когда она утром спустилась на кухню, застала там Нину Андреевну. Следующим появился Тони, встрепанный и мрачный. За ним вошли Марк и Анжела, бросившая на сестру быстрый взгляд.

Ульяна попыталась проглотить хоть что-нибудь за завтраком, чтобы не вызвать лишних вопросов, но кусок не шел в горло. Даже обожаемое домашнее печенье показалось невкусным куском недопеченного теста. Съев немного салата и совершенно не тронув ничего остального, она ограничилась чашкой чая.

Хозяйка дома немедля обратила на это внимание.

— Ты ничего не ешь, Ульяна, и выглядишь усталой. Поздно легла?

— Да. Поздно, — подтвердила девушка.

— А мы и вовсе лишь чуточку поспали! — с сияющими от восторга глазами заявила Анжела.

— Вы, молоды. Вам пора уже самим начинать строить свою жизнь, — вздохнула Нина Андреевна. — И еще раз хочу повториться, сын, — обратилась она к Марку, — пора тебе привезти молодую хозяйку в дом. Уж больно волнует меня эта тема.

— Тетя Нина, вы можете не беспокоиться, — заговорил молчавший на протяжении всего завтрака Тони, — Марк, вчера, если не ошибаюсь, вскользь упомянул о скорой свадьбе.

Методично помешивая чай, Марк выразительно покосился на брата, которого никто не просил напоминать о вырвавшихся некстати словах.

Но Тони от этого, еще сильней разошелся.

— Тебе нечего сказать нам, братец? — настаивал он, не обращая внимания на недовольно сдвинутые брови и крепко сжатый рот брата. — Раскрой свой великий секрет. Кого ты намерен представить, как свою будущую супругу, матери?

— Помни, ты сам на этом настоял! — угрожающе произнес Марк и, встав, повернулся к матери.

— Мама, мы с Анжелой решили вопрос с датой нашей свадьбы.

Полупустая чашка с чаем застыла у губ Ульяны. Она затаила дыхание, боясь пропустить реплику сестры.

— Да. Мы все обговорили с Марком и решили назначить день свадьбы на следующее воскресенье. Думаю, мы без особого труда управимся с приготовлениями к скромной церемонии. С регистрацией проблем не должно возникнуть, отделом ЗАГС заведует благодарная клиентка Марка.

Вот и все. Ульяна ощутила ледяное спокойствие. В самопожертвовании, как ни странно, есть своя гармония. Но постичь ее по силам очень не многим. Ульяна уверенно отнесла себя к способным на это людям. Она сумела ласково улыбнуться сестре и ее будущему мужу, который не казался особенно счастливым, несмотря расточаемые им за столом любезности. Впрочем, все остальные, узнав о свадьбе, тоже расцвели радостными улыбками.

Первой в себя пришла Нина Андреевна.

— Я очень рада, что ты все же решился на ответственный шаг. Желаю вам счастья, дети мои! — произнося слова, она просверлила испытующим взглядом побледневшую Ульяну.

Разумеется, хозяйка дома не догадывалась, что в этот самый миг, ее гостья вспоминает во всех подробностях вчерашний одурманивающий поцелуй Марка. Ульяна успешно скрыла эмоции, надев маску безразличного ликования.

Она обманула всех, в том числе и Марка. Он косо взглянул на ее широкую улыбку.

— Ульяна, ты надеюсь, примешь в подготовке к церемонии самое активное участие? — произнес он, каждым словом вбивая гвоздь в крышку гроба, в котором девушка схоронила свою любовь к нему. Но она все равно улыбалась.

— Думаю, никто не будет против? — прошел он взглядом по всем присутствующим. — Неделя на подготовку, а там и тетка Катерина сможет свободно заняться своими делами, и Тони, вернуться в штаты, помочь отцу с перегоном стада. Да и Ульяне можно будет возвращаться к ученикам.

Ульяна видела, Марку, в общем-то, все равно, как отреагируют на его заявление все остальные. Он для себя все решил, и вопрос снят с повестки. Никаких возражений от остальных!

Анжела молча взяла с тарелки тост и намазала его джемом, выглядела она спокойной, щеки пылали пунцовым пламенем.

Соображения Марка показались Ульяне разумными. В самом деле, можно было понять его желание, сыграть свадьбу пока в его доме гостили сестра его отца и двоюродный брат. Америка — не соседняя область. Да и ей скорая свадьба только на руку. За недолгую неделю молодые не успеют изменить решения. Особенно Ульяна боялась за жениха.

Марк до сих пор оставался для нее загадкой. Иногда его слова и поступки не сочетались между собой. Это не могло не настораживать. Мало ли что могло ему прийти в голову. Сестру она как-нибудь удержит в рамках предназначенной ей роли. Теперь все усилия Анжи будут направлены на то, чтобы в день свадьбы выглядеть самой красивой невестой города. Учитывая сколько времени на это отпущено, задача для бедняжки выглядит непосильной.

***

Ульяна себя не жалела. Произошло то, о чем она с самого начала знала. Для этого приехала сюда, и теперь наравне с сестрой могла принимать поздравления. Именно ее стараниям обязана Нина Андреевна, радости заполучить в невестки «повзрослевшую» Анжи.

— К сожалению, я должен вас покинуть. Мне пора. Хорошего всем дня! — сказал Марк и поднялся из-за стола. Едва дождавшись, когда на кухне останутся одни, Анжела кинулась к сестре и обвила руками ее шею.

— Все идет отлично! Совсем скоро ты станешь замужней женщиной.

Стремление угодить сестре и получить ее одобрение ясно читалось на личике Анжелы. Ульяна крепко обняла ее и прижала к себе. Погладила по кудрявой голове и похвалила, — умница ты моя!

— Думаешь, все гладко пройдет, пусть и скромное торжество? — с тревогой взглянула Анжела на сестру.

— Не волнуйся, все пройдет отлично! — подбодрила ее Ульяна, а у самой в это время на душе скребли кошки.

— Скажи, Уля, как тебе Тони? Ты же неплохо беседовала с ним. Что он за человек? Меня удивили слова Марка о том, что ему нужно перегонять скот. Он, не ковбой, надеюсь?

— Ай, — отмахнулась Ульяна. — Не обращай внимания. Сосредоточься лучше на свадьбе. Тони и без наших волнений о нем справится. Тем более с его деньгами.

— А что, Тони богат?

— Да. Его семья занимается разведением скота, еще и нефтью.

— Почему ты раньше мне этого не сказала? — Анжела досадливо покусывала губу, осмысливая полученную информацию. Потому как та была небезынтересной и давала пищу для размышлений.

Ульяна прекрасно понимала, что с сестрой происходит. Предсвадебный мандраж, даже сильных духом невест колбасит.

— А для того не говорила, роднуля, чтобы твоя ветреная головка не закружилась от соблазна.

— Этого бы не случилось, — запротестовала Анжела. — Я прекрасно осознаю, где штаты и ранчо с коровами, и где моя родина, городок рядом со столицей, и ты всегда спешащая мне на помощь.

Говоря Анжела слишком горячилась. Ульяна усомнилась в ее искренности и пожалела, что сказала слишком много. Но сделанного не поправишь. Тем более, у Анжи нет пути назад. К тому же от Марка она без ума. Ульяна не переставала твердить себе об этом.

Теперь Марк возьмет заботу о взбалмошной сестре на свои плечи. Возможно, она радуется этому преждевременно, но уж очень тяжел груз ответственности, от которого ей почти удалось избавиться.

Ульяна подтолкнула сестру к двери, — пойдем, посмотрим в интернете адреса магазинов, где продаются свадебные платья.

Тяжелый вздох Анжи был ей ответом.

— У тебя отличная фигура, любая мастерица подгонит при случае платье по тебе. И времени это много не займет.

— Нам с Марком еще нужно будет заняться кольцами. Покупка их тоже не быстрый процесс, — мечтательно произнесла Анжела.

— А когда мы поедем по магазинам?

— Не знаю. Сначала дождемся возвращения твоего будущего мужа с работы, и с ним об этом поговорим.

Голова Анжелы уже была занята тем, какой фасон платья предпочесть. Пышное с длинным шлейфом вряд ли годилось для скромной церемонии, которую запланировал Марк. Совсем простое покупать тоже не хотелось. Необходимо было отыскать нечто среднее.

— Ладно. Готовое так готовое. Но ты себе тоже что-нибудь купи, — потребовала она, по опыту зная, что сестра может появиться на свадьбе в чем-нибудь невзрачном.

Ульяна улыбнулась. Она не для того так долго шла к этому событию, чтобы выводить сейчас Анжи из себя по пустяковому поводу. Если для ее удовольствия нужно будет облачиться в греческую тунику, она сделает это.

— Для такого исключительного случая обязательно куплю. Тебе даже не придется меня уговаривать.

После просмотра в интернете информации о свадебных нарядах и аксессуарах, Анжела пошла к себе, а Ульяна направилась в сад. Около трех часов она гуляла по саду, пока ее не позвали в гостиную.

Вернувшийся Марк торжественно, в присутствии всех находящихся в доме, надел на палец Анжелы золотое колечко с маленьким изумрудом.

Невеста восторженно продемонстрировала всем свою миниатюрную ладошку и поцеловала будущего мужа в знак благодарности, не отводя глаз от подарка.

— Очень красивое, — одобрила кольцо Ульяна, — наверное, к тому же дорогое?

— Для женщины, с которой я намерен провести остаток жизни, мне ничего не жалко, — сказал Марк и при этом так страстно посмотрел на невесту, что Ульяна ему поверила. Слова его прозвучали на редкость искренне.

Похоже, он окончательно и бесповоротно определился с выбором жены. Угрозы Ульяны лишь слегка подтолкнули его к последнему шагу, только и всего. Все остальное он сделал по собственной воле.

«В самом деле, с чего она взяла, что хоть сколько-нибудь его интересует? Что между ними было? Да ничего, если разобраться всерьез. Пара поцелуев, несколько фраз на витиеватом любовном языке. Вот и все. Можно сказать, с его стороны это была последняя холостяцкая попытка развеяться».

Первой ему понравилась Анжи. Она значительно привлекательнее, живее, моложе, наконец. Хорошенько подумав, Марк решил, правильней сделать предложение ей. Что тут странного? Она постепенно изменится. Повзрослеет. С таким напористым властным мужем это произойдет довольно быстро. Он не позволит ей капризничать и вести себя как вздумается. Эта пара заживет счастливо. А Ульяна будет радоваться за сестру. Вот только навряд ли у нее хватит душевных сил нянчиться с их детьми. Перед взором девушки тут же предстала живописная группа хорошеньких ангелочков. Одни были с темными волосами и синими глазами, другие, более проказливые, — с рыжими кудрями и с зелеными глазами.

Ульяна смахнула слезу умиления, коротко вздохнула и пожелала молодым счастья.

За покупками к свадьбе решено было отправиться на следующее утро.

— Я мог бы купить все, что требуется к свадьбе в Москве, — с энтузиазмом предложил Марк, — раз уж все равно еду завтра туда по делу.

— Нет. Нет! — живо возразила ему Анжела, — жених не должен видеть наряд невесты до церемонии. Это плохая примета!

— Сдаюсь. Об этом я не подумал. Что ж, поступайте, как считаете нужным, — он повернулся к брату, — не сыграть ли нам, Тони партию в шахматы?

— В другой раз, — отказался Тони. — Мне что-то не хочется.

— Тогда пойдем в кабинет. Нужно поговорить.

Тони внимательно посмотрел на брата. Подумал немного и кивнул.

Проводив мужчин взглядом, Анжела неожиданно произнесла:

— А может мне поехать в Москву вместе с Марком? Там я, несомненно, найду лучшее, по сравнению с тем, что предложат местные магазины.

— Нет, дорогая, ты нужна нам здесь.

На самом деле Ульяна опасалась, сестра может выкинуть в Москве какой-нибудь фокус. Лучше уж придержать ее возле себя. Так надежнее.

Мужчины отсутствовали довольно долго. Когда они вновь появились в гостиной, Ульяна заметила, что безысходная тоска Тони только прибавилась. Вместо подтянутого молодого человека в гостиную вошел опустивший плечи, почти сгорбленный мужчина с трагическими складками у рта. Должно быть, Марк нашел настолько убедительные аргументы, так повлиявшие на настроение брата. Он больше не пытался шутить, уселся по-стариковски в кресло и замолчал.

Ульяна отложила журнал, который просматривала и внимательно взглянула на Тони.

— Поедешь, завтра с нами в город, заодно поможешь с выбором нарядов, — попыталась она взбодрить молодого американца.

— Ты ошибочно предполагаешь, что я обладаю хорошим вкусом, — извиняющимся тоном произнес Тони, — мало чем я смогу вам помочь.

— Охотно верю, что ты мало чем сможешь помочь в выборе свадебного платья для невесты. Магазины — стихия Анжи, она в них, как рыба в воде. Мы с тобой лишь будем присутствовать рядом с ней для «подстраховки». Боюсь, меня одну она до белого каления доведет.

— Мне всегда казалось, любая женщина в них чувствует себя как рыба в воде, — с усмешкой вмешался в разговор Марк и сел рядом с Ульяной на диван. Его бедро коснулось ее ноги. Она поспешно отодвинулась.

— Любая, но только не Ульяна Самарцева, я в них теряюсь и готова схватить первую попавшуюся вещь, чтобы скорее убраться оттуда.

— В таком случае, помощь Тони будет просто неоценима. На меня тут рассчитывать, увы, тоже вряд ли получиться, я стараюсь как можно реже бывать в магазинах, — сообщил Марк.

Схожесть характеров не порадовала Ульяну. Она злорадно подумала, ему придется немало потрудиться, прежде чем удастся изменить привычки невесты. В том, что Марк предпримет попытку это сделать, она не сомневалась.

Взглянув на часы, Ульяна поинтересовалась:

— Молодые, какие у вас планы на сегодняшний вечер?

Пока Ульяна рассуждала про себя, если молодые уединяться, будет хороший повод расспросить Тони, что такого печалящего наговорил ему в кабинете Марк. А сам Марк собирался с мыслями, Тони предложил:

— Почему бы не посидеть вчетвером в ресторане «12 месяцев». Там прекрасная кухня.

— А это удобно? Домашние на нас не обидятся? — спросила Ульяна. Сама идея ей пришлась по нраву. Очень хотелось развлечься.

— Думаю, домашние, в наше отсутствие найдут, чем заняться, — заверил Марк, и кивнул в знак согласия, — решено. Едем в «12 месяцев». Без нас в доме будет тихо и спокойно. Мама и тетка Катя прекрасно отдохнут.

— А вдруг наши молодые захотят побыть наедине, Тони? — вдруг засомневалась Ульяна, — стоит ли нам с тобой навязывать счастливой парочке наше общество? Может, мы с тобой где-нибудь отдельно от них посидим?

— У нас вся жизнь впереди. А потом, Анжела любит большие компании, это мне известно так же хорошо, как и тебе, — возразил Марк, и он был прав.

— Тогда я согласна, — ответила Ульяна, — сейчас предупрежу Анжи и приведу себя в порядок. Позовите нас, когда соберетесь выезжать, — и она покинула гостиную.

Раскиданные всюду наряды и украшения увидела Ульяна, войдя в комнату сестры. Анжи была уже одета. Она сидела у зеркала и наносила последние штрихи, заканчивая вечерний макияж. В облегающем комбинезоне из черной велюровой ткани она походила на грациозную пантеру. Для полноты сходства с прекрасным животным ей не хватало только хвоста.

Ульяна невольно сравнила свой строгий костюм с одеянием сестры. Хорошо бы выглядеть так же. Жаль, у нее никогда не хватит смелости купить что-либо экстравагантное, забывая о том, что фигуры у них с сестрой почти одинаковые. Ульяна всегда считала себя не слишком изящной.

— Ты с ума сошла! — завопила Анжела, бросив на сестру пристальный взгляд. — Если ты собираешься пойти в ресторан в этом, — она негодующе ткнула пальцев в Ульяну, — то я вообще никуда не пойду! Больше того, передумаю выходить замуж. Как можно так безлико одеваться в твоем возрасте!

Буря в стакане воды — вот как расценила заявление сестры Ульяна. «Но вдруг Анжи будет продолжать в том же духе, чем испортит всей компании вечер», — подумала она.

— Ужин в деревенском ресторанчике вряд ли можно назвать выходом в свет. Но я не в том настроении, чтобы спорить с тобой из-за ерунды. Что ты предлагаешь? — поинтересовалась она, уже зная, что последует за ее вопросом.

— У меня есть кое-что подходящее для тебя. Только поклянись, что ты это наденешь и не станешь морщиться, изображая мученицу.

— Сначала покажи, — предусмотрительно сказала Ульяна. — Я не беру кота в мешке. Что-то глазки у тебя подозрительно блестят.

— Какое несправедливое недоверие к моим кристально честным глазам! — деланно возмутилась Анжела. — Вот смотри, — она извлекла из недр шкафа второй комбинезон. — Наш размер.

— Ну, на первый взгляд ничего пугающего в нем не заметно. Только как это будет смотреться в здешней глуши?

Ульяна скинула костюм и блузку. Натянула комбинезон. Правда, из-за квадратного выреза пришлось снять бюстгальтер. Она посмотрела на себя в зеркало, спереди и сзади. Нашла, что сама теперь походит на представительницу семейства кошачьих. Только в отличие от Анжелы напоминает не черную пантеру, а леопарда, благодаря расцветке ткани.

Сестра встала рядом с ней и довольно рассмеялась.

— Представляю реакцию наших мужчин. Съем твою осеннюю беретку, если они не раскроют рты от восхищения.

— Ты думаешь? — с некоторым сомнением в голосе спросила Ульяна. — Кстати, а почему мою милую беретку, а не твою вызывающую шляпку?

— Потому что, моя из последней коллекции известного модельера и очень дорогая, а твоя старая тряпка не стоит доброго слова. Еще есть вопросы?

— Сколько я от тебя терплю, — со вздохом пробормотала Ульяна, беря помаду сестры.

— Что ты делаешь? — воскликнула Анжела. — Это не твой цвет! Лучше возьми вон ту.

Она помогла сестре с макияжем. Теперь Ульяна выглядела значительно ярче и эффектнее. От осознания сего отрадного факта в ней проснулся бунтарский дух. В качестве эксперимента Ульяна решила опробовать новый облик на внезапно погрустневшем Тони. Просто ради спортивного интереса. Почему бы и нет? Жених и невеста весь вечер будут заняты исключительно друг другом. А они с Тони тоже могут славно повеселиться. Это ведь никому не запрещено.

Братья были явно не готовы увидеть двух грациозных кошечек одновременно. Особенно удивился Тони, тихо присвистнул,

— Ohh my heart! — и развел руками. — Крошки, вы разбили сердце бедного ковбоя! — выдохнул он.

— До чего вульгарно звучит. Но мне нравится, — расхохоталась Анжела, наслаждаясь произведенным эффектом.

Ульяна покраснела, и смущенно улыбнулась уголками рта. Ей было неловко под пристальным взглядом Марка.

Ресторан оказался очень уютным. Свободных столиков в зале почти не осталось.

— Ты говорил, здесь хорошо готовят рыбу, — обратился Тони к Марку, едва компания устроилась за одним из свободных столиков.

Ульяна придвинулась ближе к нему и поднесла к его носу меню: — Здесь настолько разнообразен выбор, у меня глаза разбегаются.

Стол освещала парочка настенных бра. И приглушенный свет роняла люстра на потолке. Глаза привыкли к полумраку, но изучать меню было все же затруднительно.

— Да, с выбором рыбных блюд нам сегодня не повезло, — произнес мрачно Тони, изучая меню.

— Предлагаю заказать телятину. И еще копченого лосося и салат, — он наклонился к уху соседки по столу, глубоко вздохнул и замер на секунду, — Ульяна, какие чудесные у тебя духи! Ты сводишь меня с ума.… А это не входило в мои ближайшие планы, — он галантно поцеловал ее теплое запястье и получил в ответ еще более теплую улыбку. — Ты сегодня просто неотразима.

Его слова звучали настолько приятно для слуха, и Ульяна едва не замурлыкала от удовольствия. Вечер обещал быть интересным.

— Не рановато ли твоей голове кружиться? — с укором кинул взгляд Марк на брата, — Анжелочка, как ты смотришь на телятину и копченую лососину? Или закажем что-нибудь другое?

— Закажи на свой вкус, дорогой, — улыбнулась ему Анжела.

— Превосходно, — проворковал Марк.

Официант принял заказ и исчез.

Заиграла нежная мелодия, и внимательный жених пригласил Анжелу на танец. Пока молодые кружились в танце, Ульяна наблюдала за ними, нервно сжимая в пальцах бокал с минеральной водой. Тони предложил ей потанцевать.

— Чуть позже, — ответила она, извинившись.

Вернувшаяся к столу пара оживила вялый разговор. Ульяне внезапно пришла в голову мысль, не пофлиртовать ли ей с Тони, намекнув, — она ждет повторного приглашения. Одного намека стало достаточно, и она, положив руку на мужское плечо, с удовольствием расслабилась в надежных объятиях. Тони ее нисколько не волновал, но находиться рядом с ним ей было приятно. Закрыв глаза, она представила себя плывущей на легком облаке. Так хорошо ей было в это мгновение!

— Ты уедешь сразу после свадьбы? — задумчиво спросила она, водя пальцем по воротнику пиджака Тони. — Или немного задержишься?

— Видно будет, — помедлив, уклончиво ответил он.

— Меня немного удивил отказ Марка погостить у меня на ранчо несколько дней, и проехаться заодно по штатам в качестве свадебного путешествия.

— Неужели! — встревожилась Ульяна. Глаза ее широко раскрылись.

— Скоромную свадьбу, Анжи как-нибудь переживет. Но вот отказа от приглашения погостить в Америке, уверена, она не вынесет. Марк довольно сильно рискует, принимая такое решение. А почему он так решил, ты не знаешь?

— Он что-то говорил о сильной занятости на работе. Что придется поднатужиться в этом месяце, и закрыть счета за аренду.

— Тогда пусть готовиться к урагану. Анжи камня на камне не оставит от его детективного агентства. Я, пожалуй, не стану задерживаться здесь, испарюсь сразу после церемонии, — она приблизила губы к уху Тони и шепнула:

— Пожалуйста, не говори Анжи о своем приглашении погостить на ранчо до церемонии. Хорошо?

Тони неожиданно расхохотался и поцеловал Ульяну в отливающие влажным блеском губы. Она не отодвинулась. Более того, крепче сжала руки вокруг его шеи и, «почему и нет?» — сполна насладилась умелым поцелуем, в котором, правда, не было особого огня.

Ульяной овладело бесшабашное настроение. И причиной его был не Тони, и не то обстоятельство, что Марк оказался свидетелем ее безрассудства. Скорее, оно было вызвано окончательным освобождением от унизительного чувства вины перед сестрой. Она ощутила полную свободу и твердо знала теперь, не позволит ни себе, ни Марку изменить сложившуюся ситуацию.

— Мне кажется, счастливая парочка не сводит с нас завистливых глаз.

— Что бы это значило? — легкомысленно отозвалась на слова Тони Ульяна.

Она оглянулась на сидящих за столиком Марка и Анжелу и помахала им рукой. Ей показалось, те чем-то недовольны. «Уж не переусердствовал ли Марк, не поделился ли с невестой планами? Нет. Если бы это было так, Анжи не вела бы себя настолько сдержанно».

— Они не будут счастливы, Ульяна, — вдруг сказал Тони, продолжая кружиться с ней под медленную мелодию. — Сама видишь, они совершенно не подходят друг другу. Ты, похоже, сознательно закрываешь на это глаза.

Безусловно, в чем-то он был прав. Не преданность сестре заставляла Ульяну поддерживать Анжи.

— Только они сами могут решить, будут счастливы или нет. Анжи считает, ей нужен именно такой муж как Марк. И она его получит. Марка никто не принуждал делать ей предложение. А как сложатся их дальнейшие отношения, мы можем только гадать. Хотя мы можем и ошибаться.

Тони внимательно посмотрел на нее. Убежденность, прозвучавшая в словах Ульяны никак не вязалась с печальным выражением, появившемся на ее лице. Он понял, ее тоже терзают сомнения. Ульяна знает, что Анжела не любит будущего мужа так, как должно быть, и для нее это не имеет никакого значения. Она осознанно позволяет сестре сделать опрометчивый шаг. «Обычными методами этот накрепко затянутый узел не распутать», — подумал Тони.

— Я что-то проголодался. Салат и рыбу нам уже принесли. Пойдем, перекусим, — сказал он, и повел Ульяну к столу.

— Лососина выглядит очень аппетитно, — сказала она, подойдя к столу танцующей походкой, и заняла свое место. Она уже предвкушала удовольствие, которое получит от любимой еды. Но Анжела нарушила ее планы.

— Уля, я тут подумала, может, ты договоришься на работе о дополнительном отпуске и полетишь вместе с нами в штаты? Дорогой, мы же можем в качестве свадебного путешествия погостить у Тони на ранчо? — мечтательно взглянула она на Марка.

Пока Ульяна откашливалась, пытаясь проглотить застрявший в горле кусок рыбы, Тони что-то шепнул брату на ухо. Легкая усмешка тут же тронула уголки рта Марка.

— У нас еще будет время все это обговорить после свадьбы, — ответила старшая сестра, решив прекратить обсуждение неприятного ей вопроса и не допустить скандала в ресторане.

Марк, хвала небесам, смолчал.

— Милый, ты же сам неоднократно рассказывал о поездках по штатам. Какие там необыкновенные места. Даже говорил, существует большая разница между поездками на Гавайи и Венецию. Ты же не будешь сейчас отрицать?

— Не буду, — скупо ответил Марк, и не проронил больше ни слова на интересующую невесту тему. Он не собирался ничего ей объяснять, это было ясно как божий день. Ульяна со злостью взглянула на него, он одарил, в ответ ее сводящим с ума взглядом… готовясь к схватке. В зале ресторана повеяло жаром.

— Анжела, разреши пригласить тебя на танец, — сказал, спасая положение Тони. Та с сожалением взглянула на жениха и встала. Когда сестра удалилась на безопасное расстояние, Ульяна укоризненно взглянула на Марка. Он довольно улыбнулся, отпивая по глотку из высокого бокала минеральную воду. В его крупной руке бокал казался игрушечным.

— Скажи, а куда бы ты захотела съездить представься такая возможность, в штаты или Венецию? — неожиданно спросил Марк. Ульяна вздрогнула.

«К чему это любопытство с его стороны? Интересовался бы лучше пожеланиями собственной невесты. Это куда важнее. Но отчего бы не помечтать о несбыточном?» — пустилась она в раздумья.

— Я бы отправилась в Рио-де-Жанейро, на карнавал. Обожаю смотреть, как танцуют самбу, и еще мне нравится капоэйра.

— Ни за что бы, не подумал, что ты выберешь Латинскую Америку. Тебе больше подходят Венеция или Париж, — задумчиво протянул Марк. — Ты поистине полна сюрпризов, моя милая Ульяна.

Ей не понравился дьявольский блеск в его глазах, и она ринулась в атаку:

— Хватит болтать обо мне! Лучше скажи, ты и вправду намерен прикрыться работой, и лишить Анжи всей прелести послесвадебной поездки куда-нибудь? Или твоя работа настолько важна для тебя, что ты предпочтешь ее новобрачной супруге?

— Да. И я прошу, объясни ты своей сестре, у меня завал на работе. Моя жизнь состоит не из одних только удовольствий. Каждая копейка дается с огромным трудом. Волка, как говорится, — ноги кормят, — Марк отвернулся от нее, бросил короткий взгляд в зал и лениво подцепил вилкой кусочек рыбы.

— Анжела сама захотела разделить со мной нелегкую жизнь частного сыщика, значит, ей придется отказаться от некоторых привычных радостей.

— Доля правды в твоих словах есть, признаю. Но Анжи не готова к слишком резким переменам. Разве трудно тебе выкроить несколько дней и съездить в Москву, провести время вдали от забот и обязанностей? — проговорила Ульяна, совершенно забыв о еде. Начиненный на вилку кусочек рыбы так и оставался висеть в воздухе, колышась во время разговора в ее руке. — Уверена, Анжи оценила бы это. Мне кажется, ты слишком давишь на нее. Даже иногда, немного издеваешься.

— Я часто говорил ей, какая жизнь ожидает ее, когда она станет моей женой, — Марк оставался непреклонен.

— По собственной инициативе она засиживалась вместе со мной допоздна в конторе. И сама являлась свидетельницей трудностей моей профессии, и мы с ней, я полагал, достигли полного взаимопонимания в этом вопросе.

— Однако ты не открываешь ей всей правды касающейся твоей работы, — укорила его Ульяна.

— Ничуть. Хочешь, скажу, как только она вернется к столу? — Марк решительно кивнул головой.

Ульяна поняла, он может поступить именно так, как сказал и отступила.

— Тебе нравится издеваться над всеми, — с огорчением в голосе сказала она. Марк издал довольный смешок, подтверждая верность ее догадки. Она испытующе посмотрела на него. Казалось, сейчас он настоящий, такой, какой есть на самом деле. «Хотя, кто его знает?» — подумала Ульяна. Она посмотрела в зал. Музыка замолкла, и Тони вел ее сестру к столу. Их разговор, начатый во время танца, продолжался.

— Тебе будет скучно, Анжела, сама потом убедишься, — говорил Тони. Та слушала его со вниманием и не возражала.

— О чем это вы? — спросила Ульяна. — Где ей будет скучно?

— Я говорю, на моем ранчо ей будет скучно, — не моргнув глазом, охотно пояснил Тони. — Там хорошо приехав ненадолго поваляться на солнце, а жить постоянно и батрачить, не сгибая спины — дело не очень завидное. Уверяю, вас.

— С чего это вдруг ей понадобиться ехать на твое ранчо? — недоуменно вставила Ульяна.

— Это я объяснил, каково жить на ранчо. В большей степени, всего лишь видимость, что там настолько прекрасно. На самом же деле жизнь там настолько проста. Бывают, конечно, праздники, и вылазки с друзьями в бар, необыкновенно вкусное барбекю каждую неделю, под песни какой-нибудь группы кантри музыкантов, — воодушевленно разошелся Тони.

— Ульяна, ты ведь никогда не бывала в штатах? Может, примешь мое дерзкое приглашение, погостишь у меня на ранчо?

— Не похоже, что там у тебя заскучаешь, как говорил ты только что, — усомнилась в его словах девушка, — по твоему рассказу, один сплошной праздник.

— Я сказал: возможно, заскучать. Но если ты согласишься погостить у меня, я сделаю все, чтобы устроить именно для тебя настоящий праздник. Мы махнем с тобой на моем самолете на курорты Флориды или в Нью-Йорк на премьеру какой-нибудь оперы. А какие там магазины! — Тони восхищенно прикрыл глаза ладонью и покачал головой из стороны в сторону. — Можем посетить показы мод знаменитых модельеров.

Ульяна машинально взглянула на сестру и заметила, как та слушает Тони, приоткрыв от волнения рот. Нарисованная хитрым американцем картина материального благополучия и всевозможных развлечений понравились бы кому угодно. Что уж говорить об Анжи? Ловкий ход, но ничего у Тони не выйдет.

— Хм, — произнесла Ульяна, пытаясь прервать браваду.

— Спасибо, Тони за приглашение, но у меня, к сожалению, не получиться принять его. Давай, лучше, сконцентрируем наше внимание на счастливом событии, которое вот-вот произойдет, — она окинула взглядом остальных.

В это самое время принесли телятину, и все присутствующие за столом отвлеклись от темы, принялись пробовать блюдо.

— Что-нибудь привезти, вам, дамы из Москвы? — спросил, меняя тему Марк.

— Ничего не нужно, — заявила ему Ульяна, и положила руку на плечо Тони. — Все, что нам понадобиться мы сможем найти здесь, Тони любезно обещал нам помочь. Занимайся своими делами, и ни о чем не волнуйся.

— Правда? — оживилась Анжела, — Тони ты и в самом деле будешь нам помогать?

— Разумеется. Я же обещал Ульяне, — он так обаятельно улыбнулся, что Анжела уставилась на него с зачарованным видом.

Ульяна вздохнула.

— Я думаю, нам пора домой.

— Да. Ты права. Нам с Анжелой лучше отправиться в постельку, взглянув на часы, согласился с Ульяной Марк, — тем более мне, нужно рано вставать. А вы с Тони, если хотите, можете остаться и посидеть, еще немного беседуя. Вернетесь на такси.

По виду Тони, Ульяна поняла, он остался доволен предложением Марка. Глаза его заискрились блеском.

— Мы поедем с вами, — опередив его, сказала Ульяна.

Дух противоречия заставил Тони возразить:

— Ты бы хоть ради приличия могла ухватиться за предложенную Марком идею.

— Извини меня, пожалуйста, Тони, я устала сегодня настолько, что мечтаю лишь о подушке под головой.

Тони покаянно опустил голову.

Ей стало жаль его.

— Ну ладно, не огорчайся. Мы обязательно с тобой вдвоем устроим еще одну вылазку в ресторан, — она подмигнула ему. Ульяна и сама не понимала, что с ней твориться. Внешне ее состояние почти никак не проявлялось. Но вот на душе все копилась и копилась странная тяжесть, словно она взвалила на себя непосильную ношу. Ее окутывала все более плотная пелена печали. Неприятно было думать, что это связано с неподавленным до конца влечением к Марку.

Всю обратную дорогу она оставалась задумчивой. Тони, сидя рядом с ней, пытался острить. Анжела весело хохотала над его забавными шутками. Марк молчал, не отрывая напряженного взгляда с дороги.

Перед тем как разбрестись по комнатам, молодые люди пожелали друг другу спокойной ночи. Марк властно притянул к себе гибкое тело невесты и коротко поцеловал ее в губы. При этом смотрел он на Ульяну, и в глазах его читались отнюдь не дружеские чувства.

Она предпочла не разгадывать предложенный Марком ребус, и подставила щеку Тони, который тут же прикоснулся к ней губами. Куда при этом был направлен его взгляд, Ульяна не видела, иначе бы сильно встревожилась.

***

На следующее утро, завтрак прошел без Марка. Он уехал в Москву. Звонил часто, но с невестой обменялся лишь парой фраз. Его больше интересовали дела дома, чем личная жизнь. Да и Анжелу трудно было удержать дома.

Тони вместе с сестрами, в поисках подходящего свадебного платья и аксессуаров объездили все городские свадебные салоны. Брат Марка оказался просто незаменимым. Давал очень дельные советы. Ульяна очень радовалась, что оказалась в компании такого предприимчивого и неутомимого человека. Когда она уставала, достаточно было попросить его, и Тони неотступно следовал за Анжелой дальше, обследовать следующие салоны-магазины.

А Ульяна в это время спокойно пила кофе в ближайшем кафе и прикидывала, все ли необходимое они купили, просматривая списки составленные вместе с сестрой. От обилия некоторых включенных в них Анжелой пунктах, она начинала нервничать. Порой ей приходила в голову мысль: подготовка к свадьбе не закончиться никогда.

Анжела и Тони возвращались к автомобилю, нагруженные пакетами. Их глаза сияли от восторга. Раскрасневшаяся от азарта Анжела пыталась поведать сестре подробно, что именно лежит в каждой коробке и в свертках. Но Ульяна уставала от одного только перечисления покупок, аккуратно складывала их на заднем сиденье и благодарила Тони.

Для нее самой тоже был приобретен элегантный костюм из бирюзового шелка, который чрезвычайно красил ее. Посмотрев на себя в зеркало примерочной, Ульяна нашла, что сшит он редкость удачно. Но цена! От вида суммы, девушка пришла в волнение, но быстро успокоилась и лично оплатила покупку. Оплата нарядов Анжи кредитной картой Марка, другое дело, а с какой стати он должен тратиться на нее? После продолжительного спора с сестрой, во время которого продавщица с трудом скрывала растущее раздражение, Ульяна все-таки выиграла.

Поделившись дома с Ниной Андреевной сомнениями по поводу разногласий с сестрой, Ульяна обнаружила в ней горячую сторонницу сестры.

— Ты обязана выглядеть на свадьбе самым достойным образом, — уверила ее Нина Андреевна. — Вполне могла бы воспользоваться предложением Анжелочки, оплатить покупку средствами Марка, в качестве подарка за помощь и содействие в подготовке к свадьбе, да и как будущей родственнице.

— Я ей об этом же все время толкую, — вмешалась в разговор Анжела, — так она упрямится…

Нина Андреевна невольно нахмурилась и повернулась к будущей невестке.

— Нам нужно многое обсудить, Анжелочка. После свадьбы я, возможно, уеду на некоторое время, и тебе придется самой вести хозяйство, заниматься садом, — она многозначительно умолкла.

Хорошенькое личико Анжелы заметно помрачнело. Она не любила напоминаний об этой стороне ее нового положения. Но протестовать не осмеливалась, лишь потихоньку вздыхала. Ульяна бросила на сестру сочувствующий взгляд, и, извинившись, покинула гостиную.

Спустя час, когда она уже заканчивала удаление лишних листьев с виноградной лозы, Анжела примчалась в сад и в полном отчаянии рухнула на скамью у беседки. Щеки ее горели гневным румянцем, в глазах полыхали молнии.

— Ты не представляешь, какая каторга ждет меня в ближайшем будущем! — поведала она сестре драматическим шепотом.

— Ты о чем? — рассеянно поинтересовалась Ульяна, высматривая направление длинной лозы, — Нина Андреевна тебя чем-то расстроила?

Анжела раздраженно фыркнула, выказывая крайнее негодование. А Ульяна озабоченно наморщила лоб, сжимая виноградные листья в руках.

— Я должна буду пригласить в гости всех ближайших соседей, угощать их, а потом поддерживать со всеми добрые отношения.

— Что в этом сложного? — невозмутимо пожала плечами Ульяна. — Будешь готовить завтраки, обеды и ужины для мужа, ждать его возвращения с работы, приветствовать по утрам соседей, перекинувшись парочкой фраз, это и есть жизнь, дорогая.

— Но, Уля! — испуганно воскликнула Анжела. — Как ты не понимаешь? Почему я должна все свое время отдавать другим?! Обеды и ужины — мужу. Слова приветствия — соседям. А мне что? Когда мне бывать на премьерах, концертах, вечеринках моих друзей? Я думала, как только поженимся, мы с Марком переедем в Москву, где жизнь бьет ключом. Где можно оставаться всегда беззаботной и яркой.

— Если ты передумала выходить замуж за Марка, позвони ему и скажи все как есть, какие сомнения терзают твою миленькую головку. Пока не поздно все отменить, — произнесла Ульяна, выпуская из рук лозу, и повернулась к сестре, — пока можно обойтись без скандала, позвони Марку, не отягощай положение.

— Нет, нет! Я не передумала, — торопливо заверила сестру побледневшая от волнения Анжела. — Дело уже зашло слишком далеко. Ты так много сделала для меня! Я ни за что тебя не подведу. Просто мне стало немного не по себе, когда я поняла, что осталась совсем одна, — она встала, подошла к сестре и обняла ее. — Поддержи, пожалуйста, меня сейчас! Мне очень трудно.

— Ну, разумеется, малышка, — Ульяна погладила сестру по плечу. — Успокойся. Постепенно ты привыкнешь ко всему. А то, что вы будете жить с Марком в таком большом доме одни, это даже замечательно. Тебя не будет контролировать свекровь. А Марк обязательно тебе будет во всем помогать. Ну не монстр же он, наконец, все поймет. Ты юна, и многого еще не умеешь. Все невесты с этого семейную жизнь начинают, — Ульяна ободряюще улыбнулась сестре.

— Ступай к себе и примерь еще раз свадебное платье. От этого у тебя сразу же поднимется настроение, — она подмигнула.

Ход оказался верным. Успокоившись, Анжела ушла к себе, а Ульяна скрестила руки на груди и глубоко задумалась.

Просить Марка, не давить на Анжи было бесполезно. Он намерено игнорировал слова Ульяны, в этом теперь девушка была абсолютно уверена. Марк открыто издевался над сестрой, Ульяна пришла к этой мысли еще во время ужина в ресторане.

«Но нельзя же сидеть, сложа руки, пока сестра так переживает!» — подумала Ульяна, «Может поговорить с Ниной Андреевной? — пришла в ее голову мысль.

Но поговорить с хозяйкой дома никак не получалось. Рядом с ней постоянна присутствовала Катерина Алексеевна. Да и вечером, когда она попыталась вновь поговорить с хозяйкой дома, та уже отдыхала, а Катерина Алексеевна ссорилась с сыном, из-за того что тот чрезмерно много времени проводит с Анжелой.

На взгляд Ульяны, сестра и Тони очень неплохо проводили время. Она заметила спустя час после беседы с сестрой их вдвоем в саду, мирно беседующих. Анжела улыбалась. От ее недавнего плохого настроения, казалось, не осталось и следа.

Чувство постоянного напряжения Ульяны спало, когда она с облегчением узнала, что Марк вернулся.

Он вошел в гостиную с видом победителя, светясь надеждами, которым суждено было скоро сбыться. Ворох пакетов, что свалил он демонстративно на диван, в скором времени перекочевал в его комнату. Видимо время в Москве он провел не без пользы.

Незаметно от окружающих, Ульяна вглядывалась в лицо Марка и находила, что он стал еще более красивым. Или она забыла, и он всегда был так же неотразим?

— Через три дня я стану женатым человеком, — сказал он, и подмигнул брату, когда все присутствующие в доме сели ужинать за стол. Тони в ответ довольно криво ухмыльнулся.

— С Алгашей Игоревной, насчет времени регистрации я договорился. Все пройдет как по маслу, — продолжал разговор Марк, окинув колким взглядом Ульяну, и отчего-то слишком довольно улыбнулся.

Ульяна почувствовала себя не в своей тарелке от такого откровенно нахального взгляда. У нее даже сложилось впечатление, что Марк командует всеми в доме, как генерал на параде. Не успел приехать, всем дал задание. И никто не осмелился возразить, настолько властно и непреклонно звучал его голос. Трудновато придется Анжи с таким мужем.

Она взглянула на Нину Андреевну, вспомнила, что хотела поговорить с ней, и тут же отказалась от своего намерения. Хозяйка дома выглядела неважно. Ее следовало поберечь. Родственница Катерина приняла верное решение, приобрела путевку в санаторий «Звенигородский». Несомненно, Нина Андреевна и подлечиться после утомительной свадьбы, и прекрасно отдохнет на природе.

Отдав все распоряжения, Марк удалился в кабинет. Следом за ним туда направился Тони. Анжела выразительно разведя руками, отправилась искать телефонный справочник, и записаться к стилисту и визажисту. Какое-то время в глубине дома звучали голоса Нины Андреевны и ее золовки Катерины, но постепенно они смолкли, и Ульяна осталась в одиночестве.

Оставалось совсем немного времени до того момента, когда она передаст сестру Марку и уедет отсюда. Ульяна подошла к окну и взглянула на сад. Еще три дня она будет гулять по этим прямым дорожкам. Еще три дня сможет любоваться великолепием цветущих клумб. Еще три дня ее обоняние будет ощущать дурманящий аромат роз, качающихся на легком ветерке. Позже, когда хозяйкой всего этого великолепия станет Анжи, она постарается как можно реже приезжать сюда. Ни к чему понапрасну надрывать душу, глядя на чужое счастье.

На нее вдруг нахлынула такая тоска, что сердце болезненно сжалось. Комната пестрой каруселью закружилась вокруг нее, и она почти упала в кресло.

В гостиной появился Марк.

— Прости, ты не знаешь, куда подевалась Анжела? — деловито поинтересовался он. — Мне нужны телефоны ее бывших коллег по ресторану, думаю, нужно пригласить на бракосочетание парочку.

Уголки его рта подозрительно дернулись, словно он хотел чему-то улыбнуться, но передумал.

— Анжи, кажется, побежала к себе, — с трудом припомнила Ульяна, глаза ее помимо воли впились в дорогое лицо. Она ничего не могла с собой поделать: смотрела и смотрела на Марка. А он подходил все ближе.

— Но раз ты ее не заметил, значит, она точно в своей комнате.

— Ты сегодня выглядишь немного утомленной. Чем-то огорчена или плохо выспалась? — заботливо спросил Марк.

— Нет, все в порядке. Просто задумалась. Анжи скоро станет твоей женой и хозяйкой прекрасного дома и сада, затем — матерью твоих детей. Изменится не только ее жизнь, но и моя. Мне грустно оттого, что я редко буду видеться с сестрой.

— В таком случае, переезжай к нам сюда. Будешь жить с нами, — рассудил Марк. — Мы с ней только порадуемся твоему обществу. Я уж не говорю о маме. Ты ее просто очаровала. И школу подходящую, если захочешь дальше преподавать, мы найдем.

На мгновение лицо Ульяны исказила гримаса боли. Пальцы крепко вцепились в изогнутые подлокотники кресла. Предложение Марка было для нее неприемлемо. Ради младшей сестры Ульяна старалась под любыми предлогами избегать его общества. Ничто не может заставить ее поселиться здесь и ежедневно медленно жариться на огне безнадежной любви.

— Не могу, извини.

— Не вижу причины для отказа.

Марк, сдвинул брови в линию, и испытующе взглянул на Ульяну. Она поспешно опустила ресницы, опасаясь, он прочтет в ее взгляде слишком многое.

— В Москве вся моя жизнь, работа, друзья… разве этого недостаточно?

— Пустые отговорки. Назови настоящую причину, по которой ты не хочешь оставаться в моем доме.

— Разве обязательно произносить ее вслух?

Ульяна замолчала. Как это было жестоко — заставлять ее выворачиваться наизнанку. Но Марк, с упорством продолжал ожидать ответа.

— И все же я хотел бы знать, что мешает тебе быть счастливой рядом с сестрой?

— Мне будет больно видеть тебя рядом с другой женщиной! — вырвалось у нее против воли. Вспыхнув, она вскочила на ноги и метнулась к двери, едва не столкнувшись в проеме с Тони. Он проводил ее долгим удивленным взглядом и вопрошающе приподнял бровь.

— Не обращай внимания, — спокойно заметил Марк.

— Ничего серьезного. Мелкие разногласия.

— Ну-ну, — недоверчиво проворчал Тони. — Ты ушел искать номера телефонов и пропал. Я устал ждать тебя с телефоном в руках.

— Не ворчи. Спроси лучше номера телефонов у невесты, и заодно намекни, я намерен пригласить на свадьбу всех работников ресторана, и прилюдно объявить, с того момента, как она станет моей женой, ей придется забыть, что такое работать, и приобрести новый навык — научиться неотрывно рожать.

— Ого! — хмыкнул Тони, — похоже, ты планируешь сделать из нее свиноматку.

— Иначе нельзя, — развел руками его брат. — Все остальное мною уже испробовано. На все у нас три дня.

— Кому ты это говоришь? Я словно приговоренный к казни, мучаюсь, считая минуты до гибели, и помогаю при этом тебе, приближая тем самым казнь, — Тони сложил ладони на груди и поднял глаза к небу: — Готов отдать душу за то, чтобы ты отказался от своего плана.

— Не теряй времени даром, помоги мне приобрести счастье, и оно вернется к тебе ответом, в виде прекрасной спутницы, но не моей любимой Ульяны, — грозно посмотрел на брата Марк. Довольный тем, как идут дела, он вспомнил, как Ульяна поспешно ретировалась, и улыбнулся: «до чего же она хороша, когда смущается!». Пухлые губки так четко произнесли слова, подсказанные жгучей ревностью, и так страстно выразили все, что Ульяна испытывала к нему, что у него не осталось сомнений, она проиграла битву самой себе.

Ульяна сгорает от любви, и только преданность и беспокойство за будущее сестры не дает ей открыто признаться ему в своих чувствах. Он вновь увидел перед собой ее горящее смущением лицо и едва не застонал от желания. Пришлось прижаться лбом к прохладному оконному стеклу.

«Три дня!» — думал он, с трудом представляя, как переживет их, и как жил он все предыдущих три дня в Москве. Как отыскал американца Дэниела Кинли, и припугнул: он нарыл на него столько информации, и если тот ему не поможет, сдаст с потрохами в надлежащие органы.

Кинли умело манипулировал женщинами, такими бесшабашными глупышками как Анжела. Прикидываясь богатым иностранцем, пускал в ход легенду, как мечтает заполучить в жены русскую красавицу. Те, конечно же, в свою очередь не упускали шанс прибрать к рукам состоятельного «принца», и сами не замечая попадали в сеть предприимчивого мошенника.

Его клиентка, такая же пострадавшая сторона, как и другая дама, напавшая в клубе на Анжелу. Если бы не Марк, на следующее утро Ульяна застала бы сестру с расцарапанным до неузнаваемости лицом. Марк потом долго рассуждал сам с собой, верно ли он поступил, вовремя выхватив из рук взбунтовавшейся особы Анжелу. Так бы все разрешилось на следующее утро само собой. Но не было никакой уверенности, осталась бы Ульяна погостить еще в его доме. Она бы просто упорхнула из дома вместе с пристыженной сестрой, и Марку вряд ли бы удалось найти подходящее объяснение.

Долго обдумывая дальнейшее развитие событий, он пришел к выводу, без американца Кинли ему не обойтись. Тот, конечно же, не стал упрямиться, согласился на условия Марка. Пустив в ход, все свое обаяние, под любым предлогом он должен увести Анжелу из дома. А уж он-то постарается вместе со своим братцем, Тони умелыми манипуляциями довести невесту до отчаяния. Любая другая, окажись на месте Анжелы, поступила бы так же, выбрала более перспективный, по ее мнению вариант.

На протяжении всего следующего дня Ульяна старалась не попадаться на глаза Марку. Она сгорала со стыда, вспоминая свои опрометчивые слова, порожденные переполненной страданиями душой. Дорого бы она отдала, чтобы той сцены в гостиной никогда не было. Неуместные признания не принесут облегчения ни ему, ни ей. О них нужно поскорее забыть.

Она долго беседовала с сестрой, давая ей всевозможные советы, но Анжи, кажется, в них не нуждалась, на удивление Ульяны оставалась спокойной и уверенной в себе. Только вздохнула, что ее помолвка оказалась такой короткой. Ей хотелось провести несколько месяцев в роли невесты. Было бы так заманчиво продемонстрировать друзьям и всему свету пойманную в силки добычу. Какое огромное удовольствие она получила бы, нося на руке великолепное кольцо, подаренное ее сказочным принцем. Сколько завистливых взглядов приятельниц и знакомых она могла бы поймать.

Вместо этого теперь должна в спешке готовиться к свадьбе, которая пройдет тихо и незаметно. Интересно, обмолвятся ли парочкой слов об их с Марком бракосочетании местные газеты? Или Марк настолько поглощенный другими проблемами позабыл оповестить их об этом?

Жалуясь и сетуя, Анжела не обращала внимания на сестру. Не замечала, что Ульяна совсем потеряла аппетит и похудела. Чем меньше времени оставалось до бракосочетания, тем несчастнее становилось ее выразительное лицо. Прояви Анжела немного чуткости, Ульяна не избежала бы расспросов. Но та не могла не думать и говорить ни о ком, кроме себя самой.

Жених мало времени проводил с Анжелой, но ее это ничуть не смущало. Напротив, она была довольна. Марк в редкие минуты общения с ней не был особенно ласков. Поцелуи, которыми он обменивался с невестой на глазах у Тони и Ульяны, выглядели холодноватыми. Несмотря на это, они все же вызывали некоторую долю отрицательных эмоций у заинтересованных наблюдателей.

Тони тоже становился серьезнее и чаще намекал об отъезде. По вечерам он рассказывал о прелестях жизни в штатах. Частенько Ульяна замечала, как мужчины за столом переглядываются. Она силилась понять, что происходит, но безуспешно. Оставив эти попытки, она поплыла по течению, думая лишь о том, как оставит скоро гостеприимный, ставший родным для нее дом, и людей ставших за короткое время едва ли не самыми дорогими на свете. Она заранее знала, что будет скучать по Нине Андреевне и ее сыну. О, Марк! Зачем только судьба свела ее с ним?

Ульяна вздохнула.

— Нет, это несправедливо!

— Что несправедливо? — изумился Тони. Он прервал рассказ о готовке рыбы и застыл с ножом в руках. — Тебе кажется несправедливым, что мы отрезаем рыбе голову еще живой? Но ведь, это живность, данная нам свыше ради пропитания.

— Какое еще пропитание? — Ульяна очнулась и с удивлением обнаружила себя сидящей за столом. Все смотрели на нее с веселым недоумением.

— Прости, я задумалась о своем.

— Тогда хорошо, а то я уж подумал, ты считаешь меня варваром, — рука Тони ожила и потянулась к тушке рыбы, подцепила ее кончиком ножа.

— Ни в коем случае. Я очень о тебе высокого мнения, не сомневайся. Ты что-то там рассказывал. Пожалуйста, продолжай! — попросила она.

— Я говорил, как только вернусь домой, поеду с друзьями на рыбалку. Скорее бы прошла свадьба. Марк станет женатым мужчиной. Займется молодой супругой и домом. Реконструкцией веранды. А я, продолжу, как прежде рыбачить с друзьями, навещу деда с Калебом во Флориде.

— Уверена, дед был бы счастлив, видеть тебя женатым человеком, — проницательно заметила Нина Андреевна.

— Катерина, втолкуй ты ему, хватит плодить Калебов. Он так и останется при деде красивым сексапильным мачо, дурящим девицам мозги.

Тони расхохотался.

— О, да! Наш красавчик Калеб главная достопримечательность пляжей Флориды. Без него там некому будет развлекать туристок. На месте губернатора я бы приплачивал ему жалование за это.

— Так попроси братца привезти одну из девиц в качестве жены для тебя, — усмехнулся Марк. — Все же толк от него будет.

— И что будет делать на ранчо такая девица? — с неприязнью спросила Анжела, смяв в пальцах салфетку. — Доить коров, я полагаю?

— Какое кощунство! — Тони едва не подскочил на стуле.

— Я бы такую девицу на километр к коровам не подпустил. Понимаю, моему брату Калебу не нравится жизнь на ранчо, а мне даже очень. В мире много интересного помимо тряпок и развлечений на пляже.

— А как же быть с наследниками? — спросила Нина Андреевна. В глазах Анжелы читался тот же вопрос.

— Я не хочу торопиться с женитьбой и наследниками. Придет еще мое время. Я не такой как Марк, не стану требовать от жены ребенка в первый же год после брака, — сказал Тони, бросив взгляд на Анжелу. Та в ответ грустно вздохнула, рассчитывая на сочувствие, но так и не дождалась его ни от Тони, ни от сестры, и ни от Нины Андреевны с сыном.

— Здесь ситуация совершенно другая, — покачал головой Тони, — Марк вырос в другой стране, с другим пониманием жизни.

— Я все понимаю, — вздохнула Анжела. — Но ведь следует учитывать и мои интересы.

Марк, молчавший почти весь вечер, потерял терпение.

— Перестань капризничать, дорогая. Твои интересы уже учтены: ты выходишь за меня замуж. Разве не этого ты хотела больше всего на свете?

Анжела промолчала, только тяжело вздохнула. Ей явно стоило большого труда не ответить жениху какой-нибудь резкостью. Назревающая в столовой ссора встревожила Ульяну. Она с беспокойством взглянула на Анжелу и Марка.

— Думаю, всем пора отдыхать, — сказала она. — Завтра с самого утра начнутся сплошные хлопоты. Анжи, в десять часов к тебе приедет визажист. Невеста должна быть выспавшейся и энергичной. Круги вокруг глаз тебя не украсят.

— Ты совершенно права, Ульяна, — поддержала ее Нина Андреевна. — Завтрашний день обещает быть напряженным. Спокойной ночи, мои дорогие! Хорошего всем отдыха!

Перед дверью своей комнаты Анжела резко остановилась. Смотрела на Ульяну несколько долгих мгновений и неожиданно бросилась ей на шею. Взволнованная Ульяна обняла сестру и замерла, чувствуя, как горячая влага струиться по лицу сестры. Она плакала!

— Милая, что с тобой? Роднуля моя, ты волнуешься перед свадьбой, да? — допытывалась она. — Я буду рядом. Не бойся! Все пройдет прекрасно.

Казалось, сестра не слушала ее. Она о чем-то напряженно размышляла. Придя к какому-то решению, подняла заплаканное лицо и поцеловала Ульяну.

— Что бы ни случилось в жизни. Как бы я ни огорчила тебя, — очень твердо сказала она, хотя губы ее дрожали от волнения, — помни, что я очень, очень тебя люблю.

Взгляд ее был странен. Ульяне показалось, сестра хочет сказать ей что-то еще.

— Я тоже тебя люблю, милая. Успокойся, все будет хорошо, — Ульяна едва сдерживала рвущиеся наружу слезы. Сестра растрогала ее до глубины души. Теперь при одной только мысли, что придется оставить ее после свадьбы, девушка почувствовала угрызения совести.

— Ну не плачь. Не надо. Я же с тобой!

Слезы перестали катиться по лицу Анжелы. Она смахнула их тыльной стороной ладоней и слабо улыбнулась. Отвела в сторону глаза и произнесла:

— Прости. Что-то я расклеилась некстати.

— Пустяки! Я все понимаю. Успокойся. Через такое проходят все невесты, — Ульяна ласково провела рукой по щеке сестры.

— Брак очень ответственный шаг. Ты выбираешь не только мужа, но еще и судьбу.

— Спокойной ночи, Уля! — Анжела отступила на шаг, и приоткрыла дверь своей комнаты. — Ложись. Отдыхай. И не беспокойся обо мне. Все в порядке.

Она исчезла. А Ульяна осталась стоять в коридоре, раздумывая над словами сестры.

«Может быть, стоило дать Анжи успокоительного, чтобы она сразу уснула, и не тревожилась о будущем? Но ведь она сказала, все в порядке. Это просто предсвадебное волнение», — думала Ульяна, пообещав себе утром заглянуть к сестре и предложить помощь в подготовке к церемонии. «Хорошо, что свадьба намечается немноголюдной, Анжи перенесет ее легче», — порадовалась девушка за сестру.

Утром, на стук в дверь никто не отозвался. Ульяна понимающе улыбнулась: «Спит без задних ног! Наверное, приняла успокоительное на ночь».

Она осторожно нажала на витую железную ручку и вошла. Комната была пуста. На несмятой постели лежало подвенечное платье, а на нем записка. Ульяна удивленно уставилась на кровать.

«Да чтобы Анжи самостоятельно проснулась в такую рань, быть этого не может!»

До приезда стилиста и визажиста оставалось чуть более часа. Она не упустила бы случая поваляться на мягких подушках до самой последней минуты. Ульяна собиралась накормить сестру плотным завтраком, чтобы та не упала во время церемонии в обморок. Волнение может сыграть в злую шутку с любой невестой.

«Но где же Анжи?» — Ульяна прислушалась. В ванной тоже было тихо. «Странно. Куда она могла уйти?»

Дурное предчувствие заставило девушку заглянуть в шкаф. Вещей сестры там не было. Не было ничего принадлежащего Анжи, — ни костюмов, ни платьев, ни дорожного чемодана. Ульяна растеряно оглянулась на столик у зеркала. Армада косметических и парфюмерных средств, обычно громоздящаяся на нем, тоже исчезла.

В панике девушка бросилась к кровати и схватила записку. Развернув ее дрожащими пальцами, прочитала:

Дорогая Уля! Я уезжаю с Дэниелом, с американцем, о котором тебе рассказывала. Подумав хорошенько, я решила, он подходит мне намного больше, чем Марк. Пожалуйста, постарайся как-нибудь уладить дело. Верю, что тебе это по силам. Прости меня!

Твоя сестричка, Анжи.

Лист бумаги выскользнул из разжавшихся пальцев Ульяны. Она стиснула пальцами виски, пытаясь осмыслить размеры постигшей ее катастрофы. Ее сестра бросила жениха в день свадьбы, когда все готово и ожидается приезд гостей.

«Как она могла так поступить?! Ее побег унизит Марка. Он самолюбив и не простит такого поступка, и будет совершенно прав», — выдохнула, представляя, что будет, когда домашние все узнают, Ульяна.

«А Нина Андреевна?!» — девушка ахнула, представив боль, которую испытает эта милая хрупкая женщина. Она так готовилась к свадьбе единственного сына! Что скажет она? И как теперь смотреть ей в глаза?»

Первым порывом Ульяны было собрать быстренько вещи и улизнуть незаметно из дома, пока никто не узнал о бегстве Анжелы. Но подумав, она сочла эту мысль недостойной. «Нужно сообщить Марку и его матери о том, что случилось».

Ульяна готова была на любые жертвы, лишь бы помочь им справиться с ситуацией. Но что она может сделать? Лично извиниться перед всеми за безрассудство сестры? Возместить расходы, понесенные семье жениха?

«Да все что угодно!» — подумала Ульяна, радуясь, что не сообщила родителям о свадьбе их младшей дочери. Честно говоря, она закрутилась и забыла отправить телеграмму отцу. Но даже будь она собранней и внимательней, родители все равно не смогли бы приехать. Из недавнего письма матери Анжи, Ульяна знала, та завела нового ухажера, концертного директора известного музыканта и собиралась отправиться с ним в гастрольный тур по Европе. Отца вряд ли бы отпустила в Москву молодая жена.

До них, конечно же, дойдет эта некрасивая история. Но со временем острота момента притупиться. Страсти улягутся. Нина Андреевна однажды даже сможет пошутить на больную тему, и не станет упрекать Анжи.

Но это будет после. А сейчас она соберется с духом и пойдет к Марку. Он первым должен узнать о бегстве невесты. Она от всей души надеялась, он встретит ужасную новость с достоинством.

Ульяна поискала его в кабинете. В гостиной. На кухне. Безрезультатно. Встретив у лестницы Катерину Алексеевну, поинтересовалась, не встречала ли та Марка.

— Вероятно он еще у себя, — ответила его тетка. — У тебя что-то серьезное? — спросила вдобавок.

— Мне очень нужно с ним поговорить. Пожалуйста, передайте ему, я жду его в гостиной.

Расстроенное лицо Ульяны подсказало Катерине Алексеевна, речь идет о чем-то важном и действительно неотложном. Сказав, что она непременно передаст ему просьбу, тетка Марка исчезла из поля зрения.

***

Ульяна направилась в гостиную и в нетерпении принялась шагать взад-вперед по ковру.

Вскоре вместо Марка появилась Нина Андреевна.

— Доброе утро, Ульяна! Катюша сказала, ты разыскиваешь моего сына? Может, я смогу, чем тебе помочь? Видишь ли, Марк уехал по каким-то срочным делам, касающимся церемонии. Он сегодня с самого рассвета на ногах. Очень волнуется. А как себя чувствует невеста?

— Вот об этом я и хотела поговорить. Конечно, Марк должен узнать об этом первым. Но так даже лучше, — Ульяна зажмурилась и выпалила: — Анжи ночью сбежала. Оставила записку, что уезжает с каким-то американцем, Дэниелом. Свадьба не состоится.

— Скажи, что ты неудачно пошутила, — схватилась за сердце Нина Андреевна, побледнев, опустилась на диван. Паренек, что открыл Ульяне ворота в день приезда, тут же подскочил, промычал что-то нечленораздельное, бросился вон из гостиной и вернулся пару минут спустя с таблетками и стаканом воды. Нина Андреевна проглотила две и глотнула из стакана воды.

— Со мной все в порядке, Кешенька! Иди, — устало вздохнула хозяйка дома. — Мне уже скоро ничего не нужно будет. Боже, мой! Сбежала!

Именно такой реакции Ульяна и опасалась. Она собиралась сообщить о происшествии как можно деликатнее, но нервы в последний момент ее подвели. Одно утешало: Нина Андреевна сама расскажет обо всем сыну, тогда Ульяна избежит тягостного разговора с Марком. Не успела она об этом подумать, на пороге появился он сам.

Принаряженный и тщательно причесанный жених весело улыбался. Он выглядел так, словно с минуты на минуту ожидал исполнения самого заветного желания. Сердце девушки сжалось от мучительной боли. Марк был так хорош сегодня!

Ульяна представила, как он возмутиться, узнав ужасную новость. Синие глаза, горящие сейчас радостным огнем, потемнеют от нанесенной обиды. Сдвинутся густые брови, придав его лицу суровое выражение. Красиво очерченный рот потеряет играющую на губах улыбку. Ульяне очень не хотелось огорчать Марка. Но делать было нечего.

— Анжи сбежала с каким-то американцем, — сказала она упавшим голосом и отвернулась, чтобы не видеть, как измениться лицо брошенного жениха.

В гнетущем молчании прошло несколько тягостных минут. Девушка по-прежнему смотрела в пол, испытывая стыд за сестру.

Тем временем Марк и Нина Андреевна обменялись быстрыми взглядами. В руке Ульяна судорожно сжимала злосчастную записку. Марк подошел к ней, и, разжав побелевшие пальцы, завладел смятым листком бумаги. Пробежав глазами строчки, он отбросил записку в сторону, словно она жгла ему руки. Ульяна затаила дыхание, ожидая справедливого гневного упрека в свой адрес.

Но Марк молчал. Напряжение в гостиной возрастало. Не выдержав, Ульяна заговорила первой:

— Мне так жаль, Марк, — она снова опустила голову. Чувство вины все сильнее давило на нее, грозя стать невыносимым.

— Поверь, я очень сожалею о том, что случилось.

— Как ты могла этого допустить? — в тишине, установившейся в гостиной, голос Марка прозвучал слишком громко. Ульяна даже вздрогнула.

— Я ни о чем не догадывалась, клянусь тебе! — принялась оправдываться она. — Неужели ты думаешь, я каким-то образом замешана в этом?

Сердитый взгляд, брошенный на нее Марком, подтвердил ее опасения.

— Что ты прикажешь теперь делать? Из-за взбалмошной девки, я попал в неприятную ситуацию. Какой позор меня ждет перед заведующей Загсом, что она подумает обо мне, когда я сообщу, что отменяю регистрацию. А гости? Мои друзья и родные? Что я скажу им? От меня сбежала невеста? И прямо на свадьбе! Как я буду смотреть людям в глаза?

Слова Марка явно доказывали, он сильно задет. Вероятно, Ульяна недооценила силу его чувств к Анжи.

— Скажи, что я должна сделать, чтобы помочь тебе? — взволнованно, с испугом в голосе спросила она, не в силах больше смотреть на страдания красивого сильного мужчины. — Хочешь, я сама встречу гостей, и перед каждым лично извинюсь за Анжи. И скажу, что свадьба просто переносится. Позже ты объявишь о размолвке с невестой.

Отвергнутый жених воззрился на нее в крайнем изумлении.

— Ты всерьез хочешь выставить меня на всеобщее посмешище? — проскрежетал он, когда снова обрел дар речи.

— Гости уже на подходе. И правду не скроешь. Все равно новость просочиться.

— Но что же тогда делать? — едва не заплакала Ульяна.

— Неужели ничего нельзя придумать?

В ответ она не услышала ни слова. Только непримиримый ненавидящий взгляд. Ульяне вдруг показалось, она слышит отчетливый скрежет крепко сжатых зубов Марка.

— Подумай сам, ведь лучше, если люди еще до свадьбы выясняют, что не подходят друг другу. Потом все было бы намного сложнее. По сравнению с этим загубленная судьба — пустяк, — попыталась вразумить его Ульяна.

В синих глазах Марка появился интерес.

— Какие сложности ты имеешь в виду? Развод?

— И это тоже. Помимо прочих неприятностей.

— Развода в моей семье не будет! — отрубил Марк, что выглядело нелепо, ведь его только что бросила невеста. «Где гарантия, что другая женщина, на которой он когда-нибудь женится, не поступит таким же образом?» — подумала девушка, решив, не возражать ему и поспешила выразить согласие с его взглядами на семейную жизнь. — Разве можно в наше время быть в чем-то абсолютно уверенным? Развод — это плохо, я согласна с тобой.

— Я никогда не разведусь!

— Верю тебе! — Ульяна радовалась уже тому, что Марк разговаривает с ней, отвлекаясь от несчастья.

Он хотел что-то сказать, но замер, осененный внезапно пришедшей мыслью.

— А ведь ты можешь мне помочь.

От облегчения Ульяна вздохнула. «Все что ему будет угодно, лишь бы смягчить его боль, причиненную сестрой».

— Говори. Я сделаю все, что от меня зависит, — сказала она вслух.

— Замени собой Анжелу.

— Что? — Ульяна решила, что ослышалась. Не мог же он на самом деле сказать это!

— Стань моей женой вместо Анжелы, — повторил Марк и уставился на Ульяну немигающим взглядом.

— Это единственный выход из положения.

То ли из-за гнетущего чувства вины, то ли из-за полной неспособности сопротивляться гипнотизирующему взгляду Марка, Ульяна широко раскрыла глаза и растерянно пробормотала:

— Если ты говоришь это серьезно, то…, — у нее перехватило горло, и вместо окончания фразы прозвучал нечленораздельный хрип. Откашлявшись Ульяна ответила: — Если ты считаешь, что это единственный выход, и ничто другое не сможет помочь, я…, я, наверное, соглашусь.

Ей показалось, лицо Марка немного смягчилось, впрочем, ей было не до этого, главное — устоять на ногах и не рухнуть на пол в глубоком обмороке. Небольшая надежда, что Марк шутит, еще теплилась в ней.

— Прекрасно. В таком случае, мы спасены. Есть жених, имеется и невеста. Свадьба состоится!

Ульяна попыталась найти довод способный вразумить свихнувшегося с горя жениха, и как назло в голову лезла одна ерунда.

— А как же платье?

— Не делай из этого проблему. Анжела, будь она неладна, говорила, у вас с ней один размер. Разве не так? — сердито спросил Марк.

— Да, верно. Размер у нас один. А кольцо? Подойдет ли мне кольцо?

— О кольце тоже не волнуйся, что-нибудь придумаем.

Забытая на время Нина Андреевна вернулась в разговор.

— Уверена, сын, ты что-нибудь придумаешь с кольцом, — сказала она, подойдя к Ульяне, ввергнув девушку в состояние близкое к шоку. — Немедленно, сейчас же, займись этим, — в ее голосе появились ворчливые нетерпеливые нотки. — Пойдем Ульяночка, у нас много дел. Стилист уже на подъезде.

Остолбеневшая Ульяна тупо смотрела вслед удаляющейся из гостиной Нине Андреевне. Она ничего не понимала. Происходящее никак не укладывалось в ее сознании. Каким образом Марк собирался объяснить гостям, в приглашениях, которые она писала сама, значилось одно имя, а по факту, он женится на другой?

Она не заметила, как вслух спросила его об этом.

— Свалю все на спешку, — беззаботно махнул рукой Марк. Он явно повеселел и уже не выглядел подавленным и разгневанным. — Вряд ли гости посмеют усомниться в моих словах.

А мысли Ульяны переключились уже на другое.

— А как же заявление в загсе? Как ты объяснишь там расхождение в именах, и паспортных данных.

Марк недовольно поморщился, и вел себя, словно он все решил, и ничто не сможет ему помешать.

— Не твоя забота. В загсе я все утрясу. Лучше иди, готовься к церемонии. Тебя уже ждут визажист и стилист. Прическа, макияж, платье — на все у тебя два часа. Когда будешь готова, позвони. А я побежал покупать кольцо.

— Хорошо, — кивнула Ульяна и вышла из гостиной на негнущихся ногах, в полном смятении мыслей и чувств.

Закрыв за собой дверь, девушка прислонилась к ней спиной и замерла. До нее только сейчас в полной мере начало доходить, какой отчаянный поступок она совершает. «Заменить собой сестру!» — пробормотала она, едва шевеля губами.

Даже в страшном бреду такое не могло ей представиться. И вот, пожалуйста, это случилось, и наяву. «Анжи, что ты натворила?! Теперь вряд ли когда-нибудь мы сможем встретиться втроем? Марк никогда не простит тебе твоего поступка. Он так и будет чувствовать себя оскорбленным».

Нелепо было думать, что Марк когда-нибудь забудет, что вынужден был жениться на другой женщине, не на той, которую выбрал сам, а на которой заставило обстоятельство. Ульяна тоже постоянно будет помнить об этом. И жизнь превратиться в кошмар. Супружеская постель станет ложей для измученных неразделенной любовью сердец. И не дай Бог, в самый интимный момент, Марк произнесет имя сестры. О, ей тогда не вынести такой пытки!

«Нет! Она не сможет стать его женой!» — Ульяна решительно распахнула шкаф и принялась сдирать с вешалок одежду. Кое-как сворачивая в рулоны платья и блузки, запихивала в сумку, оглядываясь по сторонам, проверяя, не забыла ли в спешке чего из вещей. Руки дрожали от волнения. Один из флаконов с туалетной водой упал и закатился под тумбу, девушка тупо смотрела в то место, не спеша наклониться за ним.

Осторожный стук в дверь заставил ее сжаться и застыть на месте. «Если это Марк, что ему сказать?» — пронеслась в голове девушки мысль.

К счастью, это была Катерина Алексеевна, с подносом в руках, на котором дымились парочка бутербродов и чай.

— Позволь войти, Ульяна, — сказала она.

Девушка так и осталась стоять на месте.

— Тебе необходимо перекусить. Визажист уже прибыл и ожидает, когда ты позавтракаешь. Нина попросила меня проследить, чтобы ты обязательно поела.

Ее взгляд упал на раскрытую дорожную сумку, на скомканные в спешке вещи, и на лице отразилось волнение.

— Извините, Катерина Алексеевна, я вряд ли смогу проглотить хотя бы кусочек, — с горечью ответила Ульяна. — Мне нужно собрать вещи и скрыться, пока я не совершила огромную глупость.

— Ни в коем случае, — испугалась Катерина Алексеевна.

— Нина не переживет. Умоляю, пожалей ее бедное сердце.

Ульяна взглянула на поднос.

— Пожалуй, я все-таки поем. В полуобморочном состоянии никому ничего я объяснить не смогу, — мудро рассудила она и села за столик у кресла. Задумавшись, принялась жевать, не успевшие остыть бутерброды, запивая их крепким чаем. Все это время Катерина Алексеевна смотрела на нее добрыми глазами и лукаво улыбалась.

Перекусив, Ульяна почувствовала себя значительно лучше. Пугающие мысли о мрачном будущем не исчезли, но как-то отодвинулись на задний план. Теперь ее волновало, как помочь семье Лапшиных. Но девушка до конца не понимала, почему они придают такое огромное значение произошедшему сегодня событию. Мало ли свадеб расстраивается на свете? Даже среди сильных мира сего случаются подобные неприятности. Бывают у них и разводы, и пары распадаются у самого алтаря. Неужели Марка настолько беспокоит тот факт, что люди узнают о том, как невеста бросила его буквально у крыльца дворца бракосочетаний?

Это, видно ранило его. Нанесло непоправимый ущерб гордости. И ей придется поддержать его, так как она обязана это сделать хотя бы из-за сестры.

Задумавшись обо всем этом, девушка вздохнула полной грудью и обернулась к Катерине Алексеевне:

— Пригласите визажиста. Я готова.

Спустя два часа, Ульяна была тщательно причесана и накрашена, и с удивлением рассматривала себя в зеркале. С помощью Катерины Алексеевны она натянула атласное платье с длинным рукавом. Оно подошло ей идеально. Анжи была немного стройнее, но из-за волнений последних недель Ульяна потеряла в весе. Теперь подвенечный наряд сидел на ее фигуре, словно был сшит именно для нее.

У платья не было шлейфа, о котором так мечтала сестра, но оно все равно смотрелось изумительно. Это было настоящее произведение искусства. И подумать только, его купили в небольшом городке, а не в столице.

Сквозь тонкое кружево рукавов просвечивала нежная кожа, на груди был небольшой вырез в форме сердечка. Его обрамляли мелкие букетики из перламутрового бисера, нашитые на ткань искусными руками мастериц.

Туфли Ульяна надела свои. Они не были свадебными, как туфли Анжелы, но девушка чувствовала себя в них комфортнее. И это сейчас было важнее внешнего блеска. Она справедливо рассудила, гости не заметят подобной мелочи.

Пока невеста придирчиво разглядывала себя в зеркале и приходила к мысли, что к платью нужны какие-нибудь украшения, Катерина Алексеевна принесла красный бархатный футляр. Ульяна раскрыла его и ахнула от восторга.

На алой мягкой материи лежали серьги и самое красиво колье, которое ей приходилось видеть в жизни. Камни в серьгах и семь крупных сапфиров в филигранной оправе колье напоминали Ульяне глаза любимого.

Катерина Алексеевна благоговейно застегнула на шее невесты колье и потянулась за серьгами. Надев их, Ульяна застыла перед зеркалом, не решаясь произнести ни слова.

Катерина Алексеевна с нежностью взглянула на ее отражение в зеркале, и с улыбкой сказала:

— Марк хочет одеть тебе на палец кольцо.

Она подвела удивленную девушку к двери. Та чуточку приоткрылась, и Катерина Алексеевна просунула в образовавшуюся щель руку Ульяны.

Ожидая холодного прикосновения металла к коже, Ульяна вздрогнула от неожиданности, ощутив теплые губы Марка сначала на ладони, затем на кончике каждого пальчика. Только потом он надел на средний палец кольцо. Оно пришлось в пору, что показалось Ульяне хорошим предзнаменованием и так порадовало, что девушка повеселела.

— Жду тебя внизу, моя единственная, — негромко сказал Марк.

Его шаги стихли, и Ульяна пораженно уставилась на руку. Кольцо мерцало таинственным светом и совсем не выглядело простой побрякушкой. Оно было поистине прекрасно и должно было украшать пальчик незаурядной женщины. Ульяна поклялась самой себе, что станет Марку хорошей женой.

***

Душа Марка ликовала пока он, скача как мальчишка, спускался по лестнице в гостиную.

— Ну как там? — взволнованно обратилась к нему мать.

— Мама, все хорошо. Не волнуйся, — успокоил ее сын. Он и сам до сих пор не мог поверить, что все задуманное им планомерно осуществлялось. То, чего он так отчаянно хотел. «Наконец, Ульяна со мной рядом, целиком и полностью», — вздохнул он, и окинул взглядом Тони, который сидел в кресле с поникшей головой, безмолвно наблюдая за суетой домочадцев.

— Пойдем братец, проверим свадебный транспорт, — сказал он, легонько толкнув Тони в плечо. — Не печалься. Лучше порадуйся за меня.

Тони со вздохом поднялся с кресла и покинул вслед за Марком гостиную.

***

Ульяна пребывала, словно во сне, не помнила отчетливо, что с ней происходило. Спускаясь по лестнице в гостиную, к взволнованному Марку, она и сама ужасно нервничала. Букет, который ей вручила Катерина Алексеевна, перед тем как она покинула комнату, позволял скрывать от любопытных глаз дрожь тонких пальцев. Но с каждым шагом, приближающим ее к жениху, походка становилась тверже. Уверенность в том, что все происходит наяву, а не снится ей, делалась прочнее. От этого Ульяна расцветала прямо на глазах. Затянутая в атлас и кружева девушка напоминала бутон белой розы. Ее платье потрясло воображение присутствующих в гостиной женщин. А прелестная головка, украшенная полупрозрачной фатой, привлекла к себе внимание всех без исключения мужчин, обладающих хорошим зрением и нормальной сексуальной ориентацией.

Ульяна сделала все, как полагается. Вложила пальцы в протянутую ладонь Марка и направилась вслед за ним к выходу из дома, где у распахнутых ворот, их ожидал белоснежный лимузин.

Невысокого роста женщина встретила молодых в зале бракосочетаний, и уверенно повела церемонию, не допуская никаких заминок и сбоев. Пара помогала ей в этом изо всех сил. Позже, поздравляя молодых супругов, гости говорили, никогда раньше не видели столь прекрасной церемонии.

Принимая поздравления, невеста трепетала всем телом. Марк поддерживал ее под локоть. Ульяне казалось, что душа ее отделилась от тела и наблюдает за всем происходящим со стороны.

Что видела ее душа, парящая под потолком? Застывшую невесту с широко раскрытыми глазами и высокого темноволосого жениха, которые являли собой изумительно красивую пару.

Гости перешептывались между собой, с одобрением глядя, как бережно Марк сжимает пальцы Ульяны и каким огнем пылают его глаза. Несомненно, вступили в брак два любящих друг друга человека. А над ними, где-то в небесной выси пели, благословляя союз двух сердец сладкоголосые ангелы.

К концу церемонии Ульяна забыла о двух именах невесты. И ей уже было все равно, как Марку удалось урегулировать неточность.

Прозвучали заключительные слова церемонии. Затем новобрачные, под выкрики пожеланий долго семейного счастья, покинули здание дворца.

На свежем воздухе, Ульяна зажмурилась от солнца и чуть не оступилась и упала на каменную дорожку. В тот же миг она оказалась в руках у Марка. Гости восторженно приветствовали красивый жест жениха. Он осторожно поставил Ульяну на ноги у раскрытой дверцы лимузина и помог устроиться в обтянутом бежевой кожей салоне. Лимузин впереди десятка сопровождавших его автомобилей покатил по улочкам города к ресторану, в котором был заказан банкет.

***

Из собравшихся в ресторане гостей, Ульяна была знакома лишь с Еленой и Геннадием. Гости поочередно произносили тосты за счастье молодых.

Девушка чувствовала нестерпимую усталость. Нелегкий напряженный день, начавшийся с самого утра потрясением, вымотал ее окончательно. Она чувствовала, вот-вот рухнет прямо за столом и уснет.

Марк на удивление оказался чутким, поняв, что Ульяна теряет последние силы, извинился перед гостями и объявил о намерении молодых покинуть банкет.

Все восторженно восприняли заявление жениха, и после того, как новобрачная бросила в галдящую толпу букет, проводили молодоженов до лимузина, который повез Ульяну и Марка по улицам вечернего города.

Ульяна смотрела на мелькавшие ночные огни и, наконец, успокоилась. Теперь она чувствовала себя рядом с мужем, защищенной и позволила себе расслабиться. А куда он везет ее, не имело никакого значения.

Лимузин притормозил у подъезда одного из высотных домов. Марк помог Ульяне покинуть комфортный салон, и, подхватив, как пушинку на руки, понес ко входу в подъезд.

У одной из дверей второго этажа, остановился и поставил Ульяну на ноги.

— Вот мы и пришли, — сказал он, доставая из кармана ключи, вставил в замочную скважину и открыл дверь. В квартиру вслед за Марком Ульяна вошла уже сама.

Обычная двушка, со стандартной обстановкой встретила молодоженов тишиной.

— Если хочешь, в спальне можешь переодеться, — сказал Марк. — Твои вещи там. Я буду на кухне.

Включив в спальне свет, Ульяна обнаружила огромную кровать, усыпанную алыми лепестками роз, и столик у изножья кровати с двумя подсвечниками в центре. Бутылка шампанского в ведерке со льдом, и два нарядных фужера дополняли сервировку, в компании вазочки с фруктами.

Сумка с вещами стояла на стуле у окна. Ульяна открыла ее и обнаружила прямо сверху ярко алый шелковый пеньюар. Под ним лежал вполне приличный халатик.

Девушка стояла в оцепенении, не зная как поступить. Вошедший в спальню Марк привел ее в чувство. Она с тревогой взглянула на него, теребя в руках пеньюар.

— Нам нужно поговорить, Ульяна, — сказал он. Она видела, Марк взволнован не меньше нее, и терялась в догадках, почему же он тянет?

«Скорее бы сказал, что раскаивается, и нам обоим стало бы легче», — подумала девушка.

— Я тебя слушаю, — пробормотала она.

Марк взъерошил волосы и заявил:

— На свадебных приглашениях было написано твое имя. И в загсе в заявлении, тоже значилось оно… твое имя.

Ульяна рухнула на кровать, благо стояла поблизости от нее.

— Что ты хочешь этим сказать?

У нее возникло странное ощущение, словно кто-то из них двоих сошел с ума.

— Именно то, что сказал, — подтвердил свои слова Марк.

— Невестой с самого начала была ты.

— Не может быть, — упрямо покачала она головой.

— Ты пытаешься подсластить пилюлю. Не волнуйся напрасно, по собственной инициативе развода я не затею. Я уже твоя законная жена, и останусь ей столько, сколько тебе будет угодно. Мне до конца жизни не искупить того, что причинила тебе моя сестра.

Ульяна понимала, ее самопожертвование, несомненно, было бы похвально в любом другом случае, но только не в этом.

— Побег твоей сестры, не лучший поступок за всю ее жизнь, — возразил Марк. — Тебе просто нечего искупать. Я в долгу перед Анжелой, и перед тобой тоже.

— Ничего не понимаю, — Ульяна поднесла руку к пылающему лбу, но легче не стало. — Объясни, о чем ты толкуешь?

— Прежде всего, о том, что люблю тебя, — Марк подошел к ней и взял ее руки в свои. — Тебя, моя глупышка. Только тебя. И буду любить вечно, как бы ты ни сопротивлялась. Ты теперь моя жена, и останешься со мной до самого конца.

— Я не в состоянии поверить в это, — она не смотрела на него. Все было как во сне.

— И все же, тебе придется поверить. У меня есть парочка идей, как устроить дело, — он наклонился к ней с решительным видом, но несчастный взгляд Ульяны остановил его. Она внимала надетые им кольца и моргала, сдерживая готовые хлынуть слезы.

— Эй, что я такого страшного сказал?

— Ты обманывал меня с самого начала. Играл моими чувствами. Наверное, тебе было очень весело, — с обидой произнесла она. Подбородок ее задрожал.

— А что я мог еще предпринять? Как только встретил тебя на шоссе, я понял, что пропал. Что никогда не видел по-настоящему красивых женщин.

— А как же Анжи? — всхлипнула Ульяна.

— Не отрицаю, у меня были виды на нее. Я присматривался к ней, прикидывал, подойдет ли она для брака, — признался Марк, и добавил: — Если конечно я собрался бы жениться по расчету, а не по любви.

— А бедняжка была уверена, что ты без ума от нее, и просто выжидаешь для приличия.

Ульяна поняла, Анжи надумала сама для себя красивую историю любви, а на деле оказалось, Марк и не думал интересоваться ею всерьез.

— Помнишь тот первый вечер, когда я увидел тебя дома, смотрел на тебя, и самому было неудобно, уставился как влюбленный мальчишка. Но я ничего не мог с собой поделать! — по смущенному виду Марка было видно, откровенность дается ему не просто. — А наша прогулка верхом? Тогда я ликовал.

— А потом ты меня поцеловал, — сердито напомнила ему Ульяна. — Но серьезного намерения в отношении меня тогда у тебя не было. Не смей этого отрицать!

— Я говорю чистую правду. Любовь пришла мгновенно, едва я увидел тебя. Но я не был готов к мысли о браке. Попытался увлечь тебя, но ты меня оттолкнула. Сначала я никак не мог понять, что тебя останавливает, ведь мы нравились друг другу. Но потом понял, что это из-за Анжелы.

Ульяна опустила голову.

— Я не могла поступить иначе.

— Когда я это понял, у меня родился план. Анжела сама должна была отказаться выходить за меня замуж. Только в этом случае ты могла посмотреть на меня благосклонно. Не скрою, мне очень помог Тони. Он хотя и признался мне позже, от чего у него в последнее время хмурый несчастный вид, и я понял, нельзя терять времени.

Марк довольно хохотнул, вспоминая, как немилосердно обращался с Анжелой в последнюю неделю.

— Мне не составило труда внушить твоей сестричке, что ее жизнь со мной будет сплошным черным пятном. Никаких развлечений и модных курортов. Никаких дамских капризов. Одни тягостные обязанности в сельской глуши.

Марк скорчил забавную гримасу. Ульяна невольно улыбнулась, словно видела перед собой сестру. Та строила точно такие же рожицы, когда ей что-то не нравилось.

Ободренный ее реакцией Марк продолжал:

— А так как я застал в ночном клубе, во время визита туда по работе твою милую сестричку, в компании того самого американца, Дэниела Кинли, то дело можно было считать почти сделанным. Это было последней каплей, упавшей на мое отношение к ней. Представь, я застаю свою невесту в ночном клубе в компании другого мужчины. Первым моим порывом было тогда, пристыдить Анжелу перед всей семьей и сказать, я не хочу иметь с ней никаких отношений. Но подумав, я испугался, поступи я таким образом, ты вслед за сестрой тут же покинула бы мой дом. Такого я никак допустить не мог.

— Когда это случилось? Почему мне об этом ничего не известно? — встревожилась Ульяна. — Боже, что она пережила бы тогда, бедняжка!

— Ну вот, ты опять беспокоишься о ней. Могла бы подумать о себе. Но что с тобой поделаешь? Сестра у тебя всегда на первом месте, — Марк нахмурился. — Вспомни, как она поступила.

— Это наши с ней счеты. Тебя они не касаются, — быстро поставила его на место Ульяна.

— Зря ты так делаешь, — не сдавался Марк. — Разве тебе не пришлось выйти за меня замуж, хотя ты была к этому не готова? Я отлично осознаю, что нравлюсь тебе, да и то не всегда. Иногда ты меня призираешь, иногда готова стереть в порошок. Правда, временами мне казалось, что…, — он отвел взгляд и сказал с тоской, — а я мечтаю, чтобы ты полюбила меня. Не так сильно, как я тебя, но хотя бы наполовину. Мне бы и этого хватало для счастья. Дорогая моя, я все сделаю, чтобы наш брак был счастливым. Скажи, чего тебе хочется? Ты получишь все, что пожелаешь. Слово Марка Лапшина!

Он посмотрел на нее с отчаянной мольбой в глазах. И она не стала его больше мучить, хотя поначалу думала отыграться на муже за все.

— Я уже получила весь мир, — Ульяна встала и положила руки на его плечи. — Я тоже люблю тебя, Марк.

— О, Боже, повтори! — казалось, Марк задохнется от нахлынувших чувств. В ответ Ульяна поцеловала мужа и прижалась к нему. Марк гладил ее по волосам и бормотал:

— Если бы ты только знала, как я счастлив, любимая. И как я благодарен Анжеле за знакомство с тобой.

— Что она сделала? — спросила Ульяна с закрытыми глазами, упоенно проводя щекой по его подбородку. — За что она заслужила твою благодарность?

— За то, что привела тебя в мой дом. За способность понять, что для нее лучше, и за смелость. И перед Тони я в вечном долгу за то, что он был честен со мной, не стал скрывать свои чувства к тебе, и еще за то, что несмотря на это согласился помочь исполнить мой план. Надеюсь, Анжела и Дэниел будут счастливы. Но, конечно, не так как мы.

Марк воспользовался моментом и прикоснулся губами к виску Ульяны. Потом нагнулся и обжег мимолетным поцелуем уголок ее рта. Он не остановился бы на этом, но проснувшаяся тревога за сестру заставила Ульяну отодвинуться и посмотреть Марку в лицо.

— Какой он этот Дэниел? И откуда у тебя такая уверенность, что они будет вместе?

— Я расскажу тебе подробнее как-нибудь о нем. И познакомлю.

— Ну, ты и хитрец! — Ульяна скользнула рукой под пиджак и ущипнула Марка в бок, — все продумал. Все предусмотрел. Получается, я напрасно переживала, что скажут гости. И что скажут в загсе.

— По-другому быть не могло, — твердо сказал Марк.

— В наказание, ты повезешь меня туда, куда я пожелаю, — Ульяна пригрозила ему пальцем, который он легонько прикусил, затем неохотно выпустил.

— Я и не собирался упускать шанс отправиться куда-нибудь с тобой. Билеты на самолет и отель уже заказаны.

— И где же находится этот отель? — затаив дыхание спросила Ульяна.

— В Рио, конечно.

Взвизгнув от радости, Ульяна повисла у него на шее и шепнула:

— Вот теперь я верю, что была единственной кандидаткой на роль твоей жены.

Марк отлично разыграл неуверенность.

— Хм.… А не устранить ли нам последние сомнения на этот счет?

— Ты считаешь это необходимым? — игриво поинтересовалась Ульяна.

— Угу, — кивнул Марк. — Подойди поближе ко мне, моя женушка, — затем вкрадчиво попросил, напоминая Ульяне ситуацию из «Красной Шапочки». Только в отличии от маленькой девочки из сказки, она просто мечтала-таки о нападении Серого Волка.

Она сделала шаг вперед и обняла таллию мужа. Марк принялся целовать ее веки и губы. Она с готовностью подставляла их, а сама поглаживала то теплую широкую спину, то выпуклые мышцы на его груди. Осмелев, добралась до ягодиц и сжала их требовательным движением.

Ульяна сама от себя такого не ожидала. Марк тоже. Он был заинтригован. Любой бы на его месте испытал бы то же самое, убедившись, что женился не на ледышке, а на женщине с горячей кровью.

— Мне бы тоже хотелось чего-нибудь в это роде, — пробормотал он, когда перевел дыхание, — но ты так упакована, что я не знаю, с какой стороны к тебе подобраться.

Платье хоть и помялось немного, но все еще выглядело неприступным.

— Вот не подумала бы, что ты так беспомощен, когда дело касается женщин, — поддразнила мужа Ульяна. — Может быть требуется помощь? Ты только скажи.

***

Марк и Ульяна стояли посреди спальни. Яркое освещение множества галогеновых ламп на потолке давало возможность разглядеть любую подробность постепенно обнажающихся тел мужчины и женщины. Дело шло крайне медленно. Расстегивая очередную пуговицу рубашки или развязывая шелковую ленту не платье, новобрачные постоянно отвлекались на жгучие поцелуи.

Ульяна упивалась ласками мужа. Его руки дарили ей восхитительные ощущения. Они превосходили все, что грезилось ей одинокими ночами. От них хотелось легонько постанывать и выгибаться всем телом навстречу. Никакого стеснения и стыдливой боязни собственных жарких чувств. Одно только огромное как мир желание принадлежать любимому мужчине.

Марк прекрасно понимал, что с ней происходит. Его искусное наступление не прекращалось ни на минуту. Наконец, Ульяна почувствовала, что ноги отказываются ее держать.

Она слегка отстранилась и принялась с восторгом разглядывать мужественную грудь Марка. Более совершенного торса, природа, по ее мнению не создавала. Проведя по груди мужа кончиками пальцев, она не удержалась, припала губами к коричневым соскам. Марк, вздрогнул и закрыл глаза. Он прижал к себе голову жены, и зарылся пальцами в ее прическу.

Ему пришло на ум, такие шикарные волосы должны свободно струиться, а не быть скрепленными бесчисленными шпильками. Он принялся выдергивать их, они бесшумно падали на ковер. Избавившись от шпилек, Марк распустил волосы жены и залюбовался ими.

Она тряхнула головой, отчего грудь ее приподнялась. Марк накрыл ладонями теплые холмики, затем припал к ним губами. Он целовал их вновь и вновь, будто не в силах был оторваться. От нежных покусываний и ласкающих движений его языка Ульяна выгнула спину и подалась вперед. Можно ли яснее дать понять чего она хочет?

— Марк….

Произнесла ли она его имя, или ему почудилось, он и сам этого не знал.

— Желанная моя, — выдохнул он, уже не справляясь с желанием сорвать с нее оставшуюся одежду.

Ульяна сбросила с ног туфли. Путаясь в кружевах, кое-как стянула нижнюю юбку.

— Как ты хороша, — прошептал Марк, гладя ее. — Я хочу тебя.

В постели они избавились от остатков одежды. Марк дрожал от нетерпения, но заставлял себя не спешить. Его восхищенный взгляд скользил по телу Ульяны. Руки прошлись от ее высокой груди до безупречных бедер и легли на их внутреннюю поверхность. Она порозовела от удовольствия, от счастья быть рядом с ним.

***

Несколько дней спустя Ульяна открыла глаза почувствовав, что немного продрогла. Два кондиционера на потолке работали безупречно, белоснежная ткань простыни холодила кожу.

Оглянувшись, молодая женщина не обнаружила рядом с собой мирно спящего мужа. «Похоже, время давно перевалило за полдень…", — подумала она, и хихикнула про себя, вспомнив, что они вытворяли в постели с мужем всю ночь…

Мирно покоившийся на тумбе у изголовья кровати смартфон вдруг ожил, издал характерный звук.

Ульяна потянулась к нему, и прочитала новое сообщение:

«Уля, сестричка, доброго времени суток! Очень рада была узнать новость, ты теперь жена Марка, с чем тебя поздравляю сердечно и желаю много счастливых дней. Передавай мужу от меня привет, и попроси простить меня. Я не хотела ничего плохого, только хотела быть счастливой…

Твоя, горячо любящая тебя сестра, Анжела».

Прочтя несколько строк Ульяна задумалась, подойдя к окну номера отеля в Рио-де-Жанейро. Именно в таком положении нашел ее только что вошедший в спальню Марк. Безупречное тело мужчины покрывали капельки воды.

— Не перестаю удивляться, как здешние жители умудряются проводить целыми днями на таком солнцепе…, — мужчина остановился, не договорив до конца фразу, его взгляд был направлен на стоявшую у окна погрустневшую жену.

— Что случилось, счастье мое? — испуганно поспешил он к ней. — С тобой все в порядке?

Ульяна кивнула, и передала ему смартфон, на дисплее которого красовались несколько фотографий с Анжелой и уже знакомым ему Дэниелом Кинли. Парочка весело позировала на фоне башен Москва-сити.

— Ну что ты…, — улыбнулся Марк, после того как прочел сообщение. — Она счастлива. Нашла, наконец, своего принца.

— Иди сюда, — притянул он жену к себе и стал покрывать поцелуями ее лицо, затем нашел губы, запечатлев на них долгий и страстный поцелуй.

— Подожди! — отстранилась вырвавшись из объятий мужа Ульяна. — Я волнуюсь, будет ли она счастлива со своим этим американцем. Он почему-то не внушает мне доверия.

— А это уже зависит от самой Анжелы, — проговорил нетерпеливо Марк, его встревожила мысль, жена снова забыв о себе и счастливом медовом месяце, забивает свою милую головку заботами о взбалмошной сестре. — Ты снова забываешь о себе. О том, как сестра бросила тебя совсем недавно, заставила разбираться с ее проблемами одну. Перестать, наконец, думать о других. Подумай о себе. У тебя, между прочим, муж и своя собственная семья…

— Прости меня! — виновато произнесла Ульяна. — Ты прав. Я совсем забываю о себе, когда речь заходит о судьбе моей взбалмошной сестры.

— Ну, все-все, успокойся, — приобнял Марк жену.

— Пойдем провожу тебя в душ и если хочешь потру тебе спинку…, — подмигнул он.

— Ммм, конечно хочу, — вытянув красивые розовые губки немного вперед, проворковала Ульяна, смотря с улыбкой мужу в глаза.

— Похоже, нас и сегодня ожидает постельный режим, до самого вечера…

— А я ничего не имею против провести в постели все дни, — промурлыкала довольно Ульяна, уже начиная таять в горячих объятиях мужа.

Примечание:

1. Женщина это ад ( перевод с английского )

2. Чертовски богат ( перевод с английского )