Правь. Наследники рода Воронцовых

Пролог

- Вот так обстоят дела, Ваше Высокопревосходительство.

Генерал-лейтенант СБ Александр Алексеевич Драбицын поморщился. Ну вот не любила его душа такого обращения, он считал это лишней тратой слов. Титулование, именование… Еще бы действительным тайным советником назвали, как он именовался для прикрытия по Табели о рангах – генеральское звание нигде не афишировалось и не упоминалось, что, впрочем, было естественным. Он был главой Серой Верви – самостоятельной спецслужбы, отпочковавшейся от СБ РИ, о существовании которой ходило столько слухов и сочинено множество легенд. Но никто из посторонних не знал о ней ничего, кроме того, что она вроде бы как существует, а вроде бы и нет.

- А какая обстановка в Рунных мирах?

- Тоже творится легкий переполох, вы же знаете рунников, их самобытность и необычность. Тем более, что рунники более примитивны, боги решили пошутить, когда создавали Древо.

- Ну, допустим, Мировое древо они не создавали, но успешно заточили его под себя, - со смешком сказал Драбицын. – Но ты и сам, Ваня, как Скользящий это знаешь, у тебя почти все Древо исхожено вдоль и поперек.

- Знаю, Ваше Высокопревосходительство, как не знать. Только вот в Беловодье и Ирии еще не был.

- Ну в Ирии и я не был, потому что еще жив, а с богами мне не о чем говорить, как впрочем и им со мной, - сказал Драбицын. – А в Беловодье лучше не рваться, с его обитателями общаться – неприятно. Дикие снобы в силу своего бессмертия, но не боги. Ладно, это все лирика. Сможешь локализовать этот мир?

- Боюсь, что нет, Александр Алексеевич. Это же Безодня, там нет ни ветвей, ни направлений. Просто прыжок вслепую по линии воздействия.

- А линия упирается в Мир-25, - под нос сказал себе Драбицын.

Заштатный мир, в котором только-только зарождалась магия, лежит на ветви недалеко от ствола, этим и объясняется Сила – чем ближе к стволу, тем больший поток Силы, своеобразного сока Мирового древа, достается миру. Миры, лежащие на концах ветвей, вообще получают только крохи Силы, магия там либо неразвита вообще, либо на уровне интуитивных понятий и единиц, владеющих ею. Так было и в том мире, из которого его когда-то выдернули в момент гибели, переместив сознание через Лядь с помощью Кресислава, легкое ему посмертие. Тогда все это была обычная волшба уровня жрецов-воинов, теперь же, когда за все это время под волшбу подвели научную основу, опираясь на разбор одной из древних Поведей…

- Они до сих пор майнят заклинания на брейнфреймах, Ваше Высокопревосходительство, - усмехнулся Скользящий.

- Ну не всем же так везет, - хмыкнул Драбицын. – «Капища» у них нет.

- Может и есть, но доподлинно это неизвестно. Разговор с местными волхвами не удался, меня оттуда выдворили под угрозой насилия и пообещали принести в жертву какому-то из богов.

- Черная Вервь? – спросил Драбицын. – Это похоже на них.

- Похоже. Но нас их новообразованная Российская Империя не волнует, след ведет на Восток. Впрочем, вы и без меня это хорошо знаете, - волхв кивнул на папку на углу стола Драбицына, на которой кроме грифа секретности была надпись «Мир-25».

- Ну, судя по тому, что я пролистал, тут особо магией не блещут. Ни волшба волхвов, ни западные и восточные школы магии пока не развиты, - Драбицын откинулся на спинку кресла. Не развиты-то не развиты…

Но вот только из этого мира пошел такой сильный магический фон, соответствующий высокоуровневой магии, что волна прокатилась по Древу и была уловлена детекторами «Капища». Учитывая уровень, это была очень сильная магия, которой было неоткуда взяться, кроме одного варианта – извне. Вот и локализовали линию воздействия, отправив Скользящего через Безодню, такой прыжок кроме штабс-капитана Ивана Смелого мог совершить разве что сам князь, ну и еще кое-кто… Кое-кем сейчас и следует заняться, ехидно подумал он. Пусть учатся… пока потренируются на кошках. Хватит уже, в их возрасте он уже считался одним из лучших агентов с псевдонимом «Навь», а столкновение с представителями одного из миров Безодни и их ликвидация не вошла, конечно, в учебники, по причине отсутствия таковых, но дала возможность организовать отдел СБ РИ «Навь», позже превратившийся в самостоятельную спецслужбу - Серую Вервь. Которой официально, естественно, не существовало.

Прошло почти семьдесят лет, старый граф Драбицын уже занял место в родовой усыпальнице, побывав даже на месте канцлера Российской Империи и став князем, но дело его живет. Основанная и продавленная им с помощью административного ресурса спецслужба не подчинялась и не была подконтрольна никому, кроме Государя Императора.

- Тем не менее, Ваше Высокопревосходительство, по моему мнению, мне необходимо опять побывать в Мире-25. И более подробно выяснить обстановку, выйдя на след Суперов, работающих с магией на таком уровне, - отвлек штабс-капитан князя от его мыслей.

- С одной стороны – так, но с другой стороны это подождет, судя по прогнозам аналитиков, этот мир пока относительно стабилен, хотя все еще может измениться если он дойдет до точки бифуркации. Будем надеяться, что это произойдет как можно позже и мы успеем к этому подготовиться. Но вот с другой стороны – сколько у нас Скользящих, не считая присутствующих? Двое. Всего. Не считая волхвов-жрецов, но я универсала посылать туда не хочу. Поэтому предлагаю тебе подготовить наших стажеров, пора уже им выходить на тропу войны, переходить на полевую работу.

- Вы имеете в виду…

- Ну да, как вы их называете Двойнюшечка и Двойняшечка, или Траляля и Труляля, - усмехнулся князь, а у Ивана запылали уши. – Думаете, я не знаю об их прозвищах? И кто им их дал? Вот кто дал, тот и обучает. Пора им осваивать и Скольжение, только вот пока не сразу в номерные миры, но все же. Вы к этому готовы?

- Да, Ваше Высокопревосходительство!

- Ну тогда свободны, господин штабс-капитан. Отдыхайте, ну а потом составите подробный отчет об операциях в двух мирах.

- Есть, господин генерал-лейтенант! Разрешите идти?

- Да иди, Ваня, иди. И отдохни хорошенько, я знаю, сколько сил занимает Скольжение. Неделя тебе на восстановление.

- Спасибо, Ваше Высокопревосходительство!

Глава 1

- Вы мерзавец, Ваше Сиятельство, и я прошу у вас удовлетворения! – эта сволочь Радзиловский взбесил меня до последней степени.

С Радзиловскими у Драбицыных всегда были сложные отношения, начиная еще с давних времен. Старый закосневший род, богатый и знатный, славился в основном интригами при дворе, да скоком-поскоком по постелям императриц и фрейлин, о чем они усердно молчали, но это и так было всем известно. Фаворит – известное средневековое обозначение мужского эскорта. И интриганами они были профессиональными, образуя свою клику при дворе императора, в свое время даже прадед от них хорошо пострадал. В общем, взаимная любовь была крутой.

Да и яблоко от вишенки недалеко падает, даже в студенческой среде Императорского Санкт-Петербургского Университета, в котором мы учились. Почему там? Ну на то имелись свои соображения, причем не наши, но это уже совсем другая история, потом как-нибудь расскажу. Так что молодой княжич Никита Радзиловский был ехиден, вреден и вообще заноза в заднице. И так уже не раз был бит студентами-разночинцами, которым по рангу не полагалось вызвать наглеца на дуэль, да и несколько дуэлей с дворянами закончились фифти-фифти, не всегда в его пользу. Так что к третьему курсу эта сволочь достала уже всех, но увы, это же был один из Радзиловских, будущий потенциальный наследник рода. Что с таким делать? Вот и резвился княжич, на всю катушку используя свою негласную охранную грамоту.

- Вы вызываете меня на дуэль, княжич? – прищурившись спросил Никита, а мерзкие его дружки, стоящие в холле универа осклабились, предвкушая будущую развлекуху.

- Извольте принять личный вызов!

- С большим удовольствием! – смерил меня с ног до головы княжич. Про «личный» я упомянул не зря – иногда княжич выставлял против бросившего вызов профессионального бретера из своего родового клана, бывшего офицера спецназа, уволенного по компрометирующим обстоятельствам и любящего жестоко калечить противника, не убивая его. Особенно этот утырок любил бить в пах, памятная история о искалеченном им наследнике захудалого дворянского рода ходила по всем кругам, да так, что тому пришлось уехать из столицы обратно в свою провинцию и осесть там. – Я полагаю, выбор оружия за мной?

- За вами, Ваше Сиятельство, - подчеркнуто холодно и формально ответил я. Ну что же, он в своем праве, выбор оружия за обидчиком. Хотя и поддался я на провокацию, но такого было спустить нельзя, здесь была задета честь моей сестры. Я даже извинения не потребовал, и лично бросил вызов, не через секундантов.

- Ну на кулачках оставим драку сиволапому мужичью, - начал рассуждать княжич. Ага, знает он, что я рукопашник приличного уровня, поясов как-то в Русском стиле не раздают. – Смертельное оружие тоже запрещено, значит огнестрельное отпадает…

Зря, что по студенческому дуэльному кодексу оно запрещено. А то провертел бы я между бровей княжича симпатичную дырочку любимого сорокового калибра из дедова именного пистолета, открывая ему таким способом третий глаз, способствующий обретению просветленности.

- Холодное оружие тоже отпадает, что нам железками махать…

И тут схитрожопил, тварь княжеская. Хотя что там, я тоже княжич, так что это негодование здесь не прокатывает. Прекрасно знает, что и длинным клинковым оружием я владею хорошо. Настолько, что и поединок с его бретером мог закончиться для того тяжелым увечьем, знаю каким, я бы сам поработал над его убелением.

- Говорят, господин Драбицын-Воронцов, вы предпочитаете магию?

Волшбу я предпочитаю, магия вообще не наш термин, а каббалистический. Но в принципе правильно.

- Давайте устроим дуэль на серийниках, - прищурился Радзиловский. – А секунданты проследят, чтобы в них не были заложены смертельные заклинания Первого уровня.

Ну да, ну да. Та же Остановка сердца, например, или «Мозговой фарш» он же Обширный инсульт, превращающий мозг противника в неприятный коктейль по-волхвовски, такая болтушка, как будто противнику всунули в башку миксер и хорошенько подержали.

- Я предлагаю решить наши разногласия здесь и сейчас, вы согласны, Ваше Сиятельство? – продолжил Радзиловский. – Поле для гимнастики, через час.

- Согласен, - я развернулся, и пошел подальше от этой кодлы.

- Глупо, но спасибо, - сказала Анька, взяв меня под руку. – Если бы он согласился на дуэль с женщиной, я бы лично сбила с него спесь и заставила проглотить слова.

- Ага, после того, как ты разделала Красину под орех? – ухмыльнулся я. – Тебя он боится, сестричка.

- Ну не то, чтобы под орех, на ней даже синяков не осталось…

- И ни одной детали одежды, даже нижнего белья, - хохотнул я.

- Ну она сама выбрала дуэль на эспадронах, - скорчила забавную мину сестра. – Я-то тут при чем? Но выглядело эффектно.

- Особенно, когда она запуталась ногами в снятых шпагой трусиках, - ухмыльнулся я.

- Тс-с! – сказала Аня. – Тебе об этом знать не положено, эта дуэль проводилась без свидетелей. Запись я тебе не покажу, нечего на голых теток смотреть.

- Да чего я там не видел… - попытался сказать я, но тут же получил острым кулачком в бок.

- Я тебе покажу, чего ты видел, а что нет!

Я притворно ойкнул, и захохотал. Да, с Анькой связываться было себе дороже. Особенно, если учесть то, что по уровню подготовки она мне не уступала, хотя и девчонка, точнее уже девушка двадцати лет от роду. Когда тебя начинают готовить в четыре года, как и спортсменок высоких достижений, к этим годам ты хоть и будешь спортсмен-перестарок, но вот как боец - великолепен. Тем более это не спорт, а профессиональная боевая подготовка жреца-воина, на этот уровень нас тащили волхвы. Как там правильно говорил Уинни Черчилль? Своим долголетием я обязан спорту, я им никогда не занимался? Ну или примерно так. Когда спорт заменяет охота за головами, тут идет оценка уже не по очкам.

- Кого возьмешь секундантом?

- Витька, ну кого же еще?

- Его Сиятельство скорчит свою сиятельную морду, что ты взял не дворянина, - сказала сестричка.

- Пускай корчит. Мне сейчас нужен профессиональный тех и друг, чтобы осмотрел серийники и проверил их. А на дворянские понты мне плевать.

Серийники, серийники… Ну или секвенсоры, как их называли там, откуда Скользящие из волхвов их раздобыли в рамках технической разведки. В одном из срединных миров, недалеко от нашего, где магия развивалась немного иным путем.

Истинная волшба волхвов, закрытая практически ото всех, не преподавалась в вузах, эзотерические знания потому и были таковыми. Но вот основы магии преподавались для особо одаренных, и как раз это была именно чужеродная магия, шедшая по тупиковому пути – так решили волхвы, в том числе и мои дед с бабкой. В том мире заклинания майнили, тратя на это уйму времени и ресурсов. Ну а сами серийники были теми же великими уравнителями, что и изобретение полковника Кольта. Немногие могли создать цепочку М-последовательностей и выдать ее в течении нескольких микросекунд. А вот те же последовательности, зашитые магом в серийник, это позволяли, уравнивая способности слабо одаренных и магов высокого уровня. Ну если конечно брать уровень студента закрытого факультета инновационных технологий нашего универа, в который входили и факультативные предметы вроде начал магии.

Правда, это была полная профанация, я посмеивался, глядя на все это онанирование. Все специально делалось и преподавалось так, чтобы максимально затруднить ее изучение. И как по мне, этот курс преподавался только с одной целью – выявить действительно одаренных студентов, имеющих серьезные способности, а по окончании вуза предложить продолжение учебы и хорошее трудоустройство, с одним «но»: только работа на государство. Никакого частного сектора без отработки на госслужбе затраченных на тебя средств и ресурсов, лет на десять.

Ну а сами серийники были на особом учете и стоили как Руссо-Балтийский лимузин, чтобы ограничить их распространение. Достаточно сказать, что в вузе было только два серийника, и один из них был отдан на растерзание студентам-эзотерикам под строгим присмотром преподавателя-мага. Прочим оставалось лишь покупать книжки типа «Магия для чайников, самоваров и паяльников», где были описаны простейшие заклинания, типа как прибить сидящую на стене муху, или приклеить крючок без клея. А чтобы еще больше ограничить распространение, ввели выкуп заклинаний – любой, придумавший и реализовавший успешное заклинание первого и второго уровней (а больше обывателям, даже студентам профильных вузов и не давали) получал пять и десять тысяч рублей золотом. И, конечно, параллельно попадал под колпак волхвов, оценивающих его способности. Так что иметь свой серийник – это показатель очень высокого статуса его владельца.

Ну у Радзиловского он был, точнее даже два, князь все-таки. Через час посланный слуга вернулся, привезя с собой импортный комплект из двух серийников, оформленных под старинные дуэльные пистолеты.

- Выбирайте, княжич! – он благосклонно показал рукой на раскрытую коробку красного дерева, в которой лежали два секвенсора.

Хитро придумал, наверное, тренировался с обоими и знает их особенности. Ну и ладно, и не с такими я работал, в Серой Верви были как обычные местного земного производства, так и иномирные аналоги.Эти больше походили на старые модели «Кавасаки», серьезное оружие в руках умелого волхва, но совершенно бесполезное в руках студента. Все дело в тюнинге настроек, позволяющих наиболее полно использовать возможности сигнального М-процессора и учитывать особенности оконечного каскада. Я ухмыльнулся про себя – вот будет нежданчик.

- Этот, - я потянул блеснувший начищенной медью и лаком на красном дереве пистолет.

- Хороший выбор, - одобрил Радзиловский, и взял оставшийся.

- Напоминаю правила! – сказал распорядитель, выбранный из среды нейтральных студентов. – Выстрел единственный. Допускается использование нелетальных заклинаний не выше Первого уровня, не больше четырех М-последовательностей в выстреле. Проверка будет проведена секундантами противников непосредственно перед занятием огневого рубежа.

А зрителей-то, зрителей! Откуда столько-то понабежало? Весь институт, что ли? Коробка поля для мини-футбола, забранная поверху сеткой была окружена толпой, в которой были видны и младше- и старшекурсники. Но больше всего конечно было одногруппников. Радзиловский помахал им рукой, но оваций не дождался – слишком токсичной и одиозной личностью он был.

- Это стандартный «Кавасаки», - Витек повертел в руках секвенсер. – Модель позапрошлого года, полупрофессиональная, снята с производства в связи со слишком высокой эффективностью и сложностью в программировании. По поводу тюнинга сказать ничего не могу.

Он отщелкнул ложу, обнажив узкую панель экрана.

- Есть пара улучшений…

- Каких?

- Не могу точно сказать, за что отвечают два новых пункта в подменю настройки. В любом случае этим не заморачивайся. Придумал, что будешь кастовать?

- Да, - и я поднес довольно пискнувший смартфон к серийнику.

Хорошо, что у меня есть служебные программы, недоступные другим! В том числе и преобразователь М-последовательностей под конкретные модели с учетом их начинки. Ох и удивится владелец, у которого наверняка есть такой же фирменный софт. А что по поводу последовательностей?

Зная примерно уровень Радзиловского и его натуру, можно было представить то, что он для меня приготовит. Я закрыл глаза, и на пару секунд отдался чутью, позволяя подсознанию сделать свое дело. Есть у меня такая черта – предсказывать будущее, причем не только ближайшее, а и отдаленное, к которому не было даже ни малейших наметок, просто случайности. Либо мне идет это из Эйдоса, либо из Прави – я не знаю. И больше никто не знает, потому что я этим своим предзнанием ни с кем не делюсь, а то если заинтересуются ученые Верви…

Так, понятно. Княжич решил меня уделать двумя сильными и разрешенными заклинаниями. Первыми пойдут скорее всего Воздушный Кулак и Малая Молния, не обязательно в таком порядке, но скорее всего. Чтобы меня гарантированно оглушить и заставить расслабиться. Потом Малый Щит, который ослабит возможную ответную атаку, а вот потом что-нибудь поубойнее, типа Малого Скручивания, направленного на любую часть тела. В любом случае, отделаюсь переломом, а наглая белобрысая морда будет довольно хихикать и отпускать шуточки за моей спиной. Да, поединок на серийниках - это не только перестрелка, тут еще надо включать голову и чутье.

Значит, пойдет три щита и одна атака. Но вот только один удар придется пропустить, только какой? Ну не последний добивающий уж точно. Значит, думаем – от Воздушного Кулака я буду долго ходить и охать, а вот от Малой Молнии могут быть негативные последствия вплоть до остановки сердца – это полицейское заклинание, заменяющее тазер. Значит, делаем так. Первым пойдет атакующее заклинание, только вот не то, которое он от меня ожидает. Кулак я выдержу на ногах. Дальше щит от молнии, третьим, когда он закроется от возможного удара, Малое Исцеление, которое снимет негативные воздействия от удара, а потом глухая защита и все. Осталось только подготовить программу.

Я зашарил в смартфоне, ища М-последовательности для записи в серийник. Ага, вот, вот и вот. Теперь укажем на контуре врага точки, куда будут применены заклинания. Готово! Я глянул на мерзкую улыбку Радзиловского, ну наверняка какую-то гадость придумал. Думаешь, что я не угадаю? Вот и проверим сейчас.

- Начнем, господа! Секунданты, проверить оружие противника!

Все согласно правилам дуэльного кодекса, когда дело касается некоторых видов оружия. Секундант Радзиловского подошел ко мне и провел смартфоном около серийника. Тот отозвался мягким звуком и зеленым экраном, на котором загорелась единица – первый уровень подтвержден, запрещенных заклинаний не обнаружено. Секундант кивнул, и сделал знак распорядителю. Витек тоже проверил секвенсер княжича, и согласно кивнул.

- На позицию, господа!

Футбольное поле для мини-футбола идеально подходит для подобных дуэлей – как раз между отметками для пенальти тридцать метров. И дуэль предполагалась неподвижная, без всяких барьеров.

- Я готов! – сказал я, и поднял серийник, направив его в сторону Радзиловского.

- Готов! – послышался со стороны его голос.

- Три, два, один…

Я нажал на спуск, и отлетел на пару метров. Ну точно, все как я и предсказывал. Заметить микросекундную серию заклинаний невозможно, но вот ее последствия… Зрители ахнули и вскрикнули, кто-то залился свистом. А потом хохотом и улюлюканьем.

Я потер болящую грудь, вставая с травы – все-таки малое исцеление не убрало последствий пропущенного намеренно удара. А вот княжич стоял на том же месте, где и был. Вот только штаны его были коричневые и по ним что-то текло. Все правильно, заклинание первого уровня, несмертельное, которое было у меня помечено в смартфоне как «Коричневая нота». Ну это конечно не нота была вообще, таких нот не существует, но сфинктеры оно расслабляло моментально. Так что ничего смертельного, только заклинание было из арсенала волхвов, которое я переложил в М-последовательность. Сработало ведь, да еще как! Вот для чего я пропустил первый удар. Ну теперь княжич не отмоется в переносном смысле, это только в прямом можно штаны поменять. Прилипнет к нему это надолго.

- Ты как? – подбежала ко мне сестричка, тревожно глядя на меня своими голубыми блюдцами глаз.

- Нормально, - поморщился я, потирая грудь. – Несильно, жить буду.

- Дай сюда серийник, - она взяла у меня из рук пистолет и поднесла к нему смартфон. – Все, чисто. Теперь можешь отдавать. Пойдем, дойти помогу!

- Да я норм, - запротестовал я.

- Не спорь со мной! Не забывай, что я твоя сестра и опекаю тебя!

- Это у тебя пока нереализованный материнский инстинкт, - сказал я, и охнул от шутливого удара кулачка. – И вообще бить увечных – грех!

- Мне можно, - заявила она. – А увечных на голову даже надо учить уму-разуму.

- Ну-ну, - сказал я, медленно ковыляя по полю. – Ладно уж…

Глава 2

- Ну что, поехали? – Анька подвинулась на сиденье бронированного «Руссо-Балта», махнув из салона рукой.

- Не, я к Виктору. Езжай, - я аккуратно привалил тяжелую дверь. – Ну что, поехали?

- Поехали, - он покрутил на пальце ключи от своего старенького «Лесснера», припаркованного рядом.

Витька жил с бабушкой на Черной Речке, в бывшем доходном доме. Когда-то эти квартиры расселили, и его родителям досталась целая огромная трехкомнатная квартира, по коридору которой можно было на велике гонять – вот такая планировка больше чем вековой давности. Прихожая, две комнаты, потом длинный коридор, еще одна комната и кухня. Только вот родителям очень не повезло – оба погибли при теракте на Адмиралтейских верфях. Поскольку оба служили в Российском Императорском Флоте, обеспечение сироты взяло на себя государство, в том числе и с преимущественным правом поступления в вузы Империи. Но в преимущественном праве по большому счету он нуждался только для того, чтобы при поступлении безродного сироту не затерли богатые и знаменитые, которые вместо казенного имперского сертификата на обучение могли и заплатить из своего кармана. И правильно, как я считаю – в конце концов деньги для княжеских и графских родов небольшие, они столько могут при желании и за день потратить не напрягаясь, а отнимать место у талантливых, но малоимущих разночинцев не стоит. Мы с сестрой учились именно на платном из этих соображений, а не в силу природной тупости.

Чувствуется, этот старый дом-колодец строили на века – чего стоила одна входная тяжелая деревянная дверь, словно бы бронированная, которую надо было не просто толкать, а отваливать.

- Ну что, поедем на лифте? – кивнул я на древнюю шахту еще не автоматического, ручного подъемника, с решетками вместо створок, которые надо было закрывать самому.

- Не, лучше не стоит, - сказал Виктор, осторожно ступая по выщербленной плитке парадного. – Тут у нас одна мадам на днях застряла, визгу было больше, чем от пожарной сирены. Пока ее оттуда не вынули, весь подъезд обогатил свою лексику на пару десятков выражений.

- Представляю, - хмыкнул я, ступая на ступеньку, выщербленную до меня тысячами и тысячами ног, вон какое углубление в ней протерли, почти на треть.

Мы поднялись по огромным пролетам на третий этаж. Вот же, действительно строили – сколько не был у него дома, все забывал спросить про высоту потолков, а здесь она была немаленькая.

Витек был в своем репертуаре – звонок у него был не электрический, а старый, механический, лепестки которого надо было крутить вручную. Дзынь-дзынь…

Дверь открылась, и на пороге появилась бабушка Вити, баба Леля, как я ее звал на правах давнего и закадычного друга ее внука.

- Мальчики? Вот хорошо! – она посторонилась, пропуская нас в прихожую. – А я как раз пирожков напекла, ваших любимых!

Чувствую, чувствую волшебный запах жареного теста. Рот аж сам по себе слюной наполнился, сейчас захлебнусь…

- О, это здорово! – сказал я, снимая кроссовки. – Ваши пирожки только на императорский стол ставить!

Это точно, уж как делает, так делает. Вкуснее пирожков не ел в своей жизни.

- Так, ну-ка, мальчики, мыть руки и за стол!

- Чуть попозже, бабуля! – взмолился Витек.

- Попозже – остынут! – строго сдвинула брови бабуля.

- Все, сдаюсь! – шутливо поднял руки я. – За стол так за стол!

- То-то же! – сказала она довольно.

Что может быть лучше домашних пирожков с пылу с жару, да под наваристый бульон? Только в два раза больше пирожков. Скорость поглощения таких вкусняшек была сравнима только со скоростью ударной волны при ядерном взрыве. Раз-раз, и пирожок улетал внутрь, тая во рту. Вкуснотища!

- Ну пойдем в мою берлогу, - Витек поднялся из-за стола.

- Спасибо, бабушка Леля! – я последовал вслед за ним.

- На здоровье, мальчики! – улыбнулась старушка, при этом морщинки возле ее глаз собрались в острые лучики.

Вот как раз тот самый коридор, по которому только на велике рассекать, кончающийся прихожкой с входной дверью, напротив которой и была комната Виктора.

- Заходи, - он распахнул дверь. – Только под ноги смотри.

Предупреждение было не лишним. Это была не комната, это была Витькина лаборатория. Провода, всякие блоки, рабочий стол, заваленный различными приборами… На секунду даже зависть взяла. Вот есть же люди, любимым делом занимаются… Я бы тоже так хотел, но не судьба. Мое будущее дело связано с безопасностью Империи, и, увы, место хобби в нем не находилось.

- Осторожно, - Витек снял какой-то блок со стула. – Вот теперь присаживайся.

- Нет, чтобы диван разгрести, - буркнул я, глянув на упомянутый предмет интерьера, заваленный книжками и инструментами.

- Это не диван, а один из элементов творческого беспорядка, - гордо воздев палец вверх, сказал Виктор. – Он в моей экосистеме.

- Дождешься, придут к тебе тараканы, они свою экосистему тут устроят. Я тут недавно такую миграцию видел – прикинь, в один дом четко переселялись тараканы со всей, наверное, округи. Это такой ковер метров пять на метров десять, до самой подъездной дорожки. И все щемились в парадное.

- Заливаешь!

- Да Радзиловским буду! Отвечаю.

- Н-да… Верю. Ну на этот случай у меня есть хорошая штука – сам собрал.

- Волшба?

- Нет, чистой воды биология и интеллектроника. В радиусе пятидесяти метров ни одного не будет.

- Яйца от электромагнитного излучения не отвалятся? – хмыкнул я. – А то молодая графиня Разумовская плакать будет.

Витек покраснел, что твой рак, причем с его белой кожей это было нетрудно. Ну да, ну да, только ты один, наверное, думаешь, что о твоем романе с Машей Разумовской, внучкой знаменитой в узких кругах Рыси не знает никто. Скоро уже ставки будут делать, когда состоится ваш мезальянс – еще в универе, или сразу после. Ну Разумовские славились тем, что чихать они хотели на все условности и выбирали себе партнеров не по монаршьему велению, а по своему хотению, и жили в свое удовольствие. Только с ними было связываться опасно – крутая бабка Марго, которой опасался даже дед и с которой его связывала служба, по слухам даже совместных приключений у них было больше чем достаточно, в свои годы могла порвать любого оперативника на британский флаг. Впрочем, как и все волхвы позднего обращения, она на свои годы и не выглядела.

- Пошляк ты, Леха!

- Ага, - сказал я довольным тоном, и картинно почесал живот. – Еще какой.

А вот и свидетельство пребывания Маши-младшей – на столе лежал разобранный секвенсер, который ну явно Витьку было не потянуть.

- Машкин?

- Ага, - сказал Витек, и взъерошил свою шевелюру. – Переделываю тут кое-что.

- Она тебе доверила в нем копаться?

- Обижаешь, да? – преувеличенно обиженно сказал он. – Да за это еще и заплатить обещали.

- Ну знаешь, брать бабки у будущей благоверной…

- Не, бабки от ее бабки, - скаламбурил Витек. - Она сказала, что отказа не потерпит и каждый труд должен быть хорошо оплачен. Это вы, знатные мульонщики, денег не считаете, а мне надо за все платить. Так-то.

Эх, Витек, знал бы ты, как ошибаешься… Да, по поводу денег так-то оно так, но вот только мы служим не ради денег. А потому что мы - дворяне, а быть дворянином – это не право, а обязанность по праву рождения. Служить и защищать, стоять на страже и быть готовым всегда первым шагнуть в атаку. Чтобы защитить Империю, и, как говорят в САСШ, наш образ жизни, как бы ни смешно это не звучало – только для нас это не так, веселье здесь неуместно. Это чистая правда.

- На что зарабатываешь? – спросил я. – На хобби?

- Не только. Жить-то надо, стипендия всех расходов не покрывает. И уж тем более в ней нет такой статьи расходов, как молодость. Хочется и того, и этого, и вон того – ну разумеется в разумных рамках. А еще как-нибудь раскрутиться и дело свое открыть, хотя бы на те два года, которые остались до окончания учебы. А там – как пойдет.

- Да, жаль, что у нас нет откупной системы, - сказал я. – Тебе бы в серьезный концерн устроиться, ты бы там развернулся в полный рост. А потом бы и ушел на вольные хлеба, когда обязаловку оттянешь. Как, например, Стругов.

- Стругов? Ты его знал?

- Ну не так хорошо. Он был один из друзей деда, работал на заводе моего прадеда по бабулиной линии. Там они с дедом и познакомились. Ну а потом, оттянув свое и избежав участи главного инженера, на чем настаивал прадед, ушел на вольные хлеба.

- Не зря, видимо, настаивал, - покачал головой Витек, взяв один из журналов, на задней обложке которого красовался логотип «Струг интернешнл», стилизованная ладья в овале. По слухам, его нарисовал сам дед, непонятно от чего веселясь при этом.

Корпорация, за последние пятьдесят лет ставшая центром разработки интеллектроники, а потом и производителем всего и вся высокотехнологичного, от спутников до умных чайников. Конечно, не совсем воронцовский масштаб, но по меркам Империи и мира – крупная, и по некоторым отраслям делала даже наш род. Ну тут никто был не в обиде, Струговы были из внутреннего круга и одними из самых доверенных и верных людей для нас.

- Вот он и сделал свой выбор, а мои не то что ему не препятствовали, но поняв, что он так или иначе своего добьется, помогли ему в начале. И как видишь, не прогадали. Теперь «Струг» - один из столпов промышленности Империи, а что хорошо для нее – хорошо и для всех.

- Да, повезло, - сказал не без зависти Витек.

- А хочешь, я и за тебя словечко замолвлю? У нашего рода найдется место для юного гения, которому надо отрабатывать десятину. Тем более, работа на род Воронцовых приравнивается к государственной службе? – спросил я у него.

- Да ну, скажут, что я устроился по знакомству, что я тебя использовал, и тэ дэ, и тэ пэ. Не хочу так, - запротестовал Витек.

- А никто и не скажет, - пожал плечами я. – Пройдешь конкурс, а там, если подойдешь, будешь пахать на корпорацию, привнося свои знания и опыт. Тем более, ты прекрасно знаешь свой уровень, и уж лучше я тебя пристрою к делу на общих основаниях, чем отдавать такого умника конкурентам. Мозги нужны всем, не только зомби. Отработаешь десятку, а потом и решишь, что тебе надо, а что нет, куда пойдешь дальше или останешься.

- Да ладно тебе… Давай поговорим об этом попозже, - смутился Витек, хотя чувствовалось, что ему эта мысль понравилась. Надо будет поговорить с мамой, она сейчас главная в клане после ухода деда с бабкой на другую стезю, чтобы своим хедхантерам дала задание подобрать личное дело Витька, все равно они ищут таланты по вузам. А тут личная нет, не просьба, - просить бы я не стал – рекомендация о том, чтобы взять на заметку талантливого студента.

- Вот, смотри, что я вытащил из серийника Радзиловского, - Витек набрал пароль на смарте, и сразу же на экране ноута начали выскакивать одно за одним окошки оповещений.

- Погоди, ты его хакнул, что ли?

- А то. Эти типы просто до сих пор еще не поняли, с кем имеют дело. А я не распространяюсь, - ухмыльнулся Виктор. – Странно…

- Что там такого? – заинтересовался я.

- Новый режим, - Витек ткнул пальцем в визуализацию М-последовательности. – И самое интересное, что я не могу до конца понять, что тут такое. Какой-то ключ-не ключ, карман-не карман…

- Какая-то ерунда, - поддержал я его, хотя сердце у меня замерло. Я узнал эту визуализацию. И она мне очень не понравилась, нужно срочно было доложить деду.

- Скинь мне, - попросил его я. – На досуге сам поколдую над этим.

- Да пожалуйста, - Витек набрал на смарте мой номер. Коротко квакнуло оповещение. – Попробуй разложить по ряду Кротова, тут что-то связанное с мерностями высшего порядка.

- Никому не слова, - предупредил я его. – Даже Машке.

- А что так? – недоуменно переспросил он меня.

- Я думаю, Радзиловскому это очень не понравится. Может послать своих клановых по репе тебе настучать, а то и башку проломить.

Я немного развел краски, а не сгустил. За то, что находилось у княжича на серийнике, убивают. И теперь еще Витек в это влез… Да, боюсь ему места в концерне Воронцовых не видать.

И тут мой смарт заверещал дурным голосом – ну вот и дед, легок на помине. Жить точно долго будет.

- Да?

- Ты мне срочно нужен, - голос деда ласковым не выглядел. Впрочем, как и всегда – он не из тех, что ласково гладит внучат по головке, а из тех, у кого они постоянно огребают леща. Судя по тону деда, лещ был большой, и тянул скорее на сома. – На колесах?

- На игле, - парировал я. Я тоже не был ласковым внучком.

- Бери иглу и дуй ко мне… Отставить. В том районе сейчас Иван, он тебя подберет через пять минут на выходе. Жду.

И дед ласково бросил трубку, а я мысленно стал потирать затылок. Неужели так взбеленился из-за разборки с Радзиловским? Ну тут только вскрытие покажет, на столе у деда.

- Вот видишь, даже отдохнуть после института не дают, - пожаловался я Витьку. – Дела клана, а ты еще мне завидовал.

- Да ладно, - ухмыльнулся Витек. – Жаль, конечно, что не дали нам посидеть, я тут пару заклинаний по техномагии разработал, хотел с тобой посоветоваться…

- Скинь, я посмотрю, - я со вздохом поднялся со стула. Чувствую, мою пятую точку ждет сегодня клизма со скипидаром и патефонными иголками.

- Ну и какого хрена? – ласково спросил дед.

- А что мне было делать? Позволить этому хлыщу оскорбить Аньку и уйти безнаказанным? Драбицыны-Воронцовы так не поступают! Тем более от кого? От этих подсосиновиков с Сената?

- Да, ситуация конечно двойственная, я тебя понимаю и с тобой согласен. Оскорбления в наш адрес смываются только кровью… ну или говном, как у тебя это вышло, - хмыкнул дед. – Ответить было надо, честь рода требует. Но вот с другой стороны… Ты ведь не просто наследник двух родов, ты еще и принадлежишь Империи. Она в тебя вложила столько, что ты и представить себе не можешь. И не только материально, это-то как раз не главное. Но время, труд, знания – то, что нельзя купить ни за какие деньги. В спецслужбах САСШ есть такое понятие – «актив», ну ты знаешь.

- Примерно соответствует нашему «агент», но в более широком смысле.

- Вот «актив» мне нравится больше, и по смыслу подходит как нельзя лучше. Ты – актив, в который вложилась Империя. И она ждет от тебя отдачи. Полностью и всего себя. И такая случайность, как смерть на дуэли – это просто безответственность и разгильдяйство.

- Ну не мог я этого простить, не мог! Сам понимаешь – никуда от этого было не деться, честь не позволяет! И все твои рассуждения про актив перечеркиваются оскорблением чести. Сам-то небось тоже на дуэли ходил?

- И это тоже, - немного смущенно ответил дед.

- И тебя не беспокоило то, что ты особо ценный актив разведки, агент с позывным «Навь», и что за тобой столько всего числится!

- Но тут другая ситуация. Я был в себе уверен. После своих путешествий я уже не был обычным человеком. Кстати, в твоем геноме это тоже есть, вам с сестрой передалось по наследству, и как раз через поколение.

- Ну и тогда о чем тут разговор? Когда нет выбора, надо устранить один из вариантов.

- Да ни о чем, собственно. Прости мое старческое брюзжание. Все так.

- Что, совсем в старпера превратился? – ехидно ухмыльнулся я, глядя на деда. Дед выглядел на тридцать пять, вот что делает с людьми Волшба Рода высшего уровня. Волхвы очень медленно старели и жили дольше обычных людей.

- Да я тебе и сейчас задницу надеру не напрягаясь! – вспыхнул дед. – Выискался тут душара, внучок хренов.

Я ухмыльнулся еще шире. Милая семейная беседа, хренами постучались, тонус обрели…

- Ладно, у меня есть к тебе дело. Радзиловский…

- Что? – дед аж подался вперед, так его заинтересовало.

- Витек хакнул его серийник, который тот неосторожно дал мне в руки. Так вот, там есть опция для Скользящих, заклинание Ключа Безодни.

- Что? – дед аж подавился. – Ты уверен?

- Сам посмотри, - я отдал ему свой смартфон. – Тут все, что слил Витек.

- Виктор Алексеев, я полагаю?

- Ну да, он, - подтвердил я. Еще одна неприятная особенность в Серой Верви, что ты не можешь ни с кем дружить или любиться просто так. Внутренняя безопасность СБ начинает копать под человека, которого ты указал своим другом или любимым – были случаи, когда под видом отношений во внутренний круг общения пытались попасть заинтересованные, и не всегда по своей инициативе, лица. И только убедившись, что он более или менее чист, тебе давали разрешение на санкционированную начальством дружбу. Все-таки секретоноситель такого уровня не имел право на свои желания без санкции Службы Безопасности. А желающих добиться дружбы наследников рода Воронцовых хватало, но обычно с корыстной целью – невозможно быть богатыми наследниками самых знатных родов империи, и не иметь завистников и прихлебателей, желающих получить доступ к телу. Но здесь я выбирал сам.

- Ну он у нас давно на примете, - сказал дед. – Пока в разработке, но на него уже глаз в СБ положили, им свихнутые гении нужны.

- Не думаю, что он горит желанием служить Империи за язву желудка и инфаркт, - сказал я. – Он способен на большее. И потом – его потолок у нас – полковник, начальник отдела. «Клюква» за выслугу, скромная пенсия и куча болячек на выходе.

- Ну посмотрим. К делу. Я посмотрю, что вы с ним накопали, и приму решение, - и мой очередной смарт исчез в кармане брюк деда. – А у меня есть для тебя еще одна новость…

Глава 3

- Княжич, княжна, готовы? – Иван Смелый поправил на поясе серийник.

- Ворон готов, - я представился позывным. Никаких имен, никаких фамилий. Только позывной. Там, куда мы идем, никому не надо знать о нас ничего больше, чем мы сами дадим.

- Сойка готова, - ответила Анька, встряхнув копной светлых волос.

Вот он, доминантный ген – все три женских поколения Драбицыных-Воронцовых были голубоглазыми золотоволосыми блондинками, начиная с бабы Лизы. Которую-то и бабкой назвать нельзя – резко получишь от на вид тридцатипятилетней красавицы леща похлеще, чем от деда. Волхвы, они такие… А сестрой я аж залюбовался – в обтягивающем черном комбинезоне Скользящей она выглядела лучше всех супермоделей, не была бы сестра – предложил бы руку и сердце. А почему Сойка? Да вот так, не захотела сестрица выбирать себе оперативный псевдоним по фамилии. Мне-то проще – Воронцов – Ворон, а вот предложение «Вороны» как позывного ей сильно не понравилось, ну и взяла другой птичий псевдоним. Главное короткий и звонкий. Легко быстро произнести в крайнем случае, даже сократив до первого слога.

- Визуализация!

Я закрыл глаза, представляя руну «Ис», устанавливая связь с ее миром. Главное – настроиться на вибрации нужного рунника, а дальше за тебя все сделает «Капище», которое способно перебросить тебя по заданным координатам междумирья с высокой точностью. Эти миры и были своеобразными реперными точками, маяками, от которых все и плясалось в начале появления Скользящих.

Откуда они появились и кто их создал – никто не знал. Даже сами боги, которые обустроили Древо под свои нужды. Судя по моему анализу древних эзотерических знаний, боги были не первыми, и Древо тоже создали не они. А уж миры – и подавно.

Рунные миры в отличие от номерных, которые являлись измененными копиями друг друга, были другие от слова «совсем» и уж на мир в привычном понимании не походили – скорее уж на РПГ с полным погружением, которых в нашей Яви хватало. Ограниченный сюжет, малая вселенная… Только вот они были реальными, в отличие от виртуальных, и здесь также, как и во всех других мирах, можно было сгинуть или вернуться калекой, а то и просто помешанным. Это не игра.

- Славянский кристалл рёжного света! Хутта Ис! – голос Ивана дрогнул, произнося ритуальные слова заклинания перехода, а я почувствовал, как через меня словно пронеслось невидимое, но вполне ощущаемое Нечто.

Вполне привычное ощущение для Скользящих, знакомое уже не раз – мы прыгали для тренировки в этот и другие рунные миры, но сразу же возвращались обратно под присмотром Ивана, благо для этого не требовалось особых усилий. Достаточно было активировать амулет-откатник, который выкидывал нас обратно в наш мир.

Я почувствовал холод, и открыл глаза. Ну точно, как и в прошлый, тренировочный, раз – мы стояли на заснеженной равнине, под небом, затянутым белой хмарью. Локация известная – точка входа в мир Ис равнина Чистая, степь Бела. Здравствуй, Бела, век бы тебя не видеть.

- Прибыли, - сказала Анька, дохнув паром. Холодно здесь, в этом вечном царстве льда и снега. – Как и в прошлый раз.

- Только в прошлый раз вы находились здесь с полчаса, а теперь у вас экскурсия по миру, - Иван потопал ботинками, оставляя после себя четкий след на снегу.

- Зачем оно нам надо? – пробормотал я под нос, но Иван меня услышал.

- И так знаешь. Во-первых, тренировка на Скольжение и Удержание мира, во-вторых, здесь можно очень хорошо прокачаться, получив знания и умения от аборигенов.

- Только вот что-то как-то никого и не видно, - скептически сказал я.

- Ворон, ты спал на брифе, что ли? – сказала Анька. – В этом мире нет живых, только призраки.

- Да и кто, кроме них, способен выжить в ледяной пустыне… - вздохнул я. – Ну что?

- Пошли, - Иван поправил лямки ранца.

Белое безмолвие – как я его не люблю! Всегда при чтении или просмотре книг и фильмов про север и Арктику, я представлял себе именно это. Снежная равнина, свинцовое серое небо, и – никого вокруг. Депрессняк восьмидесятого левела.

- За мной! – Иван, повернувшись к нам, махнул рукой.

О, а равнина вовсе и не полностью пустынная, вот какой-то камень, похожий на те ледниковые валуны, которые встречаются еще в окрестностях Питера, размером с Анькину маленькую дамскую «Катрину». Только весь иссиня-белый, необычный.

- Знакомимся с местными достопримечательностями, - Иван кивнул на камень. Камень Бел, он же Белороб, он же Палтырь. Подойдите и положите на него руки, получите левел-ап.

Мы с Анькой молча подчинились. Холод вошел в сердце, мысли стали плоскими и потеряли эмоциональную окраску. Сразу стало все равно, потерялся интерес к чему бы то ни было. Даже слабость какая-то появилась во всем теле.

- Что чувствуете? – спросил Иван, когда мы отняли ладони от белой глыбы.

- Безразличие, - ответила Анька.

- Это и есть оружие. Теперь вы, лишь подумав, сможете насылать на врагов это чувство без всяких плетений. Оно называется Холод Души. Одно из прямых воздействий, доступных жрецам-волхвам, которыми вы и станете в будущем. Да, запомните, есть еще один лайфхак – если вы сдвинете камень, из-под него вылетят холодные ветры, которые можно наслать на врагов.

- Пока их я что-то не вижу, - заметил я. – Ни тех, ни других.

- И слава богам, - серьезно ответил Иван. – Но в войне с порождениями Безодни вы должны быть готовы ко всему, что может помочь вам выжить и победить. Пока в рунных мирах они не появлялись, мы бы уже узнали. Но ключевое слово здесь «пока». Это совсем не значит, что вам не придется с ними воевать в этом мире. Поэтому вы должны знать и уметь, как действовать на этой местности. Запоминайте, пригодится. Пошли дальше.

Ох уж это унылое занятие – топать по заснеженной равнине, тоска смертная. Ненавижу марш-броски! Мы шли, бредя по щиколотку в снегу. Через полчаса на горизонте появился редкий лес, больше напоминающий лесополосу.

- Что это? – спросила Анька, остановившись на полминуты, отдышаться.

- Местный лес, - ответил Иван. – Называется Льдовы. Пойдем по дороге, нам туда.

И точно – под слоем снега угадывалась дорога. Кому она нужна в этом мире, если он населен призраками? Кто знает… Рунные миры – они такие, в них бесполезно искать логику и здравый смысл.

Мы двинулись, с трудом переставляя ноги – просто местная гнетущая атмосфера не способствовала не то что оптимизму, вообще полностью отбивала желание делать что-нибудь. Может, остаточное действие после Палтыря? Кто знает.

- Там избушка! – с удивлением сказала зоркая Анька. – А говорили – призраки, призраки…

- А кто сказал, что у призраков не может быть своего жилья? – сказал Иван. – Они тоже люди.

Вид жилья оказал на нас бодрящее влияние, мы ускорили шаг.

- Куда несетесь? – спросил Иван.

- Ну вот же избушка…

- В гости к духам? Вряд ли они будут вам рады. Проходим мимо, не останавливаемся, поняли?

- Да, - разочарованно сказала сестра.

Вот уже и избушка, а на лавочке возле нее – старушка в платье и белом платочке. Только вот это если смотреть обычным зрением, а если включить волховской взор… Избушка? Какие-то обугленные неизвестно когда и чем развалины, щерящиеся неровными остатками стен подобно разрушенному зубу. Да и старушка не старушка – уродливая злобная навья, призрак в рваной хламиде и клочьями развевающихся под силой волос. Короче нежить и есть нежить, что здесь, что у нас.

- Лучше в ее сторону не смотреть, приворожит – навсегда здесь останетесь, предупредил Иван.

- Лучше не надо, пробурчал я под нос.

Мы, гордо подняв голову, прошествовали мимо избушки со старушкой, словно ее здесь и не было, даже не скосив глаза в ее сторону.

А вот дальше по тропинке пошло странное. Возникло ощущение нереальности происходящего – хотя какая тут реальность, наркоманский бред, да и только. Но тут возникло ощущение, что мы выпадаем из пространства-времени, словно пробираясь сквозь эфемерный кисель, даже органы чувств перестали работать правильно. Еще не хватало в синестезию впасть.

- Почувствовали? – спросила искаженная фигура голосом Ивана. – Это Марь, одна из межмировых аномалий. Здесь сталкиваются потоки времени, искажая реальность. Просто идите вперед, опираясь на внутреннее чутье.

Легко сказать – опираясь, опираться тут как раз не на что. Чувства дают такое ощущение, что дорога завилась винтом, как спираль ДНК. Прошагав так вперед шагов пятьсот, я с облегчением выдохнул – вроде мир пришел в норму, небо над головой, твердь под ногами. Мы вошли под полог леса с заледеневшими жидкими ветвями деревьев, похожими на метелки в давно засохшей известке.

- Все здесь, никто не отстал? – для проформы задал вопрос Иван. – Эпицентр мы прошли, дальше будет чуть полегче, но главное – впереди.

Стволы деревьев стали плотне, ветви уже образовывали переплетение вороньего гнезда. Через них пробивался свет, как будто за ними что-то ярко сияло бело-голубым. И, сделав несколько шагов вперед, мы внезапно вывалились на полянку, точнее большую поляну, больше похожую на пустырь. Челюсти отпали одновременно, ударив по ногам и отбив большие пальцы. Только Иван был невозмутим – ну еще бы, он здесь был не раз, ему это не в диковинку.

Из середины прогала бил столб бело-голубого света, начинаясь от земли и уходя в небо, пронзая серую хмарь.

- Источник Душ. Вглядитесь, - шепотом сказал Иван.

Что за черт или бог? Если вглядеться в светящийся столб, то становится виден высокий мужчина в белой шляпе и каком-то одеянии типа хламиды, не молодой и не старый, с бородой, ослепительно белой кожей, и голубыми глазами.

- Первородный, - с благоговением прошептал Иван, и поклонился столбу.

Впрочем, мужик с бородой не обратил на него ни малейшего внимания, как и на нас, оставаясь такой же статуей. Только глаза на миг стали фиолетовыми.

- Пойдемте, - и Иван, не приближаясь к столбу, попятился обратно в чащу.

- Что это было? – спросил я, когда мы отошли подальше, и свет теперь еле пробивался между сплетенными ветвями.

- Первородный, - повторил Иван. – Не дух и не человек, Из тех, кто были раньше богов. А столб – это источник наших душ, через который мы прибыли в Явь.

- Выходит, правда, что боги пришлые?

- Выходит, так, но точно никто не скажет, - согласился Иван. – Первородный был до них. Никто не знает, он ли со своими товарищами сотворил Древо, или он просто пришел в этот мир первым – сия тайна велика есть.

- А спросить нельзя? Ну или там как-то еще выведать?

- Он не общается с ныне живущими. А спрашивать его – все равно что к тебе обратится муравей, и потребует ответа. В лучшем случае просто не заметит, в худшем – раздавит. В инструкции этого мира эту полянку лучше обходить стороной, не тревожить Первородного своим появлением.

- В инструкции???

- Ну а как ты думал, - усмехнулся Иван. – Взято чисто у геймеров, их описания локаций, персов и механики подходят для рунников лучше всего. – И один из первых Скользящих, заядлый геймер, стал описывать это как прохождение игры. Так и появились инструкции к мирам, больше похожие на диздоки. В них описано все, что собирают Скользящие, путешествуя по реальностям. Все, даже малые наблюдения, какие-то нюансы, заметки – все ложится в описание миров, потому что мало знать основные истины, изложенные в аннотации, надо знать и тонкости. Поэтому опытный Скользящий первым делом лезет в диздок по миру и читает связную структурированную информацию. Вот что, например, это?

Иван показал на дуб, торчащий посреди чахлых деревьев как Гаргантюа.

- Дуб, что же еще?

- Не просто дуб, а одна из местных достопримечательностей. Дуб Белый. Если прикоснуться к нему и настроиться на его вибрации, почувствуешь успокоение и умиротворение. Также дарует спокойствие тем, кто его потерял, повинуясь воле волхва. А его желуди даруют избавление от простуд и прочих ОРВИ, а также делают человека намного морозоустойчивее. Антифриз, так сказать. Не замерзли? – Иван подошел к дубу, и сорвал несколько желудей с засохшей ветки. Дал по паре нам, потом сам расколол свои с помощью ножа. – Съешьте, путь у нас неблизкий, а комбезы не всегда спасают, особенно тех, у кого их нет. Вот тогда желуди – ваше единственное спасение. Лучше сиднокарба, который используют летчики и моряки, попавшие в ледяную воду. Только, в отличие от него, это природная сила и магия. Да, кстати, особо не налегайте, по паре достаточно. Хоть желуди и волшебные, кверцетин в них никто не отменял, а он здоровью не способствует.

Я раздолбал твердую скорлупу, и принялся грызть ядро. Выходило плохо. Но раз полезно…

- Чувствуете? – он спросил, наблюдая за нами.

- Да вроде как и мороз стал меньше, - сказала Анька. – Щеки больше не щиплет.

- Ну тогда пойдемте дальше, - сказал Иван. – Нужно уже выбираться из леса. Нам туда!

И Иван медведем попер напрямую через бурелом. Даже скорее БТРом. Ну что делать? Только вперед, за ним. Без песни правда, но это дело поправимое.

С полчасика так пошагав, мы наконец подобрались к концу леса.

- Стойте! – поднял руку Иван. – Видите, что впереди?

- Ага, - подтвердил я, глянув на замерзшее зеркало льда с застрявшими кое-где веточками. – Что это?

- Льдовы Блато, - сказал Иван. – Болото, проще говоря.

- И чем оно полезно?

- Ну здесь можно топить духов холода.

- И все?

- И все.

- Странное какое-то место. И усилий недетских требует. Поймай духа, окуни в болото…

- А их и ловить не надо. Все, звиздец, приехали! – ругнулся Иван. Вокруг ощутимо повеяло холодом. – Быстро через болото!

Мы разогнались, и заскользили по льду, позже перейдя на бег. Когда мы были на середине, я оглянулся. Обычный человек увидел бы только снежную пелену, устремившуюся за нами, я же волховским взором увидел черные скользящие по льду тени.

- Ходу! – скомандовал Иван, пропуская нас с Анькой вперед. Ну тут уже не до демонологии, живым надо выбраться.

Мы вылетели на противоположный берег быстрее собственного визга. Я обернулся и достал серийник, активировав Развоплощение, Анька тоже выхватила свой из кобуры… Призраки были уже на середине болота.

- Я сам, - Иван сделал отстраняющий жест рукой, и достал М-гранату.

Кольцо в снег, бросок – граната щелкнула отстегнувшимся рычагом в полете и полетела точно туда, куда накатывалась белая пелена.

Рвануло знатно – и в обычном диапазоне, и в магическом. Лед болота поломался, открыв огромную полынью, и вся масса духов, посеченная плетениями заклинаний и осколками, ухнула под воду. Вся, да не вся – несколько силуэтов каким-то чудом удержалась на краях. Я поднял серийник. Пок-пок-пок – трое готовы. Я перенес огонь на правый фланг, но там Анька уже своих добила, превратив их в облачка пара.

- Ну вот, я же говорил! – наставительно сказал Иван. – Здесь расслабляться нельзя. Отдышитесь, и пойдем дальше.

- Следующие будут?

- Нет, эти все. Давно здесь не было Скользящих, расплодились духи, наглость потеряли.

Я сдул воображаемый дымок с дульного среза, и убрал серийник в кобуру. Надо действительно с собой пару М-гранат держать на всякий пожарный, заметка на будущее.

- Пошли, - махнул рукой Иван. – Нам надо спешить.

И тут мы увидели перед собой реку, и мост через нее, словно глазированный прозрачной глазурью, так причудливо лег на него лед. А за рекой возвышалась невидимая ранее огромная столовая гора, одновременно похожая и на тепуи Гвианского плоскогорья и на горы-монументы Аризоны, только вот абсолютно белая от снега и льда.

- Это Забыть-река, Сыбота. Вода из нее волшебная. В малых дозах лечит болезни, убирает астральные подключки. Лучшее средство от лярв и энергетических вампиров. Но только если выпить не больше пяти капель.

- А в больших? – спросила Анька с интересом, как ведунья. Вершки-корешки, травки-муравки – любила она биологию. Надо было ей в мед идти... Ведунья-знахарка на уровне жреца – да тут за нее дрались бы лучшие клиники Империи! Но вот дед решил по-другому.

- В больших – лишает разума, - сказал Иван. – Подобно наркотику. Хорошо, сюда еще торчки не добрались, они бы нашли здесь утеху. Перед смертью, в смысле.

- Хорошая водица, - хмыкнул я.

- А у нас ее запасы кончились. Так что давай, Ворон! – Иван протянул мне оплетенную заклятьями флягу. – Набери водички, только рук старайся не замочить, это вредно.

Я покосился на него. А что тут думать? Трубочка из питьевого резервуара с подсосом – и готово. Ну на всякий случай наденем на руки плетение Изоляции, чтобы уж для гарантии.

Осторожно ступая по обледеневшим камням, я приблизился к руслу реки. Вот они сказки про Мертвую и Живую воды, во плоти. Я подкачал насос, и из него полилась струйка жидкости, зажурчав во фляге. Все, можно вынимать, стекло вон даже запотело от моих рук.

- Держи! – в порыве озорства я кинул ее Ивану, оторопевшему от неожиданности на мгновение, но потом выхватившего фляжку из воздуха.

- Никогда больше так не делай! – сказал он. – Если бы фляжка раскрылась и пролилась струей мне на темечко, то можно было бы заказывать панихиду. Она убивает.

- Ну раньше бы сказал, - скорчил недовольную морду я. – А то – набери, набери…

- Ладно, - пробурчал Иван. – Привал – пять минут, восстановите силы, проверьте свои оболоки, и пойдем дальше. Наше знакомство с этим миром еще не закончилось.

Глава 4

По мосту Ледяному через Сыботу мы почти пробежали бегом. Хоть эта конструкция не производила впечатления ажурной, но и танки пускать по ней не следовало, да и самому как-то не особо хотелось искупаться в Забытной. Мост был не весь изо льда, кое-где в протертых нашими подошвами прозрачных прогалинах просвечивали старые, потемневшие от времени доски.

- Ну а теперь что дальше? – спросил я, глядя на гору впереди. – Что это вообще такое?

- Это Фаф-гора, хотя у нее много названий, в мифах народов Древа она звучит по-разному.

- Неужели будем туда взбираться? – без малейшего энтузиазма сказал я, меряя ее взглядом.

Не пятитысячник, конечно, но с километр будет. Этакая крепость, возвышающаяся над этим мертвым миром. И никакого желания лезть в гору не было от отсутствия не только снаряжения, но и подготовки.

- Нет, просто подойдем к ней поближе, и уже оттуда вернемся в наш мир. Лезть туда просто так без приглашения не стоит.

- Кто-то обитает?

- Да не просто обитает, - сказал Иван. – Целая мини-цивилизация. Если таковой можно назвать духов. Наверху – царство Пустое, оно же Льодяна Держава или Белая Земля. По описаниям там только снег и вьюга, погодка та еще.

- По описаниям?

- Да. Там мало кто был. И только по приглашению царицы города Ледянец.

- Ну вот, а говорили, что живых нет, только призраки…

- А живых и нет. Учителя, овладевшие силой Ис, и царица – энергетические сущности плотнее призраков, материализовавшиеся сознания. И в Ледянце, в саду Свежем, где передаются тайные знания, были только Навь и Прол.

- Навь, это я понимаю, наш дед, а кто такой Прол?

- Тот самый первый из наших Скользящих. Только двое удостоились чести быть приглашенными во дворец и получить знания от Учителей.

- Ни разу не слышали о таком, - подала голос Анька.

- И, боюсь, не услышите, - вздохнул Иван. – Он пропал на одной из миссий.

Да, и такое бывает, подумал я. Все-таки как ни крути, а мы специальная служба, пусть наши интересы и лежат в других мирах.

- А это часом не он? – кивнул я за спину Ивана.

Он резко обернулся, положив пальцы на кобуру с серийником. Нежданный визитер здорово смахивал на человека, но не больше того. Белая фигура, больше похожая на ожившую гипсовую статую – сходство тем больше, если посмотреть на глаза без зрачков, такого же белого цвета, как и все остальное. Одет в халат, на голове что-то такое, что я видел где-то на картинках про непальских гуркхов или кого-то подобного. Только вот никакой это не мрамор и не плоть и кровь – в волховском взоре эта фигура словно бы светилась белым светом Силы, переливающейся по жгутам этого создания.

- Учитель, - пораженно прошептал Иван.

- Уходите, - прозвучало у нас в голове, мраморные губы этого создания даже не дрогнули. – Дальше путь закрыт.

- Для нас? – спросил я.

- Уходите, - повторила фигура.

- Ворон, Сойка, - Иван обернулся к нам – Команда – отход.

Мы взялись за висевшие на груди откатники, переглянулись друг с другом и хлопнули по щитку-кнопке.

Снова неприятное ощущение рассогласования разума и чувств – и под ногами уже не замерзшая твердь Белы, а вполне себе нормальное наноактивное покрытие Зала Обмена.

- Кто это был? – спросил я.

- Один из Учителей, - ответил Иван. – Он же один из хранителей того мира.

- Хранителей?

- Ну а как ты думаешь, мир может быть без Хранителей? Чтобы любой случайно или не случайно попавший в него творил, то, что угодно? И Первородный, и Учителя суть хранители мира Ис. Ну а какой силой он обладает, вы видели сами, это энергия в чистом виде.

- И мы даже не поговорили с ним?

- Убедить его не получилось бы, только вызвало бы отторжение и неприятие. А поскольку мы в хороших отношениях с обитателями Рунных миров, делать этого не стоит.

- Ясно, - я начал расстегивать комбинезон. – И такое часто случается?

Иван помедлил перед ответом, словно что-то его тревожило.

- На моей памяти в первый раз, - сказал он задумчиво. – И первый раз я увидел Учителя вживую. Обычно мы спокойно ходим по этому миру никого не трогая, и ведя себя как и полагается гостям, пусть и привилегированным. Единственное правило было – не лезть на гору. Но похоже, что-то случилось. И это мне не нравится. Так что давайте переодевайтесь и – за отчеты. Опишите подробно все, что видели, слышали и ощущали.

- Так есть же полная запись нашего трипа?

- Камера, пусть и самая совершенная, не даст того, что ощущает и чувствует человек. Будем считать, что тренировочное задание выполнено успешно, а что нам пришлось его прервать в конце – не наша вина. Посмотрим, что записали камеры в М-режиме…

Жирная муха билась о стекло, пытаясь вырваться туда, где за окном уже все зеленело и цвело, под уже теплыми лучами майского солнышка. Я вертел в пальцах ручку, отставив написанный на листке ответ по матемагике – «Теории М-последовательностей».

Экзамен в университете проходил по-старомодному – никаких тебе гаджетов, никакой мобильной связи, и вообще никаких технологий. Вот тебе ручка, вот тебе листок, ах да! Еще и голова, если ты не забыл ее прихватить из дома, предварительно набив знаниями. Ну это конечно всегда со мной – по матемагике, как мы ее называли, у нас с Анькой выходила твердая пятерка, и что Графин Стаканыч, то есть Евграфий Степанович Гляссер прицепился? Мог бы и автомат поставить, но видимо решил действовать из принципа «все равны, но некоторые равнее», вкладывая в эти слова совсем противоположный смысл. Типа, если благородные и высокородные, то с них спрос выше, чем с разночинцев. Чтобы, значит, шепотки не пошли, что князья вон на халяву свои оценки получают.

Да нам-то что. Азбуку, которую надо было сдавать, мы уже давно изучили еще в Верви, благо там было такое, при виде чего у Стаканыча случился бы святой Кондратий. В том числе и закрытые труды по теормагии, в которых эти самые М-последовательности разносились в пух и прах, считаясь вредными для изучения в силу примитивности и ограниченности мышления. Ну так оно в принципе и было, магия для подмастерьев без ума и фантазии.

- Господин Драбицын-Воронцов, вы готовы? – Стаканыч уставился на меня стеклышками своего пенсне, под Чехова косил однозначно. В наше время коррекция зрения – пятнадцать минут на операционном столе и несколько дней отдыха, так нет, надо поприкалываться. Ну если уж не хочется лазером по глазкам, хотя бы визоры нацепил – смарт-очки со всеми нужными функциями.

Я, кряхтя, поднялся из-за стола, взяв листок и ручку. Подмигнул Аньке, сидевшей за соседним столом и тоже гоняющей балду, написав ответы убористым почерком на листке.

- Садитесь, господин студент, - кивнул мне Стаканыч на стул. – Давайте, что там у вас?

- Обратная трансформация М-последовательности с учетом взаимодействия М-факторов…

- Вижу, - Стаканыч пододвинул листок к себе, и вчитался в мой неровный почерк. – Верно, а вот промежуточных трансформаций не вижу. Опять в уме, княжич?

- Да, - уныло сказал я.

То, что для меня естественно и элементарно и делаю я это в уме на автомате, другие гоняли по таблице взаимодействий, методом численного тыка пытаясь получить желаемое. Можно, конечно, и так, но это ламерство чистой воды с секущими Бриона, в результате чего десяток полученных результатов надо еще прогнать по паразитным ветвям, отсеивая их. Ну правильно, кто не умеет работать головой – работает жопой, то есть берет усидчивостью и тратой времени. Для теоретика средней руки это нормально, но, когда на тебя несется стадо призраков или кастует свое заклинание волхв Черной Верви, ты не скажешь ему – «ой, подождите пожалуйста, сейчас я прогоню заклинание по таблице взаимодействий, выберу подходящее, и тогда колдуйте».

- Ну тогда вот вам М-последовательность, - Стаканыч начал черкать формулу на обратной стороне листка. – Преобразуете ее здесь и сейчас – получите заслуженную пятерку.

Он повернул листок мне, и я немного обомлел. Формула переноса в пространстве-времени, которая является одной из тайн Верви и выходит далеко за рамки базового курса матемагики.

- Учтите, что ответ я знаю, мне просто интересно, как это сделаете вы.

Я поднял на него взгляд, и с удивлением увидел, как подмигнул хитрый глаз за стеклом пенсне.

- А константы? – спросил я. Что-то задумал Стаканыч, ой что-то задумал.

- Ну, например, - он перевернул листок опять к себе, - вот такие.

Так, теперь надо вспоминать координаты миров Древа. Похоже, Стаканыч намылился в один из Рунных миров, а обратная последовательность позволит вернуться ему обратно в наш мир. Ну что же, вэлкам. Что ему там понадобилось?

Я сосредоточился. Подсунуть ему лажу? Не получится. Раскусит сразу же, просто применив прямое преобразование Брауна. Пусть получит обратное рабочее заклинание, а остальным займутся люди деда, выяснять куда кто намылился – их работа.

Я быстро набросал ему обратную формулу, вспоминая расчеты многомерных преобразований, с полным описанием.

- Вот, пожалуйста, Евграфий Степанович! – я повернул исписанный листок к нему.

Стаканыч вчитался в написанное мной, только что не шевеля губами. Я следил за его реакцией – на каком месте он споткнется или замешкается? Нет, тщетно – он пробежал по формулам, как по писаному, не запнувшись и не напрягшись, словно действительно уже подобное читал.

- Все верно, господин Драбицын-Воронцов, - резюмировал он. – Давайте вашу зачетку.

Стеклышки блеснули, кончик старомодной авторучки с золотым пером вывел «отл». Ну кто бы сомневался!

Я вышел из аудитории. Нет, ко мне не подбежал никто из однокурсников с вопросом «Ну, что? Сколько?» - в этом не было нужды. Лишь Витек, листавший в планшете материалы, уныло спросил:

- Пятерка?

- Ага. А ты что такой кислый? Ты вроде тоже на отлично идешь?

- Голова болит, - поморщился он. – Заснуть долго не мог.

- Мандраж, брат, дело нормальное, - я одобрительно хлопнул его по плечу. – Хочешь, с тобой постою?

- Да ладно, - скривился он.

- Мне все равно сестру ждать, - я подпер стенку коридора, чтобы не упала.

- Дополнительные задачки дает?

- Еще как, - кивнул я. – Ну ты же его знаешь – без дополнительной задачи выше «хор» не получишь, и то, если работал в семестре, Стаканыч – дотошный.

- И злопамятный, - скривился Витек.

- Но справедливый. И если на тебя глаз положил, то будь уверен, выжмет из тебя все, чтобы самому получить моральное удовлетворение.

- Одна из разновидностей научно-преподавательского онанизма, - хмыкнул он.

- Главное – чтобы не припахал диплом делать.

- Свят-свят-свят, - перекрестился Витек, и сплюнул через левое плечо. – Только не у него.

- Что так? Два года осталось учиться, вон на него Мареева как горбатится, аж с первого курса. Даже статеечки пописывает с ним в соавторстве, да по ВАКовским журналам публикуется. Тоже дополнительный бонус в аспирантуру.

- Видал я эту обсирантуру в гробу, - Витек оторвался от планшета. – Вот пускай тупенькие типа нее туда и идут.

- Ничего ты не понимаешь в колбасных очистках, - хохотнул я. – Если ничего не умеешь, что главное? Учить других. А с ее упорством и отсутствием головного мозга станет лет в сорок деканом, и начнет тут всех строить.

- Если от язвы желудка и гипертонии раньше не загнется. Не, я туда не…

Распахнулась дверь аудитории, и оттуда вылетела довольная до предела Анька.

- Понял уже, понял… - проворчал я, глядя на свою довольную лисичку-сестричку.

- Ну что, едем праздновать? В «Доминик»? Лучшее мороженое в Питере! Вить, ты с нами?

- Не-не, вы без меня, я еще не сдал, - он отсалютовал нам планшетом. – Да и у меня немного другие планы на вечер.

При этом он украдкой кинул взгляд на Разумовскую. Ну понятно, ухмыльнулся я. Мороженым дело не обойдется, Машка ему устроит вечер досуга.

- Ну ладно, давай! Ни пуха, ни пера!

- Идите к черту! – и Витек опять упулился в планшет.

Мы выбежали из здания института. Точнее, бежала Анька, а я следовал за ней хвостиком.

- Ну что, поехали по мороженому вдарим? – весело сказала она.

- Нет, дело внезапно возникло. Что тебе Стаканыч из задач дал?

- Да, практически преобразование вакуум-энергия, стандартное, - отмахнулась она. – Создание и развоплощение плазмоида, фигня. А тебе?

- А вот в этом-то все и дело. Так что сейчас к деду, в машине объясню.

- Ну раз так, - она мигом посерьезнела, - пусть будет дело. А мороженое на дом закажем, «Доминик» все равно наш поставщик.

- Это точно? – дед повертел в руках написанную мной формулу.

- Абсолютно, - подтвердил я, невольно поежившись от струй кондиционированного воздуха в кабинете деда, расположенного в бункере под особняком с вывеской «Компания «Ассоль». Причем вывеска была маленькая, особняк чуть побольше типа контор «Рога и копыта», а вот то, что скрывалось под особняком и его окрестностями, для непосвященного могло оказаться диким сюром – огромный бункер на пять этажей, одно из бывших Императорских бомбоубежищ, отданный дворцовой администрацией в полное и абсолютное распоряжение Серой Верви. – Если я не ошибаюсь, это координаты одного из Рунных миров.

- Не ошибаешься, - подтвердил дед. – Это Вырей. Вспомни, что точно он тебе говорил?

- Да ничего особенного, - пожал плечами я. – Дал мне М-последовательность, сказал, что правильный ответ у него уже есть. Ну еще разве что подмигнул – ну может у него был нервный тик, совращать он меня не мог, насколько я знаю, мальчиками не интересуется.

- Вот тебе и логическая загадка. Прекрасно зная твою родословную, кто твои дед и прадед, он дает тебе заклинание, до сих пор находящееся под грифом «Секретно», просит его просчитать, говорит, что знает ответ…

- Вряд ли бы он стал так палиться, - сказал я. – Прекрасно знает, что я могу этим поделиться с дедом, и это вызовет определенный и недвусмысленный интерес как СБ РИ, так и Белой Верви. Значит, что он дает нам сигнал, что есть какая-то информация.

- Вот только с какой целью, - дед ткнул пальцем в планшет. – Я смотрю как раз его досье, и совершенно не вижу в нем ничего необычного. Монархист, с твердыми политическими взглядами, в порочащих связях если и был, то не замечен. Финансово обеспечен, женат, двое детей. На кафедре уже двадцать пять лет, заведующий, один из крупных теормагов. К военным разработкам не привлекался, один из тех гениев, которых военные решили не трогать, чтобы работал, а не ногу тянул на шагистике, у них это плохо получается. В общем, все положительное, кроме реакции Вассермана. Шантаж – типа «я знаю, что вы знаете, что я знаю, и поэтому платите за молчание» - исключен, таким местом не рискуют, да и шантажировать СБ – плохая идея. Тем более, эта М-последовательность является гостайной, и за попытку ее раскрыть можно неплохо присесть и гарантированно сменить кафедру в Питере на барак в тундре.

- Попытка поделиться информацией, не привлекая внимания. Чужого внимания, в смысле, - предположил я. – Если он сказал, что у него есть ответ, причем он дал координаты конкретного Рунного мира, значит, у него есть информация, но он не может напрямую обратиться в СБ, подозревая, что за ним следят или не доверяя конторе. Поэтому он выбрал единственный доступный ему вариант, дав внуку генерал-лейтенанта СБ, товарищу начальника СБ РИ, информацию, которая без сомнения его заинтересует. Отсюда и странная манера подачи информации, и его подмигивания – он что-то знает, но боится сказать, а такой путь передачи безопасен, невинен с точки зрения постороннего наблюдателя. А уж получатель сложит два и два, и помчится к деду, выкладывая новости.

- Очень на это похоже, - побарабанил пальцами по столу дед. – Ну ладно. Ваша задача – вести себя так, как будто ничего и не произошло. Вы еще встретите вашего препода в универе?

- Вряд ли, - пожал плечами я. – У нас остался всего один экзамен, и летняя практика. Технологическая.

- На которую вы уже формально приписаны к концерну Воронцовых, - ухмыльнулся дед.

- Ну естественно, - ухмыльнулся я в ответ, прекрасно зная, что концерн – прикрытие, а практику мы с Анькой будем проходить здесь. И она будет реальная, а не изучением техпроцессов и расчетами.

- Вот и хорошо. Ну а если встретите, не подавайте и виду, что вам что-то известно, ведите себя естественно.

- Мог бы и не говорить, - укоризненно сказал я. Уж внукам генерала-ли этого не знать? Не с горшка в детском саду, чай, пришли.

- На всякий пожарный, - сказал дед. – Лучше перебдеть, чем…

- Недобдеть. В курсе, - сказал я.

- А пока идите, куда шли – небось опять в «Доминик» намылились?

- Ну как бы… - полувиновато сказала Анька.

- Идите, идите, - добродушно сказал дед. А то я не знаю, что он отслеживает наши счета, и страсть сестры к эклерам и мороженому – к чему греха таить, сам этим грешу – ему хорошо известна. – И выбросьте все это из головы, готовьтесь к экзамену. Чтобы на «отлично» сдали, поняли меня?

- Да поняли, - вздохнул я, поднимаясь со стула. – Разрешите идти, Ваше Высокопревосходительство?

Глава 5

- Все готово? – спросил дородный мужчина с окладистой бородой, снова вошедшей в моду.

- Да, Ваше Сиятельство! – техник в белом халате поправил электроды на голове испытуемого. – Вам нужно покинуть зону переноса.

- Да ладно тебе, Капитон, - заложил пальцы за брючный ремень граф Воротнев.

- Я настаиваю на этом, - требовательно произнес техник. – Вы – глава клана, вам нельзя находиться там, где может произойти инцидент.

- Я плачу тебе, да и всем вам за то, чтобы не было никаких инцидентов!

- И все же, Ваше Сиятельство… - техник сделал вежливый жест, означающий «на выход».

- Ладно, - буркнул Воротнев. – Посмотрю из-за стекла.

Он кивнул туда, где за толстым бронированным стеклом располагалась аппаратная камеры переноса.

- Нет, Ваше Сиятельство, только вне периметра лаборатории. Трансляция будет вестись непрерывно, вы сможете за ней наблюдать онлайн. И да, вы платите нам за то, чтобы инцидентов не случилось с вами.

- Как вы меня достали! – бросил граф.

Но Капитон был совершенно прав. Ему, главе клана Воротневых, не стоило быть безрассудным – это не тот случай. Их еще в кадетском училище учили, как глупо погиб фельдмаршал Субботин, глава космической программы Российской Империи. Из-за наплевательского отношения к мерам безопасности, решил лично разобраться на старте из-за заминок, да еще и свиту с собой потащил. А ракета возьми, да и взорвись… В общем, хоронить пришлось оплавленную пуговицу с двуглавым орлом, чудом уцелевшую при взрыве, от фельдмаршала только тень на стене и осталась. Как и от свиты и бригады инженеров и техников, сотня погибших и много пострадавших от паров гептила. Тут, конечно, не ракета-носитель, и он не фельдмаршал, но и просто так из-за пустого гонора рисковать почем зря не стоит.

Граф бросил взгляд на всю эту машинерию, кабеля размером с руку, уходящие по коробам в аппаратную, бетонную полусферу высокого потолка… Да, пришлось сооружать это чудо техники по чужим чертежам и на чужие средства. А в случае успеха… Он помнил, как все начиналось.

…- Ваше Сиятельство, к вам посетитель! – дворецкий, которого граф на русский манер звал «управитель», склонился в полупоклоне.

Граф Воротнев оторвался от бумаг.

- Что такое, Георгий? Я же просил не отвлекать меня от работы, - недовольно сказал граф. – Кого там черти принесли? Я никого не жду.

- Говорит, что его зовут барон Вертиго, - бесстрастно сообщил управитель.

- Говорящая фамилия, - усмехнулся граф. – Дури точно хватает явиться к аристократу без приглашения. Моветон налицо.

- Он очень просит его принять по очень важному и неотложному делу.

- Что, он беременный от кого-то из моих слуг? – пошутил граф.

- Не могу знать, Ваше Сиятельство.

- Ладно, зови, - вздохнул Воротнев. – Нет, к обеду я его не приглашу, имей в виду. Подашь через час.

- Есть, Ваше Сиятельство, - согнулся в поклоне управитель.

Барон Вертиго был чернявым, с масляными влажными глазами, с черными усиками-стрелками, как у Дали. На этом сходство с итальянцем заканчивалось.

- Ваше Сиятельство! Позвольте засвидетельствовать свое почтение, – легким кивком приветствовал он графа.

- Чем обязан, господин барон? – Воротнев решил выказать таким обращением свое недовольство. Ходят тут всякие, от дел отвлекают. Причем от идущих из рук вон плохо.

- Хочу сделать вам деловое предложение, - сразу взял быка за рога «итальянец». – Доходное и выгодное.

Тут граф заскучал. Столько проходимцев развелось в последнее время, с титулами и без. Прожектеры, мошенники, просящие средства на всякие там энергетические и генетические проекты, чьи витиеватые требования, если отбросить словесную шелуху сводились к двум словам – «дай денег!». Воротнев было открыл рот, чтобы послать итальяшку к бениной матери…

- Деловое – это значит, что я вкладываю деньги и немаленькие, а вы мне помогаете. И тоже получаете деньги. Большие деньги. При отсутствии малейших затрат с вашей стороны. Для начала, чтобы вы поняли серьезность моего предложения, вот вам реквизиты счета, который вы можете проверить, не вставая с места, - итальянец протянул кусок плотного картона. – Это то, что я готов вложить в наше предприятие, для начала.

Воротнев, усмехаясь, открыл ноутбук. Ну-ну, посмотрим, насколько ты серьезен, подумал он про себя. Вбив необходимые реквизиты, он вывел счет и… Да кто же ты такой, граф Монте-Кристо, что ли? На счету было десять миллионов полновесных золотых имперских рублей. Очень приличная сумма, в которой граф, особенно с учетом последних неудачных для клана финансовых операций, был заинтересован.

- Вот теперь я готов говорить с вами серьезно, - сказал Воротнев.

- Ну вот и хорошо, - усмехнулся итальянец, и полез в портфель. – Что вы скажете об этом?

Он положил перед графом длинный сафьяновый футляр, и открыл его.

Хм, ордена. Но какие-то странные. Вместо крестов и имперских орлов какие-то сатанинские перевернутые звезды, красные флаги с лозунгом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», запрещенные в империи полтораста лет назад. Странно, а при чем тут на одном из орденов в платиновой розетке профиль стародавнего министра просвещения графа Ульянова с надписью «Ленин»?

- Забавные вещицы, - покрутил граф один из орденов. – Но бижутерией я не занимаюсь, не мой профиль.

- А если вот так? – и тут итальянец достал большой старинный маузер.

Воротнев выпучил глаза, и зашарил под столом в поисках кнопки вызова охраны.

- Не беспокойтесь, он не заряжен, - итальянец с усмешкой положил здоровенную вороненую дуру перед графом. – Обратите внимание на таблички на нем.

Граф осторожно взял пистолет. Таблички, говоришь? «15 октября 1938 г. от Президиума Верх. Совета СССР» - гласила первая на щечке ствольной коробки. «Тов. Бочкину за бои у озера Хасан» - эта табличка, увенчанная неизвестным графу гербом, крепилась к магазину. На рукоятке была прикреплена копия того же ордена с перевернутой звездой и знаменем.

- И что с того? Сувенирная продукция вымышленного государства. Если бы бунтовщики и прочая продажная сволочь сумели бы свергнуть царя, то уж основать свое государство…

- Свергли. И основали, - барон достал смартфон, и запустил ролик. Под неизвестные песни на Красной Площади в Москве шел военный парад под красными флагами. – Это все достоверно. Но – из другого мира.

- Что вы мне голову морочите, любезнейший? – разозлился граф. – Я понимаю, талантливая мистификация, хорошо подготовленная, но…

- Возьмите смартфон и посмотрите видео, - сказал Вертиго. – Тут их много, гораздо больше, чем требуется для мистификации. Я не спешу.

- Я спешу.

- Настолько, чтобы отказаться от десяти миллионов рублей? Я не шучу, и если мы заключим контракт на производство специальной машиностроительной продукции, на которой вы специализируетесь и которой вы славитесь, то эти деньги будут немедленно перечислены на ваш счет как предоплата. А счет у вас в последнее время как-то оскудел. Насколько я помню, вы проиграли конкурс Генерального Штаба Российской империи концерну «Струг», а в НИОКР вложили немалые деньги, да и Главное Управление Здравоохранения отказалось сделать заказ на специфическую аппаратуру. Так что ваш маленький высокотехнологичный бизнес грозит вылететь в трубу, и мой заказ позволит хотя бы некоторое время вам побарахтаться на плаву.

- Ну и шли бы тогда в «Струг», - резко ответил граф. – Что вам мешает?

- Они аффилированные лица с госорганами РИ. Почему и получают преференции. Хотя, честно говоря, их продукция превосходит вашу, что немудрено, если сравнить концерн «Струг» и ваше опытовое производство хотя бы по ресурсам. То, что для них плюнуть и растереть, для вас смерти подобно.

Воротнев скорчил недовольную гримасу. Прав латинянин, чертовски прав. Так оно и есть.

- Вы в этом бизнесе вторые, или даже третьи, если взять концерн Воронцова. Но третий здесь не сорт, а возможность заработать. Мне без разницы, сколько весит вероятностный аттрактор для Вооруженных Сил, пятнадцать килограмм как у «Струга», или двадцать пять, как у вас. – продолжил барон. - Здесь не конкурс. И разработчиков и поставщиков такой редкой аппаратуры на рынке всего трое. Двое отпадают по определенным причинам, остаетесь вы.

- И я не в том положении, чтобы отказываться? – резюмировал граф.

- Ну в том или не в том – решать вам. Я озвучил вам предложение, привел доказательства существования множественности миров, о чем умалчивает Российская Империя. Другие об этом только подозревают, но не могут подтвердить этого. Но скоро дойдут и они, и вот тогда вы станете монополистами, и подомнете под себя рынок. А чтобы вы не оказались на мели, у меня с собой вся документация, в том числе и оформленные патенты, которые достаточно пустить через патентного поверенного, чтобы обломать весь бизнес в этой области.

- А в чем собственно заключается мой бизнес? Производить нужную для путешествия между мирами аппаратуру? Ну так на этом много не заработаешь. Да и Синод прихлопнет, если уж на то пошло. Или волхвы.

- Ну волхвы и так путешествуют между мирами и делают это тайно, чтобы другие не составили им конкуренцию. А пока другие не добрались, у вас будет доступ в другие миры. Сами понимаете, это не только товары, но и технологии, типа пресловутых секвенсеров. Думаете, наши и ваши маги их придумали сами? Да как же, ума не хватит. Прототип умыкнули в одном из миров. В мир пришла магия, граф. Древняя, эзотерическая, почти напрочь забытая. Но лет через пятьдесят вы этот мир не узнаете, настолько она способна изменить все. И тогда будете задаваться вопросом – а почему я не причастен к этому? Ведь была уникальная возможность вскочить в автобус, и, более того, взяться за его руль.

- До этого надо еще дожить, - пробасил граф. – Полвека – срок немалый.

- Доживете. Те, кто причастен к магии и тем более ходит в другие миры, в которых есть другая наука и магия, живут очень долго. Правда, некоторые сожалеют об упущенных возможностях, - посмотрел ему в глаза итальянец.

И вот тут граф вздрогнул – зрачки Вертиго были не круглыми, как у людей, скорее, как у кошек или рептилий. И обладали такой же притягательной магией. Граф помнил еще с детства, как уж гипнотизировал лягушку, перед тем как ее сожрать. Лягушка верещит от ужаса, понимая свою участь, но тем не менее сама ползет к змее, не в силах преодолеть магию взгляда. Граф встряхнул головой, и очарование исчезло. Да и зрачки барона вроде как пришли в норму, стали обычными. Может наваждение?

- Больше так не делайте, - сказал Воротнев.

- Итак, господин граф, ваш выбор?

- Хорошо, - осторожно подбирая слова, сказал он. – Показывайте мне контракт, сейчас мы его с вами обсудим и придем к общему мнению. Или не придем.

- Обязательно придем, - оскалился белоснежной улыбкой барон, и полез в атташе-кейс. – Абсолютно точно!

И работа пошла. Причем даже полетела – техдокументация была доработана и дополнена вместе с Вертиго, активно принимавшим участие в проектировании и строительстве установки. К тому же он еще нанял дополнительный персонал, в том числе и несколько молодых магов и мастеров, которые помогли с некоторыми техномагическими вопросами. А еще одаренного, потенциально способного проникнуть в другой мир. И вот теперь, когда установка была готова и проверена заказчиком, настало время пробного запуска. Вертиго сослался на занятость, поручив Воротневу с его людьми осуществить первый запуск установки без него, что вообще-то было довольно странно. Чтобы сам заказчик и не принял участие в испытаниях? Очень странно. Ну да ладно, хозяин – барин.

Воротнев покинул охраняемый периметр объекта – дома с лабораторией переноса в подвале – и, выйдя из джипа, пересел в «Лесснер транзит». С виду обычный большегруз с логотипами его фирмы внутри представлял из себя мобильный командный центр установки переноса.

- Ваше Сиятельство, - предупредительный охранник развернул кресло, стоящее перед столом с несколькими монитрами, в свою очередь разбитыми на несколько окон-вкладок, показывающих камеры. Вот камера переноса, вот помещения объекта… Только видео, мониторинг вели другие его люди, смотря сейчас в свои, испещренные графиками и цифрами, электронными окнами в мир.

- Готовы? Начинайте отсчет, - Воротнев проговорил это в бусину гарнитуры, которую держал в руке.

- Десять, девять… - начал отсчет механический голос, никто ему не собирался придавать человеческие обертона.

- Три, два, один…

Вспышка! Изображение дрогнуло, заходило ходуном, искажаясь совершенно диким образом. Да нет, похоже дело не в изображении – толчок почувствовал и граф, несмотря на отдаление от объекта и амортизаторы фургона.

Воротнев смотрел на залитую красным светом аварийных сигналов лабораторию, тусклое дежурное освещение… А вот на кресло, на котором был испытатель, смотреть совершенно не хотелось. То, что находилось там, меньше всего напоминало не только человека, но и вообще даже хоть что-то знакомое – вычурная причудливая конструкция, деформированная каким-то непонятным образом, и покрытая красными пятнами и ошметками плоти.

- Стартовая смена цела? – проговорил граф в микрофон.

- Не совсем, - хрипло ответил начальник смены, находившейся за тем самым пресловутым бронированным стеклом. Фоном ему служили неприятные звуки – кого-то сильно неудержимо рвало. – Нужно прислать врачей.

- Ждите, - коротко бросил в микрофон граф. Вот ведь незадача… И Вертиго слинял куда-то, видимо почувствовав, что что-то пойдет не так. Граф достал смартфон, и набрал его номер.

… - И что у нас получается? – Вертиго, облаченный в ОЗК, ходил по лаборатории. Похоже, кровавое месиво под ногами и то, что осталось от испытателя, его не сильно беспокоило. Покопавшись в останках, он стал осматривать помещение, в котором произошел неудачный эксперимент.

Зал переноса выглядел так, как будто в нем разорвалась бомба, да не простая. Перекрученные останки конструкции, торчащие оборванные кабеля, странно оплывшее и деформированное стекло аппаратной…

- Пробой сфер, - сказал барон непонятную фразу.

- Может, объясните, что здесь произошло? – задал вопрос Воротнев.

- Ну могу и заумными словами и терминами, если вас это так интересует и вы разбираетесь в физике многомерного пространства. Если проще – испытуемый не настроился на вибрации того мира, на том конце пути он так и не объявился.

- На том конце???

- Мой дорогой граф, ну неужели вы думали, что я не держу эксперимент под контролем? – издевательски сказал Вертиго. - Я только что из того мира, куда должен был попасть он.

- Но как?

- Я хожу в междумирье без всякой машинерии, - оглядев покореженные конструкции сказал барон. – Мне это не надо. Аппаратура нужна для установления пространственно-временного туннеля, через который туда могут попасть обычные неодаренные люди, но для этого канал должен держать оператор на этой стороне, и на той. Вот только нужен действительно одаренный, чтобы все удалось. Симбиоз человека и машины, лучше всего в виде брейнфрейма.

- Брейнфрейма?

- Ах, оставьте граф, в вашем мире этого нет, вы слишком перегружены этикой, - махнул рукой барон. – Так что оставим этот вопрос в покое.

- А что дальше? – спросил Воротнев.

- Дальше? – переспросил барон. – Продолжаем по заранее установленному плану. У вас, кажется наготове второй комплект аппаратуры? Восстанавливайте зал, ставьте его. Да, проверьте счет – я положил на него еще миллион рублей золотом. А я займусь подготовкой другого испытателя. Успеете восстановить зал за неделю?

- Успеем, - прикинул объем работ граф.

- Ну вот и хорошо. А тогда мы попробуем снова, - резюмировал Вертиго. – Думаю, на этот раз у нас все получится.

Глава 6

- Когда был обнаружен пробой?

- В два часа пополудни.

Князь Драбицын устало потер набухшие веки и потянулся за чашкой кофе. Началось. Теперь вечер с Елизаветой в «Кюбе» откладывался. А так давно хотели выбраться и посидеть в хорошем ресторане, побыть обычными богатыми наследниками, чью роль они так успешно играли последние полвека… Экстренное совещание грозило затянуться, а потом вступит в действие протокол «Заслон» и все, считай неделю коту под хвост. Опять любимая дежурная койка в апартаментах, фаст-фуд из НЗ, разогретый на кухоньке для смены…

- Что можете сказать по технической стороне вопроса?

Как всегда смущенный начальник технического отдела Верви Болотов, типичный «мэд сайентист», щуплый очкарик, прокашлялся.

- Очень необычно. Сначала прошел слабый сдвиг, как при Скольжении, один из тех, которые мы засекли за последние полгода, но так и не смогли локализовать. А потом кто-то попытался организовать фазовый пробой в многомерном пространстве Древа, причем тоже с необычными характеристиками. Магия высшего порядка с несущей струной технологической природы.

- То есть?

- Кто-то решил не полагаться целиком на Скользящих, а открыть межпространственный тоннель в другой мир.

- То есть, сделать то, что запрещено самой природой Древа? – уточнил Драбицын.

- Как видите, - смущенно кашлянул в кулак Болотов. – То ли те, кто пытался, не знают об этом ограничении, то ли наоборот, прекрасно знают и им все равно.

- Ну хоть приблизительные координаты пробоя есть? – Драбицын легонько постучал торцом ручки о столешницу. Просто машинальное действие, не в целях привлечения внимания.

- Могу точно сказать, что сигнал наведения шел с нашей территории, Российской Империи. То есть это не САСШ, по крайней мере территориально.

- Ну, уже легче. Все равно, версию САСШ со счетов не скидывайте. Куда вел пробой?

- Точка назначения - Вырей.

- …! – с чувством сказал Драбицын, облегчив крепким словцом свою душу.

Раздался стук в дверь, потом, не дожидаясь ответа, в нее вошла Лизка, княгиня Елизавета Драбицына-Воронцова, занимавшая в Серой Верви должность начальника оперативного отдела.

- Я немного запоздала, - тряхнула она копной золотых волос.

- Заходите, княгиня, - сказал Драбицын. – Если и пропустили, то действительно немного.

- Запрашивала данные по пробою, точнее его попытке, - она положила на стол планшет.

- Как раз господин Болотов нам их излагает.

- Так как я уже говорил – точка назначения Вырей.

- Кто-то очень уверенный в себе и не совсем в курсе дел решил прорваться на тропу, ведущую в Ирий, - сказал Болотов.

- Что не наш, это точно. Иначе бы он знал о существовании фазовых генераторов защиты, блокирующих сообщения подобного рода из нашего мира, - сказала Елизавета.

- Не факт. Что не из наших сегодняшних – это точно, генераторы стоят последние два года, а система «Капище» ими управляет.

- Значит, попытка техномагического воздействия, грубая, примитивная и, вследствие этого, неудавшаяся. Кто занимается технологиями междумирья?

- Ну насчет междумирья – не скажу. – произнесла Елизавета. – Но вообще подобные вещи под силу трем компаниям – «Струг», «Воронцов» и «Ротне».

- Что облегчает поиск причастных. «Струг» я возьму на себя, «Воронцов» - понятно кто, - улыбнулся Драбицын Елизавете, - а «Ротне», она же хай-тек компания графа Воротнева…

- Могу взять и я, - поправил очки Болотов. – Я когда-то проходил там стажировку…

- Сколько лет назад это было? – спросил Драбицын. – Двадцать?

- Двадцать два, - смущенно сказал Болотов.

- Ну и что за эти годы не изменилось? Персонал обновился бог знает сколько раз, исследования подобного рода явно проходят не по открытым источникам, Воротнев, как и кланы Струговых и Воронцовых автоматически становятся подозреваемыми. Да, тут возникает юридически конфликт интересов, но кроме нас никто не может его решить, считаем, что все из нашего клана будут как жена Цезаря – вне подозрений. Просто больше некому нами заняться, кроме нас же самих. А вот с Воротневым – будет ли он оказывать сотрудничество своему старому практиканту, работающему на СБ? Ответ озвучивать? Так что нет, господин Болотов, не пойдет. Вы лучше уж с Елизаветой Михайловной поработайте, она достанет список персонала компании, а дальше вы решите, что и как, к кому есть подход, к кому нет, кто готов к вербовке – ну не княгиню же мне учить, она вас лучше обработает. Что скажет научный отдел?

- Могу только подтвердить слова техников, - сказал молодой человек, больше похожий на киноактера, и совсем не производивший впечатление ученого, Любомудр. Только вот молодому на взгляд человеку было больше двухсот лет, он был потомственный волхв, написавший несколько диссертаций в разных областях, связанных не только с теоретической магией, но и физикой пространств, и совсем заумных тем, которые князь не то, что понять, даже выговорить не пытался.

- Попытка фазовой подстройки под рунный мир была сорвана с помощью защиты Междумирья, - продолжил волхв. – Сейчас идет анализ всех собранных данных, но «Капище» уже выдало свой предварительный вердикт – магия иномирная, сигнатуры частично совпадают с теми, что были зафиксированы в Лондоне шестьдесят с лишним лет назад, во время операции «Сигил».

- Ммм, - промычал Драбицын. Он старался не ругаться при Елизавете. Значит, опять… Та самая операция, где он встал на пути одной из тварей Безодни. – Совпадение частичное?

- Да, другой иной мир. Определенно.

- Техотдел, когда вы уже разработаете технологию пеленгации скольжения? – с досадой сказал Драбицын.

- Когда наши научники дадут нам свои пока насквозь теоретические выкладки, - огрызнулся Болотов. – А то теорию они разработали, вот только практическое применение нереализуемо.

- Ну мы же не виноваты, что существующие технологии слабо применимы к магии, - спокойно ответил Любомудр. – Это уже к оперативникам – как что-то новое стащат в номерных мирах, тогда милости просим.

- Ладно, скубаться между собой потом будете, - сказал Драбицын. – Все свободны, а вот начальника оперативного отдела попрошу остаться.

Дождавшись, пока дверь за остальными закроется, Драбицын повернулся к Лизе.

- Накрылся наш с тобой романтический вечер, похоже, - улыбнулся он.

- Сколько таких вечеров накрылось за нашу с тобой жизнь, Саша, - так же печально улыбнулась Елизавета.

- Ну ничего, у нас еще впереди много времени, надеюсь, наверстаем упущенное.

- У нас вся жизнь – надежда на лучшее.

- Что у тебя по линии СБ?

- Гляссера и его окружение взяли под наблюдение и ведут день и ночь. Только вот единственная проблема – окружение у него огромное. Весь профессорско-преподавательский состав и студенты, а это несколько тысяч человек. Крыжовник рвет и мечет, огрызается.

- Ну теперь ему будут основания, - «Крыжовник» было прозвищем графа Берсеньева, нынешнего начальника СБ РИ. – По правилам я должен о факте вторжения известить государя, и главу Белой Верви, а там ему уже дадут фитиля по инстанции.

- Вторжение? Ты уверен?

- Со времен английской операции прошло столько лет, и за все это время подобных попыток не наблюдалось, «Капище» сбоев не дает. И даже если это одиночная разведка боем, она может превратиться в то же, во что превратился «Сигил». Одна тварь оттуда может устроить апокалипсис здесь.

- Ну теперь уже вряд ли все так плачевно. Не зря магическое сообщество всего мира посовещалось и решило ввести проект «Пакс мэджик». Теперь ускоренными темпами в мире восстанавливается магия, а также рождаются все новые и новые одаренные.

- Вот только, боюсь, этот качественный скачок в эволюции произошел слишком поздно. Одаренным сейчас лет по пятнадцать-двадцать, как нашим внукам, и, несмотря на все старания, их количество измеряется сотнями, что у нас, что в оставшемся мире. А для противостояния угрозам снаружи нужны тысячи и десятки тысяч. Чтобы Безодня, вглядевшись в тебя, вздрогнула от испуга и заползла подальше, поджав хвост.

- В других мирах тоже этим занимаются. То ли подозревают что-то, то ли это спонтанное проявление, - Елизавета вздохнула. – Или само Древо в своих мирах решило выпустить их на сцену, чтобы избежать угрозы. Своеобразные антитела для нейтрализации чужеродных вредоносов.

- Ну у Древа мы не спросим. А вот нашими делами заняться надо.

- Может, напрямую вывезти Гляссера на допрос? В нашем стиле? – предложила Елизавета.

- Под видом похищения? А потом? Он все-таки заметная величина и на конспиративной квартире жить не будет, по программе защиты свидетелей тоже, слишком публично.

- Ты слишком заботишься об источниках, - заметила Лиза.

- Ну а почему с нами до сих пор и работают, в том числе и наши благодарные агенты? Конечно, проще их запугивать, памятуя то, что благодарность проходит, а страх – никогда, но это до определенной поры. Папа меня этому научил еще в детстве. Пугать можно только того, в ком ты уверен, что он тебе больше никогда не пригодится. А благодарный и хорошо поглаженный по головке агент может проникнуться к тебе добрыми чувствами и принести в клювике то, что случайно услышал или увидел, даже если ты об этом его не спрашивал и не знаешь, о чем вообще речь. Поэтому полезных людей нужно убеждать в своем расположении и хорошо подкармливать, а не прикарманивать деньги на оперативные расходы.

- Ну от таких мы, точнее СБ, избавляется очень быстро.

- А почему бы нам не поговорить с ним самим? Поговори с Крыжоповником, пусть проверит квартиру профессора, установит контрнаблюдение, и когда все будет чисто, нанесем ему визит.

- Хорошо, - Елизавета сделала пометку в планшете. – Вероятно это самый простой путь, чем тратить ресурсы управления впустую. Заодно может удастся установить наблюдателя и повести его дальше.

- Так и решим. Ну что, теперь по основным местам. У нас три организации, в которых можно сделать оборудование любой степени сложности. Надо пробить их.

- В том числе и мой концерн? – усмехнулась Елизавета.

- Ну, по идее, он не твой, - в свою очередь сказал Александр. – Поступив на госслужбу ты формально передала его дочери, она теперь «Воронцов и все-все-все», хотя и не глава клана.

- Ну пойдем и спросим у нее, пусть аккуратно запустит процедуру внутреннего расследования. Хотя я сильно сомневаюсь, что это оборудование заказывалось у нас. Только разве что подпольно, но это невозможно. Или возможно, но тогда кому-то земной шарик покажется размером с теннисный мяч, найдем и сами разберемся.

- А в самом деле, зачем отменять столик в «Кюба»? – спросил Драбицын. - Звони Вере, пусть бросает все и приезжает. Превратим вечер романтический в оперативно-тактический.

- Лови его! – крикнул я – Ты справа, я слева!

Анька бросилась к левой лестнице, ведущей на балюстраду, я – к правой. Черт уже сидел на перилах посередине и показывал нам язык. Рраз! Два луча серийников скрестились на том месте, где только что была рогатая образина, но нечисть сделала сальто назад и исчезла в комнатах второго этажа.

Мы с Анькой одновременно добежали до двери. Я показал ей жест «прикрываешь», и с серийником двинулся по коридору с открытыми проемами дверей. Анька двинулась за мной, прикрывая меня справа. Чисто, чисто, чисто… Вот! Рогатая скотина плясала на кровати, показывая нам язык. Рраз! Анькин луч попал на кровать, в то место, где только что был черт, а я предусмотрительно выстрелил в окно, куда было намылилась образина, и черт оказался в этом месте. Луч вошел точно ему в спину, и он, мигнув красным силуэтом, растаял.

Я снял визор. Да, это было прикольно. В пень эти винтажные олдскульные лазертаги, уже навязшие в зубах. Вот виртуальная реальность – лучше. И хоть это тоже довольно старая технология, но вот ей нужен другой антураж, например как старый дом – не будешь же шататься по своему, пугая домочадцев и устраивая кульбиты?

- Ну как? – довольный Аркаша Голицын встретил нас внизу у лестницы.

- Неплохо. Хоть адреналин немного выпустили, - сказал я.

- Вот я и хочу здесь нормальный виэр-таг устроить. Ну и кого же, кроме вас позвать как экспертов?

- Ну нормальный – можно, - сказал я. – У тебя есть дом, прилегающая территория. Да и оборудование хорошее.

- Особо не увлекайся, - он покрутил в руках визор. – Эта штука воздействует не только на зрение, но и непосредственно на височную долю мозга. Излучение, конечно, небольшое, чуть больше смартфона или виэр-гарнитуры, но все равно это не полезно.

- Ты хотел сказать, вредно? – хмыкнул я.

- Ну я всегда подбираю слова правильно, - ехидно ухмыльнулся Аркаша.

- И как тебе дед дом подарил? Он знал, на что ты его хочешь пустить?

- А что, - пожал он плечами. – Он просто сказал – делай с ним что хочешь.

- Ну ты просто транжира. Такой особняк на арену пустить…

- Почему бы и нет? Тем более это будет закрытая арена, только для своих. С улицы никто не войдет. А на участке можно и пати для своих устраивать. Он большой, далеко от соседей, и весь мой.

- Душ здесь организуй, - Анька сдула локон, прилипший к взмокшей щеке.

- Это мысль, - черкнул в смарте Аркаша. – Вот видите, классная была мысль пригласить вас сюда. Глянете свежим незамыленным взглядом.

- А ты что, про душевую и не думал? – удивленно воззрилась на него Анька.

- Э..э…

- Вот так! Это вы, мужики, можете вонять козлом, и думать, что это нормально, а девочки вообще-то иногда моются.

- Ключевое слово здесь – «иногда», - сказал я и получил кулачком под ребра.

- Я тебе покажу сейчас ключевое слово! – и Анька шутливо кинулась за мной, убегавшему со смехом со всех ног.

- Весело вам, - завистливо сказал Аркаша.

- А тебе что, грустно? – спросил я, немного запыхавшись. – У тебя же тоже брат и сестра.

- Ну да, только брат намного старше, а сестра как старая дева двухсотлетней давности, вся из себя такая мамзель из ледниковой эпохи, - грустно сказал он.

- Ну нам повезло, - сказала Анька. – Два сапога пара на одну ногу.

- Вот и я о том же.

- Кстати, кто-то нам говорил о месте для пати? – подмигнул я ему. – Надо бы осмотреть и опробовать. А то без душа я обойдусь, а вот без хорошего стейка или шашлыка - нет.

- Это по-твоему пати? – скорчила гримасу Анька.

- А мы устроим свое, по-русски. Жрать шашлыки и балдеть.

- Ох уж, ты весь в деда. Не понимаю я его страсть к шашлыкам.

- Ну от них ты не откажешься, - подмигнул я. – Или откажешься?

- И не надейся. Зря что ли тетя Надя мариновала по его любимому рецепту? – сказала Анька.

Тетя Надя – наша кухарка, очень хорошо знала вкусы деда и переняла его меню, которое, впрочем, нам в нашем юном возрасте и адреналиновом образе жизни пока подходило. Жареное, печеное, мясное – всем дед увлекался. Причем предпочитал не всякие там фуа-гра и прочие улитки, а здоровую и калорийную простую пищу без всяких изысков. Короче, не княжескую. И не купеческую – всяких там жареных поросят с яблоком в зубах или гусей с тем же плодом, но уже в заднице, тоже не любил. Но вот шашлык для него было дело святое.

Мы сходили к Анькиной машине, на которой приехали, за большими термосумками, набитыми до отказа.

- Ну, показывай, где у тебя тут мангал? – спросил я у Аркаши.

- Пошли, - махнул он рукой и повел нас к площадке у дома.

Пока Анька нанизывала куски мяса на шампуры, мы раскочегарили мангал. Хорошо за городом! Свежий воздух, голубое небо, солнышко… И шкворчащие куски мяса, заставляющие своим божественным ароматом захлебываться слюнями.

- Вы уже совершеннолетние? – с серьезным видом осведомился Аркаша, но я видел, что он внутри смеется.

- Спаивать будешь? – строго спросил я.

- Ага!

- Да ладно. Вон возьми в той сумке «Венское» Калинкина, поставщика двора ЕИВ, крепкого не хочется, - кивнул я на контейнер.

- Скучные вы, - вздохнул он.

- Зато будем трезвые. А то я думаю, предки будут не в восторге, если мы закатимся домой на шарах.

- Это точно, - Аркаша достал банку, и щелкнул кольцом. – Ну что, за наше с вами здоровье?

- Будем, - стукнулся я с ним банкой.

- Алкоголики, - буркнула Анька. Ага, завидно – она за рулем. Впрочем, в этом как раз проблемы не было – позвонить, и подъехавшая клановая охрана заберет и нас и машину.

- Да ладно. И твое тоже, - съехидничал я.

А скоро дожарилось и мясо, и мы, довольные, сели на лавку уплетать жареху.

Глава 7

- Ну вот и все, - я потряс файлом с несколькими бумажками внутри – хардкопи направления на практику, со всеми печатями и подписями. Это было пустой формальностью, все равно тот же вариант был послан деканатом через «Росуслуги» в концерн Воронцовых, где специально подобранный в отделе кадров человек переправит его сразу главе концерна, княгине Вере Александровне Драбицыной-Воронцовой, нашей маме. – Воронцовы проходят практику у Воронцовых.

- Что вполне логично, - Анька открыла дверь своей маленькой «Катрины», которую она называла «Катенькой» – ну вот откуда у теток причуда называть свои машины уменьшительно-ласкательно и очеловечивать их?– Да и почти все, у кого есть свои фирмы, так делают. Вон и Голицыны, и Румянцевы, и Строгановы…

- И Радзиловские…

- Ну эти «купи-продай», перекупы и спекулянты только своих берут, - сморщила нос Анька. – Да и что там у них по информационному профилю? Подсчет тряпок в ломбардах, да бутылок в алкомаркетах, вся арифметика. Молодой туда своих шакалят засунет. А вот твоя опрометчивая просьба грозит нам серьезными последствиями.

- Это какими же? – удивился я.

- Твой друган Витек тоже проходит у нас практику, и по идее мы должны пересекаться постоянно.

- Ну извини, это по просьбе деда, да и мама согласилась. Чтобы был пока под присмотром, да и вообще заначка на будущее. Такими кадрами не разбрасываются. А ну как «Струг» его бы пригреб или кто-нибудь из оборонных КБ? Там бы он и застрял.

Анька нажала кнопку автопаркинга, и машина сама стала выбираться с парковки.

- А до того, чтобы видеться – он сейчас будет в «Воронцов лаб», а мы в «Воронцов арми». Оба режимных подразделения, в разных концах города, а ребята из «арми» вообще всегда на выезде. Так что встречаться будем только вне конторы и в нерабочее время, ну а там уже подписка о неразглашении, у него «ДСП», у нас «Секретно».

- Машка его раскрутит.

- Машка? Да ее забрали на практику к бабке, Рысь готовит себе преемницу, - хохотнул я. – Если что-то не так, шаг вправо – шаг влево и робкая попытка хрюкнуть – клыки Микрорыси сомкнутся на его горле, он просто не въехал, с кем связался.

- Ну вот пускай Машка и забирает его под каблук, - Анька взялась за руль, выехав со стоянки.

- Это что за феминистические штучки? – возмущенно воскликнул я.

- Ага, - безмятежно-довольно угукнула она, крутя баранку и выбираясь на полосу движения для робокаров. – Мы умнее и прагматичнее, у нас голова одна и думаем мы только ей, не отвлекаясь на вторую.

- Ну-ну, - осклабился я, в голове сразу завертелась пошлая шутка, продолжение первой. Да ну ее, еще обидется. – Рули давай.

- А все, - она нажала кнопку автопилота. – Ну что, домой?

- Домой. Подкрепимся, отдохнем от окончания сессии, а завтра и на практику, - я кинул бесполезную мультифору на заднее сиденье.

Я прикрыл глаза, пытаясь устроиться на неудобном маленьком сиденье. Вот за что я не люблю маленькие машины – при моем достаточно высоком росте уши между коленей оказываются, ноги вытянуть невозможно. И вылезаешь из такой машины в позе больного кузнечика.

Внезапно Анька ударила по тормозам – хоть машина и на автопилоте, но расслабляться нельзя, иногда нужно и вмешательство водителя.

- Что он творит??? – возмущенно сказала она.

Впереди, перестраиваясь с полосы на полосу маячила задница спортивного «Лебедефф» последней модели. На такой машине играть в пятнашки – идиотизм, тем более как и ездить на ней в городе. Понты дороже денег – такая тачка стоила примерно как лимузин «Руссо-Балт», и брали в основном ее мажоры из нуворишей.

- Ну это уже ни в какие рамки не лезет! – она сердито нажала на педаль тормоза.

«Лебедефф» влетел прямо перед нами, в зону безопасности для робокаров – десять метров дистанции для безопасного вождения. У лихачей считалось высшим шиком вот так подрезать и влететь между машинами на ручном управлении. Анькина «Катрина» затормозила, чтобы избежать столкновения, и медленно ползущий поток сзади возмущенно загудел. Анька в бешенстве замолотила кулачком по клаксону – ну это было понятно, чуть было не въехали ему в задницу.

«Лебедефф» остановился, начала открываться водительская дверца…

- Work! – вскрикнула Анька, и я на автомате перешел в режим ускорения. Почему «work»? Да и так ясно, в нем один слог, а вот в слове «работаем» их четыре, в бою такое смерти подобно – пока выговоришь, получишь острое отравление свинцом, грамм так девяносто зараз.

Аккуратно отвалив дверь Анькиной «капсулы смерти», как я ее называл, я выскочил на асфальт, и сделал сальто через крышу, аккурат за Анькой. Вот черт! Действительно придется работать. Из «Лебедеффа» вылезал полуголый зататуированный до бровей детина, а в правой руке у него был… Нет, не пистолет какой-нибудь, и не травмат, даже не гаечный ключ, а вполне себе аутентичный АТ. Законы Российской Империи позволяли иметь дома хоть какое оружие, только разрешение на него надо было оформлять, но вот полностью автоматическая штурмовая винтовка или автомат, да еще армейского образца… Чтобы получить такое в пользование, нужно пройти не одну инстанцию и быть кристально чистым и подготовленным в глазах чиновников от МВД. Судя по тому, кто вылез из тачки, ему и хрен в руках держать нельзя.

Ну да, я узнал это недоразумение, хотя и видел его мельком по зомбоящику. Трупеншлюхен, упоротый панк и кумир неполовозрелых, на которого точили зубы все, начиная от Синода и кончая полицейскими. Наркоман, сатанист и просто засранец. Одним словом – скандал на ножках.

До нашего перехода чучело успело вылезти из машины и он с автоматом наперевес, направив его на лобовое стекло замер в фазе движения пластмассового солдатика, бегущего в атаку. При этом уже его правая рука начала отводить рукоятку затвора. Что, серьезно? Пострелять надумал? Ну, наверное, упоролся метом или еще какой-нибудь дрянью, пускай господа полицейские разбираются. Это не наша работа. А вот наша…

Зашаг вперед за ствол, теперь быстро поворачиваем АТ, ломая пальцы на такой скорости, а затем подсечка под колено сзади, даже без провода стопы по голени и удара пяткой в его стопу, а то без ноги останется. Я вообще добрый, хотел сначала прикладом трофейного автомата в лобешник зарядить, но потом передумал – толку от тяжелой открытой ЧМТ никакого, сотрясать все равно нечего в силу отсутствия головного мозга как такового. А поскольку смертельной угрозы нет, валить его на глушняк – лишние проблемы, с таким говном они и так будут. Я вышел из ускорения.

Эх, хорошо пошло! Чучело с воем и ревом упало на спину, хорошо приложившись затылком о качественный асфальт, судя по стуку черепа насчет отсутствия мозгов я оказался прав – получился такой классный спецэффект.

- Может, объяснить ему, для чего баклану вроде него советуют мушку спилить? – я повертел в руках АТ.

- Люди смотрят. И снимают, - сказала Анька, доставая из кармана джинсов смарт.

- Вот черт! – а ведь точно, именно так! Чувствую, на неделю ролик «Как княжичи Воронцовы кумира отмудохали» соберет под миллион просмотров.

Я отомкнул магазин. А ведь точно, баран совсем наглость потерял – магазин заправлен охотничьими полуоболочечными. Да и автомат не автомат, охотничий карабин, вот только переделанный на автоматику. В оружейных магазинах такого не купишь. Ну это пусть полиция разбирается.

- Положи автомат, - посоветовала Анька. – Я вызываю наших.

- Сам знаю, - я положил АТ и носком ноги отправил под нашу машину, полиция стреляет без предупреждения при виде человека с автоматом. – «Лавину» случайно не объяви.

- Пусть сами разбираются, - ответила Анька и отвернулась к машине.

А я пинком перевернул воющую звезду на живот и упаковал его же брючным ремнем. Пусть полежит и подумает о смысле жизни, молясь о том, чтобы полицейские быстрее приехали. А то еще наступит порыв раскаяния, и он начнет биться головой о бампер, об асфальт или мои ботинки, причем с большой силой – у меня аж большие пальцы ног зачесались. Но на камерах смартов и визоров, направленных на нас, это будет смотреться довольно спорно.

Дорожные полицейские примчались на удивление быстро, и, не разобравшись, положили нас мордой на капот. А вот потом пошла чумовая веселуха – прибывшие сотрудники оперативной группы СБ положили мордой на капот уже полицаев, а потом примчалась служба безопасности клана Воронцовых – наша силовая поддержка – и лишь тогда я расслабился. Замаячившие на горизонте татуированные гопари в спорткаре, подъехавшие уже после СБ, как-то лихо испарились без следа – начальника группы силовой поддержки службы безопасности Воронцовых, бывшего командира столичного «Перуна» в лицо знали и довольно хорошо – и нас наконец-то посадили в черный бронированный джип и со спецсигналами эвакуировали с места разборки.

Я машинально полез в задний карман джинсов, проверить ключи.

- Что, попка бо-бо? – ядовито ухмыльнулась сестрица. – Подожди, домой доедем – заболит по-настоящему.

- Надеюсь, скипидар для клизмы будет очищенный. И вазелин.

- Вазелин еще надо заслужить, - осклабилась зловреда.

- Да ну тебя, - сплюнул я.

Вазелин не понадобился - дед на удивление спокойно отнесся к произошедшему.

- Туда ему и дорога, уроду. Да, и кстати, давайте видео с регистратора – в качестве контрпропаганды. А как дальше быть – подумаем.

Шум, как я и предполагал, встал до небес. И в основном вонял весь пул любителей Трупеншлюхена – стадо озверелых альтернативно одаренных хомяков. Да так, что нам срочно пришлось поменять все номера и адреса – писк с помойки доносился по всем каналам, хорошо хоть демонстрации перед домом не устраивали, потому что вид охраны, держащей оружие в боевой готовности и табличка на заборе «Частная собственность. Охрана стреляет без предупреждения!» недвусмысленно намекал, что так оно и будет. В прошлом году троица вооруженных безбашенных грабителей попыталась влезть через охраняемый периметр, перелезть через забор. Но с нашей стороны забора на землю упали уже трупы – попытка вооруженного нападения на частную, особенно принадлежавшую охраняемым и высокопоставленным лицам, каралась только одним. Если грабители читать не умеют – это их проблемы, у нас всеобщее среднее образование.

Впрочем, это нам тоже припомнили. Даже желтые газетенки начали вонять на тему, что дворяне и богатеи совсем озверели, зверски изувечили талантливого представителя творческой элиты и кумира молодежи! Как так можно, им все позволено? Ну тут уже разобрало деда. Пока не дошло до лозунга «долой самодержавие», пара особо рьяных редакторов получили маски-шоу в виде спецназа МВД в редакциях, а особо упорствующий – «русский коктейль», здесь так называли «коктейль Молотова», в окно. Поняв, что народ не шутит, редакторы засунули языки в причинное место, и, потирая совершенно случайно отбитые жопы и спины, переключились на более безопасные и менее вредные для здоровья темы.

Так же угомонились и юристы противоборствующей стороны – они работали не за лайки, а за нехилые бабки продюсера, раскрутившего это чучело, и которому теперь самому требовалась помощь адвокатов. Не говоря уже о говнопанке, которого поймали упоротым наркотой в жопотень при попытке вооруженного нападения на мирных граждан, с незарегистрированным и переделанным огнестрельным оружием. Не исключено, что будь на нашем месте простые обыватели, иск бы замяли, запуганные или подкупленные терпилы утерлись бы, а кумир вышел на свободу и продолжил бакланить. Но вот на свою беду, он нарвался не на простых, а перешел дорогу личным друзьям Императора и высокопоставленным лицам в РИ. Теперь будет молиться, чтобы отделаться сроком, а не попасть по Уложению о наказаниях на каторгу.

А на нас с Анькой был наложен домашний арест. До особого распоряжения деда.

- Так вы говорите, была зафиксирована попытка перехода, дядя Саша? – Стругов-младший, глава концерна «Струг» и клана Струговых, ослабил узел галстука.

Драбицына он именовал так, поскольку помнил об его отношениях с отцом. Струговы и Драбицыны-Воронцовы дружили семьями еще с тех пор, как его и на свете-то не было. Так что обстановка в кабинете была далека от строгой деловой.

- Да, - поморщился Драбицын, и передал младшему карту памяти.

- Сейчас посмотрим, - тот вставил карту памяти в ноут. – Сейчас…

Поколдовав пару минут и просмотрев данные, он оторвался от экрана.

- Да, точно. Была. Но я так понимаю, ваши глушилки сработали?

- Сработали. Но, к сожалению, они работают только против техномагических устройств, против сильных Скользящих они бесполезны, выдаю страшную тайну своей службы.

- Понятно, - спрятал улыбку Стругов. «Страшную тайну», которой поделился Драбицын, он знал и так, не зря кое-какое оборудование «Струга», несмотря на монополию Воронцовых, стояло в Серой Верви. По части НИОКР если его фирма и уступала Воронцовым, то ненамного, а зачастую и превосходила их. – Могу сказать одно – это точно не мы.

- Верю, - честно сказал Драбицын.

- Знаю, - сказал Стругов. – Но тут и не вопрос веры. Вот, посмотрите, Ваше Сиятельство.

Стругов повернул к князю экран, густо испещренный какими-то графиками.

- Здесь несколько характерных паразитных гармоник, от которых мы долго избавлялись. Наша аппаратура таких выбросов не дает.

- Ну честно говоря, об этом надо с нашими научниками сове… Постой! Вы делали эту аппаратуру, несмотря на запрет?

- Только НИОКР, дядя Саша, только НИОКР, - запротестовал Стругов-младший. – Никаких полевых испытаний, тем более по мирам. Сделали только опытный образец и понемногу доводили его до ума – вдруг кому-то еще вздумается этим заняться, а мы с голым афедроном. А тут в случае необходимости начнем их собирать, все отлажено и работает.

- Ох, с огнем играешь, Николай! Ладно, будем считать, что я этого не слышал. А установку доводи до ума, может понадобиться запустить ее в серию.

- Ну, судя по тому, что вы принесли – да, - кивнул Стругов на экран. – Может и так.

- Кто еще может сделать такое?

- Кроме вас и нас? Только одна фирма. Воротнев.

- Точно?

- А больше некому, - усмехнулся Николай. – Хотя больше никто этим и не занимался в силу незнания о существовании других миров. Но в области техномагии они разбираются хорошо.

- Вот здесь ваши с моими специалистами мнения сходятся, - признал Драбицын. – Все указывают на «Ротне».

- Правильно указывают. Удивлен, что вы не засекли координаты переноса, - сказал Стругов.

- Как? – уныло сказал Драбицын. – Сейчас мы можем установить только факт пробоя и точность плюс-минус континент. А с этими данными никуда не придешь и даже дело не заведешь – ну был, ну где-то в континентальной РИ, а Воротнев скажет – «мы тут ни при чем», и будет прав. Предъявить ему нечего.

- Да ну? – в свою очередь удивился Стругов. – Не может быть, чтобы было все так плохо.

- В смысле? – поинтересовался Драбицын.

- В том, что ваших научников надо драть, как Сидорову козу.

- Еще раз? – переспросил Драбицын.

- Ну если они не слышали о… впрочем, ладно. Есть у нас один прибор. Собран в инициативном порядке, на коленке. Определяет координаты перехода с точностью до километра. И как раз ловит те самые паразитные гармоники.

- Что же ты молчал? – спросил Драбицын.

- А вообще-то и задачи такой не ставилось. Я считал, что только две компании, посвященные в такую страшную тайну, имеют возможность техномагически воспроизвести М-последовательности многомерного перехода, вы и мы. Ну нам он не нужен, вас ловить – тоже смысла нет, Скользящих он не пеленгует. Значит, бесполезен.

- Мне он нужен, мне! – сказал Драбицын. – Ты не представляешь, насколько!

- Ну тогда значит сегодня будет. Переберем, добавим интерфейс для «Капища» и привезем.

- Да не надо, за таким агрегатом я и сам приеду. Нет, расцеловывать как в мелодраме, я тебя не собираюсь – с мужиками не целуюсь, но вот чек выпишу прямо сейчас, - Драбицын полез за книжкой. – Цену назовешь сам, платит Российская Империя. И да, Коля, еще одно.

- Чего изволите? – шутливо отозвался Стругов.

- Сделай мне список всех работ и сделанных приборов – на коленке ли, в инициативном порядке, или по заказу – по этой тематике. В единственном экземпляре, от руки и мне лично. Я должен знать, на что могу рассчитывать.

- Пренепременно, - Стругов снял колпачок с «Монблана». – Могу написать сейчас, память у меня отличная.

- Давай, - разрешил Драбицын. – Пиши.

Глава 8

- Вот теперь здесь вы и будете жить. Пока шумиха вокруг вас не утихнет, - дед открыл нам дверь.

М-да, это место люкс в «Метрополе» или «Астории» явно не напоминало. Как и наши комнаты дома.

Вопреки обыкновению, хейт вокруг нас не утих – одноклеточные почитатели сатаниста-наркомана пытались достать нас всеми методами, но так, чтобы самим не попасть под арест или люли охраны. Посмотрев на все это безобразие, дед решил нас перевезти в штаб-квартиру, в тот самый домик, под которым была куча подземных этажей и о существовании, а тем более о местоположении которого никто не знал.

Я уныло посмотрел на казенную мебель спальни на пару человек – по идее, это все было законсервировано на случай кризиса для высшего комсостава СБ или Верви. Ну, поскольку кризиса пока особого не предвиделось, вдыхать затхловатый воздух упакованного когда-то постельного белья придется теперь нам – исчезновение нас с постоянного места жительства должно было охладить пыл безмозглых пубертатных тушек.

- А что вы хотели? – ехидно усмехнулся дед, глядя на наши вытянувшиеся при виде такого комфорта лица. – Не, я конечно могу открыть вам казарму для нижних чинов, но сильно сомневаюсь, что кровати с пружинными сетками и общая душевая вам будут по нутру. Тут, считайте, генеральский люкс, даже санузел и кухонька отдельные. Сеть тоже есть, можете пользоваться.

- Какие-то превосходительства неприхотливые, - пробурчал я себе под нос, но дед услышал.

- Это вы развращенные комфортом. И вообще, вы на практике или где? Зато будете у меня под боком, не каждый же день рожу звездам говнокультуры бить. Так что располагайтесь, и жду через полчаса для инструктажа в моем кабинете. Поняли?

- Поняли, дедушка! – ох, Анька, хитрая лиса, хочет к деду подлизаться. Только вот, судя по его ехидной роже, этот номер не пройдет. Старый хрен не только лыком шит.

- Ну вот и хорошо, - хмыкнул дед. – Обустраивайтесь, курсанты.

- Я, чур, возьму правую! – заявила Анька, взгромоздив чемодан на постель.

- Понял уже, понял, - вздохнул я. Сестрица в своем репертуаре, начала командовать. Ох, как я не завидую ее будущему избраннику! По сравнению с ней Микрорысь – слепой котенок, эта еще круче. С ней могу справиться только я. Но иногда надо и уступить, а то потом будет ходить все время с недовольной рожей и портить настроение.

В мановение ока на тумбочке рядом с ее кроватью появились всякие флаконы-лосьоны, а потом с охапкой всякой косметики она пошла обследовать санузел. Ну все, держись…

Я вынул из шкафа запечатанный вакуумированный пакет и бросил его на постель, затем дернул за струну, высвобождая содержимое. Что у нас тут? Камуфляж, без погон, но отличного качества. Немного не мой размер, но надеть вполне могу. Ну что же, на базе так на базе, в этом подвале довольно свежо, и мои шорты и футболка для повседневной носки не подходили совершенно. Опа! А это что такое? В кармане прощупывалось что-то такое длинное и плоское. Я отстегнул кнопку, и засунул пальцы внутрь. А когда извлек содержимое, невольно расплылся в довольной улыбке. Бейджик, но не гостевой, а дающий полный доступ ко всем помещениям базы. То ли кто-то лоханулся, положив его туда, то ли господам генералам недосуг бегать за ним в условиях тревоги.

- Ты что такой довольный? – появилась из ванной сестра.

Я вместо ответа помахал бейджиком.

- Ну, ничего так, - оценила Анька находку. – Интересно, а у меня такой есть?

Анька полезла в шкаф за своим камком. Вот же женское любопытство!

- И у меня. Ну что, переодеваемся?

И – странное дело – ее камок тоже был почти впору. Ну не иначе положили наши размеры перед прибытием.

Я быстро переоделся в пятнистую полевку, а для завершения штриха утянулся поясом с кобурой под серийник.

- Стойкие оловянные зольдатики, - прокомментировала Анька наш внешний вид.

- Чип и Гайка спешат на помощь? – усмехнулся я.

- Ну на Чипа ты не тянешь, - задумчиво осмотрела она меня. – Вот на Дейла – в самый раз. Посмотри, там в шкафу нет нарукавной нашлепки «Слабоумие и отвага»?

- Щас дам больно, - пообещал я.

- Ну-ну, о чем я и говорила. Надеюсь, в догонялки по коридорам базы играть не будем?

- Не будем, - я вдел свой серийник в кобуру. – Пошли к деду на доклад.

База, как я уже говорил, была довольно большая. И служебные помещения, в том числе и кабинет деда, были в противоположном конце длинного коридора с помигивающими красными глазками электронными замками на дверях. В большинстве помещений я уже был, знал, что куда и как в случае чего обратиться. Ну а заветный пропуск… Значит, в случае нужды сможем воспользоваться «Капищем» сами.

Что такое «Капище» в кавычках? Ну, это сложно объяснить в двух словах. Начнем с того, что «Капище» существует в нескольких мирах одновременно. Это и суперкомпьютер «Воронцов ВМК», существующий в единственном экземпляре, находящийся в Яви, связанный с самым настоящим волхвовским капищем в Ляди, и с чем-то в Прави, неизвестным нам, в это нас не сочли нужным посвятить. Как все это связано и работает, я объяснить не смогу, да и не только я. Знает, наверное, только тот, кто создавал и проектировал всю эту огромную систему на слоях реальностей на основе иномирных технологий и древней волшбы. Обладание такой системой делало причастных полубогами, способными на все. Заклинания? Да любые, вплоть до стирания альтернативных реальностей. Переместить в другую реальность, не используя Скользящих – не вопрос. То есть, насколько я понял из путаных объяснений местных гениев, «Капище» стало частью Древа, черпающее все из него и способное на то, на что были способны неизвестные Творцы миров. Этакий черный ход для волхвов, выносной терминал Древа. Сам суперкомпьютер тоже уже не был тем, чем в начале, когда эту шестеренкообразную стойку высотой в два подземных этажа привезли и собрали, Древо само его переделало под свои нужды. Как и почему – другой вопрос, и опять же ответ нам неизвестен. Единственный, кто знал все, кроме техномагической части, и мог поделиться откровениями, был дед, но он тоже не горел желанием это делать, как и излагать все это на бумаге или в электронном виде, справедливо полагая, что секреты подобного уровня остаются секретами только в голове их носителя. Так что я бы назвал эту сложную систему «Бог», но видимо прилепившееся к ней название проекта «Капище» так и останется. И нельзя сказать, что она решала только межмировые проблемы – по некоторым недомолвкам, Империя пользовалась ее услугами по некоторым критическим вопросам, от которых зависела ее дальнейшая судьба. Остальное решали другие. Сумбурно? Ну извините, как смог. Не владея полной информацией не могу делать далеко идущие выводы, я не сетевой иксперд, который орет по любому поводу, не зная броду.

- Разрешите, Ваше Высокопревосходительство? – я открыл дверь, предварительно постучав. Ну а обращение – правила игры нужно соблюдать. Особенно в присутствии посторонних – в кабинете еще сидел на стуле «для выговоров без вазелина» Иван.

- Разрешаю, - махнул рукой дед. - Заходите. И присаживайтесь, сесть всегда успеете.

Вечный маркер любого силовика. Если собеседник предлагает в начале разговора «присесть», то это стопудово выдает бывшего служаку, они как правило в таких формулировках суеверны донельзя. Мы аккуратно устроились на мягких стульях.

- Итак, мы вот как раз тут с Иваном обсуждали, где будете проходить практику. Он предлагает вас заслать на полевую работу. Как относимся к возможности попутешествовать?

- Попрыгать по мирам? – уточнил я. – Да нормально. Аллергии не вызывает.

- Ну и хорошо, в смысле - для вас, аллергиков на работу я не люблю, - усмехнулся дед. – К тому же ему нужна помощь, все Скользящие работают по своим планам. А к миру, разработкой которого сейчас занимается Иван, добавился еще один.

- Вырей, - сказал Иван.

- Так что вы будете донельзя кстати, - заключил дед.

- А первый?

- Так называемый мир номер двадцать пять. Подробное описание потом отыщете в диздоках, это не жмет. Сейчас основная наша задача именно Вырей. Скользящих у нас не хватает, а вы как раз вовремя. Просто до этого момента мы не могли послать разведгруппу в другой мир, способа проникнуть туда не Скользящих нет. Или почти нет. Точнее, он есть, но Древо на это очень болезненно реагирует, это нарушает его структуру.

- И какой? – спросил я.

- Техномагический. Теоретические выкладки и эксперименты проводятся, но рисковать мы не хотим. А вот кто-то захотел и решил попробовать.

- Но вы это засекли и решили…

- Про глушители вы уже слышали?

- Устройства, вызывающие сдвиг фаз перехода и нарушающие возможность установления связи с мирами? Слышали.

- Ох, кого-то я выдеру, - пообещал дед, ни к кому не обращаясь, глядя в пространство перед собой. – Разгласить такую тайну…

- Ничего страшного, - усмехнулся я. – На нас висит такая подписка, что мы точно ничего разгласить не сможем. Попасть же в Трубецкой бастион как-то не хочется.

- Ну в Петропавловку надо еще заслужить. Обычно у нас любители поболтать внезапно умирают – кто от легочного тромба, кто от инсульта, да мало ли еще каких хворей, - сказал дед. – Выход на пенсию вперед ногами, так сказать. Но это я так, отвлекся. Ну если вы про эту техномагическую хрень слышали, то должны знать, что только биологический объект, обладающий особыми способностями, может проникнуть в другой мир, и ни один глушитель ему не помеха. И такой переход произошел совсем недавно, кто-то побывал в Вырее и вернулся. А совпало это с попыткой сделать пробой отсюда.

- А что, есть еще Скользящие из других миров? – спросил я. – У нас вроде как монополия на эту волшбу.

- Вроде как. Пока. А как наши умники найдут способ противодействия Скользящим, мы ее удержим, - сказал дед. – Нечего другим шляться по мирам.

- Ладно. А чем им Вырей сдался? Насколько я знаю, один из Рунных миров.

- Вот только высшего порядка. Схему связей Древа кто-нибудь из вас помнит?

- Ну да. В общих чертах, - ответил я.

- Вот именно, что в общих, - передразнил дед. – А конкретно?

- Нууу…

- Вырей – один из главных Рунных миров, откуда можно переместиться в любой. А еще там находится начало тропы в Ирий. Что это, пояснять не надо?

- В чем наша задача?

- Сейчас – изучить все, что у нас есть по Вырею. Потом – практические занятия на ознакомление с миром. И будем контролировать попытку связи с этим миром – либо скольжение, либо пробой. А вот тогда ваша тройка отправится туда на разведку. Ну а дальше – сами знаете, превосходящий противник – наблюдение, уступающий – взять живьем и допрос на месте, все равно сюда его не перетащить.

- Понятно, - вздохнул я. – Разрешите выполнять?

- Разрешаю. Иван?

- Есть, Ваше Высокопревосходительство! – он поднялся со стула.

И вот так, мы вместе с Иваном отправились выполнять задачу.

- Доступ к «Капищу» есть? – спросил Иван в коридоре.

- Да, вроде есть.

- Ну тогда пойдемте, покажу, где и что искать на сервере.

- Материалы по Вырею?

- И по двадцать пятому миру тоже.

- Так что первее?

- Ну как сказал шеф – Рунный первым, номерной – вторым. Как запоминать и систематизировать информацию, вас учить не нужно, вы уже давно освоились с нашей системой усвоения знаний. Только вот подчеркну, и усвойте это сейчас и навсегда – оба задания боевые, и поэтому читать с пропусками не надо. Это в основном относится к тебе, Алексей, не обижайся.

- Да понял я, понял, - все-таки обиженно пробурчал я. Придется учить информацию по мирам так, как не готовился к экзамену.Чтобы подняли ночью с бодуна и заставили четко изложить легенду.

- Надеюсь, - Иван провел своим бейджиком у глазка камеры, вызвав загорание зеленого огонька и мелодичный сигнал. – Мне не нужен балласт, вы поняли? И что бы там не говорил генерал, мне будет не до вашей опеки, моя цель – выполнить задание.

- Прямо как на войне, - усмехнулся я, входя в категорированную комнату.

- Не «как», а на ней, - Иван пропустил нас вперед и подошел к стоящему на одиноком столе терминалу, обвешанному не только листами защиты, но и заклинаниями. – А вы – солдаты. И пока вы этого не поймете…

- Да поняли мы, поняли. Показывай, где тут что и как…

- Ну что? – Драбицын лично встретил Стругова-младшего в подземном гараже «Струга».

- Все готово, - тот показал на платформу погрузчика, где на палетах стояли, затянутые в пленку и сетку боксы и ящики.

- Не думал, что это оборудование занимает столько места, - сказал Драбицын.

- Ну извините, господин генерал, чем богаты, - развел руками Стругов.

- Ладно, это я так, бурчу по-стариковски, - сказал Драбицын.

- Ну на старика вы не тянете, - усмехнулся тот. – Лет на тридцать…

- Ладно льстить, - смущенно сказал Драбицын. – Все нездоровый образ жизни, постоянные физические и психические перегрузки…

- И кровь волхвов, - опять усмехнулся Стругов.

- Ты-то еще не надумал пройти посвящение? У тебя есть все данные. Конечно, не так будешь выглядеть как я, все-таки поздняя инициация, но лет двести в своем образе я тебе гарантирую.

- Подумываю уже. Но вот только своих жалко, это и останавливает. Пережить жену и детей…

- Ну тут еще вопрос спорный. Скоро оно будет доступно, пока избранным, но если твои гены передались детям, им тоже может быть гарантировано долголетие. Грядут такие события, Николай, что только держись, - сказал Драбицын. – И гениальные ученые нам нужны, Империи и ее подданным.

- Попозже об этом поговорим, - Стругов покосился на вооруженную охрану в полном снаряжении, стоящую у бронированого грузовика. – Что, это так нужно?

Он кивнул на следящих за обстановкой бойцов.

- Да, Коля, нужно, - жестко сказал Драбицын. – И это то самое будущее, куда мы сопровождаем мир. И враг у нас тоже непростой и зачастую не человек.

- И в это будущее вы пытаетесь втащить меня и моих детей? – горько усмехнулся Стругов.

- Ну а тут выбор простой – либо втащить, либо они могут не пережить его.

- Все так серьезно? Вот так вот?

- Не представляешь насколько, Николай. Настолько, что будущего может и не быть. И не из-за каких-то ракет САСШ, для игроков на множественных досках миров это жалкие детские хлопушки. Ты имеешь доступ, которым может похвастаться – точнее, промолчать, хвастаться они не будут – только несколько человек в империи. Следовательно, представляешь себе, что на кону.

- Древо миров?

- Само его существование. Представь себе аналогию – на плодовое дерево попал червяк, ветром занесло. Он огляделся, надкусил яблочко – оно ему понравилось. Ну червяк у нас непростой, свистнул, приползли его товарищи, и начали жрать яблочки-миры и подтачивать кору дерева.

- И угроза идет снаружи, из Безодни?

- Вот оттуда и лезут время от времени червячки, ползая по ветвям, в целях найти яблочко покрупнее и послаще, чтобы потом притащить туда своих друзей. Мне вовсе не улыбается, чтобы в нашей Яви хозяйничали паразиты, уничтожая все, что нам дорого и существовало с начала времен. Ты думаешь, почему в последнее время появилось столько магов и волхвов, хотя раньше таких были единицы? Мы готовим солдат для будущего выживания рода человеческого, искусственно вызвав качественный скачок.

- Да, тяжело, наверное, иметь такое знание, жить с ним…

- Главное, обратить его в умение. Мир изменился, точнее миры, и точнее уже навсегда. Ты, как и я, не сидишь сложа руки, вон, помогаешь и очень здорово, - Драбицын кивнул на палеты, которые рабочие, приехавшие с ним, под наблюдением мастера со «Струга» грузили в чрево бронированного грузовика.

- Я еще больше помогу, - подмигнул Стругов. – Мы, кажется, нашли, как помешать биологическим объектам перемещаться между мирами. Возможно создание резонанса с любым объектом в междумирье, которое его уничтожит или, по крайней мере, нейтрализует. Но для этого мне самому нужно бы переместиться в другой мир, проверить на практике…

- Увы, пока для тебя это невозможно. Ты не Скользящий. Так что готовь аппаратуру для пробоя, тогда наши прихватят тебя с собой, - пообещал Драбицын.

- Так это же запрещено мирозданием?

- Портить кожу людям тоже нехорошо, хотя и не запрещено мирозданием. Но иногда человеку втыкают в кожу шприц, образуется маленькая дырочка – но какая большая польза наступает от инъекции. Древо переживет несколько булавочных уколов, оно крепкое. Ты с нами? – Драбицын махнул рукой в сторону командного броневика, возглавляющего колонну.

- Да, а как же. Кто же еще поможет все это установить и настроить? Если, конечно, выделите рабочую силу из своих.

- Выделю, заметано, - Драбицын хлопнул Стругова по плечу. – Тогда поехали!