Практический экзамен

Глава 1

33 Тефо́ра. Полдень.

Дверь открылась и в комнату энергичным, быстрым шагом зашёл директор. Рывком он отодвинул удобное, обшитое красным бархатом кресло и уселся во главе стола. Вся эта комната дышала удобство и уютом. Просторные окна щедро впускали дневной свет, дорогая, резная мебель сияла глянцевым лаком, в камине горел маленький, скорее декоративный огонёк практически не дающий тепла, а интерьер… Наверное такой можно было встретить разве что в королевском дворце.

Теперь, за овальным, тёмным, блестящим столом собрались шесть человек. Мужчины и женщины, каждый из которых посвятил свою жизнь изучению магии. Перед каждым из присутствующих лежала стопочка бумаг и пергаментов. У кого-то она была аккуратной, у кого-то небрежно разбросана. До прихода директора в комнате стояла тишина, лишь шуршала бумага, когда один из мастеров магических искусств принимался перечитывать свои записи. Сказать, что атмосфера в комнате была напряжённой – не сказать ничего. И виной этому являлось не предстоящее распределение студентов на экзамен – оно проводилось каждый год - виной стоящей тишине были страх, недоверие и крайняя степень неприязни, между коллегами.

Как только директор Валади́йской магической академии зашёл в кабинет, мастера вытянулись, поправили стопки бумаг, причёски, рукава костюмов, мантий и платьев. Каждый, из пяти присутствующих мастеров, являлся деканом одного из факультетов, и каждый из них получил задание – подобрать лучших студентов для совершенно разных заданий экзамена. Успех выпускника определялся не только способностями постигающего магические науки, но и грамотным выбором его руководителя. Если декан плохо знает своего ученика, или не учитывает его стремлений, желаний, намерений, то такая оплошность может привести к провалу экзаменуемого, или к его смерти. Обычно, мастера позволяют своим ученикам попробовать ту жизнь, к которой они стремятся. Если юный колдун хочет быть офицером, то его отправляют на экзамен в действующую армию, зельеварам находились места в аптеках или на производствах связанных с магией, колдунов направляли на флот или в строительные команды. Целители же сдавали свой, особый экзамен отдельно от всех. Таким образом и сам выпускник, и комиссия понимали – правильный ли выбор был сделан и стоит ли продолжать юному дарованию чего-то добиваться на выбранном им поприще.

- Коллеги, - начал директор, - перерыв закончен, продолжаем работу.

Нынешний руководитель Валадийской магической Академии довольно молод, для своей должности. До́рсон Оре́вис никогда не просил этого места, и не собирался так рано принимать на себя ответственность, но никого более достойного не нашлось. Выбор оказался крайне удачным. Не смотря на свою незрелость и относительную неопытность, новый директор показал себя человеком такой мудрости, каких Академия не видела уже давно. Благодаря ему держался хрупкий мир между коллегами, благодаря ему Академия вновь расцвела, благодаря ему Вилла́рия вновь начала получать квалифицированные кадры.

- Я думаю, что не стоит нарушать традиций, - продолжал директор, - Мастер Ди́за, можете начать первой.

А́лия Диза, как и директор, была слишком молода для своей должности, и так же, как и её начальник, приняла назначение по необходимости, и теперь юная волшебница возглавляла факультет Высшей магии. Виллария пережила гражданскую войну и суровый террор. Много чародеев, колдунов и волшебников погибли, защищая королевство от страшной угрозы. Погибших на полях сражений учителей, заменяли недавние выпускники. Война создала тяжёлые времена для королевства, но и после неё, восстанавливать истерзанную огнём и мечом страну оказалось непросто.

Мастер Алия Диза медленно поднялась со своего места. По этикету вставать было совсем необязательно, но молодая женщина была педантом во всём, в любых мелочах. И её педантизм начинался с суровых требований к самой себе. Значительнее более суровых требований чем предписывал того современный этикет. Даже стопка бумаги, лежащая перед ней, казалось, была сложена безупречно. Но не для Мастера Дизы. Она бесконечно поправляла и выравнивала стопку, стараясь достичь какого-то своего, понятного лишь ей одной, идеала.

- Я думаю, что никого из вас не удивлю, - Алия Диза поправила пышные чёрные локоны, сверху вниз посмотрела на всех темно-серыми глазами и шумно втянула воздух носом. – Моим кандидатом будет Аезе́лвалф Ле́йн. Мне кажется, он, как никто подходит для этого задания.

Ответом волшебнице послужило молчание - коллегам просто нечего было сказать. Кто-то смотрел в свои записи, кто-то одобрительно кивал, полностью соглашаясь с выбором. Молодой волшебник Аезелвалф Лейн, оказался редчайшим талантом. Его магическая мощь, способность к концентрации и острый ум, позволили превзойти большинство своих учителей по многим параметрам уже в середине обучения. В будущем, этот молодой юноша обещал стать невероятно сильным магом, каких за всю историю Вилларии были единицы.

- Возражений, судя по всему, не поступит, - усмехнулся директор, - спасибо, мастер Диза. Можете садиться.

Волшебница кивнула, осторожно располагаясь в мягком кресле, вновь поправила локоны и принялась выравнивать стопку с бумагой.

- Мастер Энне́й, - директор повернулся к декану факультета Чёрной магии. – А кто ваш кандидат?

Все в комнате мгновенно напряглись. Именно из-за этого человека, все присутствующие, до прихода директора, находились в таком напряжении. Иноса́р Энней - тот, кто начал гражданскую войну в Вилларии, это из-за него сидящие в этой комнате теряли своих учителей, учеников, родных и близких. Два тяжёлых года. Два года страха, смерти, войны, мародёрства, беспорядка, ужаса… Чёрный маг, обладающий выдающейся магической силой, смог за короткий срок разгромить весь север Вилларии, пошатнуть власть обеих принцесс и практически выиграть гражданскую войну. А потом случилось странное: Иносар Энней, тот, кто погрузил Вилларию в хаос, щедро сеял боль и страх, внезапно «сменил курс». Он призвал принцесс к разговору, предлагая мир и грозясь, в случае отказа, продолжить войну. Разумеется, никто не поверил магу, принцесс отговаривали как могли, ведь королевская кровь – единственное что в те времена осталось у поданных, и они оберегали её как символ надежды. Доведённые до отчаяния, практически проигравшие войну и потерявшие огромное количество ресурсов, территорий и подданных, принцессы согласились на требования колдуна. Правда на разговор с Иносаром поехала только одна из правительниц. Ле́ми была младшей из двух сестёр и в Вилларии взяла на себя руководство армией. Доподлинно неизвестно, о чём говорили Иносар и Леми, но принцесса вернулась живой, а черный маг, предав своих сообщников, занял место в Академии магии, помогая восстанавливать страну, которую сам и разрушил.

Иносар выглядел настолько плохо, что вряд ли кто-либо мог точно сказать сколько ему лет. Сквозь бледную, восковую кожу, проступали кости черепа, голову обрамляли редкие, жидкие черные волосы. Несомненно, маг потерял здоровье во время войны, но точная причина столь плачевного его состояния была неизвестна. Может быть Иносар не выдержал трудностей и сложности командования, а может быть подорванное здоровье оказалось результатом покушения на его жизнь. Коллеги смотрели на черного мага с ненавистью и недоверием. Может быть кто-то и хотел отомстить негодяю, но даже в таком состоянии Иносар, запросто бы справился со всеми здесь сидящими магами сразу.

Вероятно, лучше всех Иносара могла знать именно Алия Диза. Когда-то они учились на одном курсе, хоть и на разных факультетах. В то далёкое время, Иносар подавал большие надежды, как сейчас это делает Аезелвалф, а Алия была хоть и старательной, но рядовой ученицей без выдающихся способностей. Спустя столько лет, они вновь встретились в этих стенах. Алия Диза вовсе не боялась мага, она была одной из немногих, кто мог смотреть на Иносара, и взгляд её темно-серых глаз был полон ледяного яда.

- Магистр Дорсон, - чёрные глаза декана факультета Черной магии не выражали абсолютно ничего. – Для этого задания я выбрал ученицу…

В комнате раздались вздохи. Все уже поняли, что это был за выбор. Не так часто для одного из заданий выбирают сразу шесть экзаменуемых, причём, лучших из лучших.

-… Фи́никс Мендо́за будет мои кандидатом, – это был голос не человека, это был голос мертвеца, стоящего в могиле.

Магистр Оревис откинулся на спинку стула и осмотрел всех присутствующих. – Есть вопросы, коллеги? Все согласны с выбором?

- Я абсолютно согласен! – Громко возвестил мастер Ке́зон Струт, декан факультета Боевой магии. За что сразу получил полный презрения взгляд Алии Дизы.

- А я не согласна, магистр, - высокая волшебница вновь поднялась из-за стола, и вновь поправила причёску. – Финикс Мендоза абсолютно не умеет работать в команде. Я нисколько не пытаюсь умалять способности названной ученицы - она девушка способная, но у нас командное задание! Целых шесть человек в одном рейде! Почему бы не выбрать Крю́йта О́труза? Или Ли́сена Во́лло? Они мало чем уступят Мендозе и в коллективе работают гораздо лучше.

- Я присоединюсь к коллеге, - вне очереди закричала с места неунывающая и весёлая мастер Алифи́са Зо́ра, декан факультета магической философии, являющейся абсолютной противоположностью строгой и серьёзной Алии Дизы. – Финикс все наши красивые куличики порушит!

Директор обратился к декану факультета чёрной магии. – Действительно, мастер Энней, почему ваш выбор лёг именно на эту ученицу?

- Я понимаю, обеспокоенность коллег, - начал Иносар, предпочитая смотреть только на директора. – Но, как верно сказала мастер Диза, я выбрал способную ученицу, с особыми знаниями. Не факт, что они ей там понадобятся, но для всей группы будет лучше, если они окажутся готовыми, ко всем… неприятностям. Я думаю, что Финикс Мендоза обладает необходимыми знаниями и навыками что бы успешно сдать экзамен самой и помочь остальным…

- Вы думаете?.. Наверное, вы хотели сказать, что основываетесь на своей практики в чёрной магии, мастер? – Алия Диза злобно посмотрела на декана факультета Черной магии.

- И на этом тоже, уважаемая мастер Диза, – маг слегка повернул голову и посмотрел в стол перед собой, стараясь не встречаться взглядом с волшебницей.

- Так, хватит! – Директор поднял руку, прерывая начинавшуюся ссору. – Я согласен с выбором ученицы. Дополнительная поддержка знаниями для группы лишней не будет. Мы отправляем лучших на это задание и должны быть уверены, что все вернутся в Академию, успешно достигнув намеченных целей. Тем более, что этой выпускнице пора взять себя в руки и научиться взаимодействовать с коллегами.

- Магистр Оревис… как?.. Вы одобряете? – волшебница растерялась. Деканы могут сколько угодно давать аргументы и контраргументы, спорить, решать, но когда в дело вступал директор, все обсуждения сразу прекращались.

- Да, одобряю, мастер Диза, спасибо, что огласили свои сомнения.

Всё ещё растерянная волшебница посмотрела на Алифису. В ответ чародейка лишь поджала губы и повела плечами – что она могла сделать? Алия Диза вернулась на своё место, поправила причёску и начала яростно бороться со стопкой бумаги, которая никак не хотела ровно улечься на гладком, блестящем столе.

- Мастер Зора, теперь ваша очередь, – директор указал рукой на чародейку. Декан факультета Магической философии получила свой пост также, как и другие молодые специалисты – просто никого лучше не нашлось. Заняв пост декана спустя всего два года после выпуска из Академии, Алифиса Зора стала самым молодым преподавателем за всю историю этой самой Академии. Эта чародейка брала от жизни всё и сразу. Она не знала меры в вине и развлечениях, стараясь больше отдыхать и меньше работать. Всем внешним видом и поведением Алифиса показывала, что ей плевать на правила и уставы. Каштановые волосы чародейки были вечно спутаны и представляли собой невнятную, но стильную путаницу из кудрей и прямых прядей, вместо строгих платьев, она носила наряды, что называется «на грани приличия», оголяя руки, ноги, плечи, носила не по моде высокие каблуки, а в разговорах с ближайшим окружением, эта особа абсолютна не придерживалась каким-либо правилам этикета.

Всегда весёлая, привлекательная и жизнерадостная, выглядящая ярко чародейка, пользовалась неизменным успехом у представителей противоположного пола. Алифиса, обладающая изумительной внешностью и потрясающей харизмой, притягивала к себе взгляды словной ярчайшая звезда на глубоком чёрном небе. Стреляя во всех подряд своими игривыми, зелёными глазами, она легко заводила короткие романы на приёмах, балах и маскарадах, заканчивающиеся неизвестно чем. Злые языки распускали множество слухов, вот только подтверждений им пока не нашлось. И ей нравилась такая жизнь. Жизнь «на краю», такая же смешанная и яркая как её внешность. Жизнь весёлая и кипящая, с постоянным риском влететь в какой-либо скандал.

- Н-у-у-у… Я…, - было непонятно, забавляется сейчас декан магической философии, или правда не может разобраться в мешанине своих наваленных горкой листков. В конце концов она бросила попытки найти нужную запись. – Я решила выбрать Софи́ю Ферре́… Да, пускай она едет на задание.

И опять согласные кивки. Только Иносар Энней поднял руку. Алифиса испуганно взглянула на него и почти сразу отвела взгляд – она боялась декана факультета черной магии, и не считала это позором. Директор, заметив поднятую руку, согласно кивнул, давая возможность магу выговориться.

- Я ни в коем случае не против выдвинутой кандидатуры, но не боитесь ли вы, мастер Зора, выставлять титулованную поданную другого государства? Экзамен – опасное мероприятие, а это задание, похоже, будет опасно вдвойне. Гибель или потеря здоровья столь высокой особы, может подпортить репутацию Академии.

София Ферре и правда была поданной Лоре́лии, а не Вилларии. Более того, юная чародейка была аристократкой и носила титул виконтессы. София обладала огромной магической мощью, лишь незначительно уступая в Силе Аезелвалфу. Тем не менее, невероятно талантливая чародейка не видела своего будущего в магических науках. Она даже не стала приступать к диссертации, явно намекая на то, что у неё другие планы на жизнь, а свой редкий дар она разбросает по веткам в лесу.

Кажется, декану факультета Магической философии нечего было ответить на этот вопрос, или, скорее всего, чародейка просто-напросто не подготовилась. Да и боялась она мастера Эннея. Сейчас, жизнерадостная Алифиса выглядела растерянной, словно не выучившая урок ученица. Она неуверенно потрогала рукой свои записи, как бы надеясь, что они ей помогут, но всё равно не нашлась что ответить. В комнате повисла тишина. На помощь растерявшейся Алифисе пришла мастер Алия Диза.

- Почти любое задание экзамена опасно, мастер Энней. Ферре достаточно умна, обладает титулом, имеет вход в высший свет, а значит будет находиться в тех кругах, где сможет собрать необходимую нам информацию, недоступную для других участников Экзамена.

Мастер Энней слегка склонил голову в сторону Алии Дизы, принимая её ответ.

- Если вопросов больше нет, то мы утверждаем кандидатуру Софии Ферре. Мне, кстати, этот выбор нравится, – директор кивнул Алифисе, та солнечно улыбнулась в ответ.

Было много слухов на тему отношений между мастером Алифисой Зорой и директором Академии, но, как это всегда бывает с этой чародейкой, слухи остались слухами, так и не подтвердившись. Перестав строить глазки директору, мастер Зора подмигнула волшебнице Алии и нарисовала магией, на уголке одного из листков пергамента, маленькую улыбающуюся рожицу, в благодарность за помощь. Декан факультета высшей магии, не теряя серьезности, кивнула в ответ. Выставив своего кандидата, Алифиса потеряла интерес к дискуссии и начала рисовать что-то в листочках, не забывая лохматить свои волосы.

- Мастер Ме́зил, не хотите-ли выступить?

- Охотно, мой мальчик, охотно, – оживился сидевший до этого молча старичок. Трен Мезил - один из немногих старых колдунов, переживших гражданскую войну, резню в Академии и ряд столкновений с армиями Иносара. Не один десяток лет, он возглавлял факультет стихийной магии, выпустив множество талантливых колдунов. На его факультете, учился и под его же руководством защищал свою знаменитую диссертацию нынешний директор Академии – Дорсон Оревис.

Трена Мезила ученики обожали. Он прекрасно подавал материал, не чурался индивидуальных занятий, помогал не слишком способным студентам не только в учёбе, но и в жизни, устраивая их на подходящие места. Он, как никто другой, понимал и знал своих учеников. Выпускающиеся с его факультета юные колдуны, чаще всех остальных сдавали экзамен и многого добивались после. И преподаватели, и ученики понимали – если уйдёт Трен Мезил, то с ним уйдёт целая эпоха.

- Вы просили меня выбрать целителя, – продолжал мастер Мезил. – Я думаю, что лучше сюда подойдёт Нио́на Исо́.

Первоначально все молчали, осознавая то, что только что сказал старый колдун. После этого каждый поднял руку, даже начавшая уходить в себя Алифиса.

- Позвольте, - первым не выдержал мастер Энней. – Правильно-ли я понимаю, что вы выставляете худшую студентку с факультета… простите, со всего курса?

- Ниона - хорошая целительница, а именно целительница на это задание и нужна…, - встал на защиту подопечной Мезил.

- Или целитель! – Перебила старшего коллегу горевшая возмущением волшебница Алия Диза. Было видно, что ей очень неприятно быть на одной стороне с Иносаром Эннеем, но вопрос был слишком серьёзен. – Тут каждый декан выставил со своего факультета лучшего из лучших, а вы ставите довольно бездарную, простите меня за грубость, колдунью, и посредственную целительницу.

- Ниона обладает достаточными знаниями, что бы справится с заданием и помочь группе, – кажется, старый колдун начал раздражаться. Похоже, что репутация Трена Мезила, как руководителя, столько лет прекрасно подбирающего студентов для экзамена в данный момент никого не интересовала.

- Я соглашусь с мастером Дизой, – Иносар впился взглядом своих чёрных глаз в старого колдуна. Услышав это, декан факультета Высшей магии дёрнулась, будто маг её коснулся или ударил. – Почему вы не выставили Фо́рина Ку́ска? Прекрасный студент и второй целитель на курсе. Уверен, что все присутствующие ждали именно его.

- Форину делать на этом задании нечего. Он талант, каких мало! В данный момент он на пути в Медицинскую Академию в Лорелии, где станет прекрасным хирургом…

- Что значит ему делать нечего? – Визгливо воскликнул мастер Струт. – Значит лучшим волшебникам и чародейкам есть чем заняться, а целителю нечем? Как она поддержит группу, если из её рук валится даже кухонный нож?

- О какой-либо поддержке группы не было ни слова, нужен был зельевар и лекарь, – голос старого колдуна задрожал от гнева. – У Нионы, в отличии от Форина, пройден высший курс по зельям.

- О да, - едко произнёс мастер Энней. – И оценка высокая - целый один балл из десяти возможных.

- У нас в команде Мендоза и Исо, - в секундной тишине задумчиво протянула Алифиса, накручивая прядь каштановых волос на палец. – Группа начала рассыпаться так толком и не собравшись.

Это была последняя капля. Все сорвались, вступая в горячий спор, вновь осуждая выбор Финикс Мендозы и обрушивая волну критики на Ниону Исо. А директор сидел и думал. Он не сомневался в своём наставнике и был уверен, что бывший учитель прав. Но почему такой выбор? Ниона и правда была очень слабой, да и целительство удавалось ей не слишком успешно, а задание, стоявшее перед группой, могло оказаться смертельно опасным. Справится ли неуверенная в себе девушка с такими испытаниями? Трен Мезил редко ошибается в учениках, но случалось всякое. Директор посмотрел на своего учителя и принял решение. Дорсон Оревис поднял руку и все его коллеги, не смотря на ожесточенную дискуссию, мгновенно замолкли, ожидая решения директора.

Магистр Оревис ещё раз посмотрел на бывшего учителя и произнёс: - Я утверждаю кандидатуру Нионы Исо.

Реакция была разной. Мастера Энней и Мастер Мезил абсолютно никак не отреагировали, Алифиса скрыла лицо за блестящими локонами и сползла по стулу, Алия побледнела и сузила глаза, Кезон Струт развёл руками произнося:

- Ну что тут поделаешь?

Сегодняшнее распределение затянулось, даже поменяли цвет и угол своего падения, солнечные лучи, льющиеся из окон. Дискуссию пора было заканчивать, если что, оставшуюся половину курса можно будет распределить в другие дни.

- Мастер Струт, огласите, пожалуйста, ваших кандидатов.

Предполагалось, что задание получится довольно агрессивным, потому с факультета Боевой магии решили взять двух экзаменуемых. Редко, когда на одно задание отправляют двух студентов, еще реже – трёх. Шестерых на одно задание, за всю историю Академии, отправляли всего три раза, и этот – четвёртый.

- Хорошо, магистр, – декан факультета боевой магии прокашлялся и впился взглядом в листок. Кезон Струт был очень хорошим преподавателем и сильным магом. У него неплохо получалось воспитывать учеников. Из-под его крыла выходили умелые и обученные боевые маги, которые своим присутствием укрепляли ряды армии Вилларии. Кезон Струт был одним из тех, кто всеми силами сопротивлялся режиму Иносара Эннея, одним из тех, кто засылал к нему шпионов и убийц, одним из тех, кто вступил с ним в открытую дуэль и смог выжить.

Тем более странным для Алии Дизы казалось некоторое «заискивание» этого мага перед Иносаром Эннем. Такое поведение, и поддержка, которую оказывал декан факультета боевой магии бывшему террористу и возмутителю королевского режима, не вызывала в волшебнице ничего, кроме отвращения. И она была не одинока в этих чувствах, вероятно, сильнее эту парочку ненавидел только старый Трен Мезил.

- Я думаю, что никого не удивлю, - боевой маг бросил быстрый взгляд на старого колдуна. – Если назову следующих кандидатов. Во-первых, это Хе́йман Вьятт. Думаю, он идеально впишется в команду и хорошо покажет себя в сражениях. А во-вторых, это Ави́лла Ней. Лучшего стратега для группы мы не найдём.

Волшебница Алия сдержанно кивнула, одобряя выбор, Алифиса и Трен просто промолчали. Только у Иносара поднялась рука. Все молча уставились на мага – что ему могло не понравиться в этот раз?

- Говорите, мастер Энней, – кивнул директор.

- Спасибо, магистр, – декан факультета черной магии выдержал паузу, после чего продолжил. – Я ни в коем случае не против такого выбора, однако снова хочу высказать свои опасения. Меня волнуют отношения этих двоих. Как вы думаете, они не повлияют на результаты всей группы?

На самом деле, у Иносара Эннея были основания задать такой вопрос. Обычно, юные ученики связывали свои жизни ещё во время учёбы. И Хейман и Авилла явно неровно дышали друг к другу. Дерзкие, живые, вспыльчивые и одарённые. Они постоянно соперничали друг с другом и постоянно друг другу помогали. Наверное, их даже можно было бы назвать друзьями, вероятно, их отношения были гораздо глубже, но до сих пор, они жили врозь. Вся Академия недоумевала – почему? Более идеальную пару было бы сложно представить. Не было похоже, что бы эти двое поссорились, они общались друг с другом очень тепло. Хейман отшучивался на вопросы о связях с Авиллой, а Авилле таких вопросов вообще не задавали – просто боялись. Эти двое во всём выглядели как пара, но ею небыли. Странности добавлял тот факт, что и Хейман, и Авилла отбивали любые попытки других студентов наладить с ними более близкие контакты.

- Я думаю, что эти двое разберутся в своих отношениях. – ответил слегка покрасневший мастер Струт.

- Главное, чтобы без вреда для остальной группы, и для себя тоже. – черный маг улыбнулся, показав ряд жёлтых зубов.

- Я в них уверен…

- А что скажут остальные? – Обратился к коллегам директор.

Все остальные с выбором согласились. Чародейка Алифиса явно маялась от скуки, Алия сидела поджав губы – настроение после такого отбора у волшебницы испортилось. Спокойными внешне оставались только Иносар Энней и мастер Струт, на которых с ненавистью посматривал старый Трен Мезил.

- Если это всё, то я предлагаю прерваться и отдохнуть, – директор осмотрел коллег, повернувших к нему головы. – Цели задания и состав группы сообщим студентам на следующей неделе четвёртого числа.

Глава 2

4 Ардети́к. Позднее утро.

«Треугольный коридор», как называют его юные адепты магических искусств, знаменит двумя вещами. Первая – это важность положения этого места в жизни каждого ученика. Именно в нём учащиеся ждут распределения на факультеты в конце третьего курса и здесь же, спустя годы подготовки, распределяются на заключительный экзамен. Второе, чем известно это место – награждением лучших выпускников в году и выбором старост, коей чести удостаивались немногие.

«Треугольным» этот коридор назвали неспроста. По своей сути, это был целый этаж квадратной башни, который наискось разделили от одного угла до другого стеной. Одна часть стала знаменитым «треугольным коридором», а другая превратилась в наградную комнату. «Треугольный коридор» освещался скудно. Свет попадал сюда через три узкие бойницы, которые расположились на одной из стен, и лился с шипящих факелов, под которыми ученики старались не стоять, опасаясь попасть под горячие масляные капли.

Нынче, тут было людно. В ожидании распределения, экзаменуемые разделились на группки. В основном, это были группы, разбитые по факультетам, реже – по интересам, отдельно от всех стояли одиночки. И конечно же громче всех вели себя боевые маги - самый дружный факультет, поддерживающий друг друга во всём, и в радостях, и в печалях. Так было далеко не всегда, но всё поменялось почти столетие назад, когда на курс пришли амбициозные, веселые и дружные ученики. Поддерживая друг друга, они быстро захватили власть и ввели свои правила на факультете. Предателей и карьеристов, пытающихся добиться большего за счёт товарищей, потихонечку выдавили. Те традиции, заложенные много лет назад, живы до сих пор, и бережно переходят от поколения к поколению новых боевых магов.

Факультет Боевой магии редко был на лидирующих позициях. Знания магов отставали от других студентов - будущим офицерам приходилось много времени тратить на боевую подготовку, жертвуя познаниями в магических искусствах. Но, как уже говорилось, по атмосфере и взаимовыручке это была непревзойдённая организация.

Мало чем, по устраиваемому шуму, боевым магам уступали чародеи с Факультета Магической философии. И виной этому было не радостное возбуждение или волнение от предстоящего распределения. Всё это устроила одна девушка. Нет, она не желала этого, её вина была лишь в том, что она присутствовала здесь в этот час. Чародеи окружили сокурсницу – Софию Ферре и всячески высказывали ей своё восхищение. А восторгались они всем – причёской, платьем или тем, как она сдала первую, теоретическую часть экзамена. Интерес к молодой чародейке возник давно и не случайно, София Ферре была аристократкой с титулом, а значит для неё были открыты двери в Высший Свет. Вероятно, все те, кто окружил девушку, ещё пытались успеть подружиться с юной виконтессой, чтобы за её счёт выбиться в общество. Понимала ли это София? Безусловно. Наделённая редким умом, чародейка «читала» таких людей как открытые книги. Нравилось ли ей это? Нет. Могла ли это прекратить? Опять же нет. Поэтому София улыбалась и вежливо благодарила каждого за очередной комплемент.

Но не только платьем или титулом выделялась чародейка. Она прибыла в Академию из южных регионов Лорелии, из тех мест, где волны омывают крутые берега, где высоко в солёном воздухе парят крикливые чайки и Солнце калит белоснежные камни до обжигающих температур. Поэтому всё, абсолютно всё выдавало в Софии южанку. Чёрные волосы, которые девушка собирала в сложный, высокий хвост, стараясь причёской компенсировать небольшой рост, кожа, несущая бронзовый загар, высокий лоб и большие, карие глаза. София была редкой красавицей, и причина была не только в изящных движениях или во внешности, но и в умении одеваться, а также, что наиболее важно, в изысканных, безошибочных манерах поведения.

Как многие пытались высказать своё обожание аристократке, также многие ненавидели чародейку за её титул. Вероятнее всего, это была простая зависть. Некоторым София казалась надменной, холодной, и задирающей нос, кто-то открыто высказывал ей своё недовольство, надеясь вовлечь девушку в ссору. Тщетно. Юная виконтесса не считала достойным отвечать на такие провокации, старалась быть выше обычных конфликтов. И чародейке это успешно удавалось. Она вовремя прекращала общение с теми, кто хотел ссоры и эффективно манипулировала сокурсниками, формируя мнение о себе и создавая репутацию в Академии. Именно из-за набора всех этих качеств София Ферре сначала стала старостой факультета, а сейчас, к её платью был прикреплён блестящий орден старосты Академии.

Привлекал к себе внимание и высокий молодой волшебник, углубившийся в чтение пухлого томика по генераторам магических потоков. Аезелвалф Лейн учился всегда и везде, в любую удобную минуту. За время своего становления в Академии он достиг невероятных высот в магических искусствах. Умный и одарённый, юный волшебник рано написал диссертацию, которую защитил с первой попытки, быстро и легко освоил учебную программу Академии, а также, нагружал себя дополнительно, проводя свободное время в библиотеке и постоянно пропадая в магических лабораториях. Аезелвалф был невероятно красив. Небрежные, черные волосы, скреплённые обручем, короткая бородка, серые блестящие глаза, тонкий ровный нос… У юного волшебника не было бы отбоя от девушек, если бы они его интересовали. Нет. Сердце Аезелвалфа было занято и никому другому не нашлось бы в нём место. Аезелвалф обожал магию. Он настолько ею увлёкся, и так сильно в неё погружался, что всё меньше и меньше стал замечать окружающую его действительность.

Как и у Софии, на отвороте мантии волшебника был приколот орден старосты школы. Своим умом, своей потрясающей памятью и незаурядными способностями, Аезелвалф уже на начальных курсах обеспечил себе будущее. Он был тем человеком, который, несомненно, продвинет науку далеко в будущее, раздвигая границы современной магии. Надо ли говорить, что такая персона сразу привлекла к себе внимание, как преподавателей, так и студентов. В отличие от Софии, которая от рождения получила титул, Аезелвалф добился всего сам, наверное, именно поэтому талантливого волшебника любили и уважали больше, чем чародейку.

Особое отношение, внимание, лавры победителя всевозможных конкурсов и магических викторин могли бы вскружить голову кому угодно, но не Аезелвалфу. Как уже говорилось, юноша был слегка оторван от реального мира и подобные мелочи не могли сбить волшебника с намеченного пути. Получая престижные колдовские награды, учась заочно по перепискам у лучших волшебников Вилларии и Лорелии, он семимильными шагами приближался к своему триумфу. Единственное, что сейчас сковало его жизненный путь – выпускной экзамен. Преодолев эту последнюю ступень, Аезелвалф получал практически безграничные возможности для собственной реализации.

Не только будущий великий волшебник стоял один. В стороне от остальных чародеев факультета черной магии, находилась и девушка, с длинными, прямыми черными волосами. Но не внешность отталкивала людей от этой особы. Финикс Мендоза была невероятно злой на язык, и очень тяжёлым, в общении, человеком. Она ругалась со всеми, кто имел неосторожность просто оказаться с ней рядом, страдала от одиночества и ненависти к себе, и злилась от этого ещё больше. В отличие от Аезелвалфа, Финикс углубилась в учёбу из-за одиночества, на которое неосознанно себя обрекла.

Чародейка стояла прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Она бросала по сторонам мрачные взгляды, недобро смотрела на самых громких, в глубине души завидуя дружбе или отношениям, которые построились между окружающими её учениками за годы учёбы. Финикс не могла дождаться, когда уже закончится экзамен, и она, наконец, окажется абсолютно свободной, подальше от скопища этих счастливых людей.

Так же одиноко выглядела, не вовлечённая с кем-либо в разговор, Ниона Исо. Маленькая и худая, с бледной кожей, девушка выглядела так, будто обладала слабым здоровьем и часто болела. И это вполне было правдой. Ниона уже успешно сдала экзамен на целительство и могла в любой момент бросить сдачу экзамена основного, уехав выполнять своё прямое предназначение в какую-нибудь деревню. Что именно заставило её сдавать экзамен – оставалось загадкой для всех. Сама Ниона же никому не сказала о настоящей причине такого решения, оставив в неведении даже декана своего факультета.

Целительница отвела рукой прямую прядь белокурых волос и что-то тихо спросила у стоящей рядом Ава́стры, увлечённой разговором с другими колдуньями и колдунами. Та отрицательно мотнула головой и продолжила общение с однокурсниками, сразу забыв про девушку. Ниона всегда была неуверенной в себе, тихой и скромной. Так же, как и Финикс, целительница была просто обречена на одиночество. Все её неуклюжие попытки подружиться хоть с кем-то заканчивались ничем, и за все годы обучения, Ниона так и осталась одна.

Она никогда и никому не отказывала в помощи, если, конечно, могла помочь. Всегда четко и строго следовала кодексу целителей, соблюдала все ритуалы и праздники, даже сменила Веру. Вероятно, её выбор стать целительницей – был действительно мудрым. Ниона была создана, для этого Пути, который по древнему преданию, был освещён Звёздами.

Один из боевых магов зажег какую-то шутку и без того шумный факультет взорвался громоподобным смехом, на что сразу среагировал стоящий рядом Аезелвалф.

- Будьте тише. Хоть в эту минуту попробуйте вести себя достойно.

Высокая и стройная Авилла окинула волшебника презрительным взглядом, а Хейман, из уст которого и вышла та самая шутка, ответил без всякого почтения:

- Простите… э-э-э… староста. Больше не повторится.

Но Аезелвалф уже обратился к своей книге, вновь не замечая ничего вокруг. Хейман повернулся к товарищам и продолжил шутить, но на этот раз гораздо тише – ссора со старостой ни к чему хорошему не приведёт. Юный боевой маг родился в Вилларии, а вот его родители переехали из северного королевства, из Силдере́на. Хейман Вьятт отличался весёлым характером, искренностью и простотой в общении. Свои светлые, длинные, доходящие до плеч волосы он частенько, на манер северян, заплетал в косички, а с некоторого времени, он стал также поступать и с бородой.

Хейман был настоящим мастером клинка и великолепным тактиком. В будущем, он мечтал стать офицером, командующим, который ведёт в бой верные полки. Молодой маг учился много, гораздо больше, чем это принято на факультете боевой магии, стараясь преуспеть во всём, и в магии, и в фехтовании, и в командовании. Он был бы лучшим учеником на своём факультете, если бы не Авилла Ней.

Эта была не просто воительница, она была настоящим «дьяволом». Невероятно высокая, даже выше Аезелвалфа, с длинными, доходящими до середины бёдер, огненно-рыжими волосами, которые она заплетала в толстую, тугую косу, Авилла прекрасно фехтовала всем, до чего могла дотянуться, будь то меч, копьё, или топор. Она была довольно сильным магом и опасным бойцом, но её коньком оказалась стратегия. Девушка уверенно и смело вступала в споры с преподавателями, прекрасно рассчитывала имеющиеся силы, легко и просто побеждая на полях сражений. Конечно, не настоящих, а теоретических сражений. Она единственная на своём факультете, кто защитил диссертацию. Работа Авиллы о переосмыслении принципов использования резервных отрядов, уже использовалось в действующей армии и весьма успешно.

Авилла Ней была красива, стройна и недоступна. А её взрывной характер оставлял мало шансов любому, кто захотел бы завести с ней отношения. Единственным кто не боялся такой резкости оказался Хейман. Вероятно, поэтому Авилла общалась с ним по-другому, гораздо мягче, не так как с остальными. Вот и сейчас, она посмотрела на Хеймана и тепло улыбнувшись, попыталась что-то сказать. Но ей это не удалось.

Дверь, ведущая в наградную комнату открылась и из неё вышел молодой колдун. Счастливый ученик подбежал к своим товарищам, что-то им сказал и получил множество поздравлений. Разглашать информацию о месте проведения экзамена строжайше запрещалось. Это делалось для безопасности самих экзаменуемых. Охота на магов велась до сих пор, ведь убить молодого, неопытного ученика проще, чем мастера.

Треугольный коридор шумел, ученики поздравляли очередного распределившегося с курса. Из наградной комнаты вышла мастер Зора, как всегда безупречно одетая. Она осмотрела шумевшую толпу и, улыбнувшись, прислонилась плечом к косяку двери. Тем временем голоса затихали, всё больше лиц обращалось к декану факультета магической философии, в руках которой находился длинный пергамент со списком. Кто будет следующим?

- У нас сегодня большой набор! – радостно воскликнула Алифиса Зора. – Слушаем?

- Да! – хором ответила толпа.

- Лейн, Аезелвалф…

Голос мастера утонул в аплодисментах и криках. Никто не сомневался в том, что для столь перспективного волшебника выберут действительно сложное задание. Алифиса, прикрыв глаза, что-то шепнула на ухо Аезелвалфу, когда тот проходил мимо, волшебник кивнул и исчез в дверях, а мастер вновь подняла список к глазам.

- Вьятт, Хейман…

В этот раз поздравлял избранника только факультет боевой магии.

- Ней, Авилла…

Боевые маги продолжали шуметь, правда уже не так громко.

- Ферре, София…

В этот раз раздались крики поздравления от чародеев. Аристократка поблагодарила кого смогла и двинулась к своему декану. Декан улыбнулась виконтессе и подмигнула, София в ответ состроила рожицу.

- Исо, Ниона.

В этот раз не было шума и аплодисментов, никто не стал поздравлять целительницу. Все были просто в недоумении – что она делает среди таких блестящих учеников? Вжав голову в плечи и скрыв лицо прядями волос, целительница пронеслась мимо мастера Зоры в наградную комнату.

- И-и-и… Мендоза, Финикс.

Как и в случае с целительницей, девушка не получила поздравлений и прошла в наградную комнату под молчаливые взгляды.

- На этом всё, - развела руками мастер Зора. – Хватит с нас и этой небольшой группы.

Ученики рассмеялись - шесть человек никак нельзя было назвать «небольшой» группой, и, как только дверь в наградную комнату закрылась, «треугольный коридор» заполнился громкими голосами. Все обсуждали сенсацию – столь большую группу на экзамен не набирали не то что бы давно, но очень редко, а если учесть какого уровня учеников выбрали, то задание и правда должно было получаться интересным.

*****

Первое, что заметил каждый из экзаменуемых, зайдя в наградную комнату, так это неполный состав комиссии – пустовали места директора и мастера Эннея. Как и положено, ученики выстроились перед столом и замерли, все, кроме Софии. Она сразу прошла к стульям, села, закинув ногу на ногу, продемонстрировав всем лаковые, темно-синие туфли и начала рассматривать ногти на руке.

- Мы рады вас всех приветствовать на заключительной части экзамена. – начала мастер Диза, выполняя роль заместителя магистра. – С этого момента вы все составляете единую группу. А теперь, можете сесть.

Ученики заняли свои места, слева от Софии сел Хейман, справа Ниона. Мастер Диза вопросительно посмотрела на мастера Мезила, старик утвердительно кивнул.

- Слушайте внимательно. – продолжила волшебница. – Главным в группе будет Аезелвалф, а заместителем назначается София Ферре.

Оба ученика восприняли новость спокойно, как будто уже знали, что так и будет. Алифиса Зора вновь улыбнулась и подмигнула виконтессе, в ответ та слегка прикрыла глаза.

- Но это не всё, на время военных операций старшей становится Авилла Ней, а её заместителем Вьятт, Хейман. Это понятно?

София бросила взгляд на Аезелвалфа, тот кивнул, подтверждая, что всё понял. Авилла на своё назначение среагировала более бурно. Она задрала нос и посмотрела на Хеймана, тот весело улыбнулся девушке в ответ. Ниона дёрнулась, при словах о военных операциях, лишь Финикс мрачно смотрела на учителей, внимая каждому слову.

- Вы все направляетесь на Север Вилларии, в пограничный город Лу Фолк. – продолжала декан факультета высшей магии. – Там вы займёте различные места и будете собирать сведения, необходимые для составления цельной картины. Аезелвалф и София – ваш ум, Авилла и Хейман составляют ударный отряд, Ниона окажет поддержку зельями, а Финикс будет вашим банком знаний по темным искусствам.

Экзаменуемые обратились в слух - речь мастера полностью их поглотила. Тем временем, Алия Диза повернулась к старому Трену Мезилу. Тот кивнул волшебнице и скрипучим голосом продолжил:

- Вокруг города накопилось много проблем. Во-первых, это оборотни…

Хейман потёр руки, предвкушая кровавую битву. Авилла заметно напряглась.

- … во-вторых проклятый храм, в котором завелись тёмные сущности. Что именно там обитает – мы сказать не можем. Вам нужно будет разобраться на месте самим и, по возможности, изгнать оттуда всю нечисть. Храм необходимо вернуть людям.

Финикс медленно кивнула. Вероятно, она единственная из всей шестёрки, кто мог уверенно разобраться с этим вопросом. И даже если она не сможет понять, что там обитает, то, скорее всего, сможет это «нечто» попробовать выгнать.

- Помимо этого, у нас есть сведения, что в ближайших деревнях поселилась ведьма, или ведьм. Это и есть ваше экзаменационное задание.

Ученики переглянулись.

- И это всё? – озвучил общие мысли Хейман. – Для этого нужно шесть человек?

Теперь переглянулись мастера. Боевому магу ответила Алия Диза.

- Нет не всё. – голос волшебницы стал напряжённым, она начала поправлять стопку бумаги, лежащую перед ней. – В городе происходят странные вещи… постоянные ошибки в казначействе, слухи о пропаже людей, участившиеся ротации на руководящих постах…

При этих словах Аезелвалф, София и Авилла насторожились, остальные экзаменуемые, кажется, не придали этому значения.

- Воруют из казны, ставят знакомых на лучшие места, - махнул рукой Хейман. – Такое сплошь и рядом происходит.

- Нет, Хейман, - подала голос мастер Зора. – Деньги не убывают из городской казны, а откуда-то в неё поступают. Скорее всего это происходит для чего-то и в чьих-то интересах. Нам всем хотелось бы узнать – в чьих именно.

В комнате повисло молчание.

- Пожалуй, приступим к инструкциям? – Мастер Зора посмотрела на коллег и те закивали. – София и Ниона, вы убываете в Лу Фолк на следующей неделе одиннадцатого числа. София, ты поедешь как аристократка, оправившаяся в увеселительный тур. Скрываться практически не надо. Посмотришь достопримечательности, посетишь театр, балы и маскарады. Твоя задача – сойтись с нужными людьми и собрать максимум информации из высшего Света в городе. Разумеется про учёбу в Академии упоминать не следует.

Виконтесса медленно кивнула, осознавая то, чем ей предстоит заниматься в течении нескольких месяцев.

- Ниона, ты поедешь в Лу Фолк целительницей. Твоя задача почти такая же. Будешь собирать информацию у жителей, живущих в деревнях вокруг города. Помимо этого, ты должна подготовить отвары, зелья и эликсиры для всей группы.

Целительница сжалась от волнения. Сейчас ей казалось, что выданное задание не соответствует её навыкам и способностям.

- Авилла, у тебя всё тоже самое. Выдашь себя за наёмницу из гильдии и узнаешь все настроения в городе. Легенду тебе выдадут – заучишь в течении недели.

Авилла неопределённо взмахнула рукой.

- Хейман, поедешь в южную деревню, в «Волчьи ямы» и наймешься туда рабочим, а лучше охранником на рыболовное производство. Эту маленькую деревеньку содержит купец из столицы. Постарайся узнать всё что можешь. Про эту деревеньку и про этого купца, не исключено что растущая казна Лу Фолка в том числе и его рук дело.

- Будет сделано, мастер. – прохрипел боевой маг.

- Финикс, всё так же как у остальных, только мы тебя направим в местную гильдию магов. Будь там предельно осторожна. У нас есть подозрения, что наши коллеги могли сменить сторону.

Чародейка никак не отреагировала, продолжая молча смотреть на мастеров.

- И Аезелвалф. С тобой сложнее. Тебя мы попытаемся внедрить в казну, младшим служащим. Пока что ты не обладаешь необходимыми знаниями и навыками. У тебя будет ровно месяц, чтобы ты успел пройти обучение по годичной программе, и я не сомневаюсь, что ты с этим справишься.

Волшебник отмолчался, как и Финикс.

- Вы едете в опасное место, пожалуйста, не забывайте об этом. – Алия Диза поднялась со своего места. – Дальнейшие, более подробные инструкции вы получите через два дня у своих деканов. Теперь, вы свободны.

*****

7 Ардетик. Ранее утро.

В комнате её встретили духота и темнота. Только по углам горели синим пламенем свечи толком не дающие света. Финикс решила дальше не идти, чтобы не налететь на мебель.

- Мастер Энней? – чародейка отправила свой вопрос в жаркий мрак.

Свечки, стоявшие в углах взметнули своё пламя почти до потолка и комната залилась синим светом. Девушка нервно дёрнулась и осмотрелась. Она тут была несколько лет назад, но до сих пор помнила эту комнату. Никаких удобств. Каменные стены и грубая деревянная мебель. На полках, расположились разные артефакты, книги, колбы с растворами, толстые вечно закрытые шторы, не пропускающие света, и запах. Запах пыли, книг, дерева, сладковатые ароматы зелий и практически неуловимые нотки озона. Та слегка дурманящая смесь что прочно ассоциируется со словом «магия».

Дверь, ведущая в дополнительное помещение, открылась и к девушке вышел Иносар Энней. Освещённый синим светом, он казался похожим на мертвеца гораздо больше обычного. Ну не выглядел он как человек, который прошёлся огнём почти по всей Вилларии. Финикс дрожащей рукой отбросила со лба чёрные волосы.

- Мастер Энней, я за инструкциями.

Декан посмотрел на ученицу. Она, как всегда, «тонула» в больших черных глазах, лишалась воли и сил, но старалась не отводить взгляд.

- У меня нет для тебя инструкций. – от голоса мороз по коже, а кровь превращается в лёд.

- Но… мастер…

- Всё что нужно будет сделать, тебе скажет Лейн. Ты свободна.

Финикс даже растерялась. Видимо замешательство отразилось на её лице, потому что мастер, вместо того, что бы развернуться и уйти, подошёл к столу и, оперевшись на него руками, продолжил:

- Ты прекрасно подготовлена, Мендоза. Я в тебе не сомневаюсь. А теперь, ты свободна.

Чародейка закрыла за собой дверь, и хотя она вышла в холодный, полный сквозняков, коридор замка, тут было гораздо теплее, чем в душной комнате декана. Девушка чувствовала себя оглушённой, мысли покинули голову. Она была готова выслушать всё, но такого разговора не ожидала.

Наверное, ей следовало бы ненавидеть Иносара Эннея. Именно из-за активности его последователей, девушка осталась без семьи, росла в трущобах, на улице, мёрзла и голодала. И было время когда она его ненавидела, мечтала о том, как расправится с виновником, строила планы мести. До тех пор, пока не пришла в академию и не увидела его. Вся ярость, вся злость куда-то пропали. Как ни пыталась она пробудить в себе эти чувства, в результате внутри оставалась лишь пустота. Такая же пустота, какая сейчас была в ней после разговора. Такая же пустота, как в коридоре, по которому она шла под звук собственных шагов.

*****

7 Ардети́к. Утро.

Она вот-вот была готова расплакаться. Смешалось всё: ужас, грозящий перейти в неконтролируемую панику, недоверие, обида на своего учителя… Как он мог так поступить?

- Ниона, успокойся…

- Я не могу. – голос срывался и дрожал, слёзы душили. – Почему, мастер?..

- Потому что я абсолютно уверен, что ты справишься. – мастер Мезил говорил спокойно. – А я очень редко ошибаюсь.

- Все факультеты выбрали лучших, а я им зачем? – шептала целительница. – Что я могу?

- Ты будешь делать то, чем будешь заниматься всю жизнь – целительством.

- А зелья? А как я справлюсь с ведьмой?

- Ниона, всего семь человек с твоего курса проходили высший курс по зельям, и в твоей нынешней группе этих людей нет. В этом вопросе ты и правда лучшая. – продолжал успокаивать девушку мастер. – А с ведьмой, или ведьмом, ты пойдёшь разбираться не одна. Уверен, вы прекрасно сработаетесь с Софией.

- Я совсем не умею сражаться…

- А сражаться и не нужно, вас с Софией выбрали не для битвы, вас выбрали, потому что вы наиболее дипломатичны и сможете решить вопрос без конфликта.

Ниона недоверчиво посмотрела на декана и потрогала кулон на шее, висевший на золотой цепочке. Хотя, откуда у деревенской девушки золотая цепочка? Скорее всего это было простое жёлтое железо. Само же странное украшение имело форму яблока, а внутри него плескалась таинственная прозрачная жидкость.

Старый колдун создал маленький портал, протянул в него руку, достал оттуда стакан с водой и протянул его девушке. Целительница взяла стакан двумя руками и вдохнула аромат, исходящий от воды.

- Лунный дождь… - прошептала она.

*****

7 Ардети́к. Полдень.

- Вот прямо совсем-совсем? – Хейман с прищуром посмотрел на декана. – Даже наставлений не дадите?

- Только одно – постарайтесь не раскрошить свои черепа, - развёл руками мастер Струт.

Хейман посмотрел на Авиллу, та только пожала плечами.

- София и Ниона едут первыми. Вы же выступите спустя неделю, после их убытия. – декан посмотрел на девушку. – Ты выучила легенду?

- Э… в процессе, мастер… - Авилла смутилась. – Но я успею!

- Уж постарайся, если ты встретишься с другим наёмником, и он прознает, что ты лжёшь – проблемы будут серьезные.

- Я поняла, мастер.

- Учи всё, что тебе выдали. Имена, даты, свою новую историю. В этих бумагах мелочей нет.

- Да, мастер.

- Хейман, твоя легенда гораздо легче, но это не значит, что ты можешь её игнорировать.

- Я уже всё выучил, мастер.

- В таком случае, вы свободны. – махнул рукой мастер Струт.

В дверях Хейман пошутил над Авиллой, передразнив её ответ писклявым голосом:

- Я поняла, мастер…

- Ах ты слизняк прогнивший! – закричала девушка нападая на юношу, сочетая удары руками и магию. Тот, громоподобно смеясь, отбивал атаки и прикрывал голову. Проходившие мимо второкурсники в ужасе шарахнулись от шумной парочки.

*****

7 Ардети́к. Вечер.

- Со́фи! Софи, заходи и садись. – мастер Зора обожала так называть свою любимицу, неизменно ставя ударение на «О». – Со фи, располагайся и сейчас мы всё с тобой обсудим.

Сложно было сказать, кто из этих двух чародеек сегодня оделся шикарнее. Алифиса облачилась в одно из своих любимых, зелёных платьев, опоясалась корсетом, сделала пышную причёску, в которой блестело «драгоценное стекло», да и выглядела так, будто пришла на бал, а не находится у себя в кабинете.

Виконтесса тоже была хороша. Её темно-синее платье подчеркивало фигуру, а высокая причёска украшалась золотой заколкой и изящной диадемой. София прошлась по кабинету, чувствуя себя здесь, как дома. Каблуки по лежащим коврам не стучали. Алифиса обожала уют. Её кабинет был самым роскошным в академии. Дорогая мебель, золотые статуэтки, чудные предметы роскоши из чужих, далёких земель и бутылки с разными жидкостями. Конечно, некоторые из них были с вином.

Алифиса приметила Софию сразу. Когда время подошло, она начала брать аристократку с собой на балы и маскарады. Первоначально, юной чародейке это не нравилось, но потом, она, что называется, «втянулась». Правда, цели у них были разные: Алифиса искала себе временный роман, аристократка же просто получала удовольствие от общения с новыми людьми. Если был выбор между балом или экзаменом, София неизменно шла развлекаться, сдавая экзамен потом, или просто проваливая курс. За годы общения, Алифиса и София сошлись невероятно близко и союз этот, казалось, только креп со временем.

- Начнём сейчас, Алифиса, или ты хочешь сказать мне что-то ещё? – слегка тряхнув головой, София полулегла на удобном диванчике – её любимое место в этом кабинете. Наедине или на балу, декан позволяла девушке называть себя по имени.

- Со́фи, сегодня я для тебя «мастер Зора», и у нас будут гости. – со вздохом произнесла Алифиса. – Мы с мастером Дизой решили провести объединённый инструктаж.

Виконтесса перестала улыбаться и медленно сменила позу на более официальную.

- Вот это новости! И как скоро они будут?

Как будто в ответ на вопрос, раздался стук в дверь.

- О! – воскликнула мастер Зора и подняла палец вверх. – А вот и они!

Она отворила дверь и в комнату вошли: сначала мастер Диза, облаченная в нежно-розовую мантию, а за ней Аезелвалф в строгом черно-белом костюме. София, как и в прошлый раз, вставать не стала. «Мастер» в Академии эквивалентен дворцовому титулу барона, а значит юная чародейка была самой старшей из присутствующих в комнате по титулу и могла общаться сидя.

Взмахом руки Алифиса поставила второй стул к своему столу. Алия Диза кивнула и устроилась поудобнее на мягкой мебели. Аезелвалф продолжал стоять и Алифиса замахала на него руками.

- Садись, садись немедленно! У нас тут всё неофициально.

Кивнув, молодой волшебник сел на соседний диванчик, справа от Софии. Декан факультета магической философии обошла стол и с наигранным изяществом взмахнула кистью, сплошь увешанной перстнями и браслетами. На соседнем, вспомогательном столике возник поднос с разными сосудами. Комната сразу наполнилась пряным ароматом трав.

- Там чай и пирожные, - кивнула на столик Алифиса. – Берите что хотите.

Сама же чародейка не воспользовалась стулом, а сразу села на стол, закинув ногу на ногу. В руках декана появилась тарелочка с вишней. Алия Диза неодобрительно взглянула на подругу, но ничего не сказала. Да, это было очень удивительно, но Алифиса и Алия стали довольно близкими подругами, не смотря на их разность во всём. Педантичная, следовавшая правилам, положениям и уставам, Алия была строга и к себе и к другим. Взбалмошная и витающая в облаках Алифиса могла с лёгкостью зачесть экзамен или контрольную, просто потому что у неё хорошее настроение. Декана факультета магической философии ученики любили и обожали. Она умудрялась давать знания, требовать результата и не напрягать обучением, а её уроки, довольно часто, проходили весело, шумно и полнились шутками. В противоположность, строгая во всём Алия Диза не пользовалась особенной любовью у младших курсов, однако, под конец обучения когда сложность магической науки повышалась в разы, юные маги по достоинству могли оценить привитые им деканом факультета Высшей магии аккуратность и дисциплину.

София поднялась, налила себе чашку чая и вернулась на диванчик, внимательно следя за деканами.

- Я начну с дополнительных?

Алифиса вопросительно взглянула на мастера Дизу. Та кивнула в ответ.

- София, задача связанная с ведьмом, или с ведьмой, ложится на вас с Нионой. – отставив в сторону тарелку с вишней начала Алифиса. – Постарайтесь решить всё мирно.

- Я не подведу вас, мастер. – кивнула виконтесса.

- А теперь сразу про вас двоих, – продолжила Алия Диза. – Вы оба несёте ответственность за всю группу. Вы умнее, и меньше всех отягощены всякими «детскими» замашками, как остальные, а значит весь спрос будет с вас. Аезелвалф!

Волшебник вытянулся и посмотрел на своего декана.

- Если что-то пойдёт не так, если вы встретитесь с чем-то более сильным, то ваша задача меняется. Главное – вернитесь все живыми. Выводи группу, спасай своих товарищей. София!

Девушка перевела взгляд на мастера.

- Помогай Аезелвалфу. У вас сложная группа. Заносчивые Авилла и Хейман, слабая, практически нулевая Ниона, и конфликтная Финикс. Сначала разберитесь с собственными проблемами, поймите, как управлять подчинёнными, а уж потом решайте задачи, вы поняли?

Ученики вразнобой закивали.

- Успокойся, Алия, а то они подумают, что у нас тут всё серьёзно. – Алифиса помахала вишенкой на веточке, та оторвалась и полетела на пол. Чародейка смогла поймать её в воздухе магией и вернула в тарелку. – А теперь шутки в сторону. Пожалуйста, запомните всё то, что сказала вам мастер Диза. И удачи вам! Кстати, берите пирожные! Одна я их не съем.

Глава 3

Семь лет назад.

- Авилла, слушай меня и сосредоточься… шаблон мерцает, сосредоточься! Так… теперь добавляй энергию, только осторожно! Ещё… ещё… не бойся…

- Он сейчас взорвётся!

- Не взорвётся… добавляй ещё! Вот! Теперь хватит. Посмотри на шаблон, он у тебя ровный?

- Нет, мастер…

- Что с ним не так?

- Центральная часть ярче…

- О чём это говорит?

- Я ошиблась… Кажется ошиблась в «стабилизаторе» …

Шаблон на руке девочки продолжал мерцать чистым белым светом. Его центральная часть и правда сияла ярче, чем остальные. Так быть не должно, хорошая формула ровная и красивая.

Мастер Диза указала рукой на шаблон.

- Посмотрите на работу Авиллы. Такая ошибка возникает при недостаточной концентрации или неверно подобранной руне внутри «круга». Такую ошибку допускают все, даже маги высокого уровня.

Все внимательно посмотрели на светящийся круг.

- Запомните, ошибки в «стабилизаторе» никогда не приводят к взрыву шаблона, максимум чего вы добьётесь – разрушения вашей формулы. Всё понятно?

- Да мастер! – хором ответил класс.

- Зачем нам нужен «стабилизатор», Авилла?

- Он позволяет уменьшать расходы энергии на заклинание и повышает его общую мощность.

- Абсолютно верно. Какие части современного шаблона вы ещё знаете? Говори, Хейман.

- Есть ещё «направляющая» часть и «энергопоток». – зачастил светловолосый мальчик. – «направляющая» часть шаблона создаёт стихию и форму заклинания, а «энергопоток» забирает энергию от нас и даёт её заклинанию.

- Молодец, Хейман. Можешь сесть.

Мальчик насмешливо посмотрел на насупившуюся Авиллу. За окном раздался мощный удар гигантского колокола.

- Авилла, помимо основного задания, к завтрашнему дню напишешь мне средний свиток с указанием, где ты ошиблась, почему твой шаблон вышел нестабильным и какие руны нужно было подобрать в эту формулу. Все свободны, но прежде чем вы уйдёте - наведите в классе порядок, я этим заниматься не буду.

*****

10 Ардети́к. Позднее утро.

Хейман толкнул дверь и заглянул в комнату. В помещении уже находились все, кроме него. Под общие взгляды, маг прошёл в комнату и занял свободное место рядом с Авиллой. Судя по тому, что Аезелвалф ни слова ему не сказал, Хейман мог предположить, на встречу пришёл вовремя.

Комната оказалась довольно просторным учебным классом. Она находилась в крыле, где обитали и учились волшебники с кафедры высшей магии. Боевой маг здесь никогда не был и быстро, с интересом осмотрел светлое, залитое солнцем помещение. Мебель у волшебников лучше, пол застелен паркетом, да и интерьер богаче.

- Прежде чем мы начнём, кто-то что-то хочет сказать?

Кажется, Аезелвалф совсем не нервничал, будто каждый день руководит группой. Хейман, которому волшебник никогда не нравился, испытал некоторое уважение к их новому лидеру. Боевой маг быстро осмотрел свою новую группу. Аезелвалф был сосредоточен и собран. София, набравшись привычек и манер поведения у мастера Зоры, делала вид, что ей невероятно скучно. Ниона сильно нервничала – они с Софией завтра первыми уезжают в Лу Фолк. Финикс занималась тем же самым, что и он – рассматривала свою группу, только делала она это с неподдельной злобой в глазах. Авилла скрестила руки на груди и всем видом демонстрировала, что находится тут ей не особо приятно.

- Раз все молчат, то быстрее перейдём к делу. - Он повернулся и взял со стола сундучок, которого Хейман до этого не замечал. – Начнём с тех, кто убывает первыми.

София бросила взгляд на волшебника. Ниона побледнела и заёрзала на стуле.

- Ниона и София уезжают завтра. В задачу Нионы входит подготовка зелий для отряда…

- Надеюсь, ты нас всех не перетравишь… - буркнула Финикс.

Целительница испуганно посмотрела на чародейку.

- Не перетравит, – подала голос София.

- А было бы неплохо, что бы кое-кто отравился. – ехидно бросила Авилла, окидывая Финикс недобрым взглядом. Та попыталась что-то ответить, но всех прервал Аезелвалф.

- Может быть вы все помолчите, и позволите мне закончить инструктаж?

Вероятно, какими-то лидерскими качествами Аезелвалф обладал, потому что девушки сразу замолкли.

- Уже лучше, - кивнул волшебник. – Ниона, убываешь завтра. Академия выделяет тебе карету, которая доставит тебя в город. Там, в городской ратуше заявишь, что ты целительница, присланная Академией. Помимо твоих собственных вещей, Тебе выделяют набор для приготовления зелий, в этом же ящике найдёшь список рецептов, которые ты должна будешь приготовить за время экзамена. Тебе всё ясно?

Ниона неуверенно кивнула. Аезелвалф опустил руку в сундучок и достал оттуда кошелёк.

- Это твои деньги, на них закупишь необходимые ингредиенты, а также будешь жить на них до тех пор, пока тебе не выплатят жалование, поняла?

Целительница опять кивнула и, протянув бледную, тонкую руку, взяла туго набитый кошель из мягкой кожи. Судя по весу, деньги там были немалые.

- Ниона, найди ведьма, или кто там обитает в лесу… но ничего не предпринимай, дождись Софию.

Целительница кивнула в третий раз.

- С тобой всё. София уже в курсе того, что ей предстоит делать.

Виконтесса медленно наклонила голову.

- Пока я не прибуду в Лу Фолк, София старшая в группе – это всем ясно?

Все кивнули, только Финикс буркнула, - прекрасный выбор, нечего сказать.

Но никто не обратил на эту фразу внимания.

- Отлично, Финикс, теперь ты.

Чародейка злобно посмотрела на волшебника и скрестила руки на груди.

- Отправляешься в местную гильдию магии…

- Я знаю… - последовал резкий ответ.

- Говоришь, что ты ученица, прибывшая на стажировку, - как ни в чём не бывало продолжал Аезелвалф. – Там попробуешь узнать, чем занимается местная гильдия. И попытайся получить доступ в библиотеку…

- Это я будучи стажёром должна сделать? И как ты себе это представляешь?

- А ты думала экзамен простая штука? Пришла и сдала? – фыркнул Хейман.

Финикс уже открыла рот, чтобы огрызнуться, но опять вмешался Аезелвалф.

- Хейман, помолчи, пожалуйста, иначе мы до вечера не закончим.

Боевой маг развёл руками и развалился в кресле. Авилла посмотрела на него и улыбнулась, Хейман улыбнулся в ответ.

- Финикс, если тебя начнут тянуть в какие-то авантюры – то соглашайся сразу и без раздумий, мы должны знать про гильдию всё. Ты убываешь через неделю, после Нионы и Софии. Твои деньги здесь.

Чародейка взяла свой кошелёк, по размерам схожий с тем, что получила целительница, только из жёлтой кожи.

- Я могу уйти? – поинтересовалась она.

- Нет, ты должна знать, где будет твоя группа и чем она будет заниматься. На случай если тебе понадобится помощь, или если кому-то понадобится твоя.

Чародейка кивнула, вновь скрестила руки на груди и хмуро посмотрела на волшебника.

- Авилла, твоя очередь. Ты выучила свою легенду?

- А с чего это я должна тебе говорить? – нагло ответила девушка.

В комнате повисло молчание.

- С того, что я – ваш командир, и мне хочется знать, в каком сейчас состоянии группа. – спустя несколько секунд спокойно ответил Аезелвалф.

- Можешь не волноваться… командир. Уверяю тебя, с твоей группой всё прекрасно.

Некоторое время они смотрели друг на друга, после чего Аезелвалф продолжил.

- Дата твоего убытия…

- Я её знаю.

- Хорошо. Своё задание ты тоже знаешь. Либо я, либо София свяжемся с вами с Хейманом. Внимательно слушай все настроения в городе… Вот твои деньги.

Авилла не стала тянуться за кошельком и вырвала его из рук волшебника телекинезом. Это считалось грубостью в современном этикете. А Хейман смотрел и восхищался. Не смотря на отвратительное поведение подчинённых, Аезелвалф сохранял ледяное спокойствие. Боевой маг всегда недолюбливал успешного, обласканного вниманием и почестями волшебника, но сейчас, узнавая его всё лучше и лучше, он чувствовал, что уважение к их новому, молодому командиру растёт в нём всё больше.

- Хейман, что с твоей легендой?

- Всё прекрасно, я всё выучил. – он почувствовал на себе взгляд Авиллы, кажется, она не ожидала, что он так легко начнёт подчиняться волшебнику.

- Ты, как и Авилла, ждёшь, когда тебя призовут на задание. Твои деньги… и дополнение к легенде, обязательно выучи. Убываешь с Авиллой.

Аезелвалф встряхнул полегчавший сундучок. И высыпал на ближайшую парту маленькие, плоские камушки.

- Магические якоря. – коротко бросил он. - Как работают объяснять, думаю, не надо.

- Аезелвалф, а почему нас отправляют по частям, а не толпой? – Хейман крутанул браслет на своей правой руке.

- Для безопасности, балда, – бросила Авилла.

Аезелвалф встал со своего места, взял один из камней и не прощаясь покинул комнату. Хейман подождал, пока София, Ниона и Финикс заберут свои камни и проследуют за волшебником. У самой двери Финикс тронула целительницу за плечо и достаточно громко ей сказала:

- Главное не путайся под ногами, не хватало ещё твои ошибки разгребать.

Ниона шарахнулась в сторону, уступая дорогу чародейке. За целительницу вновь вступилась проходящая мимо София.

- Нашла того, кто слабее и пытаешься самоутвердиться? Сколько же в тебе должно быть чести, гордости и порядочности для этого? – презрительно бросила аристократка.

Казалось, что Финикс прямо сейчас ударит по девушке заклинанием. По пальцам чёрной чародейки пробежались фиолетовые искры, а её глаза сузились и превратились в две щёлки. София не дрогнула.

- Я и до тебя доберусь.

Виконтесса ответила изящным, медленным реверансом, взяла камушек и покинула класс. За ней, кипя яростью проследовала Финикс. Ни живая, ни мёртвая, Ниона, неуверенно вышла за двумя чародейками. Хейман остался с Авиллой наедине.

- Весёлая у нас группа, что скажешь?

- Я поверить не могу, что ты заискиваешь перед этим… волшебником. – яростно выплюнула девушка. – Что с тобой случилось?

Хейман снял с руки украшенный рунами браслет, подкинул в воздух до потолка и наложил на него заклинание, с интересом наблюдая как магический инструмент неестественно медленно падает обратно в руки.

- Да ничего. – пожал плечами маг. – Аезелвалф хороший и умный командир…

- Ты что несёшь? – ахнула Авилла. – Какой он командир?

- Он тебе не нравится? – Хейман протянул руки и поймал браслет.

- Он меня бесит, – девушка мотнула головой и по её длинной косе прошла волна. – самовлюблённый, заносчивый, зазнающийся, верящий, что он тут главный…

- Он и правда главный, - улыбнулся Хейман и раскрутил браслет на пальце.

Авилла бросила на мага злобный взгляд. – Что с тобой? Как ты можешь в него верить?

- Мой тебе совет, Рыжик, - если не веришь Аезелвалфу, поверь нашим учителям, которые выбрали его.

- Но…

- Ни тебя, ни меня, ни Софию, а его.

Хейман вскочил со стула, взял в руку холодный, шершавый камушек в форме диска, с изображённой на нём руной, и вышел из кабинета, оставив замершую в недоумении Авиллу одну.

*****

11 Ардети́к. Утро.

Середина «Ардети́ка» – отличное время года. Прислоняясь к тёплому камню, Ниона подставляла лицо под ласковые солнечные лучи и улыбалась. Впервые за долгое время, она не нервничала и не переживала. Целительница стояла на каменных ступенях, ведущих к основному входу в Академию и ждала экипаж, который вот-вот должен был прибыть. Как быстро летит время! Казалось, ещё вчера на каменных, серых перилах лежал тающий от Солнца снег, громко стучала капель, птицы восторженно приветствовали тепло, а она сдавала экзамен на целительство. Теперь же природа оделась в насыщенный зелёный цвет. Академия пустела – каждый день из неё уезжали ученики на задания, а младшие курсы, сдав все предметы, могли поехать домой или в ближайшие деревни. Всё тише становились коридоры, всё реже кого-то можно было встретить внутри стен.

Ниона перехватила походную сумочку и посмотрела на стены здания, в котором проводила дни и ночи. Академия на долгое время стала её домом. Сколько же времени она провела в этих стенах? Гораздо больше чем в родительском доме. Воспоминание о родителях отозвалось ноющей болью в сердце. Девушка вздохнула и, привычно выкинув мысли из головы, посмотрела на сочную лужайку перед главным входом. В период снегов здесь очень здорово было играть в снежки. В обычные, или с использованием магии. Жаль, что теперь всего этого больше не будет.

Раздался звук копыт, и девушку охватило сильное волнение. Несомненно – этот экипаж прибыл за ней. Карета, запряжённая двумя лошадьми, выкатилась из-за угла и остановилась прямо перед ступенями. И что это была за карета! Изящная и аккуратная, покрытая белой блестящей эмалью, с гербом Академии на дверях, а вместо колёс… А вместо деревянных колёс, которые обычно ставят на кареты, сияли четыре оранжевых шаблона. Ниона не могла точно расшифровать всю формулу, но явно увидела рельеф Северной Девятиконечной звезды и обратный круг Во́ллта – всё для укрепления конструкции. С облучка спрыгнул кучер и подбежал к девушке, второй остался держать вожжи.

- Вы, Ниона Исо? – с поклоном спросил мужчина лет двадцати пяти.

- Да, - целительнице было неприятно, что к ней относятся как к титулованной особе, и она тоже ответила поклоном. – Пусть вам светят Звёзды! А мой багаж вот.

Кучер проследил за рукой девушки, и посмотрел на плотно-составленные сундуки и ящики.

- Вы можете садиться, - с новым поклоном сказал кучер. – Всё будет погружено.

Внутри карета также оказалась необычной. Вместо пары сидений, обращённых друг к другу, вдоль одного из окон установили лежанку, а рядом с входной дверкой – тут она была одна – находился складной столик и удобное сиденье. Как выяснила Ниона, до Лу Фолка, по хорошей погоде, она должна была добраться в течение двух дней.

Карета качалась – это кучеры грузили на неё багаж. Целительница выглянула в окно и ещё раз посмотрела на светло-серые стены Академии. К сожалению, мастер Мезил не смог её проводить, он был занят, а возможно, и вовсе уехал из Академии. Девушка шумно вздохнула, борясь с вновь накатывающей волной беспокойства. Запах в салоне был очень необычный – какое-то странное дерево, такого Ниона не знала. Пока она рассуждала над своим будущим, и тем, как придётся осваиваться на новом месте, карета мягко тронулась, и, тихо звеня шаблонами, закачалась по неровной дороге.

*****

11 Ардети́к. Вечер.

- Уехала?

- Несколько часов назад.

- Волнуешься?

София отвернулась от окна, засвеченного вечерним Солнцем, и посмотрела на декана. Она уже готова была сказать правду, но в самый последний момент передумала.

- Нет, Алифиса, не волнуюсь. Мне просто лень туда ехать.

Мастер улыбнулась и провела пальцами по обивке дивана, на котором так удобно устроилась.

- Напрасно ты так, Софи. Лу Фолк – довольно крупный город. Самый крупный на севере. И там есть чем заняться. Там хороший театр, прекрасный замок и очень частые приёмы… - Алифиса неспешно взлохматила рукой волосы. – Я даже слегка тебе завидую.

Стараясь не разлить травяной чай, София осторожно устроилась на своём любимом диванчике. Юная чародейка уже облачилась в походное платье и ждала свой экипаж - он должен прибыть вечером.

- Север сильно пострадал от войны…

- Так всё же ты боишься! – дразнила виконтессу декан. – Не волнуйся, война была давно, сейчас там спокойно.

София внимательно, без улыбки посмотрела на мастера. Алифиса встретила её излишне приветливо, шутит чаще обычного, постоянно пытается найти тему для разговора. Кажется, она боится. Боится отпускать свою любимицу на опасный экзамен, боится, что та больше не вернётся. Софию опять пробрала волна страха.

- У тебя нет там знакомых?

- К сожалению… - махнула рукой декан. – Но я попробую что-нибудь найти.

Виконтесса не могла усидеть на месте. С одной стороны, она не хотела уезжать, с другой, в первые в жизни торопилась покинуть кабинет мастера. Девушка вновь встала и подошла к окну, глядя на то, как Солнце «тонет» в зелёном море леса. Лучи больше не слепили и можно было посмотреть, что делается на лужайке перед одним из девяти входов в Академию. К сожалению, если не брать в расчёт летающих над лесом птичек, смотреть было не на что. Чай в фарфоровой чашке давно остыл.

- Жаль, что всё заканчивается, – София не ожидала услышать в своём голосе столько печали. – Тут было так хорошо.

Она слышала, как Алифиса пошевелилась на диване.

- Моя дорогая, Софи, это должно было произойти. – печали в голосе декана не было, но и прежнего веселья тоже. – Не хочешь же ты поселиться тут на всю жизнь?

Виконтесса тряхнула головой, выбрасывая мысли, стараясь переключиться на более позитивный лад.

- Я думаю, что всё у нас будет хорошо, - задумчиво протянула юная чародейка. – У нас хорошая группа, с нами Аезелвалф…

- Кстати, как тебе они?

- Толковые ребята… почти все… правда, я чуть не сцепилась с Финикс…

- Финикс не бойся. Она злюка, но контролировать себя умеет. А вот с Авиллой будь осторожнее - она взрывная и мстительная.

- Я учту…

- Наверное я зря тебя учу, ты уже и так много знаешь.

Чародейки замолчали. София, смотрела в окно и медленно допивала холодный чай, иногда макая туда вишню. Алифиса задумчиво разглядывала узор ковра. В комнате начинало темнеть. Небо, красилось в разные тона, от голубого, до розового, с разводами белых перистых облаков. Как будто эту картину рисовал очень ленивый художник. Лес от недостатка света почернел, да и поляну уже не видно.

София обернулась. В комнате наступили сумерки.

- Алифиса, почему не включаешь свет?

Декан не отвечала, и волна ужаса охватила девушку. Она повернулась и медленно пошла к столу.

- Прости, задумалась.

Зажегся осветительный шар. Потом ещё один, и ещё… Затрещал огонь в камине, по кабинету разливалось тепло. София дрожала от пережитого, пытаясь сообразить – что же её так напугало? Но задуматься как следует не удалось. За окном раздался стук копыт. Сомнений быть не может – это прибыл её экипаж.

- Мне пора, Алифиса. – постаралась улыбнуться София.

- Ну, пошли. Я тебя провожу…

Вечерний воздух успел остыть, и тьма окутала ступеньки, ведущие к одному из выходов замка. Двум оранжевым фонарям, висевших у входа, не хватало сил достаточно осветить крыльцо. Алифиса закашлялась – видимо вдохнула холодного воздуха – и взмахнула рукой. На перилах и вдоль дороги зажглись дополнительные фонари, света стало гораздо больше.

- Леди. Леди, София, – дважды поклонился подошедший кучер. – Как ваши дела?

Девушка разбежалась и со смехом бросилась на шею служащему.

- Ке́сив! Как я рада тебя видеть! Как ты? Как жена? Как себя чувствует матушка?

- Всё прекрасно, София, и у жены всё хорошо. – со смехом ставя девушку на землю ответил кучер. – А матушка шлёт вам «привет» и письмо.

София с нетерпением дождалась, пока слуга достанет письмо из-за пазухи, схватила его, подсветила бледным светом магического кольца и поцеловала бумагу. После чего вновь кинулась обнимать Кесива.

- Спасибо-спасибо-спасибо…

Кучер смеясь вновь вернул виконтессу на место, спросив про багаж. Тут в дело вступила мастер Зора. Она показала, где всё лежит и слуги оставили Чародеек одних.

- Ну… Софи… ты, главное, возвращайся. – хрипло, запинаясь произнесла Алифиса, обнимая девушку. – Все вы возвращайтесь. Живыми и здоровыми.

София не любила всякие проявления чувств и не понимала современную моду на них, но сейчас она ответила на объятья. Она крепко прижала к себе Алифису и зарылась лицом в её пушистые, пахнущие сладким, волосы. Почему-то простой ответ «обязательно вернёмся» никак не получался у виконтессы, она лишь смогла выдавить из себя:

- Мы попытаемся…

Это была знакомая, просторная карета, принадлежащая роду Ферре. Четыре лошади, черно-синие цвета её рода и тонкая корона с тремя зубцами – символ титула «виконт» в Лорелии. Узнав, как будет проходить её экзамен, София написала матери, с просьбой прислать карету на пару недель. Благо, всё получилось, и слуги вовремя доставили экипаж к Академии.

Молодая аристократка отодвинула рукой шторку и, страхуя себя рукой в качающейся карете, выглянула в окошко. Освещённая светом оранжевых фонарей, неподвижная Алифиса Зора стояла на крыльце, обнимая себя за плечи и смотрела ей вслед.

*****

11 Ардети́к. Полдень.

- Ты видела Финикс?

- Нет, да и зачем она мне нужна? – Авилла с удивлением посмотрела на Хеймана. – Змея. Ещё укусит и отравит.

- Я тут слышал, что она не вылезает из библиотеки…

- Тоже мне новость! – воскликнула девушка и взмахнула мечом, принимая стойку. – Вон, Аезелвалф с первого курса разве что не живет там. Приготовься.

Авилла быстрая, гибкая, неплохо передвигается, бьёт сильно и точно, но на мечах против него у неё мало шансов. Помимо этого, девушка до сих пор держала на него обиду, за прошлый разговор. Это чувствовалось во всём. В рваных движениях, в маленьких ошибках, которые, обычно, она не допускает, в желании нанести ему травму. Он нарочно сильно отбил её выпад, заставив пошатнуться.

- Ты как будешь добираться? Своим ходом? – Хейман специально старался разговаривать и задавать вопросы, надеясь, что отвечая, Авилла собьёт дыхание.

- Конечно. Также, как и ты.

Девушка пошла в атаку, сделав короткую и довольно сильную комбинацию, последний удар Хейману пришлось принять в быстро созданный шаблон.

- Мы же сражаемся без магии. – рассержено буркнула Авилла.

- Прости, я так загляделся в твои глаза, что…

- Замолчи! – девушка вновь перешла в атаку.

- Они такие красивые… и глубокие…

- А-а-а-а…

Авилла не заметила его подсечку и больно ударилась спиной о землю, но мгновенно поднялась, разорвав дистанцию перекатом. Хейман улыбаясь, положил меч себе на плечо. Карие глаза Авиллы смотрели на него с яростью, красивая коса перепачкалась в пыли, лицо раскраснелось.

- Тебе хоть кто-то в нашей группе понравился?

- Точно не ты…

- Я же серьёзно! – но Хейман не мог перестать улыбаться.

Девушка постепенно выравнивала дыхание и потихоньку смещалась по кругу, стараясь что бы Солнце светило в глаза противнику. Юноша решил поддаться на эту игру.

- София выглядит толковой… - Авилла восстановила дыхание, теперь нужно ожидать от неё атаки в любой момент.

- Вот уж не скажи. Вместо реального дела будет развлекаться на балах.

- Согласна. Кажется, это из-за мастера Зоры – она сделает всё для своей любимицы. – Авилла напала в середины фразы, купившись на расслабленную позу оппонента, но взять боевого мага наскоком не удалось. Хейман широким движением отклонил клинок соперницы и мягким прыжком вышел из зоны поражения.

- Хорошо, что нам найдётся работка по плечу. Схватка с оборотнем… Я их только выслеживал, но не дрался.

- Я дралась, на практике. – девушка вновь начала сокращать расстояние. Меч в её руке мелко дрожал. – Паршивый противник…

- Быстрый?

- Гораздо быстрее простого человека…

Авилла не успела договорить фразу, в этот раз Хейман напал первым. Его атака вышла чёткой и быстрой. Меч девушки завертелся высоко в воздухе, Авилла рухнула на колени, а из рассеченного лба в глаза обильно полилась кровь. Хейман больше не улыбался.

- Что с тобой, Авилла? Кто пропускает такие удары?

- Сама не знаю, - вытирая кровь с ресниц, девушка пыталась создать шаблон. – Не могу сосредоточиться, после того, как узнала кто будет в нашей группе…

Наконец, она смогла сделать кровоостанавливающее заклинание и пропустила через него энергию. Кровотечение мгновенно прошло.

- Понимаешь, всё идёт не так… я чувствую себя виноватой, что так говорила с Аезелвалфом. Сама не знаю, что на меня нашло.

- Ну так иди и извинись перед ним.

- Не могу, он, вроде как, уже уехал. - Авилла с укором посмотрела на мага, и потёрла окровавленные руки ветошью. – Я и перед тобой виновата…

- А смотришь так, как будто я сделал что-то не так.

- Да? Прости пожалуйста. Сама не своя последние дни.

- Боишься? – попытался пошутить Хейман, но Авилла не была настроена на шутки.

- Ты прекрасно знаешь, что нет.

Руки никак не оттирались от крови. Хейман подошёл к девушке, сидящей на траве и протянул ей флягу.

- Как думаешь, что нас там ждёт?

- А вот теперь ты меня пугаешь, Авилла. С каких пор ты задаешься такими вопросами?

Она не ответила. Кровь мешалась с водой, пачкая кожаные доспехи, лилась по рукам и капала на ноги.

- Да пошло оно всё! – злобно бросила девушка, поднялась, взяла меч и быстрым шагом направилась к замку.

Хейман вновь положил меч себе на плечо хмуро смотря на удаляющуюся Авиллу.

*****

12 Ардети́к. Поздний вечер.

- Я боюсь за них…

- Они не маленькие, Алифиса.

Чародейка ответила подруге печальным взглядом.

- Нет, Алия, они все маленькие и неопытные…

- Который раз ты выпускаешь учеников? Сколько лет ты уже преподаешь в школе? Не привыкла?

- Не привыкла… знаешь, это так больно, когда возвращаются не все…

Алия ничего не сказала, вероятно вспоминая тех, кто не вернулся с экзамена.

- У тебя плохие предчувствия?

- Они всегда со мной… - Алифиса отвернулась.

- Тогда помогай им, отвечай на их письма, шли советы. Это не против правил. Твои ученики разбросаны по всей Вилларии и за её границами. Они ждут помощи и наших советов…

Чародейка тяжело вздохнула, и покачала бокал, наполненный вином цвета крови. В руках Алии был точно такой же, только вина в нём оставалось больше.

- Как ты сдала свой экзамен?

Алифиса растеряно взглянула на подругу.

- Я не сдавала. Война стала моим экзаменом… Чудо, что выжила.

Алия решила дальше не расспрашивать и пригубила вина. Первые утренние лучи окрашивали небо в нежные цвета и комната наполнялась светом. Волшебница и чародейка молча пили вино и думали об учениках и предстоящих им испытаниях.

- Ты уже беседовала с Аезелвалфом?

Волшебница энергично кивнула.

*****

11 Ардети́к. Вечер.

- Как группа?

- Я думаю мы справимся, мастер.

- Трудностей не возникло?

Волшебник слегка пожал плечами. – Ничего такого, с чем нельзя было бы справится.

Аезелвалф прекрасно понимал, что мастер Диза обо всём догадывается. Она знала всех учеников, была в курсе их способностей и отметила его уклончивый ответ. Несложно сложить всё это и понять – трудности будут. Просто ей хотелось посмотреть, как ответит на этот вопрос её ученик.

Декан кивнула и махнула рукой на стол, куда из портала вывалился свиток с разноцветными гербовыми печатями.

- Твоя грамота о вступлении в школу экономики. Я в тебе не сомневаюсь, Аезелвалф, но как твой учитель и наставник вынуждена сказать – не подведи меня.

- Не подведу, мастер.

- Пиши мне или другим мастерам. Держи нас в курсе, не бойся спросить совета, – мастер Диза подняла руку с зажатым в ней плоским зелёным камнем, с начертанной руной.

- Я понял, мастер.

- Ты прости, что я тебя так наставляю, но я сама очень волнуюсь.

Что ответить на эту фразу Аезелвалф не знал, поэтому просто решил промолчать.

- А теперь иди отдыхать, твой экипаж будет завтра утром.

- Да, мастер.

Аезелвалф совсем недалеко отошел от кабинета и посмотрел в окно. Нет, экзамен и задания его не пугали совсем. Они были всего лишь очередным вопросом, требующим времени и немного усидчивости. Мыслями Аезелвалф был уже далеко впереди, в магической науке, в открытиях, в трудах. Только спустя время, волшебник осознал, что за окном давным-давно стемнело. Может и правда стоит ненадолго оставить учебу и отдохнуть перед новой хотя бы один день?

*****

12 Ардети́к. Поздний вечер.

Финикс с удивлением обнаружила, что библиотека ей не помогает. Впервые такое. За последние несколько дней девушка так разволновалась, что лишилась сна и покоя. В голове постоянно крутились вопросы про экзамен, про новую группу и… про мастера Эннея. Финикс была готова спорить на что угодно, что каждый из её новых товарищей уже поговорили со своими мастерами. Это нормально, это традиция. Только вот мастер Энней её не соблюдает.

- «Может быть прямо сейчас пойти к нему в кабинет?» - Финикс поёжилась от такой мысли. – «Нет. Наверное ничем хорошим это не закончится».

Девушка захлопнула книгу и прислонилась лбом к холодному жёлтому камню, которым выложили стены в библиотеке. Что сейчас было прочитано? Про что вообще эта книга?

- Что же ты за чародейка, если не можешь сосредоточиться?

Конечно, был еще вариант пойти на ужин - посидеть в, практически, пустом обеденном зале, потыкать вилкой в омлет. Но аппетита не было тоже. Сколько она уже не ела? Дня два? Может быть три? Время так смазалось в последнее время…

Финикс отодвинула книгу, сложила руки перед собой и положила на них голову. Не прошло и нескольких мгновений, как она уснула.

Глава 4

13 Ардетик. Утро.

Тихонько звеня шаблонами, карета покатилась по вымощенной булыжниками улице. Просто так в Лу Фолк лошадей не пускают, но, видимо, для кареты из Валади́йской Академии были какие-то исключения из этого правила. Ниона просто «прилипла» к окну, пытаясь рассмотреть незнакомый город изнутри. Лу Фолк ей понравился сразу. Аккуратный, ухоженный, чистый, светлый. Деревянных домов практически не было, казалось, весь этот огромный город состоит из камня. Люди не выглядели подавленными или опечаленными, а на площадях и перекрестках стояли ларьки, возле которых велась бойкая торговля. Кажется, в Академии напрасно нагнетали атмосферу. Освещенный ярким утренним солнцем, город производил впечатление приятное и приветливое.

Как и предполагала Ниона, поездка заняла два дня. Путешествие таким способом не сказать бы, что было удобным, но вполне сносным. В любом случае, это была самая необычная поездка в жизни девушки. Шаблоны оказались мягче и приятнее, обычных колёс, а вкупе с хорошими рессорами, поездка превратилась в «прогулку по реке на лодке». Удовольствия добавили и приятные собеседники, коими оказались кучеры. За время путешествия её даже научили управлять каретой, и направлять лошадей вожжами.

Карета взяла круто влево, шаблоны тренькнули об брусчатку и экипаж остановился пред зданием с часами на высокой башенке – городская ратуша. Снаружи раздался стук.

- Госпожа, приехали. – раздался глухой голос Лу́киса, молодого кучера.

Ниона схватила походную сумочку и сложила столик. Вот теперь-то её охватило волнение. Когда-нибудь, она точно также приедет в какой-нибудь городок, или в деревню, и точно также пойдёт к Голове, чтобы занять своё место - место целительницы, только уже по-настоящему. Она осторожно вышла из кареты и, рукой прикрыв глаза от Солнца, посмотрела на башенку с часами. Яркие лучи освещали красивые, крупные и вероятно, сломанные часы, показывающие странное время. Ну и не надо. Она и так знает, что сейчас утро.

Внутри городской ратуши её встретил сухой и пыльный воздух. Сквозь грязные окна пробиваются лучи, высвечивающие танцующие в воздухе пылинки, а всё это «царство» выглядит безлюдным. Нионе противно было находиться в этом помещении, но дела - есть дела, тем более она не рассчитывала тут задерживаться надолго.

- Так, девочка, выйди отсюда. Приём заявлений только после полудня.

Девушка обернулась на голос и заметила старичка, сидящего за столом возле самого входа. Как она сразу его не увидела? Очевидно, она разбудила служащего, когда хлопнула дверью.

- Я целительница. Меня прислали к вам из Валадийской Академии…

Старичка как подменили. Он очень энергично выскочил из-за стола и побежал в сторону одной из лестниц, призывно махая рукой.

- Что же вы сразу не сказали, госпожа? Пойдёмте быстрее за мной!

Ниона не успевала за служащим и просто старалась не потерять его из виду, пока они петляли по удивительно пустым коридорам. В конце концов, когда они подошли к двойным дверям, служащий без стука забежал туда, успев бросить:

- Ждите тут, госпожа.

Целительница осмотрелась. В просторном, но коротком коридоре, облицованным светлым камнем с тёмными прожилками, висели картины. Полотна изображали горы исчерченные реками и поля богатые спелой пшеницей. Была даже картина полная морских волн. Свет в коридор попадал из двух окон - тут они были почище – в торцах коридора, и позволял увидеть достаточно, чтобы не споткнуться и не упасть на неровный пол.

Дверь открылась, когда она рассматривала картину с черно-белыми коровками на лугу и невысокой горой на заднем плане. Вновь показался служащий.

- Голова ждёт вас, госпожа, - с поклоном произнёс энергичный старичок и, прежде чем Ниона успела его поблагодарить, убежал по своим делам. Девушка глубоко вздохнула, подавляя волнение и прошла через не успевшие закрыться двери.

Городским головой оказался мужчина около сорока лет с очень интересной внешностью. Особенно выделялась его борода, аккуратная и ровная. В черных волосах проступало серебро, а через всё лицо шёл тонкий шрам. На удар оружием не похоже и Ниона решила не гадать, как такой можно получить. Голова с первого взгляда произвел впечатление живого и энергичного человека. Увидев девушку, он сразу обогнул стол и быстрым шагом направился к гостье.

- Целительница, значит? Это… хм… конечно, очень хорошо… но мы вас не ждали… в любом случае, приветствую вас в Лу Фолке. Меня зовите Ре́вил.

- Пусть Лунный свет озарит ваш Путь. – с поклоном ответила Ниона, отмечая, что целительнице тут и правда не особо рады. Не удивительно! У них уже кто-то лечит людей, и этот «кто-то» сейчас обитает в одном из лесов, окружающих Лу Фолк. – Я - Ниона Исо.

Голова протянул ей руку, и Ниона протянула свою в ответ, думая, что городской смотритель хочет обменяться рукопожатиями. Но мужчина взял руку, поднёс её к губам и поцеловал, уколов бородой. Это было неприятно и не понравилось девушке. Она быстро раскрыла сумочку и вытащила оттуда скрученный пергамент, обмотанный лентами и скреплённый печатью.

- Давайте быстрее решим все формальности, – произнесла Ниона чуть более прохладно, чем рассчитывала.

Но голова не огорчился, а наоборот рассмеялся.

- Вы, целители, деловые, как всегда. Меньше разговоров – больше дела!

Он подмигнул девушке и резво вернулся за свой стол, на ходу ломая печать на свитке. Скрипнул отодвигаемый ящик, и рядом с развёрнутым свитком лег чистый листок, который Голова начал заполнять, что-то выписывая из предоставленного целительницей документа.

Сесть ей не предложили, и Ниона, пользуясь случаем, осмотрела кабинет. Помещение было оформлено в зелёных и коричневых тонах, с небольшим добавлением золоченых элементов. Роскошным его назвать вряд ли получится – целительница видела и богаче, но и скромности тут было мало. Вероятно, самым дорогим предметом тут являлся стол: чёрный, блестящий, резной, из благородного дерева, заставляющий думать, что произведён он не здесь, а в другом городе, а может даже в иных землях. Пока Голова продолжал скрипеть пером, девушка решила задать пару вопросов.

- И как вы справляетесь без целителей? Такой крупный город…

Мужчина ненадолго оторвался от письма и посмотрел ей в глаза.

- Ты не так всё поняла. В самом городе есть целители, лекари и хирурги, а вот в окружающих деревнях нет.

- Насколько я поняла, вокруг Лу Фолка три деревни?

- Всё верно. На Северо-Западе стоит деревня «Оло́ва», названная в честь реки, омывающей город. Она славится своими бортниками. На Западе находится самое крупное поселение рядом с Лу Фолком – «Совиная поляна», которое и стоит рядом с самой Совиной поляной…

- Какое смешное название. Откуда оно пошло?

- Никто уже не знает. Столетиями так называли поляну и так же назвали деревню. А на Юго-Востоке находится посёлок «Волчьи ямы». Там живут наши рыболовы, снабжающие сам Лу Фолк и окружающие города рыбой.

- Три деревни и все без целителя? – у Нионы пошла голова кругом, как можно в одиночку обеспечить такое количество людей помощью?

- Когда-то у нас были целители, но, сколько себя помню, никогда не было больше одного… - Голова перестал писать и задумался.

Девушка промолчала, ожидая продолжения.

- Когда я был мальчишкой, то был у нас старый целитель… Вредный и злой. Ругался много и пил… не помню, как его звали. Но когда пришла чума, он первым организовал помощь больным и отделил их от здоровых. Трудился без сна, заразился одним из первых и умер, однако спас многих.

Голова кашлянул, поправил бумагу и продолжил.

- И вот недавно, несколько лет назад, нам присылали целительницу, почти такую же, как и ты… Сори́та. Хорошая она была, добрая…

Почему-то от этих слов Ниона почувствовала пробежавший по спине холодок.

- Но случилась неприятность. Девочка возвращалась к себе домой ночью – помогала принимать роды - и на свою беду встретила пьяного Со́лко. Тот всегда был непутевым, но никто от него такого ожидать не мог… Что между ними тогда произошло я сказать не могу, но Солко взял и забил целительницу ножом…

Ниона вздрогнула.

- Конечно, его потом повесили, но целительницу уже не вернуть, правда?

Девушка понимала, что городской Голова нравится ей всё меньше, и что она начинает его бояться.

- Не волнуйся, с тобой такого не случится.

Но Ниона не верила Ревилу. Более того, изначально приветливый Лу Фолк, стал внезапно злым и холодным. Может быть на неё произвёл такое впечатление рассказ?

- Ниона, осталось решить, где ты будешь жить.

- В домике целителя. Разве у вас такого нет?

- В том-то и дело, Ниона, что у нас таких домика два. Один стоит в «Совиной поляне». Хороший, двухэтажный, крепкий. Там есть две служанки. Второй же стоит южнее, на краю ржаного поля, ближе к Лу Фолку. Как раз между «Совиной поляной» и «Волчьими ямами». Но он скромнее и там нет слуг.

Целительница ответила не задумываясь.

- Я выберу тот, что в поле…

- Ниона, не скромничай, за служанок тебе не надо платить, этим занимается казна Лу Фолка.

Но не скромность вынудила целительницу принять такое решение. С учётом того, какие на неё возложили обязанности, с учётом того, какие гости у неё могут быть – домик стоящий далеко от людей и без слуг, как нельзя лучше подходил Нионе.

- И всё же я мнения своего не поменяю. Не люблю шум.

- Ну, как хочешь, - развёл руками Голова и продолжил скрипеть пером.

Желание разговаривать пропало. Ревил работал молча, молчала и целительница. Несколько раз служащий отодвигал ящик и доставал новые листки, в которые тоже тыкал пером. В конце концов, он свернул свиток, переданный Нионой, спрятав его в ящик стола, и передал девушке один из листочков, которые он так тщательно заполнял, не забыв отметить его гербовой печатью.

- Это тебе. С этой бумагой ты сможешь посещать городскую библиотеку, если нужно будет что-то прочитать, с ней тебя пропустят ко мне, да и любой стражник в городе или офицер обязаны тебе помочь по первому требованию.

- Спасибо, Ревил…

- Подожди, это ещё не всё. Тебе надо на что-то жить, верно? Сейчас выйдешь из кабинета и повернёшь налево. Следующая же дверь – это казначейство, получишь там жалование.

- Спасибо…

- Да не за что, можешь идти и работать. Сегодня же разошлю вестовых, чтобы они сообщили в деревнях о тебе. Так что скоро к тебе пойдут люди. После казначейства возвращайся ко мне.

Ниона поклонилась и вышла. Куда там нужно было идти? Налево? Дверь нашлась быстро. Целительница думала, что там никого не будет – вся ратуша выглядела сонной, но дверь оказалась приоткрытой, а из щели лился яркий солнечный свет. Ниона только подняла руку, намереваясь постучать, как дверь открылась полностью и в ослепительных лучах появилась не высокого роста полная женщина. Выйдя из столь яркой комнаты в относительно тёмный коридор, она не сразу заметила стоявшую девушку и почти что врезалась в Ниону.

- Кто ты такая, девочка, и что ты тут делаешь? - сказано это было грубо и как-то истерично.

- Я новая целительница, - произнесла Ниона, протягивая выданный ей Головой листок. – Меня к вам отправил Ревил, за жалованием…

- Ревил, значит, - Женщина недоверчиво хмыкнула и почти что вырвала листок из рук. Изучала она его долго, иногда, с недоверием смотря на девушку и вновь возвращаясь к бумаге. Прошло довольно много времени, прежде чем служащая повернулась, скрылась в солнечной комнате, оставив дверь открытой и бросила через плечо:

- Жди здесь.

Ниона даже подумать не могла, что все эти бумажные вопросы займут так много времени. Сегодня она не завтракала, устала от долгой поездки и, кажется, у неё заболело горло от висевшей тут пыли. Всё что сейчас хотела целительница – это покинуть ратушу.

- Нет, Ци́лла, ну ты представляешь? - раздался громкий голос из открытой двери. – Каковы нынче бездельники! Ни дня не проработала, а уже жалование получает! Тоже мне… целительница.

- Ой, не говори, - ответил второй, не менее громкий голос. – Да и как они лечат? Ничего же не умеют! Людей толпами кладут… Без рук и без головы, а всё одно - лезут в целительство.

Ниона прислонилась спиной к холодной стене, прижалась затылком к шершавому камню и закрыла глаза. Но уши то не заткнёшь! Девушке пришлось выслушать ещё много чего интересного про себя, прежде чем вновь раздались шаги. Целительница открыла глаза, которые сразу начали слезиться из-за ярких лучей, пронизывающих коридор. Настроение было испорчено окончательно. Нионе не понравился Голова, не понравились служащие казначейства, её раздражала летающая здесь пыль и то, сколько времени пришлось потратить.

- Вот, твоё жалование. – произнесла та же полная женщина, глядя на девушку снизу-вверх. В одной руке она держала мешочек из ткани, в другой – её листок.

Ниона взяла протянутые ей вещи, отмечая солидный вес кошелька – значит целители в Лу Фолке получали очень хорошо – и поблагодарила служащую. Та ничего не ответила и переваливаясь пошла по своим делам. Ниона лишь тяжело вздохнула – теперь пора к Ревилу.

В кабинете городского Головы сидел на стуле и болтал ногами мальчик со светлыми неровными волосами. Ревил же опять сидел за столом и что-то писал, заметив девушку, он вновь резво вскочил на ноги и осведомился о жаловании.

- Да, спасибо, я всё получила.

- Проблем, надеюсь, не возникло?

- Нет-нет. Всё хорошо.

- Правда? Ну что же… кхм… вот этот юнец Клиф, - Голова указал на светловолосого мальчика, – поедет с тобой и покажет где находится твой новый дом.

Мальчик низко поклонился.

- Спасибо ещё раз, Ревил…

- Да будет тебе, - улыбнулся Голова. – Уверен, мы ещё встретимся.

Клиф либо смущался, находясь рядом с целительницей, либо просто был немногословен. В любом случае он быстро вывел Ниону из лабиринта пыльной ратуши, чему девушка была несказанно рада. Двери хлопнули за спиной. С этим звуком, казалось, в ратуши осталось плохое настроение и мрачные истории. Целительница, увидев залитую светом полуденного Солнца улицу, казалось расцвела. Карета была тут же, а за ней стоял большой фонтан. Как она его не заметила раньше?

- Это ваша карета, госпожа? – глаза Клифа сияли, вероятно, в своей жизни, магию он видит нечасто. Справедливо будет заметить, что не только Клиф так смотрел на карету. Вокруг чудесного зрелища уже собрался народ, указывая пальцами и на необычную форму кареты, и на покрывающую её белую эмаль, и на волшебные колёса.

- Моя, - улыбнувшись ответила Ниона.

Пока они вдвоём спускались по ступенькам, к ним подбежал Лукис.

- Ну что, госпожа, едем?

- О да, – девушка вновь улыбнулась и кивнула. – А вот этот мальчик покажет куда нам ехать. Его зовут Клиф.

- Здорово, шкет, - кучер пожал руку мальчика. – Меня Лукис зовут.

Ниона бросила взгляд за спину кучера, отвлеклась и пропустила разговор между Клифом и Лукисом.

- Госпожа?

Целительница поняла, что к ней обращаются уже не первый раз.

- Подожди пожалуйста, Лукис, я быстро. Клиф, пойдёшь со мной?

Девушку заинтересовали торговые ряды, на другом конце площади. Денег у неё сейчас много, может быть стоит себе купить что-нибудь? Торговля возле лавочек шла бойко, и пришлось слегка потолкаться, чтобы подойти ближе. Тут было много интересного и очень хотелось купить всего и побольше, но Ниона сразу себя остановила. Все эти деньги уйдут на редкие ингредиенты для сложных зелий и эликсиров, а не на развлечения. Слегка огорчённая, целительница уже было развернулась, чтобы уйти, как до неё дошёл запах копчёной рыбы. Она так давно её не ела и именно сейчас захотелось нежное, пахнущее дымом мясо. Ниона не смогла устоять. Она подошла к лавочке, где лежали различных размеров и форм тушки. Большие и маленькие. Выпотрошенные и целые. Они лежали в корзиночках или висели на крюках.

- Рыбки захотелось, дочка? – продавщица заметила её и сразу начала показывать товар. – Смотри какая большая, всю семью можно накормить! Или вот этот карасик - он очень хорош. Есть пескарики!

Конечно хотелось попробовать всего и сразу, но, немного поразмыслив, девушка взяла лишь небольшой, жирный кусочек сома. Прежде чем вернуться к карете, они с Клифом зашли в ближайшую пекарню. От сухой духоты и восхитительного запаха свежего хлеба кружилась голова. И здесь пришлось потратиться. Себе Ниона купила маленький круглый хлебушек из ржаной муки, а мальчику пирожок с вишней.

В прекрасном настроении целительница, наконец, забралась в карету, положила покупки на столик и легла на кушетку. Вероятно, сказались усталость от дороги и волнение, пережитые в ратуше, но Ниона уснула. Она пропустила поездку по улицам, пропустила выезд через огромные ворота и поездку по каменному мосту, через широкий защитный ров, пропустила прекрасный вид высоких, зубастых стен, которые так её впечатлили в первый раз. Проснулась она только тогда, когда карета, звякнув шаблонами, остановилась.

- Приехали, госпожа!

Ниону охватило волнение, от осознания того, что она впервые примется за целительскую практику, опираясь лишь на свои знания и навыки. Впервые всё это будет делать самостоятельно. Карета качалась – это слуги разгружали её багаж. Всё ещё очень сильно волнуясь, целительница толкнула дверь и осторожно выбралась наружу.

Первый же взгляд на домик давал понять – за жилищем следили, ожидая целителя. Трава вокруг бревенчатого домика была скошена. Крыша, стены, окна её нового жилища чисты и аккуратно покрашены. Ухоженный колодец сложен из гладкого серого камня. Вся территория была огорожена низеньким заборчиком, который был скорее для красоты, а вдали, под пронзительным, голубым небом, виделся лес, поля и изгибы дорог. Место оказалось спокойным и красивым. Но, кое-что особенно понравилось целительнице. Рядом с дорогой росла высокая вишня усыпанная зелеными, но уже наливающимися алой силой ягодами. Вишня для Нионы – не просто дерево, это символ Теи – Богини природы, которой обычно служат целители. Это древний знак мудрости, знак тяжелого труда и самопожертвования, на которые обрекают себя целители.

Пока слуги разбирались с багажом, Ниона решила зайти в домик. У самого входа на территорию она заметила жертвенный столик – сюда люди будут класть подношения для целителя. А вот внутри жилища всё было не так ухожено, как снаружи. Прихожая тут была узкой и короткой, а сам дом делился на две комнаты. В большую можно было попасть пройдя до другого конца коридора, в маленькую - через дверь в прихожей, находившуюся слева, от входа в дом. В большой комнате было всё: полки, обеденный стол, две просторные кровати и маленькая белая печка, задняя часть которой сквозь стену выходила во вторую комнату. Освещалось это помещение двумя окнами. В маленькую комнату свет попадал через одно большое, двойное окно и одно маленькое окошко. И в этой маленькой комнате творился жуткий бардак. В центре стояла огромная бадья для купания, а по углам два шкафа, что странно с какой-то одеждой. Изучив тут всё получше, Ниона нашла ещё одну кровать, но подходы к ней, да и само ложе, были завалены какими-то досками, кусками дерева и сломанным инструментом.

- «Ну, ничего», - пронеслось в голове девушки. – «Я тут наведу порядок».

Целительница, воспользовавшись помощью слуг, объяснила куда что поставить и попросила кое-где разобраться в маленькой комнате. Но там всё было настолько ужасно, что Ниона решила больше никого не напрягать и разобраться с этим вопросом позднее. И так как все дела были сделаны, то настал момент прощания.

- Удачи вам, госпожа. – хором произнесли кучеры, а Лукис помахал рукой, держа в другой вожжи.

- Луна осветит ваш путь, - улыбаясь попрощалась целительница. И карета, тихонько звеня шаблонами, плавно покатилась по дороге.

- Ты хочешь есть или пить, Клиф?

Мальчику придётся пешком возвращаться в Лу Фолк. Путь не очень далёкий, но и близким его назвать сложно. Однако маленького слугу это нисколько не пугало. Он махнул рукой, ещё раз поблагодарил девушку за угощение и быстрым, энергичным шагом направился по дороге, ведущей в самый большой город на севере Вилларии.

Оставшись одна, Ниона почувствовала внезапно нахлынувшее чувство одиночества. Она уже привыкла находиться в компании, и теперь, ей придётся дни, а может быть и недели проводить одной. С другой стороны, бездельничать она тут не собирается. Девушка подошла к одному из сундуков, отличающемуся от остальных крупными медными заклёпками, магией распечатала зачарованный замок-загадку и откинула крышку. Внутри показались грани перегонного куба, исчерченная рунами стальная поверхность перегонного шара и медные трубки змеевика. Поверх алхимических приборов лежал листок с теми рецептами, которые она должна приготовить. Целительница взяла пергамент и поднесла его к глазам. Прочитав первые же строчки, девушка бросила листок обратно и с громким хлопком закрыла крышку, вновь опечатав магией сундук.

- «Нет. Не буду сейчас это делать.» - подумала Ниона, чувствуя уныние от предстоящей тяжёлой работы.

На другом сундуке лежал свёрток с едой, которую она купила в городе. Сразу проснулось чувство голода. Целительница открыла другой, самый маленький сундучок и достала стеклянную колбу с кроваво-красной жидкостью. Зажав колбу в одной руке, а во второй найденный на полке железный кубок, она вышла из дома и заглянула в колодец. Запах хороший, на поверхности ничего не плавает. Цепь громко раскрутилась, и ведро, гремя о стенки колодца, упало вниз.

- «В следующий раз нужно будет его спускать аккуратнее».

Не без труда достав тяжёлое ведро, Ниона не спеша омыла руки, поливая их по очереди холодной водой. После чего, зачерпнув порцию воды кубком, она открыла колбу, подцепила пару капель эликсира ногтём мизинца, и стряхнула их в кубок. Пока что не было убеждённости в безопасности воды из колодца и на всякий случай Ниона решила её обеззаразить.

- «Целитель не должен верить на слово другим людям. Верьте себе, своим знаниям и своему чутью. Только они будут вашими настоящими друзьями». - постоянно твердили целителям на лекциях.

Ниона ошиблась. Вода была не холодной, она была ледяной, и… безумно вкусной. Оставив ведро на краю колодца, взяв полный кубок и колбу с эликсиром, целительница вернулась в свой новый дом, к запаху которого пока не привыкла. Обеденный стол оказался под тонким слоем пыли – не убирались тут минимум неделю. Кое-как, девушка протёрла угол, положила на край купленный хлеб и кусок копченого сомика.

И хлеб, и вода, и копчёная рыбка казались восхитительными. Девушка наслаждалась нежным, солёным мясом и мягким хлебом, периодически трогала кончиками пальцев ледяной, покрытый капельками воды, железный кубок, а за окном, через ветви растущей рядом с домом вишни, возвышались далёкие, зубастые, серые громады крепостных стен.

*****

13 Ардети́к. Вечер.

Карета раскачивалась и слегка подпрыгивала на неровной мощённой дороге. Первоначальное впечатление город должен был произвести хорошее – высокие стены, каменные дома, чистота и порядок на улицах. Но Софии Лу Фолк не понравился с первого взгляда. Слишком ухоженный и красивый, слишком коварный и опасный. Девушка не позволяла себе обмануться, и пока массивная карета пробиралась по узким улицам, периодически останавливаясь, когда кучеры спрашивали дорогу, виконтесса чувствовала, как портиться её настроение.

Купающиеся в оранжевых лучах заходящего Солнца, улицы практически полностью опустели. Зато, зажигались огни в многочисленных окнах каменных домов. Карета бодро громыхала, тревожа покой вечернего города, а София, слегка отодвинув шторку, выглядывала в окошко. Прошло некоторое количество времени, прежде, чем экипаж остановился у дверей ратуши. К этому моменту Солнце опустилось ниже крыш и на улицы ложился прохладный сумрак. Дверь кареты открылась.

- Мы на месте, леди. - Кесив с поклоном подал руку виконтессе. Опёршись на неё, София спустилась по ступенькам и оказалась на выложенной камнем улице. Она глубоко вздохнула и бросила взгляд на крыши домов, которые Солнце красило в красный цвет.

- Кесив, пойдёшь со мной, представишь меня.

Слуга с удивлением посмотрел на виконтессу, явно не ожидая от неё такой резкости.

- Вас представить полным именем?

София, осознав свою грубость, улыбнулась слуге и произнесла. – Нет, Кесив, короткого будет достаточно.

Слуга толкнул двери и вошёл внутрь первым, девушка проследовала за ним.

- Виконтесса Лорелии, София Ферре! – зычно гаркнул в пустоту Кесив.

Откуда не возьмись появился старичок, кланяющийся настолько низко, насколько позволяла ему больная спина.

- Че… чего желаете, госпожа?

София посмотрела на него, прикрыв веки. Сейчас её раздражало всё. Полумрак, царящий в ратуше, скорчившийся старик, пустота помещения и его затхлый запах.

- Отведи меня к Голове. – холодно произнесла виконтесса.

- Сию минуту, госпожа.

На удивление, старичок быстро взбежал по лестнице и устремился дальше по коридорам, ожидая девушку и её слугу на поворотах. Пришлось потратить немного времени, прежде чем они оказались перед двойными дверями.

- Стой! - остановила она старика, который собирался войти к Голове. – Мы сами о себе доложим, ты свободен.

Не переставая кланяться и улыбаться практически беззубым ртом, старик скрылся за поворотом коридора. Кесив вопросительно взглянул на молодую аристократку, та кивнула в ответ. Слуга подошёл и вновь открыл двери, заходя внутрь первым. София прекрасно понимала, что входить вот так вот, без предупреждения не совсем верно по этикету, но и нарушением это тоже не являлось. Скорее это было просто уважение, которое виконтесса сейчас не хотела оказывать.

- Виконтесса Лорелии София Де-Ло́зо-Грана́да-Эллу́са Ферре. – уже не так громко произнёс Кесив, представляя девушку. А вот в этой ситуации выбора не было, сейчас правила приличия заставляли представляться полностью.

Аристократка уверенно вошла в кабинет, и посмотрела на городского Голову, который при виде гостьи, очень резво выскочил из-за стола. Внешность мужчины была довольно интересной, интереса добавляла и необычная борода и тонкий шрам через всё лицо. В остальном это был обычный аристократ, не забывающий следить за своей внешностью. Городской смотритель стоял в центре своей комнате, замерев в низком поклоне, София ответила коротким реверансом.

- Здравствуйте, барон. Вы получили моё письмо?

- Да, ваша милость. – Голова, наконец, выпрямился. – Садитесь пожалуйста… Леди, я сделал всё, что вы просили…

- И? – виконтесса устроилась в удобном кресле, закинула ногу на ногу и сняла перчатки.

- Вы можете остановится у графини Соли́вы из рода Аре́за. Она с радостью вас примет.

- Карету для меня, я надеюсь, вы нашли?

- Да… только вы не написали - нужно ли её раскрасить в цвета вашего рода?

Впервые за всё время нахождения в ратуше, молодая аристократка позволила себе легкую улыбку.

- Ну разумеется, барон.

- Всё будет готово к завтрашнему утру и доставлено к дому графини Ареза.

- Мне потребуется провожатый.

Городской голова задумавшись замер.

- Позволите оставить вас ненадолго?

София лишь взмахнула рукой, не потрудившись ответить. Барон покинул свой кабинет, оставив виконтессу и её слугу одних.

- Ох. Спасибо, Кесив. Обожаю, когда ты меня представляешь.

Слуга улыбнулся и поклонился.

- А мне доставляет истинное наслаждение служить вашему благородному роду.

Молодая аристократка просияла.

- Заметил, Кесив? Кажется, этикету они тут обучены.

- Да. Барон, пока что, не допустил ни одной ошибки.

- Пока что. - Произнесла София и замолчала.

Ждать барона пришлось недолго. Вернулся городской смотритель не один – за ним по пятам шёл мальчик с неровными светлыми полосами. Оба низко поклонились виконтессе.

- Леди Ферре, я нашёл вам провожатого. Этого мальчика зовут Клиф.

Мальчик вновь поклонился, услышав своё имя, и, хотя поклон он выполнил очень криво и с кучей нарушений, Софии маленький служащий понравился. Она поднялась с кресла, и, пожала руку Клифу. Тот, хоть и волновался, но смотрел на аристократку без страха.

- Очень приятно, Клиф. – улыбнулась ему девушка. – Готов к вечерней прогулке?

- Да, леди. – а вот уверенности в его голосе было гораздо меньше, чем во взгляде.

- Барон, спасибо вам за всё, и до свидания.

Голова и виконтесса вновь обменялись поклоном и реверансом, после чего гости из другого королевства, вместе с мальчиком, покинули кабинет городского смотрителя. Тот сел в своё кресло, открыл ящик стола и достал оттуда бутылку, наполненную янтарной жидкостью. Из этого же ящика появился стакан из чистого и прозрачного стекла – большая редкость. Пара движений, и янтарная жидкость уже плещется в стакане, разнося по кабинету запах мокрого дерева и карамели.

- Что же за день-то такой сегодня? – пробормотал Ревил. – То целительница, то наёмники, то пожар, а теперь ещё и эта… аристократка. Приехала всё-таки…

Первую порцию барон выпил залпом.

*****

Копыта четверки звонко стучали по ночным улицам. София пыталась что-то разглядеть в окно, но это было абсолютно бесполезно. Не все улицы освещались фонарями, а на те, что освещались, было неинтересно смотреть. Лу Фолк оказался меньше, чем представляла его себе чародейка. Он был скучнее, архитектура тут также оказалась хуже её ожиданий. Казалось, Лу Фолк ничем не мог бы угодить виконтессе. Она лишь тяжело вздохнула и отвернулась от окна, оказавшись в кромешной тьме салона кареты.

Ехали недолго. Очень скоро экипаж дёрнувшись остановился. Карета закачалась, и спустя некоторое время, открывшаяся дверь впустила в салон изрядное количество света от фонарей. София не нервничала перед встречей с человеком, который был старше по титулу. За это она должна была благодарить мастера Зору, которая активно выводила молодую аристократку в Высший свет. Именно там девушка увидела совершенно разных людей, с совершенно разными титулами и с разным воспитанием. Неожиданным открытием оказалось то, что все эти титулованные особы оказались такими же, как и она, людьми, со своими страхами, желаниями, недостатками, взглядами на жизнь и прочими особенностями. Именно поэтому, выходя из кареты под дрожащий свет фонарей, София ощущала не волнение, а любопытство.

Оказавшись на прохладном, вечернем воздухе, девушка огляделась и обнаружила, что находится на небольшой площади, прямо перед трёхэтажным домом. По первому мнению Софии, фасад этого дома вполне можно было считать украшением Лу Фолка. Светлые цвета, белые, резные колонны, ступени из дорогого камня. Как помнила чародейка – их нынешнее поместье выглядит гораздо скромнее.

Графиня оказалась старой женщиной. Хорошо было видно, как она изо всех сил пытается держать осанку, в скрюченной временем спине, как блестят серебром её волосы, как, падающий с фонарей свет, высвечивает морщины на её лице. В этот миг София заметила странность – никто из слуг графини, которых тут было довольно много, не вышел на встречу гостье и не представил аристократку. Сделать так первой виконтесса не могла – нарушение этикета. Тогда что делать? Она лишний раз перебрала в памяти свои знания. Нет, всё верно - графиня должна представиться первой, но, почему-то, этого не делала.

В легкой растерянности София подошла к старой женщине и выполнила долгий реверанс, склонив голову. Вернее будет сказать – пыталась выполнить, так как при первых же движениях девушки, графиня воскликнула:

- Нет-нет-нет, девочка! Давай просто знакомиться. Как тебя зовут?

София изо всех сил надеялась, что замешательство не проявилось на её лице. Она пожала протянутую руку и произнесла:

- София.

- А меня зовут Солива. – графиня улыбнулась девушке. – Поверь мне, поживёшь с моё и тоже устанешь от всех этих скучных манер. Ну что, пойдём в дом?

Виконтесса растерянно взглянула на своих слуг, и старая аристократка поняла её обеспокоенность.

- Не волнуйся за своих слуг, София, Фи́кен всё им расскажет и объяснит.

Названный человек, а им оказался мужчина в возрасте, кивнул своей госпоже и подошёл к кучерам.

- Солива, простите меня, я должна кое-что сделать.

Виконтесса подошла к мальчику, который стоял возле кучеров, и протянула ему толстую, треугольную, серебрянную монету. Глаза у Клифа округлились, когда он увидел то, чем его благодарила девушка. Вероятно, его жалование за пол-года было меньше такой вот монетки.

- Спасибо, госпожа, - с поклоном поблагодарил он. – Я могу быть свободен?

- Ты можешь быть свободен, - улыбнулась София. – Спасибо тебе за всё.

Клиф ещё раз поклонился, сказал слова прощания кучерам и вышел через всё ещё открытые железные ворота. Девушка проводила его глазами, смотря за тем, как светлые, неровно остриженные волосы Клифа растворяются во тьме и вновь повернулась к графине.

В дом они вошли в окружении слуг старой аристократки. София сразу отметила про себя богатый и яркий интерьер, в солнечно-жёлтых и темно-коричневых цветах, гигантские портреты в полный рост, изображающие представителей обитающего тут рода, и величественный герб с изображенной на нём атакующей зелёной змеёй во всю стену, из клыков которой летели две золотые капли яда. Фон для ромбовидного гербового щита выбрали жёлтый, и под ним был написан девиз: «Защита рода – превыше всего».

- Хороший девиз, - отметила София. На что сразу получила ворчливый, но беззлобный ответ:

- Был бы хорошим, если бы кто-то из молодых ему следовал.

Они остановились в центре просторного холла. Графиня повернулась к гостье, посмотрев на девушку снизу вверху.

- Рада приветствовать тебя. Надеюсь тебе понравится гостеприимность и доброта рода Ареза к тебе.

- Спасибо большое, Солива.

- Это Со́я, - махнула рукой на одну из служанок графиня. – она будет твоей личной служанкой. Через неё можешь отдавать команды поварам, кучерам и всем остальным.

Вышедшая из толпы слуг девушка, с тугим узлом чёрных волос на затылке выполнила практически безупречный медленный реверанс, после чего повторила его для Софии.

- Ты будешь жить в левом крыле дома. Там для тебя всё готово. – графиня покивала. – Уверена, что ты устала с дороги и хочешь отдохнуть, поэтому поговорим, когда ты наберёшься сил. Расскажешь о себе и о своём роде. – старая аристократка кивнула на геральдический щиток, закреплённый на уровне правой ключицы Софии.

- Спасибо вам большое, Солива. Спасибо за… за всё.

Кивнув, графиня дала ещё некоторые указания и ушла, забрав с собой всех слуг. София осталась наедине с Соей.

- Чего вы желаете, госпожа? – вопрос был задан с очередным реверансом.

- Ужин, как можно легче, ванну, а после этого – спать.

- Мясо? Рыба? Может быть просто овощи?

Соя сразу очень понравилась Софии. Служанка казалось умной и хорошо воспитанной девушкой, недостаток которой заключался в неправильном произношении некоторых слов. Сою нельзя было назвать красивой, но и ничего отталкивающего в её внешности не было. Служанка предугадывала желания виконтессы, задавала правильные вопросы, строго и чётко следовала инструкциям, которые получала от молодой аристократки.

- «Неплохо было бы узнать её поближе». – подумала София, оставшись одна в своей новой комнате, которая также произвела положительное впечатление. Увешанная гобеленами, картинами, с красивым, большим камином, она действительно расслабляла и позволяла отдохнуть. Девушка подошла к окну и бросила на стоящий рядом письменный стол дорожную сумочку. Видно, она забыла её закрыть так как из неё показался уголок материнского письма. На нём, красивым, размашистым подчерком можно было прочитать: «Моей Совушке». Но София не заметила этого. Она подошла к окну, за котором царила ночь и посмотрела вниз. Там, у маленького домика стояла её карета, а внутри освещённых окон виднелись тени людей. Видимо, её слуг разместили вместе с другими слугами в сторожке. Ну что же, завтра они отправятся домой, а она останется здесь, пока её задание не будет выполнено.

Глава 5

14 Ардети́к. Ранее утро.

Ни́рок не любил заходить к своему начальнику - слишком уж тот был умный, проницательный и требовательный. Но делать нечего, он поднял руку и постучал в дверь. Услышав глухое «входите», Нирок взялся за холодную, медную ручку и оказался в светлом и теплом кабинете. Всё тут было уставлено мягкой мебелью, увешано коврами, заставлено предметами роскоши и дорогими безделушками. Начальник очень любил комфорт.

- Какие новости, Нирок?

- Я сделал всё, что вы просили. – служащий подошел ближе к столу и передал пергамент. Начальник изучал его недолго. Он довольно хмыкнул, и постучал по листку пальцем.

- Нирок, а ты прекрасно работаешь. Даже про целительницу узнал.

- Да, она тут временно - сдаёт экзамен.

Начальник вновь посмотрел в бумагу. Что он там вычитывает? Там и есть-то пара строчек.

- Софию Ферре нейтрализовать? – поинтересовался Нирок, когда молчание ему надоело.

- Пока нет. Убийство или пропажа аристократки обратит внимание на наш город, а нам ведь это пока не нужно, верно?

- Да, ваша милость.

- Но я хочу, чтобы её окружили наши люди, что бы по первому моему слову, в её кубке оказался яд, а возле горла нож.

- Всё уже сделано. – Нирок поклонился.

Начальник довольно поцокал языком.

- Надеюсь, там настоящие профессионалы?

- Как и всегда, ваша милость. – и новый поклон.

- Знаешь, Нирок, а ты заслужил прибавки к жалованию. Последнее время ты очень меня радуешь.

Слуга ответил еще одним молчаливым поклоном, думая о том, что лучшей наградой была бы возможность немедленно покинуть уютный кабинет.

- Следить за обеими. Начнут мешаться - будем устранять. И ждём остальных?

- Да, ждём остальных. – кивнул Нирок.

Начальник бросил листок в камин и взмахом руки отпустил слугу.

*****

14 Ардети́к. Ранее утро.

Солнечное утро выдалось прохладным и София, подрагивая на свежем ветру, разглядывала хорошо ей знакомую карету дома Ферре, окутанную рваными хлопьями исчезающего тумана. Тёмно-синяя, с черными полосками, на двери герб – черный ворон на темно-синем поле, держит в клюве серебряную стрелу. Под ним девиз: «Мудрость Веков». Вот и всё! Этим утром её слуги уезжают, и она остаётся абсолютно одна в незнакомом городе. Одна? А как же группа? Можно ли считать их друзьями? Товарищами, объединёнными одной целью? София не питала иллюзий в ответах на эти вопросы. Даже с разумным Аезелвалфом они умудрились поспорить.

*****

10 Ардети́к. Вечер.

- И пока я буду отсутствовать, ты возглавляешь группу. - Аезелвалф ткнул пальцем в записи. – Разберитесь с ведьмой, пусть Финикс проведёт разведку, и выясните где могут обитать оборотни.

София в изумлении уставилась на волшебника.

- Нет! Финикс без тебя никуда не выдвинется, ровно, как и боевые маги.

В учебном классе, в том самом в котором они встречались всей группой и разбирали якоря, повисло молчание. Девушка прекрасно видела, что волшебнику её ответ не понравился.

- Почему «нет»?

- Может произойти всякое, а у целительницы к этому моменту не будет эликсиров, чтобы помочь. На Финикс могут напасть, маги могут ошибиться…

- Это всего лишь разведка, без боевых действий…

- Разведка опасных участков, Аезелвалф, - София почувствовала, что ей стало жарко. – Ты же знаешь, что это всегда риск.

- И тем не менее, я настаиваю на разведке, в моё отсутствие.

В классе вновь повисло молчание. Чародейка как могла подавляла эмоции. Ей было очень некомфортно от того, что Аезелвалф, казалось, этих самых эмоций не испытывал совсем и оставался абсолютно спокойным.

- Я не отдам приказ в твоё отсутствие.

- То есть ты не подчиняешься своему командиру и игнорируешь требования?

София несколько секунд собиралась с мыслями, что бы во власти эмоций не сказать такого, о чём в будущем придётся жалеть.

- Пока тебя нет в Лу Фолке, там командую я. – медленно произнесла девушка, стараясь свести конфликт на нет, спокойным тоном объяснив свою позицию. – Основная наша задача – безопасность группы. Я понимаю, что ты хочешь справится со всем как можно быстрее, но поспешность может привести к ошибкам.

- А задержки в опасном городе, наполненном странными происшествиями, также поднимет риски, София.

Опять молчание, и опять чародейка собирается с мыслями. Как её оппонент так быстро находит слова? Готовится заранее?

- Нет, Аезелвалф, я не буду торопить группу.

- Жаль. Как старший я буду вынужден доложить о твоём неподчинении в финальном отчёте, София.

Виконтесса слегка вздрогнула. Не от угрозы – она её не боялась, а от самого факта угрозы. Чародейка просто не ожидала, что конфликт до этого дойдёт и до последнего не верила в это.

- Если это позволит избежать несчастного случая, то я согласна… Обязательно напиши.

- Несчастный случай может произойти, если мы задержимся в Лу Фолке, София. Я понимаю, что тебе плевать на наказания – Мастер Зора за тебя заступится, но я тобой очень разочарован.

Чародейка растерялась, хотя и не подала виду. Конечно, Аезелвалф прав. И она по-своему права. Только он командир, а она нет, но решение уже принято и выбор сделан.

- Что-то ещё, Аезелвалф?

- Нет, ты свободна.

София сделала средний по продолжительности реверанс – как равному, и, стуча каблуками о паркет, покинула комнату в полном смятении.

*****

14 Ардети́к. Раннее утро.

- О чём задумались, госпожа?

- Ох, Кесив… Прости, что не заметила.

- Не волнуйтесь, леди, всё будет хорошо.

Угадал мысли? Или просто так сказал «дежурную» фразу. Виконтесса бросила ещё один взгляд на карету.

- Кесив, отвези, пожалуйста, матушке ответное письмо. – София протянула плотный, шершавый конверт.

- Конечно, о чём речь? - слуга улыбаясь, спрятал послание в грудном кармане. – Передать что-то на словах?

- Нет… а в прочем… Скажи, что я скоро вернусь и всё обязательно наладится…

Слуга перестал улыбаться, кивнул, и уже было собрался прощаться, как София обратилась к нему с вопросом:

- Кесив… Кесив, скажи, дома всё хорошо?

- Всё хорошо, леди, только вас и ждём.

Говоря «хорошо» слуга на мгновение увёл взгляд в сторону, словно избегая встречаться взглядом с аристократкой. От этого незначительного движения, сердце в груди девушки сдавили тугие обручи тоски и страха.

- Кесив, я тебя умоляю, следи за матерью. Я просто не переживу, если…

- Всё хорошо, леди, я вас не подведу.

София несколько раз глубоко вздохнула, овладевая собой, и кивнула слуге. Тот резво запрыгнул на козлы, взял в руку поводья и, махнув рукой виконтессе, стеганул вожжами лошадей. Карета, под весёлый стук копыт, выкатилась через ворота. Её ждал долгий путь домой, на Юг. А чародейка смотрела на танцующие в лучах утреннего солнца рваные куски тумана и думала, думала, думала…

*****

17 Ардети́к. Позднее утро.

- «Дура! Какая же ты дура!»

Вероятно, единственный человек на которого Ниона смогла бы разозлиться – это она сама. Целительница почти добралась до своего дома, а думала всё о том, что вновь поддалась эмоциям. Она очень устала. Сходить пешком в Лу Фолк, посетить все три аптеки, разбросанных по незнакомому городу, вернуться обратно в полуденную жару, неся в руках потяжелевшую от трав и снадобий корзинку – дело весьма непростое. Всё о чём в данную минуту мечтала девушка – это перекусить и лечь поспать, но нельзя. Нужно готовить всё необходимое для работы над будущими сложными составами.

С момента её прибытия, прошло всего несколько дней, а уже люди начали приходить со своими проблемами. Их было немного - большинство до сих пор обращались к лесному обитателю - а случаи оказались пустяковыми. И, пока что, это устраивало Ниону, которая получала больше свободного времени для приготовления зелий и эликсиров.

Уже издали целительница заметила, что на жертвенном столике что-то лежит - это местные начали приносить дары для служительницы Теи. С одной стороны, подношения можно было считать скупыми, для таких зажиточных мест и целых трёх деревень, но с другой, целительнице этого вполне хватало, чтобы забыть о покупке еды. У неё даже стали появляться кое какие запасы.

- «Дура. Зачем же ты это сделала?»

С этими мыслями Ниона осмотрела жертвенный столик. Под лоскутом ткани прятались два помидора, маленькая луковица и тушка кролика. В этот раз подношения можно было считать ну очень щедрыми. Особенно радовал кролик – целительница последний раз ела мясо в академии.

Стоило открыть дверь и оказаться в прохладном доме, как девушка перестала себя ругать, а мысли сразу переключились на задач. Корзину с травами она поставила на обеденный стол, ближе к открытому окну. Теперь нужно было приготовить всё для работы. Ниона всё ещё не решила, с чего же начать: сперва приготовить сложные составы эликсиров и микстур, или попробовать приготовление простых отваров и зелий?

«Нет, сначала пересчитай деньги.»

Целительница отбросила волосы со лба, взяла кошелёк, выданный ей в Академии, развязана на нём веревочку и высыпала на поверхность стола кусочки металла разнообразной формы. После подсчёта выяснилось, что суммой она обладает серьёзной, но сколько всего ещё нужно купить! К сожалению, все деньги что выдали ей в городской ратуше, девушка уже потратила. Часть ушла на необходимые и редкие ингредиенты, а всё остальное…

«Дура.»

Ниона не смогла пройти мимо мужчины с протянутой рукой. Седой, на голой груди и лице множество самых разнообразных шрамов. Одноногий мужчина сидел на ступеньке возле фонтана, и протягивал единственную руку. Немного с ним поговорив, целительница выяснила, что калека участник нескольких войн, в том числе и последней войны трононаследия. Ниону захлестнули столь сильные эмоции, что она, не задумываясь, взяла кошелёк, с оставшейся в нём внушительной суммой денег и вложила в грубую руку старого рубаки. Уже после она поняла, что отдала те деньги, которые должна была потратить на ингредиенты для зелий, что должна думать о задании, а не о конкретном человеке. Такими шагами всем не поможешь…

«Дура.»

Считала ли целительница что поступила неправильно? С одной стороны, ей стало значительно легче. Она не могла помочь мужчине, нет заклинаний, зелий, микстур и врачей, способных восстановить конечность. Но она могла, хоть и ненадолго, облегчить его участь. И что в итоге? Моральное удовлетворение против ограниченности денежных средств? До этого ресурсов хватало для покупки всего, что требуется для её нужд. Теперь денег в обрез. Самое страшное заключалось в том, что, целительница считала, будто сделала всё правильно, и, если бы она вновь оказалась в такой ситуации, то несомненно поступила бы точно также.

«Вот поэтому ты и дура.»

Ниона запустила руку в волосы и закрыла глаза.

«Что сделано, то сделано.»

Изо-всех сил целительница пыталась выбросить из головы её первый поход в Лу Фолк. Она повернулась к открытому ящику и достала тяжёлую медную трубку змеевика. В этот момент в дверь громко постучали.

Девушка даже подпрыгнула. Она глубоко ушла в свои мысли и совсем не ждала гостей. Оставалось надеяться, что ничего серьёзного не случилось, и её сегодня не отвлекут. Вернув трубку обратно в ящик, целительница убрала со стола корзинку, подбежала к двери и осторожно её толкнула.

За дверью она увидела седовласого пожилого мужчину. Не смотря на серебро волос, выглядел он здоровым и энергичным, а в руках держал листок бумаги.

- Вам что-то нужно?

- Будь здрава, целительница. – мужчина поклонился. - Я Голова из Совиной поляны.

- Да будет благосклонна к вам Тея, - склонила голову в ответ Ниона. – Пожалуйста проходите.

Девушка проводила гостя в дом, усадила за стол, заклинанием разожгла огонь в печи и поставила воду в котелке для чая.

- У вас что-то случилось? Простите, не знаю вашего имени.

- Меня Филином кличут, - представился мужчина. – И ничего не случилось, «Светлая», я пришёл просто поговорить.

У девушки перехватило дыхание. «Светлая» или «Светлый» очень старое и практически забытое обращение к целителям. О таком она только слышала от преподавателей, или читала в древних книгах, но ни разу ей не приходилось встречать такое обращение лично. А имени у гостя нет. Может быть он его лишился, за серьёзный проступок – есть в некоторых областях Вилларии такое наказание. Но это тоже вряд ли, так как после лишения имени практически невозможно стать Головой. Целительница понимала, что перед ней человек с безумно интересной жизнью, историю которой было бы познавательно выслушать, но гость пришёл не за этим.

- А меня зовите Ниона. – в ответ представилась девушка. – И поговорить с вами я всегда готова.

Филин закивал и разгладил на столе принесённый с собой листок.

- У тебя всё хорошо, Ниона? Всем ли ты довольна? Тебе нравятся подношения? Может быть тебе ещё что-то нужно?

Девушка задумалась всего на мгновение. Но потом решила, что с такой просьбой только к Голове и обращаться.

- Подношениями я очень довольна… Хм… Мне нужен конь, или лошадь, седло под неё и стойло. Деревни разбросаны далеко, особенно «Олова» и «Волчьи Ямы». Если что-то случиться, то я туда быстро не доберусь.

Лицо гостя слегка вытянулось. Конь – удовольствие дорогое. С другой стороны, ясно, что целительница просит всё это для дела, а не для развлечения.

- Хорошо, Светлая, будет у тебя конь. Я тебе обещаю. Что-то ещё?

- Да, - девушка слегка покраснела. – Помогите мне пожалуйста нарубить дрова. Мне не хватает сил.

- Это мелочи, Светлая, - похоже, Голова не запомнил её имя. – Всё будет как ты скажешь. Ещё что-то?

- Нет. Пока нет.

Гость поднялся чтобы уйти.

- Филин, а вы на чай не останетесь? – растеряно спросила девушка.

- Не могу, - со вздохом ответил Голова. – Много проблем. На окраине пара домов покосились… корову украли… дел много накопилось, надо всем помочь. Кому силой, кому советом.

- Ой. Ну ладно, тогда я вас отпускаю.

Целительница уже прощалась в дверях с гостем, как он обернулся и задал ещё один вопрос.

- Ниона, скоро Ви́хи-Ней, мы провожаем «Ардетик», тебя ждать на празднике?

В голове у девушки что-то «сверкнуло». Это всё из-за последних дней наполненных настолько яркими впечатлениями, что она совсем забыла о праздниках. Тем более что скоро они пойдут один за другим. А имени её, Голова всё же не забыл.

- А у вас есть алтарь?

- Есть, Светлая.

- Да, я буду. Обязательно буду!

Проводив гостя, Ниона вернулась в комнату, бросила взгляд на чистый листок, оставленный гостем, и открыла свой календарик. Семнадцатое число Раскалённого месяца – «Ардетик». Ей уже нужно было собирать венок, а она к нему даже не приступала. И как найти время на зелья? А если прогнать того, кто незаконно целительствует в лесу, то насколько возрастёт нагрузка? Задание снова стало выглядеть невыполнимым. Из печки донёсся шум закипающей воды для чая.

*****

22 Ардети́к. Позднее утро.

- Честно, я ума не приложу – зачем вас к нам прислали. – Старик отодвинул очки на самый кончик носа. – У нас учиться нечему, ваша помощь нам не нужна, кажется, вы зря здесь проведёте время.

- Я – птица подневольная, - развела руками Финикс. Мне сказали, и вот я тут.

- Ну да, ну да, - покивал головой старичок. – Подойдите, наверное, к Эвили́ссе, она всё вам объяснит. - Старый маг быстро развернулся и вышел из холла, закрыв за собой дверь.

«Прекрасно! И куда теперь идти?»

Перед девушкой выстроилось несколько дверей, но какая именно ей нужна? И кто такая Эвилисса? Местная гильдия ей не понравилась с первого взгляда. Взять, хотя бы, этого старичка. Пообщался с ней так, будто она отвлекла его от крайне важных дел. Может быть так оно и было, но нельзя ли объяснить «практикантке», за которую она себя выдавала, всё чуточку подробнее? Хотя бы для того, чтобы отвязаться от невесть откуда взявшейся на их голову чародейки.

Финикс решила не штурмовать лабиринты неизвестного ей здания, а в том, что там лабиринты чародейка нисколько не сомневалась, и просто расположилась на одном из стульев, находившихся в холле – если этот старик выйдет к ней ещё раз, то снова получит порцию вопросов.

Как и местная гильдия, Лу Фолк не понравился Финикс. Бедный на магические потоки, узкий, весь в камне… Этот город напоминал девушке те места, где она бродяжничала прежде, чем оказалась в Академии. Канавы, улицы, двухэтажные дома... Можно было подумать, что именно в этом городе она и скиталась. Это были неприятный воспоминания о тяжёлых временах и удовольствия они не приносили.

Дверь хлопнула, и в свете факелов появился парень, чуть постарше её. В его облике прослеживалась живость, бодрость и некая заносчивость, что сильно контрастировало с сонной атмосферой этого места.

- Ух ты. Ты кто, девочка?

- И тебе долго здравствовать, – ворчливо поздоровалась Финикс, указывая юноше на отсутствие у него манер.

Незнакомец хмыкнул, состроив гаденькую улыбочку. – Ладно, я тебя тоже приветствую. Так кто ты и что ты здесь делаешь?

- Я ученица, приехала на практику. Жду некую Эвилиссу.

- Вот оно что. И кто тебе сказал про Эвелиссу?

- Слушай, я не знаю, - Финикс начала раздражаться. – Кто у вас тут сидит? Смотритель? Ни ты, ни он мне не представились.

- Тише, тише. – развеселился парень. – Я всё понял, сейчас приведу Эвелиссу. Меня, кстати, Уно́л зовут.

- Рада встрече, Унол. – хотя, по голосу чародейки нельзя было сказать, что она хоть чему-то рада. – Меня зови Финикс.

- Прикольное имечко, – парень вновь хмыкнул и исчез в одной из дверей. Финикс раздражало всё. Этот парень, неведомая Эвелисса и тот факт, что ей нужно доложиться Софии, о прибытии в город. Аристократке-то хорошо – развлекайся и ты вроде как полезен, а ей нужно будет минимум два месяца провести в этой мрачной дыре. Справедливо ли такое разделение на экзамене? Вряд ли. Так же как не было справедливости в её скитаниях в детстве по улицам города, с рисками для жизни каждый день. София-то получила титул ещё при рождении! Нет, никто из её группы не начинал жизнь так, как она. Финикс завидовала, и ненавидела себя за это чувство, чувство с которым не было сил справиться. Дверь открылась и в холл забежала девушка, голову которой обрамляли светлые волосы, закреплённые бесчисленным множеством мелких косичек.

- Ты Финикс? Прости пожалуйста, я прибежала так быстро, как могла. – защебетала девушка. – Смотри. Тут всё просто. К сожалению, мы не можем тебя разместить в гильдии, поэтому пока держи этот ключ. Будешь жить в доме. Он на другой улице, прямо за зданием гильдии. Улица Косая, дом шесть.

Суетливая служащая могла понравиться вновь прибывшей чародейке, если бы последняя не знала о проблемах этого города. Вероятно, и эта вот девушка, стоящая перед ней и протягивающая тяжёлый ключ, тоже замешана в проблемах Лу Фолка. А может и нет. Во всём этом ещё предстоит разобраться.

- Спасибо большое. А чем я тут могу заниматься?

Светловолосая лишь развела руками. – Да нечем тут заниматься. Можешь гулять по городу… пока не надоест. Главное в речные доки не заходи, там опасно.

- А в библиотеку можно будет попасть? – Финикс старалась задать вопрос как можно невиннее.

- Это вряд ли. Ты же практикантка. Да и не мне решать вопрос с библиотекой. А ты зелья варить умеешь?

- Не особо.

- Плохо, а то нам тут хороший зельевар пригодился бы. А ты колдунья?

- Чародейка… Тёмная чародейка, - со вздохом ответила Финикс, поворачиваясь к собеседнице боком. Пора отсюда уходить.

- Ты не огорчайся, если ты тут понадобишься, то я к тебе забегу… или Унол. Мы тут самые молодые, вот и гоняют нас. – Эвилисса тепло улыбнулась.

- Спасибо тебе… Пойду, осмотрю жилище.

- Это правильное решение, - закивала служащая. – Там нужно как следует убраться. Кажется, там уже пару месяцев никого не было.

В доме по указанному адресу Финикс поджидал такой толстый слой пыли, что проще было бы убирать его лопатой. Двигаясь осторожно, чтобы не поднять пыль, чародейка забралась на второй этаж. Тут обнаружились две комнаты, одну явно использовали как склад, а вторая оказалась спальней. Заклинанием убрав большую часть пыли, Финикс села на кровать, расстелила листочек, макнула кончик пера в чернила и замерла. Что написать? В плохом настроении, девушка черканула всего пару закорючек:

«Финикс +»

После этого она старательно свернула листок в трубочку и достала из кармана плоский камушек с начертанной руной – магический якорь, выданный Аезелвалфом. Заклинание, которое ей нужно сотворить, очень сложное. Она должна в завихрениях магических потоков «нащупать» якорь Софии и отправить ей эту записку. Таким сильным мастерам магии как Аезелвалф или София, это задание – раз плюнуть. Они уже на пятом курсе без всяких якорей заклинаниями «таскали» книги и свитки из своих спален, пока другие тратили весь перерыв на то, чтобы успеть всё взять к следующему уроку. Ниона, Авилла и Хейман даже могут не мечтать, что бы таким способом отсылать сообщения. А она. А она может это сделать, но затраты энергии будут огромными.

Финикс решила не рисковать, она открыла взятый с собой «Чаровник Чародея» на странице посвящённой телепортации небольших предметов и нашла нужный шаблон. Аккуратно чернилами перерисовав формулу на листок бумаги, добавив или заменив некоторое элементы и руны, девушка посыпала рисунок песком. Смахнув песок обратно в футляр, Финикс разгладила листок и лишний раз проверила шаблон на противоречия и ошибки. Ошибок не было, а вот противоречие нашлось – под прямым углом друг к другу стояли руна воды и руна звёзд. Это могло бы привести к печальным последствиям, но чародейка заранее разместила в шаблоне «Лунный круг», сменив некоторые магические законы. Её доработанная формула не такая энергозатратная, как в «Чаровнике», чуть менее стабильная, но пока ещё ни разу её не подвела.

Она положила руку на шершавую, с мелкими песчинками песка, бумагу и сосредоточилась. Листок превратился в пыль, не выдержав магического напряжения, а на руке у Финикс закрутился красивый шаблон розового цвета - цвет магии искажений пространств. Девушка осторожно сняла шаблон с руки и положила на стол, установив в центр формулы выданный Аезелвалфом магический якорь. Приготовления завершены, теперь пора начинать сам «Поиск». Нежно касаясь шаблона кончиками пальцев, Финикс «подкручивала» формулу, вращая руны, круги, треугольники. В какой-то момент на нём зажглись белые огоньки, но это не устроило Чародейку, и она продолжала настройку по параметрам ведомой лишь ей одной.

Прошло изрядное количество времени, прежде чем белые огоньки засветились именно там, где нужно. Девушка удовлетворённо хмыкнула, сделала на руке второй шаблон, значительно меньше первого и пропустила через него энергию. Над первым шаблоном негромко хлопнуло и пространство шумно растянулось, начиная вбирать в себя воздух. Финикс схватила свёрнутую в трубочку записку и быстро закинула в стремительно закрывающийся портал. Всё сделано. Ошибки быть не может, она точно отправила записку Софии. Или нет?

Чародейка встала и потянулась, с удивлением отмечая по нарастающей слабости, что потратила гораздо больше энергии, чем рассчитывала. А может быть она просто устала с дороги? Шуршащий звук заставил обернуться и посмотреть на стол. В брызгах розовых искр на стол вывалился дымящийся свёрнутый листок. Финикс осторожно подцепила его ногтём мизинца – ещё горячий – и не менее осторожно развернула.

«Жди инструкций. София.»

Финикс всегда знала, что София действительно сильная чародейка, но чтобы за пару минут справиться с той задачей, на которую у неё самой ушло почти пол часа? Это уже выходило за рамки разумного. Девушка, сдёрнув пыльное покрывало, упала на кровать, закрыла глаза, погружаясь в размышления и не заметила, как провалилась в сон.

23 Ардетик. Утро.

Разбудил её стук в дверь. Финикс вскочила, создав на правой руке атакующий шаблон, а на левой защитный. Только по прошествии нескольких мгновений она поняла где находится, и что стук идёт с первого этажа. Кто там мог прийти? Девушка поднялась, на ходу распутывая волосы и отмечая по льющемуся из окон яркому свету, что наступил новый день. Отодвинув засов магией и толкнув дверь, она увидела на своём пороге Унола.

- Здравствуй, Финикс. – парень упирался плечом в стену дома. – Как тебе на новом месте?

- Замечательно. Зачем пришёл?

Грубый тон чародейки не смутил молодого служащего, тот широко улыбнулся.

- Ты же практикантка, вот и работа для тебя нашлась.

Финикс даже растерялась. Она думала, что про неё забудут и постараются держать как можно дальше от гильдии. Девушка уже приготовилась составлять себе программу дел и развлечений, но всё спутал внезапный утренний гость.

- Я могу позавтракать?

- Конечно, конечно. – Унол улыбался так, будто произошло что-то действительно прекрасное. – Торопиться не надо.

Приглашать его к себе домой она не собиралась. Во-первых, там было до сих пор не убрано, а во-вторых, просто не хотела гостей, особенно незваных. Закрыв дверь перед юношей, Финикс прислонилась спиной к стене и окинула взглядом первый этаж. Ужасно. Столько пыли, всё лежит не на местах, камин холоден… Сколько же нужно приложить труда, что бы тут можно было нормально жить? Вчера вечером она об этом как-то не задумывалась.

Позавтракала она наверху, в спальной, тем, что взяла с собой в дорогу. Кое-как привела себя в порядок и вышла в объятья прохладного утреннего воздуха. Город уже давным-давно проснулся. Открылись лавочки, люди негромко переговаривались друг с другом, между ящиков бегали бродячие собаки, а по крышам мелькали силуэты котов, охотящихся на местных голубей. Люди показались чародейке какими-то тихими. Они тревожно озирались, перекидывались быстрыми фразами, быстро что-то покупали и спешили вновь оказаться дома. А может быть всё это было игрой воображения? Может быть юная чародейка просто перенервничала из-за нового похода в «осиное гнездо», коим она считала местную гильдию магов?

В какой-то момент Финикс показалось, что она заплутала, но именно в то мгновение, когда возникло это чувство, на её стороне улицы показались темно-серые колонны нужного ей здания. Бросив взгляд за спину – ей почему-то показалось, что там слежка – и никого не увидев, Финикс быстрым шагом подошла к дверям, схватилась за холодную ручку и потянула на себя. Внутри её ждал очень знакомый запах, не замеченный при первом посещении. Только что она вышла из помещения где пахло точно также. Пахло пылью. В густой темноте холла она увидела Эвилиссу, общающуюся с каким-то мужчиной. Стараясь не мешать, Финикс подошла к одной из колон и прислонилась к ней плечом. Ждать пришлось недолго. Эвилисса заметила вошедшую чародейку, кивнула ей, что-то сказала своему собеседнику и тот ушёл, скрывшись в одной из многочисленных дверей.

- Ох, как хорошо, что ты пришла, Финикс. Рада тебя видеть. – произнесла подбежавшая к чародейке, светловолосая девушка. – Нам тут понадобилась твоя помощь.

- И я рада тебя видеть, – удивительно, но разговаривая с суетливой Эвелиссой чародейка не испытывала привычного раздражения. – Унол говорил о какой-то «работе» …

- Да-да-да… пошли со мной, - призывно взмахнув рукой светловолосая направилась к дверям. Финикс двинулась следом. За дверью их ждал коридор, ещё более тёмный, чем холл.

- Понимаешь, у нас тут работа накопилась, а времени её выполнять нет. Все страшно заняты…

«Интересно – чем?»

- … и если ты нам поможешь, то просто всех спасёшь.

Она продолжала вести Финикс разными коридорами. Чародейка оказалась права – настоящий лабиринт. Иногда им встречались маги, которым Эвелисса просто кивала. Финикс следовала её примеру, молча приветствуя незнакомцев.

- Кстати, ты мне сказала, что ты чародейка, – продолжила разговор светловолосая. – Унол вот тоже чародей, а я – колдунья.

- И что у тебя за?..

- Что у меня за стихия? – колдунья махнула рукой и ближайший факел выдал столб пламени в потолок. – Основной профиль – огонь.

Повернув у факела, который только что полыхал по приказу Эвилиссы, они оказались перед маленькой дверью. Что бы пройти через низкий дверной проём, пришлось склонить голову. Внезапно, земля просто исчезла из-под ног. Чувствуя что падает, Финикс вскрикнула, но её спасла колдунья, вовремя приняв в объятия оступившуюся чародейку.

- Прости, забыла сказать тебе про ступеньку.

- Да ты уж… пожалуйста… - проворчала Финикс, восстанавливая равновесие.

- Про неё все знают, и я забыла предупредить. Прости пожалуйста. – Эвелисса извинилась ещё раз.

- Мы на месте?

- Вот да. Теперь мы на месте.

Раздался звонкий щелчок пальцами и факелы с рёвом разгорелись, наполняя комнату зеленоватым светом.

- Видишь стол? Это твоё рабочее место. Там за ним стоят стеллажи с карточками. – Эвелисса подошла к шкафу и достала стопку карточек, из под слоя пыли. – Они очень старые и их все нужно переписать.

Финикс взяла карточку в руки и чуть не застонала от отчаяния. Она разочаровалась, когда узнала, что не нужна в гильдии и что не получит доступ в библиотеку, но то было настоящей наградой, по сравнению с тем, что ей предстояло. Глупая, бессмысленная, никому ненужная работа. Ей не просто не дали ничего, её спрятали в какую-то каморку, сокрытую в лабиринте коридоров, что бы она меньше мешала или, что более вероятно, была на виду. Чародейка поднесла карточку к глазам и наклонила так, чтобы поймать больше света от факела.

- Эвелисса, это невозможно… Тут нет света и всё написано ну очень мелко.

- Ну-у-у… свет я попробую тебе организовать. И свежие карточки тебе принесут. – Она махнула рукой в темноту комнаты. – Там есть уборная, а вторая комната – кладовая. Кажется, там тоже могут быть карточки.

- Ты понимаешь, что при всё желании я с этим не разберусь и за полжизни?

- Финикс, сколько успеешь, столько успеешь. Любой твой труд пойдёт гильдии на пользу.

Чародейка отвернулась, чувствуя горячую волну отчаяния. Её просто выключили из группы. Теперь, даже задание Софии казалось невероятно важным и интересным, по сравнению с тем, что теперь её ждёт на протяжении месяцев. А чего она ожидала? Что придя в гильдию, ей сразу всё расскажут, дадут доступ в библиотеку, посветят во все тёмные и тайные планы, если они тут конечно есть, и проведут обряд посвящения? Смешно, просто смешно, если бы не вся эта бессмысленная работа с сухими, пыльными карточками.

- И сколько мне нужно работать?

- До конца практики…, наверное…

- Нет, Эвелиса, я имею ввиду во сколько мне приходить и во сколько уходить.

- А… ну… с утра и до вечера. – колдунья пожала плечами. – Чем больше ты сделаешь, тем будет лучше.

Ожидаемый ответ.

- А если я захочу отлучиться? Погулять по городу? Или просто от этого устану.

- Конечно, это твоё право. – Эвелисса опять пожала плечами. – Никому ты пользы не сделаешь, если начнёшь ошибаться. Только если ты собираешься уйти больше чем на день, то сообщи, пожалуйста.

- Я поняла, и последний вопрос.

- Я слушаю.

- Как отсюда выйти? Я дорогу не запомнила совсем.

- Я за тобой зайду, и помогу тебе выйти. – Эвелисса подошла к злополучной ступеньке кинув на неё быстрый взгляд. – Ты подожди пока что, я скоро вернусь.

Хлопнула дверь и Финикс осталась одна. Она подошла к стене, провела по ней рукой и невесело рассмеялась. Просто работа мечты. Она будет сидеть здесь одна и никого рядом не будет. Одиночество – проклятьем висело на головой. Чародейка взяла одну из карточек, бросила на неё взгляд, не стараясь в ней что-то разглядеть, и кинула её обратно на стол. Возникло острое ощущение того, что её заперли в клетке… Опять.

Глава 6

20 Ардетик. Вечер.

- Везучий ты, Хейман, - Ко́ут со всей силы хлопнул мага по спине. – Единственная девчонка на курсе и едет с тобой.

- И какая девчонка, - протянул Сли́тип. – Просто мечта.

Хейман улыбнулся друзьям. Коут частенько шутил на тему его отношений с Авиллой, а Слитип, в определённый момент обучения, по уши влюбился в Рыжика – как в их группе называли Авиллу. Вероятно, она до сих пор занимала все его мысли.

- Ну конечно. Экзамен – отличное место для общение и романтики, чем же ещё там заниматься?

- Когда вы уезжаете? – Коут уже не улыбался. – Вы вместе будете добираться или врозь?

- Получается, что выдвигаемся сегодня, и да, поедем вместе.

Коут развеселился и захлопал гигантскими ладошами, правда, сразу замолчал и склонил голову. В гостиный зал факультета зашла Авилла. Девушка с прищуром смотрела на группку магов, сидящих у камина.

- Чему это ты так радуешься, Коут? – Авилла прижимала к себе полуторный меч в ножнах и простой охотничий лук без тетивы. – А ты, Хейман, вместо того что бы языком чесать, собирал бы вещи.

- Я всё собрал ещё вчера, - маг нагло развалился на диване. – И просто хочу пообщаться с друзьями перед выходом. Экзамен, все дела…

Но Коут, который никогда не мог скрыть свои мысли и эмоции, виновато пожал плечами. Девушка яростно взглянула на здоровяка, прекрасно читая в его глазах: «Авилла, мы говорили о тебе», слегка покраснела и пошла в свою комнату.

- Да-а-а… - протянул Коут. – Весело тебе будет.

- Ох, не сомневаюсь, - Хейман хлопнул себя по коленям. – С ней скучно не бывает.

Слитип лишь тяжело вздохнул, глядя в огонь камина.

- Ну что? Может быть чуток повеселимся? – Коут достал из-за пазухи пухлую фляжку.

Хейман рассмеялся. – Ну давай! За удачное возвращение!

*****

23 Ардети́к. Ранний вечер.

Авилла взяла шершавую деревяшку и осторожно установила вместе с остальными, стараясь не разрушить заготовку костра. «Шалашик» вышел ровный и красивый - просто загляденье! После этого девушка соединила указательный и большой пальцы в колечко, создав внутри него маленький, красный шаблон и осторожно подула через отверстие. Пушистый язык жаркого пламени окутал заготовку и костёр бодро занялся, весело хрустя березовыми ветками. Девушка посмотрела на своего спутника сквозь искажаемый жаром воздух.

- С кроликом справился?

- Конечно, - Хейман затряс выпотрошенной и освежеванной тушкой.

- А наконечник удалось сохранить?

- Держи, - парень кинул девушке её стрелу, прямо через костёр.

- Осторожнее! Там же оперение!

Хейман мотнул головой, вновь достал дудочку и попытался сыграть мелодию, но Авилла не дала ему насладиться музыкой.

- Хватит играть! Сходи лучше за водой.

- Тебе музыка не нравится, потому что ты сама играть не умеешь. – со вздохом произнёс Хейман, поднимаясь на ноги.

- Нет, мне не нравится, что готовлю еду только я, а ты не хочешь мне помогать. – Авилла слегка покраснела. – А играю я уж точно лучше тебя.

Хейман, взял котелок и рассмеялся. Тот факт, что Авилла умеет играть на дудочке звучал, скорее, как хорошая шутка. Не переставая смеяться, молодой маг скрылся среди деревьев.

Тем временем девушка взяла почищенную луковичку и создала над ней шаблон. Пара движений, и луковичка рассыпалась на кубики. Наверное, какой-нибудь чародей или волшебник замерли бы в ужасе от такого применения магии. Но для Авиллы это была и дополнительная тренировка концентрации, и экономия времени. Участь быть разрезанными магией разделили, имеющиеся у девушки морковка, а так же только что собранный пучок сныти и щавеля. Сложив нарезку на листок пергамента, Авилла в своём рюкзаке отыскала колбу, с кроваво-красным эликсиром. Всё, теперь осталось дождаться Хеймана. На месте где сидел молодой боевой маг, девушка увидела лежащую в траве дудочку, которую она подтянула к себе телекинезом и спрятала в кармане.

Ожидание не продлилось долго, скоро вернулся Хейман, с полным котелком воды. Оба мага установили котелок на костром, а Авилла добавила в него несколько красных капель эликсира для обеззараживания. Все эти походы, жизнь в лесу и на природе, уже стали обыденностью. Постоянные практики, курсы выживания, обучение охоте, чтению следов и много чего ещё входило в подготовку боевого мага, составляя неотъемлемую часть его жизни.

Авилла принялась разделывать ножом тушку кролика, которого удачно подстрелила утром, а Хейман, решивший потренироваться, размахивал своим мечом, перемещаясь между деревьями. Он менял стили, стойки, отступал и нападал, иногда кидал какое-либо простое заклинание. Девушка отвлекалась от готовки, засматриваясь на чёткие и строгие движения её спутника. Как бы не пыталась заглушить в себе этот факт Авилла, но она восхищалась этим воином. Худой и быстрый Хейман, прекрасно чувствовал равновесие тела и баланс оружия. На их курсе, юноша был лучшим фехтовальщиком, если дело доходило до мечей. В руках Хеймана всё превращалось в стальной вихрь, а его хитрые удары и защиты магией превращали молодого боевого мага в серьёзного противника.

- Что? Нравится? – со смехом произнёс Хейман.

Лицо Авиллы вспыхнуло. Она так увлеклась следя за юношей, что абсолютно забыла обо всём вокруг.

- Я… Я просто задумалась.

- Ха-ха, задумалась. Ну я же не дурак, Рыжик.

- Дурак…

Застигнутая врасплох Авилла выглядела настолько растерянно и жалко, что Хейман мгновенно сменил тему.

- Ты говорила, что сражалась с оборотнем, а можешь рассказать подробнее?

- Ты же читал про них…

- Читать и знать – совершенно разные вещи. – Протянул Хейман нарочито нудно протянул Хейман. – Всё же расскажи, кто они такие на самом деле? Где их слабые места? Чего бояться?

- Тебе бояться нечего, – буркнула Авилла, всё ещё чувствуя себя не в своей тарелке.

Хейман широко улыбнулся.

- Да будет тебе дуться, Авилла. Нам с тобой ещё дней пять идти до Лу Фолка. Давай, рассказывай.

Девушка шмыгнула носом, потёрла заслезившийся глаз, в который попал едкий дым от костра и неуверенно начала.

*****

Три года назад.

- Ты посмотри на Авиллу, она так перепугалась, что даже не острит в ответ. – рассмеялся Ше́лог. – Не бойся, девочка, мы тебя в обиду не дадим.

Девушка была бы и рада огрызнуться, но она и правда слишком сильно волновалась. Перед глазами всё ещё стояли тела, разорванные настолько, что даже со своими знаниями анатомии, девушка не сразу догадалась где в этом месиве голова, а где брюхо. Авилла видела многое, многому уже научилась, но то, во что превратили оборотни эти людей… Тогда она боялась, что эти воспоминания навсегда останутся с ней.

- Да не бойся, девчонка, если будешь слушаться, то всё пройдёт хорошо. – Гуро́т посмотрел Авилле в глаза. – В любом случае, тебя прикроют, если ты будешь прикрывать других.

Авилла ответила злым взглядом. Гурот ей очень не нравился. Да, он профессионал, охотник на нечисть, но то, какой он метод избрал для нынешней охоты, не вызывал в девушке ничего кроме отвращения. Она всеми силами пыталась придумать альтернативный план, но все эти попытки были разнесены в пух и прах контраргументами. Да и кто будет всерьёз слушать юного мага, которому сдавать выпускной экзамен лишь через три года? Она не знала, что сказать, Гуроту и просто промолчала. Слово взял старший охотник в группе – Шелог.

- Так, укладывайте девочку спать, Гурот и Луф, вы дежурите первыми.

- А поесть? – этот вопрос вырвался прежде, чем Авилла успела подумать. Все в комнате перевели взгляд на неё.

- А поесть мы тебе не дадим, - ответил ей Шелог, - и сами есть не будем.

- Потому что если вервольф выпустит тебе кишки, - Луф сделал резкое движение рукой, похожую на атаку когтями. - то еда в брюхе сильно сократит твои, и без того ничтожные, шансы на выживание.

Авилла свернулась на жесткой лежанке. Солома колола бок, картина разорванных тел всё ещё стояла перед глазами, а волнение сжимало сердце. Как мог Гурот использовать для приманки целую деревню? А если их перебьют, то кто будет защищать простых людей? Авилла думала, что не сможет уснуть посредине дня, с такими мыслями в голове, но следующее что она почувствовала, как её трясёт чья-то рука.

- Авилла! Авилла, вставай! – это был Шелог. – Только тихо!

Вдали раздался леденящий вой. Оборотни пришли днём? Но это же невозможно! Девушка приподняла голову и огляделась. Домик больше не был залит солнечным светом, а в углах тускло горели зачарованные свечки. Авилла повернулась чуть больше и почувствовала, как в спину упирается холодная сталь. Видимо Шелог положил рядом с ней её меч. Она схватила его за шершавые ножны и медленно потянула рукоять. Руны на серебристом клинке вспыхнули бело-лунным светом. Она вернула оружие в ножны.

- Пожалуйста, не подведи меня. – шепнула девушка и медленно поцеловала холодную сталь гарды.

С кушетки Авилла соскользнула как кошка и мягким шагом пошла к ближайшей бесформенной тени, стоящей возле окна. Снова раздался вой, на этот раз гораздо ближе. Она настолько тихо перемещалась, что тень возле окна даже не повернулась.

- Луф?

- Авилла! Ну ты меня и напугала!

- Луф! Луф, что там?

- Тише! Скоро начнётся.

От волны адреналина у девушки подкосились ноги. Впервые в жизни она поняла, что не хочет сражаться, что хочет просто жить, мирно и спокойно. Это не обычная тренировка с деревянным мечом, это сама Смерть. Но в голову сразу пришли слова, которые произносил её декан – мастер Струт.

- «В этом мире кто-то обязан жертвовать своим сном и покоем, что бы жили в покое и мирно спали простые люди».

Авилла, задыхаясь от страха, со всей силы сжала рукоять меча. Новый вой, казалось, раздался у самого уха.

- Всё! – громоподобно рявкнул Шелог. – Пошли! Живее!

Девушка прижала меч к себе, смотря, как один за другим покидают дом охотники. Вот и её очередь. Шатаясь, Авилла вышла из дома, до сих пор не достав оружия из ножен. Несмотря на то, что почти полная Луна давала много света, девушка, выйдя на улицу никого не увидела, она оказалась одна, от ужаса полностью забыв то, что должна была делать в сражении. Вдруг, мимо неё пробежал Луф, с залитым кровью лицом, на ходу пытаясь зарядить тугой арбалет, кажется, он даже её не заметил.

Авилла рывком достала меч и встав в стойку, огляделась. Она впервые увидела оборотня. В лунном свете вервольф выглядел как волосатая гора мышц, перемещающаяся с немыслимой скоростью. Охотники крутились перед монстром, размахивая мечами одновременно стараясь увернуться от его атак. Девушка уже было двинулась к ним на помощь, как её на полном скаку сбил конь. По крайней мере ей в то мгновение так показалось. Оглушенная, девушка упала в ледяную лужу. Рубашка и штаны вымокли мгновенно. Благодаря тяжелым тренировкам в Академии, Авилла быстро пришла в себя и встала на четвереньки в ледяной воде. Подняв голову, она поняла – сбил её не конь, а второй оборотень. Огромная туша стремительно приближалась, в лунном свете мелькнули длинные клыки.

Авилла спаслась перекатом, поднялась на ноги и выставила перед собой меч. Оборотень быстрый и сильный, но инерцию никто не отменял. Её противник промахнулся, расплескав воду из лужи. Капли серебряным дождём осыпали густую шерсть монстра. Оборотень вновь напал на неё. Авилла закружилась вокруг своей оси, чудом отскакивая и уворачиваясь от гигантских когтей в последний момент. Как только оборотень снова ошибся, девушка мгновенно ударила по нему огненным заклинанием. Она всегда так делала, когда боялась противника. Шерсть на спине монстра вспыхнула. Вервольф молниеносно перекатился, туша огонь о землю, и, не восстанавливая равновесия, прыгнул на неё. Это был столь стремительно и неожиданно, что отскакивая, Авилла попыталась спастись защитным шаблоном. Заклинание не получилось и формула взорвалась, чудом не пронзив осколками девушку.

Авилла задыхалась. Она была прекрасно натренирована, но долго держаться в таком темпе не могла. Вервольфа пошатнуло взрывом – это Шелог удачно кинул гранату.

- Авилла, отвлекай его!

Сказать девушка ничего не могла, стараясь хватать воздух ртом. Отвлечь чем? Мечом? Спасаясь от когтей, она ещё ни разу не атаковала монстра. Магия? Должно сработать. В оборотня полетели множество мелких заклинаний и искр, задача которых была раздражать, а не наносить урон. Кажется, сработало. Монстр вновь принялся атаковать девушку. Авилла маневрировала как могла, видя, как летят в разные стороны капли крови. Шелог широкими ударами наносил раны противнику. Когда вервольф переключался на него, атаковала уже Авилла.

Девушка с ужасом начала понимать, что из-за усталости становится медленной. Мышцы сковала боль, воздуха становилось всё меньше. И в этот неудобный момент, на неё напала вторая тварь. Может быть, Авилла и смогла бы увернуться, но слишком уж она устала. Прекрасный щит из магии, который, казалось, смог бы выдержать удар тарана, лопнул от когтей, изрезав девушку осколками, а левое бедро взорвалось скручивающей болью.

Она упала с криком боли, и, стараясь не выпускать из рук меч, попыталась отползти. Шелог, увидев всю серьёзность ситуации, старался отвлечь оборотней, но им заинтересовался только один. К сожалению, магической мощности Авиллы не хватало, чтобы телепортировать себя в безопасное место, а значит оставалось только атаковать. Она сложила пальцы в сложный знак и создала поток солнечной пыли, стараясь целиться в глаза противнику. Кто-то сильный схватил её за руку, в которой она держала меч и рванул на себя, оттаскивая от оборотня. Это точно был человек. Меч выпал из рук, поток света ушёл в сторону.

- Один уже готов! – раздался рык Гурота. – Поднажмём, ребята!

Авиллу оставили на земле. Окружив обоих монстров, охотники из её команды, с поддержкой резерва, размахивали мечами и посылали толстые арбалетные болты. Иногда, место схватки освещали всполохи магических шаблонов и заклинаний – девушка была не единственным боевым магом в отряде. Авилла не могла спокойно смотреть на такое зрелище оставаясь в стороне, и попыталась подняться, чтобы помочь охотникам. Встать у неё кое-как получилось, но вот до меча она не добралась. Как только девушка перенесла вес на левую ногу, та мелко задрожала и подкосилась. Она вновь оказалась на земле.

- «Что не так?».

Авилла создала шаблон первого пришедшего в голову заклинания – просто для света, и осмотрела себя. Рубашка и штаны, были изорваны во множестве мест и перепачканы смесью грязи и крови. А на левом бедре… Авилла тихо закричала, чувствуя накатывающую дурноту. Это она так среагировала на свою кровь и рану? Или эта слабость из-за усталости и кровопотери? Она еще раз подсветила рану на ноге. В свете шаблона прекрасно виднелись влажные, пропитанные кровью волокна разорванных мышц, вылезающие из глубоких разрезов. Слёзы застилали глаза. Авилла, создала кровоостанавливающее заклинание и попыталась закрыть страшную рану, нанесённую когтями. Кровь прекратилась на мгновение, но стоило слегка пошевелиться, как она пошла с новой силой. Авилла снова и снова «затыкала» рану. Тщетно. Кровь продолжала идти.

- Авилла, ты жива?

Вероятно, это был голос Шелога. Она хотела ответить ему, но вместо ответа из горла пошли рыдания.

- Да жива она, - это был точно голос Луфа. – Вон как пищит! Если бы её хорошо подрали вообще молчала бы.

Внезапно на рану вылилось что-то густое и белое. Ощущение было такое, будто в рану залили кипяток. Авилла закричала с новой силой.

- Потери есть? – спросил Шелог Луфа, занимающегося раной девушки.

- Только царапины, и… и вот это вот. – врач кивнул на Авиллу.

- Сама виновата, - буркнул командир. – Зачем она под него прыгнула? Чуть весь план не испортила.

Сильные руки подняли девушку легко, как пушинку. Мучаясь от страшной, парализующей боли в ноге, Авилла уткнулась лицом в куртку несущего её человека и вновь заплакала, только тихо.

- Гурот, монстров порубить на части и закопать в овраге, отдохнёте после.

- Да, Шелог, будет сделано.

Девушку занесли обратно в дом и положили на ту же самую жёсткую кушетку с колючей соломой. Человек, который её нёс, склонился над раной на ноге и сделал с ней что-то, от чего Авиллу пронзила боль. Она зашипела и попыталась отползти в сторону.

- Авилла, позволь мне заняться раной. – это был Луф. Он и отнёс её в дом.

Но девушка не собиралась так просто сдаваться.

- Прости, Авилла, я не хочу бороться с тобой, выпей это.

С этими словами Луф подал девушке маленький пузырёк. Она недоверчиво посмотрела на врача, но усиливающаяся боль в ноге, заставила сделать маленький глоток. Этого оказалось вполне достаточно. Пузырёк стал невероятно тяжёлым и выпал из ослабевших рук, тёмную комнату заволок белый туман и всё унеслось прочь.

*****

Ночь с 22 на 23 Ардети́к.

- Не понимаю, почему нельзя надевать броню? – Хейман подёргал бороду. Он всегда так делал, когда было над чем поразмыслить.

Авилла с прищуром посмотрела на спутника и осторожно сняла с огня получившееся варево. Хейман – очень умный, но иногда теряется в простейших вещах.

- Потому что никакая броня не спасёт от их удара. – пояснила девушка, ставя котелок на траву. – Может быть латный доспех ненадолго поможет… Но уж лучше уворачиваться, а каждый лишний грамм брони вымотает только быстрее.

- Наверное ты права, – Хейман уже не выглядел таким счастливым и беззаботным, как в начале её рассказа. – Но теперь тебе не четырнадцать лет, и я тебя прикрою, если что.

- Ложку лучше бы достал, - Авилла закатила глаза. – Ладонью что ли хлебать собрался?

Оба мага черпали похлёбку из котелка. Причём, Хейман пытался пропускать свою очередь – видно, что уступал девушке, но Авилла стучала ложкой по краю котелка, и юноша, слушаясь, зачерпывал свою порцию. Не смотря на отсутствие каких-либо изысканных продуктов, Авилла приготовила великолепный ужин. Хейман тоже готовил хорошо, но всегда говорил, что у Авиллы настоящий талант. Ели молча, и в этом, по утверждению девушки, был настоящий плюс – Хейман прекращал разговаривать.

После еды, настроение улучшилось, и девушка вызвалась дежурить первой.

- Ага, хочешь забрать себе вахту попроще?

Авилла ничего не ответила и когда Хейман улёгся возле дерева, достала дудочку. Она осмотрела незамысловатый инструмент в свете костра и поднесла к губам. При первых звуках, Хейман открыла глаза и изумлённо уставился на спутницу. Кто бы мог подумать, что Авилла может играть, да и вообще интересуется какой-либо музыкой? А девушка играла и играла, вытягивая тягучую мелодию, вглядываясь в глаза Хеймана, полные отражённого танцующего огня.

*****

24 Ардети́к. Полдень.

- Лови! - Хейман кинул яблоко, дав ему вращение. Но безупречные рефлексы Авиллу не подвели. Она просто подняла руку, и яблоко, будто притянутое неведомой силой, само легло в ладонь.

- Ещё раз так кинешь, и получишь в лоб, - Авилла сказала это не со зла, а просто потому что привыкла так общаться. Хейман ничего не ответил. Он разлёгся под берёзой, глядя сквозь кроны деревьев на пролетающие в небе облака. Некоторое время он хрустел яблоком, после чего внезапно произнёс:

- А ты в курсе, что плывя по этой реке, можно добраться прямиком до Лу Фолка? Правда плыть придётся против течения, а это долго.

Авилла молчала. Хейман обернулся и увидел, что девушка растерянно смотрит на гладь воды, кажется, она его даже не слышала.

- Хейман, не смотри. Я хочу искупаться.

Юноша со смехом отвернулся. – Здесь? В этом болоте?

А голову прилетел комок влажной земли, заляпавший светлые волосы.

- Авилла, ты чего?

- Нормальная тут вода, Хейман, а теперь отвернись!

Пока девушка шуршала одеждой сзади и с плеском входила в воду, Хейман безуспешно выбирал влажную грязь из волос.

- Ну спасибо, Авилла…

- Ой! Великого воина победили, испортив ему причёску! – девушка фыркнула. – Вот будущее нашей славной Вилларии!

Хейман повернулся и посмотрел на Авиллу. Та стояла спиной, по пояс в воде. Даже отсюда юноша видел красивый рельеф мышц и тонкую осиную талию. Девушка обернулась и посмотрела ему в глаза, на щеках выступил легкий румянец.

- Отвернись, - она хлопнула ладонью по воде, посылая на берег россыпь брызг, которые, конечно, не долетели до Хеймана.

- Ой, да ладно. Чем ты меня сможешь удивить? – юноша повернулся спиной к реке и удобнее устроился под берёзой. Именно в этот момент в его волосы прилетел второй комок грязи.

- Авилла! – Хейман вскочил и яростно посмотрел на девушку, но не увидел её. Всю поверхность реки, где сейчас находилась его спутница, затянул колдовской туман, из которого слышался смех.

- «Ну ладно, сама напросилась». – юноша вновь улёгся под деревом, на этот раз поставив какой-никакой щит. – Авилла, а давай поговорим?

- Ну давай.

- Авилла, а ты никогда не хотела изменить наш с тобой план?

Девушка молчала.

- «Злиться», - подумал довольный Хейман, но ошибся.

- Думала… и не раз.

Молодой маг почувствовал себя оглушённым, как будто береза, под которой он лежал, упала ему на голову. Авилла практически всегда с агрессией встречала любые вопросы об отношениях с ней, чем Хейман иногда пользовался, если хотел вывести девушку из себя. Нормально с ней удалось поговорить только раз, тогда они и решили, что свяжут свои жизни сразу после экзамена. Почему так? Что двигало тогда Авиллой и какие у неё были мысли – не сказал бы никто, кроме неё самой. А сейчас, в этом походе, Хейман открывал для себя совершенно новую подругу: играющую музыку и спокойно отвечающую на его вопросы про отношения. Голова от неё идёт кругом.

Пока Хейман рассуждал, рядом хрустнула ветка. Над ним стояла Авилла, одетая, но босиком. Её длинные, распущенные волосы трепал ветер. Девушка смотрела на него сияя счастливой улыбкой.

- И что ты… что ты думала? – прохрипел юноша.

Авилла слегка наклонилась, заложив руки за спину, и провела кончиками рыжих мокрых волос по его лицу. – Я думаю, что теперь поздно думать. Всё будет после экзамена.

Хейман, кажется, опьянел. Что происходит с Авиллой? Девушку как подменили. Он только лежал и смотрел за тем, как она усаживается перед заготовкой для костра, привычно складывает пальцы колечком и осторожно дует, создавая язык яркого пламени.

- Хейман, ты есть собираешься? Или хочешь до Лу Фолка идти голодным? – голос Авиллы был непривычно весёлым. Такой счастливой он её видел раз, может быть два, но тогда были причины, а сейчас? Девушка создала два шаблона, осмотрела их и приложила к волосам.

- Ты что делаешь?

- Волосы сушу, - с улыбкой ответила Авилла.

- Ты знаешь и косметическую магию? – Хейман готов был спорить, что он сейчас спит.

- Конечно не знаю! И мне нисколько не мешает огромная, холодная, мокрая грива. – последовал саркастичный ответ. – Хей! Хей! Живей! Ставь котелок, Хейман, Авилла очень голодна!

*****

25 Ардети́к. Полночь.

- Хейман! Хейман, проснись немедленно!

Маг наконец вырвался из объятий сна. Как он мог настолько крепко уснуть, если, обычно, просыпается от малейшего шороха? Перед собой он увидел напряжённое лицо девушки, освещенное странным светом. Что-то было не так. Хейман бросил взгляд за спину Авиллы и увидел там рваные клочья светящегося тумана. Правая рука мгновенно нащупала меч, и клинок с шипением покинул ножны. Туман медленно окружал магов.

- Авилла, это «лунные охотники»? «Ночные вестники»? Или…

Из тумана раздался противный скрип.

- «Миражи», - тихо произнесла Авилла.

Оба мага встали спина к спине, вглядываясь в светящиеся облака.

- Авилла, «Солнце» или «Луна»?

Девушка молчала.

- Авилла…

- Замолчи, и дай подумать. – Правую руку девушки окутал сияющий солнечный шаблон. Она осторожно провела ярким кругом по мечу, лезвие которого засияло жёлто-золотым светом. Сразу после этого, девушка создала ещё одно заклинание, и протянула спутнику. Хейман двумя пальцами снял шаблон с руки девушки и с силой вбил его в холодную сталь своего меча, которая также разожглась светом Солнца.

- Низкая стойка, Авилла, бей коротко, старайся не попадать в ритм…

- Хейман, заткнись, я всё знаю...

Не успела девушка договорить, как из тумана, целясь в горло, вылетело призрачное лезвие. Авилла среагировала и отбила атаку, сразу после этого взмахнув мечом крест-накрест. Сзади неё раздался звон – теперь атаки отражал и Хейман. Оба мага стояли на месте, стараясь прикрывать друг другу спину и размахивали яркими мечами, создавая причудливые, широкие, светящиеся фигуры.

Одно из лезвий рассекло Хейману плечо, но он этого даже не заметил, продолжая заговорённой сталью вырисовывать перед собой «солнечную» стену. Авилла не могла сказать точно – сколько противников их окружало. Стоило провести мечом, как сразу с того места, где уже прошла сталь, следовала атака. Девушка как могла сбивала ритм, пытаясь запутать невидимого противника. Оба мага уже несколько минут отбивали атаки, но так и не смогли зацепить никого из врагов. Иногда, девушка жертвовала своей защитой, чтобы прикрыть раненного спутника.

Хейман поставил магический щит, и ударил заклинанием создав воздушную стену в попытке прогнать туман. Но его старания прошли даром. Авилла же сотворила на правой руке световую «пушку», иногда посылая заряды из неё в глубь тумана, и ей повезло больше. После одного из «выстрелов», из тумана раздался пронзительный писк, который сменился отвратительным скрипом. Возможно монстры тоже уставали, а может быть передумали атаковать столь серьёзного противника. Атак становилось всё меньше, и туман стал медленно отходить. Авилла в последнее мгновение отразила атаку, которая почти добралась до её горла, и вновь встала в стойку. Так они и стояли, прижавшись друг к другу спинами, пока на верхушки высоких сосен не упали первые лучи утреннего Солнца.

Хейман устало сел на землю, и кивнул на своё плечо. – Авилла, помоги, пожалуйста.

Девушка сходила за своим рюкзаком, который лежал под другим деревом – «миражей» не интересуют материальные ценности, их интересует свежая плоть. Авилла достала длинный, прочный футляр, раскрыла его и села на колени перед Хейманом. В футляре лежала мелкорубленная, сушеная смесь трав. Девушка взяла щепотку травяного порошка и принялась его жевать, попутно останавливая кровотечение заклинанием.

- Откуда тут «миражи»? – возмущался Хейман. – Так близко от Лу Фолка… Я просто поверить в это не могу…

Авилла молча разжевывала горькую траву, лепила из неё комочек, которым затыкала рану, и вновь брала следующую порцию. Ответить спутнику она не могла, и просто смотрела на него широко распахнутыми, светло-карими глазами.

- Авилла, что здесь происходит? «Миражи» рядом с главным трактом. Ай… больно же!

Девушка продолжала смотреть на юношу и медленно жевать лекарство.

- Как хорошо, что мы пошли вместе. Мне просто страшно представить, что могло случиться, если бы я был один… или если бы ты была одна… Ай! Авилла!

Девушка нарочно сильно надавила на рану, заталкивая очередной клейкий комок.

- Ты прости, что я такой болтливый, просто я немного перенервничал… Что это за трава, Авилла?

- Я не знаю, Хейман. Увидишь Ниону – ткни ей её под нос, может быть она что тебе и скажет.

Хейман понял, что после этой ночи его спутница была не в духе. Это означало, что она не меньше него задумалась над ночным явлением. «Миражи» редко подбираются к городам, или к дорогам, старясь держаться от людей подальше. Эти ночные бестии были крайне опасны, для одиноких спутников, и частенько досаждали наёмникам, гонцам, разведчикам, исследователям. Их главной слабостью была низкая скорость передвижения из-за тумана, от которого было легко уйти, если, конечно, он уже не окружил жертву.

- Ты как, идти можешь? – Авилла собирала свой рюкзак, не глядя на спутника.

- Могу.

- Нам лучше уйти отсюда подальше, найти безопасное место и там отдохнуть.

- Мы опоздаем в Лу Фолк…

- Если ты забыл, из нас двоих старшей назначили меня, Хейман.

- Но…

- София не умрёт, если мы опоздаем на пару дней, тем более, без Аезелвалфа нас с тобой не задействуют.

Хейман лишь развёл руками. Из-за раны и бессонной ночи с мечом в руках, он и правда чувствовал себя неважно, а общее состояние не позволяло вступать в перепалку с девушкой. Кажется, это настолько бросалось в глаза, что не осталось незамеченным для Авиллы.

- Авилла…

- Ну чего ещё?

Её резкий ответ был не проявлением злобы, просто она за него переживала.

- Я правда рад, что ты со мной.

Девушка слегка покраснела и отвернулась, вновь занявшись рюкзаком.

Глава 7

Восемь лет назад.

Алифиса Зора была похожа на сытую ленивую кошку. Она обвела аудиторию довольными, зелёными глазами и неспешно взлохматила пушистую мешанину блестящих, каштановых кудрей. Настолько же расслабленно себя чувствовали и ученики. Они улыбались, довольно громко переговаривались, но, тем не менее, их внимание было сосредоточено на учителе. Мастер легко контролировала весёлую и шумную аудиторию, постоянно шутила и отвечала на вопросы развеселившихся юных магов.

- И вот, мои котятки, уже на этой неделе вы распределитесь по факультетам, - Чародейка длинными ногтями подцепила ягодку малины из тарелочки, стоящей на углу стола. – И я буду рада видеть вас на моём…

- Мастер Зора, а чем отличаются факультеты? – какой-то ученик выкрикнул вопрос с места, но это нисколько не огорчило Алифису. Она, не торопилась отвечать на вопрос, наслаждаясь взглядами притихшей аудитории – сейчас на неё смотрел весь курс. Конечно, все они уже всё знают. Ученики могут задать такой-же вопрос другим учителям, или старшим товарищам. Подставив ягодку под солнечные лучи, Алифиса посмотрела, как та засияла нежным розовым цветом.

- Ну, Зе́рис, вы все знаете, что современная магия делится на три крупных раздела. – Мастер Зора начала издалека. – Первый, и основополагающий для современной науки - это шаблоны. Магические формулы, записанные нашей с вами фантазией и мыслью в этом пространстве. Второй раздел - магия стихий. Тут маг познаёт безграничную ярость Огня, спокойную мощь Земли, упругую силу Воздуха или плавную гибкость Воды. – В аудитории звучал только журчащий голос чародейки, абсолютно все ученики обратились в слух, глотая каждое слово.

- Последний же раздел изучает магическую философию. – В голосе Мастера послышались игривые нотки. – С философией связаны самые изящные дисциплины современной магии: Жизнь и Смерть, Реальность и Искажения… Вот перед вами все три раздела и девять основных дисциплин.

Алифиса развеселилась – очень интересно наблюдать за молодыми учениками, которые уже знают каждое её слово, но слушают этот рассказ открыв рты. Что бы слегка подразнить аудиторию, Мастер отправила ягодку в рот и замолчала. Кто-то заёрзал на стуле, кто-то начал шептаться.

- Так чем же отличаются факультеты? – выкрикнул с места самый нетерпеливый ученик.

- А про какой вы особенно хотите узнать? – Алифиса задала этот вопрос специально, зная, что за этим последует. Поднялся шум. Многие уже выбрали направление и факультет, и каждый хотел узнать именно про «свой» в первую очередь.

- Ладно, давайте по порядку, - насладившись шумом, Чародейка прервала гвалт одной негромкой фразой. Ученики вновь обратились в слух. – Факультет Стихийной магии, как следует из названия, делает основной упор на исследование стихий, а стихийных магов называют – колдунами. Там, по основному профилю вам необходимо будет освоить две стихии и одну дисциплину философии... Но если вам лень, то можете изучить лишь одну стихию, по базовому курсу, я вам разрешаю…

Ученики рассмеялись. На сегодняшний день, каждый факультет мог чем-то привлечь к себе учеников. У факультета Магической философии была яркая и весёлая Мастер Зора. Факультетом стихийной магии руководил Трен Мезил, под руководством которого, практически гарантированно можно было устроиться в жизни. Факультет Боевой магии славился своей дружбой и возможностью продолжить карьеру в армии. А вот с факультетом Черной магии всё было не так просто. На данный момент его возглавлял бывший предатель и тиран – Иносар Эней. Кого-то он пугал, а кто-то честолюбиво рассчитывал многому научиться у одного из величайших чародеев в истории. Факультет же Базовой и Высшей магии был востребован всегда. Именно на нём ученики начинали обучение, и лишь спустя три года, при желании, могли перейти на другой факультет. Но далеко не всем хотелось менять обстановку, а кто-то пытался достигнуть большего в магической науке. Поэтому, практически во все времена, факультет Высшей магии был самым многочисленным.

- Чародеев и чародеек – мастеров магической философии – готовят на факультетах Магической Философии и Чёрной магии…

- А правда, что с факультета Черной магии выходит наибольшее число предателей нашего королевства? – послышался звонкий голос одного из учеников.

Алифиса перестала улыбаться и перевела внезапно похолодевший взгляд на говорившего. Все испуганно замолчали. Никто не знал, что будет, если разозлить Мастера Зору, но почему то все до ужаса боялись это сделать. Чародейка погладила ягодки, не сводя взгляда с задавшего вопрос, и произнесла неожиданно громким голосом:

- Запомни, Ко́дир… все вы хорошенько запомните: оценивая что-то, или кого-то, учитывайте все аспекты, и хорошие, и плохие. – В ледяном голосе Мастера больше не было веселья. – Факультет Чёрной магии выпустил наибольшее число охотников на демонов и прочую нечисть. Из их рядов вышло рекордное количество охотников на чёрных магов и ведьм… Три столетия назад, факультет Чёрной магии единственный, кто выпускал магов-драконоборцев, и, этот факультет, опять же единственный, где до сих пор идёт подготовка тёмных целителей. Поэтому, я повторяюсь, не торопитесь оценивать ситуации, людей, организации… да что угодно! Нельзя судить лишь по одной мере, иначе вы рискуете допустить серьёзную ошибку. Вы поняли меня?

- Да, Мастер Зора! – хором ответили ученики.

- Вернёмся к нашим птичкам, - Алифиса лениво улыбнулась и озорным взглядом окинула аудиторию, лишь на мгновение задержавшись на Софии Ферре. – Факультеты Магической Философии и Чёрной магии готовят мастеров магической философии – чародеев. Отличие лишь в том, что на факультете Чёрной магии делают упор на разделы Жизни и Смерти.

Вновь живое обсуждение сказанных слов. Юные маги делились друг с другом своими мыслями и хвастались своим решением поступать на один из двух названных факультетов.

- А факультет Боевой Магии готовит цвет нашего государства – боевых магов…

Рассказ Чародейки прервал звук, который, должно быть, должен был изображать волчий вой. Все с ужасом переводили взгляд с осмелевшего ученика на Мастера Зору и обратно, ожидая вспышки гнева от учителя. Но чародейка рассмеялась и магией через всю аудиторию отправила одну из ягодок дерзкому ученику. Тот принял её, также магией.

- Рискну предположить, что туда ты и направляешься, Хейман, - Алифиса несколько раз хлопнула в ладоши. – Желаю вам большой удачи и успехов на этой трудной дорожке.

- Спасибо, Мастер Зора! – крикнул с последнего ряда мальчик и отправил ягодку в рот.

Чародейка вновь вернулась к повествованию.

- Боевые магии обычно осваивают одну стихию. Чаще всего это огонь, реже - воздух. И, крайне редко, касаются философии… И это правильно: на войне надо всё громить мечом и магией, а не рассуждать о ценности магических закорючек…

Аудитория утонула в смехе, которым вновь и вновь наслаждалась Мастер Зора. Она обожала преподавать, смотреть, как растут её ученики, как они штурмуют вершины знаний и добиваются чего-то нового…

- И последний факультет – факультет Базовой и Высшей магии. Тут вы начали познавать основы магии, тут же многие из вас останутся. Вы так же станете чародеями и колдунами, а может быть кто-то из вас справится со всеми сложностями учебы и станет волшебником - универсальным магом, которому подчинятся все разделы современной науки. Тому, кто осмелится выбрать этот путь, придётся осваивать все дисциплины в полном объёме. Вам предстоит очень долгая дорога - потребуются десятилетия, прежде чем из вас выйдет толк… Но труды того стоят, поверьте мне.

В который раз в помещении поднялся шум. Теперь пошли рассуждения на тему – чей факультет лучше. Но, не смотря на то, что Алифиса больше не хотела вести урок, дебаты не успели разгореться – ударил большой колокол, возвещающий о завершении занятия. По правилам все должны были ровно сесть и ждать разрешение учителя, чтобы покинуть класс. Но Мастер Зора не обременяла себя правилами и этикетом, разрешая всем разбегаться, как только по стенам Академии разнесётся гулкий удар колокола.

- Мастер Зора, а по вашему мнению, какой факультет лучше? - этот вопрос задала девочка с двумя черными косичками.

Понимая, что сейчас Мастер начнёт отвечать на интересный вопрос, ученики замерли в довольно забавных позах на тех местах, где сейчас находились.

- Нет никаких сомнений, что самый лучший факультет – мой. – Алифиса Зора скорчила рожицу и опять зал залился смехом. – И я была бы очень рада видеть вас, София, именно на нём.

Девочка задавшая вопрос покраснела, что было видно даже сквозь южный загар, но взгляд карих глаз не отвела.

*****

27 Ардети́к. Позднее утро.

Ниона перебирала траву и раскладывала её на столе. Всё это богатство надо будет высушить, что-то измельчить, а из-чего-то сделать настойки. Целительница перевела взгляд на полочки, с гордостью любуясь стоящими на них пухлыми, блестящими бутылочками. Самым сложным в её задании – было начать процесс, и начать целительница решила с простого. С того, что потребуется не группе, а жителям, если они придут к ней с проблемами. Вот эта круглая бутылочка с настойкой коры дуба, а эта, вытянутая и высокая, тоже наполнена настойкой, но уже из корневищ валерианы… Основной запас соцветий, коры, листьев и трав, Ниона была вынуждена закупить, так как для некоторых из требуемых ей фракций был просто не сезон.

Девушка не любила заранее создавать сбор, стараясь делать это при пациенте, попутно объясняя, как именно его применять. Настойки, отвары и вытяжки - дело простое. Иную сложность представляет производство зелий. Там необходимые фракции используются в других дозах, иногда, туда добавляют яды или опасные вещества, где под воздействием других элементов они должны распасться, соединиться или преобразоваться образовав нечто новое. Следующей ступенью являлись эликсиры. Это были те же самые зелья, но уже с добавлением магии. В булькающем вареве, современные маги топили сотворённые шаблоны, чертили руны на котлах и кастрюлях, произносили заклинания или изрекали целые песнопения. Но самой высшей точкой искусства были и остаются – микстуры. Микстура представляет из себя сложный состав, созданный из нескольких зелий, эликсиров, отваров, первооснов или настоек. В микстуры добавляются целые свитки заклинаний, а количество шаблонов и заклинаний переваливает за несколько десятков. Благо, микстуру нужно было приготовить только одну и Ниона с ней не спешила, оставив её «на потом».

Справа от баночек с настойками лежало «гнездо» из переплетённых ивовых веток. Это «гнездо» было заготовкой, для её будущего венка на праздник. Девушка обожала плести этот светлый символ, отдавая кропотливому занятию бездну времени и сил. Результаты были тоже ошеломляющими. По своему скромному мнению, да и не только по-своему: лучше Нионы никто венок сплести не мог.

Трава ложилась в ровные, идеальные кучки, руки целительницы порхали над столом, уверенно отделяя хорошие травинки от плохих. Иногда, порыв теплого ветра слегка раскидывал разобранные стебельки. Но Ниону это нисколько не беспокоило, да и окно закрывать не хотелось, уж очень приятен был ветер. Работающую в чётко-выверенном ритме целительницу отвлёк стук в дверь. Отряхнув руки от травяной пыли, девушка быстрым шагом направилась к двери, на ходу подвязывая волосы лентой – мало ли что там за дверью, и какая работа предстоит, лучше бы волосы не мешались.

Толкнув входную дверь, Ниона увидела на пороге маленькую девочку, держащую за ремешок козу. Гостье было лет пять, может быть шесть. Волосы цвета спелой пшеницы, лицо щедро усыпаны веснушками, одета в красное платьице в белый горошек. Смотрит серыми глазами и улыбается, заведя вторую руку за спиной.

- Здравствуйте, целительница, – голосок звонкий и бойкий. – А я козу привела. Сможете помочь? – Девочка слегка дёрнула ремешок, и коза издала жалобное меканье.

- Звёздной ночи тебе, - Ниона почти рассмеялась, столь забавна была картина. – И что с твоей козой?

- Болеет она, - снова рывок и снова жалобное «Ме-е». – Мама сказала отвести к вам.

Ниона перевела взгляд на животное. Вроде выглядит неплохо, только какая-то вялая и глаза полуприкрыты.

- А это вам, - во второй руке, спрятанной за спиной девочки, оказалась веточка лесного ореха, на которой выделялись плоды прикрытые плюской. – Я его сама сорвала, для вас.

- Спасибо большое, - Ниона совсем развеселилась. – Как тебя зовут, дитя?

- Физа́ла.

- Ну пошли со мной, Физала, - произнесла целительница, прижимая веточку к щеке и забирая у девочки ремешок. – Посмотрим, что с твоей козочкой.

За домом стоял маленький, но крепкий и надёжный сарай. Сейчас он пустовал – у Нионы не было времени возиться с живностью. Туда целительница и решила временно поместить козу, если это понадобится. Они завернули за угол, оказавшись перед воротами сарая, в тени, создаваемой домом. Девушка встала на колени перед животным и провела рукой вдоль шерсти.

- Как её зовут?

- Ора.

Ниона приступила к осмотру, но Физале стало скучно, и она начала рассказывать всякую всячину: о том, как она играла с другими детьми, какой интересный жук ей попался этим утром, какую булочку она когда-то съела и…

- Я думала меня мама отправит к другой целительнице… Ну та, что в лесу, где тот орешник растёт. – задумчиво рассказывала девочка, играя ручками с высокой травой. – Но мама сказала, что козу нужно вести сюда, потому что целительнице доверять нужно…

Ниона замерла, прервав осмотр. Дети не умеют следить за своим языком, а их непосредственность раскрывает множество тайн и, кажется, только что была раскрыта ещё одна. Девушка провела языком по внезапно высохшим губам, думая, как выведать больше про «другую целительницу» - ведьму.

- А ты могла бы мне помочь? – Ниона прервала нескончаемый словесный поток девочки. – Мне без тебя ну никак не справится.

Ротик Физалы превратился в идеальную букву «О», после чего маленькая гостья повеселела, восхищаясь тем, что сама целительница, жрица Теи, просит её о помощи.

- Могу, конечно могу! А что нужно сделать? – светло-серые глаза ребёнка блестели в предвкушении чего-то интересного.

Теперь необходимо действовать осторожно. Как Физала проговорилась про ведьму, также Ниона может проговориться про свой интерес к этой самой ведьме. Не торопясь формулируя мысль, целительница начала:

- Понимаешь… ммм… я тут новенькая и совсем не знаю округу. И, я думаю, ты мне сможешь помочь.

Физала радостно закивала.

- Ты угадала, я очень люблю орехи, - Ниона помахала веточкой. – И мне хочется набрать их для себя… как можно больше.

- Они там растут, - девочка махнула рукой в сторону западного леса, заставив сердце Нионы забиться чаще. – Мы сейчас пойдём?

Целительница задумалась. Пойти сейчас хорошая идея, но слишком уж страшно. А вдруг они встретятся с ведьмой, собирающей травы?

- Нет, а то твоя мама забеспокоится, – наконец решилась целительница. – Вот заберёшь козу, тогда и сходим.

- А что с ней?

Ниона взглянула на животное. Действительно, что с ней? Осмотр особо ничего не дал. Только под носом была странная корка засохшей фиолетовой слизи. Девушка несколько раз провела рукой по шерсти животного, которое, казалось, вот-вот упадёт от усталости.

- Скорее всего она простудилась… но я её вылечу, не беспокойся.

- Вы, очень хорошая целительница, - улыбнулась Физала. – А орехи мы обязательно наберём! Целую корзину!

Распрощавшись с весёлой, жизнерадостной девочкой, Ниона вернулась домой, взяла со стола травинку, и, зажав её между зубов, легла на кровать. В голову, словно ручеёк между камней, потекли мысли о том, что удалось узнать в последнее время. Очень странным казался тот факт, что со дня её прибытия, целительницу ни разу не пригласили на работу в поле. А поля тем не менее ухожены. Те же самые фруктовые сады выглядят прекрасно. Более того, судя по растущим здесь растениям, в деревнях вокруг Лу Фолка использовалась технология трёхполья. Кто обладает такими знаниями? Местные травники? Возможно. Ведьма? Тоже возможно. Девочка говорила о ней без страха, как говорила бы о любом другом жителе её деревни. Очевидно, что отношения с ней у местных очень неплохие. Опять же, серьезных болезней у людей нет, колодцы хорошие… Так, стоп! А что с козой?

- Ора. Её зовут Ора. – пробормотала девушка рассматривая потолок своего жилища. – Чем же ты больна, Ора?

В памяти всплыла та самая фиолетовая корка под носом козы. Никакая болезнь с таким симптомом в памяти не всплывала. Снова открывать энциклопедию? Девушка лениво перевела взгляд на полку, что находилась напротив входной двери, и взглядом нашла книгу в зелёной обложке. От следующей мысли целительница вздрогнула и резко села на кровати. Фиолетовый – цвет магии Смерти! Животное проклято? Или эта коза нашла «источник»?

Ниона покрылась холодным потом от мысли, что в самой деревне, или в её окрестностях, может находиться «источник» магии Смерти. Если это так, то она уже должна бежать в Лу Фолк и поднимать панику, писать в столицу, вызывать темных целителей, волшебников и чародеев. В голове пронёсся весь спектр мероприятий, который она должна выполнить немедленно.

«Сейчас бы пригодился совет Софии, а ещё лучше помощь Финикс».

Но их рядом не было. Было только бедное животное с опаснейшим симптомом и чудовищный груз ответственности. Каждая секунда могла унести чью-то жизнь.

«Успокойся, Ниона! Сначала убедись, а потом уже паникуй» …

Ещё раз вздрогнув от ужасной мысли, девушка бегом покинула своё жилище, направившись к запертой в сарае козе.

*****

27 Ардети́к. Ранний вечер.

Нет, эта работа была хуже, чем могла представить себе Финикс. Пыль, казалось, въедалась в руки, делая их такими же сухими, как и эти старые карточки, от недостатка света болели глаза, постоянно хотелось спать. Девушка взяла очередную бумажечку, борясь с желанием закинуть её подальше, макнула перо в чернила и занесла руку над пустым пергаментом. Нет, хватит. Финикс медленно поднялась со своего места и потянулась, разминая затёкшую спину.

«Сколько сейчас времени»?

Так она ничего не узнает и будет бесполезной для группы. Следующая мысль показалась безумной и вызвала такой всплеск адреналина, что закружилась голова. Но она уже рисковала своей жизнью, знает, что это такое! Почему бы не попробовать это сделать сейчас? Да и не будет жизнью она рисковать, не так уж это и опасно. Или всё же опасно?

Девушка откинула волосы и мягким шагом подошла к двери, прислонившись к нему ухом. Тихо. На руке закрутились шаблоны. Финикс задумалась, глядя на большие, белые круги. Размышляла она недолго, круги окрасились в бирюзовый, на них начали появляться руны и фигуры магической формулы. Финикс опасалась, что на дверь наложено заклятье и стоит ей выйти, как об этом станет известно. На каждом шагу были враги и об этом не стоит забывать. Враги?

Шаблон тихонько звякнул, словно хрустальный бокал, и прилепился к двери. Касаясь его пальцами, чародейка вращала круги и переставляя руны. Но проведённые тесты никак результатов не дали. Вернее дали: либо дверь не подвергалась заклятию, либо его установили столь искусно, что у Финикс просто не хватает навыков это распознать.

Чародейка не стала бить шаблон, а потратила энергию, тихо его «растворив». Несколько раз вздохнув, вслушиваясь в звук колотящегося сердца, девушка толкнула дверь. За ней оказался всё тот же мрачный коридор. И Финикс пошла исследовать всё, вокруг своей «камеры», как она её называла. Маршрут от выхода и до её кабинета был давным-давно заучен, теперь следовало узнать больше, стараясь не попасться на глаза. Вспыхнул и погас розовый шаблон, заглушая шаги и дыхание чародейки. Любая скрытность и незаметность пригодится в столь бесшумном помещении.

В левой ладони Финикс держала маленький, заранее заготовленный шаблон, на котором мыслями чертила карту, отмечая повороты, двери, перекрёстки. Очень скоро она поняла, что коридор идёт как бы «вокруг» комнаты, в которой она переписывает карточки, и что этот самый коридор довольно редко используют. Правда случилась одна неожиданность: когда девушка кралась по одному из ответвлений, перед ней открылась дверь и из неё вышел маг. Благо он был увлечён книгой, которую держал в руках, и не заметил девушку, тенью метнувшуюся в углубление в стене.

Финикс вжалась спиной в холодный, неровный камень, стараясь не дышать. Маг пройдя мимо неё, остановился, задумчиво вглядываясь в книгу. На волосы девушки упало что-то тяжелое и зашевелилось. Рвануть, пробежав за его спиной, или остаться на месте? Маг круто обернулся и пошёл обратно. Финикс зажмурилась, опасаясь, что глаза дадут отблеск от факелов. Ей повезло: гильдейский работник прошёл мимо, не заметив стоящей в темноте девушки. Хлопнула дверь. Видимо мужчина что-то забыл и решил вернуться.

В волосах продолжалось шевеление. Финикс подняла руку и схватила мягкое нечто, стараясь не повредить. Поднеся пойманное существо к глазам, осветив его шаблоном, чародейка увидела у себя в руке крупного чёрного паука, который жвалами безуспешно пытался прокусить кожу на ладони.

- Я тебя потревожила? – шёпотом произнесла девушка. – Беги-ка ты домой, малыш.

Схватив паука за заднюю лапку, Финикс осторожно положила многоногое существо на пол. Паук, быстро перебирая ворохом конечностей, скрылся в щели между камнями. И ей тоже нужно было уходить – маг в любой момент мог вновь выйти по своим делам, и увидеть чародейку.

Двигаясь бесшумно, растворяясь в полумраке коридора, укрытая магией искажения, Финикс вернулась в себе в «камеру». Теперь её занимали не карточки - их она практически перестала замечать - теперь её увлекла новая мысль об исследовании гильдии. Она найдёт маршруты, разобьёт тут всё на сектора и выучит каждый поворот наизусть, шаг за шагом. А потом? А потом будет библиотека, куда она проникнет без разрешения, ломая защитные заклинания и охраняющие чары… Финикс потянулась, устраиваясь удобнее на жёстком, деревянном стуле.

- Напрасно вы меня сюда впустили, котятки. – довольно протянула чародейка. – Я из вас вытяну всё.

Безусловно, девушка думала о том, что за ней могли следить, что все её перемещения могли вычислить, что её выход из кабинета не остался без внимания. Но такие мысли Финикс отбрасывала. Даже если это и так, то что ей оставалось делать? Сидеть дальше и успешно не выполнять возложенное задание? Бояться каждого шороха? Нет. Улица научила её осторожности, внимательности, дерзости, риску.

«Риск – это улыбающаяся маска Смерти». – ходила поговорка в Вилларии. Но мало кто действительно понимал её, а ещё меньше знали продолжение. – «Рискуй чаще, и Смерть обязательно улыбнётся тебе».

Финикс не боялась. Она не будет играть по правилам гильдии. Заперли? Её запирали не один раз, но она снова и снова оказывалась на свободе. Находясь в прекрасном настроении, чародейка дрожащей рукой заполняла карточку за карточкой, не замечая усталости и времени. Новая идея и новая задача разожгли в ней такой огонь, что бессмысленная работа начала приносить удовольствие. Ещё бы, теперь эта работа – прикрытие для более важного дела.

В дверь постучали. Финикс бросила мрачный взгляд в сторону звука. На её руках закрутились яркие шаблоны мощных заклинаний, которые были мгновенно укрыты и укреплены под столом. Если что-то пойдёт не так, то она просто опустит руки под стол, не задумываясь о заклинаниях, и нанесёт удар. Дверь открылась, впуская гостью – Эвилиссу. Колдунья агрессивно не выглядела, её облик был пропитан усталостью.

- Что за день? – трагичным голосом возвестила вошедшая, всплеснув руками. – Ты не против поболтать? А то я скоро с ума сойду.

- Не против, - буркнула Финикс, держа одну руку под столом. – Сомневаюсь, что у тебя работа хуже моей.

Эвилисса тихонько рассмеялась.

- Что верно, то верно… Ты как тут? Освоилась?

Финикс молча махнула рукой на стопку карточек, заполненных ею за этот день.

- Это ты за сегодня сделала? – округлила глаза колдунья. – Я столько лишь за неделю могла переписать.

Чародейка вновь промолчала и слегка пожала плечами. Правая рука всё ещё находилась внизу, чувствуя вибрацию и тепло установленного под столом шаблона. Знает ли гостья, что в неё направленно заклинание, способное, нанести травмы, а при невероятной удаче, и убить её на месте? Навряд ли: она колдунья, и не может обладать такой чувствительностью как волшебники, или чародеи.

- Я гляжу, ты не очень разговорчивая сегодня. – Эвилисса посмотрела на чародейку. – Совсем настроения нет?

- Всё хорошо, просто устала… Может быть уйдём сегодня пораньше?

Колдунья вновь округлила глаза. Было видно, что предложение Финикс её заинтересовало.

- Мысль хорошая. Правда ещё смотритель на проходной сидит. Как только он отойдёт, то мы и попробуем уйти.

Финикс кивнула и попыталась принять более расслабленную позу, стараясь не терять концентрацию.

- Может быть поговорим? – продолжала напирать Эвилисса. Она подошла к столу, отодвинула стопку карточек и села на его край. – У тебя же Мастер Эней был деканом? Каков он?

Чародейка задумалась. Странный вопрос.

- Ммм… никакой… Нет, он… опустошающий. – Задумчиво начала Финикс, постепенно теряя концентрацию. – Он «выпивает» из тебя всё, любые эмоции и силы… я не могу это объяснить, это надо чувствовать.

- А как он как учитель? Вы с ним общались?

Финикс мрачно посмотрела на колдунью.

- Он ни с кем не общается, и у него нет любимчиков.

- А как он тебе?

- Прекрасный преподаватель…

- Нет, - замотала головой Эвелисса. – Как он тебе лично?

Чародейка уже хотела было высказать колдунье всё. И про гибель родителей, и про жизнь на улицах города, и про свою ненависть, но вовремя остановилась. Нельзя так просто раскрывать душу перед незнакомым человеком.

- Никак. Не могу ничего толком про него сказать…

Эвелисса странно посмотрела на Чародейку. Может быть она ожидала другого ответа? В комнате повисло молчание. Финикс осторожно, стараясь подавлять шум, «зачёркивала» свои боевые шаблоны, продолжавшие жадно пожирать её энергию.

- Ну ладно, вероятно, смотритель скоро уйдёт – продолжила разговор колдунья. – Предложение в силе? Попробуем убежать?

Работать Финикс не хотелось, поэтому на вопрос она ответила согласием. Смотрителя на месте не оказалось, и обе девушки без проблем покинули здание гильдии. Эвелисса прикрывала глаза рукой, от лучей вечернего Солнца, Финикс опустила голову вниз. Шли молча, пока не оказались возле шумного фонтана, расположенного напротив городской ратуши. Фонтан изображал воина знаменитого Северного легиона, сражавшегося с драконами в далёкую Вторую эпоху. Белый мрамор и летящие в сторону брызги воды подсвечивались заходящим оранжевым Солнцем, создавая волшебную иллюзию живости всей композиции.

- Слушай, может быть сходим куда-нибудь? – внезапно задала вопрос Эвелисса. – Я приглашаю.

Финикс хмуро взглянула на колдунью и отвернулась. От яркого, вечернего света слезились глаза.

- Ну давай, раз приглашаешь, – не поворачиваясь ответила чародейка. – Где тут неплохо?

- Неплохо тут в «Белом коте» … Это одно из самых дорогих заведений. – Эвелисса закусила губу и посмотрела на людей, гуляющих на улице. – Туда и направимся.

Следуя по переулкам за новой знакомой, Финикс удивлялась двум вещам: во-первых, откуда у колдуньи столько денег, если она так просто может позволить себе пойти в одно из лучших мест в городе, а во-вторых, с чего бы это гильдейской служащей приглашать практикантку?

Лу Фолк – шумный город. Тут было принято поздно ложиться спать, а некоторые спать не ложились вовсе, гуляя всю ночь. Ночная стража унимала особо буйных, некоторых даже сажали в местную тюрьму, что, по услышанным рассказам, нельзя было считать серьёзным наказанием. Маневрируя в толпе, обе девушки, наконец, добрались до таверны. Из открытых дверей заведения слышалась весёлая струнная музыка, лился приятный жёлтый свет, а какой сладкий был запах жаренного мяса!

27 Ардети́к. Вечер.

- Ты чего такая мрачная? – в глазах Эвелиссы блеснул отражённый огонёк свечи. Она оторвала кусочек курицы, макнула его в крупную желтую соль и посмотрела на то, как кристаллики облепили мясо. – Не нравится утка? А я говорила, что надо брать курицу! Хотя, побывать в Лу Фолке и не заказать рыбу – вот это настоящее преступление! Но вот если очень честно, то я её уже видеть не могу.

Колдунья ела неторопливо, разделяя мясо по волокнам. Этим вечером, в «Белом коте» посетителей практически не было. Пара наёмников, какой-то вельможа и компания офицеров городской стражи, которая подозрительно тихо себя вела. Рядом со столом, где расположились девушки, на перилах, не обращая внимания на шум, дремал пушистый белый кот, дёргая во сне усами – очевидно, символ этого заведения.

«Кто любит этот солёно-сладкий вкус? Да ещё и с мясом.» - удивлялась Финикс, бросая взгляд на баночку с жёлтой солью.

- Понимаешь, поругалась я с лучшей подругой, так ещё нас и развели по разным практикам. – задумчиво ответила чародейка. – Боюсь, что теперь не будет возможности извиниться.

- Это почему?

- Испортили отношения и разъехались, – Финикс осторожно снимала со своей утки жирную кожицу, подрумяненную на огне. Как и её собеседница, чародейка ела руками. – Так конфликты не решаются, нужно разговаривать и объяснять свою позицию.

- Ну так поговоришь позже, когда вернёшься, – Эвелисса вновь взяла баночку с жёлтой солью и осторожно насыпала горку кристаллов на край тарелки. – Проблема-то в чём?

- Будет поздно. Сейчас нас с ней питает ненависть, злость… К этому легко привыкнуть.

Врать у Финикс получалось очень легко и просто, этим она занималась с детства. Для выживания на улицах большого города требовались: смекалка, навыки общения, ловкость, чуткость, внимательность, и ещё множество свойств, навыков и талантов. Нужно быть хищником. Пусть ты будешь маленьким хищником, уступающим дорогу более крупным, не беда, главное – не стать жертвой.

«Интересно, верит-ли она мне?» - пронеслось в голове у чародейки, щедро посыпавшей острой красной солью жаренную утиную кожицу.

Складывая всё, что она услышала, вспоминая расспросы о Мастере Энее, чародейка выстраивала определённую картину, которая, с одной стороны, пугала, а с другой вызывала неподдельный интерес.

«Завербовать меня хотите»?

Финикс чуть не рассмеялась от мысли, сдобренной солидным количеством паранойи. Либо она изрядно переволновалась сегодня, и делает слишком мрачные выводы, либо про неё в городе знают. Если знают про неё, то вероятно знают и про всех остальных. Финикс почувствовала себя в ловушке, в мышеловке, которая вот-вот захлопнется и сломает хрупкий хребет.

27 Ардети́к. Поздний вечер.

Хлопнула входная дверь. Финикс разжала ладонь, и маленький белый шаблон осветил комнату бледным светом. Теперь тут было не так ужасно. Убрана пыль, вещи уложены на свои места, очаг вычищен и готов напитать теплом огня дом. Чародейка поднесла шаблончик к глазам, вглядываясь в линии и узоры. За приоткрытым окном совсем стемнело. Иногда оттуда доносились громкие голоса загулявших компаний, шаги ночной стражи или стук копыт.

Финикс сидела перед очагом, переливающимся тусклыми, красновато-оранжевыми красками. Тут хотя бы не мёрзли руки. На низком столике лежал постепенно тускнеющий белый шаблон, а чародейка, макая стальное перо в тушь, перерисовывала линии. Время у неё есть, а значит, скоро будет карта всех помещений гильдии.

Глава 8

27 Ардети́к. Ранний вечер.

София вертела в руках прилашение и старалась держать голову ровнее, что бы служанке было проще расчёсывать волосы. Приглашение в украшенном конверте доставили сегодня утром, когда чародейка ещё спала. Конечно о её присутствии уже знал весь город - визит аристократки из другого королевства не может остаться незамеченным. Это заставляло нервничать Софию, и успокаивало одновременно. Плохо, что о ней знают, но хорошо, что она «на виду».

Девушка посмотрела на оборотную сторону приглашения. «Вильсо Вильсора» - очень знаменитая театральная труппа, выступающая, в основном, в Вилларии, хотя, и в Лорелию они также частенько заезжали. Цены на их билеты были ну очень большими, и София подозревала, что основная плата идёт за само имя труппы, а не за их выступления. В тоже время, огромные цены не означали, что простым людям попасть на выступления было невозможно. Руководительница труппы Малли́са Фо́рта - это имя, не сомневалась София, было псевдонимом - устраивала и уличные представления, беря с простых людей совсем ничтожные деньги, или не беря их вовсе. Насчёт покупки билета виконтессе беспокоиться не приходилось, кто-то уже вложил его в приглашение. Даритель пожелал сохранить анонимность, обещая «засвидетельствовать почтение при личной встрече». Разумеется, София не собиралась игнорировать приглашение. Во-первых: не для того она приехала сюда, что бы всё пропустить и ничего не узнать, а во-вторых: если в Лорелии отказ считался явлением обычным, то в Вилларии наоборот – отказ без веских причин мог обернуться нарушением этикета.

- Ну, рассказывай, как прошло свидание? – прерывая молчание, София протянула руку к зеркалу, и отклонила его так, чтобы видеть не себя, а лицо стоящей за её спиной Сои. Служанка мгновенно вспыхнула. Некоторое время она собиралась духом, не прерывая своего занятия – расчёсывания волос виконтессы гребешком, выполненным из бедренной кости королевского грифона искусным мастером.

- Ну… Это было очень… красиво.

Вчера, Соя отпросилась у госпожи, к которой её приставили, аргументируя, что ей «нужно отойти по важным делам». Но, проницательная София мгновенно высказала предположение куда направлялась девушка и для чего ей нужно было уйти именно вечером.

26 Ардети́к. Вечер.

- На свидание направляешься? – аристократка улыбнулась, видя, как покраснела пятнадцатилетняя служанка.

- Как… как вы догадались?

- Ну так он постоянно «осаждает» дом, а ты регулярно смотришь в окно, надеясь, его там увидеть. – Довольная собой София легонько тряхнула головой. – Уверена, если я сейчас подойду во-о-он к тому окну, и выгляну наружу, то непременно увижу там юношу, стоящего на улице за забором.

Соя опустила глаза в пол, краснея ещё гуще.

- Ну ладно, иди, развлекись как следует.

- Спасибо… спасибо, госпожа. – служанка попыталась выполнить реверанс, но София замахала на неё руками. Понимая, что её отпускают прямо сейчас, Соя бегом покинула комнату виконтессы. Чародейка, улыбаясь подошла к открытому окну. Как она и предполагала, за оградой стоял юноша, держащий в руках какой-то свёрток. Прошло совсем немного времени, и к нему присоединилась Соя, в уличном платье. Они что-то сказали друг другу, обнялись, и, не торопясь, пошли к центру города. Всё ещё улыбающаяся София подошла к полкам, на которой выстроились книги, привезённые ею из Академии, взяла первый попавшийся романчик, и, погружаясь в чтение, улеглась на мягкую кровать.

27 Ардети́к. Ранний вечер.

- Красиво? – улыбаясь, София продолжала расспрашивать служанку. – Ходили куда-нибудь?

- Ну-у-у… Да-а… Мы гуляли снаружи крепостных стен, под Луной.

- Как его зовут? Давно встречаетесь?

- Его зовут Се́двин… а встречаемся мы почти год. – Соя отвечала всё охотнее, хотя продолжала краснеть.

- Почему не связываете жизни? – София приподняла бровь. - Что-то мешает?

- Нет… но, на самом деле да. Седвин – банковский служащий, а в банке сейчас большие проблемы.

О наличие частного банка на территории города, чародейка осведомлена была, но что там могли быть за проблемы – не знала. Свои секреты банки берегут не хуже, чем разведслужбы Лорелии. Да и неинтересно всё это банковское дело было Софии - она мало что в этом понимала, и понимать не собиралась. Может быть Аезелвалф, пройдя обучение, будет в этом разбираться?

- Соя, ты не стесняйся. Если потребуется уйти, то всегда можешь у меня отпроситься.

- Спасибо. Вы очень добры, госпожа. – служанка умудрилась выполнить короткий реверанс, не прерывая расчёсывания волос.

- Только предупредить не забудь, а то без тебя тут все слуги похожи на заблудившихся ёжиков… Кстати, если хочешь, то сегодня тоже можешь уйти.

- Спасибо, но я лучше дождусь вас.

- Тогда хотя бы поспи, а то я буду только под утро. – София вернула зеркало в такое положение, что бы вновь разглядеть себя. – Спасибо, Соечка. Передай, пожалуйста кучерам, что я буду в течение часа и иди отдыхай.

Служанка пожелала виконтессе удачно посетить театр, выполнила безупречный долгий реверанс и, закрыв двери, оставила аристократку одну. София взяла в руки зеркало и посмотрела на своё отражение. Длинные, струящиеся волосы выглядели очень необычно и для самой виконтессы. Она привыкла видеть себя с причёсками в виде высокого хвоста, даже находясь дома. Зеркало вернулось на место, а чародейка, выйдя из-за стола, направилась к книжной полке. Нужную тетрадь долго искать не пришлось. Она сама её заполняла, и сама её сшивала. На страницах этого рукописного труда была целая коллекция шаблонов, с помощью которых можно было сделать самые разные причёски, а также неплохо выполненные ею же рисунки к этим шаблонам – что должно получиться в итоге.

Лу Фолк город северный, здешние ночи часто бывают холодными даже в раскалённый Ардетик и, кажется, эта обещает быть особенно бодрой. София долго стояла перед шкафом, на дверцах которого висели два платья. Оба исполнены в чёрно-синих цветах её рода. Одно, с красивыми, отделяющимися «плечами» было выполнено из тончайшей шерсти. Его подарила мать на последний день рождения. А второе заказала она сама у очень знаменитой фирмы. Ткань там была эльфийская, и, кажется, с каким-то зачарованием – в жару, в таком платье было прохладно, а в холод относительно тепло. Правда, никакой магии чародейка не ощущала. Может быть там было своё, эльфийское волшебство?

Выбор был сделан, и очень скоро София вышла к карете, ожидающей её. Кутаясь в платье из нежной шерсти, вдыхая свежий, ночной воздух, виконтесса медленно и осторожно забралась в карету, устраиваясь на одном из холодных сидений. Девушка проверила насколько легко достаётся тонкий стилет из потайного кармашка в левом рукаве и, наверное, в тысячный раз разгладила ленты и бант, поправила герб на платье. Через окошко лился бедный свет фонарей - хорошо, что они вообще есть в Лу Фолке. Кучер громко вскрикнул, и карета рванулась с места.

*****

Ночь с 27 на 28 Ардети́к.

Ниона не понимала от чего её колотит сильнее, от холода или от страха. Девушка подняла фонарь выше, стараясь, чтобы его бледный жёлтый свет рассеивал как можно больше тьмы. В левой руке она держала палочку, которая тоже давала некоторое количество света. Но не для освещения она держала этот изящный магический инструмент. В данный момент палочка нужна для защиты, от того, что могло таиться в ночной тьме. Со счётов не стоит списывать и Луну, которая вовремя пришла на помощь, выйдя из-за редких облаков.

Тихо пискнув, целительница особенно сильно вздрогнула от холода. Рядом с ней что-то зашуршало. Ниона крепче сжала толстую рукоять палочки и замерла, вслушиваясь в окружающие звуки. Холод парализовал тело, сковал мысли. Как она могла так сглупить, и настолько легко одеться? Мокрая ночная трава до самой земли гнулась под тяжестью посеребрённых лунным светом тяжелых капель росы. Только сделав первые шаги по буйным зарослям, Ниона сообразила, что обувь мгновенно станет мокрой. Пришлось её снять и подвязать на поясе.

Шуршание не повторилось, и девушка сделала маленький шажок вперёд, стараясь освещать всё вокруг себя. Ноги замёрзли настолько, что она их почти не чувствовала. Изо рта шёл пар, над головой пронеслась бесшумная тень на мгновения гася звёзды – сова. Облизав замёрзшие губы, Ниона сделала ещё один шаг. Она ищет «источник». «Источник» смерти. Она не сможет его закрыть, не сможет перебить тех монстров, которые, вполне вероятно, будут кружиться рядом. Но она сможет увидеть разрыв в реальности и определит местоположение «источника». Самое важное для неё – остаться незамеченной.

Ниона попробовала выделить другие симптомы у больной козы. Она возвращалась к книгам, привезённым с собой, вновь шла к животному. Целительница думала, сравнивала, изучала, но всё больше путалась. Нигде, в книгах по лечению животных, не был прописан симптом фиолетовой слизи из носа, а книги по чародейству и чёрной магии у целительницы напрочь отсутствовали. Она пыталась лечить Ору, но та, кажется, выздоравливала сама. Это был хороший знак, но он нисколько не исключал наличия «источника». Поиск и размышления сильно сбивались волнами паники и Ниона решилась на безумный поступок – найти «источник» самой и таким образом поставить точный диагноз.

Вновь раздался шорох и Ниона, в панике, упала на колени, стараясь не шуметь. Последние остатки мужества покинули её. Целительнице казалось, что тёмные сущности уже подкрадываются к ней и вот-вот нападут, чтобы разодрать тело и переломать кости. Она совсем легла в мокрую траву, выпустив из руки фонарь, слушая своё колотящееся сердце и стараясь дышать как можно тише. Глупо, конечно, если нечисть её заметила, то спасения уже нет.

«Мама! Мама, помоги, пожалуйста!» - кулон больно резанул руку, сжимавшую его.

Прошлая ночь прошла без сна, а днём она пошла в Совиную поляну, чтобы расспросить жителей – где они пасут животных. Искать «источник» днём бессмысленно, он просто может не проявиться. Другое дело искать его под лунными лучами. Отражённый от небесного тела свет, получает иные свойства. Это чувствует сам «источник», и разные магические сущности, пожелавшие полакомиться смесью лунной и магической энергий.

Ниона основательно замёрзла. Платье промокло, порыв холодного ветра сбросил капли росы на спину девушки. Целительница слегка вздрогнула. Шорох не повторялся. Если продолжать так разлёживаться в холодной траве, то можно замёрзнуть насмерть. Девушка очень осторожно пошевелилась.

«Вставай, трусиха. Самопожертвование – это священный долг целителя.»

Платье вымокло и холод стал по-настоящему безумным. А ведь всего несколько часов назад, её мучила полуденная жара. От налетевшего порыва пронзающего ветра лучше не стало. Ниона вытянулась, и застыла на месте. Желание вернуться обратно домой крепло с каждой секундой. Только раньше туда гнал страх, а теперь к нему ещё добавился жуткий холод. Луна освещала луг мягким светом, играя тяжёлыми капельками росы на траве. Никаких монстров вокруг не было. Впрочем, источник тоже не нашёлся… пока.

- Светлая Тея, дай сил твоей неразумной жрице.

Кажется, открылось второе дыхание. Страх ушёл и мысли прояснились. Ниона ткнула палочкой в разные участки своего мокрого платья, и, не смотря на то, что ткань местами высохла, теплее не стало. Помимо этого, на заклинание ушло очень много сил, а они ой как сильно были нужны. Целительница подняла потухший фонарь. Видимо огонь пропал, когда она упала в траву. Девушка открыла дверцу фонаря и несколько раз ткнула кончиком палочки в залитый воском фитилёк. Раза с пятого, неуверенный огонь угнездился на свече, крепчая с каждой секундой.

Ниона захлопнула дверцу вновь зажжённого фонаря и, подняв его над головой, покрутилась на месте. Вокруг действительно никого не оказалось. Накатила волна стыда – ещё бы, испугалась луговую мышь, или ещё какую мелочь, которую сама и выгнала из норы своими шагами. Не смотря на такие рассуждения, в голове всё ещё летала мысль о грозящей опасности. Целительница вновь вздрогнула от холода и огонёк в фонаре, «хлебнув» жидкого воска, потух.

Нет, идти в Лу Фолк и говорить с городскими целителями было нельзя. Это могло привести к ненужной панике, а за такой диагноз, если бы он оказался ошибочным, ей бы пришлось выслушать ну очень много нелестных слов о своей компетенции. За такие ошибки, а, иногда, и всего за одну, можно было лишиться сертификата целителя. Вторая проблема могла возникнуть из-за известного зазнайства целителей, получивших места в городских госпиталях. Они могли запросто проигнорировать коллегу из деревни. В результате получалась пустая трата времени, которую Ниона не могла допустить.

В который раз за эту ночь засиял фонарь. Шатаясь от холода и страха, разгоняя тьму лучами света, целительница брела по лугу. Только тут, под Звёздами, она поняла, насколько жалок и глуп её план. Луг огромный, простирается от самой Совиной поляны и до западного леса. Она одна, без помощи, в темноте, замёрзшая и потерянная, пытается найти «источник», освещая себе дорогу фонарём и палочкой. Её выгнал сюда страх. Страх за людей. Страх перед возможной опасностью, которая грозила так близко находящейся большой деревне. Ниона громко шмыгнула носом и в ужасе затихла, осознавая сколько шума она сейчас произвела.

Никогда ещё целительница не чувствовала такого страха, такого одиночества, такой беспомощности. Кажется, словно можно идти в любую сторону и луг никогда не кончится, далёкие стены города никогда не приблизятся и ночь не пройдёт. Ах, как не хватает рядом кого-нибудь из группы. Кого-нибудь, кто мог бы приободрить, помочь советом или просто выполнить это страшное задание. София или Финикс могли бы сделать это мгновенно – просто закинув поисковое заклинание. К сожалению, магия такого уровня была недоступна Нионе, а значит всё приходилось делать «вручную».

Луна «падала» всё ниже, а на Востоке небо слегка посветлело, значит скоро придётся возвращаться домой. Целительница ещё раз окинула взглядом всё вокруг себя. Ничего, только мокрая трава да мигающие звёзды на горизонте. Пора возвращаться. Такого разочарования она не чувствовала уже давно. Напрасно она мёрзла, напрасно боялась и напрасно бродила всю ночь под Луной. Девушка слегка опустила фонарь, забираясь на небольшой холм. Может быть с него будет что-то заметно? Но зайти наверх не получилось, почти у самой верхушки Ниона споткнулась и с коротким криком упала в мокрую траву. Фонарь выпал из руки и куда-то укатился, палочка, неудачно воткнувшись в землю, тоже пропала.

Тяжело дыша от очередного «ледяного душа» и боли в ушибленной ноге, девушка перевернулась на спину и опять схватилась рукой за кулон, висевший на шее. Она бы с удовольствием легла где-нибудь в тепле и попыталась отдохнуть после двух подряд бессонных ночей, но нужно продолжать двигаться, чтобы не замерзнуть. Целительница кое как поднялась и осмотрела склон холмика. Луна опустилась очень низко и её свет больше не мог помочь. А жаль - нужно было искать палочку и фонарь.

Встав на колени, Ниона ощупала бархатную, мокрую траву вокруг себя. Палочка нашлась сразу. Она просто воткнулась в мягкую, влажную землю, и - какое счастье - не пострадала. Это была настоящая удача. Целительница сразу «включила» свет и осмотрела место своего падения. В этот момент она увидела то, что начисто выбило все мысли о фонаре. Прямо перед ней рос очень низенький кустарник, с плоскими, грубыми листьями. Это растение чем-то напоминало лопух. Вот об него она и споткнулась, не заметив его в ночи. Девушка протянула руку и слегка погладила листья. Под ними обнаружились маленькие, фиолетовые цветки.

Ниона некоторое время смотрела на находку, которая заняла все её мысли. Теперь, она даже не чувствовала холода. Целительница ещё раз погладила листья рукой и тихонько рассмеялась. Сон-трава. Из неё готовят редкий и дорогой порошок, которым усыпляют раненных воинов, чтобы оперировать их, или позволить уйти из этого Мира без страданий. Вероятно, коза нашла похожий кустарник и погрызла его. Вот почему она была такой уставшей и почти падала на ходу.

Девушка ещё раз погладила листья, и в свете палочки увидела, что некоторые из них кем-то погрызены. Это ещё больше убедило её в правильности своих мыслей. Возможно, именно его Ора и покусала. А может быть и нет. Укусы какие-то маленькие. Но над этим размышлять уже было не нужно. Находка настолько «зарядила» уставшую целительницу, что та, почти сразу отыскав фонарь, быстрым шагом, направилась к дороге, ведущей в западный лес.

28 Ардети́к. Раннее утро.

Задыхаясь от бега, и согнувшись от холода, Ниона дёрнула дверь и, наконец, оказалась дома. В печку полетело одно неудачное заклинание, второе разрушило шаблон, и только после третьей попытки затрещало весёлое пламя. Ниона поставила стул рядом с печкой и согнувшись на нём в три погибели, засунула руки прямо в загнетку, ближе к огню. Она так замёрзла, что не могла двигаться. Спустя некоторое время, когда белый камень стал давать достаточно тепла, целительница поскуливая от холода, поставила чай и вновь села греться, ожидая, когда закипит вода.

За окном светлело всё больше, в Совиной поляне кричали петухи. После первой выпитой кружки кипятка, Ниона поставила еще один котелок с водой, и, наконец, смогла заставить себя пойти переодеться в сухое. Как следует отогрелась она только тогда, когда Солнце поднялось высоко над верхушками деревьев. Всё ещё вздрагивая от воспоминаний от ночной прогулки, целительница подкинула дров в печку и пошла разбирать травы. От пережитого спать не хотелось совсем, не смотря на две подряд бессонные ночи. Стебель ложился к стебельку, плохие соцветия отделялись от хороших. Прокручивая в голове события прошедшей ночи, Ниона вспомнила одну очень важную вещь.

«Молодец! Забыла козу покормить!»

Побросав травы на стол, девушка выбежала на улицу, где её встретили тёплые лучи восходящего Солнца.

*****

28 Ардети́к. Раннее утро.

София вытащила из левого рукава стилет вместе с ножнами и бросила его на стол. Мгновение спустя рядом легла, и её любимая золотая диадема. Инкрустированные сапфиры заиграли многочисленными гранями в лучах утреннего Солнца. Рассеянно напевая себе под нос финальную песню из представления, чародейка упала на кровать и устремила взгляд в потолок. Нужно было обдумать всё то, что она увидела.

Пообщаться с кем-то из знати особо не вышло. Хотя, определённый фурор она произвести смогла. София улыбнулась вспоминая множество взглядов, которые она собрала лишь своим присутствием. Аристократы Лорелии очень редко посещали своих не столь богатых соседей, а если и делали это, то неизменно направлялись в столицу. К ней подходили люди, здоровались, иногда добавляя незамысловатые комплементы. В основном, это были мужчины. Женщины окидывали виконтессу презрительными взглядами и поджимали губы – завидовали. Завидовали внешности, завидовали титулу, присвоенному в другой, более богатой и сильной стране, завидовали вниманию, которое получила девушка, войдя в холл театра. София вновь улыбнулась, вспоминая как знать реагировала на них с Алифисой, когда они вдвоём приезжали на бал.

«Интересно, как там она сейчас? Может быть стоит отправить ей письмо?»

Стук в дверь оторвал Софию от мыслей. Она неспешно поднялась с кровати, магией подтянула к себе стилет и подошла к входной двери. Просто ради тренировки, чародейка поставила на дверь большой шаблон, для того, чтобы посмотреть – кто за ней находится. Магия искажения сработала прекрасно, и в круглом «окошке» шаблона появилось изображение Сои, стоящей перед дверью с подносом. Одной рукой разбивая шаблон, второй София открыла дверь, впуская служанку. Прежде чем войти, та сделала реверанс.

- Поставь поднос на стол, и можешь быть свободна, – произнесла виконтесса, заталкивая оружие в потайной карман рукава.

И вновь реверанс. Как их в Вилларии любят. На родине чародейки слуга просто бы кивнул, прежде чем выполнять приказ.

- Вам что-то ещё нужно, госпожа? – серебряный поднос со стуком встал на стол.

- Нет… А в прочем… передай поварам мою благодарность, и, что на обед я предпочту рыбу. Любую - на их усмотрение.

- Как вам будет угодно, госпожа.

- А ты можешь отдыхать, до обеда мне никто не нужен. – отпустила служанку чародейка взмахом руки, а про себя добавила. - «Тем более, что мне нужно узнать, как там дела у Авиллы и Хеймана. Не случилось ли в пути что-нибудь нехорошее?»

Соя в очередной раз поблагодарила аристократку и вышла. Оставшись одна, София вновь достала стилет и положив его на столик, бросила взгляд на принесённый завтрак. На подносе стояла тарелка, с четырьмя жаренными кружочками помидора, украшенных «шапочкой» из плавленого сыра. Всё это великолепие осыпали острой красной солью. Рядом с тарелкой находился маленький чайничек, пустая кружка и чарка с молоком, содержимое которой, очевидно, можно было добавить в чай. Из приборов лишь двузубая вилка. Вся посуда, как и поднос, сияли серебром.

София взяла вилку и ткнула ею в жаренный помидор, от которого всё ещё шёл пар. Горячий. Лучше немного подождать. Оставив завтрак в покое, девушка подошла к одному из окон и осмотрела улицу. Ещё было слишком рано, город пока спал. Только гремела доспехами сонная стража, в ожидании сменного патруля. Так, и кто к ней подошёл не только поздороваться, но и поговорить? Их было трое, и первым оказался маркиз Ару ле-Фолозор.

*****

27 Ардети́к. Поздний вечер.

- Как вас представить, леди?

Герольд был очень стар, но выглядел бодрым и энергичным. Этот человек производил сильное впечатление. Одетый в бордовый бархат с золотым шитьём, держащий в руках огромный, тяжёлый посох. Его лицо обрамляла белая, пушистая борода. Не каждый аристократ, из тех, что ему приходилось представлять, выглядел хотя бы в половину так внушительно. Вид слуги, его манера речи, умение себя держать, и взгляд добрых голубых глаз, очень понравились Софии. Она выполнила долгий реверанс, склонив голову.

- Виконтесса София Ферре, из Лорелии.

Долгий реверанс, по современному этикету, говорил о том, что исполняющий оказывает глубокое уважение своему собеседнику. Он был обязателен, если оппонент был старше по титулу, в остальных ситуациях его исполняли по усмотрению, обычно, стараясь таким образом высказать симпатию или восхищение. Герольду, а на эту должность выбирались только мужчины, выполнять поклон запрещалось. У них были свои, особые жесты для каждого титула. Стоящей перед ней почтенный слуга, оценил манеры аристократки, и молча отвёл посох в сторону, так, приветствуют герцога или эрцгерцога. Девушка тепло улыбнулась герольду и прошла дальше, к ступеням, застеленным красным ковром. В этот момент герольд её и представил.

- Виконтесса Лорелии, София Ферре!

Это был мощный, многогранный, красивый, будоражащий душу голос, от звука которого по спине девушки пробежали мурашки. Кесив тоже представлял её громко и мощно, но сейчас она услышала настоящего мастера.

Слова, произнесённые герольдом, ещё отражались от стен, возносясь к потолку, а гости уже скрестили взгляды на гостье. Мысленно вознося хвалебные слова своей наставнице – Алифисе Зоре, София уверенно штурмовала лестницу. Если бы не Алифиса, как она сейчас себя чувствовала в центре внимания?

Всё ещё находясь под прицелами взглядов, девушка наконец, преодолела подъём, и, гордо вскинув голову, окинула холл театра весёлым взглядом. Мастер Зора всегда говорила, что смотреть на всё надо весело и дружелюбно: так проще понравится одним людям, и наоборот, не понравится другим. Именно в момент осмотра помещения, София заметила низкого, на голову ниже чем она, лысого толстяка в дорогих одеждах. Мужчина, опираясь на внушительный, украшенный самоцветами позолоченный посох. Сопровождаемый тремя слугами, он хромая направлялся к молодой аристократке. Как только толстяк приблизился, София поприветствовала его долгим реверансом. Тот, в ответ, сделал короткий поклон, что с таким животом можно было считать достижением. Уже вблизи чародейка смогла разглядеть, расположенный в районе правой ключицы вельможи, герб – танцующий скелет на зеленом поле.

- А вы большая скромница, София! - радостно воскликнул мужчина, остро пахнувший смесью гвоздики и корицы. – Такое древний, благородный род, а вы представляетесь не полным именем. – он ещё раз поклонился. – Я, маркиз Ару́ ле-Фолозо́р, и Лу Фолк – мой город.

«Запомни!» – говорила Алифиса. – «Каждый твой взгляд запомнят, каждую твою ошибку и каждое слово. Никогда не ошибайся, Софи, иначе позор останется на всю жизнь.»

- Маркиз, - девушка вновь выполнила реверанс, безошибочно соблюдая правила поведения. – Я поражена вашей осведомленностью о роде Ферре.

- Тут надо сказать «спасибо» моему герольду. Он собрал всю информацию о вас и передал мне. Тем не менее, я рад приветствовать вас в моём городе, София, – Ару от чего-то рассмеялся, а его живот запрыгал в такт смешков. – Если что-то захотите, то говорите сразу, для меня будет честью исполнить каприз такой дорогой гостьи.

Одна из титулованных особо, стоявших за спиной маркиза, громко фыркнула и отвернулась. Толстяк этого не услышал.

- У меня, пока, нет желаний, маркиз.

Ару вновь рассмеялся.

- Какая скромность! – он обернулся к одному из слуг, который сразу подобострастно улыбнулся на речь своего господина. – Я очень надеюсь увидеть вас на балах и маскарадах, София. Скоро закончится «Ардетик», в честь чего будет большой праздник, а такое событие нельзя пропускать.

- Я для этого сюда и приехала, Ваше сиятельство. – виконтесса окинула рукой холл. – И начну развлекаться уже сегодня.

Толстяк вновь рассмеялся. – Надеюсь, город вам понравится, и вы не будете скучать. Кстати, а как дела у графини Соливы? Как мне сообщили, вы устроились именно у неё.

- Ваши сведения верны, маркиз. Сейчас я гощу именно там. – София посмотрела поверх головы аристократа и перехватила взгляд молодого офицера, засмотревшегося на виконтессу. Девушка улыбнулась военному, и тот, осознав, что его заметили, покраснев отвернулся. И снова можно сказать «спасибо» Алифисе, которая была «хищницей» на подобных мероприятиях, а не «жертвой». Она и научила свою подопечную не бояться таких вот, вполне человеческих, ситуаций. София вновь посмотрела на маркиза. – Спасибо, маркиз, устроилась я прекрасно. Графиня Солива – замечательная и добрая женщина.

- Да? А мне так никогда не казалось.

Маркиз сказал ещё несколько ничего назначавших фраз, шуток, под конец бросил комплимент и распрощался с виконтессой, объяснив свой уход необходимостью поговорить с актёрами перед представлением.

Оставшись одна, София прошлась по нескольким залам, где были вывешены картины или стояли скульптуры. Традиция устраивать такие театры, зародилась на её родине: в Лорелии. В то время в Вилларии моды на театральные представления не было совсем, такое развлечение считалось уделом бедных. Соседи переняли этот вид искусства у своих соседей не так давно - лет так двести назад.

Иногда к девушке подходили гости, в основном это были мужчины, они здоровались, желали приятного вечера и делали лёгкие, практически ничего не значащие комплименты. София внимательно следила за собой, стараясь не ошибаться в сложном, дворцовом этикете и, подсознательно, отмечала ошибки других. Девушка не могла позволить себе даже мельчайших неточностей в своём поведении. Сейчас она представляет свою страну среди аристократов северной Вилларии, и по ней будут судить о её стране.

София заметила его ещё с другого конца зала, где были выставлены потрясающие воображение фигуры из камня. Высокий, подтянутый, с чуть более длинными чем нужно черными волосами, одетый в строгий, чёрный же костюм с серебряным шитьём, мужчина широким шагом приближался в девушке. Виконтесса сделала вид, что разглядывает огромную каменную статую феникса, не переставая следить за незнакомцем боковым зрением. Чем ближе приближался высокий брюнет, тем меньше оставалось сомнений в том, что направляется он именно к чародейке.

- Леди Ферре? – приблизившись, мужчина выполнил безупречный долгий поклон. – Позвольте представиться, То́ло Ру́ден.

- Очень приятно, Толо. – София поприветствовала незнакомца продолжительным реверансом.

Толо Руден не назвал своего титула, а геральдический герб на правом плече отсутствовал. Либо он допустил серьёзную ошибку, либо, что наиболее вероятно, титула у него не было. Брюнет был очень красив. Бледный, с тонкими чертами лица, он мог производить впечатление холодного человека, если бы не его серые, светящиеся жизнью глаза.

- Я просто хотел засвидетельствовать вам своё почтение, леди. – он говорил тихо, но в шумном зале его голос слышался прекрасно.

- Спасибо, Толо. София. Вы можете звать меня по имени София.

Мужчина ответил ещё одним поклоном и тихо сказал. – Я рад, София, что вы воспользовались мои приглашением. Этот факт доставляет истинное наслаждение.

Девушка слегка растерялась. Она не ожидала, так скоро встретит того, кто сделал столь дорогой подарок. Очень мешал сосредоточиться тот факт, что своими манерами, внешним видом и умением держать себя, Толо Руден вызывал симпатию у аристократки. Чтобы скрыть своё замешательство, чародейка решила задать первый же всплывшей в голове вопрос.

- Если не секрет, то откуда у вас деньги на столь дорогие подарки?

- Не секрет, – Толо говорил всё также тихо. – Ведущий городскую казну столь крупного города всегда может рассчитывать на хорошее жалование.

На мгновение София прекратила дышать. Чувство было такое, будто она оказалась в ледяной воде. Сразу вспомнились предупреждение мастеров из Академии, касающееся казны и странных перестановок в верхах Лу Фолка. От былой симпатии ни осталось и следа, теперь вечер начал окрашиваться лёгкой паникой. София изо всех сил старалась не терять самообладания. Продолжая улыбаться, она окинула взглядом зал с каменными фигурами, на краткие мгновения задерживая взор на гостях. Разыгравшееся воображение нарисовало жуткую картину, в которой каждый из гостей достаёт кинжал и накидывается на неё одну. Вознося молитвы Трём Столбам, чародейка надеялась, что все эти мысли и эмоции не проявились на её лице. Девушка вновь перевела взгляд на Толо. Серые глаза молодого мужчины, казалось, абсолютно ничего не выражали, а тонкие, казавшиеся благородными, черты лица, теперь напоминали маску Смерти.

- Это очень почётная и ответственная должность, – София с облечением обнаружила, что голос у неё не дрожит. – Желаю вам успехов на ней.

Толо Руден улыбнулся, впервые за их разговор.

- Не сомневаюсь, что ваши пожелания принесут мне удачу, прекрасная София. Позвольте высказать надежду, что вы не пожалеете о своей поездке в Лу Фолк, и для меня будет истинным удовольствием видеть вас и на остальных мероприятиях.

Городской казначей поклонился, а растерянная виконтесса протянула ему руку для поцелуя – всё в рамках современного этикета. Этикета, заставляющего улыбаться «врагу», который при личной встрече нанесёт удар сталью в сердце, или добавит яд в кубок, пока никто не видит. К такому очень тяжело привыкнуть, по крайней мере она не могла.

После, обменявшись ещё несколькими, ничего назначавшими фразами, Толо, наконец, произнёс:

- Вы восхитительны, София. Ещё раз спасибо, за то, что приняли моё приглашение. А теперь, я оставлю вас, чтобы не надоедать своим присутствием.

Виконтесса осталась стояла в смятении, продолжая разглядывать статую феникса пустым взором. Толо Руден обладал потрясающей харизмой. Софию пробивала дрожь, как только её мысли возвращались к этому высокому черноволосому красавцу.

«Успокойся и возьми себя в руки.»

В этот момент она обнаружила, что нервно скручивает руками веер. В какой момент она его достала? Значит не такой уж и хороший у неё контроль над своими эмоциями. Спешно вернув веер в потайной карман в правом рукаве, девушка неспешно вернулась в холл. Находясь среди других гостей, она ощущала себя не в театре, а на балу вампиров, где она оказалась не в качестве гостьи, но как жертва. А как же маркиз ле-Фолозор? Он выглядит добродушным, любящим комфорт и покой, а не интриги во дворце. Но в высшем свете нельзя доверять глазам. За безобидной внешностью веселого толстяка может скрываться личина кровавого убийцы.

«Во что мы все ввязались?»

София собирала все свои душевные силы, чтобы не поддаться панике и унынию. Чтобы не бросить эту проклятую Вилларию, с её вечно бунтующими дворянами ненавидящими принцесс, с её гражданской войной. Ради чего рисковать? В Лорелии жизнь более спокойная и мирная. Там не надо бояться каждого шороха, а титул «виконт» столь низок, что в дворцовых интригах практически не рассматривается.

От этих мыслей чародейка испытала сильное отвращение к самой себе.

«Ты забыла зачем здесь? Забыла, что ждёт тебя дома?»

Ударил колокол. Первый сигнал. После второго откроются двери, впускающие гостей в зал, а после третьего начнётся преставление. Осторожно потерев глаз, чтобы не испортить сложный макияж, София подошла к одному из слуг в надежде выяснить, как лучше пройти на приготовленное место. И, как только она это узнала, а молодой слуга ушёл по своим делам, в спину к ней кто-то обратился с приветствием.

- Леди Ферре, рад вас видеть.

Обернувшись, София увидела перед собой барона Ревила – городского Голову. Как всегда, не по годам подтянутый и энергичный, барон низко склонился перед девушкой.

- Вы печальны, леди. У вас всё хорошо? Всё ли вас устраивает в городе?

- Всё прекрасно, барон. – виконтесса вновь мысленно выругала себя за проявление эмоций и улыбнулась вельможе. – Город замечательный…, и я тоже рада вас видеть.

София была настолько растеряна и так напугана, что говорила с городским Головой гораздо теплее, чем это было в ратуше. Если это и удивило барона, то виду он не подал. Общение с Головой вышло обычным и формальным. Как любила называть это Алифиса - «строго и ни о чём». Девушка даже не могла вспомнить, что именно они обсуждали, а это уже было серьёзной ошибкой. Ей надо собирать все сведения. Важные и не важные. Любая мелочь может стать жизненно необходимой, а она позволяет себе слабости. Каждый из их группы рискует не меньше, но все выполняют задание. А она? Авилле и Хейману придётся брать в руки мечи и идти резать оборотней лицом к лицу. Вместе с Финикс, боевые маги пойдут очищать храм, полный мрачных и тёмных сущностей, рискуя погибнуть в каждое мгновение. Чем её задание лучше? Ничем. Только они не боятся, в отличие от неё.

За размышлениями, она не услышала второй удар колокола, сообразив, что пора входить в зал, только когда заметила открытые двери в зал и тянущихся туда людей. Дождавшись, когда пройдёт очередь, чтобы не толпиться на входе, виконтесса, наконец, заняла своё место. В театре Лу Фолка было два зала, большой и маленький. Судя по тому, что мест в этом замечательном, украшенном лепниной, гобеленами и тканями, зале было не больше пятидесяти, расположить их решили именно в маленьком. С другой стороны, София тут впервые и могла что-то напутать.

*****

28 Ардети́к. Раннее утро.

Девушка отошла от окна и вновь взяла двузубую серебряную вилку. За размышлениями прошло прилично времени – завтрак остыл, а кипяток чайнике стал еле тёплым. Не садясь за стол, София подцепила один из помидорчиков и отправила его в рот. Завтрак незатейливый, но повара у графини Соливы своё дело знали. Готовили они прекрасно, такой вкусной еды чародейка не ела нигде, даже на приемах. По её желанию, эти же повара ходили в магазины и на рынки Лу Фолка, покупая разные деликатесы. Например, на столике, рядом с её кроватью, стояли две бутылки с необычными для северных земель напитками: в одной находилось южное персиковое вино, а во второй, гранатовый сок. Девушка взяла второй помидорчик, но до рта не донесла, вновь задумавшись над событиями прошедшей ночи.

Негативные мысли, поселившиеся в голове, помогло развеять роскошное представление. Сюжет прост: лесная фея спасает раненного солдата от смерти, а потом влюбляется в него. Оба проходят тяжелые испытания, стараясь обрести счастье. Финал же оставили открытым – пусть каждый сам думает, повезло ли двум влюблённым или всё обернулось трагедией. Сюжет важная составляющая произведения, но не менее значительны хорошая игра актёров и уровень постановки. Временами, Софии казалось, что она оказалась в буйном, непроходимом лесу, или в пылу сражения. «Вильсо Вильсора» своё дело знали, это был лучшее театральное представление из всех, на которых присутствовала виконтесса. Справедливости ради стоит сказать, что в театре София была редко: то представления были не вовремя, то Алифиса отказывалась идти – ей не нравился такой вид развлечения.

Наконец, с завтраком было покончено. Чародейка отставила в сторону поднос и расстелила на столе листок, с нарисованным на нём шаблоном. Сейчас она потратит огромное количество энергии на поиск Авиллы и Хеймана, что бы понять, как далеко они находятся от Лу Фолка. А потом… А потом она истощит себя ещё больше, отправив письмо своей наставнице.

Шаблоны вспыхнули, волны невероятной мощности разлились по комнате, сокрушая, искажая реальность. Из глаз девушки ударил ослепительный розовый свет. София мгновенно нашла всех, из своей группы, кроме Аезелвалфа, тот был ну слишком далеко. Вот «якорь» Финикс, находящийся на севере Лу Фолка, а вот «якорь» Нионы, западнее и чуть южнее, за крепостными стенами. Оба боевых мага шли с задержкой, но находились не так далеко - в нескольких днях пути. София за них не беспокоилась, но на всякий случай решила узнать о причинах задержки.

Портал мгновенно проглотил её записку, на которой красивым подчерком с вензелями были выведены несколько слов: «Вам нужна помощь?». Магической мощи виконтессы хватило, чтобы успеть «увидеть» эту записку, за много километров выскочившую из «якоря» Авиллы.

Глава 9

28 Ардети́к. Ранее утро.

- Ты видел Софию Ферре?

Нирок поморщился и кивнул, а потом, сообразив, что говорит со своим начальником, добавил.

- Да, видел. Когда она говорила с маркизом…

- Не так сложно её выманить из дома, да?

Нирок прекрасно знал своего начальника, как знал, что на этот вопрос не обязательно было отвечать.

- Тебе не кажется, что эта группа пришла «копать» не под нас, Нирок? Вокруг Лу Фолка есть проблемы… Оборотни, например. Иначе зачем им присылать двух боевых магов?

- Как скажете, ваша милость.

Начальник холодно посмотрел на подчинённого.

- Я не доволен тобой, Нирок. Где ещё трое?

- Мои информаторы из Академии дали имена и чёткое описание внешности всех участников этой группы, милорд. С уверенностью могу сказать, что эти трое, пока что, не пришли в Лу Фолк.

- Или прячутся, Нирок. Ты столкнёшься с моим неудовольствием, если подведёшь меня. Свободен!

*****

30 Ардети́к. Позднее утро.

- Думай, как разговариваешь с аристократкой. – холодно произнесла София, окидывая воина взглядом с ног до головы. – То, что ты вольный наёмник, не даёт тебе права произносить такие слова перед знатью.

- Госпожа… простите, я не знал… - молодой мечник склонил голову. Кажется, раскаивался он искренне.

Остальные, присутствующие во дворе перед домом, выглядели крайне растерянными. Огромный воин с мечом медленно чесал лысину, смотря на озадаченную, светловолосую эльфийку, та даже выронила из руки стрелу. Стоявшие чуть поодаль два наёмника вооруженные мечами и щитами, тоже прекратили свою тренировочную дуэль, опустил свой топор и полностью закованный в шипастую броню дворф.

София мысленно, про себя, улыбнулась, зная, почему был произведён такой эффект. Во-первых, эта встреча была крайне важна и, для того чтобы добиться нужного эффекта, виконтесса оделась в самое вызывающее платье, какое нашлось в её гардеробе - в высший свет в таком бы она точно не пошла. Девушка ненавидела это платье, однако, нельзя было не признать, что на мужчин оно влияние оказывало очень сильное, а от такого эффекта отказываться нельзя, особенно в столь серьёзном деле. Во-вторых, наёмники слегка растерялись из-за наглости чародейки, которая вздумала отчитывать одного из них прямо на их территории, возле тренировочной площадки. Какими бы смелыми сорвиголовами они не были, но услышать такие слова от хрупкой, маленькой девушки наверное было очень странно.

«Это вам не нечисть по подземельям гонять» - пронеслось в голове довольной Софии.

Но эффект внезапности начинал проходить. Эльфийка подняла с земли стрелу, вновь наложила её на изогнутый лук и посмотрела на чародейку, поджав губы. Но если воительница и пришла в себя, то этого нельзя было сказать о мужчинах - они до сих пор были очарованы внешностью аристократки.

- Так… чего вы хотите… леди? - великан с мечом склонил голову. Его лысина блестела даже в этот пасмурный день. София понимала, что никто этикету тут не обучен, и никто не знает, как правильно разговаривать с виконтессой. Тем лучше. Раз они не знакомы с правилами этой «игры», значит проще ими будет манипулировать. Единственной проблемой оставалась эльфийка, которая могла спутать все карты. Благо, пока что, она молчала.

- Отведите меня к главе гильдии. – София продолжила играть свою роль. – И быстро, я не намерена ждать.

Наёмники переглянулись. Девушка почти не сомневалась в успехе своего плана. Никто бы так просто не смог прийти к главе гильдии, и ей пришлось подключить всё своё красноречие, чтобы добиться аудиенции.

- А Вы, леди, не подумали, что он может быть занят? – громко, без тени уважения в голосе, крикнула эльфийка и, чтобы добавить веса своим словам, произвела выстрел, сильно растянув лук. Она старалась не столько куда-то попасть, сколько произвести больше шума. Эти слова и действия, кажется, начали разрушать те «чары» что навела здесь София.

- Да, он может быть занят… – прогудел высокий воин с лысиной.

Но аристократка не собиралась сдаваться. Она нарочито медленно перевела взгляд с лучницы на воина, не говоря ни слова. Тот вновь опустил голову, стараясь избежать взгляда чародейки.

«Должно быть со стороны это выглядит предельно забавно»,- подумала София – «Хрупкая девушка одним взглядом «строит» опытного, закалённого в боях, воина».

- Немедленно. – виконтесса понимала, что идёт ва-банк, произнеся слово сквозь зубы. Она продолжала держать себя высокомерно и холодно. Или девушка сейчас их «додавит», строя из себя хозяйку положения, или они «очнутся» и прогонят её с территории гильдии.

Сработало! Огромный воин оставил меч, произнёс: «следуйте за мной, госпожа» и сутулясь пошёл в большим двойным дверям. Эльфийка лишь фыркнула, скривив губы.

Гильдия Наёмников располагалась в Лу Фолке, рядом с восточной его стеной. Гильдия представляла из себя территорию, огороженную высоким забором. Забором? Нет, это была настоящая стена, София заметила даже скрытые бойницы в каменной кладке. За стеной, куда вёл один единственный вход, на территории находились пара тренировочных площадок и несколько построек. Это были не простые жилые дома. Одно из этих строений было высотой в два этажа, и занимало большую площадь. По внешнему виду и количеству окон София предположила, что это был барак для воинов. Второй домик, к которому они направлялись, представлял из себя трёхэтажную крепость, с узкими окнами-бойницами, маленьким рвом и надолбами по периметру. Другие строения никак не выделялись и их девушка осмотреть не успела.

- Вас как-то представить, госпожа? – прогудел великан.

Кажется, что-то о манерах он слышал, но лучше бы он не пытался к ним прибегать.

- Не надо. – София не собиралась убирать лёд из голоса. – Я тут с неофициальным визитом.

Наконец, они подошли к дверям маленького, укрепленного домика. Несмотря на то, что двери были явно укреплены и весили неимоверно много, сопровождающий открыл их без малейших усилий.

- Стой, - громко окликнул их дежурный. – Ты куда? И кто это с тобой?

- Это аристократка… леди пришла к Форзу́лу.

Дежурный подозрительно осмотрел незванную гостью, но задерживать не стал. Внутри домика было довольно мрачно - свет тут давали только факела, которые не всегда успевали менять - и душно. Видимо свежий воздух и солнечный свет тут были очень редкими гостями. Поднимаясь по скрипучей лестнице, София не чувствовала волнения. Наоборот, это был некий душевный подъем. Может быть виноват её первый успех? Она довольно легко попала в одно из самых охраняемых и труднодоступных мест в Лу Фолке и сделала это с первой попытки. Великан остановился у одной из дверей и повернулся к девушке.

- Мы пришли, госпожа.

Не дожидаясь ответа, он повернулся к двери и постучал. Ответ виконтесса не услышала, но, вероятно, его услышал наёмник. Он толкнул дверь и вошёл в неё первым, делая зазывающий жест девушке. София даже закатила глаза от таких манер. Но что она ещё хотела? Тут не двор, где каждый улыбается в необходимый момент только потому что этого потребовал этикет.

Форзу́л выглядел более ужасно, чем о нём говорила молва. Худое лицо было покрыто шрамами, казалось, не осталось ни одного «живого участка». Левую часть головы покрывал безобразный ожог, «съевший» ухо и изрядную часть черных волос. Вместо правого глаза в глазнице стояла крупная черная жемчужина с белыми прожилками – Чёрная душа. За такую можно купить крупный трёхэтажный дом в городе на подобии Лу Фолка и жить безбедно всю жизнь, отмеренную тебе Тремя Столбами.

Хозяин комнаты даже не взглянул на Софию. Его единственный, мутный глаз уставился на Великана.

- Как ты посмел сюда кого-то привести?

- Форзул, эта аристократка…

- К дьяволу аристократов, сюда нельзя входить даже самому эрцгерцогу.

Великан молчал.

- Ты будешь наказан, а теперь катись отсюда.

Воин кивнул и вышел, закрыв за собой дверь. Виконтесса посмотрела на главу гильдии. Нет, с ним договориться будет гораздо сложнее, чем она себе представляла. Вроде глава её не прогонял, но уверенность уходила как песок сквозь пальцы.

- Садись. – окинув девушку взглядом, бросил воин и сам приземлился в своё кресло. - Как зовут?

София решила не обострять и без того неудачное начало разговора. Услышав приказ, она сразу подчинилась. Сейчас титул и положение неважны, сейчас важна задача.

- София…

- Какого дьявола ты сюда припёрлась, София?

- Я…

- И не надо мне лгать, а то сделаешь себе только хуже. – Он достал большой, зазубренный нож и положил его на стол, по правую от себя руку. – И да, я тебе угрожаю.

- Форзул, я не собираюсь лгать. – София не испугалась слов наемника. - «А зря», - подумала она.

Наёмник молчал, его изуродованное лицо ничего не выражало.

- Я хочу сразу открыть все бутылки выброшенные морем. – виконтесса глубоко вздохнула. – Я чародейка из Академии и в этом городе я сдаю экзамен.

Ей показалось, или теперь, этот воин взглянул на неё с интересом?

- У нас тут целая группа. Шесть человек… и нам нужна твоя помощь, Форзул.

Наёмник резко поднялся с кресла, не забыв взять в руки нож. Он несколько раз прошелся по комнате находясь в глубокой задумчивости, после чего окинул девушку бесстыдным взглядом. А чего она хотела, придя в таком наряде?

- На дуру ты не похожа, София. Хорошо, что ты сказала это мне, а не другим наёмникам. Я окажу тебе услугу – сохраню эту информацию в тайне. Так почему ты думаешь, что я могу тебе помочь?

- Потому что доверяю вам…

- Так, так, так. Значит всё-таки ты дура. Не знал, что виконтесса может быть настолько наивной.

Девушка вздрогнула – откуда он знает её титул? Значит он уже знает кто сидит перед ним?

- Ну раз вы всё уже знаете, Форзул, - София отвернулась и взглянула на пляшущее в камине пламя. – то вынуждена сказать, что моё доверие к вам тоже основывается на знании.

Наёмник молчал, ожидая дальнейших слов.

- Не так давно, в Вилларии была гражданская война. – Девушке казалось, что в оранжевых языках жаркого огня она видит ту далёкую историю. – Сражений было много, и в них принимали участие разные люди, в то числе наёмники. Народ до сих пор славит эти доблестных воинов, которые, отбросив свою любовь к деньгам, встали на защиту законного правительства не за звонкую монету.

С невероятным трудом виконтесса оторвала взгляд от камина и взглянула в единственный глаз наёмника, неотрывно следившим за девушкой. Воин был полностью поглощён её словами. И его она смогла очаровать. Не столько внешним видом и вызывающем платьем, но красиво изложенной историей.

- И не только народ, Форзул, но и принцессы. В особенности одна принцесса… кажется младшая из двух. Леми.

Единственный глаз наёмника задрожал, но в остальном он своих эмоций не выдал.

- Один очень храбрый молодой командир прикрыл раненную правительницу в одном из сражении. Люди говорят, что ему сильно досталось в том бою, и что его внешность навсегда скрылась за шрамами, каждый из которых – символ жизни младшей из принцесс-сестёр. – виконтесса выдержала небольшую паузу. – А ещё говорят, что тот командир потерял глаз…

- Хватит. – прервал её Форзул. – Эту историю знают единицы. Откуда… а-а… конечно… Алифиса, да?

София улыбнулась наёмнику, смотря за тем, как тот вновь возвращается в кресло.

- Как она? – голос воина поменялся, став мягче настолько, насколько это было возможно для столь сурового человека.

- Она передала вам письмо, Форзул. – для эффекта девушка создала шаблон, из которого на стол выпал конверт.

Наёмник взял плотную бумагу, понюхал её и, кажется, его рот скривила улыбка, или что-то похожее на неё.

- Ладно, видать ты не такая простушка. – Он откинулся на спинку кресла. – Небось такая же змея, как и твоя наставница, а? Так чего ты хочешь?

- Вашей помощи…

- Это я слышал. Что конкретно нужно?

- Комната для встреч. Кажется, за нами следят, а где-то нужно встречаться всей группой, чтобы беседовать, обсуждать планы и прочее…

- Вы, маги, никогда умом не отличались, - буркнул Форзул. – Как вам только кажется, что где-то начинается пожар, то вы сразу суёте туда свои носы.

- Ах, если бы мы не совали носы, то Алифиса не смогла бы вытащить на себе командира отряда наёмников, которому оставалось жить минуты…

- Она тебе и это рассказала? – глаз воина вновь задрожал. – А в каких позах она любит, она тебе не рассказывала?

Если мужчина и пытался смутить воспитанную девушку словами или взглядами, то ничего у него не вышло.

- Не рассказывала, - игриво ответила София, продолжая приветливо улыбаться. – По её словам выходит, что между вами так ничего и не было.

Форзул сплюнул на пол и вскочил на ноги. Он вновь несколько раз прошёлся по комнате и, подойдя к одному и окон, осторожно отодвинул деревянную заслонку. Дневной свет, пробиваясь через щель, бледной дорожкой осветил его лицо.

- Будет тебе комната, чаровница. Что-то ещё?

- Да, если можно. Скоро в город приедет некая Авилла, она будет выдавать себя за наёмницу под именем Ори́та. Помогите ей.

- Одна из ваших?

- Да, боевой маг…

- Единственные толковые из вас, - удовлетворённо хмыкнул Форзул, повернувшись к собеседнице. – Хорошо, но много не обещаю. Если она плохо соображает, то будет разбирается со всеми проблемами сама.

- Большего я не смею просить…

- Это всё? - Наёмник вновь схватил нож и посмотрел на своё отражение в блестящей стали.

- Нет. Форзул, пожалуйста, не наказывай этого…

- Это не твоё собачье дело, чаровница. Тут вопрос дисциплины и репутации, а не ваших бабьих соплей. – воин вновь упал в кресло. – А теперь поговорим об оплате. За твою подругу я не возьму ничего, а вот за беспокойство и за комнату придётся заплатить… На сколько она тебе понадобиться?

София ожидала этого вопроса, но всё равно слегка растерялась.

- Месяца на три, наверное... я пока не могу точнее сказать…

- Тогда сотня лу́рий.

Виконтесса слегка задержала дыхание. Сумма, затребованная наемником, была просто баснословной. На одну лурию можно месяц жить в городе, покупая мясо каждые выходные, или закатить пир на семерых в самой дорогой таверне города.

- Хорошо. Сотня, так сотня. – девушка поднялась на ноги, чтобы уйти.

- Подожди. – Форзул взмахом руки вернул девушку на место. – Вы тут жить собираетесь? Подруга твоя… Или просто будете встречаться?

- А какая разница? – вновь растерялась виконтесса.

- Я тут вопросы задаю, девчонка, настоятельно рекомендую тебе на них отвечать.

- Не знаю точно… Встречи будут происходить раз или два в неделю… Жить уж точно никто не собирается.

Форзул играл с ножом, всячески вертя его в руках. Девушка терпеливо ждала. Чего еще от неё хотел этот воин? Она посмотрела на черную жемчужину, заменяющую наемнику глаз и слегка вздрогнула от отвращения. Наконец, глава гильдии произнёс.

- Ты знаешь, София, слабость у меня на таких красоток, как вы с Алифисой… Ещё и чародейки… Давай поменяем условия?

- Внимательно слушаю.

- Я возьму с тебя двадцать лурий и одну просьбу. – наконец, наёмник оставил свой нож в покое и наклонился через стол к своей спутнице. – Ты передашь моё письмо Алифисе. Идёт?

- Я… да… думаю да, я всё сделаю… – энергично закивала головой виконтесса.

- Тогда проваливай отсюда, ты и так забрала у меня много времени.

София вскочила со своего места и, не сказав больше ни слова, стремительно покинула комнату, ощущая на спине взгляд наёмника. Пройдя мимо дежурного, пожирающего проходящую мимо него девушку глазами, виконтесса вновь оказалась на свежем воздухе. Не смотря на пасмурную погоду ей пришлось немного подождать, пока глаза привыкнут к свету. Идти в стан наёмников одинокой девушке, да в таком наряде - глупый поступок. Так и сгинуть недолго. Наёмничья гильдия хоть и старается набирать в свои ряды людей порядочных, но люди есть люди. Сейчас чародейку защищал её титул - нужно быть сумасшедшим, что бы в городе попытаться пристать к аристократке. Да и сам Форзул слыл человеком чести, именно поэтому девушка не боялась оставаться с наёмником тет-а-тет.

Что ж, её поход можно было вполне назвать удачным. Она получила много, а заплатила, относительно, мало. И вновь ей помогла Алифиса, которая, благодаря своим связям, изучила Лу Фолк на предмет знакомств. Наставница быстро ответила на её письмо и объяснила, что нужно делать и как заручиться поддержкой её старого знакомого. Она расписала свои отношения с наёмником в мельчащих подробностях и всю эту информацию юная аристократка выучила наизусть, чтобы не растеряться, в разговоре с таким опасным человеком.

София давно раздумывала о том, чтобы найти какое-нибудь место для встреч. Можно было бы арендовать домик в городе, или за его пределами, но тогда их всех будет легко отслеживать, а находящиеся под анонимными личностями Хейман, Авилла и Аезелвалф, сразу раскроются.

Довольная собой чародейка, вернулась в свою комнату и первым делом взяла два клочка пергамента. Осторожно тыкая в них пером, София свернула записки конвертиками, вновь наколдовала заклинание, для передачи маленьких вещей на расстояния, и отправила сообщения Нионе с Финикс. Нужно организовать встречу и узнать, как идут дела у остальной группы.

*****

30 Ардети́к. Полдень.

Первоначально Ора сопротивлялась, но совместными усилиями Ниона и Физала смогли довести упирающееся животное до первых домов. Когда коза отказывалась идти, а поводок в руке целительницы натягивался, то девочка подбегала к животному. Иногда она гладила Ору, пытаясь успокоить, а иногда просто толкала. В конце концов коза смирилась, и вторая часть пути прошла спокойно. Возможно, Ора узнала окружающую местность и почувствовала себя увереннее.

Совиная поляна выглядела ухоженной и зажиточной деревней, коей она и являлась. Аккуратные, выкрашенные в яркие цвета, ровные домики, чистые земляные дорожки, своя ярмарка в самом центре. Ни в Олове, ни в Волчьих ямах Нионе бывать, пока что, не приходилось, чтобы сравнить эти деревни. И хорошо! Просто так, для развлечения, целители по деревням катаются очень редко. Помимо всего прочего, Совиная поляна располагалась гораздо ближе, чем Лу Фолк. Тут обитали свои травники, с запасами трав и сборов на продажу, свои мясники, кузнецы, мельники, сапожники и другие люди, к которым можно обратиться с проблемами и вопросами. Это был практически маленький город, только сплошь из дерева и без защитной стены.

Ниона испытывала огромное эстетическое удовольствие, находясь в столь ухоженном и красивом месте. Ей нравились ровные заборчики, дома в два, а то и в три этажа, широкая дорога, по которой бегали белоснежные гуси и сочная зелень торчащая из-за каждого угла. Иногда им встречались люди, в основном женщины, с интересом поглядывающие на любопытную картину, какую из себя представляли: незнакомая девушка, девчонка из деревни и коза. Ниона не сомневалась, что про приехавшую целительницу тут не знал разве что ленивый, но мало кто знал, как эта самая новая целительница выглядит.

- Теперь тут направо, - Физала, знающая дорогу, громко командовала, направляя целительницу. – Осталось совсем немного.

Девочка пришла к Нионе раним пасмурным утром, когда целительница только закончила завтрак, и сразу поинтересовалась о здоровье козы. Целительница давно, еще после того ночного похода, собралась отвести животное лично, заодно поговорив с родителями девочки – надо же объяснить, что случилось с козой и как избежать этого в дальнейшем. Удивительно, почему другие животные не нашли ту же самую траву. Или нашли, и теперь их «лечит» лесная ведьма?

- Во-о-он тот дом, - девочка указала пальцем на двухэтажную деревянную постройку, расписанную бело-красным северным орнаментом.

Налетевший в лицо ветер сорвал с головы целительницы соломенную шляпку, и та повисла за спиной на веревочках, подвязанных к петлям на платье. Запахло дождём.

«Хорошо, земля давно требует воды».

Свободной рукой Ниона пригладила растрёпанные волосы. Расстояние до нужного дома постепенно сокращалось, но в какой-то момент Ора, рванулась в сторону ближайшего зеленого пучка травы.

- Ты проголодалась, что ли? Дай хоть до дома тебя довести. – целительная легонько дернула веревочку. Коза ответила бодрым «Ме-е» и отошла от лакомства.

Не прошло и нескольких минут, как Физала уверенно толкала тяжёлую деревянную створку ворот, нелепо выглядящую на фоне невысокого забора. За воротами показался ухоженный двор, в центре которого стояла телега на трёх колёсах – четвертое лежало рядом. Тут же в траве паслись две пёстрые курочки, у которых ветер перебирал пушистые перья, а на крыльце сидела светловолосая женщина и размешивала в металлическом котелке густую ярко-красную пасту – краска для одежды. Когда женщина подняла голову, то Ниона увидела у неё те же черты лица, те же веснушки и те же глаза, что у Физалы. Девочка была точной копией своей матери, только гораздо меньшей.

- А-а… Ты и есть та сама целительница. – голос у женщины, почему-то показался Нионе, очень строгим. – Я так понимаю, козу вылечить удалось.

Ниона не успела ничего сказать, как женщина поднялась и указала пальцем на свою дочь.

- Физала, уйди отсюда, дай поговорить взрослым.

Нисколько не обидевшись, девочка пробежала мимо матери и скрылась в доме. Её мать сняла с огня котёл с краской и поставила на траву. Ростом женщина была на голову выше целительницы и обладала более внушительным телосложением.

- Приветствую тебя в моём доме, целительница. – хозяйка поклонилась гостье. – Зовут меня Сто́лла. Не откажешься-ли от угощения?

Нионе показался странным акцент, с которым говорила женщина. Похоже, что хозяйка северянка, или, по крайней мере, какое-то время жила на Севере. В пользу этой мысли «говорили» маленькие косички по обеим сторонам лица женщины – северянки такие очень любят, иногда вплетая в них ленты, деревянные или костяные обереги, монетки.

- Лунных ночей вам Столла. – целительнице очень не хотелось отказывать хозяйке, но дел было слишком много. – Меня зовут Ниона. К сожалению, приглашение принять не могу.

Раздалось громкое «Ме-е-е» и коза слегка натянула верёвку.

- Вот, ваша Ора. Живая и здоровая.

- А что с ней было? – хозяйка подошла к целительнице и взяла из её рук поводок.

- Вот именно поэтому я к вам и пришла. На лугу, где они пасутся, растёт низенькое растение с плотными листьями… У него ещё темно-фиолетовые цветки…

- Сон-трава? – приподняла бровь Столла. Освобождённая от поводка коза резво отскочила в сторону.

Целительница растерялась от такой осведомленности. Как много знает эта женщина?

- Да, именно она. Кажется, Ора нашла один из таких цветков.

- Похоже на то, сейчас как раз сезон. - хозяйка задумчиво посмотрела на счастливую козу, которая, наконец, добралась до травы и, жмурясь от удовольствия, поглощала травинки. Налетевший ветер поднял пыль и вздыбил шерсть на боку животного. Женщина вновь повернулась к Нионе.

- Жаль, что ты не можешь остаться, целительница.

- У меня очень много дел. Да и прижиться у вас надо, наладить быт и… там ещё целый ворох других мелочей.

- Физала говорила о том, что ты попросила её о помощи? – Столла резко сменила тему.

- Попросила, - Ниона не хотела скрывать основную цель этой просьбы и тем более врать тем, кто только начал доверять целителю, но и рисковать было нельзя. Она не знала в каких отношениях местные с ведьмой. Бывает так, что ведьма заменяет целителя, и жители искренне пытаются защитить того, кто им столько помогает. – Как я сказала, я тут недавно, и мне нужно составить карту местных растений.

- А почему не спросишь у травников? Они тут каждый куст знают.

Ум и прозорливость женщины могли доставить массу проблем, не так и просто будет её убедить. Главное - не допустить ошибки.

- Да, травники знают где искать травы, – медленно начала девушка стараясь правильно выдать мысль, так вовремя пришедшую в голову. – Но не все. Травник не сможет приготовить эликсир или микстуру – для этого потребуются иные растения, а также магия. Помимо этого, целители могут найти «источники» …

- А… точно… магия. – пустым, ничего не выражающим голосом произнесла женщина. Ей не нравится магия? Столла подняла глаза к небу. - Вы можете пойти завтра, если не будет дождя.

- Это было бы прекрасно. - Ниона улыбнулась, думая о том, что завтрашним утром, как на зло, могут прийти люди с проблемами. И не просто с проблемами, а с проблемами серьезными, с травмами или сложной болезнью. Тяжело что-то планировать, если твоя жизнь не расписана по графику. – В таком случае давайте прощаться?

- А как же благодарность за твой труд? – удивилась хозяйка. – Так просто я тебя не отпущу. Физала!

Девочка появилась практически мгновенно, вероятно подслушивала за дверью, и вопросительно посмотрела на мать.

- Там, на столе, стоит корзинка, принеси её сюда.

Физала вновь скрылась в доме.

- Ещё раз спасибо вам за Ору. Ей всего три года, не хотелось бы так быстро её потерять. – Столла взяла в руки переданную вернувшейся Физалой корзиночку и отдала её целительнице. – А это тебе. Корзинку можешь не возвращать, тебе она нужнее.

Наконец, Ниона оказалась дома. Она абсолютно ничего не ощущала в связи с завершением вопроса с козой. Ни радости, в связи с положительным исходом, ни огорчения. Главное, что дело сделано. Дома, на обеденном столе, рядом с магическим «якорем», её ждал свёрнутый в трубочку свиток. Девушка взяла его в руку и резко развернула, неосторожно порезавшись о грубый край. Содержание свитка было предельно кратким.

Завтра в 6 вечера у гильдии наёмников. София.

«Интересно, что она задумала?» - размышляла целительница, посасывая порезанный палец.

*****

31 Ардети́к. Позднее утро.

Сегодня говоришь? – Форзул поднял бровь и шрамы на его лице натянулись. – Я скажу привратнику, потом будешь предупреждать его сама. – Наёмник подкинул в руке кошель, набитый монетами. Проверять не стал. – Что с моей просьбой?

София протянула руку. – Давай письмо.

Воин некоторое время не двигался, после чего достал из-за пазухи конверт и протянул чародейке. Девушка взяла бумагу осторожно, точно это был хрустальный бокал тончайшей работы. Она взглянула на главу гильдии и покачала конвертом в руке из стороны в сторону. Наёмник следил за каждым движением чародейки, сохраняя абсолютную неподвижность.

Девушка поднялась со своего места и встала на пол на колени. Она начертила несколько, одной ей ведомых символов и «разожгла» большой магический круг. Огромный шаблон, в центре которого уже почти полулежала девушка, обрастал новыми фигурами, связями и рунами, наполняя комнату розовым светом. София работала с формулой минуты две, после чего медленно поднялась на ноги, не обращая внимания на запачканный пылью плащ, и положила письмо в центр круга. Боковым зрением она заметила, что Форзул больше не сидит за столом, а стоит рядом с шаблоном, внимательно наблюдая за работой.

Легко, с наигранным изяществом, виконтесса дочертила последние штрихи, махнула рукой и письмо, с негромким хлопком, исчезло в розовой вспышке. В воздухе появился свежий запах озона, а на пыльном полу остались очертания огромной формулы, которая несколько секунд назад сияла напитанная магией. Форзул дернул головой.

- Сильна.

- Почту за комплимент, Форзул. – Широко улыбнулась София.

- Когда я получу ответ?

- Как только Алифиса ответит мне. Уверяю тебя, я сразу перешлю письмо тебе, прямо на этот стол. – девушка постучала кольцом о дерево.

- И как ты сюда «попадёшь»?

София достала из рукава свернутую бумажку и протянула наёмнику. – Это «якорь», и он одноразовый.

Форзул, беря из рук девушки бумагу, вновь дернул головой и ухмыльнулся. Ясно как день, что настолько сильный маг ему встречался редко.

- Ты мне доверяешь? – игриво спросила наёмника София.

Воин взял недолгую паузу, разглядывая нарисованный на бумаге «якорь».

- Доверяю… но если ты назовёшь меня дураком, то я прямо тут вырежу тебе язык.

Алифиса много интересного рассказала про этого человека. Например, что он никогда не шутит, и что любит угрожать людям, а ещё больше приводить свои угрозы в действие. София не собиралась рисковать жизнью и играть с огнём, особенно сейчас. С трудом продолжая улыбаться, всё тем же игривым голосом она продолжала:

- В таком случае я проявлю мудрость, и не буду говорить тебе этих слов, Форзул.

Наёмник в который раз ухмыльнулся. В этот раз он был более раскрепощенным и в беседе с чародейкой - у него пропала былая скованность. Кажется, чародейка начала завоевывать его симпатию.

- Можешь идти и осмотреть комнату, Солидифи́зия.

Чародейка замерла, не в силах скрыть изумление. Откуда он мог узнать её полное имя? Никто, кроме самой Софии и членов её семьи этим знанием не обладали. А довольный собой наёмник лишь махнул ей рукой, дескать: тебе пора уходить.

*****

31 Ардети́к. Ранний вечер.

Финикс подняла голову, осматривая серую стену. На лицо попали тяжёлые капли холодного дождя. Стена невысокая, но выглядит внушительно – настоящая маленькая крепость внутри города. Чародейка бросила взгляд в тот конец улицы, откуда она пришла – никого, в другом – одинокая фигура в плаще с накинутым капюшоном осторожно обходит лужи. Куда дальше? София написала, что встреча около гильдии, и вот она здесь, да и время то самое. Всё ещё ничего не понимая, Финикс решила пройтись вдоль стены, может быть станет яснее? Крепко задумавшись, девушка потеряла бдительность, и, когда она проходила мимо той самой фигуры, запястье чародейки сжала холодная рука.

- Финикс, это я! Заходи в гильдию.

Чародейка нервно выдернула руку и постаралась разглядеть лицо под капюшоном.

- Да я это, я.

Ничего не ответив, Финикс продолжила идти вдоль стены. Обернувшись, она снова никого не увидела, если не считать одинокой фигуры в плаще, продолжавшей кого-то ждать. И вот ворота. Крепкие, обшитые кованным железом. Находясь в сомнении, ничего не понимая, девушка занесла руку, и, после некоторого раздумья, постучала. Тишина. Она туда постучалась? И что эта за фигура в плаще? Лица Софии она не увидела, не смотря на то, что именно в этом месте и именно в это время было назначено рандеву. Может быть Софию заставили написать это письмо? А если нет, то что за чертовщину устроила эта аристократка?

Все эти мысли пронеслись в голове за одно мгновение. Смотровая дверка открылась и, через решетку, маленького окошка послышался глухой мужской голос.

- Кто такая?

Прекрасно! Что она должна ответить?

- София мне сказала сюда зайти.

Привратник больше не сказал ни слова. Несколько раз громыхнул замок, и какая бы ни была тяжёлая дверь отворилась абсолютно бесшумно. Ах вот оно что! Аристократка каким-то образом связалась с местной гильдией. Интересно, много-ли она им рассказала? За воротами стоял лишь один воин, окружённый тонкой аурой разбивающихся в пыль о доспех капель дождя. По тому, как на нём была подогнана экипировка, и по тому, как он уверенно держал осанку можно было сказать, что боец перед ней стоит опытный. Лицо привратника разглядеть было невозможно – его закрывало глухое забрало стального шлема.

- Проходи в сторожку, и жди там. - Глухо произнёс страж.

Что-то в его виде и голосе было такое, что девушка мгновенно подчинилась, не допуская даже мысли о сопротивлении. В сторожке было тепло, теплее, чем на улице, в дождевую, ветреную погоду. Тут же сидели еще два воина, они что-то тихо обсуждали, по очереди бросали игральные кости и ели что-то печёное, ещё дымящееся, возможно репу. Бросив быстрые взгляды на вошедшую, они вновь занялись своими делами. Финикс это устраивало полностью, она совсем не хотела ни с кем разговаривать, особенно после целого дня разбора карточек. Казалось, прошла вечность, прежде чем в комнату вошла ещё одна девушка – Ниона Исо.

- Здравствуй, Финикс. – Пискнула целительница и, видимо испугавшись своей смелости, или вспомнив о прошлых встречах с чародейкой, распахнула от страха глаза.

Финикс холодно взглянула на целительницу. Ей не нравилась эта мягкая в общении, и, в общем-то, слабая девушка.

- Здравствуй. – сухо ответила чародейка и отвернулась. Ниона так и осталась стоять у входной двери, не зная, что ей делать и куда себя деть.

Буквально через несколько минут появилась София, уже скинувшая капюшон. Её струящиеся, чуть волнистые от влажности, волосы выглядели неестественно - никто из присутствующих здесь не видел виконтессу без её знаменитых высоких причёсок. В глаза бросалось и полное отсутствие макияжа, но, даже не смотря на такие изменения, красота Софии никуда не делась. Об этом можно хотя бы судить по двум стражникам, которые, забыв обо всём на свете, смотрели на третью гостью.

- За мной, быстро. – поманила девушек пальцем София.

Финикс вспыхнула – она не могла терпеть, заносчивую и холодную виконтессу, а уж, когда та начинала командовать, то девушку так и тянуло что-то сломать. Под порывами ледяного ветра, София провела их между тренировочных площадок наёмников, которые сейчас пустовали и подвела к дому, который, скорее, был похож на маленькую крепость. Виконтесса с трудом открыла окованную железом дверь. Когда Финикс вошла в тёмное, душное помещение, София уже завершала разговор с еще одним стражником. Не успев осмотреться, чародейка проследовала за остальными, стараясь не отставать.

Аристократка бросила взгляд на своих спутниц и толкнула одну их дверей. Это была довольно просторная комната внутри которой стояли два кресла, два дивана и тройка стульев. Тут же стоял сломанный, покосившийся шкаф. Свет давали четыре осветительных шара, находившихся по углам. София уверенно прошла внутрь и расположилась в одном из кресел закинув ногу на ногу.

- Располагайтесь, - изящным жестом аристократка указала на оставшиеся места. Ниона сразу подчинилась, а Финикс, закрыв за собой дверь, злобно взглянула на виконтессу.

- София, что эта за дьявольщина? Что ты разболтала этим наёмникам? Что мы тут делаем?

- Садись, и мы поговорим. – аристократка выглядела уверенно. Кажется, в её глазах резвились веселые огоньки, или это игра света?

Финикс некоторое время смотрела на Софию, но, всё же, подчинилась.

- Прежде чем ответить на твои вопросы, я должна сказать, что теперь это наше место встреч. Тут мы будем делиться нашими достижениями, совещаться, будем решать вопросы, и помогать друг другу…

- Какая же ты дура, София! – раздражение, копившееся днями, выплеснулось наружу. – Ты знаешь в какое опасное место мы приехали и всем подряд рассказываешь про нас.

Ниона с ужасом смотрела на взбешенную чародейку, виконтесса всем своим видом выражала вежливую заинтересованность.

- Что ты им рассказала? Кто тебя этому надоумил?

- Я им рассказала всё… а «надоумил» меня Мастер Зора. – София выглядела всё также уверенно и продолжала спокойно смотреть на чародейку. – Ещё вопросы?

Услышав имя одного из наставников, Финикс, казалось, успокоилась, но настроение её всё также было отвратительным. София отвернулась от чародейки и посмотрела на целительницу.

- Что у тебя, Ниона?

Девушка испуганно взглянула на виконтессу. – Ну… мне нужна ваша помощь…

Финикс фыркнула.

Ниона быстро, постоянно сбиваясь, рассказала про козу со странным симптомом. Она до сих пор сомневалась в правильности поставленного ею диагноза. Чем больше говорила целительница, тем внимательнее прислушивалась к её рассказу Финикс, в конце концов, чародейка прервала рассказ Нионы.

- Это не «источник».

София и Ниона уставились на девушку - уж кому и стоит верить в вопросах магии Смерти, так это Финикс.

- Нечего на меня смотреть, это не «источник», я уверена. – Темная чародейка перевела взгляд на целительницу. – И «лечила» ты козу неправильно… А «источник» зачем пошла искать в одиночку? Жить надоело? На что ты надеялась? Думала отмахнуться от нечисти вербеной? Я тебе обещаю, ты сложишь голову из-за своей же глупости…

- Финикс, хватит! – холодно произнесла виконтесса. Пристыженная целительница скрыла лицо светлыми прядями, не в силах поднять взгляд от пола.

- А ты, София, лучше бы оставила в покое целительницу и позволила бы ей заниматься зельями, а не гоняться туда-сюда через половину графства.

Виконтесса лишь пожала плечами и качнула ногой.

- А что с нашим лесным жителем, Ниона? Удалось что-то выяснить.

- Удалось. – не поднимая головы, шёпотом ответила целительница. – На днях попробую узнать, где… где ведьма живет точно.

София кивнула и повернулась к темной чародейке.

- А теперь ты, Финикс. Во-первых: Лу Фолк пограничный феод, поэтому является графством он никак не может. Лу Фолк - это маркизат, или по другому – марка. А во-вторых: нравится тебе, или нет, но встречи будут происходить. И мне также хотелось бы узнать, как дела у тебя.

- Тебе-то это зачем?

- Мне, как твоему командиру, это очень интересно. Да и Аезелвалфу будет полезно знать, как мы тут устроились и чем занимаемся.

- Ты… ты можешь отсюда отправить письмо? –Финикс не смогла скрыть своего изумления.

- Могу, - София слегка улыбнулась, хотя в карих глазах стоял лёд. – Поэтому рассказывай, что у тебя там происходит.

В дальнейшем, Финикс так и не смогла себе объяснить, почему она скрыла некоторую информацию, а именно ту её часть, в которой она день за днём покидала своё рабочее место и изучала помещения гильдии. Из рассказа чародейки получалось, что она оказалась заперта в подвалах и всё, что она делает, для того, чтобы оттуда выбраться – это пытается договориться с кем-нибудь о выдаче ей другого занятия. Вероятно, София была разочарована таким положением дел, а может быть и нет. Виконтесса просто кивнула, принимая к сведению всё, что ей поведала Финикс.

- На этом всё, - аристократка слабо хлопнула в ладоши. – Я вас больше не задерживаю. Кстати, сюда, на наши встречи вас будут пропускать без вопросов. Всем удачи.

София первая поднялась на ноги, и направилась было к двери, но чародейка её остановила, ухватив девушку за рукав плаща.

- Подожди. Я хотела бы поговорить с тобой, наедине.

Услышав эту фразу, Ниона полёвкой выскочила из комнаты, оставив чародеек одних.

- Ты рискуешь, София…

- Рискуем мы все, и ты в том числе.

- Да, но я рискую только собой, а ты всеми нами.

Не дожидаясь ответа, Финикс пронеслась мимо аристократки вслед за целительницей.

Глава 10

28 Ардети́к. Утро.

Авилла шумно выдохнула и скосила взгляд на холодную сталь, приставленную к её горлу. Меч выпал из руки.

- Да как ты это делаешь?

Хейман засмеялся и отвёл клинок, лихо раскрутив оружие в руке. Девушка со вздохом наклонилась и подняла свой меч, вновь медленно и неохотно принимая боевую стойку.

- Я думаю, что с тебя пока хватит.

После этих слов, Авилла расслабилась и убрала защитное заклинание со своего меча. Тем же самым сейчас занимался и Хейман.

- У тебя всё хорошо, только ты слишком… зажата.

Девушка мрачно посмотрела на своего спутника - поражение в тренировочном поединке раздосадовало её сильнее обычного.

- И в перемещениях у тебя всё ещё есть ошибки. – продолжал разглагольствовать Хейман. Иногда, он забывался, поучая Авиллу и это очень сильно раздражало его вспыльчивую подругу. – Вот если бы тебе выдать копьё, или топор…

Качая головой, девушка села на теплую, прогретую Солнцем землю, взяла ветошь и масло, для чистки стали. Нельзя заталкивать грязный меч в ножны, так он долго не прослужит.

- Я бы мог научить тебя-а-а-а…

Мощная волна воздуха сбила юношу с ног. Упал он тоже не слишком удачно. Не ожидая атаки, Хейман не успел поставить какую-либо защиту, или хотя бы просто сгруппироваться. Неловко поднявшись, юноша посмотрел на девушку и рассмеялся. Он всё ещё хромал от падения, подходя к выроненному мечу.

- Ты никогда не умела проигрывать, Авилла…

- А ты никогда не мог заткнуться и немного помолчать. – девушка мотнула головой и с остервенением принялась натирать сталь маслом. Но, Хейман, находящийся в прекрасном настроении, продолжал доставать спутницу.

- Если бы ты эту энергию потратила на поединок, то могла победить. – он кивнул на меч своей спутницы, который она полировала яростными, дёрганными движениями.

Авилла в гневе послала ещё одну воздушную волну, более мощную, но Хейман, ленивым движением кисти отбил атаку. Заклинание ушло в сторону, спугнув крикливых ворон с ближайшего дерева. Девушка на мгновение замерла.

- Я рада, что ты быстро выздоровел, – в голосе больше не было злобы, и взгляд Авиллы стал гораздо теплее. – Если всё будет хорошо, то скоро будем в Лу Фолке.

Хейман не успел ей ответить - рюкзак девушки задымился и упал набок. Осторожно положив меч, чтобы не запачкать его землёй, Авилла откинула клапан, и, разгоняя дым одной рукой засунула другую в недра сумки, откуда она медленно вытащила свёрнутый, дымящийся свиток. Держа его двумя пальцами, девушка осторожно развернула его и пробежала по записям глазами.

- Это София. Она беспокоится из-за нашей задержки.

Авилла достала из рюкзака «якорь» и плоский деревянный футляр с письменными принадлежностями. Быстро набросав ответ, она вновь свернула свиток и поставила его на каменный кружок. Оба мага посмотрели на получившуюся конструкцию.

- Думаешь, она «заберёт» его прямо сейчас? – Хейман первым нарушил молчание.

- Не знаю. Может быть…

Сразу после этих слов, темно-зелёный камень «якоря» засиял розовым светом, свиток задрожал, дёрнулся и с хлопком исчез. Авилла покачала головой.

- Не понимаю я Софию. Такие выдающиеся способности, а тратит свою жизнь на развлечения. – девушка повернулась к Хейману. – Она ведь не слабее Аезелвалфа, могла бы стать прекрасной чародейкой… или даже волшебницей.

- Тебя правда это интересует?

Авилла на мгновение задумалась.

- Нет, не интересует. Просто не могу понять её целей… Но, она аристократка, ей не надо напрягаться в жизни. Слуги, деньги, влияние… Всё есть, ничего не надо добиваться.

Хейман пожал плечами, его этот вопрос не волновал абсолютно. Дальше собирались молча. Авилла снова и снова проверяла свой рюкзак, стараясь сделать его максимально удобным, её спутник, убирал следы их присутствия на поляне. Костёр, разведенный в яме, укрыли заранее срезанным пластом земли, собрали щепки и обломанные ветки, ещё раз проверили, что ничего не оставили на месте временной стоянки. Оба мага не опасались слежки и не находились на вражеской территории – там бы они костров не разводили. Они привыкли к такому поведению. Быть боевым магом, это не только уметь сражаться и комбинировать оружие с заклинаниями, это своя, иная философия и другой образ жизни.

30 Ардети́к. Ранний вечер.

С тех пор прошло три дня. Авилла лежала в импровизированном укрытии, в траве и дремала, положив рюкзак под голову. Её спутник находился рядом и смотрел на зубцы далёких, бледных стен. Дождь только что ушёл на Запад, и Лу Фолк вновь стал виден сквозь толщу влажного воздуха. Сегодня они не дойдут до него. В Лу Фолке оба мага хотели бы оказаться утром, или днём, поэтому своё появление в городе они решили отложить до следующего дня.

Перехватив дудочку Хейман сменил весёлую мелодию на печальную. В городе уже находилась половина группы. Что удалось им узнать? С чем уже столкнулись? Уже завтра их будет пятеро, почти все в сборе. А потом? А потом приедет Аезелвалф, и работа пойдёт полным ходом. А пока его нет, время нужно потратить на устройство жизни и налаживание отношений с местными. Необходимо понять, чем живут жители, какие у них проблемы, что их беспокоит. На самом деле, это не так уж и скучно, да и не вся жизнь должна состоять из войны… А сражений им хватит: оборотни, проклятый храм… Хейман почувствовал, как кровь наполняется адреналином. Авилла пошевелилась и приоткрыла один глаз.

- Всё нормально?

- Да, спи дальше.

Они нашли очень удачное место, находящееся на опушке одно из лесов, вокруг Лу Фолка. Его выбрала Авилла, как только оба путника заметили на горизонте темно-синие тучи. Шалаш, обеспечивший им защиту, вышел просторным и достаточно надёжным, что бы налетевший ветер со следующим за ним дождём, так и не смогли добраться до магов. Хейман перевёл взгляд на спящую девушку. Авилла уже надела свою броню из зачарованной кожи, усиленной кусками кольчуги. Толстая рыжая коса, распушившаяся от влажности, свернулась змеёй и покоилась на груди. Веки воительницы слегка дрожали. Сколько они уже вместе прошли? А сколько ещё предстоит пройти?

Юноша тряхнул головой, волосы хлестанули по лицу. Он никогда не сомневался в сделанном им выборе, всегда знал, что серьёзных ошибок не допустил. Каждый его шаг, принятое решение, полученный навык или умение, всё это приближало Хеймана к мечте всей его жизни – стать офицером. И вот, финальный этап экзамена. Он сидит, и смотрит на зубцы крепостных стен и до сих пор ощущает себя недостойным. На практиках, Хейман часто попадал под начальство того или иного командира, он постоянно находился в кругу тех, кто уже прошёл обучение, или тех, кто заслужил звание благодаря своим заслугам. И он не чувствовал себя таким же уверенным и подготовленным. Это бесило. Это раздражало. На уроках, занятиях и практиках, Хейман выкладывался по полной, старательно и подробно разбирал свои и чужие ошибки, требовал с себя невозможных результатов. Достигая новых высот, он чувствовал лишь разочарование, а похвала учителей вызывала уныние.

Хейман сильно сжал в руках дудочку, та лопнула и поранила ладонь. Опять он поддался мрачным мыслям, опять потерял контроль. Именно поэтому он не лучший, поэтому из него не получится офицер.

- И снова дождь.

Хейман резко обернулся. Он не заметил, как проснулась Авилла. Девушка сидела, положив подбородок на скрещенные руки, и, округлив глаза, смотрела вдаль. Его спутница права: вновь Лу Фолк скрылся за водяной стеной, а по листьям их укрытия застучали крупные капли. Через пару мгновений дождь полился с безумной силой. Вода билась о листья, бросая в лицо путникам мокрую пыль. Авилла вздрагивала, крепче обнимая руками колени, Хейман вновь ушёл в себя. Ему не холодно, в нём течёт горячая кровь северян.

- Ну… главное, что мы сухие. – задумчиво протянула девушка.

Хейман не ответил. Его спутница чем-то шуршала сзади, вероятно, пыталась согреться. Иногда, скрипела верёвка, или шелестел пергамент.

- Хлебушек будешь? – невнятно произнесла девушка.

Авилла, сидела перед раскрытом рюкзаком, в каждой руке она держала по половинке маленького хлеба, одну из которых протягивала Хейману.

- Бери-бери, не бойся.

Дождь прекратился как раз в тот момент, когда они молча доели хлеб. Небо темнело, воздух порядочно остыл. Авилла отряхнула руки и потянулась.

- Не люблю, без костра спать. – девушка свернулась колечком и положила под голову свой рюкзак.

- Ты собираешься спать в доспехах?

- Да, потому что не хочу замёрзнуть. – раздражённо ответила девушка. – Охранные заклинания поставил?

- Поставил.

Ночь и правда должна была стать холодной.

*****

31 Ардети́к. Раннее утро.

- Ты почему меня не разбудил?

Хейман осторожно обернулся, думая лишь о том, чтобы не повредить затёкшую спину. Авилла уже сидела, борясь с веревками на рюкзаке. Выглядела она крайне недовольной.

- Прости, я задумался…

- Задумался настолько, что просидел в одной позе всю ночь? Ты же знаешь, что я ненавижу когда ты так делаешь?

По дрожащему голосу было слышно, насколько сильно она замёрзла.

- Что сделано, то сделано, Авилла.

Девушка фыркнула. Утро выдалось солнечным, дождевые тучи ушли на восток, а миллионы капель, лежащих на траве, сияли как драгоценности в сокровищнице дворфов. Хейман растрепал волосы и провёл рукой по льняной рубашке. Влажная. Изо рта идёт пар. Очень холодное утро, но ему не холодно. Хейман никогда не был на Севере, никогда не видел, в каких условиях жили его родители в Силдерене. Наверное, там действительно Холодно. Холодно по-настоящему, а север Вилларии кажется силдеренцам далёким и тёплым югом. Может быть там зимой, снег заметает дома по самую крышу, а заморозки бывают даже летним утром.

- Ты слышишь, что я тебе говорю?

- М?

- Всё, я пошла.

Авилла всё ещё выглядела насупленной и недовольной. Похоже, что эту ситуацию с дежурством, она ещё не скоро ему простит.

- Хорошо. Удачи тебе.

В глаза девушки вспыхнуло яростное пламя – ей не понравилось это прохладное прощание. Она что-то хотела сказать, но передумала, дернула головой, и, не сказав больше ни слова, пошла по мокрой траве к тракту. Если бы они пошли к Лу Фолку вдвоём, то привлекли бы к себе ненужное внимание. Воительница в броне, с мечом, и путник без оружия - странная получилась бы парочка.

По условиям экзамена Авилле выпала роль молодой наёмницы, а Хейман будет вынужден изображать обычного путника, человека, который по каким-то причинам, покинул родные места в поисках новой жизни. Обычный путник с мечом выглядит как минимум подозрительно. Маг достал из своей сумки бутылочку с маслом и ветошь. Тщательно обрабатывая сталь заговорённым составом, Хейман думал о предстоящих испытаниях. Не было страха, волнения, тревожности… Экзамен казался очередной практикой, только теперь рядом не будет офицеров или наставников.

Сталь, покрывшись тонким слоем масла, окрасилась в желтоватый свет. Хейман медленно, очень тщательно, завернул меч в ткань. Туда же легли разобранные ножны и поисковый «якорь». Достав вторую бутыль, маг сорвал деревянную пробку и вылил содержимое на перетянутый веревками свёрток. Пока ткань, и её содержимое, пропитывались вторым составом, Хейман принялся копать ямку во влажной земле широким ножом. Очень скоро меч был захоронен, временное укрытие разобрано, и ничто не говорило о том, что тут некогда находились люди. Кроме, может быть, примятой травы, которая поднимется через пару часов после его ухода.

*****

31 Ардети́к. Утро.

Испытывая ярость и раздражение, Авилла широким шагом шла по южной дороге. Как Хейман смеет так к ней относится? Она уже доказала, что не уступает никому, со своего факультета. Почему этот светловолосый воин вновь разыгрывает из себя саму любезность? Сначала, он делал это по незнанию, как и другие, потом что бы позлить её, и только на последних годах обучения Хейман «вырос» из этого. Так думала Авилла до этой ночи. Но что это сейчас было? Мало помалу, мысли про Хеймана ушли, оставляя место сосредоточенности и концентрации. Девушка не боялась того, что её ждёт в городе, основная опасность была за городскими стенами. Каждая мысль об оборотнях наполняло сердце колючим, морозным ужасом, а ноги превращались в кисель. Авилла никому не говорила, но та, первая встреча с оборотнями нанесла глубокую душевную рану, от которой невозможно оправиться. Наверное, не много нашлось бы в Мире глупцов, способных обвинить девушку в трусости. Всегда находясь в первых рядах, не боясь заведомо более сильного и искусного противника, Авилла представляла собой воплощение ярости огня. Огня, который стремительно угасал при мысли о вервольфах. Воистину, можно обмануть кого угодно, но не себя.

Мрачные мысли настолько овладели разумом, что «очнулась» от них Авилла только оказавшись на неровных булыжниках южного моста, ведущего в город. Девушка растеряно обернулась, вспоминая прошедший путь. Поля, люди отводящие глаза от вооруженной наемницы, встречные телеги. Свежий воздух летнего дня был пропитан миром и спокойствием, небеса рвал далекий крик ястреба. Под цокот копыт, гремя колесами по неровной поверхности моста, мимо проехала тяжелогружённая повозка. С глубоким вздохом, Авилла двинулась следом за транспортом.

- Постой, наемница. – Стражник у ворот вытянул руку в кольчужной рукавице, остановив путницу.

- Ну что ещё? – девушка не скрывала своего раздражения.

- Рекомендую тебе не нарушать порядок в городе, иначе столкнешься с правосудием.

- Я знаю…

- Держись подальше от людей, если не хочешь проблем.

- Хорошо…

- И постарайся убраться из города побыстрее, такая грязь нам тут не нужна.

- И в мыслях не было тут задерживаться. – ответила Авилла, и взгляд полный презрения столкнулся с её огненным взором.

- Еще раз мне попадешься и у тебя будут неприятности, наемница.

На последний выпад Авилла решила не отвечать, тем более, что стражник опустил руку, позволяя гостье пройти за ворота. Все еще слегка взведенная двумя утренними перепалками, девушка долго пыталась понять, в какую сторону ей следует пойти. Вертя головой во все стороны, она пыталась найти хоть какое-нибудь здание из плана, заученного ею наизусть. Банк, лавка мясника, рынок, мастерская, магазин, да что угодно, что бы понять, в какую сторону идти. Но минутное замешательство отступило, освободив место разумным мыслям. Повернув на улицу, что справа, Авилла вдоль стены двинулась к докам, где приставали малые речные корабли и рыбацкие лодки.

Чем ближе к порту, тем хуже становились дома, тем больше грязи лежало на улицах, тем больше встречалось пьяниц и людей, вероятно зарабатывающих себе на жизнь нечестным трудом. Беды Авилла не ждала, но, на всякий случай, перевесила ножны с мечом, со спины на пояс. К вооруженной наемнице окружающие относились безразлично, как бы невзначай скользя взглядом по кожаному доспеху и мечу. Утром драки не хотел никто.

Оскальзываясь на грязи, Авилла всё же вышла туда, куда хотела попасть в первую очередь. Таверна «Красный окунь» по слухам была единственным приличным зданием в этом районом, хотя, внутри это ощущение сменялось на совершенно противоположное. Пропахшее потом, дешёвым алкоголем и рыбой, жаркое помещение скудно освещалось мисочками с горящим маслом, раставленными на столах, и с трудом проходящими сквозь грязные окна лучами Солнца. Под перекрестьем взглядов Авилла двинулась к стойке, где хозяин таверны тер грязной тряпкой деревянную кружку. Не отрываясь от своего занятия, он разомкнул рот, полный черных зубов:

- Совсем хреново с деньгами, подруга?

- Следил бы лучше за своими. – машинально огрызнулась Авилла.

- Наемники сюда не ходят, для вас есть другие, более приличные заведения. – хозяин сплюнул на пол черной жижей. – Рекомендую тебе пойти туда.

- Не маленькая, разберусь сама.

Мужчина тяжело вздохнул, шмыгнул носом и отставил кружку в сторону.

- Ладно, чего ты хочешь?

Девушка взяла в руки кошель, отсыпала пару монеток и положила на стойку.

- Налей-ка мне вина, я только что с дороги и хочу пить.

- Что еще?

- И расскажи мне что-нибудь интересное. Что у вас тут происходит?

Хозяин не отрывая жадного взгляда от денег, загреб их ладонью.

- Этого мало, красавица. Настоящая информация стоит немного больше.

- Не называй меня так! – вспыхнула Авилла. – И начинай говорить, чем больше расскажешь, тем больше получишь.

Для убедительности девушка потрясла мешочком с деньгами, надеясь сыграть на жадности собеседника. Тот, пожирая кошель взглядом, некоторое время оставался неподвижным, как бы размышляя – а стоит ли играть на таких условиях? После чего резко сорвался с места. Авилла некоторое время наблюдала за мужчиной. Худой, со сгорбленной спиной и при этом с небольшим, выпирающим животиком. Одетый в грязную рубаху, лысый. Все в его облике отталкивало. А когда он взял ту самую кружку, которую тер минуту назад, Авилла уже не могла сдержать отвращения и отвернулась, осматривая помещение. Присутствующие, встречаясь с ней взглядом, отводили глаза и продолжали разговор с собеседниками.

- На! – Хозяин с громким стуком поставил кружку вина.

Авилла сделала глоток и выплюнула вино на пол.

- Кислятина! И ты еще его водой разводишь!

- Ну, так чего ты хотела услышать? – пропустил он возмущение путешественницы мимо ушей. – Прошлое? Настоящее?

- Прошлое мне любая карга в городе расскажет. Давай, поведай что сейчас происходит.

- Говорят, у нас тут оборотни в округе завелись…

- Прекрати молоть эту чушь! – Авилла хлопнула ладонью по столу, припечатав туда еще пару монет. – Твой бред знает каждый на тысячи шагов вокруг. Я не за этим сюда пришла.

Мужчина мгновенно смахнул монетки со стола. Его глаза заблестели, опаленные огнем алчности.

- «Перекормила». – С сожалением подумала девушка. – «Слишком быстро».

Наклонившись над грязной стойкой мужчина тихо произнес:

- Несколько дней назад, в порт пришвартовалась парусная лодка «Ина́рка». Груз скрыт. Разгружали лодку вечером, и не обычные портовые грузчики, а специально для этого нанятые рабочие…

- И всё? – спросила девушка с недоверием. – Это все что можешь мне сказать?

Хозяин улыбнулся черными зубами.

- Нет, слишком мало информации, извини. Больше ничего не получишь.

Авилла было поднялась, чтобы уйти, как локоть словно сжали стальные тиски.

- Постой, подруга. – Неожиданно сильный захват ослаб. – Помимо рабочих в разгрузке участвовал один из наших, парнишка по имение Белот.

- Спасибо, я поищу его.

- Не поищешь, он ушел в плавание с торговцами, а когда вернется, - хозяин вновь улыбнулся. – А когда вернется, это никому неизвестно.

Авилла молча выдернула руку из захвата и пошла к одному из столиков, покрытого сальной грязью. Неспешно, сквозь зубы потягивая кислое вино, она слушала и записывала разговоры людей, старалась выцепить среди потока жалоб, проблем и шуток, волны страха и беспокойства. Попутно, девушка размышляла о подозрительном корабле. Контрабанда? Или что-то посерьезнее? Нисколько не надеясь на удачу, Авилла, тем не менее, выделила среди гомона несколько повторяющихся моментов. Особенно часто люди говорили о перебоях поставок грузов из Форе́ки – города стоявшего выше по реке, иногда, упоминали о пожаре в городе и единожды вспомнили тот самый таинственный корабль. Если бы они не задержались с раной Хеймана, то Авилла бы оказалась здесь ближе к событию, когда этот корабль, возможно, обсуждали чаще.

Меч, доспехи, и опасный внешний вид обеспечили Авилле надежную защиту от желающих пообщаться с молодой девушкой. Только один, особенно пьяный храбрец попытался что-то сказать, но его оттащили чуть более трезвые товарищи. Вино давно закончилось, а идти и тратить деньги на новый заказ не хотелось, тем более, что хозяин, нет-нет, да бросал подозрительные взгляды на гостью. Уже под вечер Авилла забросила попытки выслушать что-то ценное - количество посетителей, как и количество выпитого алкоголя увеличивалось, шум нарастал. Пару раз даже вспыхнули потасовки, так и не разгоревшись в драку.

- Ты совсем ничего не ешь? – буркнул хозяин, разобравшись с заказом для очередной компании и обратив, наконец, свое внимание на подошедшую девушку.

- В твоем клоповнике имеется свободная конура? – игнорируя вопрос спросила Авилла.

- Имеется…

- Сколько?

- Три шериги. – очевидно, хозяин раскусил платежеспособность гостьи и попытался выиграть еще немного.

- Удачи.

- Ладно, отдам за две.

Авилла выложила требуемую сумму, в виде двух палочек сияющего железа и выслушала комментарии хозяина, как добраться до комнаты. Под конец объяснения, мужчина все же выдал фразу, которая, казалось, вертелась у него на языке.

- К чему тратить деньги на комнату, если у вас, наемников, тут есть целая крепостница внутри города? Сдается мне, ты не та, за кого себя выдаешь.

- Не твое дело, кто я. Или рискнёшь проверить? – Авилла удобнее перехватила рюкзак. – Если в комнату кто-то зайдет, то потеряет здоровье. Я тебя предупреждаю один раз.

Развернувшись, девушка забежала по лестнице на второй этаж, где было еще жарче и еще темнее. Комната нашлась быстро и в ней все было не так отвратительно, как в общем зале. В углу, на покосившейся кровати, насыпана солома, стол и стул выглядели прилично. Не самое ужасное место, в котором приходилось ночевать Магия даже не нашла тут клопов. Подсвечивая себе путь магическим шаблоном, Авилла упала на мятую солому, взяла в руку боевой нож, сбоку положила меч, кинула на дверь охранное заклинание, в надежде, что оно не истощится к утру, и мгновенно забылась сном.

*****

31 Ардети́к.

Хейман бодро шел по дороге, периодически уступая путь для повозок. Чем ближе он подходил к Волчьим Ямам, тем лучше у него становилось настроение. Тут и там на дорогу выскакивали птицы или полевые мышки, жужжали пчелки. Именно в такие моменты Хейман мечтал не о войнах, а о мирной жизни. Эта та жизнь… Нет, её светлая сторона. Сторона, на которой так хотелось бы остаться. Возле первого же колодца он увидел двух девушек. Они набирали воду в ведра и со смехом что-то обсуждали, к ним-то Хейман и направился.

- Светлого утра, красавицы! – Бодро воскликнул Хейман.

Девушки обернулись одновременно.

- И тебе путник. – ответила черноволосая.

- Где у вас тут голова живет?

- Возле реки. Его дом единственный в два этажа. – в этот раз говорила уже златовласая. – Хочешь воды, путник?

- Нет, спасибо, красавицы, пора мне. – С улыбкой Хейман двинулся дальше.

За его спиной одна из девушек что-то сказала другой и обе рассмеялись. Продолжая улыбаться Хейман двинулся дальше. И вот, показались крыши первых домов, воздух наполнялся звуками деревни, и все чаще встречались жители, с интересом рассматривавшие незнакомого путника. Нужный дом нашелся легко, благо он выделялся среди одноэтажных построек и был виден с большого расстояния. Но стоило Хейману подойти к двери этого самого дома, как его окликнули мужики, работавшие неподалеку.

- И что же тебе здесь надо, бродяга? Попрошайничать пришел?

- Просто шел. Путешествовал и увидел этот большой дом. Подумал - дай загляну, авось работник потребуется. – приветливо улыбаясь ответил Хейман.

- Работников тут своих хватает, нечего нас подсиживать. – Все больше мужиков оставляли свои дела и следили за разговором.

- Но я все же спрошу, вдруг что и найдется.

- Шел бы ты отсюда, бродяга, подобру-поздорову, пока не поколотили. – несмотря на спокойный тон, в словах говорившего послышалась плохо скрываемая угроза.

Хейман, продолжая улыбаться, поднял руки и сделал пару шагов назад.

- Спокойно! Я с миром пришел. Просто поговорить.

- Ну так с миром и уходи. Пока есть возможность. – говоривший бросил на землю топорик и медленно двинулся к незваному гостю. Остальные, мало помалу следовали этому примеру.

- Ну что вы в самом деле? Я пришел без зла. Хочу задать пару вопросов.

- Задавай их в другом месте, нам тут чужих не надо. Верно я говорю, мужики?

Остальные ответили нестройным гомоном. Разочарованный столь неудачным началом разговора Хейман, тем не менее, продолжал улыбаться. Медленно отступая, он бросил взгляд за спину. Никого. И как только Хейман приготовился уйти, у дома перед ним открылось окно на втором этаже. Оттуда появилась заросшая седыми волосами голова.

- Веко́ло, что у тебя там происходит? Почему работа стоит?

- Так это… - мужики явно растерялись. – Пришел тут один бродяга…

- И чего, работать мешает? – продолжал интересоваться неизвестный из окна.

Ответа на этот вопрос у мужиков не нашлось, и они озадаченно чесали затылки, смотря друг на друга. Хейман решил взять ситуацию в свои руки.

- Я хотел увидеть местного Голову. У меня есть к нему дело.

- Раз дело, то заходи. А ты, Веколо, принимайся за работу. – с этими словами голова исчезла. Все еще продолжая широко улыбаться, Хейман хлопнул по плечу того, кого звали Веколой, и почти бегом двинулся по направлению к двери. За нею его ожидал высокий сухой старик, которому и принадлежала лохматая голова. Старик что-то зачерпнул из ближайшего бочонка и протянул гостю кружку, с которой лихо падали капельки на деревянный пол.

- Гостю принято подавать воду. – цепкие глаза старика, казалось, просвечивали насквозь.

- Спасибо тебе большое. – с этими словами Хейман схватился за кружку и одним залпом её осушил.

- Ты извини их. По этим землям прошлась война, и они многое теряли. Теперь каждый бродяга, чаще всего, оказывается бандитом. Так зачем же ты пришел сюда, незнакомец?

- Потому что надоело скитаться. Хочу осесть где-нибудь, успокоиться, наладить жизнь.

Седовласый некоторое время всматривался в гостя, как будто не веря словам.

- Ну хорошо, хочешь жить - живи. Недостатка в жилье у нас нет.

Хейман растерялся. Как-то неожиданно всё просто получается.

- И все? Даже не хочешь узнать кто я? Откуда столько доверия?

- Ты же сам сказал, что ты путник. – Старик продолжал пристально рассматривать собеседника.

Хейман лишь пожал плечами, странные они тут в этой деревне, то слишком подозрительные, то слишком доверчивые.

- Как тебя звать, бродяга?

- Ле́йот.

- Лейот, готовься к тому, что просто так жить не получится. Наша деревня добывает рыбу, и добывает её много. Тебе придется учиться это делать, если хочешь тут жить.

- Такая наука у меня уже есть, долго учить меня не придется.

Старик взглянул на гостя с неподдельным интересом.

- В таком случае ты получишь сети, а дальше как хочешь.

- Спасибо тебе, не знаю, как тебя звать.

- Зови меня Головой, потом, если у тебя сложится, узнаешь больше.

У Хеймана никак не получалось разгадать сидящего перед ним человека. За густой гривой волос, за длинной бородой, за сморщенной кожей успешно скрывался весь старик. Парень даже не мог понять, хорошо или плохо к нему относится Голова. Только цепкие глаза на лице, не по возрасту живые, пронзающие… Глаза, в которых не читалось ничего, но которые читали все.

- Э-э-э… Хорошо, Голова. Могу я идти?

- Можешь, только скажи почему именно эта деревня, а не другие?

На этот вопрос Хейман был готов ответить. По своей сути, особенность его биографии и была определяющей для этой роли на экзамене.

- Потому что родился в семье рыбака.

- Ты хочешь сказать, что шел сюда намеренно? Именно в эту деревню? Тебе знакомы эти места?

- Да, я много путешествовал, многих людей повидал, отчасти, мне эти места знакомы.

Старик медленно кивнул, не сводя с собеседника глаз, после поднялся и неспешно захромал к двери. Хейман проследовал за Головой. После полумрака дома яркий свет резанул глаза, и Хейман утирал слезы, пока старик беседовал с рабочими.

- Веколо, возьми парня, и покажи ему дом. Черный дом. Но не тот, что у леса, а тот, что у реки, понял?

- Это что значит, теперь каждый бродяга у нас тут жить будет?

- Если я скажу, значит будет! – Последовал звонкий хлопок. К этому моменту Хейман уже протер глаза и успел увидеть, как сухой старик отвесил тяжёлый подзатыльник работнику. Дальнейших слов уже не требовалось, Веколо молча поднял сбитую на землю шляпу, отряхнул ей и пошел по направлению к Хейману.

- Ну пойдем, чего ждешь? – буркнул мужик.

Хейман не стал ждать повторных предложений и пошел за провожатым. В какой-то момент, он обернулся и вновь встретился взглядом со стариком. Пронзительным, читающим все взглядом. Сбитый с толку Хейман вынужден был ускориться, что бы не отстать.

- Не знаю, что тебе здесь нужно, но учти, мы разбойников не терпим.

- Я очень смирный, – широко улыбнулся Хейман, – правда.

- Хорошо, если так.

После этого Веколо замолчал и до самого дома они шли без разговоров. До дома, который предстал перед Хейманом в ужасном состоянии. Покосившаяся ограда, поврежденная крыша, территория густо заросла травой и крапивой. Такое зрелище лишь вызвало улыбку. Сколько же труда потребуется, что бы в этом месте можно было жить? Зато располагался этот дом в неплохом, можно даже сказать живописном месте. Чуть выше реки, и лес недалеко. Внутри ждала картина не лучше, прошедший прошлой ночью дождь обильно залил земляной пол и мебель, сухой осталась только грубо сколоченная из досок лежанка. И пустота. Больше тут не было ничего, даже печки. Если с отсутствием печи Хейман еще мог согласиться, то протекающая крыша не устраивала молодого мага абсолютно.

- Веколо, а где у вас тут кровельщик живет? Или в другую деревню идти надо?

- Живет, а как же. – последовал сопровождаемый хмурым взглядом. – В середине деревни, дом с зеленой крышей.

- И много тут таких домов, с зеленой крышей?

- Один.

Обойдя лужу, Хейман еще раз огляделся. Ничего, жить можно, бывало хуже, значительно хуже.

- Спасибо тебе, Веколо.

Но Веколо ничего не сказал. Он молча вышел, хлопнув дверью без замка. Маг остался один.

Хейман не стал терять ни минуты. Спрашивая местных, которые, к слову сказать, не все общались дружелюбно, он быстро добрался до дома кровельщика. Большая удача, что тот оказался на месте. Объяснив мастеру ситуацию, Хейман договорился и оплатил ремонт крыши, который ему обещали сделать завтра, если не пойдет дождь. Уже после, в разрушенном сарае он нашел ржавую косу. Потребовалось приличное количество времени, что бы оселком и магией кое как поправить инструмент и ближе к вечеру, в лучах заходящего Солнца, он уже размахивал отремонтированным инструментом, снося под корень разросшуюся траву и крапиву. А в деревне, тем временем, работа закончилась и где-то на окраине слышались веселые песни и вторящее им завывание собак.

- Прекращал бы ты работать, неровен час косу о камень затупишь.

Обернувшись, Хейман увидел, что голос принадлежал женщине, державшей в руке глиняный кувшин и сверток. Опершись на инструмент, и утерев пот со лба, юноша уставился на женщину.

- Говорю, хватит работать, оставь что-нибудь на завтра.

- И то верно.

Тренированное тело не чувствовало усталости. Он мог махать косой и всю ночь, и день и следующую ночь. Жаль, что ночью так плохо видно.

- Я увидела тебя, когда ты пришел. Ты же не из этих мест? – продолжала допрос женщина.

- Нет, я бродяга.

- Ну теперь то уже нет. – усмехнулась гостья. – Ты весь день работал, надеюсь не откажешься от угощения?

Такая контрастность снова сбила с толку. То люди с ненавистью смотрят, поколотить готовы, то предлагают угощения. Но любой доброжелатель – ценен для Хеймана. Это не просто человек, который может помочь, это источник ценной информации об округе, о местных традициях, о здешних страхах и проблемах.

- Угощение принимают в доме. – удобная ритуальная фраза, позволяющая пригласить гостя. Пришла она из времен нашествий драконов, когда находиться вне укрытий было опасно и держать человека на пороге значило обречь его на смерть.

Дверь со скрипом открылась. В кромешной тьме Хейман на ощупь подошел к столу.

- У меня нет света.

Гостья не отвечала, продолжая стоять в дверях. Она чем-то шуршала и, спустя несколько мгновений, в руках женщины появился огонек. Осторожно двигаясь, прикрывая его рукой, гостья подошла к столу и поставила горящую свечу.

- Свеча? Не дорого-ли?

- Гости не каждый день к нам заходят и их надо беречь. Завтра дракон.

- Завтра дракон. – Эхом отозвался Хейман.

- Как тебя звать, незнакомец?

- Ле́йот.

- А я Рогу́да.

- Что же ты, Рогуда, не веселишься со всеми? – Хейман внимательно разглядывал гостью в пляшущем пламени свечи. Немолодая женщина, взгляд полный печали, постоянно останавливающийся на нервном огоньке, волосы спрятаны под платок. Нет, слишком мало опыта, что бы так просто читать людей.

- Хватит, навеселилась, уже.

- И семья не ждет дома?

Рогуда оторвала взгляд от свечи и заглянула в глаза Хейману.

- Нет у меня больше семьи.

- Извини. – ощущение было такое, будто на голову вылили ледяную воду.

- Извиняться тут нечего… - женщина вновь уставилась на огонёк. – Ты ешь давай.

Все еще чувствуя себя скованно, Хейман заглянул в кувшин. Кажется, там была вода. – Гостю принято подавать воду.

- Оставь все для себя, гость сейчас ты.

Хейман взялся за сверток, внутри которого оказался мягкий, еще теплый пирог. Кажется, его пекли специально для него. Залпом осушив кувшин с холодной водой, Хейман принялся за выпечку.

- Рогуда, что у вас тут интересного?

- Да спокойно всё. Говорят, целительница новая недалеко появилась, но ты лучше к нашему травнику ходи.

- Плохая целительница? – Хейман прекрасно понимал о ком именно говорит женщина.

- Не знаю, не видела её. Но наш местный травник ближе будет.

- Свой травник – счастье в деревне.

Хейман принялся за пирог, начиненный непонятно какими травами и кусочками курицы. Рогуда для него даже мяса не пожалела.

- Конечно счастье. Без Офе́рия жизнь была бы совсем невыносимой.

- А что еще слышно?

Рогуда долго рассказывала о событиях в деревне, начиная от болезни кузнеца, лисой, забравшейся в курятник, заканчивая выловленной неведомой рыбой, и купцом с дальней стороны, расплатившимся странными монетами. Мало-помалу, Рогуда перешла на советы, говоря о том, к кому лучше обратиться Хейману и чем заняться в первую очередь.

- Рогуда, мне тут дом в порядок приводить, а на это немало времени уйдет.

- С домом, положим, можно помочь. А вот рыбу придется ловить самому. Ты это хоть умеешь делать?

- Конечно умею, не хочу сказать, что лучше вас, живущих здесь, но азы знаю.

- Тогда будет тебе на что жить. – Гостья в течении всего разговора периодически переводила взгляд с огонька, съевшего половину свечи, на Хеймана.

Разговор завершился ночью, когда хоровод таинственных звезд усыпал небо и взошел кроваво-красный осколок Луны.

- Ложись спать, Лейот, ночь уже глубока.

- Рогуда, спасибо тебе большое!

Женщина бросив взгляд на юношу, поднялась из-за стола.

- Не за что… Завтра дракон.

- А как же свеча, Рогуда?

- Оставь себе. Можешь продать, а можешь сжечь. Решишь сам.

Женщина повернулась и растворилась во тьме дома, выйдя из света огонька. Скрипнула дверь, на мгновение показав кусочек звездного неба, и Хейман остался один.

Глава 11

Вне течения времени.

Бело-лунный луч пробивался сквозь пролом в каменном куполе. Его свет падал ровно на одну половину комнаты, в другой же, темной её части виднелись ветви и листья неведомого растения не имеющего названия. Настойчивый поток света освещал огромную чащу, полную воды, на арку, укрытую тьмой тени, на лестницу, что вела от чаши к арке, а на лестнице… На лестнице лежала женщина лицом вниз. Её платье «растеклось» по ступеням и руки вывернулись ладонями к свету. Из пышных волос, укрытых серебром света, торчали разнообразных листья, ветки кустарников и буйные, прекрасные цветы. Женщина лежала долго, не поднимая голову, и не шевелясь. Казалось, что в ней уже нет жизни.

Откуда не возьмись налетел порыв ветра. Ток воздуха перебрал складки платья, слегка поиграл кудрявыми локонами волос и выбрал один из листьев, заставив кружить его по комнате. Женщина не пошевелилась. Казалось, уже ничто не может побеспокоить её, ни ветер, ни свет, ни что-либо еще. Время шло бесконечно долго, а может быть не шло вовсе. Лист упал на ступеньку, прямо рядом с тонкой, украшенной браслетом из вишневых веток, кистью женщины, и звук этого падения был оглушающим, в царящий тишине.

Дверь раскрылась бесшумно. И медленно, словно текучая вода, в комнату зашли одна за другой еще две женщины. Можно было бы сказать, что это сестры, столь похожи они были, можно было сказать, что они противоположности, столь разными они были. Одна черноволосая, в черных длинных одеждах, вторая наоборот, ослепительно светлая, в снежном платье.

- Ты снова здесь, дитя, – голос глубиною в миллиарды лет. Черноволосая не спрашивала, но утверждала.

- И снова просишь у нас что-то, – и нельзя было не услышать в живом голосе светловолосой каплю издёвки.

Лежащая женщина не пошевелилась, и кудри её волос оставались неподвижными. Черноволосая и светловолосая продолжили спускаться по ступеням, подходя к чаще с водой. Вода, словно почувствовав их присутствие, зарябила, заволновалась, заиграла световыми зайчиками по стенам.

- И кто это снова? Кролик? Олень? Куст орешника? – С иронией продолжала светловолосая. В её неестественно светлых глазах горел веселый огонек.

Обе незнакомки опустили руки в воду, как бы стараясь их омыть смесью воды и лунного света. Вода постепенно успокаивалась.

- Ты просишь за неё, – глубокий голос черноволосой окрасился печалью. – Почему?

Но молчание было ответом. Светловолосая еще раз бросила взгляд на распростертую и отвернулась, словно от невыносимого зрелища. Но не так повела себя её спутница, она продолжала склоняться над просящей.

- Она сама должна справится.

Наконец лежачая пошевелилась, она медленно встала на колени, продолжая воздевать руки в просящем жесте, глаза её были полны печали и слёз.

- Пожалуйста…

- Ты слышала, что тебе сказали! – Светловолосая вновь удостоила гостью взглядом.

Черноволосая плавно наклонилась и одной рукой вытерла слезу с щеки просящей женщины, и та слегка вздрогнула от ледяного прикосновения.

- Вмешиваясь в одни судьбы, ты ломаешь другие, – черноволосая пристально вгляделась в лицо, частично скрытое кудрями. – По-твоему, кто-то имеет больше прав или привилегий?

И вновь стоящая на коленях распласталась на ступенях, принимая изначальную позу. Листья и цветы в её волосах зашевелились, некоторые упали на ступени. Светловолосая фыркнула.

Обе женщины, и светлая и темная принялись исполнять ритуал, полностью игнорирую гостью. Они плели узоры из льющегося света и окунали их в воду. Их работы была четкой, слаженной, казалось, что они представляют собой одно целое, столь точно и красиво они действовали. Шло время, все больше узоров тонуло в воде, все неспокойнее та становилась. И вот, ритуал завершился также внезапно, как начался. Обе женщины развернулись и прошли к выходу, не обращая никакого внимания на просящую. В какой-то момент, светловолосая коснулась руки своей спутницы, они обменялись короткими взглядами и вновь, в который раз поняли друг друга без слов. Светловолосая продолжила свой путь исчезая в двери тканой из тени, из которой некогда появилась. Тем временем, черноволосая вновь наклонилась и провела рукой по волосам лежащей женщины, как будто хотела погладить. Гостья вновь поднялась продолжая держать руки обращенными ладонями к разрушенному куполу. В глазах её до сих пор стояли слезы.

- Она должна справится сама, – голос, глубиною в миллиарды лет. – И ты это знаешь.

- Но… Но она может не справится…

Черноволосая ничего не ответила, лишь помогла подняться гостье, развернулась, шурша платьем и ушла вслед за светловолосой. Вновь оставшись одна, женщина тряхнула головой, создав водопад листьев, цветов и веточек. Две слезы упали в спокойную гладь воды.

*****

34 Ардети́к. Утро.

Физала болтала без умолку. Она что-либо рассказывала или спрашивала почти не давая времени на ответ. Её безудержная, неукротимая энергия била ключом и так органично вливалась в окружающую солнечную действительность. Девочка рвала цветы, вплетала их в свои светлые волосы и непременно давала часть Нионе, что бы и она имела возможность себя украсить. Вновь пришедшее после дождей Солнце казалось оживило природу и все вокруг дышало Жизнью.

- У-у-у… А вот и лес! – не прекращала щебетать Физала. – Мама говорила, что раньше там обитали лисы, волки и даже медведи…

- Наверное опасно было? – Ниона старалась не отвлекаться и вслушивалась в каждое слово, в надежде, что девочка проговорится о том, что ей нужно.

Интересное зрелище они собой представляли. Невысокая целительница в нежно-зеленом платье и девочка, в ярко-желтом одеянии.

- Да! Да! Очень опасно. Иногда они подходили к домам… Никто не выходил из деревни без копья. А прошлым летом лиса удавила двух кур!

Под сенью деревьев Физала стала значительно спокойнее. Она уверенно вела целительницу по лесным тропкам, продолжая давать комментарии по каждой дорожке.

- Эта когда-то вела в домик охотников…

-И что, охотников больше нет? – с надеждой спросила Ниона. Может быть там живет ведьма.

- Охотников нет, они теперь живут глубоко в лесу. И домика тоже больше нет.

Помимо волнения, в душе Нионы горел яркий, жгучий огонь стыда. Стыда за то, что самой ей не хватило мужества идти в лес в одиночку. Не хватило смелости, встретиться с ведьмой лицом к лицу. Зато хватило подлости прикрыться ребенком, в надежде, что повстречав их двоих, ведьма их не тронет. Как бы не убеждала себя целительница, что девочку она взяла с собой только для того, что бы быстрее найти нужный путь, но совесть не оставляла разум в покое.

- А вот и орешник! – громко возвестила Физала.

Орешник и правда был что надо. Буйный и усыпанный дарами. Время шло, и по мере того, как наполнялись обе корзинки, Ниона начинала все больше нервничать - Физала до сих пор не проговорилась, говоря о чем угодно, кроме как о «другой целительнице».

- А куда ведет эта дорога? – девушка решилась слегка «пришпорить» обстоятельства, пока корзина не наполнится. Она все медленнее собирала орехи, стараясь выиграть больше времени. Но Физалу вопросы целительницы волновали мало, она отвечала скупо, и вновь переходила на те темы, что были интересны исключительно ей и сейчас она начала расспрашивать о том, каково это быть целительницей.

- Ты стала такой грустной, что случилось?

- Нет, Физала, я не грустная, – нехотя Ниона примерилась с мыслью, что сегодня она ничего не добьется. С приходящим пониманием, что ведьму придется искать в одиночку, девушку пропитывал липкий ужас, из-за возможности встретиться с лесной жительницей на этих тропинках. Ниона не сомневалась, если дело дойдет до конфликта, то ничего ведьме она противопоставить не сможет. Простейшие заклинания в моменты опасности разрушались или взрывались, нанося порезы и раны. Череда неудач вызвали все большую скованность и устойчивую боязнь применить хоть что-то толковое.

Корзинки уже наполнились орехами, а значит пора было выдвигаться в обратный путь. Справедливости ради стоит сказать, что маленькая и легкая для Нионы корзинка, оказалась довольно тяжелой и неудобной ношей для маленькой девочки. Та все чаще задыхалась и меньше говорила, иногда останавливаясь, что бы дать рукам отдохнуть.

- Давай. Давай я помогу, – коря себя за потерю концентрации из-за собственных страхов, Ниона взяла корзинки в обе руки и вновь вслушалась в бесконечную болтовню ребенка.

Но Физала, стоило им покинуть горькую купель леса, вновь начала расспрашивать о жизни целительницы, начисто забыв о лесных тропках. Глубоко скрывая разочарование, Ниона поддержала разговор, продолжив повествование о своей учебе, о своём пути, и о своих проблемах.

- Хотела бы я стать целительницей, – мечтательно протянула девочка. – Травки всякие, снадобья… То, что ты рассказываешь, очень интересно.

- Ты всегда можешь попробовать стать травницей. Всё тоже самое.

- А вот и нет. Травница не умеет колдовать. – В глазах девочки загорелся огонек. – Ты ведь умеешь колдовать? Правда?

Судя по всему, это была одной из основных причин из-за которых Физала и пошла в лес с целительницей. Какой ребенок не хочет увидеть настоящую магию?

- Умею. – Ниона улыбнулась.

- А покажи! – Физала встала как вкопанная, и с мольбой в глазах уставилась на девушку.

- Ну, хорошо. - Ниона тоже остановилась.Пришлось подавить смех, столь забавно выглядела ошеломленная девочка. Похоже, она не рассчитывала, что сможет так легко добиться своего. Изумление сменилось чистым восторгом, когда Ниона поставила обе корзинки с орехами на землю.

- Ну давай, подходи ближе. – Ниона поманила к себе девочку и осмотрелась, чтобы им не помешали случайные прохожие.

Как зачарованная Физала медленно подошла к целительнице. Та вытянула руку, взмахнула кистью и с кончиков пальцев в вальсе посыпались маленькие, светящиеся снежинки. Заразительный смех счастливой девочки заставил и Ниону звонко рассмеяться. Интересное зрелище они собой представляли, невысокая целительница, сыпавшая из руки колдовскими снежинками, и девочка, пытающаяся поймать танцующих, белых светлячков.

- А еще! Еще! Сделай что-нибудь еще!

И в этот миг Ниона задумалась. Как там было? Не самое сложное заклинание. Надо просто сфокусироваться. Похоже, что она размышляла очень долго и сосредоточенность отразилась на лице, и улыбка Физалы таяла, как снег под лучами набирающего силу Солнца.

- «Ага! Вспомнила!»

Ниона закрыла глаза, несколько раз встряхнула руками, что бы сконцентрироваться и замерла.

- Только не мешай мне.

Руки целительницы переплелись на короткое мгновение и выполнили череду сложных жестов, рисуя в воздухе шаблон. В круге бирюзового света появлялись новый фигуры, линии, возникли несколько рун. Ниона несколько раз все перепроверила, ошибки быть не должно, шаблон полностью безопасен. Только после этого она позволила себе открыть глаза, и сквозь висящую в воздухе магическую формулу сияющую бирюзовым светом. Ниона видела изумленное лицо девочки. Уменьшив получившийся магический круг, целительница взяла его пальцами одной руки и протянула девочке.

- Бери, не бойся.

Физала сделала два шага назад, после чего, со смесью неверия подошла, протянула обе руки и приняла светящийся круг. Пораженная девочка некоторое время смотрела на магию, которую она держала в руках.

- Он… он твердый.

- Конечно. – Ниона улыбнулась, ощущая смесь печали и облегчения. Шаблон не сменил цвет на розовый, а значит перед ней самый обычный ребенок без тени способностей к магии. – Играйся, он твой.

- Навсегда?

- Нет, конечно нет, но пару мгновений у тебя есть.

Постепенно Физала пришла в прежний восторг. Она копалась шаблоном в земле, клала на него сорванную траву словно на тарелку, катила его по дороге…

- Ах!

Ниона обернувшись успела заметить, как бирюзовые исчезающие блёстки окутали ручки девочки.

- Он рассыпался!

- Всему свой срок. – улыбнулась целительница.

На какое-то время Физала сильно поменялась. Теперь она шла молча, глубоко задумавшись, но уже ближе к Совиной поляне, она не смогла сдержать бурю эмоций.

- Нет, ну как здорово...! Огоньки! Светящийся кружок! Как? Как? А можно еще? Ну пожалуйста!

- Я думаю, что на сегодня хватит. – не смотря на путешествие длиною во все утро, Ниона чувствовала себя до краев заряженной энергией. Ей хотелось прыгать и кричать, как это делает её маленькая спутница. Она тоже желает веселиться, рвать травы и говорить о самых разных вещах. Но какое веселье, когда столько работы? Но какая целительница будет рвать травы для развлечения, а не для дела? Да и с кем ей говорить?

- Ты со мной до самого дома? – Вывела девушку из раздумья Физалла.

- Нет, – мягко ответила целительница. – Нет, ты сама дойдешь, а у меня ещё много дел.

Девочка огорчилась. Это утро выдалось для неё необычным, и даже волшебным. С незнакомкой, приехавшей из неведомых земель, магией и разговорами на чудесные темы. И не было сомнения, что Физале очень понравилась Ниона, но, к сожалению, целительница не могла посвятить всё своё время на разговоры и развлечения.

- На, бери. – Ниона протянула девочке маленькую корзинку. Та ещё больше насупилась, бросив взгляд на большую корзинку в руках девушки.

- Ты хотя бы эту донеси. – веселилась целительница. Она взяла из своей корзинки орешек, положила на раскрытую ладонь и протянула ребенку. В тот момент, когда Физала уже потянула ручку, что бы взять орешек, мысль, рожденная в разуме девушки молнией пронеслась к руке и скорлупа, не выдержав слабого импульса магии, раскололась надвое, обнажив ядро. Огорчение девочки сменил заразительный смех.

- Не грусти, через два дня Вихи-Нэй, провожаем Ардетик. – возвестила Ниона. – Ты же пойдешь?

- Конечно! Конечно пойду. – вновь защебетала Физала. – Мама рассказывала, что в прошлом году было очень весело. Там было много песен, костров, все ели что-то вкусное…

- Ладно, ладно. – со смехом успокоила девочку целительница. – На празднике и встретимся. Беги-ка ты пока домой.

На самом деле девушка немного лукавила, говоря о делах. Подождав, пока Физала скроется за углом, Ниона смело пошла в другую сторону, на деревенскую ярмарку. Правда любопытные взгляды жителей Совиной поляны развеяли всю уверенность, а подходя к лавочкам торговцев, Ниона уже боялась поднимать взгляд от земли. Лишнее внимание всегда было чуждо девушке, а единственным её желанием стало как можно быстрее покинуть деревню и оказаться в своем маленьком, но уютном жилище.

- Лунных вам ночей. – дрожащим голосом поприветствовала травника Ниона. Кашлянув, она овладела собой и продолжила более уверенно. – Мне нужны шишки хмеля.

Бородатый мужчина, стоящей за прилавком сплошь усыпанным травами, глянул на девушку с интересом.

- Ну привет. Ты из города, аль та самая целительница?

Ниона мгновенно вспыхнула до корней волос. Снова это внимание!

- Я? Да… да, я целительница.

- Редко же ты к нам заходишь. – мужчина со скучающим видом зачерпнул горсть сухих шишечек. – Сколько тебе?

- Да мне самой без надобности… но, если у кого нужда, то сами приходят. – и без того небольшое желание общаться становилось все меньше. – Трёх горстей хватит.

- Готовишься провожать «Ардетик»? - продолжал травник скучающим голосом. – Неужто мы увидим тебя на празднике?

- Увидите. – голос вновь начинал дрожать. Травник наконец отсчитал нужное количество шишечек и высыпал их на прилавок перед девушкой. Расплатившись, Ниона покинула торговую площадь не поднимая глаз, почти бегом, в какой-то момент чудом не врезавшись в телегу у края дороги. Определённая прохлада между травниками и целителями существовала давно и была хорошо известна. Оба «клана», если их так можно назвать, обладали медицинскими познаниями, оба владели таинством трав, и те и другие оказывали помощь жителям деревни в добыче еды. Всё отличие крылось в магии. Целитель мог приготовить более сложные лекарственные отвары, благодаря волшебству целители становились хорошими хирургами, и авторитет перед простым людом у них был большим по тем же причинам. А чем чаще обращались к целителю, тем реже ходили к травнику.

Наконец, выбравшись из шумной деревни, целительница почувствовала, как к ней возвращаются силы и прекрасное настроение. Прошедшие дожди слегка охладили землю, напитав её живительной влагой, и принесли с собой нежное тепло конца Ардетика. Теперь, даже ночи стали теплыми, бархатными. И этот солнечный день был бы прекрасным, замечательным, светлым, если бы не та неудача с ведьмой. Теперь ей придется самой бродить по лесу, рискуя встретиться с хозяйкой этого самого леса.

Ниона толкнула дверь и пригнулась, входя домой. Жертвенный столик сегодня пуст, и гостей не было. Сегодня, она предоставлена сама себе.

- «Хорошо, потрачу время с пользой»

Она погладила лежащий на столе, почти готовый венок, взяла первую же попавшую коробочку с травой и достала серебряный кинжал. Ниона твердо решила, что заданиями для экзамена она займется сразу после крупного праздника. Нет смысла затеваться с фракциями и зельями, пока времени у неё в обрез.

Приготовившись к работе, Ниона кинула мощное заклинание в печку и сразу установила котелок. Для требуемого хлеба придется заварить хмель, а пока, целительница в одной руке разожгла зеленое пламя магии земли, а во вторую взяла серебряный кинжал.

- Живи, трава. – пробормотала девушка и опустила руку, окутанную зеленым светом, в коробку, с сухими стебельками.

*****

35 Ардети́к. Вечер.

- Нет, я покупать ничего не буду. – громко и членораздельно произнесла Авилла и вновь повернулась к прилавку. Тут было за что зацепиться взглядом: щиты, наплечники, панцири, поножи и прекрасные, изумительной работы наручи. Нет, не просто наручи. Авилла не могла оторвать взгляд от этого произведения искусства.

- Смотри, - продолжал торговец. – Доспех можно подогнать.

- Я знаю. – Девушку раздражал тот факт, что цена этих наручей, хоть и превосходных наручей, была явно завышена. Столь завышена, что нужно было бы отдать почти все имеющиеся деньги, за часть экипировки.

Авилла сюда заходила второй раз и второй раз она останавливалась перед этими наручами. Кто бы только знал, как она хотела их заполучить. Девушка вновь сделал круг по магазину, и вновь остановилась перед той же витриной. Ах как хочется получить всё, из этого магазина в своё распоряжение, но эти наручи - особенно.

Как следует насмотревшись на желанное, девушка покинула прохладный магазин и сразу завернула в соседнюю дверь. Маленькая таверна «Чибис», располагалась практически в центре города, в двух шагах от центральной площади, от фонтана, от ратуши. Авилла всегда старалась бывать в новых местах, слушала, иногда говорила с людьми, но никакой стоящей информации найти не смогла.

Как обычно девушка заняла столик в одиночку, достала бумагу и письменные принадлежности, готовясь слушать. И новый день в шумном помещении, и вновь ничего интересного. Но только под вечер, наконец, Авилле улыбнулась удача. Случилась очередная потасовка, довольно грубая компания сцепилась с сильно выпившем юношей. Нет, не с обычным юношей. Он не просто пил алкоголь, он заливал его в себя в огромных количествах. Словно пытался как можно быстрее забыться. Авилла внимательно следила за конфликтом, терпеливо переждала потасовку, дождавшись, когда юношу выкинут на улицу, и, как только компания расселась за столиками, она покинула заведение.

Он лежал рядом с выходом из «Чибиса» без сознания, от пары крепких ударов и нескольких кружек не менее крепкого вина. Авилла бросила быстрые взгляды в обе стороны улицы. Никого. Юноша не шевелился. Вдохнув полную грудь свежего ночного воздуха, девушка склонилась над бездыханным телом и легко, не напрягаясь, перенесла его подальше от входа к ближайшей клумбе.

- Давай, давай! Просыпайся!

Но ни шлепки по щекам, ни встряхивания не могли привезти парня в чувство. Запыхавшаяся и расстроенная Авилла уселась прямо на землю, положив голову юноши себе на колени. Темнело. Из таверны выбежал мальчик, зажег фонарь у входа и вновь скрылся за дверью. Кажется, он не заметил странную парочку, или решил не вмешиваться.

Ночь уже вступила в свои права, а значит скоро на улицах можно будет встретить патруль. Авилла накинула на клумбу простейший морок, для отвода глаз. Невидимыми это заклинание их не сделает, но слегка «размоет» это место для случайных взглядов. Юноша до сих пор лежал без сознания.

Бросив всяческие попытки привести в чувство молодого человека, девушка решила просто ждать, надеясь, что сможет заболтать патрульных, или, на крайний случай, откупиться, если те подойдут к нарушителям порядка. Через некоторое время, та самая компания, участвующая в потасовке, покинула «Чибис», и пройдя в дальний конец улицы разделилась. Пришла пора действовать более настойчиво. Еще раз убедившись, что рядом никого нет, Авилла попыталась воспользоваться магией. Безрезультатно, тут даже она не помогает. В конце концов, девушка отвязала флягу с водой и тонкой струйкой окропила лицо юноши. И кажется это подействовало! Незнакомец замычал и поморщился.

- Вставай! – хлесткий удар ладонью по щеке. – Ну же!

Бесполезно. Но в планы Авиллы не входило сидеть тут всю ночь, в ожидании когда незнакомец наконец проспится. Возвращаться в «Чибис» бессмысленно, комнат в нём нет и заведение скоро закроется. Она взвалило бесчувственное тело на себя, перекинула одну из рук юношу через шею и пошла прочь от «Чибиса». И это было одно из самых интересных путешествий в жизни девушки. Задыхаясь от неудобной ноши, постоянно проверяя меч и ножи, она пряталась от патрулей в переулках, быстро преодолевала освещенные фонарями участки улиц, заглядывала за каждый угол, чтобы не допустить ошибки. Пару раз они почти попались. Несколько раз, юноша издавал громкое мычание, рискую раскрыть их для стражников, проходящих буквально в десяти шагах от импровизированных укрытий. И вот, наконец, осталось совершить последний рывок через залитую красноватым лунным светом площадь. Площадь, которую, как назло, облюбовали сразу три патруля. Стражники что-то обсуждали, смеялись, некоторые заходили в нужное ей заведение. Нет, так дело не пойдёт.

Авилла усадила юношу на бочку, оставленную в переулке, а сама, придерживая спутника рукой за отворот куртки, периодически выглядывала за угол, в ожидании, когда освободиться путь. Переводя дух, вынимая изо рта выбившиеся, встрёпанные волосы, девушка не забывала смотреть и в другие улицы, выводящие на площадь - а вдруг придёт четвертый отряд или даже пятый? В какой-то момент стражники замолчали, а юноша, как назло, довольно громко замычал, словно недовольный бык. С хлопком Авилла заткнула рот спутника ладонью, напряженно слушая – идут ли сюда стражники. И в этот раз пронесло - уставшие от ночного дежурства и расслабленные общением патрули, решили не идти на странный звук.

Ждать пришлось долго. Луна успела пробежать солидный путь по звездному небу, а рука, державшая тело, устала и замерзла. Но вот стражники не торопясь разбрелись по своим постам, а Авилла, выждав некоторое время, вновь взвалила на себя тело, и настолько быстро, насколько могла пересекла площадь, оказавшись возле двери еще одного питейного заведения. «Таледа» была относительно не дорогой, светлой и ухоженной таверной и именно её девушка выбрала своей временной «базой». Заведовал тут всем низкий и крепкий дворф, стоящий за барной стойкой, который приветствовал вошедшую гостью кивком.

- Что тебе надо, девка? – буркнул бородач. – И что это за «мешок» с тобой?

- Мне вновь надо остановится на ночь, - руки и плечи всё больше немели от бесчувственного тела. – А это - мой друг. Он немного перебрал.

- Тогда шесть шериг.

- Так ты меня просто грабишь! – возмутилась девушка. - За такие деньги можно снять две комнаты! Вчера ты взял с меня три.

- Вас сейчас двое, - с мерзкой улыбкой ответил хозяин. – Ты же не оставишь его в общем зале?

Авилла, чувствуя, что вот-вот уронит спутника, одной рукой взяла кошель и кинула его на стойку.

- На, отсчитай сколько нужно. Можешь взять восемь, если утром будет завтрак.

Дворф раскрыл кошель, выудил толстыми пальцами нужное количество монеток и бросил деньги обратно.

- Ксифол, какой же ты жадный. – в сердцах бросила девушка.

- Следи за языком, Орита. – в голосе дворфа послушались нотки угрозы. – Я тут хозяин!

Авилла лишь фыркнула, решив не разжигать конфликт. Схватив протянутый ключ, она с трудом затащила юношу на второй этаж, с еще большем трудом отперла замок своей комнаты и открыла дверь. В ухоженной, опрятной комнате, девушка бросила своего спутника на кровать, шумно выдохнула и без сил упала на стул.

- Надеюсь, ты стоил всех затраченных усилий.

Дверь она закрыла магией, магией же разожгла огонь, в мисочках с маслом. Элементы кожаного доспеха и плащ полетели в угол комнаты, туда же отправились высокие сапоги и только меч Авилла положила аккуратно возле стола. Сидя в мокрой от пота рубашке, девушка расплела косу заклинанием, попутно достав свитки. До утра оставалось всего несколько часов и у неё есть время до завтрака перечитать свои записки. Вдруг, она записала что-то важное, но не придала этому значение?

*****

35 Ардети́к. Вечер.

- Я сказала, – строго произнесла Рогуда. – Иди есть.

Хейман развел руками, с кем он точно не хотел спорить, так это с Рогудой. Прошел всего лишь день, а он уже стольким был обязан этой женщине. Женщине, обладающей, большим, как оказалось, авторитетом в Волчьих ямах. Уже на следующий день после их разговора, Рогуда привела нескольких жителей в помощь по ремонту дома, а сама принялась готовить еду для каждого из работников. И жизнь закипела вокруг дома Хеймана. За один день кровельщик, при помощи Хеймана полностью починил крышу. Параллельно с этой непростой работой, мхом и смолой были заделаны щели в стенах между бревнами, а территория вокруг домика очистилась от зарослей травы.

Хейман чувствовал себя неловко, особенно когда он был вынужден есть, а остальные работать.

- Рогуда. – невнятно произнес молодой маг. Обжигаясь, он ел вареную репку, закусывая хлебом. – Я даже не знаю, как тебя благодарить.

- Когда ты прекратишь? Мы с тобой уже все обсудили.

- Я просто…

- И хватит разговаривать, пока ешь. Остальные поедят после тебя, торопиться не надо.

Хейман лишь пожал плечами, спорить с набитым ртом не только сложно, но и, в данной ситуации, ненужно. Бросив последний кусок хлеба в рот, и залпом выпив травяной чай Хейман было уже бросился к инструменту, но тут его остановила Родуга.

- Лейот, я поговорила с травником на счет твоего колодца.

- Это хорошая новость! Что он сказал?

- Лейот, он не возьмется за него. Нужно либо копать новый, либо обращаться к целительнице. Сил травника тут будет недостаточно. Ты можешь пока пользоваться моим.

Хейман медленно кивнул. А вот и повод встретиться с кем-то из группы. Ниона совсем не та, с кем хотелось бы пересечься, но она сюда прибыла первой, а значит уже может обладать хоть какой-то информацией.

- Рогуда, спасибо тебе большое, я тебе многим обязан.

- Потому мы и помогаем друг другу. Сегодня помогаю я тебе, завтра ты помогаешь Лиму, - женщина кивнула на одного из работников. - А он поможет мне. Иначе не выжить, ты сам знаешь.

- Если бы все это понимали… - буркнул Хейман себе под нос, едва отойдя на почтительно расстояние от Рогуды.

Работа спорилась. От шуток Хеймана все чаще раздавались вспышки хохота. Первоначально хмурые, не признающие чужака, жители, общающиеся с ним в процессе работы, узнавали его все лучше, а он также узнавал их. Узнавал их традиции и поверья. Узнавал о том, что происходит в деревне, и в её округе. По мнению Хеймана внедрение можно было бы считать удачным. Его не прогнали, у него есть крыша над головой, есть еда и люди, которые ему уже помогают.

- Лейот! – крикнул молодой То́рик. – Через день Вихи-нэй. Пойдешь?

Вопрос хороший. Хейману делать там особо нечего, только если пообщаться с большим числом людей. Но и в Волчьих ямах, он уверен, его ждет множество интересных знакомств. А время, столь ценное время тратить на развлечения кощунственно, особенно сейчас, особенно на задании.

- Нет, То́рик, у меня еще есть дела, сам видишь, сколько работы.

- Работа не уйдёт, Лейот. – юноша перебросил топорик из руки в руку. – А вот в Совиной поляне живут такие красивые…

- Заканчивайте трепаться, молодость, – буркнул проходящий мимо старый Коретен. – хорошо бы с домом закончить до вечера.

За работой и веселыми разговорами, Хейман и не заметил, что Солнце уже описало полный круг по небу, не забыв при этом окрасить редкие облака в кроваво-красный цвет, и уже надумывало спрятаться за высокими соснами западного леса. Юноша откинул мокрые волосы со лба и выпустил из руки инструмент.

Хейман долго и горячо благодарил всех и каждого. Такая помощь, такая готовность прийти на выручку ближнему была известна ему в одном месте – на факультете боевой магии. Успели всё что запланировали еще до наступления темноты. Теперь крыша не протекала, в доме не гуляли сквозняки, а старый настил, выполняющий роль кровати, сменил новый, крепкий, высокий, с возможностью подкладывать под него разогретые в огне камни.

- Лейот, почему ты не хочешь ставить печь? – Последней к нему подошла Рогуда. – Это и тепло, и горячая еда.

- У меня не так много денег, - усмехнулся Хейман. – Не каждый бродяга может позволить себе полный дом.

- Послушай, в «Ве́стим Су́а» мы начнем отлов и засолку рыбы, деньги обязательно вернутся.

- Я не знаю, сколько стоит ваша рыба, но уверен, что работать придется много.

- Лейот, не будь дураком, как ты собираешься пережить зиму без печи? Поставь хотя бы черную!

Маг усмехнулся. Слабое место в каждой из их легенд – до настоящих холодов их здесь быть не должно.

- Топить по черному надо уметь, Рогуда. Да я же сам себя уморю.

- Лейот…

- Не волнуйся, до заморозков я что-нибудь придумаю.

Женщина поджала губы и собралась уходить.

- Спасибо тебе, Рогуда. Пусть Снежный волк тебя хранит.

Губы женщины тронула слабая улыбка. - А тебя пусть крыльями укроет Золотая птица.

Смотря ей вслед, Хейман думал о том, какую поддержку они все ему оказали, как старались искренне помочь, но только оставалось одно «но» - ему не рассказали про ведьма или ведьму. Доверие так быстро не заслуживается, это ясно. Хотя, может быть, София и Ниона уже выполнили своё задание?

Глава 12

36 Ардети́к. Ранее утро.

Со стороны кровати раздался протяжный, полный страданий стон. Юноша пошевелился, перевернулся на другой бок и вновь затих. Наматывающая прядь волос на палец, Авилла бросила задумчивый взгляд на спящего и вновь вернулась к записям. Пульсирующая боль и тяжесть в голове отдавала в глазах и в подживающий рубец на лбу, оставленный Хейманом в тренировочном поединке. Этот список симптомов возвещал о проведенной бессонной ночи и побуждал к действию. Может быть стоит спуститься за завтраком? Идея соблазнительная, даже такой маленький поход разгонит сонливость.

Девушка перевернула листок, казалось, прочитанный уже в тысячный раз. Нет в этих записях ничего интересного. Пропавшая бочка со смолой, старик-путешественник из другого города сразу попавший в тюрьму, охотник, не выполнивший заказ на добычу мяса…

«А вдруг, я спущусь вниз, а он проснется?»

Из всей интересной информации, накопленной в столь короткий срок, оказалась только прибытие неизвестного корабля. Но даже этот случай с натяжкой можно назвать «интересным», а София или Аезелвалф несомненно убедят её в бесполезности стараний по этому делу.

- Где я?

Авилла не повернулась и не стала отвечать – пусть проснется окончательно, иначе разговора не получится.

- Ох… Голова… Ты кто?

А вот этот вопрос был более осмысленным. Девушка медленно пододвинула кружку к краю стола и, наконец, удостоила гостя взглядом. Теперь то, при утреннем свете из окна, она могла его рассмотреть лучше.

- На, пей. Полегчает.

Дрожащей рукой юноша потянулся к кружке, пытаясь одновременно сесть на кровати. Как же он был похож на Аезелвалфа! Только гость ниже, его волосы длиннее и растрепаны, а не собраны обручем, как это часто делал её нынешний командир. Тем временем, незнакомец жадно пил, приложившись к кружке, струйки воды текли по щекам, оставляя на своем пути черные дорожки. И вот, опорожненный сосуд вновь оказался на столе, а гость зашелся неудержимым кашлем. Авилла, поморщилась, вспоминая ужасное ощущение, когда мелкорубленная, грубая трава дерет горло.

- Так где я? – глаза юноши до сих пор затягивала пелена. – И кто ты такая?

- Ты в Лу Фолке. – чем больше Авилла вглядывалась в собеседника, тем меньше становилось его сходство с Аезелвалфом. Черные круги под глазами, бледное лицо, мутный взгляд. – А кто я такая, тебя волновать не должно.

- Ты… ты… ты взяла меня в плен?

- Не говори ерунды! – девушка вскочила на ноги и прошлась по комнате. – Пленных берут на войне.

- А что тогда я тут делаю?

- Скажем так, ты у меня гостишь. – Авилла подняла с пола один из кожаных поясов. – И можешь отсюда уйти.

- То есть я свободен?

- Абсолютно. Зачем же ты мне нужен?

Юноша пробормотал себе под нос слабо разборчивую фразу, из которой удалось выцепить одно слово: «работорговля».

- И много у вас тут работорговцев?

Гость не ответил, отводя глаза от опоясавшейся кожным ремнем девушки. В комнате повисла неловка пауза. Авилла продолжила надевать на себя экипировку, а парень топтался на месте, не зная куда себя деть.

- Ну, я пойду?

- Сам смотри. Но разве ты не хочешь узнать, как тут оказался, и разве откажешься от завтрака со своей спасительницей?

*****

36 Ардети́к. Утро.

Толкнув дверь, Авилла помогла служанке державшей поднос. Юноша всё также сидел на кровати, опустив голову, кажется, за всё время он даже не пошевелился. Как только поднос оказался на письменном столе, а дверь за служанкой закрылась, Авилла, подтянула стул и с размаху на него приземлилась. Одной рукой взяв из своей тарелки скользкую яичницу, другой девушка слегка ослабила крепления доспеха.

- Ешь, не стесняйся.

- Зачем?

- Та-а-ак. – протянула Авилла. – Давай ты всё же поешь, а заодно мы поговорим?

- Нет, я передумал. – юноша вскочил с кровати. – Я пойду…

Но Авилла оказалась на ногах быстрее. Она мощным толчком в грудь усадила гостя обратно на кровать и вернула яичницу в тарелку.

- Куда собрался?

- Ты сказала, что я свободен… - в глазах юноши промелькнул страх.

- Свободен. Но куда ты направишься? Снова пить?

- Тебе-то какая разница? - Юноша вновь попытался подняться, но новый толчок вернул его на место.

- Если согласен поговорить, то узнаешь. – Авилла ногой подтянула к себе стул и уселась прямо напротив юноши. – Мне очень нужна твоя история. Расскажешь её?

- Ничего я тебе не расскажу.

Девушка повернулась к столу, и вновь взялась за яичницу. Она задумчиво потрогала кружку с медовым чаем, наблюдая за шумной, утренней жизнью города под окнами таверны. Непростой ей предстоит разговор, жаль, что сейчас не ночь, время, когда раскрывается человеческий разум.

- Ну хорошо, раз не хочешь говорить, то давай я тебе расскажу, что с тобой произошло этой ночью и как ты тут оказался, м?

Однако гость молчал. Понимая, что он не может отсюда уйти, ему ничего не оставалось, как сидеть и слушать. Это хорошо. Хорошо, что он, хоть и вынуждено, но принял правила этой игры.

- Ты ведь не помнишь, как напился? – Авилла и не ждала ответа, особенно в начале рассказа. – Это было в «Чибисе», вечером. Я наблюдала за тобой. Видела, как ты набрал несколько кружек вина. Не меньше шести штук… Ты правда намеревался выпить всё?

Авилла не видела собеседника, но почувствовала, как тот перестал сопеть и поднял голову. Повернувшись к нему спиной, девушка ничем не рисковала – парень не выглядел опасным. Скорее всего он походил на человека отягощённого мыслями или переживаниями.

- После чего к тебе пристала некая компания. Я видела, как у тебя срезали кошелек и…

- Что-же ты не вмешалась? – хрипло раздалось сзади.

Опустив голову, Авилла улыбнулась остаткам своего завтрака. Быстро же её собеседник пошел на диалог.

- Потому что я не дура, и не хочу валяться избитой рядом с трактиром. – обернувшись, девушка успела заметить, как гость увел взгляд в сторону. – Ты, кстати, сам виноват в своих проблемах, и никто не обязан тебя от них спасать.

К сожалению, парень вновь замолчал, стараясь избежать диалога. Пришлось продолжать историю дальше.

- Так вот, тебя выкинули на улицу, где я тебя и подобрала, а потом… - Авилла вновь приложилась к кружке с чаем. – А потом, я пыталась привести тебя в чувство. Непростая это была работа, знаешь-ли.

Завтрак закончился, и девушка, вытерев руки о штаны отодвинула от себя поднос.

- Так еще после всего этого, пришлось тащить тебя по ночному городу до этой таверны. Ты хоть представляешь каких трудов это мне стоило?

Но юноша снова принял ту самую сгорбленную позу с опущенным в пол взглядом. Опять ему все безразлично.

- Мог бы поблагодарить, что проснулся не в тюрьме, а у меня. Это стоило мне многих тру…

- Напрасно ты старалась, – парень шмыгнул носом. – Дай мне уйти.

- Нет. Пока не расскажешь мне свою историю, я тебя не отпущу. – Авилла поборола сильное желание положить руку на плечо собеседника.

- Ну зачем я тебе нужен? Пожалуйста, дай уйти.

- Уйти куда? Снова пить? Да у тебя теперь даже денег нет. – вновь вскакивая на ноги воскликнула девушка. – И ума тоже! Чего ты добиваешься? Ищешь смерти? Повторяю - во всех своих бедах виноват ты сам!

- Ты не права. – Тихо произнес юноша.

- Что-что?

- Я говорю, что ты неправа. – в голосе гостя мелькнули нотки злобы. – И ты ничего не знаешь.

- Тогда кто тебя заставлял напиваться в тавернах? Не надо сваливать свои проблемы на кого-то еще. – Авилла почувствовала захлестнувшую её волну удовольствия. Еще немного, и злость развяжет ему язык. Теперь, главное не отпустить ситуацию.

- Я ни на кого ничего не сваливаю, и никто меня не заставлял! – почти сорвался на крик юноша. Но тут же все его эмоции пошли на нет. – Есть… есть обстоятельства.

- Ну так поведай мне о них.

- Зачем? Какой смысл? – злость полностью покинула гостя, уступив место печали.

- Я могу попробовать помочь. – теперь девушка чувствовала острое разочарование. Буквально только что гость мог выложить все, но снова замкнулся в себе.

Внезапно, юноша оторвал взгляд от пола и впервые за их разговор глянул Авилле в глаза. – Ты даже не представляешь, с чем можешь столкнуться.

После этих слов сердце воительницы пустилось в бешенный галоп. Она точно, абсолютно точно натолкнулась на что-то важное. Человек, сидящий перед ней, обладает знаниями, знаниями, которые необходимо выудить из него. Теперь-то ей будет что сказать Софии при встрече.

- Ты прав, не представляю. Но может быть расскажешь, и всё же позволишь тебе помочь?

Но краткий миг откровения прошел. Взгляд юноши вновь устремился в пол и только что пышущая энергией поза сменилась позой человека раздавленного печалью.

- Не поможешь, уже поздно.

- Тогда садись, и ешь. – приказала раздосадованная Авилла, толкнув пальцами поднос с такой силой, что завтрак чуть не полетел со стола.

- Но…

- И не смей возражать.

Тяжело вздохнув, гость медленно принялся за еду, а Авилла, с колотящимся от волнения сердцем, наматывала круги по комнате. Может быть удастся ещё разговорить собеседника? Юноша всё охотнее поглощал завтрак, а воительница всё чаще бросала на него взгляд. Может быть попробовать ещё разок? Может быть еда улучшит его состояние?

- Тебя хоть как зовут?

Гость взглянул на девушку, наматывающую круги по комнате, и сделал могучий глоток.

- И́рвес. - тихо произнес юноша. - Послушай…

- Ирвес…

- Да, но… но кто ты такая?

Авилла остановилась как вкопанная. – Путешественница, наемница, искательница… Называй как хочешь.

- А имя?

- А моё имя тебе не нужно, раз не хочешь говорить.

Парень пожал плечами и замолчал. С завтраком он закончил быстро и ни секунды не задерживаясь, в этот раз не останавливаемый Авиллой, направился в выходу. Скрипнула дверь, и гость практически покинул комнату, как Авилла сказала ему в спину:

- Если надумаешь всё рассказать и решить свою проблему, то я буду тебя ждать здесь, в этой комнате.

Он остановился, как будто раздумывая над ответом, после чего вновь взглянул на девушку.

- Твоих сил не…

- Не хватит? Учти, Ирвес, я в этом городе не одна.

Парень молча кивнул и скрылся во мраке, всегда царящем на втором этаже таверны.

*****

36 Ардети́к. Позднее утро.

Ладонь всё еще болела от удара об стол. В какой-то момент, в расстроенных чувствах Авилла не сдержалась и с такой силой хватила по столу, что лежащий на нем меч полетел на пол. Плохая примета, очень плохая. Девушка не считала себя слишком верующей во всякие суеверия, но после вчерашнего провального разговора и неудачного начала этого дня, лучше было лишний раз перестраховаться. Она в который раз взяла пергамент с письменными принадлежностями и спустилась в общий зал, надеясь услышать что-то стоящее.

- Здравствуй, сестренка.

Отвлекшись от своих записей, Авилла увидела молодого парня, без спроса садящегося к ней за стол.

- Ну здравствуй. – на правом плече незнакомца она увидела зеленую повязку и прикрепленный к ней значок. Перед ней сидел наемник и он, в отличие от неё, не был самозванцем. – Охотники Гре́йна Ве́куна, так?

- Так, так, сестренка. – скучающим голосом произнес наемник. – Я к тебе по делу.

- Никаких дел сегодня, дружище. Я отдыхаю.

Незнакомец, несмотря на молодой возраст, был обладателем крайне неприятной внешности, по мнению Авиллы. Кудрявые светлые волосы, выражение крайней степени безразличия на лице, и водянистые глазки. Как же это отталкивало, и, в тоже самое время, удерживало взгляд.

- Я тоже не особо хочу иметь с тобой дел, но я по другому поводу. – Он пододвинул к ней сложенный листок. – Слышала про Форзула?

- Что-то не припомню такого. Я должна его знать?

- Должна. Он руководит здешней гильдией наемников, и он просил передать, что хочет видеть тебя сегодня у себя.

- Но я не понимаю…

- Мой тебе добрый совет, для твоего же блага - не заставляй его ждать.

Прежде, чем Авилла успела сказать хоть что-то, наемник встал из-за стола, и покинул таверну. В полнейшем замешательстве, девушка взяла развернула оставленный листок и обнаружила в нем адрес с грубо нарисованной схемой. Где-же она ошиблась, раз её так быстро вычислили? Она взглянула на стоящего за стойкой дворфа. Занятый работой, Ксифол даже не смотрел в её сторону. Предатель! И какой-же этот день проклятый!

Вариантов в такой ситуации оставалось два: либо срочно покидать город, либо идти куда зовут, к Форзулу. Первый вариант уже был плох сам по себе, это прямая дорога провалить экзамен, а второй еще хуже – тут можно было потерять жизнь. Авилле неприятно было себе признаться, но сейчас нужен был кто-то умный, умнее чем она. Она бы много отдала за возможность обсудить эту ситуацию с Софией. Но где именно сейчас живет аристократка и как к ней попасть воительнице было не известно. Тем более, если её вычислили, то к чародейке сейчас идти нельзя.

Чуть не застонав от досады, Авилла собрала свои записи. Только вчера утром она прикоснулась к чему-то важному, только что должно было получиться нечто определяющее в работе их группы, оставалось сделать лишь несколько шагов и можно было бы вернуться в академию не с пустыми руками.

Выйдя под ослепительные солнечные лучи, девушка остановилась в раздумьях. Что делать, и куда идти? Помниться, на одной из лекций, Алифиса Зора говорила, что побывавшие на войне люди ломаются. Ломаются не только из-за ужасов, страхов, усталости и болезней. Ломаются из-за того, что возвращаются. Возвращаются живыми, возвращаются домой, возвращаются с пьянящим чувством победы над Смертью в груди. Тем чувством, что сжигает сердце, что обрекает мирную жизнь стать «пресной», превращая её в «рутину». Права-ли была мастер Зора, или нет, Авилле не дано было узнать. Вся её жизнь состояла исключительно из войны и мирной жизни девушка давно не знала. Может быть, как раз из-за этого чувства, а может быть из-за науки, которой её учили с детства, Авилла уже знала, по какому варианту будет действовать. Вновь развернув листок, девушка пробежалась глазами по небрежным черточкам. Ну что же, а вот и повод посетить ту часть города, в которой она пока не была.

Воительница сложила листок, проверила кошелек, карманы, и рукой прикрыв глаза от Солнца повернула на улицу что по правую руку. Так быстрее всего можно было выйти на главную площадь.

*****

36 Ардети́к. Позднее утро.

- Тут?

- Да, это её дом. – Лим натянул поводья и телега остановилась прямо на против входа в небольшое жилище. – Надеюсь, дорогу-то ты запомнил?

- Спасибо, Лим.

- Это тебе спасибо, - рассмеялся парень. – Без тебя я бы эту телегу до полудня грузил бы.

Хейман спрыгнул с козел, оказавшись на земле, и замер в нерешительности.

- Послушай, Лим, а она там, у себя?

- Да я откуда знаю? Тут как и с любым травником - либо сразу найдешь, либо бегай по лесам-полям, ищи. Но мой тебе совет – лучше подождать.

Распрощавшись с парнем, столь удачно отправившимся в Совиную поляну, Хейман пошел к одинокому светлому домику, из трубы которого курился дымок. Рядом с небольшой постройкой росла вишня, сплошь усыпанная спелыми ягодами, двор был заботливо убран, а всё это царство аккуратности и уюта огораживала низенькая, для красоты собранная ограда, необычайно органично вписывающаяся в этот пейзаж. Пейзаж, казавшийся безмятежным, и в тоже время выглядящий безжизненным. На месте-ли Ниона?

Навряд ли можно было назвать странным тот факт, что Ниону, целительницу со своего же курса, Хейман абсолютно не знал. Она была одной из тех в академии, кто «сливался» в общую «серую массу» для взгляда молодого воина, и вряд ли бы могла попасть в поле его внимания. Впервые парень заметил её только тогда, когда их собрали в наградной комнате, для объяснения задания на экзамен. Хейман никак не мог взять в толк – зачем им навязали настолько бесполезного человека в отряд? Воевать она не умеет, утверждать, что она была умной как Аезелвалф или София тоже было нельзя. Справедливости ради следует сказать, что виконтессу Хейман также умной или талантливой не считал и относился с каким-никаким уважением только к Аезелвалфу, их нынешнему лидеру группы.

Хейман постучал в дверь, в прочем не ожидая ответа, и сел в тень на скамеечку. Ждать пришлось не долго. Дверь распахнулась и на улицу выглянула хрупкая и низенькая девушка с белокурой головой. Судя по внешнему виду она была чем-то обеспокоена, её руки и платье были сплошь засыпаны мукой, а на лице отражалась печать забот.

- Луны и звезд тебе. – поздоровалась девушка явно не узнавая гостя. – Что тебе…

- Ниона, это я.

- Ах, Хейман! – целительница преобразилась так, будто встретила старого доброго друга. – Я так рада тебя видеть! С тобой всё хорошо? Ты здоров?

- Я не Хейман, - девушка выглядела столь счастливой, что юноша решил грубо не указывать ей на серьёзную оплошность. А учитывая тот факт, что вокруг не было никого постороннего, такая ошибка навряд ли бы привела к серьезным последствиям. – Меня зовут Лейот, и у меня просьба к тебе, целительница.

Ниона залилась краской, а её улыбка растаяла. Видимо она поняла, что напрасно назвала настоящее имя мага, но несколько мгновений спустя, она смогла овладеть собой.

- Конечно, заходи, поговорим в доме.

В доме Хейман погрузился в жаркую, сказочную, чарующую атмосферу. Ниона оказалась аккуратной девушкой. Все в доме было убрано, пол подметён, баночки и коробочки стояли на своих полках, даже на обеденном столе где сейчас была рассыпана мука, ровными рядами лежали шарики из теста. Хейман втянул сухой, горячий - не смотря на открытые окна – воздух, полный пряными арматами трав и жженого дерева.

- Ты пить хочешь? У меня как раз печка готова, вода быстро вскипит! Так что можно и чай… А может быть ты голодный? – Накинулась целительница с неожиданной энергией. – Как добрались? Без происшествий? У тебя всё хорошо?

Просто проверки ради Хейман бросил взгляд на открытые окна. Что-то подсказывало ему, что через такие вот огромные отверстия в стене их могут подслушать. Тем временем, под аккомпанемент собственных вопросов, девушка поставила котелок в печь и как смогла отодвинула в сторону муку и мелкие шарики из теста.

- Вы с Софией выполнили задание?

Ниона на мгновение замерла, в её глазах мелькнула тревога.

- Нет. Пока нет. Но…

- Я к тебе пришёл с просьбой. – Перебил девушку Хейман.

- Да, конечно говори, я слушаю.

- В Волчьих ямах мне выдали дом…

- Это же прекрасно! – было обрадовалась целительница.

- Ниона, дай мне сказать. – после этих слов девушка перестала улыбаться. Как сильно разился его грубый тон и его фразы, с поведением хозяйки дома. – У меня заброшенный колодец рядом с домом, ты мне можешь с ним помочь?

Целительница задумалась. И эту краткую задумчивость Хейман истолковал неверно. Он уже успел услышать много слов о том, какой слабой в своем ремесле была эта девушка. Появилось даже сожаление, он потраченном, что бы добраться до этого места, времени. На что он надеялся, пытаясь просить помощи у столь слабой целительницы и колдуньи? Но в тот момент, когда все эти мысли затопили сознание молодого воина, девушка, наконец, дала ответ:

- Прости. Прости меня пожалуйста, Хей… ой! Лейот. – вновь залившись краской ответила Ниона. – Завтра «Вихи-нэй» и я обязана быть на нем. Сам видишь, я к нему готовлюсь. Могу к тебе пойти после него.

Девушка указала рукой на засыпанный мукой стол.

- Но ты-же ничего не сказал. Хочешь поесть? Я тебе быстро приготовлю! А если не хочешь, то вот-вот будет чай.

Без сомнений, это был самый необычный диалог в жизни Хеймана. Целительница выглядела так, будто людей не видела месяцами и сейчас рада любому общению. Она пыталась задержать мага, хотела чем-то его угостить, вероятно, желала просто пообщаться. Но самым удивительным во всем этом была забота. Забота, которой Хеймана не пытались окружить очень давно.

- Нет, спасибо, Ниона. Я наверное пойду.

Повернувшись к целительнице спиной, Хейман направился к выходу. Судя по звукам, девушка устремилась за ним.

- Но… Но постой. Ты, наверное, устал с дороги. Отдохни немного.

- У меня есть дела. – бросил молодой воин. Но потом, осознав, как это грубо звучит, добавил, - И я не хочу мешать тебе.

- Но, ты мне совсем не мешаешь. – голос Нионы становился всё тише и всё печальнее. – И чай уже почти готов. Я тебе с какой хочешь травой сделаю.

Хейман бросил взгляд на расстроенную целительницу, утерявшую всякую надежду оставить гостя у себя, попрощался и двинулся прочь, по широкой дороге, ведущей к Волчьим ямам.

*****

36 Ардети́к. Полдень.

- Ты к кому? – глухо раздалось из под закрытого забрала шлема.

- К Форзулу. – недовольно буркнула Авилла.

- Сестрёнка, к Форзулу можно попасть, только если он тебя пригласил. – крикнул второй, молодой, ещё совсем мальчик, охранник ворот. – Иначе он разозлится.

- Считай, что приглашение уже у меня. – Волнами бьющий адреналин не способствовал хорошему настроению, и девушка хотела, как можно быстрее со всем покончить. - Как мне к нему попасть?

- Ну-ка, ну-ка, и как тебя зовут? – не отставал молодой наёмник.

- Орита.

- Да, он тебя ждёт. Проходи. – гулко отозвался страж в доспехах.

Следуя указаниям стражников, Авилла проследовала к маленькой крепости, стоящей внутри огороженной территории. Она ненадолго остановилась понаблюдать, как фехтуют наёмники. Каждая атака или изощрённая защита, незримым эхом отдавались в груди, заставляя напрягаться различные группы мышц. Как же она давно не тренировалась.

И ничто тут не выглядело как засада. Это ещё сильнее действовало на нервы. Странно, она уже на входе ожидала встретить нескольких вооружённых ребят, но наёмники, встречающиеся ей на пути, здоровались, признавая в ней соратницу по ремеслу, каковой она не являлась. Не у каждого было оружие или хотя бы нож, а в доспехах были только несущие стражу. Это сбило девушку с толку. Может быть нужно готовится к обычному разговору, и она напрасно себя накрутила?

А вот внутри, в самой крепости, о её приходе знали. Сидящий за столом в темном, душном помещении, стражник, услышав её имя, сказал куда именно нужно идти. Чуть пьяная от адреналина, слегка качаясь, Авилла забралась на второй этаж. Сколько раз уже рисковала жизнью, сколько раз шла на верную смерть, но не привыкла. Нет, так и не привыкла. Но это не страх, это готовность. Готовность грызться за свою жизнь до последнего. Машинально проверив ножи, еще раз поправив лёгкий доспех, девушка занесла руку и, простояв так несколько мгновений, постучала в дверь.

- Заходи. – раздалось из-за двери.

В темном помещении, освещенном лишь всполохами камина, ей представилось не самое приятное зрелище. Старый наёмник изрубленный и обожжённый всем своим видом говорил, нет, кричал об опасности. Авилла с первого взгляда поняла, что с этим человеком нельзя шутить, нельзя спорить, нельзя противиться его приказу. Прошло еще пара мгновений и девушка заметила странный взгляд опасного человека. Странный, потому что вместо одного глаза у него стоял камень, или, что более вероятно, черная морская жемчужина с белыми прожилками.

- Форзул, ты меня звал?

Наёмник не ответил, но и не выгнал гостью. Он вернулся к записям, продолжая что-то не нравившееся ему яростно зачеркивать, или обводить, если в том была одна ведомая ему необходимость. Впрочем, с делами он покончил довольно быстро. В угол стола переместилась коробочка с сухими чернилами и перо. Наконец, Форзул удостоил её вниманием.

- Ты знаешь зачем ты здесь?

- Нет. – Честно призналась Авилла. О настоящей причине она так и не догадалась.

Форзул поднялся из-за стола и прошелся по комнате, глядя на деревянный пол прямо перед собой.

- Ты здесь потому, что про тебя мне рассказали.

И вновь застучало сердце. Рассказали что? Уже всему городу известно кто она? Девушка продолжила молчать.

- Так вот. Я тебя сюда пригласил, что бы кое-что предложить тебе, Авилла.

Услышав своё имя. Имя, которое она скрывала, девушка мгновенно встала в стойку, а рука рванулась к ножу. Неважно кто и как её сдал, сейчас нужно выбраться отсюда живой.

- Если ещё раз потянешься к оружию в моём присутствии, то лишишься здоровья! – рявкнул наёмник. – Тебе тут ничего не угрожает.

- Хорошо… Хорошо… - Взвинченная Авилла изо всех сил пыталась овладеть собой. Как можно довериться незнакомому человеку, знающем о ней больше, чем она о нём? – Кто про меня рассказал?

- Твоя знакомая, София.

- Вот дура! – в сердцах выкрикнула воительница.

Форзул засмеялся, хотя эти странные звуки были больше похожи на лай старого волкодава.

- На твоём бы месте, я бы не стал недооценивать эту чародейку. Она нашла для всех вас, вероятно, самое надежное убежище в городе. – старый воин ткнул в её направление пальцем. – А еще она заслужила для тебя право жить здесь, а не скитаться по тавернам.

- Но я не наёмница…

- Я в курсе, поэтому тебе представляется прекрасная возможность узнать о нас больше, вдруг позже захочешь присоединиться? – С издевкой протянул Форзул вновь зайдясь своим «лаем». – Будешь тут жить или нет – мне плевать. Решишь уже сама, но София за тебя заплатила.

Авилла закусила губу. Она понимала, что старый воин прав, понимала, что София действует рискованно и очень старается для все группы, но досада от пережитого просто так пройти не могла.

- Мне сейчас принимать решение, или?..

- Поступай как хочешь, София нашла для вас союзников на время вашего экзамена, а пользоваться её стараниями или нет – дело ваше.

Воин взял пару листков, со стола, смял их и бросил в камин.

*****

36 Ардети́к. Вечер.

Авилла вытащила рюкзак из под кровати и сразу от души его пнула, загнав поклажу обратно. Сколько она пережила из-за этой Софии! Злоба на чародейку не прошла даже спустя приличное время, потребовавшееся чтобы вернуться в комнату «Таледы». Ну ничего, при личной встрече она скажет ей обо всём.

До сих пор девушка не могла принять решение о том, как лучше ей поступить. Жизнь в тавернах имеет свои преимущества. Там проще следить за обстановкой, проще следить за посетителями, можно засиживаться до поздней ночи. А ещё не надо забывать обещание Ирвесу. Авилла все еще надеялась, что тот бедовый юноша передумает и поделится с ней своей историей. На том воительница и нашла соглашение сама с собой - раскопает по этой истории хоть что-то толковое, а потом уже подумает, стоит-ли ей жить у наемников.

С другой стороны, разве наемники знают меньше? Эти охотники за удачей и смертью ходят там, куда не каждый решается бросить взгляд, спрашивают о том, о чем другие бояться даже думать, знают то, за что можно убить. Если сойтись с самыми пронырливыми из этого братства, то можно услышать и более интересные истории. Не за этим-ли она находится здесь, в городе?

Внизу, в основном зале таверны всё громче становился гул. Ну разумеется, в эту ночь народы от степей Ворфоса до восточных морей Вилларии, от северных пустошей Силдерена и до солнечных портов Лорелии провожают «Ардетик». Листья и травы теряют свою силу, не в силах больше сдерживать холодные ветра Севера, а к власти приходит светлый и свежий, «золотой» месяц «Вестим Суа». Месяц золотого одеяния Теи, месяц сбора урожая, месяц бурных магических потоков и холодных ночей. Вода в реках стынет, птицы рвутся на Юг, а люди готовятся к суровым «белым временам».

Испорченное настроение заставило сидеть девушку в комнате. Какой тут праздник, если руки так и сжимались, в надежде дотянуться до рисковой аристократки, треплющей языком на каждому углу? Но как бурно разжигается всепожирающий поток огня, так же быстро он затухает. Эмоции отступили, и в голове поселились совсем другие мысли. Нет, не в правилах воительницы было забывать, не зря же она заслужила репутацию крайне злопамятной особы. Вероятно, рано или поздно, Софии придется ответить за свой поступок. Но это не сейчас, это будет уже потом.

Гул, шедший из-за двери, теперь смешивался с криками на улице. Эта ночь будет яркой и красочной. Люди будут поздравлять друг друга, жечь в ритуалах травы, обладающие магическими или мистическими свойствами, славить своих Богов, читать ритуальные тексты и взывать к духам, что бы удалось собрать последний в этом году, «Золотой урожай».

Авилла перевернулась набок, и уснула. Беспокойным и жарким это был сон. В нём мелькали буйные, демонические образы, воплощая в себе страхи, боль и смерть. Вот она вновь стоит в темной, холодной комнате из камня. Опять держит в руках не-то маленький меч, не-то большой нож, а за спиной стоит Мастер Струт и сжимает плечо. Сжимает слишком сильно - волнуется за свою подопечную. Наконец, он легонько толкает её в спину. Девочка как в тумане подходит к связанному пленнику, а в голове стучит: «он преступник, он преступник…». Она хватает маленькой ручкой жидкие, грязные волосы заключенного и рывком запрокидывает голову. Тот дрожит, рвется ослабевшим телом, не хочет умирать… Авилла взмахивает ножом быстро и четко. С хрустом режется живая ткань. Горячая кровь брызжет на руки. Нож выскальзывает из ослабевших пальцев. Пленный дергается и извивается на полу, залитым его - же кровью. Он хрипит и кашляет перерезанным горлом, а Авилла с ужасом смотрит на дело рук своих и из глаз её текут горячие слёзы. Слезы горячее крови. Мастер Струт осторожно обнимает десятилетнюю девочку за плечи и выводит из комнаты, давая Смерти окончательно разобраться с пленным.

Авилла рывком села на кровати. Одежда промокла, одеяло тоже, лицо влажное от слёз. Сердце колотиться как у загнанной лани. За окном кричат радостные люди, в таверне слышны крики восторга и счастья. Вихи-Нэй в разгаре - люди провожают «Ардетик».

- Соберись, Авилла! – В ужасе от мысли, что она могла заболеть, воительница вскочила с кровати. У окна стояла большая кружка с водой. Половину она выпила залпом, а вторую вылила на голову и влажные волосы. Вроде нет, не заболела.

Слегка вздрагивая, теперь уже от холода, девушка сменила одежду на сухую и уселась на стул, обняв одно колено. За окном мигали вспышки света, слышались обрывки песен и грохот бочки, катящейся по каменной улице города. На руке возник шаблон и текшая через него энергия быстро высушила волосы. Но даже приведя себя в порядок, Авилла не пошла спать, надеясь это сделать только тогда¸ когда последние обрывки сна уйдут вместе с проходящей ночью.

Люди затихли, в таверне веселье перешло в более спокойное русло, а крыши самых высоких домов окрасились в нежно-розовый свет. Всё еще влажная, прохладная кровать вновь приняла девушку в свои объятья и Авилла забылась крепким сном, без кошмаров и воспоминаний прошедших времён.

Глава 13

Девять лет назад.

- Ну, что там, Тифо́л? – нетерпеливо спросила черноволосая девочка. – Узнал?

Мальчик, к которому она обращалась, поднял глаза, поправил отворот грязной, порванной рубахи и подтянул штаны. Нет, скорее даже не штаны, а лохмотья. Тифол должен был быть светловолосым, но грязь, забившаяся в торчащие длинные космы, окрасила их в коричневый с рыжим цвета. Девочка, к слову сказать, выглядела не лучше. Разве что рубашка у неё была слегка плотнее и явно больше самой девочки.

- Приехали маги из академии, - Тифол провел босой ступнёй по поверхности грязной лужи и оглянулся, будто надеялся увидеть ещё кого-то в этом темном, вонючем, всеми Богами забытом переулке. – Говорят, ищут для себя учеников.

Девочка звонко чихнула и утерла выскочившую из носа слизь рукавом. Оба ребенка были приблизительно одного роста и одного возраста, оба одеты в рваньё, оба грязные и худые, с ввалившимися щеками. Но, если мальчик выглядел более менее живым, то того же нельзя было сказать о его собеседнице. Глаза девочки застилала пелена слез, а лицо накрыла мертвенная бледность.

- Ты слышал? – хрипло произнесла черноволосая и зашлась кашлем. – Слышал про? …

- Про Лафи́лу? – с болью в голосе произнёс Тифол. – Слышал.

Оба замолчали, но тишину вновь разорвал кашель девочки.

- Ты бы тоже пошла отдыхать. Не хочется потерять и тебя.

- Это ненадолго, я скоро вылечусь.

- Листья почти все опали, Солиса уже в разгаре, дальше будет только холоднее. Иди домой…

Девочка вновь чихнула и вновь утёрлась рукавом, после чего злобно бросила, – Сама разберусь.

Тифол пожал худыми плечами и двинулся дальше, шлепая босыми ногами по грязи.

Черноволосая бросила рассеянный взгляд в след своему другу. Тот, будто что-то почувствовав, остановился, вновь поворачиваясь лицом к девочке.

- Я пойду на рынок, попробую что-нибудь украсть. – произнес он, и скрылся за изгибом переулка.

Девочка провела рукой по слипшимся волосам, надеясь выловить оттуда хоть немного надоедавших гнид. Опасно приближаться к центральной площади, но как хочется взглянуть на общее веселье! Двигаясь с грацией кошки, она скользила вдоль переулка, прижимаясь к шершавой стене, перебегала от одного разбитого ящика, к другому, скрывалась, как могла, в глубоких ямках. И вот, залитая Солнечными лучами площадь, усыпанная веселыми людьми площадь оказалась в нескольких шагах, выйди из-за старой бочки и сделай шаг. Но нельзя, за такое могут побить.

Видимо, лавка с магическим инвентарём была где-то справа. Именно туда были обращены лица стоящих, именно туда что-то кричал веселый народ. Помнится, Тифол, которому повезло увидеть это зрелище в прошлый раз, рассказывал, что такие приезды сопровождаются магическими представлениями и праздником. Девочка смотрела на счастливые лица людей и вздрагивала от озноба, крепче обнимая себя костлявыми ручками. Только очень жаль, что отсюда не было видно никаких чудес.

Люди что-то кричали, смеялись, махали руками. И она как будто была с ними, как будто тоже была счастливой. И именно в этот момент она заметила как в её сторону, крайне неумело кралась девочка. Одетая в дорогое платье, ухоженная и украшенная, она всё ближе подходила к укрытию черноволосой и уже почти спугнула, спрятавшуюся за бочкой, но, внезапно, остановилась, повернулась спиной к переулку и что-то достала из-за пазухи.

И именно в этот момент, очень неудачно, черноволосая чихнула. Дальше события поскакали с бешеной скоростью. Черноволосая юркнула в переулок, всем сердцем надеясь, что её не заметили. Но побег длился не долго, первая же яма остановила беглянку. И без того измазанная в грязи девочка растянулась в ближайшей луже с холодной водой и, как назло, сзади раздались шаги.

Перевернувшись на спину, она приготовилась бороться за свою жизнь, вырываться, сделать всё, что бы встретить завтрашний рассвет, но… Над ней стоял не стражник, не человек из толпы, или из другого клана таких же бродяг, над ней стояла та самая девочка и смотрела на неё с искренним любопытством. Поняв, что бить или убивать её никто не собирается, беглянка медленно поднялась на ноги, внимательно отслеживая малейшие движения преследовавшей её девочки. Широко распахнув голубые глаза, облаченная в дорогое, красивое платье, девочка с волосами светлого мёда, продолжала молчать, и разомкнула рот только в тот момент, когда грязная, в мокрых лохмотьях беглянка окончательно поднялась на ноги.

- А ты кто?

- Тебе - то какая разница? – припадая на ушибленную ногу, черноволосая вновь вытерла мокрый нос.

- А я, баронесса Авни́ра мон Редо́к. – с гордостью, и ноткой веселья произнесла неизвестная.

- И что?

- А еще у меня вот что есть! – голубоглазая протянула руку, с зажатым в ней свитком. – Я поступаю в магическую академию.

Баронесса была немногим младше и во всём казалась ещё ребенком. Слишком приветливой и неосторожной она была, слишком веселой и неосмотрительной.

- Тогда что ты ту делаешь? – недовольно произнесла черноволосая. – Шла бы обратно, на площадь.

- А я сбежала. – весело произнесла девочка.

- Ты серьезно?

- Да, там так скучно. – баронесса развела ручками и пригладила своё красивое платье, с забрызганным грязью подолом.

Разглядывая богато украшенную, несомненно, обласканную вниманием, девочку, черноволосая обдумывала свои дальнейшие действия.Может рискнуть? Но это так страшно!

- И никто не знает, что ты здесь?

- Никто. – игриво произнесла аристократка и замотала головой, создав целый вихрь медовых волос.

- А что? Что в этом свитке?

Видимо, баронесса ждала именно этого вопроса. Её не беспокоил отвратительный, запущенный внешний вид собеседницы и ничего кроме любопытства и желания пообщаться она не испытывала. Откинув прядь волос с лица, она с готовностью развернула свиток и показала нарисованное там черной тушью пятно. При дальнейшем рассмотрении, это самое неровное пятно превратилось в круг, сплошь исчерченный непонятными черточками и письменами.

- Здорово, правда? – голубые глаза девочки так и сияли.

- Нет, не здорово. Скучная картинка.

Нисколько не смутившись от такой грубости, аристократка положила свою маленькую ладошку на круг и тот волшебным образом преобразился. Черные линии зажглись ярким розовым светом и привнёслиу нечто необычное, чародейское в серую явь переулка. Но, стоило только руку убрать, как круг вновь превратился в скучное и непонятное переплетение символов и линий. Волшебство исчезло, как будто никогда его и не было.

- Ну как? Здорово? – вопрошала сияющая незнакомка. – Знаешь, что это значит?

Но черноволосая не могла вымолвить и слова. Она слышала о магии, много о ней мечтала, мечтала просто увидеть, хотя бы одним глазком. А сейчас, встретив такое чудо, не могла сказать, реальность это или морок лжи. Может быть она сейчас лежит дома, в бреду?

- Если круг зажигается, значит ты волшебница и можешь ехать в академию! – не прекращала баронесса. – И мне повезло! Представляешь?

- Почему ты со мной общаешься? – наконец произнесла черноволосая, слегка отрезвев от магического зрелища. – Я простолюдинка, а не аристократка.

- Я же сказала, - последовал терпеливый ответ. – Там скучно.

Пропала боль в ушибленной ноге, ушёл озноб, терзающий девочку вот уже несколько дней, развеялся туман в голове. Эти чувства заменили страх и чудовищный жар от следующих мыслей. Она вновь осмотрела баронессу, видимо сбежавшую из под опеки придворных.

- Не хочешь вернуться?

- Нет, мне и тут хорошо. – аристократка явно получала удовольствие от беседы. Только вот с её собеседницей все было с точностью да наоборот.

Девочка полезла за пазуху и вытащила оттуда маленький, грубый нож. Руки её дрожали, глаза блестели безумным огнём.

- Тогда давай свои украшения. И… и бумажку тоже.

Она никогда не грабила людей. Этим занимались более старшие Зами́р и Сортунэ́л. А она? Пока что её хватало лишь на то, что бы украсть яблоко с прилавка, если повезет, то хлеб или колбасу. И сейчас, держа в слабеющей руке неказистый ножик, черноволосая чувствовала, как пропадает в ней уверенность.

Но, баронесса не испугалась. Видимо слишком уж жалко выглядела её собеседница. С презрением взглянув на нож, аристократка скривила губки.

- Нет. И кто тебе позволил так разговаривать?

И что желать дальше? Снова бежать? Какая глупая ситуация. Облизнув потрескавшиеся губы, она опустила руку с ножом, чувствуя парализующую слабость во всём теле. Аристократка же, начала менять своё отношение к собеседнице, ей не понравилось, что вместо общения, от неё начали что-то требовать. И не теряя ни минуты, гостья из Высшего света повернулась спиной к черноволосой и пошла в ту сторону переулка, откуда она и пришла.

Времени на раздумья не было. Сжимая в руке нож для храбрости, девочка накинулась со спины на баронессу, стараясь вцепиться в волосы, но та оказалась непростым противником. Несмотря на то, что черноволосая дралась и дралась много, это не помогло. Сейчас она получила серьезный отпор. Слабость от болезни и долгого голодания сыграли свою роль, и вот, бродячая девочка летит к стене от несильного толчка. Удар о стену затмил глаза темной пеленой, а кончики пальцев закололи тысячи раскаленных игл. Но аристократка этим не удовлетворилась. Она схватила противницу за волосы и дернула на себя, в результате чего, её противница оказалась на четвереньках, упираясь всеми конечностями в скользкую грязь. В какой-то миг эта молчаливая потасовка так и проходила – одна тянула, другая сопротивлялась.

Оттолкнувшись от земли, черноволосая вцепилась в подол платья, а баронесса, не ожидав такого поворота и потеряв равновесие, сама оказалась на земле. Что после этого произошло, сказать уже не мог никто, но чем закончилось знала в последствии только одна.

Девочка моргнула раз, моргнула второй и с ужасом отступила назад. Аристократка лежала на спине и держалась обеими руками за живот, из которого торчала рукоять маленького, грубого ножа. Под маленькими, вздрагивающими ручонками, на грязном платье расцветало темное пятно и точно такое же пятно парализующего ужаса расцветало в сознании черноволосой девочки. Время или летело со скоростью солнечного феникса, или стояло, словно монолит на пути усталого каравана.

- Мама! Мамочка! – не то прошептала, не то проскулила аристократка, судорожно цепляясь в собственное платье. Её взгляд устремился в небо. – Помоги мне… Так больно…

Черноволосая выдержать этого уже не могла. Словно ветер сорвалась она с места, желая, как можно дальше убраться из проклятого переулка. Мелькали люди, проносились мимо лавки, улицы сами собой представали перед взором, сменяя друг друга. Слабость пыталась сковать тело, но страх гнал дальше, легкие горели, но осознание случившего заставляло двигаться дальше, небо билось в конвульсиях, но нельзя было останавливаться. Пару раз, казалось, кто-то пытался поймать её, пару раз, она врезалась в людей и не задумываясь неслась, меняла направление уносясь прочь. Бежать. Дальше. Нельзя останавливаться.

Дверь возникла перед носом и девочка плечом врезалась в прогнившее дерево, открывая дверь со звуком настоящего взрыва.

- С ума что ли сошла? – рявкнул сидевший в центре комнаты Замир.

Ослабев, девочка свалилась прямо у входа, жадно хватая воздух, задыхаясь всё больше и больше. Но боль в воспаленном разуме от произошедшего, сводила все страдания на нет. Пришла она в себя нескоро и восстановив дыхание, зашлась кашлем.

- Вали отсюда в угол. Иначе всех заразишь. – Замир поднялся со своего места, схватил девочку за ворот рубашки и оттащил в дальний угол дома, если это разваливающееся строение можно было так назвать. Тут черноволосая, наконец, забралась на ящики, что представляли собой лежанку, и продолжила кашлять, после сумасшедшего бега. Она чувствовала себя всё хуже, жар плавил тело, а в носу и в горле разгорался настоящий огонь. Но разум девочки оставался кристально-чистым, а страшные картины то и дело возникали перед глазами.

Она очнулась ночью. Остатки жара грели шею, а грязная рубашка насквозь пропиталась потом. От ближайшей стены прямо в лицо дул холодный сквозняк со свежим запахом ночи. Повернувшись на другой бок, девочка прислушалась. Вокруг раздавалось лишь сопение спящих, да в дали слышались знакомые звуки города, и именно в этот момент, в руке обнаружилось нечто. Изучать что это пришлось на ощупь. Двумя руками, осторожно, она развернула не-то мокрую ткань, не то бумагу. Бумагу?

В этот миг всё вокруг озарилось нестерпимым розовым сиянием. Руки сразу разжались и вспышка света, просуществовавшая доли секунд, погасла, вновь погрузив мир во тьму. Сердце пустилось в бешенный галоп, а разум начал восстанавливать события прошедшего дня, вновь пропитывая всё страхом.

- Финикс, ты спишь? – слабый шёпот раздался совсем рядом – Ты хочешь поесть?

- Ты кто? – задала она вопрос в темноту.

- Да Тифол я. – раздалось в ответ по-прежнему шёпотом. Конечно, кто ещё мог подкрасться к ней столь бесшумно?

- Я не знаю.

- Что ты тут зажгла?

Она никогда и ничего не скрывала от Тифола и для неё не было человека ближе, но именно сейчас она почувствовала, что надо молчать.

- Тебе показалось.

Тифол замолчал. Почувствовал её ложь. И волна сожаления затопила девочку.

- Финикс, пойдём на крышу? Поговорим.

Неизвестно как, в практически абсолютной темноте, мальчик нашёл её руку, сжал и потянул за собой. Она не сопротивлялась.

На холодном свежем воздухе Финикс почувствовала себя значительно лучше. Звезды светящейся пылью засыпали холодное, черное небо и, как будто в помощь им, вышел кусочек синей Луны. Девочка сидела на крыше разваливающегося дома, тесно прижимаясь плечом к плечу Тифола - так теплее. Оба смотрели на далёкие звезды, оба молчали, оба погрузились в себя.

- На, поешь – мальчик протянул ей нечто круглое. Яблоко. Но, прежде чем девочка успела вонзить зубы в хрустящий плод, Тифол добавил, протягивая ей темный, бесформенный предмет. – Это твоё, Финикс.

С колотящимся сердцем приняла она ту самую, мятую бумажку. Слова застряли в воспалённом горле. Так гадко было на душе от событий прошлого дня и от её лжи Тифолу. В кого она превращается?

- Почему ты мне врешь?

Вопрос больно резанул сердце. Что она ему могла ответить? Чувство голода пропало и девочка бережно спрятала яблоко во внутренний карман рубашки. В голове зрел план.

- На, приложи сюда руку. – Финикс протянула бумажку, освещенную синим светом Луны, другу. В душе тепло разжигалась надежда. Но, рука мальчика не зажгла волшебный круг. Может быть бумага порвалась?

- Что это за игра? – в голосе Тифола до сих пор звенела обида.

- Это не игра, Тифол. – тихо произнесла девочка. – Это мой шанс на будущее.

- Что? Я…

- Я стащила эту штуку у… у магов. – из последних сил сдерживая слёзы ответила девочка. – Она может… она может…

- Ты собираешься уехать с ними?

Новые душевные страдания принесла не эта фраза, а то, что мальчик слегка отодвинулся.

- Собираюсь…

- Но мы же договаривались, Финикс! Мы же хотели пройти все испытания, хотели покинуть этот город!

- Я его и собираюсь покинуть…

- Но одна!

На это нечего было возразить. Девочка свернула листок бумаги и положила в тот же карман, где сейчас находилось яблоко. Вновь наступило молчание. Лунный свет, набирая силу, разгорался всё ярче, и звёзды весело перемигивались на черном небосводе. А в дали, меж деревьев ехала карета. Её фонари мелькали за листвой, исчезали и вновь появлялись, стоило экипажу выбраться на чистую местность.

- Ты знаешь кто такой Иносар Энней? – первой нарушила молчание девочка.

- Конечно! Кто его не знает?

- Он там, в этой академии.

- Финикс! Так нельзя! Он убьёт тебя!

- Мне всё равно кто из нас кого убьёт. – голосом лишённым всяких чувств произнесла девочка и закашлялась. – Это должно прекратиться.

- Поверить не могу, что ты меня бросаешь! Бросаешь нас всех!

Но мысль, рождённая под звёздами, не могла покинуть разума Финикс. Она вновь развернула бумажку, всё больше укрепляясь в своём новом плане, и лихорадочное пламя его, пожиралось чувством тоски, гибло сожаление, росла вера в себя. Казалось, даже болезнь отступила. Она уже представляла себе, как утолит свою жажду, как отомстит за своих родителей, за свою жизнь в этом городе, отомстит за каждого, кто живёт, или жил в этом доме.

- А знаешь, что, Финикс. – в этот раз тишину прервал Тифол. – Ты права. Тебе нужно туда поехать.

- Что ты такое говоришь? – изумление девочки было столь велико, что она мгновенно вернулась из мира грёз и фантазий в холодную ночь на крышу покосившегося дома. Тифол, до этого момента отводивший взгляд, сейчас смотрел ей в глаза.

- Я говорю, что ты права. Что тебя здесь ждёт? Смерть от голода или болезни?

- Тифол, я…

- Подожди, дай скажу я. – мальчик был необычайно серьёзен. – Мы голодаем… Мы не смогли наворовать достаточно еды перед Солисой. Вчера Замир ругался с Сортунэлом. Они не знают, что делать и хотят то ли бросить нас и бороться в этот период снегов за жизнь самим, то ли увести нас отсюда. Наше убежище в любой момент могут найти. Да ещё твоя болезнь всё не проходит.

- Но как-же…

- Думаю, там у тебя гораздо больше шансов выжить, чем здесь, с нами.

- Не говори так.

- Почему?

- У меня болит сердце от твоих слов. - Финикс поёжилась, стараясь плотнее закутаться в свою рубашку. – Я обязательно вернусь, Тифол. Обязательно вернусь, и всех вас найду. Всех-всех, обещаю!

Мальчик усмехнулся и взъерошил волосы. Конечно он ей не верит. А она верит в свои же слова?

- Когда собираешься уходить?

- Следующей ночью. Не хочу попасться в лапы Кровавых. – девочка на некоторое время замолчала, слушая ночных сверчков, но надолго её не хватило. Она всё же задала вопрос, так сильно волновавший её. – Ты никому не скажешь?

- Нет, Финикс. – невесело рассмеялся Тифол. – Я тебя никогда не предавал.

Смешалось всё. Сожаление от слов друга и предстоящего ухода, страх перед неизвестностью и страх перед тем, что она сделала в том переулке, гадкое чувство предательства и не менее омерзительная мысль о том, что видит всех в последний раз. Где-то далеко за городом взвыл волк и ему вторила его стая. Звёзды всё так же весело мигали, а Луна катилась за далекие чёрные горы, теряя свою Силу. Он молчал, молчала и она. Тут нечего было сказать. В конце концов Финикс замёрзла окончательно и ушла, оставив друга одного. Если, конечно, Тифол ещё считал её своим другом.

Утро выдалось нервным. Финикс проснулась позже всех остальных и многие уже покинули дом, надеясь поживиться чем-нибудь в городе или вокруг него. Никуда неотступающая болезнь вымотала девочку еще сильнее, и отсутствующая еда тоже сил не добавила. Сидя в углу, вдали ото всех – что бы не заразить – Финикс смотрела на тех, кто за это недолгое время стали её друзьями, и осознание того, что скоро ей придется всех их покинуть, приносило практическую нестерпимую душевную боль, которая мешалась в безумный коктейль от возбуждения перед предстоящим путешествием.

Никогда неунывающая Фра́кта пыталась что-то сказать рядом сидящему Тифолу, который старательно прятал свой взгляд от взгляда Финикс. Улыбалась Фракта лишь глазами, не имея возможности нарисовать улыбку на тонких губах. Какой-то стражник сильным ударом сломал ей челюсть, и теперь, девочка с трудом могла говорить. А есть ей приходилось, наклоняя голову набок, чтобы растираемая пальцами и вымоченная в воде пища не вываливалась из перекошенного, вечно полуоткрытого рта. Замир куда-то ушел, и на его месте сидел Сортунэл. В потасовке с другими бродягами из города, ему пробили голову, и бело-желтая кость черепа светилась на покрытой шрамами голове. Он был задумчив. Задумчивее чем Финикс и ещё более неразговорчивый, чем обычно. В отличие от яростного и вспыльчивого Замира, Сортунэл был вечно спокоен и холоден. Но после одного случая, Финикс предпочла бы получить очередную взбучку от Замира, чем связаться с Сортунэлом. Как-то раз, этот юноша с изуродованной головой, забил ножом случайно забредшего к ним мальчика из другого клана. И даже, когда нож в руке Сортунела сломался, он заменил его камнем и бил им в лицо неподвижного противника, пока то не превратилось в кровавую кашу. Финикс никогда не видела такой жестокости и ни за что бы не поверила, что спокойный Сортунэл на такое способен.

- «А сама лучше? Тоже теперь убийца.»

Финикс закашлялась и сидящая в дали Фракта улыбнулась ей глазами и помахала рукой. Возможно, они видятся в последний раз. Тифол, молча, не глядя на черноволосую девочку в углу, покинул дом. За ним же ушла и Фракта, а потом и Сортунэл, оставив Финикс одну в темном убежище. Все ли они вернутся обратно, или попадутся как Лафила?

Если вчерашний день ласкался в солнечных лучах, то сегодняшний скрылся за облаками и насытился ветрами, серостью и дождевой пылью. Финикс лежала в углу и ждала. Ждала, когда вечерние сумерки вернуться, когда холодный покров ночи скроет её от глаз, когда можно будет рискнуть, что бы попробовать вырваться отсюда.

*****

С бьющимся, словно птица, сердцем. Девочка пробиралась ночными улицами, скрываясь в тени от патрулей, дрожа от страха, лихорадки и чудовищного холода. Вероятно, самым безопасным был бы путь через тот самый проклятый переулок, но столь сильными были страх и отвращение, что девочка решила пробираться длинной и опасной дорогой. Один из патрулей почти заметил её, но, видимо, принял за бродячую кошку, вовремя юркнувшую в переулок от цепкого луча фонаря. Хорошо. Не хотелось бы закончить как её ровесница - Лафила, попавшаяся на краже еды с прилавка и убитая на площади несколькими ударами кнута за нарушение закона.

Применив весь свой талант, и полагаясь на удачу, Финикс наконец-то добралась до нужной площади. Дверь нашлась ещё быстрее. Замок. Раньше у неё был толстый, кривой ножик, которым можно было бы попытаться сломать механизм замка. Но он остался в злосчастном переулке. Теперь у неё нож Замира, украденный в наступающей ночи. Лучше, после такого, не попадаться ему на глаза - точно не простит.

Удача крепко обнимала девочку своим крылом. Мало того, что она не попалась ночной страже, так и смогла относительно быстро сломать замок. Дверь, с лёгким скрипом, приветливо отворилась, открывая путь в неизведанную темноту. Оказавшись в теплом и сухом доме, Финикс растерялась. Её план касался только этой части. Что делать-то теперь? Найти кого-нибудь здесь и попросить приложить руку к свитку? Свой-то она выбросила, посчитав, что пропавшая со свитком баронесса и бродяжка, с внезапно-появившимся таким же свитком, могут навести на неё подозрения.

В растерянности, девочка погладила шершавую поверхность двери. Может быть посидеть тут до утра? А может быть стоит исследовать дом? Оскальзываясь мокрыми ногами на гладком, холодном камне, двигаясь на ощупь, она нашла лестницу, ведущую на второй этаж. Что ж, можно попробовать.

На втором этаже она увидела полоску света, льющегося из приоткрытой двери, но ни единого звука слышно не было. Дом казался пустым. Дальнейшее изучение этажа принесло следующие результаты. Через щель, в комнате которой горел свет, она никого не увидела, зато, в комнате напротив, куда забегала световая дорожка, она нашла целые кипы бумаг, разные деревянные палки неясного назначения и…

Это была целая стопка бумажек с тем самых рисунком. Девочка медленно протянула к одному из них руку и в этот миг она что-то задела. С оглушительным звоном, какой-то маленький черный «шарик» упал на каменный пол и превратился в огромное неровное пятно. Во всём доме вспыхнул свет, больно резанувший глаза. Бежать некуда и Финикс, схватившись за нож, приняла агрессивную стойку, готовясь биться за свою жизнь. Страха не было, была только сосредоточенность и холодная уверенность в своих ничтожных силах.

И в этот раз её выдал кашель. Почти сразу же дверь распахнулась и к ней в комнату зашла женщина неземной красоты. Несомненно, это была хозяйка этого дома. Одетая в дорогое, зеленое, украшенное золотыми нитями, изящное платье, с вьющимися, буйными волосами, она посмотрела на девочку большими зелеными глазами. Яркие магические круги на тонких руках рассыпались, оставляя лишь многочисленные браслеты на запястьях да дорогие перстни.

Финикс не знала, что ей делать, внешний вид не просто аристократки, но богини, Звезды с неба, ослеплял и парализовал сознание. А её способность к магии отбивала всякое желание вступать в бой. В растерянности девочка отступила в угол, вжимаясь спиной в шкаф. Оставалось только ждать, чем разрешится эта ситуация.

Но прекрасная женщина нисколько не рассердилась. В её зеленых глазах не было ярости, но, кажется, там зарождался интерес и… веселье?

- Ой, какой у нас тут яростный котёнок. – почти пропела женщина с лёгкой улыбкой. – Ты тут одна?

Но Финикс молчала. Несмотря на то, что от незнакомки не исходило опасности, внутри всё кричало – берегись! Ещё сильнее вжимаясь в шкаф, девочка удобнее перехватила тяжелый нож.

- Пыталась найти еду или что-то на продажу? – продолжала чаровница ласковым тоном. – Ну могла бы попросить, я не жадная.

Девочка молчала, а женщина, не теряя интереса в разговоре со столь скромным собеседником, продолжала.

- Ну так что? Хочешь есть? – она подошла, абсолютно не боясь девочки с ножом, протянула руку и схватила Финикс за подбородок, слегка царапнув кожу длинными ногтями. – Ах, так ты ещё и больна.

Женщина оставила девочку в покое и подошла к столу, заваленному бумагами. Следя за каждым её движением, Финикс боялась вздохнуть или сказать слово. Столь необычно выглядела эта женщина и столь неопасно. Рядом с ней, девочка испытала странное чувство тревоги и покоя одновременно. По крайней мере, кажется, мучить и бить её пока не собираются.

Взяв в руку один из свитков, с нарисованным кругом, женщина протянула его девочке. - На, возьми его. И положи на него ручку.

Но Финикс стояла как изваяние, лишь следя за малейшими движениями волшебницы.

- Не бойся меня, котёнок. Мы же с тобой просто разговариваем, правда?

Эти слова слегка отрезвили девочку. Она приняла свиток, не прекращая следить за зелеными глазами женщины, и замерла, с бумагой в одной руке и ножом в другой.

- Так дело не пойдёт, котёнок. Убирай свой нож. Дружеского разговора с ножом быть не должно, не так ли?

Что-то было в голосе этой чаровницы. Нотка властности, которой нельзя было не подчиниться. Финикс, очень медленно убрала нож во внутренний карман.

- Давай, клади ладошку на кружок, посмотрим, кто ты есть.

О да, она знала, что сейчас будет, хотя, первая же появившаяся мысль возвестила о том, что этот круг может работать по другому и не засияет, как на том свитке. А вдруг, он горел оттого, что его касалась та аристократка? Вдруг он загорается после этого от любого касания?

Финикс послушно исполнила волю хозяйки дома и круг, как и в прошлый раз, загорелся ярким, ровным, розовым светом. Зеленые глаза женщины сузились на мгновение, губы её тронула лёгкая улыбка.

- А ты у нас необычный котёнок, верно? – женщина выглядела очень довольной. И тут она сделала нечто такое, что никак нельзя было бы связать со столь величественным образом неземной красавицы. Чаровница опустилась на колени перед девочкой, и теперь их глаза были на одном уровне. – Ты когда-нибудь мечтала овладеть магией?

Финикс молчала, она не знала, что ответить, растерянность, которая её окружала, нарушала ход мыслей. В который раз казалось, что она вновь лежит в бреду с температурой, или попросту спит.

- Ну хотя бы кивни, – теплая улыбка женщины производила ошеломляющее впечатление. – Я пока тебя плохо понимаю.

Девочка кивнула, а женщина, удовлетворившись этим жестом, легко поднялась, и начала перекладывать бумагу, словно наводя тут порядок.

- У тебя появился великолепный шанс, котёнок. – В голосе чаровницы появились властные нотки, но тон оставался ласковым. – Если хочешь научиться контролировать магию, которая в тебе несомненно есть, то ты должна будешь меня слушаться, поняла?

Финикс вновь кивнула.

- Магия – это в первую очередь дисциплина. Если ты начнёшь нарушать правила уже сейчас, то ни черта из тебя не выйдет, тебе ясно? – женщина прекратила разбираться с бумагами и вновь встала на колени перед девочкой, кивающей на каждый её вопрос. – Если захочешь учиться в академии, то принимай решение сейчас. Если не хочешь, то можешь поесть, можешь выспаться, потом я дам тебе лекарств и мы расстанемся. Ну что, хочешь учиться?

- Хочу. – одними губами произнесла Финикс.

- Тогда давай знакомится, котёнок. Как тебя зовут?

- Лафила. – Не моргнув глазом соврала девочка.

- Давай ещё раз кое-что проясним, котёнок. – в зеленых глазах женщины вспыхнул незримый душевный огонь. – В понимание дисциплины ложь не входит. Особенно ложь коллегам. Если будешь нарушать правила, то вылетишь из академии раньше, чем до неё доедешь.

- Я поняла. – шепотом произнесла Финикс, не понимая, как её так быстро раскусили. Может быть так же быстро она узнает о том, что была убита аристократка?

- Судя по твоему виду, идти тебе особо некуда. Поэтому, подумай ещё раз, прежде чем лгать. – ласковый, теплый тон женщины никуда не делся. – Ну, давай-ка попробуем еще разок. Как тебя зовут?

- Финикс.

- А я Алифиса Зора. – Женщина поднялась на ноги и протянула тонкую руку для рукопожатия, сплошь увешанную перстнями, да браслетами. – Но теперь, для тебя, Мастер Зора. Или просто «мастер», если забудешь, как меня зовут.

Девочка пожала ледяную руку, испытывая жгучий стыд, за то, что она касается столь чистой руки своей грязной, испачканной неизвестно в чём. Но, такие мелочи, видимо, мало интересовали чаровницу и та вновь тепло улыбнулась.

- Я тут пробуду ещё пару дней, завершу кое-какие свои дела, а потом направлюсь в академию. Ты, пока что, будешь жить здесь, со мной и для тебя же это будет маленький, вступительный экзамен. Если ты что-то украдешь, обманешь меня, или ослушаешься, то останешься здесь, на улицах этого города. У тебя всего одна попытка, тебе ясно, Финикс?

- Я поняла.

Мастер повернулась спиной к девочке, и почти покинула комнату, но в последний миг остановилась в дверях и поманила девочку пальцем. Всё естество сопротивлялось, заставляя Финикс беречься, действовать осторожнее, не доверять, но, если ослушаться эту вроде бы ласковую, но в тот же момент строгую женщину, она потеряет всё.

Чаровница отвела её в одну из комнат, в которой стояла огромных размеров ванна, полная воды. Лёгким взмахом руки женщина разожгла под ней ревущий огонь, и плавно, с грацией повернулась к следовавшей за ней девочке.

- Пожалуйста, приведи себя в порядок. Свою одежду оставь здесь, я тебе что-нибудь найду, а потом купим тебе нормальное платье…

- Но я не хочу платье! – вырвалось у девочки и сразу её парализовал ужас. Неужто она ослушалась и теперь мастер выставит её за дверь?

Но женщина лишь погрозила ей пальцем, и вновь продолжила объяснять ей дальнейший план.

- После того как закончишь здесь, пойдешь в комнату напротив. Там тебя будет ждать еда и питьё. Питьё противное, но обязательно его выпей. Я не буду тебя лечить, так как не особо это умею, а завтра вызовем к тебе лекаря, или целителя, он разберется.

Мастер прошла мимо девочки и остановилась у двери. Проведя рукой по воде в ванной.

- В той же комнате выбери себе кровать, только умоляю тебя - не шуми. У меня много крайне скучной работы, и я не хочу, что бы мне кто-то мешал, даже если это будет такой котенок как ты. И да, вода уже вполне теплая.

- Я могу чем-то помочь? – это был внезапный душевный порыв, вызванный добротой этой прекрасной женщины, ведь всю жизнь от взрослых людей девочке доводилось получать только грубость и болезненные удары, но никак не заботу. Очередная улыбка хозяйки, заставила девочку покраснеть.

- Можешь, если будешь вести себя тихо.

Алифиса уже покинула комнату, как девочка крикнула вслед.

- Но учеба, наверное, дорогая. У меня нет денег.

Мастер не стала возвращаться и в дверном проёме показалась лишь её голова с эффектной, кудрявой прической, оплетенной золотыми нитями и цепочками.

- Зато деньги есть у меня.

- Но, почему? Зачем ты делаешь это? – недоумевала девочка.

- Не «ты», а «вы». Этикет лишним не будет. А делаю я это потому, что могу, думаю, этого вполне достаточно. А теперь, позволь мне пойти, и заняться сломанной тобой дверью и разлитыми тобой чернилами. Да и одежду тебе надо найти. Возможно, у меня нет нужной и пока что, тебе придется ходить в моей ночной рубашке.

С этими словами, женщина щелкнула пальцами и ревущее пламя под ванной пропало. Хлопнула дверь, и девочка осталась одна в светлой комнате, освещенной десятками крупных свечей. Растерянная, одинокая и не знающая, чего ждать от дальнейшей жизни. Не знающая, что Тифол, просидев прошлую ночь с ней на крыше, заразится от неё и умрёт, так и не справившись в болезнью. Не знающая, что Сортунэл всё же сцепится с Замиром, убьёт его и, бросив всех остальных, попытается примкнуть к другим группам бродяг. После чего, уже в составе группы бандитов, он будет убит отрядом наёмников, нашедших разбойников в северных лесах. Не знающая, что больше всех повезёт Фракте. Один из сердобольных лавочников подберет замерзшую, покрытую хлопьями первого снега девочку, прислонившуюся к стене его дома, дав ей кров и работу. И, даже не смотря на это, сломанная челюсть так и не позволит ей прожить нормальную жизнь. Выбрав иную дорогу в ту ночь, Финикс навсегда оторвала себя от этих людей и на протяжении всей своей жизни ей не суждено было узнать об их судьбах.

*****

36 Ардети́к. Вечер.

- Проклятье! – громким шёпотом выругалась Финикс. Она еще раз сверилась с картой и окончательно убедилась, что свернула не туда. Весь план разрушился из-за небольшой ошибки. Теперь уже ничего не поделаешь, придётся возвращаться обратно к карточкам.

Досада из-за просчёта, смешивалась с яростью на саму себя. Но даже неудачи не откидывали чародейку назад, а наоборот, приближали к цели. Всё лучше она узнавала внутреннее устройство помещений, всё лучше понимала, где находится и куда нужно идти. Оставалась одна проблема – до сих пор не найдена библиотека. Сокрытая где-то ниже уровня земли, она пряталась в многочисленных коридорах, которые почти полностью были изучены.

- «А она вообще тут есть?» - то и дела проносилась шальная мысль в голове. Глупая мысль, конечно. Библиотека есть. Есть, и она обязательно её найдёт. Но не только на свою скрытность надеялась Финикс. Общаясь с Эвилисой, она смогла узнать у неё о тех, кто входит в руководство гильдии, и своим упорством смогла поговорить с некоторыми из них. Используя всё своё актёрское мастерство, она пыталась выпросить легальный доступ в библиотеку. Но и тут не повезло. От неё либо отмахивались, либо сразу заявляли, что нечего практикантке там делать. И даже эта неудача позволяла собирать ценные сведения о тех, кто тут находился.

Были в гильдии и приезжие маги, хоть и немного, но, как поняла Финикс, особо их тут не жаловали. Впрочем, не лучше относились и к ней. Если не считать Эвелиссу или, надоедливого Унола. К колдунье Финикс относилась терпимо, и даже с некоторой симпатией, однако молодой чародей не вызывал в ней ничего, кроме негатива и чувства настороженности. Девушка перебрала карточки, исписанные ею за сегодняшний день. К сожалению, из них мало что можно было выделить ценного. Справка о купле зерна, пятилетнего срока давности, отчет о строительстве астрономической башенки и прочие, ненужные сведения. За спиной со скрипом отворилась дверь.

- Ты, Эвелисса?

- Да, это я. – как всегда с трагизмом в голосе ответила девушка. – Ты как тут?

- Развлекаюсь как могу. – с невесёлым смешком ответила чародейка. – А чем занимаешься ты?

- Ну ты что, Финикс? Сегодня ночью Вихи-Нэй, все провожают «Ардетик»! Какая может быть работа в такое время?

Именно этого чародейка и боялась, именно это ей и было противно. Праздники. Как можно развлекаться? Какое удовольствие от них можно получать?

- Ты идёшь, Финикс? – не отставала Эвелисса.

- Нет, и не планирую.

- Так может быть пойдёшь с нами?

- С «нами» это с кем? – Финикс вопрошала без интереса. Неудача в сегодняшних поисках испортила настроение, а перспектива провести этот вечер где-нибудь в таверне, в незнакомой компании, угнетала ещё сильнее. Уж лучше провести эту же ночь в компании с карточками.

- Буду я, будет Унол, и ещё некоторые наши знакомые. – перечисляла Эвелисса, закатив глаза к потолку. – Я подумала, что тебе будет интересно отпраздновать в нашей компании. И скучать в этот вечер не будешь.

Всей душой Финикс хотела бы отказать колдунье, но интерес перед неизвестной компанией взял верх. Девушка не надеялась, что сразу найдёт там ответы на все вопросы, но мало-ли откуда у Эвелиссы эти самые друзья, и уж очень хочется узнать, чем эти люди занимаются.

- Я бы пошла, но у меня денег нет на хорошую таверну.

- У меня тоже. Но платим в этот раз не мы.

Глава 14

Вестник Теи, прийди к нашему кругу!

Ждёт тебя тут тепло, соседей-друзей!

К нам подходи, улыбнёмся друг другу!

Вместе дождёмся с тобой Вихи-Ней!

Сборник стихов народного творчества.

36 Ардети́к – 1 Ве́стим Су́а. Позднее утро.

Ниона проснулась раньше Солнца, и растущее в душе волнение не дало девушке вновь вернуться в объятья сна. Глядя на синий пейзаж за окном, целительница лохматила волосы и отчаянно зевала, пытаясь морально приготовиться к сегодняшнему вечеру. С одной стороны, праздник – это прекрасно, это всегда веселье, это счастье и общение, это возможность увидеть тень Богов. А с другой, если ты целитель, то праздник – это большая ответственность, это проведение ритуала, это необходимость выслушать людей и утешить их словом, или делом.

В академии, Ниона не раз участвовала в праздниках, некоторые даже вела сама. Бывало, ей доверяли проведение ритуалов в окрестных деревнях. Не сказать бы, что жреческие обязанности всегда удавались девушке безупречно, иногда, она путала порядок зажигания свечей, замешивала неправильные пропорции в составе ритуальных масел, или забывала слова. Некоторые подобные ошибки до сих пор всплывали в памяти, вновь и вновь нагоняя стыд за давно прошедшие события.

Светлело. Нионе надоело смотреть на качающуюся за окном вишню, и она покинула дом, для финальных приготовлений к «Вихи Нэй». На поясе раскачивались серебряный кинжал и маленький серп для сбора трав, на руке висела корзиночка. Нынче ей придется отправиться не за лекарственными травами, сегодня праздник и нужно завершить венок. Солнечные лучи давно делились теплом с пробудившейся природой, а девушка уже возвращалась домой с влажной от росы корзинкой в руках. Внутри лежали пёстрые цветочки и тугие стебли трав. От простейших ромашек, пижмы, клевера и полевых вьюнков, до редких, почти отцветших сивца и зверобоя. И какая удача! Нионе удалось найти несколько, соцветий редчайшего растения – ночесвета. Теперь, её венок будет не только пушистым и ярким, теперь ему будет суждено сиять в эту ночь под звёздами.

На стол лёг мокрый от росы и сока трав кинжал. Рядом расположился маленький серп. Не теряя ценного времени даром, целительница разобрала травы по отдельным пучкам, в центр стола поместила венок и несколько лент разных цветов. Мгновением позже к ним присоединилась тонкая, изящная бутылочка с полки. Этот состав позволит срезанной траве прожить значительно дольше, как раз до следующего утра.

Ниона работала не замечая времени. Тонкие стебли и яркие цветы вплетались в основу из ивовых ветвей и венок начал превращаться в прекрасный символ праздника. Но всё равно, девушка оставалась недовольной. Чего же не хватает? Что она забыла? Никаких догм и правил по созданию венка не существует, хоть из трёх ромашек его сплети, хоть клумбу на голову собери. Но почему в этот раз результат не радует?

Девушка почесала кончик носа, и вдыхая свежий аромат срезанной травы и бросила случайный взгляд в окно. Следующая мысль была по настоящему прекрасна и вызвала невольный смех. И вот, спустя некоторое время, в венке прочно угнездились ярко—красные, снятые магией с самой верхушки дерева, плоды вишни. Теперь этот венок ни с каким другим не спутаешь, он точно принадлежит целительнице.

Но, как только с венком было покончено, обнаружилась неожиданная проблема - как бы Ниона не пыталась, взять всё, что требуется для праздника, разом это унести не получалось. Хорошо, что волнующееся сердце не позволило сидеть ей на месте и заставило подготовиться ко всему заранее. Спустя некоторое время, Ниона уже шла под лучами Солнца в сторону Совиной поляны, ведь именно рядом с этим крупным поселением и находился алтарь.

Сам воздух, сама Природа дышали предстоящим событием. На пути целительнице встречались люди, с сияющими улыбками, всюду на деревьях уже развесели яркие ленточки и красивые, резные обереги, везде ощущалось ожидание чего-то светлого, в воздухе расплескался покой, и всё это было готово взорваться сияющей вспышкой бурного праздника. Ниона чувствовала себя расковано, она улыбалась проходящим мимо, и получала улыбки в ответ.

Нужный алтарь нашёлся быстро. Он стоял в огромном кольце других изображений божеств, что установили по всему периметру огромной Совиной поляны. Той самой поляны, в честь которой назвали ближайшую деревню. Тея тут была изображена в виде дерева, растущего из камня с высеченной на нём руны Природы. Высеченной аккуратно, с любовь и знанием дела. Работа подлинного мастера. Помимо алтаря Теи, тут стояли изображения других духов и божеств. Разумеется, в академии Ниона изучала трактаты о Высших Силах и их изображениях тут, на Земле, среди полей, лесов гор и морей. Поэтому она сразу определила, что люди тут молятся: Золотой птице, Царю змей, Первой Луне, Северному волку, Речному князю, Трём столбам, Луговой Царице Пратуме – дочери Теи, а также Жизни и Смерти. Были и другие, менее значимые алтари, но не было одного, очень важного. Не было алтаря Великого Светлого. Видимо, хоть и старое, но стремительно расширяющееся в последнее время, поверье пока не перешло от северян в эти края.

Не смотря на то, что в разгаре был полдень, люди уже собирались на огромной поляне. И перед алтарём Теи уже расположилась маленькая группка из нескольких человек. Они шутили и играли, пока к алтарю не подошла Ниона. Веселье прекратилось и все шестеро, замолкнув, начали следить за целительницей и её приготовлениями.

Чувствуя себя неуверенно под взглядами свидетелей, девушка откупорила пузырёк с ритуальным маслом. Капля содержимого упала на большой палец и Ниона резким жестом очертила полукруг возле высеченной руны.

- Здравствуй, Тея. – произнесла целительница, и преклонила колени. – Пусть тебе светят Звёзды, теплые и холодные.

В ответ на эти слова, руна вспыхнула зеленоватым светом и вновь потухла. Раздались радостные возгласы, создавшие головокружительное крещендо в союзе с таким же восторгом в душе Нионы. Зажёгшаяся руна говорит если не о том, что Богиня находится сейчас рядом с ними, но точно о том, что она обратила внимание. За спиной люди захлопали, несомненно приветствуя жрицу Теи, с первого же раза добившаяся такого интересного и необычного результата. Целительница не сомневалась, что такое эффектное появление добавит ей «веса» в глазах местных жителей, и только маленький укол сожаления портил столь замечательный момент. Ах, как жаль, что этот маленький триумф видели всего несколько человек.

Прямо напротив потухнувшей руны, Ниона положила деревянную дощечку, и на неё, аккуратными рядками выставила бутылочки с маслами. Теперь, пора пускаться в обратный путь. Но планы девушки нарушили сидящие перед памятником люди.

- Постой! Постой, вестница Теи! Подойди, поговори с нами. – раздались радостные возгласы над поляной. – Присоединяйся, дождёмся праздника вместе!

Испытывая смесь смущения и радости от неожиданного предложения, Ниона подошла к небольшой группе. Шесть девушек и три юноши, одетые в одежды ритуальных, красных, зелёных и белых цветов. У одной из девушек, волосы были собраны в толстую черную косу, с вплетёнными лентами, что говорило о замужестве, а у некоторых на шеях висели обереги других верований.

Целительница замерла в нескольких шагах от пёстрой, незнакомой компании, не решаясь присоединиться.

- Пусть вам светит Луна.

В ответ раздалось дружное, нестройное приветствие и новые предложения присоединиться к их компании. Видя счастливые лица, видя настоящую радость, видя горящее в глазах людей ожидание праздника, целительница уже подумала о том, что можно бы и остаться с этой компанией хотя бы до полудня. Но в таком случае, придется пересидеть тут полуденную жару, а за второй частью необходимого для праздника, идти придётся вечером. Как раз в то время, когда уже нужно сидеть перед алтарём, вдыхать ароматы вечера и ритуальных субстанций, смотреть на празднующих и лишний раз обдумывать ритуал. Как не хочется всё испортить в такой торжественный момент и перед таким количеством людей.

- Не могу. Никак не могу, – качая головой отвечала Ниона. – Ещё столько нужно сделать для праздника.

- Может быть тебе помочь? Вон, Кави́р свободен, – вопрошала девушка с косой кивая на светловолосого парня усыпанного веснушками. В её карих глазах горел игривый огонь. – Правда, Кавир?

- Конечно! - Юноша мгновенно вскочил на ноги. – Что нужно сделать?

- В основном, посмотреть за тем что я уже принесла. – Ниона махнула рукой на алтарь. Отрадно было видеть такую готовность помочь. Еще приятнее смотреть на людей переполненных счастьем, людей в которых горит веселье, а не заботы или страх. Будет-ли беззаботен человек, если ему угрожают голод, болезни, оборотни, ведьмы или война? Если его гложет страх и неуверенность в завтрашнем дне? Если обстоятельства заставляют его выживать, а не жить? Нет, Ниона уже практически уверилась в том, что проблемы Лу Фолка слишком уж надуманы.

- В этом нет необходимости. – В этот раз говорил другой парень, обладающий кривым, сломанным носом. – Без спроса никто ничего не возьмёт.

- Это точно! – вновь заговорила девушка с косой. - Лучше развлекись как следует. «Ардетик» был прекрасным в этом году.

- Не могу. Целителю нужно работать в праздник.

Обменявшись ещё несколькими фразами, Ниона оставила веселую компанию и отправилась в обратный путь. Солнце поднималось всё выше, разливая пожар своих лучей, а воздух напитывался зноем. Путь от жилища целительницы до Совиной поляны неблизкий, проходит средь полей и лугов, а от единичных деревьев слишком мало тени. Предпраздничный день становился жарким, даже слишком жарким, а значит и праздничная ночь будет теплой как и всегда в этот необычный день.

Дом встретил хозяйку прохладой, дав защиту от палящего Солнца. Здесь целительница почувствовала себя уверенней, спокойней. Зайдя в главную комнату, она склонилась над походным сундуком с личными вещами и достала оттуда маленький, длинный футляр. Бережно откинув крышку, девушка извлекла из его недр свой магический инструмент. Чародеи, волшебники, целители и колдуны использовали разные конструкции для усиления магической фокусировки и построения шаблонов. Это могли быть кольца, заряженные сферы, жезлы, амулеты, посохи, браслеты… Ниона предпочла палочку. Основа из переплетенных ивовых прутьев, рукоятка из орешника, мутный рубин на навершии, сердцевина пока пустовала. Палочка – изящный инструмент скорее подходящий для острых, динамичных дуэлей, чем для размеренной работы целителя, но у Нионы было свое, скорее эстетическое, мнение на этот счет. Она сотворила на самом кончике палочки шаблон и поставила его на стол. Сияя и щелкая магическими разрядами, волшебный кружок выдавал различные значения, его формула «жила». Тем не менее, Ниона прекрасно поняла значение магических символов и что времени у неё оставалось ещё предостаточно. Она улеглась на кровать, свернувшись клубочком. Сердце девушки терзало много переживаний, казалось, что уснуть сейчас не получится. Но сон пришел довольно быстро, прерывая неукротимый поток мыслей возбужденного сознания. Время шло. Солнце катилось по небосводу, теряя тепло. Жара спала, и лучи залили окрестности Лу Фолка бесконечно-ярким, розовым светом. А подрагивающий, переливающийся разрядами шаблон, вел себя всё беспокойнее. В конце концов, магия, державшая в нём заряд истощилась, и формула разлетелась брызгами осколков со звуком бьющегося стекла. Не прошло и нескольких мгновений, как осколки исчезли, растворившись в воздухе.

*****

Совиная поляна сильно преобразилась. Это был не полупустой луг, которым его запомнила Ниона. Сейчас тут находилось огромное количество людей. Поздний вечер полнился шумом, песнями, светом костров. Удобнее перехватив корзинку, выбившаяся из сил целительница, наконец, добралась до алтаря. Как и было обещано, вещей никто не тронул и теперь, все её приготовления были в нужном месте. Расправив любимое зеленое платье, Ниона осторожно устроилась рядом с алтарём, прислонилась к нему спиной и неторопливо занялась приготовлениями, стараясь не замечать веселья и шума вокруг.

Выстроились в ряд свечи, масла разлились по мисочкам, можжевеловые веточки, обвязанные красной лентой, приготовлены к сожжению. Методичная работа снимала напряжение перед предстоящим событием, позволяла не обращать внимание на окружающих, все больше интересующихся работой целительницы. Не поднимая головы, Ниона выложила на дощечку, обернутой белой льняной тканью, все необходимое для первого этапа. После чего, она взяла две красные ленты и обвязала их вокруг запястий. Теперь, легкая ткань длинным хвостом следовала движениями рук целительницы. И последнее.

Из корзинки показался пышный венок, окрашенный последними лучами заходящего Солнца, всполохами костров и таинственным голубоватым сиянием соцветий ночесвета. Ниона медленно, осторожно водрузила тяжелый венок себе на голову, и, наконец, подняла взгляд. Вокруг стояло много людей, с любопытством смотрящих за девушкой стоящей на коленях. Разные, люди, в глазах которых плясало отражённое пламя костров. Как в трансе, целительница поднялась на ноги, от сильных переживаний не до конца осознавая своё состояние.

Последние лучи вечерней зари пропадали на западным лесом и ночь начала вступать в свои права. Всё тише становилось на поляне. Замолкали разговоры, шутки, песни. Близилось время ритуала. Ниона запрокинула голову, придерживая рукой венок и взглянула на кровавую кромку облаков – последний отблеск заката. Блеснули первые звёзды. Тишина легла на Совиную поляну и только вдали слышались песни или радостные крики тех, кто решил праздновать в других местах. Ниона ещё раз обвела взглядом собравшихся. Так много людей. Кажется, сюда пришли празднующие из всех окружающих Лу Фолк деревень.

В надежде справится с накатывающим страхом, девушка вновь опустилась на колени и склонила голову. Руки очередной раз пробежались по бутылочкам с маслом, свечам, связке можжевеловых веточек, расправили уголок светлой скатерти. Наконец над поляной замолкли последние разговоры, лишь ветер шелестел листвой да слышались скромные трели сверчков. Ниона попыталась вспомнить, с чего именно начинается ритуал, но, как назло, из головы вылетели все мысли. В лёгкой панике целительница вновь потрогала рукой приготовления, и, как только пальцы коснулись свечи, всё выстроилось в цепочку. Свеча! Ритуал начинается с зажигания свеч!

- Во тьме! – не давая себе времени на раздумья как можно громче произнесла Ниона. Она двумя руками схватила свечу подняв её над головой - Времени власти тёмных духов и того, что несет человеку лишь ужас и неизвестность. Времени слабости нашей. Времени страхов, заблуждений и незнания…

Девушка старалась или смотреть на звёзды, или держать голову опущенной, боясь встретиться взглядами с людьми. Как они воспринимают её ритуал?

Голова опустела и губы, казалось, двигались сами, произнося нужные слова. - …времени наших надеж. Времени противоречий и времени истины. Светлая Тея, разожги наши сердца и дай нам защиту в эту ночь!

Свеча вернулась на белую скатерть. В руке целительницы возникла палочка и мутный рубин на её конце озарился бледным свечением. Вокруг раздались вздохи восхищения. Это вселило в Ниону крупицу отваги. Она уверенно поднесла палочку к свече и на торчащем фитиле угнездился скромный огонёк. Аромат хвои и плавящегося воска смещался с терпкими свежими запахами ночи, превращая обычное время суток в волшебное.

- Под хороводом Звёзд, и в водовороте чуждых нам ветров, мы просим защиты, Светлая Тея, и к твоей доброте возносим мольбы. – Вторая свеча взлетела в воздух более уверенно, чем первая. – Пусть Свет твой Тьму гонит прочь! Это твоё время, Тея! Это будет наша Ночь!

Вторая свеча встала на другом краю дощечки и на ней также засиял огонёк. В нежных, невесомых клубах дыма свечей, Ниона открывала одну баночку с маслом за другой. Их содержимое то мазались на воск горящих свечей, то на кисти рук целительницы, то на алтарь Теи. С надеждой в сердце, девушка ждала ответа Богини, хотя бы такого же, каким встретил её алтарь этим утром. Но Тея молчала. Всё больше Ниону охватывала досада из-за этого молчания, и стыд, за такую мелочность и желание произвести впечатление на людей.

Последними своими действиями, целительница подняла связку можжевеловых веточек, освободив их от ленты. Осталось только сжечь можжевельник, что бы защитить это место от злых духов. Совсем скоро, тлеющие, источающие аромат ветки, вращаясь, упали в траву. Всё было готово. Близилась основная часть ритуала.

- Мне нужен костёр. – произнесла девушка. Но молчание ей было ответом, никто и не пошевелился. Казалось, что прошла вечность и тысячи ударов сердца, прежде чем в ночи раздался зычный голос:

- Эй, народ! Чего стоим? Вы всё слышали! Разводи костёр! – Ниона видела говорившего всего несколько мгновений. Молодой, крепкий парень призывно махнул кому-то рукой и в это же мгновение его скрыла пришедшая в движение масса людей. Вновь над поляной поднялся шум, раздались радостные возгласы, где-то затянули песню о наступающем, золотом «Вестим Суа».

Как по волшебству перед девушкой возникала заготовка будущего костра. Кто принесёт охапку веток, кто бросит несколько прутиков, а потом группа мужчин принесла брёвна. Ниона хотела было остановить это процесс, даже небольшого огня хватило бы. Но тут к куче сухого дерева подошла другая группа людей, отличавшаяся от остальных пышными венками на головах, гораздо большим числом оберегов на шеях и рукавах, лентами в волосах и на одеяниях. Травники, мужчины и женщины, молодые и старые, не глядя на целительницу подходили к заготовке костра и бросали туда травы, или высыпали содержимое баночек. Последней вышла старая, скрюченная пополам болезнями и временем старуха. Она высыпала в руку, напоминающую когтистую лапу птицы из страшных сказок, темный порошок. Широким жестом, будто сеяла зерно, старуха бросила пыль на деревяшки и те вспыхнули, выкинув в звездное небо жаркий огненный шар и дождь искр. Костёр затрещал, плюясь и брызгаясь пламенем, разливая тепло, делясь светом с приветливой ночной прохладой.

С громкими «охами» и «ахами» народ отошли от переливающегося разными цветами костра на несколько шагов. Вздохи сменились радостными возгласами и смехом. И только Ниона не отступила от костра, подставляя лицо под колючий, сухой жар. За несколько мгновений снадобья, брошенные травниками, выгорели и костёр перестал менять цвета. Можно начинать ритуал.

Ниону била крупная дрожь. Ещё никогда она не ощущала такого волнения. Ещё никогда не было так важно не допустить ошибки. А ведь когда-то давно, на самой заре обучения целительству, основы таинства трав и ритуалов преподавал старый Аза́риз Доре́йн. И этот древний, умудрённый опытом целитель говорил:

- Если боитесь, если забыли слова, или часть ритуала, если не знаете что говорить или что делать, то применяйте магию. – Скрипел наставник с трибуны. – Пара красивых шаблонов, вспышка света, язык пламени… Это понравится людям, это украсит ваш ритуал.

Девушка взмахнула рука, поднимая их к звездному небу. Ленты, подвязанные к запястьям, змейками юркнули следом. Из пальцев Нионы ударили лучи света, огненным дождём рассыпались искры. Ей вторил костёр, ярким пламенем. Возгласы ужаса и восторга взметнулись над поляной. Люди ещё некоторое время кричали что-то радостное, чего не могла разобрать целительница, но, главное, этот поток счастья заряжал, наполнял уверенностью. Нужно было начинать:

О, Огонь! Сосед наш добрый –

Сильный, страстный, благородный!

Ты – защита и преграда,

От злых духов и от хлада!

Жар костра, очаг – огонь,

Лес, дома, поля не тронь!

О, Огонь, даря тепло,

В души нам несёшь добро,

Очищаешь нас от скверны,

Друг людей по-жизни верный!

Благодатного Огня в очагах домов храня,

Мы лелея день за днём,

Песню славную поём!

Поздоровавшись с ритуальным костром, Ниона туда и обратно прошлась вдоль него. Пока всё идёт хорошо, главное, не сбиться с ритма. И хотя алтаря Великого Светлого тут не было, целительница решила вознести молитву и Ему.

Солнце – наш отец небесный,

Всем своим добром известный,

Наш Великий покровитель,

Тьмы клубящейся гонитель!

Нет Тебя на свете краше!

Ты – основа жизни нашей!

Даришь свет, добро, тепло,

Чтобы все везде взросло!

Вечный символ обретя,

О, Великий! Мы Тебя

Славим от щедрот твоих!

Не забудь детей своих!

Целительница провела сухим языком по не менее сухим губам. Травники что-то бросали в костёр, что же, вышло неплохо, но она заготовила кое-что получше. Мало что способно по зрелищности спорить с магией. Она сорвала с пояса один из мешочком с заранее заготовленным содержимым и хлёстким движением кисти закинула его в объятья жарких языков. Лишь несколько мгновений прошло, как костер из красно-жёлтого превратился в белый. Да, сейчас Луны нет, но в эту ночь она обязательно выйдет, только чуть позже.

О, красавица – Луна,

Наша добрая сестра!

Ты нас ночью защищаешь –

Платком небесным укрываешь.

Молим мы всегда тебя,

Когда в сердце нашем мгла

Серебристою дорожкой

Просвети нам жизнь немножко,

Когда любуемся тобой,

Примем мудрый совет твой.

Ты нам лечишь души раны

И не поздно, и не рано

И всему ты знаешь срок –

Надежды нашей огонёк!

Ниону била крупная дрожь. Она плохо осознавала своё состояние, но знала, что ритуал необходимо завершить. А волнение? С волнением можно справится. Целительница неуверенно сорвала с пояса ещё один мешочек и кинула в костёр. Тот вспыхнул, выдав огненный шар в небо на подобии того, что получился у травников.

О, родная мать – Земля!

Каждый здесь – твоё дитя.

Дланью щедрые дары

Нам всё время даришь Ты!

Ты прекрасна днём и ночью,

Благодатна ты бессрочно!

Нам всю мудрость отдаёшь,

И к себе потом зовёшь.

Ты рождаешь жизнь и благо,

Даришь всем нам хлеб насущный,

И луга, что кормят стадо,

И покой в умах живущий.

Волнение смешивалось с возбуждением. Чувствуя, как в ней растёт заряд, Ниона вновь прошлась вдоль костра. Магия давно выгорела из нестерпимого жара и языки пламени вновь стали красными. Хорошо. Смешивать составы не стоит, пусть выгорают до конца. Следующий мешочек упал с краю, но, жар быстро растопил ткань. Содержимое, как бы «затянулось» в костёр, словно обломки корабля в водоворот. Магия овладела костром и тот выдал огромный, закручивающийся спиралью, огненный столб в небо. Ниона не слышала что кричали люди, кровь как шторм шумела в голове.

Ветер, сила Ты и мощь,

Ты, полям приносишь дождь!

Ты, могучими руками,

Движешь в небе корабли!

Солнцу яркими лучами,

Чтоб пробиться до земли!

Без тебя не есть нам хлеба,

Чистого не видеть неба.

Славься, брат наш быстроногий!

Всё вокруг – твои дороги!

Следующий заряд из мешочка окрасил костёр в синий цвет, заставив языки пламени не взметаться ввысь, а «стелиться» по траве. Сразу стало темнее. Ниона взмахнула руками и послала к небу фонтан синих искр.

Река, реченька, река,

Ты быстра и глубока

Ты - подруга нам во век,

Тебя ценит человек,

Духи рек, вашу обитель

Мы возносим за дары!

Наши беды унесите

По течению реки!

Духи рек, Вам дар приносим

И у вас смиренно просим

Душ людских к себе не брать

На Земле их оставлять.

Поразительная сила смешалась с поразительной слабостью. Хотелось бросить ритуал, хотелось уйти подальше и остаться одной и одновременно хотелось наколдовать что-то великое, построить вечное, сотворить невозможное здесь и сейчас. В этом безумном трансе Ниона кинула следующий мешочек и вокруг костра заплясали маленькие, волшебные светлячки. И, прежде чем целительница продолжила, магия растворилась.

Духи Леса – нам друзья,

Выжить нам без вас нельзя.

Мы приходим к вам чертог

Каждый день из года в год.

Духи леса и корней,

Князья ветвей и диких зверей.

Поклоняемся за ваши дары -

За дичь, за ягоды и грибы.

Лес Могучий, кроны в небо!

Пусть укроет твоё древо

Нас от всяческой напасти

И голодной хищной пасти.

Защити нас Лес могучий

Ты от нечисти ползущей,

Что среди туманов бродит

И в свой Мрак людей уводит.

Целительница чувствовала, что долго выдерживать ритуал не сможет. Буря переполняющих эмоций крушила волю и всякое желание продолжать. Возможно требуется больше опыта и большее участие в праздниках, что бы получать от этого процесса удовольствие. Ещё один мешочек оказался в костре и пламя стало зелёным. Прекрасно, сегодня она ничего не перепутала, а значит первый её настоящий ритуал должен пройти без ошибок.

Пора прощаться, Ардетик,

Наш самый жаркий месяц.

Колосья к небу Ты воздвиг,

Как главный земледелец.

Мы снова встретимся чрез год,

Как вновь наступит твой черёд.

Согреешь всяк растущий плод,

Как власть твоя опять взрастёт.

Ниона не раз и не два прошлась вдоль костра. Напряжение постепенно спадало, возможно, помогала ходьба, а может быть, потому что ритуал подошёл к её любимому моменту. Моменту вознесения молитвы Тее. Оторвав последний мешочек от пояска, целительница отправила его по дуге в самую сердцевину начинающего выгорать костра. Пламя с хлопком сменило цвет на золотой.

Тея, Богиня Всесильной Природы!

Мы, как и встарь почитаем тебя,

За небо и птиц, и полей наших всходы,

За каждую живность и влагу дождя!

Ты нас всех взрастила – цветы и былинку,

Здесь каждая жизнь – твоей плоти дитя,

Могучие древа, всяк зверь и травинка,

К тебе уповают, о защите моля!

Ты мудростью правь нас, к Тебе наши взоры,

На этом раздольном празднестве жизни!

Узорами древ украшай лес и горы!

Пусть милость твою нам явит цвет вишни!

Девушка трижды взмахнула рукой, раздувая затихающее пламя, заставляя сгореть последние угли. Чувствуя, как кипящая от адреналина кровь бьёт в голову. Ниона прошлась вдоль всё ещё горящего костра. В руке девушки вспыхнул шаблон, который она направила на костёр. Энергия тепла и света, преобразовывалась в магической формуле, напитывая целительницу волшебным зарядом. Сдерживая смех от переполняющего её восторга Ниона прохаживалась туда-сюда вдоль огня, не сводя взгляда с мелькающих ярких язычков, лижущих угли. Ритуал завершен, и теперь можно наслаждаться праздником вместе со всеми. Шаблон блёстками осыпался в траву.

Увлёкшись костром, целительница не заметила, какой шум поднялся вокруг. Внезапно, тёплая рука взяла её руку и потянула куда-то в сторону. Ниона подняла глаза.

- Пошли-пошли-пошли! – Со смехом воскликнула незнакомая девушка, и целительница сама не заметила, как оказалась вовлечённой в хоровод вокруг того самого костра. Сначала, это было похоже на бег. Круг превращался то в спираль, то в волну, то шел квадратом. Мелькали лица, мелькали венки, мелькали звезды. Но постепенно темп падал. Всё медленнее двигался хоровод, вбирая в себя новых людей, или отпуская кого-то из кольца. Ниона ни за что бы не сказала, сколько прошло времени. Запал прошёл, ушло радостное возбуждение после ритуала, в голове зашумело. Изловчившись, Ниона вышла из круга и отошла в сторону, надеясь за всем понаблюдать со стороны.

Большой сложностью было найти место, где она оставила свои вещи. Растущий хоровод и его круговое движение сбили девушку с толку, и пришлось потратить некоторое время что бы вернуться к алтарю Теи. Ниона села на землю и, прислонившись к теплому камню, принялась наблюдать за тем, как проходит праздник, слегка качая головой в такт музыке.

Как выяснилось, в основном в хороводе участвовали девушки, юноши же нашли себе другие развлечения в середине поляны. Они соревновались в силе или в ловкости, бросая на дальность поленья и крупные камни, метали подожжённые колёса, или перетягивая толстую верёвку. Чуть в дали, ближе к Совиной поляне, собрались молодые девушки, украшающие друг друга венками, лентами, порой затягивая песни. Эти две группы, к веселью целительницы, бросали взгляды в сторону друг друга, вероятно кого-то высматривая, или стараясь произвести впечатление. Отдельно от них, более спокойно развлекались пары, вероятно, со связанными жизнями, играя в «ручеёк», или водя свой, медленный хоровод, который, скорее всего нужен был для общения.

Горели костры, большие и маленькие. Слышались радостные крики, тягучие песни, лился смех. Казалось, что на поляне стало тесно. Ещё бы! Тут собрались люди с трёх деревень, может быть даже были гости из самого Лу фолка. Девушка отвязывала последнюю ленточку на запястье, как сзади раздался голос:

- Рад видеть тебя здесь, Светлая.

Подняв голову, целительница увидела стоящего над ней Филина. Он, в отличие от остальных присутствующих, был без венка и не в праздничной одежде. Как будто случайный гость на этом событии.

- И я рада вас видеть, Филин, – не сдержав улыбку ответила Ниона. – Могу чем-то помочь?

- Представление вышло замечательным. Людям понравилось. – голова уселся рядом, так же прислонившись спиной к алтарю. – Давно у нас не было целителей.

- Спасибо на добром слове, – целительница просияла. Приятно, когда старания оценивают высоко. – А целители из города сюда не приходят?

- Не приходят. Кажется, они давно отказались от жреческих обязанностей.

Повисло молчание, во время которого девушка с интересом наблюдала за разрушавшимся хороводом. Кто-то споткнулся, или налетел на товарища, и теперь люди со смехом поднимались с земли. Первым продолжил разговор Филин:

- Я так понимаю, ты не особо хочешь во всём этом участвовать, - он махнул рукой в сторону поляны. – Может поговорим?

- Разумеется. Я слушаю.

Филин уселся рядом, так же прислонившись спиной к алтарю.

- Твоя просьба почти выполнена, Светлая. В скором времени у тебя будет конь.

- Это хорошая новость. – девушка убрала с дощечки ритуальные свечи, скрутила залитую растопленным воском скатерку и потянулась к корзине, где лежал ритуальный хлеб. – Я очень признательна вам, Филин.

А тем временем праздник продолжался. Вся ярче пылали костры, всё громче звучала разнообразная музыка со всех концов поляны. То тут то там рассыпались и вновь собирались хороводы, слышались смех и песни.Еще никогда Ниона не была на столь крупном празднике. Она с любопытствам разглядывала как развлекаются люди на севере, про себя отмечая, что не слишком-то северяне отличаются от соотечественников с юга. Особенно заинтересовали целительницу соревнования лучников, где, к огромному её изумлению, наравне с мужчинами участвовали две девушки. К сожалению, обе довольно быстро выбыли и расположились в траве рядом со стрельбищем, бросая обидные шутки и подтрунивая над промахами оставшихся участников.

Филин молчал. Казалось, праздник ему неинтересен. Он не смотрел на празднующих, не продолжал разговора, устремляя взгляд в траву перед собой. Голова Совиной поляны выглядел как человек, который очень устал, как работник, нуждающийся в отдыхе. Ниона очень бы хотела поговорить с ним еще, расспросить о событиях в деревне. Но она не знала, как начать этот разговор, не знала, хочет ли Филин с ней разговаривать, и готов ли он обсуждать такие темы с ней. С другой стороны, он не уходил, это уже был хороший знак. Целительница, пользуясь случаем, разложила на дощечке хлеб, вытащила из корзинки маленький бочонок с кристалл-водой, который с таким трудом сюда принесла, достала еловые амулеты.

В какой-то миг поляна озарилась золотым светом и громоподобный взрыв радости устремился к Звёздам. Причина нашлась сразу. Вырезанное из дерева изображение Золотой птицы налилось магией. Сияя, птица сотканная из солнечного света, без сомнения мотнула головой и забила крыльями. Как золотые капли вокруг неё брызнули перья, исчезнувшие в траве. Событие продолжалось недолго. Птица вновь застыла и сияние ушло, как будто его не было.

- Да! Да! Да! – ничего не замечая, Ниона закричала вместе со всеми, позабыв обо всём. Она и слышала и читала о том, что Боги и Богини могут посещать празднества, знала, как Это выглядит, но впервые в жизни увидела Чудо своими глазами. И ничто не могло сравниться с этим зрелищем. Восторг бил ключом. Казалось, волна электрического разряда пробежала по коже, заставляя волосы встать дыбом. И лишь одна тёмная мысль портила золотой момент. Как жаль, что Тея так же не ответила на её молитву.

Слегка успокоившись люди вновь вернулись к празднованию, которое, лишь набирало обороты, а Ниона продолжила бесконечно поправлять разложенный ритуальный хлеб и амулеты. Эта её обязанность на празднике, помимо ритуала, ей предстоит угощать людей хлебом, заряжать их амулеты или помогать советом. Но пока, люди в ней не нуждались и никто к жрице не подходил. Так они и сидели с Филином у алтаря Теи, наблюдая за творившимся вокруг действом. В конце концов, что бы хоть как-то развеять молчание, Ниона решилась на разговор с Филином.

- А почему вы не празднуете? Кажется, веселье в самом разгаре!

Филин медленно поднял голову и встретился с девушкой взглядом. В какой-то момент, целительница решила, что ответа она не получит, но, спустя пару мгновений Филин наконец произнёс:

- На мою жизнь праздников хватит, Светлая. – с болью в глазах и безразличием в голосе произнёс Голова. А может быть всё это Нионе показалось? Потому что следующая фраза была сказана совсем по другому, и, кажется, другим человеком. – А почему ты не веселишься? Ничто и никто не запрещает целительнице принимать участие в праздновании, – теперь в глазах Филина сияли веселые искорки.

- Я… я тут чужая…

- Целитель не может быть чужим, это всё глупость, Ниона, ты это знаешь.

Встречный вопрос был неожиданностью и девушка не нашлась, что ответить. В такой ситуации оставалось говорить только правду.

- Я не очень люблю участвовать, мне больше нравится наблюдать.

- А как же общение? Развлечение? – Филин выглядел так, будто получал удовольствие, ставя девушку в неловкое положение.

- Общения мне хватает. А развлечение? Развлечение – это сама возможность побывать на празднике…

Ниона не успела договорить фразу. К ним подошли мужчина с женщиной и попросили себе пару оберегов. С огромным удовольствием Ниона взяла пару еловых амулетов. Сначала, Энергия цвета Солнца заполнила одну изящную поделку, пробежав яркими дорожками по изгибам и завиткам вырезанным в дереве, потом свет пролился на второй оберег. Стоя на коленях в траве, целительница сияя улыбкой протянула заряженные амулеты людям.

- Берите, пожалуйста, хлеб. Празднуйте «Вихи Нэй».

Женщина приняла дар из рук жрицы Теи, и склонилась что бы взять еще и хлеб. В тоже самое время, мужчина протянул Нионе деньги.

- Амулеты – это дар, а не предмет торговли, – растерянно произнесла целительница. – Деньги не нужны.

Теперь подошедшие смотрели на девушку с недоумением. Разумеется, нравы и верования жителей Вилларии могут отличаться в зависимости от местности. Но не настолько же, что бы за труд целителей давать деньги. Разобраться в ситуации помог находящийся рядом Филин.

- Деньги – это благодарность за твой труд.

- Это я понимаю. Но благодарят целителя дарами, а не деньгами. – начала объяснять Ниона. – Тем более, целитель трудится не для себя и не ради денег, но для людей.

- Может в тех местах откуда ты родом это так, но здесь, в Лу Фолке, принято давать деньги.

Пара с интересом смотрела за разговором, ожидая, чем закончится этот диалог. Тем временем Ниона продолжала отстаивать свои взгляды на ситуацию.

- Тея не одобряет торговлю, а на праздниках. Тем более…

- Тут не все возносят молитвы Тее, Ниона. – мотнул головой Филин. – И не все четко придерживаются кодексу. Даже целители принимают местные традиции, а не меняют их.

Неприятно это было признавать, но Голова Совиной Поляны был абсолютно прав. Наставники постоянно твердили о том, что целитель обязан уважать и почитать Тею, но это не значит, что он должен безоговорочно следовать наставлениям и кодексу. Какая разница, какие ритуалы будет проводить целитель, если вся его работа сведётся к помощи людям и защите их от самых различных бед? Опять же, целитель трудится не для себя, но для других, а это значит, что интересы людей стоят выше интересов жреца. Примиряясь с этой мыслью, пряча неудовольствие как можно глубже, Ниона пообещала себе, что никогда не использует эти деньги на личные нужды.

- Может быть хотите кристалл-воды? – девушка похлопала рукой по полному деревянному бочонку. Целителям приём дурманов и алкоголя запрещался, у них были свои ритуальные напитки. Но пара от угощения отказалась. Они распрощались с целительницей, и Ниона вновь осталась с Филином.

Праздник поражал громкостью, яркостью, размахом, высокими кострами и громкими, прекрасными песнями. На звездное небо даже вышла любопытная Луна, несомненно привлеченная творившимся на поляне шумом. И, судя по зареву на востоке, от веселья не отставал и сам Лу Фолк, а где-то далеко на севере, расцветали разноцветные шары фейерверков, казавшиеся отсюда маленькими, пухлыми светлячками. Но, чем глубже становилась ночь, тем более разнообразные мысли брали вверх в голове Нионы. Танцы, соревнования, песни и ритуалы уже не приносили того удовольствия как в начале праздника. Никто больше не подходил за амулетами или хлебом. Ардетик провожали ярко, калейдоскопом света, ритмичной музыкой и постоянным, неконтролируемым движением людских масс, ярко-же встречая идущий следом Вестим Суа. Ниона посмотрела на Филина.

- Почему все празднуют на поляне? Почему алтари стоят под открытым небом? Разве у вас нет тут храма?

Филин помотал головой. Он опять молчал, прежде чем ответить, молчал долго, дольше, чем в прошлый раз. Задавая вопрос как можно более невинно, целительница начала сомневаться, что не навела на себя подозрений. Слишком пронзительным и пристальным казался взгляд этого человека. Но, когда охваченная смятением девушка уже хотела было извиниться за свой вопрос, Филин, наконец, ответил:

- Наш храм проклят, Светлая. – от этих слов и голоса, которым были эти слова произнесены, Ниона почувствовала, как становятся дыбом волосы, как мороз бежит по коже, как тревога пронзает сердце колючими спицами. – Приближаться к нему опасно.

- Но… Но почему никто этим не займется? – пролепетала целительница не совсем осознавая, что говорит. Она не могла себе объяснить, почему уже известная информация производит на неё такое впечатление. Наверное, услышать о чём-то, не значит с этим столкнуться.

- А кому эти заниматься? Городским властям до нас дел нет. Наёмники? Эти и пальцем не пошевельнут без блеска золота. А сами мы там не справимся, только головы зря положим.

- А кто храм проклял?

Филин невесело усмехнулся.

- Темные там дела произошли, Ниона. Очень темные. Кто-то устроил там резню. Пришедшее войско не нашло там ничего, кроме крови, изуродованных тел и смерти…

- Это ужасно…

- И самое неприятное, что виновных так и не нашли, а это значит, что они до сих пор где-то среди нас.

Голова перевел взгляд на празднующих. Чувствуя себя прескверно, жалея, что начала такой разговор во время праздника, Ниона всей душой отрицала сказанное Филином. Она тоже посмотрела на веселых людей. В голове не укладывалось, как такое могли сделать обычные люди. Спустя несколько мгновений целительница окончательно убедила себя в том, что Филин ошибается. Неизвестно что перенёс этот человек и чем вызваны его подозрительность и недоверие к своим же соседям. Может быть сердце Филина просто неспокойно? Может быть у него неверные сведения о тех событиях? Ниона нашла десятки отговорок, всё, что бы слова этого человека оказались ошибкой.

Но недолго Филин и Ниона находились в задумчивом молчании, никак не соответствующему яркому и веселому празднику. Постепенно энергия даже самых стойких начинала сходить на нет. Всё реже собирались хороводы, тише звучали песни, всё больше людей рассаживались на траве, молодые парами уходили в лес. На волне перерыва в празднике, к Нионе пошли люди. Хлеб почти закончился. Девушка старалась сделать как можно больше порций, что бы досталось всем, но разве можно в одиночку наготовить на три деревни?

Амулеты разбирали не так быстро, и почему-то, практически все отказывались от кристалл-воды. Бочонок, которой с таким трудом сюда принесла целительница, до сих пор оставался полным. Поправляя потяжелевшую от монеток кожаную сумку Ниона только сейчас обратила внимание на светлеющее, синее небо на западе, с искрящимися звездами. Празднество было затихшее продолжилось с новой силой, но поменялся его характер. По сравнению с ночным весельем, всё стало спокойнее, костры меньше, песни тише. Теплая ночь готовилась смениться прохладным утром, хотя, до восхода Солнца оставалось еще несколько часов.

Целительница в очередной раз наводила порядок на своём месте возле алтаря Теи. Чем дольше она сидела на одном месте, тем больше становилось желание пройтись или даже поучаствовать в празднике. А может быть вновь покружиться в хороводе? Это же так весело! Или же направится к той группе, что сложным узором плетут из коротких лент длинную, цветную «косу», непрерывно что-то обсуждая? Так плести она не умеет, но всегда можно научиться. И разве не за этим её сюда направили? Без общения у местных историй не узнаешь.

Собравшись с мыслями, Ниона уже было хотела пойти гулять по поляне, как к ней вновь начали подходить люди. Вновь пришло сожаление, что даров на всех желающих не хватит. В запасах оставались лишь связка из нескольких амулетов, немного хлеба, да бочонок с кристалл-водой. Всё это ещё больше побуждало к действию. Вот сейчас поток людей закончится и можно будет позволить себе пойти погулять, тем более что уходящая ночь становилась всё прохладнее.

- А ты чего желаешь, красавица? – вопрошала Ниона у очередной просительницы. Легкий ветерок перебирал светлые волосы подошедшей, на лице её замерла улыбка выражающая бесконечное счастье, венок сбился на бок. Ответа не последовало. Незнакомка продолжая улыбаться протянула целительнице раскрытую ладонь, с лежащим на ней амулетом. Что ж, не только целитель может вырезать амулет, но, может его зарядить.

Ниона взяла протянутый оберег из мягкой ладони. Слишком мягкой для деревенской девушки. И взглянула на амулет. Это был просто профессиональный интерес. Как режут и собирают амулеты здесь, на севере? И то, что увидела целительница, сбило её с толку.

- Такой амулет нельзя зарядить. Он неправильно вырезан. – она протянула кусочек дерева обратно просительнице. – Магия в нём не удержится.

Лицо подошедшей девушки исказил безграничный ужас. Она выхватила своя амулет обратно, прижав его к груди двумя руками и встала в пол-оборота к жрице. Эта странность продолжалась пару мгновений, после чего, ужас сменился тем же, не менее странным выражением счастья. Девушка вновь как ни в чем не бывало протянула оберег. Слегка сбитая с толку Ниона взглянула на Филина. Тот, перестав разглядывать траву перед собой, пристально следил за подошедшей слегка прищурившись. На немой вопрос целительницы он лишь легонько кивнул.

В полной растерянности Ниона посмотрела на то, что сложно назвать амулетом и направила на кусочек дерева волшебный заряд. Энергия цвета Солнца золотыми дорожками пробежала по неровным, неправильным вырезам и стекла в траву. Оберег не мог задержать магию даже на мгновение.

Этот факт нисколько не огорчил странную девушку. С нервным, коротким смешком она протянула обе руки за амулетом. Получив свою вещь обратно, не сказав ни слова, просительница спрятала оберег где-то в рукаве, взамен протянув прутик. Отблагодарив таким образом целительницу, странная девушка умчалась прочь, потеряв по дороге венок.

- Я… я не понимаю… - наконец произнесла Ниона. Она долго следила за странной девушкой и, как только светлые волосы затерялись среди других празднующих, целительница решила нарушить молчание. Может быть Филин всё объяснит?

- Это Ало́ндра. – сразу ответил Голова. – Она такая с детства. Мне сложно тебе сказать, что с ней не так.

- Она не разговаривает?

- Разговаривает, но очень редко. – Филин нахмурился. – Иногда она ничего не соображает, иногда наоборот. – Он кивнул на прутик в руках целительницы. – Она же понимает, что тебя нужно отблагодарить…

- И чем она у вас занимается?

- Ничем. Алондра ничего не может, ничего не умеет. От неё только проблемы. Хотя, иногда, она пытается резать амулеты или плести веревки, но всё это превращается в ненужный хлам. Не сомневаюсь, этот амулет она тоже сделала себе сама.

Расстроенная рассказом Ниона не нашлась что сказать. Её всегда огорчали проблемы, которые мешают людям жить нормально. Проблемы, которые невозможно решить. Люди, которым нельзя помочь. А Филин тем временем продолжал:

- Сама выжить она не сможет и мы о ней заботимся, готовим еду, помогаем убираться в доме… В этот Ардетик она добавила нам хлопот, выйдя гулять на луг под ливень. Травники с ног сбились пытаясь её вылечить…

- А люди не против?..

- Как они могут быть против, Ниона? Она своя, не чужая! Кем все мы станем, если будем отодвигать от себя своих?

- Я не это имела ввиду, - краснея ответила Ниона. – Я хотела сказать…

- Все ли согласны чем-то жертвовать, да? Знаешь, не все. Кто-то отказывается, кто-то помогает издали…

- «Издали»?

- Да. Дают деньги или еду, но сами не помогают. Люди бывают разные и каждый что-то делает в меру своих сил…

- Нет, Филин. – мягко прервала рассказа Головы целительница. – Я не это хотела узнать. Мне интересно, не боятся ли её люди?

- Не боятся. Алонда опасна только для самой себя. – Голова усмехнулся. – Родителей у неё нет, а вот друзья имеются. Такие же странные, как она. Вертэ́ли, ослепший ещё в детстве, и Ду́кмас, сын кузнеца. Мрачный, кажется, менее разговорчивый чем Алондра. Вот он в основном и следит, и за ней, и за Вертэли. Хотя, его отец этой доброты не одобряет. – Филин махнул рукой в сторону леса. – Уверен, если пройтись, то можно будет увидеть эту троицу где-нибудь на опушке под деревом… Они, как и ты, любят наблюдать, а не участвовать.

Ниона обдумывала сказанное Головой Совиной поляны. Как много людей способны думать и заботиться не только о себе, но и об окружающих? Наверное, прошедшая по этим землям война сплотила людей, объяснила им, что выживание и безопасность каждого лежит в коллективном труде, что только всем вместе можно противостоять действительно серьёзной угрозе. И как бы не отрицала Ниона философию жрецов Смерти, но жизненный опыт показывал, как они были правы. Чем ближе человек к Смерти, тем ближе правда, тем яснее видны проблемы, находятся пути решения, тем больше рвения выйти к Жизни. Некоторые люди должны увидеть лик Смерти, что бы искать пути к Жизни. «Жизнь – ложь, Смерть – истина» говорят тёмные жрецы и, видимо, вновь оказываются правы.

Филин вскочил на ноги. До сих пор находящаяся во власти мыслей, Ниона рассеянно посмотрела на него. Может быть, пока она размышляла, он что-то спросил?

- Тебе что-то требуется, Светлая?

- Да вроде нет. Нет, у меня есть всё.

Филин кивнул и молча, широким шагом направился в сторону деревни прежде чем целительница успела произнести хоть слово. Озадаченная неожиданным завершением разговора, Ниона смотрела вслед деревенскому Голове, пока тот окончательно не растворился в толпе празднующих, как это ранее сделала Алондра.

С новой силой воспылало желание поучаствовать в празднике. Желание, подавляющее страх перед общением с людьми. Чем она поможет группе, если всю ночь проведёт под алтарём? Группа? Внезапно для самой себя Ниона вспомнила, зачем здесь находится. Она словно вынырнула из тумана. Здесь на празднике, среди людей, так легко забыть зачем её сюда направили.

Целительница оттягивала момент общения с людьми и одновременно подгоняла себя. Покусывая палец, она размышляла о своих вещях и о том, что из них стоит взять с собой. Ниона смело оставила то, что точно не жалко - бочонок с кристалл-водой и суму с деньгами. К ним же легла доска, скатёрка заляпанная воском и остатки ритуальных свечей, всё ещё источающих аромат хвои. Получалось, что ничего, кроме волшебной палочки, из этого ей уже не нужно, хотя… Ниона взяла подаренный Алондрой прутик. Постукивая им себя по бедру, с тяжёлым вздохом девушка отошла от алтаря.

Сперва целительница просто ходила между группок празднующих, не без удовольствия отмечая как притягивает к себе взгляды её светящийся венок. Каждый шаг открывал что-то новое, развеивал завесу тайн местных обычаев. О как было мало видно из далека! По одному краю поляны расставили столы, которых не было в самом начале праздника. Там можно было купить разнообразные угощения, что-то посмотреть, чему-то научиться, попробовать вырезать оберег самому себе. На нескольких таких столах расположись травники со своими сборами, настойками, отварами. К ним целительница решила пока не подходить. Были столы с выставленным оружием, где местные или заезжие купцы нахваливали сверкающие в свете костров клинки. И, несмотря на первоначальное неодобрение, Ниона нехотя призналась сама себе, что импровизированная ярмарка, с её бойко идущей торговлей, неплохо украшает праздник. Наверное, можно было бы купить себе пару красивых лент, несколько камушков и птичьих перьев для очередного амулета, или какое-либо угощение, только вот деньги остались у алтаря. Действительно много времени целительница провела у стола с дивными украшениями. Её внимание привлекли ожерелье из розовых бусин, столь длинное, что его требовалось обернуть вокруг шеи в три ряда, и изящный коралл со дна морской бездны, который, со слов торговца, под солнечными лучами источал аромат карамели.

Налюбовавшись на безделушки, Ниона всерьёз и надолго увлеклась продаваемыми амулетами. Не так много на прилавке выложили оберегов местного изготовления, сколько из других земель. Исключительно ради профессионального интереса девушка забросала торговца вопросами, узнавая про баланс, область применения, эффективность каждого отдельного изделия и, только спустя время сообразила, что по сути занимается бесполезной для группы ерундой. Оставив в стороне торговлю, она направилась в другую часть поляны, где на протяжении всего праздника проводились самые спокойные виды развлечений. На данный момент тут кружился лишь один хоровод, да и то не слишком резво. В основном люди тут сидели в траве, общались, затягивали песни, или…

- Иди! Иди к нам! Тебя как зовут?

Незнакомая девушка, почти девочка, взяла целительницу чуть повыше локтя и мягко, но настойчиво потянула куда-то в сторону. Ниона не сопротивлялась.

- Не молчи. Пойдём к нам! Я уверена, что тебе понравится!

Целительница даже не пыталась вставить слово в этот бесконечный поток фраз и вопросов, а незнакомка тем временем вела её к группе девушек что собрались кругом и что-то разглядывали. Интересно, что именно? Скорее всего очередная забава для праздника. Может быть тоже плетут длинную «косу» из лент? Но тогда почему стоя?

- Ну! – громко возвестила незнакомка. – Что я говорила? Говорила, что приведу, и привела!

Наверное, только это могло отвлечь стоящих в кругу от таинственного занятия и взгляды всех присутствующих устремились к целительнице. За взглядами незамедлительно последовала буря возгласов:

- О-о-о! С нами целительница! Иди, иди не бойся! У тебя венок волшебный, да? Как тебя зовут?

- Ниона…

И новая волна возгласов:

- Ниона, поворожи с нами… У нас тут водица… Умеешь ворожить?..

Ах вот оно что! Целительница улыбнулась. Ворожба не входила в разделы современной магической науки. Неточная, неуправляемая и, скорее всего, неработающая ветвь магического искусства была тем интересна, что, якобы, открывала миражи судьбы и развеивала мороки будущих событий. Ах, какая завтрашняя колдунья, чародейка или волшебница не разливала воду, молоко или масло, надеясь легко узнать ответы на свои вопросы? Тем более, что эта магия, если конечно считать ворожбу магией, абсолютно безопасна, и, по легендам, не обязательно обладать даром волшебства, что бы браться за ритуал. Мастер Алия Диза утверждала, что настоящие предсказания и пророчества – это не более чем догадки людей с выдающимися мыслительными способностями, а когда была не в духе, то выдавала что-то похожее на: «Люди что угодно могут выдать под дурманами» или «И коза может по делу «мекнуть»».

Ниона ничем не отличалась от других учеников академии и как остальные не раз доставала перья, карты, разливала воду, сыпала рваные листья мяты и руты, пытаясь что-то в них прочитать. Так же, как и другие, на старших курсах она столкнулась со сложностями настоящей магии, обучение которой забирало всё больше времени. А когда к магическому образованию добавилось целительство, то сил и времени на то, что бы сбегать из спальни под полной Луной за речной водой, раскладывать карты под полумесяцем или ждать полуночи перед зеркалом, не оставалось совсем. Тут бы просто выспаться!

Девушка державшая расписную тарелку резким движением выплеснула воду, готовясь к новому циклу ритуала. На место уже использованной налили новую. Ещё пара мгновений и тарелку протягивают целительнице.

- Нет. Давайте в этот раз кто-то из вас, а я уже следом.

- Ты отказываешься? – спросила та, что привела целительницу к этой группе.

- Не отказываюсь. – покачала головой Ниона. – Скорее наоборот. Но, мне хочется посмотреть, как вы это делаете.

- А разве есть способы ворожить как-то иначе? – спросила девушка с тарелкой.

- Конечно есть! Способов очень много. Хоть вода, хоть молоко, хоть перья и карты. – начала перечислять целительница. – Есть ворожба на бегущей воде рядом с рекой, есть ворожба на цветах, диких травах, рунных камнях…

- А покажи… расскажи… что нужно принести?.. Может быть попробуем?.. – раздались восхищенные возгласы. Никогда Ниона не была в центре такого внимания. Мало какая группа принимала её для игр, или, хотя бы для общения. А тут все смотрят, восторгаются, рады её присутствию в своей компании. Всё это вызывает интересную смесь радости и смущения.

- Я обязательно покажу, но как-нибудь в другой раз. – Очень не хотелось отказывать людям, которые так тепло её приняли, но уже светало. Небо окрасилось в синий, а на Востоке появились нежные белые полосы, предвестники скорой Зари. – Обязательно покажу всё¸ что умею.

- Да, так будет лучше. Тем более следующий праздник через неделю. – произнесла самая старшая на вид девушка. – Там и соберёмся.

- Как так? – Ниона растерялась. Следующий праздник, праздник на «Вестим Суа» случится через две недели. Сразу после «Вихи Нэй» праздников точно нет.

- Да, - деловита ответила еще одна девушка. – Будем праздновать «Цветной урожай».

Ворожба отложилась на некоторое время, пока её объясняли местную традицию. Не в каждой деревне встречают и провожают каждый месяц, выбирая для такой чести только самые важные, и конечно везде есть свои, местные верования и праздники. Ничего удивительного в этом нет, просто нужно всё это изучить и запомнить.

В конце концов объяснения будущего события закончились и дело всё же дошло до ворожбы. Ничего нового или отличающегося от того, чем занималась раньше Ниона. Та же вода, те же травинки на поверхности, разве что слова слегка отличаются, но разве это важно? Целительница, находясь в кругу с другими с другими девушками, разглядывая плавающие в тарелке стебельки, улыбалась. Она знает, как выглядит со стороны. Как бы то не было, очередную порцию воды выплеснули на траву, которая и без того начала покрываться утренней росой. И вот, в конце концов как было оговорено, очередь дошла и до Нионы.

- На что ворожим? – С улыбкой вопрошала целительница.

- Ну как на что? Известно на что… - после этих слов, произнесённых одной из девушек все, как по команде, повернули головы и посмотрели в ту сторону, где в течении всей ночи соревновались в силе и ловкости юноши.

- Ну, давайте начинать. – бросила Ниона, чувствуя, как начинают гореть уши. Как и положено, она нарвала травинок, бросила на поверхность воды и произнесла необходимые слова.

- Ты не так говоришь! – сказала та, что привела сюда целительницу.

- Тсс! Не мешай! – Зашикали на неё со всех сторон. – Пусть говорит как хочет.

Ниона коснулась кончиками пальцев травинок, заставляя кружится их на поверхности воды. Впрочем, на какой-то эффект было бы рассчитывать глупо. Детская игра, не более. Но даже такое действие можно чем-то разукрасить. Капля волшебства и в воде закружились золотые, светящиеся огоньки. В который раз раздались вздохи восхищения. Хоть мастера и говорили, что магия - это не игра, а серьёзная, ответственная наука, но, как раз такие фокусы помогают завоёвывать расположения людей к себе.

- Ну? Увидела что-то?

До самого утра Ниона смотрела на ворожбу и принимала в ней участие. Солнце взошло в огне на Востоке, разжигая яркий пожар в небе и люди, мало-помалу, начали уходить с поляны куда-то к реке. Целительница бросала взгляды на людей, но задавать вопросов новым знакомым не решалась. Впрочем, всё больше людей покидали поляну и даже увлеченные ворожбой девушки не могли не заметить это движение.

- Ну, пора, наверное, да? – произнесла самая старшая в компании Дила́та. И завершив ритуал, группа медленно двинулась по мокрой траве за другими людьми. Ниона не отставала.

- А куда мы идём? - Пользуясь случаем поинтересовалась Ниона.

- Пускать венки на реку, – последовал ответ бойкой Марти́ты. Той самой, что привела целительницу в эту компанию. – Разве там, откуда ты родом поступают не так?

- Не так. Мы венки сжигаем.

Под ручей разговоров целительница добралась до реки, где собралось множество жителей окрестных деревень. Она провожала свой венок взглядом, с удовольствием отмечая, что люди на берегу следят за двумя венками – за своими собственными, и за её. Хоть свет чудной травы и померк, но цветы, травки и красные «шарики» вишни до сих пор выглядели свежими, а сам венок оставался высоким и воздушным. И если эти символы праздника были кораблями, то её венок несомненно был флагманом этой флотилии.

Где-то вдали, за поворотом реки стояло голубоватое свечение. Ниона поверить не могла, что такое явление может быть в населённом Междуречье Лу Фолка. Тем не менее люди не обращали внимание на свет. Наверное, уже привыкли.

- А это… - начала было вопрос Ниона, указав пальцем на свечение, но резвая Мартита уже выдавала ответ.

- Русалочий огонь. У нас их много водится. Они нам не мешают, а мы не трогаем их…

Получив подтверждение, Ниона почувствовала бегущий по спине холод никак не связанный с утренней свежестью и близостью к реке. Русалки – тёмные создания. Очень опасные, если заходить в реку, и вполне безвредные, если ты стоишь на берегу. С ними даже можно поболтать, только осторожно, чего нельзя делать с водяными. Что это за явление такое и как с ним поступать не знают даже самые светлые умы магических академий. Ряды свои водные жители пополняют утопленниками, чем уже сыскали себе дурную славу, а тот факт, что из людей утопленников они иной раз делают сами, сразу сформировал отношение к этому народу. И не будет утешения семье, потерявшей своего родича. Русалка становилась другой личностью, без воспоминаний и с иными взглядами на жизнь. Надо будет донести до группы эту информацию, может быть она окажется важной.

Дальнейшие события прошли как в тумане, сказывалась усталость от проведенной без сна ночи. Ниона распрощалась с компанией, что так тепло приняла её, и вернулась к алтарю, где обнаружились нетронутые вещи. Бочонок с кристалл-водой был отдан проходящим мимо юношам, сума с деньгами подвязана на поясе, скатерть обернута вокруг дощечки. Обратный путь до дома дался тяжело. Хоть не было бочонка и корзинки были пусты, Ниона заходила в свою комнату полностью вымотанной. Этот праздник был восхитительным. Она мало что узнала, ещё меньше могла вспомнить, хотя, информация про храм может заинтересовать группу. Например тот факт, что проклятье было рукотворным, казалось Нионе необычайно важным фактом.

Подол любимого платья вымок от утренней росы, на рукава попало ароматное ритуальное масло и ткань пропиталась запахами жжёного можжевельника и дымом костров. А ведь спустя неделю новый праздник. Найдётся ли время для того, что бы привести всё в порядок? И тут, целительница глубоко задумалась. Была-ли на празднике ведьма, и почему она не попыталась её найти? Это серьёзная ошибка. Праздник «сжёг» ценное время. Время, которое необходимо всей группе. Столько дней прошло, Ардетик уже ушел и начался Вестим Суа, а ведьма до сих пор не найдена и зелья толком не сварены. Чувствуя себя неважно от этих мыслей, в надеждах, что не подводит всю группу, Ниона задумчиво покрутила в руках подаренный прутик и положила его на полку с зельями, откуда он точно никуда не денется.

Глава 15

36 Ардети́к. Утро.

«Дорогая, Софи. Мне не хватило времени что бы всё обдумать и тем более рассказать тебе. Я решила, что поставив тебя «на виду» у Высшего Света Лу Фолка, смогу уберечь тебя от возможных неприятностей и несчастий. Не сомневаюсь, ты это понимаешь. Я знаю, что ты взрослая, но не могу лишний раз тебя не предупредить. Дорогая моя, Софи, если ты не бросила читать это нудное письмо, то пожалуйста, помни. Помни, что находясь «на виду» ты всё ещё находишься в не меньшей опасности чем все остальные из твоей группы. Не теряй бдительности, Софи, пожалуйста, не теряй бдительности и держи меня в курсе о ваших успехах. Я знаю, что у вас всё получится.

Твоя переживающая наставница М. Алифиса Зора»

Нахмурившись, София аккуратно положила письмо на край стола. Странное послание, больше эмоций чем смысла. Да, она знала что может её ожидать, понимала всё что написала мастер. Зачем повторяться? Вероятно, Алифиса перенервничала. Может быть у неё выдался трудный день? Решив, что с этого дня будет писать наставнице чаще, София взглянула на себя в зеркало, поправила не нуждающийся в этом воротник домашнего платья и быстрым шагом покинула комнату, чтобы присоединиться к графине Соливе за завтраком.

*****

36 Ардети́к. Поздний вечер.

- …а после, целитель вправил ему руку, и только спустя месяц он вновь смог тренироваться. Правда, я сомневаюсь, что это поможет ему на следующем турнире, раз ему вновь придётся встретится со мной.

Финикс бросила мрачный взгляд на говорившего и вновь уткнулась в свою тарелку. Не смотря на короткое знакомство, Эсто́рэ с каждой секундой нравился чародейке всё меньше. Юноша служил офицером в городской страже и сам по себе этот факт вызывал волну неприязни, но особенно сильно раздражало девушку, как за яркой и привлекательной внешностью, в виде тонких черт лица, больших, тёмно-серых глаз и слегка вьющихся русых волос до плеч, скрывался человек, которому нравилась жестокость. Самовлюблённый служащий с наслаждением рассказывал о каких-либо травмах на турнирах или дуэлях, громко смеялся над несчастными случаями, с удовольствием вещал об избиениях узников в городской тюрьме. Финикс готова была спорить, что больше самих рассказов, Эсторэ нравится непосредственно участвовать во всём этом. Окончательно она убедилась в своих догадках после очередного рассказа офицера, в котором тот начал хвалится своей новой шпагой подаренной ему за победу в турнире и тем фактом, что этому клинку уже пришлось испить крови.

- … я тебе клянусь, Унол, мы их вырезали меньше чем за минуту! Причем, я справился с тремя, а мои парни задавили ещё двоих. Остальные сдались чуть позже.

- После твоих рассказов по улице страшно ходить. – молодой чародей, мотнув головой, откинул со лба волосы и разломил кусок хлеба надвое.

- Так это произошло ночью и в доках! Только последний идиот сунется туда в такое время.

- Хорошо заплатили за пленных? Насколько я знаю, вам за это поднимают жалование.

- Так то оно так… Нет, Унол, мы их всех там и казнили. Оказали сопротивление… Ну ты сам всё понимаешь. – Эсторэ с улыбкой кулаком постучал по столу. – Этой мрази не место в нашем городе!

Молодой офицер уже завоевал себе звание не только первого меча, но и главного задиры в городе. И как могла судить Финикс - ещё никому не удалось сбить с него спесь. Пока Эсторэ говорил с Унолом, Эвелиса бурно обсуждала новое платье со своей подругой служащей в городском банке – Неве́лой.

- Коричневое и зеленая оторочка… - Невела слегка покачала головой. – Ерунда какая-то. Не слишком мрачно?

- Да наоборот же! – эмоционально ответила колдунья взмахнув руками. – И пачкается не быстро и выглядит прекрасно.

Невелла показалась Финикс заносчивой и холодной. Чем-то она напоминала Софию. Нет, не внешним видом. В этом вопросе она была противоположностью аристократке: отличаясь высоким ростом, светлыми волосами и короткой прической. Манерами служащая так же сильно уступала виконтессе. Скорее всего дело заключалось в поведении Невелы. В медленных движениях, в надменном взоре слегка прикрытых глаз, лениво растягиваемых словах.

Знакомство не заладилось. Друзья Унола и Эвелисы не проявили особого энтузиазма в общении с незнакомой им чародейкой и Финикс осталась предоставленной самой себе, своим мыслям и содержимому своей тарелки. Делая вид, что ей безумно интересна нарезанная соломкой морковь с кусочками жаренного лука, она ловила каждое слово произнесённое за столом. Но разговоры оставались всё такими же глупыми и несодержательными. В который раз за этот вечер Финикс пожалела, что согласилась на это приглашение, но в тоже самое время она не могла на него не согласиться. Прикованная к своим карточкам, девушка практически не имела возможностей общаться с людьми. Эта встреча и праздник давали хоть какой-то легальный шанс выбраться из подземелья, шанс, который нельзя упускать.

Чародейка оторвала взгляд от содержимого тарелки и бегло осмотрела таверну. В этот раз они пошли не в «Белого кота», а в «Серебряную подкову». Тоже неплохое место, с большим, чем в «коте» основным помещением, но со скромным убранством. Городские заведения в праздничную ночь забились людьми и выбор из более менее приличных мест резко сократился. Хорошо, что нашлось место в «подкове», а то можно было остаться праздновать - как некоторые посетители – на улице.

- Финикс, а как ты попала в академию? – внезапным вопросом Эвелиса прервала размышления чародейки и обе служащие уставились на девушку.

- Это долгая история…

- Ну так давай, рассказывай. – колдунья провела рукой по своим многочисленным косичкам. - Мы никуда не торопимся, а нам очень интересно.

Финикс бросила быстрый взгляд на Невелу, но служащая не выглядела так, будто ей интересна история незнакомой девушки. В любом случае, раз разговор пошел в такое русло, то почему бы и не поиграть в эту игру?

- Рассказывать особо нечего… я - уличная крыса.

Реакция была хоть и разной, но вполне предсказуемой. Брови Эвелисы подпрыгнули вверх, Невела скривилась, будто и правда у неё под носом оказалась крыса, даже Эсторэ, кажется, отвлёкся, видимо заинтересовавшись первой фразой рассказа.

- Далековато что-то от академии. – наконец выдохнула явно поражённая Эвелиса. – Это каким же образом…

- Попыталась ограбить гильдию и попалась.

- Это кому же надо было попасться, что бы оказаться в академии а не в руках стражи?

- Алифисе Зоре. Должна признаться я многим ей обязана.

- О да! Я её помню! Она хорошая. – Эвелиса подцепила пальцами кусочек мяса из тарелки и бросила его обратно. – Ты же учишься на факультете черной магии? А почему не осталась у неё? На её факультете учиться одно удовольствие.

- Мы с ней не поладили.

- Что-то странно-странно… Ума не приложу, что нужно сделать, что бы не поладить с Зорой?

На этот вопрос Финикс решила не отвечать и неопределённо повела плечами.

- Тогда почему не пошла к Трену Мезилу? На худой конец можно было даже остаться у Алии Дизы. – продолжала допытываться колдунья. – Мне кажется, ты сделала странный выбор.

- Это долгая история, Эвелиса… - повторила Финикс в надежде что разговор сменит своё русло.

- Эвелиса, давай отойдём? – ввернула слово Невела, которой рассказ незнакомой чародейки интереса явно не доставлял.

- Да. Да, конечно. Пойдём-пойдём.

Финикс задумчиво проводила девушек взглядом и вновь погрузилась в свои мысли. Почему Эвелиса так интересуется её жизнью? Это что, простое любопытство? Как сильно мешает сосредоточиться излишняя осторожность, невидимая, неосязаемая опасность, исходящая от неизвестно каких сил в чужом городе. Праздничное настроение вокруг не находило отклика в душе девушки, а радостный ритм песен скорее усиливал досаду, убивая веру в успех.

- Значит, ты - крыса?

Финикс медленно повернула голову к Эсторе, за столом теперь находились только он и она. Куда и когда ушел Унол чародейка сказать не могла, остался только молодой офицер, разглядывающий её с каким-то мрачным удовольствием в глазах.

- Крыска, крыска…

- Была когда-то, – лениво ответила девушка, - теперь уже нет…

- Какая же вы – крысы - грязь. – в голосе Эсторе всё чётче прослеживалась брезгливость. – Была бы моя воля, всех перевешал.

- Ну так в чём проблема? Приступай, не теряй времени.

Растущая между ними неприязнь становилась всё более осязаемой, казалось, Финикс могла её потрогать рукой. Знакомство с друзьями Унола и Эвелисы началось плохо. Теперь не довести бы всю эту ситуацию до открытого конфликта.

- А я уже приступил. Давлю вас, больших и маленьких. – На лице Эсторе проступила отвратительная улыбка. – Так что не думай, что сумеешь выжить.

- А, - бесцветным голосом ответила чародейка. – Ты и до меня решил добраться?

Офицер не ответил, и девушка, отвернувшись, вновь занялась содержимым тарелки, стараясь не замечать мерзкой улыбки. Вскоре, потеряв всякий интерес к разговору и молчаливой собеседнице, юноша вышел из-за стола, скрывшись в шумной толпе таверны. Не удивительно такое отношение к бродягам, скитающимся на улицах города. Крысы - так их называют. Утром попрошайки, ночью воры, грабители, убийцы. Финикс понимала почему молодой офицер так отнёсся к этой новости. Вероятно, её мнение мало бы отличалось от общего, если б глядела она на «крыс» со стороны. Иное дело быть в шкуре загнанного зверька, голодать, мёрзнуть, мокнуть под дождём, умирать от неизвестной болезни, или видеть, как твой друг умирает от неё рядом с тобой, сходиться в драке с группой таких же выживающих, рискуя в любую минуту лишиться здоровья или жизни. Хотеть жить. Сильно хотеть жить. Хоть делать вздох раз за разом, хоть выспаться, хотеть Чувствовать себя человеком, а не паразитом, от которых нормальные люди держатся подальше. Этого нельзя объяснить, это невозможно передать, не получится представить.

Большинство каждый день возвращается домой, едят горячую еду, ложатся в мягкую кровать… И им плевать. Плевать на тех, кто этого не имеет. Плевать на тех, кто не живет, а выживает. Плевать на судьбу тех, кто вне стен тёплых домов. Сами же виноваты в своих бедах. Можно подумать, что из-за этого, «крыс» гложет злость, ярость на тех, кто получил от жизни больше. Может быть. Финикс не могла сказать точно. Лично у неё не хватало сил на злость, всё уходило на борьбу. Вероятно, у других было так же. Вероятно, у других всё было по другому. Как знать? «Крысы» дружны в группе. В своей группе. Там они делятся своими идеями, там они обсуждают новости, смешивают в единый «котёл» свои мысли. Сказать что на уме у каждой конкретной группы наверное не сможет никто. А как же её группа? Кто-то выжил? Да, наверняка. Экзамен закончится и она вернётся, вернется обязательно, не может не вернуться. Найдёт всех кто остался и попробует поделиться тем, что получила от жизни волей случая.

От избытка чувств нахлынувших воспоминаний, чародейка ударила сжатым кулаком по столу. За болью последовала кровь, а за ней пришло облегчение. Что бы не сказал тот молодой офицер, как бы он не относился к ней, это слабо задевало девушку. Эй от Эсторэ ничего не нужно, общаться с ним нет необходимости и, наверное, как-нибудь можно будет обойтись без издёвок офицера городской стражи. И без Невелы, пожалуй, тоже можно будет обойтись. Жаль. Она рассчитывала на большее, идя на встречу со знакомыми Эвелисы и Унола.

Только сейчас Финикс сообразила, что осталась за столом одна и это открытие рассмешило чародейку. Неужто признание о том, что она когда-то была «крысой», распугало всю кампанию? Но, даже если это так, то себя лишь праздника она не собиралась. Кое-как вытерев кровь с травмированной ладони, девушка вновь взялась за ложку – не терять же восхитительный праздничный ужин!

- … плевал я на них обеих! – раздался вопль от столика в углу, помогая отвлечься. – Всю страну кровью залили!

- То есть когда трон отбирали у Них, то кровь лить было можно? – второй голос отвечал не менее яростно.

Спорили двое мужчин и по этим двум фразам Финикс поняла, что начался извечный спор о войне Трононаследия. Нынешние правительницы Вилларии – сёстры-принцессы, совершили быстрый и кровавый переворот, скинув короля Алагора, который, в свою очередь, не так давно, с кровью вырвал власть из рук родителей принцесс. Большая часть той аристократии, что не смогла спасти короля-предателя, чуть позже встала под знамена Инносара Иннея – чародея и отступника, открывая новую кровавую страницу истории. Противоречия войн Трононаследия до сих пор никуда не делись, продолжая раскалывать людей на непримиримые лагеря. Сейчас война утихла, но, возможно, её придётся разгореться вновь.

- Весь север искупался в крови!.. – в исступлении кричал первый.

- Справедливость её требует, и пока она не будет восстановлена, кровь будет литься рекой… – последовал полный ярости ответ.

К спорщикам подбежал хозяин таверны. Неизвестно что он сказал, но горячие головы мгновенно успокоились, освободили столик и, к сожалению Финикс, желающей увидеть развитие конфликта, ушли, лишив чародейку хоть какого-то развлечения.

- А где эти двое? – Спросила Эвелиса выныривая из толпы и устраиваясь на своё место, за ней следовала Невела. – Куда убежали?

- Без понятий. Они мне ничего не сказали.

- Ну ты даешь, Финикс, - Эвелиса в который раз провела рукой по многочисленным косичкам на голове. - приехала в Лу Фолк и заказываешь мясо. Тут рыбу надо брать, только рыбу.

Девушка ничего не ответила, но колдунья не собиралась так просто отступать. Она пододвинулась поближе, наклонилась над столом и заговорщицким полушепотом продолжила.

- Слушай, Финикс, сейчас эти двое вернуться и мы сможем ненадолго уйти…

- Зачем?

- Пойдём подышим свежим, ночным воздухом, нечего сидеть в душной таверне, когда… - Эвелиса недоговорила, получив толчок локтём от Невелы. – В общем надо прогуляться.

Похоже, что эти две подруги задумали какое-то развлечение. Остаётся надеяться, что безопасное развлечение, и Финикс не видела ни одной причины отказываться от прогулки. Эвелиса продолжила говорить обо всём, что, казалось, приходило в её голову, с переменным успехом стараясь завлекать в разговор то чародейку, то свою подругу. Но во что странно, Невела стала гораздо теплее общаться, стала чаще участвовать в разговоре, даже позволила себе несколько реплик и вопрос напрямую адресованных гостье. Это перемена была настолько фальшива, настолько сильно бросалась в глаза, что не оставляла сомнений – девушки на свою короткую отлучку кое-что обсудили.

- Да где они пропадают? Мы можем опоздать! – звонко воскликнула Эвелиса, чем притянула к себе любопытные взгляды. Но ни крики, ни вопросы не смогли вернуть юношей на место. Однако ждать Унола и Эсторэ пришлось не долго, те появились спустя пару минут, после последней реплики Эвелисы, дав достаточно времени, что бы за разговорами девушки успели всё доесть. После этого колдунья, откинув косички со лба, тайком достала магический хронометр – не хотела, что бы кто-то в весёлой таверне заметил магию – и что-то «подкрутила» в сияющей, хитрой штуковине.

- Ещё успеваем. – бросила она, пряча хронометр в сумку на поясе. – Шевелитесь!

Самым сложным оказалось выбраться из таверны, потом была улица, где по неровным, мощенным булыжниками дорожкам, они пробивались через толпу празднующих людей. Кто-то успел дважды наступить Финикс на ногу. И всё это происходило в бешенном темпе, срываясь с быстрого шага на бег и вновь обратно на шаг, они поднимались выше и выше. Множество огней разгоняли мрак ночи, песни и крики разрывали тишину на исчезающие кусочки. Лу Фолк не спал, Лу Фолк провожал «Ардетик», Лу Фол праздновал «Вихи-Нэй».

Тяжело дыша, Финикс наконец нагнала подруг у входа в одну из башен. Она не привыкла к таким забегам, ведь замки Академии расположены на ровном плато и единственной проблемой оставалась астрономическая башенка, куда вели триста шестьдесят семь ступенек, всегда представляющие из себя сложное испытание, особенно если опаздываешь на очередное занятие. Шумно вдыхающая ночной воздух Финикс не расслышала о чём говорили подруги с охранником у башни, кроме последних слов благодарности, которыми Эвелиса и Невела осыпали стражника.

- Финикс, ты что, отстала? Давай, осталось чуток!

«Чуток» - оказалось забраться на дозорную башню крепости, пройтись по внутренней стене до другой, более высокой башни, на вершину которой Финикс забиралась из последних сил. Может быть местные привыкли к таким путешествием, но она нет. Эта прогулка ещё долго будет аукаться болью в мышцах.

- Успели-успели-успели! – Кричала Эвелиса глядя на горизонт меж зубцов крепости. Невела прислонилась к деревянному шкафу и с улыбкой смотрела в том же направлении. И только оказавшись на самой вершине Финикс поняла, куда её так долго вели. Далеко на горизонте расцветали всеми возможными цветами яркие шары, а глухие хлопки от них пробивались сквозь шум города. Салют бил долго. Разный. Красивый. Восхитительный. Это зрелище смогло тронуть даже Финикс. Так они и стояли, живо обсуждая каждый, по-настоящему крупный шар, каждую россыпь золотых искр, смотря как изменяется цвет далёкого особняка и его окрестностей.

- Послушай, Финикс. – Невелла метнула взор на отошедшую Эвелису и вновь посмотрела в глаза чародейке. – Заходи как-нибудь в гости. Поговорим. Пообщаемся.

Дело происходило на улице. Далёкий салют прекратился и все трое решили, что не стоит праздновать до утра и будет лучше будет разойтись именно на этом моменте.

- Зачем тебе это нужно?

- Я просто тебя приглашаю в гости, почему бы и нет? Приходи с Эвелисой.

Приняв от Невеллы бумажку с адресом, Финикс улыбнулась. Нет, не от удовольствия и не из вежливости, а от подозрений и неожиданно хорошего отношения от банковской служащей, которая на протяжении почти всего вечера демонстративно воротила нос. Теперь для полной и невразумительной картины осталось что бы ещё Эсторе так же внезапно «сменил курс».

- Да, почему бы и нет? Спасибо за приглашение, я с радостью к тебе загляну.

*****

36 Ардети́к. Утро.

Используя красивые, широкие щипцы, служанка ловко подхватила пирожок с серебряного подноса и положила его на тарелку. После этого, ножом с квадратным лезвием рассекла его крест на крест и осторожно раздвинула горячее тесто, под коим спряталось раскалённое, мелкорубленное мясо, исходящее густым паром. Нож и щипцы легли на салфетку, и служанку с подносом полным пирожков сменила другая, с маленькой супницей. Полный половник куриного бульона с резанными овощами вылился внутрь пирожка на горячее мясо. Следующая порция бульона излилась на тарелку, а кусочки моркови, колечки лука и палочки укропа завертелись в неритмичном вальсе.

- И вот теперь точно хватит! – произнесла София улыбнувшись обеим служанкам. Те с поклонами забрали лишние столовые приборы и отошли к остальным слугам, выстроившимся у стены в ожидании когда их позовут.

- Так значит ты едешь к маркизу? – проскрипела графиня Солива.

- Да-да. Он приглашает отпраздновать «Вихи-Нэй».

- И как он тебе? – Графиня взяла ложку и осторожно зачерпнула бульон. Не смотря на то, что графиня постоянно твердила о том, как ей надоел этикет, тем не менее, ею он соблюдался безупречно, лишь иногда подвергаясь нарушению. Ничего страшного. София и за собой такое наблюдала, учась всему у Алифисы, которая так же использовала правила этикета лишь там, где они были необходимы. Но, находясь в гостях у графини, виконтесса позволяла хозяйке первой отступать от правил, и лишь после этого «поддерживала» неформальное общение.

- Мне маркиз скорее понравился. – с улыбкой произнесла София. – Весёлый толстячок.

- Жирный мерзавец. – лениво произнесла Солима. – Причём, неисправимый жирный мерзавец.

Виконтесса рассмеялась. Не только из-за контраста мнений, но и из-за неожиданного выражения. И всё. За столом было произнесено ругательство, а значит графиня вновь отступила от этикета и оставшийся завтрак пройдёт в неформальной обстановке.

- Что же он такого сделал?

- Моё преимущество перед тобой в том, София, что я старше. – Графиня продолжила нарушать правила поведения за столом, разломив руками хлеб. – Я помню его мальчишкой… Он уже тогда в ширину был больше, чем в высоту. Вести себя никогда не умел, умом не блистал, лишь титул ему достался по рождению. «Ле-Фолозоры» всегда были графьями, а своим титулом «маркизов» они обязаны принцессам, что после войны и потери ряда северных территорий, пытались укрепить мятежный север.

София даже ложку в сторону отложила слушая рассказ. Тем не менее, ничего странного или необычного в том, что говорила Солива, не прослеживалось. Тем более, что все названные придирки условны и очень уж субъективны. Может быть Солива просто лично его не любит.

- А один раз, ещё в детстве, будучи у нас в гостях, он сломал одну из наших реликвий, пытаясь рассмотреть её ближе… Ерунда, не самая большая была ценность, но из памяти занозу вытащить тяжелее чем из пальца, сама понимаешь.

- А что-то ещё можете про него рассказать? – с неподдельным интересом вопрошала виконтесса.

- Да особо много рассказать про него не получится, не такая уж у него бы насыщенная жизнь. Знаю только, что он как был ленивым, так и остался. Поставил вместо себя барона в Лу Фолке, чтобы меньше отвлекаться от развлечений, постоянно устраивает балы, приёмы… Он тебя ещё не звал на обеды?

- Нет…

- Значит ещё позовёт. Поверь мне, он развлечений не упустит, а гостей из другого королевства тем более.

- Солива, а что вы можете сказать про барона?

- Я толком его не знаю. – ворчливо произнесла графиня. – кажется, раньше он отвечал за все три деревни, что вокруг Лу Фолка. Наверное, они и сейчас в его власти, только теперь ему ещё и Лу Фолк в суму подбросили. Ничего про него не знаю и ничего сказать не могу, я с ним практически не общалась… Кстати, почему ты не пьёшь вино? Это с моей личной винодельни, обязательно попробуй!

Из семи сосудов, выставленных перед девушкой, она нашла нужный. Это было легко. Если знаешь столовый этикет, то всегда найдёшь винный бокал по форме, или по расположению – его всегда ставят вторым справа.

Густое и чёрное, вино резко пахло грецким орехом и слегка фруктами, кажется это…

- Сливовое! – догадалась София и сразу сделала маленький глоток. – Восхитительно!

Приторно-сладкое, с нежным, слегка горьковатым вкусом и ореховым послевкусием. Пить такое на десерт с тортом – самое то.

- Да, это из особой партии. Туда ещё кладут корицу и цедру апельсина. – кивнула графиня.

- Я ничего из этого не почувствовала, если честно.

- Почувствуешь, если попробуешь обычное, которое идёт на продажу. Кила́за!

Одна из служанок подошла к графине.

- Проследи, что бы нашей гостье выдали большую корзину вина из моих личных запасов.

- Спасибо большое, Солива.

- В большую корзину помещается дюжина бутылок. – пояснила графиня, пока служанка выполняла реверанс. – Увезёшь с собой, или ещё кого угостишь.

*****

36 Ардети́к. Вечер.

Карета так сильно качнулась, что Софии приходилось опереться рукой об обивку салона. Ничем непримечательный и рядовой завтрак с хозяйкой дома заставил её задуматься – только ли на развлечения тратит свободное время маркиз? Он богат, влиятелен, почему бы не предположить, что он участвует в каком-либо заговоре? В уме не укладывается, как такой добродушный человек мог оказаться в её списке, но за личные симпатии нельзя исключать из него. Как и наоборот. Например барон девушке не понравился абсолютно. Вероятно, такое отношение сформировалось из-за отвратительного настроения по приезду её в Лу Фолк. С другой стороны, барон обладает обширной сетью знакомств, раз по сути управляет городом. Может он что-то делать мимо воли Маркиза? Или они работают в одном направлении? Тоже интересные теории, вот только как бы их проработать? Наверное, надо всё это изложить Аезелвалфу. Пусть он тоже над всем этим подумает.

Дорога пролегала вдоль реки, поэтому, как только вода сделала поворот влево, туда же последовала и карета, лес «ушёл» в сторону открывая вид на далёкие горы, украшенные шапочками вечных снегов. Прекрасная, знойная погода и живая природа, пестреющая яркими красками, поднимали настроение, казалось, что этот праздник должен быть непревзойдённым. Пока что приёмы в Лу Фолке были не слишком частые и нет так много людей София узнала. А их было много, даже слишком много. На то, что бы узнать всех времени не хватит, и может так случиться что ничего стоящего за время экзамена она так и не узнает.

Аристократка ещё раз мысленно перебрала всех, кто попал в поле её внимания, но как только в памяти «всплыл» Толо Руден, сердце заныло охваченное тревогой… Или чем-то похожей на неё. Вспоминая служащего городской казны, София не могла собраться, дыхание сбивалось, кружилась голова. С одной стороны, виконтесса хотела увидеть его снова, конечно, только потому, что он, как служащий казны, был первым в списке её подозреваемых. И в тоже самое время, видеть его на сегодняшнем празднике не хотелось абсолютно. Девушка не понимала с чем связанно сильное волнение при мыслях о Толо, не знала, как успокоиться, начать думать о чём-то другом.

К одному из загородных поместий маркиза добрались уже за полдень. Прежде чем покинуть экипаж, София поправила родовую эмблему на плече, разгладила синие ленты на белом платье и, оперевшись на руку слуги, вышла под раскалённые лучи яркого Солнца. Её глазам открылась вполне ожидаемая картина: перед высоким, красивейшим дворцом из серо-жёлтого камня раскинулся парк, с гуляющими по нему люди. Вернее, сказать, что гуляющих в парке было не так много. Большинство гостей попрятались от зноя в тени деревьев, или искали прохлады у фонтанов. Некоторые особы догадались принести с собой зонтики, но даже укрываясь ими, они предпочитали ещё защиту листвы. Особенно в глаза бросались постоянно мелькающие, словно гигантские мотыльки, тут и там веера, коими их обладательницы пытались бороться с послеполуденным пеклом.

София же чувствовала себя в такую погоду прекрасно, не смотря на надетые перчатки и отсутствие, из-за высокого хвоста, какого бы то ни было головного убора. Разве это жара? Откуда она родом, такой день скорее считался бы прохладным. Дав распоряжения слугам, виконтесса выдвинулась на прогулку по пустым парковым дорожкам, иногда вслушиваясь в то, о чем говорят вокруг. В этот раз чародейка уже не привлекала столько внимания, как это было на театральном представлении. Разве что, кто-то и бросал взгляд на странную незнакомку в перчатках, спокойно разгуливающую под солнечными лучами, может быть кто-то из них и отмечал, что эта самая девушка не из местной аристократии, но разве мало в Лу Фолке гостей?

С большим для себя интересом София отметила, что среди присутствующих много офицеров. Если рядом с Лу Фолком стоит какой-нибудь корпус, то это поистине замечательная новость, дарующая некоторое успокоение. Тем не менее прогулка особых результатов не дала, разве что теперь, для виконтессы стал понятен парк. Тут даже имелся лабиринт из аккуратно подстриженных зелёных насаждений, в который София решила не заходить, прекрасно понимая для чего такие участки в парках делаются и что там можно найти. В другой части парка расположились небольшие беседки выкрашенные в белые и зелёные цвета, а неподалёку установили столы, где помимо закусок, раздавали вина, соки и другие напитки. Неплохо было бы взять что-нибудь оттуда и отдохнуть в беседке, но все места уже были заняты весёлыми кампаниями. Не проблема. Где-то рядом с фонтаном, украшенным статуями плещущихся рыбок, были свободные скамейки, хоть и под Солнцем, но можно будет устроиться и там.

Этикет допускал много вольностей при прогулках в парке. Например, тут не обязательно было здороваться, выполнять реверанс перед каждым встречным, если конечно встреченная особа не являлась эрцгерцогом или принцессой Вилларии. Вероятность того, что принцессы явятся сюда крайне мала. Эрцгерцог? По сведениям полученным от графини Соливы, София знала, что высший герцог Вилларии в данную минуту возглавляет дипломатическую миссию в её родном королевстве, а значит можно расслабиться и не волноваться о всяких мелочах на подобии приветствий. Данное правило очень удобно, особенно, когда приближаешься к столу с закусками, или отходишь от него. Глупо бы выходил реверанс с тарелкой в руках.

Тарелку виконтесса не взяла и от помощи присутствующих слуг отказалась. Так как тот же самый этикет запрещал долго находится у стола, София выбрала одну из закусок стоящих с краю, тем более, что её оформили очень удобно и красиво – жёлтые кубики, вероятно сыра, нанизав на длинные деревянные палочки, залили густым красным соусом. Но стол, не смотря на короткое с ним знакомство, впечатлял. Тут были не только дары леса и поля представленные в виде орехов в золотом меду, разжаренных грибочков, дичи, щедро засыпанной травами, но, также и богатства подводного мира, среди которых угадывались как речные угощения, так и добыча из не столь далёких морей. С закусками требовалось проявлять осторожность что бы случайно не испортить наряд - случись такое несчастье и с праздника пришлось бы уехать. София с улыбкой вспомнила поездку на бал, когда она умудрилась таким вот образом запачкать платье. Её наставница пыталась справится с пятном, засыпая его белой пудрой, специально созданной для таких случаев, заливала водой, тёрла тканью и вновь засыпала пудрой, роняя слова на подобии «неряха» или «поросёнок», благо находились они в комнате одни. Юная аристократка звонко смеялась над ситуацией и реакцией мастера. Закончилось всё тем, что рассерженная на пятно Алифиса, попыталась решить проблему с помощью магии и прожгла дыру, бесповоротно испортив платье, чем привела девочку в полный восторг. В результате бал они покинули. Мастер окончательно расстроилась, а виконтесса продолжила смеяться всю дорогу. Сама Алифиса же, например, на праздниках и маскарадах не притрагивалась к угощениям совсем, сколь они не были изысканными или сколь она не была голодна. София наоборот, считала что надо оценить разные красивые, диковинные блюда, не забыть попробовать что-то новое из дальних стран и, разумеется, не пропустить десерты.

В золоте солнечных лучей капли фонтана бились и сияющими самоцветами сыпались на камень. Хорошо рядом с водой. Пусть она южанка, но под палящим солнцем долго находится не стоит, особенно в самое жаркое время суток. Заворожённая переплетениями струй фонтана, София аккуратно, зубами сняла закуску с конца палочки. И сразу стало понятно каким соусом полили кусочки сыра - это была клюква, перетёртая с сахаром и какими-то специями. Девушка быстро осмотрела наряд спереди, рукава и перчатки - нигде красного пятна не нашлось – и вновь принялась разглядывать переплетающиеся струи фонтана.

- Леди, вы позволите? – Звонко щёлкнули окованные железом каблуки. Засмотревшись на бурлящую воду, София не увидела подошедшего к ней со стороны Солнца. Разглядеть его подробно также не удавалось – ореол ярких лучей слепил, мешал, заставлял прикрывать глаза.

- Разумеется позволю. – с улыбкой ответила девушка помня наставления мастера Зоры: «соглашайся на любые знакомства, убежать всегда успеешь». Она не спеша поднялась на ноги и выполнила средний реверанс в ответ на средний поклон.

- Виконт Шулье Пероуз, к вашим услугам. – представился незнакомец.

- София Ферре, виконтесса.

Наконец она смогла его разглядеть. Это был военный, офицер и об этом говорило многое. Выправка, идеальная осанка фехтовальщика, витиеватая гарда верной боевой подруги в ножнах у левой ноги, помимо этого виконт тщательно следил за собственным внешним видом – на красно-чёрном дублете ни пылинки, ни складочки. На плече герб – извивающаяся ящерица на фоне горной гряды. Внешностью он обладал не самой привлекательной: длинный нос, уши в стороны, светлые волосы мелкими колечками плотно облепляли голову, в глубоких провалах глазниц расположились чёрные глаза с цепким, пронзительным взглядом.

Внешность. Кто на неё смотрит при дворе? Этот параметр в десятых строчках и редко когда может принести пользу, чаще вред. Внешность нужна девушкам на балах, что бы заводить короткий роман, мужчина же «сияет» медалями и заслугами. Но всё это мелочи по сравнению с титулом рода, его славой или богатством. Впрочем, своих наград виконт на показ не выставил. И лишь по шраму на лице можно было предположить участие офицера в военных конфликтах.

- Кажется вы одни, София. Позвольте предложить вам компанию на этот вечер, а может и на эту ночь. – Как и положено по этикету, Шулье сопроводил предложение поклоном.

- Конечно, Ваша милость. Почему бы и нет?

Подавая руку офицеру, София внезапно осознала, насколько серьёзную ошибку допустила – в другой её руке до сих пор находилась палочка. Вероятно, закуску надо было есть у стола, а не уходить с ней на другой конец парка. Снующие всюду слуги, как назло куда-то пропали. Бросать на землю палочку нельзя – это серьёзное нарушение этикета и всяческих норм поведения. Но выход из ситуации нашёлся неожиданно быстро. Пока её новый знакомый отвлёкся, девушка, убедившись, что в их сторону никто не смотрит, создала маленький, но мощный шаблон. Разрушающее заклинание с тихим шуршанием «перетерло» палочку в мельчайшую пыль, которую чародейка крепко зажала руке. Осталось только выбрать момент, и место куда всё это можно выбросить.

Как и предполагала София, офицер повёл её в парк, где было больше тени. Она не сопротивлялась, тем более, там под сенью сочной, зелёной листвы ухоженного парка находилось много людей, с которыми, может быть, получится завести знакомство. Помимо всего прочего, аристократка чувствовала себя спокойнее, находясь рядом со своим спутником, что было странно, учитывая общую атмосферу опасности в городе.

- Шулье, как я поняла вы сейчас в действующей армии. – Начала разговор первой София. – Означает ли это, что ваше подразделение находится где-то неподалёку?

- Да, дальше на Север есть полевой лагерь. – офицер отвечал охотно.

- К войне готовитесь? Или куда-то переправляетесь?

- Это секретная информация, Ваша милость. – фраза была произнесена мягко и даже с улыбкой, а значит можно продолжать задавать вопросы. – Вероятно ответы на эти вопросы знают люди повыше меня.

- В таком случае, может быть расскажите о себе, виконт? Откуда вы? Где ваши земли?

- Я из этих мест. – офицер указал рукой в сторону синеющих вдали гор. – Точнее, немного западнее отсюда… Родился и вырос в горах. В поместье отца.

- А ваш титул, титул учтивости? Или вы в услужении у графского рода?

- Нет-нет. Мой отец получил титул, когда в сражении при Стре́доме рискуя своей жизнью спас графа Вере́кского.

- Он был рыцарем? – София плохо себе представляла как именно проводятся сражения, но где-то слышала, что высокородных воинов, обычно, окружают воины меньших титулов.

- Простолюдином. – Виконт невесело усмехнулся. – Не таких уж мы благородных кровей.

Не зная что сказать, девушка замолчала. Её знания истории, полученные из книг и наставлений мастеров, утверждали, что титулы как раз на войне и заслуживались. От простых рыцарских, до герцогских, как это происходило, например, в её королевстве. Наверное нет ничего ужасного в том, что для облагораживания крови нужно её проливать. Неважно, свою или чужую, неважно за кого или для каких целей, это может принести либо смерть, либо славу. Из-за недостатка жизненного опыта и постоянных противоречий София так и не смогла для себя решить - правильно это или нет, но раз Мир устроен именно так, раз такие установлены жизнью правила, то придётся жить именно по ним.

Тем временем они подходили к саду. С каждым шагом громче слышался смех и отчётливее становились разговоры. Ничего удивительного, сегодня случилась такая жара, что разумнее от неё прятаться в тени. Гости так и поступили, разбившись по беседкам, скамейкам в тени особняка, или облюбовав прекрасный парк. Второе посещение сада произвело гораздо более яркое впечатление на Софию. Ранее, увлёкшись наблюдением за людьми она пропустила всё великолепие установленных в каждом углу мраморных фигур, не заметила изящных ступенек, колонн, и многочисленных фонтанов.

- Что же вы молчите, София? – Офицер вырвал девушку из власти мыслей. – Самое время вам рассказать о себе.

- Как скажите, виконт. – Аристократка улыбнулась спутнику. – Я думаю, можно начать с того, что я гостья, и приехала сюда из Лорелии…

- Ах вот о ком говорит весь Высший свет!

София рассмеялась.

- Мне кажется вы преувеличиваете. Сомневаюсь, что это событие единственное, достойное обсуждений.

- Не единственное, но многие еще вас не видели.

- Увидят, я здесь надолго. – София осторожно перешагнула невесть откуда взявшуюся лужицу. – А ещё мне кажется, что вы лукавите, виконт.

- Это почему же?

- Вы так говорите, будто не знали кто я такая.

- Не знал. Я тут недавно и очень плохо знаю здешнее общество…

- Но догадывались!

- Разве что самую малость. – произнёс Шулье с улыбкой.

Пока продолжалась прогулка по дорожкам сада, с вплетением различных историй или фактов из жизни, Софии все больше начало казаться, что виконт пытается кого-то найти. Офицер бросал взгляды на компании, расположившиеся в беседке, всматривался в прогуливающиеся пары, при этом стараясь не терять нити разговора. София было пыталась задать вопрос, чем так озабочен её спутник, но не успела.

Во время выполнения долгого реверанса, чувствуя, как рядом виконт выполняет поклон, девушка постепенно начала осознавать, что именно с подвигло её на внезапное и неосознанное совершение сложного элемента этикета. Мельчайшие, неожиданные движения Шулье, готовящегося к поклону, приближающаяся «тень», замеченная боковым зрением, небольшая «подсказка» от виконта слегка сжавшего её руку. Всё это слилось в единое ощущение, наитие, позволившее выполнить элемент вовремя, чётко, строго по этикету и синхронно с партнёром, даже на неровной дорожке сада.

- Рад видеть вас, Виконт. – Лицо говорившего скорее бы подошло заправскому головорезу, не раз бывавшему в жарких схватках. Множество шрамов расчертили лицо, один из которых шёл через чудом уцелевший глаз, при этом исказив веки так, что они не могли плотно сомкнуться. Волос на голове практически не было, зато аристократ выделялся пышной чёрной бородой с тонкими линиями появляющегося серебра, по которой София могла лишь приблизительно оценить возраст собеседника – уж слишком сильно шрамы исказили лицо. Тем не менее это был только первый взгляд, в продолжении разговора София смогла разглядеть и изысканные манеры аристократа, и безупречную осанку и самое важное – герб на правом плече, изображающий пикирующего бело-золотого грифона на черном поле.

- Вас я так же рад видеть, леди. – Произнёс незнакомец вновь выполняя поклон. Девушка выполнила очередной реверанс с опозданием – пришлось потратить время, что бы воспользоваться удачным моментом и выбросить зажатую в кулачке пыль от палочки на листья ближайшего куста. – Граф А́льтер Лаа́р из дома Вере́к.

- Виконтесса София Ферре.

- Приятно видеть своего подопечного в паре с такой красавицей, - граф улыбнулся и девушка улыбнулась в ответ. Тем временем Альтер повернулся к виконту и перешёл к делу, с которым видимо и подошёл.

- Шулье, я хочу видеть вас завтра утром у себя. И возьмите с собой пару ваших рыцарей.

- Да! Как скажите, ваше сиятельство.

Граф кивнул, пожелал приятной прогулки и удалился по одной из многочисленных дорожек сада.

- Какие-то военные обязанности? – Невинно поинтересовалась София, когда ей надоело ждать неизвестно о чём задумавшегося виконта, устремившего взгляд в спину Альтера. – Это ведь тот самый граф о котором вы мне рассказывали?

- Да, тот самый. – очнулся наконец Шулье. – Это ему мой отец спас жизнь.

- Чего же он от вас хочет?

- Либо отправить в дозор, либо поручить какую-либо миссию…

- А это не секретная информация?

- Пока приказ не отдан, это всего лишь догадки. – Виконт с улыбкой протянул руку и они продолжили прогулку.

Опять умолк разговор, но София не собиралась так просто тратить время, если виконт продолжит молчать, то она найдёт способ покинуть его компанию.

- Шулье, а кого вы всё время высматриваете?

- Своих друзей. – последовал незамедлительный ответ. – Они сказали, что будут здесь, но что-то я их не вижу.

- Территория дворца большая, я видела много людей у фонтанов и в беседках у столов с закусками гостей немало.

- Их там всегда немало. Например, баронесса Кранега на всех вечерах, балах и праздниках дальше двадцати шагов от стола не отходит.

От этой реплики София рассмеялась.

- Виконт, кажется вы говорили, что плохо знаете здешнее общество.

- Знать плохо, не значит не знать совсем.

Виконтесса по настоящему «вцепилась» в новую тему разговора, пытаясь выведать как можно больше информации про всех. Не замечая ничего вокруг себя девушка слушала про интересные и не очень случаи, события, истории. Если молодой аристократ отвлекался от темы, София мягко возвращала разговор в нужное ей русло. Может быть спутник сочтёт её сплетницей, но как иначе узнать что-нибудь по-настоящему нужное? Помимо этого, девушка изрядно повеселилась услышанным рассказам с вплетёнными в них шутками.

Но чем дальше проходил разговор, тем ярче проступала проблема. Судя по всему, Шулье скромничал о своём неведении о здешней аристократии, а может быть просто скрывался, но тот объём сведений, которым он снабжал виконтессу, становился всё внушительнее. Вскоре София начала понимать, что путается в титулах, забывает имена, теряется в фактах и событиях. И это при том, что она с самого начала пыталась выделять лишь нужную информацию. Нет-нет-нет. Что бы не терять крупицы информации за виконтом надо было записывать, но такой возможности попросту не было. И неизвестно чем закончился этот вечер, если бы к ним не подошёл один из слуг маркиза. Он выполнил настолько безупречный поклон, что многим аристократам следовало поучиться у него, сначала для Софии, а потом и для её спутника.

- Ваша милость, леди София, - молодой слуга, совсем ещё мальчик следовал этикету идеально не допуская даже тени ошибки, выполняя повторный поклон. – Его Сиятельство, Маркиз Ле Фолозор, приглашает вас и вашего спутника, виконта Шулье Пероуза, - новый поклон. – Что бы провести праздничную ночь на балконе для особых гостей.

Виконт и виконтесса переглянулись.

- Слуга сначала поклонился вам, София.

Чародейка это понимала. В таком случае правила говорили о том, что приглашена именно София, а спутники или компания окружающая её приглашены только из вежливости. В ином случае слуга не назвал бы Шулье «спутником».

- Ты свободен. – Махнув рукой виконтесса отпустила слугу, и тот после повторных двух поклонов удалился. – Ваша милость, я собираюсь воспользоваться приглашением его сиятельства, если хотите, можете продолжить поиски друзей, или можем пойти к маркизу вместе.

- От вашего общества отказываться не стану, а друзья, я думаю, проведут этот вечер и без меня.

Пока они двигались к дому, София, наконец, задала тот вопрос, который её мучал.

- А каким образом слуга нас нашёл? И откуда он нас знал?

- О, это очень просто, - виконт бросил быстрый взгляд куда-то в сторону и чуть крепче сжал руку своей спутницы. – Маркиз заставил каждого своего слугу заучить титулы, имена и гербы каждого из гостей. Так что думаю, нас искал не один слуга.

- Ужас какой! Невероятно.

- Почему?

- Это же сколько надо выучить!

- Зато какой эффект. Каждый гость себя может ощутить важным и желанным.

С этим заявлением София спорить не стала, впечатление и правда было произведено. Даже не тем фактом, что слуга знал её – не удивительно, виконтесса редкий и важный гость, но тот факт, что слуга знал виконта Шулье, обращал на себя внимание.

За время прогулки с виконтом, Солнце потеряло изрядную часть своей силы, а зной постепенно отступал. Тем не менее оказаться в прохладном доме было особенно приятно. Тут в холе, пышущем роскошью золота и дорогих тканей прекрасных гобеленов, их встретил и приветствовал герольд. Через не менее восхитительные коридоры и комнаты, их сопровождал слуга, который и вывел их в комнату, размером с целый этаж. Здесь, среди белых колон, у столов с изысканными угощениями, возле окон во всю стену, стояли или медленно расхаживали гости. Герольд тут отсутствовал, а значит никто Шулье и его спутницу представлять не будет.

- Вы тут когда-нибудь были, виконт?

- Однажды.

- В таком случае ведёте вы.

Виконт решительно потянул Софию в направлении к столам с деликатесам, но действительно офицер хотел чем-то угоститься, или увидел кого-то знакомого, аристократка так и не узнала. Откуда не возьмись из толпы аристократов возник хозяин дома: Маркиз Ару Ле Фолозор. Увидев гостей, толстяк рассмеялся и громко стукнул тяжёлым посохом об пол.

- Леди София! – Громко возвестил он, но, вопреки ожиданиям виконтессы, окружающие не обратили особого внимания на эти слова. – А ваш спутник, как я понимаю, молодой виконт Шулье! Достойный молодой человек, очень достойный!

- Ваша сиятельство, благодарю за приглашение. – Негромко произнесла София, безупречно выполняя продолжительный реверанс синхронно с поклоном виконта. – Для меня честь находиться в вашем благородном доме.

- Это пустяки, всё это пустяки! – Ару продолжал разговаривать так же громко. – Позвольте вам кое-что рассказать.

Маркиз вновь ударил своим посохом об пол и слуги «брызнули» во все стороны, скрывшись в толпе гостей. Вальяжной походкой хозяин дворца направился в огромным окнам из резного стекла, что скрывали за собой выход на большой балкон, хотя София скорее назвала бы это террасой. Тут так же находились гости, по виду ещё более важные чем те, что неспешно кружились внутри дома. Наверное, на этот балкон маркизом приглашались непростые гости, особенно интересные или просто обладающие высокими титулами.

- Посмотрите, леди София, это мой старый, добрый друг. – Ару указал рукой на одного из важных господ. – Граф Ореко́г Ле-Пуло́. Мы с ним уже лет пятнадцать знакомы!

И так продолжалось вновь и вновь, пока маркиз не познакомил аристократку со всеми присутствующими. Что-что, а выполнять реверансы в этот вечер София напрактиковалась достаточно – когда представления закончились, Солнце уже практически зашло, уступая вечеру свои права. В какой-то момент виконтессе даже показалось, что хозяин дома решил всё время праздника посвятить ей.

- А посмотрите туда, София, видите горы? Знаете что за гора находиться во-о-он там? Нет? Именно на том, самом северном пике – да-да, тот что с краю – держали оборону маги-драконоборцы во времена конца второй Эпохи.

Смотря в указанном направлении, виконтесса замерла, ощущая, как когти тревоги вонзаются в сердце, как сложно становится дышать. Историю про героев-драконоборцев аристократка услышала давно в детстве, и уже тогда рассказ произвёл на неё сильнейшее впечатление. София пообещала себе, что обязательно заберётся туда наверх, в продуваемую колючими ветрами крепость, где героям установлена памятная табличка с именами. Да, она помнила каждого из тех героев - один из которых нёс фамилию «Ферре» - хорошо знала их историю и чем она закончилась. Маги выслеживали дракона на холодных, запутанных горных тропках. Раненная тварь скрываясь от охотников, красила белейший снег и серые камни темной кровью. Но маги достали его. Загнали в крепость известную ныне как «Северный пик», где и вступили в бой. Тяжёлый и долгий бой, в котором дракон был побеждён окончательно.

Погоня далась героям нелегко. Припасов почти не осталось, нечем было останавливать кровь льющуюся из ран, нечем греться, нечего есть. Действуя вместе, помогая друг другу они смогли организовать какую-никакую охоту на местных птиц, нашли полуразрушенную башню, где кое-как можно было защититься от мороза, как получилось перевязали раны. А потом пришла нечисть. Единственный темный чародей в отряде был тяжело ранен, находясь без сознания, он не мог помочь своим товарищам. Продержались герои недолго. Без еды, без зелий и медикаментов весь отряд погиб третьей ночью. Но сведения о них и их героизме, о их жизнях, отданных ради того, что бы убить дракона, достались потомкам. И всё благодаря одному из героев, что вёл дневник даже в такой безнадёжной обстановке.

Герои, спасшие огромное количество людей от лютого дракона были известны не столько в Лорелии, сколько в Вилларии, но для София это была особая история, касающаяся её рода. Виконтесса не могла сказать почему, но желание побывать там, в восстановленной крепости «Северный пик», с детства никуда не делось, и даже возросло ещё больше, особенно после того, как она увидела лезвие того самого горного гребня, окрашенного оранжево-розовыми лучами заходящего Солнца. Ныне крепость «Северный пик» обитаема, там несут дозор объединённые силы Виларии и Лорелии, контролируя важнейшие, северные безопасные торговые маршруты. Почему бы не съездить туда на пару дней, возложить вербовый венок? Может быть группа как-нибудь обойдётся без неё?

Новость могла сильно изменить вечер, возможно, повлиять на экзамен, но чудовищным усилием воли София смогла себя вернуть из мира мечтаний в реальность. Познакомив виконта и виконтессу с самыми важными гостями, Ару, наконец, оставил пару в покое, уйдя по своим делам. Остальной вечер прошёл как в тумане - иногда вспоминая «Северный пик», иногда думая о том, что рассказывал ей сегодня Шулье, София чувствовала, что впечатлений на сегодня ей хватит, а полученную информацию нужно хорошенько обдумать.

Но к огромному изумлению аристократки, в полночь произошло то, что смогло вернуть вкус праздника. Такого яркого и большого салюта София не видела никогда. Сотрясающим реальность громом, яркими вспышками и разноцветными гигантскими шарами, что заполняли собой ночное небо, ночной салют смог произвести впечатление на виконтессу. Она подавила безумное желание рассмеяться и запрыгать от восторга, держа себя в рамках приличия. И после продолжительного представления, София вновь почувствовала, что может наслаждаться праздником. И всё было прекрасно на этом приёме, жаль, только не было танцев.

*****

1 Ве́стим Су́а. Ранее утро.

Карета так сильно качнулась, что Софии приходилось опереться рукой об обивку салона. Лучи утреннего Солнца, встающего над рекой, слепили, заставляли пылинки внутри кареты сиять. Под эти световые пучки виконтесса периодически подставляла свои записи. Записи о том, что ей удалось запомнить, из громкой болтовни маркиза, коротких разговоров с местной знатью и забавных рассказов Шулье. София улыбнулась, вспомнив прощание с виконтом. Молодой аристократ выразил надежду, что они встреться вновь. Что ж, это возможно, аристократка не собиралась уезжать из Лу Фолка слишком скоро.

Капля чернил стекла по грубой бумаге и окрасила палец. Что же удалось ей выяснить? Интерес представлял барон, по сути управляющий Лу Фолком. Не меньший интерес представляла графиня Элла́ра О’Ленаха́н, которое поддерживала восстание Инносара Эннея и неизвестно как получившая прощение от принцесс. Вернее будет сказать, что интересна была не только сама графиня, пропускающая всё больше приёмов, но и её дочь Мериле́я. Как бы к ним обеим подобраться? Помимо этого, неплохо было бы поговорить с начальником гарнизона Лу Фолка. К сожалению, высокопоставленный служащий не смог присутствовать на празднике, а значит нужно будет устроить «охоту» на него в другой раз. София не могла похвастаться умением уверенно и легко знакомиться с противоположным полом, рассчитывая лишь на свою внешность и знание этикета.

Резким движением виконтесса отбросила записи, и те улеглись на противоположное сидение. Утром, после бессонной ночи плохо думалось. В голову лезли смешанные мысли, то про «Северный пик», то про Шулье, то, внезапно, про Толо Рудена. София лбом прислонилась к мягкой обивке и выглянула в окно, где шли после праздника, облачённые в цветные одежды и украшенные лентами, жители окрестных деревень.

Глава 16

2 Ве́стим Су́а. Вечер.

Последним в комнату зашёл Хейман. Увидев молодого мага Авилла демонстративно отвернулась – раздражение вызванное не слишком теплым расставанием оставалось свежим, словно ссора произошла пару часов, а не несколько дней назад, так ещё и «подпитывалось» мелкими неурядицами. Находясь в крайне паршивом настроении, воительница никого из присутствующих видеть не желала и предпочла бы провести эти часы в таверне, а ещё лучше лёжа в кровати.

- Я всех приветствую и рада сообщить, что с нами теперь Хейман и Авилла. – начала София. – Так что почти вся команда в сборе.

К удовольствию воительницы никто с аристократкой не поздоровался.

- Вновь прибывшим доношу, что это наша комната для встреч. – Без тени смущения продолжала София. – Я бы даже назвала это место нашим «штабом». Все важные вопросы мы будем решать здесь и только здесь. Наши планы не должны быть подслушаны посторонними, это ясно?

Авилла громко хмыкнула, и взгляды почти всех присутствующих сошлись на ней, только Ниона смотрела в пол, очевидно боясь поднять глаза на присутствующих.

- Ничего-ничего, продолжай, - вальяжно протянула воительница и плавно взмахнула рукой.

- Да в целом это всё. – Аристократка повела плечами и её многочисленные украшения замерцали в хаотичном ритме. – Может быть ты расскажешь, что происходит у тебя?

Авилла некоторое время смотрела в глаза виконтессы думая – а стоит ли начинать конфликт сейчас? Решив, что это дело может немного подождать, воительница коротко поведала о своей охоте за слухами, избежав рассказа о ночных приключениях со странным юношей, но при этом не забыв упомянуть про корабль с тайным грузом. К изумлению Авиллы, новость про возможную контрабанду очень озаботила аристократку. Нахмурившись, та ушла в размышления и в комнате воцарилась тишина.

- Неплохо было бы узнать больше про этот кораблик. – Наконец нарушила молчание София. – Это может быть ерундой… а может нет?

Авилла чувствуя смесь раздражения и необъяснимой радости, молча кивнула и отвернулась, разглядывая старый покосившийся шкаф. Желание уйти росло всё больше и больше, особенно после того, как София принялась за Хеймана.

- А что у тебя, Хейман?

- Ничего интересного. Устроился в Волчьих ямах, познакомился с местными, получил дом.

- На этом всё? – Виконтесса постучала сложенным веером себя по колену. – Ничего узнать не удалось?

- Знаешь, удалось. – лицо мага исказила мерзкая ухмылка. – Скоро сезон сбора рыбы, за время которого мне предложили заработать на печь.

- У тебя дома нет печи? – прервала рассказ аристократка. – Надеюсь, ты согласился?

- На рыбу согласился, а от печи пока отказался.

- Почему?

- Потому что до зимы нас уже тут быть не должно.

- Великие три Столба, Хейман! – София слегка повысила голос. – Мы должны не привлекать к себе внимание, а ты уже сделал всё, что бы выглядеть подозрительно.

- Угомонись, а. – Воин произнёс эту фразу спокойно, но вся она была пронизана ощутимой угрозой. София великолепно держала себя в руках, поэтому неизвестно, повлияла ли фраза и тон Хеймана на аристократку, или она сама прекратила высказывать своё неудовольствие.

Авилла чувствовала, что еще немного и её негодование вырвется наружу. Её бесил Хейман, вновь допускающий ошибки в простейших вопросах, её бесила София, посмевшая отчитывать Хеймана. Неимоверным усилием воли она «спрятала» пламя гнева глубоко в себя, зная, что там оно точно не затухнет со временем, но определённо разгорится ещё ярче.

- Если у тебя не хватает денег, то просто скажи. – Спустя несколько мгновений продолжила виконтесса. – Ты ещё успеешь объяснить это личными накоплениями принесёнными с собой.

- Деньги есть, спасибо. – Хейман отвечал напряжённо, и когда София, наконец, оставила его в покое, воин развалился в кресле, явно раздражённый. Боевые маги остались недовольны сложившимся разговором.

- Финикс, у тебя есть что-то интересное? – Теперь очередь дошла и до тёмной чародейки. В академии Авилла недолюбливала эту мрачную девушку. Сейчас, на фоне общих событий, на фоне напряжения и грозящих опасностей, воительница начала понимать, что не просто не любит эту чародейку, она по-настоящему её ненавидит. Ненавидит по-чёрному. Ненавидит до шума крови в ушах.

- Ничего у меня интересного нет. – Проворчала Финикс и скрестив руки на груди, отвернулся, как до этого это сделали Авилла с Хейманом.

- Ниона, я так понимаю, что и у тебя никаких продвижений в поисках ведьмы?

Целительница, скрывшая лицо за распущенными волосами, отрицательно покачала склоненной головой.

- В таком случае все свободны. – взмахнула София руками. – Ниона, а ты останься пожалуйста, нам надо поговорить.

Ни на кого не взглянув, Хейман выскочил из комнаты первым.

- Подожди, а почему это ты не рассказываешь про свои достижения? – спросила Финикс поднявшись с места.

- Как только у меня они появятся, то ты лично получишь от меня отчёт в письменном виде первой. – С каплей яда в приторно-сладком голосе ответила София. – А теперь, пожалуйста, выйди и дай мне поговорить с Нионой.

Провожая тёмную чародейку взглядом Авилла вновь ощутила накатывающую волну ненависти. Весь Путь её окружали люди заряженные весельем, самой Жизнью, энергией. Факультет боевой магии подарил настоящих товарищей, не знающих что такое печаль, но Финикс… Эта девушка была полной противоположностью всему тому что воительница знала и любила. Своей мрачностью, хмурым взглядом и дерзкими речами, она прямо-таки «излучала» мрак и уныние. Вероятно этого оказалось вполне достаточно, что бы заслужить ненависть Авиллы.

- Авилла? – София вопросительно смотрела на воительницу. – Что-то случилось?

- Ниона, выйди. – Авилла поднялась на ноги.

- Вообще-то я хотела поговорить с ней, а не с тобой. – прохладным тоном произнесла виконтесса. – Ниона, пожалуйста останься.

- Ты что-то не поняла? – В голосе Авиллы прозвучала смесь ярости с угрозой, и растерянная целительница стрелой вылетела из комнаты.

- Что происходит, Авилла? Почему…

- А теперь ты меня послушай! – Раздражение копившееся днями рвалось наружу. – Что это за «игры»? Почему про меня в городе знает каждый наёмник, а я даже не предупреждена? Что за демоны живут у тебя в голове, София, раз ты такое творишь?

- Я думала, что ты поняла, почему я не решилась тебя предупредить. – Спокойно произнесла аристократка. Эта невозмутимость на мгновение остудила пыл воительницы, а сама фраза вызвала растерянность. Авилла не ждала такого ответа, не готовилась к нему. В её представлении София извинилась бы за ошибку, попыталась объясниться, или хотя бы рассказала, почему ей пришлось держать её - боевого мага в неведении.

- Я постоянно слежу за всеми вами. – Продолжала тем временем виконтесса. – И ты всегда была на людях. То на улице, то в каком-либо заведении. Я это знала.

- Но я так же была одна в комнате! Почему ты не прислала сообщение через «якорь» как раньше?

- Потому что я вижу только тебя, вернее, твой якорь. – Слегка прикрыв глаза, терпеливо отвечала София. – Я не знаю, где именно ты находишься, одна ли ты в помещении или нет, готова ли принимать сообщения или дерешься с кем-то на мечах. Хочешь начать разговор – так поставь на якорь записку.

Раздражение Авиллы начало отступать, давая место досаде. Как она сама не догадалась обо всём этом? Да, София полностью права, а она вновь поддалась власти эмоций, не смогла холодно оценить ситуацию, оказалась отвлечённой цепочкой событий и «хвостами» различных историй, которые, возможно, смогут куда-то её привести.

- Ты сама понимаешь, Авилла, что мне не сложно тебе написать, но, я не хочу никого подвергать лишней опасности. Я буду писать тебе так же, как Нионе или Финикс, просто…

Остальную часть фразы София сказать не успела. В ярости Авилла хватила рукой по шаткому столику, и в какой-то момент ей показалось, что в глазах встающей на ноги аристократки мелькнула тень страха. Мелькнула слишком быстро, что бы заметить, и, тем не менее, этот факт почти довёл воительницу до бешенства.

- А-а! Не смей! Слышишь меня? Не смей упоминать эту мерзавку и меня в одной фразе!

- Авилла…

- Я больше и слова не хочу слышать про эту «чернь»! Ни от тебя ни от кого другого!

Наверное и самой себе Авилла не смогла бы ответить, что именно её так разозлило в словах аристократки. Ссора с Хейманом, раздражение после которой так и не нашло выхода? Переживания в связи с походом в стан наёмников? Мерзкий разговор и поведение Софии, когда она расспрашивала обоих магов, а в особенности Хеймана? Или тот отблеск страха в глазах? Как смеет она бояться? Если сейчас София проявит слабость, то растеряет те немногочисленные крохи уважения к ней, что ещё имеются у Авиллы. Нет, этот момент был уже после и только «подстегнул» волну ярости.

- Авилла, послушай…

- Нет, это ты меня послушай. – Голос Авиллы начал стихать, но злобы в нём меньше не становилось. – Я знаю, ты могла меня предупредить, но не сделала этого.

- Это глупо, Авилла. Сама подумай, как я…

- Как ты могла это сделать? Да мне плевать. Я только знаю, что варианты у тебя были но ты ими не воспользовалась. В другой раз, София, я тебя не прощу, так что будь осторожнее.

Последний раз взглянув на аристократку с высоты своего роста, воительница, не давая оппонентке возможности что-либо сказать, развернулась и быстрым шагом покинула комнату.

*****

2 Ве́стим Су́а. Вечер.

Грохот, с которым отворилась дверь, был похож на звук разрушающегося шаблона, что не выдержав заряда энергии, с треском раскололся на тысячи кусков. Ниона успела только ахнуть, увидев спину убегающей Авиллы и змеёй извивающуюся огненно-рыжую косу. Глубоко вздохнув, целительница вновь зашла в комнату, прозванную Софией «штабом».

Авилла кричала на чародейку так, что её голос, наверное, слышали в каждом углу этого защищенного дома. Но звуки, что издавались отсюда, не нашли какого-либо визуального подтверждения, не было сломанной или перевернутой мебели или следов заклинаний на стене, лишь в центре стояла аристократка, живая и здоровая.

Оказавшись невольной свидетельницей шума издаваемого Авиллой, Ниона с ужасом осознавала, какая волна гнева обрушилась на виконтессу и теперь, находясь перед Софией, целительница вновь начала ощущать страх. Но на этот раз он был вызван мыслями о том, что юная аристократка, после яростного разговора с воительницей, сорвётся уже на ней.

- Я испугалась… - Ниона плохо понимала что говорит. Она опустила голову и уставилась на узоры передника своего платья. Девушка ведьму так и не нашла, а значит вряд ли виконтесса будет довольная её работой.

- Если честно, я тоже. – Напряженным голосом вымолвила София. – Ума не приложу как общаться с этими магами. Они такие своевольные… Ох. В какое-то мгновение мне показалось, что Авилла меня ударит.

Аристократка вновь вернулась в своё кресло.

- Ниона, садись, не надо тут стоять.

Целительница сразу подчинилась, всё ещё опасаясь смотреть на Софию.

- Я не знала, что делать. Если бы Авилла захотела, то не оставила бы от меня мокрого места, и никто бы её сейчас не остановил.

Наконец Ниона подняла глаза и посмотрела на аристократку. Веер в руках девушки дрожал, она постоянно поправляла свои многочисленные украшения, кажется, София сильно перенервничала и пыталась выговориться. И в конце концов, спустя время, ей удалось взять себя в руки.

- Ладно, ладно. Давай к делу. – Виконтесса кинула веер на столик и, всё ещё дрожащими руками, отстегнула застёжку на одной из драгоценностей. – Ты ведь ведьму ещё не нашла?

- Пока нет, - почти шёпотом ответила Ниона, с трудом сдерживая непонятно почему появляющиеся слёзы. Как она и думала, аристократка завела разговор на тему лесного жителя.

- И хорошо. Значит всё идёт как нужно.

Целительница посмотрела на виконтессу и от изумления даже приоткрыла рот. Она была убеждена, что постоянные вопросы про поиск ведьмы – напоминание, что с этим тянуть нельзя. Но почему София довольна нынешним положением дел? Может быть аристократка тоже боится ведьмы и пытается отсрочить встречу с ней?

- Ниона, у меня к тебе разговор и я надеюсь, что ты поддержишь меня, а может быть поможешь советом.

Новая фраза вызвала ещё большее изумление, в поведении Софии ни осталось практически никаких попыток соблюдения этикета, она приняла расслабленную позу в пыльном кресле, снимала украшения, развинчивала причёску, так ещё и с деревенской девушкой говорила на равных, прося одобрения и помощи.

- Ты знаешь мыли Аезелвалфа на счёт прохождения экзамена?

- Нет, он не…

- Он просил побыстрее со всем разобраться. – София кивнула. - Так вот, я этого не хочу.

- Но… - Ниона не знала, что собиралась сказать. От этой чародейки голова шла кругом.

- Аезелвалф, вероятно, хочет, что бы мы тут сделали всю работу к его приезду. – Виконтесса фыркнула, что ни в какие рамки поведения не лезло. – Но спешка вызывает ошибки, Ниона. А ошибаться нам нельзя. Тут за промахи не ставят плохих отметок и не заставляют писать лишний свиток с формулами. Мы тут можем пострадать, Ниона. Согласна?

- Д-да…

- Так вот, именно поэтому я саботирую приказы Аезелвалфа, пока его нет. У меня тут своя игра и свои мысли на тему проведения экзамена, поняла?

- Да, кажется я поняла.

То, что говорила София, очень не нравилось целительнице. Ей казалось, что Аезелвалф и виконтесса будут монолитом, тем сплавом, что укрепит разношёрстную группу. Но похоже, что среди лучших из них так же существовал раскол, который мог привести к большой беде.

- Я вижу, что тебе это не нравится, но пойми, моя дорогая, мы не можем позволить себе рисковать. Всё, что теряет Аезелвалф – это скорость сдачи экзамена, и ради спешки он поднимает риски.

- Мне очень не нравится, что у вас с Аезелвалфом разлад. – Ниона всё увереннее начинала себя чувствовать в разговоре с аристократкой. – И я боюсь того, к чему это может привести.

О нет, Ниона, никакого разлада нет. Есть только разный взгляд на способы решения наших задач. Я хочу, что бы нас было больше, что бы Аезелвалф, ознакомившись со здешней обстановкой, помогал нам советом, корректировал наши планы, мог нас поддержать…

Аргументы аристократки казались убедительными, а спокойный, уверенный голос унимал тревогу. Ниона была с самого начала поражена тем фактом, что София общается с ней на равных, заступается перед Финикс и вообще обращает на девушку внимание. Последние рубежи обороны падали в сознании целительницы.

- Да, я с тобой согласна.

Аристократка тепло улыбнулась и выудила последнее украшение из причёски, положив его к остальным возле веера.

- Я рада. Правда очень рада! Теперь, если согласишься, тебе остаётся лишь выполнять мои указания.

- Нам придётся всем врать? – грустно спросила целительница.

- Придётся, но совсем немного. – Вновь улыбнулась аристократка. – Не волнуйся, основное я возьму на себя, а ты мне лишь поможешь. Ведь ты замечательная целительница, а теперь станешь моей хорошей помощницей.

- Все говорят, что я слабая и пользы от меня немного.

- Ну и дураки те, кто фразы эти произнёс. – Вновь фыркнула София, теперь витые кудри её распущенных волос разбросались по плечам. – Если я обращаюсь к тебе за помощью, значит польза от тебя есть, Ниона. Так что поменьше слушай людей и больше смотри за собой и своими достижениями.

Целительница легонько покивала головой.

- А теперь слушай что ты должна сделать. Ведьму искать не торопись, но и не затягивай поиск. В идеале, что бы мы разобрались с ведьмой аккурат перед приездом Аезелвалфа. Если ведьма найдётся, то сообщи мне через «якорь», но ничего не говори на собраниях, поняла?

- Да, но…

- Я сама выберу хороший момент, когда нам можно будет разобраться с нашей лесной жительницей, поняла?

- Да, но…

- Общаться мы с тобой будем только через «якорь», потому что если я буду постоянно оставлять тебя после собраний, то пойдут толки, поняла?

- Да, но не значит ли это, что придётся врать и мастерам в академии?

- Ты имеешь ввиду наши дневники?

- Да, ведь там придётся написать в них неправду.

- Нет, мы напишем в них всё как есть, но кое что там упоминать не будем.

Ниона глубоко вздохнула и отвела взгляд.

- Что бы ты не говорила, София, но это всё ложь, даже если она очень маленькая.

- Ниона, да послушай же меня!

София вновь принялась убеждать девушку, используя те же аргументы, но произнося их другими словами. Снова объясняла, снова пыталась показать своё видение ситуации. В этот раз виконтесса уже не спешила, Ниона уже попалась «на крючок», уже практически согласилась, осталось лишь немного её «подтолкнуть» в нужную сторону. И даже когда в глазах целительницы загорелось понимание и согласие, София продолжила расписывать свои идеи.

- Ниона!

Девушка остановилась в дверях и обернулась.

- Ниона, пойми, я всё это делаю лишь для блага наших же товарищей, а не для их вреда. Прошу тебя, сделай правильный выбор. Помоги мне!

Понурившаяся целительница кивнула и покинула комнату, тихонько прикрыв за собой дверь.

София задумчиво осмотрела пальцы на правой руке, сжала и разжала их по нескольку раз. Яркие линии прочертили дорожки, окутали кисть. Из энергии, подчиняющейся мыслям чародейки, родилась сложная формула. Хлёстким движением руки получившийся шаблон был отправлен в стену. Пока заклинание растекалось по неровной каменной поверхности и молодой портал, вызванный формулой, соединял две точки пространства, София наматывая свободный локон на палец погрузилась в размышления.

Это было несложно. Пара слов, доверительный тон, капля лести что бы вселить уверенность и Ниона почти согласилась играть важную роль в её плане, даже если ей не нравится эта «игра», даже если она не знает и не понимает сути этой «игры». Целительница ушла недовольной, но нужно дать ей время, что бы свыкнуться с мыслью. Бесполезно «бодаться» с Аезелвалфом лоб в лоб, шансов на победу в таком противостоянии не останется. Софии нужны союзники. Пускай не самая сильная фигура но очень доверчивая, скрытая от внимания остальных, она может поменять ход всего экзамена. Рано или поздно Аезелвалф приедет в Лу Фолк и пускай он выскажет своё недовольство ею или Нионой, но время уже пройдёт, а прошедшее нельзя будет изменить.

Всё складывалось как нельзя лучше и по плану, задуманному Софией. Боевые маги в планирование экзамена не влезут, тем более что оба уже нашли себе занятия, а Финикс… А Финикс слишком оторвана от коллектива и вмешиваться не будет, или уже не успеет.

- Ради общего блага. – Прошептала виконтесса, сгребла рукой веер и украшения в подол платья, и направилась к сформированному порталу на стене, в котором отражалась её гостевая комната.

*****

2 Ве́стим Су́а. Вечер.

Накричав на Софию, Авилла ощущала не привычное облегчение, а ещё большую ярость, теперь ещё отягощённую чувством досады. Это плохо. Очень плохо. Авилла прекрасно себя знала. Знала, что сама не справится с эмоциями, что их нужно куда то выплеснуть, иначе ярость сама проложит себе дорогу в самый неподходящий момент.

В какой-то момент, блуждая по территории крепостницы наёмников, девушка даже застонала от бессилия. Рядом не было никого, кто бы мог ей помочь и выдержать эмоциональный шторм. Где Хейман, когда он так нужен!

- Да что же всё не ладится-то!

Может быть подсознательно Авилла остановилась прямо у заборчика, что огораживал тренировочную площадку, где наёмники отрабатывали приёмы, или выясняли отношения между собой. Но площадка была пуста, земля на ней взрыта множеством следов, неровности которых подсвечивались лучами закатного солнца.

В порыве гнева девушка несколько раз ударила рукой по деревянной перекладине забора, после чего с интересом принялась разглядывать кровь из раны на ладони. Нет, так дело не пойдёт, нужно искать способы изливать куда-то ярость.

- Как же я вас всех ненавижу! – сквозь сжатые зубы прорычала Авилла, вспоминая Софию и Финикс, ощущая острое желание причинить кому-нибудь из этих двоих боль. Но это будет нечестно, ни одна ни другая и минуты в бою не протянут, этого времени недостаточно, что бы излить эмоции. А с виконтессой лучше вообще не ссориться, она их командир и ей составлять отчёт об экзамене всей группы.

Одним кошачьим прыжком девушка перемахнула через забор, выхватив меч, без которого на улицах города не появлялась, и наложила на сталь защитное заклинание.

Два шажка и широкий взмах. Сталь режет ткань тренировочного манекена и через разрыв выходит пучок соломы. Ещё удар, и ещё… В первые минуты Авилла не тренировалась, это скорее было похоже на взмахи дубины, чем на отточенные движения, но ярость постепенно отступала. Манекен рассыпался, оставив лишь деревянный крест, а значит пришла очередь следующей мишени.

- А кто их будет потом чинить? – Раздался окрик за спиной.

Тяжело дыша, Авилла обернулась готовясь бросить парочку грязных ругательств. За забором стоял парень немногим старше её, высокий, но не роста воительницы, зато крепко сбитый. Неровно срезанные светлые волосы «под горшок», веснушки на лице, из одежды лишь рубашка да штаны. А в руках то, что помешало Авилле произнести хотя бы слово.

Парень ловко перемахнул через ограду и молча протянул один из двух деревянных мечей, что держал в руках. Девушка на встречу не пошла, так и оставшись стоять возле манекена.

- Боишься? – насмешливо бросил парень. – Тогда беги с площадки.

Авилла практически захлебнулась яростью и возмущением. Даже слова, что бы поставить на место наглеца, не нашлись, затерявшись неизвестно где.

- Злая значит? Так вот, я тоже злой. – Незнакомец бросил тренировочный меч под ноги воительницы, а свой положил на правое плечо, вставая в позицию Гнева.

- Нечестно, я в доспехах. – Буркнула девушка начав отстёгивать первые заклёпки.

- Меня это не волнует. – Не смотря на это заявление парень слегка расслабился и терпеливо дожидался, пока девушка не останется в рубашке и штанах. После этого оба, как по команде встали в позиции друг на против друга. Меч юноши вновь оказался на правом плече, Авилла приняла свою любимую Высокую позицию воздев меч высоко вверх. Несколько мгновений оба примерялись друг к другу, после чего, одновременно взмахнули мечами.

Левое плечо обожгло и почти сразу, скручивающей болью взорвалось левое бедро. С тихим шипением, прихрамывая, Авилла разорвала дистанцию. Нет, её соперник совсем не Хейман. Тот всегда страховал, ограничивал силу удара, если видел, что проводит успешную атаку. Незнакомец же шёл до конца, от души карая за ошибки. Хейман всегда шутил, нанося, или получая удар, светловолосый бился молча и сосредоточенно, словно в этом поединке решается вопрос жизни и смерти. Подавив стон от боли в бедре, Авилла вновь сошлась с соперником, уже зная, чего ей нужно ждать.

Чудом избежав стремительной атаки, девушка вновь разорвала дистанцию, ощущая, как её всё увереннее теснят в угол. Долгое отсутствие тренировок и выплеск энергии на манекены даром не прошли. Мышцы уже устали, воздуха начинало нахватать, да ещё и деревянный меч, по обычаю, оказался значительнее тяжелее стального.

Светловолосый продолжал теснить и Авилла поняла, что следующая их сшибка бесследно для неё не пройдёт. Она широко взмахнула мечом и дерево соприкоснулось с деревом. Несколько мгновений, и спина упёрлась в ограду. Отступать было некуда и девушка начала пропускать удары, однако не оставаясь при этом в долгу.

Вывернувшись из под последнего взмаха, Авилла отбежала в центр тренировочного поля, волоча по земле кончик меча. Незнакомец, кем бы он не был, удары держал прекрасно, даже не морщился, хотя его движения и стали чуточку медленнее. Такое поведение также вынуждало девушку сдерживать стоны или невольные вскрики от особенно болезненных попаданий, но получалось это плохо.

Это была очень изнуряющая тренировка и крайне тяжёлая дуэль. Уйдя в глухую оборону, Авилла уже не старалась выправить «негласный счёт», а лишь пыталась спасти голову, куда соперник целился не часто, но удары наносил тяжёлые.

Дуэль прекратилась внезапно. Девушка умудрилась несильно уколоть парня в грудь, получив при этом скользящий удар в живот. Дальше последовало отточенное движение, с выкручиванием рукоятки меча противника и потеря собственно меча из ослабевшей руки. Оба стояли друг на против друга, тяжело дыша и без оружия.

Авилла молча повернулась и пошла к своим доспехам. От былой ярости не осталось следа, вместо неё пришли усталость и довольно сильная боль в разных частях тела.

- Паршиво перемещаешься.

Девушка слегка прикрыла глаза, сдерживаясь что бы ничего не сказать в ответ. А сказать было что. Например, юноша, вероятно, никогда не дрался с магом и его передвижения от этого так же были не идеальны. А значит примени Авилла хоть толику своих способностей, то критикующий её противник из пыли даже не поднялся бы.

- Как тебя зовут?

- Скальв…

- Хороший бой, Скальв.

- У меня были бои и поинтереснее.

Авилла улыбнулась. Ярость ушла полностью и никакие насмешки её сейчас из себя не выведут. Она молча подхватила свой меч и не оборачиваясь, направилась к выходу из крепостницы. Полученные ею сегодня травмы заживут не скоро и подарят несколько бессонных ночей. А Скальв? Странный тип. Мрачный, неразговорчивый, но, может быть, ещё удастся сойтись с ним в тренировочном поединке. По-настоящему встретиться с таким бойцом Авилла не хотела.

*****

3 Ве́стим Су́а. Позднее утро.

Не сразу Ниона свыклась с тем, что ей говорила София. Словно маятник, целительница «уходила» от мыслей уговорить чародейку так не делать, до полного согласия с позицией аристократки и обратно. Так продолжалось уже второй день и казалось не будет этим метаниям сердца предела.

- Тея лжи не одобряет… - пробормотала Ниона и аккуратно подтолкнула котелок с кашей вглубь печки. Сама целительница не могла сказать, когда начала говорить сама с собой, но это точно случилось после того разговора с Софией.

- Сначала ты лжёшь, потом отступаешь от других принципов… а потом ступенька за ступенькой… в кого так можно превратиться?

«Маятник» всё качался настраивая девушку то против аристократки, то наоборот, «за». И вряд ли кто мог бы сказать, в каком положении и этот «маятник» замрёт.

- Но София добрая, она никому, ни разу зла не сделала. С чего бы ей кому-то вредить? Тем более что все её действия – это проявление заботы. – Целительница поставила на стол маленький часовой механизм, сделанный из чистой магии. Когда он разобьётся – кашу можно будет достать. – Заботы, которую мы все не понимаем.

Не найдя верного решения в действиях и словах виконтессы, Ниона решила обратиться к личности, отметая при этом мысли, что эту самую личность она почти и не знает.

- Ой, София, мне бы так хотелось помочь, но я совсем тебя не понимаю. – девушка, покусывая палец, раскрыла травник с описанием растений по сезонам и невидящим взглядом уставилась на талантливые картинки автора, окружённые текстом. Решение уже давно было принято.

*****

3 Ве́стим Су́а. Ранний вечер.

Ниона потянула чуточку настойчивее и кусту шиповника пришлось «отпустить» запылённый подол коричневого платья. За днём шёл день, ночь сменялась ночью, а удача так и не улыбнулась целительнице. Столько времени пропало зря, сколько всего полезного можно было бы сделать за эти часы блужданий в лесах. Никаких следов ведьмы, ни намёка на её жилище, ни следа срезанных трав. В какой-то момент Ниона начала думать, что ведьма живёт в другом лесу, а может её нет вовсе. Вторую догадку развеивали слова маленькой Физалы о «другой целительнице». Но первая казалась всё убедительнее. Сколько вокруг Лу Фолка лесов? Они все гигантские, сложные, некоторые их участки практически непроходимые и где именно расположилась ведьма? София просила не торопиться с поиском, но она даже не представляла насколько сложно оказалось эту самую ведьму найти. А если это не получится сделать до приезда Аезелвалфа? С момента последнего собрания Ниона ни с кем из группы не общалась, не приходило весточки и от Софии, и чем дольше длилось это молчание, тем больше возникало желание связаться с аристократкой и изложить ей свои сомнения.

- Это твоя часть задания, нечего её перекладывать на других. – Пробормотала девушка «волшебную» фразу наверное уже в сотый раз. – У Софии и без тебя дел полный котёл.

Начался довольно крутой подъём на холмик, поросший ельником. Это тропкой ей ещё ходить не приходилось, слишком уж хорошо этот путь был спрятан. Один из многих. Ниона постоянно, уже в течении нескольких дней, такие дорожки находила и каждый раз сердце трепетало словно птица – «А вдруг именно эта ведёт к домику ведьмы?». Но нет. Новый путь то терялся в дремучей чаще, то делал поворот и выводил на опушку, то просто «таял», поросший бесчисленной горькой травой. Поэтому на новую тропу целительница внимания не обратила. Сколько ещё таких суждено найти?

- Ах! – В конце подъёма она споткнулась о корень и чуть не оказалась в пыли. Настойчивые солнечные лучи пробивались сквозь листву, высвечивая причудливые узоры, оглушительно, словно ранним утром орали птицы, откуда то слева доносилось далёкое «кваканье».

Лес всегда казался Нионе другим, волшебным миром, где она была гостьей, где под каждым листочком прячутся загадки, а за поворотом лесной тропки – новая тайна. Прочитав множество книг, она только убедилась в своей правоте. В лесах жило множество чудных, а подчас и волшебных созданий. Например, лешие, феи, а ещё единороги.

Ниона обернулась, словно собиралась увидеть за спиной чудное создание о четырёх копытах и коронованное волшебным рогом. Какая глупость! Не будет единорог жить рядом с людьми, и лешие тоже не будут. Впрочем, без них лесная обитель становится очень опасной, появляется шанс встретить тут кабана, волка или медведя. Хорошо, что в Лу Фолке есть гильдия охотников, и опасных зверей стараются убивать до того, как они доберутся до людей. Создавалось такое ощущение, что чем ближе человек подбирался к лесу, чем глубже в него заходил, тем меньше волшебства оставалось меж деревьев.

Короткий крик Нионы эхом отразился от деревьев. Она настолько погрузилась в размышления, что практически ничего не замечала вокруг себя. И только неизвестно откуда взявшаяся низенькая оградка, окружающая домик и грядки, смогла обратить на себя внимание целительницы.

Двумя руками закрыв рот, девушка упала на колени, тяжело дыша и боясь пошевелиться. Сомнений быть не может – домик обитаемый, и даже слышится запах лениво курящегося из трубы дымка! А на грядках растут не съедобные травы с плодами, но лекарственные, а также применяемые в обрядах и ритуалах. Единственное, что не вписывалось в общий пейзаж – клумба с физалисом. Это растение тут точно обитало ради красоты.

Всё это целительница успела отметить в краткий миг, между обнаружением плетёной оградки и моментом, когда она оказалась на пыльной дорожке. Не сразу девушка пришла в себя, стараясь успокоить тяжёлое дыхание. Слышала ли ведьма её крик? Выйдет ли из домика на шум? Или сейчас подходит со спины, возвращаясь из леса.

Ниона боялась поднять глаза, опасаясь увидеть хозяйку лесного домика рядом с собой. Но время шло, вновь начали слышаться звуки леса, шум листвы, далёкое, приглушённое кваканье. Осторожно, девушка подняла голову, отнимая ладони от рта и уставилась на оградку, сплетённую, как оказалось, тем же способом, тем же принципом и, скорее всего, тем же человеком, что и оградка вокруг её дома.

Но ведьмы нигде не было. Вообще никого вокруг не было. Целительница внимательнее осмотрела аптекарский огород, про себя отмечая травы и соцветия, анализируя, что бы из этого можно было приготовить и какие растения пригодились бы ей самой. Появилось даже странное желание сорвать несколько.

- И нечего было пугаться. – Неуверенно пробормотала Ниона. – Всегда можно представиться местной.

Отгоняя назойливую мысль о том, что так конечно же не получится хотя бы потому, что ведьма может быть отнюдь не доброй или не такой доверчивой, или просто знает всех прихожан в лицо, Ниона осторожно толкнула плетёную, не запертую калиточку. Из-за дома раздалось тихое квохтанье кур. Целительница осторожно двигалась по маленькой тропинке между клумбами, стараясь не наступить на зелёные растения, а сердце тем временем забилось как безумное. Стуча. Трепеща. Перекрывая дыхание. Вот и дверь! Ниона толкнула её раз. Ещё раз но посильнее. Заперто. Окошко задёрнуто шторками. Нет, так не пойдёт, не получится. Нужно возвращаться.

Обратная дорога через грядки была не проще, и волнение никуда не ушло. Не оступиться бы, не оставить тут своих следов. А вдруг сейчас в спину ударит заклинание?

Целительница резко обернулась, чудом сохранив равновесие. Домик так и остался запертым. Нет. Нет, это всё волнение и игры воображения. Нужно успокоиться и подумать, что делать дальше. Что делать с полученной информацией. Можно смело возвращаться домой и писать письмо Софии, что тайная обитель найдена, что в лесу и правда живёт кто-то, кому нужно выращивать аптекарский спектр трав. Открыв рот Ниона остановилась у корня, о который споткнулась идя сюда, поражённая новой идеей.

А ещё можно остаться тут, в лесу, недалеко от домика и посмотреть на эту самую ведьму. Идея эта была тем ещё соблазнительна, что гарантировала невозможность встречи с лесной жительницей на многочисленных тропинках.

Как правильно делать засаду Ниона не знала и не догадывалась, поэтому она выбирала место как можно дальше от домика и от дорожки. Одно место было плохо тем, что лежать тут приходилось на довольно крутом склоне, рядом с другим расположился крупный, высотой почти по пояс девушки муравейник, а третье… Когда она нашла третье место, то уже изрядно вытоптала растения вокруг жилища, оставалось только надеяться, что трава успеет вновь подняться до возвращения хозяйки.

Ожидание далось просто. Лежа в траве, Ниона плела и расплетала из травинок косички, из опавших веточек собрала маленький домик и забор вокруг него, как когда-то в детстве, пересчитывала у ромашек мелкие лепестки, толком ничего не загадывая. По ощущениям прошло часа два и когда целительница бросила очередной рассеянный взгляд на домик, сокрытый в лесу, то увидела женскую фигуру, несущую на согнутой правой руке корзинку полную трав. Девушка медленно опустила голову и перевернувшись на спину уставилась на кроны деревьев. Через несколько мгновений Ниона вновь посмотрела на домик. Ведьмы уже не было, но дверь в домик осталась приоткрытой, а из трубы вновь закурился пропавший было дымок. Жаль, что лесную жительницу рассмотреть не удалось – слишком уж далеко она находилась, с другой стороны, и сама ведьма её не заметила.

Домой целительница почти бежала, надеясь, что не оставила следов попутно ругая себя за глупость заставившую её идти и заглядывать в окна пустого жилища. Лучи Солнца всё больше меняли свой угол падения, меняли цвет на оранжево-розовый. Громко трещали цикады.

На обрывке пергамента Ниона дрожащей рукой выводила слова, повествующие о том, что лесная ведьма найдена, что найден домик в чаще и теперь можно идти туда, говорить с хозяйкой этого домика. Обуреваемая крайне плохими предчувствиями об исходе этой части задания, Ниона водрузила свёрнутый в трубочку клочок бумаги на магический якорь. Пока целительница ходила к колодцу за водой, сверток исчез, подхваченный Софией. И вид одинокого, каменного «якоря» на деревянном столе вызвал очередной, ощутимый укол тревоги в сердце.

Глава 17

3 Ве́стим Су́а. Поздний вечер.

«Дорогой друг. Спешу уведомить тебя, что меня абсолютно не устраивают твои результаты в нашем общем деле. Намеченные нами с тобой задачи тобою не выполняются, в сроки ты не укладываешься. Настоятельно рекомендую тебе собраться с мыслями и заняться, наконец, делом, что бы мне, в свою очередь, не пришлось заняться тобой.

Добавлю так же про свои достижения. Ворон колеблется, вот прошло уже 6 месяцев, а он так и не принял решения, думаю нам не стоит возлагать на него надежд. Бык согласился с моими доводами и уже оказывает поддержку. Обе лисицы и шершень ожидаемо с нами. Скоро у нас в друзьях будут 3 цапли, молодой медведь и вереск.

P.S. Мне понравились городской сад и поля вокруг города.

Твой друг «Белый кречет».

Фигура, что сидела за столом, уже дважды перечитала письмо и принялась за это дело вновь. Сокрытый походным плащом, с накинутым капюшоном незнакомец оставался бы не узнанным, будь в с ним комнате ещё кто-нибудь. Отодвинув подальше одинокую, тусклую свечу, человек взял в руки перо и склонилась над ответным письмом.

«Рад что ты мне пишешь. Да, у меня не всё получается, и я предупреждал тебя, что у меня будут проблемы. Если у тебя возникло впечатление, что я не серьезно отношусь к нашему делу, или хочу всё забросить, то уверяю тебя – оно ложно. Пожалуйста учти, что я не занимаю такого положения в обществе как ты. Мне очень тяжело просто встретиться с людьми такого уровня с которыми ты видишься каждый день. И я далеко от того места, где мне нужно находиться, но скоро вернусь обратно.

Сожалею, что »

Фигура перечитала недописанное письмо, макнула кончик пера в чернильницу и, тяжело вздохнув, дописала последние строчки.

*****

3 Ве́стим Су́а. Ранее утро.

За короткий срок своего пребывания в Волчьих ямах Хейман успел зарекомендовать себя в глазах местных жителей как трудолюбивого человека, не отказывающего никому в помощи. Практически каждый день он обзаводился новыми знакомствами, укреплял уже имеющиеся связи, узнавал что-то интересное, связанное с людьми вокруг него. В водоворот иной жизни Хейман прогрузился с головой, в нём даже зародилось ощущение, что экзамен – это что-то далекое, что-то второстепенное. Он может подождать. С ним можно разобраться позже, когда появится время или желание, или нужда. Тем жестче вернуло его в реальность одно неожиданное и необычное происшествие.

Это произошло одним ранним утром. Крупные, капли воды с силой прижимают травинки к земле. Даже песчано-глиняная дорожка ещё влажная от выпавшей обильной росы. И никого вокруг. Хейман шёл по дороге на Запад в сторону Совиной поляны где собирался посетить ярмарку. Однако путь его был прерван. Прямо на середине дороги лежала мертвая птица. Курица. Вроде ничего страшного – убежала у кого-то несушка и попалась кому-то в когти. Однако что-то в этой картине Хейману не понравилось сразу. Но что именно, маг сказать сразу не мог. Лежит тушка, мокрые, ломанные перья торчат в разные стороны. Может быть правда, что виноват в этом хищник? Но тогда почему он не забрал добычу с собой?

Повинуясь чувствам, Хейман потянулся рукой к мечу на поясе, однако оружия на месте не оказалось. Он сам его закопал на опушке леса далеко от сюда и никак не мог привыкнуть что теперь ходит безоружным. Оглядываясь по сторонам, воин всматривался в высокую траву по обеим сторонам дороги, безуспешно борясь с ощущением, что за ним наблюдают. Несчастное животное было всё ближе. Вокруг по прежнему никого. И вот, наконец, Хейман склонился над мертвой курицей, двумя пальцами он осторожно ухватился за подрезанное маховое крыло и начал переворачивать тушку.

От увиденного молодой воин отпрыгнул практически на метр и повинуясь мыслям в голове один за одним вспыхнули несколько шаблонов рассеивающие магию и отчищающие от проклятий. Вызванные заклинания пронеслись по правой руке, пытаясь «снести» возможные нечестивые наветы. Хейман в который раз оглянулся, ожидая увидеть ещё кого-нибудь, но он всё ещё был один. С диким огнём в глазах воин вновь медленно двинулся к уже перевернутой тушке. Стараясь запомнить как можно больше деталей. Курицу убил не хищник, всё было гораздо хуже.

Грудная клетка птицы взрезана, отсоединённый от рёбер киль удалён, небьющееся сердечко пронзено и выдвинуто наружу на кривых веточках. А на самом сердце вырезан неизвестный символ или руна, расшифровать которые Хейман не мог. И самое главное, что заставило боевого мага отпрыгнуть в сторону – вся туша и внутренности истерзанной птицы были пропитаны густой фиолетовой жидкостью. Фиолетовый цвет – цвет магии Смерти. А значит притрагиваться к находке не просто нельзя, а попросту опасно. Был ли это результат воздействия тёмной магии на тело, или это какая-то субстанция Хейман не знал и не мог знать. Некоторое время он всматривался в труп, в неизвестный символ, в густую жидкость, стекающую на дорожку, отгоняя от себе навязчивую мысль сжечь находку. Поступить так - значит сделать очень глупый поступок. Огонь может сделать только хуже, может «запустить» какой-либо пагубный процесс, неизвестная руна может «охранять» ритуал и взорвется, если почувствует пламя. Беда могла случиться в любое мгновение.

Хейман продолжал осмотр птицы без всякой системы. Мысли путались, толкались в голове, мешали сосредоточиться. Однако спустя некоторое время боевой маг смог совладать с собой и сосредоточиться, что сразу привело к смене картины. Вопрос: «кто мог сделать такое?» сменился рядом других. Фиолетовая жидкость продолжала медленно изливаться на землю, сердечко птицы, и обнаженные внутренности блестели в тех местах, где к ним еще не прилипли мелкие песчинки. Тление не тронуло обнаженных, иссеченных мышц, свежая кровь нехотя мешалась с чужеродной, смертельной субстанцией. Птица погибла недавно. Кажется, своей утренней прогулкой Хейман спугнул того, кто начал ритуал. Вероятно, виновник до сих пор где-то поблизости.

Поднявшись на ноги, Хейман в который раз осмотрелся. Не примятая трава по обеим сторонам дороги стояла высоко, никаких следов на дороге нет. Если кто и был здесь, то он ушёл в том же направлении, в котором следовал Хейман. Впрочем, это утверждение тоже могло быть ложным. Владеющий магическими искусствами мог и траву поднять, и следы за собой стереть. Тем не менее, ощущение того, что за ним наблюдают, молодого мага не покидало. А что там с этим символом? Знания и навыки не позволяли Хейману понять с чем он имеет дело. А вот Аезелвалф или Финикс могли помочь. Но Аезелвалф пока далеко. Оставалась только темная чародейка, такие вот загадки – её профиль, она должна будет понять и объяснить, что боевой маг тут нашел. Впрочем это создавало очередную проблему – как донести этот сложный символ до чародейки? Браться за сердце нельзя. Перерисовать на бумажку? Но письменных принадлежностей у Хеймана с собой не было. Чертить формулу на шаблоне нельзя по причине «запуска» неизвестного проклятия и уж тем более нельзя наносить символ на себя. Осталось только надеяться на свою память.

Пытаясь запомнить сложный узор, боевой маг очень надеялся, что его тут не найдёт какой-нибудь случайный прохожий и пока ему везло – случайных свидетелей не появилось. Тем не менее, новые вопросы разжигались всё ярче. Что теперь делать с курицей? Идти к Голове и рассказывать про находку? Но правильным ли будет это решений? К кому в деревне можно подойти с такой находкой? Может быть та самая ведьма, которую ищут София и Ниона, живёт в «Волчьих ямах» и проводит подобные ритуалы? Молодой воин понимал, что теперь никому не может доверять, даже Рогуде, понимал, что утренняя находка кардинально поменяла его мнение об этом месте и об этих людях. Он тут чужой. Он никого не знает, ни с кем хорошо не знаком. В эту мерзость мог быть втянут какой-нибудь посторонний человек, а могла вся деревня. Сказать об этой беде всем, наверное, было бы верным решением, но недоверие заставило воина поступить по-другому. Хейман лег на землю, защитив себя мощным шаблоном, установленным под углом, осторожно «схватил» магией изуродованное тело птицы, и телекинезом швырнул его подальше в высокую траву. Да, он сильно рисковал. Защитный шаблон мог не выдержать мощи проклятья, мог вообще не создать ему препятствия, однако удача была на стороне воина, и короткий импульс заставил исчезнуть тушку птицы среди зеленых стеблей.

Вокруг всё так же никого. Дорога пуста. Лишь ветер шумит листьями на деревьях, да играет травинками. Пейзаж дышал спокойствием и только лужица фиолетовой слизи напоминала об утреннем событии. Вдруг, словно разряд молнии пронзил Хеймана. Грубо, чистой магией, без шаблона, он «смахнул» остатки слизи в траву вслед за тушкой и что было сил побежал по дороге дальше. Ведь если неизвестный бросил ритуал, то единственный его путь по дороге дальше, в сторону от Волчьих ям к Совиной поляне. Как же он сразу не сообразил и не попробовал догнать виновника и автора темного ритуала? Сколько времени было потрачено в глупом разглядывании курицы? Вероятнее всего, никаких шансов что погоня закончится успешно уже не оставалось.

Маг добежал до развилки с тремя путями, ведущих в Волчьим ямам, к ещё одной развилке на Лу Фолк и Совиную поляну и прочь из края Тысячи рек – та самая дорога, по которой все они прибыли сюда. И вновь никого, на дорогах только следы от прошедшего стада, что пастухи уже вывели на пастбища по утру. Время упущено. Почему-то Хейман не сомневался, что незавершённый тёмный ритуал – это результат работы той самой ведьмы. Одновременно с этим пришли сомнения в силах Софии и Нионы, в их возможностях справится с той, что годами могла оттачивать губительное мастерство. А что, если ведьма сейчас направилась к домику целительницы? Девушка живёт одна, далеко от людей. Идеальная цель для внезапного удара!

Задыхаясь от недостатка воздуха, Хейман остановился у самых дверей домика Нионы и со всей силы постучал по дереву. Тишина. Вновь удары в дверь и вновь тишина. Дверь закрыта и её охраняют простенькие заклятия. Либо Ниона не ожидала, что кто-то будет вламываться к ней, либо не владела искусными заклинаниями для защиты жилища. В любом случае, чары наведённые целительницей рухнули практически мгновенно, и Хейман оказался внутри. Домик пустовал. Внутри никаких следов борьбы. И тот самый идеальный порядок. Даже слишком идеальный. Впрочем, Хейман уже был в этом домике и видел, что хозяйка даже баночки расставляет на одной линии и на одинаковом расстоянии друг от друга. Изучив дом, молодой воин так и не смог подтвердить своих опасений, однако и развеять их тоже не вышло. Простейшие поисковые заклинания не нашли следов скрытой крови или применения магии. Наверное придётся примириться с мыслью, что целительница просто ушла по делам, а искомая с самого утра ведьма могла скрыться в другом направлении. Хейман находился в таком смятении, что уходя не стал закрывать дверь в дом, оставив её полуоткрытой.

4 Ве́стим Су́а. Утро.

Случай с утренним, незавершенным ритуалом оказался словно хорошей оплеухой, ведром ледяной воды, вылитой на голову. Теперь Хейман стал более внимательным, более чутким, словно молодой, одинокий волк на охоте. Он не стал относиться к людям хуже, однако теперь боевой маг не доверял никому. Кто-то ему лгал. И лгал с самого начала. Кто-то притаился рядом. И этот кто-то запланировал нечто тёмное, опасное. Но шли дни за днями и никаких новых странностей не происходило. Либо ведьма была напугана, либо готовила что-то похуже, чем странное заклинание на основе крови, магии Смерти и бедной, мёртвой курице. В конце концов, в своих мыслях боевой маг на первое место среди подозреваемы поставил Рогуду. У неё дома он ни разу не бывал и кто знает, может быть там, у одинокой женщины спрятаны проклятия или заготовки для ритуалов хуже того, что он видел.

В своих сомнениях и подозрениях Хейман так и не продвинулся. Возможно требуется больше информации, а заодно, как бы неприятно это не было, и советы от других участников группы. Неприятно, что в это дело придётся вмешивать других, Хейман с радостью бы вышел один на один с опасной ведьмой, без оружия, просто с голыми руками, однако, как до неё добраться? Неприятно вновь общаться с заносчивой виконтессой, находится по её надменным взглядом полуприкрытых глаз, словно она общается с неразумными детьми и все они не достойны её времени. Неприятно видеть Финикс, которая обязательно попытается «подцепить» грубостью, или дерзким словом, словно она не боится за такие слова получить порцию неприятностей. Однако, спустя полные сутки после события с прерванным ритуалом, Хейман заставил себя поставить свернутую бумажечку с кратким описанием прошедшего события. И к неприятному удивлению воителя, София «забрала» его записку лишь спустя полный световой день. Значит виконтесса не так часто «проверяет» якоря своей группы. Чем же таким важным она занята? И тем не менее записка произвела на Софию впечатления, раз та незамедлительно назначила сбор группы на ближайший, свободный вечер.

- Я готов поручиться за Лейота. – Громко сказал Лим и слегка дёрнул плечами. – Он тут не так давно, однако скольким уже смог помочь. И работать умеет…

- А ловить рыбу он тоже умеет? – Приказчик медленно перевёл взгляд с Лима на Хеймана.

Хейман не успел ответить, так как вновь вмешался разгорячённый Лим.

- Умеет, а если не умеет, то я сам его научу.

Этот ответ приказчику не понравился и он слегка скривил губы.

- Мне не нужны люди, которых прежде надо учить…

- Я умею ловить рыбу. – В этот раз Хейман успел вставить слово быстрее, чем уже успевший раскрыть рот Лима.

По лицу приказчика можно было явно прочитать, что эта ситуация ему всё ещё не нравится, однако, подумав, он вписал имя, под которым скрывался Хейман, в список.

- Будешь работать во втором отряде. – Буркнул приказчик и бросил перо на стол. – Деньги делятся между участниками отряда по долям. Три доли старшему отряда, две доли надсмотрщикам, полторы доли рыбакам и по одной доли грузчикам и заготовщикам. Оплата по количеству бочек. Всё понятно?

- Да, мы всё поняли, не первый раз уже… - Нервно бросил Лим. Словно стараясь быстрее расправится с самым худшим. Хейман лишь кивнул.

Когда именно рыба пойдёт по воде должны были выяснять специально обученные люди. Хейман видел их уже не первый день. Они выходили на своих маленьких лодочках на центр реки и опускали в воду какие-то небольшие, тяжелые приборы на длинной веревке, словно пытались ими дотянуться до дна. Кто знает, может быть так оно и было. Как именно работают эти приборы молодой маг не знал, но жители «Волчьих ям» относились к этим людям и их действиям спокойно – очевидно не первый раз они видели подобную работу и знали, что последует за ней, когда один из наблюдателей наконец-то объявит, что рыба пошла.

- Спасибо, что поручился за меня, Лим. – Едва выйдя из избы, Хейман бросил взгляд на наблюдателей. Но те, качаясь на своих маленьких лодочках, всё так же лениво опускали странные приборы в воду. Время ловли рыбы пока не наступило.

- Конечно, о чём речь? – Искренне улыбнулся парень. – Тем более, что чем нас больше, тем лучше.

- Будут какие-нибудь советы новичку?

- Да. Подготовь и отремонтируй сети, что бы не получилось, как в мой первый сезон.

Что именно там случилось с Лимом в его первый сезон Хейман решил не узнавать. Маг лишь криво улыбнулся, махнул рукой, прощаясь с парнем, и пошёл по своим делам. Похоже предстоящая добыча рыбы было единственным событием, что могло отвлечь его от мыслей о тёмных ритуалах возле «Волчьих ям». Впрочем, предстоящая встреча с группой нет-нет да «всплывала» и чем ближе был этот день, тем чаще Хейман задумывался над её содержанием. Мастера поручили решить вопрос с ведьмой Софии и Нионе, однако, молодой воин всё чаще задумывался – а не предложить ли аристократке изменить состав группы? Он был уверен, что сможет справится с ведьмой в одиночку. С Авиллой это уже превращалось из задачи в лёгкую прогулку. Софии не за чем рисковать собой, не за чем рисковать целительницей, когда в отряде присутствуют два боевых мага. Однако, надменная виконтесса могла запросто отклонить такое предложение. Как бы её гордыня не завела всю группу в беду.

*****

5 Ве́стим Су́а. Ранний вечер.

София вновь назначила встречу на вечернее время и как бы Хейман не пытался уйти в город незамеченным, за ним всё же увязался Лим. Маг давно заметил, что Лим пытается навязать ему своё общество. То он просил помощи, то наоборот, предлагал свою. Хейман даже стал подозревать, что этого парня специально приставили к нему с целью разведки и слежки. Воин не думал, что его вычислили. Это было бы возможным, только если бы кто-то из группы нарочно указал на него. Скорее всего эта ситуация объяснялась проще – Лим просто искал общения. По крайней мере чутьё Хеймано молчало. Молчало оно и про событие с прерванным тёмным ритуалом, каким-то невероятным образом появившемся на горизонте его нынешней жизни. Это событие с мёртвой птицей не вписывалось в картину, выпирало наружу, словно неправильно положенный камень в каменной кладке. Словно кошмарный сон, что не принёс с собой ничего, кроме воспоминаний. И от этого, маленькое, тёмное событие становилось только страшнее.

В Лу Фолке отвязался Хейман от Лима не сразу. Куда бы он не хотел пойти, парень сразу же следовал за ним. Таким образом они уже посетили несколько магазинов и, Хейман не сомневался, что если бы ему потребовалось посетить оружейную, то Лим увязался бы за ним. Спасение пришло на центральной площади перед городской ратушей, где воин наконец смог скрыться в плотной толпе. Однако добраться до крепостницы наёмников оказалось непростой задачкой. Это было его вторым посещением Лу Фолка и на знание города рассчитывать не приходилось, поэтому не удивительно, что на встречу боевой маг прибыл с опозданием.

- А! Привет! – Поздоровался со всеми присутствующими Хейман. – Знаете, так приятно, когда стражи узнают нас в лицо! А я погляжу тут всё так же, без изменений.

Однако никто шутку не оценил. И изменения всё же были. Финикс вместо обычного злобного взгляда быстро посмотрела на вошедшего словно с испугом и сразу отвернулась. Выражении лица Авиллы возвещало о бесконечной скуке и это было очень странно. В последний раз его подруга была в ярости, которую могла сбросить либо на тренировке, либо в драке. Значит воительница уже успела помахать кулаками, а может даже мечом. В остальном и правда всё было как и прежде. София сидела с таким же чуть скучающим видом что и Авилла, катая по деревянному столику колечко. Ниона разглядывала пол, нервно выламывая пальцы. Однако, стоило только Хейману войти как всё это молчаливое оцепенение спало.

- Приветствую, Хейман. – Голос Софии был напряжённым, наверное её так же одолевали неприятные воспоминания о прошлом разговоре. Дождавшись когда вошедший расположится на одном из стульев, виконтесса сразу приступила к делу. – Расскажи, пожалуйста, всей группе о том событии.

Хейман боковым зрением заметил, как, слегка повернув голову, заинтересовала Финикс его рассказом. На его памяти, впервые во взгляде чародейки вместо мрака и недовольства впервые появилась задумчивость. Приблизительно так же вели себя Авилла и София, только смотрели они прямо на него, а не в пол. В какой-то момент его рассказ прервала виконтесса.

- Что это был за символ? Удалось запомнить?

Маг молча положил листок с нарисованной руной на неровный столик. Некоторое время все присутствующие разглядывали листок, однако постепенно все взгляды перевелись на Финикс. Похоже остальные так же не поняли, что лежит перед ними. В конце концов Финикс отрицательно помотала головой.

- Нет. Нет. Что-то не то. Это ерунда какая-то. – Чародейка посмотрела на Хеймана. – Он точно так выглядел?

- Таким я его запомнил.

- Либо ты ошибся, Хейман…

- Я мог ошибиться в мелочах, но сам символ был именно такой. – Грубо прервал виконтессу маг.

- Может быть просто тебе не хватает мозгов что бы понять что перед тобой? – В разговор вмешалась Авилла. Причём говорила девушка не с обычным ехидством, а очень холодно. Она хотела разжечь конфликт. Похоже у неё получилось, так как темная чародейка вскинулась сразу.

- Если ты такая умная, то попробуй сама объясни…

- Авилла, хватит! – Тут уже вмешалась София, слегка повысив голос. – Прекратите обе!

Навряд ли виконтесса и темная чародейка могли остановить Авиллу, та уже собиралась что-то сказать, однако поймала взгляд Хеймана. Боевой маг отрицательно покачал головой и только это смогло сдержать воительницу. Потребовалось несколько мгновений, прежде чем все вновь овладели собой.

- Так что там, Финикс? – Наконец прервала молчание София. – Ты уверена что этот символ ничего не значит?

- Да, уверена. – К чародейке вновь вернулся её злобный взгляд. – Однако, если ты тоже считаешь, что мне не хватает мозгов…

- Финикс, успокойся и сконцентрируйся. Нам лучше знать с чем мы имеем дело…

- С ерундой. - Чародейка взяла листок со стала, скатала его в трубочку и слегка покачала ею в воздухе. – Я попробую воспользоваться руной, но это бессмысленная трата времени и сил, если только...

Все, даже рассматривающая пол Ниона, перевели взгляды на замершую чародейку.

- Что? – Раздражённо бросила Авилла.

- Если только эту магию не привезли из иных земель…

- Подожди. – София мотнула головой. – Ты хочешь сказать, что эта формула завезена сюда магом из других стран?

- Это вполне вероятно.

- А это не может быть просто дикой формулой? Например, ведьма. Она могла такое придумать сама?

Финикс медленно покачала головой.

- Я не уверена. Слишком сложная руна.

- Правильно-ли я понимаю, – вмешалась в разговор воительница. – Что ты хочешь активировать непонятную тебе руну, возможно завезённую из чуждых земель, так ещё и посреди города?

На какой-то миг Финикс прикрыла глаза, словно неразумный ребёнок задал ей особенно глупый вопрос.

- Во-первых, это руна не работает как формула. – Терпеливо-напряжённым голосом начала объяснять чародейка. – Во-вторых я не собираюсь повторять это заклинание, я просто попробую изучить его. Для этого не обязательно всё повторять, резать курицу и прочее…

В комнате опять повисло молчание. Впрочем долго оно не продлилось.

- Почему ты так уверена, что это безопасно? – Не отступала Авилла. – Ты не можешь знать всё про магию смерти.

- Я знаю достаточно. – Голос Финикс исказился до злобного шёпота. – А тебе лучше бы тебе в это дело не влезать.

- Авилла! – Вновь попыталась осадить воительницу виконтесса. – Ты работаешь в группе, тебе придётся научиться доверять остальным.

- Доверять? Этой? – Воительница дёрнула подбородком в сторону Финикс и смерила её взглядом полным презрения.

Однако на этот выпад ни Финикс ни София не ответили. Чародейка молча убрала свернутый листок в свою сумочку, а виконтесса, сдерживая раздражение, покачала ногой и мотнула головой в сторону Хеймана.

- Хейман, будь добр, расскажи, что было дальше.

Продолжив, воин поведал, как пытался догнать неизвестного, как побежал к дому целительницы и как убедился в том, что след был потерян. Воин ожидал буйной дискуссии, высказывания предположений, однако вся группа, за исключением Нионы, ушла в глубокую задумчивость. Дважды за время рассказа целительница бросала испуганный взгляд на Хеймана, но за всё время своего пребывания на этом сборе не произнесла ни слова. В конце концов магу это надоело.

-Это ведь может быть та самая ведьма?

София медленно повернула голову в сторону Хеймана, однако ответила не сразу, дважды она приоткрывала рот, собиралась что-то сказать, и дважды что-то её останавливало. И когда маг захотел пришпорить обстоятельства, аристократка, наконец, ответила:

- Может быть, но я в этом очень сомневаюсь.

- Почему? – Как и предполагал Хейман, виконтесса не согласилась с его теорией.

- Потому что место проведения ритуала довольно далеко от места проживания ведьмы. Ей пришлось бы пройти мимо Совиной поляны, или даже через неё, мимо дома Нионы и преодолеть полпути под Волчьих ям. Это больше двух часов пути. Так ещё идти обратно. Смысла в этом нет.

- А почему бы и нет? Откуда ты знаешь что творится в голове у ведьмы?

- Насколько я поняла, жители Совиной поляны о ведьме отзываются положительно…

- В Совиной поляне может быть, но почему так же должны относиться к ней в Волчьих ямах? И вообще, с чего вы взяли, что ведьма живёт в западном лесу? – Продолжал наседать Хейман.

- Ниона нашла её домик…

- А вдруг это домик охотников?

- В ближнем, западном лесу нет охотничьих угодий. Мне это известно от Нионы и от владельца здешних земель – маркиза Ару Ле Фолозора. Все охотники сейчас за западным лесом в предгорном краю. И уж тем более вряд ли охотники будут выращивать аптекарский огород.

Но Хейман не собирался так просто сдаваться. Он заметил, что за разговор следила вся группа, но пока никто не вмешивался.

- Тогда почему бы не предположить, что у ведьмы может быть несколько домиков в разных местах? Она вполне могла обосноваться во всех деревнях.

- Согласна, Хейман, такое вполне может… - София замолчала и чуть прищурившись, внимательно посмотрела на мага. – Погоди! Чего ты хочешь добиться, Хейман?

- Дело, похоже, серьёзное, а ведьма опаснее, чем мы можем предполагать. Я хочу тебе предложить послать к ведьме меня и Авиллу. Таким образом не надо будет рисковать ни тебе, ни Нионе.

У Авиллы от удивления брови поползли вверх, а бегающий от виконтессы к боевому магу взгляд целительницы заблестел, воспылав огнём надежды. Однако аристократка уже отрицательно качала головой.

- Нет. Я так не сделаю, пока не захочу решить этот вопрос силовым методом…

- Там опасная тварь, София, - Хейман ткнул пальцем куда-то в стену. - Зачем рисковать?

- Потому что ритуал могла делать не она…

- А если всё же она?

- Хейман, оправив вас с Авиллой я рискую превратить обычный разговор в резню…

- Напрасно ты так, София, идея-то хорошая. – В разговор вмешалась Авилла.

Тем не менее виконтесса оставалась непреклонной. Двойной нажим Авиллы и Хеймана, подкреплённый жалобным взглядом целительницы ничего не дали и план оставили без изменений. Непонятно почему, но София не приняла к сведению аргументы Хеймана и решила действовать по-своему. В конце концов виконтессе надоел этот спор и сославшись на поздний час она распустила собрание.

- Глупо так рисковать, София. – Хейман поднялся на ноги и направился к двери. – Ты с ведьмой можешь не справится.

- Я? – Виконтесса нервно взмахнула рукой. – Я квалифицированная и обученная чародейка, Хейман, мне вполне под силу справится с местной лесной ведьмой. Но, даже если я не справлюсь, то смогу обеспечить безопасность и себе и Нионе.

- Ведьмы бывают очень талантливые и сильные, сколько магов уже погибло недооценив своего противника.

- Хейман, я уже всё сказала! – Повысив голос, аристократка уже не скрывала своего раздражения и недовольства. – Мы с Нионой сами выполним свою часть задания.

Маг лишь пожал плечами и покинул комнату. На улице он задержался, издали наблюдая за тренирующимися наёмниками. В какой-то миг мимо, молча, быстрым шагом пронеслась Финикс, следом вышла Авилла.

- Меня ждёшь? – Голос девушки был непривычно мягким.

- Жду. – Кивнул Хейман. – Как у тебя дела?

- Неплохо, однако пока ничего интересного не произошло.

Боевой маг кивнул.

- А хорошо ты придумал с ведьмой! Я бы с удовольствием размялась.

- Скучаешь по сражениям?

- Немного. Хотя, иногда мне кажется, что лучше было бы без них. Мне уже пора бежать. Пока, Хейман! – Девушка легонько провела пальцами по его плечу, где заживала недавняя рана, улыбнулась и сбежав по ступенькам, устремилась в сторону бараков.

Боевой маг смотрел в след удаляющейся подруге, настроение которой вполне можно было считать хорошим. Где же она уже успела подраться? И чем ей успела насолить Финикс? Впрочем, сегодняшний сбор лично ему ничего толком не дал. Сомнения не развеялись, что-то новое узнать не удалось. Остаётся только надеяться, что уверенность Софии в своих силах обоснована и она справится с первой частью задания.

****

5 Ве́стим Су́а. Ранний вечер.

- А почему ты отказалась? Разве так было не лучше?

- Нет, Ниона, не лучше. – Раздражённо произнесла виконтесса. – Это задание поручено нам с тобой и мы его выполним вместе.

Целительница не смогла собраться с духом и продолжить эту тему. Она лишь жалобно смотрела на аристократку, пока та продолжала объяснение плана.

- Я прибуду к тебе послезавтра вечером, и на следующее утро мы отправимся к ведьме. Поняла?

- Да, София.

- И приготовь какое-нибудь платье для меня. Было бы неразумно с моей стороны ходить по деревне в этом. – Аристократка указала на свою дорогую одежду, чёрных, серебристых и синих тонов. – Так как роста мы с тобой почти одинакового, думаю проблем с этим у тебя не возникнет.

-Да, конечно, София.

- В таком случае ты свободна.

Понурившаяся целительница не попрощавшись вышла за остальными участниками группы.

Глава 18

5 Ве́стим Су́а. Поздний вечер.

София оценивала туфли для бала из двух разных танцевальных наборов. Одни тёмные, другие светлые и одни из них завершат свою жизнь в течении ближайших дней. Жаль, что они такие хрупкие. Было бы просто замечательно, если бы танцевальные туфли выдерживали больше одного выхода, но это просто невозможно. Даже укреплённая магией обувь не смогла бы продержаться дольше обычной.

- Возьму вот эти. – Наконец произнесла София, бросив белую туфлю в коробку. – Подготовь пожалуйста тёмное.

- Конечно, госпожа. – Соя бросила поправлять кайму светлого, бело-синего платья и вновь обратилась к тёмно-синему.

Наконец-то! Этот день настал! В списке современных развлечений были званные обеды, театральные представления, игры в садах и парках, настольные игры, однако больше всего София любила балы. Кружится в бешенном темпе под ритмичную музыку, в невероятной близости проносясь мимо других пар, а потом, уже утром, возвращаться домой, чудом держась на ногах, после бессонных ночей и многих часов беспрерывных танцев. Наверное, не все бы согласились в выборе развлечения с молодой аристократкой, предпочитая более спокойные способы проведения досуга. Однако для себя девушка выбора сделала давно и однозначно. Бал, даже самый скромный, София пропустить никак не могла.

- Соя, а у вас в городе есть хороший мастер по изготовлению обуви? – София бросила тёмную туфлю во вторую коробку. – Кажется, очень скоро он мне понадобится.

- Есть, - Служанка кивнула, не отвлекаясь от осмотра платья. - Графиня Солива заказывает себе обувь у одно из местных мастеров, могу узнать поподробнее.

- Узнай, пожалуйста. Если он, конечно, изготавливает танцевальную обувь.

- Да, госпожа. – Всё ещё критично осматривая платье, Соя по привычке умудрилась выполнить короткий реверанс, который можно было назвать разве что посредственным.

Предоставив служанке дальше разбираться с платьем, София взяла с полки книжку с причёсками и серьёзно задумалась над выбором. Далеко не все они подходили для бала. Кружась или резко повернув голову при выполнении танцевального элемента можно было получить «хвостом» или каким-нибудь выбившимся локоном по лицу или по глазам. Неудачные для такого вида развлечения причёски виконтесса пометила отдельно, вычислив некоторые из них на практике.

- Соя. – Задумчиво произнесла София.

- Да, госпожа?

- Мне потребуется четыре маховых пера ворона, возьмёшь их в том шкафчике слева. Только посмотри, что бы они были целыми и не растрёпанными.

-Да, госпожа.

Ещё немного полистав книжку, виконтесса в очередной раз убедилась в правильности выбора. Высокая причёска с «хвостом» почти до пояса, подвижность которого будут ограничивать направленные вниз четыре пера и хитрая система узлов, а подаренная Алифисой золотая диадема с тремя крупными сапфирами обеспечат жёсткость и прочность всей конструкции. Со спины эта композиция будет выглядеть гораздо красивее, чем спереди. Однако для бала, наверное, так даже лучше.

- Госпожа, пора его одевать.

Вздохнув и покачав головой, София отложила книжку в сторону. Платье на которое лёг её выбор довольно плотное и тяжёлое. Наверное на балу в нём будет жарковато. Однако, не смотря на все эти недостатки, оно было очень удобным. А ещё, когда в перерывах между танцами можно будет выйти подышать из душного зала на балкон, оно прекрасно защитит от холодного ночного ветра, что было актуально особенно сейчас, в наступившем золотом Вестим Суа.

*****

5 Ве́стим Су́а. Вечер.

Север Вилларии всегда соперничал своим богатством с югом королевства. Могучая, долгая, широкая река Олова представляла собой важную транспортную артерию, вдоль которой выстроились пухнущие от оживлённой торговли города. По Олове даже поднимались морские корабли с глубокой осадкой, вплоть до Фореки, где они сбывали привезённый товар и загрузив новый, медленно спускали обратно до солёной воды и шли дальше, в края для многих неизвестные. На другой стороны реки начинались земли Силдерена, который хоть и с множеством оговорок, считался может быть и не союзником но партнёром Вилларии. Не смотря на прохладные отношения, между королевствами велась бойкая торговля. Север слал пушнину, древесину, смолу, ягоды, особые сорта мёда, бесценные шкуры животных и рога благородных оленей в обмен на южные богатства, в число коих входили: железо, белые, бурые и красные сорта мрамора, южные фрукты и орехи, перья экзотических птиц и практически бесценный розовый воск, использующийся в ритуалах и обрядах. Даже пройдя войну, этот край, продолжал представлять собой чуть ли не самую живую торговую область во всех четырёх королевствах. Здешние земли быстро восстановились и вновь расцвели. Не удивительно, что местные наместники как, например, маркиз Ару ле Фолозор обладали несметными богатствами. София точно знала, что маркиз имел во владениях как минимум четыре дворца – и это только из известных виконтессе – крепость, что окружала и защищала своими стенами Лу Фолк и не меньше шести охотничьих домиков и усадеб. София предполагала, что бал будет проведён в одном из этих дворцов, вероятно в самом большом, находившимся в центре Лу Фолка. Однако девушка ошиблась. И раскачивающаяся на неровной дороге карета везла её туда же, куда её приглашали праздновать Вихи Нэй.

Возвращение в место от которого виконтесса не успела отвыкнуть навевало лёгкую разочарованность, ведь хотелось посмотреть на новые места, оценить стили архитектуры и убранство других дворцов, но всё это было мелочью, по сравнению с тем фактом, что ехала она на бал. Алифиса в шутку называла увлечённость своей подопечной танцами «одержимостью», однако сама наставница, похоже, получала не меньшее удовольствие от балов и очень охотно отвечала на приглашения. Но без плюсов не может быть минусов. Этот вид развлечений «разрывал» дуэт Алифисы и Софии на двое до конца празднества, так, что пообщаться иногда удавалось только в карете, следующей обратно в академию. Помимо этого не всегда удавалось найти удачного партнёра на танец, так как далеко не все обладали безмерной энергией юной аристократки, и, кажется, не всем хотелось проводить все ночь на пролёт кружась по огромному залу.

Достаточным количеством знакомств Софии пока обзавестись не смогла, и бал – это одно из тех событий, где этот недочёт можно было исправить. Для наибольшей пользы ей нужно было встретиться и пообщаться с новыми людьми, а не с теми что уже встречались раньше. Однако не всё было просто. София чувствовала, как вскипают эмоции от мысли, что управляющий городской казной Толо Руден может быть на этом торжестве. Пытаясь себя убедить, что с Толо у неё получилось только знакомство, без какого-либо долго общения, виконтесса не могла избавится от мысли, что желает общения только с этим молодым человеком. Очередные жалкие попытки уверить себя в том, что ею движет необходимость связаться с человеком имеющим выход на казну, не продержались и нескольких минут. Нет, теперь София хотела узнать Толо ближе, узнать каков он, узнать, что прячется за безупречными манерами. От этих мыслей предстоящий бал казался особенным, гораздо более ярким и светлым, чем все что были до этого. Наверное она выбрала слишком жаркое платье, а может быть дело было в чем-то другом, и что бы как-то охладить пышущее жаром лицо, девушка открыла оба смотровых окошка и даже взялась за веер, который не выпускала из рук до самых парадных ворот.

Остывающий вечерний воздух встретил чародейку яркой смесью пряных ароматов наступающих сумерек, голосами прогуливающихся в парке гостей и музыкой, гремящей из распахнутых окон дворца, возвещающей о том, что бал уже начался. Выход из кареты получился не слишком удачным – девушка чуть не упала, ступив на булыжную дорожку. Удачное отсутствие посторонних в непосредственной близости помогло скрыть неловкий момент. Теперь София уже с предельной осторожностью преодолевала неровную дорожку явно неподходящую для танцевальной обуви. Уже за воротам её встретил знакомый парк, который удалось исследовать во время прогулки с виконтом Шулье. Скрытые под вуалью надвигающейся ночи прогулочные дорожки выглядели совершенно не так, как днём. София поймала себя на мысли, что ей действительно нравится гулять в этом просторном, людном месте. Желтые огоньки фонарей тускло сияли подавленные мощью закатного Солнца. Каждый час суток создавал особое очарование этого места, парк выглядел восхитительным и особенным в любой момент времени и при любом освещении. Однако, на взгляд аристократки, в парке катастрофически не хватало фонарей для комфортной прогулки и если по главной, широкой улице ведущей от ворот к фонтану и дому вполне можно было пройти без проблем, то вход в лабиринт, или тропа к пруду с беседками был скрыт тьмой неподвластной свету фонарей.

Во дворце София решила не объявлять о своё присутствии, о чём сразу же предупредила герольда. На бал было приглашено много гостей и лишнее внимание сейчас было совсем не кстати. Девушка всё ещё надеялась, что успеет найти своих немногочисленных знакомых раньше, чем кто-либо из них найдёт её. Но время бежало, мимо проходили люди, а компанией девушка так и не обзавелась. Не было видно ни барона, ни виконта Шулье, ни Толо Рудена. Наверное было слегка наивно быстро отыскать их в такой толпе. И может быть более верным решением было бы бросить тратить время на поиск старых знакомых, начав поиск новых? Постукивая по ладони сложенным веером, София всматривалась в лица людей, но никак не могла выбрать кого-либо. У Алифисы это получалось как-то проще. Она практически сразу выбирала с кем можно было провести вечер, просто поговорить, обменяться парой новостей и тех, на кого время тратить не стоит. К сожалению, такими талантами её воспитанница обзавестись не смогла, поэтому аристократке только и оставалось, что стоять в нерешительности у входа во дворец и скручивать в руках ни в чём не повинный веер.

- «Стоп! – Софию поразила внезапная мысль. – Зачем бесцельно оббивать порог? Почему бы просто не пойти в танцевальный зал? Времени пока много, праздник только начался, кто-нибудь да найдётся.»

Довольно легко аристократка выкинула из головы первоначальный план и своё желание увидеть конкретных людей. Экзамен пока ещё только в своём начале, а значит возможностей у неё ещё будет предостаточно. На сердце сразу стало значительно легче. Праздник словно бы ожил, оглушив девушку пестротой звуков, голосов, музыки. Уж если она сюда приехала с целью развлечься, то самое время приступить именно к достижению этой цели. Нечего запирать свои мысли и желания в темницы мыслей!

Главный зал располагался на втором этаже. София его помнила. Именно там она проводила всю ночь Вихи Нэй в компании Шулье и герцога ле-Фолозора. Уже на подходе, на битком забитой людьми лестнице виконтесса начала получать знаки внимания. Вежливо здороваясь, не отказываясь от приглашений, но и не соглашаясь на них, девушка добралась до распахнутых двойных дверей. Музыка не звучала, а по залу хаотично перемещались гости. Значит сейчас перерыв - самое время найти себе партнёра для танца, занять место среди других пар или выйти подышать на свежий воздух. София с удовольствием, еле сдерживая улыбку, разглядывала гостей, следила за их общением, отмечая как жадно хватают воздух только что закончившие танец леди в бальных платьях и как поправляют края своих платьев их партнёры.

В какой-то момент девушку словно поразила молния. Толо Руден стоял возле стены, боком к ней и беседовал с двумя не знакомыми ей мужчинами. Каких-либо сил подойти и поговорить со служащим казны София в себе не ощущала, зато появилась острая нехватка воздуха и непреодолимое желание выйти на продуваемое крепким, холодным ветром крыльцо. Вновь пробираясь через толпу, плохо разбирая дорогу и плохо понимая тех, кто к ней обращался с вопросами, девушка, наконец, вновь очутилась на крыльце. Она обнаружила себя возле мраморных перил, в которые до боли вцепилась пальцами. Постепенно овладевая собой и своим дыханием девушка начала воспринимать звуки вокруг, замечать людей рядом, а сделав ещё пару глубоких вдохов, виконтесса нашла в себе мужество осмотреться, как раз в тот самый момент что бы заметить, подходящего к ней Толо.

- София, истинное наслаждение видеть вас сегодня в этом месте. – Голос управляющего казной, выполняющего поклон, был тих, но очень хорошо различим в окружающем шуме.

- И… и я рада видеть вас, Толо! – Дрожащий голос и отвратительный реверанс, который чуть не лишил равновесия, сильно обескуражили виконтессу, заставив её растерять последние остатки уверенности. Хорошо, что склонивший голову собеседник эту неудачу, кажется, не заметил.

- Не могли бы вы, София, доставить мне удовольствие, составив мне компанию? – В отличие от девушки, Толо держал себя прекрасно, и чародейка не могла понять, заметил ли он её неловкость.

- Конечно, с удовольствием. - Голос всё ещё предательски дрожал, и до самого зала София, ведомая под руку её спутником, прошла молча, благо сам Толо тоже хранил молчание. Однако, у дверей Толо остановился.

- Предпочтёте танцы? А может быть более тихие развлечения или просто общение?

Не найдя в себе мужество посмотреть в глаза собеседнику, девушка вновь осмотрела богатое убранство зала, увидела гостей, что уже не бродили беспорядочно, а разбились на пары. Совсем немного осталось до очередного танца. Почти заглушенное, но теперь растущее с новой силой возбуждение уверенно побеждало робость и София, гордо вскинув голову, почувствовала себя значительно лучше.

- Танцы – это замечательно! Я пришла сюда именно за этим!

- В таком случае вам придётся постараться, если вы хотите успевать за мной.

- Ах! Вы дразнитесь! – Виконтесса рассмеялась, ощущая, что первоначальная робость исчезла без следа. – Что бы вы знали, Толо, сегодня вам достался достойный партнёр.

6 Ве́стим Су́а. Ранее утро.

Выйдя на балкон, София оперлась руками о перила. Уже наступило утро и вместо прохладного ветерка на балконе, девушку встретило нежное тепло наступающего дня. Пытаясь восстановить дыхание, виконтесса мечтала только о том моменте, когда она уже сможет снять этот тугой, жёсткий корсет. Сердце колотилось, выбившаяся прядь волос колыхалась от каждого выдоха.

- Ну что? Может быть хватит на сегодня? – Пошутил Толо. Но сам он выглядел не лучше и дышал так же глубоко и часто.

София отрицательно мотнула головой и подняла вверх палец, словно собиралась что-то сказать, но воздуха всё ещё катастрофически не хватало. Толо лишь коротко рассмеялся на этот жест, однако так же ничего не сказал.

Наконец дыхание начало восстанавливаться. Виконтесса осторожно вплела выбившуюся прядь в причёску и обретя возможность говорить первым же делом обратилась к своему собеседнику.

- Мне кажется, что нам следует прерваться.

- Хорошая мысль. – Толо кивнул в сторону висевших в зале гигантских часов. – С прошлого перерыва прошло целых пять часов.

Уже практически восстановив дыхание, София принялась осматривать своё платье. Всегда хорошо закрепленные, иногда даже прошитые банты и ленты по своей дурной привычке могли сбиться на бок, сместиться, или пойти складками, что никак не добавляло красоты наряду.

- Вам так нравится «Танец птиц»? – поинтересовался Толо, говоря о последних проведенных двух танцах.

- Не особо. Это не самый мой любимый танец.

- Тогда почему же мы сейчас станцевали его дважды подряд?

- Мне больше нравятся классические вальсы. - Виконтесса, найдя состояние своего платья удовлетворительным, слегка повела плечами. - Однако я не могу согласится с тем, что «Танец птиц», не смотря на движения, вообще можно отнести к вальсам - слишком уж он быстрый. Но мне нравится его ритм и очень нравится сама композиция написанная Игона́ном Веревье́. Особенно тут хороши струнные.

- Не знаю этого композитора. Вы любите слушать музыку?

- Нет. Слушать – это слишком скучно, под музыку нужно что-то делать. Однако, что на счет предложения передохнуть?

- Полностью поддерживаю. – В этот раз уже Толо пожал плечами. – Буду ждать вас на крыльце.

Не теряя времени, София добралась до ближайшей гостевой комнаты. С трудом раскрывая тяжелую дверь, девушка искренне надеялась, что не найдёт за нею уединившуюся парочку. Ей повезло, в огромной светлой комнате, в сине-золотых тонах, было лишь несколько человек. Три леди молча крутились напротив гигантских зеркал, критично осматривая свои наряды. София подошла к ближайшему зеркалу и принялась делать тоже самое, однако это занятие было прервано, не успев толком начаться. Одна из трех неизвестных особ оказалась позади виконтессы, ожидая когда на неё обратят внимание. Виконтесса не знала эту молодую женщину, однако герб на её плече – испачканная кровью белая роза на золотом поле – пробуждал какие-то воспоминания. Где-то она его уже видела, или может быть слышала?

- Позвольте представиться. – После выполнения обоюдного реверанса первой представилась незнакомка. – Графиня Мериле́я О’Ленаха́н. А передо мной, я полагаю, виконтесса София Ферре?

Теперь София окончательно вспомнила и герб и имя. Это про неё некогда рассказывал виконт Шулье. Старшая носительница герба – Эллара О’Ленаха́н, участвовала в восстании против принцесс и по каким-то причинам была помилована. В данный момент перед молодой чародейкой стояла её дочь.

- Чем обязана вашему вниманию, Ваше сиятельство? – Не зная чего ожидать от своей оппонентки, София попыталась выполнить ещё один, уже долгий реверанс, но приветствие было прервано.

- Нет-нет. Я хочу просто поговорить.

Мягкий голос Графини излучал какую-то странную доброжелательность, окрашенную нотками печали и те же самые эмоции виконтесса отметила в глазах Мерилеи. Тем не менее, ничего кроме настороженности София не испытывала. Не стоит обманываться внешним видом и первым впечатлением. Кто знает какие цели сейчас преследует эта незнакомка в коричнево-золотом платье и какие мысли у неё на счёт этого разговора.

- Вы же приехали из Лорелии? А откуда, можно узнать?

Вполне стандартный вопрос Софии не понравился. Вероятно, возникшее чувство можно было списать на нынешнюю подозрительностью виконтессы. – Наши земли расположены на юге страны, у моря. Мы являемся третьими виконтами графа Мирио́льда де-Ко́рье.

- Там, должно быть очень тепло? – Не отставала незнакомка.

- Да, климат там очень жаркий.

- Хотела бы я побывать в Лорелии.

- Лорелия простирается на множестве земель. На нашем севере холоднее, чем на вашем и наш юг значительно теплее здешнего.

Но графиня как будто не слышала последней фразы. Взгляд её сделался рассеянным и ушел куда-то в сторону. София поняла, что попала «в ловушку». Молча покинуть старшую по титулу собеседницу она не могла и лишь надеялась, что сможет как-нибудь быстрее завершить немного странный диалог.

- Ваше сиятельство? Всё хорошо?

Словно бы «очнувшись», графиня перевела всё ещё «стеклянный» взгляд на виконтессу.

- На самом деле не очень. Вы же знакомы с моей историей?

- Нет. – Соврала София. – Я тут никого толком не успела узнать.

- Ох! Об этом так не удобно говорить! – Мерилея, заламывая руки затравлено осмотрелась по сторонам. – Моя мать по-молодости допустила серьезную ошибку.

Виконтесса молчала, давая возможность собеседнице выговориться. Возможно они сейчас доберутся до основной сути разговора. Судорожно вздохнув графиня взяла себя в руки и продолжила.

- Моя мать… Моя мать открыто поддержала Иносара Иннея в его незаконных притязаниях на престол. После войны она получила помилование от принцесс. Однако, не смотря на прощение, никто из местной знати не хочет иметь ничего общего ни с ней, ни со мной.

- У вас тут совсем нет друзей?

- Практически нет, но маркиз очень великодушен и добр к нам. – Графиня на мгновение задумалась. – Мне совестно, что я вам все это рассказываю… Вы же понимаете, мне не с кем тут общаться. А вы приехали из других земель и, может быть, вы уделите мне немного времени? Очень хотелось бы послушать ваши рассказы.

В данный момент графиня очень напоминала собой Ниону. Такая же не уверенная, ссутулившаяся в момент нерешительности, с бегающим, опечаленным взглядом горящим какой-то затаённой надеждой. Это поведение и образ абсолютно не шли графине. Мерилея была более чем на голову выше, чем София, и старше по титулу, однако, у виконтессы складывалось впечатление, что их глаза оставались на одном уровне. Что уж было говорить про странную просьбу графини. Хотя, София допускала мысль, что Мерилея, из-за действий своей матери могла быть изгоем в местном обществе и именно поэтому искала общества среди гостей. Удовлетворив эту просьбу, виконтесса могла бы прямо сейчас пообщаться с одной из самых интересных фигур в своём списке, не затратив при этом никаких трудов со своей стороны.

- Мирелия, прошу меня извинить, но меня ждут.

- Конечно-конечно! Я не расстроюсь. – Однако весь вид графини говорил об обратном.

- Ну, может быть как-нибудь в другой раз? Вы же часто выходите в Свет?

- Очень редко. – Мирелия покачала головой. – Мне особо не с кем общаться.

София покидала комнату отягощённая легким чувством жалости. Закрывая за собой дверь, она успела заметить графиню. Та стояла всё на том же месте, нервно перебирая пальцами единственный бант на платье.

*****

6 Ве́стим Су́а. Утро.

- Вот и я. – Возвестила о своём прибытии София. Толо ждал её возле главной лестницы. За те многие часы, что они провели в бальном зале, Солнце поднялось из-за восточного леса, а количество гостей заметно увеличилось. Теперь нынешний парк стал точь в точь таким же, каким его помнила София при прошлом посещении. Как такое количество людей может поместиться в одном бальном зале? Может быть их тут несколько? Однако сейчас девушке сейчас было не до этих мыслей. Толо сказал что-то такое, что было благополучно прослушано, взял её под руку и повёл куда-то за угол.

Тут их встретила широкая поляна, с ровно-подстриженной травой, на которой, возле немногочисленных деревьев, выстроилось множество палаток с бело-синими и бело-красными полосами. К этим самым палаткам Толо и повёл свою спутницу. Идти в туфлях по мягкой земле было не удобно, поэтому виконтесса, сконцентрировалась на удержании равновесия, не впопад отвечая на вопросы Толо. Хорошо, что долго это мучение не продлилось.

Внутри палатки выстроились литерой «П» мощные, крытые белыми скатертями столы, уставленные едой и питьём. Гостей тут было не много, наверное поэтому угощения практически никто не тронул. И не успела София что-либо сказать или выбрать, как возле неё сразу очутился кто-то из слуг и принялся спрашивать об её предпочтениях. Что было весьма кстати, так как от предоставленного изобилия разбегались глаза.

- Это было настоящим мучением! – София указала тарелкой в сторону палаток. Как же хорошо было оказаться в тени деревьев. – Идти по траве само по себе тяжело, так тут ещё тарелка с едой!

- Однако у палаток, что у фонтана, не протолкнуться совсем. Обычно все гости идут именно туда. К тому же, там я обязательно стану объектом чего-нибудь внимания.

- Правда?

- Разумеется. Я же отвечаю за казну Лу Фолка. И обязательно найдётся какой-нибудь купец, или аристократ, который захочет получить свежую информацию.

- О чём же?

Толо глубоко вздохнул.

- О товарах, что сейчас торгуются, или будут торговаться завтра, иногда о ценных бумагах и изменении их стоимости, о проценте серебра в монетах… И еще о целой куче неинтересных сведений.

- Хорошо, что здесь никто с такими вопросами не пристаёт.

- Ну почему же? – Толо увёл взгляд в сторону. – Вы, София, уже начали расспрос.

- Я не… не… - В первые мгновения аристократка опешила, однако растерянность сменилась смехом.

6 Ве́стим Су́а. Поздний вечер.

Слишком быстро вечер пришел на смену утру. К угасающему свету Солнца присоединились скромные лучи фонарей, однако общее веселье не думало стихать. Всю ночь и весь день проведя в компании Толо, София забыла про всё на Свете. Однако ничего не может длиться вечно. В очередной раз выйдя на холодный вечерний воздух, смеясь от счастья и какой-то забавной шутки своего собеседника. Но что-то изменилось в саду возле фонтана. Люди не ходили и не разговаривали. Вернее разговаривали, но как-то тихо, иногда раздавались единичные выкрики. И атмосфера. Сама атмосфера стала холодной и колючей, подстать вечернему воздуху.

За стоящими возле фонтана полукругом людьми ничего не было видно. На крыльце и на лестнице - везде было полно людей. Однако, словно подслушав мысли виконтессы раздался чей-то крик:

- Расступитесь! Дайте им больше места.

- Что?.. – Было начала вопрос София, однако ещё до того как она его смогла закончить, появился ответ. Её первоначальная догадка оказалась верной. Люди расступились и возле фонтана аристократка увидела двух молодых мужчин. Оба держали длинные мечи с тонкими клинками, названий которых девушка не знала. От нехорошего предчувствия София почувствовала в груди холод, словно вечерний воздух прорвался внутрь. И в тот же момент волшебство этого вечера рухнуло - сказка внезапно закончилась.

- «Я же сейчас должна быть у Нионы!»

Обведя завороженную толпу растерянным взглядом, София вновь посмотрела на дуэлянтов. Слегка покачиваясь в своих напряжённых стойках, иногда приседая, оба дуэлянта примерялись друг к другу. Концы их мечей, сияющих в свете вечерних фонарей словно солнечные лучи, указывали друг на друга. Нужно срочно придумать способ уйти отсюда! Виконтесса отвернулась. Она видела лица горящие удовольствием и искажённые от напряжения. Взгляд Толо Рудена стал жёстким, кажется он слегка побледнел. Как выбраться из такой плотной толпы?

Она обернулась как раз вовремя. Противники одновременно сделали глубокие выпады и восторженные крики толпы смещались с единичными криками ужаса. На неровные камни, разбиваясь в пыль, посыпались частые капли крови. Рукав одного из дуэлянтов окрасился красным, однако, это не остановило мужчину. Тот невозмутимо завёл раненую руку за спину и вновь поднял острие меча. Воздух словно опьянел от восторга, словно присутствующие пришли сюда именно за этим развлечением. Мало разбираясь в дуэлях, София, тем не менее, ничего против них не имела и интересом посмотрела бы действо до конца. Она и сама как-то хотела поучаствовать в подобном, в надежде проучить противницу с другого факультета. Однако Алифиса достаточно убедительно доказала своей ученице что дуэль – идея не только плохая, но и сама по себе крайне рискованная.

Впрочем сейчас Софии было совсем не до развлечений. Всё ещё нужно было найти способ покинуть усадьбу маркиза. И этот способ нашелся сам собой. Некоторые леди, явно неодобряюшие организованную спонтанно дуэль, демонстративно покидали балкон и поляну вокруг фонтана. То, что нужно! Виконтесса коротким и резким движением достала из рукава веер.

- Толо, это отвратительно! – Холодно произнесла София. - Я хочу уйти отсюда немедленно!

Её спутник сверкнул глазами и внимательно посмотрел на молодую аристократку. Момент затянулся, и когда София уже приготовилась что-то добавить, Толо, наконец, с легким поклоном произнёс:

- Конечно. Пойдёмте.

Благодаря своему спутнику, виконтесса довольно быстро выбралась из толпы, которая изредка раз за разом расцветала восторженными выкриками. Теперь всё что оставалось – это придерживаться плана. София не желал покидать праздник, особенно таким вот способом, однако их задание должно оставаться на первом месте. Интересно сильно-ли переживает сейчас Ниона? От мыслей её отвлёк Толо. Он, впервые за всё время проведённое с ним, в нарушение всяких норм этикета, ухватил девушку под локоть и развернул её лицом к себе.

- Может быть останетесь, София?

София полностью проигнорировала грубое отступление от правил поведения. Наверное, она даже желала этого от Толо, как желала ответить ему: «останусь». Но почему-то с губ девушки не слетело ни единого слова и она лишь отрицательно покачала головой. Толо слегка ослабил хватку, но руку так и не отпустил.

- Простите, Толо, я не могу. – София слышала свой жалобный, просящий голос. Наверное это было отвратительно, но она ничего не могла с ним поделать. – Мне лучше уйти.

- Вас сопроводить?

Вопрос произнесённый прохладно и официально, словно выполнялась какая-то формальность, казалось уколол девушку в самое сердце.

- Не стоит. – Слегка поморщившись ответила аристократка. – Спасибо за уделённое мне время, Толо. Я была бы счастлива провести время с вами в следующий раз.

- Как и я. – Он поклонился, и не слова не сказав, пошёл прочь, обратно к уже расходившейся толпе Только потеряв Толо из виду, София, наконец, смогла заставить себя сдвинуться с места.

6-7 Ве́стим Су́а. Полночь.

- Что-же я натворила? – прошептала София, закрыв лицо руками. – Нет-нет, быть не может!

Она вспоминала его прохладный тон при прощании, вспоминала как он ухватил её за локоть, вспомнила как он растворился в толпе. Не слишком ли она грубо с ним рассталась после всех часов проведённых вместе? И стоит ли эта проклятая лесная ведьма такого прощания с Толо? Стоит ли этого этот паршивый экзамен? Разумеется нет.

Не спеша, под ритмичный перестук копыт, карета двигалась по улицам города. София безучастно смотрела в окно, мало понимая где она сейчас находится, переживая вновь и вновь прошедший бал. Вспоминала музыку, вспоминала танцы, а кончики пальцев, почему-то, до сих пор чувствовали шершавое сукно черного костюма Толо. Почему она так поступила? Виконтесса не ощущала ничего кроме разбитости и отчаяния. Эта поездка превратилась в настоящую катастрофу. В беду, которую она устроила сама. Она упустила шанс пообщаться с Мерилеей О’Ленахан, грубо обошлась с Толо, провела последний разговор слишком подозрительно, словно не дуэль вынудила её покинуть торжество, а какие-то дела. Любой бы это понял по её фразам и голосу. Колесо попало в ямку и карета ощутимо мотнулась. Может быть написать Толо письмо? Но кто его сможет передать? Какой указать адрес? Отчаяние сменялось апатией и вновь возвращалось с новой силой. Будет ли у неё шанс всё исправить? Дверь кареты открылась.

- Приехали, ваша милость! – Раздался голос слуги.

- Да? – София растерянно осмотрелась. За пеленою воспоминаний она как-то пропустила момент прибытия в поместье рода Ареза. Даже выбравшись из кареты девушка ощущала себя оглушенной. До неё не сразу доходил смысл слов Сои, отвечала аристократка редко и, кажется, совсем не по делу, не понимала какой сейчас час и куда она сейчас идёт. Однако у дверей в свою комнату сознание, хоть и частично, но вернулось к аристократке.

- Спасибо, Соя, со мной всё хорошо. Я уже вторую ночь без сна и мне просто нужен отдых.

Спустя некоторое время, освободившись от опеки старательной служанки, София обнаружила себя сидящей на краю кровати, бессмысленно уставившейся на луч света что лежал на стене. Но что сделано, то сделано, а значит поздно сожалеть о случившемся, время идет и пора брать себя в руки. С чего начать? Сперва нужно «догнать» обстоятельства и попасть к Нионе. Вот только никто из слуг об этом никто не должен знать. Абсолютно необходимо скрыть все следы своего участия в вопросе с ведьмой. Таким образом попасть к целительнице, не попавшись никому на глаза, можно было с помощью портала. Портал - вот сейчас чем нужно заняться!

Соскользнув с кровати, София направилась к книжному шкафу. Туфли с неровно стертыми каблуками постоянно заваливались, делая походку аристократки несколько нетвердой. В шкафу девушку ждала походная сумка. Она понимала, что сейчас, в таком состоянии, колдовать она не сможет – сколько-нибудь толковая магическая формула, а тем более портал созданный без подготовки, скорее всего окажется смертельной ловушкой. Наконец, рука нащупала нужную книжку. Тоненькая, с нежной кожаной обложкой, давным-давно подаренная Алифисой в честь перехода на её факультет. Это был бесценный, для любого практикующего магическое искусство, сборник волшебных задач и формул. Торопиться некуда. Магия вообще не любит спешки.

И вот первая страница. Самая простая формула – обычный, пустой внутри круг. Сложная задачка для первых курсов и абсолютная ерунда для талантливой чародейки. Тем не менее София яростно атаковала первый этап. Круг воспылал вокруг кисти чародейки, сыграв светом на многочисленных перстнях и браслете. Он продержался несколько секунд, рассыпая свет по комнате, но его очередь прошла. Дальше – тот же круг с вписанным в него треугольником, потом к ним присоединился квадрат… С каждой новой страницей сложность формул повышалась и каждая, более сложная ступень проясняла разум виконтессы. Она уже практически позабыла бал, и слабо помнила расставание с Толо, а если и оставались какие-то моменты в памяти, то эмоций они уже не вызывали.

Вдыхая свежий запах наэлектризованного воздуха, София щелкала шаблонами, вновь овладевая своими мыслями, чувствуя растущую внутри уверенность, подкреплённую магическим зарядом. Если бы кто-то мог видеть эту метаморфозу со стороны, то он поразился бы, как быстро растерянная аристократка превратилась в грозную чародейку, как потухший взгляд заискрился внутренним огнём, как плавные движения сменились резкими, полными энергией жестами.

Чародейка швырнула книжку на кровать, положила на стол поисковый якорь и направила руку на камешек. Со стороны было не понять, какую сложную работу сейчас выполняла чародейка. Важно было не только найти такой-же камень у Нионы, важно было понять - где он находится, что его окружает, нет ли рядом посторонних и есть ли рядом поверхности пригодные для построения портала.

София не зря считалась одаренной чародейкой. На сложнейшую мыслительную работу у неё ушло чуть больше десяти минут. Наконец, её руку окутали сложнейшие, многоуровневые формулы розового цвета - магии искажения пространств. Хлёстким движением формула была брошена в стену, где «растеклась» в ровный овал. Первоначально, «изображение» было мутным, подёрнутое помехами, однако, совсем скоро, на стене появился ровный черный овал, окаймлённый вереницей тонкой вязи магических формул. Полностью доверяя себе, веря, что она не могла допустить ошибки, для страховки выставив вперёд руку, София смело шагнула в чёрную неизвестность.

*****

6 Ве́стим Су́а. Вечер.

- О нет! – Ниона грустно проводила взглядом обронённую деревянную кружку, что чертила изливающимся травяным чаем полукруг на столе. Мысль о том, что завтра утром она пойдёт к ведьме сбивала с настроя. Всё сыпалось из рук. Будничные задачи стали практически невыполнимыми, а любые попытки взять себя в руки с треском проваливались.

- Да что же это я?

Даже сил на то, что бы убрать беспорядок уже не оставалось. Целительница рухнула на кровать, спрятав лицо в ладонях. Хоть бы София пришла поскорее! Ждать в одиночку было уже не выносимо.

Сквозь пальцы виднелись мощные потолочные балки. Вот бы лежать так и лежать, ничего не делая, не боясь визита к лесной ведьме, не страшась будущего! Время шло. Иногда из открытого окна слышались далёкие окрики, мычание коровы или крики птиц. Как спокойно!

Ниона медленно отняла руки от лица и волшебство пропало. Вновь пришла тревога, вновь её окутала неизбежность приближающихся событий. Хорошо, что на этом экзамене она не одна, хорошо, что с ней уверенные в себе маги, которые, наверное, никогда не знают сомнений.

Размышления прервал стук в дверь. Ойкнув от неожиданности, Ниона кое-как вытерла разлитый на столе чай и устремилась на звук. Может быть София решила прийти раньше? Наверное нет. Должно быть кто-то из деревни. Последняя догадка оказалось верной - за дверью ждал первый утренний гость.

- Приветствую, светлая!

- Пусть Луна ярко светит Вам, Филин. – С тёплой улыбкой Ниона пригласила старосту Совиной поляны в дом. Как и в прошлый раз, расположившись за столом, Филин достал листок бумаги. Насколько могла понять целительница, это значило только одно – староста пришел по какому-то делу.

- Ниона, нужно оговорить.

- Слушаю вас внимательно, Филин.

Видя, как гость положил листок на всё ещё мокрый стол, целительница почувствовала, жгучую волну стыда за свою нерасторопность.

- Твоя просьба выполнена, Ниона. Завтра тебе начнут возводить стойло для коня.

- Даже не знаю как…

- Никак, Ниона. – Прервал девушку гость. – Ты своим трудом отблагодаришь и меня и людей.

Целительница нервно дёрнув головой сцепила пальцы. Участие в экзамене не позволит ей оплатить какой-либо долг. Вероятно Филин думает что она тут проживёт не один год, однако это не так, время отмерянное ей здесь исчисляется лишь несколькими месяцами.

- Но всё равно больше спасибо вам, Филин.

- У тебя буду ещё какие-нибудь просьбы? – Староста словно не замечал её благодарности.

- Нет. Наверное нет.

Загруженный делами Филин ушел, и Ниона вновь осталась одна. Перспектива в ближайшие дни обзавестись конём никак не радовала - голова вновь наполнилась мыслями о лесной ведьме. А вдруг ведьма нужна местным жителям? Вдруг её пропажу свяжут с прибытием в Лу Фолк новой целительницы? Разве связь этих событий не будет очевидна? Значит вновь придётся врать? Только не это! Можно ли прожить жизнь без лжи?

Наверное, этот бесконечный день можно было назвать одним из самых худших в жизни Нионы. Ежеминутные метания и размышления забрали больше сил, чем несколько письменных экзаменов подряд. Настоящая душевная пытка – думать об обмане группы и сговоре с Софией, об обмане всех, кто живет в ближайших деревнях и о том, какая судьба ждёт их ведьму и конечно же об будущем их группы в этом месте. Всё что приходило в голову терзало разум, лишало сил, подрывало веру в успех дела.

На протяжении всего дня не было никакой работы. Скорее всего какая-нибудь задачка могла бы отвлечь от плохих мыслей, однако Ниона помнила, как утром всё валилось из рук и сочла безработный день скорее удачей. Даже приход Филина, казалось, был так давно, что целительница практически о нём не вспоминала.

Вечером целительница пришла в заваленную разным хламом соседнюю комнату и собрала одежду для Софии. Делала она это нарочито медленно, пытаясь потратить на это как можно больше времени. Впрочем, не смотря на все старания едва-ли на это занятие ушло больше нескольких минут. Ну ничего, совсем скоро явится София и вдвоём будет значительно легче. Чародейка точно знает что делать, у неё давно выработан план, а значит завтра всё пройдёт хорошо. Эта, единственная светлая за весь день мысль грела как костёр в лютый мороз.

Но время шло, Солнце, теряя тепло, закатилось за раму окна и пропало из виду. Под шум сверчков наступали сумерки. Софии всё не было. Они не оговорили точный час и целительница не знала, как именно к ней явится чародейка, однако, с каждой минутой Ниону всё больше охватывала тревога. Тот самый греющий душу «костёр» стремительно затухал. Небо за окном стемнело и через открытое окно в комнату залетел порыв холодного, вечернего воздуха. Сложно сказать сколько прождала застывшая словно статуя целительница. Однако, когда на небе зажглось множество звёзд, Ниона всё же убрала энциклопедию трав, открыть которую сегодня сил так и не хватило, и рухнула в заранее приготовленную кровать. Удивительно, на сколько неудобным было сегодня ложе, какой отвратительной стала подушка, какими громкими были сверчки! Лишь далёкие, мигающие звёзды в окне дышали покоем. Глядя на них целительница зашептала первую пришедшую в голову молитву.

Глава 19

Болуа представляет собой широкую полоску варённого теста, засыпанную мелко резанными, сушеными или свежими травами, кусочками колбасы, сыра, а иногда мелкорубленным мясом. Рискну предположить, что простота приготовления этого блюда распространило его за пределы Вилларии на запад Лорелии. И что удивительно, мне посчастливилось встретить это блюдо и на землях Силдерена, где Болуа обогатилась ягодами и орехами…

Пе́тривал Во́льце

«Путешествуя по Артиону или девяти королевств описание.»

7 Ве́стим Су́а. Ночь.

В первые мгновения Ниона не поняла что именно её разбудило. Протестующее сознание нехотя пробуждалось под действием тревоги и постепенно девушка начала осознавать – в дом проник посторонний, о чём свидетельствовали громкие звуки падающей утвари в прихожей. Схватив со стола палочку и сбросив одеяло, она села на краю кровати, направив магический инструмент на выход из комнаты. Из кончика палочки появился тонкий лучик тусклого света. Какого-либо стоящего заклинания целительница не знала, оставалось только надеяться, что наличие палочки отпугнёт ночного вторженца. Наконец дверь начала медленно и осторожно приоткрываться. Сердце билось как безумное.

- Ниона! – Раздался громкий шепот. – Это я. София.

Целительница слегка опустила палочку, всё ещё не до конца веря незваному гостю. Дверь продолжила неспешно приоткрываться, и в свете палочки действительно появилась чародейка. Медленно выдохнув, Ниона положила магический инструмент обратно на стол. Стало темнее.

- Ох и напугала ты меня. – Только сейчас Ниона позволила себе выдохнуть. – Я чуть в окно не выпрыгнула!

Целительница сидела вся мокрая, её трясло от пережитого, а сердце в груди продолжало громко «ухать». Неспешно поднявшись, девушка погладила осветительный шар кончиками пальцев, и комната озарилась мягким, желтым светом. София одетая в вечернее платье, исполненное в черно-синих тонах её рода, выглядела роскошно. Руки, щедро украшенные перстнями и браслетами, в скупых лучах осветительного шара блестели словно осыпанные звёздами. Завитые волосы, зафиксированные золотой диадемой с крупными сапфирами, ниспадали крупными блестящими локонами. Образ завершали черные туфли, блестящие носики которых выглядывали из под подола платья. От такого зрелища Ниона показалась себе совсем маленькой, рядом даже с такой невысокой особой.

- Прости пожалуйста. – Похоже София извинялась искренне. – Я только что с бала. Не хотела, что бы кто-то видел, как я направляюсь к тебе. Понимаешь, я не могу довериться даже своим слугам. – Чародейка развела руками, и многочисленные драгоценности заблестели словно кто-то рассыпал светящуюся пыльцу. В правой руке внезапно оказался небольшой бумажный свёрток, которого, вроде, в самом начале диалога Ниона там не замечала.

- А я то уже подумала, зачем ехать в деревню в таком наряде? – Проворчала целительница.

- Я не ехала… Я сразу открыла телепорт к тебе домой. Знаешь, как тяжело прицелиться в темноте? Кажется, я слегка промахнулась, а ещё я что-то уронила в прихожей.

У Нионы перехватило дух от мыслей о запредельной магической мощи этой чародейки. Во время обучения, будущей целительнице нравилась София, хоть до общения дело не дошло. Слишком уж далеки они были.

- Ну, давай хоть чай попьём? – Хозяйка дома вопросительно взглянула на гостью. – Или, может, сразу завтрак?

- Завтрак? Ночью? Вот это дело! – Осознав, что на неё не обижаются, София повеселела, тряхнула головой и помахала сжатым в руке свёртком. – Я тебе тут с бала пирожных принесла.

Она без спроса подтянула гостевой стул к себе, и расположившись во главе стола, положила свёрток с пирожными перед собой. Глядя на неё, Ниона в который раз восхищалась своей гостьей. София – настоящая аристократка, невероятная чародейка и редкая красавица. Сильная в магических науках и неутомимая в развлечениях, София безошибочно следовала дворцовому этикету, который вовремя «забывала» при неформальном общении, наверное, что бы не быть занудой. Гостья скинула туфли и телекинезом забросив их в угол комнаты.

- О-о-ох. Наконец-то! Я больше суток на ногах.

- Как прошёл бал? – Пытаясь как-то наладить разговор, Ниона чувствовала себя очень скованно в общении с титулованной особой. – Что-то удалось узнать?

София лишь отрицательно мотнула головой и взмахнула рукой. Окна затянул сверкающий звёздочками туман.

- Как красиво… – Выдохнула целительница.

- И практично! Теперь нас не увидят и не подслушают. – Чародейка сняла диадему с головы, освобождая волосы и запустила руку в черные кудри, разрушая сложную причёску. – О-о-о, как же хорошо!

Не теряя времени, Ниона бросилась собирать травки для чая, развела огонь в печке. Украдкой бросив взгляд на аристократу, сотрясаемую зевком, целительница со стыдом подумала о том, как она выглядит сейчас, с растрёпанными волосами и в длинной ночной рубашке.

- У тебя что-нибудь стимулирующее найдётся? – София отчаянно боролась с очередным зевком. – Я сейчас у тебя тут усну.

- Тебе эликсир, или?..

- Нет-нет. Крепкого чая хватит.

Чародейка зевала и о чём-то думала, пока целительница бегала по домику и собирала завтрак. Вскоре, перед чародейкой появилась тарелка с хлебом и дробленым сахаром, мисочка с мягким маслом, и кружка крепкого, горячего травяного чая. Ниона села за стол как любила – на свою кровать, подобрав под себя остывшие от хождения по деревянному полу ноги, после чего положила на тарелку гостьи маленький сырой грибочек. Небо за окном под наколдованным золотистым туманом начало окрашиваться в синий цвет.

- Ну всё, можем приступать.

- Ура! – София встрепенулась, села удобнее, сцепила украшенные перстнями пальцы в замок, закрыла глаза и быстро зашептала молитву.

Ниона, не разделявшая Веру чародейки, решила терпеливо дождаться окончания ритуала. В печке потрескивал огонь, блуждающий ветер лениво перебирал листья вишни за окном, гостья читала молитву на незнакомом языке.

- Да могла бы и не ждать, - София бросила взгляд на целительницу, когда ритуал подошёл к своему концу. – Как у тебя тут дела?

За окном всё больше рассветало, пока Ниона вела свой рассказ. Она удивлялась сама себе. Куда делась робость, неуверенность в разговорах, страх перед людьми? С Софией было невероятно легко общаться, эта чародейка умела сразу расположить к себе. Целительница рассказала о своем приезде, о проведённом празднике, о том, что зельями она так и не успела заняться и, наконец, о ведьме. В то же время, она наблюдала за гостьей. Южанка ела очень необычно. Она макала практически каждый кусок хлеба в чай, после чего намазывала на него масло деревянной лопаточкой. У всех южан такая традиция – макать в чай практически любую еду? Грибочек тоже макнёт?

- А ты большая молодец, Ниона. – произнесла София с набитым ртом. Сложно было понять – правда ли чародейка восхищается проделанной работой, тем не менее целительница была смущена похвалой. Чародейка, при близком общении, нравилась ей всё больше. Несмотря на огромную социальную разницу, виконтесса общалась с ней, деревенской девушкой, как с равной. Она не воротила нос от незатейливого завтрака и не пыталась всячески подчеркнуть своё положение. Нионе, никогда не имевшей друзей, остро захотелось иметь именно такую жизнерадостную и весёлую подругу как София.

Отставив в сторону тарелку с одиноким грибочком, чародейка сняла свое магическое кольцо, положила его перед собой и полезла в хитро спрятанный карман на платье.

- Что ты собираешься делать?

- Настрою кольцо. – Из сумочки показался листок с нарисованным шаблоном. – Вдруг придётся сражаться?

Рядом со свитком лёг тонкий изящный стилет, появившийся из левого рукава платья.

- Это? Это необходимый инструмент для общения при дворе. – Ответила на немой вопрос целительницы София. – Когда остроты языка уже не хватает, должна помочь острота клинка… Наверное.

Ниона слегка дёрнусь и занервничала. Ей абсолютно не хотелось вступать в ссору с ведьмой, а вид тонкого лезвия стилета вызвало волну негативных мыслей. Иными словами она просто боялась, и в тоже время старалась не показывать этого перед аристократкой. София тем временем разложила листок, вытащенный из рукава платья и положила на него руку. Секунда на концентрацию и яркий, светящийся шаблон уже на руке чародейки, а листок, не выдержав магического напряжения, развеялся пылью.

- Ты не помнишь формулу?

- Помню, но не хочу ошибиться.

Сняв шаблон с руки, виконтесса «поставила» магическую конструкцию на стол, укрепив её на волшебных «ножках». Дальше под шаблон легло золотое кольцо с крупным сапфиром. София что-то замурчала и начала вращать кружки и треугольники волшебных формул. Целительница завороженно следила за работой того уровня, которым ей не суждено было овладеть за всё время обучения. Пальцы чародейки уверенно трогали магический шаблон, кольцо дрожало.

- У тебя палочка? Давай настроим? – спросила София не отвлекаясь от работы.

- Нет, спасибо. Всё работает прекрасно.

- Ну смотри. Пока есть возможность…

- Нет-нет. Всё правда хорошо.

Предложение приятно удивило, и в тоже время Ниона не хотела менять что-то в своём инструменте. Еще было свежо воспоминание, когда настройку проходили на предпоследнем курсе. Будущая целительница тогда совсем не разобралась в теме занятия и сбила магический баланс. Пришлось долго мучиться и тратить часы в библиотеке что бы вернуть всё обратно. Вот сейчас София настроит её палочку, и что дальше? Просить вернуть всё как было? Или использовать в бытовых делах настроенный на сражения инструмент?

Со стола перед собой Ниона взяла свою изящную палочку, собранную из переплетающихся ивовых веток, рукоятки из орешника и мутного, неогранённого рубина, установленного на самом кончике палочки и выполняющего роль фокусной линзы или «чертёжного» элемента. Вероятно, когда-нибудь, можно будет заменить нынешний камень на хороший изумруд или даже сапфир, но пока и так всё хорошо работало. Целительница несколько раз провела пальцами по сплетённым ивовым прутьям, как всегда ощущая мнимое, несуществующее тепло, исходящее от инструмента, и задумалась. Но мысли далеко не ушли, чародейка торжествующе вскрикнула и рукой разбила шаблон. Остатки магии брызнули по столу исчезающими осколками.

- Почему не ешь пирожные?

- А ты…

- А я уже их ела, тут всё для тебя.

Ниона распаковала свёрток, комната сразу наполнилась сильным ароматом мёда.

- Вон то с орехами! А это, кажется, малиновое. – Комментировала наблюдавшая за процессом чародейка.

Пока целительница оценивала угощения из высшего света, кстати, одни из лучших, что она пробовала в своей жизни, виконтесса создавала и разрушала шаблоны на руке, попутно щелкая магическими разрядами.

- Ну всё, я почти готова. – София выглядела очень довольной. – Когда выходим?

- Я думаю пока рановато. Подождем ещё немного. – Ниона осторожно взяла двумя пальцами нежное малиновое пирожное.

7 Ве́стим Су́а. Ранее утро.

Девушки продолжали общаться, чародейка ладонью катала по тарелке грибок, травница наматывала на указательный палец прядь белокурых волос. Темы для разговора находились как-то очень просто: прошедшая учёба, события в городе и праздники в деревне, цена на ткани на севере и в центре страны... София так ни разу и не заговорила о своих идеях проведения экзамена, ни разу не упомянула бал. Создавалось ощущение, что аристократка прибыла сюда только для общения. И конечно Ниона хотела, что бы это утро никогда не заканчивалось. Но время бежало неумолимо быстро и в конце концов за окном совсем рассвело. Безумно верещали птицы, где-то далеко заливался петух. Наконец, София вскочила, поблагодарила хозяйку, макнула в остатки холодного чая грибок и завершила завтрак.

- Ну фто? – Пыталась говорить с набитым ртом чародейка. – Пора нам?

- Да. – Ниона явно занервничала. – Надо собраться.

- У тебя нашлось что-нибудь для меня? – София тряхнула головой и кудрявые локоны рассыпались, закрыв чародейке обзор.

- Да. – Вновь ответила целительница. – Есть платье, в соседней комнате. Оно должно тебе подойти.

- Спасибо! – Просияла гостья. – Я совсем не подготовилась, да и не знаю, как вы на востоке одеваетесь.

София, скорее всего, лукавила. Она прекрасно знала кто и что носит в любой части Света. Целительница собралась первой и вернулась за обеденный стол, ожидая гостью. Спустя какое-то некоторое время, в комнату зашла София в коричневом платье с белыми рукавами.

- Ну как? – Она повертелась на месте. – Похожа я на деревенскую девушку?

Ниона хихикнула закрыв рот руками.

- Что не так?

Травница молча крутанула рукой на собой – частично разрушенная причёска чародейки до сих пор вилась локонами.

- Ах, чёрт! – София взмахнула рукой, вспыхнул шаблон и волосы, мгновенно распрямившись, рассыпались по плечам, изумив Ниону своей длиной. По этому параметру они ничем не уступали волосам Авиллы. Чародейка улыбнулась целительнице. – Ну? Теперь идём?

*****

7 Ве́стим Су́а. Ранее утро.

Утро встретило их влажным холодом. Солнце еще не взошло и не разогнало клочья утреннего тумана, не поделилось теплом с землёй. Трава сияла от обильной росы. София выдохнув пар изо рта, сразу обхватила себя за плечи в ожидании Нионы, которая зачем-то задержалась в доме.

- Ну, пошли. – Целительница показалась с пустой корзиночкой в руках и двумя соломенными шляпками с широкими полями. – Согреемся по дороге.

- А з-зачем эт-тот столик. – Виконтесса кивнула на мокрый от росы жертвенный стол, стоящий рядом с плетёной оградой.

- Сюда люди с деревень кладут еду или то, что я попрошу. Это своего рода дань целителю. – Хозяйка протянула ей шляпку. – Это твоя.

- «Да ей совсем не холодно» - поражалась чародейка, тихонько стуча зубами и глубже надевая шляпку, надеясь за её счёт согреться.

Не успели они дойти до ограды, как София подпрыгнула, громко пискнув.

- Что случилось?

- Трава мокрая! – Жаловалась чародейка. – Тут и без неё холодно.

– Ну так не наступай на неё. – улыбнулась Ниона.

7 Ве́стим Су́а. Утро.

Куда именно ведёт её целительница София знать не могла. Края незнакомые, тропинка, пролегающая среди полей, иногда петляла и меняла направление. Но то, что они двигались на Запад сомнений не было: подсказывала утренняя заря за спиной. Чародейка не знала о чём поговорить с Нионой, в доме общение завязалась само собой, а сейчас в уставшую голову ничего не шло. Утренние слова целительницы оказались правдой – ходьба согревала, да и утренний воздух, казалось начинал прогреваться. Жужжали первые пчёлки, щебетали птицы и лёгкий ветер рвал на клочки пушистые клочья тумана.

София украдкой взглянула на Ниону, та шла погруженная в думы сбивая рукой обильную росу с высокой травы. Сейчас белокурая целительница, одетая в похожее платье, только зелёное, казалась ещё меньше и тоньше чем обычно. Нет, такая при дворе не выживет. Слишком мягкая и добрая, но, вероятно, работа целительницей - это то, что ей нужно. А зачем ей понадобилась сдача экзамена? Экзамен на целительство сдан успешно и Ниона уже может помогать любой деревне. В Вилларии целителей большой недостаток, им открыты двери практически в любом уголке.

-Тебе тут не одиноко? – София сама не заметила, как обратилась к Нионе. – Не скучаешь?

- О нет. – Целительница слабо улыбнулась. – У меня очень много дел, и я почти не замечаю времени. Вдруг кто-то заболеет, яблоня высохнет, или колодец станет плохим… К сожалению я не всё успеваю сделать. Понимаю, что работы должно быть еще больше, но некоторые люди до сих пор ходят к ведьме. Да ещё и эликсиры эти… Так что, как видишь, скучать мне некогда.

- И как тебе тут? Как люди?

- Знаешь, мне тут нравится. Наверное, я могла бы тут остаться.

На дорожку высыпали воробьи и, увидев девушек, с писком спрятались обратно в зарослях. Ниона кивнула на птичек.

- Вон, видела какие жирненькие? Значит не голодают, не болеют.

- Определяешь по воробьям уровень жизни? – Хихикнула София. Однако целительница оставалась серьёзной.

- Не только, есть еще много на что можно обратить внимание.

Они вышли рано, и пока что никто не встретился на пути, да и жилище Нионы стояло далеко в стороне от других домов. День разгорался и поднявшееся Солнце начинало слегка греть.

- С тобой кто-то из наших связывался?

- Ко мне один раз зашёл Хейман, просил помочь с колодцем. Но я была занята. После ведьмы обязательно найду время на его просьбу.

Софии показалось, что целительница ответила с некоторой горечью. Может всё-таки скучает? Или до сих пор не понимает своей ценности среди лучших выпускников? В любом случае чародейке было жаль девушку и она решила посещать Ниону почаще, благо на недостаток свободного времени жаловаться не приходилось. Некоторое время шли молча, целительница любовалась окружением, София старалась обходить лужицы. Но молчать – значит терять драгоценное время зря, нужно было попробовать лучше изучить Ниону, пока есть такая возможность.

- А ты всегда хотела стать целительницей?

- Как только узнала, что обладаю способностями. – Ниона ухватилась за новую тему. – Отец был рад, и сразу оплатил практически всю учёбу. Деньги всегда были. Я родилась в семье мельника, понимаешь?

- М-м-м…

- Мама была бы рада, если бы узнала кем я стала.

- А она…

- Она умерла. – Ниона произнесла это скорее устало, чем грустно. – Как и отец.

- Мне правда жаль.

- Спасибо. Я всё ещё не свыклась с этим.

- И ты теперь одна?

- Да, такое случается… или, однажды, может случиться с каждым. – Ниона сделала героическую попытку улыбнуться. – А ты как у нас оказалась? Почему наша академия, а не ваша? Разве академия в Вилларии лучше?

- Лучше. – Просто подтвердила София. – А если можешь позволить себе лучшее, зачем отказываться?

- И как? Тебе понравилось учиться?

- О да-а-а… это было прекрасное время… Жаль, что всё почти закончилось. – чародейка на мгновение замолчала, погрузившись в воспоминания. – Помнишь скандал на седьмом курсе, когда куча студентов с наших факультетов попались на ночном гулянии?

- Помню. У нас тогда пять человек собирались отчислить.

- Но не отчислили! Так вот, это я всё устроила. – Хвалилась София. – А когда нас поймали, то даже ничего не скрывала.

- И тебе ничего не сделали? – Ахнула Ниона.

- Ну-у… Алифиса пожурила меня чуток, но мучить не стала. – Чародейка скорчила рожицу. – Я была врединой.

Через речку начинался лес. Деревья приветственно шумели листвой, река журчала под скрипучим мостиком.

- Нам далеко ещё идти?

Плеск воды успокаивал, и Софии на мгновение захотелось набраться сил здесь, рядом с речкой и, если удастся, даже поспать. Может быть попробовать отдохнуть тут на обратном пути?

- На самом деле большую часть мы уже прошли. Осталось совсем немного.

Ниона посмотрела на виконтессу не скрывая тревоги, и чародейка догадывалась почему. Она беспокоилась на счёт усталости Софии и её бессонных ночей. Она не знает, что аристократка без сна уже третьи сутки подряд. Как можно вести бой, если засыпаешь на ходу? Но виконтесса нисколько не волновалась об этом, она просто хотела закончить всё побыстрее.

- Ну ладно стоять без дела. Веди.

И просто волшебная перемена произошла с Нионой - оказавшись под сенью деревьев, она словно почувствовала себя в своём Мире. Чародейка смотрела как та бегает от травке к ягодам или грибам и обратно, вслух рассуждает о необходимости сбора ингредиентов, кажется совсем растеряв нервозность и переживания. Её суетливость и энергия вызвала невольную улыбку у Софии. Ниона это заметила.

- Что?

- Ничего. Просто радуюсь что гуляю. Давно не была в лесу. – Мечтательно протянула чародейка.

- О да! – Ниона сияла. – Тебе и правда надо выбираться из города почаще.

Не дожидаясь ответа она обернулась и снова заметалась вдоль тропинки. София тряхнув головой проследовала за целительницей. Лесная дорожка вела их вдоль кромки леса и не углублялась внутрь. Тем не менее, прохлада леса, его наполненность жизнью, да и чего обманываться, энергия целительницы, зарядили чародейку и отогнали усталость. Опять пошли разговоры ни о чём конкретном. Теперь идти было легче, не смотря на многочисленные корни и мелкие ямки. В какой-то момент дорожка повернула влево, углубляясь в лес и возникло острое чувство, что они идут правильно. Ниона притихла, напряглась, больше не отвлекаясь на интересные травинки и соцветия. София-же о чём-то задумалась и разговор прервался, дальше шли молча. Теперь тропинка рванула вверх, петляя между деревьями. На вопросительный взгляд Софии - «мы идём правильно?», Ниона ответила утвердительным кивком.

Подъём закончился и тропинка побежала глубже в лес, который – удивительно - не превращался в чащу, а постепенно редел. Лесная дорожка вновь пару раз вильнула и вывела путниц к небольшому участку с маленьким домиком. С тяжёлым вздохом, Ниона открыла калитку. Вперёд вышла чародейка, шептавшая что-то себе под нос, воздух перед ней дрожал.

- Так, я пойду первой, а ты будешь держаться позади. Поняла? – София не выглядела серьёзной или обеспокоенной, словно каждый день ходит к лесным ведьмам. – И достань палочку, с ней проще что-нибудь наколдовать.

- О-ой точно. – Ниона засуетилась, и задала вопрос, который давно вертелся в на языке. – София, а ты не боишься?

Виконтесса бросила на спутницу какой-то странный взгляд. – Нет. Ты же со мной.

Повернувшись к целительнице спиной, чародейка пошла к домику, прикрытая магическим щитом. Растерянная Ниона двинулась следом.

7 Ве́стим Су́а. Позднее утро.

- Открыто! Заходи!

Голос ведьмы глухо раздался из-за двери. София опустив руку вздохнула, посмотрела на целительницу и толкнула дверь. Ниону затопила волна ужаса перед неизвестностью, и появившаяся напряжённость виконтессы сыграла тут не последнюю роль. Чародейка зашла в домик первой, целительница следом. Хозяйку дома они обнаружили стоящей к ним спиной, обращённой к столику с многочисленными баночками разной формы. Ведьма поставила стеклянный сосуд и повернулась к вошедшим.

- Что случилось, девочки?

Выглядела ведьма лет на тридцать, короткие каштановые волосы, длинное синее платье, не похожее по покрою на то, во что были одеты гости, карие глаза смотрели подозрительно. Ниона поняла, что ведьма, увидевшая их впервые, явно что-то заподозрила. Только присутствие виконтессы сдерживало целительницу от острого желания пуститься наутёк. София же вела себя вполне непринуждённо. Она окинула жилище отшельницы быстрым, казалось пустым взглядом, и уставилась на хозяйку.

- О-о… мы просто пришли поговорить.

- У меня нет времени на разговоры. Особенно с… чужаками.

- А мы будем настаивать.

София резво заняла ближайший стул и, закинув ногу на ногу, предложила сесть Нионе, указав на второй стул.

- Мне всё это не нравится. – Ведьма начала сердиться. - Кто вы такие?

- А нам, - Чародейка указала рукой на свою спутницу, которая так и не сдвинулась с места. – Нам не нравится, незаконные занятия целительской деятельностью, и мы приехали из Академии, что бы… Оп-па!

Шаблон вспыхнув погас, окутав светом руку виконтессы. На столе произошёл маленький взрыв и часть баночек, жалобно звякнув, полетела со стола. На их месте ярко светилась оранжевая пирамидка - это ведьма попыталась рвануться к своему магическому инструменту, но София резким взмахом руки закрыла часть стола барьером. Содержимое разбитых баночек заполнило комнату ароматами трав, особенно выделалась камфора. Ведьма выглядела обескураженной. Раздался второй хлопок и на руку чародейки упало тяжёлое медное кольцо, третий хлопок и оранжевый барьер разлетелся на испаряющиеся осколки. Оставалось только догадываться зачем хозяйка дома сняла своё кольцо.

- Прекрасное кольцо. – Виконтесса повертела в пальцах инструмент. – Теперь, я думаю, разговор пройдёт более мирно. Или же нет?

- Ладно, чего хотите? – Буркнула ведьма.

Ниона почувствовала, как сковывающий ужас отступает, она смотрела на Софию и удивлялась тому насколько быстро и уверенно чародейка взяла ситуацию в свои руки. Оставалась вероятность, что ведьма достаточно сильна, что бы справиться с ними обеими и без кольца, но в тоже время целительница не сомневалась в своей спутнице. Выросшая и воспитанная в высоком свете, где удара кинжала нужно ждать из-за каждого угла, а яд запросто может оказаться в твоём кубке, София вряд ли позволит застать себя врасплох. Тем не менее, червячок сомнения всё ещё подъедал целительницу. Она понимала, что чародейка так же рассчитывает на неё, а значит никак нельзя её подвести. К сожалению, от волнения и нервов абсолютно никакое заклинание в голову не приходило, Нионе казалось, что в случае острой ситуации всё что она сможет сделать, это закрыть голову руками и упасть на пол.

- Давайте все успокоимся и попробуем познакомимся. Меня зовут София, а мою спутницу Ниона. – Чародейка говорила уверенным и примирительным тоном. – И мы пришли просто поговорить.

Ведьма стояла у столика, скрестив руки на груди, и хмуро взиралась на девушек. Молчала.

- Разговор будет тяжело вести, если мы не будем знать, как вас зовут. – София некоторое время смотрела в глаза ведьме. – Ну ладно. Если вы не…

- Ве́рда. Меня зовут Верда.

И началось. София сыпала вопрос за вопросом, пытаясь узнать, где училась колдовать ведьма, откуда она достала кольцо и как разобралась со сбором трав. Кажется, обстановка в домике слегка потеплела и Ниона решила осмотреть помещение. Она легко узнала лекарственные травы, известны были и масла, похоже ведьма действительно что-то знает и может помочь, на шарлатанку или вредительницу не похожа. Конечно, всё это может оказаться видимостью да и из лекарственных компонентов можно сделать яд, хотя бы просто выписав неверную дозу. Помимо пучков сушёных трав и баночек целительница заметила на столике миску с толстой жердочкой, со следами птичьего помёта – похоже у ведьмы есть птица.

- А вот вас заменит вот эта юная особа. – София указала рукой на целительницу, и, заметив недовольный взгляд ведьмы добавила. – Ну-ну, не смотрите что она моложе вас, навыков что бы справиться ей хватит. Кстати, она же и проведёт тут инспекцию.

Огорчённая присутствием незваных гостей и событиями с ними связанными, Верда ставила перед юной целительницей выжившие баночки с мазями и травами. Даже беглого осмотра субстанций Нионе хватило, что бы окончательно убедиться – ведьма и правда что-то умеет. Правда некоторые эликсиры и мази были приготовлены с нарушением рецептуры, но это не значит, что они от этого становились бесполезными. Еловые и можжевеловые обереги вполне работали и сочились магией – Верда свое дело знала. София пристально следила за проверкой и на её вопросительный взгляд, Ниона ответила утвердительным кивком.

- Ну что же! – София хлопнула в ладоши и продолжила разговор с явным облегчением. – Ваша матушка прекрасно вас обучила. Похоже, что ваши зелья, по крайней мере, безвредны. Теперь поговорим о вашем будущем.

- У меня нет тут ядов.

- Ах, не надо мне лгать. – Скучающим голосом проговорила София и взлохматила волосы рукой. – Яды у вас тут есть. Их даже некоторые целители используют.

Ведьма ответила виконтессе тяжелым взглядом, не сомневаясь в плохой концовке этого разговора.

- Как мне сообщает моя спутница, вы действительно что-то умеете, но закон – есть закон. В Вилларии запрещена целительская деятельность без сертификата. – София открыла свою поясную сумочку и достала оттуда свиток. – Это направление в Академию, где вы сможете пройти обучение, сдать экзамен и получить сертификат. Оно выписано директором специально для вас. Интересует?

Верда продолжала сверлить взглядом чародейку не говоря не слова. София ей явно не нравилась.

- Решайтесь же, - продолжала виконтесса нетерпеливо постукивая себя сертификатом по ноге. – Тут либо суд, либо возможность вернуться в Лу Фолк официальной целительницей.

- А разве тут уже нет целительницы? – Едко спросила ведьма, бросив взгляд на Ниону.

- Она тут временно и на долго не останется, а людям потребуется ваша помощь… В любом случае, подробности вас не касаются.

Несколько мгновений ведьма думала, после чего произнесла усталым голосом. – Ладно, я согласна.

-Вот это правильный выбор. – Довольная София тряхнула головой. – Вам нужно подписать здесь… И-и здесь…

Ниона посмотрела на чародейку, обычно тёплый взгляд карих глаз превратился в лёд. Целительница поёжилась, если бы виконтесса так взглянула на неё, то она бы не задумываясь убежала за Южные моря. В конце концов вся документация была оформлена и патент на обучение, подписанный директором Академии, Софией и Нионой, выдан ведьме. Чародейка легко вскочила на ноги.

- Надеюсь, вы понимаете, что если продолжите нарушать законы, то к вам приедут совсем другие люди. – Беззаботным тоном щебетала аристократка, словно речь шла о какой-то бессмысленной ерунде. – Они вряд ли будут такими милыми, как мы. – Она махнула рукой на целительницу. – Ниона, у тебя остались вопросы?

- М-м-м… нет. Можем уходить. – девушка так же поднялась из-за стола.

- Подожди. – Верда обратилась к Софии. – Я хочу кое-что сказать целительнице.

- Конечно, - улыбнулась девушка. – Говорите что хотите, если она будет не против вас выслушать.

- Я хотела бы поговорить с ней наедине. Можно?

Ниона испуганно, а Верда выжидательно, посмотрели на не прекращающую сиять Софию.

- Ну конечно же нельзя. Целительницу одну, наедине с вами, я не оставлю.

Ведьма взглядом испепеляла юную виконтессу, а Ниона мысленно благодарила свою подругу.

- Ну так что? Разговор у вас случится? Или мы можем уйти? – София по-птичьи склонила голову на бок.

- Ладно. – Буркнула ведьма, повернувшись к целительнице. – Дорога, идущая направо от моего дома, приведёт тебя к лесному озеру. Там можно отдохнуть или набрать редкие травы. Шалфей здесь паршивый, я его заказываю из других мест. Похоже, всё это мне уже не пригодится, так что все запасы тут теперь твои.

Ведьма продолжала наставлять, попутно собирая в перевязь через плечо разные травы. Она говорила о болезнях, которыми болеет тот или иной человек и какое лечение он получал. София, вновь расположившаяся на стуле у входа, качала ногой и наматывала на палец кончики волос, думая о чём-то своём, при этом не забывая поглядывать за Вердой. В конце концов, ведьма набила перевязь пахучими травами и отдала Нионе, лепетавшей слова благодарности.

- Хороший у тебя ритуал вышел на праздник... целительница. – произнесла наконец Верда, после чего повернулась к Софии и холодно произнесла. - Вот теперь всё.

- Ой! Какая прекрасная новость! - Чародейка поднялась со стула и сделала короткий реверанс. – Позвольте попрощаться.

- Спасибо, - пискнула Ниона и выбежала мимо виконтессы на улицу, оставляя за собой сильный запах трав.

София, некоторое время стояла, задумавшись, после чего тряхнула головой, опустила руку в сумочку и достала ведьмино кольцо. Верда посмотрела на свой инструмент, находящийся в чужих руках. Словно в нерешительности София замерла на несколько мгновений и со стуком положила кольцо на ближайший столик.

- Прощу вас, Верда, сделайте правильный выбор.

Ведьма хмыкнула в след уходящей чародейке.

- Как думаешь, она поедет в академию?

- Не могу сказать, - София щурилась от яркого солнца, бившего в глаза сквозь листву. – Я просто надеюсь, что нам не придётся возвращаться.

- Как она тебе?

Чародейка пожала плечами. – Не знаю, ведьма как ведьма. Вроде людям не вредит, и это уже неплохо.

Возвращаться по лесу было не проще, корни и ямки мешали идти быстро – спуск с горки оказался сложным. В какой-то момент София чуть не сорвалась вниз, вовремя ухватившись за ствол молодой берёзы. Дальше по лесу шли молча, внимательно смотря под ноги. Только на опушке чародейка задала вопрос.

- Не хочешь посмотреть то озеро?

- Не сейчас, мне домой хочется.

- Может тогда спустимся к речке?

- Давай, только недолго. – Согласилась целительница.

Под мостом их встретила влажная прохлада. София окунала руки в воду и умывалась, Ниона стояла в сторонке, смотря в сторону города.

- Как мы узнаем, что она уехала?

- Не волнуйся. Сначала я думала послать сюда Хеймана, но это было бы слишком подозрительно для него. – София кончиками пальцев провела по поверхности воды. – Я сама сюда «загляну» дня через три.

- Но…

- И помощь мне не потребуется. – Твёрдо закончила чародейка. – Беспокоиться не нужно.

Как скажешь. – покладисто ответила Ниона.

Чародейка покачала головой, голова наполнилась туманом. Сказывались бессонные ночи, переживания, наступающая жара и усталость от ходьбы. Хоть она не показала этого целительнице, но заходить в домик лесной ведьмы было тем ещё испытанием на храбрость.

- Ладно, тогда пошли быстрее домой.

И вновь дорожка бежала между полей. Чуть левее, над пшеницей, возвышались башенки Лу Фолка. На небе летели стремительные, белые облака. Утро было в самом разгаре и на встречу девушкам шли люди, некоторые приветствовали Ниону, признавая в ней целительницу, и с лёгким удивлением смотрели на Софию, которая слегка смуглой кожей и чёрными волосами мало походила на местную. Ниона улыбалась и вежливо отвечала на приветствия, чародейка же, явно чувствовала себя не в своей тарелке среди незнакомых людей.

- София?

- М?

- А что ты будешь делать после экзамена?

- О, у меня всё давным-давно решено. Вернусь домой и меня выдадут замуж, за какого-нибудь высокородного господина.

- Ты так спокойно об этом говоришь… - Целительница замолкла на полуслове.

- А почему я должна переживать? Вся моя жизнь расписана почти с рождения.

- А как же чувства? – Ниона покраснела. – Выбор того, кто нравится?

- Это высокий Свет, моя дорогая Ниона. Здесь нет места чувствам, любви и прочим высоким эмоциям. Союзы заключаются с целью выгоды…

- Это же ужасно!

- Ниона, не будь наивной! Как будто в деревнях что-то происходит по-другому. Также выдают замуж не по любви. И давай честно, выгода, иногда, стоит того, что бы жертвовать всем остальным. Это всего лишь рынок. А люди на нём – товар.

Обе девушки шли, опустив головы. Солнце поднялось высоко в небо, и утро становилось по-настоящему жарким. Слева шумела от лёгкого ветра пшеница, справа играла рожь. Иногда, на дорогу высыпали воробьи или другие птицы. Как мало потребовалось времени, что бы от утреннего холода не осталось и следа.

- Нет, София, я не понимаю, как так можно. – Сама не понимая зачем продолжила разговор целительница. – Разве тебе не хочется счастья? Светлой жизни?

- Нет, не хочется. – Сказала тихо чародейка. – Мой род умирает, Ниона. Черный ворон на синем поле может исчезнуть навсегда. Только так можно всё исправить… сейчас всё держится на мне…

- Я всё равно не понимаю…

- А вот и нет. Как раз ты понимаешь меня лучше всех. – В голосе Софии резко проступила злоба и боль. – Кто ещё ночью срывается к тяжёлому больному? Кто сломя голову несётся принимать роды, спасает тяжело раненных? Вы, целители первыми кладёте свои жизни на жертвенный алтарь, встречая эпидемии, заражения и чёрт знает что ещё, спасая других.

Чародейка остановилась. Ниона с испугом уставилась на неё, не зная, что сказать. Тем временем, находящаяся под властью эмоций, девушка продолжала.

- Я так же жертвой хочу помочь моей семье. Мой отец погиб в каком-то сражении, когда я была маленькой. Я даже его не помню. Старший брат умер в эпидемию оспы. Нас осталось трое - мать, я и младший брат. Мать не справляется. Наши земли по кусочкам распродаются, долги растут… Чего стоит моя жизнь по сравнению с историей целого рода?

София почти кричала. Нионе показалось, что чародейка сейчас расплачется, но глаза, пышущей эмоциями девушки были сухи. Вытянувшись в струну и сжав кулачки девушка не замечая ничего вокруг продолжала.

- Всё что я могу сделать, это выиграть время для брата. Надеюсь, он приведёт все дела в порядок, когда возьмёт всё в свои руки. А сейчас, я только и делаю, что повышаю свою цену. Даже моя учеба, это всего лишь способ продать меня подороже, какому-нибудь аристократу с толстым кошельком. За моё образование отданы половина земель, родовой замок и все виноградники... Да, Ниона, я не могу быть счастлива, смотря за тем, как погибает мой род, и я с радостью свяжу свою жизнь с тем, кто поможет моей семье. Старый он там будет, или молодой, верный мне или нет, это всё мелочь.

Чародейка тяжело дышала, черные волосы растрепались, поля шляпки гнулись от ветра.

- Прости, я не знала, что у тебя твориться в жизни. – Целительница была очень расстроена. Нет, не вспышкой виконтессы, а тем, что только что узнала.

- Конечно не знала. – София перестала кричать и теперь выглядела опустошенной. – Я никому и никогда этого не рассказывала.

Аристократка молча развернулась и двинулась дальше. Растерянная, Ниона последовала за ней. Она не знала, что сказать чародейке, можно ли её как то утешить, да и нуждается ли она в утешении? Ниона всё равно до конца не могла понять и осознать желаний Софии, но и под таким углом на этот жизненный вопрос она ещё не смотрела. Единственное, что она чувствовала, это безграничную жалость к юной виконтессе и её судьбе. В голове не укладывалось, что у такой весёлой и практически никогда неунывающей девушки может быть в сердце такая ноша.

- Прости меня, пожалуйста, что сорвалась. – Произнесла София. – Вероятно устала и не смогла себя сдержать.

- Да ничего страшного. – Почти прошептала Ниона, находящаяся в вихре растерянности.

- Просто я боюсь. Очень боюсь. – Чародейка снова остановилась и взглянула в глаза целительнице. – Мне очень страшно.

- Я… София, что случилось? – Виконтесса сводила с ума. Уж что за ней никогда не наблюдалось, так это страха.

- У меня очень плохие предчувствия. – Девушка прикрыла карие глаза. – На счёт тебя. На счёт меня. На счёт всех нас. Мне не нравится Лу Фолк, тут происходит что-то… плохое. Я это знаю, но не могу объяснить и очень боюсь.

- Всё будет хорошо, София, мы выполним все задания и уедем. – Лепетала Ниона не осознавая, что говорит.

Виконтесса покачала опущенной головой, её черные волосы заиграли на солнце. – Да, ты права! Нечего беспокоиться. Во всём виновата лишь усталость.

После этого чародейку как подменили, она снова стала весёлой и жизнерадостной и всячески пыталась взбодрить выбитую из себя разговорами целительницу. Когда до домика оставалось совсем немного, обе девушки услышал голоса.

- У тебя дома гости?

- Похоже на это. Может что принесли, а может делают стойло для лошади.

- Хочешь лошадку? – Весело спросила София и подмигнула.

- Тут скорее необходимость. Вдруг придется срочно куда-то ехать?

- У меня в детстве была лошадка. – Мечтательно протянула чародейка.

В дворе дома и правда суетились люди. Трое работяг таскали бревна и доски, четвертый, седой, сидел возле крылечка, держа в руках молотком и ящичек с крупными гвоздями. Увидев девушек, седой встал и пошёл им на встречу.

- Будьте здравы, целительница. – Низко поклонился старик. – Мы ей-та, значица, стойло пришли мастерить. Под коня, стало быть. – Он с интересом посмотрел на улыбнувшуюся Софию и так же в приветствии склонил голову.

- Звёзды осветят вам путь. – Ответила Ниона. – Можете продолжать, вы не помешаете.

Старик поклонился в третий раз и пошёл к работникам, один из которых, видимо, сделал что-то не так, за что сразу получил подзатыльник от седого. София хихикнула.

- А хорошо быть целительницей.

Помимо всего прочего на столике для подношений оказались дары предназначенные Нионе, переданные, вероятно, с работниками. Целительница вскрыла маленький глиняный горшочек и вдохнула восхитительный аромат липового меда, после чего передала его любопытной Софии, заглядывающей через плечо. Также на столике оказались, такой же горшочек с мукой, пучок зеленого лука, пара помидоров и треугольный кусочек сыра.

- Помоги, пожалуйста – Нагруженная корзиночкой, перевязью с травами, а теперь ещё и двумя горшочками, целительница направилась к входной двери.

В доме их ждала приятная прохлада. Принесённое разложили на столе, травы же, полученные от ведьмы легли на гостевую кровать. Ниона не теряя времени растопила огонь и поставила воду. Работа была успешно выполнена и чародейка могла спокойно идти домой.

- Ого! Зелья будешь готовить? – Тёмно-карие глаза Софии блестели в предвкушении чего-то интересного.

- О нет! – Улыбнулась Ниона. – Просто обед.

- М-м-м… Ниона?

- Что?

- А можно к тебе напроситься?

- Ну конечно. – Просияла целительница.

- Тогда я быстро к себе и сразу сюда.

София переоделась в гостевой комнате и вышла к целительнице в своём бальном платье. На правой руке чародейки раскрутились шаблоны и она бросила получившуюся сложную формулу в стену. Заклинание «растеклось» по брёвнам и приняло форму идеального овала, внутри которого проявлялись очертания роскошной комнаты, с картинами и гобеленами. Девушка перепроверила серьги и перстни, накинула на руку диадему, взяла в другую туфли, закинутые в угол комнаты телекинезом, кивнула целительнице и шагнула в портал, который через мгновение исчез с громким хлопком.

Ниона покачала головой. На душе лежал тяжелый камень, после разговора с Софией. Нет, она всё равно не понимала, как виконтесса добровольно соглашается на такую жизнь, и… в тоже время понимала её. Это противоречие ещё больше сбивало с толку. Целительница привела себя в порядок, сменила походную одежду на домашнюю и высыпала на стол муку. Глухие переговоры рабочих и звуки инструментов абсолютно не мешали целительнице продолжать размышлять.

7 Ве́стим Су́а. Полдень.

В уборной София посмотрелась в зеркало. Да и ничего менять не надо. Бессонные ночи и долгая прогулка сделали своё дело. С таким потрёпанным и уставшим видом вполне можно солгать слугам, что она валялась в кровати до позднего утра. Быстренько переодевшись в ночную рубашку, она вышла из комнаты. Как и предполагалось, её ждали.

- Госпожа, вы проснулись. – Соя ждала её в коридоре. Служанка вскочила со стула и выполнила безупречный реверанс. – Желаете завтрак? Или дождётесь обеда? Графиня Солива Ареза просила передать, что будет рада вашему присутствию.

- Ни того, ни другого. – София старалась придать голосу некоторую сиплость. – Стакана воды будет достаточно. Я хочу ещё отдохнуть.

- Как вам будет угодно, госпожа. – Опять реверанс и служанка уже набирает воду из графина, стоящего на столике в коридоре.

Чародейка сделала всего два глотка, после чего вернула стакан служанке. – Я дальше отдыхать. Буду к ужину. Ах да! И моё почтение графине.

- Всё будет передано. – Третий реверанс.

Оказавшись одна в комнате, София закусила губу и замерла возле зеркала? Может быть отправить письмо Алифисе?

- Да зачем время терять…

Девушка бросила шаблон в стену и, пока портал соединял две точки в пространстве, взяла с прикроватного столика оплетённую бутылку. Мурлыча себе под нос, София обернулась к порталу. Почти готов, осталось совсем немного.

С шуршанием по стене пробежали всполохи магии. Ниона обернулась и увидела выходящую из портала Софию в длинной, почти до пола, ночной рубашке, босиком и с бутылкой в руке.

- Виконтесса София Де-Лозо-Гранада-Эллуса Ферре. – Нарочито нудным голосом произнесла чародейка.

- Ого…

- Да ладно. Виконт – довольно низкий титул. – Махнула рукой София и потрясла в воздухе бутылкой. – Смотри что у нас с тобой есть.

- Надеюсь, это не вино. Целителям его нельзя.

- Знаю, поэтому с нами гранатовый сок, приехавший с юга Лорелии. Не так далеко от того места, где я появилась на Свет. – Чародейка округлила глаза. – А у вас, целителей, свои напитки: «Лунный дождь», «Цветочный луг», «Кристалл-вода», «Солнечный сок»… - Начала перечислять девушка посмотрев куда-то наверх. – Я никогда ничего из этого не пробовала.

- Да хоть сейчас тебе налью. – Хихикнула Ниона, и почесала нос, испачкав его мукой. – Каждого понемногу.

- Их разве не по праздникам пьют?

Целительница фыркнула и махнула рукой, в воздухе повисло белое облачко.

- Ты их всех сама приготовила?

Ниона кивнула, поднесла согнутый локоть к лицу и чихнула. – Поможешь с готовкой?

- О не-ет. – Закапризничала чародейка. – Я провалила факультатив по готовке еды. Не самое моё любимое занятие, знаешь-ли.

Целительница ответила улыбкой и продолжила месить тесто.

- А что это будет?

- Болуа.

- Ммм… не зря я к тебе напросилась. – София зевнула и потянулась. – Я могу у тебя поспать? А то скоро свалюсь.

- Лучше ложись на мою, на гостевой я буду тебе мешать.

София возражать не стала, легла на кровать целительницы и свернулась клубочком. Ниона покачала головой, вытерла руки о фартук и сходила в другую комнату за покрывалом. Когда она укрывала чародейку, та уже спала.